Армия Запретного леса

Суббота, 28.05.2022, 01:57
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен продлен на 2022 год! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен продлен на 2022 год!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 2 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Возраст ноль (AU, PG-13, gender switch, попаданец, джен, миди)
Возраст ноль
ВардаДата: Вторник, 20.08.2013, 23:10 | Сообщение # 1
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Название: Возраст ноль
Автор:checkita
Оригинал: Возраст 0
Бета: -
Рейтинг: PG-13
Жанр: General
Размер: Миди
Статус: закончен
Персонажи: ДУ, семья Уизли, ВБ, СБ, ЛМ, СС, ГП, ДМ, лорд Пруэтт, АД
Предупреждения: ОМП, ОЖП, Смена пола (gender switch)
Саммари: История попаданца в тело Джиневры Уизли в младенческом возрасте. Или, как предпочитает считать сама героиня, история Джиневры Уизли, у которой проснулись воспоминания о прошлой жизни.
Разрешение на размещение получено.
От себя: уж очень понравилась история, вот и попросила выложить здесь.




настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....

Сообщение отредактировал Варда - Понедельник, 09.09.2013, 00:23
 
TowarischBaggins2012Дата: Воскресенье, 25.08.2013, 08:27 | Сообщение # 31
Химера
Сообщений: 414
« 277 »
Уважаемая автор - я прочёл ВСЁ!
Если бы были фанфики рекомендованные к обязательному прочтению - Ваш бы я поставил на одно из первых мест.
 
bober1001Дата: Воскресенье, 25.08.2013, 10:56 | Сообщение # 32
Подросток
Сообщений: 10
« 0 »
Довольно интерестный фанфик) я подписываюсь
 
Lady_MagbetДата: Воскресенье, 25.08.2013, 10:59 | Сообщение # 33
Ночь темна перед рассветом...
Сообщений: 1088
« 198 »
Интересное развитие сюжета, вот такая Джинни идеальна! Умная, образованная и готова возрождать род.


Ты никогда не узнаешь, когда начнется твоя шизофрения.
 
ГэлДата: Воскресенье, 25.08.2013, 12:29 | Сообщение # 34
Химера
Сообщений: 488
« 24 »
Мне вообще все Уизли, кроме Перси нравятся)
 
aidaДата: Воскресенье, 25.08.2013, 22:43 | Сообщение # 35
Посвященный
Сообщений: 54
« 26 »
Цитата (Гэл)
Мне вообще все Уизли, кроме Перси нравятся)

В каноне?
 
ГэлДата: Воскресенье, 25.08.2013, 23:14 | Сообщение # 36
Химера
Сообщений: 488
« 24 »
aida, да
 
ГалинкаДата: Понедельник, 26.08.2013, 12:33 | Сообщение # 37
Демон теней
Сообщений: 200
« 3 »
классный фик
 
ВардаДата: Понедельник, 26.08.2013, 18:23 | Сообщение # 38
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Возраст 7


Время летело со скоростью реактивного самолета. Сегодня мы отмечали мой седьмой день рождения.

Перси не смог позволить себе выбрать иной факультет, чем тот, на котором учились старшие братья, поэтому уговорил шляпу отправить его к ним. Если, поддаваясь стереотипам, семья считала старших умниками, он не мог позволить думать о себе иначе.

Весь год прошел для меня в занятиях магией. В основном я занималась по книжке деда, демонстрируя ему и всей семье свои успехи.

У меня неплохо получались некоторые чары, меняющие свойства предметов: изменить цвет, заточить нож или ножницы, удалить царапины или другие небольшие повреждения. Освоила некоторые бытовые чары. Теперь я могла движением руки удалить пыль - правда, на уборку во всей комнате требовалось много таких движений, очистить стеклянную поверхность, разгладить или почистить одежду. Уборкой в комнате я занималась, сидя на кровати, магией открывая дверцы шкафов и ящики и отправляя туда вещи. Хотя над тем, чтобы одежда сама складывалась, нужно еще работать и работать.

С даром видения приходилось заниматься самостоятельно, иногда консультируясь с Кровозубом. Иногда мы вместе изучали ауру кого-либо из волшебников, мой словарь магических даров постоянно пополнялся. На основе энциклопедии магических родов Британии, лорд Пруэтт помог мне составить словарь родов, на основании их геральдических знаков определив цвет магии и магического защитника. Мне оставалось только проверять наши предположения и делать соответствующие отметки.

Кроме личных магических даров я стала различать доступные волшебнику родовые дары, хранимые магией рода, но не проявившиеся в полной мере у самого мага. Родовые дары увеличивали способности мага в данном направлении магии, хотя и не предполагали достижения уровня мастерства. Для себя я стала называть их просто «способности», на своей визуальной картине ауры мага я видела их тоже в виде пиктограмм с цветами, только они были меньше размером и «размещались» чуть ниже основных даров.

Также я хорошо видела плетения различных чар, установленных на предметах, могла рассмотреть магические связи и почувствовать движение магии. К своему ужасу, я смогла еще лучше рассмотреть, что такое клеймо предателей крови. Теперь я представляла причины негативного отношения к носителям этой метки.

Клеймо не просто ограничивало магию волшебника, отсекая его от магии рода, оно тянуло магические силы как из самого носителя проклятья, так и из окружающих его людей и предметов. Особенно клеймо взрослых волшебников. К счастью, по какой-то причине я сама была защищена от этого: вокруг моей ауры, возможно, за счет сережек-артефактов деда был блок, препятствующий потере магии. Чего не скажешь, например, о нашем доме: спустя небольшое время после нашего грандиозного ремонта он снова стал производить впечатление запущенного, хотя краска не была облупившейся и обои не отслаивались. Теперь было понятно, почему защитные чары, гарантированно рассчитанные на три года, держались на нашем жилище от силы года полтора.

При длительном контакте незащищенные маги, наверное, должны были испытывать дискомфорт в обществе представителей моей семьи. Кровозуб подтвердил правильность моих рассуждений. По моей просьбе он договорился о предоставлении членам моей семьи артефактов гоблинской работы, «замыкающих» магию волшебника и препятствующих «похищению» магической энергии с той или другой стороны. Изготовление артефактов оплатил лорд Пруэтт, посчитав, что эти (кстати, немалые) расходы можно считать вкладом в мою безопасность, а не благотворительностью в пользу семьи Уизли.

Удивительно, но, после того, как родственники стали носить подаренные мной защитные кулоны, атмосфера в семье стала более спокойной.

Лорд Пруэтт, обрадованный определением у меня второго дара, начал лично заниматься со мной над укреплением окклюментивных щитов. Магия разума была родовым даром Пруэттов, хоть ему и не была доступна в полной мере. Через несколько лет у меня должен был появиться другой учитель - мастер магии разума.

Кстати, мы с дедом решили, что информации о моих магических дарах вообще не стоит распространяться. Маги разума вызывали у большинства магов опасения: против них было сложно удержать ментальную защиту и об их способностях влияния на разум ходили разные слухи.

В том, что я вижу потенциальные магические способности, не было ничего удивительного - за определенную плату подобную информацию можно было получить у гоблинов. Магические плетения можно было увидеть, используя соответствующие заклинания или артефакты - маги-артефакторы, например, благополучно для работы использовали соответствующие очки. Поэтому пользы для окружающих мало. Зато опасность для меня существовала - вдруг кто-нибудь не захочет, чтобы лишняя информация о нем стала известна.

Что касается задачи поиска крестражей, то решалась она пока неплохо, но до конца было еще далеко.

Крестраж-чаша был обнаружен гоблинами в личном сейфе миссис Лестрейндж. Вот только без согласия клиента забрать какой-либо предмет из его сейфа гоблины не могли. Решить дилемму помог лорд Малфой. Он уточнил, что в описи содержимого сейфа значится артефакт с названием Чаша Хаффлпафф. Формально, в сейфе лежит именно чаша, а не крестраж или «чаша, содержащая осколок души Темного Лорда». Поэтому изъятие и перемещение крестража в другой предмет не может считаться нарушением буквы закона. А, если ритуал проведут сами гоблины прямо в сейфе, где хранится чаша, никаких претензий предъявить будет невозможно: согласно договору с клиентом чаша из сейфа не выносилась, находится в прекрасном состоянии, кроме гоблинов в сейф никто не заходил. Через месяц гоблины через Крюкохвата передали леди Блэк сосуд, на магическом уровне ощущавшийся так же, как и другие крестражи.

Следующий крестраж - Диадема Ровены Рейвенкло - был обнаружен в Хогвартсе. Северус Снейп обратился за помощью в общину домовиков древнего замка. Домовики пошли навстречу, отыскав за неделю нужную вещь, которую и передали магу, взяв обещание, что после того, как проклятие будет снято, реликвия должна вернуться в школу.

Методы магического поиска еще предстояло дорабатывать. Леди Блэк начала готовить ритуал по освобождению души Темного Лорда с одновременным уничтожением крестражей.

Леди Вальбурга после воссоединения семьи выглядела и чувствовала себя намного лучше. Вообще, в последнее время лopд Пpyэтт и лeди Блэк нaшли дpyг в дpyгe вecьмa пpиятнyю кoмпaнию. Oбa cчитaли, чтo y ниx мнoгo oбщeгo: oбoим пpишлocь пpинимaть тяжeлoe peшeниe oб oтpeчeнии cвoeгo peбeнкa oт poдa, oбa cтoлкнyлиcь c пocлeдcтвиями и yжe ycпeли пoвepить в зaкaт poдa, oбa в пocлeдний мoмeнт пoлyчили пpoщeниe и шaнc. И тeпepь ocнoвным пpeдмeтoм oбcyждeния y cтapeйшиx члeнoв cвoиx ceмeй были иx нacлeдники. Вот так и получалось, что я была в курсе основных событий из жизни Блэков.

***

Периодически мы встречались в Блэк-Холле с Гарри Поттером, теперь Поттером-Блэком. Блэки тряслись над его безопасностью и потому общаться со сверстниками тому приходилось нечасто. Впрочем, для игр времени все равно оставалось мало: с помощью ритуалов и упорных занятий Блэки спешили компенсировать Гарри то, что было упущено за годы «воспитания» у Дурслей и благодаря соседству с крестражем. Жаль, конечно, но взрослые маги сходились во мнении о том, что полностью раскрыть свой магический потенциал Гарри уже не сможет, хотя и оставшиеся возможности весьма впечатляли.

Меня приглашали в Блэк-Холл, наверное, в первую очередь потому, что я все равно уже была в курсе истории Гарри. Так или иначе, моя кандидатура была одобрена старшими Блэками и сочтена достойной окружения их наследника. Сам Гарри всегда искренне радовался встречам. Кроме меня за прошедшие два года среди детей он познакомился только со своими кузенами: Драко Малфоем и Нимфадорой Блэк-Тонкс. Полторы недели назад, 31 июля, все вместе мы были приглашены на празднование его дня рождения.

Драко оказался очаровательным застенчивым блондинчиком с даром целителя и некроманта. Не такое уж необычное соседство, как объяснил мне позже Кровозуб. Что может быть естественнее сочетания жизни и смерти? Он действительно очень стеснялся и забавно краснел, общаясь со мной. Просто всеми силами пытался это скрыть, стараясь держаться уверенно и важно. Но я уже намного лучше видела ауры людей и могла чувствовать его эмоции. Через час он расслабился и стал похож на обычного восьмилетнего мальчишку.

Как потом рассказал дед, с Гарри они были знакомы уже несколько месяцев. Леди Блэк не была в восторге от капризного и слегка надменного наследника Малфоев, потому решительно высказала свои соображения Нарциссе, преимущественно занимавшейся воспитанием сына, и предложила забрать мальчика «на перевоспитание». Та не была обрадована таким предложением, но перечить тетушке не стала, поэтому на несколько недель Драко фактически переехал в Блэк-Холл, возвращаясь домой только ночевать. Из его гардероба тут же исчезли кружевные штанишки и другие «милые штучки». Драко и Гарри даже успели пережить «почти приключение». Однажды, во время игры Гарри заметил, что его тело покрылось мелкой красной сыпью. Ребенка уложили в кровать и вызвали колдомедика. Леди Блэк хотела сразу же отправить Драко домой, но тот решительно отказался. «Гарри - мой друг, и я никуда не уйду, пока он не поправится!» - упрямо заявил отчаянно трусивший мальчишка. Смертельная болезнь оказалась банальной аллергией на цитрусовые, справиться с которой помог курс зелий. Зато у Гарри появился друг.

Нимфадора была четырнадцатилетней барышней, она совершенно не обращала внимания на свой возраст и с удовольствием общалась с малышней. Барышня Дора оказалась метаморфом с уже почти раскрытым даром. Она действительно могла превратиться практически в любое существо, что с удовольствием нам демонстрировала. Иногда она теряла контроль и тогда превращения становились произвольными. Хотя случалось это весьма редко - ее успехи были весьма значительны. У нее присутствовал и второй дар - зельеварение. Что она забыла в аврорате? Возможно, что в той, книжной, жизни ей не удавалось контролировать первый дар, и ее приобретенная в следствие этого неуклюжесть не позволила развить второй.

Лорд Пруэтт настоял, что я приглашу ту же компанию ребят в Пруэтт-мэнор на вечеринку по случаю моего дня рождения, запланированную на день накануне самого события. К сожалению, моих братьев пригласить он не мог. Но мы все равно мило провели время, играя в настольные маггловские игры, о приобретении которых я позаботилась накануне. Дети-волшебники были поражены фантазией магглов. Мы добавили к играм немного волшебства: фигурки передвигались по карте сами - мы с Гарри справлялись движением рук, а Дора управляла своими фигурами и помогала Драко с помощью палочки. Драко радовался и звонко смеялся, собираясь уговорить отца купить для него побольше игр и научиться передвигать предметы с помощью магии самостоятельно.

Гарри уже очень многое удавалось в обучении беспалочковой магии. Все-таки ребенок получил очень большой магический потенциал, а сейчас он усиленно учился контролировать свои способности. В качестве дара ему досталась артефакторика. Вполне мирный дар, уникальный и очень ценящийся в магическом обществе, в котором новые чары, артефакты или ритуалы появлялись крайне редко. А его втягивали в войну. Правда, должна признаться, что среди его способностей было еще что-то, чему я пока не могла найти определения, но абсолютно не похожее на агрессивный дар той же боевой магии. И Гарри абсолютно не рос избалованным и надменным ребенком, как опасался Дамблдор. Общительный живой мальчишка, совершенно обаятельно намеренно проигрывавший, уступая девочкам.

Дора училась в Хогвартсе на курс младше Чарли и прекрасно знала моих братьев. Пришлось рассказывать о проклятии семьи Уизли. Дети, как ни странно, восприняли ситуацию спокойно и даже сочувственно. После недолгого обсуждения вопроса даже предложили помощь в поиске информации доступными им средствами. Чем заслужили мою вечную благодарность.

Из нас получилась странная компания - у всех были непростые обстоятельства и «изъяны» воспитания. Со мной и Гарри и так все ясно. Гарри отчаянно хотел найти еще и друзей, раз уж ему так повезло, и он обрел семью. Наверное, любой ребенок воспринимался бы им как потенциальный друг.

Детство Драко выпало на сложный период в жизни его семьи: арест отца и постоянные проверки аврората, последовавшие попытки выбраться из этого состояния, в результате которых и так не щедрый на проявления чувств Люциус был постоянно в разъездах и занят работой. Ему остро не хватало внимания и теплоты со стороны родителей. Драко во всем пытался копировать отца, его авторитет в глазах ребенка был безграничен. Для сына главным стремлением стало «не разочаровать отца». Дети друзей родителей, с которыми он общался лет с пяти, вызывали: страх, подозрительность, неуверенность - все, что угодно, кроме радости от общения. Мы оказались единственными в его окружении, с кем можно не бояться «потерять лицо» - мы сами не боялись его терять.

Дора всю жизнь считала себя неудачницей: неуклюжая, постоянно меняющая цвет волос, с «плывущей» внешностью, с непонятным происхождением: с одной стороны - магглорожденный отец, с другой - пугающие Блэки. Сейчас она наслаждалась возможностью контролировать дар метаморфа, казавшимся теперь невероятным даром, а не проклятием, как еще совсем недавно. Наша компания оказалась первой, кому было наплевать на ее происхождение (нам с Гарри и раньше было наплевать, а для Драко все вопросы снимала принадлежность к Блэкам).

Да и что скрывать: родственники не одобряли наше общение с другими детьми. Вот так и начала складываться дружественно-приятельская компания Блэков - как назвал ее однажды Драко, любезно признав и мое родство с ними, не смотря на то, что мою бабушку-Блэк исключили из рода за брак с дедушкой Уизли.

***

Одно событие принесло мне чрезвычайное разочарование. Мы были с лордом Пруэттом приглашены на небольшой прием в Малфой-мэнор. Кроме Малфоев, Блэков и нас с дедом присутствовали еще несколько родственников хозяев из Европы. Мужчины в парадных мантиях, женщины в вечерних платьях.

Я бы не сказала, что женская магическая мода на вечерние платья сильно отличается от моды маггловского мира. Платья на присутствующих женщинах были потрясающе красивыми, они совершенно уместно смотрелись бы на каком-нибудь официальном приеме и в немагическом мире. Я с интересом рассматривала туалеты дам, пытаясь предположить, где же они прячут волшебные палочки. И вот тут случилось страшное: я поняла, что женщины-маги тоже носят обувь на каблуках!

В этом возрасте я была, по своим ощущениям, такой крепышкой с мальчишеской фигурой. Какие каблуки, пусть и через десять лет?

Лорд Пруэтт посмеялся над моим ужасным открытием и пообещал что-нибудь придумать.

Его фантазии хватило на то, чтобы найти мне учителя гимнастики. Теперь три раза в неделю с тренером в Пруэтт-мэноре, где для моих занятий специально переоборудовали один из тренировочных залов, а в оставшиеся дни одна дома, я занималась по индивидуальной программе мисс Лукреции Килман. Мисс Килман имела итальянские корни и к своим, как она говорила, двадцати восьми успела побывать во множестве стран, пока в данный момент не осела на несколько лет в Англии. Ее занятия представляли собой, по моему некомпетентному мнению, смесь художественной гимнастики и тайцзи.

После первого занятия я думала, что это худший день в моей жизни, включая мой двухлетний детский кошмар. Болело все. Даже те мышцы, о наличии которых в своем несчастном тельце я до сих пор не подозревала. Но насмешка на лице тренера не позволила мне начать жаловаться или попытаться все бросить. Я, хоть и страдаю иногда помрачением рассудка (дались мне эти каблуки), являюсь упрямой и целеустремленной. Поэтому занималась по максимуму, тайком пользуясь обезболивающими зельями из аптечки мамы Молли. Вероятно, только нежелание признавать поражение заставляло меня подниматься с кровати и деревянной походкой отправляться на урок или в сад делать упражнения.

Через две недели после начала моего персонального кошмара, случилось одно важное событие: на тренировке я сломала ноготь. Событие, конечно, не в этом. Я расстроилась и, тихо выругавшись, исправила произошедшее.

- Подожди, София, что ты сейчас сделала? - вдруг заинтересовалась тренер.

- Сломала ноготь?

- Как ты исправила маникюр?

- Магией.

- И давно ты так можешь делать?

- Управлять магией?

- Как давно ты можешь управлять изменениями своего тела?

Даже и не знала, что могу «управлять изменениями тела». Я кроме маникюра ничего и не умела толком. Да и родители пользовались для этой цели заклинанием. Выяснилось, что я не просто использовала аналог этого заклинания - мне удалось немного отрастить ноготь, а потом изменить его форму. Что доступно только обладателям метаморфических способностей.

Мой тренер оказалась метаморфом. Что более удивительно, она была сквибом с раскрытым даром метаморфа.

У сквибов не было активного магического ядра, но в отличие от магглов в их ауре присутствовало магическое поле. У некоторых сквибов были магические дары, которые они могли использовать за счет жизненной энергии. А иногда у них присутствовала и поддержка родовой магии.

Мои занятия с тренером увеличились еще на час - меня стали учить метаморфомагии, некоторые способности к которой у меня имеются, хотя полноценным метаморфом я не стану и произвольных превращений ждать от меня не стоит. В плюсах были способности к небольшим изменениям своего тела. Я не видела причин для печали. Подумаешь, не смогу отрастить пятачок и ослиные уши. Зато смогу, наверное (никто не обещал, но кто мешает верить в лучшее?), подкорректировать имеющиеся или воображаемые недостатки внешности - мечта девочек любых возрастов вне зависимости от наличия магии.

Но главное в другом: тренер показала, как я могу использовать возможности к изменениям своего тела, чтобы облегчить боль в мышцах. Еще через три недели занятий я по крайней мере перестала чувствовать себя в зале вороной, летящей на юг вслед за стаей перелетных птиц.

***

Весной случилось знаменательное событие. Выяснилось, что Гарри Поттер уже больше года не живет у тети, опека над ним официально Министерством передана другим лицам. Дурсли о дальнейшей судьбе племянника не знали и не жалели об этом. Отдел опеки Министерства отвечать не вопросы не желал. В результате настойчивых просьб директору был предъявлен ряд фотографий из жизни Гарри у Дурслей и обещано публичное разбирательство дела, если эти просьбы будут повторяться. А учитывая, что он сам взял на себя обязательства позаботиться о судьбе ребенка...

Как ни странно, но Уизли не поддержали праведный гнев своего шефа по Ордену Феникса. Артур присутствовал во время последней встречи с начальником Отдела опеки и искренне не понимал, почему директор допустил такие условия жизни для ребенка. Мама Молли была возмущена уровнем обещанной охраны ребенка, раз о его пропаже стало известно спустя полтора года. Миссис Фигг по общему мнению сошла с ума: возможно, уже несколько лет она "следила" за благополучием сына Дурслей. Мама Молли не растаяла даже тогда, когда директор признал свою ошибку и предположил, что отдать ребенка в ее семью, как она предлагала когда-то, было бы лучшим решением.

- Директор, почему Вы считаете, что Гарри сейчас в опасности? Узнайте в Министерстве об их проверках, наверняка они не оставили ребенка без внимания во второй раз.

Я даже гордилась родителями. Их реакция совершенно не совпала с ожидаемой мной. Это был на моей памяти первый раз, когда родители засомневались в действиях Дамблдора и открыто высказали ему свое мнение. Или второй. Но явно не было традицией.

Не знаю, свернул ли директор поиски. Все же он должен был догадываться, что Гарри у Блэков, слишком уж даты событий совпадали. У нас дома этот вопрос больше не поднимался.

***

Когда старшие братья вернулись на каникулы домой, у нас состоялся откровенный разговор. Нежелание деда признать еще кого-либо из внуков должно было иметь еще какое-то объяснение помимо самодурства старика. Прошлым летом к разговору ни я, ни братья готовы не были, а потому тактично обходили эту тему.

Но ситуация не была решена. И недоговоренность сказывалась на наших отношениях.

Билл описал всем ситуацию с имеющимися статусами у членов семьи. Я убитым тоном пояснила, что на самом деле означает статус предателей крови. Правда, в качестве основного источника информации и автора идеи о защитных артефактах я трусливо назвала гоблина. Все решили, что речь идет о поверенном Пруэттов. Рон заныл:

- Ну почему тогда у нее нет его?

- Рон, отныне и навсегда ты будешь спрашивать, а что я могу сделать, чтобы получить что-то. Я никогда больше не услышу от тебя: «Почему у кого-то есть то, чего нет у меня». Ясно? - подтвердил авторитет лидера Билл. Я уже говорила, что он - лучший?

На самом деле обсуждать было нечего. Все уже успели оценить полезность амулетов. У младших детей количество выбросов спонтанной магии возросло. Эмоциональная обстановка дома стала более здоровой. И потому братья не могли отрицать справедливость оценки опасности печати.

Что со всем этим делать, никто не знал. Для начала решили попробовать разобраться, когда и за что заработали Уизли такое проклятие. Я должна была поискать информацию в библиотеке Пруэттов, старшие - в Хогвардсе, остальные - дома.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....

Сообщение отредактировал Варда - Понедельник, 26.08.2013, 18:24
 
Dr@gonДата: Понедельник, 26.08.2013, 18:40 | Сообщение # 39
Демон теней
Сообщений: 304
« 15 »
Если младшие Уизли избавяться от Клейма - это будет неплохо. Мне интересно: пока на Уизли клеймо предателей, то Дамблдор может ими манипулировать по принципу "А кому вы, нах, еще нужны?". Для старших уже почти все потерянно, но для младших есть шанс стать наследниками Прюэттов. Вопрос - АД позволит такому произойти?


Мудрый творит законы, а глупый ими ограничен.
 
ГэлДата: Понедельник, 26.08.2013, 20:02 | Сообщение # 40
Химера
Сообщений: 488
« 24 »
Люблю ТАКУЮ Джинни)))) Молодец девчонка
 
KelnmeerДата: Вторник, 27.08.2013, 22:55 | Сообщение # 41
Подросток
Сообщений: 7
« 0 »
А почему так мало выложено? на других ресурсах есть даже Возрасть 18...
 
Убийца_ТролльДата: Вторник, 27.08.2013, 23:09 | Сообщение # 42
Подросток
Сообщений: 13
« 7 »
Это произведение и тут появилось? Приятная неожиданность
 
ВардаДата: Вторник, 27.08.2013, 23:35 | Сообщение # 43
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Возраст 9


Прошли еще два года.

Самое печальное, что поиски крестражей застопорились. Зелья и ритуалы, используемые для поиска одного из оставшихся крестражей приводили к довольно обширному району. Уточнить местоположение явно небольшого предмета не получалось. Я тоже помочь ничем не могла. Мы пытались перемещаться по периметру этой предполагаемой области вместе с имеющимся у нас крестражем, определяя направление искомого, но ничего не получалось. Вероятно, на место хранения крестража были наложены весьма сильные скрывающие чары. Это внушало уважение. Но не внушало оптимизма. Второй крестраж находился, по оценке взрослых магов, за пределами Британии. Что опять же не упрощало поисков.

А времени оставалось все меньше: уже через год Рон и Гарри должны пойти в школу.

В семье произошло множество важных для всех нас событий.

Первый из детей закончил в прошлом году Хогвартс. К сожалению, из-за печати дары магии Биллу не были доступны. Но он все равно стал на удивление сильным магом. После шестого курса Билл обратился к своему декану Филиусу Флитвику и попросил взять его в ученики. Билл собирался специализироваться в чарах и после окончания школы претендовать на должность разрушителя заклятий в Гринготтсе. Согласие Флитвика было беспрецедентным: никто до него не рисковал связываться с магом, носящим печать предателя крови.

Самому Флитвику, гоблину-полукровке, пришлось согласовывать решение со своим кланом. После ряда проверок и собеседований с соискателем Флитвику дали разрешение взять ученика. Перед последним курсом обучения в школе гоблины подписали с Биллом договор о том, что после окончания школы его возьмут на работу в банк, где он обязуется отработать пять лет после присвоения звания мастера, а также все то время, что ему потребуется для получения мастерства. Естественно, на определенных заранее гоблинами условиях. На мой взгляд, изумительный договор (для гоблинов, конечно), учитывая невысокие из-за семейного проклятия шансы Билла на получение звания мастера.

Весь последний год Билл работал в Гринготтсе и продолжал учиться у своего наставника. После того, как Билл стал сотрудником банка, ему выдали во временное пользование новый артефакт, снимающий основное негативное влияние печати на магию.

Чарли пойти по стопам брата не пожелал. Он уже определился с выбором профессии, собираясь стать первым выпускником Рейвенкло, работающим драконологом. В сентябре его уже ждут для начала обучения в знаменитом драконьем питомнике в Румынии.

В прошлом году близнецы поступили в Хогвартс, что привело к одному из самых долгожданных событий: сразу двое из детей Уизли поступили на Гриффиндор. Мама Молли вздохнула с облегчением: «Даст Мерлин, все вернулось на круги своя и следующие дети тоже станут гриффиндорцами». Что-то мне верилось в это с трудом.

Следующее серьезное событие для семьи, по порядку, а не по значимости, заключалось в том, что Артур Уизли уволился из Министерства и открыл собственную фирму «Решения Уизли». Фирма занималась в основном продажей маггловской электронной техники и оказанием услуг по ее установке в магическом доме. Артур отвечал в основном за техническую сторону.

Вторым направлением деятельности фирмы стала разработка и продажа игр для детей. На самом деле, авторами идеи и разработчиками опытных образцов были его дети: Джордж, Фред и Персиваль. Идеи для своей продукции молодое поколение Уизли почерпнуло среди развивающих и настольных игр магглов. Только игры фирмы «РУ» изначально были магическими. Волшебные фигурки, выступающие в роли фишек забавно двигались, рисунки оживали, акцентируя внимание игроков на событиях, в том числе о выполнении условий игры.

Рисовал Перси, юные экспериментаторы - близнецы - обеспечивали технологический процесс, включавший применение чар и зелий (там, где у первокурсников не хватало сил или знаний, они подключали старших братьев и преподавателей). Причем, «производственная группа» продолжала работать и в школе. Два месяца назад к работе фирмы подключился школьный друг Билла Джереми Дин. У его родственников был собственный издательский бизнес, и интересы Уизли и Динов пересеклись на почве работы их предприятий. Теперь Джереми совмещал работу в «РУ» и участие в семейном деле.

Для работы с клиентами Уизли наняли старого приятеля семьи Ремуса Люпина. Через пару месяцев он взял на себя и задачи по закупке товара. Несколько дней в месяц в связи со здоровьем Люпина и на время его по делам фирмы его заменяла Молли Уизли. Кстати, оборотень и до начала работы на «РУ» не выглядел жалким и печальным. Вероятно, освобождение Сириуса Блэка как-то повлияло и на его жизнь в лучшую сторону.

Собственное дело очень быстро позволило оправдать средства, потраченные на его открытие, и даже начать выплачивать отложенный долг за лечение дочери. От помощи лорда Пруэтта по урегулированию финансового вопроса, связанного с лечением его внучки, Артур разгневанно отказался. Дома он сначала стучал кулаком по столу и громко возмущался, что пока в состоянии обеспечивать нужды своей семьи самостоятельно. Потом успокоился и подсчитал, что при условии сохранения в прежнем объеме министерской зарплаты и отсутствии незапланированных расходов ему потребуется как минимум двенадцать лет, чтобы выплатить долг. После чего и появилась идея создания собственного бизнеса.

Глядя на успех дела мужа, основанного «на границе» маггловского и магического мира, мама Молли решилась тоже расширить рынок сбыта своих хэнд-мейд изделий за границу магического мира, между прочим, не без моего влияния. Дело не в том, что мне нужны были деньги. Вовсе нет. Просто Молли Уизли срочно требовалось какое-нибудь дело, причем, тем больше, чем меньше детей оставалось дома. Ощущение себя уставшей, наработавшейся за день, нужной делало ее почти счастливой. А через два года уже все дети будут в школе, так что, можно сказать, что Молли о полезном хобби позаботилась заранее.

Она договорилась сначала с небольшим магазинчиком, когда спрос на ее вещи подтвердился, миссис Уизли вполне официально обратилась в одну из адвокатских контор, в которой подготовили пакет маггловских документов, подтверждающих ее право заниматься выбранной деятельностью и согласились представлять ее интересы в маггловском мире.

К концу года Молли Уизли сотрудничала с одним магазином в Лондоне и еще тремя в его пригородах, поставляя им вязаные вещи собственного производства.

Подобный бизнес в магическом мире не был запрещен: конечная продукция, поставляемая в неволшебный мир, не содержала магии. Хотя для их производства мама Молли и использовала зачарованные спицы, выполнявшие большую часть работы самостоятельно. Документы были в порядке, а количество продукции было оптимальным, чтобы не вызывать подозрений у каких-либо маггловских служб.

***

А вот реакция Дамблдора на бизнес-успехи Артура мне не понравилась. Он заглянул как-то в очередной раз на чай. Выслушал явно довольного главу семьи. Покивал, соглашаясь, что это очень полезная затея. Потому как он всегда говорил, что маги и магглы должны в итоге жить вместе. И очень хорошо, что волшебники обратили внимание на мир магглов и их достижения. И вообще он мечтает, как скоро любой маг сможет сам пойти в маггловский магазин, купить понравившуюся ему вещь и использовать ее к своему удовольствию.

Затем согласился поиграть с Роном в одну из игр-разработок его братьев. Рон с радостью притащил свою любимую на сегодняшний момент игру. Директор играл, полностью переключив внимание на игру и брата. В процессе он не раз восхищенно упомянул его братьев, талантливых юных волшебников-гриффиндорцев, тактично не упомянув о талантливом брате-рейвенкловце. Внимательно слушал Рона, рассказывавшего об идее их новейшей разработки, о своих успехах в квиддиче, впечатлениях от маггловского Лондона. Посочувствовав, что все его братья в школе, и ему не хватает друзей, директор все же произнес сакральную фразу: «Ну ничего, время быстро пролетит, через год и ты пойдешь в школу, кстати, одновременно со знаменитым Гарри Поттером, тоже потомственным гриффиндорцем. Я уверен, вы обязательно подружитесь. Какая это замечательная пора - школа».

Авторитет директора в моих глазах после столь грубой работы упал очень-очень низко.

Посчитав свою миссию выполненной, он еще раз прошелся по успехам семейной фирмы Уизли. Правда не удержался и посетовал, что зря все же Артур привлекает так рано детей к бизнесу. У детей должно быть полноценное детство без забот взрослых. И что, возможно, нужно было подождать, пока ребята не подрастут и не смогут начать самостоятельное дело, это гораздо лучше подготовило бы их к взрослой жизни.

Родители молча кивали и улыбались. А я окончательно решила, что моя сторона в противоположном направлении от Дамблдора, и впервые серьезно задумалась над тем, как «переправить на другую сторону реки козу, капусту и волка». Т. е. как бы сделать так, чтобы ситуации «я и школа» и «школа и Дамблдор» одновременно не пересекались.

Вспоминая, что, по мнению директора, идеальные герои вырастают, если их держать в голодном теле и в чулане, мне становилось не по себе от мысли, что он планирует в отношении моей семьи. Почему он считает, что нищие сторонники для него гораздо выгоднее сторонников обеспеченных? Пока что Молли и Артур ни словом, ни делом не попытались усомниться в его авторитете. Я боялась, что скоро Министерство придумает закон (а Визенгамот его сразу же утвердит) о том, что в магическом мире Британии запрещено использовать маггловскую технику, привлекать к бизнесу детей до 21 года и еще что-нибудь в этом духе. Главное, чтобы глава семьи Уизли остался вообще без средств к существованию. Я еще понимаю, если бы Орден Феникса платил ему зарплату, так нет, служение идеалам добра не должно быть предметом купли-продажи.

При этом, ну никак не получалось у меня причислить Дамблдора к вселенскому злу. Он организовал поиски Рона, когда пятилетний мальчик, играя в гостиной, случайно умудрился переместиться куда-то через камин. Помог семье с зельями, пока я болела. Устроил на работу в Министерство Артура. Организовал помощь колдомедика для Молли на всем протяжении четвертой беременности, которую она переносила крайне тяжело. Безвозмездно помогал с установкой защиты на доме в течение пятнадцати лет.

Мама Молли рассказывала, что он добился школьных стипендий и квот для магглорожденных из необеспеченных семей, добился принятия закона о пенсии вдовам погибших на службе сотрудников аврората, добивался особого статуса для кентавров из Запретного леса и некоторых «мирных» стай оборотней и т. п. В общем, светлейший человек.

Но большинство его поступков вызывали у меня множество вопросов.

Взять оборотня учиться в школу - это добро или зло? Помог мальчику, дал шанс, при этом подвергая опасности остальных детей. А потом забыл об осчастливленном ученике, которому семь лет в школе внушали, что он ценен и всего сможет добиться, одновременно утверждая закон об ограничении в правах оборотней. И как должен был устроиться в жизни образованный умный оборотень, бывший отличник и староста, которому отказывали даже в неквалифицированной работе по причине того, что он «темное существо»?

Зачем директор школы согласился провести обряд заключения брака для родителей? Соединил влюбленные сердца? Или лишил будущего невесту и их потомков? Может быть, если бы уважаемый директор не противопоставлял свое мнение мнению родителей Молли, Артур не сидел, сложа руки, а стремился добиться смены своего статуса, о чем сейчас приходится задумываться его детям. Лорд Пруэтт рассказывал, что для Молли и детей еще можно было бы что-нибудь придумать - подобрать ритуалы и не допустить появления печати, если бы брак был светским. Но брак был магическим, и его последствия известны.

Про Гарри говорить можно бесконечно. Но почему бы не попытаться найти менее травмирующий способ избавления ребенка от крестража, чем доведение того до самоубийства. Леди Вальбурга справилась менее, чем за год.

Это все праздные размышления. Главное, что Дамблдор своими действиями в данный момент угрожает моей семье.

- Уважаемые родители, извините, что вмешиваюсь, но что это сейчас было? - как только Рон убежал полетать, я, тяжело вздохнув, отправилась начинать сложный для меня разговор.

- Ты о чем, милая?

- В первую очередь о разговоре директора Дамблдора с Роном.

- Да что плохого? Директору понравилась игра братьев и он очень хорошо пообщался с твоим братом. Ты же знаешь, для Рона очень важно чужое внимание.

- Я не об игре. Я о мысли, которую директор высказал Рону, а Вы не возразили. Зачем нужно настраивать Рона на дружбу с Гарри Поттером, причем на определенном факультете?

- Да что плохого в дружбе Рона с Гарри? Мы дружили с его родителями. И, между прочим, учились на том самом факультете!

- Абсолютно ничего плохого. Если Рон и Гарри поступят на Гриффиндор и станут друзьями, я буду только за. Но это настраивает брата на то, что он будет счастлив только тогда, когда все эти условия выполнены. А что будет с Роном, если что-то пойдет не так? Если оба мальчика окажутся на другом факультете? Или Рон и Гарри окажутся на разных факультетах? У Вас трое из пяти детей учатся на Рейвенкло! И нет никакой гарантии, что Рон окажется в Гриффиндоре! Если Рона распределят на Хаффлпафф или Рейвенкло, то ему нужно начинать считать себя неудачником? Вы же сами говорите, что Рон зависит от чужого мнения, зачем тогда заранее ограничивать его? А если Гарри не захочет дружить с ним? Что тогда делать Рону? Бросать школу?

- Да почему...

- Мама Молли! Если они подружатся, то все прекрасно! Но вдруг этого не произойдет? Никто из вас не видел Гарри и даже не знает, где и каким он вырос. Он наверняка не помнит своих родителей, с которыми вы дружили, и, возможно, совсем не похож на них. Вы не знаете Гарри и не можете быть уверены, что Рон сам захочет с ним дружить, когда узнает, или, что Гарри захочет дружить с Роном. Но тогда для Рона это станет трагедией. А я этого не хочу! И уверена, что вы тоже.

- Ну ладно, милая, успокойся. Мы, конечно же все хотим Рону счастья. Не будем спорить. Давай подождем всего год и посмотрим, как все пойдет.

- Давайте только договоримся, что в течение всего времени до школы вы будете повторять Рону, что мы будем его любить вне зависимости от того, на какой факультет он попадет.

- Хорошо.

- Вы расскажете Рону о магах-выпускниках всех четырех факультетов, которых вы уважаете.

- И даже слизеринцах?

- И даже слизеринцах. Уж несколько человек за тысячу лет можно выбрать.

- Договорились.

- Вы не будете говорить с Роном о Гарри Поттере, уверяя его в том, что они непременно должны подружиться. И у Рона, и у Гарри должен быть выбор.

- Хорошо. - Артур уже улыбался.

- И также вы не будете позволять кому-нибудь еще, включая директора Дамблдора, внушать ему подобные мысли!

- Договорились, - мама Молли поддержала мужа.

- Просто старшие братья уверены в себе, на них сложно повлиять. А за Рона я боюсь. Через год он уедет в школу, и там не будет ни меня, ни Чарли с Биллом, чтобы присмотреть за ним.

- Я все еще не могу привыкнуть, что у меня такая взрослая умница-дочь, - как-то печально произнесла она, крепко меня обнимая.

Взрослости моих суждений никто не удивлялся. После моей болезни все странности и отличия от других детей списывались на магию и близость смерти.

Наш Рон сильно отличался от книжного. Он был худо-бедно знаком с правилами этикета - по крайней мере, умел здороваться, правильно пользовался столовыми приборами, а ел с закрытым ртом и преимущественно молча. Не страдал из-за старых вещей - уровень благосостояния семьи позволял не экономить на одежде, книгах или палочке. Много знал информации по истории магического и маггловского мира, по теории магии, о магических животных. Уже пробовал, используя палочку Перси, выполнять базовые заклинания. И был заставлен мною выучить несколько важных на мой взгляд бытовых чар, которые помогут ему не выглядеть неряхой. Помогал маме Молли варить зелья. Я считала, что Рон имел все шансы не стать неудачником в школе.

Но было все равно что-то, что заставляло меня волноваться за него. Он был открытым, наивным и доверчивым. Слишком шумным, обидчивым и упрямым. Иногда ленивым, бестактным и даже злым. Но я всегда помнила его заплаканное лицо, когда он сидел рядом с моей кроватью, и заранее ему все прощала.

***

Я продолжала периодически встречаться с Блэками в лице Гарри, Драко и Доры.

Мальчики здорово изменились. Оба стали более уверенными и спокойными. С ними много занимались последние два года. Лишняя энергия оставалась в тренировочном зале. К тому же, мальчики были посвящены во многие взрослые тайны магического мира. И родители решили, что стоит рано начать работать над раскрытием даров. А первые уроки всегда - научиться больше видеть и понимать суть окружающего мира.

Целительство и некромантия Драко предполагали понимание природы живых и неживых существ, тайны жизни и смерти. Даже чуть-чуть заглянув за грань, ребенок не мог остаться прежним. Удивительно, но Драко стал терпимее, смелее, критичнее. Мне нравились изменения.

Кстати, некромантией младший Малфой занимался в компании своего дядюшки - Сириуса, все же согласившегося с решением семьи, от которого он бегал более десяти лет. Правда, дальше Азкабана сбежать не удалось, а уж там его «темный» дар начал развиваться самостоятельно, иначе вряд ли ему удалось бы вернуться в такой целости и сохранности, учитывая, что те же охранники считали его врагом номер один и отправляли дементоров погостить в его камеру довольно часто. Леди Вальбурга ворчала, что необученный боевой маг-некромант - угроза не хуже безумного Темного Лорда.

С Гарри занимались по пути развития дара артефактора, а здесь главное - сначала научиться пониманию природы магии. У него не было моего дара истинного зрения, приходилось использовать для занятий очки (обычные после «переселения» крестража уже были не нужны), но с его упорством и данными природой возможностями, я верила, что он обязательно станет настоящим Мастером. Мы смеялись, что приведем к нему детей покупать их первые палочки. Гарри успокоился - он уже не чувствовал себя чужим в мире магии, наоборот, знал, что понимает то, что недоступно многим волшебникам.

Ребята здорово помогли с поисками информации о предателях крови. Драко узнал, что история с участием Уизли произошла в девятнадцатом веке всего пять поколений назад. Но о подробностях никто не помнил. Почему-то считалось, что это было связано с Малфоями - уж больно непримиримыми врагами были их представители, но отец Драко все отрицал: в прошлом веке вражды между семьями не было. Отношения испортились, начиная с отцов Артура и Люциуса, причем подробностей последний не знал.

Гарри нашел упоминание, что предатели крови усугубляют свою вину, отказываясь ее признать, не выполняя и постепенно забывая свои обязательства перед магией. Традиции в магического мира основном передавались от поколения к поколению внутри семьи. Артур и Молли ничем подобным не занимались и детей не учили.

К сожалению, большинство ритуалов были направлены на поддержание магии рода и предполагали ее пассивное участие. Что в случае Уизли было невозможно.

Билл решил, что следует хотя бы начать с традиционного празднования основных магических праздников.

Книги, информация от друзей и знакомых - все возможные источники Билл анализировал и результаты записывал в книгу, в которой планировал собрать правила, по которым семья будет жить. Впечатления от некоторых ритуалов в Пруэтт-мэноре мне напомнили ощущения после упражнений по моей книге «Рецептов»: усиливалось восприятие, чувствовалось более интенсивное движение энергии. Даже не усомнившись в правильности решения, я настояла на изучении братьями приведенных там упражнений. Билл собственным примером и я, пока тот был в школе или на работе, шантажом и угрозами заставляли братьев не пропускать занятия.

Несколько месяцев назад я внезапно поняла, что Билл начал создавать Книгу рода.

Я бросилась с вопросами к Кровозубу и он, ухмыляясь, подтвердил мои подозрения. Он сказал, что проклятие с рода снять нельзя. Магический источник Уизли мертв - род не выполнил своих обязательств. Можно только заслужить право создать новый род и получить возможность доступа к новому источнику. Билл совершенно прав. Он взял на себя обязательства и пытается показать, что способен их выполнить. Каждый член нового рода должен доказать свою максимальную полезность для нового рода. Билл первым выбрал абсолютно верный путь: если, будучи ограничен в стартовых возможностях, сможет стать мастером, этим он подтвердит обоснованность своих притязаний. И нет, Кровозуб не мог просто рассказать мне обо всем раньше: решение в любом случае будет принимать магия, и здесь важны любые детали, включая мотивы, поступки и мысли обращающихся к ней. А соответствующие ритуалы и условия мы можем найти и самостоятельно.

Утешительного мало. Но теперь хотя бы понятно, что делать и где искать. Поиски продолжились теперь уже в направлении вопросов о создании рода и получении личного мастерства. Чего было крайне сложно достичь, не обладая дарами - магический дар позволял своему носителю многие вещи выполнять интуитивно.

Теперь осталось донести выводы до братьев. И родителей, которые, надеюсь, все же узнают об этом не от меня. Не потому, что боюсь, просто думаю, что услышать о проблемах от взрослого ребенка иногда проще, чем от самого мелкого.

***

Очень сложно оказалось добиться от взрослых информации для формирования более менее целостного представления о магическом мире. Наверное, при обучении магов используется метод дедукции - от частного к общему. Причем, нашел сам ответ - молодец, нет - и не надо. А может, причина в том, что я живу и общаюсь с идеологическими противниками, и это только от меня все скрывают? После систематизации найденной информации у меня получилось примерно следующее.

История магов утверждает, что волшебный мир существует уже множество веков. Когда-то давно его в основном населяли волшебные народы (или магические существа, как сегодня предпочитают их называть официальные власти Британии).

Использовать магию можно было в любом месте Земли, но селиться маги предпочитали в местах с повышенным магическим фоном - вокруг так называемых магических источников. Маги всегда жили обособленно от обычного мира. Где-то складывались целые магические государства, вроде Гипербореи или Атлантиды. Где-то маги делили территорию с магглами, как сложилось в Европе. В любом случае держать свой мир в тайне от магглов не представлялось сложным - магия.

К волшебным народам человеческие маги относились с большим пиететом, более того, известно, что многие магики были у истоков известных магических родов.

Постепенно магики стали уходить: какие-то народы банально вымирали - те же вооруженные конфликты никто не отменял, какие-то уходили в закрытые домены (что это - закрытые и от обычных магов территории на Земле или вовсе в другом мире - история умалчивала).

Сегодня слишком мало представителей волшебных народов осталось в магическом мире. Гоблины, долгое время воевавшие против всех и в итоге завоевавшие мир не с оружием в руках, а заполучив в свои руки финансы магов. Вейлы, сохранившие несколько общин. Вампиры, которых никогда и не было много. Совсем мало оборотней. О подводных жителях достоверно мало кто знал. Из остальных, если и остался кто-то, то единицы, затерявшиеся среди других магов.

В разных странах магического мира к магикам относились по-разному. Пожалуй, в магической Британии были одни из самых дискриминирующих законов. И еще вопрос, кому это было выгодно. Кланы гоблинов жили закрыто от всего мира, а к магам сами относились прямо пропорционально отношению магов к ним - из-за своего высокомерия многие английские маги не получили важную для них информацию или потеряли деньги. Вампиры предпочитали жить в маггловском мире, на законы магической Англии им было наплевать. Не смотря на законы, еще ни один аврор не посмел задержать на улице Лондона даже самого юного вампира. И мне всегда было интересно, каким образом Министерство собирается диктовать свои условия тем же русалкам из Черного озера возле Хогвартса. Больше всего негативное отношение общества сказывалось на оборотнях - тем более, что в Англии давно не осталось сильных стай, представители этого вида за несколько веков успели серьезно деградировать, утратив контроль над своим зверем.

От магглов магический мир был закрыт, но маги своих соседей не игнорировали, оставив им на память множество мифов и легенд. Во времена массового исхода магических народов волшебный мир лихорадило, и некоторые маги предпочли смешаться с магглами.

У магов всегда была цель - служение магии. Для них и их предков магия всегда была источником существования: магическая энергия служила для преобразования одной материи в другую, обеспечивая кров и комфорт для дальнейшего развития. Это бедным магглам приходится крутиться, изобретая все новые источники энергии.

Предки, стоявшие у истоков магического мира, оставили потомкам правила, соблюдение которых должно было служить главной задаче магов - хранению и развитию магии. Основным понятием для магов всегда был «Род». Именно внутри рода от старшего поколения к младшему передавались традиции и знания.

Тем временем в маггловском мире обнаружилось много «магов» - как известно, причиной их массового появления стала деятельность Инквизиции. Пусть даже настоящих магов среди них было и немного, тем не менее волшебники стали возвращаться в магический мир.

Вот этот момент и стал началом внутреннего конфликта мира магии. Вернувшиеся волшебники принесли с собой множество нововведений, но и потеряли многие традиции. Встретили их тоже более чем прохладно. А дальше упрямство, принципы...

Население магической Британии серьезно возросло. Для управления магическим миром было создано Министерство магии (названия менялись) и в итоге был принят основной закон - Статут секретности, последняя редакция которого от начала двадцатого века, по мнению многих представителей старых родов, забила последние гвозди в крышку гроба их мира.

Большое количество войн и странные болезни просто «выкосили» одни рода и старшее поколение других. Традиции забывались, магические источники затухали. Министерство системой запретов только способствовало ослаблению магического мира. Более того, в настоящий момент необыкновенно сильно было влияние политической «партии», ратующей за объединение с маггловским миром. Представителем которой является Альбус Дамблдор.

Поддержка волшебниками Темного Лорда была попыткой обратить внимание на проблемы магического мира. Только здравые идеи были вытеснены благодаря безумию лидера и, как оказалось, рабской зависимости поддержавших его магов.

Что касается экономики. Здесь все сложно. Финансами магического мира заведуют гоблины. Или я ничего не понимаю, или государство живет на проценты. Когда было принято решение о создании органа светской власти, старые рода выделили по довольно внушительной сумме золота. Деньги были положены в банк, а проценты с оборота используются для зарплат сотрудников Министерства, больницы и школы - организаций, находящихся на частичной самоокупаемости. Магические рода продолжают периодически вносить средства на нужды больницы и школы, а также некоторые целевые программы Министерства. Другими словами, экономическая система в магической Британии фактически отсутствует.

С частичной самоокупаемостью в магическом миру получилось здорово - фактически дело обстоит так, что платят те, у кого есть деньги. За тех, кто платить за обучение или лечение не может, оплату вносит специальный целевой фонд.

На мой осторожный вопрос о темной магии дед рассмеялся:

- Ну какая темная и светлая? Тогда уже разноцветная, если вспомнить цвета лучей заклинаний. Нет никаких темных и светлых сил. Есть магия - магическая энергия, которая может быть созидательной или разрушительной силой. Волшебник может использовать собственное магическое ядро, магию рода, связанную с одним источников магии этого мира, накопители магической энергии, магию стихий, наконец. Разве источник имеет какую-то окраску? А уж куда направить эту силу, зависит от мага - его воли и разума.

- Дисциплины: магия крови, некромантия, демонология, целые разделы ритуалистики запрещены, потому как потенциально опасны. Поэтому сегодня один рассерженный мастер-некромант легко завоюет магическую Британию в течение месяца, соразмерной силы для противопоставления ему нет, по крайней мере официально.

- Почему же никто нас еще не завоевал?

- Наверное, ни у кого желания до сих пор не возникало.

***

Дед оказался великолепным учителем. Многие знания он передавал не в форме уроков, а во время разговоров и рассказов, причем он начал этот процесс почти с самой первой нашей встречи.

Сейчас складывалось впечатление, что все его интересы сосредоточены вокруг меня. Даже круг его общения изменился. Раньше у деда с семьей Блэков особенной дружбы не было.

Для меня за прошедшие годы лорд Пруэтт стал самым близким и родным человеком. И что-то мне подсказывало, что для Молли во времена ее детства таким он не был.

Лорд Пруэтт очень редко говорил что-либо о дочери, зато охотно рассказывал о детстве сыновей.

А рассказывать он любил и умел - когда-то давно лорд Пруэтт служил в Отделе международных отношений Министерства. Дед был сильным ритуалистом, знал множество иностранных языков, был обладателем прекрасной ментальной защиты. Ему нравилось изучать чужую культуру и историю, заводить новые знакомства, потому большую часть жизни он провел за пределами родины. О странах и народах он рассказывал много, чего не скажешь о характере его работы.

По своим политическим взглядам дед был нейтралом, не поддерживая ни «темную», ни «светлую» стороны, сложившиеся к середине двадцатого века в Британии. Чему весьма способствовала его работа в других странах.

Сыновья иногда ездили вместе с отцом. В отличие от его жены. С леди Пруэтт у них были вежливые и ровные отношения, она никогда не присоединялась к мужу во время его разъездов, оставаясь с детьми дома.

Работу в Министерстве дед оставил после убийства близнецов, вернувшись в Англию сразу после случившегося.

- Мне нужно было время, чтобы осуществить месть, - признался он как-то.

Я помню выражение его лица: не было в тот момент любящего и заботливого дедушки, а был холодный и безжалостный маг, вряд ли проповедующий терпимость и признающий ценность человеческой жизни.

А то я уже успела забыть, что меня окружают отнюдь не безобидные пенсионеры. Это я видела Вальбургу Блэк только исключительно вежливой и доброжелательной леди, а Сириус в свое время даже пытался сбежать, отказавшись от семейного наследия. Да и безукоризненно сдержанный Люциус Малфой вряд ли занимался только финансами.

Лорд Пруэтт выяснил тогда, что убийство было совершено группой наемников. Я даже не стала спрашивать об их судьбе. Но заказчика они не знали.

- Дед, а это не мог быть кто-то из лидеров магической Британии?

- Темный лорд или Дамблдор? Не думаю. Лорд не стал бы нанимать посторонних магов, действия которых к тому же бросали тень на его организацию, если верить слухам и газетам того времени. Да и не вижу, чем мои мальчики могли ему помешать.

- А Дамблдор не мог отдать такой приказ из-за своего человеколюбия?

- София, я бы не стал на твоем месте делать выводы, основываясь на чьем-либо человеколюбии, тем более, если это касается Дамблдора. У меня нет причин хорошо относиться к этому магу: он сыграл не последнюю роль в судьбе Молли, и я не знаю, что заставило Гидеона и Фабиана за два месяца до смерти вступить в его организацию. Но если он смог обойти клятвы своего Ордена и организовать их смерть, не получив магического отката, то это достойно восхищения. Тем не менее, будь осторожна. Игры сильных мира не предполагают безопасность игроков.

Дед чего-то не договаривал. Но в этот момент я как никогда была склонна согласиться с дедом. Никакого слепого доверия, только общие интересы. Никаких игр, тем более когда не знаешь общей картины и правил. И вообще, стоит оставить их взрослым магам.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
ВардаДата: Вторник, 27.08.2013, 23:38 | Сообщение # 44
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Возраст 10


Вот уже три недели как мне исполнилось десять лет.

Сказать, что прошедший год был сложным, - приукрасить правду. В первую очередь это касается отношений в семье.

Информацию о возможном способе снятия печати предателей крови Билл принял с мрачной решимостью. Мгновенного результата и легких путей все равно никто не ждал. Но это был хоть какой-то шанс. Билл практически сразу принял решение продолжать этот путь. Он тесно общался с гоблинами и имел ясное представление о том, что такое печать и чем грозит его потомкам. К старшему брату присоединился Перси. Он остро чувствовал отношение окружающих и считал, что наличие подобного статуса помешает ему в карьере. Остальные братья обещали оказывать всевозможную поддержку, но принимать обязательства не захотели.

Чарли работал с драконами, которым было глубоко наплевать на наличие метки. Магия драконов создавала в питомнике уникальный магический фон, нивелирующий негативное влияние печати на самого мага и окружающих его волшебников. О продолжении рода Чарли не задумывался, считая, что у него достаточно братьев для рождения следующего поколения Уизли.

Близнецы тоже махнули рукой на вопрос, полагая достаточным действие защитного артефакта. Братья планировали специализироваться в зельях и вообще считали, что их совместного уровня магии им хватит. Рон мечтал о квиддиче и боялся ответственности.

Претенденты на создание нового рода должны были точно следовать принимаемым обязательствам и доказать, что достойны такого подарка от магии. Опасность ритуала была в его непредсказуемости: решение принимала сама магия. И гарантии, что ритуал создания рода для претендентов не закончится смертью или потерей магии, никто не мог дать. Тем более в случае, когда претенденты имели клеймо предателей крови.

Билл официально был принят всеми в качестве будущего главы рода. Ему и предстояло писать Кодекс рода и контролировать его исполнение будущими его членами. Перси решил, что мастерство художника будет полезнее для рода, чем карьера чиновника среднего звена в Министерстве.

С родителями вопрос был непростой. Понятно, что сообщить о своих намерениях было необходимо. Отказываться от родителей, будь они магглами или прОклятыми волшебниками, никто не собирался, потому как мальчики не хотели путь по искуплению предательства магии начинать с предательства родителей. Вне зависимости от их поступков и взглядов. А там уж магия пусть сама решает.

Разговор с родителями получился непростой. Билл отправил всех разойтись по комнатам, сам усадил их в гостиной и попытался рассказать то, как видят сложившуюся ситуацию их дети и что они с Перси планируют предпринять. Мама Молли плакала, Артур молчал.

- Но ведь, если вы хотите создать новый род, это будет предательство рода Уизли, - попыталась возразить Молли.

- Мама, рода Уизли нет, - мягко возразил Билл. - То, что мы считаем себя чистокровными и продолжаем отсчитывать поколения, - просто дань тому, сколько поколений назад такой род был создан. Род жив, пока жива его родовая магия, которая отвернулась от нас еще несколько поколений назад. Если все оставить как есть, то, в лучшем случае, через пару поколений семья уйдет из магического мира, лишившись магии.

- Но вы же сильные волшебники!

- Мама, сильная волшебница у нас одна - Джиневра. Ей доступны магические дары и покровительствует магия рода. Только другого, рода Пруэтт. Разницу, я думаю, ощущают все.

- Но как же... Ты же учишься на мастера. Слабым волшебникам такое не дается!

- Я могу работать на своем месте и продолжать учиться исключительно благодаря артефакту, ограничивающему влияние печати. На последнем курсе Хогвартса у меня уже были проблемы с магией. Мое успешное окончание школы во многом - память преподавателей о моих заслугах в предыдущие годы. Мистер Флитвик согласился меня взять только после обещания гоблинов помочь мне с клеймом.

- Но остальные...

- У Чарли своя специфика работы. Его спасает магия драконов. Близнецы резонируют друг другу, да и выбрали направление, где важна не столько магическая сила, а сколько изобретательность. У Перси свой путь благодаря его умению обращаться с кистью, а не волшебной палочкой. Рон совсем слабенький. Вспомни, все старшие братья в его возрасте демонстрировали намного более сильную магию. Но мы что-нибудь придумаем. Возможно, в качестве будущей профессии ему придется выбирать квиддич или другое направление, не требующее большой магической силы. Мама, мы не отказываемся от рода, его фактически не существует. И мы ни в коем случае не отказываемся от вас. Вы все равно останетесь нашими кровными родителями. Джиневра половину своей жизни является членом другого рода, и все равно любит вас и остается вашей дочерью.

Для родителей непросто было смириться с тем, что для их детей оказалось важным то, от чего они сами всю жизнь отмахивались.

Дамблдор пытался отговорить Билла от решения по созданию нового рода, упирая на опасность затеи и абсолютную ненужность этого шага. В ответ тот крайне удивился, что председатель Визенгамота не заинтересован в укреплении магического фона Британии. Более того, Билл не оценил, что родители привлекли к абсолютно внутрисемейному делу постороннего человека.

Весь прошедший год домашние боялись сказать или сделать что-нибудь не так. Ничто не помогало сгладить нервную обстановку дома.

Хуже всего приходилось нам с Роном. Мы единственные из детей оставались дома. Молли постоянно нервничала, ей постоянно требовалось контролировать наши действия, в любых словах и поступках она искала подтверждение тому, что ее статус фактического главы дома непоколебим. К октябрю дошло до того, что Рон был готов бросаться на стену от отчаяния. Мне было легче. Я постоянно встречалась с дедом и учителями. Да и на внешние раздражители я реагирую спокойнее.

Я предложила найти Рону учителя английского языка - дети учились до Хогвартса дома, и у Рона было куда стремиться в смысле грамотности письменной речи. Я надеялась, что занятия три раза в неделю по два часа вне дома помогут брату не только с английским, но и с навязчивой опекой матери. Но Молли, обрадовавшись идее, решила заниматься с Роном самостоятельно все время после завтрака до обеда. Учитывая, что первый крик начинался примерно после четвертой ошибки Рона, а это случалось уже во втором-третьем предложении, благодарен он мне не был.

Тогда деятельная я решила найти что-нибудь идеологически верное с точки зрения семьи, но недоступное Молли. Мой выбор пал на маггловский спорт. Маггловская тема плюс физический тонус младшего братика - беспроигрышный вариант, решила я и отправилась в сопровождении деда искать подходящий спортивный клуб.

Уговорить родителей было легко. Стоило Артуру увидеть рекламную брошюру спортивного клуба «Виктория», участь Рона была решена, от него требовалось лишь выбрать вид спорта. Мой глупый брат попытался возразить, что никакой спорт не сравнится с квиддичем.

- Нет, конечно, если ты не хочешь, то не нужно. Все-таки любой спорт отнимает много времени и сил. Не стоит заниматься по нескольку часов три раза в неделю, если не нравится само занятие.

- Сколько, сколько заниматься нужно? - подавился тыквенным соком Рон.

- Зависит от вида спорта. Посмотри сам брошюру.

В итоге Рон выбрал футбол - это была единственная спортивная секция в клубе, занятия которой проходили по три часа шесть раз в неделю. Сопровождать его в клуб должен был Артур, который легко мог позволить себе ненадолго отлучиться с работы, чтобы отвести, и потом забрать Рона.

***

Тем временем решилась судьба еще одного крестража. Снейпу и Блэку удалось взломать защиту крестража, заключенного в перстень Певереллов. И даже аккуратно забрать его для коллекции, не получив проклятия. Также удалось определить, что последний крестраж в настоящий момент находится в Британии. Направление его поисков упорно указывало на Хогвартс. Все шло к тому, что в Запретном лесу скоро несколько вырастет количество грибников. История набирала обороты.

Сегодня на платформе Хогвартс-экспресса мы провожали Рона, близнецов и Перси в школу.

Гарри я не видела, он предупреждал о планах Сириуса приехать на вокзал еще до 10 часов, обычно в это время на платформе почти никого не бывает.

Накануне Дамблдор зашел к нам в гости попросить Молли, чтобы она пригляделась к бедному мальчику Гарри и предложила Рону завязать с ним знакомство еще в поезде. Мама Молли согласилась посмотреть на всех мальчиков, которых встретит на перроне. Рона она ни о чем просить не стала. Мне же брат пообещал, что не станет искать Гарри в поезде, а будет сидеть всю дорогу вместе с Перси в купе и вежливо и доброжелательно общаться со всеми, кто туда заглянет.

На платформе мы встретили Малфоев, я подошла к Драко и еще раз напомнила ему, что он не будет задирать моего брата, а, наоборот, постарается, если их сведет судьба, быть вежливым и милым.

Вечером у нас дома взорвалась информационная бомба в форме письма от Джорджа и Фреда с вложенными зарисовками авторства Перси.

Гарри Поттер в списках поступивших не значился, а Гарольд Поттер-Блэк стал учащимся факультета Слизерин, чему очень радовался его приятель, тоже слизеринец, Драко Малфой.

Рональд Уизли о чем-то долго беседовал со шляпой, в результате чего она отправила потомственного гриффиндорца на факультет Хаффлпафф. Что нужно было сказать шляпе, чтобы она сделала для Рона подобный выбор? Я подумала, что неплохо бы написать Доре, в этом году она заканчивала школу и была ученицей как раз этого факультета. Пусть узнает подробности и, вообще, присмотрит за братом.

В следующем году остается только мне пойти в Слизерин и ситуация будет достойной истории Хогвартса - представители одной семьи станут одновременно учениками всех четырех факультетов.

Невилл Лонгботтом был распределен шляпой на факультет Слизерин. Идя к своему столу, он даже почти не спотыкался.

В письме перечислялись еще фамилии - все, что смогли запомнить близнецы. В частности, Гермиона Грейнджер отправилась на факультет Гриффиндор.

Под мои радостные визги, как здорово, что благодаря братьям мы сможем теперь сравнивать жизнь в школе уже на трех факультетах, и что Рончик наверняка попросил шляпу поселить его поближе к кухне, мама Молли написала вежливое письмо Рону с поздравлениями. Которое я сама и отправила вместе с письмом Доре, добавив в подарок брату коробку вкуснейших шоколадных конфет.

Рисунок Перси с выражением лица Дамблдора после распределения Лонгботтома, отправившегося на тот же факультет, что и Гарри, я оставила себе на память.

***

К вечеру следующего дня я получила четыре письма - от Рона и всех школьников-Блэков - с отчетами о своих впечатлениях о начале учебного года, а также допрос от родителей, откуда я знакома с Нимфадорой Блэк-Тонкс.

Родители в очередной раз меня расстроили - о моем знакомстве с Дорой они могли узнать только от кого-то, кто присутствовал в Большом зале во время доставки почты, так как письма Рону и Доре принесла одна сова. Братья родителям еще не писали. Не могу представить, что по такому поводу с ними связался кто-то из учителей. Остается Дамблдор.

Не видя причин скрывать правду, я призналась, что познакомилась с Дорой на дне рождения у Гарри. Мама Молли была возмущена:

- Почему ты не сказала раньше, что знаешь о Гарри! Ты же видела, что и мы, и директор Дамблдор волновались, когда он пропал!

- Мама Молли, но вы же сами тогда решили, что отдел опеки наверняка контролирует его жизнь в новой семье. Я спрашивала Гарри, он сказал, что ему все нравится в отличие от жизни у тети. И дед сообщил, что Сириус Блэк его усыновил. Какой был смысл обсуждать это, если у Гарри и так все хорошо, а общаться со старыми знакомыми Блэки не стремились?

- Все равно нужно было сказать.

- Связаться с Сириусом не получилось и у директора. Что изменилось бы, узнай вы о том, что Гарри с ним?

- Это нужно было решать не тебе! Ты не должна была обманывать родителей!

- Когда это я вас обманывала? Вы меня даже не спрашивали, знаю ли я что-нибудь о Гарри. И я никогда не говорила, что не знаю.

- А в прошлом году, когда возражала против дружбы Рона и Гарри? Ты же настаивала, что никто не знает Гарри и, возможно, Рон сам не захочет с ним дружить.

- Мама Молли, я не говорила, что никто не знает Гарри. Я утверждала, что Рон его не знает. И можете бросить в меня камень, если это было не так!

- Не играй словами! Ты должна сейчас же рассказать все, что знаешь о Гарри.

- Кое что я действительно могу рассказать. Например то, что Гарри рассказывал о своей жизни у магглов. Он совсем не помнит своих родителей. Зато помнит, что пока его не забрали от тетки, его всю жизнь считали ненормальным уродцем. Кормили через раз и наказывали за чужие поступки и просто так, для профилактики. Его кровать стояла в чулане под лестницей, закрывавшемся на висячий замок. У него не было ни одной игрушки. Одежда и обувь доставались в наследство от брата и были на несколько размеров больше, чем требовалось. Он даже не знал, когда у него день рождения. И даже не был уверен, как его зовут. Семья предпочитала использовать для обращения к нему такие слова как «мальчишка», «урод», «этот». Вас интересуют еще подробности или это было в отчетах миссис Фигг?

- О чем ты говоришь? Этого не может быть! И откуда ты знаешь о миссис Фигг?

- О миссис Фигг вы сами говорили с директором, когда выяснилось, что Гарри не живет у тети. В том числе и о том, что она должна была следить за ним. А все, что рассказала, я знаю от Гарри. Не думаю, что он меня обманывал.

- Если бы Арабелла Фигг заметила плохое отношение к мальчику, она обязательно сообщила бы директору. Возможно, Дурсли скрывали от соседей свое отношение к племяннику?

- Что именно? Что его выпускают на улицу исключительно для работы в саду? Или что он одет в обноски не по размеру? Или что он маленький и худой?

- Но... Всему этому должно быть объяснение!

- Гарри сказал, что ему не нужны объяснения и оправдания. У него есть другая семья, которая его любит. Этого достаточно. Я тоже не хочу искать объяснения. Я рада, что все это в прошлом. Вы просили информацию о Гарри. Этого достаточно?

- А с кем еще общается Гарри?

- С учениками Хогвартса, вероятно.

- Кто еще был на дне рождения у Гарри?

- Только его кузены. Дора и Драко.

- Малфой?

- Угу.

- Понятно, почему мальчик оказался на Слизерине! Если он общался с этими снобами!

- Насколько я знаю, его приемный отец Сириус - гриффиндорец, а Дора - хаффлпаффка. Шансов попасть на эти факультеты у Гарри было ровно столько, сколько и на Слизерин. Это если следовать вашей логике рассуждений.

- Джиневра! Не смей мне дерзить!

Это еще только первая степень раздражения. Вторая определяется обращением Джиневра Молли Александра София. Третья - Джиневра Молли Александра София Пруэтт-Уизли. И четвертая - юная леди. Дальше пока не знаю.

- Мама Молли, я вовсе не хотела тебя обидеть. Но я не вижу причин для Гарри не общаться с Драко. Они же родственники.

- Малфой - темный маг!

- Драко Малфой - школьник-первокурсник, который хочет стать колдомедиком.

- Который вырастет и все равно станет темным магом! Ты должна пообещать, что не будешь с ним общаться!

- Мама Молли, ты же знаешь, что у меня всегда есть свое собственное мнение. Никакие потенциальные темные маги не смогут повлиять на него. Поэтому я не вижу никаких оснований для твоего требования.

- Ты еще маленькая девочка. И должна слушаться родителей, которые лучше знают, что тебе нужно делать! И я говорю, что ты не будешь общаться с Малфоем!

- Прости, но я не буду давать обещаний, которые не собираюсь выполнять.

- Джиневра Молли Александра София!

- Хватит! - бессмысленный спор прекратил отец. Артур крайне редко повышает голос. Видимо, его терпение подошло к крайней точке. - Молли, прекрати. Лорд Малфой - единственный, кто помог нам в очень сложной ситуации. И никто из нас не будет провоцировать скандал с его семьей. Тем более, у нашей дочери действительно есть голова на плечах и она сама разберется, кому из знакомых можно доверять. Тем более, они с Драко родственники.

- Что ты имеешь в виду? - Заинтересовалась Молли.

- Только то, что бабушка Джиневры тоже была Блэк. Следовательно, она, Гарри, Драко и Нимфадора - родственники. А родственников не выбирают.

Действительно, не выбирают. Я печально смотрела на Молли. Как же было проще, пока в отношения в семье не вмешивались политические взгляды. И куда нас все это заведет?

***

Дамблдор появился у нас через два дня прямо с утра. Я в момент его появления оказалась на заднем дворе дома, где решила и остаться на время его визита, усевшись около стены возле открытой двери.

- Молли, спасибо, очень ароматный чай. Ну как, пишут вам мальчики из школы? Вы уже соскучились, наверное?

- Спасибо, Альбус. У ребят все хорошо.

- А как дела у Рона? У меня все дела, дела, так и не было времени самому поинтересоваться. Жаль, жаль, что он не попал на Гриффиндор. Ну ничего, главное, что он в Хогвартсе. А у нас, в школе, не может быть плохих факультетов. Не правда ли? Надеюсь, вы поддержали мальчика?

- Главное, что не Слизерин.

- Молли, а вы поинтересовались у Джинни, откуда она знакома с Нимфадорой Тонкс? Я заметил, что ее сова приносит письма еще и Гарри, и Малфою-младшему?

- Через лорда Пруэтта, - вставил Артур.

- Ах, да. Вам, действительно, сложно контролировать знакомства своей девочки. Но ведь нельзя запретить ей общаться со своим дедом, не так ли? Все же будьте осторожны. Что она знакома с Гарри - это даже хорошо. А вот Малфой. Боюсь, он может оказывать дурное влияние на такую юную мисс, как Джинни.

- Да, да, конечно, - я даже представила, как мама Молли усиленно качает головой, соглашаясь.

- Директор, моя дочь сама на кого хочешь повлияет. И я не собираюсь запрещать ей писать письма своим родственникам среди Блэков. Джиневра благоразумная молодая леди, у которой к тому же есть семья, чтобы помочь ей выбрать правильный путь в жизни. Я уверен, что могу доверять своей дочери. Лорд Пруэтт никогда не поддерживал Темного Лорда и его последователей. И думаю, что со своей стороны он тоже внимательно следит за всеми, с кем она общается.

- Да, конечно, Артур. Ты совершенно прав. Все время забываю, как быстро растут дети. И что ваша Джинни очень рассудительная девочка. Я уверен, все будет хорошо. Но все же присмотрите за ней. Кстати, она ничего не рассказывала о Гарри?

- Альбус, Гарри рассказывал, что не был счастлив в семье своей тети. Ты же следил за его жизнью? Это правда?

- Молли, я не мог следить за Гарри самостоятельно. Это было слишком опасно, ты же понимаешь. Миссис Фигг жила рядом с Дурслями и постоянно следила за жизнью мальчика. Она не заходила в дом, конечно, но видела, как он играл в саду, регулярно расспрашивала Петунию о его жизни. А иногда Гарри оставляли с ней, когда миссис Дурсль требовалось отлучиться из дома. Я не видел причин волноваться. Миссис Фигг должна была сообщить, если бы Гарри что-то угрожало. Тем более, что на доме Дурслей была кровная защита, установленная Лили. Там он был в безопасности. А понятие счастья относительно. Тем более по сравнению с жизнью у Блэков - Сириус наверняка старался баловать мальчика.

- Возможно...

- И к чему это привело! Сын Джеймса и Лили на Слизерине. Все-таки Сириус очень безответственный, ему нельзя доверять воспитание ребенка. Я очень волнуюсь за Гарри.

- Но теперь уже поздно об этом говорить. Гарри у Блэков...

- Я посмотрю, что здесь можно сделать. Если Сириуса признают ненадежным опекуном для Гарри Поттера, может, вы согласитесь принять его в семью?

- Да, конечно. Я же предлагала забрать бедного мальчика еще десять лет назад!

- Молли, подожди, - не стал молчать Артур. - Директор, я не вижу оснований начинать этот разговор. Гарри носит фамилию Блэк. Наверняка Сириус давно усыновил мальчика. Ни у кого в магическом мире нет права забрать ребенка у отца. Если даже Сириус Блэк не сможет исполнять обязанности по воспитанию ребенка, опека перейдет к его родственникам. Родственников у Поттеров нет. Но есть родственники у Блэков. Например, Малфои. Не лучше ли оставить все как есть и не настраивать ни мальчика, ни его отца против себя?

Я просто гордилась в этот момент Артуром. Он крайне редко высказывал мнение, противоречащее позиции Молли. По затянувшейся паузе было понятно, что его собеседники как минимум удивлены. Но не убеждены, как показала дальнейшая реакция Молли:

- Артур! Как ты можешь! Если бы речь шла об обыкновенном ребенке. Но Гарри! Он же спаситель нашего мира! От него зависит окончательная победа над Темным Лордом. Который наверняка вернется, в чем уверен директор Дамблдор. Как бы ни было сложно, мы не должны опускать руки!

- Молли, директор. Мне кажется, что не опускать руки мы должны были раньше. Например, когда посадили Сириуса. Он совершенно справедливо обижен на нас за то, что мы поверили в его предательство. И Гарри тоже нужно было хотя бы раз навестить и узнать, как он живет у родственников. Почему вы сразу говорите о каких-то радикальных методах? Может, мы должны попытаться наладить контакт с Гарри и Сириусом? Извините, я уже опаздываю на работу. Рад был встрече, директор.

- В чем-то Артур прав, - продолжил разговор директор после того, как Артур покинул дом. - Можно попробовать поговорить с Гарри. И через него связаться с Сириусом. Ты не могла бы, девочка моя, иногда узнавать у Джинни о ее переписке с Гарри? И, может быть, у Рона получится все же с ним подружиться.

Директор аппарировал прямо из дома. Сегодня в моей картине мира он окончательно перешел «на сторону зла». Молли как будто и не слышала моего недавнего рассказа о жизни Гарри. Несколько слов директора, и доверие к нему восстановлено.

***

Первые две недели учебы у ребят прошли практически мирно. Рон все-таки познакомился с Гарри Поттером. Гарри с Драко и Тедом Ноттом делали уроки в библиотеке, когда Рон нашел в себе силы подойти и попросить разрешения присоединиться.

- Уизли, а ты не боишься сидеть за одним столом со злыми темными волшебниками? - поинтересовался Малфой.

- И в Слизерине за последнюю тысячу лет учились приличные люди, я проверял, - ответил Рон.

- Ну, садись, - согласился Драко, - видно, в Запретном лесу единорожка родился, раз Уизли научился не только читать, но и проверять информацию.

- Спасибо. Наверное, там еще и у мантикор прибавление, раз уж Малфой стал вдруг вежливым.

- Просто я обязательный. Раз уж пообещал твоей сестре быть милым, пока ты сам не начнешь меня провоцировать, не вижу причин не быть им.

Рон прислал мне гневное письмо, почему не рассказала ему ничего про Малфоя и Поттера. Но ему, вероятно, было достаточно просто высказаться - ответа он на это письмо не дождался, а следующее было обычным.

Удивительное дело, в расписании первый курс Слизерина чаще всего на сдвоенных занятиях попадал в пару к Хаффлпаффу. Близнецы уверяли, что такое случилось впервые на памяти их курса и всех остальных, у кого они успели поинтересоваться, - раньше удовольствие учиться со Слизерином выпадало преимущественно Гриффиндору.

Впрочем, особого резонанса событие не вызвало. Уживались факультеты вместе без конфликтов. Хаффлпаффцы были мирными, Рон следовал моим напутствиям и оставался вежливым, а Слизерин по праву считался самым организованным факультетом, управляемым жесткой рукой своего декана.

Деканом факультета Слизерин вот уже пятый год являлся учитель зелий мистер Брэберри Бартиан - шестидесятипятилетний маг, мастер зелий, автор двух книг, отец троих детей: двух, десяти и тридцати пяти лет, счастливый муж настоящей красавицы-вампирши и по совместительству друг бывшего декана Северуса Снейпа.

Сорок лет назад мистер Бартиан обучался мастерству в одной из известных итальянских семей потомственных зельеваров. Там же он познакомился и влюбился с первого взгляда в милую девушку по имени Морион, которая, к счастью, ответила взаимностью. Вот только Морион оказалась восьмидесятилетней вампиршей, клан которой долго не желал давать разрешение на брак своего птенца с магом-англичанином. Не помогло даже рождение сына. Мистер Бартиан остался в Италии и активно сотрудничал с кланом любимой женщины по профилю своей специальности. Семь лет назад клан, наконец, разрешил брак Морион и Брэберри. А четыре года назад коллега-зельевар Снейп предложил его кандидатуру на роль преподавателя зелий школы волшебников в Британии.

Мистер Бартиан наконец-то вернулся на родину, где оставалась его семья - родители и младшая сестра, наконец-то он смог назвать любимую женщину женой, наконец-то он мог совмещать два любимых занятия: преподавание и зелья. Мистер Бартиан был абсолютно счастлив, чем кардинально отличался от своего мрачного предшественника.

Со Снейпом раньше они общались преимущественно по переписке. После назначения на должность мистера Бартиана, Снейп в течение недели передавал дела коллеге, потом они также продолжили общение. Мистер Снейп изредка заходил в школу в гости к декану, пугая своим появлением впечатлительных учеников.

Не смотря на ощущение всепоглощающего счастья, декан Слизерина был сторонником жесткой дисциплины и любителем слегка циничного юмора. Ко всем факультетам на уроках относился ровно, межфакультетские соревнования считал глупостью, нацеливал своих подопечных исключительно на личностные достижения, был знаком с семьей каждого своего ученика, не только разрешал, но и поощрял регулярные встречи школьников с родственниками, на младших курсах настоятельно рекомендовал родителям проконсультироваться с гоблинами и главами своих родов о предварительном выборе специальности и всегда отстаивал права своих учеников в любых школьных конфликтах.

Невилл Лонгботтом, робкий неуверенный в себе мальчик с первого занятия влюбился в зелья, чему не помешал даже взорвавшийся у него котел. Вернувшийся после больничного крыла ребенок на отработке повторил приготовление зелья от фурункулов под личным руководством преподавателя, получил ряд рекомендаций по работе с инструментами и отправился писать бабушке письмо с благодарностью за совет по выбору факультета.

А со второй половины сентября помимо увлекательного занятия по отслеживанию жизни в Хогвартсе у меня начались собственные занятия.

***

На предстоящий год у меня и у деда были грандиозные планы. Я пpoдoлжaлa yчeбy у Kpoвoзyбa. Наконец, дoлжнa нaчaтьcя yчeбa магии paзyмa. Лopд Пруэтт вдруг peшил, что не мoжeт отпустить меня в тaкoe oпacнoe мecтo как шкoлa, не научив меня хотя бы ocнoвaм caмooбopoны. Пoэтoмy мне пpeдcтoяли занятия с, как пpeдcтaвил ee дед, «oчapoвaтeльнoй дaмoй-вoлшeбницeй, специализирующейся на дaннoм вoпpoce». Занятия гимнастикой тоже остались - мисс Килман решила задержаться в Англии еще на год. Сейчас я ей была даже благодарна, ничем не напоминая того «веселого бегемотика», хотя дед уверяет, что все было не так ужасно. Сам лорд Пруэтт продолжал меня учить традициям и магии рода.

Свои проблемы на первых тренировках мисс Килман я вспоминала уже с радостью, когда пришло время занятий «по самообороне». Эта «обаятельная милая женщина», Оливия Трэвис-Хинл, оказалась пятидесятилетней волшебницей со взглядом убийцы, являющейся мастером боевой магии, фантастически владеющей множеством видов холодного оружия. После первого занятия я знала о себе следующее: толку из меня не выйдет - начинать нужно было еще лет десять назад, способностей у меня ноль, удивительно, что меня порывом ветра не сдувает, руки у меня кривые и голова дурная, хотя она думала, что будет хуже.

Миссис Трэвис-Хинл решила начать с физической подготовки, обещая добавить через несколько недель работу с холодным оружием и проводником силы. Под холодным оружием, которое она может позволить мне хотя бы подержать в руках, мой тренер понимала ножи. С которыми мне предстояло научиться пользоваться в ближнем бою - хм, т. е. «иметь возможность, используя эффект неожиданности, нанести один удар», понять идею использования их в магическом поединке, а также получить необходимые навыки, «чтобы не уронить себе на ногу, если понадобится дистанционно поразить цель». В качестве проводника силы мастер подразумевала не волшебную палочку - «уронишь еще», и обещала подобрать что-то из артефактов, «более крепко держащихся на теле».

Магия разума – одна из сложнейших магических дисциплин, которая доступна весьма малому проценту волшебников. Еще более малый процент из которых значительно развивает свои способности. Под магией разума подразумеваются всевозможные воздействия с разумом и нервной системой живых существ. О магах разума среди волшебников ходит множество историй и небылиц. Главная особенность этой магии, так пугающая волшебников, - она не оставляет следов и последствия ее использования необратимы. В отличие от тех же широко известных и применяемых заклятий забвения и простых ментальных блоков и закладок.

Маги разума могут использовать различные ментальные техники, влияющие на разум, включая чтение мыслей и создание ложных воспоминаний и целей. Хорошо обученный маг может полностью «переписать» личность человека. Самым безобидным из умений магов разума является телепатия. А самым страшным по мнению волшебников - магия иллюзий. Иллюзии могут заставить человека поверить в свою смерть. Сильный маг может создать групповую иллюзию, повергающую в бегство армию врагов, обманывая при этом и разум и органы чувств.

Мерлин мог бы, наверное. Гарри Поттер, возможно, справился бы с небольшим отрядом. Но они не были магами разума. Я же массовые иллюзии не потяну - не та сила. Максимум два-три человека со средней защитой. И то, наверное, лет через двадцать после начала обучения. Тем не менее, мастер Ноэль Манн согласился стать моим наставником.

Из-за страха перед возможностями и безнаказанностью в следствие невозможности доказательства их деятельности, другие волшебники магов разума опасались. Поэтому среди тех не принято было афишировать свои умения, большинство мастеров разума предпочитали оставаться в тени. Публичными фигурами, как правило, являлись старые могущественные маги - старейшины гильдии, которым было уже глубоко безразлично мнение окружающих. Международный суд магов обязательно имел в своих рядах их представителя. К нему можно было обратиться с просьбой о помощи или об обучении мага, обладающего подобными способностями. После подтверждения наличия способностей гоблинами и заключения магического контракта на обучение, учитывающего сохранение конфиденциальности с обеих сторон, ученик знакомился с учителем.

Официально Ноэль Манн был колдомедиком и занимался частной практикой на территории магической Франции, специализируясь на расстройствах разума. В политику не вмешивался. Иногда, для души, участвовал в операциях команды наемников, возглавляемой его троюродным кузеном. Среди членов гильдии было престижно получить ученика. Во-первых, учителя назначаются руководителями гильдии и это определенное признание заслуг. Во-вторых, тех, кто решается на обучение данной дисциплине, мало, потому и возможности стать наставником появляются редко.

Ноэль, как попросил его называть сам француз, порадовался наличию хоть каких-то окклюментивных щитов у меня. В отличие от миссис Трэвис-Хинл, он предпочитал хвалить даже за незначительные достижения и, вообще, всячески старался повысить мою самооценку. Что радовало. Потому как ученичество вполне могло затянуться на десяток-другой лет.

***

Мой самый младший брат привез из школы больше всех впечатлений. Он так и не признался, что наговорил шляпе, чтобы оказаться в Хаффлпаффе. По-моему, он и сам не ожидал такого результата распределения, но, по прошествии года, не жалел об этом.

Он познакомился и общался с массой детей с различных факультетов. И даже летом они продолжали обмениваться письмами.

Среди его приятелей оказалась и юная гриффиндорка Гермиона Грейнджер - одна из немногих, чье имя я помнила еще из книг Роулинг. С ней Рон чаще всего пересекался, естественно, в библиотеке. Девочка была фанатично увлечена миром книг и совершенно не умела общаться со сверстниками. Количеством поглощаемой литературы она, по признанию брата, напоминала ему меня, поэтому он снисходительно относился к ее манере общения.

Гермиона как-то была приглашена Роном в их гостиную, где она попала на вечерний чай, устроенный с помощью хогвартских эльфов, и в руки роновых однокурсниц. Покидала дружный факультет девочка в смятении: было сложно представить такой вечер без радостных криков и споров в ее собственной гостиной; в первый раз с начала учебного года ее волосы были уложены в аккуратную косу, а в руке был крепко зажат пергамент с описанием заклинания для такой прически; и главное - в волшебном мире существовало рабство!

К концу недели раздумья Гермионы вылились в создание организации Г.А.В.Н.Э. (Гражданская Ассоциация Восстановления Независимости Эльфов), деятельность которой должна была быть направлена на защиту прав домашних эльфов. Первокурсница раздавала желающим значки с символикой организации и агитировала к принятию решительных мер по освобождению эльфов из рабства. Сначала Рон сам пытался доказать бессмысленность ее затеи, затем, по просьбе брата, Гарри попробовал объяснить Гермионе природу домовых эльфов, зависимых от магии хозяина, но девочка все равно не отказалась от своей позиции. Дальше все предпочитали смотреть за развитием событий издалека. Ассоциация составила ряд писем для руководителей школы и различных отделов Министерства, но ответов пока не было. Эльфы тоже косились на девочку с подозрением.

Сам Рон был в учебе середнячком: какие-то предметы, особенно трансфигурация и полеты, ему давались легко, какие-то с большим трудом (те же зелья), но в среднем его оценки были «выше ожидаемого». Почему-то среди его приятелей были сплошь «отличники»: Гермиона - с Гриффиндора, с его факультета - Эрни Макмилан и Кассандра Болле, с Рейвенкло - Маршал О'Кифи, после первого курса отправившийся учиться в Дурмстранг, и со Слизерина - Гарри и Драко. Так, вероятно, проявлялась его тяга к знаниям.

Еще у брата проявилась тяга к животным: он рассказывал о цербере, полюбоваться на которого успели все первокурсники еще в октябре, об акромантулах в Запретном лесу, с которыми они повстречались на отработке, о драконе лесника Хагрида, за рождением и взрослением которого они наблюдали несколько месяцев, а потом отправили в румынский питомник вместе с друзьями Чарли. Лично меня после всех этих откровений в школу уже не очень-то и тянуло.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
Al123potДата: Среда, 28.08.2013, 02:19 | Сообщение # 45
Черный дракон
Сообщений: 2794
« 719 »
Варда, спасибо большое хороший фик Вы нашли для выкладки, мне он нравится. Сегодня днём я думаю, закончу редактуру новых глав из фанфика kraa и сделаю fb2 файл с этим фиком. Варда, если у автора есть обложка, тогда скиньте, пожалуйста, ссылку на картинку.


"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
*************************************************************
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
 
FeodorДата: Среда, 28.08.2013, 06:43 | Сообщение # 46
Подросток
Сообщений: 22
« 0 »
а с кем будет пейринг ? если по взглядам то это будет с парнем (если так то пускай будет с каким не будь левым ) а если девушкой то ( ГД ДГ и тд ) мне кажется что это будет парень !!!!! а кок хочеца увидеть попаданца парня в тело девушки и пейринг с девушкой
 
Dr@gonДата: Среда, 28.08.2013, 10:06 | Сообщение # 47
Демон теней
Сообщений: 304
« 15 »
Цитата (Feodor)
а кок хочеца увидеть попаданца парня в тело девушки и пейринг с девушкой

Я поддержую. Хотя... Ваш попаданец себя больше не ассоциирует с мужчиной, по-этому морально ему/ее легко будет сойтись с парнем.



Мудрый творит законы, а глупый ими ограничен.
 
ВардаДата: Среда, 28.08.2013, 12:41 | Сообщение # 48
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Al123pot, к сожалению обложка не была предусмотрена.


настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
Al123potДата: Среда, 28.08.2013, 23:34 | Сообщение # 49
Черный дракон
Сообщений: 2794
« 719 »
Как обещал Возраст ноль.fb2


"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
*************************************************************
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
 
Убийца_ТролльДата: Четверг, 29.08.2013, 00:14 | Сообщение # 50
Подросток
Сообщений: 13
« 7 »
интересный фик
 
Lady_MagbetДата: Четверг, 29.08.2013, 10:46 | Сообщение # 51
Ночь темна перед рассветом...
Сообщений: 1088
« 198 »
Благодарю за проду, буду ждать полную версию на АЗЛ


Ты никогда не узнаешь, когда начнется твоя шизофрения.
 
SvetaRДата: Четверг, 29.08.2013, 11:17 | Сообщение # 52
Высший друид
Сообщений: 844
« 240 »
Очень интересная история.


Свет лишь оттеняет тьму. Тьма лишь подчеркивает свет.

 
ГалинкаДата: Четверг, 29.08.2013, 12:05 | Сообщение # 53
Демон теней
Сообщений: 200
« 3 »
Не удержалась и прочла весь фик. Что мне понравилось, это то, что автор удачно обошел МС героини
 
Lady_MagbetДата: Четверг, 29.08.2013, 15:51 | Сообщение # 54
Ночь темна перед рассветом...
Сообщений: 1088
« 198 »
Да, отсутствие МС это огромный плюс.


Ты никогда не узнаешь, когда начнется твоя шизофрения.
 
ГалинкаДата: Четверг, 29.08.2013, 15:52 | Сообщение # 55
Демон теней
Сообщений: 200
« 3 »
в то же время героиня сильная и умная. Радует
 
ВардаДата: Воскресенье, 01.09.2013, 23:57 | Сообщение # 56
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Возраст 11

Сегодня случилось очередное первое сентября, и по такому случаю платформа 9 и ¾ была заполнена школьниками и их родственниками.

Я тоже сегодня отправлялась в школу. Потому и стояла тут наряженная как кукла и обвешанная драгоценностями и артефактами подобно новогодней елке. Конечно же, я знала, что каждая мелочь имела какую-то смысловую нагрузку: артефакты, не предназначенные для всеобщего обозрения, и не были видны невооруженным взглядом. Остальное было выложено на витрину.

Массивный перстень на левой руке говорил о том, что я являюсь наследницей рода. Скромное колечко на правой - что мои родственники ничуть не доверяют школе и позаботились укомплектовать мои украшения артефактом для проверки на зелья и яды, причем делают это демонстративно, иначе, подобно многим, постарались бы сделать его скрытым. Браслет на той же руке с четырьмя камушками - покровительство еще четырех родов, причем признанное ритуально. Рисунок на заколках в волосах - я вступила на путь ученичества, но выбор направления не стремлюсь демонстрировать. Колье, плотно облегающее шею, - наличие защиты полного круга родовых ритуалов для наследницы, предназначенного для предотвращения воровства крови, что опять же не принято было демонстрировать.

Я стояла в компании Драко, Рона и Гарри. В двух шагах от нашей живописной группы Перси, продолжая беседовать со своими однокурсниками, коршуном смотрел на всех приближающихся магов. Чуть подальше тихо переговаривались сопровождающие нас взрослые, которых собралось немало: лорд и леди Малфой провожали сына, Сириус и Вальбурга Блэк - Гарри, со мной пришли лорд Пруэтт и Билл, помахать рукой вслед поезду заскочила Дора Блэк-Тонкс под руку со своим женихом Ноэлем Манном.

Подходил Артур Уизли, пожелал удачного начала учебы, пробегали мимо близнецы, пообещав подойти к нам позже в поезде. Все ученики Хогвартса, которых я знала, - однокурсники Рона, Гарри и Драко - уже прошли в поезд. И только мы мучились, стоя на перроне. Но дед сказал: «В 10:50», значит, улыбаемся и ждем 10:50. Традиции.

***

Прошедший год принес много впечатлений и перемен, произошедших в их результате.

В то время как первокурсники Гарри и Драко завоевывали баллы и авторитет в школе, их родители пытались выловить в Запретном лесу последний крестраж Темного Лорда, который весьма активно перемещался по этому самому лесу.

Тем временем лорд Пруэтт и леди Блэк, удобно расположившись в гостиной Блэк-Холла, играли в карты и постепенно увеличивали ставки на то, кому улыбнется удача в охоте. Победила, как всегда, дружба. Змею Лорда удалось поймать совместными усилиями: Малфою удалось усыпить змею, когда с ней боролся Блэк.

- Сириус! Ты как мальчишка! Зачем нужно было кидаться на это чудовище с голыми руками! Ты же маг, бывший аврор! Где, спрашивается, была твоя палочка? Или другое оружие? - Леди Блэк возмущенно отчитывала сына и ходила кругами по комнате, пока лорд Пруэтт оказывал Сириусу первую помощь, пичкая того зельями и накладывая мазь на пострадавшее плечо и руку.

- Мама, не переживай! Все закончилось. Хорошо, что ты заставила меня взять с собой безоар и восстанавливающее зелье. Мы просто не ожидали, что это будет именно змея. Тем более, что это она на нас напала. В то время как у меня в руках был пергамент с указателем и флакон с зельем поиска! И мы же справились.

В этот день я тоже была в Блэк-Холле - в последнее время мне хотелось как можно реже оставаться дома. Потому и попала в самую гущу событий. Магическим зрением я видела, что зелья помогают и Блэк в безопасности.

Откладывать завершение дела, для всех присутствующих остававшегося приоритетным в течение последних нескольких лет, никто не стал. План был давно готов. Приготовления к ритуалу завершены. Срочно вызвали Крюкохвата и Снейпа. Мастер зелий, получив согласие декана Бартиана, забрал Драко и Гарри из школы. И всей компанией мы перенеслись на место проведения ритуала. С удивлением я узнала Стоунхендж.

Все присутствующие надели на шею амулеты, на которые были нанесены руны в соответствии с их ролью в предстоящем действии, и заняли места вокруг сложенных рядом крестражей. За моей спиной стоял лорд Пруэтт, слева - Северус Снейп, вернее, Принц. Справа находился Гарри, за его спиной Вальбурга и Сириус Блэк, напротив - лорд Малфой с Драко. От меня опять требовалось лишь следить за происходящим.

Гарри был фактическим главой родов Поттер и Блэк и выступал в качестве проводника для их родовой магии. Блэки были его опекунами - считалось, что он не мог принимать решения до своего совершеннолетия и, следовательно, принимать самостоятельное участие в ритуале. На кандидатуре Драко настоял Люциус Малфой - его присутствие как бы уравновешивало мое участие. Ритуал вел гоблин Крюкохват.

Постепенно его голос становился сильнее, стихали посторонние звуки, и происходящее сосредоточилось для меня в небольшом круге, образовываемом присутствующими здесь магами. Крестражи стали излучать зеленый свет, магические связи между ними упрочились. В центр этой конструкции со стороны участников мягко полились широкие лучи света синего, голубого, красного цвета и еще один сдвоенный желто-черный. Лучи соединялись в центре, снизу к ним присоединился зеленый, а вверх от точки соединения поднялся белый столб света. Я видела, как в этом белом полупрозрачном потоке света формируется все более четкий призрачный образ человека. Я не могла разглядеть черты его лица, но была уверена, что он смотрит мне в глаза. Не в силах опустить взгляд, я продолжала смотреть.

Когда зеленый луч иссяк, белый поток разлетелся в стороны и широким кругом опустился вниз, охватывая присутствующих магов. Другие цветные лучи погасли. Призрачная фигура медленно растаяла.

Ритуал завершился успешно. Как пояснил Крюкохват на вопрос Гарри, теперь душа Лорда отправилась на перерождение.

- Пусть тогда его новая жизнь сложится удачно. Без зла и ненависти из прежней жизни. Пусть все остается в прошлом, - произнес задумчивый Гарри. - Я прощаю его за все то зло, что он принес мне и моей семье.

Как только Гарри закончил речь, его окутало светящееся облако и, вспыхнув, исчезло. Магия приняла прощение Гарри. Все потрясенно уставились на ребенка.

- Гарри, что заставило тебя сказать эти слова?

- Я думал, на похоронах всегда говорят, что отпускают грехи покойного и желают, чтобы он покоился с миром.

- Когда ты видел похороны?

- Когда жил у тети Петунии. А у магов по-другому? Я что-то сделал не так?

- Нет, нет. Не волнуйся, Гарри. Ты молодец. Возможно, у бывшего Лорда появится шанс не забирать в новую жизнь грехи из старой.

Мне было безумно грустно. Я все продолжала смотреть туда, где видела исчезнувшую фигуру. Нет, было бы глупо жалеть, что безумный Темный Лорд не вернется и не развяжет кровавые репрессии по отношению к неугодным ему волшебникам и магглам. Мне было жаль мальчика, у которого было крайне тяжелое детство, талантливого мага с так и не реализованными перспективами, последнего представителя великого рода, даже не оставившего о себе доброй памяти. Да и ничего не оставившего после себя. Ни потомков, ни хороших воспоминаний, ни могилы. Не осталось даже кучки пепла. Ничего.

Вокруг меня появилось и с хлопком исчезло такое же облако света, как и вокруг Гарри чуть раньше. Я пошатнулась от неожиданности и упала бы, если бы не мгновенная реакция Снейпа. Расслабившиеся волшебники, собиравшие в этот момент артефакты, переключили внимание на меня. Тяжело вздохнув, леди Блэк поинтересовалась:

- Ну и что натворили только что Вы, юная леди?

- Ничего. Правда. Я не давала никаких обещаний. И не делала никаких заявлений, как Гарри. Я действительно на понимаю, что произошло.

- Этого не может быть. Свидетельство магии не появляется просто так. Только в ответ на действия или слова мага.

- Я абсолютно ничего не делала. Просто стояла и смотрела на место проведения ритуала. Молча.

- О чем думала? Ты не могла произнести обещание не вслух, а про себя?

- Нет.

- София, ты о чем-то умалчиваешь, - лорд Пруэтт.

- Нет, ничего не было.

- Расскажи подробнее, о чем ты думала.

- Ну, мне было грустно, что жизнь наверняка талантливого и перспективного мага, последнего представителя рода, сопровождалась страхом и ненавистью и так бесславно окончилась. Что после него не осталось даже кучки пепла. Это практически дословно. А потом появилась магия.

- Что же, я надеюсь, жалость ребенка не позволит возродиться Темному Лорду вновь. Чтобы оставить после себя память, - прокомментировал Сириус.

- Я недостаточно сильная волшебница, чтобы такие вещи могли произойти по моему желанию!

- София, здесь место силы. А после проведения ритуала вообще каждый дюйм должен фонтанировать магией. Боюсь, что все, что здесь сейчас произошло, может иметь серьезные последствия, - не оценила моего оптимизма леди Блэк.

После небольшой паузы лорд Малфой вдруг начал закатывать левый рукав своей мантии. Я с недоумением уставилась на него.

- Как метка? - поинтересовалась леди Блэк.

Лорд Малфой с невозмутимым выражением лица продемонстрировал всем абсолютно чистое предплечье. Все вздохнули с облегчением.

Гоблин предложил помощь банка в определении статуса Лорда. Гоблины всегда могли определить, жив их клиент-маг, мертв окончательно или скорее мертв, чем жив. Он вовсе не был настроен пессимистически.

В Гринготтсе подтвердили, что ни Том Риддл, ни Лорд Волдеморт не имеют иного статуса, кроме «мертв». Объяснять последствия свидетельства магии они не стали, хотя, как я подозревала, догадывались, в чем дело.

***

Об исчезновении метки Волдеморта министр узнал достаточно быстро. Новости об этом в дом Блэков принес, конечно же, лорд Малфой.

Через несколько дней после ритуала сотрудники отдела тайн были приглашены в Азкабан для выяснения причин волнений среди узников - сторонников Лорда. Начальник охраны тюрьмы решил заручиться помощью начальства, а главный аврор - привлечь главу отдела тайн, потому как все, что имело отношение к Темному Лорду, требовало всевозможной проверки.

Министр решил, что не стоит делать сенсацию из произошедшего, а следует просто делать вид, что все нормально: исчезновение метки было делом времени, в чем министерство и не сомневалось. И спасибо магии, что все случилось именно так: наличие у сторонников Волдеморта метки помогло обезвредить многих из них, доказав факт причастности к преступной организации. Примерно эту реакцию решили выдать, если факт станет достоянием общественности. Все рядовые сотрудники, узнавшие о происшествии, были подвергнуты корректировке памяти или принесли магическую клятву о неразглашении.

Понять, зачем министру потребовались такие сложности, у меня не получилось. Если только посмеяться над Дамблдором (шутка, в долгую неосведомленность директора я не верила).

Хотя сам Дамблдор впечатления человека осведомленного не производил. У нас дома в силу моей большой занятости учебой мы пересекались редко. Но, судя по разговорам родителей, он все еще был уверен в возвращении Волдеморта.

Профессор Квиррелл был госпитализирован в клинику Святого Мунго. В день проведения ритуала он, находясь в коридоре Хогвартса, внезапно потерял сознание. Его предмет до момента выздоровления преподавателя взялся вести бывший аврор Аластор Муди. Из состояния магической комы Квиррелла смогли вывести только к середине второго семестра. В школу он так и не вернулся. Среди школьников ходили слухи, что его встречали в магическом районе Лондона, он был здоров, свеж и выглядел абсолютно довольным жизнью. Мнения школьников расходились. Кто-то считал, что в Мунго его вылечили, от чего тот и счастлив. Другие считали, что он окончательно свихнулся.

***

Миссис Трэвис-Хинл настояла, чтобы мы с лордом Пруэттом посетили магическую часть Багдада. Она отвела нас к мастеру Аль-Эрилю, занимающемуся созданием артефактов, в том числе магических проводников силы. Он делал и волшебные палочки, но на востоке больше было принято использовать для этих целей драгоценности. Мастер Аль-Эриль не использовал очков или иных приспособлений для истинного зрения. Он был видящим и спокойно отнесся, когда я сама непроизвольно «провалилась» в соответствующее состояние и начала изучать его. Его полностью раскрытый дар и многовековой (в чем я не сомневалась) опыт позволяли видеть и понимать намного больше меня.

Мастер Аль-Эриль создал для меня перстень с огромным невероятно красивым голубым бриллиантом. Даже не так - Перстень. Он стал для меня и «волшебной палочкой», и персональным перстнем наследника. Он был удивительный, я часами могла рассматривать, как органично в магические плетения перстня вплетается магия рода.

Мой искренний восторг, вероятно, мешал мне контролировать способности метаморфомагии (даже и не думала, что мои невеликие возможности могут привести к произвольным изменениям внешности): мои глаза, и так голубые, упорно стремились изменить оттенок на близкий по цвету к камню. Учитель-метаморф в итоге махнула на меня рукой, порадовавшись, что мне достался не рубин или прозрачный белый алмаз - она не могла представить, что смотрелось бы на моем лице хуже. Родители не заметили принципиальной разницы, глаза дочери не поменяли же кардинально цвет, а мелочи сошли за возрастные изменения.

С перстнем магия отзывалась без малейших усилий с моей стороны. Я понимала теперь чувства братьев после их «встречи» со своей палочкой. Даже развитие моих магических даров, для которых палочка, как я полагала, не требовалась, стало даваться легче. Учителя настаивали, чтобы периодически я снимала кольцо, и тренировалась работать самостоятельно, без помощи магических проводников. Но я категорически отказалась расставаться с моей прелестью. Вместо этого научилась временно «закрывать» перстень, заставляя себя использовать магию вне проводника.

Мои успехи в искусстве самообороны были весьма скромны. Тренер осторожно радовалась тому, что хоть такие, но все же были.

Кровозуб был вполне доволен. Никакой новой информации за последний год рассмотреть магическим зрением у меня не получалось. Но я уже намного быстрее и легче «переходила в нужный режим».

Занятия магией разума доставляли настоящее удовольствие. Учитель Манн в отличие от остальных не страдал ни цинизмом, ни молчаливой загадочностью. Он был доброжелателен и внимателен. Терпеливо и подробно объяснял мне все детали и нюансы. К концу года я могла похвастаться очень симпатичными ментальными щитами, достойными взрослого волшебника. Хотя пока еще недостаточно сильными для мага разума. Но моя паранойя не позволила мне окончательно отказаться от защищающих разум артефактов. И у меня уже получалось считывать поверхностные воспоминания, если, конечно, щиты мага не были активны.

С моим наставником зимой случилось удивительное событие. Во время зимних каникул школьников мы с дедом были приглашены на праздничный вечер к Блэкам. На прием с нами отправился и Ноэль Манн, в то время гостивший в Пруэтт-мэноре. Ноэль пришел в дикий восторг, узнав, что Дора - метаморф с раскрытым даром. У него появилась масса планов и вопросов как с профессиональной точки зрения, т. е. влияния его магии на разум метаморфа, так и с личной. Что за фантазии были у мастера связаны с девушкой-метаморфом, я так и не узнала, но уже в начале семестра Дора отправилась в школу в статусе его невесты. Семья Блэков с того момента, как узнала побольше о будущем зяте, пребывала в состоянии эйфории и союз горячо одобряла.

***

С самого сентября отношения в семье у нас складывались странно. Я была удивлена существовавшим у родителей доверием к Дамблдору. Молли слепо проигнорировала доказательства его как минимум пренебрежения к судьбе Гарри и продолжала ратовать за возвращение директору контроля над судьбой ребенка. Артур больше не пытался переубедить жену, он либо молчал, либо сбегал на работу или в гараж.

Молли попыталась привлечь меня на свою сторону, действуя с изящностью бульдозера. Мои в категоричной форме высказанные пожелания оставить в покое мои взаимоотношения с Гарри игнорировались. Спустя некоторое время все начиналось по новой.

Никогда раньше я не слышала дома такой пропаганды. Мне рассказывали о зверствах пожирателей, об устаревших идеях британской аристократии, безграмотном министре во главе коррумпированного Министерства.

Давно поняв, что спорить об убеждениях с Молли бесполезно, я даже не пыталась высказываться. Даже если с какими-то выводами и была согласна. Но я не просто знала, я видела, что такое печать предателей крови, наличие которой игнорировалось родителями, и потому авторитет Молли был весьма сомнителен. Тем более в вопросах перспектив и развития магии.

Молли продолжала беседы и будто ожидала моей ответной реакции. Как-то сдуру я спросила, какое все это имеет отношение к нам с ней: ребенку-дошкольнику и домохозяйке, матери-героине. Она аж задохнулась от возмущения: когда родина в опасности, ни один сознательный гражданин не имеет права оставаться в стороне и должен приложить все усилия, чтобы правое дело одержало победу.

- Ну, хорошо. Я правильно понимаю, что ты собираешься выставить свою кандидатуру на очередных выборах министра? Или будешь претендовать на более мелкую должность, тем не менее рассчитывая добиться изменений сначала в малом?

- Джиневра! Ты передергиваешь!

- Но, мама Молли, а как тогда ты предлагаешь бороться?

- Каждый должен делать то, что ему доступно.

- Хорошо, что должна делать именно ты? Помимо воспитания детей, ведения хозяйства и всесторонней поддержки мужа?

- Ты говоришь, как аристократка! Что место женщины на кухне.

- Мама Молли, я и есть аристократка. По крайней мере согласно происхождению. Как и ты. И ни один аристократ при мне еще не высказал мысль о том, что женщины не должны заниматься политикой или бизнесом. И я уверена, что, например, леди Блэк не очень часто бывает на кухне.

- Джиневра Молли Александра София! Как ты вообще можешь спорить с матерью!

- А я не спорю. Я действительно считаю, что каждый человек может иметь свое собственное мнение по любому вопросу. И даже не возразила тебе ни разу. Просто спросила, что ты предлагаешь делать лично нам с тобой, чтобы изменить ситуацию.

- Когда возродится Волдеморт...

- Хорошо, я поняла. Если он возродится, то мы вернемся к этому вопросу. Может, пора ужин готовить. Уже скоро Артур и Билл должны вернуться.

***

Билл в ноябре вернулся в Британию. На несколько месяцев он уезжал в командировку в Египет, откуда приехал замкнутым и расстроенным. Почему-то родители предпочитали игнорировать его состояние, просто радуясь его возвращению.

Мне вообще казалось, что Артуру проще было с маленькими детьми - возиться, учить, организовывать их времяпрепровождение. С повзрослевшими детьми он как-то терялся и как будто не знал, чего ожидать и что делать. А мама Молли в последнее время стала очень нервной, издерганной и какой-то фанатично увлеченной вопросами политики.

Мне потребовалось приложить много усилий, чтобы вытянуть из Билла причины его состояния.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
ВардаДата: Воскресенье, 01.09.2013, 23:59 | Сообщение # 57
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Среди коллег в Египте оказалась девушка по имени Линда Вэйн. Сильная независимая волшебница из Америки. Она была на тринадцать лет старше моего брата, что не помешало им стать неплохими приятелями.

Около двух месяцев назад она погибла, попав под неизвестное проклятие. Билл переживал как из-за случившегося с подругой, так и из-за того, что он не смог ей помочь. В общем-то, в произошедшем была виновата в первую очередь ее самоуверенность.

Они с коллегами вчетвером работали в одном из недавно открытых залов пирамиды, когда брат внезапно понял, что от Линды давно не слышно ни звука - абсолютно не ее стиль. Билл осмотрелся и понял, что подруга одна ушла в следующий коридор. Он бросился за ней и успел пробежать метров тридцать, когда услышал звук падения камней совсем рядом. Выбежав из-за поворота, Билл успел увидеть замершую на земле девушку, вокруг которой мерцало красное свечение проклятия, и камни рушившегося потолка, падающие на нее. Брат подхватил чарами летящие камни и ему удалось существенно уменьшить камнепад, грозивший поглотить девушку. Он переместил камни и принялся расчищать путь к Линде. Когда, наконец, у него получилось добраться до нее, девушка была еще жива и находилась в сознании. Все то время, пока он пытался оказать ей помощь, она печально и обреченно смотрела на него. Через несколько минут ее не стало.

Билл винил себя, что долго не замечал ее отсутствия. Возможно, если бы в их отношениях было чуть меньше соперничества, она не ушла бы одна. Если бы у него было чуть больше магических сил, он не допустил бы камнепада вовсе, не потерял время, расчищая путь, и девушка не получила бы дополнительных травм. Если бы он не был предателем крови, возможно, у него был бы дар к целительству, и тогда он смог бы помочь девушке хотя бы продержаться до больницы.

- А если бы ты был директором Гринготтса, то вообще не взял бы Линду на работу. Билл, так нельзя. Ты же понимаешь, что это несерьезно. В произошедшем нет твоей вины. Более того, тебе всего девятнадцать, ты еще новичок, именно Линда должна была тебя страховать, а не наоборот.

- Я понимаю, все понимаю. Но все равно на душе пакостно. Она была такой яркой и жизнелюбивой. У нее были грандиозные планы. А ее нет. Семья получила урну с прахом. И все, теперь уже ничего не будет. Я до сих пор закрываю глаза и вижу этот ее последний взгляд, полный тоски.

Да, с последними взглядами у меня самой в последнее время было не важно.

- Она тебе нравилась как девушка. Ведь так?

- Нравилась.

- Ты ей сказал?

- Нет. У нее была семья. Линда много не рассказывала. Знаю только, что у нее была дочка.

- А ты не пробовал найти ее семью? - понятия не имею, что заставило меня сказать это, наверное, просто захотелось придумать для брата какое-то действие.

- Нет. Зачем?

- Просто удостовериться, что все в порядке. Неизвестные проклятия они такие... Неизвестные, в общем.

***

Билл отправил запрос в Нью-Йоркский филиал Гринготтса. Выяснилось, что Линда Вэйн была магглорожденной. Она сама и ее семья жили в маггловском мире. Поэтому информации о них у Гоблинов не было. Урна с прахом и деньги были переданы семье через маггловского адвоката мисс Вэйн. Адвокат сообщил адрес, но семья уже переехала. Пришлось связываться с американским детективным агентством и начинать поиски.

Выяснилось, что муж Линды мистер Вэйн погиб два года назад. В последнее время Линда жила с гражданским мужем магглом Стивеном Дугласом и трехлетней дочерью Амандой Вэйн. Мистер Дуглас был назначен опекуном Аманды согласно последней воле ее матери. Спустя месяц он почему-то продал квартиру Линды и, забрав девочку, уехал в неизвестном направлении.

К началу весны удалось выяснить множество направлений, где за это время побывал мистер Дуглас. В середине зимы он пересек океан. В марте его удалось найти в одном из баров Дублина, где он уже вторую неделю напивался, оплакивая потерю любимой женщины. Ребенка с ним не было.

Аманда обнаружилась в одном из приютов Дублина. Стивен не в силах был оставаться в старой квартире, где они жили вместе с Линдой. В течение нескольких месяцев он пытался найти свое место в жизни, переезжая из одного штата в другой. В январе принял еще более кардинальное решение и переехал к приятелю в Финляндию. Когда иностранец с ребенком стали привлекать слишком много внимания властей, мистер Дуглас, отправился к следующему приятелю. Оказавшись, наконец, в Ирландии, он внезапно осознал, что является слишком неподходящим опекуном для маленькой девочки. Ребенок в итоге оказался в приюте. Он сам в баре. Возможно, если бы Стивен не начал пить в тот же день, когда получил известие о смерти Линды, то и он сам, и Аманда смогли бы избежать последствий его бредового поведения.

В приют мы поехали вдвоем с Биллом. Аманда оказалась боевой девчушкой с волосами соломенного цвета.

- Ты будешь моим папой? - сходу поинтересовалась она, устраиваясь на коленях брата.

- Почему ты так решила? - не сдержала любопытства я.

- У нас уже приходили взрослые к девочкам и мальчикам, а потом становились их родителями. Я тоже так хочу. А ты - взрослый. - Аманда уверенно ткнула пальчиком в грудь Билла.

Кстати, она оказалась сквибом.

Брат загорелся идеей удочерить девочку. Вот только жил он пока с родителями или в маленькой квартирке в магическом Лондоне, которую они снимали вместе с другом. А еще работал круглыми сутками над получением мастерства. И ему предстоял опасный ритуал.

Вечером за ужином мы планировали, не откладывая в долгий ящик, поговорить с родителями, пообещав Аманде вернуться завтра.

Обещание девочке мы выполнили. А вот ужин с родителями закончился совсем не так, как мы думали.

***

Ужин, видимо, готовился торжественный. Мама Молли даже переоделась в новое платье. Родители немного нервничали. Но мы тоже нервничали. Ужин начался, а никто не спешил перейти к главному вопросу.

Через пятнадцать минут совершенно случайно к нам на огонек заглянул директор Дамблдор. Теперь стала понятна причина волнения родителей. Мы с Биллом переглянулись и расслабились: наш разговор откладывался до окончания визита.

Я вяло ковыряла салат и бифштекс, как-то не особенно удавшийся Молли сегодня, и лениво вслушивалась в беседу. Артур с Биллом тоже грустили. Лишь директор с миссис Уизли делали вид, что все в порядке, и оживленно общались.

Через некоторое время Билл втянулся в беседу. И даже мне происходящее начало нравиться.

Смеясь над очередной шуткой балагура-директора, я решила посмотреть на него магическим зрением. И... ничего не получилось. Я перевела взгляд на Молли и снова ничего не увидела. Продолжая улыбаться, я стала пытаться анализировать ситуацию и свои ощущения.

А ситуация мне не нравилась. Потому что я ее не понимала. Зато, вероятно, она нравилась Дамблдору. С чего бы он так радовался? И, раз он мне глубоко не симпатичен, то это должно вызывать раздражение у меня. Отсутствие симпатии к директору я помнила, но совершенно не ощущала.

Под столом я перевернула перстень камнем вниз и резко сжала руку в кулак. Боль слегка очистила мой разум и я вновь взглянула на присутствующих. Все вели себя, как ни в чем не бывало. Это, наверное, совершенно естественно для меня, сидеть молча за столом и глупо улыбаться. Я успела поймать виноватый взгляд Молли.

Веселье продолжалось. В какой-то момент Молли решила, что неплохо бы добавить к ужину вина. Когда она уже поднялась, чтобы за ним сходить, Билл усадил ее обратно, настояв, что сходит сам. Я тут же увязалась за ним.

Наш «винный погреб» представлял собой железный ящик, закопанный на заднем дворе. Куда мы и отправились.

Едва выйдя за дверь, я потянула брата подальше от дома. Он смеялся, смешно размахивал руками и вяло сопротивлялся. За пределами сада я резко остановилась.

- Билл, скажи, ты сейчас сможешь аппарировать?

- Зачем?

- Потом объясню. Так сможешь?

- Легко. А куда?

- Не знаю. Ты в Пруэтт-мэноре был?

- Нет.

- К Блэкам или Малфоям?

- Нет. На Косую аллею могу.

- Давай. Только быстро.

Билл пожал плечами и, поддерживая меня, аппарировал. Оказавшись на главной магической улице Лондона, я поняла, что идиотка: почему я не подумала о гоблинах раньше. Зато я подумала о них сейчас и потащила брата в сторону банка.

Спустя полчаса мы сидели в кабинете Харрада, поверенного рода Пруэтт, и, мрачно глядя друг на друга, пили очищающие и блокирующие зелья. Харрад и вызванный лорд Пруэтт обсуждали результаты нашей проверки.

Мы оба были под завязку «напоены» зельями дружбы и внушения. Зелье дружбы вызывало симпатию ко всему окружающему, правда, имело кратковременный эффект - часа три-четыре. Зелье внушения ввело бы нас спустя некоторое время в транс, во время которого все, что было бы нам сказано, могло в корне изменить наши убеждения и взгляды. Изготовление и использование этого зелья было официально запрещено и грозило виновному заключением в Азкабан сроком не меньше года - все зависело от намерений и последствий.

Мне было интересно, а кто должен судить председателя Визенгамота?

Адвокаты мистер Торвуд и мистер Майклс забрали заверенные гоблинами результаты проверки и наши показания о произошедшем, данные под заклятьем истины. Лорд Пруэтт настоял на том, чтобы мы подписали документы и ритуально отказались от рода родителей. Магия откликнулась сразу же и откат достался родителям. Что было вдвойне обидно.

Я не могла поверить, что Артур участвовал в этом фарсе. Но, в любом случае, он был главой рода и нес ответственность за случившееся.

Еще через полчаса мы были в Пруэтт-мэноре. Лорд Пруэтт давно считал, что мне следует жить в его доме. Но сейчас, когда вопрос вроде бы сам собой решился, счастливым он не выглядел. Не смотря ни на что, Молли была его дочерью.

Дед пригласил Билла погостить у него по крайней мере до тех пор, пока не будет решен вопрос с его мастерством и созданием нового рода. В настоящий момент у Билла статус был не определен, его аура практически не читалась. Если бы Билл захотел, то сейчас мог бы быть принят в род Пруэттов. Но брат отказался: у него уже была цель и обязательства перед магией и братьями. Дед это уважал.

Мы сидели молча в комнате Билла и все не могли начать разговор. А потом я разревелась, и он долго меня утешал, обнимая и гладя по спине.

- Билл, ну почему? Она же нас любит, нет, правда. Она же выходила меня тогда, в детстве. Она переживает за каждого и не расстается с этими дурацкими часами! За что она так?

- Не знаю, малыш. Она запуталась. Дети выросли. И вдруг оказалось, что наше мнение не совпадает с ее. Думаю, Молли верит, что все делала только для нашего блага.

- Я ненавижу это слово!

- Все будет хорошо. Теперь все будет хорошо.

- Я как представлю, что еще полчаса семейного ужина и мы стали бы... Билл, кем бы мы стали? Легкая корректировка! Я не верю... Наверняка, в душе мы сопротивлялись бы и мучились от противоречий.

- Все прошло. Ничего этого уже не повторится.

- А знаешь, что обидно? Я с самого раннего детства каждую свободную минуту тратила на развитие своих магических способностей. Сначала ничего не зная. Слепо тыкаясь в разные стороны. Учителя и дед прикладывают титанические усилия для достижения мною успехов. А один глоток этой дряни наверняка свел бы все усилия не нет. У этого зелья такой побочный эффект - оно блокирует магические дары. Мне Харрад сказал. Я так испугалась, когда не смогла почувствовать в себе дар, - по официальной версии мне достался дар эмпатии.

- Не плачь, мы вместе. И нам безумно повезло, что все выяснилось вовремя и обошлось без последствий.

- Вот только родителей у нас теперь нет.

С братьями мы встретились в ближайшие выходные в Хогсмите, где и рассказали всю историю. Как ни странно, ни директор, ни родители не поспешили их просветить.

Адвокаты встретились с четой Уизли и объявили наш статус и причины такого решения. Договорились, что мы не даем делу официальный ход, а родители не ищут с нами встреч и не препятствуют нашему общению с братьями.

В Норе мы больше на появлялись. Вещи забрали домовики.

Билл удочерил Аманду.

Мы виделись с Артуром - случайно встретились в Косом переулке. Он попросил прощения за все, что произошло. Поклялся, что не знал о зелье. Но признал, что знал о предстоящем визите директора и о планирующемся разговоре с детьми.

Ни я, ни Билл не хотели публичного скандала. Не хотели давать лишний повод для сплетен. Шумиха могла только помешать братьям и работе Артура Уизли - основному источнику благосостояния семьи. Против Дамблдора прямых улик не было, поэтому и затевать выяснение с ним отношений бесполезно - сам он в любом случае останется вне подозрений.

Я думала о том, насколько события пошли по новому пути из-за моего вмешательства. Своих родственников, даже зная об их не самых лучших чертах, я, наверное, любила. И искренне желала им лучшей жизни. Мне даже начало казаться, что у нас в семье все хорошо складывается: и отношения, и личностное развитие каждого, и даже семейное дело и перспективы. Что же пошло не так?

Массу времени я уделяла собственному развитию, но чем это могло не устраивать моих родных? С братьями у нас были хорошие отношения. Я не пыталась как-то влиять на них, просто не скрывала своих чувств и эмоций.

Если сравнивать с моими книжными впечатлениями, то жизнь Чарли не сильно изменилась. Он был доволен работой в питомнике и рассчитывал на карьеру специалиста-заводчика драконов.

Близнецы по-прежнему талантливы и изобретательны, только их энергия направлена по большей части не на шутки над окружающими, а на семейный бизнес.

Как так получилось с Перси, я не знаю. Просто в этот раз он получал больше признания и поддержки в семье. И, конечно, рисование. Это его собственный дар, я только случайно уговорила родителей купить краски и бумагу для рисования. Но мне кажется, что в его случае все изменения только к лучшему. Помнится, в книге все считали его «занудой». Характер Перси не сильно изменился, если только в худшую сторону: за работой он раздражителен и несдержан, но все считают его не занудой, а «гением».

У Билла появилась дочь и перспективы стать главой собственного рода. Хотя, боюсь загадывать.

Вот Рон, действительно, изменился во многом благодаря мне: моему примеру, ненавязчивым, как мне кажется, наставлениям, просто общению. Я очень старалась, чтобы брат рос уверенным в себе ребенком, - все равно хуже, чем в книге, быть не могло. И провожая его в школу, и получая от него письма, я гордилась Рончиком и «своим» воспитанием.

И к родителям я относилась тепло, стараясь сглаживать острые углы из-за моего признания дедом. Я не считаю себя причиной улучшения благосостояния семьи. Это исключительно заслуга родителей. Наоборот, я послужила причиной дополнительных трат, что и явилось поводом для поиска дополнительных источников дохода.

Так за что? Артур признался Биллу, что Молли хотела отговорить его от идеи проводить ритуал и рисковать собой, а во мне ее не устраивало всего лишь отсутствие лояльности к директору. Как будто другие родители во всем согласны с детьми. Но другие же решают проблемы иначе, например, продолжая разговаривать. Из-за такой ерунды она чуть не поставила крест на нашей с братом судьбе. Я просто ненавидела директора за то, что лишил меня семьи. Никогда не думала, что настолько ко всем привязалась.

Я замечала, что на публике Молли всегда более суматошна и склонна проявлять гиперопеку над детьми. Не смотря на это и на нечастые «выходы в свет» семьи, близнецы уже несколько лет при всяком посещении волшебной улицы успевали купить ингредиенты для зелий, я однажды успела посетить Гринготтс, Рон успел дважды потеряться, причем один раз это заметили уже дома. Может, так проявлялось ее желание демонстрировать окружающим, что контроль в ее руках? И случившееся - попытка доказать Дамблдору то же самое?

И еще один вопрос не давал мне покоя: почему Дамблдору удается оказывать такое влияние на окружающих и, в том числе, на мою семью? Лично мне даже не казалось, что он особенно старается. Так что за этим стоит?

***

Раньше я представляла поход за покупками к школе своеобразным семейным праздником. Но перед своей первой поездкой к школе я ощущала не праздничное настроение, происходящее напоминало сборы на войну.

Учителя давали последние наставления, дед проводил ритуалы и подбирал артефакты и украшения. Книги и ингредиенты для зелий заказали по почте, портного вызвали в Пруэтт-мэнор.

За палочкой мы с лордом Пруэттом отправились к уже знакомому мастеру Аль-Эрилю. Он подобрал мне палочку для правой руки: виноградная лоза, перо и пепел черного феникса, одиннадцать дюймов. И палочку для левой руки из бука без сердцевины, тоже одиннадцать дюймов. Эту палочку предполагалось использовать вместе с кольцом. Обе руки я могла использовать примерно одинаково, хотя для письма использовала в основном правую, зато мой перстень уже «прижился» на левой. Палочки были оформлены одинаково: с небольшой спиралью рун, с утолщенной рукоятью чуть более темного тона, чем сама палочка, и с небольшим бриллиантом в навершии. Мастер Аль-Эриль сам подобрал для них чехлы с креплением на руке.

Там же, в Багдаде, докупили все недостающее: канцелярские товары, телескоп, котлы, инструменты, а также чемодан и небольшую школьную сумку, главным украшением которых являлись наложенные пространственные и защитные чары.

***

Наконец, Хогвартс-экспресс тронулся. В этом году именно момент его отправления стал завершением одного этапа и началом нового.

С Роном и мальчиками мы встретились уже на платформе. Рона привел отец, и тот сразу же направился ко мне, уже скучающей в обществе Драко и Гарри.

На первом курсе дружбы у Рона с Гарри не случилось. Зато сложились нормальные приятельские отношения. Периодически они встречались в библиотеке и вместе делали уроки. Здоровались при встрече и болтали на переменах в ожидании общих уроков.

У Рона нашлись друзья на собственном факультете: обаятельный серьезный Эрни Макмилан и смешная «кудряшка» Кассандра Болле. Очно мы познакомились только что, но, естественно, Рон постоянно о них рассказывал и в письмах, и при встречах.

Спасибо брату Перси, самому умному ученику самого умного факультета, он с самого начала, скептически взглянув на собравшуюся компанию, расширил магически наше купе. И теперь у нас здесь разместилась совсем немаленькая компания.

Для начала, второкурсники-хаффлпаффцы: Рон Уизли, Эрни Макмилан и Кассандра Болле. Второкурсники-слизеринцы: Драко Малфой, Гарри Поттер, Теодор Нотт, Винсент Крэбб, Грегори Гойл и Невилл Лонгботтом. Второкурсница-рейвенкловка Падма Патил и второкурсница-гриффиндорка Парвати Патил. Первокурсники-Пока-Еще-Не-Распределила-Шляпа-Потому-Нет-Штампов: София Пруэтт, Полумна Лавгуд и Эванна Деклерк - все блондинки.

Вот такая разношерстная компания. Рон, Драко и их друзья - понятно. Падма с текущего лета считалась вероятной будущей невестой Нотта, свою сестру-близняшку притащила за компанию. Полумна была знакомой Эрни. А Эванна являлась кузиной Кассандры.

Падма и Тео стеснялись и забавно краснели, когда кто-либо упоминал слово «свадьба». Хотя особенно никто не смеялся. Ранние помолвки - дело обычное. Драко уже был знаком с будущей невестой, помолвка должна быть заключена через год, когда девочка пойдет в школу. Родственники Гарри тоже вовсю подбирали кандидатуры. И даже мой дед попытался о чем-то подобном поговорить со мной месяц назад. Я так злобно шипела, что он, смеясь, согласился отложить разговор на год, ладно, два, ну, хорошо-хорошо, на пять лет.

Заглянувший к нам через час Перси трансфигурировал большой низкий стол посередине купе, на который мы тут же выставили корзинки с припасами. Ехать дальше стало еще веселее.

Если кто-то из девочек-первокурсниц еще не знал чего-то о школе, то это было с лихвой компенсировано за время поездки.

Подъезжая, мы переоделись в школьную форму.

- София, а зачем ты оставила все драгоценности вместе с формой? Твое колье - это ведь даже не артефакт, а просто украшение, - поинтересовалась Парвати, когда мы заканчивали переодеваться - мальчики любезно вышли из купе.

- Не артефакт. Просто каждое украшение несет определенную информацию. Я сама с радостью убрала бы их. Но пришлось пообещать деду дотерпеть до вечера.

- Парвати, я думаю, нам тоже следует надеть свои, - решила Падма. - Наша бабушка-индианка настаивала, но мы решили, что здесь никто не знает восточных традиций и решили избежать непонимания.

Мы решили как-нибудь обязательно пообщаться на предмет обмена знаниями восточных и западных традиций.

Наслушавшись ужасов о ночной прогулке по озеру, мы, не отставая от мальчиков-второкурсников, комфортно разместились в каретах. И дожидались своих будущих однокурсников уже перед входом в большой зал. Мы уже успели познакомиться с привидениями, когда профессор Макгонагалл (фамилию любезно сообщили призраки) привела стайку мокрых ребятишек - погода внезапным ливнем подтвердила, что мы все же в стране дождей и туманов. Нам сделали выговор за игнорирование школьных правил и уже собирались вести в зал.

- Простите, миссис Макгонагалл!

- Профессор.

- Что?

- Зовите меня профессор, юная мисс.

- Хорошо. Меня зовут Эванна Деклерк. Можно Эванна. Профессор, вы не могли бы помочь с чарами нашим промокшим однокурсникам.

Профессор Макгонагалл высушила будущих учеников и, наконец, привела нас в Большой зал.

Распределение прошло обыкновенно, но с необыкновенным результатом. На Гриффиндор распределились лишь трое учеников. Честное слово, ничего не имею против этого факультета. Я думаю, все дело в первом впечатлении, которое оказала их декан профессор Макгонагалл. Строгая и безразличная.

Полумна отправилась на Рейвенкло. Эванна - к кузине в Хаффлпафф. Я собиралась на Рейвенкло к старшему брату, но злостная шляпа, мерзко посмеиваясь, отправила меня в Слизерин. Теперь мы с братьями учимся одновременно на всех четырех факультетах. Вот только сенсации не получилось - я больше не Уизли. На Слизерине будет учиться Александра София Пруэтт.

***

Ну что сказать о Слизерине? Если оценивать условия для проживания, то смело можно добавлять две звезды по сравнению с общежитием того же Гриффиндора. В распоряжении школьников были комнаты на двоих с отдельным душем, общая факультетская гостиная, предназначенные для занятий несколько комнат с различной комплектацией столов и небольшим стеллажом со справочниками, общая большая ванная с бассейном. А на стене около входа в гостиную висело расписание факультативных занятий, включающее порядка двух десятков строк - ни о чем подобном от братьев я не слышала, а Блэков даже не спрашивала. На первый взгляд, жить было можно.

Вечером второго учебного дня к нам в гости шумной толпой зашли представители сразу трех других факультетов - мои братья с друзьями решили посмотреть, как я устроилась. Против посещения родственников никто не возражал, а так как гости пришли не одни, а в компании домовиков с подносами, уставленными всякими вкусными вещами, то им были только рады. Исторический момент проявления дружбы среди представителей всех факультетов произошел и был зафиксирован нашим деканом, прибавившим каждому из факультетов по одному баллу «за толерантность».

Кстати, наш декан, мистер Бартиан, организовал к концу первой учебной недели что-то вроде родительского собрания: продемонстрировал, в каких условиях предстоит жить их детям, ознакомил со списком дополнительных занятий, посоветовал определиться, в каком направлении стоит развиваться их детям и предложил, в случае наличия собственных наставников, использовать любое время в субботу и воскресенье для занятий дома.

Сначала я подумала, что попала в рай, но, посмотрев на довольно потирающего руки деда, поняла, что скорее в ад. С октября меня, как и большинство однокурсников, ждали «родительские субботы»: в пятницу вечером через камин в кабинете декана я должна отправляться домой и тем же способом возвращаться обратно в субботу вечером.

Впервые в этой жизни я видела столько детей одновременно. И, конечно, не могла удержаться посмотреть на них истинным зрением.

У многих детей были различимы в ауре магические дары. Чаще два выраженных дара, реже один или три. Закономерности, у кого лучше выявлены дары или больше магические потенциал, среди чистокровных или полукровок я не увидела. У магглорожденных магических даров не было. По магической силе некоторые из них не уступали детям волшебников, хотя и особенно сильного потенциала ни у кого не было. У той же Грейнджер потенциал соответствовал возможностям далеко не самой сильной слизеринки Панси Паркинсон.

Но была и одна неприятная особенность: некоторые дети, большинство из которых были магглорожденными, но встречались и дети магов, плохо справлялись со своей магической силой: она произвольно утекала в окружающее пространство, а компенсировалась за счет других детей, с аурой которых такой ребенок соприкасался. И директор, вооруженный артефактными очками, не мог этого не видеть!

Как я понимала из рассказов деда и Кровозуба, именно их называли грязнокровками. Все дело было в плохой наследственности или в элементарном отсутствии в детстве влияния родовой магии, которая могла бы сгладить или предотвратить проблемы.

Большинство детей с плохой аурой учились на Гриффиндоре, там же большинство детей не имело защиты от «воровства магии», установленной родителями. Потому, наверное, там такая повышенная агрессивность и возбужденность.

Молча смотреть на такое вопиющее безобразие я не собиралась. Оставалось решить, кого пригласить себе на помощь, и что-нибудь придумать.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
ВардаДата: Понедельник, 02.09.2013, 00:00 | Сообщение # 58
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
Возраст 12


Ну что же. Вчера мне исполнилось двенадцать. Очередной год и очередные итоги.

После обучения у моих наставников, особенно дам-садисток мисс Килман и миссис Трэвис-Хинл, уроки в школе воспринимались легкой прогулкой. Особенно выделялся учитель по Защите от Темных Искусств мистер Локонс.

Это «чудо» на полном серьезе поинтересовалось у нас на первом уроке, знаем ли мы, какой у него любимый цвет и какие у него глаза. Причем интересовалось оно у всех курсов об одном и том же. «Определиться что ли не может?» - подумали мы с Блэками и близнецами, которые сразу же решили ему помочь: костюм учителя теперь менял цвет (почему-то на самые противные кислотные оттенки) в середине каждого урока.

Пока братья-гриффиндорцы развлекались, слизеринцы решили не отвлекаться на мелочи и составили письмо на имя главы Попечительского совета школы с предложением заглянуть на любой урок ЗОТИ: получить удовольствие и посмеяться. Копию решили отослать министру. Мы даже не просили заменить учителя - в конце концов, если школу устроила его кандидатура, то, вполне вероятно, что это соответствует предполагаемому уровню подготовки школьников и репутации школы. Учащиеся факультета (все курсы) просили разрешить им готовиться к экзаменам самостоятельно, позволив не посещать занятия и обеспечив независимую комиссию для проведения итоговой аттестации по предмету.

Через неделю в школе начала работать комиссия, включавшая сотрудников Министерства и членов Попечительского совета школы. Уроки ЗОТИ особенно понравились членам комиссии-аврорам, действующим и бывшим. Близнецы клялись, что слышали, как Аластор Муди орал на директора:

- Альбус! Ты совсем офонарел? На кой ты пригласил этого разряженного павлина, украшенного страусиными перьями? Если маразм или климакс мешает думать, так ты обращайся! Эта отрыжка попугая, если и сможет напугать какое-либо темное существо, так исключительно своим костюмом или блеском зубов - до первого удара, потому как руки просто чешутся их ему выбить!

Но прелесть ситуации в том, что контракт с преподавателем был заключен на год и мог быть прерван исключительно в связи с состоянием здоровья учителя. Предложение Муди привести клиента в нужное состояние с сожалением было комиссией отвергнуто. В результате на текущий год предмет ЗОТИ был переведен в разряд факультативов, преподавать его остался Локонс. Вместо ЗОТИ был временно введен новый предмет Боевая магия, преподавать который до конца года взялся отставной аврор Муди.

Комиссия осталась работать до конца года, отвлекая внимание директора Дамблдора от учеников.

У нас был самый лучший декан всех времен и факультетов. Мистеру Брэберри Бартиану удавалось невозможное: не самые беспроблемные подопечные-слизеринцы относились к нему с безграничным доверием и уважением. На мой взгляд, у него был только один недостаток - предмет, который он вел, - ненавистные зелья. При том, что в теории я разбиралась неплохо, но как только доходило до практики... Ну не могла я понять, едва взглянув на ингредиенты, как из всей этой гадости может получиться что-то стоящее. Мистер Бартиан утверждал, что все дело в том, что я отношусь к процессу без души, механически. Я мне себя было не заставить относиться «с душой» к печени волосатого макбуна, шкурке бумсланга или глазам акнекрысы - я невероятные усилия прилагала, чтобы просто не перейти на магическое зрение, в котором все эти «части тел» выглядели далеко небезобидно.

Среди школьных занятий самым неожиданным оказалось для меня наличие факультативов, организованных по инициативе нашего декана. Дополнительные уроки были платными, но суммы не казались родителям запредельными, поэтому в последние годы статистика показывала резко снизившееся количество дисциплинарных замечаний слизеринцам, сделанным вне занятий: им было просто некогда. Учителя появлялись в школе через камин декана только на время занятий, поэтому в Большом зале мы их не встречали. Ученики других факультетов тоже могли посещать занятия, но пользовались этой возможностью единицы. На этот год я выбрала географию маггловского и магического мира, обычаи и традиции магов мира, знакомство с расой гоблинов и что-то вроде спортивного клуба с названием «физическая подготовка».

Мой братик Ронни нашел себя в спорте. Летом мы с Биллом подарили ему новую «Молнию» и, естественно, все каникулы счастливый братец готовился к отборочным в команду по квиддичу. В команду Хаффлпаффа как раз требовались четверо игроков и Рона взяли на место охотника. Это был, по его признанию, счастливейший день в его жизни. Кроме того, в конце прошлого года брат привез в школу футбольный мяч и они с приятелями немного его погоняли прямо на квиддичном поле. Неожиданно, игра понравилась и тем ребятам, кто о футболе узнал впервые от Рона. Так что его второй курс начался не только с успехов в квиддиче, но и с позиции вратаря факультетской футбольной команды (кроме них пока еще только азартный Гриффиндор изъявил желание организовать свою команду). За лето в школе подготовили поле и к началу нового учебного года пригласили тренера - идея популяризации маггловского спорта пришлась по душе директору.

Раньше я думала, что Драко и Гарри тоже постараются попасть в квиддичную команду. Несколько лет назад Драко просто бредил этой игрой, а Гарри любил летать. Но на втором курсе мальчики даже не пытались пройти отбор, хотя с большим удовольствием следили за играми своей команды.

Так что, в течение года мне оставалось следить за игрой хаффлпаффского охотника Рона и близнецов, являвшихся загонщиками гриффиндорской команды. Из старших братьев еще Чарли в свое время играл на позиции ловца, только уже рейвенкловской команды.

Перси весь год было не до спорта. Осенью Биллу удалось договориться с известным в магическом мире итальянским художником Лакомо о том, чтобы посмотреть работы Перси и посоветовать дальнейшие возможности обучения. Мистер Лакомо неожиданно согласился сам стать наставником для брата. Более того, он настоял на получении также маггловского образования. Будущий наставник не обещал, что тот станет великим Пикассо, но считал, что при должном старании Перси по силам стать хорошо обученным профессионалом. А дальше уже ему решать: писать картины, рисовать комиксы или заниматься прикладным дизайном.

В итоге весь год Перси усиленно готовился к поступлению в Итальянскую Академию изящных искусств. Молли не была слишком довольна: сын уезжал надолго в другую страну, к тому же художник... Мог бы сразу после школы работать в «Решениях Уизли», если уж так хочется рисовать. Но Артур поддержал желание сына, договорившись с Биллом поделить расходы на обучение.

***

Так сложилось, что рассматривать вопрос о проблеме детей с нестабильной магией - «грязнокровок» - нам довелось решать вместе с Гарри и Драко. Мы разместились в комнате мальчиков. Драко небрежным движением палочки установил защитные чары.

- Давайте напишем отцу. Он здесь все поставит с ног на голову, как только узнает!

- Драко, а как ты собираешься объяснять источник своих знаний?

- Но отец же знает, что София видит магию...

- И как он будет объяснять это остальным? Расскажет о даре Софии? Большинство, и Дамблдор в первую очередь, сделает вид, что не верит.

- Вот, вот. А мне потом под партами и в подземелье оставшиеся семь лет прятаться? Нужны доказательства.

- Но ведь есть же заклятия и очки какие-нибудь.

- Заклятья, известные мне, не показывают ауру волшебников, только магию, связанную с неодушевленными предметами. Что показывают очки, я не знаю.

- Надо у Дамблдора выяснить.

- Спросить? Даже если у него есть очки с нужными свойствами, в ответственный момент выяснится, что это обычные стекляшки даже без диоптрий.

- Гарри! А ты же сам используешь артефактные очки!

- Драко, я уже пробовал. Через мои я могу немного различать ауры, не так подробно, как София. Но они статичны. Взаимодействия магических полей волшебников я не вижу. Они рассчитаны для другого.

- У наших родственников нет, случайно, артефактов, позволяющих рассмотреть ауру магов? Давайте напишем, пусть ответят.

- Я могу спросить у старейшины Кровозуба. Только не раньше субботы.

- Можно еще в библиотеке посмотреть.

- Можно. Только вряд ли там что-то полезное есть. Давайте лучше с портретами поговорим.

- Гарри, а ты уверен, что портреты будут сотрудничать с нами, а не с директором?

- А мы найдем портреты родственников: интересы Рода не могут быть ниже лояльности директору школы. Финеас Найджелус Блэк был когда-то директором Хогвартса. Он приходил знакомиться в Блэк-Холл. Здесь должен быть его портрет.

- Угу. Все портреты директоров висят в кабинете Дамблдора. И кто пойдет туда?

Героем дня оказался Малфой, предложивший использовать Выручай-комнату, о которой буквально пару недель назад нам рассказали Фред и Джордж.

В итоге с письмами домой мы решили не спешить, а действовать по плану: библиотека, Выручай-комната и разговор с директором Блэком.

До восьмого этажа школы нам удалось добраться спустя три дня, во время которых мы бесполезно потратили время в библиотеке. Гарри, сосредоточенно думая о портрете своего предка, трижды прошелся мимо портрета Варнавы Вздрюченного. Зачем-то затаив дыхание, мы ждали, случится чудо или нет. Чудо случилось: на стене медленно проявилась дверь, как будто случайно перенесшаяся сюда из Блэк-Холла. За дверью оказался кабинет - почти точная копия кабинета из семейного особняка, вероятно, именно так он и выглядел при жизни Финеаса Блэка. На стене кабинета висел портрет хозяина.

Мрачный и надменный мистер Блэк заставил нас долго отвечать на его вопросы, пока любезно не согласился выслушать нашу проблему. Экс-директору пришлось задуматься: по портрету я бы не только не стала утверждать, что при жизни мага интересовала проблема грязнокровок, по-моему, его вообще не волновали вверенные ему дети. Уж не знаю, какие цели преследовали те, кто назначал его на эту должность, но сам маг, по-моему, воспринимал оказанную ему честь если не как наказание, то как досадное недоразумение, отвлекающее его от важных дел вроде раздумий о судьбах мира. Это вовсе не критика, лично мне Финеас Блэк даже нравился, по крайней мере, он казался весьма колоритным и интересным персонажем.

Мистер Блэк согласился, что артефактор вряд ли может создать что-либо, обладающее свойствами, о которых он сам не знает. Поэтому требовались артефакты, созданные мастером, обладающим истинным зрением. Экс-директор вспомнил несколько семей, которые не скрывали, что пользуются услугами такого мастера. Из ныне живущих семей на территории Британии нам была известна одна - Лонгботтомы, в прошлом известные охотники, у них могли сохраниться подобные артефакты, полезные для их профессиональной деятельности.

Невиллу мы сказали, что нашли упоминание о знаменитых в прошлом охотниках, представителях его семьи. Он знал о семейном прошлом не очень много, но, когда к беседе подключились другие однокурсники и речь зашла об оружии и специальных приспособлениях, он вспомнил, в том числе, об очках, позволявших видеть намного больше, чем обычным зрением, с помощью которых можно с первого взгляда определять волшебных животных среди их обычных собратьев и даже охотиться в темноте.

В итоге все были довольны: однокурсники - интересным разговором, Невилл - дополнительным вниманием, мы - полученной информацией, что бабушка Августа передала четыре таких артефакта в Министерство для использования в операциях Аврората.

- Акромантулы!

- Что с акромантулами, Гарри? Приснились? Так ты не читай на ночь книги о всяких ужасах. Попроси лучше у Рона что-нибудь про животных из Киплинга или Лондона, - предложил Драко.

- Почему у Рона?

- А ты не знаешь? А еще сестра! Он в прошлом году притащил в школу кучу маггловской художественной литературы, заразив этим увлечением сначала свой факультет, а теперь уже и всю школу.

- Вот конспиратор! И молчал!

- Какие книги! Я о другом. Если привлечь внимание Министерства к наличию опасных существ в Запретном лесу, то, возможно, для операции по их ликвидации аврорам потребуются и очки Лонгботтомов - в пещерах, где их кладки, должно быть темно!

***

«Привлекать внимание» вызвался Драко. В школе продолжала работать комиссия, члены которой, вероятно, не спешили с окончанием проверки: они продолжали посещать выборочно занятия, обследовали различные помещения, беседовали с учениками, проверяли документацию как на уровне директора и прочих руководителей, так и на уровне преподавателей. Школьникам комиссия была не очень интересна, за исключением авроров, в обязанности которых входила проверка безопасности. Поэтому дети, обращающиеся к ним с различными вопросами, не были редкостью.

- Мистер Долиш, а почему мантикоры и акромантулы относятся к одному классу опасности?

- Те и другие обладают иммунитетом к магии.

- А какие щиты против них нужно использовать?

- Вам расскажут об этом на старших курсах. Пока же вам эта информация не должна быть важна: ни мантикоры, ни акромантулы в Британии не водятся.

- Не знаю, как мантикоры. А акромантулы очень даже водятся!

- И где же, интересно?

- Да хотя бы в нашем Запретном лесу. Мы сами видели, когда в прошлом году на отработку туда ходили!

Аврор Долиш, мирно общавшийся за чашкой чая с любознательными школьниками в гостиной Слизерина, поперхнулся чаем на этих словах и, отставив чашку, сосредоточил внимание на второкурснике-блондине. Что-то ему подсказывало, что сейчас начнется все самое интересное.

- А теперь очень подробно и по порядку: когда, за что отработка, кто назначил, кто присутствовал, как встретили акромантулов и как спаслись.

- Отработка в прошлом году в октябре. За нахождение вне гостиной после отбоя. Назначена директором четырем первокурсникам: мне, Гарри Поттеру-Блэку, Рону Уизли и Дину Томасу. Нам нужно было собрать цветки светящегося цмина - их видно только в темноте, поэтому отработка началась в одиннадцать вечера. Там были еще Хагрид и его пес Клык. Потом Клык испугался чего-то и побежал в сторону болота, Хагрид отправился за ним, а мы встретили акромантулов. Только они были еще маленькие и мы от них закрылись стандартным щитом. Потом пришел Хагрид и всех разогнал, он сказал, что нам повезло - это были только детки. Вот и вся история.

История мистеру Долишу очень понравилась, как и комиссии. Особенно она понравилась Люциусу Малфою, которому сын почему-то ничего не рассказал еще год назад.

Через два дня в шесть часов утра отряд из двадцати авроров прибыл для проведения операции по уничтожению гнезда акромантулов в прилегающем к школе Запретном лесу. Аврор Долиш вряд ли мог объяснить, как получилось, что он пообещал по завершении дела рассказать о ходе операции любопытным слизеринцам.

Уже к обеду акромантулы в Запретном лесу стали только историей. Арагога и еще несколько особей забрали в питомник по разведению опасных животных, остальные были уничтожены. Хагрид был печален, но вынужденно признал, что опасное соседство могло закончиться для кого-нибудь из детей трагически, тем более, в последнее время акромантулы сильно расплодились и стали более агрессивными. Рынок ингредиентов Британии в этот день значительно пополнился ядом и частями тел акромантулов.

Часть отряда авроров осталась на обед в Большом зале школы. Дети с восторгом слушали интересные подробности. Большинство учителей, включая директора, в зале отсутствовали, а остальные не возражали подобному соседству, прислушиваясь к историям авроров.

Драко и других слизеринцев волновал вопрос сражения в пещере в условиях плохой видимости, естественно, разговор перешел к артефактным очкам и Лонгботтомам. Мистер Долиш был настолько любезен, что разрешил аккуратно примерить желающим очки.

- Ух ты, здорово! Мистер Долиш, а что означает вот это движение ауры?

Мистера Долиша второй раз за неделю посетило чувство, что сейчас произойдет что-то важное. Первый раз ситуация сложилась весьма удачно для него - обнаружение и уничтожение гнезда акромантулов в ходе возглавляемой им операции сулило кроме премии еще и повышение по службе. Поэтому и в данном случае к своему внутреннему чутью он решил отнестись со всей возможной ответственностью: аврор надел очки и медленно повернулся в сторону, куда раньше смотрел ребенок.

За ужином в Большом зале присутствовала комиссия в полном составе, ее члены были вооружены несколькими парами очков, которые периодически передавались коллегам. Директор Дамблдор в данный момент в школе отсутствовал - дождавшись успешного окончания ликвидации гнезда акромантулов, он с чистой совестью отправился на заседание Международной конфедерации магов, председателем которой являлся.

***

По сведениям Люциуса Малфоя, в Министерстве на следующий день состоялось экстренное закрытое совещание первых лиц магической Британии. Нарушение магического фона в целом и угроза магии отдельных волшебников были признаны проблемой национального масштаба. Вопрос, почему этого никто раньше не замечал, был отложен, хотя аврору Долишу явно светило продвижение по карьерной лестнице. На повестке дня был другой вопрос - что делать?

Министерские артефакты позволяли рассмотреть интенсивность ауры - чем она сильнее, тем больше магии у человека или иного существа. Но даже эта монохромная картина показывала нечеткость границ ауры некоторых магов и движение магии в окружающее пространство и влияние на ауру других, незащищенных, волшебников.

За сутки Аналитический отдел сумел составить предварительный анализ ситуации. Представители старых магических родов были практически защищены от подобного влияния, оказываемого «грязнокровками», как решено было их называть, не смотря на толерантность Министерства. Не все магглорожденные имели «плохую кровь», но именно они были самой незащищенной частью магического общества. Среди детей-первокурсников ситуация обстояла значительно лучше, чем у более старших курсов, где она ухудшалась пропорционально возрасту или количеству лет, в течение которых дети подвергались негативному влиянию.

Ситуация безвыходной не выглядела. По крайней мере, существовали защитные артефакты. Лорд Огден, Глава Совета Родов, в настоящий момент почти утратившего влияние, предложил иной выход, ранее запрещенный в связи со Статутом секретности. Начать решили со школьников младших курсов.

***

Семья Грейнджеров была приглашена в Отдел наследий Министерства магии, занимавший отдельный особняк на главной волшебной улице Лондона. Их принимала приятная сорокалетняя сотрудница министерства миссис Норман.

Аделия Норман организовала встречу не в своем кабинете, а в небольшой уютной гостиной, где все расположились на диванах вокруг небольшого чайного столика.

- Мистер и миссис Грейнджер, наш разговор будет касаться будущего вашей дочери в магическом мире. Такие встречи запланированы со всеми родителями магглорожденных учеников. Поэтому не переживайте, ничего страшного не случилось. Единственное, что нам следовало все обсудить еще несколько лет назад, но, к сожалению, старые законы запрещали распространение подобных сведений.

- А что изменилось сейчас?

- Собственно, закон. Министерство признало необходимость некоторых мер по обеспечению безопасности. В отличие от магглов волшебники обладают магией. И, если волшебники, воспитывающиеся в магическом мире, имеют с детства устойчивую форму своего магического поля, то с магглорожденными волшебниками это не так. Их магия в большей степени подвержена постороннему влиянию, вследствие чего многие такие маги не реализовывают свой потенциал и оказываются не востребованы в нашем мире.

- Но, как же так? Профессор Макгонагалл описывала весьма радужные перспективы для нашей дочери.

- Ваша дочь действительно перспективная волшебница. И в магическом мире всегда лояльно относились к новым волшебникам. Просто старая практика вливания магглорожденных волшебников в магический мир была забыта из-за новых законов, принятых для защиты. И до последнего времени никто не придавал значения уменьшающейся магической силе магглорожденных волшебников.

- Я так понимаю, что ваше общество собирается вернуть старые традиции.

- Совершенно верно. На сегодняшний день Министерство предлагает вам два возможных решения. Первый - приобретение и обязательное ношение вашей дочерью защитного артефакта, который будет препятствовать внешнему влиянию на магическое поле Гермионы. В настоящий момент такой артефакт вы можете приобрести в банке Гринготтс, гоблины предоставляют различные формы для артефактов: медальоны, браслеты, кольца. Здесь вопрос лишь в цене. Второй - принятие в младшую ветвь какого-либо магического рода. В этом случае ваша дочь получит защиту родовой магии, поддержку новых родственников в обучении, работе, при необходимости, в устройстве личной жизни.

- Зачем это нужно представителям магического рода?

- Никто не откажется от введения в род достойной перспективной волшебницы. Это только усилит магию самого рода и, возможно, принесет новые магические дары его членам.

- Но это накладывает на нее определенные обязательства?

- Конечно. Но это можно обсудить с главой рода. Девочка станет частью новой семьи. Но при этом она не должна отказываться от своей старой семьи. Принятие в род предполагает образование магической связи, оно не отрицает существующие кровные связи.

- А что такое младшая ветвь рода?

- Младшая ветвь подразумевает, что при любых обстоятельствах Гермиона или ее потомки не смогут претендовать на звание Главы этого рода. Это обычная практика, не предусматривающая кровного усыновления.

- Можно узнать поподробнее о возможной семье для Гермионы?

- Вот это уже другой разговор, - улыбнулась миссис Норман.

Две следующие недели в школе Гермиона Грейнджер изучала книгу, напоминающую Кодекс рода, и постоянно обменивалась с кем-то письмами. Организация помощи эльфам была расформирована. После выходных, проведенных по просьбе родителей дома, в школу вернулась Гермиона Янссен-Грейнджер, представительница рода Янссен - потомственных целителей, подчеркнуто нейтральных на протяжении всех последних магических войн.

***

Никакой истерии в магическом обществе по поводу новых открытий не случилось: Министерство не стало разглашать причины, а просто внесло поправки в Статут секретности, разрешив принимать магглорожденных в род. Неофициально такие действия теперь даже рекомендовались. Деятельность Отдела наследий тоже широко не освещалась.

На зимних каникулах, отвечая на мои вопросы, дед подтвердил, что это, действительно, одна из забытых традиций. Принятые в род магглорожденные имели больше шансов устроиться в магическом обществе, что также касалось и личной жизни.

По большому счету, кодекс нашей семьи не запрещал браки не только с магглорожденными, но и с магглами. Главное - отсутствие проклятий, которые могут навредить родовой магии. И здесь уже было важно, чье наследие несли магглорожденные: не было ли среди них преступников и прОклятых магией волшебников.

Чиcтoтa кpoви - это, вообще, пoнятиe oтнocитeльнoe, yчитывaя пpoиcxoждeниe людeй-мaгoв. He ceкpeт, чтo все oблaдaющиe мaгиeй люди - пoтoмки людeй и пpeдcтaвитeлeй вoлшeбныx pac. И сегодняшние магглорожденные - вceгo-нaвceгo люди, вoлшeбнaя кpoвь которых пpocнyлacь впepвыe зa мнoгиe пoкoлeния.

Пpичинa пpoтивopeчий нe в пpoиcxoждeнии, a в paзныx взглядax нa мaгию и вoлшeбный миp. Чистая кровь - это больше политический лозунг, нежели действительная необходимость.

Все началось с возвращения магов в волшебный мир в связи с деятельностью Инквизиции. Новые маги вернулись в достаточном количестве, чтобы попытаться начать диктовать свои правила. Инертные старые маги не сразу осознали угрозу устоям их мира, а потом в качестве противовеса выдвинули идею полного отрицания влияния маггловского мира.

А самая страшная, по мнению лорда Пруэтта, беда случилась с магическим миром благодаря изобретению мага по имени Мобилус, так и называемому эффект Мобилуса. Этот эффект позже был использован, например, при создании популярных сегодня чар Фиделиуса, и заключается он в массовом воздействии на разум людей, заставляя тех забыть какую-либо информацию. Историю, как известно, пишут победители. И только что созданное Министерство магии решило упрочить свое положение, применив чары Мобилуса к событиям, предшествующим своему появлению.

Хоть какой-то иммунитет к этим чарам есть у магов разума. Поэтому в роду Пруэттов, где магия разума - родовой дар, сохранились более-менее связные воспоминания и представления о прошлом. У большинства же волшебников при попытках выстроить хронологию событий от «давно, когда на Земле жили могущественные магики, маги и магглы» до создания Министерства получалась настоящая каша. Из которой и рождались в последствии радикальные взгляды волшебников.

У тех же чистокровных до мозга костей Малфоев, Блэков или Ноттов при желании можно найти браки с представительницами каких-нибудь угасших европейских (и не только) родов, о которых вряд ли вспомнят их соотечественники. Лорд Пруэтт утверждал, что никто никогда не видел, чтобы бабушка Люциуса Малфоя, греческая принцесса, когда-нибудь сама колдовала или, вообще, появлялась в волшебном мире без сопровождения мужа. Дед подозревал, что леди не была не только волшебницей, но и сквибом. Подобные истории друг о друге все знали, но предпочитали не замечать, соблюдая правила игры.

На этом фоне брак с магглорожденной, принятой в род, выглядел как один сплошной плюс. Близкородственные браки мало кто и в волшебном мире считал приемлемыми.

***

С началом второго семестра учеников поздравили улыбающийся глава обновленной министерской комиссии и уставший и измученный директор.

Аврор Долиш, за время школьной инспекции совершивший карьерный взлет до второго заместителя главного аврора, сиял ярче новых нашивок на своей форме. Он был в числе взрослых, сопровождавших Хогвартс-экспресс, и еще в пути успел несколько раз, заглянув к нам в купе, поинтересоваться, все ли в порядке. С какой-то затаенной надеждой он при этом смотрел в сторону Драко.

Малфой в итоге переадресовал его вопрос мисс Янссен-Грейнджер, которую, как оказалось, в данный момент больше всего интересовало отсутствие горячей еды у школьников в поезде и, вообще, проблемы сбалансированного питания в школе. И что-то мне подсказывало, что аврор Долиш отнесся к ее позиции очень серьезно.

В поезде у нас с Драко и Гарри не было возможности поговорить наедине, а обсудить было что. Пришлось дождаться окончания ужина в Большом зале и выслушать наставления декана уже в нашей гостиной.

- Драко, что за слухи об аресте твоего отца?

- Да не было никакого ареста. Два дня назад к нам домой заявился отряд авроров с подписанным главным аврором разрешением на обыск. Они три часа обыскивали мэнор и прилегающую территорию. Только ничего опаснее моего ритуального кинжала не нашли.

- А твой кинжал?

- Его тоже не нашли, кстати.

- А я вообще не могу понять, какой смысл делать обыск в родовом доме? По желанию главы рода авроры не только запрещенных вещей, они и целых этажей не найдут. Как и магический фон проведенных ритуалов чужой маг тоже не определит.

- Отец говорит, что это просто акция, нацеленная на демонстрацию намерений. У нас уже были обыски около десяти лет назад. Тогда все, что родители не посчитали нужным спрятать, а авроры посчитали нужным признать опасным или запрещенным, уже конфисковали. Ничего нового в незакрытой части дома с тех пор не появилось, ну, за исключением нового гардероба мамы и кулинарных книг.

- Так тоже говорит твой отец?

- Ну, да. А потом его пригласили на беседу в Аврорат.

- За чашкой сыворотки правды?

- Почти. В зале с наложенными чарами правды. Не то, чтобы сильный маг не сумел их преодолеть при желании, но все же.

- Опять демонстрация намерений?

- Что-то в этом роде.

- И о чем была речь?

- О времени, предшествующем исчезновению Темного Лорда. Вопросы в основном повторяли то, что спрашивали еще десять лет назад. Тогда отцу удалось убедить всех, что, если в чем он и был замешан, то исключительно под влиянием заклятия «империо». А сейчас вроде бы кто-то дал против него показания. Вот только доказать опять ничего не вышло - метки же нет.

- По-моему, в Аврорате не особенно и стремились что-либо доказывать. Три часа на обыск в мэноре и беседа под действием не самых сильных чар - больше похоже на формальность.

- Мы тоже так считаем. Папа говорил, что еще нескольких его знакомых приглашали в Аврорат: лорда Нотта, мистера Лоули, мистера Рурка. У Тео можно насчет обыска поинтересоваться. Наверное, вследствие тех же «вновь открывшихся фактов».

- Что думает твой отец по поводу того, кому это понадобилось?

- Он считает, что выгоднее всего поднять шум по старым делам сейчас нашему директору. Чтобы отвлечь внимание от проверки в школе и дискредитировать его и лорда Нотта. Они оба - представители Попечительского совета, а Рурк - сотрудник Министерства.

- Если это директор, тогда вряд ли он на этом остановится. Нужно ждать продолжения. Цели-то он не достиг пока.

- Это понятно.

- Слушай, Драко, а может ты еще что-нибудь для аврора Долиша вспомнишь? Он с такой надеждой на тебя смотрит. Жаль обижать человека. И директору будет, чем заняться...

На самом деле, больше мы ничего «вспоминать» не стали. Кроме нас нашлось немало желающих. В течение семестра в школе уже произошли некоторые изменения: кроме тыквенного сока на столах появились апельсиновый сок, чай, какао и молоко; отработки у завхоза Филча по уборке без магии заменены отработками у него же, только с использованием чар под руководством дежурных старшекурсников (хоть какая-то польза как школе, так и школьникам); в больничном блоке появился работающий камин, соединенный с больницей Святого Мунго; все школьники прошли обязательный медосмотр врачами больницы, по результатам которого дети получили рекомендации и зелья, а мадам Помфри - выговор и помощника, медика-практиканта по имени Мэй Дорман.

Общие проверки всех школьников так понравились комиссии, что было решено провести еще парочку: гоблинам поручили выполнить проверку детей на магические дары и наследия, а сами члены комиссии решили пообщаться с родителями. Ученики помимо совиной почты получили право использовать для связи с родителями камин в кабинете своего декана. Родители получили право на посещение школы один раз в семестр, на встречи со своими детьми на территории Хогсмита еженедельно по выходным и на неограниченное общение с деканом своего ребенка.

По итогам работы комиссии директору Дамблдору был вынесен выговор и оставлены предписания. Но не это событие стало главной темой обсуждения результатов проверки в обществе - Альбус Дамблдор отказался от должности председателя Международной конфедерации магов. А причиной послужила, как это не смешно звучит, банальная нехватка времени: из-за требований комиссии ему пришлось просить перенести первое заседание конфедерации и пропустить следующие два. Поэтому официальной причиной считалась невозможность совмещать имеющиеся должности. Место председателя занял представитель Германии, а членство в конфедерации от Британии получил действующий министр магии, чему тот был весьма рад.

Кстати, в Хогвартс-экспрессе, везущем школьников после окончания года в Лондон, кроме волшебных сладостей продавалась и горячая еда.

***

На вокзале среди встречающих поезд родителей неожиданно обнаружился и директор Дамблдор. Он был непривычно свеж и энергичен.

- Здравствуй, Сириус! - улыбаясь, обратился он к Блэку.

- Здравствуйте, господин директор.

- Ты так успешно скрываешься ото всех в последнее время, что у меня не было возможности выразить, как я рад твоему освобождению.

- Спасибо.

- Сириус, я бы хотел пригласить тебя на ближайшую встречу членов Ордена Феникса.

- Я не вижу в этом смысла, директор.

- Но как же. Там соберутся твои старые друзья.

- Директор, все друзья, которых я хотел бы видеть, соберутся у меня дома.

- Сириус, я понимаю, ты можешь быть обижен, но поверь, для всех нас было трагедией узнать, что один из фениксовцев может быть предателем. Доказательства тогда казались совершенно неопровержимыми. И мне жаль...

- Директор. Я принимаю ваше сожаление и извинения, если это были они. Я не держу зла ни на вас, ни на членов вашей организации. Просто с тех пор, как вы без суда отправили меня в Азкабан, я не считаю себя ее членом. Вы же так не поступили бы с фениксовцем, не так ли? А сейчас я не желаю иметь какое-либо отношение к политике.

- Сириус! Тот Блэк, которого я знал и который был другом Джеймса Поттера, не мог прятаться от опасности! Ты не можешь скрываться...

- О чем вы, директор? Волдеморт мертв, а его опасные последователи в тюрьме. Я не скрываюсь. Просто в связи с некоторыми обстоятельствами в моей жизни предпочитаю уединение. У меня есть сын, которому требуется все мое внимание. И мой друг Джеймс несомненно одобрил бы мою заинтересованность судьбой его ребенка.

- Сириус...

- Директор. Давайте закончим. Я не предъявлял вам претензий ни за свое заключение в Азкабан, подписанное вами. Ни за несчастное детство Гарри, ни за вред, ни за упущенные возможности в его воспитании и обучении. Мы просто живем как можем. И пожалуйста, не вмешивайтесь! Найдите себе других игроков. Мы свои роли отыграли уже много лет назад. Если не хотите получить мой род в качестве врага, не вмешивайтесь! Прощайте, директор.

Вот на такой веселой ноте и закончился этот учебный год. Во время этого разговора Дамблдора хотелось замучить самым жестоким образом. Я понимаю, что многим пришлось пережить и более серьезные трудности, чем пять лет незаслуженного тюремного заключения. Но тот безбашенный двадцатилетний красавец-аврор оказался не готов к тому, что приготовила ему судьба. Даже сейчас, спустя много лет, восстановив свое здоровье и магию, он был потерянным и сломленным. Как будто жизнь осталась там, в далеком прошлом. И если это видела я, то мне казалось логичным, что это замечают и другие. И директор, который на протяжении всего разговора смотрел Сириусу в глаза, не мог не понимать, что перед ним человек с глубокими и нерешенными психологическими проблемами.

И вообще, кто бы мне объяснил, чего он привязался к Гарри и Сириусу? Ну, было пророчество, так исполнилось уже много лет назад. Ну, верил директор, что Волдеморт вернется, так и метки уже почти два года как исчезли, и бывшие пожиратели давно никого не ждут, у Гарри даже намека на шрам не осталось - к чему он продолжает готовиться? Хоть бы раз спросил: «Гарри, а ты не в курсе, куда это твой шрам подевался?». Гарри мог бы и рассказать, кстати.

***

Собственно каникулы как отдых и ничегонеделание продолжались ровно неделю, проведенную в обществе деда, Драко и Блэков на яхте возле Балеарских островов. Дед и леди Вальбурга решили устроить совместный отпуск, присутствие внуков подразумевалось по умолчанию, Сириус даже не рассматривал идею не присоединиться к сыну, а Драко настоял, чтобы его отпустили на неделю с нами, т. к. «не собирался пропускать ничего интересного».

После недели солнца и моря все вернулись к своим занятиям. Лично меня этим летом ждали магия разума с Ноэлем Манном, занятия с Кровозубом, тренировки с миссис Трэвис-Хинл, родовая магия с лордом Пруэттом, несколько занятий этикетом с леди Малфой и много-много книг для самостоятельной подготовки.

Ах да, еще размышления о директоре Дамблдоре. Мне никак не удавалось «собрать картинку». На первый взгляд, его поведение бессмысленно, а методы прямолинейны. Но ведь как-то он стал «величайшим волшебником современности», занимающим ключевые посты в магиче



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
ВардаДата: Понедельник, 02.09.2013, 00:01 | Сообщение # 59
Химера
Сообщений: 353
« 35 »
занимающим ключевые посты в магическом мире Британии.

Допустим, он бездействовал до поступления Гарри Поттера в школу. В первый год учебы Гарри события стали развиваться странно: Квиррелл попал в больницу и противостояния Гарри и Волдеморта не получилось. Играми с философским камнем Гарри не заинтересовался, только на собачку сходил взглянуть, как и любой из его однокурсников. Идеей мести не загорелся. Кому мстить? Все действующие лица трагедии мертвы.

В этом году директору было не до Поттера с Темным Лордом: министерская комиссия просмотрела каждую бумажку и исследовала каждый дюйм Хогвартса. Вот только, не смотря на все злорадство министра и комиссии, максимум, чего они смогли добиться - выговор директору и отказ от не самой значимой для него должности.

И чего он все-таки хочет? Власти, почета и уважения? Так, вроде, у него и так максимум. Или того, что он как-то сам озвучивал дома у Уизли - слияния с маггловским миром? Это мечта или цель? И если все же цель, то может ли Волдеморт быть только поводом для определенных действий? Если это так, то вместо мертвого Темного Лорда понадобится живой, и кто тогда им станет: неуловимый Волдеморт, Малфой, Гарри Поттер или Бэтмен?

Чего ждать от директора в следующем году? Разозлится и перейдет к активным действиям? Или станет ждать, улыбаться и готовиться?

Может, нет никаких планов? Просто знает человек о крестражах, но не знает об их уничтожении? И Дамблдор - всего лишь уставший маг, переживающий о смерти одних своих учеников и об опасностях для других? Ладно, время покажет.



настоящее безумие-это когда голоса в голове с тобой не разговаривают,мотивируя это тем,что ты их все равно не слушаешь....
 
Al123potДата: Понедельник, 02.09.2013, 00:08 | Сообщение # 60
Черный дракон
Сообщений: 2794
« 719 »
Новые главы добавлены в fb2 файл с фанфиком ссылка прежняя.


"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
*************************************************************
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Возраст ноль (AU, PG-13, gender switch, попаданец, джен, миди)
  • Страница 2 из 4
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Поиск: