Армия Запретного леса

Вторник, 20.11.2018, 01:59
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 9 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 7
  • 8
  • 9
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Скучающий ученик (Неканон (прода от 12.08.2018))
Скучающий ученик
KelsДата: Вторник, 23.01.2018, 01:56 | Сообщение # 241
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
Я с подозрением оглядел комнату. Тут явно побывал кто-то чужой. Едва заметные следы на ковре, вещи на тумбочке сдвинуты со своих привычных мест, дверца шкафа чуть приоткрыта. Больше всего на свете Тинриэль обожает прибираться и оставить это место в таком состоянии с утра эльфийка просто не могла. Мой вывод подтвердила вызванная домовушка, она пришла в ужас и хотела было начать исправлять учиненный неизветным хаос, когда я ее остановил.
Однако даже тщательный осмотр всех улик не позволил понять кто и зачем сюда вломился. Ида расспрашивать бесполезно, он не хранит информацию о перемещениях школьников и учителей. К счастью, в прошлом году мне попалось одно заклинание, как раз для данной ситуации. Через десять минут я нашел его описание в своей записной книжке.
– Спеккулум окулус.
Как и ожидалось, «гость» действительно побывал в ванной. Установленное там большое зеркало показало довольно четкое изображение Майкла Корнера. И это было очень странно, ведь это значило, что однокурсник был здесь не больше часа назад. Но я точно видел его в библиотеке как раз в это время. Ничего не понимаю…

– Слушай, Додж, давай переведемся на Равенкло.
– Что это на тебя нашло, братец.
– Вороны живут даже лучше, чем змеи!
– Ха-ха, хорошая шутка. Добыл волос?
– Неа, – Фред лениво плюхнулся на стул. – В комнате Кея был идеальный порядок, нигде ни пылинки. И куча галеонов в шкафу, между прочим.
Джордж повернулся к близнецу и потрогал его нос.
– Температуры вроде бы нет, но на всякий случай стоит заглянуть к мадам Помфри.
– Отвали, – отмахнулся Фред. – Клянусь, там было не меньше сотни золотых монет!
– Хм, если подумать, то это легко объяснимо, – скептичный близнец сделал жест, будто поправляет несуществующие очки. – Эссе за деньги.
– Ага, равенкловцы наживаются на слизеринцах.
– Может быть, выберем кого-нибудь другого? Например, Грейнджер, эта зазнайка иногда так раздражает.
– Нет, братец. Когда это мы сдавались?
– Но ты уже все перепробовал.
– Чем труднее цель, тем интересней. У него должен быть какой-то защитный артефакт против манящих чар и тому подобного, – Фред задумчиво почесал голову. – Если бы у нас был домовой эльф…

За завтраком староста раздала обновленное расписание. Похоже, Амбридж определилась с программой курса истории и теперь готова вести уроки. Если бы Дамби пригласил ее три года назад, я бы еще мог это понять, но сейчас-то Бинс вполне справлялся со своими обязанностями. Подозрительно.
Оглядев класс, преподавательница поджала губы и велела всем убрать с парт палочки. Впрочем, почти все их даже не доставали. Затем она толкнула длинную, усыпляющую речь: магия живая, бла-бла-бла, нужно соблюдать этикет, выполнять традиции, жениться по расчету (на этом месте психанула Гермиона, и сидевший рядом с ней Гарри с трудом удержал девочку от глупых выкриков с места). И это преподаватель, которого пригласил Дамлдор? Тоска смертная…
После длинного вступления, мисс жаба раздала пухлые методички и сообщила, что каждая из них стоит пять галеонов, деньги нужно сдать к концу недели. Сидевший в углу Уизли возмутился по поводу лишних расходов. В какой-то степени он прав, получается, родители зря потратили деньги на предыдущую версию учебников.
– Гарри Поттер!
– Да, мэм.
– Начинай читать вслух первую главу. Все остальные внимательно слушайте.
Амбридж позволила мальчику озвучить ровно два абзаца, после чего доверила роль чтеца Терри Буту… Когда очередь дошла до Рона, выяснилось что тот с трудом читает по слогам. На какое-то время Уизли стал общим посмешищем, но преподавательница быстро навела порядок.
Под конец мисс жаба провела опрос по озвученному на уроке материалу, в частности, как правильно здороваться, а также толкнула еще одну хвалебную речь о том, как министерство магии заботится о подрастающем поколении. Возразить ей никто не посмел.

– Это ведь история магии! Как мы будем сдавать экзамены в конце года, – возмущалась Грейнджер по пути на урок арифмантики. Хорошо хоть Гарри удержал ее от глупостей перед Амбридж.
– Не переживай, Гермиона, – сказал я. – Вопросы составляет министерство. Очевидно, их перепишут в соответсвии с тем, что мы изучаем на уроках.
– Ты же видел ее учебник! Истории магии в нем кот наплакал!
Я неопределенно пожал плечами.
– Зато у маглорожденных, вроде тебя, Грейнджер, появилась возможность глубже узнать быт и обычаи магов. Понять, почему рожденных в мире обычных людей презрительно называют грязнокровками. Конечно, в основном это стереотипы и предрассудки, но в них верит большая часть населения волшебного мира. Согласись, если ты ничего об обществе, в котором живешь, легко попасть в непрятности. Взять, к примеру, змееустов. В Индии им поклоняются, считают детьми какой-то там богини. А теперь представь, что один из них приехал в Англию и случайно продемонстрировал свой дар. Да его же сразу объявят Темным Лордом!
– Но…
– Если тебя так беспокоят браки по расчету, можешь не переживать. Маглорожденные в этом плане почти никого не интересуют.
Грейнджер на минуту замолчала.
– А что насчет магии? Она действительно живая и разумная?
– Пока наблюдаемые явления укладываются в общепринятую парадигму, нет причин для сомнений, – пафосно ответил я и ускорил шаг.

Где-то с третьего урока Амбридж начала закручивать гайки. Особенно она придиралась к Рону Уизли. Впрочем, тот сам виноват, надо все же вести себя прилично за столом. Мисс жаба не забывала пенять гриффиндорцу что он, чистокровный, ведет себя как последняя грязнокровка.
Доставалась и маглорожденным. Амбридж относилась к ним крайне презрительно и несколько раз намекала, что они крадут волшебство у настоящих магов. Тем, кто пытался возражать, она назначала отработки.
Вскоре по Хогвартсу поползли слухи, что профессор истории магии заставляет на отработках писать строчки кровавыми перями. На собрании учителей мадам Помфри непрозрачно намекнула на большой расход зелий пополнения крови и заживляющей мази. Дамлдор только вздохнул и попросил Снейпа наварить побольше лекарств. Присутствовавшая при этом жаба только мерзко ухмылялась.
На следующий день я опросил эльфов, а также осторожно поговорил с однокурсниками. Все подтверждалось. Похоже, Амбридж одна из тех людей, что обожают издеваться над другими.

Рита налила себе чашку кофе и взмахнула палочкой чтобы открыть окно. Одна за другой в распахнутую форточку влетело четыре совы. Птицы уселись на стол и важно нахохлились. Репортерша поставила перед ними вазочку с печеньками и принялась снимать с лапок почту. Женщина повертела в руках первое письмо и на всякий случай проверила его на предмет чар. На конверте не было имени отправителя, мало ли. Не обнаружив следов магии, она разорвала упаковку и развернула лист.
«Уважаемая Рита,
до меня дошли слухи, будто бы в Хогвартсе пытают детей кровавыми перьями. Это может быть чьей-то глупой выдумкой, но я все равно беспокоюсь. Прошу Вас провести журналистское расследование и подтвердить или опровергнуть эту новость.
С надеждой на Вашу удивительную способность раскрывать правду,
обеспокоенный гражданин».
– Это шутка? – вслух спросила женщина. Ей никто не ответил.
Разобрав остальные письма, Рита призадумалась. Новость действительно горячая, но сможет ли она пройти сквозь защитные чары школы? Стоп, Петигрю же как-то это сделал, хотя потом его все равно поймали.
Через несколько часов Скиттер аппарировала к границе защитных чар Хогвартса. Женщина некоторое время летала на опушке запретного леса в облике жука, а затем направилась к замку. На удивление, все было тихо и мирно.
Первым делом журналистка решила заглянуть в больничное крыло. Там она застала неприятную картину: девочка лет двенадцати показывала медиковедьме руку с надписью на тыльной стороне ладони: «я должна соблюдать дисциплину». Мадам Помфри быстро обработала рану, наложила какие-то заклинания и закрыла ее пропитанным специальным зельем бинтом.
Девочка собралась и ушла, а журналистка незаметно последовала за ней. За дверью хаффплаффку ждали две ее подруги. По дороге в общежитие они шепотом ругали «злобную жабу», «крысу» и «отвратительную старуху». Из контекста Рита догадалась что речь идет о новом преподавателе истории магии.
Скиттер отстала от девчонок, спрятавшись в одном из пустующих классов. Ей нужно было все хорошенько обдумать. В анонимном письме не упоминалось, кто из преподавателей заставляет детей писать кровавыми перьями. Поэтому Рита решила, что это в конец распоясовшийся Снейп. Одно дело бывший Пожиратель Смерти, совсем другое заместитель министра магии.

Прошла неделя, а от Риты ни слуху, ни духу. Хотя она прибыла в школу в тот же день, когда получила письмо. Значит, либо скандальную статью не пропускает редактор, либо сама журналистка не хочет портить отношения с министерством. И то и другое одинаково плохо, школьники продолжали страдать. Вдобавок Амбридж помахала перед Дамблдором какой-то бумажкой и приказала досматривать письма детей. Количество наказанных выросло вдвое, а старшекурсникам запретили выходы в Хогсмит, видимо она решила приструнить жалобщиков.
– Надо это остановить, – я находился в комнате-по-требованию. – Тинриэль, ты можешь незаметно позаимствовать кровавые перья?
Тинриэль кивнула.
– Отлично. Завтра во время первого урока принесешь их в комнату-по-требованию. Также найди несколько волосков Амбридж. И еще нужен прозрачный лак, его можно купить в магловском Лондоне.

Кровавое перо – артефакт контактного вида. В качестве чернил оно использует кровь того, кто держит его в руках.
Я взял в руки волосок и аккуратно обмотал его вокруг стержня, возле ворсинок, после чего связал концы, чтобы он не размотался. Ждавшая этого Тинриэль принялась покрывать артефакт лаком, пользуясь особой эльфийской магией.
На все ушло около получаса. Домовушка осталась досушивать перья, после чего она должна была вернуть их на место, а я воспользовался маховиком времени и отправился на уроки.

Профессор Амбридж впустила в класс явившихся на отработки учеников и приглашающее указала на подставку для перьев. Писчие принадлежности сегодня блестели чуть ярче обычного. Сейчас был один из тех редких часов, когда осеннее солнце выглянуло из-за вечно хмурых туч.
Преподавательница взмахнула палочкой, и на доске появилась краткая выдержка из правил поведения в школе.
– Сумки и палочки кладите в шкаф, – Амбридж проследила, чтобы все ученики сложили вещи в указанное место, и запечатала дверь заклинанием. Сегодня у нее не было времени, поэтому она быстро сказала кому что и сколько писать, после чего заперла детей в классе. Днем министр прислал письмо, где звал ее на совещание. Ведьма проследовала к ближайшему камину и покинула школу.
Некоторое время дети с подозрением разглядывали блестящие перья. Кто знает, что на этот раз задумала злобная жаба. Никто не решался начинать писать первым. Но, если не выполнить задание, Амбридж назначит еще больше отработок…

– Добрый день, Долорес. Как там Дамлдор? Не собирается уходить на покой?
– Старик крепко сидит на троне. Честно говоря, я удивлена его пассивностью.
– Этим он и опасен. Вроде бы и ничего не делает, а потом раз, и у его противников образуются большие проблемы. А что мальчишка?
– Кто? А, Андерс. Да обычная марионетка, как бы приемник, – ведьма украдкой потерла правую руку. – Его можно ни принимать всерьез.
– Дорогая, я видел твои предложения по изменению школьной программы, – Фадж покачал головой. – Они черезчур радикальны.
– Корнелиус, видел бы ты этих грязнокровок, – теперь часалась левая рука. – Наглые, ни грамма манер, и без малейшего представления о своем месте в мире. Соотношение чистокровных и маглорожденных с каждым годом меняется не в нашу пользу. Плюс, разлагающее влияние магловского мира: того и гляди, они начнут требовать равных прав, лезть в правительство… Да что это такое?!
Амбридж подняла жутко зудящие руки и заорала от ужаса. Тыльные стороны ладоней были покрыты множеством тонких порезов, из которых вытекала кровь. С каждой секундой ран становилось все больше. Казалось, они складываются в какие-то неразборчивые буквы.
– Фините Инкататем! – министр попытался прекратить действие неизвестного проклятья.
– Что случилось? – ворвалась в кабинет секретарша.
Амбридж впала в истерику, громко крича она размахивала руками, разбрасывая в стороны кровавые капли.
– Зови скорее медиков из Мунго, – приказал Фадж. – Ступефай! Левикорпус!
Опасаясь, что заместитель навредит и ему, и себе, министр предпочел вырубить испуганную женщину. Затем маг отлеветировал ее к ближайшему стулу.
Помощь пришла через считанные минуты.
– Она потеряла сознание? – спросил один из сотрудников бригады скорой помощи.
– Нет, это я ее оглушил, – признался Фадж. – Она была в такой панике.
– Понимаю, – врач сделал несколько пассов волшебной палочкой и вытащил из кармана пару флаконов. – Энервейт! Мадам, успокойтесь и, пожалуйста, выпейте эти зелья.
Амбридж с неохотой выпила лекарство.
– Раны чистые, похожие на те, что оставляет кровавое перо. Вы случайно ничего не подписывали подобным артефактом? Нужно срочно его найти.
– Н-нет, – выдавила ведьма. А затем в ее глазах мелькнула тень прозрения. – Хогвартс!
– Это началось в школе? – спросил колдомедик.
Женщина вскочила со стула и бросилась к ближайшему камину. Врачи побежали за ней, оставляя министра наводить порядок.

Когда в кабинет профессора истории магии ворвалась Амбридж, дети как раз заканчивали писать строчки. Казалось бы, с учетом всех волшебных средств передвижения, маги должны были добраться до школы за считанные минуты, однако это заняло около часа. Странно, но камины Хога оказались заблокированы, а антиапарационная зона еще летом расширилась на несколько миль. В результате магам пришлось вначале добраться до Хогсмита, а потом идти оттуда пешком. Вдобавок, в самой школе, лестницы и коридоры вели куда угодно, кроме того, куда нужно.
– Все сдайте перья! Немедленно, – заорала жаба. – За то, что вы устроили сегодня, назначаю еще месяц отработок!
– Это же кровавые перья, – колдомедик повертел в руках один из артефактов и повернулся к профессору. – Вы заставляли детей ими писать?
– Я наказывала только тех, кто этого заслуживал, – прошипела ведьма. – Кстати, не вздумайте болтать!
– Кровь остановилась, – заметил второй врач. – И новые раны больше не появляются. Похоже, дело действительно в этих артефактах.
Маг отменил очищающее заклинание и еще раз смазал руки ведьмы заживляющей мазью. Амбридж мерзко кривилась и охала.
Второй колдомедик внимательно разглядывал перья. С виду ничего особенного, разве что непривычно гладкие. Хм, покрыты прозрачным лаком?
Немного отойдя от шока, преподаватель истории магии отпустила врачей. Она была в ярости. Но кто мог такое сотворить? Амбридж вспомнила один недавно подслушанный разговор. Флитвик и Спраут обсуждали некого анонима и гадали, что он выкинет в этом году. Почему-то деканы были уверены, что целью станет именно она.

– Добрый вечер, Долорес. Чаю? – спросил Дамблдор.
– Нет, – резко отказалась Амбридж. – Скажите, что происходит в этой школе?
– Что случилось? – безмятежно поинтересовался директор.
– Кто-то проклял мое имущество, – ответила преподавательница.
– Присаживайтесь и расскажите все в подробностях.
Женщина стиснула палочку в кармане. Ей казалось, будто великий маг над ней издевается. Ведь в школе ничего не происходит без его ведома!
Директор пристально смотрел ей в глаза. На его лицо набежала тень.
Неожиданно без всякого стука дверь открылась, и в кабинет вошел подросток. Он кивнул пристуствовавшим, обошел застывшую с открытым ртом Амбридж и принялся копаться в книжном шкафу. Наконец, найдя нужную книгу, равенкловец устроился за столом, достал перо, чернильницу и стал что-то переписывать на свиток.
– Мистер Андерс, что вы делаете? – спросила изумленная преподавательница.
– Эссе по зельям, – коротко ответил подросток. – Хотя если у вас есть какие-то вопросы ко мне, как к директору, я всегда готов выслушать. Кстати, профессор, раз уж вы сами пришли, может быть, расскажете, почему на ваших отработках школьники пишут строчки кровавыми перьями? А если эта информация попадет в газеты? Будет очень плохо для репутации Хогвартса, не так ли профессор Дамблдор?
Великий маг кивнул, гадая, о чем на самом деле думает равенкловец. За долгие годы Альбус привык легилементить всех подряд. Легко демонстрировать проницательность, если ты читаешь чужие мысли. Некоторые маги владеют окклюменцией, но тут есть одна тонкость. Большинство людей не способны удерживать внимание на двух-трех вещах одновременно. Отвлекаясь на разговор, или какие-то действия, маг невольно опускает щиты. Если чтец неопытен, действует слишком грубо или совершает ошибки (например, подкидывает свои мысли в чужой разум), жертва замечает его действия и закрывается. Но Дамблдор настолько аккуратен, что практически никто не в состоянии заметить его действия. Неприятным исключением из этого правила оказался Андерс, и, как позже выяснилось, его мать. Последняя сильно разозлилась, когда сработал сигнальный артефакт. Амелия завершила разговор на повышенных тонах и пригрозила скандалом, если Кей пожалуется на легилеменцию.
– Да как ты смеешь?!
– Профессор Амбридж, вы не должны кричать на учеников и коллег. Это непедагогично, – равенкловец выдвинул один из ящиков своего стола и вытащил оттуда толстую книгу. Судя по красочной обложке с неподвижными картинками – магловского происхождения. – Хотя, у вас же нет специального образования. Вот, ознакомьтесь.
Преподавательница уставилась на «Педагогику и психологию» под редакцией Дж.Ф.Симонса так, словно это была змея. Она сделала несколько шагов назад и едва не упала, наткнувшись на стул. Оглянувшись на Дамлдора, женщина уловила смешанную с сочувствием насмешку. Она сильно пострадала, однако признаваться в использовании на отработках кровавых перьев с ее стороны было бы крайней глупостью.
– Магловский мусор, – сквозь зубы выдавила Амбридж.
– Профессор, если вы забыли, волшебный мир буквально окружен магловским. Нас меньше. И с каждым годом пропорция между пришедшими оттуда детьми и рожденными в магическом мире меняется не в пользу последнего. И если вы не в состоянии унять свое предубеждение, здесь вам нечего делать.
Женщина онемела от такой прямоты.
– Кстати, профессор, вы же знаете об усилении защитных чар школы? – продолжил Андерс. – Будьте осторожны, отдача может оказаться очень неприятной. Этот древний замок хранит в себе множество тайн.
Долорес побледнела. Неизвестно, что придумало ее буйное воображение, но она скомкано попрощалась и позорно сбежала.
– Вилли, – Андерс призвал домового эльфа. – Будь добр, отнеси эту книгу профессору Амбридж.
– Да, директор, – домовик вытянулся по струнке.
– И, Вилли, позаботься, чтобы с книгой ничего не случилось. И чтобы профессор нигде ее не потеряла. Ты меня понял?
– Да, директор, – эльф с хлопком исчез.
Тем временем Дамблдор воспользовался дымолетным порошком и тоже покинул кабинет. Дело в том, что у Кея была неприятная привычка: каждый раз, когда что-то происходило, мальчишка начинал задавать неприятные вопросы. Вроде бы они были невинными и даже глупыми, но каждый, кому приходилось на них отвечать, чувствовал себя как нашкодивший котенок. Один разговор о дементорах снился великому магу в кошмарах. В тот день школьник объединился с мадам Помфри, чтобы устроить ему настоящую головомойку. Предательница-медиковедьма старательно зачитывала вызубренную наизусть статистику по болезням и ранним смертям узников Азкабана, а Кей размахивал вырезками из магловских газет, где упоминались жертвы дементоров.

Вилли материализовался в комнате профессора Амбридж и огляделся. Куда бы поставить книгу? Шкаф забит одеждой, на кровати спят, стул… ну, это явно плохая идея. Эльф переместился на стол и положил томик на видное место. Готово, можно возвращаться к обычным делам. Или нет? «…позаботься, чтобы с книгой ничего не случилось» сказал директор. Вилли почесал голову. Он был не самым умным эльфом. Но, как все домовики, исполнительным. И неважно, сколько времени займет работа. Если директор приказал защищать книгу, он будет ее охранять хоть до конца своих дней, или пока это распоряжение не будет отменено.
Эльф спрятался под кровать и принялся терпеливо караулить цель.

– Кричер, ленивая задница, – Сириус Блэк пнул попавшуюся под ноги пустую бутылку и сплюнул. – Отправляйся на Косую Аллею, купи какой-нибудь жратвы! И выпивку не забудь!
Причитая, домовик взял десяток галеонов и аппарировал.
Наследник древнего чистокровного рода в последнее время частенько заливал свое горе вином. Лишь изредка он позволял себе побродить по улицам магловского Лондона в своей аниманической форме. Даже так, прогулки были опастны: приходилось опасаться сотрудников службы отлова. Поймают, а потом доказывай что ты не собака. В волшебные кварталы Блэк идти боялся. Ему еще повезло, что тот темный маг предпочел просто его отпустить.
Домовик выполнил приказ в своей обычной манере: заскочил в какую-то забегаловку, взял самую дешевую еду и гоблинское пиво. Сириус невольно скривился, разворачивая завернутые в газету пирожки. Но тут его взгляд упал на заголовок: «Блэк оправдан, настоящий предатель оказался крысой». Маг неверяще распрямил лист и использовал очищающие чары, чтобы убрать жирные пятна. Увы, на газетном огрызке была лишь часть статьи, но и из этого стало понятно, что каким-то образом Питегрю был обнаружен и пойман. Некоторое время Сириус прикидывал, не может ли это быть ловушкой, но потом решился и послал Кричера за газетами.
Убедившись, что его дествительно оправдали, Блэк отправился камином в министерство. Там поднялся небольшой переполох, его обступила толпа. На выручку пришли дежурные авроры. Они проводили Сириуса к Амелии Боунс, которая лично зачитала решение суда. Вскоре явился сам Фадж. Министр магии принес извинения за ошибки прошлой администрации. Потом оправданного вывели в атриум, где уже собрались журналисты. Блэк на радостях от всей души поблагодарил Фаджа, пожал ему руку перед камерами. Тут же Сириусу торжественно вручили найденную в архивах волшебную палочку.
Последним на празднике пиара появился Альбус Дамблдор. Великий маг отвел бывшего узника в сторонку, для приватного разговора. Лидер Ордена Феникса извинился за свое бездействие и посетовал, что Сириус во время задержания взял всю вину на себя. Директор посоветовал Блэку заняться поправкой здоровья, съездить на какой-нибудь курорт. Альбус осторожно намекнул, что у Ордена финансовые проблемы, однако Сириус пропустил эти слова мимо ушей. Что действительно интересовало Блэка, так это его крестник, Гарри Поттер. Дамблдор на секунду задумался и согласился отпустить парнишку в Хогсмит на ближайшие выходные. В последнее время гриффиндорец слишком зациклился на учебе, окончательно рассорился с Роном Уизли и не подпускал к себе никого, кроме маглорожденной Грейнджер. Не лучший выбор для Избранного. Общение с другом отца, балагуром и шутником, пойдет ему на пользу.

Обнаружив на своем столе магловскую книгу, Амбридж скривилась и взмахом палочки отправила ее в мусор. Этот Андерс перешел все границы, подсовывая ей магловскую макулатуру.
Женщина переоделась, поправила прическу и отправилась на новую встречу с министром. Она и не заметила, как учебник вернулся на прежнее место.

Гриффиндорец явился на встречу один, без Гермионы. На этом настоял Дамблдор. Однако, никто не мешал девочке придти в Хогсмит, ведь у нее было разрешение от родителей на посещение волшебной деревни. Они встретились в Сладком Королевстве, затем Блэк отвел детей в небольшое кафе. Посетителей почти не было, цены как бы намекали, что это элитное заведение. Гарри был счастлив. Едва Сириус услышал, что он жил с Дурслями, как он тут же возмутился и пообещал усыновить Поттера. Также крестный подарил ему новую метлу, Молнию.
За короткое время они успели многое обсудить. Потом Блэк ударился в воспоминания, припомнил несколько случаев из своей школьной жизни. Тогда Гарри узнал, что Люпин также был близко знаком с его отцом. В какой-то степени мальчика возмутило поведение Ремуса. За долгие годы тот ни разу не поинтересовался, как живет ставший сиротой сын его школьного товарища.
– Не спеши его осуждать, Гарри, – сказал Сириус. – У него очень серьезная проблема. Я не могу об этом говорить без его разрешения.
– Мы догадались, что он оборотень, – заявила Гермиона. – В полнолуние профессор Люпин куда-то пропадает, а потом выглядит как после тяжелой болезни.
– Все равно, – Поттер покачал головой. – Если бы он хотя бы соизволил навестить Дурслей или незаметно посмотреть как мне живется со стороны. У магов есть масса способов скрывать свое присутствие. Знаешь, Сириус, после первого года я не стал к ним возвращаться. Мне помог кто-то посторонний. Он притворился профессором Дамблдором, а директор в сентябре сделал вид, будто все в порядке. А после второго курса…
Гарри помотал головой.
– Непреложный обет, не могу рассказать об этом что-то конкретное. Этим летом я жил в одной семье. Взрослые были постоянно заняты, но все равно чувствовалась их забота. Я ходил в гости, общался с другими ребятами. Без драчливого двоюродного братца с ними было легко подружиться. Они рассказывали о своих родителях, родственниках. И я понял, что то, что было у Дурслей, это совершенно неправильно. Тетя и ее муж не приняли меня как члена семьи. Они не били меня, не морили голодом. Но атмосфера в том доме была не здоровая. Тетя постоянно врала, что мои родители были алкоголиками, разбились в автокатастрофе, оставив им на попечение маленького нахлебника. Больше всего на свете я мечтал, чтобы кто-нибудь однажды забрал меня к себе, насовсем. Это было самым заветным желанием, загадываемым каждый год на день рождения.
– Гарри, – Сириус положил руку на плечо мальчика. – Мои родители тоже были не сахар. Семейка темных магов, те еще воспитатели. Я не отдам тебя Дурслям. Даже если профессор Дамблдор будет против, я украду тебя на лето. А Лунатик еще пожалеет о своем поведении.
– Вы же не сделаете ему ничего плохого? – забеспокоилась Гермиона.
– Это будет пара-тройка дружеских шуток, – отмахнулся Блэк.

Вот уже несколько дней книга буквально преследовала ее. Все попытки избавиться от магловского учебника оказывались безрезультатны. Выкидывать в мусор бесполезно, Эванеско не действовало, Инсендио едва не устроило пожар в комнате, так и не коснувшись страниц. Словно что-то невидимое защищало этот выкидыш полиграфии. Амбридж скрежетала зубами, подозревая, что это проделки Дамблдора. Каждый раз, видя улыбающегося великого мага, Долорес подозревала, что это насмешка лично над ней.
Среди учащихся распространился слух, будто бы преподавателя истории наказала сама Магия. Якобы за издевательства над детьми. Профессор так и не решилась обратиться к специалистам. Кровавые перья мертвым грузом легли на дно ее сундука, а на отработках использовались обычные.
Новый месяц начался со скандала. Макгонагл, эта надменная стерва, «забыла» начислить ей зарплату. Долорес была неприятно удивлена, когда после очередного собрания заместитель директора выдала чеки всем, кроме нее.
– Директор Андерс, почему вы не напомнили о профессоре Амбридж? – спросила Маккошка у мальчишки (Дамблдор с радостью спихнул на него многие формальности, включая работу с документами).
– Профессор Макгонагл, в бюджете школы, который был согласован еще летом, нет статьи расходов на оплату работы преподавателя истории магии. Я думал, что если данный сотрудник пришел от Министерства, оно и будет ему платить.
– Какое упущение! Придется сократить расходы на закупку еды или отопление.
– Но, профессор, нельзя экономить на детях! Если в замке будет холодно, многие могут заболеть, что приведет только к новым расходам. Бюджет был утвержден попечителями, только они могут что-то менять…
У Долорес возникло ощущение, что она наблюдает хорошо отрепетированный спектакль.
– Профессор Бинс был так великодушен, работал как волонтер, бесплатно, – Андерс глубоко вздохнул и посмотрел на Амбридж. – Не будете ли вы столь же любезны…
Чиновница просто не могла вынести подобного обращения. Первая помощница министра магии, практически правая рука, одна из опытнейших специалистов, должна терпеть такое обращение! Да ей давали взятки только за то, чтобы она ВЫСЛУШАЛА просителя!!!
– Хватит! По-моему кто-то несправляется со своими обязанностями! – Амбридж швырнула на стол порядком надоевшую «Педагогику», которая опять оказалась первым, что попалось под руку. – Ждите инспекцию!
Уходя, преподавательница с шумом хлопнула дверью.
Дамблдор покачал головой.
– Минерва, к чему это представление? Теперь у Долорес есть все основания для вмешательства в дела школы.
– Не делайте вид, что вы беспокоитесь о Хогвартсе, «коллега», – презрительно произнес Кей. – Где вы были, когда эта тварь пытала Кровавыми Перьями ваших подопечных?
– Мистер Андерс! – Макгонагл всплестнула руками. Хоть она и была во многом согласна с равенкловцем, но подобное отношение к Альбусу всегда выбивало ее из колеи. – Нельзя же так…
– Вы абсолютно правы, профессор. Нельзя закрывать глаза на несправедливость, – Кей убрал в свой стол потрепанный учебник. – Придадим дело огласке. После скандала министр первым отвернется от этой жабы.
– Но если общественность узнает об отработках Амбридж, репутация Хогвартса тоже пострадает! – напомнил Дамблдор. – Подумай о последствиях!
– А вы думаете, она еще не пострадала? – Андерс вытащил из своей сумки пачку фотографий и бросил на стол. – Или вы надеетесь, что дети будут молчать? Никто не расскажет в письмах о творившемся здесь безобразии? Напомню, есть такая вещь как каникулы. При длительном использовании Кровавые Перья оставляют заметные шрамы. Что предпримет родитель, увидев такие следы на руках своего ребенка? А какие потом пойдут гулять слухи, вы подумали? Сейчас мы можем отделаться «малой кровью», свалив всю вину на Амбридж, а потом нас заклеймят сообщниками.
Дамблдор мельком бросил взгляд на снимки и побледнел. На фото были изрезанные буквами и заляпанные красным руки.
– Это…
– Доказательства. Копия уже отправлена мистеру Фаджу, – Андерс откинулся на спинку стула. – Оставьте себе, на память, у меня есть копии и оригиналы негативов.
В отличие от бывшего преподавателя истории, равенкловец аккуратно закрыл дверь.
Дамблдор придвинул папку с фотографиями поближе. В глазах пожилого волшебника выступили слезы. Он не думал, что правда окажется столь жестокой и неприятной. За свою долгую жизнь ему не раз приходилось видеть чужие страдания, порой кем-то жертвовать. Но Кей убедительно доказал, что в данном случае бездействие не только преступным, но и бессмысленным. Все равно, правда бы выплыла наружу…
– Минерва, нам надо поговорить, – сказал великий волшебник.
– Хорошо, – согласилась заместитель директора. – Объясни мне, Альбус, какими соображениями ты руководствуешься, подбирая новых преподавателей? Квирелл, Локхарт, теперь эта Амбридж. Она же фанатичка, помешанная на идеях чистокровности!
– Кей преувеличивает…
– Нет, – прервала его Макгонагл. – Чехарда с преподаванием ЗОТИ продолжатся именно потому, что ты выбираешь совершенно негодных кандидатов, а не из-за проклятья. Тот же Моррисон не проработал бы и года, если бы мадам Помфри не нашла способа его вылечить! Ты постоянно пропадаешь на заседаниях Визенгамота или собраниях международной коллегии магов, а мне приходится тянуть на себе всю административку. Неудивительно, что Хогвартс выбрал нового директора!
Маккошка испуганно прикрыла рот рукой, но слово не воробей, уже вылетело. Дамблдор горестно покачал головой. Его верная помощница практически потеряла веру в него и сейчас прямо заявила об этом. Да, в какой-то степени все, о чем она говорила, было правдой. Но, проклятье, неужели Минерва думает, что школа могла бы сохранять независимость, если бы на его месте был кто-то другой? Весь двадцатый век нетерпимость по отношению к маглорожденным только нарастала, в итоге вылившись в кровопролитную гражданскую войну. Даже сейчас он был вынужден лавировать между фракциями Малфоя и Боунс, мечтавшей устроить капитальную чистку среди чистокровных. Амелия, конечно, зла на раскаявшихся Пожирателей не просто так, но уж больно кусает загнанная в угол крыса. Старые семьи хранят множество запретных знаний. Все эти Авады, Империо и Круцио просто мусор по сравнению с одним-единственным Посмертным Проклятьем, брошенным в месте силы.
– Может быть, отчасти ты и права, Минерва, – Дамблдор вздохнул. – Но пойми: я вынужден выбирать лучшее из зол. Что же до ЗОТИ… Некоторые политические силы с радостью обвинят нас в том, что мы вместо учебы растим армию для завоевания магической Англии. Мне напомнить, что случилось, когда профессор Бинс вдруг сменил свой стиль преподавания? Да и потом, сейчас мирное время, и эти знания никому, кроме авроров, не нужны. Невостребованные навыки имеют свойство быстро забываться. Проходит год-два, и выпускник уже не в состоянии повторить свои достижения на экзаменах ЖАБА, не говоря уже ПАУК.
 
KelsДата: Вторник, 23.01.2018, 01:57 | Сообщение # 242
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
Мы с Тинриэль находились в комнате-по-требованию, когда громкий хлопок оповестил о прибытии эльфа. Домовик горестно стонал и дергал себя за уши.
– Что случилось, Вилли? – спросил я, откладывая книгу в сторону.
Магический слуга выглядел не слишком призентабельно. Его маленькое тельце было покрыто сажей, а прежде белая наволочка обрела грязно-серый цвет и воняла гарью.
– Вилли виноват! Вилли не справился! Вилли не смог выполнить приказ директора! – эльф упал на колени и принялся биться лбом об пол.
– Хватит! Замри на месте и объясни, что случилось. Я сам решу, как тебя наказать.
Домовик послушно застыл и принялся, сбиваясь на причитания, рассказывать. Магический слуга старательно выполнял мой приказ: берег книгу и следил, чтобы она оставалась у Амбридж: клал на стол, подкидывал в сумку и защищал плод трудов магловских полиграфистов от различных заклинаний. Впрочем, жаба не отличалась фантазией, чередуя Инсендио и Эванеско. И вот, несколько часов назад, поругавшись с Фаджем, который потрясал стопкой фотографий с окровавленными детскими ручками, Амбридж отправилась домой. Своих эльфов у жабы не было, так что Вилли спокойно последовал за ней. Преподаватель истории магии старательно заливала свое горе вином, когда ей на глаза в очередной раз попалась «Педагогика». Скорее всего, эта дура уже была не в состоянии размышлять здраво. Схватив палочку, ведьма наколдавала Адский Огонь. Как ей сил хватило, неизвестно. Но контроль над всепожирающим пламенем она утратила почти сразу. Аппарировать истощенноя волшебница уже не могла. Плюс, наложилось алкогольное опьянение. Амбридж жила в собственном поместье, отхапав себе большой кусок земли, так что Адскому Огню пришлось довольствоваться одним зданием и тремя растущими вблизи деревьями…
– Вилли, ты все сделал правильно, – я ласково погладил эльфа по голове.
– Правда? – ушастик с надеждой поднял на меня глаза.
– Да. Профессор Амбридж умерла, и книга последовала за ней, в лучший мир. Можешь вернуться к своим обычным обязанностям на кухне.

Новость о кончине Амбридж грянула как гром среди ясного неба. Министерство спешило повесить на нее всех собак. По официальной версии, жаба сошла с ума и воспользовалась своим положением для удовлетворения садистких наклонностей. Узнав об этом, Дамблдор выгнал ее из школы и инициировал расследование. Не дожидаясь, пока ее бросят в Азкабан, бывшая помощница министра покончила с собой.
Новый преподаватель истории магии появился через неделю. Даблдор без лишних проволочек утвердил на эту должность рекомендованного министерством кандидата. С виду ему можно было дать лет тридцать. Средний рост, темные волосы, серые глаза, без особых примет. Звали его Джон Смит. Новенький взял за обыкновение присутствовать на каждом завтраке/обеде/ужине и бродить по замку в совбодное время. А еще он задавал вопросы. Много вопросов. Расспрашивал детей о собыниях прошлого и позапрошлого года, интересовался обстоятельствами нападения дементоров на школьный поезд. Складывалось впечатление, словно он подозревает свидетелей во лжи, иначе зачем ему спрашивать одно и то же у разных людей?
Со стороны преподавания нареканий к Джону почти не было. Он знал предмет почти на уровне Бинса и старательно обходил острые углы. Только официальная позиция министерсва, только то, что входит в экзаменационные билеты.
На третью неделю своей работы Смит додумался опросить домовиков. Благо, Тинриэль бдила и моментально догадалась, к чему может привести его разговор с Вилли. По ее подсказке я дал ему поручение, выполнять которое ему пришлось за пределами Хога, а с остальными эльфами провел беседу о конфиденциальности частной жизни. Надеюсь, этого будет достаточно.

Джон Смит задумчиво постукивал пальцами по столу. Перед ним лежал лист бумаги с написанными в одному ему понятном порядке именами и стрелочками. Министр приказал официально свалить всю вину на Амбридж и, в то же время, провести секретное расследование. Джон понимал, почему тот так обеспокоен. Кто знает, каков истинный мотив того, кто убил Долорес. Поверить в то, что она сама наколдовала Адское Пламя было невозможно, слишком слабой волшебницей была эта женщина.
Уже который год в Хогвартсе творилось что-то неладное. Преподаватели ЗОТИ постоянно менялись, ходили смутные слухи о проклятии на должности.
Допрос домовиков, этих мелких вездесущих уродцев, дал странные результаты. Эльфы прямо-таки боготворили содиректора Андерса. По-видимому, мальчишка старательно вникал во все хозяйственные вопросы. Дамблдор не возражал, ему и так вечно не хватало времени для совмещения своих должностей. Кей перераспределил обязанности домовиков, освободив нескольких для другой работы. В частности, четыре эльфа помогали профессорам зельеварения, двое следили за порядком в библиотеке, и каждый преподаватель получил как минимум одного личного слугу.
Амбридж тоже выделили маленького помощника. Это был эльф по имени Вилли. Сейчас он пропадал в Запретном Лесу, собирая какие-то ингредиенты для уроков зельеварения.
– Салли! – позвал Смит.
– Да, мастер, чем Салли может вам помочь? – домовушка преданно заглядывала в галаз невыразимцу.
Эльфийка удивительно правильно проговаривала слова, не путая падежи, не сбиваясь и не картавя, что было характерно для большинства ее сородичей. «Надо ее отвлечь, – подумал Джон. – Может быть, тогда получится что-нибудь выяснить».
– Скажи, Салли, кто тебя научил так хорошо говорить?
– Моя подруга, Тинки, – домовушка шевельнула ушами. – Личный эльф директора Андерса. Правда, в последнее время она стала совсем странной.
– Странной? – переспросил Смит.
– Говорит непонятными словами, читает книги, одевается в одежду, как люди, – эльфийку аж передернуло. – Придумала себе новое имя и просит называть Тинриэль. И ходит все время такая важная.
– Интересно, – невыразимец откинулся на спинку стула, по-новому оценивая домовушку. Надо сказать, эльфы Хогвартса заметно отличались от обитающих в других местах собратьев: выше ростом, сильнее магически и умней. То ли дело в мощнейшем источнике волшебства под школой, то ли в том, что они служили сразу множеству колдунов… – Позови ее, мне нужно ней поговорить.
– Тинриэль личный эльф, – напомнила Салли. – Только директор Андерс может ей приказывать.
Смит сделал пометку в записях и задумчиво посмотрел в окно. Ощущение, что его в буквальном смысле водят за нос, не в первый раз посещало невыразимца. Одни поиски ритуального зала чего стоили. Команда из пяти опытных взломщиков проклятий обошла замок сверху донизу, и – ничего. Кей, имевший достаточный контроль над охранными чарами, чтобы обнаружить прятавшегося на территории анимага, разводил руками и кивал на Дамблдора, мол, старший коллега должен знать, а он еще ребенок.
– Исчезни, – Смит отпустил эльфийку, поднялся на ноги, подошел к камину и бросил в огонь полную горсть дымолетного порошка.

Я медленно помешивал зелье по часовой стрелке, ожидая, когда оно достаточно загустеет. Мой напарник, Терри Бут, уже нарезал последнюю порцию ингридиентов и делал какие-то пометки в рабочей тетради. Снейп в очередной раз молча прошелся по кабинету, внимательно заглядывая в каждый котел. После той истории на первом курсе он стал гораздо тщательней следить за безопастностью на уроках и теперь сразу применял Эванеско, если что-то шло не так. Естественно, не забывая снимать баллы.
Учебную идиллию нарушил скрип открываемой двери.
– Профессор Снейп, заместитель директора Макгонагл вызывает вас на совещание, – сообщил Эван Джоунс, староста седьмого курса Хафплафф. – И еще она велела пригласить Кея Андерса.
– Признавайся, чем насолил Маккошке, – тихо потребовал напарник.
– Не знаю, – я пожал плечами. – Вроде готово, пора добавлять корень валерианы.
– Что-то ты слишком спокоен, – заметил Терри.
– Тихо, Снейп на нас уже косится.
– Потом расскажешь, – шепнул Бут, возвращаясь к своим записям.
Мне осталось только еще раз перемешать зелье, потушить огонь и наколдовать на котел чары охлаждения.

В учительской, где обычно проводились совещания, было полно народу. Директор, профессора, чиновник из Министерства Магии, несколько членов Совета Попечителей, среди которых я узнал и Люциуса Малфоя. Должно быть, случилось нечто серьезное.
– Как вы знаете, каждый год в этот день мы активируем Перо Имен, – начала Макгонагл. – Оно было зачаровано самими Основателями, и более тысячи лет исправно записывало фамилии и адреса юных волшебников, впервые проявивших магию. Вот новый список.
Ведьма передала толстый рулон пергамента.
– Здесь несколько сотен имен! – воскликнул Малфой, бегло проглядев документ. – Как такое возможно?
– В последние годы на первый курс поступало в среднем 30-40 учеников, – напомнила всем известную статистику Макгонагл. – До войны их число колебалось в пределах 80-100 человек.
– Такой всплеск, невероятно, – чиновник из Министерства покачал головой.
– Большинство из них… маглорожденные, – заместитель директора запнулась. – Проживающие в следующих городах: Карлайл, Лангем, Гавик и Хексхем.
– Что ж, за несколько лет мы как-нибудь подготовимся их приему, – Дамблдор улыбнулся. – Право, Минерва, не стоило так беспокоиться…
– 127 имен в этом списке принадлежат детям в возрасте десяти-одинадцатилетним, – слова Макгонагл вызвали новую волну изумления. – Если прибавить к ним тех, кого Перо выявило ранее, в следующем году будет 185 первокурсников.
– Это больше половины числа учащихся, что находится сейчас в замке, – заметил чиновник.
– Как минимум, придется значительно переделать наше обычное расписание и нанять еще преподавателей, – взгляды присутствующих переместились на меня. – Даже если дети распределятся равномерно, на каждый факультет поступит 45-47 детей. Для того, чтобы уделять достаточное внимание на уроках каждому из них, мы будем вынуждены дополнительно разбить их на две-три группы.
– Также потребуются новые классы, мебель и оборудование, – продолжила мою мысль Макгонагл.
– Сейчас есть более важная проблема, – перебил ее министерский чиновник. – Перо Имен реагирует на магические выбросы детей, не так ли? Большая часть будущих учеников – маглорожденные. Нужно срочно передать их данные обливиаторам и в отдел Надзора!
– Разумеется, – заместитель директора кивнула.
Пока взрослые обсуждали ситуацию и строили планы наилучшего выхода из кризиса, я размышлял о демографии. Если судить по размерам Хога, школа рассчитана на одновременное обучение до тысячи учеников (в одной из старых книг мне попадалась именно такая цифра). В замке была масса неиспользуемых помещений, заброшенных классов. Да и сама территория вокруг предполагала возможность расширения. И это при том, что Хогвартс строился более десяти веков назад, когда численность населения Англии была значительно меньше, чем сейчас. Из этого следовал совершенно невероятный вывод: за прошедшие века стало рождаться меньше магов в процентном отношении к маглам.
Что-то изменилось. Макгонагл назвала четыре города: Карлайл, Лангем, Гавик и Хексхем. Если я не ошибаюсь, все эти населенные пункты находятся в Шотландии или графстве Нортамберленд, на границе которых и расположен Хогвартс! Может ли это быть влияние усилившегося источника? Сроки и территория, где наблюдается рост числа волшебников, вполне укладываются в эту версию.
– Мистер Андерс! – из задумчивости меня вывел строгий тон профессора Макгонагл.
– Простите, – я смущенно почесал голову, пытаясь играть роль ребенка. Хм, а не поделиться ли с взрослыми результатами моих размышлений? В предельно упрощенной форме, разумеется, и выводы пусть делают сами. – Профессор, вы замечали, что с начала года здесь, в школе, стало легче колдовать?
– При чем тут… – Маккошка умолкла на полуслове.
– Ритуал, – коротко сказал Дамблдор.
– Это уже ни в какие рамки, Альбус! – чиновник возмущенно потряс свитком со списком юных магов.
– А разве это плохо? – вновь подал голос я. – Нас, волшебников, станет больше.
– Грязнокровки, – представитель министерства презрительно фыркнул. – От них одни проблемы: колдуют перед маглами, нарушая Статус Секретности, врываются в наш мир, распространяя глупые сказки о боге, всеобщем равенстве и гражданских правах. Лучше бы их вообще не было!
– Мистер Смит, – с укором проговорил Дамблдор. – Мы говорим о детях, будущих членах нашего общества.
Атмосфера в учительской стала какой-то напряженной.
– Совету Попечителей потребуется некоторое время на осмысление данной ситуации, – подал голос Малфой. – Мы проведем ревизию имеющихся ресурсов и поищем дополнительные источники финансирования. Предлагаю рассмотреть вопрос о введении оплаты за обучение для маглорожденных.
Эти слова вызвали целую бурю. Профессора, по большей части были против возложения финансовой нагрузки на родителей учеников. В итоге обсуждение превратилось в натуральный птичий базар, где каждый стремился доказать свою точку зрения, повышая голос. В конце концов, Дамблдору надоел этот балаган и директор завершил собрание, перенося принятие окончательного решения на следующую неделю.

Покинув учительскую, я первым делом отправился в комнату-по-требованию.
– Ид!
Дух замка явился в бестелесной форме.
– Скажи мне, ты знал, что после ритуала волшебство станет пробуждаться в большем числе детей?
– Разумеется, ведь это и есть основное его назначение, – в воздухе передо мной материализовалась толстая книга с полузатерным названием. – Брось семена в сухую землю – ростки дадут лишь самые сильные и способные приспосабливаться. Но если полить их, создать условия для роста и созревания, взойдут почти все. После обновления защиты источник под Хогвартсом стал выбрасывать огромное количество магии. Больше, чем требуется всем резидентным заклинаниям, наложенным на замок, больше, чем требуется трем сотням учеников и нескольким учителям. Неиспользуемая энергия свободно растекается, и все, кто имеет хоть малейшую склонность к волшеству, впитывают ее как губка.
– При накоплении критической массы происходит выброс, и появляется новый маг, – я кивнул. – Это понятно! Но ты мог бы и предупредить заранее!
– А что бы ты стал делать? Или – не делать?
Висящая в воздухе книга зашелестела листами. Перед глазами проносились какие-то картинки, таблицы. Наконец, мельтешение остановилось. Раскрытые страницы демонстрировали карту Великобритании.
– Хогвартс, Стоунхедж и Ньюгрейндж, – точки на карте соединили яркие красные линии. – Мистический треугольник британских островов. Сейчас в полную силу работает лишь источник школы. Если пробудить два других, напряженность магического поля поднимется до того уровня, что была во времена Основателей.
– Появятся тысячи… нет, десятки тысяч юных ведьм и волшебников, – я потер виски. – Хогвартс не справится с такой нагрузкой.
Ид пристально смотрел на меня.
– Да, нашему миру нужна свежая кровь! Но…
– Ты боишься? – спросил вдруг дух замка.
– Не пытайся взять меня на слабо.
Он немного помолчал.
– После пробуждения источника школы сеть линий леи порядком перекосило. Если все оставить как есть, через двадцать-тридцать лет эффект ритуала сойдет на нет.
– Я не хочу убивать… снова.
– Тогда все бесполезно. С каждым поколением будет рождаться все меньше магов.
Ид печально покачал головой и растворился в воздухе.

Беседа с духом замка привела меня в замешательство. Ни много ни мало, на мою голову свалилась ответственность за весь магический мир страны. И что делать? По самым приблизительным расчетам, для пробуждения двух мощных источников требовалось порядка трехсот жертв. К тому же, оба они были известными туристическими объектами и проведение ритуала на их территории сопряжено с нарушением Статута Секретности. Стоит только начать, набегут маглы и авроры. В Хогвартсе у меня было серьезное преимущество: десятки верных домовых эльфов и защитные чары школы, попросту заблокировавшие доступ на ее территорию.
Нет, риск раскрытия слишком велик. В принципе, лет через пять-десять можно будет вернуться к этому вопросу, а пока займусь-ка я учебой.

В начале февраля Сьюзен сменила гнев на милость. Теперь она набивалась в напарницы на всех совместных занятиях, осаждала в библиотеке и даже садилась за стол Равенкло в Большом зале. Девочка делала вид, будто и не было двух месяцев сплошного бойкота.
– Кей, поможешь с переводом? – ну вот, стоило ее вспомнить, как Боунс тут же объявилась.
– Руны? – уточнил я.
– Да, – девочка покосилась на мадам Пинс.
– Хорошо, тогда нам нужен сборник мифов Древней Скандинавии. Он вроде бы был в разделе сказок и легенд.
– Сейчас, – Сьюзен оставила свои вещи возле меня, занимая таким образом место, и умчалась за книжкой.
Я усмехнулся. Будет забавно наблюдать за ее лицом, когда девочка узнает, что сборник содержит уже готовые переводы нужных ей текстов.
– Нашла, – Боунс, размахивая книжкой, спешила обратно вприпрыжку.
У меня вдруг возникло дурное предчувствие. К горлу подступил ком. Сердце колотилось как бешенное, в ушах звенело. А в следующую секунду весь замок, от самых глубоких подземелий до верхушек башен сотрясли мощные удары.
Сьюзен, не ожидавшая такой подлянки, споткнулась и полетела на пол. Сверху посыпались книги. Стеллаж рядом с девочкой громко хрустнул и накренился, угрожая покалечить Боунс своим весом.
– Левиоса! – я инстинктивно взмахнул атамом, замаскированным сейчас под волшебную палочку. К моему удивлению, неполное заклинание сработало. Да еще как! В библиотеке словно наступила невесомость: предметы, попавшие в область действия чар, застыли в воздухе.
– Что происходит, Кей? – выбравшись из ловушки, Сьюзан бросилась ко мне.
– Похоже на землетрясение, – я дернул кистью, обрывая действие Левиосы. Книжки в беспорядке полетели на пол. – Кажется, оно прекратилось.
– Ой, – девочка обратила внимание на залитый чернилами стол и вытащила палочку. – Эванеско!
– Стой!
Мое предупреждение запоздало. Магия Сьюзан, словно голодный лев, слизнула не только разлитую жидкость, но и половину деревянной столешницы.
– Я не хотела, – палочка выпала из ее рук.
– Успокойся, ты не виновата. Мадам Пинс, не используйте магию!
Тихое «Вингард…» и грохот со стороны стойки библиотекаря сменился громкими причитаниями.
– Что происходит? Кей, ты что-нибудь понимаешь?
– Эльфы, – сориентировался я. Судя по моим ощущениям и эффектам заклинаний, манофон в Хогвартсе вырос раз так в десять, если не больше. Попытки колдовать палочкой сейчас опасны. Любые чары окажутся сильнее, чем представляет их создатель. Домовики же не черпают энергию напрямую из среды, а берут ее у волшебников. Теоретически, это явление не должно влиять на их способности. – Тилли, Вилли, Дилли, Лора, Стэн, Шипун, Рида, Горт.
Вызванные с хлопками материализовались в библиотеке.
– Тилли, наводи здесь порядок. Остальные пройдитесь по школе и передайте мое распоряжение: пусть все выходят из замка. Использовать палочки запрещается!
 
svarogueДата: Среда, 24.01.2018, 14:06 | Сообщение # 243
Друид жизни
Сообщений: 158
« 40 »
ну нихрена себе!!!! спасибо! пошел перечитывать, а то многое подзабыл)))
 
IYURIДата: Четверг, 08.02.2018, 04:26 | Сообщение # 244
Посвященный
Сообщений: 31
« 9 »
А следующая прода через полтора года? tease
 
KelsДата: Вторник, 13.02.2018, 02:41 | Сообщение # 245
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
А-а-а-а, помогите! У автора кризис идей!
Я серьезно.
Пишу проду - вылезает новая линия! Пишу дальше, вылезает еще две, три, четыре!
Они там все с ума посходили!!!!
 
azimovДата: Пятница, 16.02.2018, 22:27 | Сообщение # 246
Подросток
Сообщений: 9
« 0 »
Выражаю лишь своё мнение.
Две основные ветки Гарри Поттер и КО, будни новоявленного директора-ученика и как он с ними справляется.
Дополнительные темы:
1. Эльфы и Хогвартс
2. Магия и её место в мире,
3. Семья (Мать, Дед, месть за отца)
4. Приключения как обычного школьника.
Очень надеюсь что автор продолжит писать и дальше выкладывать своё творчество.
 
svarogueДата: Вторник, 20.02.2018, 12:59 | Сообщение # 247
Друид жизни
Сообщений: 158
« 40 »
Сцена секса с Тинки, соответствующая рейтингу в шапке^_^
 
kp487021Дата: Среда, 21.02.2018, 07:23 | Сообщение # 248
Посвященный
Сообщений: 58
« 14 »
Что если ГГ сделает ход конем? Пусть переложит часть проблем на "мудрых" взрослых. К примеру с проведением ритуалов. У него под боком невыразимец историю читает...
 
Vadim159Дата: Среда, 28.02.2018, 14:41 | Сообщение # 249
Подросток
Сообщений: 8
« 0 »
Надеемся и ждем.
Музы автору!
 
AridolДата: Суббота, 24.03.2018, 01:02 | Сообщение # 250
Посвященный
Сообщений: 34
« 7 »
Ого, ОН вернулся, УРА-А!


 
Jeka_RДата: Воскресенье, 20.05.2018, 19:37 | Сообщение # 251
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1499
« 147 »
Ну вот обрыв на таком месте, и опять проды нет уже несколько месяцев(


Излечит любые амбиции священный костер инквизиции ©
 
alekslv1Дата: Среда, 23.05.2018, 17:29 | Сообщение # 252
Подросток
Сообщений: 5
« 10 »
Aslisemak, ты задолбал своей рекламой.Хватит уже!
 
ShtormДата: Четверг, 09.08.2018, 14:48 | Сообщение # 253
Черный дракон
Сообщений: 3256
« 196 »
Все забылось, пошел читать заново uhm


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
KelsДата: Воскресенье, 12.08.2018, 14:49 | Сообщение # 254
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
Растрепанные и перепуганные, ученики толпились во дворе. Мало кто из них был одет по погоде. Несмотря на запрет, некоторые юные маги все же пытались использовать чары обогрева. Результат был плачевен: пятеро школьников получили серьезные ожоги и сейчас ожидали своей очереди в отгороженном медиковедьмой углу. Мадам Помфри сбивалась с ног, спеша оказать помощь всем пострадавшим с переломами, эффектами вышедших из под контроля заклинаний и панической истерией. При этом из доступных средств у нее были лишь бинты и доставленные домовиками зелья.
– Мистер Андерс, – ко мне подошла Макгонагл. – Вы знаете, что случилось?
– Разве вы не чувствуете? Воздух буквально перенасыщен магической энергией.
– Да, но из-за чего это произошло, – к обсуждению присоединился Флитвик.
– Трудно сказать, – я пожал плечами. – Вероятно, что-то повлияло на источник… Скажите, директор Дамблдор не планировал никаких ритуалов? Кстати, где он?
– С утра отлучился по делам в Министерство, – ответила Маккошка.
– Тогда нужно его предупредить…
Ба-бах! Яркий огненный расцвел возле директорской башни. Через оттуда вынурнул слегка закопченный Дамблдор. В мантии зияли прожженные дыры, а волосы и борода потемнели от сажи. Но великий маг не зря считался сильнейшим волшебником современности. Упав на пару этажей, старик застыл в воздухе. И это – на одной только стихийной магии, без метлы! Директор обозрел выстроившихся во дворе учеников и полетел к нам, вытаскивая на ходу из кармана палочку и приводя себя в порядок. Вот это контроль, аж завидно стало.
– Минерва, Филиус, что произошло? – спросил он, коснувшись ногами земли.
Профессора, дополняя друг друга, быстро описали произошедшее.
– Значит, магический фон резко усилился, – великий маг нахмурился.
– Альбус, – к нам подошла медиковедьма. – Нужно переправить часть пострадавших в Мунго.
– Поппи, ты же знаешь, это привлечет к нам излишнее внимание. Министерство и без того пристально следит за каждым нашим действием.
– Я не могу лечить вслепую, – возразила мадам Помфри. – Без диагностических заклинаний мои руки связаны!
– Ладно, отправляйтесь в больницу, – Дамблдор вздохнул. – Минерва, зачем вы выгнали всех во двор?
– Альбус, тут было землетрясение! Дети напуганы! – ответила Макгонагл.
– Стены Хогвартса прекрасно укреплены. После обновления защитных заклинаний они стали практически нерушимы. Нужно было отправить всех в общежития факультетов, а не морозить на холоде.
Профессора пристыженно переглянулись.
– Это мое решение, – вмешался я. – Мне показалось, что так намного проще контролировать студентов. Несмотря на предупреждение об опасности использования магии и присутствие тут преподавателей, некоторые ученики все равно колдовали. Из-за повышенного магического фона заклинания срабатывают либо слишком сильно, либо не так, как должны. Нарушители своим примером показали, чего делать не стоит, и тут же попали в заботливые руки мадам Помфри.
– В таком случае, следует собрать у всех палочки, – прислушивавшиеся к разговору ученики ответили возмущенным гулом на эти слова Дамлдора.
– Ни в коем случае! – расставаться с атамом, фактически частью меня, не хотелось. – Так мы лишь усугубим ситуацию. Надо ли мне напоминать, что наличие у волшебника палочки стабилизирует его магию и предотвращает стихийные выбросы? Именно поэтому мы позволяем маглорожденным сохранять их при себе летом.
– Последствия стихийных выбросов могут быть необратимы, – добавила аргумент мадам Помфри.
– Хорошо, что вы предлагаете? – спросил Дамблдор.
– Эвакуировать всех в Хогсмит, – я оглянулся в поисках поддержки на остальных профессоров. – И, в спокойной обстановке, разбираться с перенасыщенным волшебством фоном. Знать бы еще, что это вызвало.
– Дементоры могли бы снизить уровень магии, – заметил Снейп.
– После происшествия в поезде министр ни за что на это не пойдет, – Дамблдор пригладил свою бороду. – Но ты подал мне идею. Кей, идем со мной, остальные ждите здесь.
Мы прошли через главный вход и, пройдя по коридору, оказались на пороге Большого зала.
– Хогвартс – удивительно место, – директор искоса смотрел на меня. – Но на заре его создания маги и само искусство волшебства были совершенно иными… Мы многое утратили, но не потому, что забыли, а потому, что сила уходит из нашего мира. Большая часть чар, наложенных Основателями, как бы спит, чтобы не расходовать энергию без острой на то необходимости.
– Вы хотите задействовать эти чары? – я остановился. – Прошло много времени, вдруг они уже развеялись?
– Не беспокойся, ритуал обновления привел их в изначальное состояние, – Дамблдор обошел полукругом стол преподавателей и приложил руку к стене за ними. Некоторое время ничего не происходило. Директор грустно качнул головой и повернулся ко мне. – Похоже, замок не желает откликаться на мои команды. Кей, попробуй ты.
– Так? – я провел ладонью по чуть теплой шершавой поверхности. Стоило мне это сделать, как раздался глухой скрежет, и в стене появилась ниша. Внутри было пыльно, и лежал всего один-единственный предмет – очень старая на вид книга.
– Да, это она, – Дамлдор бережно извлек фолиант из хранилища и уложил на стол преподавателей. Не обращая больше ни на что внимания, директор принялся аккуратно перелистывать страницы. – Elmo kehr urita, elmo kehr ilita, elmo kehr guardian…
Слова древнего заклинания нарушили непривычную тишину Большого зала. Поначалу казалось, будто они не имели вообще никакого эффекта. И вдруг весь замок снова содрогнулся, а я ощутил нарастающую головную боль.
Удовлетворенно кивнув, Дамблдор убрал книгу в нишу, которая тут же закрылась. Затем директор принялся выводить какие-то пассы палочкой.
– Магический фон скоро вернется к своему обычному состоянию, – сообщил он, наблюдая, как тают начерченные в воздухе линии.
– А можно узнать, что точно делают эти наложенные Основателями чары? – спросил я, максимально ограничивая свою связь с замком. Именно она и оказалась источником мигрени.
– О, их назначение поистине удивительно, – с восторгом ответил Дамблдор. – Но, увы, описание действия не сохранилось.

Вернувшись во двор, великий волшебник тут же заявил, что беспокоиться не о чем и на следующий день уже можно будет не опасаться побочных эффектов колдовства. Он даже умудрился убедить мадам Помфри не обращаться в Мунго, хотя, на мой взгляд, главную роль тут сыграла проблема транспортировки пострадавших в больницу.
Весь вечер Хогвартс гудел, как встревоженный улей. Школьники строили различные версии произошедшего, от возрождения Темного Лорда до вызванного падением метеорита сдвига магических полей. Вдобавок, многие стали проявлять излишнее внимание к моей персоне – сокурсники спрашивали, почему профессора советовались со мной по поводу дальнейших действий и что нужно было Дамлдору.
Отговорки помогали мало. Сославшись на сильную головную боль, я скрылся в своей комнате и наложил дополнительные запирающие и заглушающие чары. У меня тоже накопилась масса вопросов, на которые не мешало бы получить ответы.
– Ид!
Дух замка не заставил себя ждать. Его вид претерпел существенные изменения, и теперь он выглядел полностью материальным.
– Похоже, ты хочешь спросить, что стало причиной внезапного усиления магического фона? – дождавшись утвердительного кивка, Ид продолжил. – Я не знаю.
– Как не знаешь? Ты ведь видишь все, что происходит на территории Хогвартса!
– Но не за его пределами, – дух развел ладони и между ними появось схематическое изображение Британских островов. – Внешний фактор. Кто-то провел или пытался провести ритуал в Ньюгрейндже.
На карте где-то в районе Ирландии возникла яркая точка, из которой выстрелило два луча, в северо-восточном и восточном направлении. Второй просто угас, а вот первый, достигнув некого места на границе Шотландии, породил маленькую яркую звезду.
– Источник магии Хогвартса словно ключ на дне подземного озера, – Ид развеял иллюзию. – После Обновления он стал поставлять в разы больше энергии. Резервуар замка огромен и даже за прошедшие месяцы его заполнило едва ли наполовину. Да и Основатели предприняли определенные меры, чтобы безвредно развеивать излишки волшебства по территории Запретного Леса. И все было в порядке, пока волна искажений, порожденная в Ньюгрейдже, не прошла по линиям леи и не достигла школы, вызвав невидимое цунами. К сожалению, она также смела предохранительную систему, из-за чего энергия почти перестала рассеиваться.
– Получается, мы остаемся на грани катастрофы? А как же чары, что активировал Дамблдор? Директор уверен, что магический фон в ближайшее время придет в норму.
– Кей, ты знаешь, для чего предназначены эти чары?
– Нет, он не сказал.
– Их название Холмы Вечного Лета, – Ид многозначительно замолчал.
– То есть, это просто чары обогрева?
– Очень мощные чары обогрева, – уточнил дух. – Будучи активными, они потребляют огромное количество энергии.
– Так, магический фон наоборот, упадет?
– Нет, вероятно, установится примерно как раньше. Но теперь вы не сможете их отключить. Точнее – не захотите, потому что иначе уровень волшебной энергии снова вырастет.
– Значит, нас ждет жаркое лето, – сделал вывод я. – Хорошо еще, что учебный год начинается осенью. Не так уж все и страшно.
– Это если не произойдет новый всплеск, – хмуро ответил Ид. – Кроме того, даже я не знаю, какие еще будут последствия.

Директор и дух замка оказались правы – примерно через двенадцать часов после актицации чар магический фон пришел к условной норме. На следующий день было объявлено, что колдовать можно без опаски. Казалось, школа возвращается к своему обычному распорядку.
Дамблдор с утра и до ночи где-то пропадал, изредка появляясь лишь на ужине в Большом зале. В его отсутствие Хогвартс посетила министерская комиссия, и, честно говоря, ее члены скорее походили на шпионов из бульварного романа, чем обеспокоенных образованием детей чиновников. Тут и без плащей со скрывающими лицо капюшонами понятно, что дело передали в Отдел Тайн.
Первые звоночки последствий, на которые намекал Ид, зазвенели примерно через неделю после происшествия. В окресностях замка стало намного теплее, снег растаял, начала бурно расти зелень, которую тут же облюбовали взявшиеся из ниоткуда стайки пикси. На опушке Запретного Леса можно было все чаще заметить различное магическое зверье. Смелея с каждым днем, по берегу озера прогуливались единороги, в небе резвились фестралы и гиппогрифы, акромантулы на виду у всех плели огромное гнездо из паутины. Апофеозом стало прибытие к стенам замка враждебно настроенных кентавров. Их вожак, не стесняясь в выражениях, обвинил магов в «краже волшебства» и потребовал, чтобы людишки немедленно убирались прочь.
В итоге Дамблдору пришлось вызывать авроров. Меня на переговоры не приглашали, но нетрудно догадаться, какие там использовались аргументы. В итоге было решено, что кентаврам помогут перебраться в Грецию, где более подходящий для них климат.
Я же, злоупотребляя маховиком времени, окопался в комнате-по-требованию. Благо, приобретенная способность понимать написанное на любом языке позволяла прочесть самые древние тексты.
– Кей, – рядом материализовалась Тинриэль, сжимавшая в руках кипу газет. – Смотри, что я нашла.
По моей просьбе невидимая эльфийка отправилась в Ньюгрейдж, осмотреться. Она должна была искать следы проведенного ритуала и слушать разговоры людей, вдруг те что-то заметили?
Как оказалось, маглы, проживающие вблизи второго по значению источника магии Британских островов, наблюдали в небе загадочное свечение и слышали странный гул. Страницы желтой прессы пестрели различными версиями: метеорит, падение летающей тарелки, Черная Месса дьяволопоклонников… Но самым необычным было то, что некоторые утверждали, будто лишились всех воспоминаний за тот день!
Настораживало и подозрительное невнимание к происшествию «Ежедневного пророка» – на первых полосах печатались светские сплетни, и лишь в самом конце имелась кратенькая заметка о переполохе в Хогвартсе.
– Маги как всегда, закапывают голову в песок, – я вздохнул. – Похоже, мне опять придется взять все в свои руки. Но прежде следует узнать, что там случилось. В идеале, было бы неплохо просмотреть воспоминания свидетеля, если мы такового найдем.
– Ньюгрейдж – плохое месть, – Тинриэль зябко поежилась. – Люди сильно напуганы. Среди них ходят слухи, будто бы несколько человек забрали в полицию и потом они пропали.
– Еще и магловские спецслужбы, – пробормотал я. – Вот они-то нам и помогут.

Благотворительный ужин был в самом разгаре. Играла приятная фоновая музыка, гости негромко переговаривались, слуги разносили подносы с напитками. Устроившись за столиком в углу, Джон поглядывал на часы. Присутствие на подобных мероприятиях было обязательным и он, увы, не мог себе позволить такую грубость, как ранний уход.
– Добрый вечер, мистер Мейджер, – не спрашивая разрешения, незнакомец отодвинул стул и сел напротив.
– Кто вы такой? – премьер-министр оглянулся, собираясь дать сигнал тревоги своим телохранителям.
– О, прошу прощения, должно быть вы не узнали меня в костюме, – мужчина провел рукой по плечу, стряхивая невидимую пыль. – Должен признаться, мантии мне больше идут. Корнелиус Фадж, к вашим услугам.
– Фадж? – Джон повернул голову и внимательно осмотрел навязчивого собеседника. – Настоящий или тот, кто им притворялся, чтобы заполучить материал для жертвоприношений?
– Похоже, мой маленький секрет раскрыт. Ладно, можете называть меня… Ритуалист, – мужчина вытащил из кармана подвеску в виде песочных часов.
– Что это? – настороженно спросил премьер-министр.
– Маховик времени, – маг постучал чем-то спрятанным в ладони по артефакту и внезапно зал погрузился в тишину.
– Что вы сделали? – Джон вскочил на ноги. Люди вокруг застыли, словно в детской игре.
– Знаете, обычно волшебники используют маховики, чтобы пережить одни и те же часы дважды, – маг поставил артефактна стол. – Лично я предпочитаю другой способ их применения – остановку времени. Наш с вами разговор займет всего секунду, и никто посторонний не в силах ему помешать или записать.
– Это ультиматум? – уточнил премьер-министр, к которому начало возвращаться спокойствие. Все же, переговоры были его стихией.
– Скорее, приглашение к сотрудничеству, – Ритуалист улыбнулся, демонстрируя выскользнувший из рукава кинжал. Быстрый взмах, и стоявший на столе графин поднялся в воздух и наклонился, наливая содержимое в хрустальный бокал. – Вы в курс произошедшего пару недель назад в Ньюгрейдже?
– Так это ваших рук дело?
– Разумеется, нет. Я бы ни за что не допустил столь эпической катастрофы. К сожалению, ее последствия оказались очень неприятными и нарастают до сих пор, как снежный ком. Я был вынужден вмешаться и исправить чужую ошибку.
– Дайте угадаю, и для этого вам потребуется пара сотен приговоренных к высшей мере наказания преступников? – предположил Джон.
– Кислятина, – маг пригубил вино и отставил бокал в сторону. – Нет, пока мне требуется свидетель, чтобы считать его память. Хочу узнать все о проведенном там ритуале.
– Тогда почему бы вам напрямую не спросить своих коллег?
– Не могу, – ответил Ритуалист. – В лучшем случае, меня ждет пожизненная путевка в Азкабане. Вы ведь знаете, что это за место. Кстати, как королева относится к тому, что в одной из тюрем ее страны заключенных подвергают постоянным психологическим пыткам и содержат в ужасных условиях?
– Волшебный мир отделен от мира нормальных людей, – премьер-министру не нравилось, куда стал клониться разговор. – Королева не несет ответственности за тамошние порядки.
– Вот как? Тогда, думаю, мы легко придем к согласию, – Ритуалист улыбнулся. – Ведь по законам вашего мира у вас против меня ничего нет. И я могу предложить свою помощь, как независимый консультант по оккультным вопросам, исключительно на добровольных началах.
– Что, если я скажу «Нет», – спросил Джон.
– Большинство магов считает, будто маглы, если тем станет известно о существовании волшебства, тут же сядут им на шею, – Ритуалист изобразил магический пасс. – Но мы ведь с вами знаем, что при всем желании это невозможно. Маги вам не интересны, ведь их продукция, которая могла бы дать вам преимущества в разведке или войне не работает в руках простецов. Иначе бы вы скупили все запасы в Косом переулке и заключили контракты на поставку оружия и артефактов с гоблинами.
– Вы правы, проблема использования волшебства действительно имеет место, – не стал отрицать очевидного премьер-министр. – Но какое она имеет отношение к происшествию в Ньюгрейдже?
– Колебания магического фона влияют на всех, вне зависимости от способностей к колдовству, – Ритуалист вздохнул. – Боюсь, через несколько месяцев вы столкнетесь с резким всплеском раковых заболеваний и различных патологий, ростом смертности. И это только начало…
– Что вы предлагаете?
– Прежде всего, необходимо выяснить, что натворили те идиоты, – маг криво улыбнулся. – Тогда мы, возможно, поймем, как вернуть систему в равновесие.
– Итак, вам нужен свидетель или записи видеокамер, – уточнил премьер-министр. – Как я смогу с вами связаться?
– С помощью специального артефакта, – Ритуалист извлек из кармана маленькую брошюру и коснулся ее своим кинжалом. Через секунду в его руках был объемный блокнот в твердом переплете. – Листы зачарованы протеевыми чарами. Все, что вы напишите здесь, появится в связанной с ними копии, которая находится у меня.
– Давайте обговорим более подробно условия сотрудничества, – премьер-министр постучал пальцами по столу.
– Условия просты: вы предоставляете доступ ко всем свидетельствам того, что произошло в Ньюгрейдже, а также обеспечиваете материальную поддержку, – маг взмахнул кинжалом, освобождая бокал от налитого в него вина. – Я не буду против, если вы наймете кого-нибудь для перекрестной проверки, но это должен быть действительно компетентный волшебник. Как минимум – Мастер Ритуалистики.
Лжефадж слегка наклонил голову и взял оставленный на столе маховик времени. Премьер-министр невольно вздрогнул, когда помещение вновь наполнилось гулом толпы и негромкой фоновой музыкой.
– Стойте, – попытался было задержать собеседника Джон, но тот уже исчез.

– Кей, что ты знаешь о ритуальной магии? – вопрос Дамлдора, с задумчивым видом смотревшего в окно, застал меня врасплох.
– М-м, – я «нечаянно» уронил стопку оставленных Макгонагл документов и принялся шумно их собирать.
– Твой дед, Девид Морроу, извесен как один из немногих специалистов в этой сомнительной отрасли волшебства, – профессор обернулся, покачал головой и одним взмахом палочки собрал рассыпанные бумажки.
– Мама тщательно контролирует наше с ним общение. Она против любой темной магии.
– Да, но ты жил с ним, на его острове, – Дамлдор посмотрел мне в глаза.
– До одиннадцати лет, став срарше я проводил большую часть года здесь, в Хогвартсе. После первого курса мы с ма ездили к нему лишь один раз, на две недели. Какое уж там обучение, даже толком не пообщались!
– Жаль, – профессор огорченно покачал головой, подошел к камину и бросил в пламя горсть дымолетного порошка. – Отдел Тайн, четвертый зал.
Наблюдая за тающими зелеными искрами, я невольно задался вопросом: неужели все настолько плохо, что Дамлдор был готов привлечь еще не закончившего обучение подростка? У них что, нет ни одного нормального ритуалиста? Пожалуй, стоит поговорить с матерью, а то как бы ее не убедили участвовать. Дед рассказывал, как несладко потом приходится таким вот внештатным консультантам.
Оставив бухгалтерские документы в покое, я быстрым шагом покинул директорский кабинет. Дойдя до небольшого уединенного закутка, вызвал Тинриэль и приказал эльфийке перенести меня в родной дом.
На первом этаже было пусто. Пришлось подниматься на второй и по очереди стучать во все комнаты.
– Оставьте меня в покое! – ее голос звучал глухо и как-то обреченно.
– Мама, нам надо поговорить, – я повернул ручку и распахнул дверь. – Ты плачешь? Кто тебя обидел? Если Натан, ему не жить!
– Сынок, ты должен быть в школе, – она вытерла слезы и натянуто улыбнулась. – Ничего особенного не случилось, просто, мне было грустно.
– У меня, как у директора, есть некоторые привелегии, – я вытащил из кармана маховик времени. – И это.
– Ох, Кей, – ма встала, подошла ко мне и крепко обняла.
– Кто бы тебя не расстроил, теперь у него серьезные неприятности. Рассказывай!
– Ладно, – она немного помолчала. – Ты все равно узнаешь. Мой отец…
Послышались сдавленные всхлипы.
– Дед? С ним что-то случилось? – тут же встревожился я.
– Только не вини себя, Кей… Папа все носился с твоей идеей, вкладывал деньги в чертову лабораторию, – ма выпрямилась и сжала добела кулаки. – Они секвестировали геном, или как это правильно называется… и научились определять, в чьих жилах течет кровь магических существ. Сынок, твоя бабушка, моя мать, была одной из них!
– Ну и что?
– Отец был в ярости! Он отрекся от нас и вычеркнул из семейного древа, проклиная все те годы, что хранил верность умершей жене, – ма снова расплакалась.
– Мама, успокойся, – я погладил ее по руке. – Рано или поздно, он пожалеет о своих словах и придет извиняться.
– Спасибо, Кей, – ма меня обняла. – Наверное, мне надо было это услышать. Смотри, слезы уже почти высохли. Теперь, может быть, ты расскажешь о причине своего визита?
– Ах да, мам, ты слышала об аномально высоком магическом фоне в Хогвартсе?
– Да, в Пророке что-то такое писали, но, вроде бы, ситуация нормализовалась, – она нахмурилась.
– Репортеры пошли на поводу у Министерства и напечатали успокоительную ложь для обывателей. Пару дней назад я случайно подслушал разговор Дамлдора с одним из шаставших по школе невыразимцев. Так вот, все это как-то связано неудачно проведенным ритуалом в Ньюгрейдже.
– Кей!
– Мама, пообещай, если к тебе обратятся за консультацией по любым вопросам касательной ритуальной магии, ты откажешь! Скажи им, что ничего не знаешь и вообще, порвала с дедом!
– Ты так трогательно обо мне заботишься, – она снова улыбнулась. – Не беспокойся, мне прекрастно известно, чем чревато подобное сотрудничество. Твой директор уже приходил, и, разумеется, я заявила, что не разбираюсь в этой тематике. Стоило больших трудов его выпроводить, пришлось даже пообещать, что поговорю с отцом насчет схемы ритуала, которую он оставил.
– Схема? У тебя есть схема?
– Там, на столе, – отмахнулась ма.
Я бросил взгляд в указанном направлении и тут же отвернулся. Позже отправлю Тинриэль, чтобы та сделала копию. А пока – пусть мама пребывает в неведении относительно моих знаний в ритуалистике.
– Сынок, что это ты так заволновался?
Проклятье, должно быть моя реакция была слишком резкой и она что-то заподозрила.
– Мам, а тебе не кажется это странным? Ты, конечно, не первая встречная, но для Дамблдора ты совершенно посторонняя волшебница.
– Мне это тоже не нравится, – ма нахмурилась. – Но он был очень настойчив.
Мы немного помолчали, каждый думая о своем.
– Кстати, сынок, что ты сделал со своими волосами? Все-таки, обрезал? Или так и ходишь со скрывающим амулетом?
– Нет, увы, это оказалось невозможно. Ножницы рассыпаются в пыль, а заклинания вызывают очень неприятные ощущения, не принося ожидаемого эффекта, – я нащупал невидимую руну на заколке и влил в нее толику магии. Артефакт с щелчком раскрылся, высвобождая целый водопад волос.
– Кей, – в глазах матери плясали озорные искры. – Жаль, что ты не девочка.
– Ма!
– Шучу. Откуда у тебя эта штука?
– Сам сделал, – я решил немного похвастаться. – Артефакт поддерживает открытый пространственный карман, в который убирается вся лишняя масса. Фиксируешь его на нужной длине волос, и прическа готова.
– Можно попробовать? – она сняла резинку и расчесала заклинанием свою гриву. Следующие полчаса ма со все возрастающим азартом игралась с моим творением, изобретая все новые и новые виды укладок. – На редкость удобная заколка. Не спадает и голове с ней легко. Кей, ты не одолжишь мне ее ненадолго?
– Да, бери, в Хоге есть еще запасная, – я улыбнулся.
– Спасибо, сынок, – меня поцеловали в щечку. – Ты молодец, артефакторика интересное и очень доходное искусство, не то, что эта темная магия. Через пару лет у отбоя от клиентов не будет.
– Посмотрим, на мне еще школа, не забывай.
– Кстати, Кей, как ты относишься к идее отправиться летом на Кипр? Натан завершает важный проект вместе с греческими коллегами и хочет отметить успех всей семьей.
– Положительно, – я вскинул голову, услышав «тревожный колокольчик».
Наша магическая сигнализация была создана еще в начале 80-х, когда в волшебном мире царили хаос и неразбериха, и имела несколько вариаций. Авроры, Пожиратели смерти, магловские стражи порядка – каждой категории незваных гостей соответствовала своя собственная мелодия. Активировать ее мог любой из имевших специальные браслеты слуг или повреждение охранных чар.
– Странно, Марвин не стал бы поднимать тревогу без острой необходимости, – ма подошла к окну и осторожно выглянула, прячась за зановеской. – Во дворе почти дюжина авроров, расставляющих по периметру какие-то артефакты. И один из них трясет бумажкой перед лицом нашего дворецкого.
– Похоже на обыск. Мам, у тебя ведь нет тут ничего запрещенного?
– Разумеется, нет, разве что… – мы синхронно повернулись к столу, на котором лежала стопка оставленных Дамбдором документов.
– Инсендио! – она бросила опасную улику в камин и взмахнула волшебной палочкой, но ничего не произошло. – Фламме!
– Мама, перестань, это пергамент из шкурки саламандры.
– Эванеско! – заклинание исчезновения тоже дало сбой.
– Тори! – я попытался призвать одного из хогвартских эльфов. – Проклятье, похоже, незваные гости притащили что-то блокирующее простанственные перемещения.
– Что же делать? – ма заметалась по комнате. – Спрятать в сейф?
– Найдут, особенно если знают что искать.
– Сынок, – обреченно прошептала она. – Иди в свою комнату…
– У меня есть идея, – я достал маховик. – Когда, говоришь, приходил Дамлдор?
– Утром, около десяти.
– Отлично, пять часов назад. Времени хватит. У тебя нет больше ничего, к чему могли бы придраться?
– Нет. Ты же знаешь, как я отношусь к темной магии.
– Хорошо. Теперь слушай меня внимательно: получив от Дамблдора документы, ты не решилась хранить их дома, а отвезла в банк и оставила в ячейке на имя дражайшего директора. Если они ему нужны, пусть забирает и катится ко всем чертям.
– Не получится, Кей. Если я сейчас исчезну, мало ли что тут найдут.
– Ладно. Кто из слуг сегодня наименее занят?
– Дай подумать… Наш повар, Сильвия. Поставщик что-то там напутал и привез не те продукты.
– В таком случае, отправим в банк ее. И еще, после визита Дамлдора ты отправила письма с приглашениями Катрин и Эрлу, – надеюсь, подруга-журналистка и семейный адвокат помогут матери выпутаться из этой истории с наименьшими потерями.
– Надеюсь, все получится, – она на секунду задумалась. – На парадном входе месяц назад установили видеокамеру, так что пользуйся черным.
– А Дамблдор входил через него?
– Да, а что?
– Если они действительно здесь из-за схемы, предъяви запись аврорам. Я сделаю так, что Сильвия покинет дом через несколько минут после уважаемого великого мага. Пусть все видят: ты избавилась от «забытых» главой Визенгамота документов не читая.
– А если он скажет, что оставил их намеренно, желая получить консультацию отца?
– И публично признает свою связь с признанным темным колдуном и то, что собирался предоставить ему секретную информацию? Дамблдор опытный политик и ни за что не допустит такого урона своей репутации. Только сама первой не упоминай документах. Быть может, это случайная проверка, устроенная министерством с целью создать видимость дейтельности. Ты рассказывала, как они делали это во время прошлой войны.
– Хорошо, – ма обняла меня, словно перед долгим расставанием. – Будь осторожен!
– Не бойся, уже все решилось, – я подмигнул ей и, засунув под мышку папку с документами, повернул песочные часы маховика на шесть оборотов назад, чтобы оказаться дома за час до прихода дражайшего коллеги.
В миг перехода комната погрузилась в полумрак. Верхний свет был погашен, шторы задернуты. Сейчас мама, должно быть, завтракает в столовой на первом этаже. Есть небольшой риск нарваться на кого-то из слуг, хотя…
– Тинриэль! – шепотом позвал я.
Эльфийка материализовалась с тихим хлопком и уставилась на меня в ожидании приказов.
– Стань невидимой и выгляни в коридор. Мне нужно незаметно пробраться в мою комнату.
 
KelsДата: Воскресенье, 12.08.2018, 14:50 | Сообщение # 255
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
Открывая папку, я в глубине души переживал, что часа на изучение оставленной Дамлдором схемы ритуала не хватит. Увы, эти подозрения не оправдались. Тут и было-то всего четыре листа, на каждом из которых стоял штамп отдела тайн строго для внутреннего пользования. Судя по комментариям на полях, маги намеревались перераспределить потоки волшебной энергии вдоль линии Ньюгрейдж-Хогвартс. Это должно было, с одной стороны, снизить число маглорожденных в Шотландии и на севере Великобритании, и, в то же время, усилить источники нескольких избранных мэноров.
Их план мог бы увенчаться успехом, если бы разработкой занимался кто-то один, а не целая группа «экспертов». Но ритуал это вам не рецепт зелья, который достаточно в точности повторить для получения приемлимого результата! Эффект ритуала в большей мере зависит от воли и веры исполнителя и от его понимания принципа действия. А тут же даже руны опорного конструкта троились и четверились оттенками смыслов…
На последнем листе был перечень того, что предполагалось использовать в качестве жертвы. Кровь дракона или единорога. Они, вообще, в своем уме? Важна не пролитая биологическая жидкость, а сам акт смерти! Невыразимое Ничто, Абсолютная Истина, Сердце Планеты, то, откуда появляются и в чем исчезают души. Касаясь Его, волшебник способен управлять окружающей магией на самом глубоком уровне. Убийство часть ритуала, которую нельзя заменить… или можно? Инцидент, с Уизли и Поттером! То, что овладело Джинни, по-видимому, намеревалось переселиться в мальчишку. Секс. Зачатие – противоположность смерти…
– Дамблдор собирается уходить, – эльфийка осторожно подергала меня за рукав.
– Ты уже отправила те письма? Умница, – я остановил зачарованное перо, переносившее заметки невыразимцев вперемешку с моими мыслями на бумагу и убрал документы обратно в папку. – Теперь мне нужно спуститься вниз, на кухню, но так, чтобы нас никто не заметил.
Она кивнула и взяла меня за руку, делая нас невидимыми. Стараясь не издавать ни звука, мы прошли по пустому коридору и миновали лестницу.
– Сильвия, – тихо окликнул я стоявшую возле открытого холодильника девушку.
– Кей? Разве ты не должен быть в школе?
– Не важно. Обливейт. Ты занималась своими делами, когда пришла госпожа Аманда. Она приказала отложить все, срочно отправиться в банк и оставить документы в ячейке на имя Альбуса Вульфрика Персиваля Брайана Дамлдора. Теперь иди.
Девушка в прострации кивнула и направилась к выходу из кухни. Мне оставалось только прикрыть за нее дверцу холодильника.
– Тинриэль, перенеси нас в замок, в мою комнату.
Оказавшись у себя, я первым делом сжег измятую записку и убрал Эванеско пепел, затем написал новую, ее точную копию, которую позже эльфийка снова подкинет мне во время обеда в Большом Зале.

Очередное совещание в Отделе Тайн ознаменовалось принятием весьма спорного решения. Дамблдору очень хотелось воспользоваться своим правом вето, но ситуация была критической. Август Руквуд, пожиратель смерти, находившийся в настоящее время в тюрьме Азкабан, прислал главе невыразимцев письмо, в котором предложил помощь в обмен на свободу. В качестве аванса бывший сотрудник отдела тайн разгласил местоположение одного и схронов Волдеморта. Несколько обнаруженных там ветхих свитков, и, самое ценное, записи с комментариями к ним Того-Кого-Нельзя-Называть, сейчас изучались специалистами.
– Итак, мы переводим Руквуда под домашний арест, – глава отдела тайн кивнул секретарю, который тут же принялся подготавливать соответствующий приказ на подпись министру магии. – Следующий вопрос: обыски в домах, принадлежащих лицам, связанным родственными связями с известными темными магами.
После этих слов по столу разлетелись листы с именами и адресами. Дамблдор взял свой экземпляр и быстро просмотрел. На удивление, здесь почти не было фамилий чистокровных. А ведь те же Малфои, по слухам, веками занимались коллекционированием смертельно опасных артефактов и гриммуаров.
– Андерсы? Уильям, они-то как оказались в этом списке, – удивился глава Визенгамота. – Аманда милая девочка, искренне питающая отвращение ко всему, что связано с темной магией.
– Какую бы фамилию она сейчас не носила, эта женщина дочь того самого Девида Морроу. Если в ее доме не окажется ничего запрещенного, ей принесут извинения.
– Прошу прощения, я только что вспомнил об одном срочном деле, – Дамблдор взмахнул палочкой, кастуя невербальный Темпус. – К сожалению, мне надо сейчас уйти. Надеюсь, мы успели обсудить все важные вопросы?
– Одну минуту. У кого-нибудь есть дополнения к данным спискам? Нет? В таком случае, они утверждены. Обыски будут проводиться сотрудниками нашего отдела совместно с аврорами. Секретарь, подготовьте соответствующий приказ. На этом объявляю собрание закрытым, следующее состоится завтра, в четырнадцать часов.
Как Дамблдор не спешил, но покинуть здание Министерства ему удалось только через полтора часа. На выходе из атриума его перехватил Люциус Малфой и, как глава Совета Попечителей, загрузил вопросами по подготовке к следующему учебному году. Затем к ним присоединилась Миранда Кроу, чиновница из отдела образования. Чтобы вырваться из цепких рук этих двоих, директору Хогвартса пришлось пообещать, что он в срочном порядке займется подбором персонала – в связи со всплеском численности маглорожденных волшебников штат учителей планировалось увеличить чуть ли не вдвое.
Наконец, завершив этот утомительный разговор, Дамлдор догадался накинуть на себя чары незаметности и проследовать к площадке для аппарации на втором этаже, предназначенной для технического персонала и домовых эльфов. Оттуда директор школы и глава Визенгамота перенесся прямиком к дому Андерсов. И сразу понял, что опоздал.
Во дворе творился настоящий бедлам: снующие туда-сюда авроры, сваленная в кучу мебель, посуда, одежда, загадочные магловские устройства. Судя по всему, обыск был в самом разгаре.
– Это возмутительно! Эрл, неужели их нельзя остановить?
– Катрин, мне тоже жаль Аманду, но если мы попытаемся вмешаться, то рискуем оказаться в Азкабане за препятствие правоохранительным органам. Таковы законы магической Великобритании.
Дамблдор оглянулся на говоривших. Ими были молодая, броско одетая женщина и мужчина в строгом деловом костюме.
– Я этого так не оставлю! – Катрин вытащила из сумочки небольшое магловское устройство и поднесла его к глазам.
– Если они заметят, что ты их снимаешь, могут быть проблемы, – заметил ее спутник.
– Пф, эти идиоты не отличат фотоаппарат от кофеварки, – женщина усмехнулась. – Ты только посмотри на них! Это кем надо быть, чтобы проверять, не являются ли электрические лампочки темномагическими артефактами.
– Справедливости ради должен заметить, что Аманда наверняка нанесла на них рунные цепочки для защиты от колебаний волшебного фона.
– Кхм, – глава Визенгамота прочистил горло, снимая чары незаметности.
– Ой! – от неожиданности Катрин едва не выронила свое устройство.
– Добрый день, мистер Дамблдор! – громко сказал ее собеседник. – Как верховный судья Великобритании, не соблаговолите ли объяснить, по какому праву проводится обыск в доме моей клиентки?
– А вы?
– Эрл Джордан Коллинз, младший партнер Коллинз и Лейк, – мужчина протянул небольшой прямоугольный листок из плотной бумаги с намисанным на нем именем и символикой юридической фирмы.
Дамблдор повертел в руках визитку и вернул ее владельцу.
– Очень жаль, что вам пришлось стать свидетелями этого неприятного зрелища, – глава Визенгамота кивнул в сторону творящегося во дворе дома Андерсов бедлама. – Похоже, произошло страшное недоразумение, и в вашем присутствии нет никакой необходимости.
– Мы останемся, – с вызовом ответила Катрин.
Ее спутник молча скрестил руки на груди, не сводя глаз с авроров.
Дамлдор вздохнул и покачал головой. Коллинз и Лейк были филиалом известной американской юридической фирмы, появившемся в Лондоне примерно через месяц после исчезновения Волдеморта. Они не защищали преступников и не пытались отмазать от Азкабана Пожирателей Смерти. Нет, эти адвокаты сделали нечто безумное – предъявили иск самому Министерству Магии Великобритании от имени иммигрантов, сбежавших в США и другие страны под давлением террора упиванцев. Волшебное правительство было обвинено в неспособности обеспечить соблюдение элементарных гражданских прав!
В связи с очевидным конфликтом интересов дело не могло рассматриваться в британском суде. Не желая ронять и без того подмоченную репутацию, Министерство Магии Великобритании предпочло договориться иммигрантами, выплатив им значительную сумму денег, а также выкупив по несколько завышенным ценам недвижимость.
– Как пожелаете, – Великий Волшебник нарочито небрежно пожал плечами и, взмахом палочки отворив перед собой кованную дверь, прошел на территорию поместья Андерсов. Его действия тут же привлекли внимание авроров.
– Альбус Дамблдор, председатель Визенгамота! – Аманда разъяренной фурией подлетела к пожилому магу и всучила небольшой продолговатый предмет с прицепленной биркой. – Потрудитесь объяснить, что все это значит!
– Девочка моя, успокойся. Я уверен, произошло недоразумение…
– Недоразумение? Вы только посмотрите, какой разгром они учинили! – женщина всплестнула руками.
– Мы выполняем свою работу, мэм, – к Дамблдору подошел аврор с причудливо украшенной дубинкой. – Пожалуйста, покажите вещь, что вам только что передала миссис Андерс.
– Да, конечно, – Великий Волшебник разжал ладонь, показывая означенный предмет.
– Проверка займет всего несколько секунд, – маг провел своим артефактом над безделушкой и тут же потерял к нему интерес. – Все в порядке, никаких чар.
– Что это? – спросил Дамблдор, когда аврор вернулся к куче сложенных во дворе вещей.
– Ключ от ячейки. На бирке название банка, – прошипела Аманда. – Хорошо, что мне хватило ума не хранить вашу документацию дома! Через неделю я отправила бы ее отцу, но теперь – разбирайтесь со всем сами!
– Но…
– С меня хватит! Не желаю слушать бесполезные оправдания, – женщина вздернула носик и, развернувшись на каблуках, направилась к уже проверенной аврорами беседке. – Эмма, принеси чай и пригласи гостей, пусть у них будут лучшие места на это безобразие!

Уже на следующий день после обыска в доме Андерсов в Пророке вышла разгромная статья. Она заняла всю первую страницу и сопровождалась фотографиями «процесса» и «последствий». Бегло проглядев ее, Дамблдор схватился за голову. Его присутствие было истолковано как молчаливое одобрение и даже… попытка оказать давление на младшего коллегу. Да-да, газета взяла и раскрыла тщательно оберегаемый руководством Хогвартса секрет о том, что школа выбрала нового директора!
Шквал вопиллеров заставил великого мага морщиться и заедать стресс лимонными дольками. Кей же только развел руками на просьбу внести изменения в защитные чары. И это при том, как легко он обнаружил анимага-крысу!
Порядком взвинченный (письма приходили каждые несколько минут), великий маг отправился в Министерство, где его огорошили новостью, что Аманда подала иск с требованием возместить причиненный обыском ущерб. Огромным сюрпризом стала его сумма – полмиллиона галеонов! И юридический отдел, ознакомившись с претензией, посоветовал не доводить до суда (который должен был бы состояться в другой стране), а заключить мировое соглашение, оплатив стоимость испорченных артефактов (копии договоров клиентов миссис Андерс, ожидавших поставки аналогичных товаров, прилагались).
– Альбус, есть срочные новости, – из камина выглянуло обеспокоенное лицо Кроакера. – Совещание через пять минут.
Дамблдор вздохнул, убрал вазочку с мармеладными дольками в шкаф и попросил Фоукса перенести его в министерство. Великий Волшебник почти бегом преодолел атриум и нырнул в лифт, взмахом палочки устанавливая нужный этаж.
Спустя полминуты маг вошел в кабинет главы Отдела Тайн. Там уже присутствовало пятеро имеющих самый высокий уровень допуска сотрудников.
– Уильям, что случилось? – спросил он, кивком попроиветствовав собравшихся.
– Альбус, ты вовремя, присаживайся, и мы начнем, – хозяин кабинета открыл пухлую папку и извлек оттуда самую обычную магловскую фотографию. Качество ее оставляло желать лучшего – блеклые цвета, смазанные очертания, ужасный выбор ракурса. На снимке были изображены два человека. Один из них сидел спиной к оператору. Второй был мертвенно бледен и как будто чем-то напуган. – Знакомьтесь, это Ритуалист.
Глава Отдела Тайн указал палочкой на человека, чьего лица не было видно.
– Кто? – удивился Дамблдор.
– Мы думаем, это тот, кто прошлым летом поработал над защитными чарами Хогвартса, – маг повернул фотографию, позволяя всем остальным лучше ее рассмотреть. – Второй человек на снимке – магловский премьер-министр. Мы следили за ним, предполагая, что Ритуалист вновь выйдет с ним на контакт.
– Что ему нужно? Снова, жертвы? – помрачнев, спросил Дамблдор.
– Нет, он интересуется всплеском магии в Ньюгрейдже, – Уильям Грей, глава Отдела Тайн обвел всех присутствующих внимательным взглядом.
– Подождите, но если за маглом следили, то, значит, его схватили? – спросил Кроакер.
– К сожалению, нет. Ритуалист очень хитер, – взял слово невыразимец с накинутым на голову капюшоном. Из-за своей паранойи этот человек никогда не показывал своего лица. – Несмотря на постоянную слежку, мы узнали об этой встрече лишь спустя несколько дней по косвенным данным. Магловский премьер-министр наводил справки по своим каналам относительно происшествия в Ньюгрейдже, а его охрана тщательно изучала все фото и видео материалы с приема, на котором был сделан этот снимок. Судя по тому, что нам удалось выяснить, их разговор прошел в остановленном времени.
– У него был маховик времени? – Дамблдор пригладил бороду. – Может ли это быть кто-то из работающих в Отделе Тайн?
– Исключено, – Грей покачал головой. – Если бы кто-то из моих сотрудников настолько хорошо разбирался в ритуалах, ему бы не пришлось скрывать свои знания.
– Уильям…
– Нет, Альбус! Мы так старательно изничтожали все темное и запретное, что теперь некому разобраться с появившимися на горизонте проблемами. Вы видели статистику по магическим выбросам? Обливиаторы к концу дня чуть ли не падают с ног от истощения из-за частых аппараций и заклинаний изменения памяти. Между тем, артефакты регестрируют усиливающиеся колебания фона в районе Стоунхеджа. Напомню, там находится третья вершина Мистического Треугольника британских островов. Если этот источник магии увеличит свою активность подобно Хогвартсу и Ньюгрейджу, начнется хаос.
– Вы собираетесь с ним сотрудничать? – Дамблдор не скрывал своего отрицательного отношения к этой идее.
– Для начала – хотя бы узнать почему наш ритуал не удался, – ответил невыразимец. – Он хотел опросить маглов-свидетелей… что ж, мы можем предоставить ему воспоминания присутствовавших там магов.
 
KelsДата: Воскресенье, 12.08.2018, 14:51 | Сообщение # 256
Посвященный
Сообщений: 52
« 167 »
Неделю спустя после моей встречи с магловским премьер-министром в тетрадке, зачарованной протеевыми чарами, появилась первая запись. Мистер Мейджер предлагал встретиться в поместье на окраине Лондона.
– Кей, ты ведь не собираешься туда идти? – спросила Тинриэль. – Вдруг это ловушка?
– Не беспокойся, мы предпримем все возможные меры предосторожности, – ответил я, перебирая артефакты. Портключ, амулет с чарами иллюзии чужой внешности, браслет с активирующимся в случае опасности заклинанием щита и, конечно же, возвращенный Малфоем негатор. Если бы только этот напыщенный чистокровный знал, какое мощное оружие он отдает, то ни за что бы не выпустил его из рук. К счастью, информация обо всех возможностях подобных артефактов была благополучно скрыта моими коллегами по ремеслу.
– А вдруг маглы используют снотворный газ или контактный яд? – спросила наблюдавшая за моими действиями эльфийка.
– Я наколдую чары головного пузыря. Под иллюзией их даже никто не увидит.
– Но…
– На крайний случай у меня есть портключ и негатор. Даже если там стоит антимагический щит, мне хватит энергии, чтобы пробить его и исчезнуть.
– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – Тинриэль вздохнула. – Но если что – тут же зови меня!
– Конечно, подай старящее зелье.
– Доза рассчитана на десять часов, – эльфийка щелкнула пальцами, материализуя небольшой флакончик с темными стенками на круглом подносе.
– Спасибо, – я разделся и мелкими глотками опустошил сосуд. По телу пробежали мурашки, от которых тут же заныли мышцы и кости. Корни волос отозвались противным покалыванием, увеличивая и без того длинную шевелюру на добрых полметра. Ладно, на этот случай у меня есть замечательные артефактные заколки собственного изготовления.
Поцокав языком, эльфийка тут же скрутила мои волосы в жгут и зафиксировала их шпильками. Затем она материализовала заранее приготовленную одежду и помогла облачиться в строгую черную мантию. После этого наступил черед прически: пряди были аккуратно расправлены, расчесаны и, с помощью заколки, частично спрятаны в расширенном пространстве. В итоге у меня на макушке остался высокий хвост со свисающими до середины спины волосами.
– Только не лак! – я протестующее замахал руками.
– Ну, Кей! – она топнула ножкой, точь в точь, как маленький ребенок, у которого отбирают любимую игрушку.
– Хватит издеваться, остальное довершит амулет с чарами иллюзии.
– Как знаешь, – немного обиженным тоном ответила эльфийка, доставая из ящичка маленькую коробочку с двумя заполненными специальной жидкостью баночками. В них находился еще один штрих моего нового образа – цветные контактные линзы. Помимо изменения внешности эти магловские штуки должны были защитить мой разум от пассивной легилименции. Да, можно было использовать и привычную Пелену, но ее эффекты были весьма характерны и легко узнаваемы.
Я аккуратно вставил зачарованные пластинки в глаза и взмахнул палочкой, активируя вложенные чары.
– Ну, как?
– Выглядит устрашающе, – эльфийка материализовала передо мной ростовое зеркало.
– Да уж, – я вздрогнул, встретив нечеловечески холодный взгляд. Серо-голубые зрачки мерцали мертвенным светом в окружении антрацитово-черной аккантовки радужки.
Образ довершили немного измененные черты лица и ставшие седыми волосы.
– Родная мама не узнает, – заметила Тинриэль.
– Отлично, – я одел прозрачные перчатки, рассовал по карманам подготовленные артефакты и закрепил негатор в навершии посоха. – Стань невидимой и перенеси меня к воротам поместья.

Ричард Коллинз весь день пребывал во взвинченном состоянии. В обычно пустующее поместье, охраной которого он занимался, прибыло около сотни людей. Агенты секретной службы и телохранители какой-то важной шишки тщательно обследовали территорию и установили огромное количество камер. Судя по приготовлениям, здесь должны были произойти чуть ли не тайные переговоры с иностранными дипломатами. Ближе к вечеру ожидалось прибытие особого гостя – но кто это и как выглядит было неизвестно.
Охранник проводил взглядом проехавший мимо дорогой автомобиль и удивленно моргнул. Прямо перед воротами словно из ниоткуда возник неизвестный. Словно назло, в этот момент изображение, передаваемое камерой наружного наблюдения, пошло полосами и превратилось в серую муть.
– Твою мать, – Ричард похлопал по корпусу новенького телевизора. Тот обижено мигнул и выключился. – Это еще что за чертовщина?
– Это он! – Генри Берч, сотрудник секретной службы, потушил сигарету и вскочил на ноги. – Открывай!
Охранник пожал плечами и нажал кнопку на пульте. Ничего не произошло.
– Электричество, что ли, вырубилось, – Ричард щелкнул выключателем. Висевшая на потолке лампочка издала негромкий хлопок и почернела.
– Твою мать, наверняка это его фокусы, – сквозь зубы выругался сотрудник секретной службы. – Надеюсь, вход можно открыть вручную?
– Да, конечно, – Ричард вышел наружу и подошел к кованным воротам. Теперь он смог разглядеть гостя – им был высокий худой мужчина неопределенного возраста с длинными седыми волосами. На неизвестном был одет темный свободный балахон, низ которого почти касался земли. С причудливо украшенным посохом в правой руке, незнакомец походил на ролевика, косплеящего колдуна из книги в жанре фэнтези.
– Премьер-министр здесь? – спросил гость, всречаясь взглядом с охранником.
Ричард икнул и невольно отшатнулся назад. Холодные, мерцающие потусторонним светом глаза, прямо-таки кричали о нечеловеческом происхождении незнакомца.
– Мистер… Ритуалист? – на всякий случай уточнил Берч. – Сегодня вы выглядите иначе.
– На этот раз я решил обойтись без глупого маскарада, – гость стукнул посохом по земле и ворота сами собой распахнулись.
– Позвольте сопроводить вас в дом, – агент секретной службы поклонился и указал на стоящий в тени дерева электрокар. Это была одна трех машин, на которых ездили по территории поместья.
– Боюсь, что в моем присутствии ваша самодвижущаяся повозка откажется ехать, – Ритуалист снисходительно улыбнулся. – Давайте лучше немного пройдемся.
– Как пожелаете, – Берч, играя роль чопорного дворецкого, снова поклонился и пошел вперед, показывая дорогу.
Охранник некоторое время смотрел им вслед, а затем, очнувшись, принялся закрывать ворота, бормоча под нос молитву об изгнании зла.

Следуя за любезным проводником, я незаметно оглядывался по сторонам. В линзы, помимо всего прочего, были также встроены чары мистического ока, подсвечивающие все фонящие волшебной энергией объекты, будь то находящиеся за стенами здания люди или скрытые под землей руны. Так-так, похоже, мистер Мейджер заручился помощью нескольких магов. И один из них особенно силен… Мордред и Моргана, это же Дамблдор!
– Что-то случилось? – спросил проводник, заметив мою остановку.
– Так, увидел кое-кого, кого не ожидал встретить здесь, – я стиснул покрепче древко посоха и нащупал атам в левом рукаве. Надо сохранять невозмутимость и тогда, может быть, не придется драться.
Мы поднялись по лестнице и вошли в распахнутые двери, чтобы оказаться в небольшой округлой зале. Помещение было оформлено в духе средневековья – гобелены на стенах, канделябры и люстры со свечами, круглый деревянный стол в центре со стоящими вокруг него стульями. Все места, за исключением одного, были заняты.
– Добрый вечер, – поприветствовал я присутствующих.
– Ритуалист? – недоверчиво уточнил Дамблдор.
– Рад вас снова видеть, профессор. Как дела в школе? Не было ли побочных эффектов после обновления защиты?
– Альбус, ты ничего не хочешь нам рассказать? – вкрадчивым тоном поинтересовался мужчина с закрывающей отсутствующий глаз повязкой на лице. Мои линзы показывали, что под ней прячется сложный артефакт со вложенными, помимо всего прочего, чарами мистического ока.
– Он лжет, между нами не было никаких договоренностей, – ответил директор Хогвартса.
– Должно быть, вы стерли себе память, как и намеревались, – мои слова вызвали смятение. – Впрочем, это ваше дело. Перейдем к делу. Мистер Мейджер, вы нашли свидетелей, о которых мы говорили в прошлый раз?
Магловский премьер-министр, явно чувстовавший себя не в своей тарелке, хмуро кивнул.
– Погодите, – одноглазый указал на меня палочкой. – Откуда нам знать, что у тебя есть опыт и квалификация, чтобы разбираться с происшествием в Ньюгрейдже?
– А какое подтверждение компетентности тебе нужно? Диплом об окончании академии высшей магии? – насмешливо ответил я, отодвигая пустующий стул и присаживаясь. – Давайте оставим пустые споры и перейдем к делу. Судя по некоторым остаточным следам и постэффектам, там был проведен некий ритуал. Остается только догадываться, зачем это вообще было нужно, но закончилось все катастрофой…
– Не нужно преувеличивать! – перебила меня пожилая женщина с короткой стрижкой и моноклем на левом глазу. – Мы справимся с возросшим числом маглорожденных.
– Амелия Боунс, если я не ошибаюсь? – глава отдела магического правопорядка иногда появлялась на страницах Ежедневного Пророка и потому была легко узнаваема. – Вам мало того, что число пробужденных магов растет в геометрической прогрессии, угрожая разрушить веками поддерживаемый Статут Секретности? Но знаете ли вы, что это лишь маленькая песчинка, по сравнению с событием, которое произойдет когда источники магии окончательно пойдут вразнос? Взрыв Крокатау покажется детским хлопком!
– Взрыв Крокатау? – эхом повторил премьер-министр. – Что это?
Примерно такую же реакцию показывали и маги, недоуменно переглядываясь. Я закатил глаза и покачал головой. Однако, объяснять ничего не пришлось – стоявший за спиной Мейджера то ли секретарь, то ли телохранитель, склонился к его уху и тихонько зашептал.
– Вы намекаете на то, что в центре Англии появится действующий вулкан? – медленно проговорил премьер-министр.
– Лет через пятнадцать-двадцать, да, – ответил я. – Правда, это лишь один из нескольких возможных сценариев развития событий. Но остальные варианты не лучше.
– Что скажете, мистер Дамблдор, – спросил Мейджер. – Насколько можно доверять словам этого человека?
– Кто знает, – директор взмахом палочки отправил ко мне пухлую папку. – Здесь информация, которую вы так хотели получить.
– Не ожидал, что вы так быстро пойдете мне навстречу, – я углубился в изучение документов, впрочем, стараясь не терять бдительности. Записи были чуть более подробными, чем то, с чем Дамблдор приходил к ма. – Перераспределение энергии на второстепенные каналы. В принципе, идея неплоха, но вот исполнение… могу я узнать, имена авторов этого идиотизма?
– Чертов сноб! Еще и издевается! – сидевший рядом с премьер-министром Фадж ударил кулаком по столу и болезненно сморщился. – Амелия, Аластор, сейчас же арестуйте этого чернокнижника!
– А силенок хватит? – насмешливо ответил я, стискивая правой рукой посох. В тот же миг меня окружило свечение защитной сферы.
– Корнелиус, успокойся, – Дамблдор жестом остановил авроров и повернулся ко мне. – А вас, Ритуалист, прошу аккуратней выбирать слова.
Глава Визенгамота сбросил свою обычную маску доброго дедушки и стал буквально излучать волны силы и угрозы. Даже сквозь щит, я чувствовал, будто мне на плечи навесили невидимый груз.
– Простите, в мои намерения не входило оскорблять кого-либо из присутствующих. Однако, ошибки, допущенные теми, кто рассчитывал и подготавливал ритуал настолько вопиющи… словно они надергали данные из разных источников и смешали в кучу, надеясь что как-то все само сработает, – я убрал щит. – Даже ученик не стал бы допускать такую грубую оплошность, ведь первое, что он узнает, становясь на путь изучения ритуальной магии – правило одного!
– Правило одного? – Дамблдор посмотрел на сидящего слева от него мага в старомодном магловском костюме. – Уильям?
– Хм, – мужчина забарабанил пальцами по столу. – Что-то такое вроде бы было в древних свитках… но понять из контекста в чем оно заключается совершенно невозможно. Чаще всего это правило упоминается в начале, в связи с именем волшебника, разработавшего конкретный ритуал.
– Ха-ха-ха, вы и вправду думали, что это всего лишь способ указать автора? – я откинулся на спинку стула и оглядел собравшихся насмешливым взглядом. – Дамблдор, чему вы учите своих студентов?
– Уж точно не темной магии и тому, как совершать жертвоприношения! – с ненавистью ответил Грюм.
– Да будет тебе известно, вояка, не все ритуалы темные, – парировал я. – И только в очень редких случаях смерть является их частью. Но мы отвлеклись от темы. Итак, первое правило ритуальной магии, известное также как правило одного гласит: расчеты, всю подготовительную работу и сам ритуал должен вести один и тот же маг.
– Глупое правило! – фыркнул Фадж. – Причем здесь это?
– В данном случае разработкой занималось минимум пять человек! – я покачал головой. – Ритуалы отличаются от чар. Проблема в их редкости. Частота, с которой применяется то или иное волшебство влияет на его стабильность, постоянство его результата. Возьмем, для примера, Люмос. Каждый из присутствовующих здесь магов использует это заклинание несколько раз в день. Скажите, у кого-нибудь случалась осечка с чарами света?
– Люмос простейшее заклинание! – хмуро ответил Фадж. – Не морочь нам голову!
– О? И чем же оно отличается от остальных заклинаний? Напомню, для колдовства с палочкой достаточно лишь изобразить верный жест, да произнести одно-два латинских слова.
– Другие чары требуют большее количество магической силы! – заявил министр.
– Если следовать этой логике, выучивая, скажем, Протего, студент становится в несколько раз сильнее? Почему освоив новое заклинание, маг может использовать его пять-десять раз подряд, не испытывая истощения?
– Какое отношение эти рассуждения имеют к теме нашего сегодняшнего разговора? – спросил Дамлдор.
– Терпение, профессор, – я позволил себе покровительственную улыбку. – Все дело в том, как работает магия. Произнося волшебные слова и взмахивая палочкой, чтобы активировать те или иные чары, вы обычно знаете, какой эффект это должно произвести. Сотни магов используют одни и те же заклинания для одних и тех же вещей. В результате получается надежная система со встроенной защитой от дураков – если волшебные слова произнесены неправильно или взмах палочки отличается от общепринятого, чары завершаются безобидным пшиком. Ритуалы же в современном мире используются крайне редко. Что-то забылось, что-то осталось за скобками трактатов как незначительная деталь. Добавьте к этому искажение смысла текста при переводе с одного языка на другой, неизбежные ошибки и несовместимость древнеегипетской и скандинавской рунных систем, которые вы смешали.
– То, о чем говорит этот тип – правда? – спросил Фадж.
– Ритуальная магия самая сложная и таинственная ветвь волшебных наук, – ушел от прямого ответа Дамблдор.
– Над этим, – я отодвинул от себя папку. – Работали минимум пятеро. Каждый из них вложил свое, немного отличающееся от остальных, представление о том, как магия будет воплощать поставленную ими цель в реальность. В итоге ведущий, который сам толком не понимал, что делает, утратил контроль над ритуалом.
– Значит, если расчеты и все остальное сделает один и тот же человек, все получится? – спросил мужчина в старомодном костюме.
– Кто знает. С помощью ритуалов можно сделать все, что угодно, – я щелкнул пальцами. – Вот только достижение заявленной цели требует волшебной энергии и, если ее оказывается недостаточно, ритуал не прервется, нет, он выпьет вначале жизненные силы, а потом и душу ведущего!
Сидящие за столом маги побледнели.
– Чуть лучше обстоит дело, если ритуал проводится на источнике, где из земли бьют потоки силы. Но эта помощь обманчива – природную энергию очень сложно контролировать. Если ведущий неосторожно растратит слишком много сил, его резерв тут же начнет быстро восполняться за счет сырой магии. Само по себе это не опастно, но после этого волшебник на некоторое время лишается способности колдовать, и ритуал срывается.
Дамблдор и мужчина в старомодном костюме переглянулись.
– Существуют два способа, позволяющих обойти энергетические ограничения и решить проблему контроля. Первый – жертвы, но вам вряд ли будут интересны такие детали, – увидев, как Аластор Грюм хмурится, я решил сократить свою лекцию. – Что же до второго… хм… этот метод слишком трудный.
– И все же, в чем он заключается? – спросил Дамблдор, подавшись вперед. – Если нужны редкие ингредиенты, зелья – мы все достанем.
– Нет, ничего такого, – я улыбнулся. – Все намного проще и сложней одновременно, ведь для второго способа ведущий должен знать, как работает магия.
– Что за бред! – Фадж даже не пытался вникнуть в мои объяснения. – Магия это магия! Волшебство! Чудо!
– Министр, одна и та же задача может быть решена совершенно разными методами. Представьте себе ситуацию: у вас есть огромное поле, засаженное различными культурами, но вот беда – случилась засуха. Чтобы спасти урожай, необходимо полить растения. Есть три способа сделать это с помощью магии: обойти каждую грядку вручную, колдуя Агуаменти, провести ритуал вызова дождя… или изучить магловские карты погоды и, изменив направление ветра, пригнать тучи на ваше поле и заставить их пролиться на землю. Что вы выберете?
– Хмпф, – Фадж насупился. – Пусть будет второй способ!
– Замечательно, министр, урожай спасен, – я похлопал в ладоши. – Вот только, боюсь, если вы воспользуетесь им, присутствующие здесь аврор Грюм и глава департамента правопорядка Боунс будут вынуждены отправить вас в Азкабан за совершение человеческих жертвоприношений.
– Что???
– Магия не разумное существо, – я развел руками. – Она не будет искать менее энергозатратный способ, а просто постарается исполнить ваше желание, то есть телепортирует тучу откуда-нибудь издалека. Если энергии не хватит, ведущий умрет. Потому-то африканские колдуны, которые практикуют подобные ритуалы, заранее запасаются жертвами и пускают их под нож по мере необходимости.
Фадж насупился.
– Судя по вашему тону, верным является способ номер три, – премьер-министр сцепил руки в замок.
– В этом случае вы сможете обойтись малым ритуалом, и, если провести его на источнике силы, жертв не потребуется. Обратите внимание, второй и третий способы отличаются лишь тем, что в одном случае вы указываете что надо делать, а в другом еще и как.
– Ваши слова многое проясняют, – задумчиво протянул мужчина в старомодном костюме. – Но, надо полагать, в Хогвартсе вы не утруждали себя излишней гуманностью?
– Не понимаю, о чем вы говорите.
– Ты что, забыл о тех несчастных маглах, которых использовал в качестве жертв? – Грюм сверлил меня своим единственным глазом.
– А кто сказал, что для того ритуала требовались жертвы? – ехидно спросил я. – У вас есть свидетели или доказательства? Где тела убитых?
– Все знают, что ты это сделал! Проклятый чернушник! – мракоборец наставил на меня палочку.
– Ложь и клевета. История Сириуса Блэка ничему тебя не научила? Все были безоговорочно уверены, что он предал Поттеров, убил Петигрю и кучу маглов впридачу. Бедолага провел двенадцать лет в Азкабане, – я откинулся на спинку кресла. – Мистер Мейджер, специально для вас поясню: Азкабан это остров-тюрьма для волшебников. Вместо охранников там используют жутких демонических тварей. Эти создания питаются страданиями и почитают за высшее лакомство человеческие души. В прошлом году по приказу мистера Фаджа несколько десятков дементоров (так они называются) были направлены в Хогвартс, якобы для защиты школы от сбежавшего преступника.
– Да как ты смеешь! – красный от злости министр магии был готов взорваться.
– К сожалению, приставленные к ним надсмотрщики не смогли сохранить контроль. В результате этого пострадало множество животных и людей, не волшебников, преимущественно, – ровным тоном продолжил я. – Надеюсь, министр Фадж хотя бы принес извинения за инцидент близ Стандфорда?
– Корнелиус, успокойся. Мистер Мейджер, это был несчастный случай, – Дамблдор взмахом руки осадил готового броситься в бой Грюма.
– Значит, то происшествие было вызвано магией? – медленно протянул премьер-министр.
– Вы не знали? – наигранно удивился я. – Между прочим, лишь магия способна вернуть жертвам сознание.
– Невозможно! – в один голос выдохнули авроры и Фадж.
– Поцелуй дементора необратим, – Дамблдор печально покачал головой.
– Вопреки бытующему в волшебно сообществе мнению, дементоры не питаются душами. Их интересуют лишь эмоции. Во время так называемого «поцелуя» эти твари выпивают их без остатка вместе с памятью. Сознание жертвы превращается в чистый лист. Мозг человека в таком состоянии похож на компьютер, в котором нет ни одной программы. Он функционирует, но не способен обрабатывать и запоминать поступающую информацию, поскольку все алгоритмы о том, как это делать, стерты.
– По-вашему, чтобы привести жертву дементора в чувство, нужно восстановить ее память? – спросил невыразимец. – Если бы это было так просто, то любой легелимент мог бы справиться с последствиями поцелуя.
– Нельзя восстановить то, чего нет. Поцелуй это не обливейт или конфундус, – ответил я. – Заклинания всего лишь рвут ассоциативные связи. Воспоминания остаются в памяти, но человек не обращается к ним, потому что не помнит о них. Дементор же стирает все подчистую, форматирует мозг, словно жесткий диск компьютера.
Помощник премьер-министра снова наклонился к уху начальника и что-то прошептал.
– Тогда какой толк от этих рассуждений? – раздраженно фыркнул Фадж.
– Министр, вы знаете, что такое ментальный отпечаток? – спросил я. – Вы оставляете его на любом предмете, к которому прикасаетесь. Маги-художники используют специальное заклинание, чтобы перенести эти отпечатки портреты. Так вот, теоретически возможен обратный процесс, в ходе которого отпечаток переносился бы обратно на того, с кого был снят. На находящегося в здравом уме и твердой памяти это никак не повлияет, но вот если внедрить его в разум жертвы дементора, там появится что-то вроде копии сознания оригинала. В качестве источника слепка можно использовать личные вещи, которыми жертва часто пользовалась. Конечно, на полную реабилитацию уйдут месяцы и новая личность будет несколько отличаться от первоначальной, но это лучше, чем безмозглый овощ, годами лежащий на больничной койке.
– Все двадцать два пострадавших были переведены в Лондон, – премьер-министр потер виски. – В госпиталь, где занимаются случаями беспричинной комы. Другие пациенты также могли оказаться жертвами дементоров. Когда маги начнут лечение?
– Мы же сказали что это невозможно! – вспылил Фадж.
– Ритуалист?
– На меня не смотрите, – я покачал головой. – Целительство это не по мой части. И, потом, чары снятия и переноса ментального слепка исключительная прерогатива Гильдии Искусств.
– Если вы хотите попробовать экспериментальное лечение, министерство магии пришлет необходимого специалиста, – пообещал Дамблдор..
– Альбус!
– Корнелиус, это не темная магия. Насколько я знаю, еще никто не пытался применить те заклинания таким образом. Если у маглов все пройдет успешно, мы используем их опыт для лечения безнадежно больных в Мунго.
Боунс и одноглазый аврор о чем-то зашептались.
– Хорошо, – согласился Фадж. Видимо, роль простых людей как подопытных кроликов его вполне устроила.
– Если вы договорились, давайте вернемся к теме сегодняшней встречи – ритуалу, проведенному в Ньюгрейдже, – напомнил я. – Мистер Мейджер, ваши люди нашли свидетелей?
– Зачем они вам? – поинтересовался Дамблдор. – Вы ведь уже видели рунные схемы и отчет, подготовленный Отделом Тайн.
– В этих документах сказано, чего вы пытались добиться, и почти нет сведений, что там на самом деле произошло, – я развел руками. – Происшествие было достаточно глобальным, чтобы некоторые детали можно было заметить лишь находясь на некотором удалении от места событий. К тому же, в последнее время у маглов получили широкое распространение видеокамеры. Эти устройства позволяют сохранять в своей памяти движущиеся изображения со звуком. Было бы неплохо взглянуть на такую запись, если она существует.
– К сожалению, видео нет, – по кивку премьер-министра его помощник принес пухлую папку и положил ее рядом со мной. – Только фотографии и задокументированные показания свидетелей.
– Посмотрим, – я углубился в изучение бумаг. В общем-то, информации было немного. Ближе всех к месту проведения ритуала оказалась группа археологов, что занимались раскопками в окресностях Ньюгрейджа. И, вот удивительное совпадение, незадолго до начала событий все они по разным причинам были вынуждены покинуть лагерь. – Мистер Мейджер, где было сделано это фото?
Снимок, прившекший мое внимание, отличался от всех остальных. Судя по ракурсу, оператор находился на возвышенности. На переднем плане было поросшее густой травой поле, протянувшееся почти до самого горизонта, где на границе неба и земли виднелись какие-то строения… и четыре черных столба титанических размеров.
– Это Стоунхедж, – ответил премьер-министр. – Так он сейчас выглядит с расстояния в тридцать километров. Темные образования видны лишь при значительном удалении. При попытке к ним приблизиться их очертания размываются, вплоть до полного исчезновения. К сожалению, досконально обследовать аномалию не удалось, поскольку уже в пяти километрах оттуда приборы сходят с ума, а люди испытывают нарастающий страх и непонятное давление.
– Почему я узнаю об этом только сейчас, от маглов? – возмущенно спросил Фадж.
– В окресностях Стоунхеджа нет магических поселений, – невыразимец также был удивлен. – После неудачного ритуала сети следящих чар были нарушены. Никто и не думал, что там тоже могут быть выбросы.
– Мистический треугольник, – я отыскал среди документов карту, обозначил на ней примерное расположение Хога, затем соединил эту точку с двумя обведенными красным отметками. – Эти три источника так тесно связаны между собой, что изменение в состоянии одного сказывается на остальных. Волна магии прошла по линиям леи и вызвала резкое повышение энергетического фона в районе в двух других вершинах. И, если в школе у нас достаточно большое число потребителей волшебства, да и наложенные на замок чары немало его сжигают, то в Стоунхедже концентрация магии достигла невиданного уровня…
– Это плохо? – спросил премьер-министр.
– Не просто плохо, это катастрофа, – рассеянно ответил я, думая, куда бы податься из летящей в тартар Великобритании. – Помните, почему Стоунхедж заброшен?
– Там находилось последнее капище пиктов, – сказал после паузы невыразимец. – Последние друиды совершили ритуальное самоубийство, проклиная окрестные земли.
– Тогда, вероятно, в том месте сейчас набирают силу мстительные духи, – говорят, в Австралии круглый год тепло и имеюся обширные ничейные территории. – Если потусторонние создания обретут достаточную мощь, то смогут воплотиться во что-то вроде личей.
– Мы должны это проверить! – сотрудник Отдела Тайн встревожился ни на шутку.
– Что делать, если ваше предположение подтвердится? – спросил более практичный Грюм.
– Пока не знаю, – ответил я, сосредоточенно разглядывая фото. – В теории, нужно любыми средствами понизить магический фон, но, вопрос, позволят ли это сделать духи? В Великобритании есть хоть один активный спиритист?
– О чем это он? – с подозрением спросил Фадж.
Дамблдор и невыразимец переглянулись.
– Спиритизм – особая ветвь волшебства, – после паузы объявил директор. – Туда входят чары для призыва усопших, подчинения и изгнания духов. Эти заклинания относятся к по-настоящему Темной и потому запрещенной магии, и доступны лишь немногим колдунам, происходящих из нескольких древних родов. В настоящее время почти все они пресеклись и во всей Магической Великобритании остался всего один волшебник, способный исполнить те чары.
– Кто это, Альбус? – Фадж даже привстал от любопытства.
– Мне не хотелось бы называть его имя, – уклончиво ответил директор.
– Альбус, сейчас не время для твоих секретов! – одноглазый аврор хлопнул ладонью по столу.
– Нетрудно догадаться, а ком вы подумали, – я улыбнулся, наблюдая за тем, как бледнеет лицо Дамблдора. – Гарри Поттер, в жилах которого течет кровь Певереллов. Какая жалость, что молодой человек провел детство в мире маглов и был лишен возможности познавать родовую магию.
– Поттеры светлая семья! Они специализировались на создании зелий и артефактов.
– Как скажете, директор, – мне резко расхотелось продолжать разговор. – У меня появились срочные дела, и, боюсь, я вынужден покинуть встречу.
– Не так быстро! – Грюм только и ждал повода приступить к решительным действиям. – Ты арестован! Бросай свою палку на пол!
В тот же миг вокруг меня снова развернулась защитная сфера. Браслет на левой руке запульсировал, пытаясь телепортировать меня в безопасное место, но лишь бесполезно растратил вложенную магию.
– Антиапарационный барьер, – поморщившись, констатировал я. – Мистер Мейджер, ваши люди также будут мне препятствовать или это исключительно инициатива заявившихся на нашу встречу магов?
– Уходим, – коротко бросил премьер-министр и, встав из-за стола и, вместе со своим помощником, направился к выходу из помещения.
Волшебники, тем временем, успели перегруппироваться. Скрывавшие свое присутствие авроры скинули мантии-невидимки и окружили меня полукругом, за ними стали Боунс, Дамблдор, невыразимец и Фадж.
– Экспелиармус!
– Ступефай!
– Пертификус Тоталус!
Маги принялись прощупывать мою защиту, начав с самых простых заклинаний.
Я издевательски прикрыл рот рукой, изображая зевок. Такие удары не то, что не могли пробить артефактный барьер, но даже подпитывали встроенный в посох накопитель.
– Импедента!
– Бомбарда!
– Осторожно, не промахнитесь мимо щита, – я вынул из кармана скатанный в трубку свиток и аккуратно его развернул. Нижняя часть пергамента опустилась почти до самого пола. – А то ведь заденет осколками.
– По сигналу, бьем в одну точку! – приказал одноглазый.
– Бомбарда!
Совместный удар сразу восьми палочек был страшен – по защитной сфере пошли расходящиеся круги, словно от брошенного в воду камня.
– Еще раз!
– Бомбарда!
– Фините Инкантантем! – директор попытался снять щит стандартным контрзаклинанием, вложив в него чудовищное количество энергии.
Кто-то бросил мне под ноги склянку, и та разбилась в нескольких сантиметрах от защитного барьера, истекая розоватой дымкой.
Но все их усилия были напрасными. В присутствии министра и главы Визенгамота стражи порядка не решались использовать темные проклятья и гарантировано пробивающую все и вся Аваду. Нет, если им оказали активное сопротивление, они могли бы оправдаться самообороной в горячке боя, но зачем мне давать им повод?
Я откашлялся, сделал глубокий вдох и начал зачитывать длинную серию заклинаний.

Аластор Грюм опустил палочку, наблюдая за тем как подчиненные поливают проклятьями светящийся белым купол. Аврор дорого бы дал, чтобы стереть насмешливое выражение с лица Ритуалиста, но тот, похоже, имел поистине непрошибаемую защиту. В магическом зрении барьер выглядел как стена из множества странным образом структурированных слоев трансфигурированной пыли. И пусть один или два из них разбивались, артефакт, выглядевший как причудливо украшенный деревянный посох, создавал им замену прямо внутри купола.
– Хватит, не тратьте зря силы, – невыразимец пришел к тому же выводу. – Ждите, когда он откроется, чтобы атаковать.
– Альбус, сделай же что-нибудь! – визгливым тоном приказал Фадж.
Дамблдор раздраженно мотнул головой и принялся возводить свои собственные щиты между аврорами и Ритуалистом. В этот момент у противника что-то пошло не так: нижний край свитка, который темный маг по-прежнему сжимал в руках, вдруг зянялся зеленым пламенем. Огонь распространился столь быстро, что спустя секунду охватил все пространство внутри барьера.
– Доигрался, – злорадно прокомментировал кто-то. – Так ему и надо!
Светящийся купол с хлопком лопнул, оставив вместо себя кучку пепла.
– Осторожно! Это какой-то трюк! – предостерег всех невыразимец.
– Он ушел, – Грюм мрачно сплюнул, приблизился месту исчезновения Ритуалиста и зачерпнул немного лежащей на полу черной пыли. Аврор растер золу пальцами, обнюхал подозрительное вещество и даже попробовал на вкус. – Дымолетный порошок, мать его!
– Этот тип мордредов гений, – заключил невыразимец, бросив несколько сканирующих заклинаний. – Вместо того, чтобы ломиться сквозь антиаппарационный барьер, он создал временную точку подключения к каминной сети. Нам даже не пришло в голову блокировать этот метод перемещения!
– Но если это так, мы можем его отследить, – Амелия Боунс взмахнула палочкой, отправляя патронус в отдел магического транспорта.
– Снимайте антиапарационный щит, – Грюм отошел к углу комнаты и, убрав маскирующие чары со стены, принялся деактивировать изображенные на ней руны. В глубине души одноглазый аврор знал, что это бесполезно. К тому времени, когда они выйдут на общественный камин, которым воспользовался Ритуалист, след того уже простынет.

Премьер-министр налил себе полный стакан виски и, почти залпом, выпил. Волшебники, своим присутвием, создали какую-то странную давящую атмосферу, от которой простые люди чувствовали себя слабыми и беспомощными.
– Эти маги довольно беспечны, – заметил начальник службы безопасности, находившийся во время встречи в дальнем крыле усадьбы. – Мы могли бы их легко нейтрализовать.
– Королева запретила вмешиваться в их дела, – поморщившись, ответил Мейджер. – И они далеко не так просты, как может показаться. Как продвигается план с постепенным внедрением?
– Несколько десятков семей, те, в ком мы подозреваем потомков сквибов, уже переехали в Шотландию, – безопасник убрал бутылку виски в бар. – В основном это сироты, поэтому, в обмен на почти бесплатное жилье они легко согласились на сотрудничество. У одного ребенка уже случился выброс.
– Отлично, – премьер-министр немного повеселел. – Дети – будущее нации. Будем надеяться, что, с правильным воспитанием и поддержкой, они останутся на нашей стороне и приобретут достаточно влияния, чтобы изменить отношение волшебников к нормальным людям…
 
ватрушкаДата: Воскресенье, 12.08.2018, 17:19 | Сообщение # 257
Ночной стрелок
Сообщений: 93
« 80 »
Автор, огромное спасибо!
 
ShtAlДата: Воскресенье, 12.08.2018, 22:09 | Сообщение # 258
Химера
Сообщений: 561
« 126 »
Балет на граблях. Детских...
 
HomatДата: Воскресенье, 21.10.2018, 17:30 | Сообщение # 259
Посвященный
Сообщений: 47
« 1 »
Не доверяйте Магию кретинам, они могут "утопить" не только Магическую Британию, но и обычную!))
Кстати, с Поттером вышло забавно! За что боролись, на то и напоролись! Запрещали Тёмную Магию - получите и распишись малообразованных кретинов из Отдела Тайн!
Кей - красавчик, утер дебилам из Министерства нос!))
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Скучающий ученик (Неканон (прода от 12.08.2018))
  • Страница 9 из 9
  • «
  • 1
  • 2
  • 7
  • 8
  • 9
Поиск: