Армия Запретного леса

Суббота, 28.05.2022, 00:00
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен продлен на 2022 год! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен продлен на 2022 год!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 2 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наставник. Детектив Хогвартса (+ 12я глава +эпилог)
Наставник. Детектив Хогвартса
SerjoДата: Четверг, 06.12.2012, 14:02 | Сообщение # 1
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Автор: Alex 2011
Бета: Lady Irene
Рейтинг: General
Пейринг: Гарри Поттер/Гермиона Грейнджер
Новый Мужской Персонаж
Невилл Лонгботтом
Сириус Блэк
Жанр: General/Humor
Размер: миди
Статус: закончен
Саммари: Продолжение фанфика Наставник. Первые шаги
На втором году Хогвартса Гарри Порттеру под руководством Гарольда предстоит разрешить несколько загадок. Вдобавок к этому директором школы становится профессор МакГонагалл, новый преподаватель ЗОТИ вызывает определенные сомнения, а кому-то хочется обзавестись собственной зверюшкой.

Разрешение на выкладку получено




Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Пятница, 07.06.2013, 22:04
 
ShtormДата: Среда, 16.01.2013, 14:54 | Сообщение # 31
Черный дракон
Сообщений: 3283
« 214 »
Дух приключений витает в Хоге. Нужен девиз Гаррику и его наставнику: Вперед на поиски Тайной комнаты и приручению чудовища. А чего? - неплохой домашний зверек будет biggrin


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
kraaДата: Среда, 16.01.2013, 15:08 | Сообщение # 32
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2940
« 1673 »
Serjo, с приездом!
Прочту проду, откоментирую. Пока.



Без паника!!!
 
SerjoДата: Вторник, 05.02.2013, 09:39 | Сообщение # 33
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Глава 6. Тяжело в учении


На следующий день после Хеллоуина по Хогвартсу пошли слухи, что в школу прибыл знаменитый Грозный Глаз Муди, которого директор якобы попросила найти таинственного наследника Слизерина. Известный мракоборец, потерявший на службе ногу и глаз и единолично заполнивший половину камер Азкабана, внушал школьникам некоторый трепет.
Гарри первоначально полагал, что лично его прибытие в замок следователя никак не коснется, но, как оказалось, Поттер жестоко ошибался. Во всяком случае, записка от профессора МакГонагалл с просьбой немедленно явиться в ее кабинет могла в этот день означать только одно – Гарри предстоит разговор с матерым аврором, причем, если хотя бы половина слухов о Муди была правдой, он вряд ли доставит юному хаффлпаффцу удовольствие.
«Не волнуйся и не болтай лишнего, – наставлял мальчика Гарольд по дороге к кабинету директора. - Вы все время находились вместе, так что никто вашу доблестную компанию ни в чем не обвинит. И ни в коем случае не упоминай о знании парселтанга! С этим Муди стоит быть настороже, ты же слышал, его считают конченым параноиком».
«Уж кто бы говорил! – не удержался Поттер. – Сам же учил меня подозревать всех и вся».
«У меня не паранойя, а разумная осторожность! – гордо заметил наставник. – А с твоим везением на приключения это просто компенсация отсутствия кое-у-кого инстинкта самосохранения. И вообще, не отвлекайся, а готовь свою ментальную защиту. Устроим этому типу сюрприз, если он захочет залезть к нам в мозги, у меня есть интересная идея».
Поттер лишь пожал плечами, подумав, каким эпитетом, собственно, можно характеризовать человека, который в каждом встречном подозревает опытного легилимента. Пароль «Тенистые клены» открыл проход в святая святых школы, и Гарри, наконец, увидел легендарного аврора. Причем слово «увидел» в данном случае было весьма мягким определением. Едва открыв дверь, Поттер оказался прямо перед крепким высоким мужчиной, который уставился на него своим единственным глазом, при этом на лице Муди, а это вряд ли мог быть кто-то другой, застыло самое зверское выражение.
— Гарри Поттер! – пророкотал аврор. – Не ожидал от тебя такого! Но раз на то пошло, лучше сам сознавайся!
— В чем? – не понял мальчик, лихорадочно пытаясь понять, какие прегрешения нашел за ним Муди.
— Во всем! - Грозный глаз нахмурился еще больше, и в этот момент Гарри ощутил легкое прикосновение к своему сознанию. Мгновенно активировав свою защиту, он приготовился к серьезному противостоянию.
«Сбрасывай защиту, я с ним разберусь!» — кровожадно пророкотал Гарольд.
Поттер понял идею своего наставника – когда Муди расслабится, сломав его щит, наставник нанесет неожиданный удар и надолго обеспечит любителю лазить в чужие мысли как минимум сильную головную боль. Однако блестящему плану Гарольда не суждено было сбыться, так как аврор, едва обнаружив защиту Поттера, тут же прекратил попытки влезть ему в голову.
«Он подло удрал! – возмутился Гарольд. – Нет, ну я так не играю».
Поттер едва смог сдержать улыбку, представляя себе, как он будет поддразнивать наставника тем, что параноик Муди смог того перехитрить. Хотя непонятно, почему аврор вообще полез к нему в мозги, если встретив первую же преграду, отвернул назад. Похоже, Муди интересовала не информация из головы Поттера, а что-то другое.
— Молодец! Не попался на простейшую уловку! – довольно хохотнул Грозный Глаз, отходя от Гарри и давая тому возможность оглядеть кабинет. – Защищать свои мозги надо не меньше, чем свое тело! И не расслабляйся, ведь нарваться на легилимента можно в любой момент.
— Аластор! – возмутилась МакГонагалл, сидящая в своем директорском кресле. – Я же просила тебя не пытаться лезть к кому-нибудь в голову без официального разрешения! Ты хочешь, чтобы я раскаялась в том, что пригласила тебя?
— Минерва, я просто проверил защиту Поттера, – примирительно хмыкнул Муди. – Тонкс столько рассказывала мне о нем, что грех было не попробовать.
Тут Поттер заметил в углу кабинета свою «сестричку», которая с весьма веселым видом наблюдала всю эту картину. Девушка подмигнула ему и попыталась скопировать «прокурорское» выражение лица своего учителя. Получилось у нее довольно похоже, вот только в исполнении Нимфадоры это выглядело скорее не грозно, а забавно, и Гарри не удержался от улыбки.
— Мистер Поттер, приношу свои извинения за столь суровый прием, – МакГонагалл бросила косой взгляд на Муди. – Мы хотели бы уточнить у вас некоторые детали вчерашнего происшествия, если вы не возражаете.
Как оказалось, директор школы и ее помощники в первую очередь хотели узнать у Гарри, кто именно из его друзей тщательнее всего следил за балом. Таинственная надпись появилась во время этого мероприятия, и воспоминания о том, кто и в какой момент времени находился в зале, должны были помочь сузить круг подозреваемых.
Указав, что наибольшую активность в наблюдении проявили Гринграсс и Дэвис, Поттер уже подумал, что может отправляться восвояси, но Муди придерживался иного мнения.
— А что за голоса ты слышал в коридоре? – аврор с подозрением посмотрел на мальчика. – Если это был этот «наследник», то мы получаем практически точное время нападения на кошку, ведь вы были совсем рядом с этим местом.
— Мне кажется, это было что-то вроде «Хочу крови!» — Гарри слегка виновато посмотрел на МакГонагалл. – Я вначале удивился, но подумал, что это шутка, а потом когда мы увидели миссис Норрис, то вспомнили. Хотя там ведь никакой крови не было, так что не знаю.
— Ну, говорят одно, а делают другое, это бывает! – рыкнул Муди. – Но объясни, почему тогда никто другой не слышал этого голоса? Вы же ведь стояли рядом.
Гарри уже приготовился уйти в глухую оборону, мол, знать не знаю, ведать не ведаю, но его выручила мисс Тонкс. Девушка напомнила, что Гарри не только формально входит в ее семью, но и является пусть дальним, но родственником. Так что вполне возможно, что у него, как и у нее, имеются способности метаморфа, и он их подсознательно использовал, чтобы улучшить слух, когда услышал какой-то подозрительный шорох.
— Хм, может быть, может быть, – задумчиво пробормотал Грозный Глаз, но тут же встрепенулся и вновь уперся взглядом в Гарри. – Поттер! У тебя есть нужные способности, а ты их даже не пытаешься развить! Помни о врагах и учись, учись и учись. Минерва, у меня больше нет вопросов.
Гарри вышел из кабинета директора, пребывая в легкой задумчивости. Прощальный взгляд, коим одарила его Тонкс, однозначно говорил, что девушка буквально восприняла пожелания своего шефа и теперь собиралась работать над метаморфизмом мистера Поттера.
«Ну и что ты теперь скажешь о Муди? – ехидно поинтересовался наставник. – Вот так и выглядят настоящие параноики».
«Параноик, не параноик, а как я с Тонкс выкручиваться буду? – пожаловался Гарри. – Она начнет меня обучать, и тут окажется, что никаких способностей у меня и нет».
«Не окажется! – Гарольд победно усмехнулся. – Помнишь, ты мне рассказывал, как у тебя волосы отросли за ночь? Так это и есть проявление метаморфизма. У меня нет воспоминаний о том, что с этим делать, так что я и не обращал твоего внимания на эти вещи. Но раз умный человек советует заниматься, то будешь заниматься».
«Это с каких пор Муди стал умным?» – Поттер как-то не припоминал, чтобы Гарольд так отзывался о Грозном Глазе.
«С тех самых, как выжил, уложив кучу врагов, – важно изрек наставник. – Был бы безмозглым тупицей, давно бы уже лежал в земле».

* * *

В понедельник первым уроком у Гермионы Грейнджер была ЗОТИ, на которой профессор Кеннеди устроил групповые поединки. Сам доблестный преподаватель, как обычно, вальяжно расселся в кресле и перемежал комментарии о действиях поединщиков с коварными ударами в спину дерущихся школьников. Свои действия он с важным видом обосновывал необходимостью «постоянной бдительности», явно набравшись нехороших идей от Грозного Глаза. О любимой поговорке Муди и вариантах ее воплощения в жизнь Гермиона достаточно наслушалась от Тонкс.
Занятие уже подходило к концу, когда Гарри с Невиллом выпало противостоять троице гриффиндорцев. Как уже знала мисс Грейнджер, возражать по поводу нечестности такого распределения сил было бесполезно, так как профессор мудро отвечал на подобные заявления вопросом, собираются ли ученики в случае реального нападения на них требовать от агрессоров соблюдения равной численности сторон. А тем, кто и дальше сохранял недовольный вид, сегодня рекомендовалось навестить кабинет директора и проконсультироваться по этому вопросу у Аластора Муди.
Поттер с Лонгботтом уже неплохо отработали взаимодействие и, несмотря на численный перевес противника, довольно уверенно теснили его. А вот троица гриффиндорцев не могла двигаться как единое целое, и вскоре метко брошенный Невиллом Ступефай, подкрепленный парализующим заклятьем Поттера, вывел Симуса Финигана из игры. Теперь, когда силы сравнялись, хаффлпаффцы могли перейти в решительное наступление, но на помощь их противникам пришел коварный профессор.
Гермиона уже давно заподозрила преподавателя защиты в неких странных наклонностях, выражавшихся в том, что на каждом уроке тот пытался хорошенько оглушить ее лучшего друга и по совместительству героя магического мира. До сих пор Поттеру удавалось уходить от атак профессора, но везение не бывает бесконечным, а профессор все же был профессором. Но так или иначе, Кеннеди на этот раз решил атаковать не Поттера, а Лонгботтома. Мальчик заметил заклинание и легко мог бы уйти от него, но в этот момент он прикрывал щитом Гарри, которого одновременно атаковали двое гриффиндорцев. Сжав зубы, Невилл был вынужден остаться на линии огня, а Гермиона нахмурилась, раздосадованная хитроумностью преподавателя.
Казалось, Невилл был обречен, однако, как это иногда бывает, пострадал не он, а его напарник. Гарри краем глаза заметил, что его товарищ сейчас получит удар и, не успевая прикрыть его чарами, сделал то, что являлось нормой для Хаффлпаффа – прикрыл друга собой. Гермиона вскрикнула, заметив, что Поттер не просто упал, а отлетел на несколько метров и как тряпка упал на пол.
— Прекратить бой! – профессор бросился к мальчику. – И дайте мне место, я проверю, что с Поттером.
Гермиона, которая была очень обеспокоена состоянием Гарри, до боли закусила поднесенный ко рту кулак, чтобы сдержать готовые сорваться с ее губ слова, которые вряд ли понравились бы профессору. Все же Кеннеди в данный момент оказывал помощь ее другу, и не следовало ему мешать. Между тем преподаватель не только тестировал состояние Поттера но, не забывая, что он ведет урок, комментировал свои действия для учеников.
— Данный комплекс заклинаний является стандартным для проверки здоровья человека, пострадавшего от несчастного случая или же подвергшегося нападению, – профессор говорил, ни на секунду не прекращая движения палочкой. – Часть заклинаний, применяемых в нем, вы будете изучать на шестом и седьмом курсах, другие позже сможете освоить самостоятельно, если посчитаете нужным. Но, пожалуй, стоит обучить вас более простому аналогу общего диагностического заклинания, которое, я думаю, будет вполне по силам для второкурсников.
Наконец преподаватель закончил изучать результаты своей атаки и поднял тело Поттера в воздух. Он сообщил, что на сегодня занятие закончено, а Гарри Поттера, который согласно результатам тестирования, сильно не пострадал, Кеннеди лично доставит в больничное крыло.
— Но если Гарри сильно не пострадал, то почему он без сознания? – крикнула Гермиона, недоуменно нахмурив лоб. – Вы же можете сделать так, чтобы он пришел в себя!
— Думаю, мадам Помфри и без этого будет весьма недовольна мной, – кисло улыбнулся преподаватель. – Так что лучше, если она сама поможет мистеру Поттеру.
Профессор Кеннеди наколдовал магические носилки и, уложив на них Поттера, вышел из класса. Мисс Грейнджер с большим подозрением посмотрела ему вслед и подумала, что тон, которым преподаватель говорил о состоянии Гарри, был слишком уж подчеркнуто оптимистичным. Конечно, примерная ученица не должна игнорировать указания учителя, но девочка уже знала, что в жизни есть вещи важнее, чем школьные правила. Гермиона осмотрелась и, подойдя к Лонгботтому, схватила его за рукав.
— Невилл, срочно беги в вашу спальню и бери мантию-невидимку Гарри, – быстро прошептала Гермиона. – Я жду тебя у лазарета, не задерживайся.
Мальчик растерянно посмотрел на подругу, так как наверняка был уверен, что Поттер не обрадуется тому факту, что друзья без разрешения взяли его вещь, но яростный взгляд Гермионы заставил его отбросить сомнения. Не прошло и пяти минут, как Грейнджер и Лонгботтом, спрятавшись под мантией, проникли во владения мадам Помфри. Колдомедик в обычной обстановке, несомненно, заметила бы, что дверь в лазарет открывается сама собой, но в данный момент она была слишком занята беседой с профессором ЗОТИ, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. Вернее, это была не беседа, а монолог Поппи Помфри, в котором она сообщала преподавателю все свои мысли по поводу безответственности учителей школы вообще и некоего Джона Кеннеди в особенности.
— Ваше счастье, что мальчик серьезно не пострадал! – мадам Помфри припечатала Кеннеди взглядом. – Иначе я немедленно пошла бы к директору с требованием разобраться с вами. И, кстати, вы абсолютно правильно поступили, как можно быстрее доставив Поттера ко мне, хоть это и не снимает с вас вины.
Колдомедик говорила, не пытаясь понизить голос, что в данный момент никак не отражалось на состоянии Гарри, но вызывало некоторые опасения у Гермионы. Если бы теперь открылось, что школьники слышали разнос, который мадам Помфри устроила преподавателю, то девочка бы чувствовала себя более чем неудобно, ведь вряд ли лекарка вела бы себя так при учениках.
— Так если все в порядке, может быть стоит привести Поттера в чувство прямо сейчас? – профессор с опаской посмотрел на мадам Помфри, должно быть, опасаясь вновь разбудить вулкан ее красноречия.
— Вы еще будете меня учить! – недовольно бросила ведьма. – Он уже был бы в сознании, но дала мальчику зелье сна, чтобы после лечения быстрее восстановились его силы. Через час с ним все будет в порядке.
Гермиона и Невилл синхронно вздохнули, почувствовав облегчение от того, что их другу ничего не грозит. Несмотря на заверения профессора Кеннеди, дети были не до конца уверены, что Поттер не получил серьезного ущерба от его действий. Теперь осталось притаиться до тех пор, пока взрослые не покинут помещение, и спокойно дожидаться пробуждения Гарри. Но как оказалось, не они одни желали поскорее узнать, как себя чувствует Гарри Поттер.
— Поппи, что случилось, еще одно окаменение?! – на лице профессора МакГонагалл, влетевшей в лазарет, можно было прочесть чувство сильнейшей обеспокоенности.
— Минерва, успокойся, ничего страшного не случилось, – мадам Помфри удивленно смотрела на директора школы. – В конце концов, это не первый несчастный случай на занятиях, мальчик сейчас просто спит. И я уже попросила профессора Кеннеди в дальнейшем быть внимательнее.
МакГонагалл облегченно вздохнула и устало плюхнулась на ближайший стул. Судя по ее тяжелому дыханию, она всю дорогу до больничного крыла проделала бегом.
— Если бы вы слышали, какие слухи уже ходят по Хогвартсу, то тоже разволновались бы, – директор грозно посмотрела на Кеннеди. – Говорят, что, во-первых, наш учитель ЗОТИ обнаружил, что наследником Слизерина является мистер Поттер и героически атаковал его, защищая других учеников. Во-вторых, что профессор Кеннеди сам оказался наследником Слизерина и напал на Поттера, который пытался вывести его на чистую воду. И наконец, в-третьих, что Поттер и Кеннеди мужественно сражались с самим чудовищем Слизерина, вновь вырвавшимся на волю, и одолели его, но при этом превратились в камень и теперь в качестве статуй выставлены в холле.
По мере того, как директор школы делилась столь ценной информацией с Помфри и Кеннеди, глаза невольных слушателей, засевших под мантией-невидимкой, увеличивались со все возрастающей скоростью. Гермиона не могла понять, как за несколько минут событие, которое она наблюдала своими глазами, превратилось в набор фантастических историй, но у девочки не было основания не доверять профессору МакГонагалл.
— Да, насчет статуй это здорово придумано, – восхищенно протянул Кеннеди. – Интересно, не примет ли меня кто-нибудь за инфернала!
— Обещаю, что сообщу об этой идее Аластору Муди, вот только потом не жалуйтесь, когда он решит проверить это, напустив на вас пламя, – холодно улыбнулась МакГонагалл, заставив передернуться Кеннеди, который, судя по всему, поверил в возможность такого исхода. – Лучше объясните мне, что на самом деле случилось на уроке.
Как оказалось, подозрения Гермионы о коварстве из преподавателя ЗОТИ полностью подтвердились. Профессор Кеннеди, ведя практические занятия по тактике боя с семикурсниками, обратил внимание на одну характерную особенность хаффлпффцев – они всегда прикрывали товарища любой ценой. И по мнению преподавателя, это в определенных обстоятельствах могло стать их слабым местом. Вот преподаватель и решил проверить на младшекурсниках, насколько глубоко в барсуках сидит эта привычка.
— Если бы Лонгботтом сбросил щит, прикрывавший Поттера, уклоняясь от моего заклинания, то его товарищ получил бы легкое оглушение и через минуту был бы в порядке, – покачал головой Кеннеди. – Однако ребята предпочли прикрывать друг друга до конца, и в результате один из них попал под более опасное заклятие. Мне придется придумать способ, чтобы они научились оценивать риски и обходиться минимальными потерями.
— Джон, я, конечно, рада, что вы столь ответственно подходите к преподаванию своего предмета, – тон, которым МакГонагалл произносила эти слова, почему-то выдавал не радость, а несколько иные чувства директора. – Однако вы, по-моему, путаете Хогватс и курсы авроров. То, что необходимо знать мракоборцам, вполне может оказаться слишком сложным для простых школьников, подумайте над этим. И уж тем более избавьте от своих экспериментов младшие курсы!
Профессор Кеннеди постарался напустить на себя покаянный вид, тем самым якобы признавая правоту директора, однако Гермиона могла поклясться, что преподаватель ЗОТИ не слишком-то раскаялся в своих действиях, а значит, и дальше стоит ожидать от него различных неожиданностей. Девочка с одной стороны соглашалась с профессором МакГонагалл о необходимости соблюдения большей осторожности, но… уроки Кеннеди были и в самом деле интересными и весьма познавательными. А любознательная мисс Грейнджер самой себе могла потихоньку признаться, что ради новых знаний можно иногда и поступиться требованиями безопасности… совсем немного, конечно… а потом еще немного…

* * *

В пятницу вечером в компании Книззлов активно шла игра в монополию. Как это ни удивительно, но Блейз Забини и Майкл Корнер, несмотря на всю свою чистокровность, очень быстро стали настоящими мастерами этой игры, и в данный момент безжалостно додавливали Поттера, уже бросая хищные взгляды на Финч-Флетчли, которому явно было суждено стать их следующей жертвой. Но позору Гарри не суждено было состояться, так как в гостиную Хаффлпаффа вошло его спасение в лице Нимфадоры Тонкс.
— Привет, ребята! – девушка помахала рукой. – Как у вас идут дела?
По гостиной пронесся шум от приветственных возгласов. Нимфадора еще два года назад была одной из них, большинство ребят знали девушку лично, так что радушный прием ей был гарантирован. А если быть более точным, то любой хаффлпаффец всегда с радостью приветствовался в стенах своего факультета, как бы давно он ни окончил школу.
Но в данный момент всеобщий интерес к Тонкс подогревался еще и тем, что все ребята знали, что она участвовала в расследовании дела с Тайной Комнатой. Хаффлпаффцы с самого первого дня пребывания Муди и Тонкс в Хогвартсе пытались узнать у девушки, насколько успешны поиски новоявленного наследника Слизерина, однако будущий аврор хранила стойкое молчание, ссылаясь на служебный долг. Она даже не навещала гостиную родного факультета, дабы подчеркнуть свою беспристрастность по отношению ко всем ученикам. И раз сегодня девушка нарушила это правило, значит…
— Тонкс! Проходи к нам, ребята только что принесли пирожных, так что заодно перекусишь, – позвала Нимфадору Гермиона. – Надеюсь, вы с Грозным Глазом сумели разоблачить Гарри?
«Да, мой юный друг, нехорошо было скрывать от меня, что ты являешься наследником всех четырех основателей! – подколол мальчика наставник. – Да еще и тайный лорд Хогвартса, претендующий на то, чтобы захватить замок и превратить учеников в домовых эльфов».
Поттеру оставалось только скрипеть зубами, вспоминая, какие байки сочиняли про него, благодаря профессору Кеннеди. Гарри не обиделся на преподавателя, что тот так сильно «приложил» его, несчастный случай, что тут поделаешь, но видит Мерлин – Кеннеди не стоило так поступать в тот момент, когда вся школа активно обсуждала личность наследника Слизерина. И, несмотря на всю бредовость подобных идей, спустя сутки после инцидента в классе ЗОТИ три из четырех факультетов Хогвартса были убеждены, что наследником неуживчивого основателя является Гарри Поттер.
Ну а все прочие варианты рассказов о нем Гарри узнал от Трейси Дэвис, которая с самым довольным видом делилась с друзьями особенно выдающимися плодами устного народного творчества. Если бы дело ограничилось одними слухами, то Поттер бы не сильно расстроился, но вот терпеть испуганные взгляды отдельных особо впечатлительных товарищей – это было уже слишком.
— Увы, несмотря на все мои старания, этому коварному типу удалось обмануть доблестных сыщиков, – Тонкс попыталась изобразить глубокое разочарование, но не удержалась и ласково потрепала волосы Гарри. – Тем не менее, Тайная Комната вновь запечатана, и школьникам ничто больше не угрожает.
— И кто же наследник Слизерина? И как вы его нашли? – Поттер, безусловно, не мог остаться равнодушным ко всему, что было связано с Тайной Комнатой, тем более что некая личность в его голове так и горела желанием побывать в легендарном месте.
— Все, что я могу сказать, это то, что открывали комнату с помощью специального артефакта, – Тонкс чуть виновато пожала плечами. – Все, что мы узнали на следствии, не подлежит разглашению, но могу добавить, что артефакт уже уничтожен лично Муди. Это была и в самом деле что-то очень темное, Грозный Глаз запретил мне даже приближаться к этой вещи.
— Погоди, раз этот артефакт уничтожен, значит, никто не сможет больше войти в комнату? – полюбопытствовала мисс Грейнджер. – А ты знаешь, что там внутри?
Увы, оказалось, что саму Тайную Комнату так и не обнаружили, и причина этого была крайне проста – для этого надо было воспользоваться темным артефактом, а Муди строго-настрого запретил даже думать о том, чтобы прикасаться к нему. И профессор МакГонагалл, которой старый аврор рассказал о том, что из себя представляет их трофей, полностью поддержала старого друга, окончательно похоронив надежды Тонкс на смелый эксперимент.
— Но несмотря на то, что мы не будем говорить кто что делал в этот Хеллоуин, об одном человеке я все же расскажу, – загадочно начала Тонкс. – Я специально попросила у него разрешения поделиться с вами историей, так что слушайте.
Главным подозреваемым в открытии Тайной Комнаты Муди долгое время считал Маркуса Флинта, капитана сборной Слизерина по квиддичу. Никто в этот Хеллоуин не видел, где он пропадал, а его не самый мягкий характер и природная замкнутость лишь помогли сформироваться подозрениям авроров. Дело усугублялось тем, что он оказался единственным из старшекурсников, чье местонахождение в момент открытия комнаты было неизвестно. Маркус был вызван на решительный допрос, и казалось, что дело раскрыто.
Как это часто и бывает в жизни, самый подозрительный тип оказался абсолютно невиновным. Флинт долго пытался сохранить свой секрет, но наконец сдался и поведал всем, что во время бала он отрабатывал полет на новой метле. Тонкс, и не она одна, несколько удивилась столь фанатичному отношению к спорту, но все оказалось довольно просто. С учетом планов Маркуса на профессиональную карьеру спортсмена, его декан не забыл кое-что шепнуть на ухо перспективному юноше.
— Завтра во время игры между Книззлами и Слизерином… — девушка выдержала паузу. – На трибунах будет капитан «Ястребов», Саймон Редрут.
— Сам «Убийца» Редрут? – восторженно прошептал Симус. – Надо будет срочно добыть его фото, вдруг удастся взять автограф.
Гарри, хоть и сам играл в квиддич, однако не особенно следил за чемпионатом страны, тем более что во время учебного года ездить на профессиональные игры было невозможно, а аналога телетрансляций в волшебном мире не существовало. Поэтому Поттера несколько удивила излишне восторженная реакция некоторых его друзей на факт приезда в школу этого игрока. К счастью, Гарри не пришлось выдавать свою неосведомленность, так как рядом с ним сидел человек, который знал о квиддиче еще меньше, а заодно не стеснялся лишний раз спросить, чтобы получить заинтересовавшую его информацию. Ну а Поттер не стеснялся послушать, о чем говорят друзья.
— Чем этот Редрут так знаменит? – Гермиона повернулась к Сьюзен? – И что странного в том, что он приедет в школу?
— Он уже больше десяти лет в команде и последние годы ее бессменный капитан! – горячо заговорил Финиган. – А знаменит он тем, что в свое время вывел из квиддича Людо Бэгмана, нынешнего главу спорта.
— Точно, так в него квоффлом засадил, что Людо потом полгода в Святом Мунго валялся, – подтвердил Дин Томас. – Ястребы всегда с Осами бились насмерть!
— Мне кажется, что спорт следует оценивать по красоте игры, а не по травмам, – сурово произнесла Гермиона. – Если бы вы подумали над этим, то тоже стали бы сторонниками «Честной игры».
— Да ладно тебе, без нарушений шоу было бы не столь веселым, – отмахнулась Тонкс. – И кстати, парни забыли добавить, что Саймон признан самым сексуальным мужчиной года, и к тому же он холостяк! А так как я сегодня добрая, то держите его колдографии, специально на всю вашу компанию набрала, будет что подписывать!
Девушка достала из кармана стопку открыток и протянула их Гарри. Поттер подумал, что профессор Слагхорн уже пару раз намекал, что Гарри с друзьями может иногда собираться по вечерам в его кабинете. И завтра вечером у него должна будет состояться вечеринка обеих команд и наиболее преданных болельщиков, символизирующая так любимую Гермионой чистоту игры. И, похоже, на этом собрании будет почетный гость, приглашенный радушным хозяином.
— Тонкс, ты завтра поприсутствуешь на нашей игре, – Гарри заподозрил, что кое-кто не просто так завел разговор о квиддиче.
— Спасибо, Гарри! – девушка обняла Поттера. – С удовольствием воспользуюсь твоим приглашением и поболею за вас. И, так и быть, уговорил: я согласно сопровождать тебя на вечеринку к Слагхорну.
— Нимфадора, ты хочешь познакомиться с этим Редрутом! – Поттер не мог не рассмеяться, раскрыв «хитрости» своей родственницы. – Ай-яй-яй, что скажет Андромеда!
— Гарри Поттер, ты ничего не расскажешь маме! – девушка состроила грозное лицо, а ее волосы сменили цвет на ярко-красный. – И я говорила, чтобы ты не называл меня по имени.
— Конечно, конечно как я мог забыть, – Гарри ловко переместился подальше от Тонкс, спрятавшись за креслом с сидящим в нем Невиллом. – Но, Нимфадора, моя совесть не позволит мне промолчать, и я просто вынужден рассказать Андромеде и Теду о твоей тайной страсти.
— Гарри, ты зло! – Тонкс издала шипение, которому позавидовала бы любая кошка. – И ты не останешься безнаказанным.
Девушка выхватила палочку и попыталась попасть в Поттера заклинанием щекотки. Однако задумать справедливое возмездие и осуществить его оказалось двумя разными вещами. Гарри не стоял на месте, а активно уворачивался, дразня при этом свою родственницу.
— Гермиона, ты должна мне помочь! – Тонкс сообразила, что одной ей не справиться с Поттером, и решила озаботиться подкреплением. – Во-первых, девочки должны держаться вместе, а, во-вторых, стоит проучить Гарри, чтобы он не насмехался над высокими чувствами.
— Точно, ему, похоже, не нравится Саймон Редрут! – решила поддержать игру Ханна. – И еще он наверняка обзывал его длинным желтым земляным червяком!
Тут Гарри пришлось туго, так как к Тонкс присоединились все их подруги. Хорошо хоть девочки, в отличие от «сестренки», не особенно стремились попасть в Поттера, больше поддерживая Тонкс криками. Но все же заклинания тоже летели с их палочек.
— О, женщины, вам имя – вероломство, – констатировал Майкл, направляя палочку на Сьюзен и заставляя ее завизжать от меткого попадания. – Но мы найдем, чем вам ответить.
— Девочки, это мужской заговор! – завопила Ханна, видя «страдания» подруги. – Покажем им, как воевать с нами!
Естественно, хаффлпаффцы не могли равнодушно смотреть на это веселье, и вскоре вся гостиная, поделившись на два лагеря по половому признаку, дружно втянулась в боевые действия. Всем такая игра очень понравилась, но, увы, долго продолжаться ей было не суждено. Судя по всему, в помещениях факультетов имелась какая-то магия, предупреждавшая деканов, что срочно требуется их прибытие.
— Так, ну-ка все успокоились! – усиленный заклинанием голос профессора Спраут заставил школьников опустить палочки. – Старосты, расскажите мне, что здесь случилось.
Однако декан Хаффлпаффа спустя мгновение поняла причину переполоха и без помощи старост, увидев вылезающую из-под дивана Нимфадору Тонкс. Професор Спраут прекрасно помнила, что девушка умудрялась сочетать в себе потрясающий талант в учебе с завидным умением устраивать хаос вокруг себя, что и подтвердила сегодня.
— Как же я не догадалась сразу? – профессор Спраут кивнула своим мыслям. – Мисс Тонкс посетила родные пенаты и разнесла гостиную вдребезги.
— Я тоже рада вас видеть, профессор! – жизнерадостно заявила та. – Вы не выпьете с нами чаю? Мы тут мигом приберемся!
Спраут не удалось больше удерживать строгое выражение лица, и она, признав свое поражение, приняла приглашение учеников. Не прошло и пяти минут, как дружными усилиями ребят был наведен идеальный порядок, и декан хаффлпаффа уже сидела вместе с учениками. На остальных факультетах подобные совместные чаепития не практиковались, но барсуки никогда не забывали, что все они, начиная от их декана и кончая самым маленьким первокурсником, одна семья.

* * *

Ранним воскресным утром почти все обитатели Хогвартса благополучно проводили время в своих постелях, наслаждаясь отдыхом. Гарри Поттер уже привычно воспользовался этим очевидным фактом и выбрал именно это время для начала поисков Тайной Комнаты. Они с Гарольдом решили, что в первую очередь надо исследовать место, где появилась надпись. По большому счету пойти туда можно было и между занятиями или же во внеурочное время, но пойти, когда все спят, было гораздо таинственнее и интереснее. К тому же школьный завхоз Филч, которому и принадлежала пострадавшая миссис Норрис, с горя совсем озверел и чуть ли не сутками напролет дежурил в этом месте, безжалостно штрафуя забредших туда учеников.
То ли Гарольд начитался рассказов о Шерлоке Холмсе, то ли и в самом деле видел в этом какой-то смысл, но он заставил Поттера точно измерить буквы в таинственной надписи, высоту на которой они были написаны и расстояние до окружающих предметов. Не успокоившись на этом, наставник заставил Гарри поработать геологом и отковырять от стены кусочек камня с фрагментом надписи. Сами буквы не желали стираться, как ни старался мистер Филч, поэтому узнать состав таинственной краски хотелось и самому Поттеру.
«Гарри, напрягись и вспомни, чем отличается сегодняшняя обстановка от того вечера? – наставник привычно фыркнул. – Для особо сообразительных намекаю, что стоит посмотреть вниз».
Поттер ненадолго задумался и вспомнил, что на Хеллоуин посреди коридора красовалась огромная лужа, в которой они с ребятами промочили ноги. Но вода, как известно, сама по себе на полу не появляется. Конечно, лужу можно было заполучить, и вызвав воду с помощью заклинания, но учитывая объем жидкости, было гораздо вероятнее, что где-то рядом в тот день был либо открытый кран, либо лопнувшая труба. Оглядевшись по сторонам, Гарри похвалил себя за сообразительность, обнаружив в двух шагах от того места, где висела миссис Норрис, туалет для девочек.
«Наконец-то догадался! – Гарольд обратил внимание на то, куда смотрит мальчик. – Надеюсь, теперь тебе понятно, зачем мы пошли сюда, когда все спят».
«Ты хочешь, чтобы я вошел в туалет для девочек?! – возмущению Поттера не было предела. – Как ты вообще мог подумать такое!»
«Да, хочу, и можешь не повышать голос! – отрезал наставник. – Поэтому я тебя и поднял с утра пораньше. И не стоит делать большую проблему из подобной мелочи. Если бы там были девочки, тогда мог бы ужасаться, а так, самая обычная комната. Не трать зря время и вперед!»
Гарри согласился с доводами наставника и, вдохнув побольше воздуха для храбрости, решительно открыл дверь женского туалета. Увы, утренняя пустота школы, к немалому удивлению Поттера, оказалась обманчивой. Едва он переступил порог туалета, как чьи-то мускулистые руки втащили его внутрь комнаты, закрыв за спиной дверь.



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Понедельник, 04.03.2013, 03:50
 
садраДата: Вторник, 05.02.2013, 16:22 | Сообщение # 34
Посвященный
Сообщений: 46
« 4 »
Спасибо за продолжение!!!
 
ShtormДата: Среда, 06.02.2013, 15:21 | Сообщение # 35
Черный дракон
Сообщений: 3283
« 214 »
Спасибо за продолжение. Очень понравилось. И как проходят уроки ЗОТИ, и кипишь в гостинной барсуков. А еще похоже намечается какая-то тусовка в туалете Миртл, судя по тому, что Гаррика туда практически втащили


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
SerjoДата: Вторник, 12.02.2013, 16:38 | Сообщение # 36
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Глава 7. И в жизни нелегко


Отойдя от первого шока, вызванного внезапным захватом, Поттер обнаружил, что на него напали не злобные преподаватели ЗОТИ или же кровожадные темные маги, а всего лишь близнецы Уизли. И хотя выражение лиц сладкой парочки было совсем не дружеским, Гарри сразу же успокоился. Как бы они ни относились друг к другу, можно было с абсолютной уверенностью утверждать, что делить им в данный момент нечего, а значит, и причин конфликтовать нет. Во всяком случае, на первый взгляд дело обстояло именно так.
«Наезжай на них первым, пока они еще думают! – азартно подсказал Гарольд. – Если это конкуренты, надо их сразу же поставить на место!»
— И что вы здесь делаете? – Поттер последовал совету наставника. – Если я правильно понимаю, то это туалет для девочек и вам здесь совсем не место.
— Джордж, кто-то полагает… – начал один близнец.
— Что мы ни о чем не догадаемся, – второй состроил зверское лицо.
— И если кто-то думает…
— Что может нагло шпионить за нами…
— То он сильно ошибается!
Гарри быстро переводил взгляд с одного Уизли на другого, пытаясь понять, о чем они говорят. Привычка дополнять речь друг друга делала осмысление их слов достаточно сложной задачей.
«Гарри, они решили, что ты следил за ними! – рассмеялся наставник. – Напусти побольше загадочности, узнаем, что они успели нарыть».
— Вы и вправду думаете, что одни такие умные? – Поттер важно задрал нос. – У меня не было необходимости наблюдать за вами, чтобы прийти в это место. А вот то, что вы прячетесь, ясно говорит, что сами вы усиленно шпионите! Но я не стану возражать, если вы просто уйдете, и больше не будете мешать серьезным людям заниматься действительно важным делом.
— Ха, Поттер, не вешай нам лапшу на уши! – близнец, который вроде бы должен быть Джорджем, нахально ухмыльнулся.
— Решил, что сможешь лично заработать тысячу галлеонов, и даже приятелей не позвал! – второй Уизли разочарованно поцокал языком.
— Ты можешь отдохнуть от этой мысли и спокойно идти спать в свою постельку, – первый близнец изобразил милую улыбку. – Не беспокойся, мы сумеем потратить эти деньги без твоей помощи.
«Э… Гарольд, ты понял, о каких деньгах они говорят?» — Поттер решил проверить, у него ли одного от общения с Уизли престали работать мозги, или же наставник вместе с ним попал в беду.
«Что за деньги, разберемся потом, главное, помни, что тысяча галлеонов на дороге не валяется! – бодро заявил «его темнейшество». – Продолжай болтать с ними, может быть, еще что полезное скажут».
— Тысяча на двоих? Конечно, неплохие деньги, но не предел мечтаний, — задумчиво протянул Гарри, пытаясь сохранить загадочный вид. – Но умный человек может заработать и больше.
Близнецы переглянулись при этих словах Поттера, и Гарри мог бы поклясться, что они мысленно переговорили о чем-то. У доблестного хаффлпаффца появилась идея, что братья задумали сами изловить чудовище Слизерина и продать его. Но тогда было непонятно, откуда они узнали, что оно будет стоить тысячу галлеонов. Если только они уже не догадались, что это такое, и не навели справки.
— Я вчера заметил, что кое-кто усиленно общался с симпатичной авроршей, – Фред попытался проткнуть Гарри взглядом.
— И сегодня он говорит, что за чью-то голову заплатят больше, чем объявлено в газетах, – задумчиво протянул его братец.
— А это значит, что министр решил увеличить вознаграждение, но пока об этом не сообщили! – первый близнец хищно осклабился.
— Но Поттер знает, что это произойдет со дня на день, и он нашел нас на деле! – Джордж понятливо покачал головой.
— А значит, сам он поймать его не может, но понял, что мы в шаге от успеха…
— И он предлагает повременить пару дней, очевидно, надеясь на дивиденды…
— Ну что же, он прав, за хорошую новость мы ему дадим…
— Пять процентов от прибавки! – братья смотрели на Гарри с таким видом, как будто хотели сделать ему царский подарок.
«Пять процентов! – от вопля наставника Поттер чуть не подпрыгнул до потолка. – Эти жалкие надувалы хотят так дешево отделаться?! Гарри, если ты сейчас же не заявишь, что мы согласны не меньше чем на половину, я с тобой не разговариваю!»
«Вообще-то на половину чего? – Поттер чувствовал, что вокруг него, а заодно и внутри него, все сошли с ума. – Объясни, что происходит!»
«Что бы вы ни делили, но на пять процентов я не согласен! – нахально заявил Гарольд. – Давай торгуйся, за разговором поймем, о чем идет речь».
Но как оказалось, торг с близнецами не имел смысла, так как те напрочь отказались сотрудничать с Поттером, заявив, что справятся с преступником и без него, а также без его сомнительных идей.
«Гарри, я понял, они здесь ищут Сириуса Блэка! – в голосе наставника царило изумление. – Похоже, они всерьез решили, что это он открыл Тайную комнату. И ведь точно, за его голову назначили вознаграждение в тысячу монет».
Как выяснилось, Гарольд угадал ход мыслей близнецов Уизли. Тем действительно пришло в голову, что два таких экстраординарных события, как побег из Азкабана и открытие тайника Слизерина, вполне могут быть взаимосвязаны. И судя по их словам, у братьев имелся некий артефакт, позволяющий им отслеживать передвижение людей по замку.
— Вот поэтому мы и не попадаемся учителям, так как видим, где они находятся, – гордо произнес Фред, многозначительно похлопав рукой по листу пергамента, который Гарри уже давно заприметил у него в кармане.
— А пару дней назад мы видели здесь Блэка, – продолжил Джордж.
— И приготовили ему теплую встречу, – хохотнул Фред. – Правда, вместо Блэка к нам пришел Поттер…
— Браво, молодые люди, я просто восхищен вашей предприимчивостью, – у приоткрытой двери стоял профессор Кеннеди и насмешливо разглядывал учеников. – Если вы так будете ловить Сириуса Блэка, то, несомненно… он вас очень быстро поймает.
«Специалисты, артефактом они обзавелись! – «Величайший темный маг всех времен и народов» откровенно потешался над близнецами. – Запомни, ученик, хвастовство никого до добра не доводит».
Гарри, конечно, был не слишком рад тому, что попался учителю, гуляя по школе в запрещенное время, но выражение лиц близнецов Уизли во многом компенсировали ему переживания о грядущих неприятностях. Рыжая парочка, видимо, так успела привыкнуть к собственной неуязвимости, что поражение стало для них слишком болезненным. Да еще и преподаватель не собирался останавливаться на достигнутом, ухудшая и без того не радужное настроение гриффиндорцев.
— И кстати, мистер Уизли, будьте любезны дать мне ознакомиться вот с этим пергаментом, – профессор с милой улыбкой указал на лист, торчащий из кармана Фреда, которым тот недавно так неосмотрительно хвастался. – Мне интересно, что это за артефакт.
— Это просто лист, сэр, чистый лист, – поспешно отозвался Фред, отодвигаясь подальше от преподавателя.
— Это была шутка, сэр, мы просто хотели разыграть Поттера, – брат постарался отвлечь внимание преподавателя от незадачливого хвастуна.
Гарри подумал, что братьям не помешали бы уроки актерского мастерства, так как в данный момент на их лицах однозначно читалось желание каким-нибудь образом скрыть таинственный лист от профессора. Похоже, Кеннеди не уступал в наблюдательности Поттеру, так как резко взмахнул палочкой, и искомый пергамент оказался в его руке.
— Так, так, посмотрим, что это такое, – пробормотал преподаватель, делая палочкой непонятные пассы над листом. – Подобрать пароль будет не сложно.
Гарри вместе с близнецами во все глаза наблюдал за работой профессора. Наставник объяснял ему, что преодолением защиты, наложенной на различные предметы и целые здания, занимаются взломщики проклятий, большинство из которых работает на Гринготс, являющийся самым богатым клиентом в волшебном мире. Естественно, простым волшебникам, а тем более детям, крайне редко удавалось увидеть их работу, и манипуляции Кеннеди заставили не только Поттера, но и остальных ребят на время забыть о своих неприятностях.
«Странно, если судить по движению палочки, то на взлом защиты его заклинания не похожи, – пробормотал Гарольд. – Похоже, он под шумок делает что-то другое».
— Замышляю шалость и только шалость! - объявил профессор, наставив палочку на пергамент.
Гарри чуть не раскрыл рот от удивления, когда на листе сначала проступили надписи, а затем на их месте проявились линии, в которых при наличии воображения можно было узнать план места, где они находились в данный момент. Судя по огорченным физиономиям Уизли, профессору удалось раскрыть секрет их артефакта.
— Превосходная магия! – поделился своим мнением преподаватель. – Как я понимаю, это карта, на которой отображаются все обитатели Хогвартса. Сейчас на втором этаже находимся только мы, а вот, например, мистер Филч только что покинул спальню и отправился в сторону подземелий. Изумительная вещь!
— Спасибо, сэр, мы знаем это, – грустно протянул Джордж Уизли, стараясь придать себе самый благонамеренный вид. – Этот артефакт дорог нам как память, и мы надеемся, что вы не станете лишать нас его.
Насмешливый взгляд профессора, брошенный на гриффиндорцев, показал, что надежды их были абсолютно беспочвенны. Пробормотав: «Славная вышла шалость», от чего карта вновь приобрела вид девственно чистого листа, Кеннеди убрал ее во внутренний карман и постарался изобразить на своем лице грозное выражение.
— Ну что же, юноши, похоже, вы совсем с мозгами не дружите, если решили польститься на награду министерства и попытаться вдвоем поймать опасного преступника, – профессор осуждающе посмотрел на близнецов. – А чтобы вам стала понятна вся глубина ваших заблуждений, то попробуйте вместо Блэка поймать меня. И если сумеете сами не оказаться в беспомощном состоянии, я обещаю забыть про необходимость наказывать вас за прогулку в неположенное время.
Профессор демонстративно повернулся спиной к детям и попытался выйти в коридор. Поттер заметил, как напряглись близнецы Уизли, и в тот же миг бросился в сторону, занимая хорошо защищенную позицию под заранее облюбованной раковиной. Как оказалось, Гарри не ошибся, правильно истолковав намерения близнецов и хитрость преподавателя. Уизли вдвоем атаковали профессора, решив воспользоваться тем, что он на них не смотрит, но Кеннеди, что бы ни думали о нем братья, предвидел такой ход и, ловко увернувшись, от летящих заклятий, контратаковал учеников. Поттер приготовился внимательно следить за интересным зрелищем.

* * *

Хоть сам Гарри Поттер в глубине души считал наиболее интересным разделом магии ее боевое применение, но он не мог не согласиться с наставником, что те же бытовые чары приносят в жизни намного больше пользы. Во всяком случае, если бы он по настоянию Гарольда не научился наколдовывать магические носилки, то задачу доставить со второго этажа в лазарет трех пациентов вряд ли удалось бы решить столь же эффективно. На длительное применение заклинания левитации для нескольких массивных объектов у Гарри не хватило бы сил, а тащить на себе взрослого мужчину и двух крепких подростков у Поттера не получилось бы чисто физически.
По большому счету, осуществлять доставку Уизли во владения мадам Помфри должен был бы профессор Кеннеди, который без особого труда нейтрализовал гриффиндорцев, лишний раз показав им реальную разницу в возможностях школьника и взрослого подготовленного мага. Только профессор не учел, что у Гарри, а вернее, у наставника, внезапно проснется чувство справедливости, и неосмотрительно повернулся к Поттеру спиной.
В общем-то, Гарольд не был особо злопамятным, однако он не простил Кеннеди коварного удара в спину, вынудившего Поттера провести некоторое время в больничном крыле. Поэтому едва преподаватель ЗОТИ покончил с Уизли и расслабился после боя, наставник скомандовал Поттеру атаковать профессора. Будь перед ним не Кеннеди, а кто-нибудь другой, мальчик, конечно, не стал бы потворствовать нездоровым наклонностям Гарольда, но он и сам считал, что не помешает отплатить профессору его же монетой. Тем более, тот формально дал разрешение ученикам атаковать себя, так что потом можно было бы сказать, что Гарри просто не до конца понял его, решив, что и он участвует в смелом эксперименте профессора.
— Поттер, что вы здесь делаете? – колдомедик откуда-то сбоку вошла в приемный покой, куда Гарри доставил, наконец, пострадавших магов. – Только не говорите мне, что вас опять придется лечить.
Судя по заспанному виду мадам Помфри, сама она только что встала с постели, услышав, что кто-то пришел в больничное крыло. С того места, где она стояла, носилки с потенциальными пациентами были не виды, поэтому она сразу не могла понять основания для прихода Поттера в лазарет. Однако Гарри постарался как можно скорее просветить ее относительно причин своего столь раннего появления в больничном крыле.
— На этот раз я абсолютно здоров! – бодро отрапортовал мальчик. – А вот им, по-моему, требуется ваша помощь.
Обнаружив реальных пациентов, мадам Помфри мгновенно сбросила с себя остатки сна и принялась обследовать пострадавших магов, забыв на время о Поттере. Гарри внимательно прислушивался к бормотанию женщины, стараясь понять, не сильно ли пострадали все участники славной битвы. Поттер не сомневался, что у Кеннеди хватило мастерства достаточно аккуратно успокоить Уизли, но вот сам он, после того, как получил от Гарри оглушающее проклятие, влетел всем телом в одну из ловушек близнецов, от которой ранее без труда увернулся. Липкая сеть весьма мерзкого вида старательно облепила потерявшего сознание преподавателя, и Поттеру оставалось лишь надеяться что рыжеволосые артефакторы не наложили на нее какого-нибудь особо пакостного проклятия.
— Хорошо, мистер Поттер, все три пациента в норме и вскоре придут в себя, – ведьма строго посмотрела на мальчика. – Я не думаю, что у вас еще есть дела в лазарете.
Гарри мгновенно уловил не слишком тонкий намек колдомедика и поспешил скрыться из больничного крыла. Он знал, что мадам Помфри никогда не задает лишних вопросов, поэтому надеялся, что его утреннее приключение останется неизвестно широкой общественности. Близнецам Уизли не с руки признаваться в своем провале, а профессор также не станет афишировать тот факт, что его сумел подловить второкурсник. По крайней мере, наставник утверждал, что дело будет обстоять именно так.
Поттер уже знал, как слухи способны извратить любые реальные события, и не сомневался, что многие люди в Хогвартсе, и не только в нем, станут утверждать, что это именно он героически победил в одиночку трех магов. Слава, конечно, дело хорошее, вот только кто-нибудь наверняка решит, что Гарри Поттер сумел победить сильнейших противников благодаря темной магии, и вообще он-то и есть подлинный наследник Слизерина. Конечно, это быстро забудется, но в ближайшее время может помешать поискам Тайной Комнаты. Так что лучше, если о событиях этого воскресного утра будет знать как можно меньше народа.

* * *

До недавнего времени профессор МакГонагалл считала основным недостатком преподавателей ЗОТИ, работавших в Хорвартсе, их низкую квалификацию, но теперь она поняла, что излишне активный, пусть и превосходно знающий свой предмет профессор, это тоже не подарок. То, что она слышала о манере преподавания Джона Кеннеди, и раньше несколько настораживало ее, но несколько школьников, попавшие его стараниями в лазарет в течение одной недели, это уже слишком. Ну, один, два человека в месяц еще куда ни шло, но три ученика за неделю, это много. Тем более что и сам профессор в итоге умудрился оказаться в больничном крыле.
Директор школы решила, что она просто обязана проконтролировать, как именно проходят занятия у этого преподавателя, причем желательно так, чтобы тот не знал о проверке. К сожалению, ее анимагическая форма была слишком хорошо известна всему магическому миру, но ведь это был далеко не единственный способ остаться незамеченной. Тем более, когда у тебя в подчинении находится такой прекрасный специалист по зельям, как профессор Слагхорн.
— Минки, мне необходима твоя помощь, – Минерва вызвала домового эльфа, обычно исполнявшего для нее обязанности курьера. — Будь любезна, доставь эту записку Лаванде Браун со второго курса Гриффиндора.
До начала занятия ЗОТИ у второкурсников львиного факультета оставалось еще почти полчаса, когда слегка напуганная Браун вошла в кабинет директора. Вскоре, узнав, что ее вызов не предвещает неприятностей, девочка заметно успокоилась, а когда Лаванда поняла, что именно задумала профессор МакГонагалл, она не смогла сдержать смеха. Видеть рядом с собой свою же точную копию было забавно само по себе, а то, что профессор изначально была, мягко говоря, несколько выше двенадцатилетней девочки, лишь добавляло веселья при виде довольно странно одетой фигуры. Впрочем, директор не зря считалась одним из лучших специалистов в трансфигурации, так что ее мантия спустя мгновение превратилась в копию спортивного костюма, в который была одета Лаванда.
Судя по взглядам, которые юная гриффиндорка бросала на флакон с оборотным зельем, она, несомненно, заинтересовалась возможностями его использования, но директор надеялась, что к тому времени, когда мисс Браун будет реально изучать изготовление этого непростого снадобья, дурные мысли уже выветрятся из головы девочки. Впрочем, судя по легкомысленному виду Лаванды, она не особенно сильно переживала по поводу невозможности добыть себе в ближайшее время порцию этого зелья, а мысль о том, что хитрый Кеннеди, обожающий устраивать школьникам неприятные сюрпризы, сам станет жертвой женского коварства, окончательно привела мисс Браун в хорошее настроение.
Профессор МакГонагалл чувствовала себя не совсем уверенно, превратившись в юную ученицу. Снова, как и полсотни лет назад, спешить на занятия, это, конечно, волнительно, но директору очень хотелось надеяться, что никто не обнаружит подмену до конца занятия. Разумеется, очень скоро все узнают о новом способе контроля преподавателей, ведь мисс Браун, несомненно, «по секрету» поведает о сегодняшнем событии всем своим знакомым, но одно дело – рассказ ученицы, а совсем другое, если МакГонагалл поймают с поличным. Неспособность изобразить в течение пары часов младшекласницу вряд ли сильно повысит авторитет директора школы.
— Лав, ну что от тебя хотела наша Большая Кошка? – Парвати Патил сразу же набросилась на «подругу», едва та появилась на поляне возле стадиона, где Кеннеди собрался провести очередное занятие. - Это Перси Уизли нажаловался, что мы много болтаем?
Профессор покраснела, услышав, как именно ее называют ученицы, и с трудом сдержалась, чтобы не сделать девочке замечание, выдав себя с головой.
— Нет, нет, Парвати, профессор МакГонагалл лишь хотела уточнить один вопрос, касающийся моих родственников, – директор заранее сочинила эту версию, не сомневаясь, что у ребят возникнут вопросы по поводу вызова к начальству их одногрупницы. – Извини, но это личное.
Судя по хищному взгляду, который бросила на «Лаванду» подруга, ей предстояло пережить длительный допрос с пристрастием, но положение спас профессор Кеннеди, очень вовремя появившийся среди учеников. И директор сразу же поняла, что как минимум часть рассказов о зверствах преподавателя ЗОТИ была правдой, так как профессор первым делом отправил их группу на пробежку вокруг озера.
Минерва МакГонагалл ничего не имела против размеренного бега, вот только Джон Кеннеди явно придерживался мнения, что перед ним не второкурсники школы магии, а сборная Англии по легкой атлетике. Во всяком случае, директору показалось, что скорость бега, которую потребовал поддерживать преподаватель, больше подходила профессиональным спортсменам.
К сожалению, у профессора нашлись веские аргументы в виде его любимых заклятий чесотки, которыми он щедро награждал отстающих, поэтому дети предпочитали выполнять требования преподавателя и не пытались «сачкануть», тем более что сам преподаватель бежал вместе с ними. К чести мистера Кеннеди стоило отметить, что попадал он исключительно по мальчикам, а девочек только пугал. Но у Минервы не возникло ни малейшего желания проверять, что случится, если она не воспримет очередной «намек» преподавателя и сбросит темп.
Наконец-то пробежка закончилась, и дети с облегчением повалились на траву. МакГонагалл по достоинству оценила преимущества магловского спортивного костюма перед традиционной мантией и поняла, почему школьники уже давно не носят форму на занятиях по защите. И если еще недавно директор собиралась сделать по этому поводу замечание профессору Кеннеди, то теперь решила поддержать подобное нарушение школьных правил, на всякий случай узаконив его.
Впрочем, МакГонагалл мысленно поставила галочку сделать профессору замечание совсем по другому поводу. Все же заклинания, по мнению директора, не должны использоваться как мера воздействия на учеников. Размышляя об этом, МакГонагалл сумела незаметно выпить очередную порцию оборотного зелья, воспользовавшись тем, что всем ученикам было в данный момент не до нее.
— Я вижу, вы не слишком-то устали, раз можете дышать! – чувство юмора профессора Кеннеди явно оставляло желать лучшего. – Всем встать, приступаем непосредственно к занятию! Сегодня мы будем осваивать защиту от заклинаний с помощью установки преград.
— Простейшим вариантом подобной защиты является левитация перед собой достаточно крупных твердых предметов, к примеру кусков пробки, которые я специально приготовил для вас. Конечно, в реальных условиях на их месте будут камни или обломки дерева, но в учебных целях пробка гораздо практичнее. По крайней мере, отлетев в сторону, ее кусок не поранит вашего товарища. Итак, заклинание левитации вы уже давно изучили на чарах, так что разбились на пары и приступили к отработке защиты. Те, кто стоят ближе к замку, будут первыми номерами, и они сейчас будут защищаться. Вторые номера атакуют их с помощью «Скаби». Начали!
Профессор МакГонагалл, которой выпало защищаться от Парвати Патил, вынуждена была признать, что несколько жестокие методы обучения Кеннеди приносили свои плоды. Во всяком случае, когда директор школы получила от «подруги» по ноге заклинанием, у Минервы сразу же пропало желание отвлекаться от задания преподавателя. Конечно, в отличие от детей, ее опыт позволял без особых усилий парировать заклинания мисс Патил и время от времени наблюдать за классом, но, тем не менее, даже она испытала определенное напряжение. Все же боевая магия не была ее приоритетным направлением, и длительное отсутствие практики ясно показало, что реакция у нее уже не та, что была в молодости.
После того, как настала ее очередь атаковать свою напарницу, МакГонагалл смогла наконец уделить должное внимание деятельности профессора Кеннеди. Преподаватель не оставался сторонним наблюдателем на этом шоу и постоянно ходил между учениками, давая им советы и стараясь как можно доступнее объяснить их ошибки. Основной из них было то, что дети располагали защищавший их предмет слишком близко к себе, надеясь, что так будет легче поймать луч.
Сама МакГонагалл прекрасно знала, что оптимальной для этого вида защиты является дистанция в два метра, и придерживалась именно ее. А вот профессору Кеннеди пришлось по несколько раз объяснять эту истину отдельным ученикам, которые, похоже, считали себя умнее преподавателя. В данном случае Минерве оставалось только завидовать Джону, так как в отличие от уроков, которые привыкла вести она, на тренировках Кеннеди бестолковый ученик наказывал себя сам, пропуская лишний раз «поощрительное» заклятье. Директор школы даже задумалась, не стоит ли ввести подобное подбадривающее средство в практику на других предметах, но вовремя одернула себя.
— Закончили отработку защиты, переходим к поединкам! Мисс Браун, мисс Грейнджер, – профессор Кеннеди ласково улыбнулся девочкам. – Вы работаете в паре. Ваш противник — мистер Поттер. Одна минута на подготовку.
МакГонагалл не успела толком понять, что происходит, как к ней подскочила Гермиона Грейнджер.
— Лаванда, не нервничай, мы справимся! - девочка схватила директора за руку выше локтя, весьма чувствительно сдавив ее. – Слушай внимательно, я защищаюсь, ты атакуешь. И никаких замораживающих, которыми ты слишком увлекаешься, бей только ступефаями!
Наконец-то директор сообразила, что профессор Кеннеди устроил им дуэльную практику и, судя по тому, как прореагировали на их назначение остальные ученики, такой подход был вполне обычен для преподавателя ЗОТИ. Минерва подумала, что она, конечно, хотела на собственном опыте оценить преподавательские качества профессора Кеннеди, но все же не предполагала, что это занятие будет для нее столь насыщенным.
По команде профессора школьники начали учебный поединок, и МакГонагалл очень скоро обрадовалась, что в данный момент она присутствует на уроке не в собственном обличье, а под видом не самой успешной ученицы. То, как двигались Поттер и Грейнджер, заставило Минерву стыдиться собственной неуклюжести. Заслуженный профессор уже целую минуту метала заклятья в Поттера, а тому даже не пришлось воспользоваться щитовыми чарами, так как Гарри умело уклонялся от ее огня. Мало того, если бы не щиты Гермионы, которыми она прикрывала директора, МакГонагалл уже валялась бы на траве, наглядно демонстрируя, к чему ведет отсутствие должной практики.
Наконец гневные взгляды Грейнджер, бросаемые на напарницу, и насмешливая физиономия Поттера вывели МакГонагалл из себя. Хоть Минерва и изображала Лаванду Браун, но терпеть позор поражения ей не хотелось в любом случае. Тем более что очень скоро вся школа узнает, что директор не смогла справиться с второкурсником, причем ей еще и помогали. Все же как бы Поттер ни был хорош, но у профессора МакГонагалл всегда найдется в рукаве парочка козырей, и, сделав очередной бросок в сторону, хаффлпаффец растянулся на траве, задев ногой невербально трансфигурированный Минервой бугорок. Мгновенно Гермиона и лже-Лаванда добили его замораживающими заклинаниями, закрепив свою победу.
— Вот видишь, наша тактика принесла успех! – радостно заявила Грейнджер. – Конечно, нам повезло, но как говорится «везет сильнейшим»!
Сама МакГонаглл лишь кивнула, вслушиваясь в разбор их боя преподавателем. Что бы она ни думала о методах, коими профессор Кеннеди вбивал в учеников знания, одно она могла сказать точно – эффективность его системы подтверждалась практикой. Минерва могла бы поздравить себя со столь удачным выбором преподавателя, если бы не память о том, что выбора-то у нее, собственно, никакого и не было. Считать альтернативой ЛЮБОМУ кандидату на должность профессора ЗОТИ Гилдероя Локхарта директор категорически отказывалась.
После того как еще несколько групп учеников провели учебные бои, профессор Кеннеди отпустил учеников в замок, попросив «Лаванду Браун» задержаться на пару минут.
— Ну как вам занятие, профессор? – Кеннеди лучезарно улыбался, глядя на «девочку». – Признаться, не ожидал вас здесь увидеть!
— Превосходно, Джон, – МакГонагалл поняла, что ее инкогнито было раскрыто. - Как давно вы догадались?
— Как только вы впервые взмахнули палочкой, - Кеннеди самодовольно усмехнулся. – Ваше элегантное движение, похожее на букву «альфа», которым вы приводите палочку в нейтральное положение после любого заклинания, невозможно не узнать. И кстати, вы прекрасно справились с Поттером, мальчику полезно знать, что в бою его могут поджидать неприятные сюрпризы.
МакГонагалл оставалось только вежливо улыбаться нахалу, который сумел без особого труда расшифровать ее маскировку. Хорошо, что он на этот раз не кидал в спину Поттеру предательские Ступефаи, как он проделал с несколькими школьниками на глазах директора, дав Минерве возможность самой победить ученика. «Или же не желая получать ответный подарок», — злорадно подумала МакГонагалл, вспоминая доклад гриффиндорского привидения, сэра Николаса, или, как его обычно называли, Почти Безголового Ника, о не слишком удачном воскресном бое Кеннеди, который этот призрак имел счастье наблюдать, не афишируя свое присутствие.

* * *

Со второй попытки Поттеру все же удалось завершить разведку возле места появления таинственной надписи. Непонятный артефакт, отобранный профессором Кеннеди у близнецов, уже доказал свою ущербность, поэтому Гарри не слишком верил в то, что по Хогвартсу бродит Сириус Блэк, и не боялся в одиночку гулять по школьным коридорам.
Результаты их с Гарольдом исследований не слишком-то впечатляли, но наставника это не расстроило, так как по его словам на большее не следовало и рассчитывать. Все, что им удалось выяснить, это то, что надпись, скорее всего, была нанесена волшебником ростом чуть ниже Поттера. Это следовало из высоты самой надписи и того, что она была сделана кровью, измененной магией. Такой же кровью было принято выписывать руны для некоторых полезных ритуалов, позволяющих в частности привязывать к себе вещи.
Впрочем, кто именно писал слова про Тайную комнату, было понятно и так, поскольку Тонкс упомянула, что от артефакта, коим и открывали комнату, пострадал один из учеников, неосторожно вступивший с ним в контакт, а единственным пациентом лазарета в день окончания расследования, как специально проверил Поттер, была Джинни Уизли. Судя по тому, что удалось выяснить Поттеру, гриффиндорка попала под действие чар артефакта и как робот выполняла его команды. Гарри передернулся, представив, что подобное могло произойти с ним самим, и хотя наставник уверил его, что не допустил бы подобного, неприятный осадок все равно остался. Хорошо хоть Гарольд заметил, что тренировки по защите разума не позволят никакому артефакту взять верх над его сознанием, и Поттер дал себе слово с удвоенной энергией заниматься окклюменцией и друзей не забывать подгонять.
Самым обидным было то, что они почти нашли свидетеля нападения на кошку, а точнее, нашли лицо, которое должно было стать свидетелем, но вздорные обстоятельства помешали этому. Привидение Плакса Миртл, которое обитало в том самом туалете, где Гарри встретился с близнецами Уизли, крайне редко покидало свою резиденцию и должно было видеть того, кто напал на любимицу Филча, но увы, в вечер Хеллоуина оно отсутствовало на посту, благополучно проведя это время на празднике смерти Почти Безголового Ника. Сама Миртл сильно жалела, что пропустила нападение на миссис Норрис, так как в жизни призраков очень мало разнообразия, о чем привидение с грустью поведало Поттеру.
«Стоило тратить столько времени, чтобы подтвердить то, что мы и так знали, – недовольно пробурчал Гарри, возвращаясь в свою гостиную. – И вообще, признавайся, зачем тебе понадобился этот монстр Слизерина. Ни за что не поверю, что в тебе внезапно проснулась любовь к животным».
«Это чудовище нужно не мне, а тебе, так что ты должен не бурчать, а благодарить меня за помощь! – гордо заявил наставник. – Неужели так трудно понять всю ценность наличия у тебя легендарного Ужаса Слизерина».
Гарри честно признался, что лично он не видит особой ценности в тысячелетнем животном, за исключением исторической, конечно. Вряд ли этот монстр представляет такую уж серьезную угрозу в бою, ведь даже с грозными драконами маги справлялись без особого труда. Конечно, для школьников он, возможно, и был бы мощным противником, однако, воевать с детьми Гарри точно не собирался. Наставника насмешила подобная наивность, и Поттеру пришлось прослушать лекцию о методах влияния на людей.
Первым делом наставник потребовал провести анализ столь любимого Волан-де-Мортом и его дружками заклинания «Авада Кедавра», согласно методике, которую они с Гарольдом использовали при оценки заклинаний, изучаемых на ЗОТИ. И вот тут Гарри ждал сюрприз, ибо после того, как он честно вспомнил все, что читал об этом заклятии, непростительное пугало волшебного мира заняло свое законное место среди «Вспомогательных заклинаний, имеющих ограниченное применение».
Приличная длительность формирования, невозможность невербального исполнения, слишком высокая энергоемкость вели к тому, что эффективным оно было только против противника, не имеющего возможность двигаться или прикрыться какими-нибудь предметами, но сохраняющего возможность ставить щитовые чары. Подобные ситуации выпадали не слишком часто, и Гарри заподозрил, что либо он чего-то не учел в своих рассуждениях, либо в описании проклятья что-то упущено.
«Нет, ученик, формально все правильно! – усмехнулся Гарольд. – Но большинство людей мыслит не головой, а совсем другим местом. Или, как они сами утверждают, доверяют сердцу, а не разуму, хотя лично я считаю, что сердце расположено несколько выше. Поэтому слова «Заклинание, от которого не существует защиты», волшебники воспринимают буквально, не задумываясь о том, что это абсолютно ложное утверждение. Зато вбив себе в голову этот бред, они уже не думают о том, что можно сопротивляться страшным дядям, которые кидаются «Авадами». Ты же сам читал, что в большинстве случаев стоило где-нибудь появиться упиванцам, и практически все маги разбегались или молили о пощаде, даже не пытаясь оказывать сопротивление. А вот от авроров, готовых с ними драться, подручные Волан-де-Морта сами удирали с завидной скоростью».
«То есть ты хочешь сказать, что монстр Слизерина нужен нам не для того, чтобы нападать на кого-то, а для того, чтобы на нас боялись напасть! — Гарри показалось, что он уловил идею наставника. – Слушай, но тогда получается, что и сам Слизерин использовал его точно так же. Мол, у меня в Тайной комнате Т-А-А-АКОЕ сидит, только попробуйте напасть на школу, мало никому не покажется!»
«Молодец, правильно мыслишь! – довольно произнес Гарольд. – Причем ты верно заметил, что никто не знает, кто именно там сидит, но все боятся!»
«Но тогда зачем вообще его находить? – мальчик пошел дальше в своих рассуждениях. – Можно же просто сказать, что я нашел чудовище и подчинил себе».
«Неплохой получился бы блеф, – вздохнул Гарольд. – Однако слишком примитивный, без чего-либо конкретного он не пройдет. Надо либо убить пару человек, спрятать трупы и оставить грозные надписи о монстре Слизерина, что явно не наш метод, либо явить монстра пред светлы очи парочке человек. Вот для этого-то нам зверушка и нужна. Да и случись что, она может и для драки сгодиться».



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Вторник, 12.02.2013, 17:13
 
SerjoДата: Вторник, 12.02.2013, 17:13 | Сообщение # 37
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
* * *

Сириус Блэк наслаждался законным отдыхом, сидя в кабинете дома на площади Гриммо и смакуя коньяк почти столетней выдержки. Настроение бывшего заключенного было самым радужным, так как его гениальный план, разработанный для того, чтобы добраться до своего крестника, сработал на сто процентов. Мистеру Блэку удалось наконец провести диагностику проклятья, наложенного на Гарри Поттера, причем Сириуса особо радовало, что он сделал это на глазах множества людей и никто ни о чем не догадался.
Работа преподавателя вообще пришлась по вкусу Блэку, и он сам себе удивлялся, что мысль о подобной карьере не пришла ему в голову намного раньше. Веселые шутки, живое общение с учениками, «невинные» розыгрыши коллег и директора – все это превращало жизнь Сириуса в Хогвартсе в сплошной праздник. А вдобавок и его крестник оказался умным, жизнерадостным ребенком, окруженным друзьями и вечно попадающим в различные приключения! Сердце мистера Блэка готово было разорваться от гордости всякий раз, когда он видел мальчика.
Увы, но абсолютно безоблачного счастья не бывает, и Блэк вынужден был признать, что он пока что сделал лишь первые шаги для того, чтобы по-настоящему помочь ребенку. Андромеда оказалось права, и темный маг, убивший Джеймса и Лили, оставил на теле юного Поттера свою проклятую отметину. А сила, с которой фонил шрам Гарри, ясно говорила, что проклятье еще очень даже живо. Так что поддельному мистеру Кеннеди предстояло изрядно потрудиться, чтобы быть спокойным за ребенка.
Но видя, какой длинный путь он уже проделал от камеры Азкабана до этого кресла, Сириус заряжался верой в свою удачу. Для начала ему, конечно, придется порыться в своей библиотеке, чтобы разобраться, что же он все-таки увидел, изучая проклятье, наложенное на Гарри, а потом надо будет составить очередной толковый план, позволяющий вылечить крестника. Но все это будет после, а сегодня Сириус устроил себе маленький праздник в честь успешного окончания очередной части своей миссии.



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
SerjoДата: Вторник, 12.02.2013, 17:16 | Сообщение # 38
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Наконец-то секрет "Полишинеля" мистера Кеннеди раскрыт читателям!! cool


Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
садраДата: Вторник, 12.02.2013, 23:14 | Сообщение # 39
Посвященный
Сообщений: 46
« 4 »
Не ожидала, что это Сириус. Я думала Снейп.
За продолжение спасибо!!!
 
SerjoДата: Вторник, 12.02.2013, 23:17 | Сообщение # 40
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
садра, а я Сирю сразу раскусил))


Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
Леди_СелестинаДата: Вторник, 12.02.2013, 23:21 | Сообщение # 41
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Вот не пойму, чем всем так Грейнджер нравится))) Нет бы подобрал нормальную пару Поттеру, так нет и ты попал в сети этой зубрилы)))Ах, куда мир катится)))


Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
IvashkaДата: Вторник, 12.02.2013, 23:50 | Сообщение # 42
Посвященный
Сообщений: 32
« 1 »
По сравнению с Джинни, она лучше
 
Леди_СелестинаДата: Вторник, 12.02.2013, 23:53 | Сообщение # 43
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Цитата (Ivashka)
По сравнению с Джинни, она лучше

Да они обе, мне отвратительны))))
Что та дура, что другая)))



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
SerjoДата: Среда, 13.02.2013, 01:13 | Сообщение # 44
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Леди_Селестина, автор поклоник именно этого прейнинга, у него все фики гп/гг


Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
SvetaRДата: Среда, 13.02.2013, 01:42 | Сообщение # 45
Высший друид
Сообщений: 844
« 240 »
И тут Сириус умный человек, а не то, что у тети Ро написано.


Свет лишь оттеняет тьму. Тьма лишь подчеркивает свет.

 
Леди_СелестинаДата: Среда, 13.02.2013, 11:31 | Сообщение # 46
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Цитата (Serjo)
Леди_Селестина, автор поклоник именно этого прейнинга, у него все фики гп/гг

Это и досадно((((



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
Blaster_DarkДата: Среда, 13.02.2013, 13:33 | Сообщение # 47
Друид жизни
Сообщений: 173
« 14 »
Я люблю такой пейринг, но тут я согласен - можно было ввести новый персонаж... скажем испанскую магглокровку, чья семья была депортирована из страны...

Господа и дамы, ГП стал(или станет, но в каком-то номере ЯВ это должно быть написано., т.к. мама обсуждала это с подругой) обязательной программой обучения!!! А вот Чехова и Пушкина убрали!!!
P.S. наверно надо бы тему насчет этого создать... и простите что не по теме написал...



Да направит нас Отец Понимания.


Сообщение отредактировал Blaster_Dark - Среда, 13.02.2013, 13:41
 
SerjoДата: Среда, 13.02.2013, 14:31 | Сообщение # 48
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Цитата (Леди_Селестина)
Это и досадно((((

Кому как... я лично ничего против не имею... мне вообще пофиг какой пейринг (если это не слеш), главное как это описано и обасновано! Правда в последнее время раздражает гп/ду...

Цитата (Blaster_Dark)
ГП стал(или станет, но в каком-то номере ЯВ это должно быть написано., т.к. мама обсуждала это с подругой) обязательной программой обучения!!! А вот Чехова и Пушкина убрали!!!

Вот уж дебелизм!! Не знаю кто как, а я резко против такой херни!

З.Ы. А что такое ЯВ??



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Понедельник, 04.03.2013, 03:52
 
Леди_СелестинаДата: Среда, 13.02.2013, 16:37 | Сообщение # 49
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Цитата (Serjo)
Кому как... я лично ничего против не имею... мне вообще пофиг какой пейринг (если это не слеш), главное как это описано и обасновано! Правда в последнее время раздражает гп/ду...

Такая странная фраза относительно слэша)))Хм,она прозвучала так двулико)))
Если бы я не знала что ты не очень любишь слэш, то вполне могла подумать, что тебе нравится какой-то определенный пейринг в слэше biggrin Смею предположить что это Гарри/Драко tongue



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
SerjoДата: Среда, 13.02.2013, 17:14 | Сообщение # 50
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Цитата (Леди_Селестина)
Смею предположить что это Гарри/Драко

Селестина, да предполагай что угодно, мне честно пофиг на твои предположения!



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
Леди_СелестинаДата: Среда, 13.02.2013, 17:17 | Сообщение # 51
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Цитата (Serjo)
Селестина, да предполагай что угодно, мне честно пофиг на твои предположения!

Хм, да с тобой и пошутить нельзя. Сразу начинаешь буянить, эх, не понимаешь ты шуток((((



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
SerjoДата: Среда, 13.02.2013, 17:19 | Сообщение # 52
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Цитата (Леди_Селестина)
эх, не понимаешь ты шуток((((

Я идиотизм вообще плохо воспринимаю - раздражает шибко!!



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Среда, 13.02.2013, 20:53
 
Леди_СелестинаДата: Среда, 13.02.2013, 18:08 | Сообщение # 53
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Цитата (Serjo)
Я идиотизм вообще плохо воспринаю - раздражает шибко!!

Ладно, не буйствуй,у меня сегодня что-то с чувством юмора не то)))
Все наверное из-за плохой погоды dry



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
ShtormДата: Четверг, 14.02.2013, 15:02 | Сообщение # 54
Черный дракон
Сообщений: 3283
« 214 »
Все таки это Сиря. Мож хоть он натаскает Поттера в магии


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
SerjoДата: Воскресенье, 03.03.2013, 22:17 | Сообщение # 55
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Глава 8. Как долго работают планы


Библиотека Хогвартса по праву гордилась одним из наиболее полных собраний книг о магических животных. Увы, волшебники до сих пор не озаботились составлением удобного каталога тех необычных тварей, что водятся в магических лесах. Иначе говоря, Гарри Поттеру приходилось перелопачивать горы книг, чтобы собрать информацию о волшебных гадах, один из которых, по мнению Гарольда, обитал в Тайной Комнате.
На самом деле Гарри интересовали не все змеи, а лишь наиболее крупные из них. Как просветил его наставник, срок жизни живых существ достаточно сильно коррелирует с их размерами, поэтому змея, сумевшая прожить больше тысячи лет, должна быть просто огромной. Разумеется, волшебные животные живут в несколько раз дольше, чем их обычные собратья, но, тем не менее, подобная продолжительность жизни в любом случае предполагает солидные габариты.
«Гарри, ну подумай сам, зачем ты включил в свой список чернобрюхого питона с Амазонки? – наставник старался выразить голосом как можно большее сожаление относительно степени сообразительности Поттера. – Хоть его шкура и является прекрасным материалом для перчаток, но Салазар Слизерин никогда не сделал бы его своим питомцем».
«С чего ты взял?» – недовольно пробурчал Гарри, который потратил два дня, чтобы отыскать упоминание об этом обитателе Южной Америки.
«С того, что этот питон не мог бы «заморозить» миссис Норрис, – соизволил объяснить Гарольд. – Он бы ее в лучшем случае проглотил и переваривал бы пару месяцев».
Поттеру пришлось признать логику наставника и с тяжелым сердцем сократить список подходящих существ ровно в два раза. Продолжительные поиски уже показали ему, что все крупные змеи, за единственным исключением, не имеют в своем арсенале яда и полагаются исключительно на собственную силу. А вот злобные ядовитые создания, норовящие воткнуть в вас свои зубы или же метко плюнуть этим самым ядом в глаз, были не слишком большими и жили лет по сорок максимум.
Единственным исключением из этого правила являлся василиск, которого называли еще Королем Змей. Сей весьма длинный и очень опасный гад появился на свет не в результате эволюции, как все приличные животные, а благодаря безумным экспериментам некоего темного мага. Один взгляд василиска, способный убить человека, уже внушал должное уважение к этой твари, но, кроме того, на вооружении змеюки имелся еще и яд. Причем в отличие от более-менее приличных змей, чей яд волшебникам было не так уж сложно нейтрализовать, единственным средством спасти жизнь пострадавшего от укуса василиска, были слезы феникса, а эти существа, как известно, сами по себе являются огромной редкостью. В общем-то, оставалось лишь тихо радоваться, что василиск, как и всякое искусственное существо, не обладает способностью к самовоспроизводству, поэтому злобных тварей было не лишком-то много.
В настоящее время Король Змей был единственным кандидатом на должность чудовища Слизерина, и это не внушало Поттеру особой радости. Он надеялся, что коварный основатель обошелся чем-то менее опасным, но, увы, ни одна другая змея даже с самой большой натяжкой не походила на искомого монстра.
«Ладно, хватит мучиться! – сжалился наставник. – Я надеялся, мы найдем хоть кого-то еще, но раз нет, значит, нет».
«А чем тебя этот монстр не устраивает? – Гарри все же не до конца понимал своего старшего товарища. – Ты же сам говорил, что, чем страшнее, тем лучше».
«Знаешь, все в этом мире имеет предел, – важно заметил Гарольд. – И я сильно сомневаюсь, что этого василиска удастся приручить. Вреда он тебе, конечно, не причинит, но и пользы от него не будет».
Гарри мысленно помянул недобрым словом упертость наставника. Он с самого начала предложил не пытаться одомашнить таинственную змеюку, а добыть ее шкуру и предоставить окружающим возможность оценить их с Гарольдом крутость. Собственно говоря, наставник считал этот план вполне приемлемым, но с маниакальным упорством по-прежнему предлагал попытаться обзавестись новым питомцем. Гарри и самому было немного не по себе от мысли, что он задумал извести живую легенду, но он успокаивал себя тем, что иначе эта самая легенда вполне может раньше или позже извести кого-нибудь из школьников. А вот наставник, похоже, оказался более сентиментальным, чем он хотел показать, или же сказывалось то, что он был истинным слизеринцем. Все же тем, кто считал за образец добродетели змееустого основателя, было непросто разрушить что-то связанное с именем их вдохновителя.
«Ну что, начнем готовиться к плану «Б»? – Поттер решил поставить вопрос ребром. – Искать другой вариант чудовища, скорее всего, бессмысленно».
«Я с самого начала знал, что нам в любом случае понадобятся оба варианта, – в голосе Гарольда проскакивали скорбные нотки. – Ну что же, похоже, нам еще долго не придется вылезать из библиотеки».
«Зачем? – удивился Поттер. – Мы же знаем, что василиск боится петушиного крика. Захватим с собой несколько петухов, и проблема решена!»
«Гарри, твоя самонадеянность меня поражает, – вздохнул наставник. – Подумай сам, мы знаем, как заставить петуха до поры до времени не открывать свой рот. Но вот как гарантированно добиться, чтобы он закричал в нужный момент, я лично плохо себе представляю. Так что придется подумать, какое заклинание может решить эту проблему».

* * *

Благодаря стараниям Минервы МакГонагалл, в этом году спортивная жизнь в Хогвартсе била ключом. Будучи ярой фанаткой квиддича, Минерва уже давно сожалела, что в школе проходит всего лишь шесть матчей в год, и вот теперь она сумела побороть эту явную несправедливость. Благодаря Поттеру и его друзьям число команд, участвующих в чемпионате школы, возросло до пяти, и были неплохие шансы, что это еще не предел. Но если десять матчей лучше шести, то двадцать много лучше, чем десять. Благодаря такой нехитрой арифметике, МакГонагалл постановила, что с этого года соревнования будут проходить в два круга.
Не желая ограничиваться только квиддичем, заодно и для расширения кругозора юных волшебников Минерва МакГонагалл решила организовать также школьный чемпионат по футболу. Причем, что интересно, инициатива в этом вопросе исходила от самих учеников. Но здесь директор проявила некоторую осторожность, и первый чемпионат Хогвартса по футболу должен был пройти весной в один круг. Все же, в отличие от квиддича, дело это было новое, и командам требовалось больше времени для того, чтобы набрать мало-мальски приемлемую форму.
К глубокому сожалению отдельных учеников, слишком много внимания уделяющих спортивному противостоянию факультетов, и в квиддич, и в футбол играли на свежем воздухе, так что в декабре и январе спортивная жизнь школы поневоле должна была замереть. Однако Минерва МакГонагалл не относилась к людям, у которых из года в год внезапно наступает зима. Благодаря ее предусмотрительности, первого декабря в гостиных всех факультетов появились объявления, предупреждающие учеников, что пятого числа в Большом зале состоится первое занятие Дуэльного клуба.

* * *

Когда школьники вошли в залу, чтобы принять участие в Дуэльном клубе, то вместо обеденных столов обнаружили там длинный помост, возвышающийся примерно на метр над полом, покрытый черным бархатом. На первое занятие были приглашены все ученики школы, хотя в будущем они должны были проходить в соответствии с годами обучения учеников. Это было, безусловно, правильно, так как дуэль выпускника с первокурсником была бы не интересна ни им самим, ни зрителям. Кроме школьников, в зале присутствовали директор школы и профессора Флитвик и Кеннеди.
— Добро пожаловать на открытие нашего Дуэльного клуба! – голос профессора МакГонагалл оборвал шепотки учеников. – Сегодняшнее занятие будет посвящено разъяснению правил дуэлей, порядка соревнований по ним и показательному поединку между нашими профессорами.
Гарри уже знал, что дуэль, как средство выяснения отношений между волшебниками, уже давно стала анахронизмом. Конечно, отдельные блюстители традиций все еще иногда предавались этому увлекательному занятию, но это было скорее исключением, чем правилом. Разве что школьники, особенно младших классов, все еще продолжали считать дуэли чем-то жутко романтическим, поэтому время от времени в Хогвартсе случались поединки, но к выпуску ученики чаще всего смирялись с реалиями современного мира.
Зато в качестве спортивного состязания дуэли по-прежнему пользовались большим почетом в среде магов, и у амбициозных волшебников считалось хорошим тоном время от времени принимать участие в подобных состязаниях. Хорошим примером этого служил профессор Флитвик, посвятивший свою молодость глубокому изучению чароплетения, но в свободное время ухитрившийся стать чемпионом Европы в этом виде спорта. Увы, но в Англии регулярных чемпионатов дуэльного искусства не проводилось, поэтому британские волшебники могли участвовать лишь в международных турнирах. Правда, иногда то или иное объединение британских магов организовывало собственные турниры, обычно в честь каких-то значимых для них событий, но они были редкими, и даже в министерстве, в отделе Магического спорта, отсутствовало подразделение, отвечающее за развитие этого вида активного досуга.
Судя по всему, профессор МакГонагалл решила покончить с этой дискриминацией и начала с организации регулярного чемпионата Хогвартса. Было нетрудно догадаться, что в недалеком будущем среди учеников неизбежно появятся фанаты дуэлей, и, покинув стены школы, они сумеют так или иначе организовать Английскую дуэльную лигу. Во всяком случае, наставник предполагал именно такое развитие событий и рекомендовал Поттеру принять активное участие в столь достойном начинании, утверждая, что участие в спортивных дуэлях и для физического развития полезно, и имидж улучшает.
Между тем директор школы закончила свою речь, в которой вкратце описала правила проведения поединков и огласила список допустимых заклинаний. Как и в любом другом виде спорта, в дуэлях присутствовал ряд ограничений, призванных уменьшить риск нанесения серьезного вреда сопернику, поэтому за применение чар, не разрешенных правилами, следовало весьма строгое наказание.
— А теперь наши уважаемые профессора проведут показательный поединок! – профессор МакГонагалл несколько раз хлопнула в ладоши, призывая зал встретить дуэлянтов громкими овациями.
Преподаватели легко вскочили на помост, причем у маленького Флитвика этот акробатический прием не вызвал никаких затруднений.
«Конечно, помог себе магией, – проворчал Гарольд. – А вот Кеннеди справился и так. Но думаю, ты тоже сумеешь запрыгнуть не хуже».
«Если ты не заметил, там имеются две лестницы, так что прыгать не обязательно, – Поттер подумал, что поймал наставника на невнимательности. – Между прочим, здесь довольно высоко, а подкидывать себя с помощью магии я еще не умею».
«Незнание не является поводом для гордости! – фыркнул вредный темный маг. – Конечно, ты еще слабоват для такого заклинания, но это не значит, что ты должен взбираться наверх, как безногий двухсотлетний дед, больной ревматизмом. Не можешь работать палочкой, работай ногами».
«А чем тебя не устраивает лестница?» — Поттер решил дожать несговорчивого учителя.
«Порой я поражаюсь пустоте в твоей голове, – вздохнул Гарольд. – Сколько раз можно повторять, что все нужно делать не просто правильно, но еще и легко и непринужденно. Имидж крутого волшебника тебе еще пригодится, так что будь любезен демонстрировать окружающим свою ловкость».
Профессора встали лицом друг к другу, каждый в четверти длины помоста от его края. По команде директора "Ан гард!", Кеннеди и Флитвик четко поклонились друг другу и отсалютовали палочками зрителям. Затем оба дуэлянта приняли позы, сильно напоминающие те, которые Поттер видел в книге, посвященной этому виду спорта.
— Этвупрэ? – профессор МакГонагалл дождалась утвердительных кивков поединщиков. – Алле!
Профессора, еще секунду назад застывшие в обманчиво свободных позах, тут же стремительно переместились в стороны, отметившись попаданиями в те места, где только что стоял их противник. Поначалу, они двигались довольно медленно, ограничиваясь одними ступефаями. Судя по всему, преподаватели хотели показать школьникам, как должен выглядеть бой начинающих магов. Но постепенно их скорости все возрастали, а арсенал заклинаний непрерывно увеличивался. Если первый и второй курс изучали, в основном, универсальные атакующие и защитные чары, то по мере обучения ученики осваивали все большое число специализированных, наиболее подходящих для тех или иных ситуаций. И оба преподавателя блестяще владели всем арсеналом заклятий, изучаемых в школе. По крайней мере, так прокомментировал это действо семикурсник, стоящий рядом с Поттером.
— Альт! – директор школы остановила дуэль. – Сейчас наши дуэлянты продемонстрировали то, что я ожидаю в скором виде увидеть и от вас. А сейчас уважаемые профессора продемонстрируют вам, как выглядят поединки серьезных бойцов.
Вот теперь Поттеру стало понятно, что то, чем они занимались на уроках ЗОТИ, и то, чем будут заниматься в Дуэльном клубе, сильно отличалось от поединков профессионалов. Профессора, двигаясь с поразительной грацией, обменивались потоком заклинаний, ни одного из которых Гарри не знал. Хорошо хоть правилами были запрещены невербальные заклятья, иначе школьники видели бы перед собой лишь мешанину лучей.
— Мы должны будем все это изучить, – восторженно прошептала стоящая рядом с Поттером Гермиона. – Замечательная добавка к урокам.
— Ты думаешь, у нас получится? – Невилл был не совсем уверен в своих силах – Мне кажется, я никогда не смогу так двигаться.
— У нас же еще столько лет для учебы, – одернула его мисс Грейнджер. – Конечно, мы это освоим не завтра, но начинать надо уже сейчас.
К немалому разочарованию большинства школьников, дуэль закончилась слишком быстро. Как ни был хорош Кеннеди, но он не мог долго сопротивляться чемпиону Европы, и очередная связка заклятий, выпущенная маленьким профессором, настигла его. Многие ученики вздрогнули, когда преподаватель ЗОТИ с громким стуком рухнул на помост. Но судя по всему, он не сильно пострадал, так как спустя несколько секунд Кеннеди уже активно тряс руку Флитвику, поздравляя его с победой и благодаря за интересный поединок.
Довольная Минерва еще раз напомнила ученикам, что расписание дальнейших занятий Дуэльного клуба они смогут найти на досках объявлений в своих гостиных, и отпустила детей.
«Ну вот, с таким количеством развлечений, которое придумала директор, можно смело останавливать лестницы, – насмешливо констатировал Гарольд. – Теперь у учеников и без них будет, чем отвлечь мозги».
«Ты еще скажи, что наконец-то следует избавиться от Пивза, – усмехнулся Поттер. – Ты ведь его раньше так усиленно защищал…»
«Нет, от Пивза избавляться рано, – с притворным сожалением произнес наставник. – Если нововведения Мак-кошки не приживутся, то лестницы можно и по новой запустить, а вот другого полтергейста попробуй еще найти!»

* * *

Кое-что в этом мире всегда остается неизменным, и одной из таких вещей являлась школьная программа истории магии. Несмотря на то, что теперь вместо профессора Бинса преподаванием этого предмета занималась Батильда Бэгшот, основой курса по-прежнему были бесконечные войны магов с гоблинами. Правда, в отличие от призрака, профессор Бэгшот вела рассказ о всяких Рукухах Безобразных гораздо живее и, кроме того, умудрялась между делом рассказать о параллельных событиях, происходивших в обычном мире. Но все равно у Гарри создавалось впечатление, что коварные финансисты, засевшие в Гринготсе, дали кучу взяток чиновникам министерства, чтобы курс истории был посвящен им одним.
«Интересная версия, – хмыкнул Гарольд. – Но на самом деле все намного проще. Гоблины чуть ли не единственные налогоплательщики в волшебном мире, поэтому им и уделяется столько внимания. Помни, ученик, самая важная тема для любого правительства, в том числе и волшебного, это деньги».
«Но ведь вроде нам рассказывают про несколько иные причины восстаний? – заинтересовался Поттер. – Там всегда идет речь о правах на использование магии и равенство в суде. А вот про деньги в учебнике не упоминается, да и профессор Бэгшот ничего про это не говорит».
«Вот у нее и поинтересуйся, а я за обедом пояснил свое единственно правильное мнение», – судя по всему, наставника распирало веселье.
Гарри не преминул воспользоваться советом Гарольда и в конце занятия задал вроде бы очевидный вопрос, который почему-то не освещался в учебниках.
— Мэм, а почему маги после всех этих восстаний продолжали и продолжают хранить деньги у гоблинов? – Поттер сделал невинное лицо. – Ведь золото волшебников, хранящееся в Гринготсе, каждый раз использовалось гоблинами как инструмент давления на магов.
— Вы задали хороший вопрос, мистер Поттер, – несколько натянуто улыбнулась Батильда. – Это, конечно, не входит в школьную программу, однако не подлежит сомнению, что сначала Визенгамот, а затем и Министерство магии каждый раз предпочитали сохранять сложившуюся ситуацию. Если бы маги решили забрать свои деньги из Гринготса, то гоблины могли бы полностью разорвать свои отношения с нами.
— Да кому они нужны, эти коротышки, – Малфой, обращавшийся якобы к Гойлу, произнес эти слова так, чтобы их слышал весь класс. – Пусть знают свое место или проваливают куда подальше.
— Мистер Малфой, десять баллов со Слизерина за разговоры на уроке! – любезно произнесла профессор. – Тем более что желательно сначала думать, а потом уже говорить. Не думаю, что ваши родители одобряют подобные высказывания.
Малфой состроил обиженное лицо, но предпочел не злить преподавателя. Гарри уже обращал внимание, что в начале этого года белобрысый слизеринец, чей авторитет даже на родном факультете был не слишком высок, вновь высоко поднял голову. А после того, как была открыта Тайная Комната, он даже попытался вести у себя в гостиной разговоры о том, что теперь-то «грязнокровки» и их дружки будут знать свое место.
Но хватило Драко не надолго, так как для начала ему вдруг пришлось на пару дней переселиться в больничное крыло, где мадам Помфри старательно лечила его желудок, а затем Аластор Муди на практике доказал свою высокую компетентность. И кстати, то зелье, которое Поттер и Забини потихоньку сварили в одном из пустующих классов, безусловно, не имело никакого отношения к внезапным проблемам Малфоя. Никто ведь не заставлял белобрысого «аристократа» есть пропитанное слабительным пирожное, так что проблема была исключительно в самом Драко.
Тем не менее, Малфою явно не давало покоя то, что он не является лидером своего класса, и это провоцировало его и дальше совершать необдуманные поступки. Отповедь, полученная им на уроке, явно требовала дать выход негативным эмоциям, и оставался открытым лишь вопрос, на ком конкретно Драко постарается выместить свое плохое настроение. Как бы ни был зол Малфой, он понимал, что пытаться затеять ссору с хаффлпаффцами или их друзьями, конечно, можно, но для сохранения собственного здоровья абсолютно не нужно. Но ведь в этом мире существовали люди, самой судьбой предназначенные для того, чтобы Малфоям не приходилось слишком долго искать козлов отпущения.
— Уизли, как поживает твоя сестричка? – Драко насмешливо смотрел на Рона, как раз в этот момент выходящего из класса. – У нее, видимо, столь же пустая голова, как и у тебя, раз она, не думая, хватает незнакомые артефакты! Впрочем, что еще ждать от предателей крови, которые по своему умственному развитию неизбежно скатываются к маглам!
Если в галактике существуют лишь две вещи, движущиеся быстрее, чем скорость света, то следует признать, что и Хогвартс не был исключением из общего правила, во всяком случае, в отношении слухов. Вся школа уже знала, что Джиневра Уизли неосторожно воспользовалась случайно найденным артефактом, и благодаря этому пострадали кошка Филча и сама девочка. Так что Драко решил ударить Рона по больному месту, дабы получить хороший повод для драки.
— Мерзкий слизеринский выползыш! – рыжий гриффиндорец не обманул ожидания Малфоя. – Ты не будешь ничего говорить о моей семье и о Джинни особенно, иначе пожалеешь об этом!
— Ты хочешь попытаться заставить меня о чем-то жалеть? – небрежно поинтересовался Драко. – Не смеши людей, ты жалкий неудачник, такой же, как и вся твоя семейка, так что знай свое место, Уизел.
Терпению Рона, которого и так было не слишком-то много, окончательно пришел конец и, выхватив палочку, он бросил в Малфоя заклинание «Слагулус Эрукто», о назначении которого ничего не мог сказать даже наставник Поттера, но слизеринец легко увернулся от заклятья. И вряд ли следует назвать случайностью, что за спиной Малфоя в этот момент находилась Дафна Гринграсс.
Во всяком случае, Гарри с самого начала стычки заметил, что белобрысый слизеринец вместо того, чтобы стоять на месте, ловко смещается в сторону Дафны. Старания Гарольда не пропали даром, и Поттер-таки заразился паранойей от своего учителя, поэтому палочка в его руке оказалась раньше, чем Уизли открыл рот, дабы произнести слова заклинания. А уж про то, что сам Гарри невзначай переместился за спину Малфоя, можно было и не упоминать. Для любого хаффлпаффца защита друзей всегда была святым делом.
— Протего! – щит, возникший из палочки Поттера, укрыл Дафну.
Малфой выхватил свою палочку, а Рон вновь замахнулся, чтобы повторить попытку поразить своего противника, но их поединок был прерван на самом интересном месте.
— Всем опустить палочки! – резкий голос профессора Бэгшот заставил детей застыть на месте. – Уизли, Поттер, Малфой, надеюсь, у вас есть объяснение вашему поведению!
Как оказалось, приемлемое объяснение нашлось только у Гарри Поттера. Хаффлпаффец честно заявил, что достал палочку исключительно для того, чтобы защитить от случайного проклятия себя и окружающих его школьников. Малфой попытался повторить финт Поттера, и ему это, возможно, и удалось бы, однако факт оскорблений другого ученика явно не шел ему на пользу. Ну а Рон хоть и пытался объяснить, что был спровоцирован, однако же, был признан виновным в грубом нарушении дисциплины.

* * *

Вечером того же дня Книзлы обсуждали случившийся поединок, причем не все из них соглашались с мнением Батильды Бэгшот, которая утверждала, что никакие оскорбления не дают право запустить в ответ заклятием. В принципе, ребята были согласны, что на слова стоит отвечать словами, но все же признавали, что иногда излишне разговорчивого типа стоит приложить чем-нибудь особо пакостным.
«А лучше сначала ответить словами, а когда он схватится за палочку, вот тогда уже и бить, – деловито прокомментировал обсуждение наставник. – Но если противник слишком силен, стоит промолчать, а потом аккуратно ударить в спину».
«Всегда знал, что ты являешь собой образец рыцарского поведения», – Поттер почему-то не сомневался, что Гарольд, когда он еще обладал собственным телом, твердо следовал своим же советам.
«Фу, не обзывай меня рыцарем! – надулся наставник. – У меня, знаешь ли, мозги присутствуют, в отличие от этих идиотов. А станешь постарше, будешь изучать одну интересную науку, тактикой называется, там это все весьма доступно изложено».
— Дафна, я так струсила, когда в тебя полетело заклятие, – поежилась Ханна. – А ты даже не дернулась!
— Ну, на самом деле я тоже немного испугалась, – мисс Гринграсс слегка поджала губы. – Однако я видела маневры Малфоя и Поттера, так что была готова к тому, что произойдет.
— И ты не волновалась, что Гарри может не успеть поставить щит? – удивилась Гермиона. – Я верю в него, но наверняка бы попыталась защититься сама.
— Мальчикам надо иногда давать поводы проявить свои джентльменские качества, – наставительно заметила слизеринка. – А, кроме того, такое поведение дало мне лишний плюс в поддержании моего имиджа, а об этом тоже не стоит забывать. Да и откровенно говоря, ожидать, что Уизли сможет применить что-то действительно опасное, это даже не смешно. Будь там кто-нибудь другой, я бы еще поволновалась, к тому же мы с Дэвис обсуждали очень важный вопрос и не хотели отвлекаться по мелочам.
— Очень важный вопрос был обсуждением моделей парадных мантий? – невинно поинтересовалась Эббот. – Я заметила, что вы сегодня только об этом и шепчетесь.
— О, я совсем забывала рассказать вам одну новость, – на лице Дафны появилось хитрое выражение. – Дело в том, что профессор Слагхорн попросил меня сегодня утром узнать, не согласимся ли мы навестить его в последнюю субботу перед каникулами. Профессор планирует утроить маленькую вечеринку, пригласив нашу компанию и еще несколько интересных людей.
— Это, видимо, будет репетицией вечеринки его клуба, я слышала, она состоится в последнее воскресенье, – сообразила Сьюзен. – И там наверняка будет кто-то из знаменитостей, а самое главное – будут танцы!
Судя по воодушевленным лицам девочек, задавать глупый вопрос, хочет ли кто-нибудь идти на вечеринку к Слагхорну, явно не требовалось. Возможно, не все ребята так уж сильно горели желанием поучаствовать в танцах и светской болтовне, но попадать под каток девичьих мечтаний желающих не находилось. Все помнили, с каким напором эти милые создания приставали к Поттеру, чтобы он организовал их тайное проникновение на бал.
Сьюзен и Ханна тут же насели на слизеринок с требованием поведать им о последних веяниях волшебной моды, а Гермиона, которая, конечно, тоже была девочкой, но все же могла сохранить себя во вменяемом состоянии даже после таких новостей, потихоньку наклонилась к Гарри.
— Как ты догадался задать вопрос о Гринготсе? – она слегка нахмурилась. – Я посмотрела в учебниках, там эта тема вообще не поднимается. Там вообще нет никаких сведений о гоблинском банке.
Гарри вспомнил маленькую лекцию, которую ему прочитал наставник, дабы раскрыть глаза на современное состояние волшебного сообщества, и принялся озвучивать для Гермионы финансовую подоплеку жизни магической Англии. К немалому удивлению воспитанных в большом мире детей, доблестные британские маги принципиально не платили налоги ни своему министерству, ни тем более правительству Ее Величества. Вместо волшебников наполнением бюджета министерства занимались гоблины, которые с завидной периодичностью делали попытки избавиться от этой почетной обязанности.
По мнению Гарольда, все восстания гоблинов имели своей целью уменьшение налогового бремени и одновременное предоставление политических прав податному сословию. Гарри бы не сильно удивился, если бы узнал, что на знаменах какого-нибудь Щохада Злобного гордо реял лозунг «Нет налогов без представительства».
Естественно, волшебники не горели желанием предоставлять мелким финансистам хоть какие-нибудь права или, тем более, уменьшать суммы дани, но гоблины были весьма упорны, так что магам приходилось находить какие-то компромиссы. И одним из них уже давно стало то, что в обмен на налоги волшебники обязались пользоваться исключительно гоблинским банком. По мнению коротышек, контроль над финансами магов давал гораздо более прочные гарантии соблюдения волшебниками прав гоблинов, чем любые документы. За несколько веков маги настолько привыкли к такому положению дел, что полагали Гринготс единственно возможным вариантом для хранения своих денег. И по большому счету современные волшебники даже не задумывались о подобных вещах, считая сложившийся порядок единственно возможным.
— Так что сейчас маги предоставляют гоблинам возможность жить на своей территории и прячут их от большого мира, а те платят за это деньги, – закончил Гарри. Он обратил внимание, что к концу его рассказа все остальные ребята отвлеклись от своих дел и внимательно слушали его.
— И я думаю, эту информацию министерство никогда не позволит включить в школьную программу, – довольно ухмыльнулся Забини. – Наши политики вряд ли признают, что полностью зависят от гоблинов.
— Вернее, что весь волшебный мир просто нарост на Гринготсе, – кивнул Джастин. – Хотя эта картина не слишком отличается от обычного мира.

* * *

Проходя через гостиную, Гарри мысленно проговаривал свою речь, обращенную к Плаксе Миртл. Всю последнюю неделю Поттер вместе со своим наставником готовились к очередной вылазке для поисков Тайной Комнаты, и вот теперь настал момент истины. Если предположения Гарольда были верны, то они вполне возможно узнают, где находится вход в секретное подземелье Салазара Слизерина.
Вообще-то раньше Поттер считал, что поиски различных тайн это весьма увлекательное и, помимо прочего, довольно опасное занятие. Увы, но под чутким руководством Гарольда мальчику пришлось уяснить, что основой поиска Тайной Комнаты будет не ползание в таинственных закоулках Хогвартса, а кропотливая работа в библиотеке. Причем приходилось просматривать не только пыльные фолианты, которые не открывались школьниками как минимум несколько десятилетий, но и старые подшивки газет, пытаясь найти там крупицы информации.
Именно благодаря чтению старых номеров Пророка, Гарри сумел выяснить, кто пострадал, когда в прошлый раз открывалась Комната. Это была Ширли Миртл, пятикурсница с Когтеврана, призрак которой теперь обитал в туалете второго этажа, где профессор Кеннеди так удачно отобрал у близнецов Уизли якобы суперполезный артефакт. По мнению наставника, близость жилища привидения к месту нападения на миссис Норрис была не случайной, ну или, во всяком случае, могла быть. И вот теперь Поттер наконец-то получил шанс оторваться от книг и перевести их расследование в более активную стадию.
— Доброе утро, Гарри, – из кресла, стоящего у камина, возле которого Книзлы любили собираться по вечерам, донесся мягкий голос Гермионы. – У тебя найдется для меня немного времени?
— Привет, что-то случилось? – Гарри почувствовал беспокойство за подругу. Он испугался, что у нее возникла какая-то проблема, и она с вечера сидит в гостиной.
— Да, случилось, – девочка подождала, пока Поттер усядется рядом с ней. – Случилось, что мой лучший друг в последние дни слишком много времени сидит в одиночестве в библиотеке, а потом еще и бродит ночью по школе. Гарри, ты, конечно, можешь ничего не рассказывать, но я сильно волнуюсь за тебя.
На миг Поттер испытал облегчение, узнав, что с его подругой все в порядке, но Гарри было немного не по себе от того, что их с наставником поиски отдалили его от друзей. Да и откровенно говоря, Гарри хотелось поделиться с кем-нибудь своими находками.
«Думаю, теперь действительно нет смысла отмалчиваться, – заметил Гарольд. – Все равно приручить василиска вряд ли получится, а сами по себе поиски Тайной Комнаты не являются чем-то экстраординарным. Наверняка и до нас этим занимались все кому не лень».
Поттер обрадовался тому, что Гарольд больше не настаивает на сохранении тайны, и подробно рассказал девочке о своем расследовании, в том числе, и о своем знании парселтанга. Все же Гермиона провела детство в обычном мире, и у нее не могло быть сильного предубеждения против змеиного языка. К тому же, Тонкс, по просьбе мисс Грейнджер, проверила ее успехи в защите разума, и результат оказался довольно неплохим. Если сильный легилимент все еще мог залезть к ней в мозг, то даже он не сумел бы сделать это незаметно. Так что Гарри мог быть более-менее спокоен, зная, что его секреты вряд ли уйдут дальше головы Гермионы.
— Но почему ты ничего не рассказал нам? – возмутилась Гермиона. – Мы бы, безусловно, помогли тебе, и наверняка гораздо быстрее собрали бы все нужные сведения.
— Я вообще-то хотел сделать вам сюрприз, – потупился Гарри. – Да и потом, если бы мы бродили ночью по школе большой компанией, нас было бы гораздо легче поймать.
Строго говоря, Поттер не обманывал подругу, так как при любом исходе попытки приручения василиска он собирался первым делом показать друзьям результаты своих трудов. Но и конечно, Гарри не очень-то хотел сообщать кому-нибудь, что он умеет говорить на змеином языке. Хотя, с другой стороны, раньше или позже этот факт все равно стал бы известен, так что даже лучше, если друзья будут знать об этом заранее.
— Гарри, если я все равно теперь знаю о твоем расследовании, ты возьмешь меня с собой? – глаза Гермионы горели жаждой приключений. – Все же этот призрак – девушка, и мне, наверное, будет проще общаться с ней.
Разумеется, Гарри не стал отказывать подруге, и они дружно направились на встречу с тайной.



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Воскресенье, 03.03.2013, 22:38
 
SerjoДата: Воскресенье, 03.03.2013, 22:17 | Сообщение # 56
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
* * *

Если бы директор школы в это субботнее утро посетила кабинет преподавателя ЗОТИ, она наверняка восхитилась бы работоспособностью своего подчиненного. Достойный профессор с красными от недосыпа глазами и осунувшимся лицом усердно работал пером, делая какие-то записи на пергаменте. Наконец преподаватель устало разогнул спину, с ненавистью глядя на результат своих мучений.
— Конфриго! – листок ярко вспыхнул, оставляя на память о себе черную проплешину на столе, семнадцатую за эту ночь.
Вчера вечером Сириусу Блэку наконец-то показалось, что у него появился план, как добиться того, чтобы заполучить в свои руки Гарри Поттера на достаточно продолжительное время. Блестящая идея Сириуса состояла в том, что его старый друг Ремус Люпин пригласит мальчика к себе в гости, чтобы рассказать тому о Джеймсе и Лили, а там они вдвоем сумеют убедить Гарри в том, что ему необходимо избавиться от лежащего на нем проклятья. И не просто убедить, а еще и отыскать с его помощью способ сделать это.
Сам по себе план не представлял больших трудностей, но в нем имелось несколько подводных камней. Одним из них был тот факт, что в настоящий момент Ремус считал Сириуса подлым предателем, и, случись мистеру Блэку заглянуть к другу на огонек, его ждали бы не распростертые объятия, а несколько мощных проклятий. После недолгих раздумий Сириус решил, что возобновить общение со старым товарищем будет лучше не лично, а написав тому письмо.
Идея была здравой, вот только над текстом этого письма достойный джентльмен просидел всю ночь, но так и не достиг приемлемого результата. Сириус признавал, что среди его многочисленных достоинств, увы, почему-то не значится мастерство владения эпистолярным жанром. Как ни крути, получалось, что изложить на пергаменте свою историю так, чтобы Люпин поверил ему, никак не выходило, но другого способа убедить друга в своей невиновности Сириус пока не видел. Нет, конечно, можно было напасть на Люпина и, связав его, заставить себя слушать, однако был вполне вероятен вариант, что это не Сириус поймает Ремуса, а все произойдет строго наоборот. О «приятных» последствиях такого события мистеру Блэку не хотелось и думать.
Решив, что вечер утра мудренее, Сириус собрался лечь спать, но его намерение было разрушено громким писком сигнального амулета. Сириус настроил его на туалет Плаксы Миртл, дабы тот предупреждал мистера Блэка о том, что кто-то решил посетить это интересное место. Сириус обожал разгадывать тайны и после нападения на кошку Филча провел свое собственное расследование, результатом которого и стало его повышенное внимание к «дому» одного прыщавого призрака.
Чтобы выяснить, кто именно в столь ранний час решил навестить это весьма редко посещаемое место, Сириус обратился к Карте Мародеров. Пергамент послушно открылся и показал, что сын его лучшего друга вполне оправдывает ожидания мистера Блэка и в данный момент героически обследует туалет Плаксы Миртл, причем делает это отнюдь не в гордом одиночестве. С недавнего времени Поттер завел весьма полезную привычку по выходным бродить по школе незадолго до подъема, причем все его перемещения заканчивались в районе коридора второго этажа. Судя по всему, Гарри заинтересовала Тайная Комната, и мальчик, следуя по стопам многих поколений волшебников, занялся ее поисками. Довольно ухмыльнувшись, Сириус рывком поднялся со стула и стремительно покинул кабинет. У него появился шанс неплохо подшутить над крестником.

* * *

По мнению Гермионы Грейнджер, мальчики иногда вели себя на удивление бестактно. И даже Гарри, который почти идеально общался с девочками, увы, не был исключением из этого правила. Убирая с помощью чистящих чар брызги воды, которой окатила их Плакса Миртл перед тем, как скрыться в фановой трубе, девочка задавалась вопросом, зачем все-таки Поттеру понадобилось узнавать, пачкается ли у призраков одежда, когда они проходят через грязь.
— Ну вот, теперь нам придется снова сюда приходить, – укоризненный тон мисс Грейнджер должен был показать ее другу, что ему следует больше следить за своей речью. – Ты же сам говорил, что этот призрак очень обидчив, и сам же спровоцировал ее. А мы могли бы попытаться выведать у нее еще что-нибудь важное об этом месте.
— Вообще-то я сделал это специально, – Поттер задумчиво рассматривал умывальник, на медном кранике которого была выгравирована маленькая змейка. – Миртл уже рассказала нам все, что нужно, и думать, как открыть вход в Тайную Комнату, лучше без нее.
Гермионе оставалось только тяжко вздохнуть. Судя по всему, ее друг воспринял поиски Тайной Комнаты слишком близко к сердцу и проявлял в этом деле излишнюю торопливость. Хотя, конечно, можно было понять некоторое его разочарование, когда он узнал, что почти сразу же после Хеллоуина с Миртл успели пообщаться Аластор Муди и профессор Кеннеди. Привидение очень гордилось, что в последнее время пользуется такой популярностью, и, поведав им печальную историю своей гибели, сама указала место, возле которого каждый из этих опытных волшебников провел не один час.
Ширли Миртл сообщила им, что то, что они видят перед собой, является всего лишь весьма качественной иллюзией. Во всяком случае, это утверждал Кеннеди, имеющий полезную привычку тихо разговаривать сам с собой, предаваясь размышлениям. Конечно, Миртл могла что-нибудь и напутать, однако она и сама косвенно подтвердила это утверждение профессора ЗОТИ.
Как оказалось, привидение, свободно проходящее сквозь стены и перекрытия Хогвартса, в этом месте ощущала какой-то столб, проникнуть внутрь которого оно не могло. И, по словам призрака, попытки Муди и Кеннеди проложить себе дорогу с помощью магии также окончились неудачей. Осознавая превосходство взрослых магов, девочка задавалась вопросом, как Гарри будет пытаться открыть этот таинственный проход.
— Этот столб, скорее всего, тоннель, – медленно произнес Поттер. – А значит, открыть вход довольно безопасно, так как сама комната, вернее всего, находится где-то под землей. Что не удивительно, учитывая любовь Слизерина к подземельям.
— Но ведь у нас нет ключа! – Гермиона не хотела разочаровывать Гарри, однако считала, что должна таки воззвать к его здравому смыслу. – И если даже специалисты не могли открыть без него дверь, то у нас и подавно не получится.
— Салазар хотел, чтобы комнату могли открыть его наследники, – Поттер оторвался от созерцания сантехники и уставился на подругу. – А значит, он рассчитывал либо на какой-то артефакт, либо на пароль.
— Но артефакт могут выкрасть, а пароль заставить раскрыть, – подхватила Гермиона, понявшая ход рассуждений Гарри. – Следовательно, если Слизерин был не дурак, а это, скорее всего, так и было, он придумал нечто другое.
— Обычный маг, скорее всего, связал бы проход кровью, – Гарри вновь уперся взглядом в умывальник. – Но Основатель не был обычным и к тому же наверняка понимал, что его кровь быстро растечется по всему волшебному миру. Поэтому, скорее всего, проход должен быть связан с чем-то другим.
— А самой известной особенностью Слизерина и его прямых потомков является владение змеиным языком! – Гермиона чуть не захлопала в ладоши. – А ты как раз владеешь им! Гарри, ты должен сейчас же попробовать что-нибудь сказать на парселтанге, может быть, это и есть разгадка.
— А Муди и Кеннеди не могли ничего сделать, так как не говорят на нем! – на губах Поттера появилась довольная улыбка. – Только наверняка ведь надо сказать что-нибудь особенное, какую-нибудь ключевую фразу...
— Что-то вроде «Сезам откройся»? – скептически посмотрела на него Гермиона. – Думаю, все намного примитивнее.
Гарри, видимо, решил, что будет гораздо проще не спорить с подругой, а провести эксперимент. Мальчик напрягся, и из его уст раздалось шипение, от которого у Гермионы по спине побежали мурашки. В первое мгновение ей показалось, что ничего не происходит, но затем умывальник, перед которым они стояли, начал медленно отъезжать в стену. Взвизгнув, Гермиона схватила Гарри за руку и оттащила его в самый дальний угол. После того, как проход полностью открылся, глазам детей предстала темная шахта, из которой ощутимо несло холодом.
— Ой, получилось! – голос Гермионы слегка дрожал. – Гарри, а что ты сказал?
— Ну, я последовал твоему совету, – Поттер облизал пересохшие губы. – Знаешь, этот «Сезам откройся» действительно работает.
— А ты не мог бы сейчас закрыть проход? – Гермиона нерешительно посмотрела на друга. – Теперь, когда мы знаем, как туда попасть, я думаю, нам следует получше подготовиться, прежде чем соваться вниз.
Мисс Грейнджер немного опасалась, что в душе Поттера проснется дух приключений, и он пожелает прямо сейчас нырнуть в открывшийся тоннель, но у нее неожиданно нашелся достойный союзник.
— Да, мистер Поттер, пожалуй, это будет правильно!
Девочка резко повернула голову сторону двери и обнаружила там профессора Кеннеди, на лице которого отчетливо читалось удивленно-восхищенное выражение. Гермиона внезапно почувствовала огромное облегчение – все же находиться рядом с открытым входом в обитель чудовища Слизерина было намного спокойнее, когда рядом с ними был опытный волшебник.



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
SvetaRДата: Понедельник, 04.03.2013, 01:21 | Сообщение # 57
Высший друид
Сообщений: 844
« 240 »
Мммм... Обливиейт?


Свет лишь оттеняет тьму. Тьма лишь подчеркивает свет.

 
SerjoДата: Суббота, 23.03.2013, 20:58 | Сообщение # 58
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
Глава 9. Защитники животных


Когда на месте умывальника образовался проход, Гарри с недоумением уставился на него, не будучи в силах поверить, что фраза из сказки оказалась паролем к Тайной Комнате.
«Конечно, я могу ошибаться, – самокритично заметил наставник, – но, скорее всего, «Сезам» здесь ни при чем. Думаю, одного «Откройся» было бы достаточно».
«Э… проверять будем?» — Гарри сказал первое, что пришло в голову, но, как оказалось, он угадал ход мыслей наставника.
Правда, сразу осуществить смелый эксперимент у него не получилось, так как его подруга внезапно проявила не вполне свойственную ей активность и, чуть не сломав Поттеру руку, утащила его подальше от таинственного лаза. Пока Гарри соображал, как именно следует закрывать предполагаемый вход в Тайную Комнату, он успел на автомате пообщаться с мисс Грейнджер. Поттер уже предположил, что именно следует произнести, и начал сосредотачиваться, чтобы выдать нужную фразу на парселтанге, но от дела его отвлекло появление в туалете нового лица. Впрочем, поскольку мнение профессора Кеннеди полностью совпадало с желанием детей, Поттер не стал слишком сильно удивляться явлению излишне пронырливого преподавателя и, закрыв глаза, прошипел: «Закройся».
Услышав скрежет камня, Гарри разжал веки и увидел, что раковина заняла свое законное место. Стоящая рядом Гермиона издала протяжный вздох, да и сам Поттер заметил, что последнюю минуту забыл о необходимости дышать.
«Как здесь оказался Кеннеди? – наконец позволил себе удивиться Гарри. – Причем уже второй раз!»
«Мой мудрый ученик, – сарказм в голосе наставника говорил о том, что слово «мудрый» однозначно следовало поставить в кавычки. – Плакса Миртл сказала тебе, что Кеннеди и Муди тоже нашли вход в подземелье, хоть и не смогли открыть его. А уж догадаться о том, что каждый из них не забыл поставить сигнальные чары на этот туалет, мог бы и сам, загрузив работой свои единственные полторы извилины».
«А поскольку Муди работал на директора, сейчас здесь появится еще и МакГонагалл? – мальчик попытался проявить сообразительность. – Но ведь в прошлый раз ее не было».
«Гарри, Мак-кошка – пожилая женщина, и она вряд ли будет лично носиться по школе, – наставительно указал Гарольд. – Скорее уж директор разместила здесь чей-нибудь портрет, и сейчас он нагло следит за всем, что тут делается».
Поттер получил возможность лишний раз убедиться, что наставник если и не всегда, то все же очень часто оказывается прав. Во всяком случае, после внимательного осмотра туалета Поттер обнаружил в тени какой-то ниши нарисованную на холсте волшебницу, которая с интересом смотрела на него.
— Э.. мне надо кое-что проверить, – непонятно к кому обратился Гарри и, не дожидаясь реакции окружающих, вновь дал команду «Откройся», только на этот раз без всяких лишних слов. Как и предсказал Гарольд, для открытия двери никакой Сезам не потребовался, а вот беруши как раз совсем не помешали бы.
— Гарри! – завопила Гермиона. – Что ты делаешь?!
«Закройся», — Поттер удовлетворенно смотрел, как умывальник встает на место. – Гермиона, ну зачем так кричать, я просто проверил, как работает вход.
— Зачем кричать? – возмутилась та. – Мог бы и предупредить о своих идеях. Там сидит чудовище Слизерина, а ты тут играешься.
Поттер, конечно, согласился с этим упреком подруги, но в свое оправдание он мог сказать, что, судя по обилию наблюдателей, у него могло больше и не появиться шанса проверить работу тайной двери.
— Ну что, просто «Откройся» сработало? – с видимым интересом поинтересовался Кеннеди.
— Да, сэр, – Гарри чуть напрягся, не зная, чего можно ожидать от догадливого преподавателя. – Хотя мне кажется, что поставить в дополнение к защите пароль было бы более логичным.
— Ну, не скажи, – профессор, казалось, забыл, что по идее должен был бы заняться воспитательной работой с учениками, в неположенное время гуляющими по школе и нагло лезущими куда не следует. – Судя по силе маскировочных чар, которые стоят на этой двери, и которые до сих пор не выдохлись, основатель ставил эту защиту на века, а со временем любой пароль мог бы потеряться.
— А что это за чары, профессор? – Гермиона не могла пройти мимо новой информации. – Мы с Гарри ничего не заметили. И как вы догадались об иллюзии?
— С теми знаниями, которыми вы сейчас владеете, вы и не смогли бы их обнаружить. Чары, которые я применял для обнаружения входа, изучат съемщики проклятий. Так что если после школы пойдете работать в Гринготс, тогда с ними и познакомитесь. Или можете порыться в соответствующих книгах, – преподаватель задумчиво посмотрел на любознательную ученицу. – А об иллюзии вы должны были бы догадаться сами – не думаете же вы, что этому умывальнику уже тысяча лет.
«Да, самонастраивающиеся маскировочные чары это действительно сильно! – задумчиво выдал наставник. – Если не будешь ловить ртом ворон, лет через полсотни тоже сможешь сделать нечто подобное».
«Полсотни лет? – не поверил Гарри. – Мне кажется, что создание иллюзий не так уж и сложно».
«Я сказал про самонастраивающиеся иллюзии, – поправил мальчика наставник. – Которые сами принимают вид окружающей местности и даже на ощупь неотличимы от нее. Хотя, конечно, на любую хитрость найдется свое средство».
— Сэр, а как вам удается так ловко отводить глаза? – Гарри вспомнил про свой плащ-невидимку. – Я не заметил, чтобы у вас был с собой какой-нибудь артефакт.
— Это обычные дезиллюминационные чары, – профессор небрежно махнул рукой, но, заметив удивление учеников, решил уточнить: – Конечно, в Хогвартсе их не изучают, но согласитесь, что и я далеко не школьник.
— Но я читала, что они под силу только очень сильным волшебникам, – Гермиона с нескрываемым уважением смотрела на своего преподавателя. – Ой, простите, я, конечно, не хотела сказать, что считала вас слабым, но…
— Не смущайся, репутация преподавателей ЗОТИ мне хорошо известна, – мужчина обнажил зубы в некоем подобии улыбки. – Но это не проблема, порой даже полезно, что окружающие считают тебя слабаком.
Гарри хотел задать еще несколько вопросов профессору, который, по всей видимости, был совсем не против неформального общения с пойманными нарушителями дисциплины, однако ему пришлось отложить это дело. Засевший в нише портрет посчитал, что со стороны волшебников крайне невежливо не обращать на него внимания, и предупредительным кашлем напомнил о своем существовании.
— Профессор Кеннеди, директор школы просит вас пройти вместе с учениками к ней в кабинет, – строго произнесла нарисованная на холсте волшебница.
Кеннеди вежливо поклонился даме и жестом предложил детям покинуть жилище Плаксы Миртл. Выйдя за дверь, преподаватель задержался на минуту и наложил на вход в туалет неизвестное Поттеру заклинание.
— Ну вот, надеюсь, теперь попасть сюда не сможет никто из учеников, – пояснил он свои действия хаффлпаффцам. – Не слишком надежно, но на какое-то время сойдет.
— А почему вы сразу не наложили эти чары? – поинтересовалась Гермиона. – Мне кажется, так было бы надежнее.
— Ну, поскольку артефакт, открывавший вход в Тайную Комнату, был уничтожен, я не видел в этом смысла, – хмыкнул Кеннеди, делая хитрое лицо. – К тому же многие школьники почему-то частенько выбирают этот туалет в качестве места для встреч, так что мне не хотелось их разочаровывать. И увидев на карте, конфискованной у близнецов, что мистер Поттер решил не отставать от старшеклассников и назначил мисс Грейнджер романтическое свидание в столь шикарном месте, я не мог не восхититься его познаниями школьной жизни.
Гарри стремительно покраснел, представив себе, что подумал профессор, обнаружив их в этом месте. Только не хватало, чтобы преподаватель решил, что они втайне целовались в заброшенном туалете! Поттер украдкой посмотрел на подругу и увидел, что она смущена не меньше его. Видимо, они вдвоем представляли из себя довольно забавное зрелище, так как профессор разразился не слишком вежливым смехом.
— Но мистер Поттер явно решил меня удивить! – на лице Кеннеди сияла улыбка в тридцать два зуба. – Вместо банального туалета Плаксы Миртл назначить свидание в Тайной Комнате, это говорит о серьезности его намерений.
Взгляд, которым Гарри одарил преподавателя, вполне мог бы поджечь его мантию, причем без помощи магии, однако на Кеннеди он не подействовал. Видимо, профессор был вполне доволен своим остроумием, а особенно смущением детей.
«Не будь это твой профессор, можно было бы спросить его, зачем ему понадобилось тайно подсматривать за этим «романтическим свиданием», — ядовито заметил наставник, судя по всему, обидевшийся, что кто-то посмел безнаказанно издеваться над Поттером. – А дезиллюминационные чары он небось выучил, чтобы смотреть за целующимися парочками, извращенец».
Гарри представил себе Кеннеди, занятого столь неблаговидным делом, и на его губах появилась улыбка. Говорить подобные вещи преподавателю, конечно, не стоило, но вот потом довести мысли Гарольда до друзей – это совсем другое дело.
— Мы вовсе не собирались там целоваться! – в отличие от Поттера, Гермиона была лишена поддержки старшего товарища и не смогла сдержать свое недовольство поведением профессора. – Если вы считаете, что мы провинились, гуляя по школе в неположенное время, так и скажите, а не придумывайте разные истории.
Она, похоже, сама испугалась своей горячности и теперь с некоторым смущением смотрела на профессора, тем не менее, не пытаясь спрятать свои глаза. Гарри почувствовал, что подруга нуждается в поддержке, и, сделав шаг в сторону, сжал ее ладонь в своей руке. Но Кеннеди, похоже, не обиделся на упрек, так как вместо того, чтобы придать себе грозный вид, примиряюще поднял руки.
— Хорошо, хорошо, не хотите признаваться, не надо, – профессор сделал невинное лицо. – Хотя не могу не одобрить выбор мистера Поттера.
Пользуясь тем, что дети, широко раскрыв глаза, замерли на месте, преподаватель повернулся к ним спиной и преспокойно направился в сторону директорского кабинета. Сделав несколько шагов, он обернулся и смерил Гарри и Гермиону насмешливым взглядом.
— Если вы не забыли, нас ждет профессор МакГонагалл, так что поторопитесь, – он на секунду задумался, стоит продолжать или нет, но, видимо, не смог отказать себе в удовольствии. – Пообщаться наедине вы можете и потом, к тому же выбрав более укромное место, чем этот коридор.

* * *

Когда Минерва МакГонагалл только стала директором школы, она полагала, что основными ее проблемами станут совершенствование учебного процесса и подбор персонала. Теперь, когда прошло уже полгода после ее вступления в должность, она поняла, что поначалу плохо представляла себе трудности своей должности. Ибо сейчас перед ней реально встала основная проблема, которая, как оказалось, более чем часто мучает руководителей – проблема принятия решения.
Когда ее старый друг Муди настоятельно порекомендовал ей не блокировать помещение, где находится вход в Тайную Комнату, а лишь установить контроль за ним, Минерва была категорически против такого половинчатого решения. Да, по словам Грозного Глаза, без уничтоженного им артефакта проникнуть к чудовищу Слизерина было невозможно, так что опасности в том, чтобы оставить открытым туалет второго этажа, вроде бы не было. И МакГонагалл прекрасно понимала мотивы опытного аврора, который желал бы иметь в своем распоряжении список лиц, излишне интересующихся историческими открытиями, но было одно «но».
Важнейшее значение для нового директора школы имела безопасность детей, и даже гипотетическая возможность нового открытия Тайной Комнаты заставляла МакГонагалл в первую очередь думать о том, как бы понадежнее замуровать вход в нее. Ловить на живца типов, желающих выпустить на свободу чудовище Слизерина, это, конечно, здорово, но рисковать для этого детьми Минерва не желала.
В итоге Муди все же удалось уговорить ее на время оставить попытки заблокировать подход к Тайной Комнате, но МакГонагалл озаботилась тем, чтобы сигнальные чары, лежащие на туалете Плаксы Миртл, в любой момент времени извещали бы ее о появлении возле секретного прохода любых людей. Несколько раз профессор МакГонагалл уже прерывала свой сон, чтобы узнать, что очередной ученик или преподаватель решился приблизиться к открытию тайны. К ее немалому облегчению, до сих пор все экскурсии в туалет Плаксы Миртл оканчивались ничем, но сегодня наконец ее предусмотрительность была вознаграждена.
Когда Саманта Фокс, бывший директор Хогвартса и декан Хаффлпаффа, сообщила ей, что Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер открыли вход в Тайную Комнату, Минерва готова была тут же броситься на второй этаж, чтобы попытаться взять ситуацию под свой контроль. К ее немалому облегчению, рядом с детьми внезапно объявился профессор Кеннеди, вход был закрыт, и непосредственная угроза появления в школе монстра отошла на задний план. Но если подозревать Поттера можно было лишь в излишнем любопытстве, то вполне мог бы найтись кто-то другой, кто обладал бы теми же способностями, но не имел бы моральных ограничителей, имеющихся у сына Джеймса и Лили.
— Леди и джентльмены, – МакГонагалл уже приняла определенное решение и теперь хотела проверить его правильность, прося совета у бывших директоров школы. – Я планирую сегодня же замуровать помещение, в котором находится вход в Тайную Комнату, используя при этом всю мощь защитных чар Хогвартса. У кого-нибудь из вас есть возражения по этому поводу?
— Мне кажется, что раз уж имеется возможность раз и навсегда покончить с этим монстром, то не стоит ограничиваться блокировкой комнаты, – благородный рыцарь Стоун решительно взмахнул зажатым в руке мечом. – Снести башку этому чудовищу и дело с концом!
— Не вами эта «башка» выращена, не вам ее и сносить, – возмутился Найджелус Блэк. – Великий основатель не зря оставил нам в наследство это животное, так что следует думать не о том, как его уничтожить, а о том, как его использовать.
— Использовать? – несколько голосов слились в один. – Это полный бред.
Найджелус изобразил на своем лице глубокое презрение к жалким перестраховщикам и демонстративно повернулся спиной к остальным директорам. Однако не один только мистер Блэк пожелал сохранить жизнь монстру.
— Минерва, я не понимаю, из-за чего такая паника? – Альбус Дамблдор сверкнул своими знаменитыми очками. – Насколько я знаю, в Англии сейчас живут только два змееуста, Волан-де-Морт и Гарри Поттер. Но один из них сейчас пребывает в виде духа и вряд ли может проникнуть в Хогвартс, а мистера Поттера можно убедить не совершать опрометчивых поступков. Зато наблюдая за входом, вы можете выявить других потенциальных темных магов. И если не вам, то кому-нибудь из будущих директоров эта информация может пригодиться.
— Конечно, Хогвартс уже давно не боевой замок, а обычная школа, и уже несколько веков никто не пытался силой захватить его, – неспешно начал Конрад фон Драхенберг. – Однако никогда нельзя предполагать, что случится в будущем. Так что я за то, чтобы сохранить чудовище, но, конечно, под контролем директора школы.
— А если директором станет очередной Темный Лорд или его ставленник? – директор Диппет явно не разделял оптимизма первого директора школы. – Лучше все же не искушать судьбу и раз и навсегда уничтожить это оружие.
— Если директором Хогвартса станет кто-то, вроде вашего Волан-де-Морта, то будет не важно, окажется в его распоряжении монстр Слизерина или нет, – насмешливо фыркнул сэр Конрад. – А магия вообще потенциально опасна, так что, по-вашему, ее лучше забыть? Впрочем, вы с Дамблдором приложили массу усилий, чтобы волшебники знали как можно меньше.
Помещение заполнилось возмущенными криками бывших директоров, выяснявших, кто из них больше сделал для блага магической Англии, и Минерва поняла, что, несмотря на всю их былую мудрость, бремя принятия решения с нее никто не снимал. Впрочем, аргументы первого директора школы все же произвели на нее определенное впечатление, и она склонялась к тому, чтобы согласиться с его мнением. Но для принятия окончательного решения она решила для начала поговорить с Гарри Поттером. Тем более что профессор Кеннеди с учениками уже стояли перед горгульей, охраняющей вход в ее кабинет.

* * *

Кабинет директора Хогвартса при отсутствии в нем Аластора Муди, по мнению Поттера, был вполне приятным местом. Если в прошлый раз он почти все свое внимание уделял старому аврору, то теперь Гарри сумел внимательно осмотреть помещение. И, как оказалось, сделал это не зря.
«Ага, так и знал! – довольно выкрикнул Гарольд. – Заметил, как притаились портреты? Уверен, все они общаются с директором и дают ему подсказки».
«То есть, у МакГонагалл есть свои наставники, как и у меня? – Гарри представил, что в его голове сидит не один, а несколько умерших волшебников. – Тогда с ней лучше не шутить».
«Ну, до меня-то им далеко, – самонадеянно заявил Гарольд. – Но я бы не советовал тебе слишком расслабляться. Все же опыт – это опыт».
— Профессор Кененди, я благодарю вас за то, что вы столь своевременно проявили похвальную бдительность, – профессор МакГонагалл кивнула преподавателю ЗОТИ. – Хотя признаюсь, ваш энтузиазм меня несколько удивил.
— Я посчитал своей обязанностью уделить некоторое внимание столь интересному феномену, – Кеннеди небрежно встряхнул волосами. – Все же Тайная Комната – это одна из самых древних загадок Хогвартса.
— Безусловно, так! – взгляд профессора МакГонагалл был весьма красноречив и ясно говорил, что лично директор не особенно разделяет восторг своего преподавателя. – И я бы хотела услышать от мистера Поттера, как именно он сумел открыть Тайную Комнату.
Решив, что не стоит разводить секреты на пустом месте, Гарри поведал директору про то, как он догадался, что таинственное чудовище Слизерина говорит на змеином языке, а значит, и само является змеей. Кеннеди и Грейнджер слушали не с меньшим интересом, чем МакГонагалл, про то, как Поттер додумался, что Плакса Миртл может подсказать, где именно находится вход в Тайную Комнату. Гарри было даже несколько неудобно приписывать себе заслуги наставника, но другого выхода он не видел.
— Так вот что ты искал в библиотеке! – воскликнула Гермиона, когда Поттер поведал об исследовании пород змей. Впрочем, мисс Грейнджер тут же вспомнила, где она находится, и, закусив губу, изобразила живейшее сожаление о своей несдержанности.
Наконец Гарри поведал о том, как с помощью Гермионы выяснил то, как можно управлять входом в обиталище чудовища Слизерина. К его немалому удивлению, Гермиона опять засмущалась, услышав о своей прозорливости, и в итоге сделал вывод, что так на мисс Грейнджер влияет директорский статус профессора МакГонагалл. Ведь на профессора Кеннеди она так не реагировала, во всяком случае, когда он молчал.
Отвечая на вопрос МакГонагалл о том, как же Поттер собирался извести василиска, мальчик объяснил идею с петухами и их принудительным криком. Профессор Кеннеди заметил, что его план попахивал откровенной авантюрой, в то же время подумав, что чары, заставляющие кого-то громко кричать, могут быть весьма интересны, хотя и в более мирных целях.
— Гарри, и тебе было бы не страшно идти туда одному? – ужаснулась Гермиона. – Ты ведь всегда мог позвать нас с собой и не рисковать зря.
— Вот взять с собой я не мог никого, – Поттер не стал изображать из себя героя. – Василиск не причинил бы вреда мне, как змееусту, а вот на моих спутников вполне мог бы напасть. Именно поэтому я и не рассказывал вам о своих поисках, чтобы вы не приставали ко мне с идеей идти всем вместе.
Профессор МакГонагалл похвалила Поттера за его догадливость, слегка попеняв на то, что мальчику следовало прийти к ней, а не заниматься самодеятельностью. Закончила она свою речь тем, что сделала заявление о том, что сегодня же вход в туалет Плаксы Миртл будет замурован. Кроме того, директор весьма настойчиво попросила профессора Кеннеди и Гермиону Грейнджер не афишировать информацию о выявленном у Поттера даре. Меньше всего профессору МакГонагалл нужны были слухи о том, что Мальчик-Который-Выжил является наследником Слизерина и новым Темным Лордом, которые были бы неизбежны, узнай общественность о владении им парселтангом.
— Думаю, всем нам уже пора идти на завтрак, – миролюбиво закончила МакГонагалл. – Впрочем, мистер Поттер, вас не затруднит задержаться на минуту? Мне бы хотелось, пользуясь случаем, задать вам пару вопросов о семье Тонксов.
Разумеется, Кеннеди и Грейнджер правильно поняли намек МакГонагалл и поспешили покинуть кабинет директора, оставив Поттера размышлять о том, чем именно заинтересовали директора его новые родственники. Правда, долго гадать ему не пришлось.
— Мистер Поттер, я сожалею, что ввела вас в заблуждение, по поводу причин этого нашего разговора, – МакГонагалл недовольно поджала губы. – Хотя один вопрос о Тонксах я все же задам. Кто-нибудь из них знает о вашем даре?
— Нет, профессор, – Гарри напрягся, поняв, что директор приготовила ему какой-то сюрприз, не обязательно приятный.
— Сообщать им об этом или нет, конечно, ваше дело, – директор на секунду прервалась. – Но если вы им все же расскажете об этом, попросите Тонксов связаться со мной. Я смогу прояснить для них кое-какие нюансы этого дара.
— А для меня вы их не проясните? – Поттер слегка обиделся. – Или же там есть что-то, что мне не стоит знать?
— Как раз об этом я и хотела поговорить, – профессор чуть нахмурилась, давая понять Поттеру, что не стоит ее перебивать. – Но для начала я попрошу вас честно ответить мне, что именно вы хотели сделать с василиском.
Гарри обратил внимание, что сейчас за ним внимательно следит не только МакГонагалл, но и все портреты. Мальчик слегка поежился, догадываясь, что бывшие директора Хогвартса способны просчитать по его лицу, правду он говорит или нет, причем без всякой легилименции. Решив ничего не приукрашивать, Гарри честно поведал директору, что, еще не зная, какая именно змея прячется в Тайной Комнате, он хотел попытаться приручить ее, а поняв, что это василиск, принял решение уничтожить.
— И почему же вы просто не оставили этого монстра в покое? – МакГонагалл изучающе посмотрела на него. – Или же всех, кого нельзя приручить, следует убивать?
— Василиск – это не «все», профессор, – Гарри расправил плечи. – Вы же знаете, что это чудовище предназначено для одной цели – убивать. И если кто-нибудь из темных волшебников вновь открыл бы Тайную Комнату, могли бы пострадать ученики, мои друзья. Поэтому я хотел раз и навсегда избавить Хогвартс от этой угрозы.
Несколько портретов одобрительно закивали, услышав эти слова мальчика, хотя другие слегка скривились от его прямолинейности. Судя по всему, не он один пребывал в сомнениях о том, как следует поступать с чудовищем Слизерина.
— Ну и, конечно, мне хотелось заполучить голову тысячелетнего василиска, – чуть покаянно признался Поттер. – Все же это было бы круто!
— Гарри, не все, что способно убивать, является злом, – вздохнула директор. – И монстр Слизерина был помещен в замок, чтобы служить последней линией его обороны. Со времен основателей много всего изменилось, но каждый директор по-прежнему думает о безопасности Хогвартса. Именно поэтому я решила не пытаться уничтожить чудовище, а оставить его и дальше охранять школу.
Тут Гарри узнал, что, когда МакГонагалл сообщала им о намерении замуровать вход в туалет второго этажа, она немного покривила душой. Проход к Тайной Комнате должен был остаться, просто воспользоваться им мог только лично директор школы и волшебники, сопровождаемые им. Иначе говоря, в настоящее время это были бы Минерва МакГонагалл и Гарри Поттер. Это гарантировало, что больше никто не сможет воспользоваться василиском в своих личных целях, и оставляло контроль над монстром в руках законного руководителя Хогвартса.
Если Гарри и считал, что им следовало окончательно решить вопрос с чудовищем, то он вынужден был сдаться под напором уверенности МакГонагалл и вновь воспылавшего любовью к наследию Слизерина наставника. Гарольд счел доводы директора вполне разумными, тем более что он и изначально не слишком-то хотел убивать тысячелетнего гада. В итоге Гарри пообещал профессору МакГонагалл хранить этот их разговор в тайне для вящей безопасности Тайной Комнаты и больше не предпринимать самостоятельных попыток проникнуть в нее.

* * *

Благодаря появлению в школе дуэльного клуба ребята стали уделять гораздо больше времени дополнительным занятиям по ЗОТИ. Как это часто бывает, дух соперничества оказался прекрасным стимулом для школьников, особенно когда само это соперничество было красиво оформлено и подкреплено вековыми традициями. Вот только знания и навыки учеников весьма разнились, так что Книзлам срочно пришлось подтягивать своих более слабых товарищей.
Из их компании в первом туре друг с другом сражались только Невилл с Финниганом, и Лонгботтом вполне ожидаемо проиграл. Несмотря на то, что он уже не был тем неуверенным мальчиком, который впервые ехал на поезде в Хогвартс, некая неуклюжесть в нем все еще ощущалось. И это несмотря на то, что магической силой он уступал только Гарри и Майклу, что стало особенно заметно после того, как, благодаря Поттеру, Лонгботтом обзавелся новой палочкой.
Сама Гермиона дралась в первом туре с Теодором Ноттом, хмурым крепышом из Слизерина, которого сумела одолеть с большим трудом. Все же она не выделялась особенной силой среди своих сверстников и к тому же вела бой слишком академично. Хорошо хоть летние занятия под руководством миссис Тонкс позволили ей несколько эффективнее создавать заклинания, да и собственные тренировки по методикам, описанным в переведенной Поттером книге, давали надежду на постепенное увеличение магической мощи.
Всю вторую половину дня в субботу их компания провела в одном из пустующих классов, где старательно отрабатывала приемы, которые могли бы пригодиться им в дальнейших боях. Расписание соревнований было составлено профессором Кеннеди по какой-то весьма запутанной формуле, согласно которой, прежде чем вылететь из борьбы, любой участник дуэльного клуба должен был провести как минимум три боя с разными противниками. Гермиона сильно надеялась, что ей не придется встречаться на дуэльном помосте с Гарри Поттером, так как, во-первых, она сама болела за друга, а во-вторых, из опыта их учебных поединков прекрасно сознавала, что его ей не победить.
У Гарри был несомненный талант импровизатора, и любая ее защита, построенная в точном соответствии с канонами тактики, рассыпалась под его неожиданными выпадами. Правда, проявить себя в Дуэльном клубе Гарри пока не удалось, так как его первой соперницей стала Лаванда Браун с Гриффиндора, которую больше интересовала не победа в поединке, а то, красиво ли она смотрится на помосте. Результат такого боя был предсказуем, и Гарри спустя четверть минуты после его начала без особого труда стал победителем.
Понятно, что уставшим ребятам, несмотря на плотный ужин, захотелось пополнить свои запасы энергии, и эльфы Хогвартса были счастливы выделить эмиссарам Книзлов, засланным на кухню, целую гору пирожных. Дети успели разлить по чашкам чай и теперь с нетерпением поглядывали на лакомство, дожидаясь своих друзей из Рейвенкло. Вороны, после ужина решившие для начала навестить свою гостиную, почему-то задерживались, а начинать пиршество без них было бы не по-товарищески.
— А вот и они! – радостно воскликнул Дин Томас и потянулся за пирожным, да так и замер с вытянутой рукой. – Эй, а что с вами случилось?
Гермиона повернулась к двери и вскрикнула от удивления. Под глазом Терри синел здоровый синяк, губы Майкла распухли самым предосудительным образом, но, несмотря на эти повреждения, мальчики выглядели вполне довольными собой и миром. А, кроме того, вместе с ними в гостиную Хаффлпаффа вошла маленькая белокурая девочка, которую Гермиона смутно помнила как одну из первокурсниц Рейвенкло.
— Что с вами случилось? – воскликнула Сьюзен. – Вам надо срочно зайти в лазарет, пойдемте, мы проводим вас!
— Ерунда, само пройдет! – пренебрежительно махнул рукой Бут. – И, кстати, познакомьтесь, это Луна Лавгуд, думаем, ей не помешает побыть в нашей компании.
— Лавгуд… Твой отец – редактор «Придиры»? – Трейси Дэвис с интересом посмотрела на блондинку. – Это где пишут о разных мозгошмыгах и вампирском прошлом Фаджа?
— Точно, это она! – Майкл направил девочку, спокойно разглядывающую обиталище барсуков, к столу. – Только нам повстречались не мозгошмыги, а нарглы.
Майкл, наслаждаясь вниманием аудитории, подробно рассказал, как они сегодня обнаружили первокурсницу с их факультета, которая почему-то шла по коридорам школы в одних чулках. Ребята решили узнать, что с ней случилось, и получили в ответ рассказ о коварных нарглах, которые любят таскать ее вещи. Не откладывая дела в долгий ящик, парни направились в свою гостиную и после быстрого опроса струхнувших от их грозного вида одногруппников Луны выяснили, что в роли нарглов выступали две первокурсницы с их факультета, подзуживаемые несколькими третьекурсниками. Сделав девочкам словесное внушение, Майкл и Терри отправились разбираться с третьекурсниками, и именно отметины от этого разговора и красовались у них на лицах.
— Но этим гадам досталось гораздо больше! – жизнерадостно закончил Корнер. – Как минимум одному из них мы сломали нос, да и остальные знатно получили!
— Вау, это наверняка была славная битва! – первым прореагировал на рассказ рейвенкловца Симус. – Только почему вы нас с собой не позвали?
— Наши кулаки там были бы не лишними, – поддержал друга Терри.
— Вы молодцы, что заступились за Луну, – Гермиона обратила внимание, что сейчас девочка уже была в туфлях. – Но ваши методы убеждения… наверняка вопрос можно было решить без драки.
— Нет, без драки не получилось бы, – философски заметил Терри. – Мы сказали парням, что побьем их, а они возразили, что мы не сможем. Пришлось выяснять истину на практике.
— И вы решили показать себя настоящими рыцарями, – подошедшая к ребятам Келли о’Брайан, нынешняя Глава Девочек, отвесила Терри и Майклу по шутливому подзатыльнику. — Вот только рыцарям не пристало расхаживать по школе с синяками.
Девушка достала свою палочку и, наказав рейвенкловцам не дергаться, при помощи заклинаний привела их лица в порядок. Гермиона вспомнила, что Келли собиралась после Хогвартса идти учиться на колдомедика и в свободное время помогала мадам Помфри в лазарете. Видимо, школьный эскулап обучила хаффлпаффку некоторым медицинским чарам, которые девушка и применила на практике. Мисс Грейнджер сделала себе пометку в памяти, что было бы неплохо и ей узнать что-нибудь из колдомедицины. Сама Гермиона еще не была уверена насчет своей будущей карьеры, но медицина представлялась ей вполне достойным занятием. Да и, кроме того, девочке всегда было интересно узнавать что-то новое.
Поблагодарив Келли, ребята, чей внешний вид теперь не омрачался следами прошедшей битвы, усиленно набросились на пирожные, дабы компенсировать себе волнения сегодняшнего вечера. Гермиона же принялась вместе с Ханной расспрашивать Луну о ее жизни и о таинственных мозгошмыгах. Она сильно подозревала, что с этими существами что-то не так, раз она до сих пор ничего о них не слышала.
— Луна, ты всегда можешь свободно приходить к нам в гости, – Гермиона дождалась, пока поднос с пирожными опустеет, чтобы лакомства не отвлекали их. – Мы здесь в Хаффлпаффе всегда рады друзьям.
— Спасибо, это было бы здорово, представить, что у меня есть друзья, – мечтательно произнесла рейвенкловка. – И к тому же у вас тут тепло и уютно.
Мисс Грейнджер представила, что каждый день она бы приходила в общую комнату факультета, где встречала бы только равнодушные взгляды других учеников, да и то лишь в лучшем случае, и невольно передернула плечами. Гарри Поттера следовало бы ежедневно прославлять хотя бы за то, что тот посоветовал Гермионе просить шляпу отправить ее в Хаффлпафф! За время учебы в Хогвартсе Гермиона уже начала забывать, что это значит быть одной.
— И если «нарглы» снова решать поиграть твоими вещами, сразу же говори нам, я знаю надежное заклинание, помогающее от них, – напомнил о себе Поттер. – Если не с первого раза, то со второго точно подействует.
— Вот, вот, – хищно улыбнулся Забини. – У нас ведь как раз остались лишние ингредиенты после того слабительного зелья! И мама прислала мне пару советов, как можно его улучшить, так что грех будет не проверить рецепт в деле.
— Блейз, травить людей вашим «улучшенным» зельем – это не наш метод, – наставительно произнесла Гермиона, еще не забывшая красного лица Малфоя, несшегося из большого зала со скоростью гепарда. – И, кстати, что там за улучшения, покажешь мне? Я бы тоже хотела попробовать сварить это зелье по новому рецепту.



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg


Сообщение отредактировал Serjo - Суббота, 23.03.2013, 21:01
 
SerjoДата: Суббота, 23.03.2013, 21:01 | Сообщение # 59
Travelyane
Сообщений: 1957
« 281 »
* * *

Закрыв полог кровати, Гарри, вместо того, чтобы улечься спать, поудобнее уселся и приготовился к очередной тренировке по улучшению контроля своей магии. Эти ежедневные занятия приносили свои плоды, и постепенно Поттер учился вкладывать в любое заклинание ровно столько силы, сколько было нужно, что уже позволяло ему осваивать чары, теоретические недоступные ему.
«Сегодня снова займемся письмом, – спокойный голос наставника настраивал на деловой лад. – Доставай шарик и поздоровайся со мной».
Упражнение в «письме» было одним из любимых у Гарольда. Этим летом Гарри купил в магазине магических игрушек деревянный шарик, зачарованный слегка светиться в темноте и при перемещении оставлять за собой свет, видимый весьма непродолжительное время. Вот с его помощью, используя только заклинание левитации, Поттер и должен был выводить буквы. Упражнение требовало большого внимания и выматывало мальчика не меньше, чем занятия с профессором Кеннеди, но Гарри не роптал, так как понимал важность этих занятий.
«Привет, Гарольд», — ровные буквы были ясно видны на фоне темного полога.
«Ну что же, неплохо, – прокомментировал учитель. – А теперь начали:
Быть или не быть, вот в чем вопрос…»
Гарри принялся писать в воздухе, полностью отдавшись этому процессу. Если вначале Поттер наивно полагал, что при выполнении этого упражнения Гарольд будет обращать внимание только на четкость линий, то вскоре ему пришлось признать, что он недооценил учителя. Требования к качеству письма, что на пергаменте, что в воздухе были абсолютно одинаковыми, так что Гарри вынужден был заботиться не только о красоте букв и ровности строк, но еще и о грамотности. А злобный темный маг, сидящий в его голове, старательно выискивал в своей памяти шекспировские тексты, которые, увы, не отличались простотой.
Наконец Гарольд решил, что сегодня он достаточно помучил своего ученика, и Поттер облегченно откинулся на подушку.
«И как ты умудрился запомнить столько стихов? – Гарри размял затекшие от напряжения пальцы. – Я заметил, что ты еще ни разу не повторялся».
«Заучивание стихов развивает память, – довольный тон наставника выдавал его слабость к комплиментам. – И, кстати, хорошо, что напомнил. С завтрашнего дня ты тоже начнешь повышать свой культурный уровень, а то скоро совсем обленишься. Для начала будешь учить Киплинга, затем перейдем к Байрону, а там и до Шекспира доберемся».
«Гарольд! – возмутился Поттер. – Ты издеваешься, я и так к вечеру падаю от усталости!»
«А я тебе и не предлагаю таскать тяжести, – рассмеялся наставник. – Так что готовься, завтра вызубришь «Королевских саперов», а вечером их мне и напишешь. То я, знаешь ли, тоже устал тебе на ночь сказки читать».
«Ты садист, – констатировал очевидный факт мистер Поттер. – И кто меня за язык тянул?»
«А ты сначала думай, а потом говори, а не наоборот! – Гарольд был очень доволен собой. – И, кстати, о тех, кто говорит, а не думает: ты заметил, что Кеннеди сегодня проболтался насчет отнятого у Уизли артефакта?»
«Я не обратил внимания на это, – удивился смене темы Гарри. – А это важно?»
«И когда ты начнешь использовать свои мозги по назначению? – вопрос был явно риторический. – Так вот, твой бравый профессор сообщил, что артефакт вполне себе исправен, так как он обнаружил с его помощью тебя и Гермиону».
Гарри вначале не понял, что так удивило наставника, и стал вспоминать свою встречу с близнецами в туалете Плаксы Миртл. Братья утверждали, что их карта показывает всех обитателей Хогвартса, и нашли на ней самого Сириуса Блэка. Поттер тогда не воспринял их слова всерьез, но если этот артефакт рабочий, то тогда…
«Гарольд, ты хочешь сказать, что по школе действительно бродит Сириус Блэк? – не поверил мальчик. – Но это же полный бред!»
«Может быть, и бред, – усмехнулся наставник. – А если нет? Раз уж нам не судьба поймать чудовище Слизерина, займемся чем-то более приземленным».



Да пребудет с тобой моя сила, а со мной - твоё добро!


http://cs14106.vk.me/c540103/v540103910/2c8c/g23N8RWpZ5Y.jpg
 
ShtormДата: Понедельник, 25.03.2013, 12:15 | Сообщение # 60
Черный дракон
Сообщений: 3283
« 214 »
Ух, как здорово. Я тоже за то, чтобы сохранить жизнь Васе. К тому же, если он не будет нападать на Гаррика, то Поттер вполне может с ним договориться на периодическую поставку яда, тут и Слахгорн будет счастлив, а Гаррик еще немало галеонов сможет заработать.


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наставник. Детектив Хогвартса (+ 12я глава +эпилог)
  • Страница 2 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Поиск: