Армия Запретного леса

Понедельник, 20.08.2018, 22:06
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 2 из 2
  • «
  • 1
  • 2
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Стрекоза (Попданка, Гет, R, ООС, миди, в процессе, прода от 27.04)
Стрекоза
MarranaДата: Понедельник, 26.06.2017, 22:00 | Сообщение # 31
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Продолжение главы 15

К назначенному времени я не спеша поднялась знакомым путём, обводя всех встречных людей, что живых, что нарисованных, что эктоплазменных, рассеянным взглядом, каменным лицом с явным желанием рассеять туман над будущим каждого встречного. Встречные подобным желанием не обладали и стремились немедленно покинуть моё общество, а в идеале — вообще миновать его. Иногда дурная слава бывает до ужаса полезна. Поттер нетерпеливо топтался на восьмом этаже, нервно поглядывая на троллью компанию, завалившую неудачливого балетмейстера и использующую его в роли скамейки, усиленно спихивая друг друга из-за нехватки места. Скамейка с подобной постановкой вопроса была категорически не согласна и что-то протестующее мычала, но на подозрительные звуки чудища, рождённые больной фантазией наркомана, словившего приход, реагировали мало, больше их занимал малолетний студент, усиленно прячущий глаза и заалевшие щеки, но стойко сносивший их сальные шутки и не растворившийся с громким топотом в дали школьных коридоров.

Лёгкий взмах рукой, и охамевшие от скуки тролли резко становятся молчаливыми и двумерными, как и полагается уважающим себя персонажам фантасмагорического жанра живописи. Гарри смотрит на меня с выражением облегчения и признательности, открыто читающимся на его лице.

— Я открою тебе одну тайну Хогвартса, но пообещай, что ты не проболтаешься, — зловещим и проникновенным шепотом начала я.

— Обещаю, — проникнувшись моментом, также прошептал мне в ответ подросток, подозрительно оглядевшись по сторонам. Надеюсь, он запомнил мою импровизированную лекцию про слово волшебника?

— По легенде, эту комнату создала Ровена Равенкло, и она откроется тому, кто сможет чётко сформулировать свою нужду. Поэтому старательно ходим вдоль этой стены и мечтаем увидеть уютную гостиную с думосбросом. Начали!

Поттер важно кивнул и целенаправленно двинулся в указанном направлении, между бровей ребёнка пролегла тонкая складка, выдававшая его сосредоточенность, но при этом придававшая ему такой умилительный вид, что сосредоточиться уже мне было проблематично. Всё время пробивало захихикать. Но целеустремленности бравого гриффиндорца хватило на двоих, и при третьем заходе образовалась простая деревянная дверь. Ребёнок неуверенно оглянулся на меня, но, увидев мой поощрительный кивок, твёрдо потянул за ручку.

Маленькая уютная гостиная с диванчиками и низкими столиками мне понравилась. Самое оно. А стоящая посреди комнаты каменная чаша с рунами по ободку, установленная на массивной подставке, была великолепна.

— Итак, Гарри, воспоминания с собой? — Он вынул из кармана два флакона с искрящимся содержимым. — Отлично, один выливаешь сюда. Один, я сказала! Молодец! А теперь опускаешь лицо в чашу.

— В чашу? Опускать лицо? — растерянно переспросил он.

Я кивнула. Серебристая субстанция, попавшая в артефакт, растеклась слабо мерцающим туманом и выглядела несколько подозрительно, так что я понимала сомнения ребёнка. Тяжело вздохнув, он осторожно ткнулся носом в содержимое и так и замер. Я отошла в сторону и устроилась на диванчике, мешать ребёнку я не собиралась. На этот случай у меня и книжка недочитанная с собой прихвачена. Я ещё раз глянула на скульптурную композицию магического варианта просмотра документальных фильмов. Мда, до чего уж нелепая поза. И не эстетично, и спина потом заболит. Волшебники — мазохисты, определённо!

Отсутствовал Поттер долго, я даже слегка забеспокоилась, но вот он дёрнулся и вынырнул из туманного плена, пряча от меня глаза. Но я по красному носу и так поняла, что он и всплакнуть там умудрился, потому и задержался, стараясь скрыть от меня свою слабость.

— Ничему вас жизнь не учит, Поттер, — искренне огорчилась я, словив удивлённый взгляд. — Слёзы — это естественно. А вот неучтённый компонент в сложном артефакте… — щёки гриффиндорца заалели, сравнявшись цветом с полосками на галстуке, дошло! — Нет, конечно, создатели этого чуда «защиту от дурака» предусмотрели, но мы же с вами знаем, что дураки бывают крайне изобретательными и непредсказуемыми.

— Я понял, извините, — пробормотал он.

— Хорошо, что понял, — согласилась я, протягивая платок. — Это, между прочим, касается любых артефактов. Запоминайте движение палочкой, как собрать воспоминания обратно. Вторую часть посмотрите потом.

Поттер согласно кивнул, тщательно повторяя движение и вытягивая длинную искрящуюся соплю обратно в пузырёк.

— Раз уж мы здесь, я хочу ещё кое-что показать. Закрой глаза, — осторожно подойдя к ребёнку, я плотно зажала ладонями ему обзор и зашептала: — Представь себе огромный зал. Стены его так далеки, что можно устраивать гонки на мётлах, потолок его теряется над головой — и не видно, как ни приглядывайся. Окон в зале нет, но сверху льётся слабый, рассеянный свет, как предрассветное зарево, разгоняющее мрак. Вокруг тебя огромные кучи разнообразных вещей, возвышающиеся, как многоэтажные здания, между ними в узких проходах изгибаются тропинки, заботливо протоптанные в пыли. Пыль здесь везде, она покрывает кучи, словно пуховая накидка с причудливыми узорами, плавно летает в воздухе, оседая вниз, чтобы вновь взвиться при лёгком движении воздуха. Пахнет вездесущей пылью и застарелой древностью… Можешь открывать глаза.

— Ух ты! — вырывается у ребёнка. Поттер ошарашенно оглядывается и порывается бежать внутрь комнаты, подверженный исследовательскому зуду. Чудесам он уже давно не удивляется. Порыв его останавливает моя рука на плече.

— Не спеши. Это склад потерянных и забытых вещей. Встретиться здесь может что угодно. Помнишь про технику безопасности? Потеряться тоже можно. И никто не найдёт.

— А как мы сюда попали? — и взгляд такой невинный. Ну-ну.

— Благодаря силе воображения. Но такой фокус редко получается. Будь у тебя фантазия чуть победнее, пришлось бы выходить и снова наматывать круги перед пустой стеной.

— А что, комната может отобразить что угодно? — а взгляд-то как горит.

— Может, — согласилась я, наклонившись, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — Но только то, в чём ты будешь нуждаться, — я щёлкнула его по лбу. — Не испытывай пределы своей фантазии. Хогвартс — замок волшебный, может обидеться и закрыть тебе доступ.

— Я понял, — разочарованно вздохнул он. — Можно я в следующий раз приду один? Это… личное.

— Можно, — покладисто согласилась я. — Из Выручай-комнаты нельзя ничего вынести, кроме этого места, еду и напитки она не предоставит. Законы трансфигурации никто не отменял. Учти это. И раз мы здесь, то ты мне поможешь.

— В чём?

— Упаковать этот шкаф, — я кивнула на интересующий меня предмет мебели.

— Э-э… А зачем? — старая вещь впечатления на ребёнка не произвела.

— Нужен, — коротко прокомментировала я, прикидывая, как бы его аккуратно уменьшить, чтоб не доломать окончательно.

Кровохлёб наотрез отказался оказать мне содействие в приобретении у Боргина и Берка исчезательного шкафа, пока лично не оценит техническое состоянии пары. А без него, чую, меня там разведут на галеоны, как младенца.

Покинув комнату, я отправила Поттера писать благодарственные письма. А сама неспешным шагом двинулась в свои покои. Что-то меня беспокоило, какая-то мысль, что уже стучалась в мою бедовую голову, но так и не дождалась адекватного отклика, вот и сейчас я никак не могла ухватить её за хвост. О чём мы с Поттером говорили? Об артефактах, технике безопасности, законах трансфигурации… Точно! Закон исключения Гампа! Я остановилась как вкопанная, и моя беглянка предстала передо мной во всей красе.

— Клюква!!! — отчаянно выдохнула я и бешеным зайцем ломанулась в свои покои.

Извлечённая бутыль радовала насыщенным цветом и божественным ароматом настойки, которая, вопреки авторитетному мнению мастера трансфигурации, выведшего свои законы методом проб и ошибок, превращаться обратно в засахаренную ягоду не планировала. Вопрос! Это я что-то с трансфигурацией намудрила или по теории вероятности в определённый момент в рандомном месте законы магии просто не сработали? Ну что, черти мои марсианские, на ком испытывать будем?

Планам моим не суждено было сбыться. С тихим хлопком рядом со мной материализовался Тикки, протягивая мне на маленьком серебряном подносе записку. Он уже давно по моей просьбе контролирует мою почту, поскольку обнаружить у себя в тарелке на совместном завтраке в Большом зале письмо, газету и иные незапланированные добавки мне не слишком-то хотелось. Я слишком брезглива для подобных традиционных для школы способов доставки корреспонденции. В записке знакомым почерком Розмерты было выведено всего два слова.

«Срочно приходи!»



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
Li-sanДата: Вторник, 04.07.2017, 21:31 | Сообщение # 32
Химера
Сообщений: 472
« 22 »
Один из немногих гетов, в которых я жду с нетерпением продолжения и не закидываю прочитав 1-2 главы)


Тугая маска - спасение моё,
И днём и ночью я вечный раб её,
А что под ней - никто не знает.
 
Blaster_DarkДата: Вторник, 15.08.2017, 05:58 | Сообщение # 33
Друид жизни
Сообщений: 171
« 14 »
Проду бы... Фик хороший


Да направит нас Отец Понимания.
 
MarranaДата: Четверг, 04.01.2018, 20:41 | Сообщение # 34
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 16 Продолжение

И вновь я крадусь тёмными коридорами к чулану для мётел, поскольку моя предусмотрительность дала сбой и заранее хозяйственно-спортивным инвентарем я не озаботилась. Сколько уже напоминала самой себе, что как порядочная ведьма обязана иметь личную метлу и остроконечную шляпу. Шляпа, прилагаемая к парадной форме профессора лучшего учебного заведения, по официальному рейтингу британцев, давно пылилась в гардеробе. А вот мётлы я до сих пор ворую. Тайно. Из самого посещаемого места школы романтично настроенными парочками. Аж в очередь выстраиваются! И главное, я ничем подобные поползновения объяснить не могу, словно укромные местечки в школе оканчиваются тёмным посещаемым всеми желающими чуланом и астрономической башней. И как в таких условиях честным профессорам мётлы красть?

Благо спугнуть милующуюся парочку оказалось до банального просто. Тщательно продуманная иллюзия и дущераздирающее знакомое всем студентам, замеченным в неположенном месте:

— Мяу!

Парочка стартанула из тесного чулана с немыслимой скоростью, оставив после себя грохот упавшего инвентаря, и я даже не успела рассмотреть цвет галстуков, не говоря уже о проведении опознания личностей, которым я без всякого угрызения совести испортила свидание. Тихо выскользнув из удобно расположенной ниши, украшенной стандартным набором доспехов с отчётливо прослеживающимися энергетическими линиями управляющего конструкта, я покосилась на кошку. Та, грозно прошипев что-то вслед нарушителям, хитро посмотрела на меня и, как оригинал, выгнула спину, мимолётно потеревшись о мои ноги, прежде чем растаять в неровном свете факелов. Я с грустью взглянула на накопитель в массивном перстне на указательном пальце. Всего лишь в начале пути, а половина энергии из накопителя испарилась в небытие. Моя Прелесть успокаивающе дёрнулась в косе, и несколько камней в многочисленных ожерельях и браслетах на мгновение потеплели, словно придавая уверенности в грядущем приключении.

Легендарный туалет местного эпика встретил меня характерным завыванием своего постоянного обитателя над превратностями призрачной судьбы и знаменитыми потопами девичьих слёз. Увлечённая Миртл не заметила моего присутствия, и я с чистой совестью исподтишка приложила её проклятием, обеспечив себе несколько часов на манёвры. Аккуратно обойдя шикарную иллюминацию, отображающуюся сквозь семейные стрекозиные очки, и посадив голос непривычными, царапающими горло звуками змеиного языка, мрачно уставилась на тёмный провал в подземелья, из которого явственно тянуло сыростью и подспудным ужасом. Глубоко выдохнув, я шагнула в бездну, вцепившись как утопающий в соломинку в древко школьной метлы. Крутой спуск выровнялся, и я крадучись полетела вперёд, рассматривая сырые стены из потемневших от времени огромных камней кладки с дёргающимися тенями в неверном свете люмоса. Под ногами мерно проплывали лужи и крысиные скелетики. А вот василисковой шкуры в обозримом пространстве не наблюдалось. Как и в прошлый раз.

А ведь наличие шкуры вне Тайной комнаты прямо так, можно сказать, открытым текстом намекает, что Король змей не спал непробудным сладким сном тысячу лет, пока некто Риддл его не разбудил. Что во плоти, что в эфемерном состоянии. Гуляла зверушка холоднокровная по промозглым подземельям и никого не трогала, на глаза не попадалась. Пока Наследник буянить не начал. Вот нафига тогда змейку прибили. Если прибили!

Я словно на стену невидимую налетела, в панике затормозив и соскочив на склизкий пол. У меня ведь в фактах лишь иллюзорный канон и слова ребёнка. Отравленного ребёнка, практически отправившегося в лучший мир. Дамблдор ведь не ползал в Тайную комнату, хотя тайной она для него не была, что прямо подтверждает и наличие охранника-призрака, отпугивающего любопытных школьников мерзким характером и шуточками в стиле Пивза, и количеством следилок и сигналок, превышающим все разумные пределы на квадратный метр. Далеко не у каждого окажется в загашнике полезный артефактик и знание, где искать желаемое. В Тайную комнату он не сунулся, несмотря на приз в виде целого реликтового василиска, хотя шкурой из коридора не побрезговал. Велика ли сложность вытянуть несколько шипящих звуков и нацедить кровушки у шрамоносного героя? Или ещё одним крестражем перед дверью помахать.

Нет, можно предположить, что директор всерьёз считает применение крови тёмным колдовством и принципиально выше этого. Может позволить себе подобный пассаж. С другой стороны, никто в подземные покои Салазара не ползал, пока один идиот туда не полез, а другие идиоты не попёрлись спасать жертву первого и дверь за собой не закрыли, что позволило прошмыгнуть в лазейку огненной птичке. Но сейчас-то дверь закрыта. И актуальный вопрос дня — а Дамблдор в Тайной комнате был? А если не был, то почему? Принципы или вполне живой и крайне злой василиск? Дилемма…

Ладно, Косицына. Отступать уже поздно. Поёжившись от пронизывающего холода подземелий и ставшей внезапно крайне неуютной тьмы, вполне способной спрятать в своих недрах не одно чудовище, я на подгибающихся ногах уселась на метлу, плавно воспарившую в воздух.

Вход в Тайную комнату я учуяла заранее. Этот давящий взгляд, полный превосходства и презрения, испускающий эманации прямой угрозы, вымораживающий почище дементоров, испытывал и так неустойчивую психику незваных посетителей. Меня колотило, и я никак не могла решиться, замерев как кролик перед удавом под этими пустыми и мёртвыми изумрудами, ярко сияющими в рассеянном свете. Трясущейся рукой я вынула колбу со смесью крови Поттера с индикатором, всё так же пугающей страшным, неопределяемым оттенком, и щедро окропила двери, стараясь, чтоб попало на змей и страшные глаза. Голос практически отказывался мне служить, но с третьей попытки я смогла выдавить жалкое:

— Откройся!

Вначале ничего не происходило, и я почти со спокойной совестью была готова развернуться и с облегчением рвануть в сторону спасительного выхода. Но вдруг створки едва заметно дрогнули, с противным скрежетом поползли в стороны, в жутком взгляде мёртвых змей-стражей почудилась насмешка. Свет магического светильника не справлялся с первозданной мглой, и я в нерешительности замерла, вглядываясь во мрак за близкой линией границы освещённого пятачка. Последний шаг было сделать невероятно трудно.

Первым пришёл запах. Тягучий сладковатый аромат разлагающейся плоти резко ударил исподтишка, спутав мысли и вызвав рвотные позывы. После паникующий мозг начал складывать магические потоки и завихрения, чётко прослеживающиеся фамильным артефактам, в складную и вполне логичную картину пустующего пространства и разлагающегося трупа. Мда, черти мои марсианские, а страху-то было!

Наколдовав что-то, очищающее воздух вокруг меня, я наконец смогла свободно вздохнуть и осторожно двинулась вперёд, подозрительно оглядываясь на предмет скрытых сюрпризов. Но таковых не оказалось. Тайная комната больше всего напоминала смесь ритуального зала с пафосным террариумом для содержания эксклюзивного питомца. Кстати, а у страха глаза велики, права древняя мудрость. Роулинг, помнится, сравнивала размеры василиска с поездом в метро, если я ничего не путаю. Реальность оказалась скромнее, что не удивительно. Пусть замок и магический, но труб, сравнимых с метрополитеном, здесь не наблюдается. Король змей и мелкий опасен: ядом и взглядом. А это чудовище ещё и хвостиком неслабо приложить могло. Но не срослось. Зря змейку убили, на мой взгляд. Пострадавший с летальным исходом лишь один, да и то — случайность. Остальные отделались лёгким испугом, и это не утрирование ситуации. Учитывая, что передо мной труп реликтового василиска, жившего на мощнейшем источнике, стало быть, в полном расцвете сил и возможностей… так что выжить после столкновения с ним можно лишь случайно, или милый монстрик убивать не собирался. А учитывая, что гулял он по замку свободно… короче — зря! Лишний повод ненавидеть Уизли. И младшую седьмую — за тупость, и её родителей в особенности за то, что не объяснили ребёнку технику безопасности по жизни. Судя по наглядному примеру её старших братьев, то это у них в системе.

Я ещё раз с сожалением вздохнула и присмотрелась к морде змея. Увы, но глаза пропали безвозвратно, вместо них сияли рваные раны авторства вандальной огненной курицы. Что Фоуксу мешало просто хватануть детей и свалить? С его-то запредельными даже для магического существа возможностями? Не-ет, нужно обязательно устроить эпичный махач с пафосным превозмоганием и непонятным результатом, да так, чтоб логика скончалась в бесчеловечных муках. Чтоб вас черти марсианские к рукам прибрали!

Вырвать змейке зубы, не прикасаясь к ним руками — я же помню про феноменальную стойкость яда, что даже убер вундервафля перед ним пасует! — та ещё задачка на хитровывернутую логику. Но я справилась, распихав трофеи по специальным контейнерам, даже выбитый клык, которым Поттер дневник протыкал, подобрала. А вот дальше дело застопорилось. Содрать с него шкуру? Ну, не смешите меня. Она драконовской по прочности ничуть не уступает, а стоит на много нулей дороже из-за феноменальной редкости. Отодрать чешую — из той же серии, нет, что-то с морды, где чешуйки оказались повреждены ударом, мне удалось немного отколупать, но на этом мои успехи закончились.

Больше, кстати, в подземельях ничего не нашлось. Неудивительно, если честно. Не сомневаюсь, что Риддл выгреб все выползки, что смог найти, он был маг крайней практичности. Та, что в проходе к женскому туалету, сброшена позже и уже нашла нового владельца. Эту ещё нужно снять. Но это потом, на будущее. А сейчас нужно позаботиться о своих возможных капиталах на чёрный день. Чары стазиса, увы, мне не под силу. Впрочем, ритуалист и рунист, имеющий в запасе время, с задачей справится не хуже. Накопителей у меня достаточно. Я вынула мелок и специальные свечи, расчётливым взором окидывая фронт работ.

Это будет очередная долгая ночь.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Четверг, 04.01.2018, 20:43 | Сообщение # 35
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 17

И опять потянулись скучные школьные будни, наполненные шебутными магами-недоучками, искренне полагающими себя венцом творения и сосредоточием мудрости. Стандартные подростки, короче. Страдающие завышенной самооценкой. Некоторым не только море по колено, но и дементоры до подмышки. И вправлять мозги этим ущербным приходится нам с Поппи. Хотя, по моему скромному мнению, там и вправлять-то особо нечего, но кто послушает скромную прорицательницу? Уж точно не Минерва, чьи подопечные составляют большую часть личностей, имеющих прорву свободного времени, которое можно потратить на поиски приключений, и являющиеся частыми посетителями нашего тихого Больничного крыла. Тихого, поскольку, в отличие от мадам Помфри, на силенцио я не скупилась, а на возмущённый вопль декана алознамённых беспечно пожимала плечами. Более саркастичная колдомедик заметила, что если дело так и дальше пойдёт, то отвечать перед родителями придётся МакГоннагал и как декану, и как заместителю директора, поскольку статистика врать не станет, и ткнула в раскрытый журнал поступающих учеников. Пострадавшие от «невинных шуток» рыжих близнецов там шли отдельным пунктом, количество которых вводило меня в перманентную ярость и желание увидеть столь ярых последователей Годрика на больничной койке хотя бы на недельку для вправления извилин их крошечного мозга посредством животворящей клизмы, но, увы, чуйка у них работала преотменно, и на нашем с мадам Помфри пути они не попадались.

Неумолимая статистика произвела неизгладимое впечатление на нашу поборницу правил и нравственности, особенно графа с факультетской принадлежностью, что ни говори, но деканы остальных факультетов мозги заигравшимся подопечным вправляли быстро и качественно, и повторно на поиске приключений на собственную душу заигрывающие с дементорами не попадались. А вот у Минервы руки до собственного факультета не доходили. Ну, это и так всему интернату было известно.

Дамблдор с нравоучениями и напутствиями к свету меня не беспокоил, видимо боясь пережать, чтоб мою неадекватную персону окончательно не сорвало с нарезки, впрочем, и я сидела тихо, как мышь под веником, после своей выходки, боясь показаться под светлы очи. Но директор наш, человек редкой проницательности, прекрасно знал, как медленно и верно третирует меня Люпин, загоняя, словно добычу, морально унижая при каждом удобном случае и кровожадно скалясь, когда никто не видит, постепенно нагнетая обстановку, я и так уже от собственной тени шарахаться начала. Тут ещё и дементоры, крутящиеся около моей башни, любви и взаимопонимания добавляли. Оснований пойти вразнос было хоть отбавляй, но работодатель и благодетель, по своим непонятным личным причинам, вмешиваться не торопился. Полагаю, что и на приватный разговор по тем же причинам не звал, чтоб на его излюбленный вопрос о желании ему что-то рассказать я невзначай на его любимого ручного оборотня не пожаловалась. Тогда пришлось бы окоротить блохастого, чтоб сохранить свой имидж добродетеля и защитника, ну и привязать меня ещё одним долгом. Так что, если я всё правильно рассчитала, то у меня есть некая свобода выбора и пространство для манёвра. Ну, если профессор ЗОТИ перегнёт палку, всегда можно пожаловаться Авроре или Поппи — эти дамочки скоры на расправу, и в проклятиях для отдельно взятого оборотня не поскупятся.

Уорингтон со своей инициативной группой прочно обосновался в моём классе, и никаких законных методов, чтоб выкурить его прочь, в Уставе школы не нашлось. Ушлый слизеринец правил не нарушал, был предельно вежлив и корректен, а когда моё терпение подходило к концу, очередная сова приносила мне взятку и длинное письмо с витиеватыми расшаркиваниями и благодарностями. Ну и намёками на обширную библиотеку и желанием поделиться со мной эксклюзивной редкостью. Знают, черти марсианские, чем представителей рода Трелони подкупить можно. А под конец ноября Иван-дурак британского разлива вообще отличился. Я неладное почуяла уже тогда, когда он заявился ко мне в одиночестве, без кучи свитков и библиотечных книг, из которых регулярно устраивали свалки в процессе бурных дебатов и обсуждений, ну и на мордашке нацеплен этакий покер-фейс с претензией на деловой настрой. Я только хмыкнула, узрев данные потуги, молод ещё, чтоб декана своего пародировать, может, кого помладше и проймёт, но для меня подвох и подстава крупным шрифтом сверкали над макушкой посетителя. Подозрительно сощурившись, выдала сразу, не дожидаясь оглашения причины столь странного посещения:

— Мне это не нравится!

— Вы даже не выслушали, — не стал отпираться слизеринец, присаживаясь напротив.

Я лишь слегка изогнула бровь, окатив ироничным взглядом, вот только из-за огромных очков мой жест остался незамеченным. Постоянно об этом забываю.

— Истинный взор пронзает пространство необъятного астрала, и нет для него ничего неизведанного, — туманно ответила я, повелительным жестом отсылая подростка прочь. Уорингтон даже не пошевелился.

— Видящий истину всегда оценит свою выгоду по достоинству, — покорно склонил свою голову подросток.

— Истина, — задумчиво покатала слово на языке. — Она всегда где-то рядом. И выгода редко идёт с ней рука об руку.

— Эта ветреная дама рано или поздно предстаёт во всей красе перед взором ищущего. А выгода, она есть всегда для разумного человека, особенно она ценна в долгосрочной перспективе и благодарностью, не таящей с годами, — с милой улыбкой продолжил он, а вот глаза остались холодными.

— Хорош, — оценила я старания. — Мозги пудрить умеешь, не профессионально, но какие твои годы. Нет! — отмахнулась и демонстративно указала на люк в полу.

Подросток молча выложил на столик передо мной туго свёрнутый свиток. Глянув на него и оценив переплетение наложенных чар, я снова удивлённо дёрнула бровью. Дорогая бумажка. Мой контракт на такой же. Пристально сверля недовольным взглядом слизеринца, развернула свиток. «Школьный кружок прорицания и актёрского мастерства» — золотым готическим шрифтом было выведено сверху, не менее вычурные строчки складывались в пункты договора.

— Засмеют, — вынесла вердикт я.

— Пусть попробуют, — губы подростка исказились в кривой улыбке, а тон не оставлял пространства для недопонимания.

Откуда же вы такие берётесь, борзые да ранние, спорим, Риддл вёл себя аналогично. Впрочем, сейчас в школе подобных личностей, собирающих свиту и считающих возможным вести беседу с преподавателями в подобном тоне, не один десяток наберётся. Хотя, я расчётливо глянула на Уорингтона, окорачивать его и ставить на место у меня не было ни малейшего желания. Тем более что от него, что от его инициативной группы пользы хватало. Всю организацию квестов для младших учеников они взяли на себя, только проекты приносили на утверждение мне, Авроре, Флитвику, Вектор. Помона с Северусом приняли деятельное участие в нашем марафоне. Проекты шли по разным направлениям, вопрос с курированием тоже разрешился сам собой, ну и отчёты о результатах с подробным описанием и предложением о начислении баллов участникам поступали в срок. В целом, детки провернули просто гигантскую работу, умудрившись отладить механизм и поставить процесс на поток. Это достойно уважения.

А подобные кружки были практически у всех профессоров, предусмотрено Уставом и контрактом. За Септимой бегали хвостиком любители точных расчётов, фанаты древних языков и рунисты чинно заседали у Бабблинг, кто не помнит знаменитый Клуб Слизней бывшего декана Слизерина или кружок хорового пения декана Равенкло? У Трелони кружков никогда не было, да и организовывать подобное ни я, ни предшественница не желали, а поди ж ты, сами прибежали, да уже с готовыми документами, проработанным порядком приёма и требованиям к кандидатам, внутренним уставом и распорядком. Угу, и шикарным названием. Какое прорицание, к чертям марсианским? Дар присутствует у единиц, да и то на уровне раскладывания пасьянсов из карт Таро. Впрочем, сидящий передо мной ситуацию не хуже меня знает, а значит, подразумевает что-то другое. Я задумчиво откинулась на подушки, внимательнее вчитываясь в строчки, разыскивая подвох, полностью игнорируя посетителя, который даже бровью не повел, давно знакомый с некоторыми гранями моего мерзкого характера.

Если вдуматься, кружки по интересам преследуют совсем иные цели, нежели озвучено в их названии. Нет, не сомневаюсь, что у Флитвика замечательный и слаженный хор, вот только от правильного произношения заклинания много что зависит, сама недавно на этом споткнулась, силясь произнести непривычное звучание, Спраут тоже явно не только садоводством с детками занимается, про Снейпа вообще молчу — он берёт только слизеринцев. Уорингтон просто решил узаконить наши посиделки, которые вроде и Уставом не запрещены, но и не санкционированы, что возводит их к рангу неблагонадёжных собраний в глазах администрации школы, учитывая подобравшийся состав. Мда.

— Надеюсь, что вы отдаёте себе отчёт, что я припишу сюда несколько пунктов, которые станут обязательны к исполнению и обсуждаться не будут? — Я качнула свитком, испытующе глядя на собеседника.

— Разумеется, — согласно кивнул он.

— И то, что заместитель директора костьми ляжет, но не пропустит кружок под моим руководством? — уточнила я, чтобы не давать напрасной надежды.

— Это предсказуемо. Мой отец напишет претензию в Совет Попечителей школы. Согласно Уставу, пункт…

— Ты не один читать умеешь, — раздражённо прервала его. — Оставим радикальные меры на крайний случай. Список желающих? — на столе возник ещё один список. Как и следовало ожидать — инициативная группа полным составом. — Свободен!

Мда, вот они минусы бытия профессором учебного заведения-интерната, и не отмахнёшься. Как же всё это не вовремя. Я ещё даже с попаданием собственным не разобралась, а уже вылезла необходимость срочно интегрироваться в объективную реальность. Вот ведь подстава! Магических сил практически ноль, знаний об окружающем мире ещё меньше. Я их вообще чему научить смогу? Это не на уроках прорицания пафосно поболтать туманными фразами и по учебнику карты пораскладывать, что-то посерьёзнее, и всё — спалилась на простейшем незнании матчасти. Дела… И посоветоваться не с кем. А почему это не с кем? У меня целый поверенный имеется!

Банк снова встретил меня тишиной и умиротворением, так недостающим всем здравомыслящим лицам в Хогвартсе, а также маньячным оскалом Кровохлёба с довольным прищуром маленьких глазок.

— С чем пожаловала, Шахерезада моя? Чем сегодня порадуешь своего позабытого поверенного? — Нет, точно кто-то сдох: тон гоблина был слишком довольным и он явно был рад моему присутствию, в отличие от предыдущих посещений. Нет, что-то здесь не чисто, однозначно. Где этот чёртов договор с гоблинами?!

— По делам, — сухо отозвалась я, протягивая свиток.

— О! — уважительно отозвался он, разглядев пергамент. — Это ты по адресу пришла! Наконец-то начала вести дела правильно, а не как придётся. Сейчас посмотрим. — И он с интересом зарылся в строчки, читая просто с феноменальной скоростью. — Так… Ага… С этим я согласен. А вот это противоречит контракту — вычеркнуть! — Вынув красивое перо, отливающее металлическим блеском, из чернильницы, гоблин принялся размашисто вычёркивать непонравившийся пункт. На волшебном пергаменте вычеркнутые строчки растаяли в небытие, а текст вновь стал слитным. Чудеса, блин. — Ага, это ты молодец, что уточнила, мы ещё добавим. — Перо вновь бешено застрочило. — Ну и ещё пару пунктов. Идеально. Мне нравится эта идея, можешь соглашаться!

Я изумлённо смотрела на гоблина, трясущего пергамент в воздухе, чтоб чернила быстрее просохли. Довольно скалящегося гоблина, разве что лапки не потирающего, и то по причине занятости.

— Ну что ты так на меня смотришь? Чем прочнее твоё положение в обществе, тем больше прибыль. А такие вещи, — он кивнул на пергамент, — сквозь года проносятся, да ещё и имеют тенденцию наследственности. Благодарность, связи. Ты ещё и их деток учить будешь. Нет, от таких вещей не отказываются. Держи! — Он всунул мне туго свернутый пергамент, перевязанный золотой ленточкой. — А теперь, раз ты пришла, у меня подготовлен ряд вопросов. — На стол грохнулась взявшаяся прямо из воздуха стопка бумаг, исписанная мелким убористым подчерком, улыбка поверенного стала ещё более кровожадной.

Я обречённо застонала.

В Хогвартс я вернулась поздно, в очередной раз поздравив себя за хорошие отношения с Филчем, который молча и без лишних вопросов пускал меня внутрь, каждый раз открывая дверь не дожидаясь стука, словно заранее знал точное время, когда я вернусь. Откуда такие чудеса предвидения, я не спрашивала, как и он не спрашивал, где я шлялась, лишь молчаливой шаркающей тенью провожал меня до покоев. В ответ я старалась при любой возможности принести ему или миссис Норрис какой-нибудь гостинец или презент в знак своего хорошего расположения и совершенно не обращала внимания на откровенно мерзкий характер старика.

Мне не спалось, несмотря на то, что Кровохлёб вымотал меня морально, в очередной раз откровенно изнасиловав мне мозг. Мысли о свалившемся мне на голову кружке не давали мне покоя. Маккошку я слишком хорошо знаю, как и её неприязнь ко мне, она принципиально валит любые мои начинания, и если обычно мой голос теряется в слаженном хоре нашего женского коллектива по интересам, то сейчас это будет исключительно моя инициатива. В конечном итоге, Уорингтон реализовал мою идею, избавив меня от кучи муторной работы, отнимающей слишком много времени, так что по справедливости и курировать весь этот бедлам мне. Другое дело, как это провести официально? Я ещё раз глянула на список; группа подобралась, можно сказать, интернациональная. Отметились все факультеты, кроме Гриффиндора, даже пара полукровок затесалась, что характерно, обе девочки. Да, обязательно нужно написать родителям деток, мало ли они не одобрят подписания всяких контрактов на зачарованных пергаментах — я бы напряглась, — и копию на ознакомление, чтобы не было вопросов и недоразумений впоследствии. Одно дело — просьба присмотреть за чадами, чтоб не покалечились в процессе, и совсем другое — то, что замутили сейчас. Кстати, непременно нужно указать, что это их идея. Далее нужно заранее заручиться поддержкой деканов, Филиус и Помона мне не откажут, уверена, и Северус поддержит, учитывая, что это инициатива его змеек. Так, значит, идём к Авроре, а она поможет составить мне приглашения трём деканам на наши вечерние посиделки. Договоримся.

Вопрос подняли на следующем педсовете, предсказуемо у заместителя директора нашлось много аргументов против, которые она не постеснялась высказать, порой даже в более резком ключе, чем следовало. Претензий ко мне у неё за годы моей работы в тесном коллективе Хогвартса накопилось немало, и не сказать, что все упреки были несправедливы.

— Таким образом, учитывая её моральный облик и попытки запугивания детей, мы просто не можем позволить подобного. Да и как Сибилла может нести ответственность за детей и дисциплину, если она фактически… — МакГоннагал резко осеклась, и слово «сквиб» не было произнесено, но отчётливо так повисло в воздухе.

Дамблдор резко потерял добродушный вид и вежливую заинтересованность, бросив острый взгляд на свою верную помощницу. Интересно, а она сейчас поняла, что сделала? Учитывая, что наш директор усиленно пропагандирует всеобщее равенство, а она яро его поддерживает. Всегда говорила, что она ханжа.

— Договаривайте, Минерва, чего уж там, — мило улыбнулась я. — Все знают про ваши двойные стандарты. Может, мне и на общих трапезах к мистеру Филчу к дверям переместиться, да и на педсоветы вы его не приглашаете, а он ведь наш коллега, отвечающий за хозяйственную и воспитательную часть.

— Неправда, — сурово поджала губы Минерва. — Мистер Филч сам решил…

— Да ну, а ты его вообще спрашивала? — позволила себе усомниться Поппи, насмешливо глядя на МакГоннагал. — Что-то мне подсказывает, что ты явно переутомилась.

— Я согласен с профессором МакГоннагал, — подал голос Люпин в то время, когда остальные преподаватели молчали, сверля заместителя директора холодными осуждающими взглядами.

— Ваш протест отклонён, мистер Люпин, как и ваш, Минерва, — холодно заметила я. — Если следовать вашей логике, то я и преподавать не могу. По тем же причинам.

Вот это её проняло. Бросив растерянный взгляд на директора и только сейчас заметив недовольные выражения лиц всего педагогического состава, Маккошка начала понимать, что несколько увлеклась и невольно подставила директора. Демонстративно. Перед всеми.

— Поппи права, Минерва, ты переутомилась. Лимонную дольку? — ласково улыбнулся директор. — Я не вижу ничего плохого в том, чтоб занять учеников делом. Это ведь они организовали эти квесты? Какое интересное, новое слово, — задумчиво пробормотал директор.

Я согласно кивнула.

— Да, я прошёлся по паре маршрутов, очень оригинально, — Дамблдор снова включил добродушного и довольного результатами работы непутёвых внуков дедушку. — Они согласовывают варианты с вами, Сибилла?

— Не только со мной, — продолжала улыбаться я, скрывая ярость. И протянула директору ещё один свиток, который быстро набросала накануне и согласовала с деканами трёх факультетов, тем самым узаконив деятельность организаторов квестов.

— А по-моему, пустая трата времени на развлечения, им стоит больше времени посвятить учебе, ЖАБА не за горами, — недовольно отозвалась МакГоннагал.

— Не согласен с тобой, Минерва. У них очень замечательные логические задачки, что стимулирует младшекурсников к учёбе, да и отвлекает от тлетворного влияния дементоров. Несмотря на защиту замка, напряжение и ужасающая аура всё равно чувствуются. А неокрепшие дети гораздо более подвержены их влиянию. — Флитвик был суров и непреклонен, словно к кружащим на границе восприятия тварям у него был личный счет. Как и к тем, кто не сильно протестовал против их присутствия.

— Тебе журнала посещаемости Больничного крыла не достаточно? — ласково, практически на парселтанге, прошипела Поппи. — Так мы с Северусом смету на зелья и ингредиенты можем через тебя Альбусу передавать, чтоб ты прониклась. Третью уже.

— Спокойно, коллеги, — вмешался директор, доставая перо. — Дементоры влияют на всех, исподволь подтачивая нашу волю, но это не значит, что мы можем выпускать нашу агрессию, тем более по отношению друг к другу. — Размашистая подпись украсила пергамент квеста для инициативной группы. — Я считаю, что это идёт на пользу школе.

Я довольно улыбнулась, подтягивая резко ставшую официальной бумагу ближе. Куратором группы я назначила себя, а также оставила за собой право начислять баллы за работу по собственному усмотрению. Учитывая, что гриффиндорцев среди ребят не было, то по концу года будет щелчок по носу Минерве, пусть и слабый, но даже такая мелочь греет душу.

— А насчёт школьного кружка…

— Тут даже название неуместное, — перебила Минерва директора, не желая просто так сдаваться. — Причём здесь актёрское мастерство?

— Ну как же, — искренне изумилась я, наивно хлопая глазами. — Вы же сами пару раз назвали меня шарлатанкой, по-моему, как раз в тему! — И улыбаемся, улыбаемся.

— Тем не менее мы не можем решать такие вещи. Я ни в коем случае не дам своего согласия, пока не увижу разрешения от родителей! Разгребать жалобы от Совета Попечителей на самоуправство Сибиллы у меня нет ни малейшего желания, — вставила свои пять копеек заместитель директора, желая оставить последнее слово за собой. Тем приятнее было видеть её выражение лица, когда я вынула пачку писем по числу фамилий, указанных в списке.

— Что же, коллеги, — подвёл итоги директор, довольно усмехаясь и явно наслаждаясь представлением, — решением большинства кружок утверждаем?

Дамблдор дождался согласных кивков от Флитвика и Спраут, сверкающих удовлетворёнными улыбками, Снейп полуприкрыл глаза, когда внимание работодателя сместилось к нему, что, по его разумению, должно было сойти за согласие, МакГоннагал упрямо поджала губы, но отрывисто кивнула, остальные профессора выразили поддержку аплодисментами. Люпин в единственном числе олицетворял партию воздержавшихся, но на его кислую физиономию никто не обращал внимания. Ещё один росчерк пера, переливающаяся гербовая печать с символами Хогвартса, и я довольно прячу в широкий рукав заветный пергамент. Что ж, можно праздновать победу. Хм, судя по хитрому жесту Авроры и задорному блеску глаз Флитвика, одним спасибо я не отделаюсь. Не страшно, благодаря предприимчивым родителям моей инициативной группы — теперь уже действительно моей, — мой бар заметно расширился и пополнился некими эксклюзивными экспонатами.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Четверг, 04.01.2018, 20:44 | Сообщение # 36
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 17 Продолжение

Остался ещё один вопрос, что не терпит отлагательств. Диадема Равенкло. Такой вещи не место в школе. Актуальность и срочность вопроса подстёгивается ещё и тем, что я неосмотрительно показала Поттеру Выручай-Комнату, мало того, склад потерянных вещей. Это я сильно не подумав сделала, в малодушном желании избавиться от обнаглевшего ребёнка. А могла бы сообразить, просто обязана была, но, по-видимому, гриффиндор головного мозга передаётся воздушно-капельным путем. Вот что мы будем делать, если два крестража притянутся? Или вспомнить феноменальное поттеровское везение, а также магнетизм на неприятности и приключения? Вот и я в ужасе с момента, как всё это осознала. Не просто так я экстренно за василиском в подземелья сунулась. Всё же моя ошибка, мне и исправлять. Только уничтожать такие вещи в школе нельзя, во избежание. И мне известен только один объект, защита которого может сравниться с хогвартской.

С гоблинами договориться оказалось на удивление просто. Иногда их политика невмешательства в дела волшебников бывает очень кстати. Нет им дела до того, что за артефакт ты собираешься уничтожить и как на это смотрит Министерство. Если есть средства для аренды ритуального зала Высшей рунной защиты класса ХХХХ Гринготтса, то милости просим. Главное, отказ от претензий в случае летального исхода при проведении ритуала по всей форме заполните. Бюрократы. Экранирующую шкатулку для выноса диадемы из школы я взяла в аренду там же. Да, да, я помню о пунктике хитровывернутой мысли гоблинов по продаже изделий собственного производства. Так что я сразу договорилась насчёт кратковременной аренды. Дешевле, и после возврата они её обязательно почистят — очень брезгливая раса в плане общения с магами. Поэтому в случае чего с этой стороны концы спрятаны надёжно, что я притащу в банк, не уточнялось, но по косвенным признакам и так понятно, что запрещённый тёмный артефакт. А конфиденциальность оговаривалась отдельным пунктом и, к неудовольствию гоблинов, скреплялась магической клятвой. Мне тоже бюрократия не чужда.

Оставалось самое сложное. До этого момента к диадеме я даже не совалась, убедилась издали в её наличии, и всё. Ну не верила я, что директор не знает о существовании Выручай-комнаты, сам же в неё ползал, правда, за ночными горшками. Уверена, прячь свой крестраж сам Лорд лично, то тайник бы был в гнезде василиска, а не в аналоге проходного двора, совмещённого с барахолкой. Выводы очевидны. Дар предвидения, в наличии которого я сильно сомневалась, молчал в тряпочку, моя родная интуиция орала благим многоэтажным матом и требовала бежать и тихариться на другой конец света ещё с момента осознания попадания с полным погружением в глючную реальность, так что на неё надежды тоже мало. А закон подлости ещё никто не отменял. Мне позарез нужна жидкая удача. Поэтому, собрав нервы в кулак и резко вдохнув как перед прыжком в прорубь, я поползла в мрачные подземелья.

Сказать, что декан Слизерина был удивлён моему визиту, это значит вообще ничего не сказать. Но лицо держал. Даже предложил даме стул и уставился нечитаемым взглядом.

— Не уверен, что рад тебя видеть, Сибилла. Надеюсь, не очередное предсказание?

Так и знала, он догадался, что я его как малолетку на слабо развела. Дважды. Теперь бесится.

— Нет, — очаровательно улыбнулась я, Снейпа передёрнуло. — Сегодня я по твоему профилю. Мне нужен Феликс Фелицис.

Коллега слегка приподнял бровь, демонстрируя своё удивление и лёгкий интерес. Я в очередной раз удивилась его способности к выразительной мимике при общей холодности и невозмутимости. Молча выставила на стол небольшую шкатулку. Северус хмыкнул и с деланным безразличием приоткрыл её. Маска равнодушия дала заметную трещину. Ещё бы, чешуя с морды василиска — это вам не кот чихнул. Жаль, глаза пришли в негодность, но у меня под стазисом целая туша, я с ним ещё лет сто на уникальные зелья торговаться смогу.

— С чего ты взяла, что у меня есть подобное? — Природная осторожность всё же взяла верх, хотя я видела, как вспыхнули глаза зельевара при виде редкого ингредиента.

— Статус, Северус, твой статус. Я, конечно, могла обратиться к гоблинам или нелегальным поставщикам, но непонятную гадость пить не хочу.

— Допустим, — согласился он. — Но если…

— Северус, я похожа на дуру? — мягко перебила его, выслушивать угрозы мне совершенно не хотелось.

— Я уже затрудняюсь ответить, на что ты похожа, неведома науке зверушка, — устало потёр переносицу Снейп. — Когда тебе нужен Фелицис?

— Сейчас.

Зельевар злобно на меня посмотрел. Но, видимо каким-то шестым чувством уяснив, что я и совесть никогда не были представлены друг другу и вообще живём в параллельных мирах, со вздохом пошёл потрошить свои личные запасы.

Жидкая удача не подвела. Через пару дней директор отлучился из школы, о чём мне радостно поведала Аврора. Выпроводив учеников с последнего урока, я вынула заветный пузырёк. Редкостная гадость. Это нормально или Снейп в очередной раз отличился? Все зелья его приготовления отличаются отменно омерзительным вкусом.

Но эффект… В теле появилась непривычная лёгкость, захотелось танцевать, невероятная ясность мыслей и непреложная уверенность в своих действиях вдохновляла. Я точно знала, что и когда нужно делать. А также то, что подобным методом я никогда более не воспользуюсь. Моя магия не принимает даже таких сомнительных конкурентов, но сегодня я в ударе.

Через час я, всецело готовая к любым неожиданностям, покинула свои покои, полностью экипированная, подхватив зачарованные контейнеры. На моём пути до восьмого этажа никто не встретился, ни ученики, ни призраки, даже портреты сверкали пустыми рамами. Я играючи обходила все сигналки директора на входе в Выручай-комнату, мимолётом подивившись сладко спящим троллям, надёжно закрывшим обзор придавленному Варнаве Вздрюченному. Путь к диадеме через многолетний хлам поражал не меньшим количеством следящих чар, я и не представляла, что магический аналог сигнализации можно подвесить даже на воздух! Вот только белобородый дедушка не был знаком с великим искусством паркура, я, конечно, тоже не большой знаток, но для профессиональной пулдэнсерши, под завязку накачанной жидкой удачей, прыжки под потолком по рассохшейся мебели в обнимку с парящей метлой не доставили проблем. Хорошо, что прежняя Трелони всегда держала себя в отличной форме.

Похожую диадему из подручных средств и пожертвованных на благое дело камешков из семейного сейфа я трансфигурировала заранее ещё месяц назад, чтоб, когда пропажи хватятся, ещё больше запутать следствие. Думаю, с магловскими детективами мой дражайший работодатель не знаком, несмотря на активное ратование за сближение миров. Мелкие детали подогнала на месте, а затем аккуратно перенесла следящие нити на подделку, в очередной раз вознеся хвалу предкам за столь замечательный фамильный артефакт. Не видать мне карьеры элитной воровки древностей без моих стрекозиных очков. А теперь ходу, ходу. Гоблины, сволочи зеленокожие, за продление аренды ритуального зала ещё больше галеонов сдерут.

Меня ждали. Безмолвствуя, проводили от чёрного хода извилистыми и запутанными катакомбами вглубь подземелья банка. Замшелые камни, иссечённые древними рунами, впечатляли, ониксовые накопители и алтарь из цельного куска чёрного мориона с кровостоками довершали мрачный антураж. Что-то терзают меня смутные сомнения, что в сердце Гринготтса может попасть любой, кто в состоянии внести определенную сумму золотом. Мелкие проходимцы пытаются заработать себе очки, демонстрируя расположение и высокое доверие, видимо, зря я о василиске заикнулась, да и изучение рынка высоких технологий по моей наводке дало свои результаты. Старайтесь, дорогие мои, старайтесь, всё равно раньше подведения итогов Мирового чемпионата по квиддичу я с вами деловые переговоры вести не буду.

Каменная плита захлопнулась за спиной, рунная цепочка вспыхнула призрачным светом, отсекая меня от остального мира. Теперь выйти отсюда я смогу лишь при благополучном окончании ритуала, но страха не было. Фелицис действовал.

Диадема отлевитирована на алтарь, прикасаться к ней я даже не рисковала, судьба рыжей Уизлетты — достаточно веское основание для соблюдения полной техники безопасности и даже больше. Я вышла за охранный контур и активировала пентаграмму, тягаться с вырвавшимся духом у меня не было никакого желания. Рядом со мной находилась открытая шкатулка с длинным, внушающим уважение своим размером клыком василиска. Готовность — ноль, я нацепила на нос свои знаменитые очки, внимательно рассматривая прославленный артефакт Ровены в магических потоках. Крестраж выглядел чёрным инородным вкраплением в идеальную структуру чар непревзойдённой магички, сложное переплетение каналов осколка души Риддла с основной рабочей структурой энергетических линий артефакта не оставляло надежды удалить его без разрушения самой диадемы.

Что я могу сказать? Закон подлости во всей своей непреодолимой красе. Простой путь — однозначно не мой метод. А какая была замечательная идея — возродить Лорда, глянуть в его красные глазки, и пусть у него голова болит о судьбе МагБритании. Сам к власти рвался, а я и дальше тихонечко в своей башне посижу, мне студентов учить понравилось. Размечталась, Косицына.

Будь Тёмный Лорд вменяем, дельце бы выгорело, я готова была рискнуть даже с учётом восьмидесятипроцентной вероятности летального исхода себе любимой. Что поделаешь, такая вот я авантюристка. Я в состоянии прополоскать мозги подростку с неокрепшей психикой, убедить в собственной невиновности и оправдать принятую меру самообороны, вывести из чёрной депрессии и убедить, что он ничего не должен тем, кто бросил его в трудную минуту. Но вернуть разум устоявшемуся магу, окончательно слетевшему с катушек, я не могу. Какой бы я ни была аферисткой, необходимо реально оценивать собственные возможности.

Прости, Том Марволо Риддл, я всецело поддерживаю твой душевный порыв, но, к моему великому сожалению, помочь ничем не могу. Ох, не зря Тёмный Лорд рвал свою душу на куски в таком бешеном темпе и впаивал её в реликтовые предметы после обычного дневника. Видимо, таким образом он пытался хоть как-то стабилизировать своё состояние.

Моё оружие медленно поднялось в воздух, это в каноне золотое трио хваталось за ядовитые зубки голыми руками, а у меня слёз феникса в наличии не имеется. Хотя Моя Прелесть с радостью запустит в диадему пресловутое адское пламя, вот только кто знает, что замутили ушлые гоблины в своих ритуальных залах, лучше я засвечу клыки василиска и свою способность к невербальной магии, чем семейную тайну. Самопальное копье с жутким звуком вонзилось в украшение, по ушам ударил дикий крик, вспыхнул защитный контур и заработали накопители, поглощая вырвавшуюся энергию. Над артефактом в расплавленной мешанине серебра и драгоценных камней, в которой с трудом можно было узнать бывшую форму, медленно таял, бешено закручивающийся, словно мечущийся в панике, чёрный дым.

— Оставайся в блаженном сне, благородный король. Быть мессией в своей стране — незавидная роль…* — тихо пропела я на русском. — Эта эпитафия подойдёт тебе более всего. Оценить по достоинству чей-либо вклад в историю могут лишь далёкие потомки и сторонние наблюдатели. Поттериане не повезло нарваться на последнего.

— Ты что творишь, женщина неразумная?! — мой философский настрой, сдобренный щедрой порцией лирического взгляда на проблему, оказался жестоко разрушен самым банальным образом.

После завершения ритуала защита автоматически отключилась, и в помещение ворвался мой поверенный, пышущий гневом и возмущением, что аж борода дыбом топорщится, а из глаз искры летят. Практически буквально, поскольку маленькие злобненькие глазки Кровохлеба подозрительно светились.

— Я тебя ещё раз спрашиваю — это что?! — рявкнул на всю мощь лёгких гоблин. Ну да, его в известность о своих тёмных делишках я не поставила. — Что?! — прорычал он, бросившись к центру пентаграммы.

— Осторожно! — единственное, что успела выкрикнуть я, когда он потянул руки с непропорционально большими кистями и длинными когтистыми пальцами к тому, что осталось от диадемы.

— Это… это… — прохрипел он, так и не прикоснувшись к проклятой вещи. — Как ты могла, сказочница моя?! Как у тебя вообще рука поднялась? Что ж ты наделала-то, а?

В его поток искренних причитаний и почти театральных заламываний рук я не могла и слова вставить, лишь беспомощно наблюдая за его хаотичными метаниями. Зелье удачи постепенно выветривалось из моей крови, и меня потихоньку отпускало. Как-то сразу оказалось, что у меня болит голова, а ноги подкашиваются от усталости, и вообще меня слегка пошатывает, и урчит в животе.

— Это же диадема Равенкло! Утерянная, почти легендарная! Словно ты справочник негласного рейтинга артефактов в глаза не видела, необразованная! Как??? — А это больше похоже на крик души.

— Это крестраж, — наконец я вставила свои пять копеек и устало привалилась к каменной стене.

— И что с того? — резко окрысился гоблин. — Словно это проблема. Чем ты это его? — он бесцеремонно отобрал у меня контейнер и распахнул его, быстрым взглядом окинув содержимое, с треском захлопнув крышку. — Ну, ты вообще, Шахерезада, страх потеряла, такие вещи с собой таскать. В хранилище! — рявкнул он. — Чей крестраж?

— Риддла.

— Это который у нас о ребёнка Поттеров убился? — дотошно уточнил Кровохлеб.

— А ты знаешь ещё одного? — окрысилась я. — И, как видишь, недоубился.

— Мир большой, — проворчал гоблин. — Кто знает, сколько Риддлов на свете душу рвали. Убился, недоубился, какая разница, от Предвечной ещё никто не уходил. И Фламеля мне в пример не приводи, не он первый, не он последний. Так, а чем это от тебя пахнет? — гоблин подозрительно принюхался, а его глаза вновь налились бешенством. — Фелицис? Нет, ты окончательно сошла с ума! Мозги окончательно отказали?! Какое зелье удачи с твоим даром, ненормальная!

— Тихо! — рявкнула я в ответ, прижимая ладони к вискам. — Всё нормально будет, я точно знаю. Но повторять опыт, пожалуй, не рискну.

— Ладно, — прошипел поверенный, яростно сверкая глазками. — Идём в кабинет. То, что осталось от диадемы, продашь банку?

— Продам, — согласно кивнула я и покорно последовала за гоблином, пулей вылетевшим из ритуального зала.

— Даже не уточнишь цену? — язвительно поинтересовался гоблин.

— Не-а, — устало отозвалась я. — Гоблины не обманывают своих клиентов, а наличие поверенного — это привилегия. Уверена, не обидите.

Кровохлеб довольно кивнул, выслушав мою путанную речь как маскировку нежелания торговаться.

— Не обидим, — эхом отозвался он. — Рассказывай, — распорядился, едва я устроилась в гостевом кресле и протянула руку к вазочке с шоколадом. — Откуда это у тебя?

— Что именно? — педантично уточнила я.

— И крестраж, и клыки василиска, — сурово сдвинул кустистые брови поверенный, кивнув на небрежно брошенную на стол шкатулку.

— И то, и другое из школы. Василиска в прошлом году грохнули. А крестраж… да меня просто колотит от такого сочетания, как крестраж, дементоры и Поттер. Ничего с собой поделать не могу, — пожала плечами и потянулась за второй конфетой.

— А посоветоваться с мудрым поверенным не судьба? — не хуже змеи прошипел гоблин. — И на будущее, если тебе в руки попадаются легендарные артефакты, в первую очередь тащим их мне — как единственному разумному в нашем союзе — вне зависимости от того, какие проклятия там навешаны! Это понятно?

Я согласно закивала, не желая спорить с разозлённым гоблином, держащим лапу на пульсе моего финансового благополучия.

— У вас что за муть в школе творится? — слегка успокоился он.

Я ехидно усмехнулась и нанесла добивающий удар.

— Подготовка к воскрешению Темного Лорда. — Выражение полного охренения на богатой на мимику морде гоблина будет долго греть мне душу.

* Ария (Армагеддон 2006) — «Кровь королей»



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Вторник, 06.02.2018, 00:18 | Сообщение # 37
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 18

После своей импровизированной вылазки за пределы школы, совмещённой с кражей особо редких (по словам моего поверенного — легендарных) артефактов и террористическим актом против жизни и здоровья отдельно взятого Тёмного Лорда, я забилась в свои покои и сидела, словно мышь под веником, вздрагивая от любого шороха. Всё, что было до этого, лишь детский лепет и подковерные игры на уровне детского сада, если брать за эталон моего дражайшего работодателя. А вот изъятие без спросу и последующее уничтожение школьного имущества, крестражем Волдеморта именуемого, — это уже открытое объявление войны нашему Великому Светлому, а то, что у меня силёнок с ним тягаться нет, никому объяснять не нужно. Страшно было, аж жуть! Как я умудрилась вести уроки и факультатив — я не представляю, всё как в тумане, единственная мысль, что прослеживалась сквозь моё сумеречное состояние, — это отслеживание шагов и посетителей с паническим: «Не за мной ли?»

Даже моя инициативная группа заметила что-то неладное, но списали всё на дементоров, и теперь в моих покоях каждый час сменялся серебристый патронус, пристально отслеживающий мои перемещения, чем ещё больше меня нервировал. Развели зоопарк, черти марсианские! И главное, сказать, чтоб убрали, не могла — банально бы сорвалась в истерику. А деткам знать не обязательно, что у профессора паранойя и мания преследования.

Оклемалась где-то через неделю, относительно придя в себя, да и то периодами срывалась в панику и вновь пыталась забиться в самый дальний угол и забаррикадировать покои. Но здравый смысл и способность к анализу ко мне вернулись. И по всему выходило, что раз за мной ещё не пришли и всеобщего кипиша по поводу исчезновения древнего артефакта в школе не происходит, то или Дамблдор ещё не хватился пропажи, или я удачно замела следы. Впрочем, шум директор поднимать бы не стал, а тихо всё проверил лично, но на задушевные беседы меня не таскали, а обыск в моих покоях не проводился. И что меня обнесло? Хотя есть предположение, что это откат от зелья удачи, наложившийся на ауру дементоров, вытаскивающих наружу все наши страхи. Стражи Азкабана тут, рядом, за тоненькой кирпичной стенкой, кружат, скучают, преданно заглядывают в окна. Как называется, почувствуй себя узником знаменитой тюрьмы на верхних элитных этажах для самых отмороженных личностей. Жуть!

Ладно, примем за рабочую версию, что мне невероятно повезло и Дамблдор пока не в курсе пропажи диадемы. Что мы имеем в остатке? Время, за которое рассеются все следы. Муляж долговечен, не зря я туда накопитель воткнула. Дороговато, но что ни сделаешь ради исправления собственной глупости. Отследить создателя обманки тоже не просто: я же палочкой не пользуюсь! Есть у накопителей ещё одно маленькое свойство, отчего об их использовании очень не любят распространяться — искажение почерка накладываемых плетений вследствие использования внешнего источника, а не внутреннего. Нет, даже так при очень большом желании отследить мага можно, поскольку всё зависит от уровня силы и энергии — все привыкли экономить, используя концентраторы в виде палочек и иных приспособлений для снижения потерь. Сложно, но можно. Вот только я палочку не могу использовать по понятным причинам. Но и мне, сидящей на халявном источнике энергии, нет смысла крохоборничать. Поэтому с точки зрения здравого смысла и магических наук, моя кривая подделка вызовет разве что оторопь от бездарно потраченных ресурсов и вывертов логики мага, приложившего руку к её созданию. Всё ради того, чтоб запутать следствие! Что ж, надежда умирает последней. А пока тишина.

Северус ворвался ко мне резко, словно ангел мщения, влетел в распахнутый люк с эффектно развевающейся за плечами мантией, создающей иллюзию чёрных крыльев. Тёмные глаза, напоминающие бездонные провалы, яростно сверкали, а на закаменевшем лице замерла гротескная маска безразличия. Контрастное различие. Люк с треском захлопнулся, и взмахом палочки чародей наложил неизвестные мне чары. Только тонкие губы беззвучно шевельнулись — и на вход в мой класс легли вычурные магические линии, оплетя не только люк, усиленно изображающий входную дверь, но и весь класс разом. Интересненько!

С грохотом передо мной опустилась моя же шкатулка с чешуёй василиска.

— Что случилось? Ингредиент оказался с дефектом? — иронично усмехнулась я.

— Можно сказать и так, — выплюнул он, буравя меня пронизывающим взглядом. — Он свежий.

Я только безразлично пожала плечами. Если честно, я его раньше ждала. Не мог маг его уровня не увидеть подвох, а у меня целая туша в подвале лежит, которую я самостоятельно разделать не в состоянии: сил и знаний не хватит. Уподобляться Плюшкину я не желаю, и вообще, вождь пролетариата завещал делиться, а ждать, когда делиться заставят принудительно, не дело. Всё равно я гоблинов протащить в школу не смогу, чтоб они мне змейку на ломтики порезали и присвоили инвентарный номер каждой чешуйке. А жаль, столько бы проблем сразу исчезло.

— Тебя это не устраивает? — Я продемонстрировала его знаменитый жест, честно сплагиаченный, но, увы, опять забыла про очки, нацепленные на нос, и нужного эффекта не добилась.

— Меня многое в этой школе не устраивает. Особенно ведьмы, шастающие по подвалам. Я тебя не прибил лишь потому, что в состоянии определить, что чешуя взята с мёртвого василиска, — прошипел он, не сводя с меня взгляда и отслеживая малейшие колебания мимических мышц. Так и знала, что он физиогномист*!

— То есть ты меня подозреваешь в прошлогодних художествах? — искренне расхохоталась я.

— Где есть одна идиотка, там найдется и вторая. В Хогвартсе наличие умственно отсталых на квадратный метр бьёт все возможные рекорды, — не повёлся на мою провокацию декан Слизерина.

— Хорошо, если тебя не устраивает плата чешуёй, назови цену в галеонах, — и я, скосив под дурочку, потянулась к своей шкатулке, которая очень резво вывернулась из-под моей руки.

— Сибилла, я не сомневаюсь, что ты поняла меня верно. — Голос зельевара был пугающе ласков, а лицо — бесстрастно.

— Поняла, конечно, — хитро улыбнулась я. — Клятва и договор, Северус. Иначе никак.

Чародей отрывисто кивнул.

— Но я хочу знать, как. Желающих попасть в Тайную Комнату было несчётное количество, но открыть смогла лишь школьница под тёмным артефактом. У меня закономерно возникают сомнения.

— Вообще-то в прошлом году у нас было два уникума, — педантично напомнила ему. — Поттер использовал парселтанг.

— Опять всё сводится к Поттеру, — скривился Снейп, я индифферентно пожала плечами.

— Вытянуть нужную комбинацию звуков из памяти призрака оказалось не то чтобы сложно, сколько муторно, а кровью Поттер поделился добровольно сам.

— Вот с этого момента поподробнее! — резко подобрался Северус, окинув меня колючим взглядом профессионального убийцы.

Я молча удалилась в свои покои, сопровождаемая деканом Слизерина, явно не желающим терять меня из виду. В моей гостиной процедура накладывания непонятных мне чар повторилась, видимо, мой собеседник не жаждал таскаться из помещения в помещение, и у него совершенно отсутствовало чувство такта, поскольку посетить девичьи апартаменты я его не приглашала. И всё же жаль, что я не умею читать по губам. Заклинаньице-то явно крайне любопытное. Наконец заветная колба была извлечена из дальних закромов мелкого хлама и была предъявлена на обозрение.

— Что это? — недоуменно спросил зельевар, подозрительно разглядывая чёрную с сизым отливом жидкость.

— Я надеялась, ты мне скажешь, — хмыкнула я в ответ. — Изначально это был стандартный проявитель с кровью Поттера. А вот что получилось в комплексе, мы ни в одном справочнике не нашли.

— Сама варила? — иронично поднял бровь хам подземельный.

— Моих талантов не хватает. Из Мунго, — не повелась я. — Держи. — Я выставила на стол флакон с остатками зелья.

Северус задумчиво повертел в длинных пальцах прозрачную ёмкость с бесцветной жидкостью, плескающейся на дне, особое внимание уделил крохотной монограмме госпиталя, подтверждающей качество. С каждой секундой зельевар всё больше мрачнел, черты его лица хищно заострились, а взгляд стал холодным и колючим.

— Кто ещё об этом знает? — отрывисто спросил он, бросив на меня быстрый, пронизывающий взгляд.

— Ты, я, Поттер.

— И ты ни с кем об этом не говорила? — продолжал давить он.

— О чём? — Я демонстративно закатила глаза. — О том, что, по словам ребёнка, его покусал ползающий по школе василиск, а директорский феникс залил место укуса слезами? И школьный колдомедик это пропустила?

Северус сел в кресло, устало помассировав пальцами переносицу. Флаконы с исходным зельем и пугающим результатом притулились рядком на столике, даже не думая исчезать под смурным взглядом декана Слизерина.

— У Поппи все признаки обливиейета, — наконец выдал он, вперив в меня тяжёлый взгляд. — Бл… — не сдержался вечно невозмутимый и неприступный зельевар, явно нахватавшийся идиом от русскоязычного коллеги по тайному обществу с террористическим уклоном.

— Ты мне лучше объясни, как дети там оказались. — Взгляд Снейпа, вызывающий нервную дрожь у среднестатистических магов, на меня не произвёл ни малейшего впечатления, мой был ничуть не ласковее. — И почему спасательная команда состояла из летающей курицы, раритетной шапки и гоблинской парадной цацки?

— Спроси чего полегче, — огрызнулся тот. — Когда мелкая Уизли пропала, наш дражайший директор наконец-то расщедрился на слёзы феникса, и я сутки был занят изготовлением противоядия.

— А разве слёзы феникса сами по себе не являются противоядием? — искренне удивилась я.

Снейп бросил на меня ещё один полный смеси ярости и презрения взгляд, а затем его палец обвиняющее ткнулся в пробирку с неопознанным диагнозом.

— По-твоему, это выглядит противоядием?

— Я так и не смогла определить, что это.

— Результат интриг директора и всеобщей некомпетентности, — вынес он окончательный вердикт.

— Меня больше интересует, как ребёнка спасать, — отмахнулась я.

— Никак. — Я бросила на него угрожающий взгляд и опасно прищурилась. — Никак, — повторил он. — Я читал о подобных случаях. Эту адскую смесь из организма не вывести, она уже во все ткани проникла. Слёзы феникса яд василиска нейтрализуют, вот только использовать его в чистом виде… это, конечно, не кровь единорога пить, но где-то очень близко. Этим методом в прошлом пользовались в самом крайнем случае. Для этого есть противоядие на основе слёз со строгой дозировой. Бл…! — вновь повторил он.

— Чем это грозит?

— Ну, органические яды на него будут действовать ослабленно, и это единственный плюс. То же касается многих зелий, особенно обезболивающих, но передозировка никуда не денется. Отставание в физическом развитии, но поскольку паршивец грезит карьерой ловца, то он может и в этом углядеть выгоду. Ухудшится контроль, повышенная гиперактивность, сосредоточиться на чём-то надолго будет сложно, собственно, это поставит крест на любых ментальных практиках…

— То есть? — прервала я задумчивые рассуждения зельевара.

— А? — отвлёкся он, удивлённо глядя на меня. — Окклюменцию ему не постичь.

— Совсем?

— Есть и активные варианты защиты сознания. Особенно когда уже связка с легилиментом образовалась, тут уже всё зависит от упрямства и агрессии мага. Но это так зыбко, да и работать это может в обе стороны…

В этот момент мне почему-то вспомнились горящие красным огнём глаза и воспалённый шрам повзрослевшего Поттера, скрываемый за отросшей челкой. Если это не связка легилимент — жертва, то я не знаю.

— Что ещё?

— Нестабильность магии, — грустно усмехнулся Снейп. — А с учётом скверного контроля, то без проводника у него, собственно говоря, мало что будет получаться, — заметив мой совершенно не понимающий взгляд, зельевар расщедрился на более развёрнутые пояснения. — Магия не стабилизируется, и Поттер будет подвержен стихийным выбросам, как в детстве, особенно на фоне нервных потрясений. Может выдать необычайно мощное заклинание, что истощит его, а то и убьёт или, наоборот, в ответственный момент не сможет наколдовать даже банального люмоса. Собственно говоря, наша магия во многом зависит от эмоций, с возрастом это сглаживается.

Мы ненадолго замолчали, думая каждый о своём. О чём думал зельевар, мне не ведомо, да и гадать по поводу его извилистых измышлений прирождённого гения не хотелось, свой разум целее будет, а меня занимали мысли, стоит ли вспоминать знаменитый английский этикет и предлагать гостю чай или, учитывая хамское поведение означенного гостя, забить на гостеприимство и высказать тем самым степень своего раздражения.

— Вернёмся к началу нашего разговора, — прервал он затянувшееся молчание. — Всё же я желаю знать, как с помощью этого, — он взмахом взболтал жидкость в колбе, — ты умудрилась попасть в святая святых самого Слизерина?

— Пошипеть в одном месте, сбрызнуть вот этим и пошипеть в другом, и вуаля, — я ехидно улыбнулась. — Только после договора, Северус.

Я вынула свиток с предварительным текстом и только обворожительно улыбнулась на его скупую мимику, выразившую его лёгкое удивление. Нет, он серьёзно думал, что я не способна просчитать свои действия на несколько шагов вперёд? Ладно, не способна, но не в этом случае. Так или иначе, договор мы составили, клятвы произнесли, а откладывать посещение уютного логова Короля змей зельевар категорически не желал.

Долгое ожидание меня любимой около женского туалета на втором этаже не прибавило мрачному зельевару ни хорошего настроения, ни любви к моей персоне. Снейпа раздражало всё: и место схрона для тайного хода в эксклюзивные подземелья, возле которого приходилось ошиваться столь одиозной личности, прячась от чужих глаз, и рыдающий за тонкой дверью неугомонный призрак, и моё неторопливое шествие на встречу с подельником — что поделаешь, метлу я так и не приобрела и вновь была вынуждена сделать крюк до знаменитого чулана, факт того, что пробраться незаметно через немыслимое число сигналок без моего фамильного чудо-артефакта — практически невыполнимая задача, и куча других факторов, которые больное воображение тёмного мага (а я в этом ни на секунду не сомневалась) могло выдавать с безумной скоростью.

Впрочем, около заветной двери декана Слизерина я не обнаружила и в растерянности оглянулась, натыкаясь лишь на пустой коридор, залитый рассеянным светом от магических факелов, за стрельчатыми окнами царила непроглядная тьма шотландского ночного неба, затянутого низкими тучами.

— А ты не торопилась. — Тихий вкрадчивый голос, раздавшийся за спиной, заставил меня подпрыгнуть на месте и взвизгнуть от неожиданности.

Визга, правда, не получилось, вместо него я смогла выдавить лишь полузадушенный всхлип: мужская мозолистая ладонь жёстко перекрыла мне доступ воздуха. Мгновенно потеряв равновесие, я не свалилась позорно на каменный пол, лишь наткнувшись спиной на Снейпа, который даже не пошатнулся. Вот так и спускаются с небес на землю и теряют розовые очки всякие попаданки, возомнившие себя Мэри-Сью. Он себя не выдал ничем: ни звуком шагов, что, несмотря на все ухищрения, гулко разносятся по коридорам древнего замка, ни шорохом одежды при его любви к длинным и широким мантиям, ни движением воздуха в пустом коридоре.

— Всё же твои очки — это не панацея, они имеют и свои ограничения, — будничным тоном выдал этот невозможный тип, отходя от меня на шаг.

Я безразлично пожала плечами — этот жест постепенно входит у меня в привычку при общении с данной одиозной личностью, имеющей непревзойдённый талант бесить всех окружающих лишь своим присутствием, особо стойкие его ненавидят уже после пары фраз, выдавленных желчным тоном и не оставляющим простора для интерпретации. Занимательнейшая сволочь! Редчайший экземпляр, блин! Эндемик, место обитания — коридоры Хогвартса. Кто не спрятался — ваши проблемы.

Взмах палочкой, и плач в туалете резко стих, он даже не заморачивался с открыванием дверей, а я, наивная ромашка, считала, что для наложения чар как минимум нужно видеть объект, но моего подельника такие мелочи не смущали.

— Прошу! — Он даже галантно открыл дверь, пропуская даму вперёд.

Туалет был залит водой. Миртл постаралась на славу, бестелесной статуей зависнув над делом рук своих, застывшее лицо призрака высветилось в свете парящего люмоса, предусмотрительно запущенного из-за моей спины. Впрочем, отсутствие света для моих очков роли не играло, скорее, это даже плюс, поскольку мой мозг интерпретировал увиденное мной в виде цветных линий и тумана разной густоты.

— След в след, — предупредила я зельевара, аккуратно двинувшись вперед.

Памятуя о не слишком приветливых коридорах, оделась я соответственно, поэтому лужи меня не смущали, а вот как выйдет из положения Северус в своей подтирающей пол мантии, мне было любопытно. Обернувшись назад, я только хмыкнула — эта зараза просто парила над полом. Позёр!

— Мантия! — злобно прошипела я, заметив широкие полы в опасной близости от яркой линии сигналки. Зельевар понятливо кивнул и перекинул её через руку, какой бы язвой он ни был, но сосредоточенности в деле не терял.

А дальше начались детские пятнашки с попыткой объяснить слепому, как двигаться на ровном месте среди невидимых линий. Но мы справились и с этим, замерев перед нужной раковиной. Ещё несколько минут, и я перекинула нити на соседние мойки от греха подальше, на обратном пути верну назад. Терпеливо выполняющий мои указания чародей поспешил реабилитироваться в собственных глазах, добавив яда в голос.

— Ну, продемонстрируйте свои лингвистические достижения, Сибилла?

Я бросила на него острый злой взгляд и принялась усиленно шипеть, стараясь заставить человеческие связки выдать практически невозможное. Но практика явно оказала благоприятное воздействие, на этот раз мне понадобилось лишь десяток попыток, и чёрный провал в неизвестность эффектно разверзнулся перед нами.

— Надеюсь, Северус, с особенностями древних и забытых тайных ходов вы знакомы, — ехидно заметила я, окинув взглядом его пижонский наряд, в котором он собрался лезть в канализацию. — Осторожно, спуск крутой, — и эффектно упала в проход, на лету оседлав метлу. Всё же чем дальше, тем больше я становлюсь ведьмой, привыкая к реалиям нового для меня мира.

На декана Слизерина я не оглядывалась, здраво подразумевая, что если он не озаботился транспортом для передвижения, то это его проблемы, впрочем, для того, кто презрел силы гравитации безо всяких приспособлений, лишь на голой воле и магии, это несущественные мелочи. Что и подтвердилось в конце спуска, когда он медленно и торжественно вылетел из трубы с развевающейся за спиной абсолютно чистой мантией. Как есть позёр! На мой насмешливый взгляд он лишь вопросительно заломил бровь. Я промолчала, двинувшись вперёд.

Подозрительно относящиеся ко всем окружающим змейки с драгоценными глазами внимание зельевара заняли ненадолго, любопытство он удовлетворил после пары десятков диагностирующих заклинаний и, довольно хмыкнув, облил выгравированные и анимированные изображения пресмыкающихся так и оставшимся неизвестным составом из заветной колбы. Я экстренно зашипела. Снейп ворвался в помещение первым, бросив вперёд несколько неизвестных мне чар и стайку люмосов, и замер, настороженно оглядываясь по сторонам. Молчание затягивалось.

— Сибилла, тебе не кажется, что здесь подозрительно пустовато? — задумчиво так глядя на меня, поинтересовался зельевар.

— Не знаю. — Невозмутимо пожала плечами, разглядывая монументальную статую Салазара. — Это вообще первая тайная комната, которую я сподобилась вскрыть. Мне не с чем сравнивать.

— Учитывая возраст василиска, я рассчитывал на сброшенные шкуры.

Я ещё раз пожала плечами, намекая, что ничем не могу помочь. Может, он ел их с голоду, запертый в одиночестве на долгие столетия, откуда мне знать?

— Наш договор касался исключительно туши василиска. Насчет остального ничего не могу тебе сказать.

— Я почему-то так и подумал, — хмыкнул Снейп, подходя ближе к змею и взмахом руки скидывая консервирующие чары. — Мда… Спешите видеть сиё уникальное зрелище — единственный в мире тысячелетний беззубый василиск! — раздражённо прокомментировал зрелище пустых змеиных челюстей Северус.

— Уговор был на остатки змейки. — Мою очаровательную и милую улыбку зельевар почему-то не оценил.

Бесконечно можно смотреть на три вещи: огонь, воду и работу другого человека. Северус был великолепен. Со стороны он казался виртуозным дирижёром, лёгкими взмахами палочки управляющим многогранным оркестром, как единым организмом. Его магия напоминала музыку, невесомые потоки энергии, вырывающиеся по воле чародея, искусно переплетались, создавая ни с чем несравнимую бесподобную картину великого творения. И не важно, что этим актом творения была банальная разделка слегка протухшей туши реликтового змея. Я вообще не брезглива. Мне, конечно, не дано по щелчку пальцев накидывать на себя чары головного пузыря, но что-либо попроще из раздела бытовой магии для локальной очистки воздуха труда не составит. Так что я с упоением наблюдала высший класс от мастера, с комфортом устроившись на любимых подушках и раскурив свой эксклюзивный кальян. А что? Это в каноне Грейнджер у нас единственная умная и запасливая. А мне, как настоящей женщине, не понаслышке знакомо пятое измерение дамских сумочек. В магическом же мире некий сумрачный гений сумел его научно обосновать и даже поставить на поток. Чем я беззастенчиво пользуюсь.

Наконец Снейп прервался и устало двинулся в мою сторону, на ходу накладывая на себя комплекс очищающих чар. Удивление моей наглостью в осквернении святая святых мрачного антуража Тайной комнаты самого Слизерина ярким куском восточного будуара зельевар выразил лишь нервно дёрнувшейся бровью. Но в следующую секунду с шумом приземлился рядом, устраиваясь полулёжа на мягких подушках и подзывая к себе поднос с бутербродами, которые я заранее подготовила, зная о любви мужчин к перекусу после нудной и тяжёлой работы. Высококалорийная пища и вдумчивое созерцание трудов своих праведных быстро привели Снейпа в благодушное настроение.

— Не всё так плохо, как я думал. Частично туша безвозвратно пропала, но большую часть чары консервации успели спасти. Есть где развернуться.

— Я в тебе не сомневалась, — слегка польстила я, выпуская струйку дыма.

— Угум, — хмыкнул тот, не ведясь на провокацию, и потянулся ко второй трубке. — Скажи, Сибилла, а тебя совесть не мучает обирать сиротку?

— Это ты про кого сейчас? — на всякий случай уточнила я. Вдруг наш бравый декан Слизерина почувствовал себя обделённым и хочет переиграть договор, давя на жалость и мою давно подменённую хомяком совесть.

— Поттера, — лаконично отозвался он.

— Не-а, — довольно жмурясь, улыбнулась я, разглядывая аккуратные кучки из внутренностей потомка динозавра, со вкусом разложенные в художественном порядке, ведомом лишь доморощенному вивисектору. — Когда мы с Гарри изучали этикет, я спросила — готов ли он к подвигу в мою честь?

— И как твоя блудная совесть связана с отсутствием благоразумия и инстинкта самосохранения последователей Годрика в лице самого беспутного ученика?

— О! Юный храбрец с жаром убеждал меня, что ради моих прекрасных глаз он готов на любой подвиг! — Снейп только скептически хмыкнул, выражая своё невысокое мнение об умственных способностях своего нелюбимого навязанного подопечного. Выдержав драматическую паузу, я продолжила: — Но как-нибудь потом. А сейчас широким жестом предложил любой из его собственноручно добытых трофеев. Я выбрала.

Северус заразительно рассмеялся, оценив пассаж.

— Полагаю, он имел в виду пойманные снитчи.

— А вот это не уточнялось, — парировала я.

Зельевар хмыкнул, окинув меня задумчивым взглядом, в котором гасли последние искры искреннего веселья.

— Напомни мне, на каком факультете ты училась.

— На Равенкло, Северус. На Равенкло.

Физиогномика* — метод определения типа личности человека, его душевных качеств и состояния здоровья, исходя из анализа внешних черт лица и его выражения. Человек, обладающий знаниями по физиогномике и навыками чтения по лицу, жестам и телодвижениям, фактически способен читать мысли, поскольку всё, о чём мы думаем, мы непроизвольно отражаем во внешний мир. Наука, пусть и считается эзотерической, упоминалась в Древней Греции, хотя, по некоторым исследованиям, истоки находятся в Китае и Японии.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Вторник, 24.04.2018, 10:08 | Сообщение # 38
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 19

Я постепенно втягивалась: в учебный процесс, в жизнь, в образ прорицательницы Трелони и нелёгкое бытие ведьмы. Не сказать, что меня это радовало, но это был залог выживания. И если для этого придётся откорректировать образ мышления, мировоззрение и восприятие жизни в целом, я это сделаю! Первый пункт моего плана ещё никто не отменял. Это тяжело, это страшно, это пугает почище дементоров за стенкой, что покрывается морозными узорами при их приближении, это попахивает корректировкой личности, но это необходимо. Мы все меняемся, иногда незаметно, иногда резко, но неизбежно. Постоянно, день за днём, минута за минутой, каждое мгновение прожитой жизни меняет нас — это основа, это неотвратимость. Но до чего же страшно! Страшно потерять на этом пути себя и окончательно превратиться в Сибиллу Трелони, забыв на неведомых дорожках собственного разума Варвару Косицыну. Но Варя Косицына не ведьма и во враждебном Хогвартсе не выживет. Кто бы подсказал, как сохранить ту хрупкую грань равновесия между основной личностью и маской, не свалившись ни в одну из крайностей?

Быт выстраивался постепенно: уроки, традиционные чаепития в учительской, Больничное крыло и диагностика — Поппи вообще с энтузиазмом делилась опытом и знаниями, — выдача и принятие квестов, занятия с инициативной группой по вечерам, встреча в узком кружке девичьего коллектива, и во всё это безобразие впихнуть подготовку и собственные изыскания. Ну и обязательные посещения злобного поверенного и лучшей подруги Розмерты. Как показала практика, отточенная годами и многими поколениями, — когда объясняешь кому-то другому, сам понимаешь гораздо быстрее. В компании с инициативной группой ритуалистика и руны двинулись вперёд семимильными шагами. Одно дело — пользоваться готовыми схемами, другое дело — нужно понимать, что ты творишь! Дебаты, надо сказать, были жаркими.

Снейп, добрейшей души человек, все вопросы, связанные с василиском, забрал на себя, разом избавив меня от кучи проблем, в особенности от необходимости красть мётлы и ползать в грязные подземелья. За что я ему крайне была благодарна. Правда, прежде чем отдать склянку с кровью Поттера, заставила дать кучу всевозможных клятв, которые тот, яростно сверкая глазами, через силу выдавил. Вот невозможный человек! На студентов жалуется за игнорирование банальнейшей техники безопасности, а как я озаботилась безопасностью доверившегося мне ребёнка, так минут десять высказывал гневные мысли по поводу того, как я вообще могла допустить даже тень мысли о том, что он как-то мог повредить ученику. Тем более Поттеру. Ну и где логика? Всегда знала, что мужчины — ближайшие родственники чертей марсианских!

Но больше всего меня беспокоила фраза, брошенная вскользь Северусом. Может, он и не придал ей значения, а я покрывалась холодным потом от ужаса. И пристально, не сводя взгляда, наблюдала за мадам Помфри. Нет, ведь если вдуматься, Поппи никак не могла пропустить такое событие, как укус ребёнка василиском. Ребёнок был в лазарете — это доказанный факт! И тишина. Ни записи, ни слова. Тут на ум приходят два варианта, и один хуже другого. Либо Поппи участвует в непонятных играх Дамблдора, либо Северус прав, только я никак не могу понять, как выглядят эти пресловутые признаки обливиейта. Вариант с тайной помощницей директора я отбросила сразу. В магическом мире, где каждый индивидуум сам по себе ядерная боеголовка со взведенным таймером, безопасность зависит от правильно составленных клятв и обетов. Я ведь уже рассказывала об особенностях мышления магов и их традиционном самоограничении? Во-от! А в среде целителей ещё жестче! Даже я дала кучу клятв и один Непреложный, прежде чем меня допустили к детям, а речь ведь шла всего лишь о диагностике. А мадам Помфри, как и все целители, сверкает огоньками клятв и обетов в ауре, как новогодняя елка. И работа в Хогвартсе престижна не только тем, что тебе не глядя присваивают звание профессора и отваливают кучу золотых кругляшков, а тем, что ты добровольно взваливаешь на свои плечи ношу ответственности не менее, чем министра магии или председателя Визенгамота. Всё-таки подрастающее поколение, а Хогвартс со времён Основателей считается нейтральной территорией. Потому-то Дамблдор и носит титул Великого Светлого — у него аж три должности с запредельной ответственностью, и лавировать между данными клятвами ой как непросто!

Вот и возникает у меня закономерный вопрос — КАК? Как такая хрень может происходить в школе?! Нет, в силу своего попаданства и отличного от всех остальных мышления я легко могу допустить мысль, ведь ответ у меня перед глазами в детской книге по этикету. И от того становится ещё более страшно. А стереть память Помфри, с учётом уровня её личной силы, мог только мой дражайший работодатель, только он превосходит нас всех в плане знаний и могущества, только он прячет концы в воду, и артефактик крайне интересный прячется в его рукаве. Я не верю, что Поппи могла пойти у него на поводу — вспомнить только случай с Гермионой. Она не постеснялась настоять на своём и надавить на директора, угрожая главным целителем Мунго, так что оставался лишь радикальный метод решения проблемы молчания школьной колдоведьмы. Мне кажется, что она что-то такое чует, иначе откуда у неё такое резкое неприятие директора и острое желание ему подгадить?

А мне страшно. Очень. Больше всего я боюсь потерять свою память и личность. Зеркальный лабиринт — преграда для вторженцев, а отнюдь не для ментальных проклятий. Перед ними я абсолютно беззащитна. Мысль засела мне в голову и не давала мне покоя. Я вновь мучилась от бессонницы, рассматривая ситуацию с разных сторон, пугая окружающих маниакальным взглядом и тёмными кругами под глазами. Даже инициативная группа озадачилась и вновь поселила в моих покоях свой полуматериальный зоопарк, пока я в сердцах не рявкнула и не разогнала зверинец к чертям марсианским. Я засела за родовую библиотеку, что легально притащила в школу, окопалась в хранилище, достала поверенного, но нарыла приемлемое для себя решение. Как мне казалось. Осталось только скрестить ужа с ежом. Точнее семейные наработки схем гадательных шаров и хранения предсказаний, технику воспроизводства видений, чертежи думосбросов с теорией архивации данных. Ну, где-то так. Точнее, я хочу архивную копию происходящих со мной событий. Я не смогу защитится от попыток стирания памяти, если таковые последуют. Значит, нужно озаботиться о сохранении таковой в случае форс-мажора. Не сказать, что я гениальный ритуалист и рунист, но задача поставлена, основа, которую надо лишь доработать, — есть, а с мотивацией проблем нет, она и так висит надо мной Дамокловым мечом с момента моего пробуждения под незнакомым балдахином. Только вот вылазку нужно в большой мир организовать, а то про архивацию и архитектуру баз данных я знаю только то, что они есть.

С решением очередной внезапно привалившей личной проблемы я совсем забыла о времени, тем не менее, не оглядываясь на мою забывчивость и уход в астрал, оно не стояло на месте, обрадовав меня по возвращении в бренный мир приближением Рождества. С этим праздником явно была связана какая-то проблема, вот только я запамятовала и пару дней ходила нервная, как на иголках. Задворки памяти соизволили приоткрыться лишь поздно вечером к концу второго дня, когда я перед отбоем выставила вон инициативную группу, нагло засидевшуюся в классе прорицаний в компании с халявным какао, неизменным поставщиком коего являлся Тикки.

Я просто наслаждалась покоем после очередного суматошного дня в безумном магическом интернате, лениво потягивая глинтвейн, что организовал мне расторопный зелёный ушастик, и созерцая темные шотландские небеса над Запретным лесом, временами пронзаемые чёрными жуткими тенями, не дающими расслабиться и напоминающие о безвыходности ситуации. Рано или поздно мы должны перестать бояться, должно наступить пресыщение и выработаться хоть как-то иммунитет к воздействию тварей, хотя опыт сидельцев Азкабана полностью опровергает теорию. Мне даже страшно подумать, какой след оставит это соседство на неокрепшей психике подростков.

Осознание наступило как-то буднично. Просто в один прекрасный момент до меня дошло, что та ситуация с выходом из-под контроля дементоров, о которой я усиленно пыталась донести мысль на педсоветах, наступит не когда-либо в отдалённом будущем, а вот прямо сейчас. Мысль обожгла холодным ужасом, сопровождаемым сонмом ледяных мурашек, устроивших гонки вдоль позвоночника, моя нервозность в последние дни наконец-то обрела свою форму. На фоне незамолкающей интуиции я вовремя не смогла уловить новую ноту — предчувствие беды.

Смолчать я не сумела, подняв вопрос подозрительно обнаглевших дементоров за завтраком, игнорируя недовольные взгляды заместителя директора и откровенные гримасы некоторых коллег. Надо ли говорить, что всерьёз меня не восприняли? Меня это не остановило. Я повторила свой спич за обедом, продолжила нагнетать обстановку за ужином, посыпая, словно солью, фактами подозрительного поведения вынужденных охранников, пытаясь воззвать к здравому смыслу присутствующих. Как минимум половина числилась в моём восприятии адекватными людьми, не забывающими про такое абстрактное и крайне редкое понятие в среде магов, как логика. Но, увы, я раз за разом наталкивалась на стену непонимания.

Как назло, директор на совместных трапезах отсутствовал. В надежде, что высшее руководство окажется более последовательным и разумным, я ринулась на его поиски, пытаясь подкараулить его в коридорах замка, поскольку горгулья пропускать меня наотрез отказалась, пароля я не знала и никто не пожелал со мной им поделиться. А верный Тикки, посланный с запиской, возвращался с сообщением, что директор в школе отсутствует. На директорском столе наверняка скопилась кипа макулатуры, исписанная моим нервным почерком, но ответа на свои послания я так и не дождалась. Единственное, что профессора и ученики косились на меня подозрительными взглядами и спешили скрыться с моего пути. Наивные. Это в каноне никто кроме шрамоголового ребёнка особо не пострадал, а у нас вполне себе реальная жизнь, со всеми вытекающими. А ещё я не откидываю в сторону и тот факт, что Роулинг где-то просто могла промолчать, что-то завуалировать, дабы не превратить детскую сказку в кошмарный триллер.

Иногда, как выяснилось, репутация может сыграть и плохую службу.

Наши кошки-мышки с Дамблдором длились три дня, но мне не удалось увидеть даже тени нашего Великого Светлого, крайне занятого, но явно не проблемами вверенной ему школы. А карты Мародёров, чтоб отследить его перемещения, у меня пока не было. К педсовету, на который наш Светоч соизволил заглянуть, я измотала нервы не только себе, но и окружающим. Мне даже говорить, не пришлось, МакГоннагал озвучила волнующую меня проблему сама. Правда, не в том ключе.

— Я возмущена поведением Сибиллы! — бушевала заместитель директора. — За последние три дня предсказаний с летальным исходом мы наслушались больше, чем за предыдущий год! Нам ещё паники среди учеников не хватает. Ты вообще о чём думаешь, Сибилла?!

— Логика и предсказания — это совершенно разные вещи. Не думала, что ты их путаешь, Минерва. — Внешне я оставалась спокойна, но эмоции так и бурлили.

— Да какие, к Мерлину, предсказания? Ты и предсказания — несовместимые вещи! Ещё ни одно не сбылось! — Видно, я сильно достала Маккошку, раз она позволяет себе подобные высказывания.

Опасно сверкнули голубые глаза нашего работодателя и с силой стиснул кулаки ручной школьный оборотень, заиграв желваками на резко выступающих, туго обтянутых побледневшей кожей скулах. Но разошедшаяся женщина этого не заметила. А я слегка впала в прострацию. Она не знает или не считает предсказания о Поттере истинным? Интер-ресно!

— Если вы сомневаетесь в моём соответствии с занимаемой должностью, мы можем обсудить и это, — ледяным тоном отозвалась я, — но сейчас меня больше занимает вопрос безопасности детей!

— А мне кажется, что Сибилла просто прикрывается мнимой заботой о детях, а истинные мотивы куда прозаичнее, — раздался обманчиво мягкий голос Люпина, взгляд которого был далёк от той кротости и скромности, что он демонстрировал окружающим.

— Когда кажется, креститься надо! — отрезала я. — Но это не наш профиль, не так ли? Может, тогда стоит внимательнее по сторонам посмотреть? Я уже сколько пытаюсь обратить ваше внимание на то, что дементоры стали вести себя подозрительно нагло и активно! Вас это не смущает?

— А вот это уже неуважение, Сибилла! — взвилась МакГоннагал. — Многоуважаемый директор и Филиус наложили специальную защиту, а сомнение в их мастерстве — это крайняя степень непочтительности! — краем глаза я заметила, как сжались в суровую складку губы Дамблдора и сокрушённо покачал головой Флитвик, только я не смогла понять, кого из нас они осуждали, меня уже несло.

— Я не сомневаюсь в мастерстве здесь присутствующих, — мило улыбнулась я, вспомнив крылатую поговорку. — И стадион тоже вошёл в периметр защиты? — вкрадчиво закончила я.

— Нет, — весомо ответил декан Равенкло, внезапно подобравшись.

— А ведь правда, — задумчиво вступила в полемику мадам Хуч, — в последнее время дементоры стали проявлять подозрительный интерес к квиддичным тренировкам. Ранее они себе подобного не позволяли. Всё время приходится отгонять их.

— Вот видите, Роланда вполне справляется с ситуацией! — поспешила внести свою лепту заместитель директора, проигнорировав мельком брошенный раздражённый взгляд преподавателя по полётам. — Что за смута перед самой игрой!

— А тебе что, игра дороже детской безопасности?! — выдала я очередную попытку достучаться до разума присутствующих, но пока в наш диалог никто не спешил встревать. Жаль, Поппи на сегодняшнее сборище идти решительно отказалась.

— Так ты ещё квиддичный матч предлагаешь отменить! — Возмущение декана Алознамённых достигло высшей точки кипения. Она действительно такая или я на неё, как красная тряпка на быка, действую?

— Я предпочитаю отменить дементоров! Но если это не представляется возможным, то иных вариантов, как устранить угрозу, у нас практически не остается.

— Знаешь, Сибилла, я разочарована, — заявила она, резко успокаиваясь. — У нас и так мало радостных моментов в этом году, так ты хочешь ещё сильнее усугубить ситуацию. А о детской психике ты подумала?

— А как, по-вашему, на детской психике отразится нападение дементоров? — в тон ей поинтересовалась я.

— Довольно! — властно отозвался директор. — Твоё беспокойство за детей похвально, Сибилла, но ты утрируешь. Во время игры будут присутствовать все преподаватели, а это весомый аргумент в случае непредвиденной ситуации. А если тебя что-то беспокоит, ты всегда можешь обратиться ко мне.

Я с несвойственной для себя смелостью посмотрела в его глаза, мысленно представляя гору своих записок, что скопилась на его столе. Доброжелательный взгляд Дамблдора не сменился ни на йоту, а моя старательно прорисованная картинка его не проняла. Да и вряд ли он рискнул читать мои мысли, в свой собственный лабиринт даже я в последнее время соваться боюсь: чужой и хищник — это ещё ладно, но встреча с ёжиком в непроглядном тумане и завывания где-то в опасной близости лиха одноглазого на меня произвели неизгладимое впечатление. Судя по взгляду и лёгкой снисходительной улыбке, это решение окончательное и обжалованию не подлежит.

Может, я действительно была не права, что сначала не обсудила волнующий меня вопрос с директором школы, а вынесла на всеобщее голосование, так сказать. Но, увы, веры у меня в адекватность принимаемых решений в едином лице нашего дражайшего работодателя не было от слова «совсем». В коллективе хоть какой-то шанс имеется, но все так привыкли верить в непогрешимость Дамблдора, что порой отбрасывают собственные сомнения, даже если они были основаны на логичных выводах и достоверных фактах. Дальнейшее обсуждение вопросов еженедельного собрания профессоров прошло мимо меня, погружённой в собственные невесёлые мысли. Меня уверения директора нисколько не убедили, чувство надвигающейся опасности всё так же свербело на краю сознания, не давая забыть о себе ни на секунду.

Учительская почти опустела, когда я вернулась в реальность от лёгкого прикосновения к плечу и рассеянно посмотрела на участливо улыбающуюся Аврору.

— А? Что? — удивлённо оглянулась и отметила, что действительно все ушли, а на меня с лёгким осуждением и жалостью смотрит наш женский клуб и Флитвик, по какой-то причине задержавшийся в дверях.

— Ну и зачем ты так? Действительно, панику нагоняешь, — сокрушённо покачала головой Синистра, и я вновь переключила внимание на неё, слегка удивлённо её разглядывая. Но моя подруга говорила именно то, о чём думала.

— Когда я сказала, что Блэка в Хогвартсе нет, то ты поверила сразу и безоговорочно. Чем нынешняя ситуация отличается от предыдущей? — И, оставив коллег удивлённо хлопать глазами, плавно выплыла из учительской в предупредительно распахнутые Филиусом двери, высоко задрав нос: гордая и непобеждённая.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Вторник, 24.04.2018, 10:09 | Сообщение # 39
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 19 продолжение

Я мрачно изучала пути миграции блуждающих огоньков, таинственно подмигивающих мне с потолка и застенчиво прячущихся среди портьер и газовых штор, драпирующих высокие окна. Однако никакой закономерности в хаотическом блуждании и кокетливом мерцании за полчаса пристального изучения мною замечено не было, но это броуновское движение хоть как-то скрашивало мою хандру. Сегодня я выставила всех, пожелав остаться в гордом одиночестве со своей тревогой и полосой неудач, закономерно настигнувшей попаданку, вообразившую себя самой умной.

Выдыхаемый дым витиеватыми струйками устремлялся к потолку, красиво подсвечиваемый блуждающими огоньками, разожжённый кальян скрашивал мою депрессию идеальным подбором ароматов и неуловимого послевкусия, мягкие подушки уютно обволакивали, пытаясь тщетно убаюкать, на столике медленно остывал позабытый кофе. Мне было откровенно хреново.

На своего нежданного посетителя мне было лень смотреть, и я, запрокинув голову, продолжала отслеживать замысловатые траектории рукотворных огоньков, ориентируясь лишь по звуку открывшегося люка и шелесту длинной мантии — лёгкая поступь была надёжно скрыта предательским ковром. Пуфик напротив удивлённо вздохнул, проседая под тяжёлым телом, а у меня привычным жестом вырвали мундштук. Ну, личность бесцеремонного гостя идентифицирована.

— Уйди, с… Северус, я в печали, — продекламировала я, скосив глазом в сторону фигуры в чёрном.

Ужас всея Подземелий с наслаждением затянулся и невозмутимо выдохнул дым в потолок, изучая меня привычным прищуренным взглядом, словно какую-то диковинку.

— Мне казалось, что ты умнее, Сибилла, — наконец прервал он неприлично затянувшееся молчание.

— У директора на столе горка неприличных размеров из моих посланий о желании поделиться своими измышлениями, — едва хмыкнув, отозвалась я.

— Измышлениями? — скепсиса в его голосе было не занимать.

— Ну, если отбросить фамильное проклятие, в принципе действия которого мои предки за столько веков так и не разобрались… Кстати, Северус, ты же у нас окклюмент! — внезапно осенило меня, и я даже сподобилась поднять голову, с энтузиазмом изучая собеседника, что зельевар слегка напрягся. — Давай, включай мозги, свою способность и логику!

Едва дёрнувшаяся бровь была мне ответом о готовности внимать.

— Итак. Дано: мрачный затерянный замок, сотня готичных стражей на длительной вынужденной голодовке… А известно точное количество дементоров? — Северус отрицательно качнул головой. — Хм… Ладно, продолжаем. Обитателей замка, коих по аналогии наши стражи считают законной добычей, по неким причинам есть запретили. Блэка, если поймают, на всех не хватит. Акромантулы явно несъедобны, оборотни и кентавры не идиоты и давно мигрировали. Хогсмид опустел, а те, кто остались, вполне могут задать дементорам жару. — Я сразу вспомнила свою подругу Розмерту и её снисходительную улыбку на угрозы. — И вдруг полный стадион, азартные игроки, несколько сотен ликующих болельщиков… это как оазис в пустыне для умирающего от жажды. Думаешь, их остановят запреты?

Северус молчал. Долго, не сводя с меня задумчивого немигающего взгляда. Я, прищурившись, примерялась отнять назад свою трубку, но пристальный взор чародея меня нервировал и, просчитав риски, размотала вторую, до этого времени прикрученную к кальяну. Не сказать, что курение успокаивает, зато неплохо занимает руки и создаёт видимость всепоглощающего действия, за пределами которого тебя ничего не интересует и весь мир просто вынужден подождать.

— Я тебя услышал, — наконец подал голос Снейп, но по его тону и каменному лицу как обычно ничего не читалось.

Я просто пожала плечами. Мне это всё надоело. Я устала. Откинувшись назад, я вновь отдалась увлекательному созерцанию медленно плывущих светляков, давая понять декану Слизерина, что продолжение беседы меня не интересует.

— Я закончил с разделкой, — продолжил меж тем тот, абсолютно игнорируя мои намёки. — Часть ингредиентов мне очень пригодится в исследованиях, остальное я решил придержать. Во-первых, чтобы не перегружать рынок, а во-вторых, у знающих людей могут возникнуть вопросы. Всё же тысячелетний василиск в этом столетии был убит только один.

— И когда я получу свою долю? — Я снова скосила на него взгляд.

— Не переживай, — хмыкнул он. — Я выдам его в качестве твоего приданого.

Я медленно повернула голову в его сторону, гневно раздувая ноздри.

— И да, зубки ты, конечно, выломала, но про ядовитые железы забыла, а там сохранилось яда более чем достаточно. На эксперименты мне хватит, яд я изымаю в качестве моральной компенсации.

Каким образом он в мгновение ока оказался посреди комнаты, я не поняла, но брошенная на голос кружка с кофе, жалобно звякнув, опрокинулась, расплескав своё содержимое на ворсистый ковер, а чародей со снисходительной улыбкой легко ушёл с траектории следующего снаряда; брошенная вслед подушка бессильно ударилась о закрытый люк.

Вот ведь гад! Красиво вывернулся. Был в нашем договоре пункт про исследования, был! И я широким жестом позволила его включить, ограничив лишь процент от туши, но не обговорив точный перечень ингредиентов. И что-то мне подсказывает, что яд в этот процент как раз впишется. С хохотом я откинулась назад на подушки. Нет, я ему никогда не скажу, что в змейке меня интересовали только клыки, которые мой поверенный с маниакальным блеском в глазах в стиле сказочных драконов — любителей золота, — изъял и запрятал подальше в сокровищницу. Мою.

Нет, каков, а? Да и хандру мою умудрился разогнать всего лишь парой фраз. Профессионал, блин, сразу видно — учился у лучших! Может, и с предупреждением моим сможет что-то сделать? Вот только смутная тревога, пустившая свои щупальца в моё сознание, отпускать не спешила, а лишь подстёгивала заходящуюся в крике интуицию, побуждая желание забиться куда-нибудь подальше и поглубже. Желательно в собственную сокровищницу.

Предсказательницу, специализирующуюся на дурных событиях, предсказуемо никто не стал слушать. Единственное, чего смог добиться Северус, — сборная Слизерина отказалась от участия, мотивировав своё решение травмой ловца. Вот интересно, Малфой сам догадался или любящий крёстный помог с увечьем? Хотя, зная характер школьного Упивающегося, у него факультет по струнке ходит и чихнуть без разрешения боится. Это на людях он им потворствует, как и Минерва своему львятнику, а что происходит за закрытыми дверями в серебристо-зелёной гостиной в подземельях — неизвестно.

Низкие свинцовые тучи сгустились над Хогвартсом, казалось, тяжесть небесного пара, готового пролиться на грешную землю затяжным ливнем, ощущалась почти физически. И как раз вышла отличная иллюстрация нашей ситуации. Я прислушалась к отзвукам бурных воплей болельщиков со стадиона, что доносились сквозь плотно закрытые окна. Сердце моё было не на месте. Я точно не знала, когда у оголодавших стражей закончится терпение, но по фильму я помнила, что роковая игра будет под проливным дождем. Как сейчас.

Я спустилась в Большой зал. Школа поражала пустотой и безлюдностью: все собрались на трибунах, несмотря на отвратительную погоду — кто болел за любимую команду, кто пытался высказать негодование поступком слизеринцев, последние тоже в полном составе сидели в относительной безопасности зрительского амфитеатра стадиона. Я упорно отказывалась покинуть замок. В преддверии надвигающейся опасности я бесполезна.

За слизеринским столом сидел Филч, молча глядя перед собой, у его так судорожно сцепленных рук, что побелели сухие узловатые пальцы, устроилась миссис Норрис, не сводящая немигающего взгляда со своего хозяина. Никого, способного сделать замечание о животном на обеденном столе, не наблюдалось, а меня умная кошка давно причислила к своим. Хотя после ежедневного нашествия сов во время завтрака вопрос гигиены поднимать бессмысленно. Я безмолвствуя присела рядом.

— Тревожно мне, — сухо сказал завхоз.

— Сегодня, — в тон ему отозвалась я. — Я не смогла их убедить. Простите, — сама не знаю, почему решила повиниться перед Филчем.

— Знаешь, в чём основная беда магов? — внезапно повернул ко мне лицо Аргус, глаза его таинственно мерцали отражённым светом тускло горящих свечей — куда там Дамблдору, на морщинистом лице старого сквиба это выглядело гораздо эффектнее и восхитительно жутко.

Судя по иллюзии потолка главного зала школы, широко демонстрирующей ненастную погоду, за каменными стенами замка из тёмных, тяжелых туч упали первые холодные капли дождя.

— Гордыня, — не дождавшись от меня ответа, продолжил он. — Маги слишком уверились в своём превосходстве, полагаясь на магию. Жаль, в Хогвартсе в последние годы учат именно этому. Все забыли, что не зря гордыня является одним из смертных грехов.

— Не сотвори себе кумира, — на рефлексе пробормотала я.

— И этому тоже, — согласился Филч.

— Чай, кофе, какао или чего покрепче? — внесла предложение я.

— Давай кофе. Со сливками и карамелью, — милостиво согласился мой собеседник.

— Тикки? — через несколько минут перед нами появились две чашки ароматного напитка и пирожные, и даже блюдце со сливками для миссис Норрис.

— Хороший кофе — редкость в Хогвартсе. Традиционно основным напитком является тыквенный сок.

— А вы заходите ко мне, я всегда рада вас видеть, — усмехнулась я. — Многие традиции Хогвартса мне тоже не нравятся.

Дальше кофе мы пили в молчании, погружённые каждый в свои невесёлые мысли. Внезапно Филч вскинул голову.

— Началось!

Я удивлённо посмотрела на него.

— Замок, — пояснил он. — Он магический, почти живой. Я чувствую его ярость.

Дружное скандирование толпы, усиленное магически, что приглушённо доносилось сквозь предусмотрительно открытые завхозом двери, сменилось на дикие вопли ужаса и отчаяния. Стражи Азкабана начали свою жатву. Меня тихо сковывал ужас от осознания масштаба разыгравшейся трагедии и собственной беспомощности. И бездеятельности, что уж говорить! Я могла, обязана быть настойчивее, игнорируя попытки Дамблдора и Минервы заткнуть мне рот. Взгляд Филча оставался так же холоден и непроницаем, как и у кошки-фамильяра, бесстрастно лакающей сливки, словно за каменными стенами не бушевали инфернальные твари, жаждущие напуганных душ.

— Гордыня, — прохрипел он бесцветным голосом. — Гордыня — самая большая проблема магов. Их великий грех. С ним не справились боги, куда уж нам. Тебе-то это должно быть известно лучше всех. Пойдём отсюда. — Он тяжело поднялся со скамьи. — Мы здесь сейчас лишние, не стоит никому мозолить глаза. А тебе стоит подготовить Больничное крыло, вздремнуть вам с Помфри сегодня не удастся.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Вторник, 24.04.2018, 10:10 | Сообщение # 40
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 20

Пострадавших было много. Да что там говорить, пострадавшие были все! Единственное, что пострадали в большинстве своём морально и психически, ну и энергетику дементоры знатно потрепали, а вот Поттер умудрился и тут отметиться как единственный свалившийся с метлы. Вот говорила же, не залетай на игре слишком высоко! Говорила. Но ведь не-ет! Что глупые взрослые понимают, когда снитч перед носом мелькает, а в крови азарт пополам с адреналином плещется. Вот и не повезло ему первому в поднебесье на стражей, на пир спешащих, нарваться, остальные ниже были, успели сообразить и спуститься. Зато профессора, пока ловили Поттера, мчащегося в объятия матушки земли с ускорением свободного падения, прошляпили массовую атаку нежити в стильных плащиках. Ловили, ловили, а всё равно ребёнок с двадцати метров грохнулся, когда все на дементоров переключились. Хорошо хоть, земля была размокшая и превращённая в мягкую липкую грязь глубиной аж по колено.

— Мерлин! Как я рада, что нашла себе ассистента! — первое, что я услышала, когда в полностью освещённое и готовое к наплыву пациентов Больничное крыло ворвалась Поппи, сопровождаемая носилками и зарёванными детьми.

Вы думаете, Поттер был единственным пострадавшим физически? А что происходит на узких трибунах во время жуткой паники, представляете? И нас только двое, потому что соответствующих клятв в Хогвартсе никто больше не давал, профессора всё равно не имеют нужных навыков на требуемом уровне, а подпускать старшекурсников, избравших в качестве дальнейшей квалификации целительство, нельзя, поскольку жёсткий контракт со школой подписывают только преподаватели. Хогвартс нейтрален, но от подлости учеников не застрахован никто, иначе не было бы вредилок Уизли, а такая суматоха — отличный способ свести старые счёты. Дети жестоки.

Обратиться за помощью в Мунго директор запретил. Почему-то. А у Поппи даже времени не было, чтоб надлежащим образом выразить своё негодование по этому поводу.

Счастье, что до летальных исходов дело не дошло: переломы, ушибы, ссадины — это решаемо. Дементоры вволю успели потрепать детишек, прежде чем их смогли отогнать, и теперь медленно парили в отдалении, позволяя рассмотреть себя во всей красе и сыто порыгивая. Во всяком случае, у меня сложилось именно такое впечатление. А дальше был ад. Обыкновенный такой больничный ад, наполненный испуганными детскими слезами и истериками. Успокоительное, костерост и рябиновый отвар уходили влёт, гарантировано, сегодняшняя ночь влетит бюджету школы в копеечку. Даже если Дамблдор умудрится смягчить накал страстей, мотивируя, что мы справились своими силами, то здравомыслящий человек, увидевший асинхронный дебет с кредитом, поймёт всё слёту. А идиотов в Попечительском совете, финансирующем школу, отродясь не водилось. Другое дело, что поезд к тому времени скроется в характерных густых туманах Альбиона.

В какой-то момент в Больничное крыло заявилась МакГоннагал, и нет, не для того чтоб узнать, как мы справляемся и не нужна ли нам или детям какая-то помощь, нет, ей понадобилось зелье, поскольку борьба с дементорами её умотала, что вредно для её возраста. Каюсь, не сдержала характер, и в заместителя директора полетело первое, что мне попалось под руку. Какая-то склянка с неизвестным мне составом, поскольку этикетку пред броском прочитать я не удосужилась. Маккошка показала завидную для её возраста и жалоб реакцию, моментально трансфигурировав из подручного материала щит, по которому бессильно сползли языки пламени, вспыхнувшие от разлившегося зелья. Минерва резво ретировалась за дверь, но её гневные вопли были задушены на корню новой партией пострадавших, которых отконвоировали семикурсники. Поток был нескончаем. А по поводу моей выходки Помфри даже замечания не сделала, а судя по мелькнувшей в её руке палочке, направленной в сторону неприятного посетителя, речи второго человека после директора колдоведьме тоже не пришлись по вкусу.

В третьем часу ночи, когда все средства первой необходимости практически закончились, заявился Снейп, судя по общей бледности, кругам под глазами и свисающим сосульками патлами, настырно лезущими в глаза, уже не цвета воронова крыла, а какого-то неопределённого, наш штатный зельевар чах над котлами, аки златом. А судя по сопровождению в аналогичном состоянии класса «зомби не первой свежести обыкновенное», запряг в работу весь курс с продвинутого зельеварения. Что тоже неплохо, трудотерапия отвлекает от кошмаров почище здорового сна под снотворным. Встречали их как героев, разве что чепчики в воздух не бросали. И то не по причине отсутствия чепчиков как таковых, а вследствие всеобщей занятости и усталости. Сразу видно — люди реально помогали в экстренной ситуации! А не то что некоторые, но это так, из личной неприязни, мне ведь неведомо, может, ярая последовательница Годрика в духе своего факультета до последнего грудью бросалась на инфернальных тварей.

Выяснилась ещё одна маленькая хитрость Хогвартса, оказалось, что Больничное крыло не зря так называется и в реальности может вместить в себя практически всех обитателей замка с учётом огромных пустующих площадей. Расширение пространства творит чудеса, и палаты попросту были законсервированы за ненадобностью. Учитывая, что состав медперсонала на всех учеников составлял полторы единицы, то наличие одной палаты на всех оправдывало себя — все пациенты были перед глазами. А то мало ли что. Сейчас домовики распечатали палаты, и мы в экстренном темпе занялись сортировкой, отправляя пострадавших морально пить шоколад с успокоительным и снотворным. Что там происходит с их аурой и энергоканалами, я посмотрю потом, когда схлынет основной поток и все пациенты будут спать и не мешать мне. Всё же дементоры тянут не радостные воспоминания, а энергию, а наша магия, как известно, тесно переплетена с эмоциями. Истощение налицо, и как теперь объяснить деткам, особенно первокурсникам, что у них в ближайшее время будут постоянные перебои с магией, да и напрягаться в принципе нельзя, но, думаю, профессора учтут рекомендации Поппи — при желании она может быть крайне убедительна.

Утро в Большом зале больше всего напоминало сборище умертвий, поднятых наспех с ближайшего кладбища. Дети, которых Помфри решила отпустить из своих владений, вяло копались в овсянке, запивая ту вместо привычного тыквенного сока горячим шоколадом, и с тревогой косились на пустые места за факультетскими столами, инстинктивно вздрагивая от резких и громких звуков. Преподавательский состав не отставал, а кое-где и лидировал, усиленно косплея высшую нежить. Как выяснилось, после экстренной эвакуации и разгона обнаглевших дементоров разъярённым Дамблдором профессорский состав, не занятый в оказании целительской помощи, дружно высыпал латать прорехи в защите, так что никому за ночь не удалось и сомкнуть глаз, а зелье бодрости при начальных стадиях магического истощения помогало слабо, всё же выложились по полной, накладывая высшие чары и разрисовывая периметр рунными цепочками, что на досуге составляла Батшеда. Чисто на всякий случай.

Я, конечно, могла сказать: «Я же предупреждала»! Но предпочла демонстративно молчать с видом оскорбленной невинности, что, в принципе, вполне вписывалось в образ предыдущей Трелони. Профессора делали вид, как будто ничего не произошло, старательно обходя в разговоре мои предупреждения. Я не удивлена. Почему-то. О произошедшем уже наверняка стало известно, но в «Ежедневный пророк», что сбросили нам совы на головы за завтраком, информация пока не попала, однако Дамблдор выглядел крайне озабоченным. Впрочем, я уверена, что школа с министерством попытаются свалить вину один на другого, и в конечном итоге вопрос повиснет в воздухе. Что поделаешь, в магическом мире всё зависит от личной силы, денег и влияния. Нет, за пределами «Дырявого котла» всё то же самое, вот только в подобной ситуации в обычной школе разъярённые родители вполне могут запинать накосячившего директора вкупе со всем преподавательским составом вне зависимости от его титулов и влияния, чисто на общественном резонансе. Общественный резонанс в магическом мире — крайне странная вещь, вроде и всё ясно, однако шишки летят не в сторону Дамблдора, а в сторону его протеже, что в силу малолетства и глупости защититься не может. И никого не волнует, что он, собственно говоря, ни при чём. Это отлично иллюстрировал второй курс Поттера, на свою беду прилюдно зашипевшего на змею, об этом повествует и канон о ситуации на следующих курсах. Вот и тут крайней запросто могу оказаться я или тот же Поттер, поскольку для его охраны от свихнувшегося беглеца стражей Азкабана сюда и согнали, и неважно, что он первый пострадал от их произвола, чудом, что не летально. Это вам не детская сказка. Не зря Северус говорил, что думал слишком хорошо о моих умственных способностях.

Вот только я смолчать не смогла, совесть — она такая. Хорошо, ума хватило распространяться лишь в своём коллективе, а не доводить своё мнение до учеников. Послушали бы или нет, а паника вполне могла бы быть. В магмире тоже не принято прыгать через голову руководства. Принимал решение директор. Впрочем, мои метания видела вся школа, а умников читать по губам — и то половина старшекурсников, что дуэлями увлекается. Да и намёки делать никто не запрещал. Именно поэтому я сверлила недовольным взглядом свою инициативную группу, опасливо втягивающую головы в плечи, и всех своих учеников. Учила их, учила: приметы читать, аналитике, внимательности, карты раскладывать и кости бросать. Да тут невооружённым глазом всё видно! Неучи!

Маккошка, кстати, тоже смолчать не смогла и прошлась по моему вопиющему, с её точки зрения, поведению, граничащему с нападением. Вот только нарвалась на злую и не выспавшуюся колдоведьму, едко прошедшуюся по её собственному поведению.

— Минерва, — злобно прошипела она. — Во-первых, с твоей стороны было крайне нетактично лезть под руку и отвлекать в самый ответственный момент. А во-вторых, не нужно выделываться и брать что дают. Твоё демонстративное разбивание флакона с лекарством трансфигурированными щитами вообще за гранью. Свою личную аптечку иметь нужно, если не нравится. — Я вообще дар речи потеряла, с такой точки зрения на свои действия я вообще не смотрела. Но МакГоннагал оказалась покрепче.

— Так оно же загорелось! — возмутилась она.

— А какой цвет у пламени был? — заинтересовался зельевар, судя по слегка озадаченному виду, он пытался представить означенную ситуацию.

— Синий!

— О… — Декан Слизерина слегка задумался, а затем выдал ожидающей вердикта публике: — Пять галеонов за флакон. Это крайне расточительно, Минерва.

Тут даже Дамблдор бросил раздражённый взгляд на свою верную последовательницу. А наше с ней противостояние, чую, выйдет на новый уровень.

Выходные и следующая неделя прошли сумбурно. Больничное крыло постепенно пустело, профессора делали упор на эссе, а не на практические задания, стараясь отвлечь основную массу от изматывающего махания палочкой тоннами литературы. Дети постепенно отходили от тесного знакомства с нашими незваными соседями, а особенно отмороженные квиддичисты даже рисковали тренироваться. Ближе к выходным все воодушевились возможностью покинуть опостылевший замок и прогуляться по Хогсмиду. Будто там дементоров меньше, ну-ну.

Мелкий заглянул ко мне в воскресенье. Мрачный, насупленный, он с трудом залез по верёвочной лестнице, видимо, квиддичные тренировки довольно травмоопасны, а я из своего окна сегодня хорошо видела, с какой маниакальной одержимостью гонял свою команду Оливер Вуд. Выложив передо мной сложенную карту, он продолжил пристально буравить меня недовольным взглядом. Умилительная картинка, она вызвыла у меня лишь лёгкую улыбку. В такие моменты он напоминает взъерошенного большеглазого совёнка. Глазастик моей улыбки не понял и насупился ещё больше. Кавай!

Как такового кабинета у профессора прорицаний не было, кроме личных покоев и класса в Северной башне не было свободных помещений. Ущемлять личное пространство ради устроения строгого помещения мне не хотелось, в библиотеке я не могла работать, меня всё время тянуло устроиться поудобнее с очередной книжкой, оставался учебный класс. С другой стороны, прихоть в наличии кабинета разрушит лелеемый образ Трелони, мой привычный способ готовиться к экзаменам ещё с универа меня не напрягал и идеально вписывался в распорядок дня профессора прорицаний.

Я, легко сдвинув в стороны завал на столе из свитков и книг, предложила Поттеру присоединиться. Из камина вылетел томящийся в забытьи горячий кофейник, подгоняемый чашками, вкусняшки же у меня были всегда под рукой. Гриффиндорец дёрнулся было к понравившемуся пирожному, как я обломала его порыв:

— Этикет, мой друг, — напомнила я. — Ты читал учебник?

Поттер виновато кивнул и принял подобающий для чаепития вид. Я одобрительно кивнула, разливая по чашкам ароматный напиток.

— Итак, — я приглашающее кивнула собеседнику, — ты готов заключить сделку.

— Да, — согласился тот, аккуратно беря чашку. — Люпин уходит от ответа даже на прямые вопросы.

— Молодец, — заметила я. — Интересовался и другими источниками информации. Только Люпин?

— Вы сами говорили, профессор, — осторожно начал он, — что всех источников информации раскрывать ни в коем случае нельзя.

— Похвально, что ты это помнишь. — Я одобрительно улыбнулась подростку. Мне ни к чему, чтоб он слишком нервничал.

— Вы расскажете мне о моём крёстном?

— Всё по порядку. Начнём с того, что было четверо друзей: Сохатый, Бродяга, Лунатик и Хвост.

— Создатели карты Мародёров, — вскинулся Поттер.

— Они самые. Трое из них были анимагами, Хвост, Питер Петтигрю, — крыса, Бродяга, Сириус Блэк, — большая чёрная собака.

— Грим? — Подросток от волнения подался вперёд и чуть не расплескал кофе.

— Похож, правда? А третий, Сохатый, олень. Ты уже догадался, да?

— Мой отец, — прошептал он. — А четвёртый — Ремус Люпин, Лунатик, оборотень, — закончил он уверенно.

— О, ты это уже знаешь. Соотнёс лекцию профессора Снейпа и время обострения болезни профессора ЗОТИ?

Поттер кивнул.

— Его боггарт — луна. Директор знает? И остальные стали анимагами из-за него?

— Разумеется, знает. И да, в школу Люпин пришёл уже оборотнем, каждое полнолуние проводил в Визжащей хижине, оттуда и название. А его друзья освоили анимагию, чтоб составить ему компанию.

— И никто не узнал и не встретился с оборотнем? — подросток искренне удивился. Неудивительно, по себе судит, а он в каждой дырке затычка и в каждую тайну нос сунет.

— Да нет, случаи были, — покачала я головой, припомнив по канону эпичную встречу со Снейпом. Только мне всегда казалось, что Принц-полукровка должен был размазать оборотня тонким слоем, уж больно он был крут даже тогда, если судить по его учебнику и внезапному успеху в учёбе Поттера, едва он стал использовать его подсказки.

— А сейчас? Если директор пригласил его преподавать, значит, опасности нет? Мне нравится профессор Люпин, он лучший преподаватель. За что Снейп с ним так?

Я только улыбнулась, какой же он всё же ребёнок, судит по людям, нравятся они ему или нет.

— Во-первых, профессор Снейп. Во-вторых, не контролирующий себя оборотень опасен всегда. Если он столкнётся с профессором Снейпом, то не повезёт оборотню. А если с учеником, то в лучшем случае получим сильно покалеченного новообращённого оборотня, но, скорее всего, получим труп.

— Вы тоже считаете оборотней тёмными существами!

— Не будем обсуждать политику Министерства, — оборвала я его. — Я предпочитаю оперировать фактами. И разговор у нас о Блэке, если ты не забыл.

— Простите, — стушевался мальчишка.

— В полнолуние чаще оглядывайся, а лучше сиди в гостиной. После твоего рождения Сириус Блэк стал твоим крёстным. Не путать с религией, в магическом мире правит магия, а слово просто привнесено с маглорождёнными. Отец по магии, но суть одна.

— А кто моя крестная мать?

— Это мне не известно. — Кстати, хороший вопрос, в каноне про это я ничего не помню. Могла быть Алиса Лонгботтом, ещё помнится, была некая Мэри, более о друзьях Лили я ничего не знаю. Мэри погибла, а могло ли несчастье с Лонгботтомами случиться и по этой причине? Ой-ёй…

— А что было дальше? — поторопил меня Поттер, заметив, что я ушла в себя.

— Потом, — потянула я, про пророчество рассказывать, пожалуй, не буду, не время, а вот остальное мальчишке стоит узнать. — Потом вашу семью начал искать Тёмный Лорд.

— Вы тоже боитесь произносить имя Волан-де-Морта?

Я поморщилась: привычку перебивать взрослых он явно перенял у Грейнджер.

— Мистер Поттер, я понимаю ваше нетерпение, но вам не кажется, что манеры носителя столь славной фамилии хоть немного, но должны отличаться в лучшую сторону от тролльих?

Есть накрытие и попадание. Глаза ребёнка стали ещё больше, и в них плескался почти священный трепет. Всё-таки общение с Ужасом Подземелий имеет свои плюсы.

— А что касается вашего вопроса, то я не любитель детских кличек.

— Не надо так больше, одного профессора Снейпа и так слишком много, — испуганно прошептал он.

Я только усмехнулась.

— Было решено спрятать семью Поттеров под заклятием Фиделиус. Информацию о нём можешь найти в библиотеке или спросить профессора Флитвика. Суть в том, что никто не может найти спрятанный дом, если не проведёт хранитель секрета.

— Поэтому Блэка и называют предателем?

— Нет. Хранителем был Петтигрю. Накладывал заклинание предположительно директор. Твой отец и крёстный полагали, что Блэк — очевидный вариант, а на Петтигрю никто не подумает.

— А мои родители не могли быть хранителями, а Дамблдор? — тихо спросил подросток.

— Могли, — кивнула я. Правильные вопросы задаёт ребёнок, и почему Снейпа не устраивает его сообразительность?

— Тогда почему?

— На этот вопрос у меня нет ответа. Спросишь очевидца.

— Крёстного? А как он оказался в Азкабане?

— Официально его обвинили в выдаче семьи Поттеров Тёмному Лорду, в убийстве Петтигрю и более десятка маглов вместе с ним. Но мне точно известно, что суд над Сириусом Блэком так и не состоялся.

— Как? — парень нервно вскочил и начал расхаживать по классу. — Получается, он невиновен и просидел столько лет в тюрьме. Он разве не сказал?

Я только развела руками.

— Спросишь при встрече. Ты сразу мне поверил?

— А ваши слова можно проверить, — парировал он. — Вы сами говорили, хотите узнать о родителях, поднимайте школьные альбомы и подшивки газет. Альбомы я смотрел, газеты на очереди. Я найду там подтверждение?

— Частично. А скорее, ещё больше вопросов.

— Теперь я знаю, кому их задать. Только не понимаю, зачем Сириусу в Хогвартс. Если он искал меня, то мы же постоянно сталкиваемся в Хогсмите. Чёрный грим, — утвердительно подвёл итог он. — И почему он сбежал только сейчас?

— Думаю, он ищет что-то другое. Тебя он видел, однозначно, ты очень похож на своего отца. А в гостиную твоего факультета он рвался тогда, когда доподлинно было известно, что все ученики на праздничном ужине.

— Значит, не я?

Мда, я явно наболтала лишнего. Ещё одно крушение идеалов, ребёнок теперь будет считать, что крёстному он тоже не нужен. Впрочем, меня точил червячок сомнения на этот счёт, но передавать свою паранойю подростку было неосмотрительно.

— Блэк слишком много времени провёл в Азкабане в компании дементоров. Ты сам с ними сталкивался, помнишь? — Ребёнок нервно передёрнул плечами от воспоминаний. — Не требуй от него слишком многого, он не скоро отойдёт от этого. Ему нужна длительная реабилитация и психологическая разгрузка. Но он обязательно выйдет с тобой на связь, когда будет готов.

Поттер вымученно улыбнулся, присаживаясь напротив, заворожённо наблюдая, как я подливаю ему кофе.

Вечером в учительской Флитвик был непривычно мрачен, бросая крайне недовольные взгляды на Минерву. Из осторожных вопросов Авроры, с виртуозностью дирижёра разговорившей на удивление замкнутого декана воронов, выяснилось, что сегодня в «Трёх Метлах» у Филиуса состоялась встреча с министром Фаджем. И прошла, как я и подозревала, она безрезультатно. МакГоннагал, на поддержку которой рассчитывал полугоблин, оказалась бесполезна, рассуждая лишь о дружбе своих бывших учеников и не желая вернуться к теме встречи. А каким боком в ту компанию затесался Хагрид, я вообще не поняла. Ладно, уточню у непосредственной участницы событий, думаю, Розмерта не откажется немного посплетничать.

А дементоры останутся, причём с расширенными полномочиями и правом дополнительного патрулирования близлежащей магической деревушки. Ага, чтоб было с кого покормиться болезным. Собственно говоря, министра не проняло и недавнее происшествие, и то, что охранники практически угробили объект охраны и всех, кому не посчастливилось оказаться рядом. Такое чувство, что министерство, травя Блэка дементорами, просто пытается скрыть какие-то свои грешки. Может, и побег азкабанского сидельца — это лишь следствие неудавшегося покушения и устранения нежелательного элемента, просто не рассчитали, что Сириус — анимаг, а кровь тёмного рода достаточно сильна в бунтаре-потомке и для оборота ему не требуется палочка.

Но это лишь мои мысли, которые, как водится, я оставлю при себе.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
MarranaДата: Пятница, 27.04.2018, 16:01 | Сообщение # 41
Друид жизни
Сообщений: 150
« 395 »
Глава 21

Наутро замок обезлюдел, пугая умиротворённой тишиной коридоров и закрытых классов. Не было слышно топота вечно спешащих детей, криков, смеха, вспышек заклинаний, лишь чинно переговаривались портреты и лениво проплывали призраки. Хогвартс готовился к Рождеству. Шикарного праздничного подарка в виде возвращения дементоров в родные пенаты мы так и не дождались. Я говорила, что маги — странные существа? Ничего, повторюсь ещё раз! Мало того, что странные, так ещё и с ярко выраженными суицидальными наклонностями. Иначе я происходящее никак не могу объяснить. Ладно, если я ещё могу понять министра, действующего по известному принципу «нет человека — нет проблемы», правда, остаётся открытым вопрос: с каких пор подрастающее поколение записалось в разряд проблем, а не будущих избирателей? Чую, сложно ему будет читать предвыборную программу учащимся того года.

МакГоннагал тоже непрошибаема в своих двойных стандартах. С одной стороны, яро поддерживает идею устранения стражей Азкабана со школьного периметра, с другой — безоговорочно верит в способность директора сладить с возникшей ситуацией, и показавший дно бюджет школы её совершенно не смущает. Как и оставшиеся на каникулы дети, которые по большей части реальной опасности дементоров не понимают. Если все старшекурсники поголовно покинули школу вне зависимости от того, есть ли им куда податься или нет, то оставшиеся… что, даже Избранного пристроить на пару недель не смогли? Слов нет!

Нет, праздничную атмосферу честно пытались создать всеми доступными способами. Хагрид по своему обыкновению притащил огромную ель, которую установили в Большом зале, Флитвик, развлекая немногочисленных детишек, ловко колдовал разноцветные гирлянды и блестящие шары. Да только парящие фигуры за окном, жадно прилипающие к витражным стёклам в попытках во всех ракурсах рассмотреть обитателей замка, больше всего мне навевали мысли о пире во время чумы.

Большая часть преподавателей последовала примеру учеников и покинула школу, спеша встретить праздник с семьёй. А вот у меня дома не было. Праздничного настроения не было от слова «совсем», меня одолевала лёгкая грусть, да и не привыкла я к такому, мне был милее Новый год. Но подарки для друзей и знакомых я заготовила заранее. Даже озаботилась весточками для дальних родственников, проживающих на материке, всё же семья и род в магическом мире — это святое.

Погрустить всласть, воображая себя принцессой, запертой в высокой башне, на пару с клюквенной настойкой и другими деликатесами, мне не дали. Ближе к вечеру заявился очередной лопоухий посланник, завёрнутый в пушистое полотенце с гербом школы, оповестив о своём прибытии характерным хлопком. Домовик был незнакомый, но представляться не спешил или не счёл необходимым, озвучив просьбу директора присоединиться к праздничной трапезе.

М-да… Учитывая, что просьбы убелённого сединами старца приравниваются к приказу, плакал мой тихий и уютный вечер.

Вынув из шкафа первое попавшееся платье и приложив к себе, я развернулась к молчащему зеркалу, застывшему в стиле постмодернизма, как памятник художественному вкусу Моей Прелести. Зелёный цвет в тон моим глазам прекрасно оттенял бледность кожи, придавая ей некий потусторонний и загадочный вид, многочисленные серебристые блёстки несколько портили общий облик и явно были креативным решением самой предсказательницы, поскольку вкупе с фамильным артефактом схожесть с глазастым насекомым была стопроцентной. То, что нужно!

В Большом зале уже вовсю шло праздничное застолье, припоздавшую меня никто не собирался ждать.

— Сибилла, какой приятный сюрприз! — воскликнул Дамблдор, и в его голосе я не различила ни одной ноты фальши.

— О, прошу простить меня за опоздание! — притворно всплеснула я руками. — Я приняла решение в последний момент.

— Ну разумеется, — лукаво улыбнулся директор, — позвольте подать вам стул.

Дамблдор взмахом палочки трансфигурировал вычурный стул прямо из воздуха, разом подтвердив своё непревзойдённое мастерство. Новосозданный предмет мебели медленно проворачивался, зависнув в воздухе, позволяя оценить себя со всех сторон, а после плавно опустился между Снейпом и МакГоннагал. Упс! А вот этого счастья мне не нужно! Мысли лихорадочно забегали, пытаясь найти выход, пока я с милой улыбочкой следовала к столу. Судя по кислому выражению лица заместителя директора, она от подобного выверта непредсказуемого характера своего дражайшего работодателя тоже не в восторге. Так и не придумав ничего вразумительного, я плавно опустилась на стул, столкнувшись взглядом с зелёными глазами напротив, в которых явственно плескалось сочувствие. Ничего, Глазастик, и не из таких приключений выпутывались! У рыжего из-за пазухи высунулась крысиная мордочка; облезлая тварь обвела стол и присутствующих мутным взглядом и юркнула обратно. Я скривилась от отвращения. Снейп закаменел и сверлил Уизли презрительным взглядом, а вот МакГоннагал сделала вид, что ничего не заметила. Интересно, это она от природы такая слепая или из факультетской солидарности? А вот не опознать коллегу по цеху — это вообще позор, с моей точки зрения.

Пару часов я вела себя прилично. Честно. Мило улыбалась, говорила дежурные вещи. А под конец вечера предрекла скорое расставание, ближе к концу учебного года. С отсутствующим Люпином, которого рано или поздно доканает его недуг. Чисто из вредности и для поддержания образа. И на этой позитивной ноте поспешила покинуть трапезу.

А вот любопытно, кто-нибудь догадается, что я имела в виду не пушистую проблему, которой так показательно страдает наш новый профессор, а ранний склероз? Глицин я как-то уже присоветовала нашему домашнему оборотню. Публично. Судя по отчётливо скрипнувшим зубам мастера-зельевара, в магловской фармацевтике он прекрасно разбирается, как и в завуалированных намёках.

Утром, короткими перебежками и с постоянной оглядкой в пустынные коридоры, я спешила покинуть негостеприимные стены замка. Как оказалось, в элитных салонах красоты тебя готовы принять даже в праздничный день — за определённую плату, разумеется. Я магловскую сторону имею в виду, если кто не понял. Модные бутики и распродажи, распродажи, распродажи… Есть где развернуться уставшей личности для поднятия морального тонуса и приведения психического состояния мечущейся женской загадочной души к равновесию с мирозданием и вселенной. В салоне красоты я получила кучу советов по наложению макияжа и подбора одежды. Хитро наложенная косметика сделала черты моего лица вполне миловидными, замаскировав и скрыв мелкие недостатки внешности, причёску решила оставить прежнюю, русская коса смотрелась экзотично и придавала определённого шарма. А также скрывала от посторонних глаз Мою Прелесть.

По бутикам я гуляла почти целый день, практически сгребая всё понравившееся и боготворя тех гениев, что изобрели уменьшающие чары и сумки с расширенным пространством. Комплекты нижнего белья с небольшим ухищрением слегка примирили меня с действительностью, когда под лёгкой тканью платья появились очертания груди. Правильно подобранная одежда превратила мою худобу в изящную стройность, маленькое чёрное платье открыло округлые коленки, высокие сапоги на шпильке подчеркнули длину ног, а шикарное норковое манто дополнило ансамбль, и я вышла в шумный Лондон полностью умиротворённая и довольная собой, нагруженная многочисленными пакетами с покупками.

Пока я, дикий турист, увидевший Лондон вживую, крутила головой, приглядываясь к витринам бутиков на Оксфорд-стрит и раздумывая, продолжить шопинг-тур или поискать кафешку, совсем перестала следить за обстановкой. И совершенно неудивительно, что сбила кого-то на своём пути — пакеты дружно полетели на тротуар, и этот кто-то сдавленно охнул, когда я случайно отдавила ногу незнакомцу шпилькой.

— Простите, сэр! — воскликнула я, бросившись собирать свои пакеты.

В ответ получила тихий хмык, и незнакомец наклонился, помогая мне. Я медленно подняла голову. Мужчина был высок, чёрная лёгкая, не по сезону, куртка подчёркивала бледность его кожи, но он словно не замечал холода, чёрные же волосы, собранные в низкий хвост, крупный нос и чёрные глаза навевали мысли об испанских корнях… Но насмотреться на неосмотрительно попавшуюся на моём пути особь мужского пола я не успела. Снова хмыкнув и вопросительно выгнув бровь, абсолютно знакомым голосом меня поприветствовали:

— Сибилла, а ваш внешний вид и дар, оказывается, никоим образом не влияют на вашу врождённую неуклюжесть.

— Хм? — спародировав коллегу, склонила голову к плечу и прищурилась, ещё раз окинув его фигуру внимательным взглядом. — Облик новый, но характер прежний. Мне нравится! — вынесла вердикт я. — Пригласите даму на чашечку кофе, Северус!

— Леди? — Он галантно подал мне руку, а я, ослепительно улыбнувшись, позволила увести себя в неизвестном направлении в переплетение городских улиц, освещённых рождественскими огнями.

Пробуждение, можно сказать, было вполне приятным. Довольно тяжёлая рука уютно обнимала меня, тёплое дыхание легонько щекотало волосы на затылке, мягкая удобная постель…

М-да… Внезапно.

А как красиво всё начиналось: полутёмная кафешка, крепкий кофе, коньяк и мой любимый горький шоколад (да, в самой обычной лондонской кофейне на магловской стороне нашёлся бабаевский шоколад! Вот где она, настоящая магия), неспешная беседа, щедро сдобренная едким сарказмом, в меру приятный собеседник, не сбегающий в панике от моего своеобразного чувства юмора. Идеальный вечер.

А потом он предложил мне показать результаты своего эксперимента, о котором он разливался соловьём уже двадцать минут, а я, как приличная женщина, внимательно слушала и привычно вставляла восхищённые междометия в нужных местах. Чёрт меня дёрнул согласиться. Затем была лаборатория и очередное изобретение гениального мастера-зельевара, в котором я если что и поняла, то только предварительную расчётную часть. А после — шикарная библиотека со знаменитой дверью-книжной полкой, неплохое вино (явно из подвала Малфоев) и шоколад, мой любимый, которого Северус предусмотрительно захватил из кафешки. Когда градус в крови основательно и бескомпромиссно потеснил рассудок и выключил тормоза, коллега предложил показать оставшуюся часть дома. Потом спальню. А вот проверить кровать на качественность сборки практическим способом было уже совместной идеей… Классика.

М-да, кажется, пора завязывать с алкоголизмом.

Впрочем, собутыльники у меня исключительно эксклюзивные. Я скосила глаза на обнимавшую меня руку: длинные пальцы, как у музыканта, крепкое запястье, взгляд скользнул выше — угольно-чёрная татуировка на предплечье. Миленький образец нательной росписи. Оу, вот ты какая, чёрная метка местного эпика.

— Налюбовалась? — Хрипловатый голос окатил меня ледяной волной. За своими размышлениями я совсем не заметила, что ритм дыхания прижимавшего меня к себе человека изменился.

— Нет ещё, — возразила я, нагло призвав в вытянутую руку свои очки.

Напялив на нос свой стрекозиный артефакт, я вновь уставилась на вышедшую из широкой моды татушку. Снейп демонстративно не убирал руку, хотя я чувствовала, что мой повышенный интерес вызывает у него в лучшем случае просто бешенство. Ну что я могу сказать, Томми Риддл был гением, такое клеймо так просто не обойдёшь, так что Северус — гений не меньший, раз умудрялся водить того за нос. Я медленно скользила кончиками пальцев по абрису магического рисунка, в очередной раз поражаясь крайностям этого мира. Метка была впаяна в энергетику намертво и отметилась по всей ауре, на такое можно согласиться лишь по глупости или от безысходности, хотя я сомневаюсь, что главбосс-радикал рассказывал об особенностях своей метки. Так что вначале он брал своей харизмой и идеями, а с катушек съехал уже потом. Помогли. Откуда такая уверенность, непонятно. М-да…

— Ну и? — не выдержал зельевар, недовольно ворча мне в затылок.

— Без шансов. Если не хочешь повторения ситуации в первую магическую, у тебя только один путь: не допустить возрождения своего сюзерена, — грустно вздохнув, выдала я вердикт. Очки полетели обратно на груду сваленной в спешке одежды.

Мужчина напрягся, как вставшая в стойку борзая.

— Есть предпосылки?

— Идиоты найдутся, — усмехнулась я.

— Это предсказание? — Скепсис в голосе был вполне оправдан, учитывая, что расклад по своему дару я выложила уже давно.

— Констатация факта, — отрезала я.

— Вот как? — фыркнул Снейп. — Поясни.

— Элементарно, Ватсон, — с интонациями Ливанова объявила я. — Кукловод не отпустит так просто свою любимую марионетку.

Северус молчал долго. Настолько, что мне уже стало страшно, не перегнула ли я палку, оскорбив разом его двух работодателей, если что, отсюда у меня убежать не получится. Моя Прелесть предупредительно заворчала, уловив отголоски моего страха.

— Допустим, — наконец произнёс он. — А смысл?

— Старо как мир, — пожала я плечами. — Власть, золото, долголетие.

Снейп развернул меня к себе, впившись в лицо пронзительным яростным взглядом.

— С этого момента поподробнее!

— Да без проблем. То, что дутая слава победителя Гриндевальда скоро померкнет, было известно с самого начала. Полагаю, поэтому он озаботился новым противником заранее.

— Дутая слава, — зельевар сразу вычленил из моей речи нехарактерный для британцев оборот.

— Ну да, во-первых, Геллерт был его лучшим другом, во-вторых, думаешь, просто так долькоман безвылазно засел в школе и боится сунуться на материк? МКМ хоть и называется международной, но таковой в полной мере не является. Что-то мне подсказывает, что на месте президента Конфедерации магов его просто терпят, и появляется он там только на заседаниях, впрочем, с таким фамильяром это не проблема. Занятость — только отговорка, в Европе хорошо знают его похождения, а славяне его живым вообще не выпустят. Всё же начинал Гриндевальд вместе с Дамблдором, и у тех к нему накопилось немало вопросов. Волхвы отличаются крайней злопамятностью и мстительностью. Кто владеет информацией, тот владеет миром, Сев, — горько усмехнулась я. — Поэтому запреты, сокрытие, искажение сведений. Я прекрасно понимаю, за что на самом деле боролся Лорд, а с его исчезновением война не закончилась, она перешла в информационную стадию всеобщего отупения.

Северус замолчал вновь, надолго задумавшись, судя по его затуманившемуся взгляду, витает он где-то сейчас в астрале в невидимых для меня далях. О политике Лорда — да и Дамби — он знает побольше меня, я-то вообще строю предположения и догадки, но, по моему разумению, серьёзные люди (а представители древних родов иными быть не могут, и мой коллега тому подтверждение) никогда бы не пошли за безумным фанатиком. Чтобы поднять элиту на гражданскую войну, пусть и назревающую постепенно, нужна недюжинная сила, и не только личная, а также дьявольские мозги, политическая программа и план вывода страны из кризиса. Как показывает окружающая действительность, у Ордена любителей цыплёнка табака ничего такого не было, я понимаю, что безграмотными и запуганными людьми управлять легче, но в случае кризиса они подспорьем не станут. Для этого мы не в той стране живем. Как ни крути, магическое общество сословное, я бы даже сказала кастовое, а Дамблдор своими действиями подвёл его к очередной точке напряжения: аристократия против вторженцев, новый взрыв неминуем. Историю пишут победители — это общеизвестный факт. И Снейпу об этом известно не хуже меня.

— Какое ко всему этому отношение имеешь ты? — очнулся он наконец.

— То же, что и ты. Я одна из пешек в подготовке Избранного к его великой миссии.

— Куда ни плюнь, везде Поттер, — прошипел не хуже змеи зельевар. — Он-то здесь при чём?

— Когда Тёмный Лорд многоразового использования вернётся, МагБритании нужен будет спаситель, самостоятельно биться она уже не может. А за ним с отеческой улыбкой будет стоять и направлять великий и светлый. Вот только, как показывает история, судьба спасителей незавидна.

— По-твоему, мальчишка обречён? — Ох, вот теперь это голос смертельно уставшего человека.

— А ты считаешь иначе? После того, как ребёнка выбросили из магического сообщества и сейчас он вообще не в курсе реалий мира, в котором живёт? Его лишили всех близких ему людей, которые хоть как-то могли позаботиться о его достойном воспитании. После одержимого Квиррелла и крестового похода в защиту подделки, истории с василиском в прошлом году?

— Что ты от меня хочешь, Сибилла? Чтоб я воспылал любовью к поганцу или признал свою вину, что позволил отдать его маглам?

— Нет, — тяжело вздохнув, я откинулась на подушки и слепо уставилась в потолок, — взбрыкни ты тогда, сразу бы оказался в камере по соседству с Блэком, а сейчас ты единственный, кто его защищает.

— К чему этот разговор? — В мужчине вдруг проснулась слизеринская подозрительность.

— Не знаю, — отозвалась я. — Просто наболело. Я в своё время тоже не решилась на активные действия.

Я с грустной улыбкой посмотрела ему в глаза. Бровь Снейпа взметнулась в знаменитом жесте, выражая удивление.

— Это ты о чём?

— А, — отмахнулась я. — Была у меня нелепая идея украсть ребёнка и сбежать в Большой мир. Вот только тогда я была неспособна бесследно раствориться среди шести миллиардов маглов, а сейчас западня уже захлопнулась более двух лет назад.

Северус коротко хохотнул, выражая своё отношение к моим словам.

— Не представляю, честно.

— Я тоже, — усмехнулась я, — Вот и кукую столько лет в башне.

— А знаешь, — вкрадчиво начал он. — Что-то наш разговор свернул не в ту степь.

Ой, что-то слишком подозрительные интонации в его речи, ему нужно было в оперу идти, заворожить голосом он сможет любого. Северус опасно блеснул глазами в ответ на мой настороженный взгляд, и в следующий момент меня резко вдавили в подушки. Вот говорила же мама, нельзя вести серьёзные разговоры с мужчиной в постели.

В гостях я провела три дня. Даже не представляла, что такое возможно. Снейп и в домашних условиях оказался донельзя невозможным типом: едким собеседником и саркастичным хамом, не стесняющимся показать своё интеллектуальное превосходство. Кого другого он, несомненно, довёл бы до истерики в рекордные сроки, а вот у меня иной склад ума, и на его язвительные высказывания я только хохотала, вгоняя его в когнитивный диссонанс. Что поделаешь, моё чувство юмора обряжено в мрачные тона. Всё равно он большую часть времени пропадал в лаборатории.

А потом наша идиллия была нарушена взъерошенным глазастым почтальоном, недовольно ухающим и скребущим мутное стекло. Злобная сова с вензелем Гринготтса принесла письмо на моё имя. Я несколько удивилась, все желающие поздравить профессора прорицаний отписались дежурными фразами уже давно, а больше со мной никто в переписке не состоял. Однако всё оказалось проще: приглашение на семейный ужин от дальних родственников, что ежегодно шлют мне подобные открытки, на которые Трелони отвечала вежливым отказом. Но она не я.

Письмо я показала Северусу с предложением прокатиться и развеяться на материк, на что мужчина демонстративно хмыкнул, закатил глаза и исчез в недрах личной лаборатории. Ну и ладно, его право. А меня ждёт Италия.

Одно посещение своего любимого поверенного, и вот я уже резво мчусь в аэропорт с приличной суммой магловских денег, документами и заветным билетом. В дамской сумочке под чарами стазиса дожидается своего часа великолепный монструозный шедевр от Фортескью, шоколадные новинки из «Сладкого королевства», навеянные близким соседством с дементорами; неплохо было бы захватить и клюквенную настойку, но соваться в Хогвартс я не рисковала. А всё остальное оперативно доставили в банк. Красота!

Уже в Италии меня догнала записка от Снейпа. С перечнем ингредиентов, кто бы сомневался! Угу, половина из них запрещена для ввоза в Британию, спасибо, сносочку с пояснением сделал, ага, для неразумных! Вот же, черти мои марсианские, его ближайшие родственники! И как я это протащу? Впрочем, воспользуемся хорошими отношениями с Гринготтсом и гоблинами в частности. Филиалы банка есть если не повсеместно, то, по крайней мере, во многих уголках нашей планеты. А ещё гоблины хитрые. Помнится, Хагрид что-то втирал Поттеру про глубину залегания его сейфа под уровнем моря, что-то про сотни миль. Так вот, как образованный человек, заявляю, что земная кора под Британскими островами составляет порядка тридцати километров, а если и больше, то ненамного. А под землёй в толще базальта и гранита у гоблинов прячутся не только сейфы, но и целый подземный город. Гоблины, знаете ли, крайне многочисленны и плодовиты, то-то войны с ними протекали тяжело и невероятно проблемно. В общем, учитывая чрезвычайно нескромные размеры вотчины воинственного народа и то, что в подземном городе довольно прохладно, если не сказать, что жутко холодно, до мантии земной коры далековато. А под Лондоном столько места нет. Но среднестатистические маги такую сказочку скушали и не подавились. Они вообще крайне падки на сказочки из области нелогичного и невероятного.

И что-то мне подсказывает, что я вполне при желании и милостивом разрешении гоблинов могла спуститься в свой сейф в Англии, а вот подняться на поверхность уже в Милане. Но зачем же так подставлять этих милых и очаровательных разумных? Прибережём секретик до лучших времён.

Пара дней, на которые я рассчитывала, плавно перетекла во время до конца каникул. Учитывая кучу достопримечательностей, которую я просто жаждала посетить, и списочек, написанный нервным, убористым почерком Снейпа, которым я озадачила никогда не виденных ранее родственников. Семья моя, разной степени отдалённости родства, насчитывала всего пять человек и поголовно работала на гоблинов, что слегка меня удивило, но свои мысли я оставила при себе. Впрочем, удобно. И посылки друг другу передавать, и всякие запрещённые материалы доставать и прятать. Конфиденциальность и надёжность — девиз гоблинского банка. А разрушители проклятий — это очень даже престижно, особенно если это семейная традиция. В общем, родственники мне понравились, время я провела просто великолепно — так, что даже не хотелось возвращаться в промозглые шотландские горы. Но, увы, нет в жизни совершенства.

Мрачный готический замок, по недоразумению называющийся детской школой, встретил меня по всем канонам жанра: отвратительной погодой, парящими дементорами в раздуваемых шквальным ветром грязных драных саванах, стремящихся подлететь поближе, чем крайне нервирующих Мою Прелесть. Окна замка были темны и пугающи, во внутреннем дворике ветер уныло возил разнообразным мусором по каменной брусчатке, крылатые кабаны, тёмными громадами выделяющиеся в подступающих сумерках, пристально сверлили голодными взглядами спину. Двери противно заскрипели и распахнулись, на пороге показался скрюченный Филч с масляным фонарём, зажатым в руке.

— Заходи уже, нечего на пороге стоять, — проворчал он, щурясь от холодного ветра и горсти острых снежинок, что непогода с радостью бросила ему в лицо.

— И я рада вас видеть, — улыбнулась я, спеша воспользоваться приглашением. Завхоз резко закрыл за мной дверь.

— Мяу! — требовательно раздалось под ногами.

— И тебя, миссис Норрис, я рада видеть, — наклонившись, я погладила кошку, довольно задравшую хвост трубой и ластившуюся к рукам, выпрашивая вкусняшек. — Естественно, я привезла вам гостинцев.

— Мяу! — Довольный вопль выразил благодарность за себя и хозяина, уже давно ушедшего вперёд. Из широкого коридора раздавались шаркающие шаги в такт мельтешению света от покачивающегося фонаря, отбрасывающего гротескные тени на стены. Волшебные факелы, закреплённые на стенах, не горели.

В Большом зале ужинали профессора и немногочисленные студенты, наплыв детей ожидался только завтра с прибытием Хогвартс-экспресса. Блудную прорицательницу, сверкающую радостной широкой улыбкой, встретил недовольный взгляд МакГоннагал. Привычно поджимая и без того тонкие губы, заместитель директора всем своим видов выражала недовольство и неодобрение, но была непривычно молчалива. Северус был угрюм, и только на миг его глаза посветлели, встретившись с моими, хотя, скорее всего, это была просто игра света. Поппи красовалась в новой шляпке, Аврора хитро подмигнула, очаровательно улыбнувшись, новая мантия из последней коллекции миланских модельеров великолепно оттеняла цвет её глаз. Я путешествовала налегке, поэтому все подарки коллегам отправляла почтой. Септима и Батшеда ещё не прибыли, а Филиус и Помона не сочли нужным демонстрировать свои презенты, но, судя по доброжелательной улыбке декана Хаффлпаффа и отсалютовавшему мне кубком полугоблину, я угадала с гостинцами. Дамблдора, что характерно, не было, но я не сомневалась, что традиционные итальянские сладости ему пришлись по вкусу, а Минерва обойдётся кофе, который я отнесу в учительскую.

— Ну и где же ты соизволила пропадать, Сибилла? — Молчания Маккошки хватило ненадолго, стоило мне сесть за своё место и окинуть голодным взглядом предлагаемое меню, как меня настиг её раздраженный голос. — Ты даже не удосужилась никого предупредить.

— Рождество — семейный праздник, Минерва, — ещё более радостно улыбнулась я, пододвигая поближе салат.

— Да? Я думала, у тебя больше не осталось родственников после смерти Кассандры, — искренне удивилась она.

— А всего знать невозможно, — отрезала я, не желая развивать тему. — Аврора, дорогая, твой загар великолепен!

— О! В Шотландии вечно не хватает солнца, — защебетала подруга, — в следующий раз тебе обязательно стоит присоединиться…

Я слушала Синистру, разливающуюся соловьем о чудесах заморских стран, и думала о своём. В частности о том, как незаметно выловить Снейпа и обрадовать его известием о посылке, до поры до времени надёжно спрятанной в недрах Гринготтса.



Говоришь, сложно выделиться из толпы, не попасть под влияние серой массы? Чушь. Я вот, например, смог выделиться.
Я улыбнулся.
Чеширский кот
 
IYURIДата: Понедельник, 30.04.2018, 17:15 | Сообщение # 42
Посвященный
Сообщений: 31
« 9 »
Цитата Marrana ()
Гардероб Трелони и вовсе привёл меня в уныние. Поразгребав необъятное количество пёстрых, ярких тряпок, я пришла к неутешительному выводу: местных обитателей мне придётся радовать импозантным обликом привокзальной цыганки-гадалки


как бе ни так )))
[img]http://https://ibb.co/iNrmgx[/img]

не, картинка не ставится


Сообщение отредактировал IYURI - Понедельник, 30.04.2018, 17:17
 
ShtAlДата: Понедельник, 30.04.2018, 20:37 | Сообщение # 43
Химера
Сообщений: 560
« 126 »
Эта?
 
SvetaRДата: Понедельник, 30.04.2018, 22:03 | Сообщение # 44
Высший друид
Сообщений: 840
« 220 »
IYURI, просто надо убрать самое первое http : / /, и все заработает ))))) Там дублировано.


Свет лишь оттеняет тьму. Тьма лишь подчеркивает свет.



Сообщение отредактировал SvetaR - Понедельник, 30.04.2018, 22:03
 
IYURIДата: Среда, 02.05.2018, 05:30 | Сообщение # 45
Посвященный
Сообщений: 31
« 9 »
ShtAl, SvetaR, спасибо)

Кстати. Актриса, игравшая Сивиллу намного симпатичнее, чем показано в фильме "ГП"



Сообщение отредактировал IYURI - Среда, 02.05.2018, 05:37
 
Екатерина_ОДата: Четверг, 03.05.2018, 19:54 | Сообщение # 46
Подросток
Сообщений: 6
« 8 »
Автор, спасибо! Прям очень нравится!!!
Варенька молодец! А Сней на ней женится, небось, чтобы с ингредиентами из василиска не делиться smile
Хорошо бы она его от Волди отмазала. Может, не зря у нее родственники - разрушители проклятий? Еще и Гарри помогут от бяки избавиться. И к Белле в сейф залезть попроще будет...
Очень интересно, как там дальше все будет. Пейринг отличный получается - два умника с сарказмом
В общем, очень жду проду!
 
kraaДата: Четверг, 31.05.2018, 03:10 | Сообщение # 47
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2760
« 1616 »
Marrana, спасибо, что продолжаешь писать этот шедевр.
Дочитала этой ночью до 20-ой главы, завтра продолжу.



Без паника!!!
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Стрекоза (Попданка, Гет, R, ООС, миди, в процессе, прода от 27.04)
  • Страница 2 из 2
  • «
  • 1
  • 2
Поиск: