Армия Запретного леса

Суббота, 18.11.2017, 03:39
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 2 из 2«12
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Гарри Поттер и Круг Силы (Глава 34-36 и Эпилог от 30.11.14) (Adventure/AU/Drama)
Гарри Поттер и Круг Силы (Глава 34-36 и Эпилог от 30.11.14)
Al123potДата: Четверг, 27.11.2014, 13:24 | Сообщение # 31
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 27

Казалось, пары минут не прошло, как он закрыл глаза, но какой-то неясный звук выдернул мальчика из топкого болота сна. Гарри приподнялся на локте, стараясь сообразить, что его разбудило. Звук шел откуда-то снизу, но что это было, сразу понять не удалось. Голова была тяжелой, словно после долгой болезни, дневной свет резал глаза, не давая сосредоточиться. Где-то стукнула дверь, протопали тяжелые шаги, и вдруг визгливый голос тети Петунии расставил все по своим местам:
— Я так и знала! Стоило оставить мальчишку, как в доме — сплошной кавардак! Судя по всему, этот негодник вчера неплохо повеселился! Даже в гостевых спальнях определенно кто-то был. А эти ненормальные клятвенно заверяли, что за ним тут присмотрят и не дадут лентяйничать! Как бы не так! Этот негодник проболтался тут целый месяц, палец о палец не ударив, теперь удерет, а я, выходит, за ним убирай!
— Верно, Петуния! Пусть сначала приведет все в порядок, а потом уже катится ко всем чертям! И потом — кто мне возместит стоимость машины, я вас спрашиваю? На страховую компанию надежды никакой. Этот проклятый полицейский заявил, что я не имел права садиться за руль, не закончив курс лечения... Так мне теперь что, пешком ходить? Между прочим, мы именно по милости этого урода вынуждены были бежать из дома! Не-е-ет, я так этого не оставлю! Если он рассчитывает ограничиться теми подачками, что с барского плеча бросил нам в больнице, то ошибается! Раз смог заплатить за специальное обслуживание и настолько эффективные лекарства, значит, деньги у паршивца есть, и немалые! Нам бы давно надо было это понять, вон как в него все эти придурки вцепились! «Герой», как же! Небось, папенька наследство оставил, потому он им и нужен!.. Эй, ты, недоумок, ну-ка иди сюда!
— Пап, пускай и мне что-нибудь эдакое купит! Я из-за него половину каникул в машине трясся!
— Правильно, Дадлик! Подожди, сейчас я приволоку этого паршивца!
Через минуту дверь от тяжелого удара чуть не слетела с петель:
— Нет, вы только посмотрите на этого поганца! На улице полдень, а он все в кровати прохлаждается! Ну-ка, вставай, гаденыш! Сейчас ты мне за все ответишь!..
Багровый от гнева дядя Вернон шагнул к кровати и протянул руку к племяннику, намереваясь ухватить того за отвороты пижамы, но на расстоянии десяти дюймов словно наткнулся на невидимую стену.
— Ты... ты!.. Да я тебя!.. Ты... Мне... Сопротивляться!.. Убью гаденыша!.. — задыхаясь от бешенства, дядя Вернон отступил на пару шагов, не сводя налитых кровью глаз с ненавистного племянника и снова ринулся вперед.
На этот раз магия не была так милосердна. Не успел Гарри хоть как-то среагировать, как дядюшку подхватила неведомая рука, приподняла над полом и отбросила назад с такой силой, что мистер Дурсль тяжелым мешком сполз по стене.
— Вернон!!! — От пронзительного визга тети Петунии задрожали стекла. — Что ты сделал моему мужу, уголовник! Вернон, милый, ты жив? Скажи, с тобой все в порядке?!
— Что тут происходит? — послышался ледяной голос Снейпа, и запаниковавший было Гарри мигом успокоился.
— Этот мальчишка чуть не убил Вернона! Я вызываю полицию, немедленно! Еще не хватало, чтобы этот урод поднимал руку на своих благодетелей! Неблагодарный! Мы тебя столько лет поили, кормили, одевали — и вот как ты за это заплатил! Ну, нет!.. В полицию, сейчас же! Этому уроду самое место в колонии для несовершеннолетних правонарушителей! Да я...
— Силенцио! — негромкий голос Снейпа разом оборвал все причитания. Разгневанная Петуния все еще широко разевала рот, не в силах понять, что ее слов уже никто не слышит.
— Поттер, вы долго собираетесь здесь разлеживаться? Я что-то не замечал за вами склонности к мазохизму... А может, вам действительно приятно находиться в этой компании? Нет? Так какого же... Почему, в таком случае, вы еще не готовы к отъезду, я вас спрашиваю?! Десять минут на водные процедуры, и еще десять — на сборы. Да, и не забудьте забрать тот хлам, который ваши друзья по недоразумению считают подарками. Советую воспользоваться простым «Акцио», иначе собирать придется по всему дому...
Гарри, не тратя времени ни на разговоры, ни на переодевания, прямо в пижаме помчался в ванную. Дядя Вернон, немного придя в себя после неожиданного приземления, все же не оставил надежды поправить пошатнувшиеся из-за проклятого мальчишки дела:
— Нет, постойте... Надо разобраться... Дом чуть ли не в конюшню превратили? Превратили! Машину мою угробили? Угробили! Я из-за вашего мальчишки столько выгодных контрактов упустил, пока по стране непонятно от кого мотался!.. Кто мне возместит убытки? Этот ваш, седобородый дедушка? Или, может, вы соизволите? Чего вам стоит — палкой этой вашей махнете, и вот они, денежки! Что молчите? Я с этого негодника все до последнего пенни вытрясу! В конце концов, я — его опекун, мне и распоряжаться всем, что он имеет!
Профессор школы магии и волшебства Хогвартс, Мастер Зельеварения Северус Тобиас Снейп улыбнулся, причем так, что у добропорядочного Вернона Дурсля ноги вмиг стали ватными, и толстяк, чтобы позорно не упасть, снова привалился к стене:
— Справедливости захотелось, мистер Дурсль?! Подумайте хорошенько, действительно ли вы хотите получить все, чего достойны, как опекун... Не хочу пугать, но ведь ваше желание может и осуществиться. Только вот не совсем так, как вы рассчитываете... Этот мальчишка слишком мягкосердечен и добр, что отнюдь не идет ему на пользу. Но ведь теперь он не один. Кстати, спешу вас разочаровать — согласно завещанию его родителей, опекуном Поттера в магическом мире является некто Сириус Блэк... Кажется, в прошлом году по маггловскому телевидению прошел целый ряд роликов с описанием сбежавшего из тюрьмы особо опасного преступника. Так это — о нем! И дай вам Боги удачи, чтобы он не вспомнил о ваших заслугах в воспитании, а то вы действительно получите все, что реально заслужили. Вам ЯСНО?
Когда Гарри, покончив со сборами, спустился в гостиную, родственники встретили его настороженным молчанием. Гарри, пропустивший знаменательный разговор его дяди со Снейпом, недоуменно взглянул на них и, вежливо попрощавшись, вместе с зельеваром вышел в сад, надеясь не увидеть дорогих родственников до следующего лета.
— Поттер, вы уверены, что забрали все свои вещи? — прищурившись, поинтересовался Снейп.
— Кажется, да... — растерянно пробормотал мальчик.
— А вот я в этом сомневаюсь. Где ваша палочка, позвольте узнать?
— Ой, совсем забыл... Я на минутку...
Гарри рванул обратно в комнату и наткнулся на недовольно бормотавшего Дадли:
— Теперь мать заставит меня вылизывать все комнаты... — Услышав за спиной торопливые шаги, он резко оглянулся, и прошипел:
— Все из-за тебя, Поттер! Мать с отцом злятся, что остались без машины и срывают зло на мне... Черт, у меня еще синяки толком не зажили, а теперь придется убирать весь этот дом! Я-то в чем виноват, меня ведь с Гордоном не было!
Гарри вынужден был признать правоту кузена. Вздохнув (опять ведь от зельевара за бесполезную трату сил достанется), он широким движением провел вокруг себя, невербально накладывая Очищающие чары и, не дожидаясь реакции Дадли на заблестевшие вдруг полы и стекла, полетел вверх по лестнице. На обратном пути, встретившись глазами с ошарашенным братцем, он на мгновение затормозил и торопливо прошептал:
— Передай тете Петунии, я постараюсь компенсировать вам стоимость машины. Вот только как быстро у меня это получится — не знаю. Все, пока, Большой Ди! Выздоравливай!
Выбежав из дома, Гарри замер возле зельевара, дожидаясь заслуженного выговора. Но услышал только:
— Да, случай клинический... Все даже хуже, чем я предполагал. Поттер, на Тисовой есть еще одна вещь, с недавних пор принадлежащая вам, вот только что с ней делать — ума не приложу. Как-то раньше я с подобным не сталкивался...
— О чем речь, профессор?
— О подарке мисс О’Флаэрти, разумеется.
— Боюсь, я не в курсе...
Снейп раздраженно фыркнул:
— Вы очень часто бываете не в курсе того, что творится вокруг вас. Я даже начал к этому привыкать, Поттер. Наша общая знакомая не нашла ничего лучшего, чем подарить вам так называемый скутер. Вы знаете, что это такое?
Гарри захлебнулся от восторга:
— Ну конечно, профессор! Это почти мотоцикл, только менее мощный, и ездить на нем можно с шестнадцати лет!
— Возрастной ценз, как я понимаю, маггловский? Тогда это неважно. Как я понял, к этому... агрегату прилагаются документы на ваше имя, разрешающие вам пользоваться этой штукой. А наш непревзойденный коб..., кабальеро, я хотел сказать, обещал научить вас приемам безопасного вождения. Думаю, к вам присоединится и мисс О’Флаэрти.
— А вы?
Эти слова у Гарри вырвались прежде, чем он успел подумать. Лицо зельевара потемнело, и он, явно сдерживаясь, холодно бросил:
— А я, как вам известно, с маггловским транспортом имею очень мало общего. Тем не менее, оставлять столь дорогую вещь вашим родственникам, думаю, не стоит.
— Может быть, Добби сумеет переправить скутер в ваш особняк, сэр? Это ведь намного ближе, чем Дублин, а вес скутера вряд ли превысит суммарный вес мадам Боунс и мой.
Снейп невольно усмехнулся:
— Никогда не поднимайте вопросы такого рода в присутствии женщин, если не хотите нажить себе врага.
Гарри рассмеялся:
— Мадам Боунс слишком умна для того, чтобы обижаться на такую ерунду!
— И все же даже самая умная женщина не лишена слабостей, присущих данному полу... Добби!
— Добби здесь, мастер Снейп!
— И давно?
— Добби пришел следом за хозяином, мастер Снейп... Добби слышал, как мисс профессор говорила, что мастер Гарри теперь до конца лета будет жить у хозяина Снейпа, и решил, что должен помочь.
— Вот, Поттер! Берите пример — какая наблюдательность, насколько точные аналитические выводы! Право слово, жаль, что он не учится в Слизерине. Но уж помощника я из него сделаю — все позавидуют! Добби, а пока ты не смог бы перенести эту... железяку в Катерхем? Только не вздумай тащить его прямо в дом, этого я не вынесу!
— Добби рад будет услужить хозяину Снейпу, сэр!
С этими словами домовик словно испарился: ни звука, ни движения. Снейп недоверчиво прищурился и шагнул к сараю — там ничего, кроме садового инвентаря, не было.
— Что, скутер стоял здесь, профессор?
— Вот именно что — стоял... Да, видимо, недооцениваем мы эльфов. У них есть, чему поучиться. Особенно, если они все такие, как этот наш лопоухий. Все, Поттер. Ваши вещи я уже уменьшил. Вот, рассовывайте по карманам — и в путь. Глаза бы мои не видели все это маггловское прибежище!
В особняке Гарри ждала целая компания встревоженных взрослых — Сесилия, Люпин, Сириус и почему-то, Амелия Боунс. Однако Снейп, не слушая возражений, тотчас же погнал Поттера наверх, потребовав, чтобы тот во-первых, принял душ и переоделся, а во-вторых, прошел диагностический осмотр и выпил необходимые зелья.
— Диагностика? Но зачем? Римус же сказал, что все уже в порядке? — негодующий вопль Сириуса слился с обеспокоенными вопросами Сесилии и мадам Боунс, заданными менее экспрессивно.
— А вы об этом поинтересуйтесь у этого малолетнего недоумка, — недовольно буркнул Снейп, направляясь в лабораторию и по широкой дуге обходя шагнувшую было к нему Сесилию.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Четверг, 27.11.2014, 13:27 | Сообщение # 32
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 28

Гарри с наслаждением стоял под горячей водой, смывая с себя всякое воспоминание о виденном во сне эпизоде. Он понимал, что не был бы так спокоен, не будь у него за спиной такой мощной поддержки. Конечно, в том, что он — пешка в чьих-то неведомых планах, нет ничего хорошего, но теперь есть люди, которые способны ему помочь. Да и сам он знает и умеет намного больше, чем какой-то месяц назад. Главное — не расслабляться и правильно использовать время, которое осталось до школы. С Зельеварением и ЗОТИ, а так же с Чарами он, вроде бы, достиг неплохих успехов. Навыки в беспалочковой и невербальной магии тоже налицо. Что еще надо подтянуть? Трансфигурация... Здесь ситуация куда хуже. Нет, разумеется, программу первых трех курсов он знает теперь даже лучше, чем Гермиона. Не вызывают затруднения и большинство заданий четвертого, но... Что дальше? Продолжать заниматься самому или просто прилежно зубрить задания на уроках? Нет, этого мало. Даже миссис Фигг говорила, что во времена борьбы с Волдемортом они активно применяли трансфигурацию. Значит, ею и займемся. А еще неплохо бы научиться аппарировать. Сириус прав, сил и умения концентрироваться вполне хватит. Черт, как обидно, что тот же Добби смог научиться пользоваться маггловскими изобретениями, а волшебники перенять у домовиков их магию не могут. Стоп!.. А кто сказал, что не могут? Кто-нибудь уже пробовал?
Не откладывая дела в долгий ящик, Гарри быстро выбрался из-под душа, наскоро вытер волосы и прямо на влажное тело натянул свежие брюки и футболку. Выглянув в коридор, он убедился, что поблизости никого нет и поплотнее закрыл дверь.
— Добби! — негромко позвал он.
Домовик, словно только этого и ждал, тут же материализовался в ванной.
— Добби может чем-то помочь сэру Гарри Поттеру?
— Сам не знаю... Скажи, ты можешь научить меня приемам вашего колдовства? Вообще, было когда-нибудь такое, чтобы кто-то из магов пользовался заклинаниями домовых эльфов?
— Добби слышал, что когда-то давно эльфы могли пользоваться палочками, а маги — использовать заклинания эльфов. Но уже дед деда моего деда рассказывал своим внукам об этом, как о сказке... Добби очень жаль, мастер Гарри!
— И все же — попробуй рассказать, что и как ты делаешь, когда перемещаешься?
— Добби не может рассказать. Но... Мастер Гарри может взять Добби за руку?
— Конечно! Вот так?
— Нет, лучше, если мастер Гарри крепко сожмет ладонь Добби... Вот так. А теперь — закройте глаза и просто почувствуйте...
Сначала Гарри ощутил тьму... Не темноту, как на улице в безлунную ночь ноября, а тьму — вязкую, густую, липкую. И вдруг появилось ощущение, что это просто завеса, полог, который скрывает за собой множество дорог. Нужно только выбрать, какая именно тебе нужна, и шагнуть за эту завесу...
— Мастер Гарри... вы чувствуете?!
— Кажется, да... Ты мне поможешь?
— Добби просто побудет рядом. Мастер Гарри сам выберет путь! Мастер Гарри сможет!
Гарри, волнуясь, представил себе гостиную, где горой сложены его подарки и шагнул. Просто шагнул, и завеса приоткрылась, покорно пропуская мальчика. Всего один удар сердца — и Гарри уже стоит перед ошарашенным Ремусом Люпином.
— ДА!!! У МАСТЕРА ГАРРИ ПОЛУЧИЛОСЬ! ДОББИ ЗНАЛ, ЗНАЛ, ЧТО СЭР ГАРРИ ПОТТЕР — ВЕЛИКИЙ ВОЛШЕБНИК!
Так домовик на памяти Гарри не кричал еще никогда. Неудивительно, что услышав его вопли, в гостиную сбежались все и замерли, глядя на неподвижно застывшего Люпина, устало улыбающегося Гарри и подпрыгивающего от восторга домовика. Последним в гостиную вбежал зельевар и, безошибочно найдя глазами источник этого переполоха, строго спросил:
— Поттер, демон вас побери, что вы еще успели натворить?
— Кажется, я научился перемещаться так, как это делают домовые эльфы, — неуверенным тоном проговорил мальчик.
После секундной тишины со всех сторон послышались вопросы:
«Что за чушь ты городишь?»— Снейп. «Как — перемещаться?» — Сесилия. «Ты пробовал аппарировать? Откуда? На какое расстояние?» — Люпин. « Кто тебя этому научил?» — Блэк.
— Северус, — спокойный голос мадам Боунс заставил всех опомниться. — Взгляните на него, по-моему, мальчику нехорошо.
Снейп выхватил палочку и одним слитным движением провел над осевшим на диван и сильно побледневшим юношей.
— Мордред и Моргана! Ну почему к такой силе не прилагается хотя бы толика мозгов?! Поттер, ну куда ты опять вляпался? Что, мало сил растратил на обновление коттеджа твоей тетки? Что ты еще натворил?
Не переставая ворчать, зельевар достал из кармана мантии амулет Тора, так и лежавший там с прошлой ночи и, бережно приподняв голову мальчика, надел цепочку на шею. Гарри, благодарно улыбнувшись, сжал амулет. Магия взметнулась вверх победным фейерверком, в центре которого находился мальчик, а потом сверкающими искрами обрушилась на всех присутствующих, не выделяя и не обделяя никого...
* * *
Его тормошили и расспрашивали, а он просто смотрел на окружающих его людей и улыбался. Похоже, время, когда он был один, безвозвратно прошло, и то, что с ним происходит, волнует всех не из-за того, что когда-нибудь ему суждено будет сразиться с Волдемортом, а просто потому, что он дорог этим людям, дорог просто как Гарри... Как же долго он этого ждал!
— Демон вас подери, Поттер! Эльфийская магия что, разгладила последние извилины в вашем мозгу? Вы выглядите, словно блаженный на паперти собора Святого Петра! Произнесите, наконец, нечто членораздельное, чтобы мы могли судить о степени повреждения вашего рассудка!
— Я вас всех так люблю!
В гостиной мгновенно стало тихо. Так тихо, что жалобный писк кресла, на которое тихо опустился потрясенный Снейп, подействовал на нервы присутствующих, словно скрежет ножа о стекло.
— Ну, вот и замечательно! Вполне осознанное заявление! — мадам Боунс прежде других пришла в себя. — Значит, сейчас самое время заняться подарками, тем более, что накануне мы с Сьюзи так и не успели вручить свои. Гарри, вот этот — от моей племянницы. Она говорит, что когда-то такая же книга здорово облегчила ей жизнь, и надеется, что тебе она тоже пригодится.
Гарри, все еще в шоке от вырвавшихся помимо его воли слов, торопливо сорвал обертку и широко улыбнулся. Книга называлась «Этикет для ленивых, или как стать леди или джентльменом за полчаса до великосветского приема». Когда мальчик, смеясь, продемонстрировал книгу всем присутствующим, послышались тихие смешки, и напряжение потихоньку стало исчезать.
— Дальше... Пергамент, что у меня в руке, вообще-то официальный документ, но думаю, для тебя это тоже будет своего рода подарком. Правда, в дополнение к этому есть еще один, и его я, пожалуй, сразу же передам мистеру Блэку... Ни к чему лишний раз гонять министерских сов. А магическое сообщество, если вы не возражаете, оповестим обо всем несколько позже.
Гарри, догадываясь о содержании, дрожащими руками развернул пергамент, и радостный вопль огласил гостиную:
— Сириус, теперь ты — мой опекун? Ноги моей больше не будет на Тисовой! Ты ведь официально оправдан, да?
Вопрос был лишним. Стоило лишь взглянуть на просветлевшее лицо его крестного и все сразу стало ясно. Ремус кинулся к другу, хлопая того по плечам. Сесилия, просияв, крикнула: «Поздравляю вас обоих!», но Сириус решительно шагнул к Снейпу:
— Спасибо, Северус! Я благодарен всем — и мисс О’Флаэрти, и мадам Боунс, и Рему, и Гарри, но тебе — особенно. Не было бы твоей поддержки — не было бы и моей свободы. Ради Гарри ты переступил через себя и помог своему школьному недругу. Я рад, что могу стать для Гарри опекуном, но в старых чистокровных семьях была традиция — наследника рода воспитывает сильный маг, принадлежащий к другому Роду. Как вы, несомненно, догадались, я уже заверил в Гриннготсе и Министерстве все бумаги, по которым наследником рода Блэк является Гарри, а теперь прошу тебя, Северус — стань его магическим наставником. Все мы знаем, насколько магически силен Сохатик, но управление ТАКОЙ силой требует железной воли, и только тебе под силу помочь ее обуздать...
Сириус нервно сглотнул и продолжил:
— Северус Тобиас Снейп, как Лорд Древнейшего и Благороднейшего рода Блэков, я прошу оказать нам великую честь и принять на себя роль наставника для наследника родов Поттер и Блэк... Принимаешь ли ты на себя эту обязанность?
Снейп, на протяжении всей речи Блэка не сводящий с него глаз, медленно поднялся и четко, по буквам, произнес:
— Я, Северус Тобиас Снейп, Лорд Принц, благодарю за оказанное доверие и клянусь своей магией, что стану для высокородного ученика защитой и опорой, проведу по трудной дороге знаний и обучу всему, что знаю сам!
— Я, Амелия Эвелина Боунс, как представитель Министерства, магией своей свидетельствую о заключенном сейчас союзе!
Ослепительно-белый свет на мгновение залил комнату, подтверждая свершившееся. Мадам Боунс, стремясь хоть как-то разрядить обстановку, поспешила продолжить:
— Знаете, мистер Блэк, не очень-то вежливо с вашей стороны мешать мне сейчас, когда я выступаю в роли Волшебной феи. Сядьте на минуту и дайте мне закончить! Так вот, Гарри, прежде, чем эти мужчины вновь завоюют всеобщее внимание, я хочу преподнести тебе настоящий подарок, ведь все предыдущее — лишь восстановление попранной много лет назад справедливости... Вот, держи, здесь — шесть билетов на Чемпионат мира по квиддичу. Думаю, тебе найдется кого пригласить.
— Ура!!! Я еду на чемпионат мира! Спасибо вам, огромное спасибо! Сесилия, Сириус, мистер Снейп, Ремус — вы ведь поедете, да? А вы, мадам Боунс?
— Ну, за меня не беспокойся — мне там положено быть, даже если я этот квиддич на дух не переношу. Кстати, я беру с собой Сьюзи и Луну, так что скучать девочки тебе не дадут.
— А вы все поедете? — выжидательно глянул на окружающих его взрослых Гарри.
— Ни за что не пропущу такое зрелище! В кои-то веки чемпионат проходит в Англии... Мордред меня подери, я ведь и не надеялся, что смогу туда попасть легально! Спасибо, Амелия! Думаю, сейчас билеты мне не удалось бы купить ни за какие деньги, не так ли?
— Вы правильно понимаете, Сириус! Что ж, как ни приятно мне ваше общество, но мне нужно быть в Министерстве — через час состоится заседание международной комиссии по обеспечению правопорядка... Думаю, еще увидимся!
Мадам Боунс направилась к камину и, бросив горсть летучего пороха, шагнула в зеленое пламя.
— Снейп, ты что, открыл доступ в Министерство? — удивился Люпин.
— Если бы ты был повнимательнее, то услышал бы, что Амелия переместилась прямо в свой кабинет. И — да, я открыл туда доступ. Я доверяю мадам Боунс больше, чем кому-либо еще.
— Спасибо, Северус, — тихонько шепнула Сесилия, проводив сестру и проходя мимо зельевара. — Гарри, ты откроешь, наконец, свои подарки, или они тебе не интересны?
— Еще как интересны! Кстати, я так еще и не видел ваш подарок, но уже в курсе, что это — скутер! Спасибо, Сесилия, но не стоило...
— Чушь и ерунда! Помнится, ты обещал со мной бегать по утрам? Так вот, теперь будешь гонять со мной на мотоцикле!
— Вы любите мотоциклы, Сесилия? — расцвел в улыбке Сириус. — А я-то думал, почему вы подарили моему крестнику такую игрушку. Мерлин мой! Вот это сюрприз! Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию?
— Спрашивайте у Гарри, это он — мой кавалер в подобного рода прогулках. Если он сочтет, что вы нам не помешаете... — пожала плечами Сесилия.
— Гарри, я буду хорошим, честное слово! Я даже захвачу с собой Ремуса, если Сесилия прокатит Снейпа! Ты как, согласен? — сложив ладони в молитвенном жесте, Блэк повернулся к Гарри, но зельевар его перебил:
— Блэк, не забивай ребенку голову чепухой! Пока я не поверю, что он сможет безопасно водить это хлипкое сооружение, ни о каких прогулках и речи не идет! И вообще — давай отложим этот разговор на потом.
— Ладно-ладно, Снейп, я сдаюсь! Гарри, займись остальными подарками!
Гарри наклонился и распечатал аккуратно обернутый красной бумагой пакет:
— Книга! Наверняка, от Гер... от Грейнджер. Ну-ка, посмотрим. Ничего себе, я такое не выговорю! Сесилия, вы что-нибудь понимаете?
Сесилия взяла из рук Гарри книгу и выразительно прочитала название: «Акцентуация характера как преморбидный фон развития психических расстройств в пубертатном возрасте у юношей. Анализ и прогнозы». *
Гарри растерянно хлопал глазами:
— И что это означает?
Сесилия хмыкнула:
— Это означает, мой юный друг, что твоя однокурсница не совсем уверена в твоей адекватности в силу особенностей переходного возраста. Если сказать попросту, то тебе только что мягко намекнули, что неплохо бы подлечить нервы, пока ты совсем не вышел из-под контроля. Разносторонние интересы у этой девочки, как я посмотрю. Интересно, как она интерпретировала эту сугубо прикладную монографию...
— Ну, а мне-то что делать с этой книженцией? Читать?
— Боже упаси! Ни в коем случае! Лучше уж альбом по паталогоанатомии! После него тебе хорошенько прочистит желудок, а после подобного чтения — прополощет мозги, что куда опаснее!
— Значит, в камин?
— Оставь пока, я посмотрю. Вдруг что-то пригодится в работе.
— Вот, тут еще одна книга. Это от Рона!
Гарри вытащил из свертка великолепно изданный альбом: «Квиддич. Как загорались звезды. Биографии лучших ловцов ХХ века».
— Ой, тут еще записка: «Гарри. Мы всей семьей едем на чемпионат, я хотел пригласить тебя, но Дамблдор сказал, что это слишком опасно, так что твой билет пришлось отдать Гермионе. Мне очень жаль, но эта книга, надеюсь, хоть немного скрасит твое разочарование. Поздравляю с Днем рождения! Рон». Вот черт побери, а я сам хотел его пригласить... — растерянно пробормотал именинник. — Кому же мне отдать последний билет?
— Может, ты предложишь его Лонгботтому? — негромко спросил Люпин. — Его бабушка никогда не согласится поехать на подобное мероприятие. И одного его тоже не отпустит.
— Спасибо, Ремус! Отличная идея! Невиллу это должно понравится!
— И еще... Прости, Гарри, но я не смогу составить вам компанию. Ты, вероятно, забыл, но полнолуние — двадцать второго августа, а начало чемпионата — двадцать четвертого. Я просто не успею восстановиться.
— Но... Ведь мы сможем что-нибудь придумать, да? Мистер Снейп?
— Посмотрим. Думаю, предложить кому-либо отправиться на чемпионат можно даже в последний момент. От такого предложения вряд ли кто-то откажется, так что торопиться не стоит. Поттер, заканчивайте уже эту процедуру!
— Хорошо-хорошо! Тут немного осталось. Это, конечно, от Невилла: «Гарри, с Днем рождения! Думаю, тебе понравятся семена этих растений, и возле твоего дома никогда не будет серо и скучно! И еще. Я знаю, тебе иногда снятся плохие сны, поэтому прими от меня маленький сувенир. А бабушка посылает тебе книгу и просит передать, что всегда будет рада видеть тебя в нашем доме. Н.Л.» Интересно... Ой, смотрите, Невилл подарил мне подушку!
— Ну-ка, дайте мне ее сюда! Хм... Что у нас тут? — Поднеся подушку к лицу, зельевар глубоко вдохнул. — Ага! Шалфей, розмарин, хмель, бузина, душица, вереск, лаванда, папоротник-ороляк... А Лонгботтом совсем не такой тупица, как я думал. В гербологии он действительно разбирается. Что ж, Поттер, можете поблагодарить своего друга, эта «подушка» на самом деле в состоянии заменить пару флаконов с легким снотворным и успокаивающим.
— Здорово! Если это настолько полезно, почему я не видел ничего похожего в Косом переулке?
— Да потому, что никто не занимается выпуском подобных вещей.
— Ну и зря! — вступила в разговор Сесилия. — У магглов подобные вещи давно в ходу. Не знаю, что именно входит в состав смесей, которые они помещают в подушки, но они действительно помогают уснуть. У меня тоже есть нечто подобное. Но ты забыл про книгу. Ого, какая тяжеленная!
Гарри, перехватив поудобнее переплетенный в тисненую кожу с тусклым золотистым обрезом и латунной застежкой том, бережно открыл первую страницу и прочитал название: «Родословная магических родов Британии, Ирландии, Исландии, Шотландии, Уэльса и Континентальной Европы».
— Ого! — восторженно воскликнул Блэк. — Это не простая книга, Гарри. В ней отражаются изменения в состоянии всех самых древних родов. Когда-то подобная ей была и в нашей библиотеке, однако когда моя кузина вышла замуж за маггла, матушка со злости сожгла ее в камине! Береги ее, их не так-то много и осталось!
— Обязательно! Но что мне с семенами-то делать? Наверняка Невилл рассчитывал, что я посажу их на Тисовой и сам буду за ними ухаживать. А теперь куда я их дену? Мистер Снейп, Сириус, вы позволите мне устроить их возле ваших особняков? Только их так много...
— Не волнуйтесь, Поттер! Места для приложения и ваших сил, и способностей Лонгботтома в ближайшее время будет предостаточно. Поторапливайтесь, у нас не так-то много времени, а программа на сегодня еще не выполнена!
— Да-да, профессор, я скоро. Вот, маленький сверток от Луны Лавгуд. Открытка, а еще... По-моему, это браслет. Взгляните, тут какие-то знаки.
Сириус аккуратно взял из рук мальчика тяжелый серебряный с чернью браслет.
— Ага... Руны Эйваз-Альгиз-Иса... Поздравляю, ты получил довольно сильный артефакт, направленный на защиту от магического воздействия. С твоим амулетом, конечно, не сравнить, но от мелких проклятий, а так же от сглазов, приворотов и прочей чепухи, на которую твой амулет, скорее всего, и внимания не обратит, не посчитав все это сколько-то значимой угрозой, должно подействовать.
— Привороты? — не понял Гарри.
— Ну, заклинания влечения, приворотные и любовные зелья...
Гарри покраснел:
— Да ну, кому это нужно...
Сесилия снисходительно усмехнулась:
— Поверь, Гарри, самое время обзавестись чем-то подобным. Даже если не учитывать, что ты — наследник не самых бедных родов, внимание девочек тебе обеспечено. Ты и сам с этим согласишься, стоит тебе только повнимательнее взглянуть на себя в зеркало. А уж если кто-то из журналистов проведает о твоем наследстве... Да ладно, не красней! Ну что, ты закончил с подарками?
— Кажется, да.
— Это вам только так кажется, Поттер. Нам предстоит сейчас небольшое путешествие, во время которого вы получите оставшуюся часть подарков.
— Как, это еще не все?!
Вместо ответа все взрослые встали в круг и взялись за небольшую латунную табличку, текст на которой Гарри прочесть не мог — он был перевернут вверх ногами.
— Раз, два, три!
Поттер недовольно помотал головой. Несмотря на то, что порталом он перемещался уже несколько раз, его все еще мутило. Мальчик открыл глаза и увидел перед собой невысокий, в два этажа особняк, от центра которого под небольшим углом отходили два симметричных крыла. Вокруг дома расположился заброшенный сад, одна половина которого буйно заросла разросшимися за долгие годы деревьями и кустарниками, а вторая казалось странно пустой, словно только недавно оправилась от большого пожара.
— Где это мы? — растерянно спросил Гарри, оглядываясь на выжидательно замерших взрослых. И тут же откуда-то, словно из окружающего пространства, пришел ответ. — Это... это дом моих родителей, да? Это Годрикова Лощина?!
— Да, Гарри, — Сириус шагнул к мальчику и обнял его за плечи. — Мы не хотели говорить тебе раньше времени, но гоблины успели отремонтировать его как раз к твоему дню рождения. Мы с Ремусом тут часто бывали, поэтому воссоздали особняк в том виде, который помнили. Северус, правда, дополнил дом лабораторией и хорошо оборудованными тренажерным и дуэльным залами, а Люпин установил защиту в дополнение к той, что поставили гоблины. Теперь это место охраняется лишь чуть хуже, чем фамильный мэнор. А когда ты возродишь защиту крови, никто, кроме тех, кому ты позволишь сам, не сможет сюда зайти.
— Все так, вот только Блэк забыл сказать, что мебель в особняк заказывал он. А теперь, Поттер, возьмите это и повесьте у входа в особняк. Пора всем заявить — в Годрикову Лощину возвращается наследник Поттеров. И теперь уже — навсегда.
Гарри взял из рук Снейпа латунную табличку, служившую им порталом и перевернул. Ничего особенного, просто лаконичная надпись «Гарри Джеймс Поттер»...
___________________________________________________________________________
* Акцентуации характера (лат. accentus — ударение), черты в характере человека, которые, не выходя за рамки психической нормы, могут при определённых условиях существенно затруднять его отношения с окружающими
Преморбид (лат. morbus — болезнь) — предшествующее и способствующее развитию болезни состояние (на грани здоровья и болезни), когда защитные и приспособительные силы организма перенапряжены или резко ослаблены
Пубертатный период — процесс изменений в организме подростка, вследствие которых он становится взрослым и способным к продолжению рода.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Четверг, 27.11.2014, 13:32 | Сообщение # 33
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 29

...Два мотоцикла мчались по серой ленте дороги навстречу скомканным тучам, стремительно разрастающимся на горизонте. Измученные августовской жарой деревья и кусты уже сгибались в глубоких поклонах, заранее благодаря за долгожданную влагу. Разгулявшийся ветер закручивал слежавшийся на обочинах дорог песок и щедро бросал его под колеса путников. Серое подбрюшье ближайшей тучи внезапно вспорола ветвистая молния, и на асфальт упали первые капли дождя. Мотоциклисты, сбросив скорость, уже катили по окраинам Лондона. Едущий впереди махнул рукой куда-то в сторону, и, проехав еще сотню ярдов, вдруг пропал в заросшем кустарником переулке. Его спутник, не мешкая, повторил маневр.
Переулок, с одной стороны которого виднелись стены древней церкви, оказался на удивление коротким и заканчивался у дверей невысокого, всего в три этажа, кирпичного дома с деревянной верандой, вопреки непогоде озаряющей прилегающее пространство мягким светом. Скинув шлем, Гарри огляделся — на крыше веранды в больших плетеных корзинах пламенели цветы; под выписанной готической вязью вывеской, словно вышколенные швейцары, навытяжку застыли два громадных пивных бочонка со смешными хохолками-метелками душистого горошка и все той же надписью на боках «Старая митра».
Отогнав мотоциклы на стоянку, двое мотоциклистов, кивнув стоящим у входа мужчинам, вошли внутрь. Темные панели стен и такого же цвета балки на фоне светлого потолка, гнутые решетки камина, тяжелые кресла, разместившиеся вокруг — все это напоминало скорее интерьер какого-то костюмированного фильма, нежели питейного заведения. Но переполненный напитками бар с двумя стойками, расположенный в центре помещения, деревянные круглые столы, окруженные тяжелыми табуретами, множество развешенных под потолком пивных кружек, а так же обязательный для такого рода заведений запах, быстро развеял все сомнения. Поздоровавшись с барменом, посетители заказали жареную в пивном кляре морскую рыбу и картошку, а на десерт — пироги с рубленым стейком и почками в фирменном соусе. Забрав заказ, они направились было в самый дальний угол, как вдруг, проходя мимо одного из столиков, услышали тихий возглас:
— Святые угодники! Видно, скоро ад замерзнет, если ты, старина, выбрался в такую даль! А кто это с тобой? Только не говори, что сын, не поверю! Хотя... Ох, Мерлин и Моргана!.. Да это же...
— Гил? Вот уж кого не ожидал здесь встретить... Ты-то сам как здесь оказался?
Сухопарый, с высоким лбом и темными глазами мужчина насмешливо фыркнул:
— Это-то как раз ясно. Я, с милостивого разрешения местного священника, разбираю архивы в церкви Святой Этельдреды. Представляешь, какая удача для «скромного архивариуса»! Перспективы — потрясающие! С тринадцатого века там столько накопилось!.. А вот тебя сюда каким ветром занесло? Да еще в такой компании?
Северус Снейп, словно только что вспомнивший о своем молодом спутнике, небрежно ответил:
— Ну, можешь считать, я тоже на работе. Знакомьтесь, Поттер — это Гилберт Уимпел, мой бывший однокашник. Думаю, молодого человека представлять излишне?
Гарри молча склонил голову. Ему совсем не понравился цепкий, оценивающий взгляд, за секунду словно просканировавший его насквозь.
— Да уж... Вот не знал, что ты подвизаешься в должности гувернера... Это что, новая мода? Или я чего-то не знаю? — насмешливо поинтересовался «архивариус».
— Неужели на этом свете все же есть что-то, чего ты не знаешь? — ехидно ухмыльнулся Снейп.
— Я могу это расценить, как лесть?
— Это вряд ли... Не забывай, мне известно, кто ты и чем ты занимаешься.
— Для школьного профессора ты удивительно хорошо информирован... Недаром мое начальство к тебе присматривается!
— Не думаю, что представляю для Министерства какой-либо интерес.
— Это ты зря... Любой человек по-своему интересен, а уж такой, как ты...
— Может, все же поедим, или так и будем обмениваться комплиментами?
— Предлагаю совместить полезное с приятным. Так все же, что привело тебя в эти места?
— Причина прозаическая — дождь. Он застал нас на середине пути. Чертовски неудобно, знаешь ли, ехать на мотоциклах в такую погоду...
— На мотоциклах? Ты водишь мотоцикл?!
— Сам удивляюсь... Случай — вот что правит миром, и это лето — наглядное тому подтверждение...
— Может, все же расскажешь? Торопиться некуда, судя по погоде, мы застряли тут не меньше, чем на час...
Гарри слушал, как Снейп, немного редактируя события, рассказывает о поручении Дамблдора, и размышлял о том, что, скажи ему кто-нибудь несколько недель назад, что злобный профессор зельеварения буквально заболеет мотоциклом, он счел бы этого человека ненормальным. А ведь Сесилия с самой первой встречи что-то такое предвидела...
...Для него самого мотоцикл был глотком свободы в беспрерывной череде занятий. Сказать по правде, теперь, когда в число его наставников явочным порядком включили себя мадам Боунс и ( подумать страшно!) миссис Лонгботтом, Поттер не выкладывался магически так, как это было прежде. И все же нагрузки были велики, так что к вечеру он буквально валился с ног. Свободного времени практически не оставалось, но... С такими женщинами не поспоришь, особенно, когда они в одночасье решили покончить с большинством пробелов в воспитании высокородного наследника. Амелия Боунс безапелляционно заявила, что лучший отдых — это смена деятельности, и теперь занятия трансфигурацией и боевой магией перемежались с заучиванием правил этикета и фехтованием, танцами и экономикой, юриспруденцией и рунами... Компанию Гарри составляли то Невилл, то Сьюзен Боунс. Северус Снейп, поначалу попробовавший было возражать против «бессмысленного распыления сил», быстро понял, что в этот раз он проиграл.
Неизвестно, надолго ли хватило бы Гарри, но тут в игру вступила Сесилия. Посмотрев с неделю на творящееся безобразие, она безапелляционно заявила: «Как хотите, но после ужина с Гарри занимаюсь я!» и, не слушая ничьих возражений, начала обучать его вождению.
С природными данными Поттера, его реакцией, чувством равновесия и глазомером, усовершенствованными за три года игры в квиддич, на обучение хватило пары дней. Катерхем* как нельзя лучше подходил для поездок — помимо оживленных дорог, связывавших городок с Лондоном, вокруг было немало тренировочных трасс, которые в ранние утренние или поздние вечерние часы были практически пусты. Разумеется, мотоцикл Сесилии чуть ли не вдвое превосходил по скорости миниатюрный скутер, но Гарри с первых же минут буквально сроднился с этим юрким чудом и не променял бы его ни на что другое.
При таком подходе не было ничего удивительного, что уже через неделю, в воскресный вечер серо-голубая «Ямаха» и маленькая черная «Хонда» ловко лавировали в потоке машин, направлявшихся в сторону Лондона. Нагретый августовским солнцем воздух покорно пропускал стремительно мчавшихся гонщиков. Даже самые дорогие автомобили казались Гарри громоздкими и неуклюжими, и ему было жаль тех, кто тащился в этих закрытых коробках. В Лондоне скорость пришлось сбросить. Гарри ожидал, что они вот-вот развернутся и отправятся назад, но у Сесилии, похоже, были совсем другие планы.
Они катили по зеленым улицам предместий до тех пор, пока Сесилия решительно не затормозила возле ничем не примечательной круглой площади с неработающим фонтаном. Гарри, не понимая, что привлекло внимание мисс О’Флаэрти, настороженно огляделся. Массивные каменные здания, вытянувшиеся в длинную шеренгу, были похожи на пожилых краснолицых фермеров, усевшихся на одной скамейке. Ни на скамейках вокруг фонтана, ни в сквере неподалеку не было ни единой живой души. Стекла домов подсвечивало заходящее солнце; темно-зеленая листва деревьев, пропитанная горячей истомой уходящего дня, едва трепетала под редкими порывами ветра. Даже птицы, лениво перепархивающие с ветки на ветку, не нарушали сонный покой этого места.
— Что мы здесь делаем, Сесилия? — не выдержав, поинтересовался Гарри, вслед за женщиной снимая тяжелый шлем.
— Ждем, когда нас позовут в гости... — загадочно улыбаясь, ответила та.
— Мы приглашены в гости? К кому?
— Ну, «в гости» — это не совсем верно, — послышался из-за спины знакомый голос.
Резко обернувшись, Гарри увидел шагавшего к ним Сириуса.
— Правильнее сказать, сегодня ты наконец-то увидишь дом, который в равной степени принадлежит и тебе, как моему законному наследнику. Вот, прочти это... — Сириус протянул Гарри и Сесилии небольшую записку, на которой было всего несколько слов: «Площадь Гриммо, 12, особняк Сириуса Блэка».
Гарри, недоумевая, прочел этот адрес вслух, и произошло чудо — вросшие в землю дома нехотя раздвинулись, и в возникшем проеме появилось новое здание, значительно превосходящее в размерах соседние. Темные каменные плиты облицовки блестели, словно омытые дождем, окна яростно пылали оранжевым пламенем, массивная дверь из мореного дуба выглядела так, словно ее только недавно установили.
Сириус весело рассмеялся, заметив недоумение своего крестника:
— Что, нравится?
— Очень, — честно признался Гарри, никак не ожидавший ничего подобного. — Постой, Сириус, ты же говорил, что твой дом — всего лишь старая развалина, доставшаяся тебе от родителей?
— Ну, до определенного момента именно так все и было... Думаю, лучше будет, если мы поговорим обо всем внутри.
Они подошли поближе, и Гарри заметил серебряный молоток, выполненный в форме змеи. Ни замка, ни замочной скважины на двери видно не было. Сириус поднес к двери палочку, и дверь моментально отворилась.
Гарри и Сесилия ступили внутрь обширного помещения. Над головой мягким светом вспыхнула массивная бронзовая люстра, на боковых стенах коридора загорелись выполненные в том же стиле светильники. Стены были увешаны выцветшими от времени и бережно обновленными гобеленами, повествующими о подвигах могучих мужчин; светло-коричневые портьеры обрамляли двери по обе стороны коридора. Но особенно привлекала взгляд белоснежная мраморная лестница, пологими витками уходящая куда-то вверх.
Неслышно появившийся за их спинами Сириус решительно подтолкнул их ко второй слева двери:
— Милости прошу, дорогие гости и хозяева!
Гарри, все еще не пришедший в себя от удивления, вошел и снова застыл: в мягких темно-зеленых кожаных креслах, живописно расставленных возле камина, сидели с бокалами в руках Ремус Люпин и Северус Снейп. Заметив Сесилию, мужчины дружно поднялись со своих мест, приветствуя очаровательную гостью. Взаимные расшаркивания не заняли много времени, и уже через несколько минут Гарри и Сесилия с интересом слушали историю восстановления знаменитого особняка Блэков. Дом, почувствовав благотворную мощную магию нового Лорда, сбросил груз прожитых веков и всеми силами помогал гоблинам. Открывались замаскированные после смерти старого владельца двери залов, обновлялись портреты... Полупустая библиотека, состоявшая, на взгляд постороннего, из нескольких десятков разрозненных томов, одним воскресным утром проявилась во всей своей полноте и неповторимости. Даже старый, постоянно бормочущий себе под нос домовик в одночасье заметно помолодел и оживился. Вот и сейчас, сверкая белоснежным льняным полотенцем, повязанным на манер тоги и украшенным гербом рода Блэков, он расторопно двигался вокруг небольшого столика, сервируя закуски к чаю. Но гости, как бы им этого не хотелось, не собирались задерживаться надолго. Сириус предлагал всем остаться на ночь, а утром завершить подробную экскурсию по старому особняку, но Снейп не хотел рисковать — существовала вероятность внезапного вызова из Хогвартса. Сириус предложил другой вариант — оставить мотоциклы в подвале, а самим позже воспользоваться камином или аппарировать, но тут уж Гарри встал на дыбы — он ни в какую не соглашался оставить свой скутер, даже на короткое время.
Блэк, загадочно усмехаясь, проговорил:
— Что ж, тогда третий вариант. Не будем разрушать такую чудесную компанию. Предлагаю отправиться назад всем вместе.
— И как ты себе это представляешь? — ехидно поинтересовался Снейп. — Даже если я усядусь на эту жужжащую каракатицу, составной частью которой Поттер до конца лета рискует стать, мотоцикл Сесилии троих точно не потянет... Разве что ты побежишь следом, гоняя по дороге кур и кроликов!
— Ну, к чему такой экстрим... Мы поступим по-другому. Через пять минут жду вас всех внизу.
Гарри, Сесилия и Снейп недоуменно переглянулись, а вот Люпин определенно знал, о чем идет речь.
...Да, это был сюрприз так сюрприз!
У дверей особняка стояло уже не два, а три мотоцикла!
Старомодный, громадный черно-серый монстр блестел никелированными накладками, вызывая невольное почтение.
— Что это? — напряженным шепотом спросила Сесилия.
— Это? Как видите, это тоже «Хонда». Ну, может несколько модернизированная, но это я продемонстрирую как-нибудь в другой раз. А теперь, если никто не возражает, предлагаю всем занять свои места... Сесилия, кого предпочтете в качестве пассажира?
— Ну уж нет, Блэк! Ехать с тобой, да еще на этом чудовище? Я еще не совсем сошел с ума! Сесилия, могу я попросить вас избавить меня от подобного испытания? В вашем умении водить все эти агрегаты я не сомневаюсь, а сесть с этим ненормальным — да я лучше на драконе полечу!
— Что ж, Северус, я не против, но предупреждаю — я люблю быструю езду! Конечно, настоящую скорость здесь не разовьешь, но с непривычки... В общем, держитесь крепче — и все будет в порядке! Ну что, поехали?
Гарри видел, с какой осторожностью зельевар усаживался за спиной у Сесилии, зато каким восторгом горели глаза Снейпа часом позже, когда маленькая кавалькада вернулась в Катерхем! Сириус и Гарри переглянулись, заметив, как длинные пальцы Мастера Зелий украдкой погладили горячий корпус мотоцикла. Никого не удивило, что совсем скоро и у Блэка появился свой ученик...
Поэтому сегодня, когда встал вопрос о том, каким образом им добираться до Лондона, Гарри ничего не стоило уговорить зельевара совместить полезное с приятным и воспользоваться мотоциклом Сириуса. Благо ни его самого, ни Сесилии уже несколько дней в Катерхеме видно не было.
* * *
— Поттер, демон вас раздери, вы что, приросли к этой табуретке? — свистящий шепот Снейпа разом прогнал воспоминания. — Идемте, дождь уже закончился... Гил, ты с нами?
— Еще чего! Я пока в своем уме, в отличие от тебя! — ухмыльнулся мистер Уимпел. — Что ж, мистер Поттер, буду рад продолжить наше знакомство на Чемпионате...
— До свидания, мистер Уимпел, — сдержанно попрощался Гарри. Перспектива дальнейшего общения с этим человеком его почему-то не привлекала.
Дождь, действительно, уже кончился. Сильный ветер отгонял свинцово-серую глыбу туч подальше от дочиста отмытого города. Солнечные лучи отражались от крошечных, словно осколки зеркала, лужиц на обочинах дорог, невольно заставляя прищуриваться. Наши путешественники, взметая фонтаны брызг, за четверть часа домчались по все еще пустынным улицам до крохотного тупичка недалеко от «Дырявого котла». Трансфигурировав магловскую одежду, они прошли сквозь паб и вышли в Косой переулок. Только здесь Гарри решился задать мучавший его вопрос:
— Сэр, а какой он, этот мистер Уимпел? И что значит «продолжим наше знакомство на Чемпионате?»
— Поттер, вы меня поражаете... Едва я начинаю верить, что вы не такой тупица, каким казались все это время, как вы тут же развеиваете мои заблуждения! Вы вообще слышали что-нибудь из разговора?
— Честно признаться, нет, — покраснел Гарри.— Я задумался...
— И над чем же, позвольте узнать?
— Я не понимаю, почему мне так не по себе в присутствии этого господина...
Снейп внимательно оглядел необычайно серьезного мальчика и совсем другим тоном поинтересовался:
— И до чего вы додумались?
— В том-то и дело, что ни до чего... Просто мне все время казалось, будто он меня просвечивает, словно рентгеном.
— Интересно... — протянул Снейп. — Видите ли, Поттер, Гилберт Уимпел с детства был чертовски любопытен. Думаю, именно поэтому в Министерстве он возглавляет Комиссию по экспериментальным зельям и чарам. Согласитесь, было бы удивительно, если бы с таким характером его оставила равнодушным загадка Мальчика-который-непонятно-каким-образом-выжил. Так что приготовьтесь к неминуемым расспросам.
— А нам обязательно общаться с ним на Чемпионате?
— Если бы вы были хоть чуть внимательнее, вы бы знали, что Гил пригласил нас остановиться в его палатке. Все складывается как нельзя лучше: Гилберт — довольно близкий родственник Лонгботтома, вы — его гость... То, что мы с Гилбертом — старые приятели, тоже ни для кого не является секретом. Со стороны это выглядит следующим образом: двое взрослых вынужденно присматривают за двумя подростками, хотя сами к квиддичу весьма равнодушны. К тому же у мистера Уимпела репутация желчного, неуживчивого человека, так что вряд ли найдется много желающих соваться к нам с визитами.
Гарри с минуту помолчал, а потом вопросительно взглянул на зельевара:
— Возможно, вы правы, и нам это на руку... Но зачем это вашему другу?
— Он ведь не скрывал своего желания пообщаться с вами, разве нет?
Поттер неопределенно пожал плечами и уже собирался что-то ответить, но тут за его спиной прозвучал пронзительный голос:
— Гарри, дорогой! Вот так сюрприз! Что же ты не написал Рону, что собираешься сегодня в Косой переулок? Думаю, он рад был бы составить тебе компанию!
— Добрый день, миссис Уизли! Мы не планировали поход по магазинам, просто с утра прилетела сова со списком учебников, и мистер Снейп решил, что лучше всего покончить с покупками сегодня...
Миссис Уизли, словно только что заметив зельевара, сухо кивнула:
— Здравствуй, Северус! Кажется, я должна перед тобой извиниться. Ты же понимаешь — если бы не обстоятельства, мы бы с удовольствием приютили Гарри...
— Так решил директор, и не нам с тобой с ним спорить. Прости, Молли, но у нас еще много дел...
— Так займись своими делами, а я присмотрю за мальчиком. К тому же кому, как не мне, знать, в чем именно нуждаются дети в этом возрасте...
— Спорное утверждение, Молли. Можешь не верить, но я когда-то тоже был юношей, так что Поттеру, вероятно, гораздо комфортнее будет в моем присутствии решать проблемы с нижним бельем или бритвенными принадлежностями... Извини, нам пора, — не дожидаясь, пока растерявшаяся женщина придет в себя, зельевар потащил Гарри в книжный.
Во «Флориш и Блоттс» управились быстро, так как в присланном списке значилось всего два учебника, которых еще не было у Поттера: «Магия и безопасность. Оборона, отражение, контрзаклятья» и «Магические дуэли — защита и нападение».
— Занятные книжки, — просмотрев содержание, задумчиво протянул Снейп. — А я ведь понятия не имею, кого в этом году нанял Дамблдор на должность преподавателя по ЗОТИ. Ладно, Поттер, нечего тут задерживаться, нам еще нужно пополнить запас ингредиентов...
Аптекарь, завидев Снейпа, заметно побледнел и так подобострастно тянулся перед Мастером зелий, что Гарри даже стало его жалко. Выходя из аптеки, он сочувственно улыбнулся облегченно выдохнувшему продавцу и получил благодарную улыбку в ответ. У мадам Малкин пришлось задержаться подольше — Снейп настоял, чтобы и на рабочие, и на зимние мантии были наложены заклинания Безразмерности.
— Вы, Поттер, за лето успели вытянуться дюйма на три, и это притом, что большая часть энергии все же уходила на тренировки... Боюсь, что после возвращения в школу вы, подобно другим остолопам, снова приметесь валять дурака, что при вашем теперешнем аппетите может запросто превратить вас в подобие кузена...
Гарри не на шутку встревожился:
— В Хогвартсе мы что, совсем не будем заниматься?
— А как, позвольте узнать, вы себе это представляете? Допустим, я найду предлог пару раз в неделю назначать вам отработки, и что? Вы будете отрабатывать боевые заклинания в моей лаборатории? Или прикажете использовать для этой цели гостиную Слизерина? А может, вы рассчитываете на мои апартаменты?
Гарри сник:
— Значит, на ближайшие полгода мы с вами снова враги?
Снейп насмешливо покосился на мальчика:
— Что, отвыкли за лето, Поттер? Пора восстанавливать status quo — я считаю вас заносчивым выскочкой, а вы меня — сальноволосым тираном. Мы терпим друг друга лишь по необходимости. Ну, а как обстоят дела на самом деле — никого из посторонних не касается. Хотя есть у меня ощущение, что директор в той или иной форме поручит мне присматривать за его Золотым мальчиком, так что не радуйтесь раньше времени. Возможно, я еще попорчу вам кровь.
Они шли из магазина мадам Малкин и неожиданно лицом к лицу столкнулись с коренастым, медноволосым молодым человеком. Гарри с первого же взгляда понял, что перед ним — один из старших братьев Рона. Только вот кто — Билл или Чарли?
— Добрый день, мистер Снейп! Рад вас видеть! — парень, увидев перед собой грозного зельевара, к удивлению Гарри вполне доброжелательно ему улыбнулся.
— Мистер Уизли! Вы, как я слышал, променяли гонки за снитчем на охоту за более крупной добычей? Что ж, похвально... Как бы мне хотелось сказать, что после окончания вами Хогвартса у команды Слизерина закончились проблемы, но — увы! Этот вот юнец, к моему сожалению, весьма успешно занял ваше место... Вы знакомы? Нет? Что ж, тогда знакомьтесь: Гарри Поттер — Чарли Уизли.
Рыжий парень протянул Поттеру широченную ладонь:
— Привет! Рад, что команда Гриффиндора с твоей помощью вернула себе кубок! Честно признаться, по рассказам матушки я тебя представлял несколько иначе.
— И как же?
— Ну... Она вечно твердит «бедный мальчик, бедный мальчик»... Я думал, ты хилый заморыш, которого нужно постоянно опекать, а ты...
— Молли недалека от истины — за ним действительно нужен глаз да глаз. Это не подросток, а ходячее недоразумение, неприятности к нему так и липнут. Чарли, вы не очень торопитесь, нет? Тогда присмотрите полчасика за этим великовозрастным дитятей, а я еще должен кое с кем повидаться... Встретимся у Фортескью.
Гарри хотел возмутиться, но Снейп уже шагал в сторону белоснежного здания.
Чарли усмехнулся:
— Даже не думай на него злиться! Снейпа надо воспринимать, как стихийное бедствие: хорошего мало, но что поделаешь! Кстати, а как ты оказался в его компании? Вряд ли он воспылал горячей любовью к гриффиндорцам вообще и к тебе — в частности...
— Дамблдор почему-то решил, что из него получится неплохая нянька для Золотого мальчика. Такая вот тренировка на экстремальное выживание.
— Брось! Снейп нормальный мужик! Язва, конечно, и лодырей не любит, но это потому, что сам работает, как зверь. Ты присмотрись к нему — он ведь мало того, что зельеварение ведет на всех курсах и Слизерин курирует, так еще и больничное крыло всем необходимым обеспечивает, и с клиникой св. Мунго сотрудничает! Да и статьи в «Вестнике Зельеварения» за его подписью появляются регулярно. Зельевар от Бога! Если бы занялся частной практикой — деньги бы лопатой греб! Никогда не понимал, что его держит в Хогвартсе?
«Точнее было бы спросить «Кто?» — невесело усмехнулся Гарри, но озвучивать свои мысли не стал и постарался сменить тему:
— Мистер Уизли...
— Ты что, с ума сошел? — возмутился Чарли. — Какой я тебе «мистер»? Забыл, как меня зовут?
Гарри улыбнулся:
— Хорошо... Чарли, помнишь, два года назад Хагрид переправил к тебе Норберта? Ты что-нибудь про него знаешь?
Губы рыжеволосого парня расплылись в широкой улыбке:
— А что, тебе Хагрид ничего не рассказывал? Ошиблись вы с именем! Не Норберт это, а Норберта! Красавица-девочка, одна из моих подопечных. Характерец, правда, тот еще!.. Я Хагриду колдографии привез, в Хогвартсе посмотришь...
В ожидании заказа они уселись за столиком в кафе Фортескью и, наблюдая за спешащими по своим делам волшебниками, вспоминали давнюю историю. Разговор становился все более непринужденным. Гарри, смеясь, рассказывал, как Хагрид, прощаясь, уложил в ящик с драконом плюшевого мишку, и как они с Гермионой едва не умерли, пока дотащили неподъемный груз до Астрономической башни. Как их поймала профессор МакГоннагал и чем закончилась отработка в Запретном лесу.
— Вот, значит, как! Выходит, мистер Малфой говорил правду и напрасно понес наказание? Дракон действительно существовал?
Услышав вкрадчивый голос зельевара, Гарри вздрогнул и оглянулся: позади их столика стоял Снейп и еще один парень, чьи огненно-рыжие, как у Джинни, волосы были стянуты в тугой хвостик.
— Билл Уизли... — сказал парень, протягивая руку и улыбаясь. — А ты, как я понимаю — тот самый Гарри Поттер, о котором нам Рон все уши прожужжал?
Гарри неопределенно пожал плечами:
— Это смотря что он жужжал...
— Вы не ответили на мой вопрос, Поттер! — вклинился в разговор зельевар. — Вы признаете, что по вашей милости мой факультет напрасно потерял пятьдесят очков?
— Насколько я знаю, профессор, Малфоя наказали не за рассказ о драконе, а за то, что он в ночное время бродил по замку... Если вы помните, одновременно за то же самое профессор МакГоннагал лишила ста пятидесяти очков факультет Гриффиндор, так что все справедливо...
— Но то, что Драко рассказывал — правда?
Гарри неохотно кивнул.
— А скажите-ка мне, Поттер, какого демона вы ввязались в эту авантюру? Почему Хагрид сам не мог передать своего дракона друзьям мистера Уизли?
Гарри растерялся:
— Ну... Мы просто не хотели, чтобы у Хагрида были неприятности.
— Видите, Чарли, насколько я был прав! Поведение этого индивидуума предсказать невозможно! То, что у служащего Хогвартса могут быть проблемы, его волнует куда больше, чем наказание, полученное им самим! Вам ведь после потери такого количества баллов на факультете объявили бойкот, нет? Поправьте меня, если я ошибаюсь...
Гарри упрямо поджал губы:
— Ну и что? Все ведь кончилось благополучно, зато Хагрид остался в стороне.
Снейп безнадежно махнул рукой:
— Мне кажется, Гриффиндор — это неизлечимо! Патологический диагноз! Прощайте, господа, увидимся на Чемпионате!
________________________________________________________________________________________
*В городке Caterham расположена фирма, занимающаяся производством легковесных спортивных автомобилей
Для тех, кому интересно:
Церковь Святой Этельдреды
http://www.pichome.ru/image/55t
Паб "Старая Митра"
http://www.pichome.ru/556
http://www.pichome.ru/55H
http://www.pichome.ru/55V
Мотоциклы Сириуса и Сесилии, скутер Поттера
http://www.pichome.ru/55s
http://www.pichome.ru/557
http://www.pichome.ru/558
Гоночные машины, выпускаемые в Катерхеме.
http://www.pichome.ru/55F
http://www.pichome.ru/55P



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Пятница, 28.11.2014, 23:15 | Сообщение # 34
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 30

— Мастер Гарри, мастер Гарри! Просыпайтесь! Пожалуйста, просыпайтесь!
Да что ж это такое! Он до поздней ночи не спал, читал новые учебники по защите и вот, только ему начало сниться что-то интересное, а тут снова этот проклятый эльф... Эльф?!
— Добби? Что случилось?
— Мастер Гарри, вы нужны в гостиной, срочно! Добби не знает, что делать! Там гость хозяина... Он плачет!
У самого домовика глаза тоже были наполнены слезами. Черт возьми, да что там произошло?!
Гарри, не теряя времени на переодевание, прямо в пижаме по-эльфийски переместился в гостиную. Еще на пороге его резанул по нервам низкий, вибрирующий, какой-то нечеловеческий звук. Добби ошибся — человек не плакал... Человек глухо выл, периодически поскуливая и захлебываясь. Похоже, этот мужчина просто не умел плакать. Прошло несколько секунд, прежде чем Гарри понял, кто это был...
— РЕМУС?! Но... Как?
Тут кто-то еще налетел на Гарри из темноты, сдавил его плечи, с силой потряс, потом отпустил, еще больше растрепал волосы и все это — под аккомпанемент невнятного бормотания. Наконец, незнакомец неуклюже сгреб мальчика в охапку и замер, не разжимая рук.
— Палочки на пол! Я сказал — бросить палочки на пол! Люмос максима! Что тут происходит?
Снейп, появившийся на пару минут позже Гарри, застыл в дверях, нацелив палочку на самую несуразную компанию, которую он когда-либо в жизни видел. Сириус Блэк, то ли вконец обезумевший, то ли вусмерть пьяный, сграбастав Поттера, ломает мальчишке ребра. На любимом кресле хозяина, сложившись напополам, не то лает, не то смеется обычно невозмутимый Люпин, а в отдалении, апофеозом этого безумия, его, профессора Снейпа, домовой эльф трясущимися руками расставляет на кофейном столике элитные напитки из его, Северуса Снейпа, личного бара и раскладывает на парадный фарфор немудреную закуску.
— Акуаменти!
Хлещущая из-под потолка холодная вода обрушивается без разбора на правых и виноватых. Сириус, подняв лицо к потолку, счастливо хохочет и ловит капли ртом; Люпин, захватывая воду ладонями, проводит ими по лицу.
— ЛЮПИН?! — соображает, наконец, зельевар. — Блэк, какого демона ты в полнолуние приволок сюда оборотня? Ты что, спятил?
-ОН! БОЛЬШЕ! НЕ! ОБОРОТЕНЬ!!! — орет окончательно спятивший Блэк и, обхватив Снейпа, словно любимую женщину, кружит его в каком-то бешеном танце.
Гарри, нервно смеясь, подходит к Люпину и присаживается перед ним на колени. Промокший до нитки Люпин наконец-то открывает глаза — и мальчик жмурится, не в силах вынести его взгляд.
— Ремус, ты можешь толком объяснить, что случилось? Я уже понял, что ты сегодня не превратился. Но... Что, если это произойдет позже?
Гарри сжался, задав этот вопрос — человек так счастлив в эти минуты, а он своими сомнениями омрачает это счастье. Но на лице Люпина даже тени сомнения не возникает:
— Нет, Гарри. Думаю, что это теперь навсегда. Видишь ли... А, впрочем, лучше я сейчас это покажу!
Секунда — и посреди гостиной сидит матерый, серовато-коричневый волк с тяжелыми лапами и громадной головой. Сириус едва успевает выбить палочку из рук разъяренного Снейпа.
— Да стой ты, дурила! Лучше посмотри, что будет дальше!
Красавец-волк, поднявшись, проходит по кругу, словно давая всем налюбоваться собой, а потом так же стремительно превращается в бывшего профессора ЗОТИ.
— Ну, теперь понимаешь?! — приплясывая, орет Сириус. — Он уже раз двадцать это проделал! Нет больше Люпина-оборотня, есть Ремус Люпин, волшебник-анимаг! Завтра же оба отправимся в Министерство и зарегистрируем анимагические сущности официально! Ну, заплачу штраф, в конце-то концов. Компенсации за незаконный арест на десять тысяч таких штрафов хватит и мне, и Люпину!
Окончательно сбитый с толку Снейп подходит к мокрому креслу с небольшой лужицей по центру и обессиленно плюхается прямо в воду.
Добби, бдительно следящий за хозяином, щелкает пальцем, и по комнате проходит струя теплого воздуха, уничтожая даже намек на излишнюю сырость.
— Спасибо, Добби. — Поблагодарив домовика, зельевар машинально шарит рукой в поисках стакана, который услужливый эльф тотчас же подпихивает в его сторону. — Налей, пожалуйста и этим господам. А Поттеру — сок! Ну, или сливочного пива! Но ничего крепче!
Какое-то время все пребывают в прострации, то и дело подливая в свои стаканы коллекционный виски.
— Нет, так нельзя! — резкий голос Снейпа бьет по нервам, заставляя остальных вздрогнуть. — Думаю, все согласны, что то, что произошло с Люпином, напрямую связано с новыми возможностями Гарри...
— Может, теперь, когда эти новые возможности так повлияли на мою судьбу, мне кто-нибудь расскажет, наконец, откуда они появились? До нынешнего дня я не претендовал на полное доверие, но теперь, кажется, я больше всех заинтересован в том, чтобы оберегать своего избавителя... — вступает в разговор Люпин.
Гарри и Снейп, переглянувшись, коротко пересказывают события этого лета, умолчав об имени прежнего владельца амулета.
— Но тебе придется дать Нерушимый обет, — несколько сконфуженно говорит Гарри и торопливо добавляет: — Ты не думай, мы тут все под Обетом, даже я... И гоблины в Гринготтсе — тоже...
— Да я, в общем-то, и не протестую. Кому, как не мне знать, как при желании могут выбить информацию. Значит, все дело в медальоне? А кто-то другой его применять не пробовал?
Все присутствующие обескураженно переглядываются — действительно, об этом никто раньше даже не задумывался.
— Понятно... Тогда другой вопрос — а без медальона твоя магия способна тебя защитить? Или помочь восстановиться кому-то другому? Тоже не пробовали? Жаль... Рискованно, конечно, но о таких вещах лучше знать заранее. И еще — можно ли этот амулет потерять? Украсть? Отобрать, наконец? Можно ли сделать его невидимым для посторонних? На каком расстоянии он действует?
— Да-а-а, Люпин, школа многое потеряет, лишившись такого преподавателя по Защите, — задумчиво, без малейшей иронии, констатирует Снейп. — Вопросы ты задал важные и разбираться с ними, мне кажется, нужно в самое ближайшее время. А вот с чем торопиться точно не надо, так это с вашей регистрацией в Министерстве.
Люпин согласно кивает:
— Я тоже так думаю... Конечно, хотелось бы на весь свет объявить, что я больше не оборотень, но это потянет за собой столько вопросов и проблем, особенно для Гарри!.. Вы представляете, что будет, если мы дадим оборотням пусть призрачную, но надежду на исцеление, а потом окажется, что амулет может помочь только тем, кто входит в Круг? Да и для меня в таком известии будет мало проку. Должность преподавателя в Хогвартсе на этот год уже занята, а ни на что другое мой статус повлиять не может. Разве что повод для сенсации у журналистов появится...
— Кстати, о работе — нерешительно произносит Поттер. — Ремус, ты не согласишься переехать в Годрикову Лощину? Не дело только что восстановленному дому стоять пустым. К тому же мне Невилл подарил кучу семян и саженцев. Сейчас их сажать еще рано, а присмотреть за эльфами, когда придет время, я не смогу. Ты не подумай, я заплачу, сколько нужно!
Люпин ехидно фыркает:
— Да уж, Сохатик, заплати мне, пожалуйста, за то, что я весь следующий год, а то и больше, проживу в чудесном доме на всем готовом! Великий труд требует высокой награды!
— Ну зачем ты так? — расстроенно говорит Гарри. — Думаешь, у тебя будет мало хлопот? Добби, конечно, будет навещать тебя и помогать, если потребуется, но ведь в любом доме куча повседневной работы, поверь моему опыту. Магия, конечно, облегчает жизнь, и все же...
— Да ладно тебе! Он уже согласился! А об остальном предлагаю подумать позже. Ремус, кажется, нам пора покинуть этих добрых людей. С тебя на сегодня хватит. Вот проспимся — и договорим!
— Только не с утра, — вскидывается Снейп. — Нам надо закончить дела с управляющим в Гринготтсе, так что мы освободимся лишь во второй половине дня, не раньше.
* * *
Однако, как говорится, человек предполагает, а...
На следующий день с самого утра особняк Снейпа стали атаковать совы. Все газеты — от официальной «Magic news» до охочего до сплетен «Пророка» , вышли под сенсационными заголовками. «Сириус Блэк — жертва несправедливости прежней власти!» «Кто виноват в гонениях на представителей древних родов?» «Невиновный в Азкабане — возможно ли такое в наше время?» «Полжизни за решеткой — кто за это ответит?!» На первых полосах газет были размещены колдографии Сириуса Блэка — и те, которые были сделаны в Азкабане, и новые, запечатлевшие его на недавнем заседании Визенгамота.
Нашлось немало желающих как следует покопаться в этой истории. Откуда ни возьмись, появились мнения экспертов в области права; чиновники Министерства в один голос открещивались от возможности повторения подобного при теперешних властях, заверяя всех читателей, что для магического сообщества важна жизнь каждого из его членов... Не обошла пресса вниманием и знаменитого Мальчика-который-выжил, сообщив о том, что согласно завещанию покойных родителей Поттера, Сириус Блэк назначен его опекуном, и что он уже объявил мальчика своим наследником.
Снейп, мгновенно сообразивший, какое впечатление произведет появление мальчишки в Косом переулке в тот момент, когда пресса сдала его со всеми потрохами, отменил визит и на всякий случай поставил на особняк дополнительные охранные заклинания. Буклю отправили на площадь Гриммо, предупреждая о рискованности личных контактов.
Министерство, вероятно, выбрало этот момент в надежде, что на фоне предстоящего Чемпионата мира по квиддичу сообщение о реабилитации беглого узника не вызовет большого ажиотажа, но чиновники просчитались. Два имени, бывших на протяжении многих лет у всех на слуху — чего стоит по сравнению с этим информация о прибытии иностранных делегаций? Печатались дополнительные тиражи, выходили спецвыпуски и вечерние приложения... Три дня в прессе не утихал шум, и лишь в среду вечером, когда в Лондон прибыли обе квиддичные команды, статьи о безвинной жертве ушли с первых полос. Вечером того же дня в гостиной Мастера Зелий объявился вполне ожидаемый визитер...
* * *
Настроение у Северуса Снейпа было — хуже некуда. Он терпеть не мог, когда кто-то или что-то нарушало его планы. Вынужденная изоляция взбесила его окончательно, а потому в ответ на всегдашнюю добродушную улыбку Альбуса Дамблдора, появившегося из камина, он лишь саркастически скривил губы.
— Ну, здравствуй, Северус! Как я рад тебя видеть! Очень неплохо выглядишь, надо отметить... А где наш дорогой мальчик?
— Здравствуйте, директор! ВАШ дорогой мальчик в данный момент переписывает свое эссе по зельеварению... Надеюсь, вы пришли его забрать?
— Ну, не стоит прямо с порога говорить о делах... Как гостеприимный хозяин ты, надеюсь, напоишь меня чаем?
Кисло взглянув на бодрого и полного энергии директора, Снейп громко, так чтобы было слышно на втором этаже, позвал:
— Добби! Где ты, бесполезное существо? Не слышишь — у нас гости!
— Добби слышит, хозяин... — с готовностью пропищал эльф. — Простите глупого домовика, мастер Снейп! Добби приготовил ужин и накрыл в столовой... Господин директор соизволит отведать стряпню домашнего эльфа?
— Что ж, господин директор, я полагаю, было бы несправедливо ответить отказом на столь любезное приглашение, как вы считаете? — ухмыльнулся Снейп и, не дожидаясь ответа, распорядился:
— Передай мальчишке, пусть поживее заканчивает свою работу и спускается вниз!
Проходя вслед за хозяином в столовую, директор мягко попенял ему:
— Зачем так строго, Северус? Мальчик занимается на каникулах, это стоит только приветствовать... Кстати, что не так с его эссе?
— С чего вы взяли, что там что-то не так? Судя по его работе, он не совсем безнадежен...
— Так почему, в таком случае, ты заставил его переписывать?
— Вы меня не так поняли, директор... В данном случае слово «переписывать» следует воспринимать буквально... Раз уж этот оболтус попал под мою опеку на целых полтора месяца, было бы глупо не попробовать вложить в его голову немного знаний. Меня все время удивляло: если мальчишка так хорош в других предметах, как об этом твердят Люпин и Флитвик, то почему в зельеварении он — полный ноль? Оказалось, основная причина — в незнании элементарных основ. Разумеется, я не надеялся на какие-то выдающиеся результаты, но оказалось, что когда круг его общения сведен к минимуму, а голова не страдает от последствий квиддичных травм, с ним вполне можно работать. Я дал ему индивидуальный проект по исследованию свойств определенной группы алкалоидов, и Поттер, к моему удивлению, высказал пару неплохих идей. В данный момент он исправляет полученные замечания и оформляет работу. Думаю, это лето мальчишка провел менее бездарно, чем все предыдущие. Вот только мне все это вышло боком!
— Это почему? — заинтересовался директор, не пропустивший ни слова из рассказа декана Слизерина.
— Да потому, что, поддавшись минутной слабости, я совершил непростительную глупость! — Снейп в порыве раздражения хлопнул ладонью по столу и, не в силах справиться с эмоциями, вскочил со своего места и заходил по комнате. — Вы в курсе, что этот недотепа Лонгботтом, объявив своим лучшим другом вашего Золотого мальчика, пригласил его на свой день рождения? Ну, так вот... На следующий день последовал ответный визит на Тисовую. Дальше — больше. Августа, эта старая интриганка, узнав, что мне навязали... что Поттер до конца лета останется под моей опекой, так ловко повела дело, что сначала мальчишки вместе делали летнее задание, а потом, под предлогом того, что я, видите ли, лишил «бедного мальчика» нормальных каникул, взяла с меня слово, что я позволю обоим отправиться на Чемпионат. Вот только забыла поставить меня в известность, что сопровождать этих балбесов придется мне!
— Узнаю Августу! В молодости она из мужчин узлы вязала, — расхохотался Дамблдор.
— Вам легко смеяться, директор! А мне каково? Я никогда не понимал и не понимаю, как можно находить удовольствие в том, чтобы вместе с толпой ненормальных, называющих себя болельщиками, Мордред знает сколько времени крутить головой, наблюдая, как четырнадцать сумасшедших пытаются самыми разнообразными способами лишить себя жизни. И вот теперь, по прихоти одной старой вед... пожилой дамы, в дополнение ко всему я еще должен сопровождать на это действо двоих негодников, к тому же — с чужого факультета!
Дамблдор, удовлетворенно разглядывая плотно заставленный стол, усмехнулся:
— Сядь, Северус, и успокойся. В конце концов, это пойдет на пользу твоему имиджу. Что ж... Я был категорически против присутствия Гарри на чемпионате, но раз уж так получилось... Не думаю, что на глазах такого количества людей ему угрожает что-то серьезное, и все же было бы неплохо, если бы ты взял кого-нибудь себе в помощь. Может, мне поговорить с Люпином?
— У меня есть предложение получше — договоритесь с Блэком. Раз он теперь официальный опекун мальчишки, пусть забирает его к себе. Я вообще удивляюсь, что он до сих пор этого не сделал!
— Во-первых, он понятия не имеет, где находится Гарри. Я имею в виду — территориально... По крайней мере, Люпину я этого не сообщал. Надеюсь, ты тоже? Я так и думал... И потом, ты всерьез считаешь, что такой человек, как Сириус, после двенадцати лет в неволе предпочтет заняться воспитанием мальчика вместо того, чтобы удариться во все тяжкие? Сейчас, когда он официально оправдан? С его-то характером?
— То есть вы полагаете, что на самом деле мальчишка ему и даром не нужен?
— Ну, я бы не был так категоричен... Скорее, мальчик для Сириуса — это воспоминание о лучшем друге, о беспечной юности. Ну, и чувство долга не стоит сбрасывать со счетов. Но мы уклонились от темы... На Чемпионате будут все Уизли, может, пригласишь в компанию кого-то из старших сыновей? Ребята взрослые, ответственные...
— Не стоит, директор. Августа, помимо меня, откомандировала на это мероприятие еще и Гилберта Уимпела. Помните его? Он сейчас служит в Министерстве. Мы с ним неплохо ладили еще со школы, да и по работе не раз приходилось встречаться, так что справимся как-нибудь. Единственная просьба — избавьте меня от встреч с Блэком. Только публичных скандалов мне не хватало!
— Обещаю, я с ним сегодня же поговорю. Повод есть — я еще не поздравил его со снятием обвинения... Кстати, ты не в курсе, как случилось, что Министерство занялось этим вопросом?
— Что мне доподлинно известно, так это то, что всеми делами заправляла Амелия Боунс. Поттеру пришло письмо с требованием описать происшествие в Визжащей хижине. Меня и Люпина вызвали на рассмотрение в Отдел магического правопорядка, а потом и на слушанье в Министерстве. У меня сложилось впечатление, что в Министерстве на тот момент имели всю необходимую информацию, а от нас требовалось лишь подтвердить некоторые факты.
— Полагаешь, это дело рук Блэка?
— Ну, а кого же еще?..
Дамблдор переплел пальцы в замок и поднес их к губам:
— А как с ночными видениями Гарри? Они больше не повторялись?
Снейп вопросительно поднял бровь:
— А что, есть предпосылки?
Директор неопределенно дернул плечом:
— Ну, в свете случившегося всякое может быть... Ты за Гарри ничего необычного не замечал? Может, он стал более скрытным?
Зельевар раздраженно фыркнул:
— Можно подумать, Поттер когда-нибудь доверял мне. Скажите прямо, директор, чего вы от меня хотите?
— Видишь ли, Северус, может сложиться такая ситуация, что мальчик просто испугается своих видений и замкнется в себе. А то, что он видит, может быть очень важным... Теперь, когда ему исполнилось четырнадцать, небольшое ментальное воздействие уже нельзя считать незаконным, а при сложившихся обстоятельствах мы просто не можем упустить ни одной возможности исключить потенциальный риск...
Неожиданно на лестнице послышался шум, и в столовую ввалился запыхавшийся Поттер:
— Добрый вечер, профессор Дамблдор! Простите, я немного задержался...
— Ничего, мой мальчик, ничего! Очень рад тебя видеть! Ну, как настроение?
Гарри, восторженно улыбнувшись, затараторил:
— Очень хочется, чтобы скорее наступило утро! Так здорово, что мистер Снейп разрешил нам с Невиллом побывать на Чемпионате! Я ни разу не видел, как играют профессионалы... Вдруг удастся что-нибудь использовать у нас на поле? Жаль, конечно, что команда Англии не попала в финал, но Ирландия — это тоже здорово! У нас на факультете...
— Остановитесь, Поттер! То, что для вас поимка снитча — главная цель всей жизни, еще не означает, что и другие должны забывать обо всем, как только услышат слово «квиддич». Сделайте милость — за столом открывайте рот только по прямому назначению, для поглощения пищи. Свой восторг выплеснете позже и на кого-нибудь другого. Вы меня хорошо поняли? Не слышу!
— Да... Сэр!
Поттер, неприязненно покосившись на сидящего во главе стола зельевара, на всем протяжении ужина не вмешивался в разговор, позволяя себе лишь краткие ответы на вопросы, заданные конкретно ему. Наскоро перекусив, он извинился и загрохотал вверх по лестнице.
— Северус, ты слишком жесток с Гарри, — укоризненно покачал головой Дамблдор, проводив глазами обиженного мальчишку. — Я понимаю, мальчик слишком эмоционален, да и помимо этого у него есть много недостатков, но это вполне объяснимо — его воспитанием просто некому было заниматься...
— Мне нет никакого дела до того, в каком окружении жил этот невежа. Пройдет еще несколько дней, и я буду вспоминать о нем только тогда, когда нужно будет снять с него баллы за очередную дерзость или отвратительно приготовленное зелье. А это лето я постараюсь забыть, как кошмарный сон!
— Ладно, Северус, не горячись. У нас еще будет время поговорить обо всем. Вы завтра аппарируете или отправляетесь порталом?
— К черту порталы! Терпеть не могу зависеть от кого-нибудь! Гилберт, как работник Министерства, прекрасно знает координаты, так что отправимся туда около полудня — меньше вероятность, что мальчишка успеет влипнуть в историю.
А Гарри сидел наверху, в своей комнате, и старался понять — есть ли хоть капля правды в том, что сказал Дамблдор? Кто он для Сириуса — всего лишь слабая тень друга детства или же крестный сын, практически член семьи...



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Пятница, 28.11.2014, 23:19 | Сообщение # 35
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 31

Первое, что услышал Гарри после аппарации — это едва слышный, но нескончаемый шум... Звуковой фон создавали тысячи и тысячи людей, собравшихся на небольшой территории.
Северус Снейп, с брезгливой поспешностью отстранившись от своего подопечного, недовольно прикрикнул:
— Поттер, вы что, впали в нирвану? Мне проверить быстроту вашей реакции? Я с радостью, только попросите...
— Знаю я ваши проверки, — настороженно ответил мальчик. — Только отвлекись — мигом заклятьем запустите...
— А вы чего хотели? Чтоб о предстоящем нападении вас совой за час предупреждали? Не дождетесь!.. Идемте же, наконец. Нечего торчать, словно статуя!
Гарри, проглотив рвавшиеся на язык слова, засеменил вслед за профессором.
— Сэр, а зачем вообще все эти палатки и навесы? Почему не сделать так, как в мире магглов: купили билеты, посмотрели матч — и по домам?
— А вы пошевелите извилинами, Поттер! Где проходят соревнования у магглов? Правильно, на заранее построенных и часто эксплуатируемых стадионах. Там есть своя, тщательно продуманная инфраструктура, специально предназначенная для того, чтобы по возможности быстрее встретить и так же быстро выпроводить большое количество людей. Их не нужно ни от кого прятать, не приходится защищать, отводить глаза. Здесь же принцип совершенно другой — все должно происходить максимально скрытно. Маггловским транспортом сюда добраться сложно, разве что пешком. Значит, что остается? Правильно, порталы, портключи и аппарация. Часть магов по традиции использует порталы, индивидуальные и коллективные. Особенно это востребовано в семьях с маленькими детьми. Значит, нужна специальная площадка, да не одна... Часть волшебников предпочтет аппарировать. Однако с другого континента это сделать невозможно, а ведь на Чемпионат люди прибывают со всего земного шара. В этом случае используются портключи. Значит, нужно создать службу для их настройки. Затем... Вся эта толпа просто не может прибыть одновременно. И отправиться по домам — тоже, ведь, в отличие от маггловских видов спорта, в квиддиче нет ограничений по времени. Кажется, в истории зафиксирован случай, когда один из матчей длился несколько недель. Вот и пришлось размечать сектора, ставить охранные заклинания, организовывать логистическую службу при Министерстве. И это — не считая строительства самого стадиона... Так что нашему Министерству не позавидуешь. За свой труд они выбили для себя некоторые привилегии — например, возможность прибыть сюда непосредственно в день проведения матча. Кстати, не забудьте при встрече поблагодарить мадам Боунс: благодаря этой даме мы тоже вошли в категорию счастливчиков. Постойте-ка... Да, вот эта оливковая палатка, насколько я понимаю, и есть наше временное пристанище... Привет, Гил! Неплохое местечко!
— Приветствую вас обоих! Рад, что тебе понравилось. А соседи какие: вон, в той палатке слева — Амелия Боунс с двумя миленькими барышнями... А вон там, в следующем ряду, прямо за нами, неугасающая звезда нашего спорта — Людо Бэгмен... Справа, правда, разместился Барти Крауч, но он тут уже два дня, и в палатке почти не бывает: занят с иностранцами. Во-он там, за колючей изгородью, обитает вся наша верхушка — сам Министр и его свита. Там же разместились представители Болгарии и Ирландии... А весь следующий сектор — это команды. Видишь, там посредине — зеленая полоса? Это специально выращенные кусты терновника. Высота барьера — три ярда, ширина — полтора... Какая-никакая, но все же защита. Фанатам туда прохода нет, да и игроки друг с другом не сцепятся раньше времени... Да что это я? Милости прошу, проходите! Гарри, вам придется поскучать какое-то время в нашем обществе — вашего приятеля с самого утра куда-то утащили наши прелестные соседки...
Гарри недоверчиво взглянул на маленькую, конической формы палатку, похожую на неровный зонтик с козырьком. Палатка как палатка, он много раз видел подобные в маггловской рекламе: с приходом тепла улыбающиеся дамы и джентльмены постоянно демонстрировали их компактность и быстроту сборки. Вот только рассчитано такое укрытие, если Гарри не ошибался, было всего на одного человека, а их, как минимум, четверо...
Мистер Уимпел, поняв, вероятно, его затруднения, загадочно усмехнулся:
— Смелее, мистер Поттер! В тесноте, да не в обиде, как говорят магглы...
Гарри откинул клапан и, низко наклонившись, шагнул внутрь, да так и остолбенел: внутреннее пространство этой «палатки» по площади ничуть не уступало апартаментам на первом этаже особняка Блэка. Да и по богатству отделки — тоже.
— Ну, и как вам нравится мое маленькое убежище, мистер Поттер? — послышался из-за спины ехидный смешок.
Гарри оглянулся и с искренним восторгом заявил:
— Это просто чудесно! И что, все маги живут в таких вот палатках?
Мистер Уимпел снисходительно усмехнулся:
— Увы, мистер Поттер... Кстати, вы не будете возражать, если я буду звать вас по имени?
— Нет, что вы...
— Так вот, Гарри, по поводу условий проживания... Тут все, как в обычной жизни: если богат — можешь позволить себе некоторый комфорт, нет — извини. Но тебе с таким крестным, как Сириус Блэк, беспокоиться о будущем смысла нет. Род Блэков никогда не бедствовал. Северус, где ты там застрял? Идемте, я покажу ваши комнаты. Гарри, ты не будешь возражать, если я поселю вас вместе с Невиллом? Впрочем, есть вполне удобный диван в гостиной...
— Нет-нет, что вы, — торопливо прервал гостеприимного хозяина Гарри. — Все в порядке, мистер Уимпел, и большое спасибо за приглашение. Мы с Невиллом уже три года живем в одной спальне и ни разу не поссорились.
— Ну что ж, устраивайся...
Быстро покидав свои вещи, Гарри скинул легкую куртку, закатал рукава и выбрался наружу. Тут его поджидал еще один сюрприз в лице грозной начальницы Отдела магического правопорядка.
— А-а-а, мистер Поттер! Вот вы-то мне и нужны.
— Добрый день, мадам Боунс! Я к вашим услугам! — Гарри с почтением склонил голову.
— Дорогой, не переигрывайте! В ответ на ваш поклон мне хочется сделать книксен, а я, как вам известно, дама в возрасте!
— С вашей энергией вы заткнете за пояс любого мага, даже самого могущественного! — улыбнулся Поттер.
— Льсте-ец! Ну и льстец! Кто вас только этому научил? Хотя, не скрою — в небольших дозах это даже приятно... Ух, с вами, подхалим вы этакий, забудешь, о чем хотела поговорить. Садитесь-ка вот здесь, рядом со мной. Собственно говоря, я не уверена, одобрит ли Сесилия то, что я вам сейчас расскажу. Этот разговор мог бы и не состояться, не случись десять дней назад в нашей семье печального события. Однако все по-порядку...
Гарри слушал, и перед ним раскручивалась непростая история жизни его новых друзей.
* * *
...Жила в старинном доме в Хэмстеде большая и дружная семья Боунсов. Их род не относился к древнейшим и благороднейшим, хотя их генеалогическое древо и уходило корнями вглубь веков. Причиной было то, что в семье очень часто рождались только девочки, и тогда, дабы не пресекалась линия наследования, молодому мужу старшей из дочерей предлагали пройти процедуру принятия в Род, что в какой-то мере влияло на положение в магическом обществе.
Судьба ли была тому причиной, либо магия благоволила к дружной семье, но до середины двадцатого века жили Боунсы в мире и благополучии. Даже разразившаяся в Европе война мало затронула дела семьи. Все изменилось, когда Амелия училась на четвертом курсе Парижского Магического университета, где изучала юриспруденцию по специальности "Магическое право, правовое регулирование и правовое воздействие". В один из теплых дней в конце сентября из Англии пришла страшная весть: ее мать скоропостижно умерла, успев дать жизнь двум маленьким сестричкам, Сесилии и Оливии. Младший брат Амелии, Эдгар, только недавно поступивший в школу, писал, что отец едва жив от горя и просил сестру приехать, чтобы не оставлять малышек на попечении няни. Конечно, ни о каком продолжении учебы во Франции не могло быть и речи. Договорившись с преподавателями об экстернатуре, Амелия спешно отправилась домой.
Вот так, в двадцать с небольшим, она фактически стала хозяйкой большого дома, заменив трем младшим детям мать. Отец часто болел и никакие усилия целителей не могли этого изменить. Однажды в разговоре с Амелией один из светил колдомедицины откровенно сказал: "Трудно вылечить того, кто сам не очень-то хочет жить". Однако время шло, и жизнь вроде бы налаживалась. Девочки, хоть и были по характеру совершенно разными, ни часа не могли жить друг без друга. Только одно настораживало старшую сестру — если у Оливии уже с шести лет начались выбросы стихийной магии, то у Сесилии этого никто ни разу не замечал. Целители, обследовав обеих девочек, успокаивали — мол, все дети развиваются неравномерно, Сесилия более замкнутая, спокойная и уравновешенная девочка. Придет время, и все наладится.
То, что ожидания не оправдались, стало ясно уже задолго до одиннадцатилетия сестер. Но лишь в день, когда Оливии пришло письмо из Хогвартса, разразилась катастрофа. Ее близняшка, впервые осознав, что отсутствие магических способностей по сути закрывает ей путь в волшебный мир, поначалу словно закаменела. Два дня никто не мог заставить ее выйти из комнаты, а на третий она спустилась в столовую и спокойно заявила, что написала письмо в Ирландию мистеру и миссис О’Флаэрти, бездетным родственникам-сквибам со стороны матери, и уже получила согласие на то, что переедет к ним и будет учиться в тамошней школе, благо все дети в семье Боунс получали начальное маггловское образование. Ни слезы Оливии, ни уговоры Амелии, ни горе в глазах отца — ничто не могло изменить решение девочки. Что скрывать, Боунсы и сами понимали, что быть сквибом в мире волшебников — это совсем не то, чего можно пожелать родному человеку.
Летели годы, мистер и миссис О’Флаэрти, дабы избежать кривотолков в маггловском обществе, усыновили девочку, дав ей свою фамилию. Сесилия весьма редко и неохотно встречалась с отцом, Амелией и Эдгаром, и ни разу за все эти годы не виделась со своей сестрой, словно вычеркнув ее из своей жизни.
Оливия закончила Хогвартс и стала работать вместе со старшей сестрой в Министерстве магии, в Комитете по выработке объяснений для магглов.
Сесилия же, с блеском закончив частную Школу Королевского Госпиталя под патронатом Протестантской церкви, поступила в Тринити-колледж. Казалось, все предопределено, и дальше все так и пойдет по накатанной линии, но...
Заканчивался 1979 год. И магглы, и маги готовились к наступлению праздников: первые ждали прихода Рождества, а вторые приветствовали самый главный, самый священный и самый могущественный зимний праздник — Йоль. Амелия и Оливия договорились вместе отправиться из Министерства в родительский дом, где их поджидали отец и Эдгар с женой и двумя детьми. Однако праздник превратился в настоящий кошмар — когда сестры аппарировали к старинному особняку, над полыхающим домом мерцала зловещая темная метка. Пожиратели не ограничились убийством Эдгара, бывшего активным участником Ордена Феникса. Они не пощадили никого — ни больного отца, ни молодую женщину, ни их пятилетнего сына. В живых осталась лишь маленькая Сьюзи, которую няня в это время вывезла на прогулку в находящийся неподалеку парк... Именно тогда Сесилия, впервые за многие годы прилетев в Лондон, забыла про все, что отделяло ее от семьи. Трое сестер долго сидели в доме Амелии Боунс, пытаясь осознать, как им жить дальше.
Уже через год Оливия вышла замуж за маггловского профессора, преподававшего студентам латынь и вместе с ним уехала в Америку. Он был значительно старше своей юной жены и даже старше, чем Амелия, и тем больше радовался рождению Юстиниана, своего единственного сына. А десять дней назад произошло непоправимое — Оливия потеряла мужа ...
* * *
Мадам Боунс стряхнула с мантии несуществующие пылинки и подняла на Гарри глаза:
— Понимаете, Гарри, хотя это и было вполне ожидаемо, все же ему было немало лет, но все равно стало сильным потрясением, особенно для Юсти. Хорошо, что подвернулся этот Чемпионат, это позволило хоть как-то отвлечь мальчика. Так вот — в настоящее время мне приходится присматривать за племянником, а он, поверьте, еще больший шалопай, чем вы, хотя в это трудно поверить... У меня к вам просьба — отведите его к матушке, в Ирландский сектор. Аппарировать болельщикам по соображениям безопасности запрещено, а у меня сегодня столько дел, что и десяти минут на одном месте провести невозможно. Карту читать умеете? Я так и знала. Так вот... Мы сейчас вот здесь... Пойдете налево до водоразбора, затем — вдоль этой дорожки, а там уже не заблудитесь. Юсти — мальчика зовут Юстиниан О’Коннели, — дорогу знает, но одного я его не отпущу, а без карты, боюсь, он вам голову задурит. Я не сильно затрудню вас?
— Что вы, мадам Боунс! Я с радостью познакомлюсь с вашим племянником. А его мама...
Мадам Боунс, сделав страшные глаза, прервала его:
— Заодно познакомитесь и с его матушкой. Юсти! Юсти, скверный мальчишка, где ты? — Она рывком поднялась со скамейки и пошла по направлению к соседнему участку.
Гарри оглянулся: Снейпа и Уимпела видно не было, вероятно, оба были еще внутри. Интересно, на чем сошлись два таких «милых» человека?
— Ты чего ухмыляешься?
Из-за палатки мадам Боунс вышел невысокий коренастый парнишка. Гарри присмотрелся и от неожиданности приоткрыл рот — мальчишка был бы точной копией мисс О’Флаэрти, если бы не веснушки и не рыжий цвет волос. А нахальный паренек и не думал отставать:
— Чего рот раскрыл, придурок? Проходи, не задерживайся, нечего у чужих палаток торчать.
Гарри, придя в себя, решил не поддаваться на провокацию:
— Привет! Вообще-то я здесь в гостях...
— Что-то я не помню, чтобы тебя в гости звал. Ты кто такой?
— Меня зовут Гарри. Я жду, когда вернется мадам Боунс...
— А, вот оно что... И зачем она тебя сюда притащила?
— Не знаю. Сказала, что хочет кое с кем познакомить...
— Значит, давай знакомиться. Я — Юсти... Маг-полукровка. А ты кто — сквиб?
— С чего ты так решил?
— Ну, за эти годы я перезнакомился с детьми всех близких друзей тети Амелии, их не так уж и много. Если бы ты был из их круга, я тебя хоть раз бы, но видел... Значит, ты каким-то боком связан с Сесилией, а она в магии полный ноль. Но про квиддич ты все же знаешь, раз приехал на Чемпионат... Сложи два и два — и что получится?
Мальчишка держался с таким превосходством, что Гарри невольно рассмеялся — вылитый воробей! Мелкий, встрепанный и задиристый.
— Если сложить два и два, может получиться четыре, а может — и двадцать два...
— Умный, да? Скажи спасибо, что мать запрещает вызывать таких, как ты, на поединок. Вы же сла-а-абенькие, беззащитные, вас охранять надо! — Передразнил он кого-то. — Если слабы — нечего нарываться!
— Да я и не думал нарываться, это ты как с цепи сорвался. Ты что, с утра не с той ноги встал?
Мальчишка тут же сдулся, словно его холодной водой окатили:
— Да ну их! Придумали тоже — притащить меня к тетке в Лондон. Вдруг мне в Англии так понравится, что я захочу в ихний Хогвартс поступать!
— Неужели не хочешь?
— А что я там забыл? У меня все друзья в Милуоки. И школа там, и дом... И вдруг все бросай и тащись в этот ваш дурацкий замок. «Образование классическое... Новые связи... хорошие перспективы». Провались они, такие перспективы! Я вон лучше в Салеме учиться буду!
— Брось, Хогвартс не так уж и плох. Там здорово, и в квиддич поиграть можно...
— Тебе-то откуда знать? Или там и сквибов учат? — брезгливо поджав губы, фыркнул пацан.
— Да что ты заладил — сквиб, сквиб? С чего ты это вообще взял? Я тоже маг!
— Врешь! Сесилия только с нами, да с теткой Амелией из всех магов знается. А про тебя я вообще ни разу не слышал!
— Ну, я тоже про тебя ничего не слышал, так что это не довод. А с мадам Боунс и с мисс О’Флаэрти я знаком всего пару месяцев, так что...
— А-а-а, мальчики, вы уже познакомились? Вот и прекрасно! Юсти, отправляйся к матери, сейчас у меня просто нет времени, чтобы тобой заниматься. Гарри тебя проводит, и... Мой дорогой, вы ведь представите моего племянника вашим друзьям?
— С удовольствием, вот только я сам пока еще никого не видел. Со мной в палатке будет жить Невилл, да и Рон Уизли, вероятно, где-то недалеко... Но их, судя по всему, ваш племянник уже знает ? — Гарри вопросительно взглянул на Юсти. Тот кивнул. — Разве что встретим кого-нибудь по дороге...
— Ну вот и замечательно! Юсти, не вздумай выкинуть какой-нибудь фортель! Предупреждаю — в случае чего я тебя из-под земли достану! Маме передай — я забегу на минутку, пусть дождется. Все, исчезните с глаз моих!..
Гарри, не дожидаясь продолжения, схватил пацана за руку и потащил за собой, крикнув на прощание:
— Вы только мистеру Снейпу сообщите, пожалуйста, что отправили меня с поручением, хорошо?
* * *
Они шли мимо строго расчерченных участков, на которых ровными рядами стояли палатки. Некоторые выглядели совсем обычными; зато были и такие, которых в мире магглов просто не могло существовать. Вот только что они прошли мимо трехэтажного шелкового шатра с развевающимися над башенками рыцарскими вымпелами. Гарри смотрел во все глаза, удивляясь, как много волшебников собралось в одном месте. Мальчишка же, в отличие от него, шел, глядя под ноги, и что-то бурчал себе под нос. Наконец, не выдержав, он выдернул руку:
— Да отпусти ты меня! Тоже мне, нянька нашлась... Тебя самого еще пасти надо. А я за себя постоять сумею, ты не думай!
— Не сомневаюсь... Только скажи — ты что, со всеми подряд воевать собрался, что ли? Мадам Боунс тебя чем-то обидела?
— Да ну ее! Она со мной, как с маленьким: «Юсти, не ходи туда! Юсти, не делай то...» Вечно эти взрослые так — или ругаются, или смеются. Нет бы толком все объяснить.
В этот момент за спиной у ребят послышались тяжелые шаги и Гарри невольно охнул от ощутимого удара по плечу:
— Поттер! Вот так встреча! А мне сказали, что тебя здесь не будет!
Это был Оливер Вуд, бывший вратарь команды Гриффиндор.
— Можешь меня поздравить — я только что подписал контракт с «Пэдлмор Юнайтед». Первое время буду запасным, а там — только вперед! Вы еще гордиться будете, что учились в одно время со мной!
— Брось, Оливер, мы и так гордимся! — потирая плечо, широко улыбнулся Гарри. — Такого вратаря, как ты, Гриффиндору уже не найти. Мне жаль того, кто станет в этом году капитаном — придется ему поломать голову над заменой!
— Так в этом году квиддича же не... — Не закончив фразы, Оливер захлопнул рот и решительно потащил Гарри за собой. — Я обещал маме при случае вас познакомить.
Родители Оливера очень приветливо встретили Гарри. Ответив на вопросы и вежливо пообещав, что непременно навестит их еще раз, если представится такая возможность, Поттер облегченно выдохнул и мальчишки пошли дальше. Рыжик шел, о чем-то задумавшись, и изредка нет-нет да и поглядывал в сторону Гарри. Но тому некогда было разгадывать причины такого поведения — сначала навстречу ему, сияя широченной улыбкой, шагнул Эрни МакМиллан, четверокурсник из Хаффлпаффа, а следом, мило улыбаясь, подошла Чжоу Чанг.
— Привет, Гарри! Рада тебя видеть!
— Здравствуй, Чжоу! Здорово выглядишь! Что, решила взглянуть на мастер-класс? Судя по всему, тут будет на что посмотреть! Я кое-что прочитал про игроков обеих команд... Ты что-нибудь слышала о болгарском ловце? По словам спортивных журналистов, он просто вундеркинд!
— Вундер... кто?
— Ну, это магглы так говорят, когда кто-то талантлив не по годам. Если в книге не врут, то Краму нет еще восемнадцати... Представляешь, какими способностями надо обладать, чтобы в его возрасте попасть в сборную?
— А может, в этой самой Болгарии просто маленький выбор? Посмотри на нашу школу — на всех факультетах, ну, кроме Слизерина, классные ловцы! Конечно, по меркам любительских команд...
— Вот и посмотрим, насколько отличается наш уровень. Боюсь, мы им и в подметки не годимся!.. Ох, прости, но мне придется тебя покинуть — вот этого молодого человека давно уже ждут в ирландском секторе. Очень рад был повидаться с тобой, Чжоу!
— Постой! Я забыла тебя поздравить. Это правда, то, что писал «Пророк»? Потрясающе! Кто бы мог подумать: Сириус Блэк — опекун Гарри Поттера! Ну и как он тебе?
— Еще не знаю, правда. Его ведь совсем недавно оправдали.
— Ну что ж, удачи, Гарри! Увидимся на квиддиче!
Еще раз ослепительно улыбнувшись, Чжоу отошла в сторону ожидающей ее подруги.
— Это что, твоя подружка? Красивая! И квиддич любит.
— Да, красивая... Она — ловец в команде Ревенкло. Неплохо летает, между прочим, только чересчур осторожно.
— Брось! Какой игрок из девчонки? Вот тот парень, которого мы видели — вот это да! Глянешь на его руки и сразу понимаешь — ему что муху поймать, что квоффл... А эту пигалицу ты хвалишь только потому, что она тебе нравится.
— Чушь! Во-первых, она мне не подружка. И во-вторых — она очень даже неплохой ловец. Как минимум, она ничем не уступает Седрику Диггори, хотя тот в этом году уже заканчивает Хогвартс, следовательно — опыта у него больше. И уж совершенно точно превосходит Малфоя, слизеринского ловца.
— Это ты так решил?
— Это всем известно... Если в следующем году поступишь в Хогвартс, может, еще успеешь увидеть, как она летает...
Гарри огляделся — они уже подошли к ирландскому сектору болельщиков. От обилия зеленого казалось, что вокруг раскинулась небольшая холмистая равнина. Прямо по курсу собралось большое количество людей. Гарри вгляделся — а, так это водоразборная колонка. Тогда понятно.
— Гарри! — послышалось из толпы. Поттер остановился: к нему на всех парах неслись его однокурсники, Финниган и Томас.
— Дин, Симус, привет! Вы давно здесь?
— Уже пару дней, как тут обосновались... Если бы не знакомые — умерли бы от тоски. А ты как здесь? Мы совсем недавно видели Рона с Гермионой, так он сказал, что директор не позволил тебе поехать на Чемпионат... Значит, он все наврал?
— Да нет, все так и было. Но мой опекун решил по-другому.
— Класс! То есть «Пророк» в кои-то веки написал правду: Блэк действительно никого не убивал и столько лет без всякой вины проторчал в Азкабане? И теперь он — твой опекун?
— Да. Знали бы вы, как я рад! Мне теперь не придется возвращаться на Тисовую, никогда!
— А сюда ты тоже с ним приехал?
— Нет... Я...
Но в этот момент к ним подошла невысокая рыжеволосая женщина. Симус с гордостью произнес:
— Мам, позволь тебе представить. Это наш одноклассник, Гарри Поттер.
— Очень приятно. Ребята много о тебе рассказывали. А это твой кузен-маггл?
Гарри смущенно покраснел:
— Ой... Простите мою невоспитанность. Миссис Финниган, Дин, Симус, позвольте вам представить: Юсти О’Коннели, племянник Амелии Боунс.
— Здравствуй, Юсти. Ты собираешься поступать в Хогвартс?
— Здравствуйте, мэм... Еще не решил. Возможно, я буду учиться в Салеме.
— Да ты что, парень! — возмущенно, перебивая друг друга, заговорили Дин и Симус. — Давай к нам, в Хогвартс! Не пожалеешь! Знаешь, как у нас здорово — каждый год что-нибудь новенькое! Не соскучишься, точно! Правда, Гарри?
— Да уж! Скучать в Хогвартсе некогда. Простите, но мы торопимся. До свидания, миссис Финниган!
— До новой встречи, мистер Поттер! Очень приятно было познакомиться!
— Мне тоже! Пока, ребята, еще увидимся! Идем, Юсти!
— Да мы почти уже пришли... — буркнул недовольный мальчишка. — Вон там, в конце того участка, видишь, тетки сидят? Ты не смотри, что они такие... домашние. Те еще ведьмы!
Женщины, сидящие возле большого, раскрытого с двух сторон, навеса, мимоходом улыбнулись подошедшим мальчикам и продолжили свой разговор, не переставая весело стучать спицами. Гарри невольно усмехнулся — на его глазах из разноцветных мотков пряжи вывязывалось сразу с десяток носков. Видел бы это Добби!
В этот момент со стороны стоящей следом за навесом палатки послышались негромкие голоса. Полог откинули и на пороге...
Гарри ошарашенно замотал головой: на первый взгляд перед ним стояли две совершенно одинаковые женщины. Однако, присмотревшись, Гарри облегченно выдохнул — да вовсе они не одинаковые! Наверное, так показалось лишь потому, что обе женщины одеты в длинные темно-зеленые платья с вышивкой. Та, что чуть выше, несомненно, Сесилия, а вот вторая... Чуть более полная, хотя и тоже высокая; уголки рта немного опущены, отчего линия рта несколько отличается, мелкая сеточка морщин вокруг глаз... Да и вообще, выражение лица более простецкое, чем-то напоминающее Молли Уизли.
— Ну как, мистер Поттер, сможете угадать, какая из этих красавиц — ваша знакомая? — ехидно поинтересовалась неизвестно откуда появившаяся в этот момент мадам Боунс.
На все размышления ушло едва ли полминуты, и Гарри безошибочно указал на Сесилию:
— Вот мисс О’Флаэрти. Добрый день, Сесилия, добрый день, миледи. Меня зовут Гарри Поттер.
Амелия разочарованно фыркнула:
— Да, мистер Поттер, вас вокруг пальца не обведешь... Раскройте секрет, как вам это удалось?
— Удалось — что?
— Так быстро разобраться, кто есть кто...
Гарри растерянно прикусил губу. Ну не мог же он озвучить то, о чем только что думал? Ему на помощь пришла новая знакомая:
— Оставь мальчика в покое, Амелия! Видишь, он и так не в себе! — Широким шагом она пересекла разделяющее их пространство и энергично потрясла протянутую мальчиком руку:
— Меня зовут Оливия О’Коннели. Насколько мне известно, вы покорили обеих моих сестер. Сразу предупреждаю — со мной этот номер не пройдет! У меня есть очень хороший тренер против всяких там детских уловок. Юсти, ну-ка, иди сюда, шалопай!
— Я уже здесь, ма...
— Вот и хорошо. Знакомьтесь, мальчики!
— Да мы уже вроде и так знакомы... — недовольно пробурчал Юсти.
— Да, миледи, ваш сын только что рассказывал мне, что планирует эту неделю провести у тети. Правда, не сказал, у какой именно...
— Мы остановились у Амелии, но я буду рада, если Юсти какое-то время погостит и у Сесилии, тем более теперь, когда у нее есть такой друг. Ты, Гарри, насколько я знаю, мальчик довольно рассудительный... Пожалуйста, не давай моему парню спуску, если он затеет что-то опасное!
Неожиданно сзади послышался знакомый голос:
— Не волнуйтесь, миледи, я за этим прослежу!
Гарри обернулся: за его спиной стояли Сириус Блэк и Ремус Люпин.
— Привет, Гарри! Как я рад тебя видеть!.. Прошу прощения, но раз уж мой крестник не успел представить меня столь очаровательной даме, я, с вашего позволения, сделаю это сам. Меня зовут Сириус Блэк, а это мой лучший друг, профессор Ремус Люпин.
— Ух ты, еще один профессор! — воскликнул Юсти. — Вы работаете вместе с тетей Сесилией?
Ремус, глядя на смешного рыжего мальчишку, едва заметно улыбнулся:
— Нет. Я преподавал ЗОТИ в Школе чародейства и волшебства Хогвартс.
— ЗОТИ? А что это за предмет такой?
— Защита от темных искусств...
— А, понятно... Надо понимать что уж вы-то точно как следует владеете магией? А мне можете что-нибудь этакое показать? Ну, что-то такое, чтобы бац — и с ног долой?
— Чтобы «с ног долой» и подножки хватит. А банальным дракам я не учу.
— Тогда чему?
— Как сражаться с хищными тварями, защищать себя от опасных заклятий... Дуэлям учу на старших курсах.
— Дуэлям? На мечах, как в кино? — загорелся мальчишка.
— В основном — на палочках... Фехтовать я тоже умею, но не так хорошо, как Сириус.
— А вы — тоже маг? Чистокровный? — глаза мальчишки с любопытством уставились на Блэка.
— Лорд Сириус Орион Блэк, к вашим услугам — слегка поклонился тот, едва удерживаясь от смеха.
— Настоящий ло-о-орд! Вот это, я понимаю, волшебник! Не то что ты, — рыжик презрительно покосился на Гарри.
Все собравшиеся вокруг, за исключением Оливии, рассмеялись.
— Я сказал что-то смешное? — надулся мальчишка. — А почему тогда его на Чемпионат пускать не хотели? Слишком опасно для него, видите ли... Да и вы, сэр, смотрите на него, словно нянька. Понятно, ведь он ваш крестник, вот вы и боитесь, как бы с ним какой беды не приключилось... Значит, я прав — сам за себя он постоять не может!
Грянул еще один взрыв смеха, прерванный недовольным голосом:
— Поттер, Мордред вас побери! Где вас носит столько времени? Почему я должен разыскивать вас? На вас что, колокольчик повесить? Или ошейник, как на одну всем известную персону?
— Придержи язык и не смей орать на моего крестника, Снейп! — Сейчас Блэк выглядел истинным лордом: холодным, надменным, неприступным. — Я решаю, что и когда ему делать, а не ты!
— Как трогательно! Два дня на воле — и уже столько гонора! Я передам тебе этого паршивца с радостью, но не раньше, чем ты согласуешь это с Альбусом Дамблдором. Я дал директору слово, что присмотрю за этим гриффиндорским недоразумением до конца каникул, а свое слово я привык держать. Так что будь добр, поторопись, если тебе так дорог твой крестник. Поттер, кто это с вами? Мало мне вас с Лонгботтомом...
Гарри краем глаза заметил, как проходящие мимо волшебники стали притормаживать и оглядываться, надеясь на хороший скандал.
— Я сказал — заткнись, Снейп! Этот мальчик — племянник мадам Боунс, так что я советовал бы тебе быть поосторожнее. Не обращай внимания, Юсти. Как видишь, не все маги отличаются хорошим воспитанием. Гарри, мне очень жаль, но если мы не хотим развлечь хорошей дуэлью всех этих волшебников, мне придется оставить тебя с этим... с профессором Снейпом еще на какое-то время. В чем-то он прав: до последнего времени именно директор распоряжался твоей жизнью, так что и решать возникшие вопросы нужно с ним. Как бы то ни было, я добьюсь своего.
— Ну да, лет этак через пятнадцать, судя по предыдущему опыту! А пока ваш крестный соберется с духом, Поттер, соизвольте вернуться в палатку и не покидать ее, пока я лично вам этого не разрешу... Прошу простить, дамы...
Снейп, ни разу не взглянув на покрасневшую от гнева Сесилию, потащил Гарри за собой.
— Профессор, я что-то пропустил?
— Вы о чем, Поттер?
— Я же вижу, вы за что-то сердитесь на мисс О’Флаэрти...
Снейп мгновенно, с грацией хищного зверя, обернулся к своему ученику:
— Послушайте меня, Поттер, я говорю это вам в первый и последний раз: не суйте свой любопытный нос, куда не надо! Это понятно? Мои отношения с кем бы то ни было — не ваше дело!
Гарри упрямо нахмурился:
— Нет, мое! Вы, если мне не изменяет память, не так давно согласились стать моим магическим наставником, а мисс О’Флаэрти — мой друг! Так что мне не все равно, что между вами происходит! Думаете, я совсем слепой, и ничего вокруг не замечаю? С тех пор, как Сесилия уехала к сестре, вас словно подменили!
Снейп встал, как вкопанный:
— Вы сказали, «уехала к сестре»?
— Ну да... Миссис О’Коннели живет в Америке, в Милуоки. Юсти — ее сын. Мисс О’Флаэрти всю прошлую неделю гостила у них...
— И когда ты узнал о том, что мисс О’Флаэрти отправилась в Америку?
— Точно не помню... Сириус на одной из тренировок предупредил, что какое-то время звонить мисс О’Флаэрти бесполезно, и объяснил, что ей срочно пришлось уехать — у миссис О’Коннели умер муж.
Зельевар развернулся и, медленно переставляя ноги, пошел вперед.
— Сэр, с вами все в порядке?
— Если не считать того, что я — безнадежный болван, то да... Но почему она мне ничего не сказала?
— По-моему, вас в тот момент просто не было в Катерхеме. Помните тот день, когда вы полдня провели в клинике святого Мунго? Ну вот... Думаю, мисс О’Флаэрти понадеялась, что либо я, либо Сириус расскажем вам о том, зачем и почему ей так срочно пришлось уехать. А мне и в голову не пришло, что вам ничего не известно...
— Проклятье!
— Да не расстраивайтесь вы так, профессор! Я уверен, мисс О’Флаэрти...
— Поттер, я последний раз вас предупреждаю — не лезьте туда, куда вас не просят! Я благодарен вам за разъяснения, но вот уж в чем я точно не нуждаюсь, так это в вашем сочувствии! И вообще — советую вам пореже раскрывать рот. Я не просто так отправился на ваши поиски. Похоже, ваше эпическое сражение с дементорами не прошло мимо внимания Министерства, а это значит — за вами будут наблюдать. Не знаю, что ждет вас в дальнейшем, но оставшееся до начала матча время вам лучше не оставаться наедине с Гилбертом... Может, отправить вас к Уизли?
— Мне бы этого не хотелось, профессор...
— Что, боитесь вашей гиперактивной подружки?
— Просто не хочется портить себе настроение. Грейнджер, как всегда, начнет меня воспитывать; миссис Уизли — причитать над тем, какой я несчастный, и как вы меня, бедненького, загоняли — одни кожа да кости остались...
Снейп негромко фыркнул:
— Ну уж это вряд ли... Вы когда в зеркало на себя последний раз смотрели? На бледную немочь сейчас вы уж точно не похожи.
— Вашими молитвами, сэр... Вашими молитвами!
— Поттер! Ваша наглость переходит все мыслимые границы! Не думайте, что я не найду способ наказать вас в каникулярное время! А-а-а, вот и вы, мистер Лонгботтом! Очень кстати!
Невилл, по мере приближения разгневанного профессора Зелий к палатке мадам Боунс, возле которой они сидели вместе с Луной и Сьюзи, потихоньку съеживался, стараясь сделаться как можно более незаметным. Услышав последние слова, он заметно побледнел, но все же нашел в себе силы встать и подойти поближе. Неизвестно, какие кары небесные собирался призвать зельевар на головы двух гриффиндорцев, но тут в разговор вмешались новые лица.
— На ловца и зверь бежит! Вы, господин министр, совсем недавно выражали желание поближе познакомиться с Мальчиком-который-выжил? Ну-ка, подойдите сюда, молодой человек! — цепкие, совсем не старческие руки мадам Боунс («Преследует она нас, что ли?»— мимоходом удивился мальчик) крепко ухватили Гарри за плечо. — Вот он, тот самый Поттер... Юноша неординарный и иногда — весьма непочтительный...
— Это так, Гарри? — с легкой усмешкой проговорил невысокий, плотненький господин в темной мантии с еле заметной полоской. — Вы согласны с характеристикой, данной вам мадам Боунс?
— Раз мадам Боунс так считает — значит, так оно и есть, — Гарри покорно склонил голову. — Буду стараться исправлять свои недостатки...
— Вот видите! — победно вскинула палец мадам Боунс. — Знаю я этих мальчишек... Думаете, этот негодник и впрямь о чем-нибудь сожалеет? Как бы не так! Наверняка в глубине души посмеивается надо мной! Как вы думаете, Северус?
— Я полагаю, что вы льстите мальчишке, если находите в его словах какой-то второй смысл... Большую часть времени он примитивен, как амеба, и просто не способен на двойную игру.
— Ну зачем вы так, мистер Снейп — поморщился министр. — Дети — это наше будущее! Лет через двадцать именно они станут определять нашу судьбу... А вдруг мистер Поттер окажется злопамятным и вспомнит ваш нелестный отзыв?
— Вы преувеличиваете объем его памяти... Поверьте, из моих уст он слышал и не такое. А что касается будущего — мне безразлично мнение тех, кто не способен выносить справедливую критику.
— Оставьте, мистер Снейп! Такой замечательный день не стоит портить мизантропическими рассуждениями, вам не кажется? Гарри, я слышал, ты неплохо играешь в квиддич?
— Разве что по меркам Хогвартса. У меня не было возможности сыграть с настоящими мастерами, а ведь только таким образом можно понять, какого уровня ты достиг.
— Возможно, твое желание сбудется раньше, чем ты думаешь... А пока я обещаю познакомить тебя с Виктором Крамом. Ты ведь знаешь, кто это?
— Конечно, господин министр! В этом году на день рождения я получил книгу, в которой подробно описывается биография величайших ловцов двадцатого столетия. Там есть и биография мистера Крама...
— Отлично! Мистер Снейп, могу я попросить вас после окончания матча подняться в Министерский сектор? Я оставлю распоряжение аврорам, чтобы вас непременно пропустили. Всего хорошего, Гарри. Мистер Снейп...
Мадам Боунс и министр в сопровождении многочисленной свиты двинулась по направлению к лесу, а к Гарри подлетел раскрасневшийся Невилл:
— Привет, Гарри! Везет тебе — мало того, что с министром по-дружески побеседовал, так он еще и с Крамом обещал тебя познакомить! Возьмешь для меня автограф?
— Ну, если даст... А что касается беседы — тебе что, уши заложило? Ты не слышал, как Снейп обо мне отзывался перед всей этой министерской братией?
— Брось!.. Думаешь, в Министерстве не знают, что за тип наш профессор? У многих ведь есть дети, так что не переживай. Пойдем к лучше к девчонкам, что-то мне совсем не хочется идти сейчас в



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Пятница, 28.11.2014, 23:24 | Сообщение # 36
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 32

Пронзительный звон оповестил о скором начале матча и тысячи зрителей потянулись к лесу по дорожкам, украшенным разноцветными флажками и светильниками. Люди громко перекликались и разговаривали; слышались обрывки фанатских кричалок и заливистый смех. Воздух был напоен ароматом нагретой смолы и разнотравья. Плотный строй деревьев, словно почетный караул, радушно приветствовал проходящих болельщиков. Через несколько минут лес расступился, и перед восхищенными магами выросли стены овального стадиона, в котором без проблем могли уместиться несколько кафедральных соборов.По всему периметру ярусами были распложены места для сотни тысяч зрителей, собравшихся посмотреть финал Чемпионата.
Нашим друзьям, стараниями мадам Боунс, достались великолепные места на верхнем ярусе. Гарри, Невилл, профессор Снейп и мистер Уимпел расположились слева от информационного табло, по которому в ожидании матча все время крутили рекламу, (что поделаешь — магический мир мало-помалу перенимал опыт магглов). Другая, более многочисленная часть компании, занимала места справа от этого табло, так что предположить, что между ними существует какая-то связь не мог бы даже параноик. В секторе напротив, прямо на середине расстояния между голевыми шестами располагалась VIP-зона — маленькая ложа с несколькими десятками пурпурно-золоченых кресел. Эти места предназначались для министров Магии Англии и Болгарии и их гостей. Гарри осматривал трибуны, стараясь забыть неприятный эпизод, произошедший с гриффиндорцами при входе.
* * *
...Вечер обещал быть жарким, поэтому и Гарри, и Невилл были одеты почти одинаково — в светлые льняные брюки и рубашки. Оба заметно выросли за лето и, если бы не разница в цвете волос, со спины их можно было бы принять за братьев. Как и предрекала мадам Боунс, многие девочки кидали в их стороны заинтересованные взгляды, но мальчишек это скорее смущало, чем радовало. Они шли, негромко разговаривая и посмеиваясь, как вдруг две идущие вслед за ними девушки, услышав последнее замечание Невилла, презрительно захихикали:
— Милли, ущипни меня, кажется, от жары у меня начинаются галлюцинации... — манерно протянула одна.
— Ах, дорогая, вряд ли это поможет... К сожалению, твои глаза тебя не обманывают — это действительно Лонгботтом, — подхватила другая. — Вот за что я не люблю большие скопления публики, так это за то, что никак не удается уберечь себя от встречи со всевозможными ничтожествами.
— Ну что ты, милая, кое-кому это все же удалось. Не представляю, что бы сказал Драко, если бы вынужден был сидеть рядом с этим гриффиндорским придурком. Интересно, а кто это рядом с ним? Неужто какой-нибудь родственник?
В глаза девчонкам светили последние лучи заходящего солнца, а потому они не сразу сообразили, кто стоит рядом с Невиллом.
— Брось, Панси, второго такого недотепу вряд ли найдешь в Англии! — ехидно засмеялась Миллисента Булстроуд. — Позор древнего рода! Стоило бы принять закон, запрещающий таким, как Лонгботтом, поступать в Хогвартс!
— Дорогая, но тогда в Хогвартсе было бы не четыре факультета, а три! В Гриффиндоре сплошь либо грязнокровки, либо тупицы, позорящие звание волшебника...
В проходе на стадион образовался затор. Толпа напирала; ни Снейпа, ни Уимпела видно не было, а стоящие неподалеку зрители, охочие до сплетен, услышав разговор двух молоденьких ведьм, стали оглядываться вокруг в надежде отыскать тех, о ком шла речь.
Невилл, с пылающим от гнева и унижения лицом, не оборачивался, надеясь, что девчонки вот-вот уйдут и зарождающийся скандал затихнет сам собой. Но девицы и не думали униматься:
— Милли, не поверишь, но кажется, второй экземпляр еще тупее первого. Лонгботтом хотя бы обладает членораздельной речью, а вот его приятель...
Гарри, которому все это начинало надоедать, оглянулся и резко прервал ее:
—Паркинсон, Булстроуд! Довольно! То, что у вас дерзкий и невоздержанный язык, все окружающие уже поняли. Как и то, что вас в детстве мало наказывали... Не стоит доводить до всеобщего сведения, что вы к тому же еще и невежественны.
— Поттер? Ты? И как я сразу не поняла! Надо же, какая парочка! Выходит, тебя бросили даже твои дружки? Мальчик-которого-не-добили достал даже предателя крови и грязнокровку?
— Достаточно оскорблений! Паркинсон, твоя наглость переходит всякие границы!
— Оскорбление? Правдой нельзя оскорбить, Поттер! Это вы с Лонгботтомом оскорбляете магический мир самим фактом своего существования!..
— Хватит, я сказал! — Последние слова Гарри произнес тихо, почти шепотом, но так, что начинающиеся смешки и разговоры вокруг разом прекратились. Почуяв неладное, через толпу зрителей протиснулся высокий, тучный человек в темно-серой шелковой мантии и надменно поинтересовался:
— Что тут происходит?! Кто смеет предъявлять претензии к моей дочери?!
— Вы, как я понимаю, мистер Паркинсон? Прекрасно! Я...
— Ты, жалкий щенок! Откроешь рот, когда я разрешу, понял?! Понял, я спрашиваю?! Никчемная мразь!.. Я заставлю тебя молить о прощении! Ты поплатишься за непочтительное отношение к дочери чистокровного мага! Да я с тебя шкуру спущу!..
— Нужно ли это воспринимать, как вызов на дуэль, мистер Паркинсон?
— Я? Сражаться с тобой? — Мужчина хрипло расхохотался, и его смех поддержали многие из окружающих. — Да я тебя размажу, как флоберчервя, после первого же удара! Скажи хоть, как тебя поминать!
— Мое имя — Гарри Поттер. Имя моего друга, которого оскорбила ваша дочь на глазах у целой толпы — Невилл Лонгботтом. Мы оба — наследники древних родов. — Гарри, представившись, склонил голову в легком поклоне. Он будто и не слышал ругательств, которыми осыпал его грузный мужчина. Лишь очень внимательный человек мог заметить, с какой силой мальчик сжимал кулаки. — Ваша дочь и ее подруга позволили себе нелицеприятные высказывания в наш адрес, опорочили честь одного из факультетов, использовали неподобающую лексику в отношении магглорожденных. Вы своим поведением лишь усугубили ситуацию... Поскольку по понятным причинам ни вашу дочь, ни ее подругу на дуэль вызвать нельзя, отвечать за нанесенные оскорбления придется именно вам... К сожалению, мы оба еще не достигли совершеннолетия, и я буду вынужден просить своего опекуна о разрешении бросить вам вызов. Не сомневаюсь, он пойдет мне на встречу...
Паркинсон снова захохотал:
— Недоносок! Ты что, серьезно думаешь, что я стану с тобой сражаться ? — Мужчина оглянулся, наслаждаясь всеобщим вниманием, и издевательски продолжил — Чем прикажешь с тобой драться? Гусиными перьями? Или ты дорос уже до того, что сможешь пропищать простенькое заклинание? Проси прощения, щенок, и отделаешься десятком ударов хлыста! А то ведь дяденька действительно рассердится, и тогда...
— Я ДАЮ согласие на магический поединок между моим подопечным, наследником рода Поттер и рода Блэк и мистером Паркинсоном, ежели тот соблаговолит ответить согласием. В случае его отказа я оставляю за собой право самому вызвать обидчика... Прошу прощения, я не представился — Лорд Сириус Орион Блэк, к вашим услугам!
Паркинсон, взглянув на застывшего за спиной Поттера бывшего заключенного, сразу утратил всю свою надменность:
— Бросьте! Ребятишки поругались, с кем не бывает! Неужели стоит обращать на это внимание?
— Есть вещи, которые нельзя спускать никому, — холодно и спокойно бросил Блэк. — Особенно, если дело идет о чести рода. Если вы понимаете, о чем я говорю...
— Но неужели вы, мистер Блэк...
— ЛОРД БЛЭК, с вашего позволения, — взгляд Сириуса полыхнул арктическим холодом, и мистер Паркинсон заметно побледнел.
— Да, конечно же, простите... Лорд Блэк, неужели вы не понимаете, что со стороны вашего подопечного этот вызов — просто ребячество? Не можете же вы всерьез полагать, что какой-то мальчишка...
— Уверяю вас, ваши опасения совершенно напрасны. Этот мальчишка, как вы изволили выразиться, не далее как три месяца назад разогнал сотню дементоров, так что гарантирую — вы получите незабываемые ощущения! Но если вы считаете ниже своего достоинства связываться с подростком, извольте — я к вашим услугам!
Паркинсон растерянно огляделся, словно ища поддержки у зрителей. По толпе пробежала волна шепотков. Словно услышав невольную мольбу о помощи, со стороны прохода раздался усиленный заклинанием голос:
— Уважаемые господа! Администрация стадиона просит прощения за причиненные неудобства и настоятельно напоминает: любые артефакты, относящиеся к темной магии, подлежат обязательной конфискации. Просьба не препятствовать работе представителей службы Магического правопорядка. Также доводим до сведения зрителей, что возле административных помещений стадиона открыто временное отделение банка Гринготтс. Любой маг при предъявлении волшебной палочки может воспользоваться услугами переносных сейфов, снять или перевести на другой счет определенную сумму, конвертировать любую валюту. Кроме того, в помещении банка работает несколько букмекерских контор. Отдел Игр и спорта Британского Министерства Магии желает всем приятного времяпровождения! Спасибо!
Паркинсон, воспользовавшись начинающейся суматохой, ужом проскользнул вперед, таща за собой обеих девушек.
Толпа же, чей интерес совсем недавно был сосредоточен исключительно на зарождающемся конфликте, уже обсуждала новый вопрос: что же такого могло произойти при входе на стадион?
* * *
До начала матча оставалось несколько минут, и Гарри старательно прятался за омниноклем, пытаясь оттянуть неприятный разговор со Снейпом. В том, что такой разговор рано или поздно состоится, он не сомневался — уж очень пристальным был взгляд зельевара, когда они с Невиллом, наконец, преодолели контрольный барьер против темномагических артефактов, установленный аврорами при входе в каждый из секторов. В очередной раз взглянув на VIP-зону, Поттер чуть не вскрикнул от удивления — в ложу один за другим входили Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, а за ними и остальные члены рыжего семейства, за исключением миссис Уизли! Гарри, ткнув Невилла в бок, кивком головы указал на трибуну напротив и сам вернулся к наблюдению, благо ему ничто не мешало — все семейство устроилось на первом ряду, прямо у перил. Перси уселся с таким надменным видом, будто ложа принадлежала именно ему; Фред и Джордж, склонив головы, обсуждали что-то настолько важное, что совершенно не обращали внимание на окружающих; мистер Уизли, улыбаясь, разговаривал с двумя старшими сыновьями, ну а Джинни вертела головой во все стороны, то и дело дергая недовольно хмурящуюся Гермиону за рукав, отвлекая ту от изучения программки. Гарри невольно хмыкнул: Грейнджер верна себе... Разве можно смотреть матч, не изучив справочную информацию!
Ложа напротив постепенно заполнялась зрителями; некоторые на мгновение останавливались возле мистера Уизли, обмениваясь приветствиями. Поттер, заскучав, собрался исследовать нижние ряды амфитеатра, однако его остановило появление новых действующих лиц, двоих из которых Гарри предпочел бы не видеть до конца жизни: крайние места второго ряда заняли лорд Люциус Малфой с сыном и женой. Вслед за ними на крохотной платформе, отделенной от остальных более широкими проходами, в высоких кожаных креслах устроились Корнелиус Фадж, нынешний министр Магии; незнакомый мужчина в черной, расшитой золотом мантии (Гарри предположил, что это болгарский министр) и некий странный субъект, в своей черно-оранжевой полосатой мантии похожий на шмеля-переростка. Трое Малфоев, тепло поздоровавшись с министром и его гостями, с брезгливым недоумением осмотрели нижний ряд, полностью занятый семейством Уизли.
В этот момент полосатый маг, наклонившись, что-то спросил у министра. Получив одобрительный кивок, он по приставной лесенке поднялся наверх, к комментаторской кабине. Взмах волшебной палочки — и над стадионом разнесся его многократно усиленный голос:
— Леди и джентльмены! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу!
Толпа зрителей разразилась громкими криками и аплодисментами, а Гарри невольно поежился — не хотел бы он сидеть рядом с этим громкоговорителем.
— Мистер Снейп, а кто этот тип в полосатой мантии?
Однако вместо зельевара ему ответил мистер Уимпел:
— Стыдитесь, молодой человек! Увлекаться квиддичем и не знать Людо Бэгмена! В недавнем прошлом он был одним из лучших загонщиков сборной Англии по квиддичу. Для «Уимбурнских Ос» те годы, когда Людо играл в этой команде, были воистину победоносными. Ну, а сейчас мистер Бэгмен является Главой спортивного департамента нашего министерства и надо отметить, он один из немногих чиновников, занимавших эту должность, кто действительно разбирается в спорте.
— Вот, Поттер! Если играть в квиддич — то так, чтобы даже люди, ненавидящие спорт, знали вашу биографию. Иначе и начинать не стоит, — насмешливо фыркнул Снейп.
— Гх-м... Среди моих знакомых только Оливер Вуд буквально одержим квиддичем. Значит, остальные напрасно теряют время? По вашему мнению, нужно распустить факультетские команды и заняться, к примеру, вышиванием?
— Ну почему же? В столь закрытом социуме, каким является Хогвартс, спортивные соревнования являются эффективным способом снять стресс... — безразлично пожал плечами зельевар и тут же заинтересованно подался вперед. — А-а, вот на это стоит посмотреть! Кто бы мог подумать, что у болгар такой талисман!
Гарри непонимающе взглянул на своего наставника, но тот лишь раздраженно ткнул пальцем в сторону арены.
— Посмотрите вниз. Это вейлы.
На темно-зеленый бархат стадиона выбежали несколько десятков золотоволосых женщин. Стройные, гибкие, с безупречными чертами лица, они двигались в столь зажигательном танце, что стадион буквально замер. Гарри, забыв обо всем, подался вперед, но, почувствовав охвативший левую руку жар, быстро пришел в себя. Невиллу повезло меньше: отсутствующий взгляд, покрасневшее от возбуждения лицо, приоткрытый рот... Неприглядная картинка! Гарри, взглянув на ехидно улыбающегося наставника, поспешно ткнул приятеля в бок и тут же вздрогнул от неожиданности — над стадионом, словно золотисто-зеленый фейерверк, пронесся стремительный вихрь. Подлетев к середине, он разделился на две половины, и над голевыми шестами протянулась разноцветная радуга. Только теперь стало понятно, что это чудо сотворили маленькие летающие человечки — лепреконы, каждый из которых нес зажженную лампу.
— Леди и джентльмены! Поприветствуем талисман сборной Ирландии!
Под восхищенные вопли трибун радуга превратилась в мерцающий трилистник, а затем на трибуны посыпался золотой дождь, причем основной его поток пролился в непосредственной близости от VIP-зоны. Поднеся к глазам омнинокль, Гарри заметил, как Рон стремительно сполз с кресла, на несколько минут скрывшись из поля зрения, а затем с торжествующим видом уселся назад, торопливо распихивая что-то по карманам. Фред наклонился, пытаясь что-то ему сказать, но Рон лишь пренебрежительно отмахнулся. Пожав плечами, близнецы снова о чем-то заговорили между собой.
— Похоже, младший Уизли совсем безнадежен, — хмыкнул Снейп. — Золото застит его разум, даже если это золото — лепреконское.
— А что, есть какая-то разница?
— Поттер! Боюсь, границы вашего неведения просто бесконечны...
— Возможно. Но с вашей помощью, надеюсь, их периметр несколько сократится... — покладисто согласился Гарри.
Мистер Уимпел едва слышно фыркнул, Невилл, чтобы не рассмеяться, закусил нижнюю губу, а зельевар, с подозрением взглянув на своего воспитанника, нехотя ответил:
— Разница в том, что как бы монеты ни были похожи на настоящие, на самом деле это просто пустышка. Долговременная иллюзия... Максимум через сутки они исчезнут, не оставив следа.
— Но... Как такое терпят гоблины? Ведь за сутки можно такого натворить!
— У гоблинов своя система распознавания.
Но Гарри его уже не слышал. Под приветственные крики болельщиков над стадионом один за другим стали появляться игроки сборной Болгарии. Мальчики, настроив свои омнинокли на максимальное увеличение, во все глаза разглядывали игроков, одетых в красную форму. На мантии каждого были вышиты их фамилии. Таким же образом были промаркированы каждая из «Молний», на которых играли спортсмены. Когда Людо Бэгмен представил трибунам болгарского ловца, Гарри впился в него взглядом. Виктор Крам выглядел значительно старше своих восемнадцати лет. Черноволосый, с нездоровым цветом лица, он казался недовольным тем, что оказался на этом стадионе.
Совсем другое впечатление производил ловец команды Ирландии. Одетый в зеленую мантию Эйден Линч, хрупкий, если не сказать — щуплый, с медно-русыми волосами и по-мальчишески заразительной улыбкой, откровенно упивался зрительским вниманием. Команды облетели стадион и судья выпустил в небо мячи.
...Игра захватила Гарри с первой же минуты. Скорости и безукоризненной слаженности ирландских игроков болгары противопоставляли чрезвычайно жесткий стиль игры. Бэгмен едва успевал называть фамилии игроков. За первые тридцать минут ирландские охотники, действующие, как одно целое, значительно вырвались вперед, выигрывая со счетом 30:0, но это только ожесточило болгарских загонщиков. Под прикрытием их сокрушительных ударов юркой болгарской охотнице удалось сократить разрыв... И тут Гарри увидел, как, буквально прошивая толпу игроков, стремительно понеслись вниз оба ловца. Мальчик потянулся к настройкам, надеясь увидеть снитч, но золотого мячика видно не было. Земля стремительно приближалась. Гарри видел, как Виктор Крам, с искаженным от напряжения лицом, на последних футах с трудом вывел метлу в горизонтальный полет, а вот Линч этого сделать не успел... Удар о землю был настолько силен, что многие засомневались, мог ли выжить ирландский ловец. На омнинокле поверх изображения высветилась надпись: «Финт Вронского. Отвлекающий маневр». Только теперь Гарри понял — никакого снитча на самом деле не было. Главной целью Крама было вывести соперника из борьбы. Это был очень жестокий, но действенный и вполне допускавшийся правилами прием. На поле тут же выбежали целители. К радости зеленого сектора, им потребовалось всего несколько минут, чтобы Эйден Линч поднялся с земли и, прихрамывая, взобрался на метлу.
Убедившись, что с их ловцом все в порядке, ирландцы словно обрели второе дыхание. Болгарский вратарь метался от кольца к кольцу и все же не успевал. Разница в счете была разгромной, и игра болгарской команды стала по-настоящему грязной. Когда ирландская охотница в очередной раз появилась в зоне ворот, вратарь жестким ударом локтя отбросил ее в сторону... Пенальти!
Вейлы и лепреконы словно сошли с ума. Чары вейл подействовали даже на судью, и пока тот разбирался с талисманами, наступила неожиданная развязка.
Зрители, внимание которых было приковано к попыткам судьи удалить с поля взбесившихся вейл, едва успели заметить, как торжествующий Линч понесся к земле, надеясь первым захватить сверкнувший золотом желанный трофей. Но уже через мгновение Крам повис у него на хвосте. Как он вообще мог что-то заметить в этой сутолоке, Гарри не понимал. Увидев болгарина, мальчик ахнул — следом за ловцом тянулся кровавый шлейф, безошибочно свидетельствовавший о серьезном ранении. Но Крам, несмотря ни на что, стремительно несся вперед.
— Разобьются же! — едва слышно проговорил Невилл, вцепившись в рукав Гарри и оказался прав: ирландский ловец, не справившись с метлой, во второй раз врезался в землю неподалеку от разъяренных вейл.
— А снитч?! Где снитч? — возбужденно прокричал Гарри и тут же увидел, как Крам, весь в крови, неторопливо поднимается в воздух, держа в руке трепещущий золотой мячик.
— Он поймал его! Крам поймал снитч! — восторженно охнул Невилл, и вслед за этим Людо Бэгмен громогласно объявил на весь стадион:
— Матч закончен! Со счетом 170:160 победила команда Ирландии! Снитч поймал Виктор Крам!
Трибуны на секунду замерли, не в силах поверить услышанному, а затем ирландский сектор взорвался гулом аплодисментов. Тысячи огней украсили трибуны, а обрадованные лепреконы устроили в воздухе настоящую карусель, пригоршнями разбрасывая вниз золотые монеты.
— Да-а, проигрывать тоже можно по-разному, — задумчиво проговорил Гилберт Уимпел. — Этот молодой человек достоин уважения...
В этот момент кто-то деликатно тронул Снейпа за плечо:
— Лорд Принц? Простите, сэр, что потревожил, но мне поручено напомнить вам, что вы и ваш подопечный приглашены в министерскую ложу. Если вы не возражаете, я провожу вас...
Гарри, напрочь забывшему о недавней встрече, идти никуда не хотелось, но, повинуясь взгляду зельевара, он послушно поднялся с места. Мальчик ожидал, что им придется спуститься вниз, а затем, пройдя по краю стадиона, вновь подняться в VIP-зону, однако аврор повел их совсем другим путем. Как оказалось, над верхним ярусом была расположена подвесная дорожка, сплошным кольцом опоясывавшая периметр стадиона. Через определенные промежутки в затененных, невидимых со зрительских мест нишах, неподвижно, как статуи, стояли авроры. За время пути к министерской ложе маленькую группу ни разу не остановили, но Гарри не сомневался — появись на этой дорожке чужак, и ему бы точно не поздоровилось.
Несмотря на размеры стадиона, дорога не заняла много времени. Не успели команды завершить традиционный облет стадиона, с повторным представлением каждого игрока, а Снейп и его спутники уже спускались в ложу министра:
— А, вот и наши гости! Господин Оболе... Обло... Господин министр! Позвольте представить вам Гарри Поттера, Мальчика, который покончил с Тем-кого-нельзя-называть, и его наставника, лучшего зельевара Англии, преподавателя школы Магии и Волшебства Хогвартс Северуса Снейпа, Лорда Принца! Ох, как же мне это вам перевести...
— Я удивлен, что в Англии преподавателями становятся столь высокородные особы, — послышался спокойный голос молчавшего до сей поры волшебника в роскошной бархатной мантии. Его английский был безукоризненным, если не считать едва уловимого акцента. — Думаю, что вас побудила к этому большая любовь к детям?
— Скорее — к самому предмету... — едва заметно поклонился Снейп.
Корнелиус Фадж, наконец-то пришедший в себя, возмущенно воскликнул:
— Господин министр, вы владеете английским и до сих пор скрывали это? Но почему?
— Вероятно потому, что до сих пор у меня не возникало вопросов... — пожал плечами министр и повернулся к Гарри. — А вы, молодой человек... Каково это, быть знаменитостью в таком юном возрасте?
— Простите, господин министр, но думаю, ваш вопрос следует переадресовать ловцу вашей команды.. — с вежливой улыбкой проговорил Гарри. — По моим сведениям, Виктор Крам еще студент, но он, безусловно, заслужил каждый из тех восхищенных отзывов в прессе, которые мне доводилось читать... Кто, как не он лучше других ответит на ваш вопрос?
— Вот как? — брови болгарского министра поползли вверх. — Правильно ли я понял, юноша, что вы вовсе не гордитесь тем, что совершили тринадцать лет назад?
— Я горжусь тем, что сделали мои родители. За то, что я до сих пор живу, они заплатили своими жизнями, и чтобы оправдать эту жертву, мне придется сильно постараться. Популярность в прессе тут совершенно ни при чем... — тихо проговорил Гарри, которому до смерти хотелось побыстрее уйти отсюда.
— Неплохой ответ, — послышалось сзади и только тут мальчик заметил, что позади них стоят две квиддичные команды, успевшие к этой минуте подняться наверх.
Невысокий, чуть выше Гарри, человек с крючковатым носом и сросшимися густыми бровями смотрел на него с неподдельным любопытством:
— Привет! Я есть Виктор... Виктор Крам! Рад встреча!
— Я — Гарри. Поверьте, для меня большая честь познакомиться с вами!
— Тогда держи! Это от меня! — Крам, улыбаясь, разжал ладонь и протянул Гарри усмиренный им снитч. — Может, когда-нибудь мы еще сыграем на одном поле!
Гарри, ошалев от неожиданности, только открывал и закрывал рот, не в силах что-нибудь произнести. Ему на выручку пришел Фадж. С легкой улыбкой глядя на растерянного мальчика, он проговорил:
— Рад, что два столь достойных юноши наконец, познакомились. Уверен, это не последняя ваша встреча и у вас будет возможность узнать друг друга получше. А пока — не пора ли перейти к наиболее приятному моменту матча? Мистер Бэгмен, прошу вас!..
Ослепительный свет залил центральную часть ложи и Гарри со Снейпом торопливо отступили назад, в спасительную тень. Поттер, стараясь избежать ненужного внимания, сделал еще несколько шагов в сторону лестницы и тут, на самом краю ряда, заметил крохотную нескладную фигурку, спрятавшую лицо в ладони.
— Добби?! — удивленно прошептал мальчик, но тут домовик отнял от лица длиннющие пальцы , и он сразу понял свою ошибку. Этот робкий, испуганный эльф разительно отличался от его независимого и упрямого приятеля. Домовик на мгновение вскинул на юного волшебника громадные карие глаза и тут же потупился. Гарри пришлось напрячь слух, чтобы услышать его тоненький голосок:
— Господин назвал меня Добби?
— Прости, пожалуйста, я ошибся. Мне показалось, что это мой знакомый.
— Меня звать Винки, сэр! И я тоже знать Добби! А господин... О-о-о, простите, сэр Гарри Поттер! Винки плохой эльф, Винки не узнать такого сильного мага!
— Мне не за что тебя прощать, Винки! Откуда ты вообще знаешь мое имя?
— Все домовые эльфы знают сэра Гарри Поттера! А еще Добби рассказывал, как сэр Гарри Поттер освободил его... Но Добби сделал ошибку, большую ошибку! Домовой эльф не должен покидать своих хозяев! Простите, сэр, Винки не имела права лезть в дела волшебников!
— Успокойся, Винки, ты не сделала ничего плохого... А что ты здесь делаешь? Ты любишь квиддич?
— Хозяин велел Винки держать для него место. Винки — хороший эльф, он делает то, что скажет его хозяин!
— А почему ты сидела, закрыв лицо руками?
— Винки... Винки боится высоты...
— Что, Поттер, наконец-то нашел для себя подходящую компанию? — прозвучал знакомый насмешливый голос, и к лестнице шагнул Драко Малфой. — Похоже, в обществе домовиков тебе куда комфортнее, чем в среде чистокровных магов. С Крамом ты и двух слов связать не мог!
— Привет, Малфой! Скажи, ты не пробовал свой яд сцеживать и сдавать в лавку? Кто знает, вдруг в кои-то веки кому-нибудь пользу принесешь!
— Да как ты смеешь мне хамить, ты!..
— В очередь встань...
— Что-о-о?!
— В очередь, говорю, встань, если хочешь драться. Будешь следующим, за Паркинсон...
— Когда ты успел так насолить Панси, что она тебя на дуэль вызвала? — Малфой-младший даже злиться перестал, так удивился.
— Разве я говорил, что меня вызвали? И при чем тут Панси?
— Вот и я хотел бы узнать — о какой дуэли идет речь, и при чем тут мисс Паркинсон? — вкрадчиво переспросил декан Слизеринского факультета, появляясь из темноты вместе с Люциусом Малфоем.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Пятница, 28.11.2014, 23:33 | Сообщение # 37
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 33

.. Как я мог быть таким глупцом! Угробить столько времени на безответственного недоросля, и все для чего? Для того, чтобы он своим высокомерием превзошел собственного никчемного родителя!.. Извольте видеть — Гарри Поттер, непобедимый боец!
Декан Слизерина, Северус Снейп, вот уже целых четверть часа осыпал Гарри всевозможными обвинениями. Несчастный Невилл дышать боялся и, скорчившись в бесформенный комок, забился в угол кровати, опасаясь привлечь к себе внимание разгневанного зельевара. Мистер Уимпел каменным изваянием застыл в дверях комнаты мальчиков, а Гарри...
Все это время Гарри молчал, что еще больше выводило зельевара из себя.
Но тут уже он не выдержал:
— И это говорите мне вы? Вы, человек, который все лето вдалбливал мне понятия о чести? Помните, что вы мне сказали в крохотном тупичке рядом с Гринготтсом? "Звание Лорда — это не просто приятное приложение к родовым сейфам. Это тяжелое обязательство — обязательство перед родом, перед предками и потомками". Что, по-вашему, я должен был делать? Промолчать? Позволить всем этим зевакам поверить в то, что у древнего рода Поттеров такой никчемный наследник? Извиниться перед этим снобом и вылизать ему сапоги? Или подставить спину под хлыст? Что говорит об этом так чтимый вами Кодекс магов? Молчите?! Что ж... Лорд Принц, я прошу прощения, что отнял у вас так много времени и лишил вас летнего отдыха. Думаю, вы найдете способ расторгнуть контракт, который вы так необдуманно заключили с моим опекуном.
С этими словами бледный до синевы мальчик выскочил из палатки и побежал, сам не зная куда.
* * *
...Красные, словно глаза невыспавшейся ночи, костры мерцали в темноте. Никто и не думал о сне — еще бы, такая игра! Счастливые от удачи и вина ирландцы шатались от палатки к палатке, отовсюду раздавались нетрезвые мужские голоса и визгливый смех женщин. Неугомонные дети, пользуясь всеобщим попустительством, вертелись под ногами взрослых. Не меньше радовались и болгары: что ни говори, но это их ловец поймал снитч! Лагерь болельщиков напоминал растревоженный муравейник, и даже ночная мгла отступила, не в силах тягаться с всеобщим весельем.
Гарри не знал, сколько времени уже бродит по этим дорожкам и на каком именно участке сейчас находится. Его поздравляли, хлопали по плечу, обнимали, звали с собой совершенно незнакомые люди... Он вежливо улыбался, что-то говорил в ответ, но ничьим гостеприимством так и не воспользовался. Гарри и сам не знал, что помешало ему отправиться напрямую к Сириусу или к Сесилии. Он шел и шел, словно в бреду. Яркие картинки прошлого вечера вспыхивали у него в мозгу: вот Снейп, пресекая любые возражения, категорически бросает в его сторону "Поттер! Отправляйтесь в палатку, живо"! Он спускается по лестнице и ощущает на себе высокомерно-насмешливый взгляд Малфоев, сочувствующий — Виктора Крама... И еще чей-то, пронизанный такой жгучей ненавистью, что он невольно оглядывается, что бы тут же наткнуться на презрительную ухмылку Грейнджер.
"Что успели наболтать обо мне за этот месяц Рон и Гермиона? Неужели все Уизли считают меня заносчивым и неблагодарным придурком? Но ведь и миссис Уизли, и Билл, и Чарли были очень приветливы... И этот ненавидящий взгляд... Кому еще я успел перейти дорогу?.."
Гарри зябко передернул плечами — ночь уже вступила в свои права, заметно похолодало. Кто-то из идущих навстречу неожиданно скинул с плеч красную фанатскую мантию с серебряной надписью на спине "Крам" и, накинув на замерзшего мальчика, ободряюще похлопал его по плечу, бросив несколько слов на незнакомом языке.
— Простите, я не говорю по-болгарски, — губы Гарри растягиваются в резиновой улыбке. Его собеседник, внимательно посмотрев в лицо юноши, на ломаном английском произносит:
— Друг... Помогать?
Гарри отрицательно качает головой, и признательно глядя на болгарина, тихо произносит:
— Спасибо... Я сам...
Мужчина собирается что-то сказать, но в этот момент его хватают за рукав и тянут куда-то в сторону. Настроение толпы меняется буквально в одно мгновение. Голоса людей, только что бывшие беззаботно— веселыми, становятся тревожными, и Гарри понимает: случилось что-то серьезное. Все смотрят в сторону кромки леса, туда, где раскинулся украшенный зеленью сектор ирландских болельщиков. Шум усиливается. Панически кричит какая-то женщина, указывая рукой в сторону вспыхнувшего яркой звездой громадного костра. Потом загорается еще один такой же, потом еще и еще... Сквозь просветы между деревьями отчетливо видно разрастающееся зарево. Нет, это не костер, таким высоким костер просто не может быть... Люди не сразу понимают, что это горят палатки. Не раздумывая, Гарри мчится туда. Где-то там поселилась Сесилия со своей сестрой. Две беззащитных женщины и смешной, задиристый мальчишка...
Гарри бежит так, как не бегал никогда в жизни. Ему приходится проталкиваться через бегущую навстречу толпу охваченных паникой людей. Дело осложняет еще и то, что он лишь приблизительно представляет, как далеко находится его цель. Быстрее, еще быстрее... Толпа становится все гуще, испуганные женщины несут на руках младенцев. Дети постарше, вцепившись в родителей, из последних сил бегут рядом. Часть мужчин, подобно Поттеру, расталкивая толпу пробирается в сторону разгорающегося пожара.
Внезапно Гарри почувствовал нечто странное — амулет на груди ощутимо нагрелся; его магия невидимой стрелой ринулась далеко вперед. Сердце Гарри тревожно заныло: кто-то из его близких в смертельной опасности! Кто — Сириус, Снейп?! Палочка сама прыгнула Поттеру в руки...
* * *
... После внезапного бегства Поттера зельевар сразу остыл, словно его холодной водой окатили. И впрямь, чего он так взъелся на мальчишку? Как бы он сам поступил на его месте?
— Простите, профессор... — послышался тихий, но решительный голос.
Снейп недовольно оглянулся:
— Что еще? Вам что-то нужно, Лонгботтом?
— Я хотел сказать... — голос гриффиндорца срывался, и Снейп невольно скривил губы: его всегда раздражала трусость этого недотепы. — Это я виноват в том, что случилось... Паркинсон не в первый раз ко мне прицепилась, а я... За все эти годы я ни разу не посмел им возразить, вот они и решили, что им все можно...
— Они — это кто? Панси Паркинсон? Ее отец? Выражайтесь определеннее, мистер Лонгботтом! — раздраженно бросил Снейп.
И тут мальчишка его удивил — не опуская глаз, он ответил:
— Слизеринцы... Драко Малфой и его компания. Они с первого курса многим не дают прохода. Не думайте, я не жалуюсь, просто хочу предупредить — подобного больше не будет. Гарри прав — давно уже надо было дать им отпор. А все Грейнджер: "Не обращайте внимания... не обращайте внимания!" Можете наказывать меня, сколько угодно, но я собираюсь попросить Гарри позаниматься со мной. Я знаю, благодаря вам он многое знает и умеет. И, если Поттер согласится, я постараюсь сделать все, чтобы восстановить уважение к роду Лонгботтомов.
Шокированный зельевар потрясенно вглядывался в решительное лицо гриффиндорца, которого до этой минуты считал безнадежным тупицей и неожиданно поверил: все так и будет. Этот парень будет рвать себе жилы, но сделает то, что обещал, и подтолкнул его к этому поступок Золотого мальчика.
Снейп, не сказав ни слова, развернулся и выскочил из комнаты мальчишек, раздраженно хлопнув дверью.
Какое-то время он метался по своей комнате, не в силах справиться с раздражением. Послышался стук в дверь, и на пороге появился Гилберт Уимпел.
— Ну?! Еще ты скажи, что я не прав!
— Зачем напрасно сотрясать воздух? — невозмутимо пожал плечами Уимпел. — Ты и сам это знаешь.
— Вот как?! Ты считаешь, что я должен был погладить этого негодника по голове и сказать "Ты молодец, мой мальчик! Ничего, что Паркинсон в прошлом — неплохой дуэлянт. Ничего, что он входил в ближний круг Темного Лорда и знает в несколько раз больше, чем ты... Вперед! Риск — благородное дело!"
— Насколько я понял, Поттер заручился согласием своего опекуна. Почему ты предъявляешь претензии мальчишке, а не Блэку? Он не хуже тебя знает, что за птица этот Паркинсон, и вполне мог бы все предотвратить...
— Да потому, демон его забери, что иногда я просто не понимаю, кто из них старше — Блэк или Поттер! Этот каторжник за те двенадцать лет, что он провел в Азкабане, не только не поумнел, а скорее, деградировал! И самое главное — даже не старается наверстать упущенное. Никакой логики, никакого анализа! Все — под влиянием импульса! Ведет себя так, словно он ровесник Гарри, а не его отца... Именно поэтому я и пытаюсь приучить мальчишку думать своей головой, ни на кого не оглядываясь!
— Ага... Потому-то ты и возил его мордой об стол целых полчаса, доказывая, какой он придурок. А ведь парень сделал именно то, чему ты его учил — принял первое в своей жизни самостоятельное решение. Вот только понять бы, какой урок из этого извлечет Поттер — подумает, что ты лицемер, или догадается, что ты просто испугался за его шкуру?
Снейп с размаху опустился на кресло и сцепил руки в замок, да так, что побелели костяшки пальцев.
— Знаешь, временами я просто забываю, что он такой же мальчишка, как мои змейки... Трудно представить, что магией такого уровня управляет четырнадцатилетний ребенок. Еще пара лет — и ему под силу будет такое, что нам с тобой даже не снилось... Но ведь пропорционально растет и цена ошибок, а Поттер этого даже не осознает!
— А ты в его возрасте просчитывал каждый ход? Не делал ошибок, не набивал себе шишки? Парень ведь не виноват, что судьба оделила его такой мощью. Я, когда услышал, что какой-то пацан в одиночку разделался с сотней дементоров, не поверил. А вот сейчас — верю... Вроде бы и аура у него обычная, да и как он колдует, я ни разу не видел, но есть в нем что-то такое... Очень уж он уверен в себе, понимаешь? Такое бывает, когда у человека за спиной надежная поддержка. У кого-то, как у младшего Малфоя — авторитет отца; у таких, как Паркинсон — родительские деньги. Но сами по себе они пока — ничто. Так, заготовки... А Поттер силен сам по себе, но при этом словно стесняется своей силы и уж точно не демонстрирует ее без необходимости. Но уж если его доведут!.. Я бы на твоем месте скорее беспокоился за Паркинсона, а не за этого парнишку. Все же, двенадцать лет спокойной жизни....
— Да плевать мне на этого сноба! — вспыхнул Снейп. — Как ты не понимаешь — у Поттера нет опыта реальных схваток! Все, что он знает и умеет, парень отрабатывал на уроках. Квирелл и василиск не в счет, вряд ли это можно счесть полноценной дуэлью, скорее — самообороной. Да и зельями его потом накачали так, что правду от ночного кошмара отличить сложно... Даже то, что он выстоял против дементоров — это лишь подтверждение магической силы, и больше ничего! Сразиться с живым человеком, переступить через себя, ранить, а то и убить своего соперника — ты что, думаешь такое под силу неоперившемуся юнцу? Я после своей первой дуэли напился в хлам, так что потом понять не мог — что было на самом деле, а что привиделось в кошмарном сне! А ведь я был лет на пять старше Поттера!
— Думаешь, со мной было по-другому? Все через это проходят. Только вот почему ты мальчишке этого не рассказал, вместо того, чтобы смешивать его с грязью?
Снейп не ответил, да этого и не требовалось. Через пару минут он поднялся и решительно зашагал к выходу.
— Ну, и куда ты направился?
— Схожу в ирландский сектор. Наверняка, мальчишка у своего блохастого крестного. Заодно и перекинусь с этим недоумком парой слов... Тоже мне, опекун!
— Тебе составить компанию?
— Еще чего! Сторожи Лонгботтома, а то очень уж непривычно у того глаза блестят. Дурной пример заразителен — как бы он тоже не кинулся кого-нибудь на дуэль вызывать. Августа нас с тобой потом в лапшу покрошит!
С этими словами Снейп накинул на плечи темную мантию и вышел в ночь.
* * *
Он быстро и бесшумно скользил вдоль украшенных разноцветными фонарями дорожек, старательно уклоняясь от любых контактов. Неподалеку виднелся край леса, а значит, до палатки О Коннели оставалось совсем немного, когда Снейп спиной почувствовал чей-то тяжелый взгляд. Он резко обернулся, но ничего определенного не обнаружил — ни подозрительных звуков, ни движения. Но ощущение угрозы не проходило. Палочка привычно легла в ладонь. И в этот момент за живой изгородью на границе двух участков гигантским факелом вспыхнула огромная палатка. Послышались панические крики, ругань... Зельевар повернулся, сделал несколько шагов в сторону разгорающегося пожара, как вдруг за своей спиной услышал хриплый оклик:
— Снейп! Ну, наконец-то мы встретились!
Резко развернувшись, зельевар почти успел отскочить в сторону, и все же чужое заклятье задело правую руку. Снейп чертыхнулся — вместо того, чтобы поучать Поттера, неплохо было бы самому почаще тренироваться! Во времена служения Темному Лорду Северус стал неплохим дуэлянтом, превосходящим уровень среднего аврора, тем не менее он никогда не позволял себе недооценивать противника. А вот теперь...
Чувствуя, как по коже струится кровь, зельевар усилием воли подавил нарастающую боль и успел перехватить палочку левой рукой. Дело осложнялось тем, что Снейп двигался почти вслепую... В глазах до сих пор плясали огненные всполохи, мешая адаптироваться к ночному сумраку. Черная фигура противника почти сливалась с темнотой деревьев, в то время как он сам на фоне разгоравшегося огня являлся легкой целью. Значит, выход один — постоянно быть в движении. Уклон, нырок... Шаг вперед, контратака, шаг в сторону... Почти танец, но он позволяет сбить прицел палочки... Главное — сместиться в сторону, так, чтобы не разрывая дистанцию и сохраняя свободу маневра, самому перестать быть мишенью...
Противник снова атакует. Целая цепь мощнейших заклинаний, не позволяющих парировать каждый удар в отдельности... Снейп почти машинально ставит щит и тот, к ярости соперника, не только сдерживает, но и отражает часть заклятий назад.
Теперь уже неведомый враг вынужден уклоняться от ударов. Наметанный глаз зельевара четко выделяет каждое движение. Точный анализ — залог победы, мелочей здесь быть не может... Выждав удобный момент, Снейп атаковал сложной, закольцованной связкой заклинаний. Однако неизвестный маг, предвосхитив маневр, рухнул ничком, и почти все заклинания пролетели мимо... Почти — но не заклятье "Истинный облик". Чары, мешающие рассмотреть лицо противника, пали, и Снейп чуть не вскрикнул от удивления: легко оттолкнувшись от земли, ему навстречу поднялся Барти Крауч — младший! Потрясение зельевара было столь велико, что он на какую-то долю секунды опоздал среагировать на багровый луч, летящий в его сторону. Словно гигантский кулак с размаху ударил мастера Зелий в грудь, и он, как подкошенный, опрокинулся навзничь. Последнее, что увидел Снейп — это холодные, как лед, глаза, следящие за тем, как он падает, и зеленый столб пламени, вырвавшийся из вскинутой вверх в победном жесте палочки...
* * *
Обогнув разделяющую два участка купу деревьев, Гарри растерялся: впереди, в нескольких десятках метров, с подчеркнутой неторопливостью двигалась плотная, безликая толпа, оставляя за собой подожженные палатки. Летящие ей навстречу разноцветные вспышки лучше всяких слов говорили о том, что скоро тут начнется нешуточный бой. Казалось бы, зов о помощи исходит именно оттуда, но... Магия манила, звала в прямо противоположном направлении; волнение мальчика росло, стальными обручами сдавливая сердце, и Поттер, больше не раздумывая, помчался по параллельной дорожке, в сторону леса... Туда, где проходила граница антиаппарационного барьера.
...Разноцветные фонари подсвечивали затянувший землю дым, придавая всему нереальный вид. Гарри предельно сконцентрировался, стараясь взять под контроль магию амулета, но полностью подчинить эту силу ему не удалось. По обе стороны от бегущего мальчика, несмотря на безветренную погоду, шумели, раскачиваясь, кроны деревьев; листья кустарников трепетали так, словно готовы были пуститься в пляс... Впереди рухнул громадный шатер, яростно пылавший все это время, и на фоне недалекого леса стали отчетливо видны разноцветные вспышки. В этот момент Гарри увидел, как один из сражающихся магов пошатнулся, пропустив удар и страшно медленно, как показалось мальчику, завалился на спину.
Поттера вдруг охватила всеобъемлющая ярость. Магия снова рванулась вперед, обгоняя мальчика, и мягким крылом укрыла поверженного волшебника. Гарри еще успел услышать сдавленный крик, почти мгновенно захлебнувшийся, но времени помочь пострадавшему не оставалось...
...Из вскинутой вверх палочки победителя струился мутно-зеленый луч света, образуя гигантское изображение черепа с выползающей изо рта змеей. Но Гарри некогда было разглядывать картинку. Он увидел лицо своего противника и тотчас же узнал его — именно этого человека он видел этим летом в кошмарном сне, когда убили неизвестного старика... Именно он приносил клятву Повелителю, жизнью и магией обещая передать Гарри в его руки. Барти Крауч-младший, судя по его изумленному виду, тоже догадался, кто перед ним. Довольная усмешка искривила его губы:
— Ты?! Какая удача! Бросай палочку, сосунок, и останешься цел!
— Не дождешься! Я заставлю тебя убрать ухмылку с твоего лица, тварь!
Не тратя больше времени на разговоры, Гарри атаковал противника. Он не обдумывал комбинации, не искал подходящих заклинаний. Точно чья-то могучая рука вела его вперед. Гарри ощущал свою палочку, словно она была продолжением руки; чувствовал, как переполнявшая его магия, подчиняясь, струится через нее, многократно усиливая заклинания. Казалось, сама земля помогала ему, убирая из-под ног выступающие корни, сглаживая неровности... Гарри продолжал атаковать и наращивать темп. В какой-то момент он сформировал воздушный кулак, который должен был оглушить соперника, но тот оказался быстрее и перекатом ушел в сторону. Поттер резко сократил расстояние, целясь по ногам, но заклинание задело противника лишь вскользь. Однако и этого хватило, чтобы незнакомец, потеряв равновесие, грохнулся спиной о землю.
Крауч, встретив в лице мальчишки неожиданно сильного противника, стал действовать куда осторожнее. Все чаще он прибегал к защите, а Гарри все наращивал скорость — он должен был отомстить за поверженного мага... Его атака следовала за атакой. Не раз и не два лицо Крауча искажалось от боли, но он и не думал отступать. Гарри чувствовал, как нагревается его палочка, как горит плечо...
— Держись, Крам! — послышалось откуда-то сзади, и мальчик инстинктивно оглянулся: с той стороны, где совсем недавно неведомые маги громили палатки, к нему кто-то бежал.
Эта секунда решила все — Крауч, собрав все силы, запустил в Гарри целой цепью боевых заклинаний. Резко, точно кнутом, тело мальчика опоясало болью, затем вокруг вспыхнул золотой свет, и, уже понимая, что проиграл, Поттер успел сжать амулет и еле слышно прошептал:
"Добби!"
* * *
Группа министерских работников короткими атаками пыталась оттеснить Пожирателей подальше от границ аппарационного барьера. Казалось, еще немного — и нарушители общественного порядка будут у них в руках, но тут где-то совсем неподалеку в небо взметнулась Темная метка. Она мерцала и завораживала, заставляя сердца сжиматься в невольном страхе. Бои на какое-то время прекратились. Воспользовавшись всеобщей растерянностью, Пожиратели стремительно, один за другим исчезали с места дуэли. Злясь на себя и проклиная все на свете маги устремились в сторону леса, туда, откуда взлетел в небо Знак Мрака. Упустить "шутника", возродившего самые страшные воспоминания прошлого, было бы преступлением.
Чарли Уизли, хоть и не был аврором, вступил в бой с Пожирателями одним из первых и сейчас тоже бежал в первых рядах. Прогорев до основания, рухнули опоры гигантского шатра, и в мерцающем зеленом свете Темной метки Чарли увидел двух яростно сражающихся волшебников. Заклятья и с той, и с другой стороны летели с ошеломляющей скоростью. Было непонятно, как при таком напоре оба еще остаются на ногах.
Чарли прибавил шагу. Кто-то запустил в сторону леса осветительный шар. Невысокий черноволосый волшебник в багрово-красной мантии уверенно и безжалостно атаковал своего противника. Бежавший позади Уизли волшебник, вероятно, заметив поблескивающую на красном серебристую вязь букв, пораженно ахнул: "Крам!". Тут же послышался чей-то громкий ободряющий возглас "Виктор, держись!", черноволосый волшебник оглянулся и...
Ошеломленный драконоборец, не в силах что-либо предпринять, увидел, как ГАРРИ ПОТТЕР, застигнутый врасплох прозвучавшим окриком, оглядывается; как его соперник, воспользовавшись промахом, запускает в него целой цепью заклинаний... Ослепительно-белый луч несется к мальчику и впивается в его тело. Куда именно — понять невозможно, Чарли видит лишь спину мальчишки и знакомый всем профиль... Вокруг тела Мальчика-который-выжил вспыхивает золотистое зарево. Поттер падает медленно, словно продавливая какое-то незримое препятствие... В ярком свете Чарли неожиданно замечает неподвижно лежащее тело еще одного волшебника, затем мелькает какая-то тень (или ему так только кажется?), потом золотое свечение неожиданно исчезает — и пораженные волшебники видят лишь сильно помятую траву, разрытую шальными заклятьями землю и поломанные кусты, растущие неподалеку. Ни Гарри Поттера, ни его соперника, ни лежащего на земле волшебника больше не видно...
Ноги отказывались держать, и Чарли обессиленно опустился на землю. Обхватив голову руками, он попытался привести мысли в порядок. Неужели маг, с такой стремительностью и умением атаковавший неизвестного противника, и тот забавный мальчишка, с которым он, Чарли, совсем недавно сидел за столиком в кафе Фортескью — это один и тот же человек? Как мог Гарри Поттер, ровесник его младшего брата обладать такими навыками и такой силой? Может, он все же ошибся, и это не Гарри? А если нет? И что ему теперь делать? Стоит ли поделиться с министерскими чиновниками своими догадками? По всей видимости никто, кроме него, не узнал в одном из сражающихся знаменитого Мальчика-который-выжил... Значит, искать будут кого угодно, только не его... А если мальчишка действительно попал в беду? Что стало следствием этого заклинания?
Словно в ответ на бесчисленные вопросы, теснившиеся в голове Уизли, с места дуэли послышался раздраженный голос:
— И что, демон вас побери, тут случилось? Куда все подевались, может мне кто-нибудь сказать? Они что, испарились?!
— Да-а-а... Кажется, наступает веселое времечко! Роб, помнишь тот день, когда Петтигрю исчез?
— Ну, от того хоть что-то да осталось... — невесело фыркает собеседник.
— Прекратите треп! Обшарьте это место, да повнимательнее! Предупреждаю: если пропустите хотя бы малейшую улику, будь это даже крохотная ниточка с мантии — шкуру сдеру! А посторонних прошу удалиться с места проведения операции!
Чарли, поднимаясь, оперся рукой о землю и внезапно под ладонью почувствовал холодок металла. Машинально сжав кулак, он вскочил на ноги и пошел в сторону своей палатки, судорожно соображая, правильно ли он сделал, что утаил свою находку. В том, что найденный предмет принадлежал кому-то из сражавшихся, он почему-то не сомневался...
Отойдя на приличное расстояние, Чарли разжал кулак — на испачканной землей ладони лежал крохотный золотой мячик, над левым крылышком которого чернел знаменитый автограф Виктора Крама...



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Воскресенье, 30.11.2014, 20:27 | Сообщение # 38
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 34

В кабинете директора Хогвартса было не по-летнему многолюдно. Вместо привычных пергаментных свитков на столе перед Дамблдором лежала куча газет, со страниц которых встревожено и хмуро глядел признанный лучшим игроком последнего чемпионата ловец сборной Болгарии.
«Редакция нашей газеты рада сообщить, что кумир миллионов болельщиков, непревзойденный Виктор — ЖИВ!»
«Вопреки грязным инсинуациям, распространяемым некоторыми недобросовестными журналистами, ни один из участников Чемпионата мира по квиддичу не пострадал. Больше того, игроки обеих команд даже не заметил того прискорбного инцидента, который произошел после окончания заключительного матча. Глупо было бы полагать, что отряд авроров был не в состоянии справиться с группкой ничтожных провокаторов, целью которых было напомнить о давних трагических событиях, оставивших глубокие шрамы в сердцах и душах наших соотечественников! Корреспондент «Ежедневного пророка» побывал на месте сражений и взял интервью у Роберта Келли, одного из самых известных сотрудников Аврората:
— Роб, ходят слухи о нескольких убитых и раненых, эвакуированных вашими ребятами от границ аппарационного барьера. Что вы можете сказать по этому поводу?
— Чушь! Ответственно заявляю, что кроме палаток болельщиков да, может, еще мышей-полевок, никто не пострадал. Отделом магического правопорядка проведена громадная работа по профилактике возможных нарушений. Многие видели, насколько оперативно была пресечена попытка пронести на стадион несколько черномагических артефактов еще до начала матча...
— То есть вы полагаете, что провокация готовилась заранее, а не была следствием избыточного употребления горячительных напитков?
— Этот «пьяный марш» и был местью недобитков за то, что им не удалось привести свой план в действие.
— А правда ли то, что целью вырядившихся в плащи Пожирателей хулиганов был Виктор Крам?
— Я вообще не понимаю, причем тут кто-либо из игроков! Обе команды сразу же после окончания матча порталом были доставлены в гостевые апартаменты Министерства, так что о произошедших беспорядках они узнали лишь из утренних газет.
— Чем, в таком случае, было обусловлено такое внимание к ловцу команды Болгарии со стороны Аврората?
— Мы просто хотели убедиться в том, что до начала матча в его адрес не поступали угрозы...»

Старый волшебник раздраженно поднял кипу газет и потряс ими перед собравшимися:
— Представляете, что устроят эти писаки, если им станет известно об исчезновении Мальчика-который-выжил?! Это будет сенсация! Они нам проходу не дадут, и я не удивлюсь, если в конечном итоге полетят чьи-то головы! Наше счастье, что во все это пока не вмешалась Скитер... Мы во что бы то ни стало должны разыскать Поттера! Сириус, ты уверен, что мальчик до сих пор жив?
— Разумеется, директор! Неужели вы полагаете, что я хоть на минуту остался бы в вашем кабинете, будь все по-другому?! Смею напомнить, что Гарри — мой наследник, и я просто не могу быть настолько равнодушен к его судьбе!
Дамблдор примирительно поднял ладонь:
— Не горячись, мой мальчик! Я вовсе не это имел в виду... Просто с момента исчезновения Гарри прошло уже целых три дня, а мы по-прежнему не знаем, где он находится. Что-то блокирует чары слежения...— Директор несколько секунд помолчал, невидяще уставившись перед собой, потом, словно опомнившись, продолжил: — Впрочем, я собрал вас здесь совсем не за этим. Чарли предоставил мне очень интересные воспоминания, относящиеся к тому дню. Предлагаю вам вместе со мной просмотреть их еще раз. Вдруг кто-то заметит какую-то мелочь, способную вывести нас на след?
— Постой, Альбус. Я полагала, что до конца каникул за этим несносным мальчишкой присматривает профессор Снейп. Это так? — требовательно спросила МакГоннагал. Дамблдор нехотя кивнул. — С какой стати он вообще разрешил Поттеру отправиться на этот матч? Такая вопиющая безответственность! И вообще — где он сам, в конце-то концов? Тут собрались все, кто хоть как-то связан с этим ребенком, а того, кто отвечал за него все эти дни почему-то нет. Мне кажется, Северус первый должен был бы заявить о его пропаже и заниматься поисками, нет?
Директор раздраженно сверкнул в ее сторону стеклышками очков:
— Все так, Минерва, все так... Но видишь ли... Судя по воспоминаниям Чарли, на земле, рядом с местом дуэли лежал еще один человек. Кто это был, мы точно не знаем, но есть большая вероятность, что это как раз и был профессор Снейп.
Минерва тихонько охнула, но тут же смолкла, наткнувшись на неодобрительный взгляд директора.
— Повторяю, это только наши предположения. Однако, хорошо зная ответственный характер Северуса, я и мысли не могу допустить, что он, будь у него такая возможность, не сообщил бы нам о мальчике. Боюсь, с ними обоими приключилась какая-то неприятность. Мы скрупулезно, дюйм за дюймом обшарили дом родственников Гарри и поместье Снейпа. Ни-че-го... Ни одного намека на то, где бы они оба могли скрыться в случае опасности. Мистер Уимпел говорит (и Невилл Лонгботтом это подтверждает), что между Гарри и Северусом произошло небольшое недоразумение, связанное с очередным нарушением дисциплины со стороны мальчика. Вряд ли это могло повлечь за собой серьезные последствия, однако и это сообщение мы, разумеется, приняли к сведению. Существует еще одна ниточка, способная привести нас к успеху, но из-за упрямства гоблинов... Впрочем, об этом потом. Безусловно одно — оба на настоящий момент живы, и это внушает определенный оптимизм. И все же, учитывая что ни один из них до сих пор не дал о себе знать, я могу усмотреть в этом лишь два варианта: либо они оба серьезно ранены, либо их похитили. И в том, и в другом случае наша первоочередная задача — найти их, и как можно быстрее. Надеюсь, со мной все согласятся?
Послышался нестройный гул голосов.
— В таком случае, предлагаю еще раз вернуться к воспоминаниям...
В Омуте памяти медленно закружился опаловый водоворот. На гладкой поверхности отчетливо проявились две крохотные фигурки, яростно обменивавшиеся между собой боевыми заклинаниями. Чарли невидяще уставился на миниатюрную картинку, а сам вспоминал о своем визите к Виктору Краму. Поначалу тот принял его за особо назойливого болельщика, под любым предлогом пытающегося взять у него автограф. Но стоило Чарли протянуть ему снитч, как ситуация тотчас же переменилась. Виктор внимательно выслушал рассказ о состоявшейся между Гарри и неизвестным волшебником дуэли и неподдельно встревожился:
— Нет, я ничего не знаю... Я видел Гарри только несколько минут. Там, на трибуне... Могу я помочь?
Чарли пожал плечами — чем тут поможешь?
— Жаль, — непритворно огорчился Крам. — Я хотел бы знать, когда вы найдете Гарри. Это можно? И верните ему снитч. Пожалуйста... Это подарок. Я хотел играть с Гарри, потом...
Демонстрация воспоминания между тем закончилась, и в кабинете наступила напряженная тишина.
— А вы убеждены, директор, что это действительно Гарри Поттер? — неуверенно спросил Артур Уизли. — Молодой человек, безусловно, похож на Гарри, но... Я, конечно, не видел его больше года, но отличия очень большие. На нем нет очков, другая стрижка, да и вообще — этот юноша намного выше и шире в плечах...
— Это Гарри, отец! Я видел их с профессором Снейпом совсем недавно, в Косом переулке, — нехотя ответил ему сын.
— Постой, постой, Чарли! Ты говоришь, видел Поттера в Косом переулке? — заинтересовался директор. — Тебе не бросилось в глаза что-нибудь необычное? Возможно, кто-то из них был излишне встревожен, напряжен? Может, вместе с ними был кто-то посторонний?
— Ничего особенного. Гарри просто делал покупки к новому учебному году, а профессор, как обычно, отпускал шпильки в его адрес, — пожал плечами драконоборец.
Все разочарованно замолчали.
В камине вспыхнуло пламя и в сполохах огня появилась Амелия Боунс. Окинув собравшихся изучающим взглядом, она холодно поинтересовалась у Дамблдора:
— И когда, позвольте узнать, вы собирались сообщить в Департамент об исчезновении вашего ученика?
* * *
... Порывистый ветер шевелил тонкие занавески. Прозрачные тени от находящихся за окном деревьев медленно скользили по светло-серой стене, навевая сон. Слышалось приглушенное пение птиц и еще какой-то непрерывный, тоскливый звук, заставивший Гарри недовольно поморщиться. Тихий, надрывный плач тотчас же прекратился.
— МАСТЕР ГАРРИ! Вы очнулись?! Добби знал, что сэр Гарри Поттер — сильный волшебник! Он обязательно поправится!
— Добби, не кричи, пожалуйста, — пересохшие губы едва двигались, голос был похож на хриплое карканье, но Гарри слишком о многом нужно было спросить. — Где мы?
— Простите, мастер Гарри! Добби не знал, кто ваши враги и подумал, что его хозяевам опасно оставаться в доме Мастера Снейпа. Добби перенес вас обоих в новый дом!
— Так это был Снейп?! Что с ним? Он ранен? — Гарри попытался сесть и тут же со стоном откинулся на подушки. Пожалуй, он не отказался бы пробыть без сознания еще какое-то время, так сильно болела голова.
— Добби плохой! Очень плохой! Мастеру Гарри нельзя волноваться! — Не переставая тихонько причитать, расторопный домовик аккуратно поправил подушки и помог мальчику напиться.
Осторожно откашлявшись, Гарри попросил:
— Добби, ответь на мои вопросы. Я правильно понял — мы в Годриковой Лощине, да? Как давно?
Домовик чуть слышно проговорил:
— Добби перенес вас сюда три дня назад...
— В доме находится еще кто-нибудь?
— Только хозяин Снейп... Добби не знал, может ли он позвать кого-то из друзей хозяина...
— Хорошо... Букля здесь?
Добби утвердительно кивнул:
— Да, мастер Гарри.
— Дай мне перо и пергамент. За эти дни писем не было?
— Добби наложил на дом дополнительные чары, сэр... Никто не мог проникнуть в этот дом, даже птицы.
Гарри признательно взглянул на домового эльфа:
— Ты все правильно сделал...
Эльф неожиданно опустился на пол и обхватил голову руками:
— Гарри Поттер слишком добр к Добби! Добби ничем не мог помочь своим хозяевам! Добби не знал, как! Добби так рад, что мастер Гарри очнулся!
— Я знаю, Добби, успокойся. Теперь все будет хорошо. Скажи, ты не мог бы устроить нас с мистером Снейпом в одной комнате?
— Добби может, мастер Гарри! Хозяин Снейп сильно стонал, и Добби боялся, что это помешает вам выздоравливать...
Через десять минут оба волшебника были удобно устроены на двух узких кроватях в гостевой спальне, Букля и Бризерс летели в сторону Лондона, унося несколько записок, а Добби спустился вниз, к камину, все время что-то причитая.
Поттер, искоса поглядывая на мертвенно-бледное лицо зельевара, собрал все силы, сжал амулет и невольно зажмурился: все вокруг охватило золотистое сияние. Мальчик больше не чувствовал боли, лишь покой и мощный приток энергии...
* * *
Надрывно кашляя и захлебываясь, Гарри в очередной раз вынырнул из пучины беспамятства. Снейп удовлетворенно хмыкнул и поставил на столик опустевший флакон.
— Ну, наконец-то! Поттер, сделай одолжение, когда в следующий раз соберешься на тот свет, предупреди меня заранее...
— За... зачем, профессор?
— Что бы я мог убраться куда-нибудь подальше... В Антарктиду, к примеру! — злобно огрызнулся зельевар.
— Попробую... Я ужасно рад, профессор, что вы живы...
— А я вот в этом не уверен! Какого демона, Поттер?! Что ты творишь? Какого драккла ты тратил на меня силы, если сам только очнулся?
— Добби наябедничал?
— Да как ты... Этот эльф из-за тебя чуть с ума не сошел, а ты... Мне пришлось обездвижить его, чтобы он не разбил себе голову, пока я из лаборатории зелья принесу. Ладно, Поттер, помолчи немного.
Снейп взмахнул палочкой над лежащим мальчиком.
— Ну, как? Вставать можно?
— Можешь попробовать, если сил хватит, — хмыкнул Снейп. — Но я бы на твоем месте еще денечек полежал.
— Ну, так ложитесь! Вы на себя в зеркало смотрели, профессор? Бледный, как смерть, синяки под глазами... И на ногах держитесь еле-еле. Вы знаете, каким заклинанием Крауч вас задел?
— Главное, не Авадой. С остальным справлюсь. Значит, ты тоже видел Крауча? Это он тебя?..
— Он. Только я сам виноват — отвлекся, вот и получил. Крауч не собирался меня убивать...
Снейп недоверчиво взглянул на своего ученика и тяжело вздохнул:
— Ладно, об этом поговорим на досуге. Сейчас необходимо обсудить, что мы будем рассказывать Дамблдору...
— Думаете, Дамблдор уже в курсе того, что случилось?
— Не сомневаюсь! Больше того, уверен, если бы директор имел доступ в этот дом, он уже давно был бы здесь. Добби молодец, догадался установить собственную защиту. Насколько я понял из его рассказа, перед тем, как сжать амулет ты отправил несколько писем? Надеюсь, в число адресатов входит мисс О Флаэрти?
— Конечно! Я даже мадам Боунс предупредил, что мы живы, но нам нужно время, чтобы восстановиться. И Сириусу написал, что для них с Ремусом доступ открыт...
— Да-а-а... В который раз убеждаюсь, что ваши мозги начинают нормально функционировать, только если их хорошенько встряхнуть.
— Профессор, две минуты назад вы были менее официальны...
— Скажи мне, ГАРРИ, почему тебя так волнуют всякие мелочи? У меня создается впечатление, что ты чего-то усердно добиваешься. Чего — и сам толком не знаешь, но хочешь этого изо всех сил, так?
Гарри нахмурился, пытаясь как можно точнее сформулировать ответ, но тут внизу что-то загремело, послышался испуганный писк домовика, потом — невнятная ругань, и по лестнице загрохотали тяжелые шаги.
— Гарри! Мордред обоих побери! Снейп! Оба живы! — Тяжело дыша, в дверях показались Сириус и Люпин.
— Тихо! Перестаньте орать! — прикрикнул на них Снейп. — Не хватало, чтобы мальчишка снова отключился!
Переглянувшись, двое пришедших медленно опустились на пустующую кровать.
— Как он? — шепотом спросил Блэк.
Гарри, открыв глаза, хрипло рассмеялся:
— Ты лучше меня спроси, крестный! Все нормально, правда! Профессор только что разрешил мне вставать!
— Я сказал — можешь попробовать! — поправил его Снейп. — Лично я не считаю, что это хорошая идея.
— Что с вами приключилось? Мы после матча вас обыскались, но Люпин предположил, что вы в гостях у этого Уимпела... А потом появился Чарли Уизли и всех поднял на ноги. Говорит, что видел, как Гарри сошелся в дуэли с кем-то из Пожирателей, тот применил неизвестное заклинание, и вы оба не то сгорели в пламени, не то скрылись под его прикрытием. Да еще Артур по секрету рассказал о слухах, что ходят в Министерстве. Будто Пожиратели применили Драконий огонь, потому тел погибших и не было... Сесилия чуть с ума не сошла, когда это услышала. Да что там — все нервничали, особенно когда выяснилось, что ни тебя, ни Снейпа даже совам разыскать не удается. Правда, после того, как я побывал на Гриммо и удостоверился, что на Родовом гобелене нет изменений, и ты по-прежнему остаешься наследником Рода, паника стала спадать. А тут еще Дамблдор... Не знаю уж, каким образом, но он был уверен, что Снейп жив, и потребовал, чтобы мы немедленно отправились на поиски. Где мы вас только не искали! Дамблдор, так тот даже к гоблинам ходил. На переговоры... — В конце этой тирады, произнесенной на одном дыхании, Блэк насмешливо фыркнул.
Гарри, прокашлявшись, хрипло спросил:
— А к гоблинам-то зачем?
Блэк и Люпин снова переглянулись:
— Понимаешь... — осторожно заговорил Люпин. — Дамблдор, как только ему сообщили о ... Ну, о том, что ты пропал... и Снейп — тоже...
— Словом, он попытался сначала ко мне на Гриммо пробраться, — перебил его Блэк. — Но у меня от всех, кроме вас, камин заблокирован. Тогда он отправился к Люпину. Там он нас обоих и прихватил. Пришлось ему сказать, что мы при помощи гоблинов восстановили этот дом к твоему Дню рождения. Прости, Северус, но про то, что ты в этом тоже участвовал, мы говорить не стали...
— Как это ни удивительно, Блэк, но и у тебя порой бывают минуты озарения, — пробурчал Снейп.
Сириус немного помолчал, а затем продолжил:
— Узнав про дом в Годриковой Лощине, Альбус тотчас же потребовал, чтобы мы немедленно отправились сюда. Мы аппарировали — а в дом попасть не можем... Кстати, а почему?
— Добби свою защиту установил, — коротко объяснил Гарри.
— Ну, чего-то подобного я и ожидал. Но Дамблдору мы сказали, что были здесь только один раз, вместе с тобой, и доступа в другое время у нас нет. Директор рассердился, конечно, пробурчал что-то типа "Дали слишком много свободы" и ринулся в Гриннготс.
— А потом?
— Потом был сильный гнев и всеобщая мобилизация, — ухмыльнулся Блэк. — Все носились, как угорелые, пытаясь найти хоть малейшую зацепку. Этот старый хитрец не дал никому пощады, пока не были отброшены все варианты возможных укрытий. Хотя думаю, что он с самого начала подозревал, что вы скрываетесь именно тут. Он отпустил нас пару часов назад и тут как раз прилетела Букля. Ну, Гарри, и задал же ты жару этому мерзавцу!
— Что ты имеешь в виду, Блэк? — насторожился зельевар.
— Так Гарри что, до сих пор тебе ничего не рассказал?! Директор продемонстрировал нам воспоминания Чарли Уизли...
— Нам — это кому? — уточнил Снейп
— Не перебивай, дай рассказать...
Гарри, откинувшись на подушки, лежал и рассматривал самых дорогих ему людей. Ему было хорошо и спокойно. Вот если бы здесь была еще и Сесилия...
— Поттер! — перед лицом мальчика Снейп пощелкал пальцами. — Ау, вы меня слышите? Сейчас не время парить в эмпиреях! Как вы намереваетесь объяснять директору свои феноменальные способности?
— Никак не буду... Скажу, как есть — действовал автоматически, не рассуждая. Понятия не имею, что делал и как. Между прочим, это почти правда. Заклятья я, конечно, изучал вместе с вами, но связать их так, как получилось на этот раз... Понимаете, я словно отключился... Руки сами знали, что нужно делать и как. Я даже не споткнулся ни разу! И заклинания приходили на ум в определенном порядке, будто мне кто-то диктовал...
Гарри закашлялся и замолк.
— Ну-ну... — скептически хмыкнул Снейп, перебирая на столике хрустальные флаконы. — Только заикнитесь об этом нашему драгоценному директору и тотчас же перейдете в категорию белой лабораторной крысы.
Он на секунду задумался.
— Поттер, а где ваша палочка? Дамблдор наверняка ее проверит, чтобы понять, какими именно заклинаниями вы пользовались.
— Понятия не имею, — встревожился мальчик. — Надеюсь, она у Добби.
— Добби!
Домовик бесшумно замер на пороге комнаты, преданно глядя на своих хозяев.
— Послушай, свою палочку я нашел в изголовье... А где палочка Гарри?
Домовик виновато потупился:
— Добби не мог взять в руки палочку сэра Гарри Поттера. Он завернул ее в мантию...
— В какую мантию? Если я не путаю, Поттер наотрез отказался надевать ее и целый день ходил, как маггл, — подозрительно прищурился зельевар.
— Добби этого не знал, сэр, — растерянно пробормотал домовик. — Молодой хозяин был в мантии... В такой... красной, как у игроков, сэр! Добби подумал...
— Профессор, Добби ничего не напутал, — вступился за домовика Поттер. — Мантию мне подарил какой-то болгарин, когда я бродил по лагерю... Так что с моей палочкой?
— Добби сейчас принесет! — с этими словами домовик исчез и буквально через минуту вернулся назад. В руках у него был темно-красный, плотно скрученный сверток.
Гарри нетерпеливо развернул плотную ткань и поверх одеяла упала волшебная палочка. На древесине цвета слоновой кости с едва заметными зеленоватыми прожилками таинственно блеснул золотой символ. Снейп, Блэк и Люпин круглыми от изумления глазами смотрели как осторожно, двумя пальцами Гарри берет собственную палочку.
— Что с вами, Поттер? Что за церемонии?
— Вы что, не видите? Тут знак молнии, точно такой же, как мой шрам!
Люпин поднялся и подошел поближе.
— Нет, Гарри, это не молния. Это руна Соулу. Мощный знак, способный убирать темную энергию. Впрочем, я не так силен в Рунистике...
— Подожди, Ремус... Гарри, ты хочешь сказать, что изначально на твоей палочке не было этого знака? — настороженно спросил Блэк.
— Конечно же, не было!
— И ты понятия не имеешь, как и когда он мог появиться? — продолжал допытываться крестный.
— Клянусь, Сириус! Когда я собирался на Чемпионат, палочка выглядела, как обычно!
Снейп и Сириус хмуро переглянулись. Люпин протянул руку, собираясь взять палочку, но зельевар пресек эту попытку.
— Подожди... Тут что-то не так. Поттер, вы не испытываете никакого дискомфорта? Нет каких-то необычных ощущений? Чего-то, что вы не чувствовали прежде?
— Нет... Все, как обычно, — Гарри привычным движением перехватил палочку и четким движением взмахнул ею в воздухе:
— Люмос!
С кончика палочки вырвался ослепительный луч, заставив всех присутствующих инстинктивно зажмуриться, но свет проникал даже сквозь закрытые веки.
— Нокс!
Все ошарашенно переглянулись.
— Вот тебе и "все, как обычно", — — задумчиво протянул Снейп. — Что ж, как бы там ни было, но придется рискнуть. Приори Инкантатем!
Несмотря на опасения, ничего фатального не произошло. Из кончика волшебной палочки, как и полагается, одно за другим вылетели иллюзорные подобия десятка использованных Поттером в самом конце схватки заклятий. Зельевар нахмурился, что-то обдумывая, а потом решительно направился к выходу.
— Северус, ты куда? — недоуменно окликнул его Люпин.
— Сейчас вернусь! — не оглядываясь, бросил Снейп и, прихрамывая, направился к лестнице. Блэк и Люпин проводили его взглядом.
— Сириус! — встревоженно позвал Гарри. Блэк оглянулся.
— Ты что, Гарри? Тебе плохо?
— Да не то чтобы... Просто я понять не могу — почему, если амулет с такой легкостью вылечил Сесилию, помог Ремусу во время полнолуния, столько раз ставил на ноги меня после магического истощения... почему в этот раз я мало того, что провалялся без сознания целых три дня, так и сейчас, очнувшись, не могу до конца вылечить ни себя, ни профессора?
— Ну, это как раз понятно, — вступил в разговор Люпин. — То, что ты перечислил — и маггловские болезни, и последствия превращения, и истощение — не были связаны с применением против тебя проклятий. Если точнее — во всех случаях чужая магия не наносила вред ни тебе, ни кому-то из твоих друзей... А в этот раз ты столкнулся с враждебным магическим воздействием, которое привело к травмам. Был нанесен не только урон твоей магии, но и повреждено тело. Да еще в поединке было потрачено столько сил... Жаль, конечно, что мы не знаем, какое именно заклинание вывело тебя из строя...
Дверь снова распахнулась и на пороге появился торжествующий Снейп.
— Вот, я так и знал! Где-то я уже видел описание этой связки заклинаний! Пожалуйста, Уильям Синсер "Дуэльные атаки", страница 30. Я просматривал эту книгу, когда мы составляли план обучения боевой магии.
— И как это поможет Гарри оправдаться?
— Фу, Люпин, я думал, что ты догадливее, — поморщился зельевар. — Что отличает нашего с тобой ученика? Правильно, излишнее любопытство. Этот вьюнош хватает все, до чего может дотянуться... Мог он увидеть в моей библиотеке эту книгу? Конечно, мог! Пока ненавистный профессор Зельеварения, не покладая рук, трудился, изготавливая зелья для школы и госпиталя Святого Мунго... Не перебивайте меня, Поттер! Кому охота знать, что в этом году большую часть зелий мы варили вдвоем?! Так вот, пока бедный зельевар трудился, его легкомысленный подопечный от нечего делать таскал к себе книги. В те дни, когда получал от меня нагоняй — прятался в своей комнате и, представляя ненавистного профессора в качестве мишени, без палочки отрабатывал там заклинания. А как только представилась подходящая возможность их опробовать — пустил свои навыки в дело. Как, подойдет?
— Ну... Кое-что, конечно, притянуто за уши... — неуверенно проговорил Люпин. — Но если предположить, что вы за эти полтора месяца настолько надоели друг другу, что старательно избегали общения...
Договорить Люпин не успел. В комнату с нарочито громким хлопком трансгрессировал Добби:
— Мастер Снейп, Мастер Гарри! В камине голова сэра директора!
Вся компания хмуро переглянулась. Снейп, выразительно взглянув на Добби, указал ему на обоих визитеров и одними губами прошептал: "Гриммо, 12". Домовик понятливо кивнул и, скрыв мужчин под пологом невидимости, неслышно аппарировал. Хмурый зельевар направился к лестнице, взглядом приказывая Гарри оставаться в постели. Медленно, словно каждый шаг давался ему с большим трудом, мастер Зелий спустился в гостиную.
— Северус! Ну, слава Мерлину, ты жив! Я чуть не разнес в пыль весь Отдел магического транспорта, прежде чем нашелся человек, который мог найти адрес этого камина. Что с вами произошло? Что с Гарри? Да открой мне камин, наконец!
— Простите, директор, но не могу — дом настроен на хозяина. Поттер же пока не то что колдовать — подняться не в состоянии. Можно, конечно, попробовать сломать защиту, но смысл? Я пару часов назад залил в паршивца несколько зелий, думаю, через день-другой мальчишка встанет на ноги.
— Что значит — пару часов назад?! Вас искали три дня! Хочешь сказать, что Гарри целых три дня оставался здесь без всякого лечения? Ты что, не мог позвать на помощь, раз уж сам помочь был не в силах?!
— Похоже, директор, вы и мысли не допускаете, что и сам я был точно в таком же состоянии?! — холодный металл, прозвучавший в голосе Снейпа, несколько остудил напор и Дамблдор уже совсем другим тоном произнес:
— Ну что ты, Северус! Я просто сожалею о том, что по вине некоторых... вам с Гарри не была вовремя оказана медицинская помощь.
— Вы имеете в виду домовика, директор? Хочу заметить, что эльф три дня делал все, что мог.
— Ты напрасно его защищаешь, мой мальчик! Для домовика куда правильнее было бы обратиться к кому-либо из волшебников. Но... Давай оставим эту тему. В конце концов речь сейчас идет не об этих примитивных существах. Я хотел бы знать, справишься ли ты с лечением мальчика без привлечения посторонних? Поппи в школе до сих пор нет, а привлекать специалистов из св. Мунго... Мне бы не хотелось давать повод для сплетен. Сможет ли Гарри приступить к занятиям вместе со своими друзьями, или ему потребуется гораздо больше времени, чтобы встать на ноги?
— Боюсь, что я не готов сейчас ответить на ваш вопрос. Разумеется, я сделаю все возможное, чтобы привести его в норму, но учтите, что запас зелий у меня весьма ограничен...
— Ты получишь все, что потребуется... — нетерпеливо оборвал его Дамблдор. — Имей в виду, мой мальчик, состоянием здоровья Гарри интересуюсь не только я. С чьей-то подачи к вашим розыскам сегодня подключилась Амелия Боунс из Отдела обеспечения правопорядка. Хотел бы знать, кто ее надоумил... Впрочем, это сейчас уже не столь важно. Важно другое — мы должны сделать все, чтобы в будущем ситуации, подобные этой, не могли повториться...
— Что вы имеете в виду, директор?
— То, что Гарри раз и навсегда должен понять — он не может творить все, что ему вздумается! Излишняя свобода, предоставленная ему этим летом, определенно не идет мальчику на пользу. И в этой связи я должен заметить, что в этом есть и твоя вина. Да-да, Северус! Ты не можешь этого отрицать! Этим летом я поручил тебе опеку над мальчиком — и что я вижу? Ты даже не попытался хоть как-то повлиять на него! Загрузил какими-то бессмысленными гимнастическими упражнениями, бесконечными эссе, а сам? Как всегда, пропадал в лаборатории, так?
— Я еще полтора месяца назад заявлял вам, директор, что не собираюсь нянчиться с этим недоумком! — яростно прошипел Снейп. — Мальчишка был под защитой, не голодал, не бездельничал, совмещал умственную нагрузку с физической — этого, по вашему мнению, недостаточно? Я пожертвовал своим личным временем, пошел вам навстречу, а вы пытаетесь меня в чем-то упрекнуть?! Тринадцать лет никому дела не было, как и кем воспитывается Мальчик-который-выжил, а теперь всю вину за то, что он неуправляем, вы хотите переложить на меня? Не выйдет, директор! Я умываю руки! Как только этот паршивец будет в состоянии разблокировать камин, ноги моей здесь не будет!
Однако гневная тирада не произвела на Дамблдора никакого впечатления. Выслушав зельевара, он укоризненно покачал головой и произнес:
— Ах, Северус-Северус! Столько лет прошло, а ты все никак не можешь перебороть в себе отвращение к Джеймсу! Потому и к его сыну относишься предвзято... Что ж, мой мальчик, надеюсь, в ближайшее время Гарри сможет набраться сил и тогда мы вернемся к нашему разговору. У тебя будет время остыть и хорошенько подумать... А пока — передай Гарри мои пожелания скорейшего выздоровления! Обо всем, что с вами обоими случилось, поговорим в Хогвартсе!
Огоньки пламени в камине в последний раз вспыхнули и погасли, как и остатки доверия зельевара к тому, кто олицетворял, по мнению волшебного мира, светлую сторону магического противостояния...



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Воскресенье, 30.11.2014, 20:30 | Сообщение # 39
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 35

Мадам Боунс широкими, почти мужскими шагами мерила свой кабинет.
— Нет, ты представляешь?! Сотня людей заявляет, что видела, как в результате дуэли заживо сгорают двое волшебников, в то же самое время неизвестно куда пропадают профессор и студент — а я узнаю об этом только сегодня, вернувшись из Ирландии! При этом об их исчезновении знало руководство школы, знал опекун мальчика, его друзья — и ни один из них даже не подумал обратиться в органы правопорядка! И этот старый интриган молчал! Пропал бы кто-нибудь из наследников других чистокровных родов — да лорды за это время все Министерство по камушку разнесли бы! Авроры каждый дюйм земли перетряхнули возле стадиона! А так — тел не нашли, заявлений о пропаже не было, все и успокоились. Ну, кое-кто мне за это ответит! По крайней мере Келли десять раз пожалеет, что вместо нормального расследования предпочел давать интервью "Пророку"...
— Я тоже виновата, — из глубины полутемного кабинета послышался безжизненный голос Сесилии О’Флаэрти. — Сидела, упивалась своей обидой и за три дня даже не подумала позвонить. А тут еще Оливия с Юсти... Амелия, ты уверена, что с Гарри все в порядке?
— Разумеется! Ты ведь сама читала его письмо!
— Но почему тогда мы не можем отправиться прямо в Годрикову Лощину? Вдруг мальчику нужна помощь?
— А здоровье мистера Снейпа тебя, конечно же, не интересует? — язвительно усмехнулась мадам Боунс, но взглянув на бледное, измученное лицо сестры, поспешила ее успокоить. — Сейчас туда отправился Дамблдор. Не думаю, что ему следует знать о твоей заинтересованности в судьбе мальчика (и зельевара, мысленно добавила она). Ты ведь знаешь, что Гарри в надежных руках. Убеждена — при первой же возможности Гарри найдет, как с нами связаться. И не думай, что я отпущу тебя одну!
В этот момент в кабинет влетел бумажный самолетик, один из тех, что использовался в Министерстве для доставки внутренней почты.
Недовольно поморщившись, Амелия Боунс разгладила листок и ее брови удивленно взметнулись вверх. Перечитав записку еще раз, она улыбнулась:
— Ну, что я тебе говорила? Отдел контроля в Атриуме сообщает, что к нашему сотруднику обратился домовой эльф, утверждающий, что ему просто необходимо попасть на прием к мадам Боунс. Все попытки выяснить, кто прислал этого эльфа в Министерство и по какому вопросу, закончились неудачей. Почему-то мне кажется, что я знаю имя этого эльфа...
* * *
Гарри, несмотря на возражения своих наставников, все же решил, что принимать гостей в таком виде негоже. В конце концов, он вполне здоров, а слабость... Ну так он же не в квиддич играть собирается! Пока мальчик приводил себя в порядок, в гостиной Снейп и возвратившиеся Мародеры обсуждали, что могло случиться с палочкой, что могут означать такие изменения и стоит ли каким-либо образом эти изменения маскировать...
Пока мнения сходились лишь в одном — их собственных знаний для этого не хватит. А времени, чтобы как следует покопаться в родовых библиотеках практически не было. Предложений было много: от самых очевидных — рассказать все, как есть, директору школы, и пусть уж он разбирается со всеми загадками, до самых экзотических — уничтожить палочку, избавившись таким образом от внезапных проблем. Первый вариант, предложенный Люпином, был отвергнут из-за нежелания предоставлять Дамблдору еще одно доказательство необходимости постоянного контроля над Поттером. Против второго категорически возражал сам Гарри. Да и Снейп, зная о сродстве двух палочек, его поддержал. Требовался какой-то компромиссный вариант. И тогда Люпин тихо произнес:
— Кажется, без Олливандера тут не обойтись...
Все ошеломленно замерли — действительно, как они сразу об этом не подумали? Кто лучше, чем создатель палочек, сможет ответить на все их вопросы?
— Какие-то чары, ограничивающие магию, наверняка существуют... — вслух размышлял Снейп. — Известно, к примеру, что при незначительных нарушениях закона на волшебные палочки мага ставят ограничители, запрещающие использование тех или иных групп заклинаний... Кроме того, есть у меня подозрения, что на палочки некоторых особо одаренных магически студентов тоже ставят какие-то блоки. Доказательств, конечно, нет, только личные наблюдения, но... Думаю, что-то похожее было установлено и на палочку Поттера. Значит, теоретически все это возможно. Но как поступит Олливандер, обратись мы к нему с такой необычной просьбой? Не получится ли так, что он первым делом бросится к Дамблдору? Кто мы для него? Рядовые покупатели, и только. И нечего кривиться, Блэк! Ни то, что ты лорд, ни то, что ты — опекун Поттера, в данном случае особой роли не играет. Мы можем либо убедить, либо подкупить Олливандера.
— Либо подавить его авторитетом... — все так же тихо добавил Люпин.
Снейп и Блэк синхронно повернулись к оборотню.
— Что ты имеешь в виду, Лунатик?
— Только то, что Дамблдор, конечно же, очень могущественный человек, но и он не все решает в волшебном мире, — спокойно ответил Люпин.
— И кто же, по твоему мнению, может иметь на Олливандера большее влияние? Фадж?.. — насмешливо фыркнул Блэк.
— Мадам Боунс, — прозвучал мальчишеский голос.
Все оглянулись. Гарри стоял, от слабости прислонившись к дверному косяку. Сириус бросился к крестнику и помог ему добраться до кресла.
— Поттер, вы растете в моих глазах! — насмешливо воскликнул Снейп. — Еще немного, и я соглашусь, что в рассуждениях Распределяющей шляпы был резон. Ах да, господа Мародеры не в курсе... Вашему драгоценному мальчику три года назад шляпа предлагала мой факультет.
— Главное не то, что она предлагала, а то, что Гарри выбрал, — парировал Блэк. — Но... Засунуть мальчика в твой змеюшник — похоже, Шляпа окончательно спятила!
— Сириус, Северус, успокойтесь! — досадливо одернул спорщиков Люпин. — Учебный год вот-вот начнется, Дамблдор в любой момент может сюда нагрянуть, а вы не нашли ничего лучше, чем в очередной раз поругаться. Гарри, ты считаешь, что мадам Боунс можно настолько доверять? Она, конечно же, помогла Сириусу, и про амулет знает... Но ведь сейчас ситуация еще сложнее, метаморфозу с палочкой на внешнее влияние не спишешь. Чтобы в этот раз ни произошло — ты, и только ты этому причиной. Захочет ли она тебе помогать?
— Я уже спрашивал его об этом, — фыркнул Снейп. — В этом-то и состоит его главное отличие от моих змеек — он упорно считает всех вокруг достойными доверия. И это несмотря на обширный опыт предыдущих лет.
Гарри полыхнул в его сторону зелеными глазищами:
— Вы ошибаетесь, профессор. Возможно, прежде я и был легковерным дурачком, которого любой мог обвести вокруг пальца, но с недавних пор у меня есть достаточно надежный способ проверки... Кстати, все вы эту проверку уже прошли, и не раз...
— Так вы еще и ясновидящий, Поттер? — усмехнулся Снейп.
— В этом нет нужды, когда тебе помогает магия, — и мальчик молча вытащил из-за выреза рубашки амулет.
* * *
Мадам Боунс, несколько последних минут стоявшая в тени коридора, именно в этот момент решительно шагнула вперед. Не обращая внимания на вскинутые в ее сторону палочки, она внимательно оглядела каждого из мужчин и в наступившей гробовой тишине спокойно проследовала в центр комнаты, опустившись в свободное кресло.
— Сесилия, ты так и будешь стоять в коридоре? Кажется, ни у кого-то из этих джентельменов не хватает учтивости, чтобы предложить дамам сесть...
Удостоверившись, что порозовевшая от смущения Сесилия заняла место на одном из диванов, Амелия Боунс удовлетворенно вздохнула и обратилась сразу ко всем:
— Вероятно, было не совсем вежливо вторгаться в вашу беседу, господа. Оправданием может служить то, что я здесь, вообще-то, гость вполне ожидаемый, если только ваш эльф ничего не напутал... Что касается разговора... Что ж, если вы хотели сохранить его содержание в секрете, то позволю напомнить — ни Оповещающие, ни Заглушающие чары еще никто не отменял. Но я рада, что нам не придется ходить вокруг да около. Скажу сразу — я слышала все, начиная с фразы мистера Люпина о вставшем перед вами непростом выборе в отношении мистера Олливандера... Если вы будете так добры, что посвятите меня в суть возникших у вас сложностей, возможно, эту часть проблемы я возьму на себя. И еще одно, чтобы сразу расставить все точки над i — мне претят закулисные интриги и подковерная возня, прошу это запомнить. Если то, что вы задумали, не противоречит закону, не наносит вреда магическому обществу, обещаю — я внимательно выслушаю каждое мнение и, если сочту, что могу посодействовать разрешению данного вопроса, непременно помогу. Этого, полагаю, достаточно? А теперь предлагаю не тратить мое и ваше время, и перейти к делу. Профессор Снейп, вам слово... Я ожидаю от вас подробного рассказа обо всем. А с вами, молодой человек, мы поговорим несколько позже. К вам у меня тоже накопилось немало вопросов...
Под таким напором никто не мог бы устоять. Снейп, проклиная себя за неосмотрительность (Совсем в последнее время расслабился! А если бы это был Дамблдор?), несколько мгновений помолчал, собираясь с мыслями, а потом коротко и по существу изложил все, что произошло с ним и с его подопечным начиная с момента прибытия на стадион. Упомянул об эпизоде в министерской ложе, о том, как узнал о возможном поединке между Паркинсоном и своим воспитанником, о своей размолвке с Поттером по этому поводу, а затем и о собственной дуэли. Закончил он рассказом о перепалке с Дамблдором.
— Полагаю, будет правильнее, если дальше будет расказывать Поттер. Услышать то, что произошло дальше, из его уст предпочтительнее, чем слушать пересказ.
Поттер, тяжело вздохнув, вопросительно взглянул на мадам Боунс, и заметив утвердительный кивок, обреченно заговорил. Его вариант не отличался четкой последовательностью, зато был куда более эмоционален. Гарри был еще слаб, и долгий рассказ лишил его остатка сил. Снейп, бросив внимательный взгляд на покрывшийся капельками пота лоб, быстро поднялся и, ни слова не говоря, взял с маленького столика хрустальный флакон и протянул его мальчику. Гарри без возражений проглотил вяжущую жидкость. Благодарно улыбнувшись учителю, он перешел к заключительной части своего повествования, а именно — к проблеме с волшебной палочкой.
Только тут Амелия Боунс его остановила:
— Так, в общем и целом картина ясна. Могу я взглянуть на палочку?
Гарри повернулся к виновато переминавшемуся с ноги на ногу эльфу:
— Добби, принеси палочку, пожалуйста!
Взяв в руки сложенную в несколько раз бордовую мантию с ярко выделявшейся надписью "Крам", Амелия Боунс удовлетворенно хмыкнула:
— Ну, теперь я хотя бы понимаю, откуда пошли эти слухи о нападении на болгарского ловца... Гарри, это ваша мантия?
— Да... То есть нет... Мне это подарил один из болельщиков. Просто было холодно, вы понимаете...
Но внимание мадам Боунс уже полностью было занято необычного вида волшебной палочкой. Пожилая волшебница, прищурившись, рассматривала золотистую руну. Наконец, она прервала напряженное молчание:
— Ну что ж, дорогие мои... У меня тоже есть, что вам рассказать. Для начала — не могли бы вы предложить старой женщине хотя бы глоток чаю? Только прошу — дайте чашку побольше, терпеть не могу эти ваши наперстки...
Пока расторопный эльф накрывал на стол, все молчали. Было ясно, что эта пауза образовалась не просто так — каждому было, о чем подумать.
Обхватив тонкую фарфоровую чашку двумя руками, словно грея ладони, и отрешенно глядя в пространство перед собой, мадам Боунс тихо заговорила:
— Не знаю, как у вас, а у меня сегодня было довольно насыщенное утро... Для начала меня ждало письмо от Августы Лонгботтом. В Лонгботтом-мэнор вчера совершенно неожиданно заявился директор. Не касаясь существа дела, он попытался узнать, не получал ли Невилл в последние дни каких-либо сообщений от Поттера. Но Августу так просто не проведешь. Ей хватило нескольких минут, чтобы узнать о пропаже Поттера и Снейпа. Тут-то Невилл и рассказал о предполагаемой дуэли с Паркинсоном. Не скрою, это меня заинтересовало... А тут еще все эти газеты... Каюсь, была у меня мысль, что именно мистер Паркинсон был одним из тех, кто скрывался в тот день под масками, и что именно его авроры могли видеть на месте поединка. Более того, я поделилась своими предположениями кое с кем из моих служащих... Потом я вызвала к себе Робардса, но ничего нового, кроме повторения победных реляций о разгоне пьяных дебоширов, озвученных Скримджером еще на банкете в Министерстве в ночь после Чемпионата, я не узнала. Робардс утверждал, что на основе собранных ими улик ни одного погибшего или тяжелораненного ни с той, ни с другой стороны не было, да и быть не могло, поскольку все это действо можно было характеризовать лишь как хулиганство, и не более. Однако, едва этот тупица успел покинуть мой кабинет, как прилетела поттеровская сова... Можете себе представить, в каком настроении я отправилась в Хогвартс... Пересказывать свой разговор с Дамблдором я не стану, однако ему определенно не понравился мой интерес к мистеру Поттеру...
В гостиной стояла такая тишина, что звук соприкоснувшейся с блюдцем чашки показался оглушительным. Мадам Боунс, так и не сделавшая ни одного глотка, поставила чашку на стол, выпрямилась и оглядела всех присутствующих:
— Насколько я понимаю, у нас две основных проблемы... Первое — необходимо связаться с мистером Олливандером так, чтобы не привлечь к себе внимание Дамблдора и второе — добиться от него согласия помочь... Так вот. Предлагаю воспользоваться сложившимся положением, а заодно и обеспечить убедительную причину отсутствия Поттера в Хогвартс-экспрессе. Я сегодня же отошлю мистеру Паркинсону приглашение посетить Департамент правопорядка, ссылаясь на полученную мной информацию о произошедшем несколько дней назад конфликте. Для большей достоверности укажу, от кого именно поступила ко мне эта информация, тогда повод для рассмотрения будет более весомым. В качестве соответчика я буду вынуждена вызвать мистера Поттера и... — она огляделась, — вероятно, мистера Блэка, как его опекуна.
Молчавший до этой минуты Блэк как-то смущенно поежился, но ничего не сказал. Мадам Боунс, не обратив на него особого внимания, продолжила:
— Поскольку мистер Паркинсон имеет обыкновение провожать свою дочь на Хогвартс-экспресс, встречу в Министерстве назначим... к примеру, часа на два пополудни. В это время большинство сотрудников отсутствуют на рабочем месте, поэтому нам будет комфортнее вести разговор. Альбус Дамблдор... Полагаю, все со мной согласятся, что его присутствие было бы нежелательным? — Все согласно кивнули. — Так вот, директор Хогвартса по определению не сможет быть в этот час в Министерстве, он слишком занят подготовкой к новому учебному году. То есть с этой стороны мы защищены. А к мистеру Олливандеру предлагаю наведаться в самое спокойное время — часиков около одиннадцати утра, то есть в то время, когда ученики уже отправляются в школу, а их родители еще не успели вернуться в Косой переулок. Что касается методов убеждения... Мистер Олливандер кое-чем мне обязан, и он это помнит. Пришла пора платить по долгам...
В дальнейшем обсуждении ни Сесилия, ни Сириус участия не принимали. Гарри бросал осторожные взгляды то на одного, то на другого. Мисс О’Флаэрти была бледна, Сириус явно чем-то обеспокоен. Через час, когда гости собрались уходить, мадам Боунс оглянулась на сестру и спросила:
— Сис, ты остаешься у меня или отправляешься домой? Прости, мне еще нужно зайти в Министерство, но если ты подождешь пару часов...
— Возможно, я провожу мисс О’Флаэрти? — бесцветным голосом предложил Снейп, но тут его оборвал Сириус Блэк:
— Это лишнее, Северус. Я все равно сейчас направляюсь в Дублин, так что с удовольствием аппарирую мисс О’Флаэрти....
Лицо зельевара посерело:
— Что ж... Тогда вынужден откланяться. Люпин, ты проводишь наших гостей? Простите, господа, мне еще нужно сварить для Поттера...
Блэк перебил его:
— Подожди, Северус. Это касается и тебя...
Он виновато посмотрел на Гарри и сбивчиво заговорил:
— Видишь ли, крестник... Тут такая история... Так сложились обстоятельства, что первого сентября меня не будет в Лондоне. Прости, Гарри, но все так закрутилось...Ты же к этому моменту уже должен был быть в школе... Короче, на следующее утро после чемпионата я заказал семейный портключ...
Снейп, замерший было на пороге, еще больше помрачнел и язвительно произнес:
— Что ж, не смею мешать... Разбирайтесь тут сами, по-семейному...
— Да постой ты, слышишь? Я же не знал, что так получится. Нет, ты не думай, если бы с тобой или с Гарри... Ну, если бы вы до сих пор не выздоровели, я бы непременно остался, клянусь! Но раз так... Короче, Северус, ты не мог бы отправиться с Гарри в Министерство вместо меня? Ну, и к Олливандеру тоже...
Он помолчал с полминуты, а потом сказал с таким видом, будто в омут с головой нырнул:
— Я предложил миссис О’Коннели пожить этот год у меня. До поступления Юсти в Хогвартс. Она согласилась. Только вот прежде необходимо уладить кое-какие дела — дом продать, проблемы со школой решить. Не так-то просто сорваться с насиженного места...
Дальнейших слов Гарри не слышал. Он словно провалился в глубокий колодец. На уши давила неприятная тишина, дышать стало трудно, перед глазами — темнота. Сколько это продолжалось, Гарри не знал. Тут-то и пригодились навыки, полученные от Сесилии. Словно со стороны, Гарри услышал свой голос, звучавший так, будто и не было обиды, не было той боли, которая внезапно навалилась на него:
— Да нет, Сириус, что ты! Я рад, что все так сложилось. Ты ведь сообщишь, когда вы вернетесь, да? Передай привет Юсти и прости, что-то мне нехорошо.
Словно заведенный, он через силу поднялся и двинулся к лестнице, не различая дороги. Неожиданно в его поле зрения показался мрачный мастер Зелий. Не глядя на окружающих, он обхватил находящегося в прострации Поттера за плечи и повел-понес вверх по лестнице, на прощанье бросив через плечо:
— Надеюсь, Блэк, ты знаешь, что ты делаешь...
Ступенька... Еще одна... еще... Вот, наконец, и его комната. Нужно продержаться еще немного. Совсем немного — несколько шагов. Все...
Очнулся Поттер от струи холодной воды, брызнувшей ему в лицо. На коленях перед ним стояла Сесилия. Судя по шевелящимся губам, она что-то шептала, только Гарри ничего не слышал. Давящую тишину сменил непрерывный шум, сквозь который проникали лишь самые громкие звуки. Стук в дверь... Голос Люпина — встревоженный, напряженный... Слов по-прежнему не слышно. Затем новый голос, совсем близко:
— Не переживай мальчик! Все пройдет! Поверь мне, старухе, люди иногда просто не понимают, что делают больно своим близким! Вот увидишь — время пройдет, и все наладится... А пока спи, мой хороший, и помни — ты никогда не будешь один, обещаю... Вот так, хорошо...
Ласковая рука проводит по волосам, становится темно и тихо. И последнее, что слышит Гарри, проваливаясь в сон, это голос Сесилии:
— Не жди меня, Эмили, ладно? Я остаюсь...



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Воскресенье, 30.11.2014, 20:39 | Сообщение # 40
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Глава 36

— Как думаешь, он проспит до утра? Может, мне остаться в его комнате? — не отводя глаз от заснувшего мальчика, прошептала Сесилия.
— Не стоит себя изводить. Есть ведь следящие чары. Проснется — мы сразу об этом узнаем. Идем, тебе тоже стоит отдохнуть — вполголоса проговорил Снейп. Они вышли из комнаты Гарри и остановились посреди узкого коридора.
— А для меня тут комната найдется? — неуверенно спросила Сесилия. — Я понимаю, надо было у Гарри спросить, но ему было не до того...
— Там, в дальнем конце правого крыла — моя спальня, напротив — спальня Люпина. Остальные комнаты на этом этаже свободны, выбирай любую. Поттер вряд ли будет возражать, а Добби в лепешку расшибется, чтобы угодить "мисс профессор" — мимолетно усмехнулся Снейп.
— Тогда я займу вон ту, самую дальнюю от лестницы, хорошо? Ты мне покажешь, что к чему? — они молча прошли несколько шагов до крайней комнаты в левом крыле коридора.
Снейп распахнул дверь, пропуская женщину вперед. Окно было закрыто плотными шторами, и в комнате царил полумрак.
Зельевар пересек небольшую спальню наискосок и потянулся к портьерам.
— Не надо, не отодвигай. Только окно открой, пожалуйста... — тихо попросила Сесилия.
Нижняя часть окна с частыми переплетами медленно поползла вверх. В комнату хлынул прохладный, пропитанный дождевой влагой воздух, тут же укрощенный тяжелой парчовой тканью.
Снейп все так же молча развернулся и направился к двери, собираясь уйти.
— Постой, Северус... — едва слышный голос Сесилии остановил его у самого порога. — Думаю, нам стоит поговорить.
Мужчина медленно повернулся и застыл у стены, обхватив себя руками.
Сесилия сидела на самом краешке стула, сцепив руки в замок, и смотрела прямо на него.
— Понимаю, сегодня не самый подходящий день, но... другого ведь может и не быть, правда? Мы с тобой такие разные, но у обоих слишком сложный характер, так что кому—то все равно пришлось бы начинать этот разговор. Если мы, конечно, собираемся хоть как—то общаться... Знаешь, я всегда думала, что у меня достаточно здравого смысла, терпения, чувства юмора, что ли, чтобы не попадать в такую ситуацию, а вот теперь сижу и впервые не знаю, что сказать... Нет, помолчи, — вскинулась она, видя, что Снейп открыл рот, собираясь что—то ответить. — Я сейчас выговорюсь, а потом уж сам решай, что мы будем делать. Понимаешь, вокруг меня все время разные люди, и я давно научилась общаться с каждым из них, какое бы впечатление человек на меня не производил. Студентам вбивают это с самого начала: если не умеешь разговорить пациента — тебе нечего делать в нашей профессии. Не скрою, своей замкнутостью и загадочностью ты бросил мне вызов. Но если бы только это... У меня, как у каждого, были свои неудачи. Ну, подумаешь, еще один мизантроп, ненавидящий все человечество — мало я таких встречала... Но в тебе было что—то такое... гротескное, что ли... Ты словно устанавливал перед собеседниками сложную полосу препятствий и заранее знал, что никто из них не захочет ее преодолевать, потому что ты никому не интересен. Вероятно, непрошедших это испытание было слишком много, что только подтверждало твои опасения. Не с первой секунды, но я как—то это почувствовала... А уж когда услышала твой рассказ тогда, в машине... Потом я видела, как ты выбивался из сил, выхаживая Гарри, как ты глядел на него, и я впервые подумала, что хотела бы, чтобы ты и на меня когда—нибудь так смотрел — с такой теплотой, с такой заботой... Ты ведь это понял, правда?
Снейп кивнул, но Сесилия этого уже не видела. Она опустила голову, невидяще глядя на пушистый ковер под ногами, и говорила все быстрее и быстрее, не замечая, как нервно сжимает и разжимает пальцы:
— Потом, когда ты меня провожал в аэропорту, я была счастлива. Казалось, в моей жизни теперь все будет по—другому... Но вернулась в Дублин, в знакомую круговерть... Коллеги, работа, приятели, приятельницы, привычная, размеренная жизнь... И я стала задаваться вопросом — а стоит ли что—то менять? Понимаешь, мне ведь и сравнивать—то не с чем, — горько усмехнулась она. — Мужчины всегда занимали так мало места в моей жизни, что я, вероятно, просто испугалась. А потом эта авария... Тогда я впервые осознала, что жизнь — конечна. Не умом, всем естеством поняла... Все вокруг будет, как прежде, а после меня ничего и никого не останется. Я не совершила великих открытий, моим именем никто не назовет ни звезду, ни даже улицу... А потом я вспомнила, с какой болью ты произнес ее имя там, в машине... Лили Поттер... Не спорь, не стоит... Я еще тогда все поняла. Поняла и позавидовала той, которой уже так давно нет. И рассердилась на нее за то, что она не разглядела, как ты к ней... как ты ее...
Сесилия судорожно вздохнула, немного помолчала, выравнивая дыхание, а потом снова заговорила:
— Ты появился в Дублине, и я позволила себе поверить в то, что и для меня все возможно. И все было хорошо, пока не появился Блэк. Не знаю, что ты себе навоображал, но таких Блэков вокруг меня и раньше было много, понимаешь? Только не думай, что я оправдываюсь. Да, он веселый, красивый, энергия бьет через край, но и только. А ты... Ты словно дарил меня — ему... Не спрашивая, хочу ли я этого, или нет. Просто отошел в сторону, словно посторонний.
Она на мгновенье вскинула голову, но, не выдержав, снова уставилась в пространство перед собой:
— Потом этот проклятый матч... И сообщение о том, что Гарри дрался с каким—то волшебником, и что ни его, ни тебя невозможно найти. Слухи о том, что кого—то видели лежащим рядом с местом поединка, и этот кто—то был не то ранен, не то убит... И мне стало все равно, как ты ко мне относишься. Нужна ли я тебе, или нет — лишь бы вы с Гарри были живы. Непостижимо, но за эти два месяца вы оба словно вросли в мою жизнь. Я не знаю, что будет дальше. Не знаю, хочешь ли ты, чтобы я была рядом. Гарри, по всей видимости, я нужна, поэтому даже если я ничего для тебя...
...Снейп слушал, не перебивая, лишь крепче вжимая пальцы в кожу, и голос Сесилии словно вскрывал в его душе один пласт за другим. Лили... Что она значила для него тогда? Кем она была? Мечтой, недостижимой, и потому — прекрасной. А если бы жизнь сложилась по—другому? Если бы она была сейчас рядом с ним? Жизнь не любит сослагательных наклонений, пусть мечта останется мечтой. Сейчас рядом с ним другая женщина. Она понимает его, как никто прежде. Соперничество? Да, безусловно. Один раз он уже проиграл, даже не проиграл — ушел, решив, что та, что его не оценила, не стоит борьбы за нее.
Смогла бы та, другая, вот так переступить через свою гордость, и первой начать разговор? Нет, вряд ли... Они оба были так юны, так рьяно делили жизнь на черное и белое, были так нетерпимы к малейшим ошибкам... Ошибка... Вот ключевое слово! Снейп не знал, что получится из отношений на этот раз... Даже если он очень захочет, ему никогда не измениться, не стать веселым, бесшабашным, романтичным... Но ведь и она это понимает! Понимает — и все равно готова принять его таким, какой он есть! А он, он сам? На что он способен? Еще минута, и она замкнется в себе... Выскажет все, что на сердце, и больше никогда не вернется к этому разговору... Снейп, словно ему стало трудно дышать, дернул за ворот рубашки, обрывая верхние пуговицы и шагнул вперед. Он неловко сел на пол прямо возле ее стула, прижался головой к коленям... Старательно не поднимая глаз, взял ее руку, повернул ладонью вверх и поцеловал. А потом глухо произнес всего одно слово:
— Прости...
* * *
Следующие два дня обитатели Годриковой Лощины, встречаясь в полном составе лишь за обедом и ужином, прожили так, словно играли написанные для них роли. Они о чем—то разговаривали, натужно шутили и обсуждали какие—то новости, прочитанные в "Ежедневном пророке". Гарри и Сесилия успели посетить маггловскую клинику и подобрать для мальчика новые очки и контактные линзы... Все четверо прекрасно понимали — через несколько часов их уютный мирок распадется. Снейп и Гарри уедут в Хогвартс, Сесилия отправится читать лекции бесшабашным ирландским студентам, а Люпин останется в восстановленном доме, коротая время за чтением и поджидая своего непутевого друга из далекой Америки.
Люпин в эти дни вообще стал каким—то особенно нервным и то и дело косился на Сесилию и Снейпа. Гарри, старательно изображавший наслаждающегося последними каникулярными днями студента, сначала ничего не замечал, а затем и сам стал приглядываться к этой парочке, впервые обратив внимание на то, как хорошо выглядит зельевар. Исчезло привычное брезгливо—пренебрежительное выражение, черты лица смягчились, разгладились морщинки на лбу. Даже черные, обычно непроницаемые глаза Снейпа словно что—то подсвечивало изнутри. Мальчик пригляделся к Сесилии. Та тоже словно сияла, нет—нет да и бросая взгляд на старающегося не отходить от нее зельевара. Загадка разъяснилась, когда рано утром Поттер, которому вдруг захотелось холодного сока, лицом к лицу встретился в коридоре с выходящим из комнаты Сесилии наставником. Снейп сжал зубы, его скулы порозовели, а в глазах вспыхнул гневный огонек, но Гарри не дал ему и слова сказать, прошептав:
— Я все понимаю, профессор, и очень рад за вас обоих...
После чего ретировался в свою спальню и долго сидел на холодном подоконнике, молча вглядываясь в серую мглу за оконным стеклом и всем сердцем желая очутиться, наконец, в замке, чтобы с головой окунуться в учебу и не мучиться больше вопросом — неужели он опять остается один?
Потом провожали Сесилию, и та на прощанье, откинув со лба мальчика непослушную челку, шептала ему, едва сдерживая слезы:
— Послушай меня, Гарри. Если люди нужны друг другу, они могут жить как угодно далеко, и это никак не отразится на их отношениях. Ведь родители твоих одноклассников тоже не видят своих детей по нескольку месяцев, так? Есть совы, есть письма, есть мобильные телефоны, наконец.
Гарри кивал, отводя глаза, через силу улыбался, обещал не прекращать занятия по развитию памяти и непременно писать, писать часто и обо всем.
Добби, расстроенный отъездом «мисс профессор», затеял генеральную уборку, желая оставить дом во всем блеске, и Гарри, забывшись, проговорил вслух:
— Бедный Добби! Каково ему будет в Хогвартсе, он ведь не увидит мисс О'Флаэрти несколько месяцев...
«Эх, Поттер, лучше бы ты спросил, как переживет все это время один нелюдимый зельевар!» — подумал про себя только что возвратившийся из Дублина Снейп, а вслух резко оборвал мальчика:
— Что, уже раскисли, Поттер? Может, составите компанию домовику? Трудотерапия — прекрасное средство от депрессии! Не знаете, чем заняться — не мешайте другим! — и, обложившись какими—то списками и таблицами, с головой ушел в составление учебных планов.
Гарри, чтобы хоть как—то успокоить нервы, отправился в библиотеку. Часть книг когда—то принадлежала Поттерам, их удалось спасти после нападения Волдеморта, и каждый раз, заметив знакомый экслибрис, мальчик бережно проводил по затейливому вензелю подушечками пальцев. Блэк щедро поделился с крестником содержимым своей библиотеки. Книги же, принадлежащие Певереллам, все еще ждали своего часа в хранилищах Гриннготса — столь редкие экземпляры решено было пока не афишировать.
Гарри подошел к одной из дальних секций и наугад снял первую попавшуюся на глаза книгу. Книга была старинной, в тяжелом сафьяновом переплете. Гарри бережно раскрыл ее — на желтоватом пергаменте медленно проступил заголовок: "Подлинная суть неосязаемого, или фантомы и иллюзии". Он с интересом пролистал несколько страниц, потом прочел одну страницу, другую — и вернулся к началу. Проблемы, чем занять себя в последние часы перед отъездом, больше не существовало.
* * *
Вот и первое сентября. Было непривычным просыпаться и знать, что сотни школьников сейчас торопливо собираются на Хогвартс—экспресс, а ты впервые исключен из их числа. Гарри несколько минут бездумно пролежал в постели, разглядывая уголок серого неба в промежутке между неплотно закрытыми шторами. Кажется, на улице шел дождь, но так это или нет — понять было трудно. Он рывком скинул с себя одеяло и босыми ногами прошлепал к окну. Мелкие, словно уменьшенные заклинанием дождевые капли с силой бомбардировали оконное стекло и тут же стекали вниз, освобождая место для других. Гарри поежился — погода была явно не летняя. Ни душ, ни зарядка не подняли его настроения. Он в очередной раз проверил содержимое купленного в Косом переулке кофра с несколькими отделениями, заменившего его обычный сундук. На кофр можно было наложить чары расширения, так что проблем с вместимостью не существовало. За завтраком никому из обитателей дома кусок не лез в горло, и Добби лишь горестно вздыхал, унося на кухню нетронутые блюда...
Нетерпение Гарри было так велико, что они со Снейпом появились возле лавки Олливандера за полчаса до назначенного времени. Тем большим сюрпризом для них оказалось то, что мадам Боунс опередила их. Когда старый артефактор провел их в святая святых каждого мастера — его собственную мастерскую, Амелия Боунс не произнесла ни слова и лишь поприветствовала их снисходительной улыбкой, поудобнее устроившись на изящном венском стуле, одном из целой дюжины, окруживших просторный, красного дерева, стол. Гарри и Снейп заняли места напротив. Не желая показаться излишне любопытным, Поттер старался не слишком крутить головой, исподтишка рассматривая всевозможные инструменты, лежащие в идеальном порядке на специальных подставках, громадное увеличительное стекло, какие—то ларцы и шкатулки, помеченные непонятными непосвященным знаками, стоящие одна на одной на длинной череде полок, занимающих заднюю стену просторного помещения. Там, кроме удобного верстака, на котором Гарри с удивлением увидел несколько вполне себе маггловских инструментов, стоял еще один стол, попроще, с множеством выдвижных ящиков.
— Что ж, господа, мадам Боунс посвятила меня в суть возникшей проблемы... Мистер Поттер, могу я попросить вас передать мне палочку?
Гарри не без некоторого опасения — а вдруг палочка не позволит дотронуться до себя — протянул ее мистеру Олливандеру. Однако, по—видимому, палочка узнала руку создавшего ее мастера. Старый волшебник очень бережно взял ее в руки и принялся рассматривать со всех сторон.
— Любопытно... Чрезвычайно любопытно! — бормотал Олливандер, аккуратно прокручивая в пальцах тонкий стержень цвета слоновой кости.
Гарри, напряженно следящему за действиями мастера, внезапно показалось, что время повернуло вспять, что ему — снова одиннадцать, и он впервые переступил порог волшебной лавки. Встряхнув головой, чтобы прогнать наваждение, Поттер осторожно спросил:
— Простите, мистер Олливандер, но что именно показалось вам столь любопытным?
Старый волшебник будто только сейчас вспомнил о том, что в мастерской он не один. Не выпуская палочки из рук, он задумчиво проговорил:
— Видите ли, господа, я впервые в жизни не могу тотчас же дать ответ на вопрос, относящийся к процессу изготовления или к принципам работы и особенностям той или иной волшебной палочки. Род Олливандеров уже множество столетий занят изготовлением магического оружия. Мои предки создавали мечи и копья, посохи и волшебные палочки... Оружие, каким бы оно не было, всегда выступало в качестве самого авторитетного и непререкаемого аргумента в сфере материальной жизни, в то время как руны в прежние времена являлись, несомненно, самой действенной магической подпиткой его могущества.
На оружие руны принято было наносить в трех случаях: чтобы оставить магическую подпись мастера либо владельца, это практикуется и в наше время; чтобы персонифицировать оружие, дать ему собственное имя, и последнее — чтобы с помощью рунной формулы усилить его поражающие или защитные свойства... Последний случай самый интересный. В древних сказаниях с помощью рунных формул мастера рун творят прелюбопытные вещи — укрощают бурю, вызывают град, исцеляют смертельно больных, делают владельца рунного талисмана неуязвимым для заклятий, усиливают многократно свойства оружия и даже перемещаются сквозь пространство и время. Однако на моей памяти истории, подобной вашей, когда знак на волшебном оружии появляется сам по себе, не встречалось ни разу. Хотя ваша палочка, мистер Поттер, изначально отличалась от других. Начнем с того, что хотя остролист, или падуб, издавна считается волшебным деревом, палочки из него делают весьма неохотно. Мало того, что остролист очень плохо сочетается с волшебными составляющими сердцевины... Существует масса легенд и преданий, связанных с самим деревом. Одно только то, что остролист во всей своей красе предстает именно тогда, когда остальная природа стряхивает свой роскошный наряд, как бы противопоставляет его другим растениям. «Из всех деревьев, что растут в лесу, Достоин падуб лишь носить корону» — так воспевали это дерево древние скальды. В древних преданиях падуб связывали с божественным великаном Тором, властвовавшим над молниями, и Фрейей, богиней плодородия, любви и красоты, властвовавшей над погодой и над громом. Возможно, ломаные листья падуба с колючками по краям навевали людям ассоциации с огненным росчерком, особенно если учесть, что это дерево лучше других отводит молнию в землю и само при этом почти не страдает.
Услышав эти слова, трое посетителей многозначительно переглянулись. Олливандер, заметив это, лишь мимолетно усмехнулся и продолжил свой рассказ:
— В кельтской мифологии есть легенда о древесных королях. Об извечном противостоянии между королем Падубом, который управлял Темной, убывающей частью года, и Королем Дубом, управлявшим Светлой, прибывающей его частью. В день зимнего солнцестояния Йоль сражение выигрывал Король Дуб и правил до разгара лета, но в день летнего солнцестояния вновь возвращался Король Падуб и побеждал своего соперника. И так каждый год сражались две части одного целого. Согласно другой легенде, братья—враги, которые не могли существовать друг без друга, с разных сторон поддерживали мост над рекой, разделяющий царства живых — Асгард и мертвых — Хел. Отсюда, вероятно, и древнеисландское название остролиста — Helver. Христианство растворило в себе древние языческие верования, но, как ни старалось, не смогло их уничтожить насовсем. Одна из христианских легенд гласит, что когда деревья услышали о том, что Христа собираются распять, они договорились между собой, что не позволят использовать свои стволы для изготовления креста. И когда топор касался одного из них, дерево разлеталось на тысячи кусочков. Только падуб остался цел и позволил изготовить из себя орудие страстей Господних. С тех пор бытует мнение, что Христу возложили на голову венок именно из остролиста, ломаные листья и колючки которого отождествляются со страданием, а его ягоды, бывшие изначально белыми, поменяли свой цвет, впитав кровь Спасителя. Возможно, поэтому это растение и стало в дальнейшем признанным символом Рождества. А сколько примет связано с этим деревом!.. Но на этом, пожалуй, останавливаться не стоит. Скажу лишь, что даже для меня сам факт слияния остролиста с пером огненного феникса был неожиданным. Отчаявшись найти подходящую сердцевину, я по наитию поднес к заготовке это перо. Тем большим было мое удивление, когда и волшебная составляющая, и древесина дерева слились просто идеально. Палочка получилась настолько мощной, что мне пришлось поставить ограничитель на случай, если она достанется юному волшебнику. Разумеется, если бы она была предназначена взрослому магу, такой ограничитель был бы тотчас же снят. А вот теперь, спустя три года вы появляетесь на пороге моей лавки и заявляете, что чудеса продолжаются...
Волшебник снова надолго замолчал, но тут уже не выдержал Снейп:
— Мистер Олливандер, все это очень интересно... Но не могли бы вы объяснить, с чем может быть связано появление этого знака и как это может отразиться на использовании палочки? Можно ли вообще ею пользоваться? А если еще конкретнее — можно ли ею пользоваться данному студенту?
Старый мастер возмущенно вскинулся:
— Знаете, мистер Снейп, уж от вас—то я не ожидал такого глупого вопроса! Причем тут возраст? Вы—то сами во сколько стали Мастером Зелий? Разумеется, мистер Поттер еще очень юн, но поверьте — палочка чувствует потенциал, заложенный в волшебнике. Что же касается руны... Вот в этом—то и заключается проблема. Возможно, в древних манускриптах и описаны случаи, когда знаки на оружии не наносятся мастером, а появляются извне, однако мне, к сожалению, с подобным сталкиваться не доводилось. Больше того, меня удивляет выбор символа. В Огаме*друидов падуб соотносился с рунами Тейваз (Тир) — руной мужественности, Манназ (Мадр) — руной человека, реже с руной Хагалаз (Хагалл) — руной перемен. А Соулу — это волшебная руна, которая активирует энергию солнца и приносит победу. Это всепобеждающий блеск солнечного света. «Солнце взошло и подарило надежду. Лучи его выжгли все темные бури, свирепствовавшие прежде»... Она дает силу противостоять мощному натиску разрушения и смерти. Ее жизненная энергия дает импульс и как бы прожигает энергией света, прочищая весь негатив, направленный в сторону человека. Кроме того, в некоторых свитках содержится информация о том, что Соулу отвечает за контакт с надсознанием и подсознанием, а также за перемещение сквозь время, что делает вашу палочку поистине уникальной. Однако эта руна редко используется вне связки с другими, так что я не удивлюсь, если изменения вашей палочки, мистер Поттер, еще не закончились...
— Вы хотите сказать, что одной этой руны недостаточно? — Гарри ловил каждое слово старого волшебника, и его явно не удовлетворило последнее заявление. — Возможно, стоит поискать мастера, который сможет закончить эту, как вы сказали, формулу? Вы ведь знаете, какие еще руны нужно нанести, чтобы она считалась завершенной?
Олливандер лишь грустно усмехнулся:
— «Рун не должен резать
Тот, кто в них не смыслит,
В непонятных знаках
Всякий может сбиться...»
— он назидательно поднял палец, оглядел замершую в ожидании аудиторию и продолжил:
— Вот что говорили наши предки, и горе тем, кто не внял этим словам! Негоже уподобляться в своих деяниях безмозглым магглам. Во времена борьбы с Гриндевальдом нашелся невежа, который возомнил, что его поверхностные знания способны принести его стороне пользу. Как его звали... Гиммлер, кажется. Вы слышали о таком, мистер Поттер? — Гарри кивнул. — Так вот, этот недоучка решил, что если удвоить руну Соулу, то такое изображение приведет его войска к победе. В результате руна света и солнечного тепла превратилась в символ разрушительного пламени, которое, в конечном итоге, принесло гибель как этому глупцу, так и тысячам ни в чем неповинных людей... Так что простите, мистер Поттер, я не возьмусь за подобную работу. Как, убежден, этого не стал бы делать никто из тех, кому стала бы известна история вашей палочки... Однако я уверен, что вы правы, желая скрыть некоторые особенности вашей палочки от внимания посторонних. Я помогу вам, установив временный ограничитель, позволяющий контролировать силу выполняемых заклинаний. Также существуют чары, помогающие скрыть внешние особенности магического оружия. Такие чары сейчас редко используются, однако мне известен как минимум один случай, когда их применение было оправданным, долгосрочным и довольно успешным. Вы не смогли бы оставить вашу палочку на час—полтора у меня, мистер Поттер? Обещаю, вы получите ее в целости и сохранности...
* * *
Разговор со старым мастером поставил больше новых вопросов, чем дал ответов на существующие, и это заставило взрослых задуматься о том, что ожидает их юного протеже в будущем. Однако в данный момент перед ними стояли совсем другие проблемы. Было решено, что как и в случае с Олливандером, наиболее правильным будет дать возможность мадам Боунс сначала переговорить с Паркинсоном с глазу на глаз, а уж потом вовлекать в разговор Поттера. Умудренная жизнью волшебница догадывалась, что общение с этим надменным типом будет делом непростым, и заранее выбрала стиль поведения.
Осторожный стук в дверь прогнал раздумья, и Амелия Боунс, в тот момент как раз стоящая у двери кабинета, решительным движением распахнула ее перед визитером. Высокий, тучный маг, не успевший опустить руку, от неожиданности отшатнулся, но тут же пришел в себя и с преувеличенной вежливостью произнес:
— Добрый день, мадам Боунс! Мне сообщили, что вы хотите меня видеть?
— Добрый день, мистер Паркинсон. Прошу вас, проходите и присаживайтесь. Разговор нам предстоит, по всей видимости, долгий, поэтому давайте сразу перейдем к делу. Несколько дней назад от миссис Августы Лонгботтом поступило заявление о том, что между ее внуком, Невиллом, вашей дочерью и мисс Миллисентой Булстроуд на глазах множества посторонних волшебников произошел неприятный инцидент. Мне также известно, что в эту ссору позже был вовлечен еще один студент Хогвартса, Гарри Поттер. Судя по рассказу миссис Лонгботтом, ваше вмешательство не только не остудило конфликт, но и привело к его дальнейшему развитию, результатом которого был вызов на дуэль. Нет, господин Паркинсон, не перебивайте, я еще не закончила. В свое время я предоставлю вам слово. Пока я лишь излагаю суть дела, из—за которого вас сегодня пригласили в Министерство. Мне кажется, вы не совсем понимаете последствия ваших действий. Ваша дочь, а затем и вы в лице этих двух юношей оскорбили честь двух древнейших родов. Оскорбили публично и без всяких на то оснований. Да, и Невилл Лонгботтом, и Гарольд Поттер — несовершеннолетние волшебники, но помимо этого — они оба наследники и последние в своем роду. По сути, защита чести — их прямая обязанность, несмотря на юный возраст.
— Но, мадам Боунс, этот щенок сам напросился!
— Как вы считаете, на чьей стороне будет общественное мнение и мнение Совета Лордов в случае, если эти двое обратятся с ходатайством о защите чести и достоинства и добьются того, чтобы вызов на дуэль признали законным? Предоставят воспоминания, найдут свидетелей — а они найдутся, не сомневайтесь, стоит только пройти информации что один из предполагаемых дуэлянтов — мальчик, которому мы обязаны освобождением от Сами—Знаете—Кого, а второго кое—кто до сих пор считает его сторонником? Вы что предпочтете — встать против четырнадцатилетнего Поттера, либо скрестить палочку с его крестным отцом, лордом Блэком?
Паркинсон вытер лоб белоснежным платком. Мадам Боунс безжалостно продолжила:
— Разумеется, в первом случае шансов победить у вас куда больше... Хотя, учитывая некоторые обстоятельства, я бы и этого не могла гарантировать... Ну, а что касается Сириуса Блэка... Вам напомнить, сколько раз в прежние времена это имя упоминалось в скандальной хронике? В скольких случаях его противникам удавалось уходить на своих ногах? И не обольщайтесь тем, что мистер Блэк длительное время находился в заключении. Боюсь, это лишь испортило его характер...
— Но позвольте... Я ведь всего лишь помешал мальчишкам оскорблять мою дочь! Я, в какой—то степени тоже — пострадавшая сторона! Я найму самых лучших адвокатов, и они разнесут этих выскочек в хлам!
Амелия Боунс тяжело вздохнула:
— Боюсь, наш разговор зашел в тупик. Вы просто не осознаете всей сложности ситуации, особенно после определенных событий, случившихся совсем недавно на Чемпионате мира по квиддичу.
Паркинсон высокомерно взглянул на Главу департамента правопорядка:
— Уж не хотите ли вы заодно обвинить меня и в участии в этих беспорядках?
Мадам Боунс так взглянула на сидящего перед ней мага, что тот не договорил:
— Заметьте, мистер Паркинсон, я этой темы даже не коснулась. Расследование данного дела идет своим чередом, и я буду очень рада, если вашего имени не будет в списке тех, кто посмел затеять это непотребство. Сейчас же речь идет о другом, и чтобы наша встреча была более конструктивной, я предлагаю следующее — у нас есть еще полчаса до того момента, когда здесь появятся мистер Поттер и его сопровождающий. Воспользуйтесь этим перерывом и проконсультируйтесь со своим адвокатом. Думаю, он сможет дать вам верный совет...
Встреча с мистером Паркинсоном, обещавшая быть столь неприятной, оказалась весьма скоротечной и на удивление результативной. Когда Гарри в сопровождении Северуса Снейпа появился в Атриуме, их уже поджидал молодой чиновник, который вежливо попросил их следовать за собой. В кабинете мадам Боунс, помимо хозяйки, их поджидали трое — сам мистер Паркинсон и двое весьма суетливых толстячков с холодными глазами. Мистер Паркинсон представил их как своих адвокатов. После того, как все расселись, слово взяла хозяйка кабинета:
— Поскольку цель нашей встречи всем хорошо известна, не буду ходить вокруг да около. Мистер Поттер, вы по—прежнему считаете, что поведение мисс Паркинсон и мисс Булстроуд было столь неосторожным, что это нанесло урон вашей чести и чести рода Лонгботтомов?
— Безусловно. Только я бы включил в этот список еще и самого мистера Паркинсона, чьи замечания непосредственно в мой адрес также носили оскорбительный характер.
— Допустим... Однако, мистер Поттер, вы осознаете, что вы, как несовершеннолетний волшебник, просто не имели права бросать вызов мистеру Паркинсону?
— Простите, мадам Боунс, но именно мистер Паркинсон своими действиями подтолкнул меня к этому. И я, и Невилл пытались остановить ссору. А когда пришел отец Панси, он не только не утихомирил девчонок, но и стал подливать масло в огонь. Конечно, по закону я должен был бы подать жалобу в Совет Лордов, но тогда я об этом просто не знал. Как еще прикажете защищаться? Сириус... Лорд Блэк предложил мистеру Паркинсону сразиться вместо меня, раз уж тот считает ниже своего достоинства связываться с мальчишкой, однако я бы предпочел не вмешивать его в это дело.
— Есть ли иной вариант, который бы устроил вас, как потерпевшую сторону?
Тут вмешался молчавший до этой минуты Северус Снейп:
— Позвольте мне высказаться. Поскольку в данный момент опекун мистера Поттера отсутствует, а значит — не может представлять его интересы, я, как человек, знакомый со всеми участниками данного конфликта, четверо из которых к тому же являются моими учениками, хотел бы высказать свое предложение. К сожалению, свидетелей данной истории было непозволительно много, так что просто все замять или свести все к банальной ссоре учеников не получится. Вы, мистер Поттер, и вы, мистер Паркинсон, а также две плохо воспитанные девицы сделали все, чтобы выставить грязное белье на всеобщее обозрение. Хорошего же мнения будут наши зарубежные друзья об уровне воспитания англичан! Если мы к тому же допустим еще и дуэль между подростком и взрослым магом, нас просто поднимут на смех. Только представьте, как будет довольна пресса! Но и спустить все на тормозах не получится — в деле, что ни говори, действительно замешаны наследники двух древних родов. — Снейп полоснул Поттера неприязненным взглядом. — Поэтому лучше всего будет, если где—нибудь на предпоследней странице газеты появится небольшая заметка, в которой мистер Паркинсон от своего имени, а также от имени своей дочери принесет двум этим... студентам формальные извинения. Родителям мисс Булстроуд я уже отправил сову с аналогичным предложением. И не сверкайте на меня глазами, Поттер! Я уже высказался по поводу ваших действий, а последствия вашего поведения, а также поведения обеих студенток моего факультета — тут он многообещающе взглянул на Паркинсона, — я озвучу тотчас же после прибытия в Хогвартс.
Двое адвокатов переглянулись, и один из них, тот, у которого лысина была побольше, растянул губы в резиновой улыбке:
— Что ж, мы полагаем, что для данной ситуации это вполне приемлемый выход. Как, мистер Поттер, устроят вас такие условия?
— Я еще не слышал ни единого слова от мистера Паркинсона. Действительно ли он сожалеет о тех словах, которыми наградил меня при всем честном народе?
— Тебе что, всего этого представления недостаточно? Взрослого, уважаемого человека распекают, как мальчишку только за то, что он поставил на место зарвавшегося юнца, а этот наглец еще требует, чтобы перед ним извинились?! Хватит и того, что после выхода газеты надо мной будут потешаться все, кому не лень! Увольте меня от еще большего унижения! Уверен, все дело во вседозволенности! Как же, Мальчику—который—выжил все прощается!
Гарри вскочил со своего места:
— Мадам Боунс, я требую, чтобы и я, и мистер Паркинсон предоставили воспоминания о том эпизоде. Только так можно судить, обоснованными или нет являются мои претензии. Я не хочу, чтобы за моей спиной потом шептались, что мне все позволено. В случае, если будет доказано, что меня и Невилла действительно оскорбили, я требую извинений по всей форме и на первых полосах газет. То, как нас поносили последними словами, слышали десятки человек, а сплетен, не сомневаюсь, ходило во много раз больше. Будет несправедливо, если извинения окажутся, как предлагает профессор Снейп, просто формальностью.
Второй адвокат, по всей вероятности представив, в чью пользу решится дело после просмотра данных воспоминаний, примирительно поднял руки:
— Господа, господа! Не стоит горячиться! Предлагаю компромисс: извинения мистера Паркинсона и родителей мисс Булстроуд, как ее представителей, будут весьма лаконичными, без указания подробностей, но размещены они будут в самом начале ближайших выпусков газет. Ну, если не на первой полосе, то где—то совсем рядом... Нам ведь не нужны сенсации, правда? По—моему, данный вариант всех устроит. Как полагаете, мистер Снейп?
* * *
Кончился август. Кончилось лето. Кончились каникулы.
Гарри, поеживаясь от пронизывающего ветра, шел по садовой дорожке. Рука крепко сжимала волшебную палочку, только что полученную им от Олливандера. Дом в Годриковой Лощине двумя дюжинами сверкающих окон смотрел на своего юного хозяина. Еще каких—то полчаса, в камине вспыхнет зеленое пламя и последний из рода Поттеров перенесется в старый замок на берегу Черного озера.
А дом будет ждать его, лениво вглядываясь в мозаику опавших осенних листьев и хмуро пережидая потоки холодных зимних ливней... Ждать — и надеяться на его скорое возвращение. И он вернется, обязательно вернется, ведь ему теперь есть куда возвращаться.
_____________________________________________________________________________________
*Огам друидов — это секретный код жреческой касты ирландцев, называемый иначе duil laithne (тайный язык жестов), или berla fene (жреческий язык).
Одновременно огам — один из уникальных алфавитов мира. Огам бытовал на Британских островах и обслуживал ирландский язык (Gaeilge) индоевропейской семьи, а так же до сих пор не расшифрованный пиктский язык. Огам представлял собой комбинацию параллельных линий и напоминал скорее древнюю азбуку Морзе, чем естественно сформировавшийся алфавит. Название Огам происходит от имени ирландского бога красноречия Огмы. Использовался Огам бардами, оккультистами, священниками и даже военными. Изобретение огама очевидно восходит к 1 в. Древнейшие надписи датированы 3—4 вв., большая их часть — восходит к 5—6 вв. (к т.н. «огамическому периоду» ирландского языка), а самые поздние — к 9—10 вв. Огам именно изобретён, а не получены от богов (согласно мифологии) как например руны старшего футарка.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf


Сообщение отредактировал Al123pot - Воскресенье, 30.11.2014, 20:40
 
Al123potДата: Воскресенье, 30.11.2014, 20:43 | Сообщение # 41
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Эпилог

Хогвартс—экспресс, мощным световым лучом разрезая сплошную стену дождя, стремительно мчался на север, оставив позади воспоминания о летних каникулах. По шумным, как никогда прежде, коридорам миловидная волшебница привычно катила тележку со сладостями, поневоле прислушиваясь к оживленным разговорам. Как всегда — путешествия, новые впечатления, и конечно же, квиддич. «Да уж, после недавнего Чемпионата студентам есть, что обсудить» — снисходительно усмехнулась волшебница, и постучавшись, открыла дверь очередного купе.
— Вы бы видели, как мой отец отделал этих гриффиндорских придурков! Жаль, вас там не было! Стояли, как безмозглые идиоты, и только глазами хлопали, а народ вокруг них умирал со смеху! Я всегда знала, что без своей грязнокровки Поттер и двух слов связать не сумеет! — возбужденно вещала стоящая спиной к выходу черноволосая девица.
— А вот я, Панси, слышал кое-что другое... — прозвучал насмешливый голос красивого блондина, в котором только далекий от магического мира человек не узнал бы наследника рода Малфоев. — Декан упоминал что-то о вызове на дуэль...
— Брось, какая там дуэль! Отец обещал отхлестать этого выскочку хлыстом, если он еще раз посмеет унизить дочь чистокровного волшебника! — пренебрежительно фыркнула слизеринка.
— Ну, значит у нас с отцом слуховые галлюцинации... — пожал плечами блондин. — Только непонятно, за что тогда профессор так взъелся на Поттера?..
… Новый коридор, и все те же, старые как мир, темы. Однако что это? В одном из центральных купе, занятом, судя по значкам на школьных мантиях, гриффиндорцами, снова звучит знакомое имя, и разговор опять идет на повышенных тонах:
— А я говорю, что он не отдает отчета в своих действиях! Этот Блэк сбивает его с правильного пути! Три года он не позволял себе спорить с теми, кто заведомо умнее, а теперь — на тебе, никто ему не указ! Директор запрещает ему ехать на Чемпионат — Поттер плевать хотел на запреты! Как же, ему Блэк позволил! Ну, и что хорошего из этого вышло? В результате их с профессором Снейпом три дня найти не могли! Кстати, Поттера ведь и сегодня нет в поезде… Может, директор его исключил на время? Или еще как-то наказал? Рон, что ты молчишь? Тебе что, все равно?
— А что сразу — Рон? Я его видел тогда же, когда и ты...
— Гарри воспользуется камином, — спокойный голос всегда молчаливого Невилла прозвучал так неожиданно, что все в купе замолчали.
— Тебе-то откуда знать? — пренебрежительно фыркнула Джинни, перехватив инициативу у Гермионы Грейнджер. — Лучшие друзья, видите ли, не в курсе, а Невиллу Лонгботтому все известно! Тебе что, Лавгуд на ухо нашептала?
Невилл пожал плечами и открыл учебник по боевой магии, не обращая больше внимания ни на округлившиеся от удивления глаза гриффиндорской отличницы, ни на покрасневшего от досады Рона Уизли, ни на издевательский смех его сестры...
А в это время Поттер, неловко вывалившись из камина в кабинете директора, скомкано пробормотал слова приветствия и, даже не дожидавшись разрешения, вслед за Снейпом направился к лестнице. Молча, словно были едва знакомы, эти двое вышли в коридор и каждый направился в свою сторону, не обменявшись больше ни единым словом. Гарри смотрел, как стремительно удаляется закутанная в черную мантию фигура профессора, и ему мучительно хотелось, чтобы его палочка действительно умела преодолевать время. Чтобы можно было, как в книге, перелистнуть несколько недель и посмотреть, что ожидает его там, впереди... А впереди хогвартских студентов ожидал Турнир Трех Волшебников...



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
mageДата: Понедельник, 01.12.2014, 08:17 | Сообщение # 42
Подросток
Сообщений: 13
« 0 »
А вторая часть будет? А то непонятное окончание получилось imho
 
Al123potДата: Понедельник, 01.12.2014, 14:09 | Сообщение # 43
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Цитата mage ()
А вторая часть будет? А то непонятное окончание получилось imho

Не знаю пока нет, но как только автор публикует его попрошу у неё разрешение на выкладку здесь.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
Al123potДата: Суббота, 11.04.2015, 00:01 | Сообщение # 44
Черный дракон
Сообщений: 2783
« 698 »
Вторая часть На арене


"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
ShtormДата: Понедельник, 13.04.2015, 13:40 | Сообщение # 45
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
Джини, Рона и Гермиону на растопку


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Гарри Поттер и Круг Силы (Глава 34-36 и Эпилог от 30.11.14) (Adventure/AU/Drama)
Страница 2 из 2«12
Поиск: