Армия Запретного леса

Четверг, 29.06.2017, 17:17
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 2 из 2«12
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наследники Гекаты (ГП, ГГ, СС и др. кроссовер, R, AU, макси, в процессе)
Наследники Гекаты
alexz105Дата: Понедельник, 29.09.2014, 22:00 | Сообщение # 1
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Автор: alexz105
Пейринг: Гарри Поттер, Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Северус Снейп, Драко Малфой, Том Риддл
Рейтинг: R
Жанр: Action/AU/Crossover/Fantasy
Размер: Макси
Статус: В процессе
События: Путешествие во времени, Шестой курс
Саммари: Хорошо если мир, в котором ты живешь, прописан его создателем добросовестно и подробно.
А если нет?
Тогда ищи подходящий артефакт, засучивай рукава и берись за дело сам.
А если тебе этим заниматься неохота, то подбери себе другой мир по вкусу, благо выбор очень велик. Но помни, что ошибка обойдется тебе недешево...
Кроссовер с некоторыми мирами А. и Б. Стругацких.
Предупреждение: Пейринги появятся чуть позже, AU, ООС, ненормативная лексика в разумных пределах, любителям Мэри и Марти-сью столики и попкорн не заказан. Герои не очень сильные и совсем не темные. По крайней мере в начале фика...)))



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Четверг, 08.10.2015, 10:06 | Сообщение # 31
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 14

Гарри Поттер рефлексирует, Драко Малфой изучает средневековые технологии строительства и отделки домов, а Румата Эсторский своим примером доказывает категорический вред пьянства.

Тяжелая входная дверь захлопнулась. Послышался удаляющийся цокот подков по брусчатке.
Малфой и Поттер озирались по сторонам в просторной прихожей. В нее выходило несколько внутренних дверей, и широкая массивная лестница вела куда-то на верхние этажи.
Раздалось шарканье ног, и в прихожую вышел невысокий парнишка в мешковатой одежде не по росту.
— Во имя господа, — проворчал он, покосившись на темную мантию Гарри, которая так напоминала одеяния местных монахов.
— Именем его! — вспомнил формулу ответа Поттер. Он уже слышал этот пароль-отзыв на улицах города.
— Заходите, что ли. Только ноги вытирайте, как следует. А то не наубираешься тут за всеми…
И пошаркал в одну из дверей.
Малфой двинулся было за ним, но обнаружил, что чертов Поттер стоит как вкопанный на пороге, пялится куда-то на лестницу, и на лице его цветет глупая счастливая улыбка.
— Ну что ты встал? — зашипел на него блондин.
Гарри перевел на него взгляд и с радостным удивлением ответил:
— Вот он — восход солнца!
Драко проследил направление его взгляда и понял, что речь идет о большом гобелене на стене.
— Ну и что? — пожал он плечами. — Восход и восход. А может быть наоборот, заход солнца? Гобелен, кстати, весьма посредственный.
— Ты не понимаешь, Малфой! Мы попали именно туда, куда нам было нужно. Надо же, какое везение!
Драко переводил взгляд с Поттера на гобелен и обратно.
— Вы идете? — раздраженно окликнул их давешний парнишка.
— Потом расскажешь, Поттер, — потребовал Малфой, — а сейчас пошли.
Парнишка сообщил, что его зовут Уно, и что он в этом доме старший слуга дона Руматы. Недобро посверкивая глазками, он сообщил также, что если обнаружится пропажа хоть одной вилки или ложки, то кому-то не поздоровится.
Оскорбленный Драко заявил этому нелюбезному Уно, что они гости его хозяина, и тот должен быть повежливее.
Уно на это лишь неопределенно фыркнул и, шаркая ногами, принес стаканы и объемистый кувшин с пивом.
— Или вина подать? Из закусок есть свиные уши, отжатые в уксусе.
— Спасибо, я не голоден, — поспешно отказался Поттер. Малфой последовал его примеру.
Пригубили пиво.
Не понравилось.
— И впрямь что ли благородные? — почесал в затылке Уно. — Ладно, принесу эсторского.
Позади них раздались легкие быстрые шаги.
— Уно, ты почему гостей в людской держишь?
Гарри обернулся на голос и потерял дар речи.
В простом длинном платье со скромным шитьем и оборочками перед ним стояла… Джинни Уизли!
Поттер даже отшатнулся от неожиданности. Девушка улыбнулась его испугу, и Гарри понял, что это не Джинни. Не умела Джинни так открыто и по-доброму улыбаться, так стоять и так держаться с легкой и естественной грацией, неиспорченной манерами девушки-рубахи-парня.
— Здравствуйте, меня зовут Кира.
Уно счел своим долгом пояснить:
— Домоправительницей оне здесь…
Она еще раз улыбнулась застывшему Поттеру и отдельно улыбнулась Малфою.
Тот тоже заметил сходство девушки с младшей Уизли, но не придал этому значения. Да и мало ли, кто на кого похож. Ну, рыжая и рыжая. Не любит он этот цвет волос.
В соответствии с местными хорошими манерами Драко сделал полшага назад, вытянул губы дудкой и помахал перед собой рукой.
— Дон Дракус, — представился он и мстительно добавил, указывая на Поттера, — а моего спутника зовут дон Потти.
Поттер дернулся как от пинка, но промолчал.
— Прошу благородных донов пройти наверх в гостиную, — спокойным звонким голосом произнесла девушка, жестом приглашая их подняться по лестнице. — Уно, подай в гостиную вино и закуски.
Опомнившийся Гарри, выходя из людской вслед за Драко, незаметно отвесил насмешнику хорошего пинка коленом по задней части. Тот из-за спины в ответ показал кулак.
Уно, пронаблюдав эту немую сценку, удивленно покрутил головой и неумело улыбнулся.
Это удивление и улыбка сразу же сказались на качестве поданных яств.
К эсторскому немедленно добавилось ируканское и даже соанское вино. А вместо чьих-то отжатых ушей появились блюда с ветчиной, сыром и фруктами.
Поттер немедленно налег на виноград, а Малфой с видом знатока дегустировал творения местных сыроделов.
Разговор не клеился. Кира явно не знала, как вести себя с благородными гостями. Поттер никак не мог отделаться от наваждения, постоянно сравнивая девушку с Джинни Уизли. А Малфой демонстрировал полную незаинтересованность в любых разговорах.
Наконец, домоправительница сослалась на неотложные дела и оставила гостей одних.
Стоило за ней захлопнуться двери, как Малфой тут же сбросил с себя маску безразличия и пообещал поджарить Поттера заклинанием, если тот позволит себе еще хоть раз прикоснуться к его драгоценному… к сам-знаешь-чему!
— А моей коленке понравилось! — невозмутимо парировал Гарри, подхватив с вазы очередную гроздь винограда. — И ты мне за дона Потти еще ответишь, хорек белобрысый!
Они еще некоторое время пикировались, но не от злости, а скорее по привычке и сложившейся традиции.
— Так что ты там плел насчет гобелена? — перешел к делу Малфой.
— Где-то недалеко от него должна быть машина времени, на которой мы сможем вернуться назад.
Драко вскочил.
— Так чего ты молчал? Давай искать!
Гарри с сомнением покачал головой.
— Ты думаешь, такая штука может в этом мире стоять в какой-нибудь кладовке? Это же средневековье. Кроме этого дона Руматы все остальные тут ни сном, ни духом. А он странный тип. Я вот подумал, может быть, он тоже путешествует по мирам?
Драко скептически посмотрел на Поттера.
— А с чего ты взял, что он здесь чужой?
— Понимаешь, у меня с ним был ментальный контакт. Он был очень расстроен, и получилось что-то вроде сеанса легилименции.
— Что ты увидел? — насторожился Малфой.
— Не знаю. Сумбур какой-то: горе, отчаяние, осознание своего бессилия… он стоял над телом старика книгочея, которого убили эти серые солдаты. Это совсем не вязалось с его высокомерным видом, и я понял, что он не тот, за кого себя выдает. Вот я и подумал…
— Получается, что он почувствовал твое вторжение в свой мозг, Поттер, — задумчиво процедил блондин. — Поэтому он и набросился на тебя в таверне. Решил поближе познакомиться. А твой Петрификус окончательно убедил его в том, что ты не местный. Меня он тоже заметил почти сразу, хотя, убей меня Красный Колпак, если я понимаю, на чем прокололся!
— Он нас за своих принял. Это ежу понятно. Все о каком-то Кондоре спрашивал. Вот придет он вечером, и что будем отвечать?
— Уходить надо.
— Куда? Машина времени где-то здесь и без нее нам не вернуться.
— Тогда будем искать, — решительно заявил Малфой и пошел звать домоправительницу.
* * *
Уно отказался водить гостей по дому.
«Еще сопрут что-нибудь!»
И Кира повела их сама.
Малфой, который и упросил ее об этом, цокал языком над отделкой комнат, хвалил прочность стен и дверей, восхищался качеством дранки кровли, интересовался происхождением обивки и конструкцией печных труб.
Будь на месте Киры кто-нибудь другой, он уже давно бы преисполнился самых черных подозрений в адрес странного дона Дракуса, но девушка бесхитростно показывала все, что просил ее гость, даже не задумываясь, откуда у благородного отпрыска такие странные интересы.
Поттер ходил за ними молча, с грустью отмечая неброскую прелесть и обаяние девушки. Он испытывал по отношению к ней странную раздвоенность чувств. Словно у него появилась удивительная возможность познакомиться с неким вариантом той Джинни, которую он знал столько лет. И этот вариант по всем статьям превосходил тот, который остался в Хогвартсе. Этот был мягче по характеру, добрее, грациознее и изящнее. Наблюдать и сравнивать было почти мучительно, но Гарри так и не смог заставить себя прекратить это занятие.
Меж тем обход дома закончился. Не осмотренным остался только подвал, но проситься туда было бы верхом бестактности. Да и не верилось, что машина времени стоит между бочками с вином и кадками с маринадами, а на руле ее висит корзинка с бутылками, забытая Уно.
Малфой еще немного потерся у гобелена, восторгаясь его красками и ручной работой, но ничего подозрительно так и не обнаружил.
— Кривой дементор! — раздраженно воскликнул Малфой, когда они остались в гостиной одни. — Ну, где твоя машина, дон Потти?
— Отвали, дон Дракус! — огрызнулся Гарри. — Я откуда знаю? Может быть, еще время не пришло, чтобы мы ее нашли!
— Что-о-о? — протянул блондин. — Ты хочешь сказать, что нам придется здесь сидеть и караулить этот чертов мотоцикл? А если хозяин этого дома поймет, что ошибся и вышвырнет нас вон отсюда?
— Не вышвырнет, — упрямо мотнул головой Поттер, — он не такой. Только врать не надо. Скажем все, как есть и попросим помощи.
Малфой изобразил беззвучные аплодисменты.
— Прекрасно, Поттер! Тебе и карты в руки. С этим самым доном Руматой будешь объясняться сам. В конце концов, ты эту кашу заварил, тебе и расхлебывать!
Поттер в ответ на эту тираду лишь тяжело вздохнул и посмотрел в окно.
Смеркалось…
* * *
К вечеру хозяин дома так и не вернулся.
Гостям отвели спальни на втором этаже. Двери спален выходили прямо на лестницу, что было весьма удобно. Договорились дежурить по очереди. Первым вызвался Малфой. Отзевав свои два часа, он разбудил Поттера и улегся спать. Но не тут-то было. Сон не шел, хоть ты тресни! Поворочавшись для порядка еще минут десять, он плюнул, оделся и сел у порога, слегка приоткрыв дверь своей комнаты.
Дверь комнаты «дона Потти» тоже была приоткрыта, и в щелке блестел глаз Поттера, отражающий слабый огонек масляного светильника на стене.
Время тянулось и тянулось под легкие шорохи и скрипы дома. Да завывал ветер в печных трубах.
Вдруг дверь сотрясли властные и нетерпеливые удары.
Спустя несколько мгновений внизу раздалось шарканье ног.
— Иду, иду, — недовольно ворчал Уно, появившийся из людской с фонарем в руках.
— Открывай! — рявкнул за дверью пьяный голос. — Два благородных дона не могут стоять под дверями, как нищие после третьей стражи!
Завизжали отпираемые засовы, зазвенели снимаемые с петель цепи и замки.
Гулко топая сапогами по деревянному полу, в прихожую ввалились два благородных дона. Дон Румата и барон Пампа дон Бау. Вид у аристократов был весьма предосудительным, а степень опьянения не поддавалась квалификации.
Тяжелое? Сильное? Смертельное?
Все не то. В стельку! Вот правильное определение. Оба были пьяны в стельку!
— Солнце садится! — заявил барон Пампа, показывая на гобелен с восходящим солнцем. — Пора сделать привал!
— Барон, вас ждет удобная постель! — энергично махнул рукой дон Румата.
— Какие постели? — взревел барон. — В походе постель воина — это попона его боевого коня!
С этими словами барон содрал со стены несчастный гобелен, завернулся в него с головой и рухнул в угол под фикус. Спустя несколько мгновений раздался богатырский храп.
— Уно! Поставь барону кадку с рассолом! — нетвердым голосом приказал дон Румата.
— Во набрались-то, — проворчал Уно, — глаза в разные стороны смотрят!
— П-п-поговори мне еще! Где Кира? Наверху?
— Не надо бы вам сейчас к ней, дон Румата…
— Тебя не спросил!
Румата оттолкнул слугу и нетвердыми шагами бросился вверх по лестнице.
Ребята, как по команде прикрыли двери, чтобы нетрезвый хозяин за них не зацепился. Объясняться с человеком в таком состоянии было абсолютно бесполезно, а может быть и небезопасно. И Поттер и Малфой на всякий случай вытащили волшебные палочки.
Топот ног смолк на этаж выше. Раздался чей-то испуганный возглас, на мгновение воцарилась полная тишина и сразу грохот сапог вниз по лестнице, визг засовов, грохот распахнутой двери и удаляющийся топот по неровной брусчатке улицы. Потом зашаркали шаги Уно.
Поттер и Малфой осторожно выглянули из своих дверей.
Не по детски вздыхая, Уно закрыл и запер распахнутую настежь входную дверь, потом принес откуда-то табуретку, положил на нее здоровенный арбалет, вращая ворот, натянул тетиву, вщелкнул в ложемент короткую стрелу с густым оперением и сел на пол, взяв на прицел тушу барона Пампы.
Сверху раздались легкие шаги, и ребята еле успели прикрыть свои двери, чтобы их не заметили.
— Уно! — раздался встревоженный голос Киры. — Дон Румата вернулся?
Мальчишка промолчал, словно раздумывая, отвечать или нет.
— Уно! Чего ты молчишь? Или мне сон приснился страшный?
В голосе ее было столько неподдельного ужаса и боли, что в душе у Гарри все перевернулось.
«Не отвечай ей! — хотелось крикнуть ему. — Она же его любит! Не отвечай, не расстраивай ее!»
— Не было его! — буркнул Уно. — Вот барон приперлись пьяный, а хозяина, как днем ушел, так с тех пор и нет. Ты иди спи, я его покараулю здесь, пока дон Румата не придет.
— Спасибо, Уно. Я пойду. Но как только хозяин придет, ты меня сразу разбуди!
— Ладно.
На душе у Поттера потеплело. Хороший парень этот Уно.
Внимание его привлекла бешеная жестикуляция в двери напротив. Там Драко махал рукой, пытаясь привлечь его внимание.
— Чего? — одними губами спросил его Гарри.
Тыкая пальцем в сторону стены, Драко несколько раз беззвучно артикулировал ему одно и то же слово, пока Гарри не допер, что это слово «гобелен». Он перевел взгляд сначала на барона, завернутого в «восход солнца», а потом на стену, с которой был содран гобелен. И сердце его радостно екнуло. На светлом пятне, оставшемся на месте гобелена, отчетливо виднелась небольшая потайная дверь…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Четверг, 22.10.2015, 00:32 | Сообщение # 32
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 15

Гарри познает тонкости процедуры одевания благородного дона. Антон-Румата перебирает варианты, объясняющие появление нежданных гостей. Для наших героев наступает время, когда надо применить на практике знания, полученные в Хогвартсе.

Пересидеть Уно им не удалось.
Мальчишка торчал на лестнице с арбалетом, нацеленным на храпящего барона, и спать не собирался.
Драко промаялся часа два и сдался. Прикрыл свою дверь и отправился спать.
Поттер упрямо сидел у щели на лестницу и, лишь пару раз приложившись лбом в косяк, понял, что больше не выдержит без сна.
«Вот паршивец упрямый! Верный, как настоящий друг! Мне бы такого…» — подумал он, плетясь к своей кровати.
Подушка, казалось, сама прыгнула ему под голову, а мысли решили своего хозяина сегодня больше не тревожить…

— Доброе утро, благородный дон Потти! Я — Нуга, ваш слуга в этом доме.
— А? — спохватился Гарри, просыпаясь. — Что?
В дверях его спальни стоял невысокий пожилой мужчина, чуть согнувшийся в подобострастном поклоне.
— Благородный дон Румата изволит звать благородного дона Потти к завтраку, — бесцветным голосом сообщил… его слуга, как понял Гарри. — Изволите одеваться?
Гарри вскочил и повернулся в сторону стула, на котором неряшливой грудой лежала его мантия и штаны.
— Кхе-кхе, — деликатно поперхал горлом слуга, — не извольте беспокоиться, благородный дон, я принес вам одежду.
Гарри застыл, тупо разглядывая стопку белья в его руках.
Это была не его одежда. Но взгляд слуги был равнодушен и не выражал никаких эмоций. Ему дали одежду и послали одеть благородного дона. Вот и все.
Это Румата распорядился, понял Гарри. Видимо, монашеское одеяние слишком не соответствует ситуации. И его хотят заменить на более приличествующее дону.
— Давайте, — кивнул он головой, ожидая, что слуга оставит одежду и уйдет.
Но не тут-то было.
Нуга поклонился, прошел в спальню, положил одежду на кресло, взял с самого верха стопки первую вещь и встряхнул ее, расправляя. Это были короткие шелковые панталоны голубого цвета.
— Э-э-э-э… ножку позвольте, благородный дон.
Его будут одевать, как маленького ребенка? Поттер пришел в ужас. Но деваться некуда. Он сел на постель и покорно вытянул вперед ноги. Слуга ловко поймал их в штанины панталон и потянул вверх.
— Я сам, — не выдержал Гарри, вскочил и одним движением натянул их на бедра.
Тут же его интимное хозяйство вывалилось наружу.
Гарри в полном ступоре рассматривал ширинку на панталонах, лишенную всяких пуговиц и завязок, но Нуга нескромно просунулся сбоку, поднял вверх болтающийся гульфик и ловко застегнул его на две пуговицы на поясе.
Поттеру от стыда захотелось провалиться сквозь все перекрытия прямо в подвал и утопиться там в первой попавшейся бочке с пивом!
Он украдкой бросил взгляд на Нугу. Лицо слуги не выражало ровным счетом ничего.
— Рубашку извольте, благородный дон…
Весь пунцовый Поттер продолжил облачение.
— Не извольте гневаться, благородный дон, — по-своему расценил окраску его лица Нуга, — по первому разу, может, я чего-то неловко делаю? Не гневайтесь.
— Ничего, — придя в себя, буркнул Гарри.
У него отлегло от сердца. Судя по реакции слуги, произошедший конфуз здесь таковым не считается. Мелочи быта, блин.
— А дона Дракуса кто одевает?
— Дон Румата приказали за ним Уно ходить.
«За ним ходить! — покоробило Поттера. — Жесть полная!»
— Ну что там дальше? — нарочито грубовато спросил он.
Нуга, молча, поднял за плечики розовый камзол, обильно украшенный кружевами.
«Драко лопнет от смеха при первом взгляде на меня» — мрачно подумал Гарри, просовывая руки в рукава…
* * *
— Даже странно видеть тебя прилично одетым, Поттер, — шепнул Малфой, столкнувшись с Гарри на входе в гостиную.
Даже так? Или хорек издевается? Не похоже.
Впрочем, на уточнения времени не было. Благородный дон Румата уже ждал их у стола. Никого из слуг видно не было.
Малфой попрыгал перед хозяином с рукой на отлете, а Поттер, чувствуя себя полным идиотом, коротко поклонился и зачем-то щелкнул каблуками замшевых туфель.
— Ага, — кивнул ему Румата, — и римское приветствие еще добавь. Вы, ребята, от волнения все попутали. И кто только вас там готовит? И кто дает разрешение на реальное внедрение при такой подготовке?
Он был явно рассержен.
Малфой коротко глянул на гриффиндорца. И не ошибся. Поттеру ломать комедию явно надоело.
— Уважаемый дон Румата, — начал он, сунув руку в карман камзола, где была припрятана палочка, — мы не те, за кого вы нас принимаете. Нас никто не готовил и нас никто не внедрял. Мы прибыли в этот мир совершенно самостоятельно.
Румата внимательно смотрел на Поттера. Он ждал продолжения.
— Мы оказались здесь м-м-м-м… скажем так, почти случайно. Нет, не случайно, но не по своей воле… блин, опять не то… по своей воле, но… черт бы все побрал! Короче, мы не знали, что окажемся именно здесь!
— Содержательный рассказ, — понимающе кивнул головой Румата. — Ребята, вы откуда? Группа свободного поиска? ГСП? Робинзоны-недоучки! Но как вас угораздило? На всех атласах эта планета указана в категории строжайшего запрета самодеятельного контакта! Вы своего киберпилота молотком расплющили, чтобы он разрешил вам посадку? И как вас не засекли с экваториального спутника?
Поттер и Малфой переглянулись.
— Мы прибыли сюда на машине пространства и времени! — прямо бухнул Гарри, ничего не понявший из восклицаний и вопросов Руматы.
Благородный дон недоверчиво округлил глаза.
— Далекая Радуга? Наконец-то вам удалось! Нуль-Т? Вы нуль-физики? Или из группы испытателей? Как его… Самба… то есть, нет… Драмба! Черт возьми! Это грандиозно!
Малфой и Поттер опять переглянулись.
Заметив это, Румата поумерил свои восторги.
— Я снова не угадал? Опять не то? Так кто же вы такие? Неужели трудно объяснить?
Поттер взглядом предложил Малфою сделать свою попытку.
— Видите ли, сэр, — начал тот, подбирая слова, — мы вообще не из вашей, если так можно выразиться, вселенной. Мы здесь случайно. Мы странствуем по разным мирам и совершенно случайно попали в этот мир. И теперь наша главная задача — вернуться обратно.
Румата как стоял, так и сел.
— Ну, надо же! А над Комовым смеялись. Какой такой вертикальный прогресс? Так вы — людены? Или сами Странники? А я-то понять не могу: на вид зеленые стажеры, а такая мощь психического воздействия… и вооружены диковинно… я-то думал, что это долгожданные десинторы-парализаторы…
— Да, мы странники, — Малфой обернулся к Поттеру и мигнул ему, чтобы тот не возражал, — а кто вы, и что здесь делаете?
Румата поспешно вскочил и представился:
— Младший научный сотрудник института экспериментальной истории. Зовут меня Антон. Здесь в Арканаре выполняю функции активного наблюдения. Я и подумать не мог, что интересы Странников распространились на ранние феодальные формации!
— Не совсем так, — коротко, но туманно изрек Малфой.
Румата вдруг вскочил и направился к столику в углу гостиной.
— Даже не буду пытаться вас обмануть, но, если вы не возражаете… это простая запись изображения и звука…
В руках его блеснул чистым золотом массивный литой обруч с крупным драгоценным камнем.
— Я не думаю, что это хорошая идея, — покачал головой Малфой.
Поттер был еще более категоричен.
— Уберите немедленно эту штуку, иначе мне придется заморозить этот ваш… глаз!
Антон-Румата огорченно вздохнул и положил обруч обратно в футляр.
— Жаль. Но я понимаю, что широкая огласка того факта, что параллельно с нами существует сверхраса, вызовет тяжелый психологический шок на Земле. Мы еще не готовы признать, что не являемся полными повелителями природы, в отличие от вас.
— Э-э-э-э… нам тоже далеко не все подвластно, уважаемый Антон. Мы и сами столкнулись здесь со сложной проблемой.
— Вряд ли я сумею вам чем-то помочь, но можете располагать мной. Если хотите, могу запросить требуемую помощь с полярной базы.
— Попробуем справиться собственными силами, — заявил Гарри. — Куда ведет дверь на лестнице?
— Какая дверь?
— Под гобеленом.
— А-а-а… но… там нет двери, — видя недоверие странников, Антон-Румата поспешил уточнить. — Это муляж двери. Одна из ловушек для воров и грабителей. Видите ли, местная знать имеет традицию делать тайные хранилища и прятать там свои родовые драгоценности. Входы в такие тайные хранилища драпируют гобеленами или коврами. Вот я и подумал, что получится шикарный обман. Дверь попросту врезана в стену и прибита к ней гвоздями. Она никуда не ведет.
Поттер и Малфой переглянулись.
— Хотелось бы в этом убедиться, — попросил Малфой, — не сочтите за обиду.
— Какие обиды! Убедитесь сами. Но вначале предлагаю позавтракать, а потом я удалю слуг, и убеждайтесь на здоровье. Надеюсь, вы мне позволите присутствовать?
— Вы здесь хозяин, и мы не вправе вам что-то позволять или не позволять, — вежливо поклонился Малфой.
* * *
— Аллохомора!
Дверь не открылась.
— Кривой дементор! — выругался обычно сдержанный Малфой.
— Я же вам говорил.
— Извините еще раз, Антон, но мы должны были проверить.
— Я правильно понимаю, что вы потеряли свое средство передвижения во времени и пространстве и теперь ищете его?
Малфой и Поттер в очередной раз переглянулись. И говорить правду и врать, было одинаково опасно.
— Я не претендую на ваши секреты, уважаемые Странники, — успокаивающе поднял руки Антон-Румата. — С вашего разрешения, мне нужно удалиться, чтобы присутствовать на утренней церемонии у его величества. Я на службе у здешней короны, как-никак.
Румата откланялся, оставив двух самозваных Странников в самом удрученном состоянии духа…

Вернулся он в середине дня сильно встревоженный и немедленно пригласил гостей для разговора.
— В Арканаре назревает что-то нехорошее. Сегодня ночью могут начаться аресты и погромы знати. В проскрипционных списках нашего орла — дона Рэбы — я нахожусь в первом десятке, это точно.
— Вам надо скрыться?
— Я не могу скрыться по нескольким причинам. Во-первых, я наблюдатель и должен быть в гуще событий, что бы ни происходило. Во-вторых, я должен найти и спасти крупного местного ученого, который попал в беду. И, в-третьих, я здесь… как бы выразиться… я здесь не один.
— Кира? — в лоб спросил прямолинейный Поттер.
— Вы заметили? — грустно улыбнулся Антон-Румата. — Значит, я плохой разведчик. Да, это так. Я люблю эту девушку и не могу оставить ее без защиты.
— Мы можем чем-то помочь? — уточнил Малфой.
— Да. Если вы вооружены.
— Мы вооружены, — кивнул Поттер.
Румата вскочил и в волнении прошелся по гостиной.
— Мне было бы несравненно спокойнее знать, что Кира находится под защитой, но… но не всякая защита приемлема, если вы понимаете, о чем я говорю. Может ли ваше оружие действовать соразмерно этой исторической эпохе?
— Могу показать.
Поттер встал, извлек палочку и прицелился в диванную подушку.
— Секо!
Пух и перья полетели в разные стороны от разваленной на две части подушки.
— Репаро! — махнул в свою очередь Малфой.
Пух и перья нырнули обратно в подушку, и чехол ее сросся безо всякого следа.
— Впечатляет! Ничего подобного не видел! — покачал головой Антон-Румата. — Если вы готовы помочь мне и подстраховать Киру и всех обитателей моего дома, то я должен ввести вас в курс местных событий и моих подозрений об их возможном развитии…
* * *
Дон Румата отбыл на ночное дежурство у постели арканарского принца.
Загремели запираемые засовы и ставни окон. В прихожей появился большой стол, на который выложили два арбалета, два топора и несколько больших поварских ножей самого злодейского вида. Боеспособные слуги под руководством Уно принялись точить ножи и заряжать арбалеты. Уно был предупрежден, что в критической ситуации он должен слушаться молодых донов, но воспринял это приказание с недовольством и затаенной обидой. Антону-Румате было некогда его уговаривать, и он просто повторил свой приказ, и дождался ответного неохотного кивка мальчугана. Теперь Уно искоса и недобро посматривал на гостей своего хозяина, бесцельно слоняющихся по дому. К тому же они оба нарядились в свои балахоны, а парень недолюбливал монахов…
Часа два все было спокойно.
Потом где-то вдалеке раздался грохот сигнального барабана. Раздались чьи-то отчаянные вопли и в верхних окнах задрожали отблески огней.
— Началось, — опасливо зашептались слуги, — спаси и помилуй нас, святой Мики!
— Помолчали бы, — недобро отозвался Уно, посверкивая глазами, — накличете еще!

Гарри Поттер и Драко Малфой наблюдали начало ночной заварухи в мутноватые стекла окон второго этажа, поэтому пропустили тот момент, когда серые штурмовики начали выбивать двери, угрожая поджечь дом.
Уно напрасно кричал, что открывать нельзя, умудренные опытом слуги знали, что не открой они сейчас, обозленные штурмовики все равно выломают дверь и тогда всем несдобровать. Почему они должны рисковать своей шкурой ради двух донов-недоносков и Киры — хозяйской подстилки?
Двери дома распахнулись перед ордой потных серых солдат, упивающихся своей местью благородным подонкам.
— Айда, ребята! Говорят, у здешнего дона девка хороша! Желаю отведать, на что у нас блаародные падки!
Услышав шум внизу, Поттер и Малфой сообразили, что дела плохи и выскочили на лестницу.
В прихожей уже стоял дым коромыслом. Отряд серых штурмовиков ворвался в двери и приступил к мести. Некоторые из них принялись с упоением и хаканьем сладострастно избивать слуг сапогами и топорищами. Неча прислуживать господам, нынче мы сами господа, а вы, как были холопами, так холопами и останетесь!
Другие, выставив вперед пики и топоры, толпой лезли вверх по лестнице. Их сдерживал лишь маленький Уно с двумя тяжелыми арбалетами в руках.
— А ну брось оружие, пацан! Забыл, сучий потрох, как я тебе на базаре уши рвал? Прихвостень баронский!
Раздался резкий щелчок. Первый из штурмовиков на лестнице схватился за глаз, из которого уже торчала короткая толстая арбалетная стрела с густым оперением, и осел на ступени под ноги своим собратьям.
— А-а-а-а! Сволочь! Рогатого завалил, сученыш! На кол его!
Штурмовики запутались ногами в погибшем собрате, попадали друг на друга и беспорядочной кучей-малой скатились вниз по ступеням.
— Эй, кто там с копьями! Сшибите эту гниду с лестницы!
Из-за спин штурмовиков с топорами вылез верзила-переросток с охапкой дротиков и размахнулся копьем.
— Конфудус! — это Малфой.
Верзила со всего маху насадил на копье ближайшего штурмовика, как бабочку на булавку!
— Ты что творишь, Миттей? Клянусь яйцами святого Мики! Я тя щас рубану!
Рослый штурмовик врезал переростку по зубам. Тот от удара очухался, вытер с морды кровавые сопли и выхватил следующий дротик.
— Левикорпус! — это уже Поттер.
Невидимая сила вздернула переростка за лодыжку. Тот завопил от ужаса, беспорядочно нанося удары, куда попало.
— Святой Мики! Нечистая сила! — заорал отшатнувшийся штурмовик и рубанул вздернутого копейщика топором.
— Бросай арбалеты, сволочь? — заорали серые и с новым напором ринулись вверх по лестнице на Уно и двух молодых донов, маячивших за его спиной с какими-то смешными стилетиками в руках.
— Уно! Беги к нам! — крикнул Гарри, которому мальчишка загораживал врагов.
— Пригнись хотя бы! — раздраженно добавил Малфой, выцеливая штурмовиков.
Но Уно словно не слышал. Выпрямившись во весь рост и бросив себе под ноги разряженный арбалет, он двумя руками схватился за оставшийся и выстрелил ближайшему штурмовику прямо в грудь.
Это уже не могло остановить массу потных солдат, рвущихся вверх. Уно ударили топорами и сшибли вниз. Следующими жертвами должны были стать молодые доны.
Но они были на этот счет другого мнения.
— Инкарцеро! — с палочки Драко.
И…
— Бомбарда Максима! — не поскупился Поттер.
Взрывное заклятие разметало серых, как сухие листья. Тем штурмовикам, что затаптывали слуг, тоже досталось на орехи.
— Поттер! Ты что творишь? В этом мире нет взрывчатки!
— Зато я есть!
На Гарри было страшно смотреть. Лицо его лихорадочно подергивалось, глаза горели недобрым огнем. Он с ненавистью смотрел на корчащихся серых подонков.
— Уно!
Как в замедленном темпе он увидел, что лежавший на мальчике штурмовик, вытащил из чехла на поясе нож и занес его над беззащитным горлом пацана.
— Авада Кедавра!
Зеленая молния впилась в грудь штурмовику, который так и умер с бессмысленным и жестоким выражением на лице.
— Во имя господа! — раздался многоголосый рык на улице, и в дверь ворвались новые солдаты. Они были вооружены тяжелыми мечами и поверх лат носили черные монашеские рясы.
Поттер и Малфой попятились вверх по лестнице, выставив перед собой палочки.
Но новые вояки повели себя странно. Они кинулись на серых солдат, накидывая им веревочные петли на шеи и выволакивая из дома. На слуг и донов они внимания не обращали. Вытащив всех живых штурмовиков и добив для верности всех валяющихся на полу, они приступили к расправе. Несчастных серых быстро и деловито вешали на импровизированной виселице, выдерживали в петле пару минут, а потом снимали и укладывали в штабель посреди улицы. Вся экзекуция заняла не больше десяти-пятнадцати минут. После этого черные солдаты — монахи — ушли, оставив у входа в дом трех своих меченосцев.
* * *
Но Поттер и Малфой этого не видели.
Как только опасность миновала, они кинулись к Уно.
Мальчик лежал в луже собственной крови. Его грудная клетка была разрублена топором и на кровавом месиве надувались страшные малиновые пузыри.
— Драко! Сделай что-нибудь!
— Что я тебе святой Мунго что ли? — но блондин схватился за свою сумку, лихорадочно перебирая пузырьки. — Надо остановить кровь! Дементор, нечем!
— Он умирает! — Поттер схватил Драко за плечо и был готов трясти блондина.
— Погоди, не паникуй! — Малфой освободился от цепкой клешни гриффиндорца. — Есть маленький шанс, но…
— Давай!
— Тьфу на тебя, Поттер! Не мешай же!
Драко открыл пузырек с зельем, с силой разжал челюсти мальчишки и влил ему в рот пять капель.
Уно судорожно вздохнул последний раз и вытянулся. Тело его обмякло, малиновые пузыри лопнули и больше не появились.
— Ты чего? — пробормотал Гарри. — Что ты ему дал? Он умер?
— Нет, Поттер. Он спит. Это «Напиток живой смерти». Но если мы не сможем залечить его раны, то он не проснется уже никогда.
К ним подошли слуги и какой-то незнакомец в черной рясе.
«Несите на кухню новопреставленных, братия. Я прочитаю заупокойную молитву. Во имя господа!»
«Именем его!» — нестройно отозвались слуги.
Малфой глазами показал Поттеру: пусть их, не будем вызывать лишних подозрений. Слуги подняли Уно и понесли его в людскую.
Драко и Гарри остались в прихожей одни и невольно прислушались.
Из распахнутых дверей доносился многоголосый вой и стоны корчащегося в агонии Арканара…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Пятница, 20.11.2015, 00:08 | Сообщение # 33
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 16

Дон Румата знакомится с чарами Помех. Драко учит технические термины немагического мира. Поттер удостаивается неожиданной похвалы. Фальшивая дверь под гобеленом преподносит сюрприз...

Румата вернулся лишь под утро, весь ободранный и избитый.
Отшвырнув в людской молящегося монаха, он погоревал над телом Уно, механически выслушал незатейливый рассказ Муги и побрел вверх по лестнице, с трудом переставляя ноги.
На площадке между этажами сидел Малфой. Видимо он задремал, но проснулся от скрипа ступеней и вскинул руку с палочкой.
— Это я… — с трудом шевеля распухшими губами, прошептал Румата. — Как вы сами? Где ваш товарищ?
— Он спит. Мы дежурим по очереди, но это хорошо, что вы вернулись.
— Уно убит, — прошептал Румата с горечью.
Драко промолчал. Рассказывать о напитке Живой Смерти ему показалось преждевременным.
— Как Кира?
— Она наверху. Мы попросили ее не спускаться вниз без особой необходимости.
— Спасибо вам, ребята. Не знаю, что я сделал бы, если бы с Кирой… если бы с ней…
— Вам нужна помощь медика, — перебил его Малфой.
— Ничего не надо. У меня все есть. Нас хорошо экипируют, — с горечью ответил Румата и заскрипел ступенями вверх по лестнице. Через несколько секунд выше этажом раздался радостный вскрик девушки.
Внизу раздался скрип петель и скрежет засовов. Последний из монахов покинул дом дона Руматы, и слуги сразу заперли двери…
* * *
Малфою удалось поспать у себя в комнате несколько часов, прежде чем на лестнице сработали Чары Помех.
— Что за чертовщина? — гневно воскликнул Румата.
Драко поспешно выскочил за дверь.
Благородный дон с изумлением дергался всем телом, пытаясь ступить на очередную ступеньку.
— Это ваши фокусы, уважаемые Странники?
— Тысяча извинений, благородный дон Румата! Фините! Я имел смелость установить это… этот барьер, чтобы переговорить с вами, когда вы спуститесь вниз. Не сочтите за обиду.
— Какие уж тут обиды, — восхищенно покрутил головой Румата, — какая мощь и избирательность воздействия на материальные объекты! Я просто завидую! Этому можно научиться?
— Кх-м-м… даже и не знаю, как объяснить, — замялся Драко, — требуется нечто, что можно назвать особым даром…
— Можете не продолжать, — расстроено махнул рукой Румата, — ясно, что без инициализации нескольких высших сигнальных систем головного мозга здесь не обошлось. Но ведь это не эволюция? Это вертикальный прогресс! А вдруг у меня подходящая ментограмма?
Малфой понял взволнованную речь дона с пятого на десятое, но сообразил, как ответить.
— Если у нас будет такая возможность — мы можем обследовать вас, но шансы на положительный результат исчезающее малы, как вы сами понимаете.
— Жаль, — вздохнул Румата и спохватился. — У вас были ко мне вопросы, если я правильно понял?
— Да. Вы предлагали свою помощь, и вот я подумал, нет в вашем распоряжении или на вашей базе устройства, которое могло бы обнаружить металл на расстоянии?
— Металл? Какой металл?
— Неважно. Любой. Проблема в том, что он может быть замурован в стене, закопан в землю или спрятан где-то еще.
— Так вам нужен обычный дистанционный металлоискатель? Нет ничего проще! Но потребуется некоторое время, чтобы его доставить.
— Сколько?
— Если я сегодня освобожу Будаха, — прикинул Румата, — то уже вечером мы с ним должны быть в Пьяной берлоге…
— Где? — оторопел Драко.
— Это недалеко от Урочища Тяжелых Мечей, — рассеяно «пояснил» Румата, — надо срочно отправить заявку на базу, тогда они успеют передать металлоискатель с доном Гугом… ага, так и сделаем. Уважаемые Странники, металлоискатель будет в вашем распоряжении завтра утром!
— Спасибо, сэр! — искренне поблагодарил его Драко, вызвав в ответ веселое изумление Руматы.
Благородный дон повернулся и, прыгая через две ступеньки, направился обратно вверх по лестнице.
«Пошел подавать заявку, — понял Драко. — Надо отметить, что за эти несколько часов благородный дон неплохо заштопал свою шкуру и восстановил силы. Но Уно оживить он не смог. Судя по всему, Румата и прочие шпионы в этом мире — это лишь очень высокоразвитые маглы. Магией они не владеют. Она в них не заложена».
И Драко пошел досыпать…
* * *
— Металлоискатель? Малфой, откуда ты набрался этих магловских терминов?
— Нечего скалить зубы, Поттер! Я делом занимался, пока ты дрыхнул без задних ног!
Гарри насупился.
— Сам меня не разбудил и сам же упрекает.
— Не надо разговаривать со мной в третьем лице, ты не домовой эльф, Поттер!
— Не наглей, Малфой.
— Хорошо, не буду. Румата вернулся полчаса назад. Привел с собой какого-то старика. То ли шаман, то ли колдун.
— Почему так думаешь?
— На руках железных браслетов штук десять. У самого Руматы, кстати, их тоже не меньше.
— Если это тот самый Будах, то пока все идет по плану.
— Они заперлись наверху. Беседуют. Я спросил у Киры. Она утверждает, что этот старик — величайший местный целитель.
— Ну?
— Что, ну? Не нукай, Поттер, не запрягал. Сам не понимаешь, что ли?
— Ты насчет лечения этого Уно?
— Конечно.
Поттер насторожился.
— Как-то надо с ним переговорить, но так, чтобы Румата не увидел, — кивнул он.
— Тогда пошли. Чего расселся?
— Как ты мне надоел, хорек.
— Придержи язык, Потти.
Вяло переругиваясь, они вышли на лестницу, поднялись на верхний этаж и прислушались. В комнате Киры слышалась негромкая речь старика, прерываемая короткими замечаниями Руматы.
— Ну и как ты собираешься действовать? — с иронией поинтересовался Малфой.
— Как представитель высшей расы, как этот… как его — странник.
— Любопытно будет взглянуть.
— Нет, давай уж вместе, для надежности… — Поттер неожиданно толкнул дверь, поднимая палочку. — Пертификус Тоталум! Петрификус Тоталум!
Румата и Кира окаменели за столом.
— Ты чего творишь, Поттер? — задавленно вскрикнул Малфой.
В этот момент старик с неожиданным проворством бросился к своему посоху, прислоненному к стене с другой стороны от стола.
— Инкарцеро! — на автомате заклял его Малфой.
Магические веревки опутали старца. Не сговариваясь, Поттер и Малфой подхватили его под руки и вынесли из комнаты.
Старец стонал и бормотал какие-то неразборчивые слова. Ребята донесли его до спальни Поттера и протиснулись в дверь.
— Я свою часть работы выполнил, Малфой. А теперь твоя очередь. Давай, расспроси его, сможет ли он чем-то помочь?
— Работу он выполнил! — блондин задыхался от злости. — Устроил, дементор знает что, и доволен! Им же память стирать придется!
— Ну и сотрем! — хладнокровно кивнул Гарри.
Малфой лишь кинул в его сторону уничтожающий взгляд.
Старик прислушивался к их обмену репликами очень внимательно и быстро переводил взгляд с одного на другого.
— Э-э-э… уважаемый мистер Будах, — неловко начал Малфой.
— Вы колдуны? — внезапно спросил пленник. — Ируканская сотня Великого Шабаша? У меня заключено соглашение с вашим Магистром!
Поттер и Малфой переглянулись.
— Оба на! — прокомментировал Гарри.
— Специалис Ревелио! — наставил на Будаха палочку Драко.
Заклинание отозвалось стоном, а самого старца на мгновение окутало зеленоватое сияние.
— Он волшебник, Поттер, — предупредил Малфой.
— Что вам от меня нужно? — яростным полушепотом поинтересовался Будах. — Верните мне мой посох немедленно.
— Вот почему он так дернулся, — понимающе кивнул Драко.
— Почему?
— Его посох — это что-то вроде наших палочек — магический посредник.
— А-а-а… тогда придется с этим подождать. Мы еще ни о чем не договорились. Ты продолжай, Малфой, продолжай. У тебя хорошо получается.
— Заткнись, Поттер. Итак, мистер Будах, давайте объяснимся. Мы не ируканцы и не соанцы. Мы вообще не из этого мира. И собираемся уйти отсюда как можно скорее, но есть одно дело, в котором вы, как целитель, могли бы нам помочь. Тем более что вы, насколько я понимаю, являетесь носителем какой-то местной магии. Согласны ли вы нам помочь?
— Развяжите меня. Я не буду вести переговоры связанным!
В голосе старца прорезалась властность.
— Может быть, мне и за тростью вашей сбегать? — съязвил Поттер.
— Кстати, да, — невозмутимо кивнул головой Будах. — Принесите мой посох. Он мне необходим.
Гарри даже растерялся от такого нахальства, а Малфой мстительно добавил:
— Иди, иди! Я веду беседу, а ты все равно без дела сидишь.
Гарри поднялся наверх, убедился, что чары Окаменения по-прежнему работают, забрал посох и спустился вниз.
В спальне он обнаружил Будаха, освобожденного от магических пут и оживленно беседующего с блондином.
— Ваши палочки гораздо более уязвимы, чем наши посохи, которыми пользуются Посвященные. Вашу палочку можно отобрать навсегда, а мой посох сам вернется ко мне, стоит мне обрести свободу. И исчезнет, когда будет грозить опасность.
— Не понимаю. Исчезнет, когда владельцу грозит опасность? А функция защиты?
— Я понимаю вас, — с вежливой улыбкой покачал головой Будах, — но вы не хотите понять нас. Первые посохи были именно такие, как вы говорите. Ими можно было обороняться. Но если Посвященный попадал в плен, то за владение таким посохом его ждал костер. И мы доработали наши артефакты. Теперь посох исправно служит нам, когда его владельцу не угрожает опасность и исчезает, когда может скомпрометировать своего хозяина.
Поттер и Малфой переглянулись. Такая позиция им категорически не понравилась. В этом мире магический посредник не может защитить своего владельца? Тогда зачем он вообще нужен?
— А что случается с посохом, если его владелец… э-э-э… так и не обрел свободу?
Будах вежливо улыбнулся Драко.
— Посох будет сокрыт в небытие до смерти мага, а потом найдет себе нового хозяина.
— Нового хозяина?
— Маги в нашем мире хоть и редко, но еще рождаются.
— Какие-то вы беззубые, — недовольно передернул плечами Поттер.
— В нашем мире и так слишком много зла, чтобы его преумножали еще и носители магии, — печально улыбнулся Будах.
Поттер почувствовал тревожную правду в этих словах, но отогнал ее от себя, как отгоняют от лица надоедливую муху во время важного и опасного дела.
— Помогите нам преумножить добро, мистер Будах. Собственно для этого мы вас и похитили.
— Не хотели делать это при хозяине дома? Не понимаю. Он тоже чужой для моего мира человек, но он не маг. И поэтому вы не хотите с ним делиться знанием?
— Дело не в знаниях, а в солидной немагической мощи, которую эти люди поставили себе на службу. Мы не можем рассказать им все. Они не поймут и не поверят. Для них единственная магия — наука и сила познания.
— Понимаю. Я и сам заподозрил что-то такое. Уж слишком странные разговоры ведет дон Румата, его знакомый — дон Гуг и некоторые другие, как правило, выдающиеся люди из разных областей Империи. Их мотивы благородны, но цели и средства ложны и никуда не годны…
— Э-э-э… профессор… то есть, мистер Будах, у нас очень мало времени. Если вы не возражаете, то было бы неплохо срочно осмотреть одного пациента и оказать ему помощь, если это в ваших силах.
Гарри сделал приглашающий жест. Старец опомнился и заторопился.
— Да-да, показывайте вашего пострадавшего.
Они спустились вниз. Поттер не церемонился и обездвиживал всех, кто попадался ему на пути.
— Мог бы и помочь, Малфой, — шепнул он раздраженно.
— У тебя хорошо получается для гриффиндорца. Любо-дорого посмотреть. Смотри не заавадь кого-нибудь в спешке.
— Лучше не напоминай, хорек. Я до сих пор не понимаю, как у меня получилось заклятие Смертью…
— Я тебе объясню при случае, — ехидно улыбнулся Драко.
Вошли в людскую. Малфой аккуратно снял дерюгу с тела Уно.
— У него сломаны ребра, нарушена целостность диафрагмы, наверняка, обширное внутреннее кровотечение, но сердечная сумка не задета, иначе он бы умер еще до того, как я ему дал напиток «Живой смерти».
Старец действовал быстро, аккуратно и чертовски умело. Буквально несколько мгновений потребовалось ему, чтобы освободить от одежды всю верхнюю часть тела несчастного мальчишки. Зажав свой посох между колен, он что-то делал прямо руками, в местами использовал магию, видимо в виде невербальных заклинаний. Огромная рана на груди быстро освободилась от засохшей крови и грязи.
— Ну-с, юноша. А теперь дайте мне ваше зелье.
Малфой протянул старцу сосуд, предупредив:
— Пробовать нельзя.
— Ну почему? Важно не что пробовать, а как пробовать.
Старец пристукнул посохом, на стол высыпалось несколько сморщенных комочков. Будах быстро сунул их в рот и взялся за сосуд с зельем.
— Безоары?
— Камни из желудка вепря Ы, — невнятно ответил Будах, открыл пробку и принюхался к зелью.
Потом обмакнул в него мизинец и аккуратно облизал.
— Неплохо! Очень неплохо! Сам готовил?
Малфой кивнул.
— Ты грамотен? Я бы с тобой с удовольствием позанимался. Впрочем, на это как всегда не хватит времени.
Старик был доволен. Он закупорил сосуд и отдал его Малфою. Потом потер ладонью об ладонь, опустил их на страшные раны мальчишки и замер, закрыв глаза.
— Что происхо…
— Заткнись, Поттер! — полушепотом возопил Драко.
Все замерли.
Гарри с некоторым недоверием смотрел, как из-под пальцев Будаха, прижатых к открытым ранам Уно, побежали зеленоватые дымки, причудливо свиваясь спиралями и исчезая под низким потолком людской комнаты. На висках целителя выступили крупные капли пота, дыхание стало тяжелым.
— С вами все в порядке, сэр? — негромко спросил Малфой.
Старец лишь помотал головой в ответ, показывая, что вопросы сейчас неуместны.
Руки его стали отекать и чернеть прямо на глазах. Зеленоватые дымки становились все гуще, но теперь сквозь них нет-нет, да и пробивались черные.
— Нет. Не удержу! — пробормотал Будах сквозь зубы. — Помогите мне…
— Как помочь, сэр? — растерялся Драко.
Поттер вдруг оттолкнул его, встал рядом с Будахом и положил свои ладони поверх чернеющих рук старика. Густеющие дымки сплошной зеленой пеленой рванули вверх, как из жерла вулкана.
— Хорошо! — напряженно воскликнул Будах. — Уже можно не так сильно! Легче! Легче… та-а-к, теперь умоляю, осторожно… закрываем кожу… толще, толще… достаточно… снимаем боль… уходим… медленно, медленно… все! Уф-ф-ф-ф…
Несколько побледневший Поттер оторвал ладони от рук старика.
— Дементор! Поттер у тебя ожоги! Сейчас я тебе Заживляющее…
Малфой засуетился, копаясь в своей сумке. Буддах положил руки на посох и стоял, закрыв глаза, словно к чему-то прислушивался. Спустя пару минут, когда ладони Поттера были уже обработаны зельем, старец открыл глаза, взор его прояснился.
— Жив! — вынес он диагноз. — И будет жить. Хотя мне не совсем понятны ваши побудительные мотивы в этом лечении.
Малфой пожал плечами, а Поттер решительно заявил:
— Уно верный друг и хороший человек. Нам доверили его жизнь, а мы его не уберегли. Мы не могли поступить иначе.
Будах вдруг повернулся к нему, улыбнулся и потрепал за рукав мантии.
— Большое сердце, впечатляющая магия, но пока еще мало знаний. Как тебя зовут?
— Гарри Поттер, — растеряно пробормотал юный маг.
— Учиться, учиться и учиться, Гарри Поттер! Из тебя получится великий целитель!
Он отвернулся и про себя пробормотал:
«А мои силы на исходе. Проклятый Рэба!»
* * *
Пришлось изрядно подсуетиться, чтобы стереть память о последних событиях всем домочадцам и слугам. И снять со всех заклятие Окаменения в нужной последовательности, чтобы никто и ни о чем не догадался.
Будах обещал хранить молчание, и когда дон Румата очнулся, единственным его удивлением стало то, что за беседой незаметно прошло столько времени. Он заторопился. Слуги начали запрягать лошадей и готовить одежду для вечерней поездки.
И тут произошло нечто странное.
Наблюдая за лестницей из своей спальни, Гарри увидел, как внезапно распахнулась на стене фальшивая дверь! Та самая под гобеленом! Невысокая кряжистая фигура в темной рясе выбралась из нее и почти беззвучно скользнула по лестнице на верхний этаж, на котором в этот момент оставался только дон Румата…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Четверг, 11.02.2016, 00:14 | Сообщение # 34
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 17

Румата встречает нежданного гостя. Поттер и Драко упорно ищут разгадку двери. И находят, но машина времени от этого ближе не становится.


— Одну минутку,— сказал Румата. — Прошу прощения, но я хотел бы знать, как вы проникли в дом.
— Это неважно. Никто, кроме меня, не знает этой дороги. Не уклоняйтесь, дон Румата. Почему вы не хотите дать нам вашу силу?
— Не будем говорить об этом, уважаемый Арата.
— Нет, мы будем говорить об этом. Я не звал вас. Я никогда никому не молился. Вы пришли ко мне сами. Или вы просто решили позабавиться?
Малфой и Поттер за дверью переглянулись.
— Пошли, посмотрим, откуда он пришел, пока они тут спорят, — шепнул Гарри. Драко согласно кивнул.
Наложив на лестницу Заглушающие чары, чтобы не было слышно, как скрипят ступени, юные маги быстро спустились на полтора этажа.
— Алохоморра!
Никакого результата. Они внимательно осмотрели дверцу.
Дверь по-прежнему была приколочена к стене. Гвоздями!
— Ты что-нибудь понимаешь?
— Получается, что этот Арата тоже местный колдун?
— И на хрена ему молнии Руматы, если он сам маг? — почесал затылок Поттер.
— А ты еще не понял? — усмехнулся Драко. — Посохи местных магов не годятся для использования в качестве оружия. Ты же слышал, что рассказывал Будах.
Кровь прилила к щекам Поттера.
Хорек его уел. Типа: ох-х, уел его хорек! В прямом и переносном смысле. Хоть слитно произноси, хоть раздельно…
А насчет местной магии он мог бы и сам сообразить.
— Не скалься. Ты Буддаха только слушал, а я ему еще и помогал магически.
Малфой вспомнил обожженные ладони гриффиндорца и не нашелся, что возразить.
— Ладно, проехали. Что делать будем?
— Надо проследить, как он будет уходить. Может быть, что-то приметим из их магических штучек.
— Пошли!
Они быстро поднялись вверх и притаились за не полностью прикрытой дверью комнаты Драко. Из нее обзор был намного лучше, чем из спальни Гарри.
— Румате об Уно когда скажем?
Гарри задумался. Они забрали мальчишку из людской сразу после сеанса лечения Будаха. Оставлять его там было небезопасно. Местные жители были склонны видеть в чудесных событиях не божественный промысел, а козни дьявола. Стирать память об убийстве Уно было уже поздно. Да и тут Мерлин нужен, чтобы всех слуг так тщательно обработать.
От испуга мальчишку могли просто добить, как ожившего покойника, а его еще несколько часов даже руками трогать не надо, пока он сам не проснется.
Так Будах велел.
Поэтому Уно, погруженный в целительный сон, лежал на кровати Гарри.Его тела никто не хватился, потому что подправленные воспоминания челяди твердо свидетельствовали о том, что его забрали божедомы. А Румата и Кира об их затее с лечением еще вообще ничего не знали.
— Машину времени найдем, тогда и скажем.
Драко с недоумением покосился на Поттера. Он был уверен, что на вопрос, каким образом связаны между собой эти два события, гриффиндорец не ответит и под пытками, потому что сам толком не понимает. Но уперся, как баран. Или шрамолобый что-то чувствует?
— Ладно.
Наверху заскрипела дверь в комнату Руматы.
— Тихо!
Оставив самую узкую щелку, юные маги затаили дыхание.
Арата, накинув на голову капюшон, прошел вниз по лестнице и, не останавливаясь у фальшивой двери, спустился в прихожую. Негромко вжикнул засов.
На этаж выше скрипнули половицы.
Все понятно. Румата тоже слушает. Значит, его крайне интересует, как Арата попал в дом. Да только тот не дурак. Вышел через обычную дверь, и гадай теперь сколько хочешь.
Поттер притворил дверь и уставился на Малфоя.
— Чего тебе? — ощетинился тот.
— А ты уверен, что этот мужик вылез из двери? — тоном визенгамотовского заседателя поинтересовался он. — Может, тебе от недосыпа почудилось? Или приснилось?
— Да иди ты к дементору, Поттер! — вспылил блондин. — Что я, чокнутый что ли? Он точно вылез из этой фальшивой дверцы!
Гарри еще некоторое время с удовольствием жег взглядом покрасневшего от злости слизеринца, а потом снисходительно уронил:
— Ладно, поверю, так и быть.
Лицо Драко изобразило нечто невысказуемое. Он уже округлил губы, чтобы гневной тирадой стереть гриффиндорского наглеца в порошок… но тут раздался стук в дверь.
Поттер мгновенно отступил на шаг. Его палочка уже нацелилась в проем.
— Войдите, — недовольно разрешил Драко.
В дверь протиснулся Антон Румата.
— Тут такое дело, — начал он, присматриваясь к своим взъерошенным гостям, — мне надо ехать на встречу с… с коллегами. Заодно доктора Будаха отправлю в более безопасное место. Мне сообщили, что металлоискатель уже передали Пашке… то есть дону Гугу. Так что ближе к ночи или под утро я его вам привезу.
— Спасибо, дон Румата.
— Пустяки. Приборчик маленький. Я покажу, как с ним обращаться, если надо, конечно…
— Будем очень благодарны, — почти перебил его Драко.
Ему совсем не улыбалось корчить из себя всезнающего Странника, а потом наугад нажимать кнопки под дурацкие комментарии шрамолобого придурка.
— Покараульте на время моего отсутствия дом. Хотя на дом мне наплевать. Главное — Кира.
Гарри смотрел на него.
Во взгляде Руматы отразилась почти что мольба. Как не похож был он сейчас на того уверенного и высокомерного вельможу, что встретился им на улицах Арканара. События последних суток коваными колесами проехались по этому смелому и сильному человеку, прогнув или придавив его решительность и волю. И боится он действительно не за себя…
Поттер и Малфой согласно кивнули.
— На сердце у меня не спокойно, — немного смущенно пояснил Румата. — Дон Рэба — это такая гиена…
Он замолчал.
— Поезжайте, дон Румата, — улыбнулся ему Гарри. — И не волнуйтесь. Эти монахи и лавочники сюда не войдут.
* * *
Для верности Гарри и Драко наложили на дверь заклятие Недоступности, а из окна кухни раскидали по улице Маглооталкивающие чары.
— Я и не знал, что маглолюбец Поттер знает такие заклинания от магловской вони, — съязвил Малфой, когда они закончили.
— Ты уверен, что эти чары ограждают тебя от немагов, — криво ухмыльнулся Гарри, — но тебе и в голову не приходит, что эти чары были придуманы для того, чтобы уберечь людей, лишенных магического дара, от встреч с такими идиотами, как твои Пожиратели.
Драко растерялся. Такая альтернатива ему и в голову не приходила, но он тут же нашелся.
— Вот видишь, значит и в древние времена чистокровные маги Британии не терпели маглов.
— Идиотов во все времена хватало, — хладнокровно парировал Поттер, — их и сейчас навалом. И не только в магической Британии.
Последний намек был настолько прозрачен, что Драко возмутился.
— Ты сам меня притащил в эту средневековую помойку!
Поттер злорадно улыбнулся.
— У тебя очаровательная манера, Малфой, все принимать на свой счет!
Драко скрипнул зубами. И где это Поттер так насобачился препираться? Ты ему слово, а он тебе десять!
— Да пошел ты!
— Это мысль! Пойду, попрошу Киру, чтобы нас чаем напоила. Ты идешь?
Драко раздраженно пожал плечами, но вслед за Поттером направился на кухню.
Остаток дня прошел спокойно. Пару раз стучали в дверь, но не нагло. Прислуга отвечала, что не велено открывать, и на этом все заканчивалось.
Когда стемнело, на улице началось какое-то нехорошее оживление. Раздавалось негромкое ржание лошадей, скрипели ремни перевязей мечей, кто-то со скрипом проворачивал какое-то примитивное устройство, кто-то неудержимо рыгал и матерился.
— Надо обновить чары, — предложил Малфой.
Гарри с готовностью вытащил палочку.
В этот момент на лестнице раздался дробный топот, и дон Румата собственной персоной предстал пред их удивленными очами. Машинально ребята оглянулись на запертую дверь, а потом опять уставились на него.
— Никаких внепространственных перемещений, друзья мои! — заулыбался он, видя их недоумение. — Его превосходительство генеральный судья Соана благородный дон Кондор изволил подбросить меня в Арканар на вертолете!
«Дурацкое название», — подумал Драко.
Гарри лучше представлял себе винтокрылую машину, поэтому удивился по существу.
— Мы даже не услышали звука винтов.
— Я прыгал с парашютом, — пояснил Румата, — километров с двух высоты. Вертолет новенький с улучшенной характеристикой по шумовому давлению, плюс подавитель распределенного спектра…
— Как же в темноте?
— На крыше маяк, а парашют — полуавтомат с самонаведением. Тут много ума не надо. Куда наведешь целеуказатель, там и окажешься. А темнота даже помогает. Никто не увидит, и все шито-крыто!
Румата подмигнул юным магам и вытащил из кармана камзола небольшую металлическую коробочку.
— Это МПМ-12У!
— Чего?
— Металлоискатель полевой портативный модель двенадцать унифицированная.
— ЗдОрово!
— Показываю, как пользоваться. Вот кнопка включения. Вот зондовый анализатор торчит. Раз экран засветился — значит, прибор готов к работе. Кладем его на ладонь зондом от себя и медленно поворачиваемся вокруг своей оси. На людей и животных стараемся не направлять. Не сказать, что это очень опасно, но лучше не надо. Если зонд почувствует металл, то сразу покажет его вес, химический состав, направление и расстояние. Вот, например, видите? В трех метрах от меня плоский кусок сплава железа с углеродом самого дрянного качества, какое только можно представить! Это стальной засов двери.
Вытянув шеи, Гарри и Драко поедали экранчик глазами.
Румата с грустью размышлял, как далеко ушли вперед эти Странники, олицетворяющие собой идеи вертикального прогресса Геннадия Комова. Подчинив себе гигантские силы неимоверно мощными сигнальными системами мозга, они сейчас рассматривают этот простенький прибор, как… как… черт, даже сравнения подходящего не подобрать… как… как верблюжью упряжь! Вот именно! Как древнюю и всеми забытую верблюжью упряжь! Разберутся Странники в такой упряжи?
— Спасибо, все понятно, — кивнул головой Поттер.
Румата только вздохнул. Вот и ответ на его вопрос. Они-то всегда смогут спуститься вниз, снизойти, так сказать до его уровня. А вот ему подняться к ним, видимо, не суждено никогда…
* * *
Гарри и Драко медленно и методично исследовали весь дом. На этот раз они действовали самостоятельно, потому что Уно все еще был во власти целительного сна, а Кира и Румата закрылись в спальне и видимо не планировали выходить из нее до самого утра.
Металлоискатель нес Поттер. Он добровольно принял на себя эту миссию, резонно полагая, что блондин за свою жизнь даже пульта от телевизора в руках не держал, и нечего его к кнопкам подпускать.
Надо заметить, что Драко не очень-то и рвался управлять магловской железкой. А упоминание Руматы о возможной вредности прибора оставило ему только одну позицию: за спиной у Поттера.
И теперь, когда Гарри поворачивался вокруг своей оси, направляя жало анализатора во все стороны, блондину приходилось быстро-быстро переступать и перепрыгивать с места на место, оставаясь за его спиной. Посторонний наблюдатель наверняка решил бы, что Малфой танцует вокруг Поттера, то ли уродливый вальс, то ли какое-то извращенное танго.
— Опять не то, — бормотал Гарри, — опять а-у.
— Чего? — заглядывал в экран через его плечо Малфой.
— Не то, говорю. Если что и попадается, то все либо а-у, либо а-же.
— А что надо?
— Фе-е, Малфой!
— Сам ты, фе-е! Я не разбираюсь в этих значках. Нормально сказать не можешь?
— Я и говорю нормально! Фе-е! Чего тебе не понятно?
Драко обиженно замолкал, но после очередной реплики Поттера «не то!» все начиналось сначала.
— Стоп!
Они стояли в коридоре второго этажа.
— Блин, а теперь Ку-у.
— Поттер это ты уже совсем ку-ку, по-моему! — вспылил блондин.
— А по форме — похоже, — пробормотал Поттер, водя жалом. Не своим, конечно, а жалом анализатора.
Блондин зловеще молчал, поигрывая палочкой.
— Ты теорию трансфигурации материалов на каком языке выбрал? — спросил вдруг Гарри.
— На древнекельтском, естественно, — пожал плечами Малфой.
— Угу, я так и понял, — кивнул Гарри.
— Что ты понял?
— Понял, что ты ничего не понял из того, что я говорил.
— А ты говорил? — прищурился на него Малфой. — Ты одними междометиями изъяснялся. Ау и ку-ку!
— А-у — это аурум на латыни, золото по-нашему. А-г — это аргентум, то есть серебро. Фе-е, на которое ты обиделся — это феррум — железо то есть. А Ку — это купрум, или, говоря проще — медь. И я никак не мог предположить, что наша машина времени сделана из меди!
Уязвленный наглым менторским тоном гриффиндорца Драко не сразу понял, какую поразительную штуку сказал Поттер.
— Из меди? Погоди, ты ее видишь?!
— Угу. Она в перекрытии между первым и вторым этажом. И добраться до нее можно или через пол, или все-таки через ту дверцу на лестнице, которая якобы фальшивая.
Они переглянулись.
Ломать пол прямо у спальни Руматы им совсем не улыбалось.
— Пошли.
Они еще раз осмотрели дверцу на лестнице, ничего нового не обнаружили. Дверь, как дверь. Гвозди, как гвозди.
— Поставь Заглушающее, Драко!
Поттер со злым лицом навел на дверь палочку. Драко еле успел поставить защиту, как гриффиндорец нахмурил брови и выкрикнул:
— Бомбарда максима!
Яркая вспышка ударилась в дверь и бессильно развеялась по стене. Обычные доски словно проглотили мощное боевое заклятие.
— Как это? — растерялся Гарри. А Драко только озадаченно покачал головой.
В этот момент по двери побежали светящиеся буквы, медленно складываясь в слова.
«Я открываюсь под конец», «Я открываюсь под конец», «Я открываюсь под конец»…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 21.03.2016, 00:27 | Сообщение # 35
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 18

Антон Румата сводит старые и новые счеты. Малфой и Поттер по очереди делают друг другу одолжения, заканчивающиеся братскими объятиями. Загадочная дверь за гобеленом наконец-то распахивается.


Они услышали цокот множества копыт на улице и шумное дыхание многих людей и лошадей.
— Здесь, что ли? — спросил грубый голос.
— Вроде здесь…
— Сто-ой!
По ступенькам крыльца загремели каблуки, и сейчас же несколько кулаков обрушились на дверь.
— Опять начинается! — вздохнул Малфой, вытаскивая из кармана палочку.
Поттер уже нацелился на входную дверь. Губы его беззвучно шевелились. Он устанавливал дополнительную защиту.
— Протего Максима? — удивился Малфой. — Ты от кого защищаешься? От Темного Лорда? Это же всего лишь вооруженные дрекольем маглы!
— Я обещал Румате, что в этот дом никто не войдет, и в этот дом никто не войдет!
Драко лишь пожал плечами. Пусть львенок делает, что хочет. Достойных противников в этом мире у них нет. Главное самим не подставиться по глупости.
Удары в дверь неожиданно стихли.
— И ведь всегда они напутают,— негромко сказали за дверью.— Хозяин-то дома…
— А нам что за дело?
— А то дело, что он на мечах первый в мире.
— А еще говорили, что уехал и до утра не вернется.
— Испугались?
— Мы-то не испугались, а только про него ничего не велено. Не пришлось бы убить…
— Свяжем. Покалечим и свяжем! Эй, кто там с арбалетами?
— Как бы он нас не покалечил…
— Ничего, не покалечит. Всем известно: у него обет такой — не убивать.
— Перебью как собак,— крикнул Румата страшным голосом откуда-то сверху.
Видимо, он открыл окно своей спальни.
За дверью скомандовали скрипуче:
— Ломай, братья! Во имя господа!
Опять удары обрушились на дверь, но это был уже не стук. Дверь рубили тяжелыми топорами.
Драко подумал, что днем при хорошем освещении этот процесс выглядел бы забавно.
Монахи сразу бы заметили, что обломки и щепки мгновенно возвращаются обратно на свое место, восстанавливая дверь после каждого удара. Начали бы кричать про колдовство и молиться своему святому уроду Мики. А сейчас они просто рубят, ожидая, что дверь вот-вот падет. Интересно, сколько времени пройдет до того, как они поймут, что дело тут нечисто?
Но выяснить этот вопрос не удалось. На лестнице, тяжело ступая, появился Румата.
Его лицо… строго говоря, лица на нем не было! Была маска неимоверной, немыслимой боли, обрамленная мрамором безнадежного отчаяния, приправленная неприкрытой жаждой убийства!
Из одежды на нем были только шелковые панталоны и, плотно облегающая бугры мышц футболка. Причем футболка весьма заметно отдавала металлическим отблеском, что наводило на мысль, что это и не футболка вовсе, а какая-то защитная броня, на манер кольчуги, но выполненная по современным магловским технологиям.
В противовес к скудному одеянию в обеих руках благородного дона имелось по обнаженному мечу самого зловещего вида.
Поттер и Малфой невольно расступились перед ним. Румата не обратил на них ни малейшего внимания, словно перед ним были не люди, а предметы меблировки, прошел и встал напротив дверей, положив мечи плоскостями себе на плечи. Не было никаких сомнений, что он просто ждет, когда рухнет дверь.
Первым опомнился импульсивный Поттер и кинулся к Румате, хватая его за плечо.
— Что случилось?!
Румата лишь грозно рыкнул и легким движением плечей отшвырнул Гарри в угол на стойку с сапогами.
— Дон Румата, опомнитесь! Что происходит?
Драко отступил от него на пару шагов. Поттер выкарабкался из завалов обуви и присоединился к блондину, встав с ним плечом к плечу. У обоих парней возникло одно и то же подозрение, что их гостеприимный хозяин просто сошел с ума. Они же не знают, чего он там нагляделся во дворце и в городе, когда спасал своего Будаха.
— Кира!!! — каким-то нечеловеческим утробным рыком взревел Румата, потрясая мечами.
Парни переглянулись и бросились вверх по лестнице.
— Неужели что-то с его девушкой? — на ходу пробормотал Поттер.
— Только не это! — с ужасом отозвался Драко, прыгая за ним вверх по лестнице через две ступеньки. — Если он вырвется из дома — его на куски порубят!
— Или он их порубит. А это его институту точно не понравится. Но дверь его не пропустит!
Они, толкаясь плечами, ворвались в спальню Руматы.
Кира лежала на постели Руматы. Из ее груди и горла торчали две арбалетные стрелы. Последние ленивые капли крови стекали по бледной до синевы коже и расползались под ней на простыни в багровое пятно.
— Убили!
— Не ори, кровь еще течет!
— Где твое гребанное зелье!
— Достаю уже, подвинься! — Драко выхватил из сумки пузырек, на дне которого плескался напиток Живой смерти. — Не трогай стрелу! Только хуже наделаешь, хотя, куда уже хуже…
— Да, — кусая губы, пробормотал Поттер, — Будаха у нас под рукой теперь нет.
Малфой осторожно разомкнул девушке губы и влил в нее пойло, которое могло законсервировать остатки жизни в этом юном и красивом теле.
— Вылитая Джинни! — бормотал под нос Гарри, рассматривая лицо и декольте случайной жертвы этой ночи.
Внизу в прихожей что-то загрохотало, и многоголосый рев проник в спальню через распахнутую дверь на лестницу.
— Что такое? — растерялся Малфой. — Монахи пробили твое Протего Максима?
Парни переглянулись и бросились на лестницу.
— Ничего не понимаю! Я столько сил вложил, чтобы никто не мог войти!
— Мы идиоты, Поттер! Никто и не вошел. Это Румата сам вышел к ним.
Сквозь раздающийся с улицы вой и лязг оружия, они сбежали вниз по лестнице. Прихожая была пуста. Заклинание работало, не давая никому проникнуть в дом. Руматы в прихожей не было. Стало ясно, что он сам открыл дверь ночным мерзавцам, чтобы утолить свою жажду мести. И погибнуть самому…
Они осторожно выглянули в проем двери. Шум схватки, медленно удаляясь, слышался из бокового переулка.
— Это он столько накрошил? — с ужасом прошептал Малфой.
Улица в прямом смысле плавала в крови. Разрубленные тела, отдельно валяющиеся руки и ноги, изломанные копья, раскрошенные арбалеты и гнутые мечи заполняли все пространство перед домом. Это кровавое пятно, освещаемое несколькими догорающими факелами, словно вытекало ручьем останков в переулок, из которого еще слышался лязг мечей и короткие задавленные вопли.
— Надо вернуть его, — Поттер не спрашивал и не советовался, он сообщал. — Я пошел.
Вытащив палочку, он шагнул прямо в кровавую лужу.
— Эй, львенок, подожди. Если ты помнишь, ты здесь не один. Решения надо принимать вместе.
— Я уже все решил, — дернул плечом Поттер, ища, куда поставить ногу мимо изрубленных останков отряда монахов.
— Дементор с тобой! Придурок безбашенный! Как ты его собираешься искать?
Драко вышел из дома, с некоторым ужасом озираясь по сторонам.
— Видишь? — Поттер ткнул пальцем в цепочку тел, скрывающуюся в переулке. — Тут не заблудишься.
Миновав завал останков, они довольно резво побежали по кровавым следам, оставленным обезумевшим Руматой.
— Как он их в мясо-кровь, — бормотал Драко.
Гарри не отвечал, все прибавляя и прибавляя ходу.
Лязг мечей медленно приближался.
— Стоять! Во имя господа!
Сиплый рык раздался справа, и с боковой улицы выехало трое всадников в рясах с копьями в руках.
— Именем его! С-суки поганые! — отозвался Поттер, взмахнув палочкой, — Ступефай! Ступефай! Ступефай!
Два Сшибателя попали точно в цель, и монахи полетели в уличную грязь, а третий угодил в коня, отбросив его круп и развернув всадника прямо в сторону Драко. Монах еще не сообразил, что это за красные струи, летящие в него и его приспешников, но инстинкт бить врагов сработал в нем безотказно. Он взмахнул копьем и метнул его в Драко.
Блондин растерялся. Дистанция для защиты совсем мала, да еще и темно, как в гнезде у пикси.
— Ступефай!
Заклинание Поттера отшвырнуло Драко в сторону и мгновение спустя копье вспороло воздух в месте, где он стоял.
— Петрификус Тоталум!
Монах окаменел и тяжело сверзился с лошади головой вниз. Громко хрустнули его ломающиеся шейные позвонки.
— Мать твою дементору! Я же убил его! — ошеломленно прошептал Поттер.
— Ты чего творишь, придурок?
Драко поднялся, разминая ушибленное плечо.
Поттер потер рукой лицо, пытаясь отодвинуть от себя осознание того, что он только что убил пусть и врага, но все же живого человека. Лишил жизни…
— Драко, — он медленно приходил в себя, — ты все же хорек, а не бабочка.
— Ты чего плетешь? Чуть не оглушил меня.
— Когда ловят бабочек для коллекций, то накалывают их на булавку. Этот козел хотел и тебя обработать таким же образом, да только мне твоя шкурка нужна не дырявой!
— Очень смешно. Попало бы мне в голову, вырубило бы на полчаса не меньше…
— Я целил в плечо.
Драко замолчал, раздираемый противоречивыми чувствами. Если отвлечься от обиды, то надо признать, что Поттер только что спас ему жизнь. И это еще обиднее, чем такой экстремальный способ спасения…
— Ладно. Спасибо.
— Извини. Ничего другого в голову не пришло.
Обе фразы они произнесли одновременно. И оба удивились.
Поттер удивился, что Малфой его поблагодарил. А Малфой удивился, что гриффиндорец перед ним извинился, но он все же не удержался от реплики.
— Ничего ему в голову не пришло. Да уж, у тебя там пустовато…
— Пошли скорее, а то Румату рано или поздно убьют. Не в человеческих силах сражаться столько времени.
Они побежали дальше, но уже более осторожно, осматриваясь по сторонам. Дорожка из окровавленных тел не давала усомниться в правильности маршрута…
* * *
Они догнали Румату минут через двадцать.
Работник института экспериментальной истории шел вперед широким шагом, сметая на своем пути все живые и неживые преграды. Пеший монах с дубиной или конный всадник с мечом или закованный в латы гвардеец ордена — все равно! Несколько взмахов мечей, сливающихся в блестящие кольца, и поверженный враг оседает на землю, щедро поливая ее своей собственной кровью.
Иногда на него наскакивали целые группы воинов, освещая место своей смерти чадящими факелами. Тогда Румата превращался в настоящего дьявола, вертясь между врагами с такой скоростью, что казалось, что он разделился на целый сонм Румат, беспощадно кромсающих противников.
Приблизиться к нему не было никакой возможности. Румата не узнавал их и направлял свои мечи, на всех, кто пытался к нему приблизиться. Выглядел благородный дон просто страшно, весь покрытый кровью поверженных врагов, которая летела от него брызгами во все стороны.
Ребятам ничего не оставалось, как прикрывать землянину спину, держась при этом на почтительном расстоянии. Гарри примеривался, не оглушить ли обезумевшего мужика, но посматривая по сторонам, видел, что монахи медленно берут их в кольцо. Своими руками уменьшать боеспособность при таком раскладе было нельзя.
— Если его оглушат или ранят, схватим его Локомотором и быстро назад в дом.
— И что? — скептически уточнил Драко, выцеливая очередного монаха, рвущегося к Румате навстречу своей смерти. — Ступефай! Редукто!
— Мы же не знаем, когда наступит «конец» с точки зрения той двери, что не пускает нас к Машине Времени. Инкарцеро!
Монахи, отчаявшись победить Румату в прямом бою, подтянули-таки своих лучников и арбалетчиков.
Несколько стрел отскочили от кольчуги Руматы, прежде чем ребята сообразили, что происходит. По ним пока не стреляли. Ученические мантии вводили монахов в заблуждение. Видимо, их принимали за своих.
— Пиздец! Теперь его точно убьют! Голова не защищена, а мечом от стрел не отмахнешься!
— Фи, Поттер! Где твои манеры? Лаешься, как пьяный оборотень в кабаке. Давай лучше поможем этим ребятам целиться. Конфудус! Конфудус!
Гарри быстро понял идею и начал рассыпать по сторонам чары Помех и Дезориентации.
Вот теперь стрелы полетели и в их сторону, потому что ошалевшие стрелки монахов палили в белый свет, как в копеечку.
— Фигово, придется немного отстать от него.
— Конъюктивитус! — нашел еще один аргумент для арбалетчиков Поттер.
И в этот момент враги перед Руматой закончились. Никем не задерживаемый он припустил вперед, размахивая мечами.
— Р-р-р-э-э-эба-а-а! — донесся до них утробный рык благородного дона.
— М-да, не скажешь, что он ставит перед собой простые задачи. Поттер, он идет во дворец? Прямо в свору этих бешеных псов в рясах?
— Быстрее! За ним! — отозвался Гарри.
Пробежка оказалась недолгой. Улица закончилась. Перед ними распахнулась обширная площадь. На ней полукругом высился мрачный замок. Все нижние окна его были забраны решетками, а единственный вход блестел вороненой сталью. Кто бы ни прятался там за каменными стенами, он хорошо подготовился к незваному визиту.
Румата подбежал к воротам и подергал их.
С таким же успехом можно было толкнуться рукой в пирамиду Хеопса. Ворота даже не скрипнули. Благородный дон заметался по площади вдоль фасада замка меж брошенных повозок и коновязей.
— Румата, опомнитесь! — воззвал к нему Драко, когда они приблизились на тридцать шагов.
Антон вдруг повернулся к ним. Лицо его блестело от пота, глаза с отчетливым безумием шарили по площади, потом уперлись в подходивших магов.
— Вы двое, ко мне! — словно командуя гвардейцами караула, потребовал он.
Гарри и Драко переглянулись. Мечи Руматы глядели в землю. Он опомнился?
— За мной!
И бегом побежал в сторону замка.
Там на больших деревянных колесах высилось какое-то варварское орудие. Рядом отдельно стояло несколько повозок с огромными обтесанными в грубую круглую форму камнями.
— Крутите ворот! — приказал Румата и сам навалился на один из рычагов.
— Это безумие, Антон, надо уходить отсюда!
Благородный дон выпрямился и в его руках блеснул меч.
— Крути ворот! Убью, мерзавца!
Он их явно не узнавал. Для него они были просто двумя парами рук и ног.
Длинный деревянный барабан заскрипел, наматывая на себя толстый волосяной канат. Все рычаги этой варварской машины пришли в движение, медленно напрягая свои механические мускулы для удара по врагу.
Да это же катапульта! Онагром она называется или еще как-то так.
— Хорошенькое дело! Мы втроем будем осаждать этот замок? Офигенная идея!
— Подожди. Я все же надеюсь, что он опомнится. Пусть пальнет пару раз, а там видно будет.
Румата, упираясь изо всех сил, прохрипел:
— Заткнуться и работать, выродки!
Главный рычаг катапульты с огромной ложкой на конце наклонился почти до горизонтального положения, громко щелкнул массивный фиксатор, сигнализируя о том, что взведение катапульты закончено.
В полной уверенности, что понимают замысел своего безумного предводителя, ребята повернулись к телегам, готовясь заклинанием Левитации положить в ложку ядро.
Румата в это время шарил бешеным взглядом по окнам замка, словно искал кого-то.
— Вот ты где! Р-р-рэ-э-эба-а-а! Готовься к смерти, мерзкий слизняк!
Он нырнул куда-то вниз под машину, с ожесточением что-то в ней проворачивая. Основание катапульты дрогнуло и начало поворачиваться.
« На цель наводит», — понял Драко, разглядывая окна. Никого он там не увидел, но решил, что Румате виднее.
Тем временем благородный дон выполз из-под катапульты и с удовлетворенным рычанием вспрыгнул на ее борт.
— Вингардиум Левио… — начал Поттер, уставив палочку на ближайшее ядро.
— Будь ты проклят, Рэба! Я иду за тобой! — взревел вдруг Румата и, запрыгнув в «ложку» с размаха ударил плашмя мечом по фиксатору!
Словно в замедленном кадре они увидели, как катапульта, содрогнувшись всей своей махиной, с натугой метнула безумного дона в сторону замка!
Румата в полете расставил в разные стороны руки с мечами, поток воздуха раздул в разные стороны его длинные волосы, и со стороны он казался карающим ангелом ночи, явившемся за душами нечестивцев!
— У ё-ё-ё-ёб! — только и вымолвил Гарри, когда Румата, высадив своим телом огромное окно на третьем этаже, в стеклянных брызгах скрылся внутри замка.
— Великий Мерлин! А если бы он попал между окон? — выдохнул Малфой.
— А он и летел мимо окна, — хмуро отозвался Поттер. — Это я его Левиоссой подправил.
— Снайпер! — восхитился Драко и вдруг резко оттолкнул Поттера. — Сзади!
Огромное толстое древко копья просунулось между ними, чудом никого не зацепив.
Гарри полетел в грязь и услышал лишь панический вопль хорька:
— Депримо! Экспульсо!
С кастрюльным грохотом смялись латы пешего монаха, который незаметно подкрался к ним сзади. Незадачливого вояку отбросило ярдов на десять. Прорезь его забрала схлопнулась, прищемив усы, бороду и язык, высунутый, видимо, от повышенного усердия.
— Вот я тебе и вернул должок, Поттер!
— Не поспоришь, — Гарри, морщась, косился на тяжелое копье, чуть не пронзившее его несколько мгновений назад, — что будем делать?
Из замка тем временем раздался многоголосый вой. Зазвенели разбитые окна, заорали выбрасываемые из них слуги замка и вездесущие монахи.
В одном из проемов показался вдруг Румата, залитый свежей кровью. В руке он держал отрубленную голову с распахнутыми от ужаса глазами, схватив ее за длинные пряди седых волос.
— Р-э-э-э-эба-а-а-а!!! Отправляйся в ад, мразь!
И кинул голову всесильного министра в грязь главной площади столицы славного королевства Арканар!
* * *
Все произошло настолько быстро, что сначала ребята ничего не поняли.
На площади вдруг начали вспухать небольшие дымки, сливаясь в полупрозрачную пелену. Уцелевшие на площади монахи, державшиеся от ребят на почтительном расстоянии, вдруг начали хвататься за горло и падать на землю, как подкошенные.
— Пузыреголовое! — Драко поспешно наложил на себя заклинание. — Умеешь? Нет? Задержи дыхание!
Блондин взмахнул палочкой, и невесомая пленка окружила голову Поттера.
Над головой раздалось мягкое гудение винтов.
— Это приятели Руматы из его института на своем пердолете! Они сами о нем позаботятся. Бежим скорее к дому. Вдруг эта чертова машина стала доступной? То, что здесь происходит, это уже даже не конец, а просто полный пиздец!
— Фу, Драко! Где твои манеры? А еще аристократ в охуенном поколении!
— Побежали, Гарри! Они уже у нас над головой!
Площадь и замок к этому моменту уже как вымерли. Кто был жив — спали, остальные были мертвы.
Передвигаясь вдоль заборов и под козырьками домов, они побежали назад. Им совершенно не улыбалась встреча с работниками института. Ведь тех мог весьма заинтересовать новый вид местных двуногих, на который не действует та усыпляющая пакость, которую они сбросили.
Уже подбегая, они почувствовали запах гари.
— Поттер! Дом горит!
Несмотря на всю усталость, парни наддали так, что спустя минуту оказались у особняка Руматы Эсторского.
Дом горел с одного угла. Видимо там уронил свой факел кто-то из первого отряда монахов и поджег обшивку стены. И сейчас пламя медленно, но верно ползло вверх и вширь.
— Слава Мерлину, машина в другом крыле дома. Бегом!
Они ворвались на лестницу и подскочили к фальшивой дверце.
— Алохоморра!
Дверь послушно повернулась вокруг невидимой оси. Неширокий коридор привел их в тупик этого странного тайника.
В середине тайника стояла Машина Времени.
Она работала на холостых оборотах. Оставалось только сесть и сваливать из этого страшного и поганого мира.
Гарри и Драко на радостях стиснули друг друга в братских объятиях.
— Получилось!
— Путь свободен!
Поттер сразу забрался за руль и начал прокручивать варианты возвращения. Увидев в зеркальце очертания хижины Хагрида, он заодно подправил дату на день их отбытия. Малфой поспешно уселся позади него и схватился за мантию гриффиндорца.
— Трогай!
— Я щас так трону — костей не соберешь, хорек.
— Так говорят, когда едут на экипаже. Что не так?
Поттер не ответил. Его взгляд был прикован к проходу, в котором уже виднелись отблески пламени, и полз тяжелый ядовитый дым.
— Ты чего?
— Мы забыли про Уно и Киру.
— Я думаю, их спасут эти.
— Они не успеют, здесь все сгорит, пока они там с Руматой разбираются. К тому же Антон уверен, что они оба мертвы. Придется взять их с собой.
— Ты в своем уме? Они без сознания. Или ты к этому велосипеду тележку прицепишь?
— Мы не оставим их умирать, Драко!
— Мордред тебя побери! Тогда скорее!
Уно вытащить оказалось не проблемой. Он был без сознания, но вполне транспортабельным пострадавшим. С девушкой все обстояло хуже. Пришлось разломать кровать и из части досок соорудить носилки, скрепив их начерно магией.
Когда они вернулись в помещение за гобеленом, в воздухе уже был разлит жар, а Пузыреголовое заклинание едва справлялось с едким дымом, затянувшим весь дом.
Гарри и ругающийся Драко с трудом привязали носилки к машине. Уно втиснули между собой, благо парень был тощим, как килька. Подавшись вперед, чтобы Малфой там сзади не свалился с седла, Поттер крутанул ручку газа, и машина провалилась сквозь время и пространство…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Воскресенье, 27.03.2016, 01:22 | Сообщение # 36
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 19
Размытые контуры Хогвартса уже обретали четкость и объем, как вдруг машину дернуло в сторону.
- Держись, Малфой! – крикнул Гарри.
Амортизаторы глухо лязгнули под двойной нагрузкой, а появившаяся снизу земля больно стукнула по пяткам.
Поттер быстро осмотрелся. Похоже на окрестности Хогсмита. А почему они в хижину Хагрида не вернулись? Он посмотрел на спидометр и на экран.
- Что такое?
Дата, которую показывал спидометр, была позднее на двое суток, чем та, которую он установил. Он же хотел вернуться в то же время, из которого они стартовали. В хижине Хагрида оставался обездвиженный гость факультета Слизерин. В любом случае следовало освободить его, а потом уже в одиночку перепрятать машину времени.
Гарри с раздражением, поправил дату и крутанул ручку газа.
Мотоцикл заглох.
- Что случилось, Поттер?
- Не знаю. Не слушается… - начал, было, Поттер и замолчал.
Ему пришло в голову, что это неспроста. Не хочет машина отыгрывать время назад. Путешествие закончено и изволь получить то время, какое натикало. Иначе возврат возвратом не является, а является продолжением путешествия, но уже не в иные миры, а просто на двое суток в прошлое.
А почему Хогсмит?
Тоже можно догадаться. Если машина зачарована Дамблдором на определенные действия, то это может означать… может означать… Ну и тупица же он! Это означает, в хижине Хагрида их ждут. Причем ждут не только самого Поттера. Его-то как раз Макгонагал отмажет, а ждут саму машину, чтобы отобрать ее. Эти два мага за ней же и пожаловали.
- Мы прибыли, - вздохнул Гарри.
- Поттер, ты соображаешь, что говоришь? С нами двое раненых без сознания! Прикажешь их на себе тащить?
- Можно Локомотором, - неуверенно возразил Поттер.
Малфой смотрел на него, как на больного.
- А я тебе руками что ли предлагал? Чувствуется магловское воспитание. На себе – это и есть Локомотором, потому что магических сил потратишь как во время матча по квиддичу! Ты хоть раз живого человека Локомотором таскал?
- Н-нет.
- Оно и видно! – припечатал Малфой и с тоской измерил взглядом расстояние до ворот Хогвартса. Полмили как минимум. – Поближе на машине твоей никак нельзя?
- Нельзя, - отрубил Поттер.
- А в школу мы как попадем? Этих двоих, между прочим, надо срочно доставить в больничное крыло.
И действительно. Просто послать хорька подальше нельзя. Надо чтобы всё, что произошло, избежало огласки. Вызывать Макгонагал с помощью Розмерты или еще кого из жителей Хогсмита – не вариант. Это значит подставить саму Макгонагал. Тащить Малфоя подземным ходом через Визжащую хижину – значить выдать врагу тайный вход в Хогвартс.
«Врагу? Он же мне жизнь спас. И я ему жизнь спас. И что теперь?»
- Послушай, Малфой, как-то нам надо определиться друг с другом на будущее. У тебя идеи есть?
- Одна идея есть, да только она тебе не понравится. Круциатусом хотелось бы тебя покатать полчасика, чтобы ты в следующий раз умнее был.
- А если серьезно?
- Если серьезно, то я и сам не понимаю, как к тебе относиться. Не думал еще. Знаю только, что по факту мы враги. А что с этим делать, не знаю.
- Спасибо, что напомнил, - буркнул Гарри, - а то я уже забыть начал.
- Я не напомнил бы, так друзья твои тебе напомнят, - голос блондина немного дрогнул. - Это безнадежно, Гарри, мы из разных миров, между которыми идет война.
Поттер отметил обращение по имени и, тряхнув волосами, подвел итог.
- И все же, Драко, теперь я тебе не враг.
Малфой без усмешки смотрел на гриффиндорца.
- Я запомню твои слова…
* * *
Машину времени откатили и спрятали в Визжащей хижине. Пока Поттер закрывал ее старыми покрывалами и зачаровывал вход в ветхое строение, Малфой, стоя снаружи, озирался по сторонам, словно узнавая место.
Когда Гарри выполз из Визжащей хижины весь в пыли и паутине, блондин немедленно его атаковал.
- Слушай ты, шутник хренов, это твоя работа была, когда меня и Крэбба с Гойлом здесь грязью закидали?
- Неужели помнишь? – ухмыльнулся Поттер.
- С-скотина! На мне тогда была надета новая мантия за пятьдесят галеонов!
- Готов извиниться спустя три года, если тебя это утешит.
- Э, нет, не увиливай. У тебя не было разрешения, но ты как-то вышел из Хогвартса!
- Ты такой борец за исполнения школьных правил? Наябедничай на меня Снейпу!
- Бессмысленно! Баллы можно снимать только за проступки, совершенные в текущем семестре. Лучше колись и показывай свой тайный ход в Хогвартс.
- Нет никакого тайного хода, Малфой. Не выдумывай. Просто в последний момент Макгонагал передумала и отпустила меня, когда все уже ушли.
- Передумала? Макгонагал? Ври, да не завирайся, Поттер. Не хочешь показывать ход – так и скажи.
Гарри наклонился к носилкам с Кирой.
- Давай, Малфой, ты ее понесешь. Я этим заклинанием не очень владею, еще уроню.
- Не возражаю. Девчонка и полегче будет, чем этот Уно. Кожа да кости, а тяжеленный…
Спустя полчаса мокрые от магических усилий они донесли раненных до ворот Хогвартса.
- И что дальше, Поттер? Кулаком стучать будешь?
К удивлению слизеринца, кулаком Поттер стучать не стал, а вытащил из мантии пропуск и прикоснулся к воротам. Ворота безропотно распахнулись.
- Эспекто патронум!
Серебристый олень вырвался из палочки чертового гриффиндорца.
- Передай Рону и Гермионе, что я у ворот и мне срочно нужна их помощь.
Олень согласно качнул ветвистыми рогами и широкими прыжками исчез в аллее, ведущей к главному входу.
Малфой в некоторой растерянности смотрел на Поттера.
- И пропуск у него, и вещественный Патронус на посылках. Ты крут как вареное яйцо!
- Завидуй, молча, - посоветовал Гарри, довольно улыбаясь. – И вообще…
- Можешь не продолжать. Встречаться с предателями крови и грязнокровками у меня нет никакого желания.
- Опять ты за свое, - закатил глаза Поттер, - а я уж думал…
- И не надейся, Поттер. Ну все, мне пора. Потом проведаю наших крестников в больничном крыле.
Малфой быстрым шагом удалился по боковой аллее, но успел заметить, как олень-патронус вернулся и голосом Грейнджер воскликнул: «Мы уже бежим!»
* * *
За эти двое суток Хунта весь извелся. Он сидел в хижине местного лесничего и поначалу отказывался из нее уходить даже на обед, ужин и завтрак.
Мои уговоры суровый начальник отдела Смысла Жизни пресекал коротким взглядом из-под косматых бровей. Я осознавал свою вину и свое ничтожество, поэтому только вздыхал, не пытаясь настаивать.
Потом пришла заместительница директора эта самая профессор Макгонагал. От нее Кристобалю Хозеевичу так просто отделаться не удалось. Не вдаваясь в подробности вреда голодания для организма и не тратя время на расшаркивания перед гостями, она сухо и четко изложила свою позицию. Данная позиция заключалась в том, что распорядок дня Хогвартса не имеют права нарушать не только студенты, но и педагоги и гости. Отсутствие на приеме пищи является таким нарушением. Так как у уважаемого профессора Хунты отсутствует справка колдомедика о том, что он не может питаться за общим столом, то факт нарушения налицо. И уважаемому гостю предлагается на выбор: или проследовать в большой зал на обед или в течение ближайшего часа покинуть территорию Хогвартса.
Хунта внимательно выслушал эту сухую воблу и… согласился проследовать на обед, при условии, что кто-то из педагогов составит компанию Алехандро на случай внезапного возвращения машины времени. Из этого я заключил, что в мои силы Кристобаль Хозеевич не верит или считает их недостаточными.
Профессор Макгонагал обещала помочь, и примерно через четверть часа в хижине появился наш старый знакомый – декан факультета Слизерин – Северус Снейп.
Кстати, я заметил, что он и Хунта избегают общения друг с другом. В подземелье Снейп больше не появлялся, а в большой зал начал приходить позже остальных преподавателей и всегда садился с противоположной стороны стола. Кстати, староста слизеринского факультета, Драко – тоже куда-то пропал. И никто не мог толком объяснить, где он. Складывалось впечатление, что студенты этого и сами не знают.
Так вот, Снейп пришел, сухо поклонился на пороге и первым делом заметил, что весьма стеснен в свободном времени. Хунта поглядел странным взглядом в его лицо и, молча, вышел.

Положительно эти двое невзлюбили друг друга с первой встречи, хотя, что могло явиться причиной неприязни, мне так и осталось непонятным.
Профессор Снейп сел за стол, сцепил пальцы рук и застыл. На меня он не смотрел и вступать в разговор не собирался. Я уже открыл рот, чтобы ляпнуть что-нибудь о погоде, как вдруг дверь сторожки распахнулась, и внутрь влетел тот самый исчезнувший староста Малфой.
Снейп тут же вскочил.
- Мистер Малфой? Как это понимать? Я ищу вас вторые сутки!
Студент скользнул по мне настороженным взглядом.
- Со мной все в порядке, сэр. Можно вас буквально на пару слов, профессор.
Снейп наконец изволил обратить на меня внимание.
- Я рядом. Если что – позовите, - кивнул он мне и в сопровождении Малфоя вышел из сторожки.
Вся эта невнятная суета уже изрядно действовала мне на нервы. Похоже, этот белобрысый парень как-то участвовал в событиях. Я еще немного посидел, наблюдая за пустой подставкой от машины времени, а потом поднялся и подошел к окну. Декан и староста отошли от сторожки шагов на двадцать и о чем-то разговаривали. Отсюда, конечно, ничего не слышно.
Стоп! А умклайдет на что?
Я вытащил из кармана умклайдетную палочку, навел на шепчущуюся пару и мысленно произнес формулу Звукового усиления. Тут же в сторожке раздались усиленные голоса собеседников. Это была уже середина разговора. Можно было понять, что многое я, к сожалению, пропустил.

- Поттер именно похитил вас, Драко? Вы уверены?
- Он связал меня Инкарцеро и затащил на эту чертову машину.
- Зачем?
- Он так и не сказал, но у меня осталось впечатление, что ему самому я точно был не нужен.
-Вы хорошо спрятали машину?
- Место выбирал Поттер. Оказалось, что он хорошо знаком с окрестностями.
- Кого вы притащили оттуда? Кто эти двое в больничном крыле?
- Да, в общем-то, случайные жертвы тамошних средневековых разборок. Это Поттер настоял, чтобы мы их взяли с собой.
- Вы конфликтовали с Поттером? Сражались с ним?
- Н-нет… мы сражались… но на одной стороне… и даже по разу спасли друг друга, если и не от смерти, то от серьезных ран – точно.
- Только этого не хватало! Драко, вам надо избавиться от этих воспоминаний!
- Прекратите, крестный! Я не дам уродовать себе память. Я обучен окклюменции.
- Боюсь в случае с Темным Лордом этого недостаточно. Кто вас обучал?
- Тетя Белла.
- Хм-м. Ну, смотри, я предупредил. На факультете скажете, что вас вызывали к матери. И ни одного лишнего слова! Особенно о Поттере. Вы видимо не в курсе, но директор Дамблдор в коме, и нет ни малейшего шанса, что он из нее выйдет. Это сильнейший удар по всем противникам нашего властителя. Надо ждать больших перемен и не афишировать своих связей с Нежелательными лицами.
- Ого! Это новый термин?
- Это приговор, Драко! Приговор для всех противников Темного Лорда, которые не успеют забиться по щелям, когда он захватит министерство.
- Поттер об этом знает? – мрачно спросил студент.
- Уж не хотите ли вы его предупредить, Драко? Неужели два дня проведенные с гриффиндорцем так изменили ваше мнение о нем?
Студент промолчал. Его декан снова начал что-то говорить о новых порядках и как они могут отразиться на жизни школы, но я уже почти не слушал. Самое главное мне было понятно: местные маги плетут против нас с Хунтой интриги, они знают, где стоит машина, и помогают этому самому Поттеру прятать ее. И мы можем ждать здесь сколько угодно. Машина уже вернулась из путешествия и стоит где-то в тайном хранилище, которое известно этим двоим - Малфою и Поттеру.
Маги обернулись к окну, в котором я маячил.
- Тебе не кажется, что он пытается нас подслушивать? – спросил Малфой.
- Нет. В отличие от своего спутника этот очкарик то ли сквибб, то ли вообще магл. Он не владеет магией…

А вот это было уже совсем плохо…
* * *
Поттеру очень непросто дался разговор с мадам Помфри.
Школьная целительница безоговорочно приняла на лечение двух маглов, быстро определила тяжесть их состояния и приняла меры.
Уно отправился досыпать в обычную постель.
Кира легла на стол, который в немагической медицине назвали бы операционным. В данном же случае это был стол зачарованный могучими целителями для быстрой диагностики и оказания неотложной помощи тяжело пострадавшим людям.
Поттера она и близко не пустила под естественным предлогом, что ее пациентка полностью обнажена.
Гарри два часа просидел под дверью медицинского отсека, пока Киру не отлевитировали на кровать в отделение для девушек.
А потом Помфри пригласила к его с себе, напоила Укреплющим зельем и начала расспросы.
- Мистер Поттер, откуда у вас напиток Живой Смерти?
- Ну-у-у, мы же делали это зелье на зельеварении у Слизнорта.
- У профессора Слизнорта. Вы хотите сказать, что это зелье изготовлено вами?
Что-то в ее тоне показалось Поттеру не совсем обычным.
- А в чем дело? Оно испорчено? Оно плохое?
- Не уклоняйтесь от моих вопросов, мистер Поттер. Проблема как раз в том, что зелье, я бы сказала, слишком хорошее. У него изменены свойства. Причем изменения эти произведены не рецептурным способом. Кто-то слегка доработал этот обычный и отработанный веками рецепт уже после того, как зелье было сварено. И доработал так хорошо, что это достойно называться научным открытием, мистер Поттер! Так откуда у вас это зелье?
«Не отцепится, - с тоской подумал Гарри, - и откуда у Малфоя такое гениальное зелье? Снейп ему дал, что ли?»
- Самое странное, что добавка эта совершенно неизвестна современной колдомедицине…
Тут у Гарри в голове что-то щелкнуло, и догадка сверкнула молнией.
«Буддах! Это Буддах! Он брал у Драко пузырек, пробовал и хвалил снисходительно. Это он устроил мастер-класс для зельеваров другого мира».
- И должна отметить самое главное. Без данной добавки травмы, полученные этой девушкой, были бы смертельны. Мне не удалось бы вывести из комы человека с одновременно пробитыми легкими и горлом. Так что, кто бы это ни был, но он спас эту юную жизнь, мистер Поттер…



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Вторник, 05.07.2016, 00:19 | Сообщение # 37
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 20
Хунта взволновано мерил шагами небольшое пространство между столом и дверью нашей спальни.
— Алехандро, мы вступаем в новый этап поисков.
Это было что-то интересное.
После моего доклада о том, что удалось подслушать с помощью электронного умклайдета, Хунта буквально носом перепахал все окрестности Хогвартса, но машину времени не обнаружил. Несколько раз он советовался с чопорной Макгонагал и каждый раз после подобной беседы становился все мрачнее. Местные маги либо не хотели, либо не могли нам помочь. А Снейп старательно избегал нас обоих.
Сейчас по вспотевшему носу корифея было видно, что он что-то придумал или пришел к какому-то важному решению.
— Алехандро, мы начинаем охоту на машину Седлового с использованием методики интегрального матрицирования!
Блин! Опять самая кульминационная фраза прозвучала для меня на китайском языке.
— Э-э-э-э…
Хунта коротко глянул в мое расстроенное лицо и сухо пояснил.
— Мы доставим сюда машину, на которой прибыли в Британию. Она является техническим развитием разыскиваемого образца. Удалив из него все современные доработки, можно будет считать ее почти точной копией разыскиваемой машины. Это и будет основа для матрицы.
— И что?
Мой вопрос заставил Кристобаля Хозеевича недовольно дернуть рукой в сторону несуществующего эфеса на поясе.
Да что это я?
В сторону существующего эфеса на поясе! Палочка же у него там из шпаги трансформированная. Неужели я опять задал очень глупый вопрос?
— Я включу в эту матрицу не только технические, но и пространственные и временные определители, Алехандро. Я понимаю, что риск при этом превысит за все допустимые рамки и пределы, но другого выхода не вижу. Разумеется, в этой ситуации может возникнуть серьезная опасность для жизни матрикапов, поэтому я не вправе настаивать, чтобы ты меня сопровождал, Алехандро.
Я мысленно схватился за голову.
Китайский язык сменился корейским! Легче от этого стало? Каким же тупым чувствуешь себя иногда при разговорах со старшим поколением НИИЧАВО!
— Э-э-э… я готов помогать, Кристобаль Хозеевич. Мы сюда вместе приехали… вместе и… это… ну будем преодолевать трудности… бороться… решать научные задачи …
Под печальным взглядом Хунты язык у меня ворочался все хуже и хуже. Последние слова я буквально выдавил из себя.
Но корифей внезапно схватил меня за руку и крепко пожал ее.
— Спасибо, идальго! Ваша храбрость и мужество достойны самой высокой награды! По возвращении в институт я лично буду ходатайствовать, чтобы вам выплатили квартальную премию в тройном размере!
Хм. Хунта пустых обещаний не даёт.
— Да что вы, — вяло запротестовал я, некстати вспомнив о сверкающем лаком и никелем новеньком мотоцикле «ИЖ. Планета-3», — это неудобно, мы же не за премии работаем, Кристобаль Хозеевич.
— Не спорьте, юноша! — поднял палец корифей, и мотоцикл перед моим внутренним взором вспыхнул ярче и реалистичнее. — Я высоко ценю вашу самоотверженность. Роль матрикапа при погоне в пространственно-временном континууме — ничего более трудного и опасного себе и представить нельзя!
Мотоцикл в моем воображении слегка потускнел, уступив место фанерной пирамидке со звездой наверху, но тряхнув головой, я отогнал от себя кладбищенское видение.
— Итак, нам нельзя терять ни минуты, Алехандро! Машиной Седлового могут воспользоваться в любой момент. Наша матрица должна быть готова до заката солнца…
* * *
Гарри опять сидел в воспоминании Дамблдора. Директор опять смотрел ему куда-то подмышку и неторопливо вещал:
— Как я уже говорил тебе, мой мальчик, я определил строгую очередность открывания флаконов с воспоминаниями, потому что ты должен пройти несколько ступеней познания жизни, как в ее нормальном течении, так и в перспективе, и ретроспективе! Очень надеюсь, что твое первое путешествие, Гарри, оказалось и успешным и поучительным. Не так ли? Как поживает мистер Малфой? Думаю, вы поладили…
— Да чего там успешного, — пробормотал Поттер, — полгорода народа перебито и двух полумертвых аборигенов пришлось сюда притащить…
— Драко неплохой волшебник, надеюсь, ты успел убедиться в этом. Думаю, и товарищ из него может получиться неплохой. Теперь тебе предстоит второе путешествие, Гарри…
— С хорьком не поеду, — надулся Поттер.
— И в этом путешествии у тебя будет другой попутчик. Это Рон Уизли.
— Рон? — оживился Гарри. — Так это же совсем другое дело! Какой же это попутчик? Это друг!
— Да, Гарри, я правильно назвал его лишь попутчиком. Но ты сам должен все узнать и понять. Отправляйтесь сегодня же. Срок твоего безопасного пребывания в Хогвартсе становится все короче. Торопись, мальчик мой!
Гарри уже почти не слушал старика. Идти с Роном! Здорово! Это тебе не с белобрысым слизеринцем препираться. Это же дружище Рон!
— Гарри! Ты отвлекаешься, а я еще не сказал тебе самое главное.
Хм. И как это старик угадал, что он отвлекается? Впрочем, он не всегда угадывает. Через раз.
— Слушаю я, слушаю, — буркнул Поттер.
— Если в первом путешествии машина времени ждала, пока вы оба окажетесь в пределах ее чувствительности…
— Она собака, что ли? — пробормотал Гарри.
— … то на этот раз все будет по-другому. При возвращении машина послушается приказа любого из вас, и не будет определять наличие второго путешественника. Ты понял меня? Это очень важно, Гарри!
Дамблдор смотрел в подмышку Поттера самым значительным взглядом, какой только можно себе представить, но тот, ослепленный перспективой путешествия с лучшим другом, позорно прохлопал этот момент.
— Ладно, ладно. Я все понял, профессор.
Дамблдор устало закрыл глаза, Поттера подхватило, завертело и выбросило на кровать в спальню Гриффиндора. Кубок лежал рядом с ним на боку и истекал последними дымками воспоминания…
* * *
Первым делом Гарри побежал в больничное крыло.
Мадам Помфри еще с вечера предупредила его, что утром будет выводить Уно из целебного сна, и крайне желательно, чтобы при этом присутствовал кто-нибудь из знакомых ему людей. Мальчик же совсем один в этом мире. Он может испугаться. Вы с мистером Малфоем его привезли, и вы же должны ему помочь адаптироваться в незнакомом мире.
С этим было трудно спорить. Но на Малфоя в этом деле Гарри не рассчитывал, поэтому спешил, прыгая через две ступеньки. И все-таки опоздал.
В палате его встретил недовольный взгляд мадам Помфри, удивленный взгляд Уно и высокомерная улыбочка Драко.
— Э-э-э… здрасте, — выдавил из себя Поттер и присел рядом с кроватью Уно на свободный стул.
— Вы очень вовремя, мистер Поттер, — с холодком приветствовала его школьная целительница, — мы никак не можем убедить нашего юного друга, что он не умер и находится не на том свете, а на этом, причем, вполне живой и здоровый.
Гарри в некотором недоумении посмотрел на мальчишку. Тот, насупленный как медвежонок, угрюмо перевел взгляд с Драко на Поттера.
— И тебя, значит, тоже пришибли серые? — обратился он к Гарри. — Я так и знал, что они никого из благородных живьем не выпустят. Меня топорами зарубили, а тебя как?
— Меня никто не убивал, Уно, — пожал плечами Гарри, — ты же видишь? Никаких отметин.
И он показал мальчишке свои целые руки, голову и даже распахнул мантию на груди.
— Поттер, его это не убедит. Я уже демонстрировал ему такой же стриптиз, но он твердит, что души и тела тех, кто попадает в рай мгновенно исцеляются от всех ран.
— В рай? — оторопел Гарри.
— Ну да! — уверенно подтвердил Уно. — Меня еще дон Румата обещал забрать с собой в рай для благородных! Сейчас меня облачат в белые одежды и поведут к святому Мики. А вы — это просто мороки искушения, которые скоро развеются…
Мадам Помфри и Малфой синхронно развели руками.
Гарри осенила идея.
— Уно, а ты поверишь в свое исцеление и в то, что ты жив, если увидишь здесь хорошо знакомого тебе человека, который еще лечится от страшных ран, которые он получил вскоре после тебя?
Уно недоверчиво уставился на Гарри.
— Ты о ком говоришь?
Мадам Помфри уже поняла мысль Поттера.
— Вставай, — велела она Уно. — Белые одежды будут потом. Сейчас завернись в этот халат.
Уно, настороженно посверкивая глазами, неловко натянул предложенную одежду и встал. Его качнуло, и Малфой поддержал мальчишку за плечи.
— Не трогай, — буркнул Уно и нетвердыми шагами направился вслед за мадам Помфри и Поттером.
— Только не шуметь и ничего не трогать! — предупредила целительница мальчишку. Впрочем, на студентов она тоже взглянула довольно выразительно, и они поняли, что предупреждение относится и к ним.
Они вошли в палату, в которой лежала девушка, прикрытая до плеч белой простыней. Ее рана на груди была скрыта от нескромных взглядов. А вот зияющее на шее отверстие, затянутое полупрозрачным целебным составом не оставляло сомнений в своей природе.
— Кира! — Уно кинулся к девушке.
Поттер и Малфой ожидали чего-то подобного, поэтому вовремя схватили мальчишку за мосластые плечи и удержали его.
— Ее нельзя трогать, придурок! — от испуга вырвалось у Гарри.
— Тихо-тихо. Нельзя к ней прикасаться, тебе же сказали! — пробормотал Драко.
Уно растерянно посмотрел на ребят, пощупал спинку кровати, взгляд его метнулся в окно, в котором серело северное британское утро, потом обежал все больничное помещение. Потом он снова перевел взгляд на Киру и ее рану.
— Что ж это я живой что ли? Взаправду живой? А дон Румата где?
— Дон Румата жив, но он… он сейчас далеко, Уно.
Они вышли из палаты. Мадам Помфри заявила, что ее ждут больные и удалилась.
Задав еще несколько вопросов о доне Румате, о доме, о Кире и о серых штурмовиках, Уно решительно тряхнул головой и начал сосредоточенно осматриваться по сторонам.
— Пошли завтракать, — позвал его Гарри.
Уно отрицательно мотнул головой. Он уже принял решение. Подтащив к поближе к дверям палаты девушки громоздкий стул с прямой спинкой, он уселся на него, недобро посверкивая глазами по сторонам.
— И что это значит?
— Уно, ты что затеял? Завтракать пошли!
Они уговаривали его минут десять, после чего мальчишка, наконец, снизошел до объяснений.
— Я — живой, — начал загибать он пальцы, — дон Румата живой, Кира живая и вы говорите, что она поправится. Так?
— Так. И что?
— Дон Румата приказал мне охранять Киру. Я буду здесь сидеть и охранять ее!
И мальчишка так глянул на хогвартцев, что тем стало не по себе.
— У тебя арбалета нет, — ляпнул Гарри. — И серых тут нет. От кого будешь охранять?
— Велено охранять, значит, буду охранять. Хоть от кого. Мало ли на свете плохих людей? Пока дон Румата не приедет, я здесь сидеть буду. Я ему обещал…
Малфой и Поттер отступились. И даже убедили мадам Помфри не гнать мальчишку. Пусть пока тут побудет. А завтрак они могут принести.
— Идите уж, — махнула на них Помфри, — я сама распоряжусь…
Выйдя за двери больничного крыла, Малфой прищурился на Поттера.
— Судя по твоей озабоченной физиономии, ты снова куда-то собрался, Потти?
— Отстань, Хорек, — огрызнулся Гарри, оглядываясь, не слышит ли кто. — Тебе-то какое дело?
— Мне никакого дела нет, но ты учти, Поттер, что тебя сейчас пасут очень серьезно. И ты знаешь кто. Не попадись по-глупому.
Драко сделал небрежный аристократический жест и отчалил.
Гарри, настороженно смотрел ему вслед…
* * *
Рон опасливо смотрел на экранчик машины времени.
— Зачем это Дамблдору потребовалось, чтобы мы куда-то уехали прямо во время занятий? Ты думаешь, мы поступаем разумно?
Гарри возился со своим мешком Незримого расширения и вообразил, что Рон прикалывается.
— Я отпросился у Макгонагал, — пошутил он в ответ.
— И она разрешила? — голос Рона звучал до прикольного серьезно.
— Конечно, разрешила. Ты же видел, даже пропуск на вход-выход из Хогвартса мне дала.
Гарри улыбался во весь рот. Рон молчал. Иссяк, наверное.
Поттер перекинул ногу через сидение.
— Давай, садись.
Рон возился с какими-то застежками и долго не отвечал. Гарри пришлось даже оглянуться на него. Наконец, Уизли взгромоздился на сидение позади Поттера, обхватил его двумя руками и стиснул.
— Эй, потише, задушишь!
Гарри посмотрел на контур забавного кошака, который маячил в экране машины, поддал газу и выжал сцепление.
Стены Визжащей хижины замерцали, окутались дымкой и исчезли…
* * *
Они продрались через последние заросли и вышли к дороге. Оглянулись по сторонам. Ничего уже нельзя было разобрать за путаницей гнилых ветвей. Лил проливной дождь. Смрадом несло из кювета, где в глиняной жиже кисли кучи какого-то зловещего черного тряпья. Шагах в двадцати, на той стороне дороги, торчал, завалившись бортом в трясину, обгорелый танк — медная обгоревшая трубка, торчащая из его башни, нелепо целилась в низкие тучи. Дороги как таковой не было. Была река жидкой глины, и по этой жиже, поминутно увязая, тащились запряженные изнемогающими волами расхлябанные телеги на огромных деревянных колесах, и закутанные до глаз женщины, поминутно оскальзываясь, плача и скверно ругаясь, неистово молотили волов по ребристым бокам. А на телегах, погребенные среди мокрых узлов, среди торчащих ножками стульев и столов, жались друг к другу бледные золотушные ребятишки, как обезьяны под дождем, — их было много, десятки на каждой телеге, и не было в этом плачевном обозе ни одного мужчины…
— Что это за мир такой? — оторопело просипел Рон за плечом у Гарри.
— Пока не знаю.
Это было уже не средневековье. Обгоревшая боевая машина не оставляла в этом сомнений. Но и на спокойную сытую современность Британии и Европы это было совсем не похоже.
Позади них раздался натужный рев мотора. Ребята отскочили в сторону и мимо них, буксуя колесами в грязи, прополз огромный грязный грузовик со стеклами заляпанными глиной до самого верха. Его кидало на рытвинах и колдобинах из стороны в сторону. Водитель остервенело крутил баранку, стараясь выбрать дорогу поровнее и не свалиться при этом в кювет. Встречные повозки испуганно жались на обочину или вовсе съезжали и потом бессильно дергались и толкались в грязи. Отъехав от них ярдов на триста, грузовик все же рухнул передними колесами в какую-то уж совсем глубокую рытвину и застрял. Хлопнули дверцы. Две маленькие и худенькие фигурки замелькали у заднего борта, пытаясь подтолкнуть этого одра.
Бесполезно.
Грузовик застрял так основательно, что и гусеничный тягач вряд ли выдернул бы его из этой ямы. Скорее всего, это была воронка от снаряда или мины. Тем не менее, грузовик все газовал, и шофер его, высунувшись из машины, что-то, надсаживаясь, орал на толкающих людей.
— Гарри, смотри!
Поттер обернулся туда, куда показывал Рон, и увидел, что с другой стороны обочины на дорогу карабкается молодой парень в комбинезоне грязно-зеленого цвета с кургузым автоматом подмышкой. Выбравшись на дорогу, он скользнул безразличным взглядом по повозкам, волам, женщинам и детям. Взгляд его уперся в Поттера и Рона. При виде их темных мантий он сначала презрительно скривил губы, но вглядевшись в их молодые лица явно призывного возраста, насторожился и сделал им рукой какой-то непонятный знак.
Ребята переглянулись, но отвечать не стали. Гарри лишь стиснул в кармане мантии волшебную палочку, готовясь пустить ее в ход, если незнакомец с оружием проявит враждебность.
Незнакомец понял, что отвечать ему не собираются, и нахмурился.
— Дикообразы? Змеиное молоко! Вырядились под попов, идиоты. Да вас первый патруль возьмет и вздернет на столбах, как дезертиров!
Парень плюнул в их сторону и зашагал туда, где все еще ревела и дергалась грузовая машина. Вот он поравнялся с ней. Вдруг к нему подскочили те, кто мучился с машиной, с какими-то требованиями или уговорами. Один из них, самый здоровый ударил парня и отобрал у него автомат. Потом они все вместе вернулись к машине и начали выталкивать ее, причем парень встал позади вместе теми двумя тщедушными.
— Надо помочь, — решил Поттер.
— Не вмешивался бы ты, Гарри. Сами разберутся.
— Нет. Так нельзя. Видишь, на машине со всех сторон нарисованы кресты? Это санитарная машина. Она, наверное, раненых или больных везет. Надо помочь, Рон.
Друг возражать не стал, но его молчание показалось Поттеру неодобрительным.
— Надо подойти поближе.
Гарри, шлепая по грязи и уворачиваясь от бодливых волов повозок, приблизился к машине, и когда она взревела в очередной раз, негромко произнес:
— Вингардиум Левиоса!
Машина словно всплыла, задние колеса толкнули ее вперед, она выскочила из воронки. Водитель резко вывернул руль, чтобы задние колеса не попали в яму вместо передних и, воняя соляркой, грузовик вырвался из плена, расплескивая грязь, проехал несколько десятков ярдов и затормозил.
Те, кто толкали у заднего борта, дружно повалились в грязь и сейчас поднимались из нее, отряхивая руки и одежду от жидкой глины.
Парень в камуфляже резко обернулся на Гарри, который еще стоял с палочкой в руках. В глазах его появилось понимание.
Шофер орал что-то, надсаживаясь, фигурки суетились у заднего борта, а парень вдруг подскочил к Поттеру и, задыхаясь, прохрипел:
— Вы от Корнея? От Корнея Яшмаа? Змеиное молоко! Ребята, да вас всех тут положат, если вы будете вести себя так откровенно! Быстро за мной, тараканья немочь! Бегом!
Он метнулся к машине, что-то втолковывая низенькому человеку в фуражке, рука парня постоянно тыкала в сторону Поттера и Уизли. За шумом мотора ничего было не разобрать. Но вот фуражка несколько раз кивнула утвердительно.
— Давай, давай! Позади нас колонна бронеходов идет, змеиное молоко! Быстро в кузов!
Гарри и Рон переглянулись. Выбирать не приходилось. Здесь хоть врачи. А позади едут солдаты и, надо понимать, не слишком гуманные.
Пока они, неумело цепляясь, залезали в кузов, парень в камуфляже успел соскочить с дороги и вернуться обратно, бережно обтирая рукавом свой кургузый автомат.
— Трогай! — фальцетом крикнул водителю низенький мужчина в фуражке.
Грузовик взревел и пополз по дороге, подбрасывая на колдобинах пассажиров и плохо закрепленный груз.
Парень вскочил в кузов уже на ходу, ловко перебрался на лавке вплотную к ребятам и протянул им крест-накрест руки с ладонями, испачканными в глине.
— Позвольте представиться. Гаг — парень из преисподней!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Воскресенье, 21.08.2016, 00:27 | Сообщение # 38
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 21

Бойцовый кот Гаг подозревает в кознях Корнея, Поттер близок к разгадке главной задачи их новой миссии, а Рон задает вопросы, но не получает ответов.


Ну и попал я в переплет, ребята! Думал, вернусь домой, разберусь, что тут и как, а потом решу, что делать дальше.
Поэтому я и с корнеевским «господином старшим бронемастером» не пошел. Подготовили они его сами, как смогли, да я еще кое-что присоветовал — должен сам справиться.
И вдруг эти двое на дороге. И кто их готовил — совершенно непонятно. Совсем нулевые ребята. Видно же, что ничего они у нас не знают и не понимают. Даже сомнение закралось. А вдруг это и не земляне вовсе, а еще с какой-нибудь планеты к нам шпионы засланы?
Ну, пока суть да дело я, сами понимаете, очухался, прикинул, что к чему и все четко сообразил.
Не может быть, чтобы у такой планетищи как Земля была всего одна служба, отвечающая за внешнюю тайную экспансию.
Не бывает так.
Вот взять у нас в Алае. Войсковая разведка, служба внутренней безопасности герцогства, служба внешней безопасности герцогства, разведывательное управление генерального штаба и еще территориалы, будь они неладны, под ногами у всех путаются. Чуете, куда клоню? Вот то-то и оно.
Корней, конечно, мужик деловой и могучий, но быть того не может, чтоб их этот… как его… змеиное молоко… а-а, вспомнил — Мировой совет! Так вот. Не может быть, чтобы этот Мировой совет не приставил кого-то Корнея контролировать и дублировать. А вдруг убьют или перекупят? Корнею деньги, небось, нужны немалые, чтобы такой домище содержать. Да и коллекция зверюг в его подвале не из воздуха появилась…
В общем, понял я, что эти двое из другого земного ведомства. И стало мне досадно. Зачем же я так Корнея спалил по глупости. Да и сам спалился.
«Вы от Корнея? От Корнея Яшмаа?»
Язык проклятый. Борется за независимость от мозгов. То-то они на меня, как на идиота посмотрели.
Я бросил украдкой взгляд на землян.
Ничего земляне, держатся бодрячком. Особенно этот лохматый в очках со шрамом на лбу. Характерный шрам, необычный. Пуля или осколок от гранаты такой вряд ли оставят. Форма странная. Скорее всего шваркнули в него из того диковинного оружия, которое я у корнеевского дома взять не мог, а Драмба его и вовсе не увидел из-за запрета для роботов. Вот ему зигзаг этот на лбу и выжгло. Да и очки носить, видимо, ему из-за этого же ранения приходится.
Стильный шрам. В нашей школе такие ценились, если взаправдашние были, конечно. А то татуировочным ножиком можно что угодно изобразить, да только раскусят в момент. И будешь потом этим шрамом на плацу при всем личном составе школы сопло огнемета гасить, чтобы неповадно было фальшивыми подвигами хвастать. В нашей школе с этим строго было, не то что в пиганской, у этих северян-раздолбаев…
Глянул я на второго.
Рыжий, недовольный и смурной какой-то. Не отдыхает. Сидит напряженно, словно ждет, что вот-вот под его задом мина рванет. Новичок, что ли? Этого только не хватало. Хоть стрелять-то должен уметь.
Однако, засмотрелся я, змеиное молоко. Поворот на Гигну проскочили!
— Стой, — ору водителю и по кабине прикладом стучу, — мы приехали, а вам дальше.
И этим двоим.
— Вылезайте, приехали! Дальше на своих двоих. И пошевеливайтесь, бронеходы ждать не будут…
* * *
От той поляны, на которую приземлился этот ихний звездолет средней дальности «Призрак», до самого озера Загутта с санаторием Гигна напрямик всего ничего. Да только там болото непроходимое. Ни человек, ни зверь, ни бронеход не пройдут. И на лодке не проплывешь, болото и есть болото — присосет. А ведь «господин старший бронемастер» именно туда и поперся, да еще и улыбнулся мне снисходительно, когда я его предупреждать о болоте начал. Значит, план у него есть и болото ему не помеха.
Это я еще в машине сообразил. Да только мне с этими парнями другого пути, кроме как в обход нету. А тут выходит верст пять. Пусть три из них мы уже проехали, все равно осталось не меньше двух. А где-то позади нас идет колонна бронеходов. И идет она точно в Гигну, раз там уже бронетанковая часть окопалась. Вот и думай, бойцовый кот, туда ли ты идешь, если смерть и спереди и позади.
Это я уже на бегу соображаю.
Эти двое пыхтят за мной. Шрамолобый еще ничего, а рыжий отстает, змеиное молоко.
— Быстрее! Не успеем осмотреться до темноты — на первом же дозоре пристрелят!
Смотрю, проняло — прибавили хода, тараканья немочь.
Вот впереди на дороге просвет появился. Значит скоро перекресток, а там патруль. Это точно.
— Стой! — говорю.
Сердечко трепыхается и в ребрах колет с непривычки. Разжирел я на корнеевых харчах. Форму потерял.
— Давайте в лес. Вон те кусты подойдут. Затаитесь там и не высовывайтесь, а я поищу проход между дозорами. Как найду, посвищу вам.
Кивают. Поняли, значит. И на том спасибо.
Пробежал я еще немного, а потом пришлось ползком по траве, тине и паутине. В разведке надо все выяснять досконально, иначе украсишь памятную доску школы в разряде погибших по глупости. В общем, наползался я до одури. Но две надежные тропинки в обход дозоров нашел. Вот так-то. Знай бойцовых котов!
Возвращаюсь я назад и слышу, что эти двое вместо того, чтобы помалкивать и наблюдать, о чем-то шепчутся.
Ну что ж, послушаем. И мне интересно, может, что новое узнаю?
«Зачем мы пошли за ним?»
Интонация чуть недовольная и плаксивая. Это рыжий спрашивает.
« Понимаешь, Рон, на указателе цели в зеркале машины времени был точь в точь такой же силуэт кота, как на рукаве у этого парня. Это для нас указание. Я уже в машине рассмотрел этот шеврон на его рукаве. И честно говоря, обрадовался».
Я почесал в голове. Обрадовался этот очкарик шрамолобый. Еще бы понять, чему именно он обрадовался.
« Он приведет нас обратно к машине? — это уже рыжий»
« Не знаю я. Но цель наша как-то связана с этим парнем. Я в этом почти уверен. Не бывает таких совпадений».
Они замолчали. И я совсем дышать перестал. Ну, давай же не тяни. Какое у вас задание?
« А какая у нас цель, Гарри?»
« Дамблдор сказал, что все выяснится в процессе, — нехотя ответил очкарик».
Рыжий в ответ только фыркнул недовольно, да так что у кустов ветки затряслись. Разведчики, змеиное молоко! Был бы здесь дозор бойцовых котов или егерей, нас бы уже давно пристрелили. Повезло, что в дозорах тут рядовой состав охранения бронеходцев стоит, а они все чурки без мозгов, да еще и огнеметом по уху ударенные.
Погрыз я ногти в раздумье. По всему выходит, что старший из этих двоих — очкарик. А второй работает в темную и этим очень недоволен. И цель у них настолько секретная, что знает ее только один. И насчет эмблемы бойцового кота — уже совсем непонятно. Какое отношение моя эмблема имеет к их заданию? Мелькнула, было, сумасшедшая мысль, не подкинул ли им эту дезу сам Корней? Но это получалось уж слишком заумно. К тому же в конечном итоге я их веду туда же, куда пошел и человек Корнея — «господин старший бронемастер». Или Корнею того и надо было? Для подстраховки?
Вот тут-то я и задумался…
* * *
В общем, надумал с ними в откровенку сыграть. Сам я таких приемов не применял еще. Случая не было. Но Клещ, которого к нам из разведшколы перевели, подробно так все об этой методе рассказывал, когда в казарме после отбоя байки травили.
Свистнул я им тихонько, как уговаривались, и заполз в кусты.
Ничего, спрятались мои шпионы неплохо. Ни с одной стороны не просматривается.
— Значит так, — говорю, — кто вы такие — я знаю. И зачем со мной в Гигну идете — тоже знаю.
Смотрю, напряглись оба. Ну, если что, то в рукопашной вы мне не противники. Напрягайтесь, только не перните от напряжения.
— Ну и зачем? — это очкарик интересуется.
Даже лицо сделал заинтересованное, не подкопаешься, змеиное молоко!
А рыжий действительно заинтересован.
— В Гигне, — небрежно так продолжаю, — находится выдающийся алайский ученый, которого ваша разведка хочет выкрасть и переправить на Землю.
Вот теперь уже я напрягся. Жду. По всему очкарик этот должен мне попытаться рот заткнуть каким-нибудь способом. А второй меня слушает, аж закоченел от внимательности.
— Выдающийся ученый? — морщит шрам очкарик и закрывает глаза.
М-да. Что-то пошло не так. С закрытыми глазами не нападают. Эй, очнись! Я же тебя и твою миссию только что спалил перед рыжим. Ну, хотя бы дернись для приличия!
Открыл глаза очкарик. Лицо проясневшее и вроде бы даже воодушевление в глазах появилось. Змеиное молоко! Еще одного меланхолика я излечил.
— Надо идти спасать этого вашего ученого, — кивнул шрамолобый энергично.
Вот так, да? Вот это выдержка! Закрыл глаза, прикинул расклад, принял решение и никаких эксцессов.
Молодец! Мысленно я ему аплодировал.
— А что за ученый? — очнулся рыжий. — В какой области?
Тут уже я закручинился. Что там Данг про него Корнею говорил? Толком не помню, но…
— Какие-то открытия по взаимодействию времени, разума и пространства. Я в этих делах не очень разбираюсь.
— Время, разум и пространство, — покивал головой очкарик задумчиво, — чего-то подобного можно было ожидать…
Тут слышу, с дороги рев моторов приближается.
— Бежим! — вскинулся очкарик.
И рыжий давай ворочаться.
— Лежать! Змеиное молоко! Совсем идиоты? Пусть проедут. Заметят нас — весь лес сожгут и переполоха наделают. Нам их прибытие — не помеха.
Пока шла колонна, я сползал к ближайшему дозору, подождал, пока там произойдет смена и вскоре вернулся в кусты с двумя комплектами обмундирования. Было оно почти новое. Только чуть-чуть дырявое и в крови малость испачканное. Но совсем чуть-чуть. По вечернему времени и незаметно…
* * *
Не знаю, где сейчас ищет этого алайского ученого корнеевский «господин старший бронемастер», но я сразу направился к домикам обслуги санатория.
Даже если раньше и жил этот ученый шпак в санаторных корпусах, то после прибытия бронеходчиков господа «голубые драконы» его оттуда сразу выкинули. Дай бог, если не пристрелили под горячую руку.
Шеврон на своей куртке я закрыл нашлепкой «пердихайлов». Это у нас так ласково называю вояк из подразделений обслуги бронеходов. Это те, кто их моторы чинит, да грязь с гусениц слизывает. Те же «дикобразы» только слегка облагороженные близостью к господам «голубым драконам». С такой нашлепкой меньше риска нарваться на патруль. Правда расцветка комбинезона выдает, но в темноте не всякий разглядит благородные цвета формы «бойцовых котов». Нашлепка заметнее.
Землян оставил ждать в дровнике, а сам пошел в поиск.
Первым делом выяснил у какой-то кухарки, где тут живет местный привратник. Это такая особенная местная шпаковская мразь, которая должна знать всех, кто входит на территорию санатория и кто за нее выходит. И всем им угождать, если они сильнее его, и пакостить, если слабее. Ненавижу эту породу, но польза дела превыше всего. Да и удовольствие в поиске получить дело совсем не лишнее…
Первый же выход на открытое место чуть не закончился провалом.
Перебегаю между корпусами, вдруг на встречу двое. С какими-то барабанами в руках и при автоматах. Меня увидели, притормозили. Это плохо. Молчать не стоит.
— Здорово, братья-храбрецы!
— Давай, иди отсюда. Мы линию связи тянем. Смотри под ноги, дикообраз!
Один убежал со своей катушкой, а второй притормозил и что-то там распутывает.
— Помочь тебе, брат-храбрец?
— Сам справлюсь. Тоже мне «брат-храбрец» нашелся, «пердихайло»!
Ага, работает нашлепка. Это хорошо. Но хамство без ответа оставлять непринято.
Шагаю дальше в нужную сторону, слегка поворачиваю голову и со всей возможной обидой и язвительностью в голосе изрекаю бессмертную фразу фельдмаршала Брагга:
— «Кто ебётся в дождь и грязь? Это доблестная связь!»
И прибавляю шагу. Почти бегу.
— У-у-у! Змеиное молоко! — доносится мне вслед, но я уже далеко…
* * *
Перед тем как издохнуть привратник мне все рассказал.
Обычно Бойцовые коты об шпаков руки не марают, но этого оставлять в живых было нельзя. По его мерзкой морде было видно, что сволочь и доносчик тот еще.
Я короткими перебежками вернулся к дровяному сараю и скомандовал:
— За мной. И ни единого звука!
Барак при кухне был почти безлюден. Что и понятно. Такое пополнение прибыло. Всех накормить и напоить — употеешь.
Довольно тихо удалось пробраться к комнатушкам поваров и посудомоев. Я аккуратно считал двери по левой стороне. Шестая. Пришли.
Дверь противно скрипнула, но человек, согнувшийся за столом над какими-то бумагами, даже не повернул головы.
— Зигга?
Знаком я показал рыжему, чтобы тот закрыл дверь, а очкарику сделал приглашающий жест. Не мастак я разговаривать с учеными, но был готов вмешаться, если тот, например, вздумает заорать.
— Здравствуйте.
На звук незнакомого голоса человек обернулся. Он был уже в годах. Седая голова, худощавое лицо, изборожденное морщинами. Несколько секунд он всматривался в нашу форму, а потом снял очки, потер лоб, плечи его обреченно опустились.
— Слушаю вас, господа, — пальцы рук его немного дрожали, но голос был тверд.
— Мы за вами, профессор, — шагнул вперед очкарик.
— В этом я даже не сомневаюсь, — кивнул старик и протянул вперед руки.
Очкарик с недоумением обернулся ко мне.
— Наручники не потребуются, если вы будете вести себя тихо и выполнять все наши требования, — стандартно ответил я.
— Как прикажете, — опустил руки старик, — что я должен делать?
Я уже мотнул головой в сторону двери, но очкарик вдруг вмешался:
— Соберите все ваши бумаги.
Старик несколько напрягся.
— Мои бумаги? Вы думаете, они вам будут интересны? — еще раз внимательно рассмотрел нас. — Вы из контрразведки? Что за маскарад, господа?
— Задавайте поменьше вопросов — целее будете, — обрезал я его болтовню. — Делайте, что вам говорят!
— У вас с собой грузовик? — несколько язвительно поинтересовался старик, махнув рукой в сторону старого громоздкого шкафа.
Очкарик покусал губу и заявил:
— Это я беру на себя. Рон, помоги.
Пока они вытаскивали из шкафа пыльные папки и тяжелые книги, я взял в оборот этого ученого. Перетряхнул его скудный гардероб и заставил надеть вещи по погоде.
Груда папок все росла, и как они собирались их тащить, было совершенно непонятно.
— Угоним бронеход? — язвительно поинтересовался я.
Очкарик долго копался в своих карманах и вытащил на свет небольшой мешок.
— Ну да, это то, что надо, — я начал злиться.
Пора было уходить. Кто-нибудь мог нагрянуть в любой момент.
Эти два придурка начали пихать папки в мешок. Место в нем могло хватить максимум на две-три штуки. Но папка за папкой исчезали в темном зеве мешка, а сам он на вид оставался все таким же.
Вот это да!
Такого я даже в корнеевском доме не видел. Прям не мешок, а бездонная бочка какая-то. Или это, как ее там… телепортация ихняя?
Старик с загоревшимися глазами смотрел на упаковку своих трудов.
— Кто вы?
— Об этом позже, профессор, — ответил очкарик, затягивая горловину мешка, — мы обязательно вам все расскажем, но сейчас надо уходить.
Золотые слова!
Я бы даже добавил, что надо не уходить, а убегать.
Очкарик вежливо подтолкнул старика к двери.
И тут я услышал на улице шум.
Змеиное молоко! Это была отборная ругань бронеходчиков его высочества герцога Алайского!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Воскресенье, 06.11.2016, 00:24 | Сообщение # 39
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 22
— Не лезьте к окну!
Змеиное молоко! Совсем ничего эти земляне не соображают!
— Сидите здесь! Я быстро.
Проскочил я дальше по коридору. Не дай бог, если нет из этого барака второго выхода.
Но на этот раз повезло. Второй выход был, причем даже двери не заперты. Если что, можно будет оперативно отступить, если, прямо говоря, драпать придется. Вряд ли господа бронеходцы будут блокировать здание по всем правилам спецоперации. Не обучены они этому. Их дело рычаги бронеходов дергать, да на гашетки огнеметов нажимать.
Выскользнул я с торца барака и вслушиваюсь в шум, который подняли бронеходчики. Посмотреть бы надо, но опасно. Та сторона, где кипиш идет, прожекторами и фарами машин освещена. Заметят — пропадем.
Лег я на свое уже натруженное сегодня пузо и вдоль стеночки, вдоль стеночки, где трава погуще, выполз-таки на точку наблюдения. Смотрю и ничего понять не могу.
Столпились бронемастера в кучу, орут и чего-то руками машут. А обслуга ихняя цепью стоит поодаль и в своих лапах винтовочки сжимает неумело. Кто как грабли держит, а кто как лопату. Вояки, тараканья немочь!
Что случилось-то? Бронеходчики вина не пьют, да и не похоже это на пьяную драку. Чего они не поделили-то?
Смотрю, тем временем кипиш на спад пошел. Распалась центральная группа офицеров, расступилась и, вижу, змеиное молоко (!), стоит в центре корнеевский «голубой дракон». Ну не совсем сам стоит, а двое его с боков за плечи и руки держат, упасть не дают. А морда у его благородия разведчика корнеевского разбита и вся кровью залита.
Понял я, что дела его совсем плохи. Спалился мой дракон. Ни мои советы не помогли, ни подготовка корнеевская. На чем он прокололся, теперь уже не узнаешь, да и неважно это. Нам эта ситуация может повредить, только если начнут его сообщников искать, но это вряд ли. Как я уже сказал, розыск и спецоперации это не для мозгов господ бронеходчиков. Шлепнут они сейчас как имперского шпиона и спать завалятся после многокилометрового марша. Вот тогда и можно будет нам уходить.
Пробрался я обратно в барак, вошел в комнату да сдуру и ляпнул.
— Накрылся ваш конкурент. Взяли его.
Поттер, ну со шрамом который, давай расспрашивать. Я ему все, что знал раньше и что только что увидел, и выложил.
Сейчас-то я понимаю, что сглупил, а тогда мне и в голову не могло придти, чем это обернется.
Смотрю, потемнел лицом шрамолобый, и мне приказным тоном:
— Пошли, поможешь подобраться поближе, — и своему напарнику смурному. — Рон, палочку приготовь!
Я головой кручу от обалдения то на одного, то на другого. И ничего понять не могу. Там же полсотни бронеходцев, да пердихайлов под сотню! Хотя, пердихайлов можно не считать, они со своими пятизарядными кочергами для своих опаснее, чем для противника. Но бронеходов со счетов не сбросишь. Их-то стрелять учат по-серьезному. И стволы у них, такие, что троих крысоедов насквозь пробивают!
— А ну, стоять! — говорю, отступаю на пару шагов и беру на мушку обоих. — Никто никуда не пойдет! Скоро шум утихнет, и мы тихо уйдем. Вы что, забыли, что ваша главная цель — это он?
Головой мотаю в сторону профессора. А тот сидит, в своем драповом пальто в шарф замотанный, и только глазами на нас лупает.
— Этот ваш разведчик знал, на что шел. Потому и послали вас в две группы, потому что понимали, что в одиночку тут можно не справиться. Помочь ему мы уже ничем не сможем. Для вас сейчас главное — это доставить этого. Если вы с этим согласны, то я с вами действую. А если нет, то я пошел, а вы тут сами расхлебывайте. Я к вам в земную разведку не нанимался.
Вещаю я им прописные истины, а сам фиксирую любую мелочь.
Вот у Поттера в руке что-то напоминающее стилет. Заостренный конец, как и положено, ручка резная, на вид деревянный. А может быть, покрашен изощренно. На серьезное оружие не тянет. Часового им снять можно, а Бойцового Кота с автоматом наизготовку такой фигней не испугаешь. Даже если метнет он его в меня — я увернусь. Не в первой.
У напарника его такая же штука торчит из кармана. Он ее уж вытаскивал, но потом ствол моего автомата увидел и притормозил. Рисковать не хочет. Разумно. Но почему-то от этой разумности трусливым душком потянуло. Не нравится он мне.
Тут Поттер, вроде как решение принял.
— Извини, Гаг, но этот парень, который попался, он нам тоже нужен. Иначе я потом не найду, куда мне вашего профессора переправлять…
Говорит спокойно, без угрозы, но непреклонно. Сразу видно, что спорить с ним бесполезно.
— И тебя отпустить — я тоже не могу. Ты здесь все знаешь, все умеешь. Поэтому извини… Империо!!!
Затопила мне мозг волна огромного наслаждения! Вроде как пелена у меня с глаз спала. Служение! Служение моему командиру — господину Поттеру! Вот высшая радость и цель моей жизни! Прикажи, мой командир, и я брошусь ради тебя на армады бронеходов и бомбовозов! Я сам превращусь в бомбу и ударю прямо в сердце врага!
— Гаг! — вещает мне Поттер своим звучным голосом. — Продолжай мыслить рационально и по обстановке. Давай, веди нас скорее туда. Но стрелять будешь только по моей команде, понял?
— Так точно, господин командир!
— А вы сидите здесь, — обратился Поттер к профессору, — и никакой самодеятельности. Это вопрос жизни и смерти.
Профессор кивает, понял дескать. Не кивать надо, а вскакивать и четко отвечать, когда тебе командир задачу ставит! Эх, шпак и есть шпак. Крыса тыловая. Я даже отвернулся, чтобы не видеть этого.
— Ну что же ты, Гаг? Вперед!
Метнулся я по коридору, под собой ног не чувствуя…

А на улице ситуация уже изменилась.
Устали господа бронеходцы и долгих допросов вести не желают. Стоит мой голубой дракон уже у стеночки. А напротив него расстрельная команда из пердихайлов — два отделения — двадцать обормотов!
Ну, это мы понимаем. Ежели этих поставить на расстрел, ну как обычно делают, пятерых или семерых стрелков, то не факт, что хоть кто-нибудь из них в приговоренного попадет. А если их двадцать выстроить, а лучше пятьдесят, то есть вероятность, что паталогоанатом в теле казненного четыре дырки от пуль найдет. Или три.
Не понимаю я, что мой командир собирается предпринять, но приказ его помню четко: без команды не стрелять!
* * *
Ну не пойму я никогда и не разберусь в этом чертовом могуществе землян.
Все, что я видел раньше — все это объяснялось невиданным развитием науки и техники, которая на столетия опередила нашу. Но то, что начало происходить сейчас, уже отчетливо имело запах адской серы, черной магии и прочего колдовства!
А дело было так. Стоило нам выйти из-за барака, как, и не думая скрываться, Поттер направил свой стилет на фальшивого голубого дракона.
— Репелло Инимикум! Протего!
Окутало приговоренного какой-то серой дымкой, и появилась вокруг него сияющая сфера. Прямо как вокруг святого!
Пердихайлы строй смешали, ружьями во все стороны тычут, того гляди перестреляют друг дружку. И господ бронемастеров в придачу.
А господа бронемастера на приговоренного вылупились, но вижу, что многие свои пушки в кобурах лапают. Жду приказа стрелять, а вместо этого Поттер несет дальше свою околесицу:
— Конфудус Максима! Конфудус Максима!
Тут уж вообще стало похоже на библейскую картину, как ангел господень карает непокорных голубых дикарей с островов! За гомосятину!
Господа бронеходчики нелепо зашатались и все толпой повалились на землю вперемешку с пердихайлами. Кто по земле кататься начал, кто встать пытается и снова валится. Ничего бредовее я даже в кинокомедиях с непревзойденным комиком Драппсом не видел. О пушке своей никто из них уже и не вспоминает. Глаза вытаращены, и ни единого движения мысли в них нет. А этот в сияющей сфере стоит, как ни в чем не бывало. Видно эта самая сфера его и защитила от безумия, что поразило всех остальных.
— Рон! Быстрее!
Вижу, Поттер кинулся вперед, ну и я за ним. А напарник его только головой в разные стороны крутит, а сам ни с места. Ну, вытащили мы этого «господина старшего бронемастера», а тот, сука, на ногах не стоит. Морду ему так отделали, что губы, как оладьи, а глаз вообще не видно. Сплошные бугры фиолетово-красные. Как его вести? На себе не утащишь, уж больно здоров, мужик.
— Мобиликорпус!
Опять чертовщина началась. Вздернуло «господина старшего бронемастера» вверх, как будто он воздушный шарик. Маленький такой уродливый дирижабль, змеиное молоко, местами окровавленный! Мне чуть плохо не стало. Но светлая пружинка внутри меня по-прежнему сидит! Это же мой командир все творит, за которого я и в огонь и в воду!
В общем, пока мы профессора из барака выковыривали, пока в кучу собрались, начали бронеходцы и их верные слуги — пердихайлы — очухиваться.
— Господин Поттер! Надо бы их еще раз этим вашим Комбадусом ёбнуть! А то не уйдем!
Покривился мой командир от такой моей фамильярности, но до ответа снизошел.
— Нельзя. Второй раз ударю — они все сумасшедшими до конца дней своих останутся.
Вот какая забота об алайской нации! Хотя, как по мне, я бы их всех кончил, не задумываясь.
Короче, наши бронеходцы очухались и подкрепление к ним из внутренних корпусов санатория пришло. Получается, что не все они тут суд и расправу чинили. Были и те, кто по-первости не пошли, а потом почуяли, что что-то не то происходит, и решили вмешаться.
В общем, через санаторий нам ходу нет.
— Отходим к берегу! Рон, присмотри за профессором! Гаг, смотри в оба!
Получается, что командир своим странным колдовством тащит бронемастера, а его напарник должен профессору помогать. А я, получается должен за обоими присматривать. Сказано же — смотри в оба!
Притащились на берег, а позади уже пальба идет, и пули все ближе к нашим головам вжикают.
— Осмелюсь доложить, господин Поттер! Минут через пять нас тут всех перестреляют. Разрешите открыть ответный огонь?
— Не разрешаю! Смотри в оба, тебе сказано!
Вижу, командир озадачен, но не паникует.
— На чем же он сюда переплыл? — бормочет себе под нос Поттер. — Акцио, лодка! Акцио, катер! Акцио, корабль!
Фига там.
— Акцио, плот!
Смотрю, вздымая перед собой бурун, прет на нас по воде связка бревен. Вот это транспорт!
А бронеходцы тем временем беспорядочно палить прекратили. Слышу я и команды какие-то, и вроде где-то в отдалении двигатели взревели.
А берег весь маскировочными сетями завешан. Без единой щелки все затянуто от дерева к дереву. То есть нас пока никто не видит, но и мы никого не увидим, пока они на расстояние в полсотни метров не подойдут. А потом перещелкают нас на выбор, как бутылки в тире, пока мы на этих бревнах грести совковой лопатой будем.
Погрузились на плот, и тут меня командир в очередной раз удивил.
— Локомотор, плот!
А потом стилет свой наставил на берег и добавил:
— Дуро!
Я сначала вообразил, что это он так выругался интеллигентно, а потом смотрю — все эти сетки маскировочные в кирпичную стену превратились! Словно вдоль берега крепостная стена появилась. Пусть она и пузатая и кривоватая, но это же кирпичная стена, ребята! Живе-е-ем!
Хотел я командиру торжественно честь отдать в знак восхищения, но тут плот подо мной ка-а-ак дернет! Повалился я на бревна, но виду не подал, наставил автомат в сторону берега и вроде как жду команду стрелять. А плот шустренько так бежит по воде без всякой совковой лопаты. Опять колдовство какое-то.
Отплыли мы от берега метров на шестьсот. До противоположной оконечности озера раза в четыре дальше. И тут вдруг вспучилась стена на берегу, брызнула в разные стороны обломками кирпичей, и показалось из нее дуло двухсотки! Двухсотки, ребята! Змеиное молоко!
— Что это?
— Это пиздец…
— Конкретнее, Гаг! Я должен понять, как от этого защититься!
Восхитился я им в очередной раз. Вот это командир! Ничего не боится, за такого хоть в огонь, хоть в воду! А я уж думал, что в моей жизни второго Гепарда не будет.
— Виноват, господин Поттер! Это гаубица. Калибр двести. Вес снаряда сто пятьдесят килограмм. Дальность прицельной стрельбы двадцать два километра.
— У, еб! — буркнул Поттер. — А минимальная, какая?
— Э-э-э… — заклинило меня.
А сам соображаю. Такую штуку на прямую наводку не поставишь. А угол возвышения у нее изначально положительный. Это значит… это значит… минимально километра два-два с половиной снаряд полетит, то есть опасность нам грозит только в самом конце пути. Когда будем мы приближаться к той оконечности озера.
Как бы в подтверждение моих слов с берега двухсотка, как вдарит!
Смешно сказать, но даже вода дрогнула. Снаряд прошел над нами метрах в пятнадцати. И взорвался, аккурат, у противоположного берега.
Командир мой присел к своему напарнику, но не из трусости там, упаси господь, а для вящей конфиденциальности. Но я рядом лежу и все слышу.
— Рон, бери сумку с архивом профессора и аппарируй на тот берег. Потом давай обратно. Самого профессора возьмешь. А я здесь защиту держать буду. А то расстреляют нас, когда к тому берегу приблизимся. Понял?
Рыжий кивнул.
Он чего-то там понял. А я ни ху-ху не понял! Аппа… чего он должен сделать? Ну, земляне, весь мозг затрахали!
Кошу глазом на напарника командира. Тот накинул себе на шею чертову сумку с архивом ученого и на месте крутанулся. Да ловко так, мигнул я, а его уже нет на плоту. И сумки нет!
И тут опять с берега — Ба-бах!!!
По ходу движения нашего плота метрах в трехстах такой водяной столб поднялся, как будто половину озера в него выкинуло!
А на дальнем берегу обнаружил я фигурку напарника командира. Ничего себе, как круто у них полевая переброска работает? Нам бы такую.
— Рон, давай сюда! — в голос крикнул командир, а с берега опять — Ба-бах!
Ба-бах!!!
И разрывы всего метрах в ста от нас! Это что же происходит?
Смотрю и глазам своим не верю!
На берегу уже две двухсотки, но не это главное. Главное, что стоят они, упираясь задними лапами в бронеходы, которые подняли эти самые лапы метра на полтора над землей. Змеиное молоко! Да они же умудрились выставить гаубицы на прямую наводку! Да-а-а-а… смерть причину найдет…
— Командир!
— Вижу, Гаг, вижу, — отвечает мне Поттер, — придется отвечать. Великий Мерлин, чего Рон медлит?
Обернулся я. Маячит на дальнем берегу фигурка. Маячит. Хотя, берег тот теперь не такой уж и дальний. Мы сейчас примерно посредине озера бултыхаемся, как говно в проруби. Под прицелом двух двухсоток. То-то его напарничек не торопится. Я бы тоже подождал на его месте. К нам сюда надо переноситься между двумя залпами. Риска меньше.
Тут опять. Бу-бух! Бу-бух!
Однако шутки кончились, господа. Это уже почти попадание. И водой окатило и пару осколков в плот воткнулось — любо дорого посмотреть. Шипят, суки толстенные. Если такая штука в человека попадет, мало от него хорошего останется.
— Ро-о-он! — заорал вдруг командир оглушительно, ткнув себе палочкой в горло. — Скорее сюда!
Бу-бух! Бу-бух!
Вышвырнуло меня с плота взрывной волной, как щепку. Плаваю я плохо, да еще в одежде и с автоматом. Ну все, думаю, пиздец Боевому Коту…
* * *
Гермиона сидела в Визжащей Хижине и строчила на пергаменте задание по травалогии. Гарри сказал, что это путешествие будет недолгим. Значит, лучше подождать здесь. Тем более, что выбираться из Хогвартса и возвращаться в него она, благодаря Гарри, уже научилась.
Внезапно воздух в хижине задрожал, помутнел, вихревые чертики забегали по полу и подняли в воздух всю пыль, которая копилась тут годами.
— Апчхи! Ой! Рон, Гарри?
Гермиона вскочила, но радостная улыбка уже таяла на ее лице.
— Рон, ты один? А где Гарри?
Младший из братьев Уизли, весь закутанный в какую-то странную форму, разрисованную зелено-серыми разводами, неловко снял через голову сумку и бросил ее на пол.
— Что случилось? — страшное предчувствие сжало сердце Гермионы. — Где Гарри?
— Не знаю, — неразборчиво пробормотал Рон, — мы разминулись. Меня обстреляли, и пришлось быстро уходить. Завтра поеду искать Поттера.
Начало фразы еще можно было разобрать, а вот конец слился в глухое бурчание.
Рон ссутулился и направился к выходу из Визжащей Хижины.
Гермиону в самое сердце кольнула догадка.
Врет! Рон ей врет!
Уже распахнулась дверь хижины, еще мгновение и Рон выйдет наружу.
— Петрификус Тоталум!
Перевернув парня на спину, она уставила палочку ему в лоб.
— Ты только не сердись, Ронни, но мне нужно точно знать, что там у вас произошло. Легилименс!

Спустя четверть часа она упала ничком на ветхую лежанку и дала волю слезам. Давясь рыданиями и размазывая слезы, она судорожно шептала:
— Рон, как ты мог… предатель… как ты мог… Поттер… ты его лучший друг… был… предательство… для него же это… самый страшный грех...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Четверг, 08.12.2016, 19:50 | Сообщение # 40
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Чисто


Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Среда, 08.03.2017, 02:42 | Сообщение # 41
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1462
« 506 »
Глава 23

Поттер ждет Рона, а Кристобаль Хунта требует откровенного разговора. Меж тем тучи над Хогвартсом сгущаются...

Поттер и Гаг, задыхаясь от напряжения, тащили на себе Голубого Дракона. Голова землянина бессильно моталась из стороны в сторону.
Позади них уже не в опасной близости, но все еще относительно близко свистели снаряды и глухо бухали разрывы.
— Профессор! Или как там вас? Не отставайте!
Цепляясь размотавшимся шарфом за все что возможно, светило алайской науки семенило за ними изо всех сил, вжимая голову в плечи при каждом разрыве.
— Пиздец, пришли! — выругался Гаг, провалившись в желтую жижу по колено. — Вот и болото. Оно непроходимое.
Они подались со своей ношей на несколько шагов назад, вытягивая ноги из топи, выбрав место посуше, положили Голубого Дракона и осмотрелись по сторонам.
— Куда же подевался Рон? — пробормотал Поттер сквозь зубы.
— Ноги сделал, чего непонятного! — зло выпалил Гаг. — Мне твой напарник сразу не понравился.
Заклятие Подвластия слетело с алайца в тот момент, когда он потерял сознание, оглушенный близким разрывом снаряда «двухсотки». Поттеру удалось зацепить его заклинанием и дотащить до берега, где тренированный парень довольно быстро очухался и снова стал крайне полезен.
— Не болтай ерунду! — отрезал Гарри неприязненно, продолжая озираться. — Рон мой друг, не мог он уйти без меня. Ты хорошо смотрел на берегу?
— Я — лучший следопыт на курсе, — скривившись, бросил Гаг, — говорю тебе еще раз, а то ты, может быть, плохо расслышал. Твой дружок рванул прямиком в чащу, и в ста метрах от озера его следы оборвались.
— Как оборвались?
— Внезапно. Раз и нету. Судя по следам, он остановился, потоптался на одном месте, а потом подпрыгнул и улетел!
— Чего? — Гарри слегка обалдел. — Как это, улетел? Как птица, что ли?
— Это тебе виднее. Ты должен лучше меня знать все эти ваши штучки. Все эти ваши прыжки через пространство и прочую чертовщину.
Гарри судорожно соображал. Рон мог аппарировать, но куда и зачем? Для аппарации надо было точно представить себе место, в котором хочешь оказаться. Он решил вернуться на раскисшую дорогу? Или в чащу, в которой они оказались по прибытии на эту планету? Но машина времени тогда сразу же исчезла, и ее местонахождение им неизвестно, как и в прошлый раз. Куда же мог аппарировать Рон? И почему не дождался остальных?
У Гарри неприятно засосало под ложечкой, как бывало уже не раз в предчувствии какой-то беды или гадости.
— А не могло… — он сделал над собой усилие. — А не мог снаряд попасть… ну это… прямо в него?
Гаг взглянул в несчастное лицо землянина. Ему хотелось наорать на этого придурка, но пересилив себя, он с плохо скрытым бешенством прошипел:
— Крови там не было, понимаешь? Ошметков не было, змеиное молоко! Стволы деревьев и мох чистые. Кишки на ветках не болтаются! Ты меня за идиота считаешь? Ни один снаряд не способен превратить человека в пепел. Какие-то следы всегда остаются. А здесь все чисто! Постоял и улетел! Дойдет до тебя когда-нибудь?
— И никаких странностей?
Гаг запнулся. Что-то там было, что-то зацепило его взгляд, но это что-то было маловажное, а то он сразу бы запомнил. Он почесал затылок.
— Ну? Ну? — с надеждой уставился на него Поттер.
— Погоди, погоди… что-то я такое там еще видел, но что… мелочь какая-то… несуразица…
Гаг закрыл глаза, прокручивая в уме свои наблюдения.
— …А-а! Вспомнил! Но это чушь какая-то. Там где следы оборвались во мху у дерева, были вмятины, словно там недавно стоял мотоцикл.
— Что?! — побледнел Гарри. — Следы от мотоцикла? Куда они вели?
— Я с тобой что, не на алайском разговариваю? Никуда они не вели. Болото с трех сторон и озеро с четвертой. Он просто стоял там. Две вмятины на земле и все!
— Ты не мог ошибиться? — глухим, но спокойным голосом уточнил Поттер.
— Это крысоеды ошибаются, а у Бойцового Кота такого права нет! — отрезал Гаг. — Точно след мотоцикла, только коляску у него наверно оторвало.
— Как это?
Из объяснений, Гарри уяснил, что промышленность герцогства, как и промышленность империи легких двухколесных мотоциклов не выпускала. Все армейские мотоциклы были снабжены колясками для пулеметчика или огнеметчика. А жандармерия в этих колясках перевозила задержанных, затолкав их как селедки в банку по пять-шесть человек. Иногда в условиях военных действий на передовой поврежденную коляску отламывали, чтобы использовать мотоцикл хотя бы для посыльной службы, но это не поощрялось, так как каждая единица боевой техники, каждый пламенный мотор должен был служить единственной цели — очищению вселенной от мерзкого дыхания крысоедов империи к вящей славе герцога Алайского! Понял?
— Следа от колеса коляски нет? — Поттер остановил излияния Гага.
— Никак нет.
Гаг закрутил головой, к чему-то прислушиваясь.
Значит, Рон решил отвезти бумаги, а потом вернуться за ними. Он должен с минуты на минуту появиться у того дерева, а они идиоты уже ушли от него на добрых полкилометра.
— Нам надо вернуться к тому месту. Веди!
Гаг, не слушая его, продолжал прислушиваться.
— Ты чего?
— Стрелять перестали. Тишина какая-то нехорошая.
— И что? — Гарри подошел ближе к Гагу.
Где-то в отдалении залаяла собака. К ней присоединилась еще одна. В глазах алайца мелькнул ужас.
— Егеря… с собаками… вот теперь нам точно крышка, — севшим голосом вымолвил тот и стал пятиться.
Это облава, понял Гарри. Бронеходчики разозлились не на шутку и послали отряды прочесать местность вокруг озера. И они знают, что болото непроходимое и деваться нам с их точки зрения некуда.
«Придется аппарировать куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Три раза аппарировать туда не знаю куда и два раза обратно. Меньше не получится. Сил-то у меня хватит на всех?»
Гарри почесал в затылке, оглядывая свой будущий «багаж»: взъерошенного Гага, закутанного профессора и наспех обмотанного бинтами Голубого Дракона.
— Великий Мерлин! — вспомнил он. — А если Рон вернется и прямо к ним в лапы попадет?
— Чего?
Поттер не стал озвучивать свои последние мысли в полном объеме, а кратко сформулировал свое решение.
— Будем ждать Рона до последней возможности! Как скоро нагрянут эти ваши егеря?
Гаг, наклонив голову, прислушался к лаю.
— Минут пятнадцать-двадцать, может и больше…
Возвращаться придется на дорогу. Никакого другого знакомого и более безопасного места в этом мире Поттер не знал.
Гарри прикинул очередность аппарации.
Сначала профессор, потом бесчувственный «дракон», и последним — бойцовый кот его высочества. Стоп. А если по дороге идет очередная колонна бронеходов? Тогда первым лучше взять Гага… Ага. А в это время здесь из ветвей вынырнут егеря с собаками… Оставить автомат профессору? Не вариант. Еще случайно застрелится сам, вместо того, чтобы во врагов палить… Так как же лучше сделать-то? Прям сказочка про козу, волка и капусту, блин!
В этот момент затрещали ветви кустов, пахнуло горячим воздухом, и по ушам ударил плотный рык мотоцикла.
Гаг, не медля, вскинул автомат.
— Не стрелять! — заорал Поттер, хватая его железку за ствол и задирая ее вверх. — Это Рон!
Но это был не Рон.
Вырвавшаяся из небытия машина времени обрела четкие контуры и замерла перед ними. За рулем ее, зловеще блестя моноклем, возвышался Кристобаль Хозеевич Хунта!

Эвакуация была стремительной и заняла не более десяти минут.
Из этого временного промежутка примерно три четверти ушло на то, чтобы убедить взбешенного Хунту, что машины Луи Седлового здесь точно нет. Прибывшему вместе с корифеем Привалову пришлось изрядно побегать по кустам, чтобы развеять последние сомнения бывшего Великого Инквизитора.
Наконец, Кристобаль Хозеевич смирился с очевидным и соизволил обратить внимание на предостерегающие возгласы Гага, который уже набил мозоль на языке, предупреждая всех, что егеря и их собаки появятся здесь с минуты на минуту.
Одним универсальным движением бровей Хунта удлинил пассажирскую базу мотоцикла с двух до шести мест и голосом сухим и неприятным предложил садиться. И побыстрее.
Поттер с Гагом быстро взгромоздили на сидение Голубого Дракона, за шиворот втащили туда же профессора, сели сами, последним запрыгнул Привалов, и корифей темной магии немедленно дал полный газ…
* * *
Мотоцикл заглох на какой-то поляне. По некоторым приметам Гарри понял, что они находятся в Запретном лесу.
— Почему мы здесь? Нам надо срочно в Больничное крыло замка! С нами раненый!
Возмущенный возглас Поттера затерялся где-то в густой листве, которую теребил свежий ночной ветер.
Хунта молчал. И его молчание показалось Гарри весьма зловещим. Он нащупал в кармане мантии палочку, соображая, что молодой напарник пришлого мага сидит у него прямо за спиной.
— Мистер Поттер, вам и вашим спутникам нельзя в Хогвартс, — вдруг неожиданно мягким тоном произнес Хунта. — За время вашего отсутствия произошли некоторые события. Вам сейчас небезопасно появляться там.
Гарри слез с машины времени и, чувствуя предательскую слабость в ногах, прислонился к стволу ближайшего дерева.
— Что случилось? — глухим голосом поинтересовался он. — Что с Дамблдором?
Голос его дрогнул.
— Дамблдор по-прежнему в коме, — тем же тоном продолжил Хунта, — но его и ваши враги узнали об этом и активизировались. Среди старшекурсников факультета Слизерин образовалась группа сторонников этого пресловутого Темного Лорда, которая горит желанием схватить вас и препроводить прямиком в его руки.
— Не может быть, что они захватили власть в Хогвартсе. Там же преподаватели, там Макгонагал, Флитвик. Они не допустят…
— Поймите, идальго, — поморщился Хунта, — преподаватели Хогвартса в первую очередь думают о сотнях студентах, находящихся под их защитой. Они понимают, что слуги Темного Лорда могут нагрянуть в Хогвартс в любой момент, а ваше Министерство при всем желании не сможет их защитить. Вы не должны усложнять задачу своим педагогам. Вы должны им помочь.
— Как?
— Есть ли у вас надежное укрытие, защищенное от визитов нежелательных гостей?
Гарри немного поколебался и кивнул.
— Достаточно ли оно большое, чтобы вместить кроме вас еще и ваших друзей и спутников?
Поттер опять кивнул.
Хунта жестом пригласил Гарри на свое место.
— Садитесь за руль и задавайте перемещение в пространстве. Нам тоже придется временно воспользоваться вашим гостеприимством. Время путешествия оставьте настоящее, тогда не придется возвращаться сюда для следующего перемещения.
— Какого перемещения?
— Вы оставите своих друзей в Хогвартсе?
Гарри решительно тряхнул головой и залез на место водителя.
— Тут все как-то по-другому, — он с недоумением осмотрел цветные мерцающие экраны на панели приборов с нарисованными на них кнопками и переключателями.
— Это более современная модель. Экраны сенсорные и срабатывают при касании. Выберите место и стартуйте!
Хунта сел на свободное сидение машины и плотнее запахнул свой плащ.
Гарри пальцем листал картинки на экране целеуказателя, пока не увидел на нем знакомые ступени и дверь. Мотоцикл мелко задрожал и растаял в воздухе, унося своих седоков на площадь Гримо 12.
* * *
Родовое гнездо Блэков встретило их угрюмой и неуютной тишиной.
Даже портрет покойной хозяйки не стал нарушать ее. Матушка Сириуса презрительно рассматривала всех подряд гостей дома, пока взгляд ее не уперся в Хунту. Что рассмотрела в нем благородная миссис Вальбурга, это так и останется ее тайной, но спустя несколько мгновений плотная штора с резким скрипом скрыла портрет, словно его хозяйка задернула его собственноручно.
Гарри распахнул дверь в одну из комнат первого этажа и кивнул Гагу. Тот тут же припахал молодого спутника Хунты, и они вдвоем потащили в нее Голубого Дракона.
Алайский профессор неуверенно топтался посреди прихожей, пока его не подтолкнули к вешалке, у которой он начал медленно раздеваться, выпутываясь из своих многочисленных шарфов и свитеров. Напротив вешалки все оставшееся свободное место заняла машина времени, возвращенная Хунтой к первоначальным размерам.
Кристобаль Хозеевич кивнул Поттеру в сторону лестницы.
— Я считаю, идальго, что пришло время для откровенного разговора.
В голосе бывшего Великого Инквизитора уже не было ни сочувствия, ни мягкости. Поттер тут же взъерошился.
— Зачем вам это? Вам нужна только ваша машина. А у меня другие проблемы! У вас свое, у меня свое. Не о чем нам откровенничать!
Хунта зловеще искривил тонкие губы. В какой-то момент Гарри показалось, что над ним нависла тень Снейпа.
— А вы не торопитесь, идальго! У нас могут оказаться весьма неожиданные общие интересы. Я правильно понимаю, что это тот самый дом, который завещал вам исчезнувший Сириус Блэк?
— Исчезнувший?
Почему-то Поттер сразу понял, что Хунта не оговорился. Такой поворот взволновал его до глубины души! Гарри коротко поклонился и, кажется, даже прищелкнул каблуками.
— Прошу вас в гостиную, сэр!
— Только после вас, идальго! — небрежно возразил Хунта и отвесил учтивый поклон.
— Я пройду первым, сэр, чтобы указать вам дорогу! — слегка напыщенно в тон ему ответствовал Поттер.
И они торопливо застучали каблуками по ступенькам, в жалобный скрип которых вплеталось мелодичное позвякивание невидимых шпор бывшего Великого Инквизитора



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наследники Гекаты (ГП, ГГ, СС и др. кроссовер, R, AU, макси, в процессе)
Страница 2 из 2«12
Поиск: