Армия Запретного леса

Воскресенье, 28.05.2017, 19:46
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 2 из 2«12
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii 
Форум » Хранилище свитков » Слэш » "Сахарный принц " !! 22 глава (ГП/ДМ,НЖП,ЛМ,ЛВ~слэш~NC-17~Драма/Прикл/Романс~макси~в работе)
"Сахарный принц " !! 22 глава
KuaraДата: Вторник, 12.02.2013, 18:08 | Сообщение # 1
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
Название фанфика: Сахарный принц
Автор: Эо (Lafaet)
Бета : Gellala
Рейтинг: NC-17
Пейринг: ГП/ДМ
Персонажи: ГП, ДМ, НЖП, ЛМ, ЛВ
Событие:
Тип: слэш
Жанр: драма, приключения, любовный роман
Размер: макси
Статус: в работе
Саммари: Жил-был мальчик-герой, но вместо любви и уважения, получал лишь разменную монету боли и презрения. Вместо ласковой руки - болезненные удары, материнского поцелуя - крики проклятий. Быть изгоем, быть уродом, быть особенный мальчиком Смерти нелегкая ноша. И все начнется в самый обычный день когда Она решит найти и покарать убийцу своего Лорда...
Диклеймер: мне ничего не принадлежит, кроме выдуманных мной же персонажей.
Предупреждения: мат, обрывки воспоминаний прошлых судеб, Богиня Смерти, дамбигад, взрослое и зрелое мышление детей, вроде пока все.
От автора: Первая проба пера неопытного автора. Могут быть ляпы и рояли.
Разрешение на размещение:получено






Сообщение отредактировал Kuara - Четверг, 25.06.2015, 23:57
 
KuaraДата: Понедельник, 22.04.2013, 23:32 | Сообщение # 31
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
для тех кто ждал)))

Глава 13. Святой Мунго.
Белый потолок с голубыми улыбающимися облаками был просто отвратителен. Гарри он успел надоесть в первую же неделю лежания в больнице Святого Мунго. Палата для детей дошкольного возраста сводила с ума. Пляшущие облака, приветственно машущие деревья, хихикающая трава. У оформителя детского отделения было больное воображение. Ну, кому может понравиться мерзкое хихиканье нелепых растений в два часа ночи?
Мальчик тяжко вздыхал, ему было скучно. Его уже давно осмотрели, продезинфицировали раны и укус, поили зельями, постоянно проводили диагностические чары и подсадили на витамины с укрепляющим зельем. Он пообщался с аврорами, которые пытали его глупыми вопросами на протяжении трех часов, пока герцогиня Кастор собственноручно не вышвырнула их вон. С ее слов он понял, что судебное дело так и не было заведено при наличии лишь мертвого подозреваемого и похожей на овощ няни со стажем из Отдела Детства. Повезло ли Лорельде Селвин? Это как посмотреть. Она была жива, но пребывала в глубокой коме и находилась в защитном куполе жизнеобеспечения. Добиться от нее чего-либо было просто невозможно. От мертвого Фенриха Сивого тем паче.
Драко валялся в соседней одноместной палате, куда его устроил отец. Младшему Малфою крупно досталось и только время покажет, будет ли это иметь какие-либо последствия. Хоть Сивый и не обернулся в вервольфа, но кровь обоих мальчиков была заражена, и, возможно, ликантропия передалась и им. В лучшем случае, им была просто обещана некая меланхолия в полнолуние и, возможно, пристрастие к плохо прожаренной пище.
Мальчик перегнулся через кровать и ухватил с тумбочки одну из шоколадных лягушек, с удовольствием запихивая ее в рот. Место рядом с ним было забито книгами с яркими иллюстрациями, мармеладными червяками, которые так и пытались улизнуть под койку и сахарными перьями, вперемешку с шоколадом. Под потолком, радостно скалясь, висел воздушный крокодил.
Мать чувствовала себя явно виноватой и старалась его побаловать после таких приключений. Эо рассказала, что в вечер первого дня перед ней явилась бледная как смерть Мирка и захлебываясь рыданиями, поведала о произошедшем. Не теряя ни минуты, волшебница с помощью портключа вернулась домой, и не найдя сына (не помогли даже следящие чары), ринулась в Министерство, где столкнулась с разъяренным, как дикий вепрь, Люциусом Малфоем. После чего уже оба штурмовали кабинет Министра.
Юный волшебник проснулся рано утром из-за невнятного бухтения и еле разлепил глаза. Его взор тут же был ослеплен огромным количеством рыжего. Он расслабился и притворился спящим.
- Рон, крошка, не плачь, иначе от слез нос раздуется еще больше! – строго повелел женский голос.
- Да, Ронни, он и так не маленький, а теперь может соперничать с территорией Новой Зеландии, - пропел сюсюкающий голосок.
- Фред!
- Я не Фред! И ты, женщина, еще смеешь называть себя нашей матерью!
- Ох, извини Джордж.
- Да все нормально. Я пошутил. Я действительно Фред.
У Гарри перед внутренним взором рыжий мальчишка тут же показал язык матери, видимо это так и было, поэтому стекла в окнах затрещали от гневного голоса женщины.
- Фред! Джордж! Вон отсюда! Подождете меня вместе с Перси у палаты!
Близнецы загоготали и шумно покинули помещение, умыкнув с его тумбочки пару конфет.
- Мам, ну почему это не проходит? – шмыгнул носом ребенок.
- Рон. Хватит уже. Целители все вылечат, и эти едва заметные пятнышки исчезнут.
- Едва заметные?! – мальчик даже задохнулся от возмущения. – Да их из Уэльса можно разглядеть!
- Не кричи на меня. Разве я виновата, что твои братья такие шутники. Ну, зачем ты полез к ним в комнату?!
- Мне было скучно.
- В следующий раз, чтобы было не скучно пойдешь выдворять гномов из сада вместе с отцом!
Дверь резко распахнулась и ударилась об стену.
- Тихо вы! Нам и так еле предоставили эту палату, не хватало еще, чтобы нас выкинули отсюда!
- Хорошо мам. Будем паиньками. Отец уже заждался.
- Так, все, Ронни, я пойду, а ты веди себя хорошо. Мы проведаем тебя на днях с папой, если ему получиться вырваться из Министерства.
- Что-то я сомневаюсь, - буркнул тот.
- Рональд Биллиус Уизли! Твой отец занимается очень важной работой, и он – начальник отдела!
- Ага, только там работают всего два человека: он и старик Мортимер.
- Рон! Все, время поджимает, - волшебница одарила сына смачным чмоком в щеку и поспешила вон.
- Не скучай, Ронни, хи-хи.
- И в следующий раз…
- Если будешь совать свой нос…
- Размером с Британские острова, не в свое дело…
- Милой россыпью на лице не отделаешься! – хором предупредили братья, и, наконец, дверь в палату захлопнулась.
Гарри осмелился приоткрыть один глаз и на соседней кровати увидел рыжеволосого мальчишку, уткнувшегося носом в подушку. Во дела!
Рыжик резко развернулся и в упор посмотрел на него. Поперек носа шла надпись «Крохотуля», состоящая из ярко малиновых пятнышек не больше наперстка.
- Нравиться?! – враждебно проговорил тот.
- Не то, чтобы особо, - лениво протянул Гарри. – У тебя братья просто весельчаки.
- Они клоуны и идиоты!
- Ага, ага, - покивал мальчик, не зная, что сказать.
Уизли почесал раздувшийся нос и хмуро глянул на него.
- Я тебя помню. Ты был в Гринготс.
- А кто там не был?
- Ну, в общем, да. Но ты там ведь был.
- Убийственная логика, - усмехнулся Гарри. – Да помню я тебя, не напрягай мозг – перегреется.
Мальчик покраснел и стал похож на варенную свеклу.
- Воображала, - себе под нос пробурчал тот.
- А ты излагай свои мысли яснее, иначе с тобой будут все обращаться как с доморощенным.
- Домо… что? У кого? – теперь полыхали даже уши.
- Так, забыли, - он потянулся за любимой книгой « Яды или смертоносная отрава в вашем котле».
- Значит, слизень, - скосив глаза на обложку, пробормотал Уизли.
- Последи за своим языком. Он у тебя такой трепливый, что можно три раза обернуть вокруг Англии.
- Да что ты… Ты - ублюдок!
- О-хо-хо! Ничего себе, как малыш Ронни заговорил. Мамочка не прополощет тебе язык с мылом, м?
- Заткнись слизень!
- Ох, ты ранил меня в самое сердце, - Гарри театрально прижал руку ко лбу. – Практикуйся в остроумии на своих братьях или спрячь свой восьмимильный язык в то место куда обычно!
Было похоже, что мальчуган с минуты на минуту воспламениться и бросится на него с кулаками.
- Придурок, - прошипел тот и отвернулся к стене.
- Отлично парадируешь змей, Уизли. А теперь, будь добр пыхти лицом к стенке и дай мне почитать.
Раздался шлепок и взъерошенный как воробей рыжик подскочил на месте.
- Ну, все тебе не жить!
- Угощайся, гриффиндорец.
Рон опустил глаза - на подушке лежала слегка помятая шоколадная лягушка.
- Это что такое?!
- Шоколад, идиот, и он имеет свойство таять, если его тут же не съесть. Может, так ты хоть немного помолчишь.
- О…хм, спасибо.
Тот плюхнулся на кровать обратно и зашелестел оберткой.
- О, Дамблодор! У меня таких уже три!
- Оставь себе, пусть будет квартет.
Мальчуган склонил голову на бок, запихивая остатки от лягушки в рот, и прошамкал.
- А с чего ты взял, что я попаду в Гриффиндор?
- Так это ж диагноз! Но если будешь тренироваться почаще шевелить мозгами, возможно, что-то и измениться.
- Я и так думаю!
- Да не тем местом ты думаешь. А теперь дай мне почитать.
- Хм, ладно.
Пять минут его сосед маялся от безделья и тут решил приблизиться к нему.
- Эм… Я – Рон Уизли.
- Да неужели. Я думал, ты никогда не догадаешься.
Уизли нахмурился, как грозовая туча, но Гарри лишь криво улыбнулся.
- Я – Себастьян Ардео Кастор. Можешь звать меня «Ваша светлость», так уж и быть.
- Пфф, сщаз. Бегу и спотыкаюсь, Кастор.
- Я на это и рассчитываю, Уизли.
- Эм, можно взять что-нибудь почитать?
- Мерлиновы кальсоны! Да ты умеешь читать?!
- Отвали. Что жалко, что ли?
- Бери, так уж и быть. Только руки перед этим помой. Мне твои грязные отпечатки ни к чему.
- Ну ты и слизень!
- Не испытывай мое терпение. Бери и заткнись уже, наконец.
Уизли сбегал к умывальнику, затем покрутил чистыми руками перед его сморщенным носом и вытащил из стопки «Сказки Барда Бидля». Соседняя койка в последний раз скрипнула и наступила долгожданная тишина.
Совместное проживание продлилось еще три дня, забитое посещением Уизли врачами. Писанина на его лице была стойкой и никак не желала никуда исчезать, только еще сильнее проявляясь от некоторых отдельных мазей. Благо, хоть носу удалось вернуть нормальную форму, чему колдомедики были несказанно рады, как, впрочем, и рыжик. Они как раз играли в подрывного дурака (после долгого нытья Уизли), когда двери палаты в очередной раз распахнулись.
- Так-так, я в шоке Кастор, - тягучий голос донесся с прохода.
- Закрой дверь, Малфой, дует.
- Да ты никак с Уизелом сдружился? - прохихикал тот, но дверь все же прикрыл.
- Заткнись, Малфой! – побагровел Рон.
- Ну, я же не могу, как ты довольствоваться только своим отражением, - хмыкнул Гарри. – Я к тебе заходил, но увидев твои поцелуйчики с зеркалом, решил оставить вас наедине.
-Ха-ха. По тебе сцена плачет, Кастор.
- Так что ты хотел?
Мальчик пристроил очередную карту на хлипкую башенку и обернулся к блондину. Его щеки залил едва заметный румянец.
- Меня выписывают.
- Вот здорово! – хлопнул кулаком по раскрытой ладони Уизли.
- Не отвлекайся от игры, одноклеточное, - посоветовал Драко.
Перед самым носом у того взорвались карты, опалив брови. Раздались магические, вперемешку с магловскими, ругательства.
- Ну, все, я ухожу, - царственно махнул рукой мальчик. – И да, Кастор, если ты хоть что-нибудь скажешь о том случае, твой хладный труп найдут, хотя нет. Его никогда не найдут!
Развернувшись на каблуках, Малфой-младший чинно покинул палату.
- И чего заходил этот придурок? - буркнул Рон, ощупывая брови.
Гарри лишь криво усмехнулся и, грациозно потянувшись, вскочил на ноги.
- Ну, и мне пора. Матушка скоро приедет.
- Ты что, уже того? Выписываешься?
- Это ты – того, Уизли, а я еду в Египет нежиться у Красного моря.
- Слизень, - как-то грустно протянул рыжик, возвращаясь к своей койке.
Себастьян лишь пожал плечами и принялся собирать вещи.
- Книгу можешь оставить себе на память, Уизли, - кивнул в сторону тумбы мальчик. – Буду всем хвастаться, что это я привил тебе тягу к чтению.
- Слизень, - уже не так огорченно хмыкнул Рон и потер нос.


Сообщение отредактировал Kuara - Понедельник, 22.04.2013, 23:33
 
marisaДата: Вторник, 23.04.2013, 13:17 | Сообщение # 32
Снежная Девушка
Сообщений: 243
« 70 »
Уизли выучил новое слово-слизень!)


Америка спрашивает у Англии:
- Слушай, а чего Брагинский такой злобный по жизни?
- Потому что он - тревожноотвественный депрессированный параноикоэпилептоидный шизоидоистероид, с ярковыраженной перверзией к пессимизму, – ответил Англия вконец осоловевшему Альфреду.
 
KuaraДата: Четверг, 30.05.2013, 22:55 | Сообщение # 33
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
Глава 14. Политика и волки.
Как же чертовски быстро бежит время. Казалось, совсем недавно Эо забрала его от Дурслей, ан нет, с того момента уже прошло три года. Теперь та жизнь, когда он был еще забитым мальчиком Гарри Поттером, была где-то позади и меркла, по сравнению с новой жизнью наследника семьи Кастор.
Себастьян меланхолично разглядывал однообразный пейзаж из окна вагона-ресторана. Давно уже зажгли электрические лампы, и уже скоро они увидят огни города. Мерный стук колес нагонял блаженную дремоту, остывающий ужин был давно позабыт, а мальчик окунулся в воспоминания их предыдущего приключения.
После выписки из больницы Святого Мунго герцогиня Кастор решила отправиться в путешествия по городам и селам, дабы развеселить сына и прогнать из его головы тягостные мысли. Гарри отчетливо помнил, как его прошиб холодный пот, стоило им зайти в столовую Кастор-Мэнора, поэтому идея о кругосветном путешествии показалась ему просто замечательной. Собрав вещи в минимально короткие сроки, ограничившись одним бездонным чемоданом, мальчик был готов поскорее покинуть имение. Впереди его ждало теплое Красное море, пирамиды, библиотека Каира и тайны, тайны Древнего Египта.
Сейчас скоростной поезд, извергая клубы дыма, нес их в город Мюнхен, Германия. Мать уже давно обещала показать ему родовой замок Бергедорф, который принадлежал покойной ныне Дементии Кастор. Несмотря на то, что корни у семьи были английские и брали свое начало еще со времен короля Артура, в связи с гонениями и предпочтениями изучения Темной магии, основателям рода пришлось спешно перебраться в Германию, где род Кастор расцвел пышным цветом. Многие поколения спустя, Дементия Кастор родила сына Ардео, который и перебрался вновь на Британские острова, уже окончив Елензберг – престижную немецкую школу чародейских искусств, славящейся своей дисциплиной и выпуском лучших дуэлянтов Европы. В Англии он встретил Клариссу де Фронтье, юную француженку, дочку графа и чистокровную волшебницу (если не считать примеси крови высших вампиров и вейл), которая прибыла в Англию на сезон, дабы подыскать лучшую партию для замужества. Ардео Кастор отвечал всем требованиям и был наилучшим вариантом для замужества, в скором времени произошла помолвка, через год свадьба, а потом появилась на свет Эо Дементия Кларисса Кастор.
- Ты решил объявить голодовку, мальчик? – просматривая конспекты каирской экспедиции, проговорила волшебница.
- Вовсе нет. Просто задумался.
- Лучше поешь. Когда ты так упорно думаешь, мне становится не по себе.
- Мам, скажи, а сарказм передается по наследству? - ядовито проговорил Гарри.
- Поговори мне еще, и поедешь на крыше, - даже не поднимая глаз, пообещала та.
Мальчик тяжко вздохнул и уже взял вилку, чтобы заняться рагу, как пронзительный свист оглушил его.
- Себастьян?
Он покопался в кармане брюк и вытащил маленький вредноскоп из оникса приобретенный ими в Гизе. Маленькая юла отчаянно свистела и вертелась на столешнице.
- Не к добру это, - проговорила женщина, и поезд резко дернулся. Лампочки нервно замигали.
Разнесся оглушительный визг тормозов, и вагон покачнулся. Раздался грохот, и Гарри с ужасом понял, что поезд сошел с рельс, как все завертелось перед глазами. Посуда полетела со столов, раздались крики, вагон – ресторан начал заваливаться на бок и в него врезался следующий вагон. Волшебница бросилась к сыну, одновременно невербально накладывая защитные заклятия. Мальчик оказался прижат к груди матери, и мир померк.
Он застонал и медленно разлепил глаза. Голова гудела, как трансформаторная будка, тело налилось свинцом. Превозмогая боль в спине, Себастьян приподнялся на локтях, мир тут же закружился вокруг него. Когда эта свистопляска улеглась, он понял, что лежит на мокрой траве в пятидесяти футах от развороченного поезда. Крики отчаяния раздавались над темным полем. Выжившие пытались помочь раненым или разыскивали близких. Он завертел головой в поисках матери, как заметил, что от первых вагонов к ним приближаются огромные волосатые фигуры. Гарри прошил холодный пот, когда он, закинув вверх голову, увидел полную щербатую луну в небе. Его начало трясти, и, встав на четвереньки, мальчик аккуратно пополз к их вагону. Мать, скорее всего, вытащив его из поезда, вернулась за уцелевшими вещами. Нужно немедленно ее найти.
Негромкий всхлип заставил его припасть к земле. Гарри вытянул шею и увидел перепачканную девочку лет семи, роняющую слезы над недвижимым телом пожилой дамы. Она подняла светло-зеленые очи и уставилась на него, забыв о слезах.
- Ты кто?
Мда, ничего умнее она не могла придумать?
Мальчик не ответил и пополз дальше.
- Не бросай меня, - девчонка ухватила его за лодыжку. – Возьми меня с собой. Моя няня мертва.
- Отстань! – сердито дернул ногой тот. – Нашла, у кого просить помощи!
Кастор обернулся назад и увидел, что эти твари почти добрались до последних вагонов.
- Но ты ведь волшебник, а другие – магглы. Забери меня с собой, пожалуйста, - заревела та.
- Откуда ты знаешь? - прошипел он, пытаясь стряхнуть эту назойливую девку с себя.
- Я вижу ауру, но это секрет. Тссс. Я только тебе рассказала. Поклянись, что никому не скажешь!
- Мордрад! Клянусь, или съем тысячу иголок. Довольна?! А теперь успокойся и тихо следуй за мной. Найдем мою мать, а она уж решит, как нам выбираться из этого дерь…дела.
Они уже почти доползли до разбитого окна их купе, когда были замечены. Гарри схватил девочку за руку, и вместе с ней нырнул в проем окна, вглубь купе. Когтистая лапа царапнула железо, выдавая зубодробящий скрежет.
- Ой – ой! – выдала та, цепляясь за него, как за спасательный круг.
Раззадоренный кровью вервольф начал штурм их маленького убежища. Мальчик швырнул ему в морду первую попавшуюся вещь (его ботинок из драконьей кожи), девчушка, не растерявшись, последовала его примеру. Теперь они уже вдвоем вели прицельный огонь по разозленной твари, но стеклянные шары, пирамидки и ботинки, были негодным оружием против оборотня.
Себастьян крепко зажмурился и резко выбросил руку вперед.
- Инсендио!
Громкий хлопок и сноп искр. Будто кто-то взорвал приличную шутиху. Волк издал гневный рык. Его морду опалило пламя, воздух наполнился едким запахом паленой шерсти. Он отпрянул назад, пытаясь сбить лапами огонь.
- Нужно выбираться!
Девочка слабо кивнула и поползла к двери купе. Кастор пытался раздвинуть двери, чтобы образовалась хоть малая прореха. Дети старались изо всех сил, но этого явно было недостаточно. От использования беспалочковой магии Себастьян уже изрядно подустал, но старался не обращать внимания на разливающуюся по телу слабость.
- Заклинило, - прохныкала девчушка, но не прекращала попыток. – Ай!!!!!
Высокий девичий визг оглушил его. Она шлепнулась на пол и попыталась ухватиться за мальчика. Себастьян машинально схватил ее подмышки и потянул на себя.
- Не отпускай меня!
Ее светло-карие глаза расширились от страха. Пальцы больно впились в руки молодого мага. На мгновение Кастор оторвал взгляд от ее испуганного лица и сверкающие злобой желтые глаза прошили его насквозь. Черный волк-оборотень со свисающей лохмотьями кожей на щеках, лбу и шее страшно скалил острые зубы, наслаждаясь произведенным эффектом. Когтистая лапа крепко держала в кольце пальцев худую лодыжку перепуганной девочки. Она храбро лягнула вервольфа, еще больше раззадорив последнего.
- Ты веришь мне?
- Что?
- Веришь, нет? Решай быстрее!!!
- Да…да!
Себастьян вырвался из ее хватки, и та издала вопль ужаса. Оборотень хищно оскалился и прижал хрупкое тельце к полу.
Кастор нащупал на шее подрагивающими пальцами кулон и с силой сжал его, так чтобы пошла кровь.
Молочный туман моментально заполнил купе, и знакомый тягучий голос обратился к мальчику.
- Какие будут желания, мой повелитель?
Волк издал предупреждающий рык и ринулся на воздушного пришельца, юного волшебника впечатало в стену, да купе-то не резиновое.
- Разберись с ним, - прошипел мальчик, слизывая кровь с разбитой губы.
- С удовольствием, господин.
Щелчок пальцев, и оборотень оказался выдворен из разгромленного помещения. Сам житель кулона тут же растворился. Девочка тяжело хрипела, даже не пытаясь приподняться, из своего угла Кастор видел, что ее бьет крупная дрожь.
- Ваше желание исполнено, господин, - проговорило эфирное создание.
На сей раз, тело джинна переливалось бледно-голубым цветом, и было гладким, словно высеченным из камня. Он был обнажен по пояс, а нижняя часть туловища представляла собой завихрения такого же прозрачного синего дыма. Длинные черные волосы собраны в высокий конский хвост. Прозрачные глаза безразлично взирают на своего господина.
- Я отпускаю тебя Сейфулла.*Я знаю правила.
Джинн хитро улыбнулся и растаял.
*Сейфула – Меч Бога (арабский язык).


Сообщение отредактировал Kuara - Четверг, 30.05.2013, 22:55
 
ОлюсяДата: Среда, 04.02.2015, 21:30 | Сообщение # 34
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
Тема закрыта и перенесена в архив до появления проды и/или автора


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Пятница, 06.02.2015, 21:33 | Сообщение # 35
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
15 глава


Приведя дыхание в порядок, Себастьян решился выглянуть наружу. Картина, которая ему предстала, была ужасна. Черные тени мелькали среди вопящих магглов, валя их на землю или отшвыривая в стороны. Дети плакали, а их родители пытались защитить свои чада от покушений этих монстров. Среди пассажиров было лишь три мага, они отчаянно сражались, посылая в вервольфов проклятия за проклятиями, но силы были явно не равны. Вот один из волшебников был повален на землю мохнатой тушей. Герцогиня Кастор даже ни разу не мелькнула.

Мальчик быстро юркнул обратно, помогая подняться пострадавшей девочке. Она оперлась на его плечо и благодарно кивнула. Ее все еще пошатывало, а лицо было слишком бледным.

- Идем. Это была плохая идея вернуться сюда, - прошептал Кастор, и они аккуратно вылезли через окно, старясь не порезаться об осколки.
- Aliquam exitus.*

Юный волшебник чуть не рухнул на землю, когда произнес заклинание. Его силы таяли, он и так уже пренебрег многими запретами матери. Теперь это уже становится опасно.

Двигаясь подальше от эпицентра криков ужаса, стонов боли и звериного рычания, скрытые отводящим глаза заклятием, дети прокрались почти тридцать футов. Тихо передвигаясь, иногда подолгу замирая, если рядом бродил принюхивающийся к воздуху оборотень. Ноги у мальчика начали заплетаться, и он был готов рухнуть от усталости, но упорно заставлял делать себя следующий шаг, поддерживаемый своей новой знакомой.

Дети замерли. Большой коричневый волк с разорванным ухом кружил рядом с ними. Он усердно принюхивался к воздуху, явно ощущая чье-то присутствие. Кастор был уже не в силах стоять, и девочка помогла ему мягко усесться на траву, не издав лишнего звука. Она слабо улыбнулась и сделала шаг назад, дабы присесть рядом. Маленький камешек попал под квадратный каблук и негромко чиркнул. Она издала испуганный ах и тут же закрыла рот ладонями, понимая, что натворила.

Волк впился в них взглядом, отвлекающие внимание чары туту же спали, и больше ничто не могло их укрыть от горящих желтым огнем глаз.

С природной грацией хищника оборотень направился к ним, облизываясь. Он явно решил не спешить, упиваясь их страхом.

Себастьян вскочил на ноги и потянул спутницу к себе. На мгновение, задумавшись, он сдернул с правой руки кожаный браслет и укусил себя за запястье.

Ноздри волка затрепетали от запаха крови, и низко вибрирующее рычание послало стаи мурашек по его спине.
Руна смерти на белоснежной коже налилась кровью. Мальчик протянул руку вперед, так чтобы кровь из открывшейся раны стекала на землю перед ним и оборотнем. Затем шипящий шепот прервал рычание волка. Девочка вздрогнула, и отступила от него в сторону.

- Hecate! Invocatio!
- Obsecro Hecate, domina zmeevlasoy dogs! Vis mortis corruptionem virtutis dico vos! Sic erit et tuum mihi Revelamini!*

Себастьян тщательно выговаривал каждое слово как его и учила мать. Когда с его губ сорвался последний звук, налетевший холодный ветер растрепал его волосы, и ему почудилось прикосновение ледяных пальцев к щеке.

- Sit*, - прошелестел ветер, и Кастор вперил тяжелый взгляд в верфольфа.

Неожиданно тот жалобно заскулил и, извиваясь, рухнул на землю.

Оборотень издал истошный вой и начал конвульсивно подергиваться. Глаза у девочки округлились как золотые галеоны. Себастьян, припоминая уроки матери, наклонился к смердящий пасти и потянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Его спутница что-то пискнула, когда из глотки животного вырвался маленький светоч, а глаза закатились. Гарри приоткрыл рот и втянул шарик в себя, проглатывая его.

Оборотень рухнул бессознательной тушей, и мальчик рискнул обернуться к девочке.

- Фантастика, - в восхищенном ужасе прошептала она. – Я – Асоль. Запомни меня.

Себастьян лишь кивнул.

Мальчик даже не ожидал, что поглотить чью-то душу окажется так легко. Его тело наполнилось чужой магией и Кастор, гаденько хмыкнув, наклонившись, загреб горсть земли.

- Смотри во все глаза.

Окропив землю своей кровью, мальчик судорожно выдохнул. Светящийся шарик, что недавно был проглочен, беспрепятственно растворился в горсти сухой земли.

- Precipio vobis vivifica!*

Кастор размахнулся и швырнул комок как можно дальше.

Асоль с любопытством и страхом следила за каждым его движением. Такого она никогда раньше не видела, да и была уверена, что немногие волшебники и волшебницы могли таковым похвастаться. Когда из комка начала вырастать огромная фигура, очертаниями напоминавшая человеческую, то Асоль поняла, что будет следовать за Себастьяном всю свою жизнь. Ведь он достоин этого как никто другой. Ведь он обладал силой и властью несравнимой с любым магом. Именно Себастьян изменит ее и избавит от отца. Асоль нетерпеливо облизала губы и ее глаза заблестели.

Каменный великан приложил правую ручищу к груди и отвесил мальчику глубокий поклон.

- Твой хозяин приказывает тебе разделаться с оборотнями, - приказал Себастьян, и голем начал наступление на скалящихся тварей.
- Невероятно! – выдохнула девочка.
- Какая же ты шумная, - еле выговорил он, оседая кулем на землю.
- Ой, что с тобой?!

Асоль уселась с ним рядом, не сводя тревожного взгляда. Маленькая ладонь легла на его лоб, и мальчик грозно зашипел, скидывая ее руку.

- Не трогай меня.

Он и так потратил столько энергии, а еще эта надоеда. Его глаза закатились, и он упал навзничь, раскинув руки в стороны. Дыхание сбилось, стало хриплым и прерывистым. Предостережения матери об истощении магического ядра разом закрутились в голове.

Мальчик заскреб ногтями по сдавившей болью груди. Он был уже готов распрощаться с этим миром и растворится в затягивающей вязкой тьме, как его будто омыло прохладной волной. Смывая боль и стеснение в области груди. Удушье прошло. Мальчик судорожно вздохнул от облегчения и приоткрыл лазуритовые глаза.

Девочка сидела над ним с задумчивым видом, выводя на его груди одной ей известные узоры. Тоненькие пальчики светились бледно зеленым светом, избавляя его тело от последствий высшей Некромантии.

- Как? – выдавил он.
- О, ммм, только это будет наш секрет. Никому не говори, - Асоль зарделась, но занятие не прекратила. – Все думают, что я сквиб, но это не так.
- Да, я вижу.
- Ну, в общем, да. Так вот они ошибаются. Пусть у меня и не было всплесков магии и магическое ядро слабенькое, да и заклинания не выходят, но я кое-что умею, и не каждый такое сможет повторить! Вот так – то!
- А поконкретней, - не понимая к чему ведет та, уточнил он. – То, что ты не сквиб, и имеешь магическую силу, отличимую от других, я понял. В чем твоя особенность?
- Моя собственная магия ничтожна, вот я и питаюсь окружающей и могу ее передавать другим.
- То есть ты как паразит присасываешься к окружающей тебя магии и питаешься ей.
- Эй! Ты - грубиян! Я живу в гармонии с природой и вообще-то я тебя сейчас лечу и восстанавливаю твой магический баланс, мог бы и спасибо сказать!
- Что-то ты больно много всего знаешь. Подозрительно.
- Ах ты…

Их разговор был прерван. К ним на всех порах неслась грациозная белая лисица. Ее шерсть была грязной и в подпалинах. Девочка загородила Себастьяна грудью, и мальчик даже умилился этому жесту.

- Себастьян!

И вот уже вместо лисы, рядом с ним оказывается растрепанная герцогиня Кастор. Увидев, что ее сын не один, она прячет за спину дрожащие пальцы, увенчанные черными когтями. Глаза женщины сверкают потусторонним светом, а губы подозрительно плотно стиснуты. Блокирующее звериную суть зелье почти на исходе. И все же ее лицо освещает слабая улыбка, а в глазах видится облегчение.

- Merli Herrlichkeit!* Ты цел?
- Не волнуйтесь мадам, с ним все хорошо, - немного высокомерно кивнула Асоль.
- Очень хорошо, юная леди, - она кивнула головой, не сводя глаз с сына. - Я – герцогиня Эо Дементия Кастор, а ваше имя?
- Ох, - девочка нервно дернулась и вскочила на ноги, поправляя испачканное платье. – Меня зовут Асоль Кенсбери, ваша Светлость.
- Очень приятно мисс Кенсбери. Спасибо, что помогли моему сыну.
- Не стоит благодарности. Если бы не юный лорд, не знаю, что со мной и было бы. Мой провожатый мертв, повсюду были эти твари, а кругом ни одного мага. Как же я испугалась мадам!
- Ну-ну, вы очень храбрая молодая леди. У вас очень чистый английский.
- О, я жила в Лондоне последние четыре года, и моя няня была истинной чопорной англичанкой, да упокоится ее душа, - девочка молитвенно сложила руки. – Она была строгой, но доброй женщиной, ваша Светлость.

Эо лишь улыбнулась и аккуратно приподняла сына, чтобы он сел и оперся об нее.

- Как ты, mein Schatz?*
- Могло бы быть и лучше. Куда ты подевалась? Бросить меня одного было не лучшей твоей идеей, - заворчал мальчик, плотнее прижимаясь к ведьме. – Я так ослаб.
- С чего бы… Только не говори, что использовал то, что я тебе строго настрого запретила.
- Возможно! Возьми с нее Непреложный Обет или сотри память.
- Себастьян! – ее глаза злобно сверкнули. – Только не говори мне… Ну, конечно, теперь я не сомневаюсь.

Волшебница бережно взяло его кровоточащее запястье.

- Разве я не говорила, как это опасно. Это высшая Некромантия, - говорила Эо тихо, так чтобы только мальчик услышал ее свистящий шепот.
- Даже я не рискую часто этим пользоваться. Ты ведь не поглотил ее, так? Этот голем…
- Так, - устало кивнул мальчик и попытался перевести тему. – Сделай же что-то с девчонкой.

Асоль будто почувствовала, что ей угрожает опасность и сделав пару шагов назад быстро затороторила.

- Я, Асоль Кенсбери, клянусь своей магией, что никто никогда не узнает от меня о тайне Себастьяна Кастора, пока тот не позволит мне это. Также я клянусь и впредь хранить его секреты и секреты его семьи!

Воздух вокруг них заискрился. Клятва была принята.

- Умная девочка, - усмехнулась Эо.

У Себастьяна уже не было сил даже на такую эмоцию как удивление, его волновал другое.

- Так где ты была, мама?
- Сражалась с оборотнями, мальчик, в самом - то деле. Потушила первый вагон и усыпила машиниста и других магглов, отлеветировав их подальше от поезда, не всех, конечно же, - предвещая вопрос, оговорила женщина. – Затем перекинулась в животную форму, предварительно выбросив сигнальные искры и в бой, пока не явился этот исполин, - махнула назад та, где голем гонял ошалевших оборотней.
-Polarlicht*, - огласила Асоль.

Из темноты начали аппарировать укутанные в плащи волшебники, грозно размахивающие палочками.

-Bоmbardo Maximа!

Каменный голем оступился, его голова разлетелась на куски, и рухнул на покореженный поезд, замирая. Эо Кастор накрыла их магическим щитом от греха подальше. Шальные проклятия так и летели во все стороны, ловя изрядно потрепанных вервольфов. Группа зачистки уже работала с магглами, объявились колдомедики и бросились оказывать первую помощь пострадавшим.

Молодой колдомедик направился к ним, приблизившись, он взволнованно что-то протараторил по-немецки, и даже Эо владея данным языком, не смогла расшифровать эту абракадабру. В конец смутившись, медик все же не растерялся и на ломанном английском попытался выяснить их самочувствие и личности.

- Со мной все в порядке, но вот мой сын вызывает опасения.

Мужчина тут же устремил на него профессиональный взгляд из-за роговых очков и совершил несколько пасов палочкой.

- Госпитализация не требуется, но восстанавливающее зелье придется выпить, - и тут же сунул микстуру под нос мальчику.

Затем бегло оглядел девочку, покрутил ее голову, и утвердительно цокнув языком, побежал дальше, к более раненым пассажирам.

- Мы уже доберемся сегодня до дома, а?
- Себастьян, прошу, держи себя в руках. Я ведь не паникую, хотя часть моих драгоценнейших свитков безвозвратно погибла.

Озвучив данную мысль вслух, женщина побледнела и была готова, схватится за голову. Усилием воли она заставила себя, через силу улыбнутся.

- Ах, кому они нужны, - взмахнула та ручкой. – Они все во лишь насчитывали несколько тысяч лет.
- Мама, я в восхищении, - пролепетал Гарри, целуя ее в щеку.
- Мадам, - грудной бас заставил их обернуться.

Полный усатый мужчина с идеально уложенными волосами в безукоризненной одежде смотрелся дико неуместно посреди всей этой катастрофы.

- Отец, - неуверенный голос разорвал возникшее молчание.
- О, душа моя! Асоль, моя драгоценность!

Мужчина заключил девочку в медвежьи объятия, даже оторвав на несколько дюймов от земли. Затем расцеловал ее в обе щеки и наконец, опустил, отчего Асоль, слегка покачнулась, но все же устояла на ногах.

Чета Кастор смотрела на эту умильную сцену скептически, казалось сейчас разнесется двойное и слаженное «Не верю».

- О, прошу прощения, что вы стали свидетелями нашей маленькой семейной сценки, - его щеки слегка поалели. – Позвольте представиться, Бартоломео Кенсбери. Моя дражайшая дочь – Асоль Кенсбери.
- Хм, я наслышана о вас, лорд Кенсбери, но что вы делаете в Германии, разве вы не были начальником Отдела спорта в Министерстве Великобритании, хм?
- Ах, мадам – это дело минувших лет. Возможно, вы были за границей и не слышали о моей отставке. Теперь весельчак Людо заправляет отделом.
- Людо? Людо Бегмен, хм, никогда бы не подумала, хотя он был славным загонщиком Ос.
- О, величайшим, мадам. Позвольте все же мне узнать имя спасителей моего сокровища. Ведь это вы удерживали этих грязных животных от законопослушных граждан, не так ли?

Он потянулся за изящной ручкой волшебницы, запечатывая сухой поцелуй на тыльной стороне ее ладони.

- Герцогиня Эо Дементия Кастор и мой сын, маркиз Себастьян Ардео Кастор, - чопорно проговорила женщина, с недоверием посматривая на улыбающегося джентльмена.
- Прелестно, прелестно. Наслышан о вашей многоуважаемой семье. Целая династия. Как я полагаю, вы решили навестить свой замок в Мюнхене.
- Вы правильно полагаете, - отряхивая со штанин грязь, проговорил Себастьян.
- Ох, вы ужасно выглядите молодой человек. Надеюсь, ни одна из тварей не добралась до вас?

Он выжидающе уставился на мальчика, быстро растеряв все свое благодушие, и теперь упорно буравил его взглядом.

- Разумеется, нет. Моя мать озаботилась тем, чтобы я мог постоять за себя.
- Ах, какое счастье! Жаль моя дочь не может позаботиться о себе, крошка, - Кенсбери ловко притянул несопротивляющуюся девочку в свой пышный бок. – Моя малышка рождена сквибом. Великий Мерлин, как же этот мир не справедлив! Но, о нет, я не унываю, друзья мои! Я верю, что усердие и желание могут помочь достичь любой цели. Ну и, конечно же, золото, - он проказливо подмигнул Эо, и та замерла от такой наглости.
- Ну, пойдем домой, мое сокровище. Я так по тебе соскучился, - Бартоломео с легким усилием толкнул девочку в спину и повлек за собой.
- Ах, Себастьян, ты ведь навестишь меня, как только немного привыкнешь к новому месту, не так ли? – с легкой паникой в голосе вопросила Асоль.
- Кхм, почему бы и нет?
- О, я пришлю тебе сову в ближайшее время.
- Ха, ха, простите малышку, ну она прямо напрашивается, - мужчина ласково потрепал ее по щеке. – До скорой встречи, ваша светлость. Юный Лорд, - он отвесил поклон. – Надеюсь, еще встретится с вами. Если у вас возникнут какие-нибудь, кхм, затруднения, то непременно обращайтесь.
- Всенепременнейше, - без эмоций проговорила ведьма.
- Ха, ха, Бартоломео Кенсбери кандидат в Министры Магии Германии, - шутливо произнес тот и аппарировал вместе с дочерью.
- Скользкий тип, - задумчиво проговорила герцогиня Кастор.
- Приторный больно, - вынес свой вердикт Гарри.
- Да, очень интересно.
- Madam, Madam!
- В чем дело?

Шустрый молодой аврор петлял между летящими носилками, попеременно сыпля проклятья на немецком. Запыхавшись, он притормозил перед прекрасной леди и выставил перед собой стопку ветхого папируса. Голубые глаза на мгновение расширились и тут же холеные ручки прижали к тяжело вздымающейся груди свою прелесть.

- Vielen Dank lieber Junge*, - промурлыкала она, заалевшему молодому человеку, и удостоило того поцелуем в по-детски чистую щеку.

Аврор запылал как факел, и что-то неразборчиво пробурчав, поспешил исчезнуть. Гарри лишь фыркнул, гладя как мать, с мечтательным выражением лица, любовно поглаживает тысячелетние свитки, словно любимое дитя.

- Иди ко мне, дорогой. Пора выбираться из этого кошмара, а потом мы с тобой стрясем кругленькую сумму с владельцев железнодорожной кампании и министерства Германии.


Aliquam exitus* - Отводящий взгляд (латынь).

- Hecate! Invocatio!
- Obsecro Hecate, domina zmeevlasoy dogs! Vis mortis corruptionem virtutis dico vos! Sic erit et tuum mihi Revelamini!* - «Геката! Взывание!»
«Взываю к Гекате, змеевласой повелительнице псов! Силой смерти и властью тлена призываю тебя! Яви свою волю и да прибудет она со мной!» ( латынь)

Sit* - Позволяю (латынь).

Precipio vobis vivifica!* - Приказываю тебе, оживи! (латынь).

Merlin Herrlichkeit!* - Мерлин Великий (немецкий).

…mein Schatz* - мое сокровище (немецкий).

Polarlicht* - Авроры (немецкий).

Vielen Dank lieber Junge*- Спасибо, дорогой мальчик! (немецкий).



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Пятница, 06.02.2015, 21:39 | Сообщение # 36
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
16 глава


Сказать, что он устал – это ничего не сказать. Себастьян был выжат как лимон, то и дело запинался за собственные ноги, хорошо хоть домовики успевали вовремя его подхватывать, иначе нелицеприятная встреча с каменным полом ему была обеспечена. Герцогиня Кастор давала указания трухлявому, сморщенному как урюк, домовому эльфу, несколько раз, не удержавшись, зевала, прикрывая рот маленькой ладошкой.

Мальчик ввалился в свои покои и сбросил мантию на пол. Дорогая ткань вся пропахла едким дымом, и от ее потасканного вида Себастьяну хотелось как можно поскорее забраться в горячую воду, омыть свое избитое и измученное тело.

Он блаженствовал в розовой воде и не заметил, как покинул ванную комнату, родовой замок, да и скорее всего саму Германию. Гарри проморгался, возвращая себе четкость зрения, и огляделся. Да, это место было чертовски ему знакомо.

- Здравствуй, мой особенный, - расплылась в хищной улыбке богиня, изящно стряхивая пепел в подставленные коленопреклонным мужчиной, ладони.
- Леди, - почтительно склонил голову мальчик.
- Ах, какая прелесть. Ну, подойди же поближе. Дай мне вдохнуть запах твоего живого тела и хорошенько рассмотреть твое холеное личико.

Себастьян с некоторой долей страха приблизился к богине, и та схватила его острый подбородок цепкими пальцами, слегка царапая нежную кожу ногтями.

- Ммм, какой же ты красивый мальчик. Так и не хочется тебя отпускать.
- Но все же, вы отпустите?

Она затянулась и выпустила витиеватую струйку дыма, блаженно вздыхая.

- Конечно ребенок, но как только сочту нужным. Расскажи мне о моих дарах, что хранятся в твоем живом теле. Я хочу увидеть, что мои драгоценные семена попали в благодатную почву.
- Конечно, моя Леди.

Гарри принялся неторопливо рассказывать о своих достижениях и своем обучении у матери, стараясь не упустить из виду ни единой детали.

- Хм, твоя мать – способная человеческая женщина. Пусть она и дальше ведет тебя по этому пути. Теперь я хоть немного понимаю, почему мой сын испытывает к этой женщине болезную слабость, - задумчиво протянула та, рассеяно стряхивая пепел.

Себастьян решил не встревать в раздумья великой, тем более на ее игровом поле, поэтому скромно промолчал на эти мысли вслух.

- Неплохо, мой особенный, но ты кое - что забыл, когда покинул меня в прошлый раз. А этого никак нельзя делать, - ледяные пальцы коснулись висков и словно раскаленные иглы пронзили его мозг.
- Хах, - мальчик затрясся и осел на пол.

Его била мелкая дрожь и он нервно дернулся, когда Леди поднялась с трона. Железная цепь кандалов тяжело брякнула об пол, подобно раскату грома. Рабы замерли каменными статуями, и уткнулись взглядами в пол.

- Твоя боль сладка и пронзительна, мой ребенок. Встань, я не хочу видеть тебя сломленным.
- Этому не бывать! – яростно прошипел тот, резко поднимаясь на ноги и не обращая внимание на ноющую боль в сердце.
- Больно, особенный? – она ткнула указательным пальцем ему в грудь. – Пусть так, но ты должен помнить, за что получил мои дары и благословление.
- Спасибо. Я никогда не забуду о том, что вы сделали, Леди.
- Со слов «никогда» и «люблю» всегда начинается ложь, мальчик. Поэтому произноси их только с полной уверенностью.
- Я никогда не забуду, Леди. Никогда!

Она звонко рассмеялась и возложила свои руки на детские плечи.

- Теперь я верю тебе, несомненно. Столько страсти в голосе. Благословляю тебя.

Ледяные губы коснулись лба.

- Помни, всегда, - тихий шепот коснулся его уха и мир начал расплываться.
- Ах, да. В прошлый раз ты кое-кого забыл.

Из горы мышиных скелетов появилась треугольная голова змеи.

- Шеш?!
- Змеенышшш…

Перед глазами предстала пелена и мальчик вздрогнул. Вода уже давно остыла, и тут не хилый плюх вынес воду из берегов и образовал лужу на мраморном полу.

- Шеш! – Себастьян радостно заключил в объятия не шибко довольную змею.
- Змеенышшш задушшшит Шешша. Настоящччий питон.
- Как же я скучал по твоему ворчанию, Шеш.
- Шшш, Шешшш тоже немного, совсем щщщуть – щщщуть, с крысиный хвост, скучшшал по хозяину.
- Ну конечно, - закатил глаза мальчик, тиская змею.
- Шшшшш, довооооольно!

Мугла выбрался из крепких объятий и плюхнулся на залитую водой плитку. Недовольно ворча, он быстренько смылся из ванной комнаты, оставляя за собой широкую влажную полосу.

- Себастьян! – раздался голос его матери. – Аргх!

Раздался грохот и злое шипение Шеша.

- Мерлина в душу! Моргану тебе в жены! Убирайся, тварь скользкая!!!

Заботливый сын поспешил выскочить из ванной, накинув махровый халат, да так и замер в проеме двери. Его плечи затряслись, и он согнулся пополам от хохота.

Герцогиня Кастор собирала с векового камня всю пыль своей дорогой мантией, извиваясь на полу, пытаясь отодрать от себя недовольного Мугла. Эти двое дивно переплелись конечностями (если такое понятие применимо к змее) и отчаянно пытались распутаться.

- Депульсо!

Ошарашенную змею отшвырнуло в сторону, хорошенько приложив о стену с гобеленом грозного рыцаря с вымпелом.

- Шшшш, чшшшшертова ведьма! – жаловался змей. – Хозяин, Шешша обидели.

Мугла заскулив и бросая на женщину гневные взгляды, обвился вокруг ног мальчика.

- Кажжждый норовит обидеть бедного маленького Шшшшеша.
- Я вижу ЭТО вернулось?! – убирая заклинанием пыль с мантии, проговорила Эо.
- Да, мама. Я был у Неё.

Леди Кастор тут же приняла серьезный вид и подошла к сыну, не обращая внимания на шипение снизу. Простой хорошенький пинок острым носком кожаного ботинка заставил рептилию умолкнуть. Ее ладони легли на плечи сына, она внимательно посмотрела на него, пытаясь заметить какие-либо изменения.

- Ты слишком часто оказываешься там. Мне это не нравиться, - ведьма перешла на шепот, будто их могли подслушать. – Ей что-то надо от тебя. Им всегда что-нибудь да нужно от нас.
- Ты права. Я многое не рассказал тебе тогда.
- То есть почти ничего.
- Мам…

Эо коснулась его запястий и мягко их сжала. Кожа под пальцами недовольно нагрелась.

- Просто так она бы не дала тебе это, малыш. Что она попросила? Что ты ей должен?

Себастьян прикусил нижнюю губу. Он так и не поведал матери об открывшихся тайнах его жизни. О его прошлых жизнях. Он не хотел врать, но даже если задуматься, раньше мальчик не мог собрать вместе все эти картинки прошлого, словно ему что-то мешало. Теперь после повторного визита в Обитель Мертвых, он вновь помнил все. Хотя теперь это не трогало его так сильно, как в первый раз. Все те события, жизни, казались такими далекими. Словно все это и не с ним было. Былые страсти поутихли, остались лишь тлеющие угли. Хотя прощать кого-либо он не собирается, это уж точно!

- Давай присядем.

Она подвела его к застеленной кровати и посадила на нее, а сама устроилась на небольшой скамеечке обитой бархатом, рядом с ним. Змей тут же покинул комнаты, недовольно шипя.

- Я слушаю тебя. Скажи то, что сочтешь нужным, но и ты меня пойми, mein Schatz.* Я не могу оставаться в стороне.
- Да, я понимаю, не знаю, поверишь ли ты мне…

Ведьма весело рассмеялась.

- Dummer Junge!* (*Глупый мальчик!). Ты гостишь у самой Матери Смерти! Что может быть еще невероятней?! Ты самый необычный ребенок, который когда-либо существовал, я поверю тебе.

Себастьян против воли расплылся в улыбке. Эо сжала его ладони в своих и ободряюще улыбнулась.

- Кхм, ну начнем с того, что мне как бы известны мои прошлые жизни…

*************
- Fantasie! Unglaublich!!! Just bezmuie!* (*Фантастика! Невероятно! Просто безумие!)

Именно такие яркие немецкие восклицания раздавались на весь замок. Герцогиня Кастор носилась из угла в угол, размахивая палочкой. Из палочки вылетали красные искры, некоторые особо яркие подпалили ковер.

- Fluch!!!* (*Проклятие)

Ведьма быстро потушила очаг возгорания и глубоко вздохнула. Себастьян все это время сидел тихо как мышка на краю кровати, не сводя глаз с метаний матери.

- Так, я спокойна. Хотя нет!

Она выскочила из комнаты. Раздался дребезг и звук осыпавшихся на каменный пол осколков.

- Меня уже давно бесила эта ваза. Так, а теперь я спокойна, - женщина провела рукой по растрепавшейся прическе. – И как ты ко всему этому относишься, Себастьян… эм, Гарри?

Мальчик вздрогнул, его уже давно не называли этим именем.

- Я – Себастьян, мама и надеюсь остаться им на всю жизнь.
- Да, конечно. Просто мне трудно представить, как ты справляешься с этим знанием, - она уселась рядом с мальчиком и притянула его к груди. – Пожалуйста, успокой меня и скажи, что не собираешься возвращаться к той жизни.
- Нет, мама. Ты мне нужна. Нас свела сама Леди, и я очень этому рад. Ты должна понимать, что я не могу себя связывать с тем прошлым, но и отказаться от него не могу. Это знание, дар, от такого не отказываются, но все те жизни для меня такие расплывчатые, словно я смотрю через мутное стекло.
- Это просто невероятно! Такой шанс, ребенок. Это то же самое, что упасть в котел, полный Феликс Фелицис! Единственное, что меня удивляет, что мы не встретились раньше. Никогда раньше не произносила подобной фразы. Хм, встретились в тех жизнях?
- В общем, да, - замялся мальчик, не желая рассказывать об участи своей матери в прошлом.
- Ты опять что-то недоговорил? Кхм, и прочитать я тебе не в силах. Природный блок. Так что, признавайся негодник, иначе я подвешу тебя за лодыжки в малом зале!
- МАМ! – возмутился наследник и тут же сдулся под строгим взглядом. – Зачем тебе это, а? Ведь я не могу сказать тебе ничего хорошего.
- Я вправе знать, Себастьян.
- Тогда просто посмотри, я не буду этого говорить, только не сейчас.

Волшебница наколдовала небольшой фиал и коснулась кончиком палочки виска сына. Серебристая нить тут же потянулась за палочкой и Эо ловко переправила ее в сотворенную емкость.

Воцарилось молчание.

- Тебе нужно выспаться. Сегодня был очень насыщенный день.

Мальчик залез в постель, забравшись под одеяло. Так, что осталась видна лишь черная макушка.

Женщина замерла над ним и нервно прикусила губу.

- Прости, что подвергла тебя опасности сегодня. Я была эгоисткой.
- Давай просто забудем об этом, мама, - прошептал Себастьян.
- Но ты ведь не забудешь.
- Оставим это, мама. Просто не стоит больше поднимать эту тему, хорошо?
- Спи спокойно, дорогой, - ведьма коснулась прохладными губами лба сына и покинула комнату.

Юный маг еще некоторое время беспокойно возился, пока просочившись сквозь дверь, к нему не приполз фамильяр. Шеш удобно устроился в ногах мальчика и только после этого Себастьян провалился в царство Морфея.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Пятница, 06.02.2015, 21:42 | Сообщение # 37
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
17 глава


А́льбус Персива́ль Ву́лфрик Бра́йан Да́мблдор считал себя поистине спокойным и рассудительным человеком. Когда другие бросались в омут с головой, маг предпочитал неспешные думы, взвешивая все за и против. Не будь у него данной черты характера, возможно Альбус Дамблодор никогда бы не смог стать директором школы чародейства и волшебства «Хогвартц», Верховный чародеем Визенгамота, кавалером ордена Мерлина первой степени, основателем тайного Ордена Феникса и председателем Международной Конфедерации Магов. Ну и, разумеется, одержать верх в дуэли со старым любовником Грин-де-Вальдом.

Также, сильнейший маг современности умел ждать, прикидывая в уме все линии развития тех или иных событий, выжидать подходящий момент и обладал незаменимым умением этим моментом благодатно воспользоваться. Еще одна черта характера многоуважаемого мага, которой он немало гордился – это гибкость, расчетливость и, пожалуй, некая изворотливость, присущая скорее выпускникам факультета Слизерин. Просто незаменимое качество в нашем современном магическом обществе. Было приятно осознавать, что многие и многие уважаемые себя волшебники с почтением, а иногда и с жадностью прислушиваются к каждому твоему совету и слову. Что же, пожалуй, директору была присуща и некая гордыня и тщеславие, но разве это является столь важным, чтобы говорить об этом вслух?

Вот уже более пятидесяти лет достопочтенный маг занимает кресло директора школы Хогвартц, и ни разу на памяти живых портретов сей маг не был в таком возбужденном состоянии.

Волшебник нервно теребил в руках полученную от совы почту. То снимал очки-полумесяцы с носа, то водружал их обратно. В один из моментов, он даже потянулся к своим излюбленным маггловским сладостям, лимонным долькам, но мисочка с ними была тут же сметена на пол. Несколько портретов пораженно охнули, а особенно древний на вид старичок в позолоченной раме моментально приложил к уху большую слуховую трубку.

Феникс, сидящий на высокой жердочке, издал красивую трель, не сводя своих черных глаз-бусинок с хозяина. Он перелетел на спинку высокого директорского кресла и с любопытством свесил красивую голову, заглядывая магу через плечо.

Альбус Дамблодор расправил измятый пергамент с кривыми, плохо прописанными чернильными строчками, словно показывая на обозрение своему фамильяру.

- Да, Фоукс, время, к сожалению, не на нашей стороне, - задумчиво проговорил маг, поглаживая феникса по голове. – Ну что же нам предстоит немалый труд, друг мой.
- Миссис Силент, дорогая. Не могли бы вы посетить свой портрет в апартаментах профессора Макгонагал и пригласить ее в мой кабинет. Я был бы вам крайне благодарен.
- Хорошо, директор, - кивнула с портрета женщина с резковатыми чертами лица.

Не проронив больше не слова, она исчезла со своей картины, переместившись к другому своему изображению.
Камин вспыхнул изумрудным пламенем до секундного появления в своей раме миссис Силент, которая вновь уселась на жесткий табурет, положив руки на колени.

- Директор?

Строгая на вид женщина привычно вышла из камина, отряхивая сажу с профессорской мантии.

Профессор Минерва Макгонагал, учитель Трансфигурации, а это была именно она, уселась в гостевое кресло с предложения мага. Ну, что можно сказать об этой волшебнице? Она не зря была первым заместителем директора и полностью оправдывала свое высокое положение в школе. Искусный маг по части трансфигурации, чар, древних рун и анимагии, но, к сожалению, почти никакой знаток зелий, к постыдной правде нашей чопорной дамы. Это была женщина действия, справедливая, непреклонная, не терпящая жеманства, лицемерия. Ей не присущи были интриги, коварство, изворотливость, в общем, ведьма была стопроцентной правильной гриффиндоркой. С горящим праведным огнем сердцем и железной волей. Профессор Макгонагол была некой затворницей, узницей своих интересов и интересов школы, да и собственно факультета Гриффиндор, деканом которого являлась уже не первый десяток лет. И конечно ни для кого не являлась секретом, что эта сухопарая, прямолинейная дама являлась самым настоящим синим чулком. Но не будем больше разглагольствовать об уважаемом профессоре Трансфигурации, а, наконец, послушаем директора, а точнее, то о чем он собирался поведать своему заместителю.

- Боюсь, у меня плохие новости, Минерва, - устало проговорил Директор.
- Что случилось, Альбус? – встревожилась женщина, выпрямляясь в кресле.
- Сегодня мне пришло письмо от Арабеллы Фигг и оно не порадовало меня своим содержанием.
- Альбус, не томите же! Что случилось? Что-то с Гарри, да?
- Он исчез.
- Что, простите?! Альбус, надеюсь, я ослышалась!
- К сожалению, нет. Арабелла пишет, что мальчик исчез, а его тетушка в срочном порядке продала дом и вместе с сыном скрылась в неизвестном направлении.
- Кхм, а как же ее муженек? Тот толстый маггл, который еще наблюдал за мной в образе кошки?
- Он был убит более четырех лет назад.
- Мерлин Великий!!!

Женщина вскочила на ноги, не в силах сдержать эмоции.

- Альбус, что с Гарри?! Только не говори мне, что прекрасно об этом знал!!!
- Нет, Минни, - покачал головой волшебник. – Прошу тебя, сядь. Ты даже не представляешь, как я себя чувствую, что недоглядел за маленьким Гарри.
- Но что же случилось, Альбус?
- Кхм, я ненадолго утерял связь с Арабеллой и вот результат…
- Мерлин и Моргана! Ты не справлялся о здоровье мальчика целых четыре года?! Я думала, что ты в курсе жизни Гарри Поттера, поэтому и не заводила подобных тем! Альбус, я хочу знать все о жизни этого несчастного ребенка, немедленно.

На мгновении голубые глаза рассерженно сверкнули, и декан Гриффиндора резко поумерила свой пыл. Все же она была хоть и горячей, но умной женщиной.

- В доме проживают другие магглы вот уже четыре года. Вернон Дурсль был убит обычным ночным взломщиком, самого грабителя спугнула Петунья. На следующий день мать и сын поспешно выставили дом на торги, а сами съехали, Гарри с ними уже не было. Боюсь даже предположить, что там произошло.
- Но Гарри, Мордред, он же Гарри Поттер! Сын Лили и Джеймса, как мне теперь жить с этим, Альбус. Не смогли уследить за Героем всего магического мира. Мерлин, это же всколыхнет все волшебное сообщество. Мальчик-который-выжил пропал. И даже Министерство ни сном, ни духом!
- Я не был бы так в уверен в его статусе, Минерва.
- Что ты имеешь ввиду?!
- Гарри не победитель Тома Риддла.
- Как?! – волшебница пораженно застыла и вся как-то обмякла.
- Понимаешь, мне пришлось скрыть настоящую правду, дабы отвести подозрения от настоящего героя, - сокрушенно проговорил Дамблодор, сажая Фоукса обратно на насест.
- Но я была там! И Хагрид! Он ведь сам вынес Гарри с пепелища.
- Разум – интересная вещь, Минерва. Тебе ли этого не знать?
- Ты сделал нам ложные воспоминания?! Ну, это уже ни в какие ворота! При всем моем уважении…
- Мне пришлось. Все для высшего блага, дорогая. Я никогда ничего не делаю для себя, - печально улыбнулся светлый маг. – Я был вынужден создать эту ложь, чтобы уберечь от преследований оставшихся на свободе Пожирателей Смерти настоящего Мальчика-который-выжил.
- И кто же это?

Казалось, все в кабинете директора затаило дыхание, ожидая его ответ. Тут маг тепло улыбнулся, поправляя свои очки-половинки.

- Конечно же Невилл Долгопупс, Минерва.

Феникс издал последнюю трель и, занявшись пламенем, осыпался пеплом.

На следующий же день в Пророке вышла сенсационная статья о новом Герое Магического мира.

Еще не появился на свете тот человек, что способен обыграть светлого мага, Альбуса Персива́ля Ву́лфрика Бра́йана Да́мблдора, причем, на его же территории.

А в это время бывший Мальчик-который-выжил, именуемый ранее как Гарри Поттер, а теперь Себастьян Ардео Кастор видел чудесные цветные сны в родовом замке своей семьи, Бергедорфе, в самом сердце Германии.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Воскресенье, 08.02.2015, 14:29 | Сообщение # 38
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
Глава 18. Призрак замка Бергердорф.


Просыпаться было так тяжело и так неохота. Себастьян поглубже зарылся в теплый кокон одеяла. Шеш сонно шипел во сне что-то, сильно напоминающее: «Мышшшшь, мышшшшшь», блаженствуя на периферии сна и яви. Мерный стук капель дождя за окном – самое сильное снотворное в мире. Мальчик почти погрузился в прерванный сон, когда безжалостный металлический лязг заставил его подпрыгнуть на месте.

- Чшшто случилось? – зевая, пробормотал, все еще сонный змей.
- Не знаю.

Лязг повторился вновь, не желая стихать. Юный маг выбрался из постели, оглядел себя и смущенно покраснел. Он быстренько покопался в шкафу, извлекая из него нижнее белье, маггловские джинсы и футболку. Кто бы мог подумать, герцогиня Кастор неравнодушна к маггловским тряпкам! Потрясающая сплетня для светского магического общества.

Он выбрался из комнаты и застыл в коридоре, не зная куда идти. Шум возобновился, и Себастьян пошел к источнику звука. Каменные стены с картинами боевых сражений нагоняли легкий страх. А когда одна из масляных ламп, ограниченная чарами коптения, решила замигать, храбрый наследник был готов рвануть назад, вновь юркнуть под одеяло. Узкая каменная лестница вела куда-то наверх, скорее всего в скрытую башню.

С каждым шагом сердце мальчика билось все быстрее. Наконец лестница закончилась, и он замер перед крепкой дубовой дверью. Собравшись с мыслями Себастьян резко рванул ее на себя и тут же влип в паутину, которой был затянут весь проем.
Мальчик помянул добрым словом дрянных эльфов, как и их матерей и прабабок, витиевато вписав туда предметы для наведения чистоты и порядка в жилищах волшебников.

Сняв с себя клочья липкой паутины, Себастьян шагнул внутрь.

Комната представляла собой что-то среднее между средневековой гостиной и малым оружейным залом. Деревянная мебель, обитая синей тканью, с резными ручками и спинками. Прочный стол с жаровней в небольшом углублении стены. Высокий шкаф с замечательными копьями и его близнец с набором ножей на любой вкус. Охотничьи трофеи в виде голов известных и не совсем животных украшают стены, как и не потерявшие своего лоска знаменья и вымпелы его семьи. Холодное оружие развешано рядом же, поблескивая острейшими лезвиями. Тренировочный помост в середине комнаты с изображением черного дракона, изрыгающего пламя.

Мальчик даже присвистнул. Ему казалось, будто он попал в сказку о благородных рыцарях, драконах и прекрасных, чахнувших в тоске по герою, принцессах.

Недолго ему пришлось любоваться открывшейся панорамой, из сказочных дум его вывел тихий кашель.

Наследник перевел взгляд к столу с жаровней и чуть не осел на пол. Нет, он ко многому привык, но вот призрака встречал первый раз.
Это был рыцарь в пластинчатых доспехах, поверх которых была надета короткая кожаная накидка. Кинжал подвешен на цепочке у бедра, чтобы его нельзя было потерять в бою. Цепи одним концом крепятся к предмету, а другим к доспехам под накидкой. Он был без шлема. Призрачные темно-русые волосы были перевязаны лентой, желтовато-зеленые глаза печально взирали на него. Тонкие губы и прямой римский нос.

Призрак отвернулся от мальчика, и змеистая цепь кандалов зазвенела о каменный пол. Призрак начал таять, видимо, желая вновь остаться в гордом одиночестве.

- Прошу вас подождите! – очнулся мальчик.

Рыцарь прекратил растворяться, вновь становясь плотным, а затем обернулся к нему.

- Was sollte ein Junge gequält von einem Geist*?- устало вопросил мужчина.
- Эмм…

Ну не знал мальчик немецкий язык – позор ему. Сегодня же повиснет на шее у матери, упрашивая ее нанять ему учителя.

- Sie verstehen mich nicht, dumm. Lassen Sie mich weg...*

Себастьян, видя, что таинственный призрак вновь намерен покинуть его, запаниковал.

- Hauself!* - воскликнул мальчик, обрадованный, что вспомнил это слово.

Перед наследником возникли с привычным хлопком сразу три домовика в накидках медного цвета.

- Домовики замка Бергедорф служить хозяину, - разом заговорили они, Слава Мерлину, на ломаном английском.
- Кто-нибудь из вас знает, как мне быстренько, сию минуту, научиться говорить на немецком, ну хоть бегло?

Домовики удивленно заморгали глазами, пока один из них не решил высказаться.

- Хозяину стоит лишь пожелать это вслух, и Замок сам выполнит просьбу.
- Кхм, ну что ж, попробуем.

Призрак-рыцарь с интересом следил за разговором живого мальчика и эльфов, но своего угла так и не собирался покидать.

- Уважаемый Замок, мне хотелось бы понимать, что же говорит данный сэр, и не выглядеть при этом идиотом, которым я наверняка себя выставил.

Стены замка завибрировали, как от тихого смеха и все прекратилось.

- Und es ist das alles? Oops!*

Себастьян прикрыл рот ладонями, когда с его языка сорвались не английские слова. Призрак тихо рассмеялся и, наконец, покинул свой облюбованный уголок.

- Эльфы могут идти? Хозяин больше ни в чем не нуждаться?
- Да идите. Только предупредите мою мать, что я уже проснулся, и пусть она за меня не волнуется и занимается своими делами. Позовите меня, когда будет готов завтрак.
- Слушаемся!

Эльфы покинули башню, словно здесь их и не было.

- Теперь мы можем поговорить, ребенок. Хотя для меня это жутко непривычно. Столько веков провести в безмолвии…
- Сочувствую, но позвольте узнать кто вы.
- Разумеется. Я уже и подзабыл правила этикета, - грустно усмехнулся он и выпрямился.
- Имя мое Генрих фон Морунген, рыцарь-миннезанг. Родился в замке Морунген недалеко от Зангерхаузена в Тюрингии, с происхождением из рыцарского сословия. За заслуги на полях битв получил пенсию от своего покровителя маркграфа Майсенского Дитриха Притеснённого, которую передал в 1213 году монастырю Св. Фомы в Лейпциге. В 1217 году стал монахом этого монастыря. Умер в монастыре в 1222 году после поездки в Индию. По крайней мере, так утверждают летописи.
- И что же они утверждают не так? Позволите, я присяду? У меня уже ноги одеревенели стоять.
- Пожалуйста, мальчик. Ведь именно ты здесь хозяин, хотя я рад, что ты вежлив к докучливому призраку.

Себастьян уселся на диван и положил ноги на небольшую скамеечку. Мертвый собеседник подплыл к нему и уселся в кресло напротив.

- Видишь ли, мой живой друг, я умер, никак не в монастыре, да и не принимал монашество. Так как на тот период моей жизни меня пожирал огонь страсти к моей даме сердца.
- Оу!
- Да, Адалинда, моя змейка, как же я был покорен ее пленительной красотой. Дерзкий ангел, дающий мне бессонные ночи, наполненные думами о ней…
- Кхм, - мальчик смущенно кашлянул.

Генрих фон Морунген убрал с лица мечтательное выражение, и в его глазах опять появилась обреченность.

- Дама моего сердца была замужем. Граф Джервалф Fearnought (Кастор по-немецки) был жутко ревнивым и скорым на расправу, - горько засмеялся рыцарь.
- Что он сделал? – затаил дыхание мальчик.
- О, сущую безделицу! Сковал меня и замуровал в подвале собственного замка. Он сказал, что теперь я навечно буду подле своей возлюбленной, и граф оказался прав. Я призрак уже много веков и до сих пор чахну по своей возлюбленной Адалинде.
- А что же сама графиня? Неужели она была такой бессердечной, что даже ничего не сказала на поступок графа?
- Ты путаешь времена, мальчик. Возможно, сейчас слово женщины что-то и стоит, но не в мое время. Адалинда приходила ко мне и плакала у замуровавшей меня стены. Я слышал ее стоны и рыдания. Потом это прекратилось, я не знаю, что стало с моим ангелом. А потом я умер от голода и жажды, когда я пришел в себя, то оказался в этой башне. Я не могу покинуть данной комнаты. Я пережил многие поколения Fearnought, и никто до тебя сюда больше не заглядывал, возможно, они просто забыли о данной комнате?
Или просто дело в магии, - подумал Себастьян. – Скорее всего, именно Адалинда и привязала дух своего верного рыцаря к этой башне, наложив защитные чары на проход ведущий сюда. Интересно, почему именно я удостоился чести его найти?
- Я рассказал тебе свою историю, наследник. Теперь твоя очередь.
- Я – маркиз Себастьян Ардео Кастор, кхм, родился в Англии в Лондоне. Моя мать – герцогиня Эо Дементия Кастор, единственная выжившая наследница семьи Кастор или Fearnought. Только вчера мы прибыли в Бергердорф. И я, в общем, волшебник, как впрочем, и моя мать.
- Волшебник?! – протянул тот. – Что-то ты не похож на древнего старца с бородой и посохом. Ты смеешься надо мной, жестокий наследник!
- Я не шучу. Я действительно маг. Вы же домовым эльфам не удивлялись!
- Я верю в волшебных существ, разумеется, они существуют, я и сам призрак, но юные волшебники…
- Замечательно! Вы мне не верите. Тогда вам стоит познакомиться с моей матушкой, она вас вмиг переубедит!
- Не думаю, что смогу покинуть сею комнату.
- О, не волнуйтесь, что-то мне подсказывает, что теперь это вам удастся.


1)-Was sollte ein Junge gequält von einem Geist*(Что нужно маленькому мальчику от измученного призрака?)
2) Sie verstehen mich nicht, dumm. Lassen Sie mich weg ...*( Ты не понимаешь меня, несмышленыш. Позволь мне уйти…)
3) Hauself!*(Домовой эльф)
4) Und es ist das alles? Oops!*( И это что все? Ой!)

Кстати, интересное с именами.

Адалаида( благородная змея) – женское немецкое имя.
Джервалф(копье волка) – мужское немецкое имя
Генрих фон Морунген реально существующий рыцарь, живший в 12 веке. Я лишь немного исправила его биографию для собственных нужд.


Себастьян=)
Прикрепления: 3036778.jpg(14Kb)



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Воскресенье, 08.02.2015, 14:35 | Сообщение # 39
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
Глава 19. Сенсация в "Пророке".


Добросовестные эльфы замка кратчайшими путями препроводили младшего хозяина и следовавший за ним дух на летнюю терассу, где был накрыт завтрак. Себастьяну нетерпелось поскорее поделится своей находкой с матерью. Как она должна обрадоваться фамильному привидению, пусть и не принадлежащему по крови к семье! Готический замок и без неприкаянного духа, как-то портит весь антураж, не находите?

Буквально вплыв в гостиную с довольной улыбкой, мальчик замер. Улыбка тут же померкла.

Его мать сидела во главе стола с неестественно прямой спиной, а руки потрошили явно английскую газету. Глаза недобро сверкали за холодным стеклом очков. Она подняла на него потемневшие глаза и тут же привстала с места. Возникла неловкая сцена, прошла всего лишь секунда, а его мать уже покрывает его щеки, лоб и нос нежными поцелуями, шепча милые прозвища. Руки почти до боли стискивают тело наследника, но Себастьян не жалуется и уж тем более не отталкивает мать. Он льнет к ней, позабыв о скрытой магией башне и ее затворнике – призраке.

Тихое небрежное покашливание заставляет разорвать объятия. Эо Кастор молниеносным движением прячет сына за спину и одновременно выхватывает палочку. Заклинание уже горит на конце ее палочки, когда она понимает кто же этот нарушитель спокойствия.

- Мама, успокойся это всего лишь…
- Призрак. Спасибо я это прекрасно вижу, дорогой. Простите, но кто вы? И позвольте узнать, что вас заставило нанести визит в этот замок?
- Позвольте представиться милая фрайфрау*. Генрих фон Морунген, к вашим услугам, - рыцарь отвесил изящный поклон. – Как я понимаю, Вы – хозяйка замка Бергедорф.

Эо лишь кивнула, ожидая продолжения.

- Я никоим образом не собираюсь вредить жителям Бергедорфа, госпожа, наоборот, я в долгу перед юным наследником.

Герцогиня бросила мимолетный взгляд за спину и вновь впилась взглядом в приведение.

- Очень неожиданная встреча, Генрих фон Морунген. Я даже не подозревала, что в замке может быть неприкаянный дух.
- Мама, Генрих фон…
- О, прошу Вас, зовите меня по имени. Я буду благодарен.
- Кхм, Генрих, - Себастьян вынырнул из-за спины матери и прижался к ее боку. – Все это время был заточен в башне, которую запечатали с помощью магии.
- Интересно. И как же ты нашел это потайное место?
- Я услышал лязг цепей и пошел на шум, каким-то образом я прошел сквозь скрывающие чары и нашел сэра Генриха.

Ведьма внимательно на него посмотрела, а затем весело фыркнула. Мальчик с недоумением уставился на нее, но уголки его губ дергались вверх.

- Только ты, Себастьян, можешь вляпываться в эти невероятные приключения, мягко говоря. Не желаете присоединиться к нам за завтраком, Генрих?
- Я ценю вашу доброту, госпожа, но позвольте, юный маг обещал кое-что, не так ли?
- Как вы могли подумать, что я не сдержу слово сэр Морунген?! – возмутился ребенок и заискивающе посмотрел на мать. – Мама, представляешь, сэр Морунген не верит, что магия существует.
- Позвольте не согласится. Я утверждаю только, что юный мальчик не может быть мудрецом, владеющим волшебной силой. Могу еще поверить, что Вы – знахарка, госпожа, но эти фокусы, вызывание урагана или другие штучки больше походят на проделки дьявола или его слуг.

Герцогиня криво улыбнулась и взмахнула палочкой.

Фарфоровый бледно-голубой чайный сервиз чинно взмыл в воздух и закружился вокруг ошеломленного призрака.

- Как видите, Генрих, я не взывала к дьяволу, и, даже скажу вам больше, я не имею к этой чертовщине никакого отношения. Можете считать меня волшебницей, которой, собственно, я и являюсь, как и мой сын и еще тысячи людей по всему земному шару. Это магия Генрих. Волшебство существует. Сказки и легенды не такие уж и выдумки бардов и сказителей.

***

Себастьян тихо выскользнул с террасы, оставляя мать с призраком. Его maman, немного успокоившись, пришла в почти детский восторг. Она с интересом ученого по паранормальным явлениям водила палочкой вдоль тела призрачного мужчины, прося того описывать свои ощущения на те или иные чары.

Мальчик по-тихоньку скрылся в своей спальне, вынимая из-за шиворота припрятанную газету, что недавно потрошила герцогиня. Пройдя в соединенный со спальней кабинет, наследник уселся за коллекционный стол, принадлежащий французскому королю Людовику XIV, Королю - Солнцу.

Аккуратно разгладив истерзанную газету, Себастьян принялся за чтение. Искать причину гнева его матери долго не пришлось, ибо первая полоса была полностью занята снимком пухленького мальчика с копной светло-русых волос. Он выглядел напуганным, о чем свидетельствовали с силой стиснутая челюсть. На плече мальчика покоилась рука высокого старца или мудреца с длинной ухоженной бородой и ярко-голубыми глазами за очками-половинками. Волшебник благосклонно кивал, иногда мягко улыбаясь чему-то своему в свою сахарную бороду.

Себастьян недовольно зацокал языком, но продолжил дальше исследовать кричащую статью:

«Гарри Поттер не Мальчик-который-выжил!?»
Уважаемые жители магической Англии, оказывается, все это время мы жили в неведении основного положения дел о том самом знаменательном событии случившимся вечером 31 октября 1981 года в Годриковой Впадине в семье Поттеров. Да, сейчас разговор идет именно о той ночи, когда был повержен величайший темный маг современности, Тот-кого-нельзя-называть. Избавлению магического мира от этой угрозы мы обязаны Гарри Джеймсу Поттеру, также известному как Мальчик-который-выжил. Но в свете последних событий стоит задуматься, так ли это.
Величайший светлый маг А́льбус Персива́ль Ву́лфрик Бра́йан Да́мблдор, известный своими заслугами и открытиями в применении драконьей крови, Верховный член Везингамота, победитель Темного Лорда Грин-де-вальда считает что это далеко не так.
Нам стала известно из надежного источника, что незадолго до нападения на семью Поттеров родственницей самой Кассандры Трелонни, Сибиллы Трелонни было произнесено пророчество. Оно хранится в Отделе Тайн и впервые будет обнародовано на страницах нашей газеты.
«Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда... рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца... и Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы... И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой... тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Тёмного Лорда, родится на исходе седьмого месяца...»
Несомненно, данное пророчество в прочем, как и все, достаточно туманно и не указывает на конкретных людей, но все же, этого вполне достаточно, чтобы рассчитать возможные семьи, в которых должен был родиться наш избавитель. Их не так уж и много.
Небезызвестная семья Поттеров и семья Долгопупсов.
До недавнего времени мы считали, что именно Гарри Поттеру мы обязаны свержению Того-кого-нельзя-называть. Что же, мы развеем ваши ложные убеждения. Гарри Поттер не является ребенком пророчества. События, происходившие в Годриковой Впадине, никак не связаны с Темным Лордом. Хотя бы напрямую. На чету Поттеров напали лишь Пожиратели Смерти, а целью самого темного мага являлся сын Долгопупсов.
Обман раскрылся совсем недавно. Альбус Дамблодор поведал нам о вынужденных мерах предосторожности, дабы защитить настоящего Мальчика-который-выжил.
Гарри Поттер – обман, пустышка, не более чем избалованный мальчишка, до сего времени пользующийся чужой славой.
По слухам, ложный Спаситель сейчас находиться за границей со своей новой приемной семьей в лице родной сестры матери с ее мужем. Гарри Поттер отказался от обучения в школе Чародейства и Волшебства Хогвартс, как нам с прискорбием и печалью поведал директор школы.
Гордыня и зависть – плохие советчики, мы сердечно надеемся, что больше не увидим Мистера Поттера в пределах магической Англии. Нам не нужен лживый Спаситель. Нашей стране не нужны обманщики…


Дальше Себастьян просто не стал читать, уткнувшись невидящим взглядом в стену. Часы тихо тикали в установившейся тишине. Внутри у мальчика все бурлило, подрагивало и вот в один момент, словно взорвался вулкан, извергая огненные потоки лавы.

Он единым прыжком вскочил на ноги, откидывая изящное кресло в сторону окна. Боль выжигала ему внутренности, и наследник с силой рванул на себе футболку, острыми ногтями разрывая ее. Нечеловеческий полу-стон полу-крик огласил замок, после чего здание тряхнуло от огромного стихийного магического выброса.

Эо заметила, что ее сын под шумок покинул их, но не предала этому особого значения. Мало ли, что могло прийти в голову этому маленькому негоднику. Наверняка побежал искать еще какие-нибудь скрытые комнаты и тайные проходы. Сейчас все ее внимание занимал бесплотный дух немецкого рыцаря, зависший прямо перед ней. Хотя некий червячок плохого предчувствия терзал ее изнутри. Эо Кастор списала эту тревогу на паршивый «Пророк», полученный сегодня, не более.

Сколько же удивительных исследований она сможет провести благодаря находке сына. Оторваться от этого увлекательного занятия она смогла лишь после ощутимого скачка магии. Стихийный выброс буквально потряс замок, и он стонал от боли. Герцогиня еле удержалась на ногах, чуть не рухнув на пол. Не медля ни секунды, ведьма бросилась наверх, туда, к своему заходящемуся в рыданиях сыну.

Волшебница застыла в проеме, слегка покачнувшись. Женщина ухватилась руками за обуглившуюся стену, а затем ринулась к сжавшемуся в комочек мальчику.

Второй этаж снесло начисто, всякая рухлядь (некогда являющаяся антикварной мебелью) вперемешку с оплавившимися камнями покрыли ухоженный сад. Стены в некоторых местах еще дымились и шипели, не хуже змей.

Она прижала ребенка к себе, поглаживая по голове. Ее всю колотило, ведьма боялась, что ее сын просто замкнется в себе и больше никогда не станет прежним.

- Себастьян, мой хороший. Любимый, мое сокровище. Прошу тебя, ответь мне. Ответь маме. Прошу тебя.

Герцогиня покрывала его макушку поцелуями, растирая холодные ладошки руками. Ее мальчик не отзывался и не поднимал головы.

- Ты мне так нужен, мой глупый мальчик. Не бросай меня, мой единственный. Прошу тебя, ответь. Скажи хоть слово!

Себастьян слабо пошевелился и поднял на нее сверкающие гневом глаза. Ведьма тихо охнула от этого взгляда и ощутила на своей щеке хлесткую пощечину. Что ж она это заслужила.

- Все хорошо, Себастьян. Все хорошо.
- Они заплатят. Я раздавлю их, как вшей, - прошипел ребенок, утыкаясь носом в грудь матери.
- Всему свое время, милый. Всему свое время.

Ты заплатишь, Дамблодор! Ты совершил огромную ошибку, списав со счетов моего сына. Ты заплатишь!!! Клянусь!!!


фрайфрау* - рыцарское сословие. Женская форма титула.
Прикрепления: 1601809.jpg(18Kb)



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
KuaraДата: Пятница, 27.03.2015, 18:37 | Сообщение # 40
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
20 глава

Себастьян провалялся в постели две недели с магическим истощением. Он был угрюм и молчалив. Разговоры предпочитал книгам. И Эо уже не раз с некой опаской поглядывала на последнюю книгу, которой увлекся ее дорогой сын. Наследник третьи сутки, перерываясь лишь на еду и ванную комнату жадно читал гримуар «Ритуалы Темнейшие. Некромантия. Заклятие Смерти».
Поэтому она была чрезвычайно удивлена, когда ребенок соизволил наконец-то покинуть свои покои и спуститься к завтраку на летнюю террасу.
- Доброе утро, маман.
Себастьян уселся в белое плетеное кресло и придвинул картофельные оладьи к себе поближе. Мальчик оделся в легкие светлые брюки и небесно-голубую рубашку, его длинные волосы были собраны в аккуратный хвост темно-синей лентой. В вырезе рубашки был виден амулет Тигровый Глаз.
- Доброе утро, мое сокровище, - немного настороженно улыбнулась герцогиня. – Попробуй булочки с корицей, они очень вкусные.
Тот послушно взял булочку, и расторопный домовик налил ему ароматную чашку чая из ромашки.
- Ты отправлял кому-то письмо, хотя это была скорее посылка.
- Да, я отправил Панси сувенир.
- Да? – мать пронзила его взглядом. – Пусть будет так Себастьян. Все равно я не планирую наше возвращение в Англию в ближайшие несколько лет.
На лицо наследника набежала тень, но он промолчал, принявшись завтракать.
- А подумала, что нам стоит, развеется в свете последних событий. Посетим магические и маггловские достопримечательности Германии. Что ты скажешь Себастьян?
- Хм, это интересно, - протянул он.
- Вот и замечательно. Устрою себе небольшие каникулы перед походом в Министерство. У меня накопилась целая куча бумаг, которая ждет меня не дождется.
- Не думал, что ты такая небрежная к работе, мама.
- Забываешься, Себастьян.
- Прости, мама.
- Жду тебя в гостиной через час. И оденься во что-нибудь удобное. Мы будем много ходить.
- Ходить?
- Пешие экскурсии, мальчик.
Спустя отведенное на смену одежды время, Себастьян сидел в гостиной, и нетерпеливо барабанил пальцами по деревянному подлокотнику. Его мать задерживалась, хотя сама установила временные рамки. Мальчик ненавидел ждать.
Лопоухий домовик стоял чуть поодаль, прижав уши к голове, не двигаясь и стараясь дышать через раз. Ему очень не хотелось стать объектом раздражения молодого господина. После случая с разрушенным кабинетом, эльфы замка старались меньше попадаться на глаза наследнику или же всячески пытались ему угодить, трясясь от страха перед расправой за невыполнение приказа.
Герцогиня Кастор наконец-то соизволила явиться, одаривая сына проказливой улыбкой.
- Так не терпится вырваться из этих древних стен?
Мальчик лишь одарил ее красноречивым взглядом и поднялся на ноги.
- Идем Себастьян. Не будем заставлять приключения нас ожидать.
Выйдя из замка, они пошли по ухоженному парку, мимо высоких старых белых камней с вырезанными рунами. Вот руна жизни виде дерева, ясеня. Руна войны изображена летящей стрелой. Чуть дальше руна «Волчий крюк» защищающий замок и его земли от вервольфов и также дающий над ними власть.
Дойдя до крепостных ворот, они пересекли аппарационный барьер и исчезли с пыльной дороги.
Конечно же, первым на очереди оказался сам Мюнхен и его окрестности. Они посетили Английский парк, самый большой городской парк в мире, созданный в 1792 году архитектором Фридрихом Людвигом Шкелем. Центральную площадь Мариенплатц - само по себе место историческое, на этой площади так же находятся Старая и Новая Ратуши, а также располагается огромный продовольственный рынок под открытым небом Виктуалиенмаркт, настоящие пиршество для чревоугодников.
Мельком оглядели символ города Фрауэнкирхе, собор Святой Богородицы, построенный в 1525 году, здание которого находится тоже неподалеку от центральной площади Мюнхена, Мариенплац. Женщина так и не согласилась на уговоры сына и не позволила им зайти внутрь. Поэтому уже под вечер они перенеслись в картинные галереи Старую и Новую пинакотеки. Новая пинакотека была построена в 1853 году по приказу короля Баварии Людвига, где были собранны картины в соответствии с художественными пристрастиями короля.
Уставшие, но полные впечатлений сын с матерью остановились в пятизвездочном отеле Sofitel Munich Bayerpost находящимся всего в ста метрах от главного вокзала Мюнхена. Сам отель располагался в историческом здании 19 века в стиле авангардной архитектуры.
В таком бешеном, но, несомненно, увлекательном темпе пронеслась неделя. Покинув гостеприимный Мюнхен, маги перенеслись в самый древний город Германии Трир, затем посетили собор в Бамберге, знаменитый свои загадочным всадником и многие, многие другие невероятные и удивительные места.
Как всегда не обошлось и без приключений. Когда они были в Вормсе на Рейне, слушая легенду о кладе Нибелунгов. Себастьян чуть не свернул себе шею в Башне, где находиться посвященный легенде музей. Он банально провалился в появившийся, словно из воздуха распахнутый люк, угодив в «каменный мешок». Эо еле вытащила ребенка оттуда, было такое ощущение, будто сам воздух превратился застывший студень и никак не желает отпускать ее мальчика из своих объятий. С горем пополам Себастьян был извлечен из ловушки и судорожно хватал ртом воздух. Там внизу ему казалось, будто его стиснули стальные обручи, не давая вздохнуть. Левый бок противно ныл, он упал на что-то жесткое в этом каменном мешке.
Мальчик поморщившись, вытащил палку, расцарапавшую весь его бок, разорвав ткань рубашки. Он поднес ее к глазам и не смог скрыть своего удивления. Это была волшебная палочка!
Эо взглянула на находку сына и побелела как полотно. Глаза болезненно заблестели, и она облизнула пересохшие губы.
- Кали-ма! Себастьян это…это жезл Нибелунгов!
О, Груди Гекаты! Его и сейчас преследует проклятие Гарри Поттера. Даже теперь приключения будут находить его где угодно.
Палочка была жесткая, хлесткая. Светлая порода дерева была покрыта древними скандинавскими рунами. Наследник узнал некоторые из них: Турисаз,* Ансуз,* Райдо,* Кано,* Хагалаз,* Наутиз,* Иса* и еще с десяток других мелких начертаний. Сама палочка в длину не превышала 13 дюймов. Рукоять была толще основной части и немного темнее по цвету, словно дерево было чем-то пропитано. Да и по тактильным ощущениям она отличалась. Рукоять была гладкая, холодная и напоминала отшлифованную со временем кость.
- Жезл Нибелунгов?!
- Да эта маггла – экскурсовод конечно глупая, но послушать ее стоило Себастьян. Хотя мне не составит труда процитировать тебе часть легенды самой.

…Лишь золото да камни тот составляли клад.
Когда бы дать в нём долю на свете всем подряд,
Он и на марку меньше от этого б не стал.
Недаром Хаген так давно им завладеть мечтал.
Был там и жезл волшебный. Кто им владеть умел,
Тот власть над целым миром в своих руках имел.
Утратил смелый Альбрих не только клад в те дни:
За Гернотом уехала и часть его родни.
Когда же возвратились два короля домой
И в Вормсе клад вернули сполна сестре родной,
Там золотом набили все башни и подвалы.
Сокровища несметнее на свете не бывало...

- Этот жезл упоминается тут лишь вскользь, - проворчал наследник, все еще разглядывая палочку. – Ничего конкретного.
- Аппарируем отсюда. Мы все равно безнадежно отстали от группы. Лучше перекусим и я тебе кое-что расскажу.
Ведьма взяла его за руку и с тихим хлопком они исчезли из музея.
Себастьян сидел на высоком металлическом стуле, наблюдая за кукольным представлением на старинных часах Глокеншпиль, потягивая чай с корицей. Эо сидела напротив и не отказывала себе в удовольствии, поедая шоколадный десерт. Кафе Glockenspiel в Мюнхене оказалось очень милым и спокойным местечком. Здесь конечно было дороговато, но прекрасный вид на старинную часть Мюнхена полностью это окупало.
- Так, что ты хотела мне рассказать, мама, - аккуратно поставив чашку, проговорил мальчик. – Кажется, я ждал достаточно.
Палочка приятно холодила кожу руки, пришлось ее спрятать в рукав рубашки. Герцогиня Кастор наложила пару простых заклинаний на рукав, дабы жезл Нибелунгов из него не выпал и не был так глупо утерян.
- Жил некогда один интересный человек. Звали его Олберих* Вагнер и да, он был магом. Не совсем обычным, хотя он не обладал большой силой или знанием тайных заклинаний. Нет, Себастьян. Олберих был натурой увлекающейся и явно нездоровой. Он тяготел к разным мифам и легендам. И однажды решил найти так называемый Волшебный жезл Нибелунгов. Эта легенда его сильно зацепила.
- Откуда тебе это известно?
- Ты грубо перебил меня Себастьян, но я отвечу на твой вопрос. Моя тетка собирала дневники различных зельеваров, заклинателей, путешественников, историков и просто выдающихся волшебников.
- Так кем же был Вагнер?
- Ну, тетушка считала его занимательным магом – путешественником с чрезмерной бурной фантазией. Она любила полистать его дневник, когда хотела поднять себе настроение.
- И что же этот маг был обычным сказочником? Он нашел клад Нибелунгов?
- Хоть Олбериха и поднимали на смех, но таким фантазером он не был. Хотя тот так и не нашел заветный клад, ему попало в руки кое-что другое, - проговорила ведьма и принялась за позабытый десерт.
- Мама, ты долго будешь надо мной издеваться? Я жду продолжения.
- Зря ты не взял сладкое, Себастьян. Здесь очень вкусные десерты.
- Мама!
- Не веди себя как дикарь, мальчик. Успокойся.
- Вагнер нашел послание, в котором говорилось о проклятии, что лежит на кладе Нибелунгов.
Мальчик подался вперед и весь обратился в слух. Мать снисходительно улыбнулась. Ее сын всегда был таким любопытным.
- В общеизвестном варианте легенды говориться о проклятии так: оно будет стоить жизни всякому, кто им завладеет. То есть стоит стать обладателем одного из сокровищ как тебя настигнет смертельная участь.
- Ты сказала в общепринятом варианте, - подметил наследник.
- Ты сразу ухватил суть, мальчик. Послание, что нашел Вагнер о проклятии, немного отличалось от обычного, что говориться в легенде. Всего пара слов, но этого вполне достаточно, чтобы броситься испытывать удачу в поисках клада. В поисках таких могущественных магических артефактов. Хотя надо отметить и золото тоже приятный бонус.
Себастьян вперил в мать тяжелый взгляд. Сколько можно ходить вокруг да около.
- Вот что говорилось в найденном послании. « Оно будет, стоит жизни всякому, кто им завладеет, кроме Ausgestattet mit den Gaben des Todes! – восторженным шепотом поведала женщина.
- Ausgestattet mit den Gaben des Todes?! Наделенного дарами Смерти? – перевел мальчик и резко побледнел. – Что ж мне так везет – то мама?!
- Ты только подумай, что ты сможешь сделать, дорогой, - она ласково погладила его по руке. – Это все не просто так. Ты – особенный мальчик, Себастьян. И всегда им был, даже когда не являлся Кастором. Только подумай, как тебе благоволят, что только тебе дано открыть такие тайны и получить такие вещи, о которых кто-либо другой не смеет даже мечтать. Я всегда хотела власти и силы, Себастьян. Я хотела быть выше других, значимее.
- Поэтому ты занялась словом на букву «Н»?
- Именно, - усмехнулась Эо. – Она легко мне давалась, и я прошла через многое, не зря меня ценил ОН.
- Мне это нравилось до безумия. Но чтобы я не сделала тогда или сейчас, я никогда не смогу достичь твоего уровня. Никогда и я не думаю, что кто-нибудь еще сможет. Ты – удивительный волшебник Себастьян, тебе благоволит ОНА, Леди. Тебе позволено помнить свои прошлые жизни, ты получаешь мифический Жезл Власти, ведь ты единственный кто имеет на него право. Помнишь карты, что мы приобрели у Горбина?
- Разумеется, такое невозможно забыть.
- И, тем не менее, ты ими не пользуешься. Мне кажется, скоро придет время и для них.
- Ты хочешь сказать я смогу видеть…
- Я в этом больше чем уверена. Не ты нашел их, а они тебя.
- Блеск, - мальчик устало откинулся на спинку и прикрыл глаза.
Несколько впечатлительных девочек восхищенно вздохнули. Эо Кастор усмехнулась, если ее сын уже сейчас вызывает подобную реакцию, страшно подумать что же будет дальше.
- Попозже мы заглянем в магическую улочку в Берлине. Я хочу, чтобы твою палочку осмотрел знаток своего дела. Старый друг нашей семьи Эммерик* Волф приедет в неописуемый восторг от нее. Хотя он надеялся, что палочку ты найдешь именно у него, но не думаю, что старик сильно расстроиться.
- Хорошо, - тяжко вздохнул мальчик и приоткрыл один глаз. – Что ты там говорила о десерте?

Эммерик* - власть работы(немецкий)
Олберих* - власть эльфа(немецкий)
Турисаз* - Могучая, но очень тяжелая руна. Энергетика Сатурна; цвет — черный, иногда багровый или густо-фиолетовый. Дает силы и способности для размышления, сосредоточения и принятия важных решений.
Ансуз* - Одна из самых священных рун. Энергетика Меркурия. Область действия неограничена. Руна связана с Одином, а также с его оборотной стороной — с Локи, коварным асом, темным и светлым одновременно.
Райдо,* - Руна пути. Применение этой руны в целях практической магии может быть описано абсолютно четко — это, как уже сказано, руна пути. Если вам предстоит путешествие, талисман с изображенной руной Райдо спрямит и сократит ваш путь, сделает его приятным и оградит вас от ненужных неприятностей. Если вы вступаете на путь какого-то иного плана, руна Райдо также поддержит ваши силы.
Кано* - Руна воплощения. Очень мощная руна; способна не только направить деятельность человека (на любом уровне) в нужном направлении, но и придать ей необходимую силу. Руна Кано способствует сосредоточению воли и воплощению задуманного.
Хагалаз* - Руна разрушения. Связана с природными силами деструкции, разрушения, с энергиями стихий. При массовых бедствиях, как и при наводнениях, землетрясениях, извержениях вулканов, происходят резкие и значительные всплески энергии, аналогичной энергии этой руны.Основное магическое применение этой руны — способствовать выходу из "заколдованного круга". Простейший пример — знакомое почти всем, до боли приятное чувство жалости к самому себе. Нередко человек проводит часы и дни, смакуя собственные неприятности, отчего последние разрастаются и заслоняют свет. Состояние энергетически устойчивое и от того еще более патологическое. Осознать, что попал в такой "заколдованный круг" и находишься в плену бесконечных внутренних отражений собственной негативной энергии — это добрых три четверти освобождения. А дальше, если самостоятельно выйти вы не всостоянии, начертайте руну Хагалаз — она произведет необходимый "взрыв" и разомкнет круг.
Наутиз* - Энергетика Сатурна. Сложная руна. Поддерживает человека в тяжелое для него время — это ее основное назначение, но требует при этом и определенной сдержанности в эмоциях и поступках и способствует проявлению этой сдержанности.
Иса* - Руна льда в прямом и переносном смысле этого слова. Основное магическое назначение руны Иса — "замораживание" чего бы то ни было. С ее помощью можно приостановить (но не ликвидировать!) негативный процесс болезнь (физическую или душевную), вспышку гнева (не только своего), какое-то явление в общественной жизни и т.д... В некоторых ситуациях позволяет получить необходимую передышку.
 
ОлюсяДата: Суббота, 28.03.2015, 22:38 | Сообщение # 41
Черный дракон

Сообщений: 2891
« 176 »
Kuara, спасибо большое!!!


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
KuaraДата: Вторник, 23.06.2015, 18:11 | Сообщение # 42
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
ГЛАВА 21. ЛАВКА ВОЛШЕБНЫХ ПАЛОЧЕК.
Берлин был шумным, наполненным тысячами голосов и запахов. Нескончаемые потоки туристов сновали туда сюда по бульвару Унтер ден Линден. Оказавшись в этой толпе, Себастьян почувствовал себя очень неуютно, десятки разнообразных наречий и чужих языков оглушали. От пестрой одежды и машин рябило в глазах. Он покачнулся от такого наплыва ощущений, и тут же был схвачен под локоть герцогиней Кастор. Жесткая перчатка нещадно мяла шелковую ткань, но наследник даже не пискнул. Он позволил увлечь себя на мост, там было не так многолюдно.
- Дворцовый мост, Себастьян. Только посмотри, какая красота!
Мальчик слабо улыбнулась. Действительно очень красиво.
Он оглянулся, позади них располагалось здание в стиле барокко. Оно было светло-желтое со статуями на крыше и барельефами.
- Цейхгауз – немецкий исторический музей. Это здание времен Прусского королевства. Нам туда.
И ведьма, опять крепко ухватив мальчика за локоть, повела его к музею, но не к главному входу. Они прошли вдоль левой стены здания. Людей здесь было поменьше, а растущие неподалеку деревья загораживали их от любопытных глаз.
Они остановились около высокого мозаичного окна. Фиолетовыми и голубыми стеклышками была выложена молодая красавица с густой гривой волос до пят и плетеной корзиной, из которой торчали разные корешки и пучки трав.
- Здесь вход, - проговорила ведьма и толкнула мальчика прямо на стекло.
Себастьян не успел даже вскрикнуть, как пролетел сквозь окно и оказался в немецком волшебном пабе.
Хозяйка приветливо махнула тряпкой, которой до этого начищала стакан. В Себастьяна тут же вцепился мелкий мальчонка, клянча мелочь. Кастор ощутил, как проворные ручки шарят у него в карманах. Он грозно зыркнул на воришку, и руки исчезли.
- Держи, - он бросил в протянутые ладошки золотую монету. – Надеюсь, ты запомнишь меня, и больше такого тесного общения между нами не будет. Или, в следующий раз, вместо золота получишь режущее заклятие, понял?
- Да, господин, - щербато улыбнулся тот и дернулся в сторону появившийся колдуньи.
- Даже не вздумай, - пригрозила она беспризорнику, – угости мальчишку обедом, Дафна, и не пускала бы ты их сюда. Один-единственный аврорский рейд, и твой паб закроют.
Хозяйка добродушно рассмеялась, усаживая воришку за дубовый стол.
- Тогда где они будут брать важную информацию для своих облав, дорогуша? Все знают, что «Красный Узел» - нейтральная территория.
- Ну, это твое дело, - вложив в ждущую руку женщины деньги, герцогиня поманила сына за собой, за барную стойку.
Пройдя по узкому коридору, они остановились перед черной завесой. Эо отвела ткань палочкой и их оглушила какофония звуков.
Это был перекресток четырех улиц, отличающихся друг от друга как день от ночи. Высокий столб с табличками-указателями показывал названия магических улочек. Сам перекресток носил гордое название Ведьмин Перекресток.
Вперед вела Паучья Аллея, направо - Волчий Тупик, налево - Плутающая Аллея, ну а позади, в стороне от мирно колыхающейся в воздухе завесы, была Исчезающая улица.
- Нам туда, мальчик. Держись поближе, здесь полным полно воров и полоумных бедняков.
Волчий Тупик напоминал Кастору Лютую Аллею. Мрачные магазинчики, множество темных закоулков, попрошайки, подпирающие стены домов, изображающие калек или причитающие о беспределе Министерства. Неухоженные дети, снующие туда-сюда в поисках зазевавшихся волшебников, у которых можно умыкнуть кошелек. И богато одетые маги, выглядящие жутко неуместно среди этой грязи и запущенности. Они неспешно прохаживались по подозрительным лавкам, торгующим зельями, травами, запрещенными артефактами, а где и плотским удовольствием.
Себастьян невольно скривился, когда они прошли мимо борделя, из которого выпроваживали подвыпившего посетителя. Вышибала посмел ему подмигнуть, и мальчик одарил его самым презрительным взглядом, на который был способен. Мужчина заметно трухнул и возобновил попытку вытурить пьяного волшебника.
- А вот и лавочка этого гнусного старикашки.
Наследник окинул взглядом обшарпанный магазинчик, на покосившейся табличке над входом некогда золотыми буквами было выведено:
« Волшебные палочки Эммерика. Изготовление палочек с 1523 года.»
Мальчик уважительно кивнул и зашел в магазин.
Он попал в светлое просторное помещение, вовсе не утыканное где только можно футлярами с волшебными палочками. Подойдя к недавно покрытой светлым лаком деревянной стойке, ведьма позвонила в маленький бронзовый колокольчик.
Недовольное ворчание и шарканье шагов возвестило их о том, что их услышали. И вот уже на свет божий вышел из подсобного помещения сам мастер. Мальчик одарил мать удивленным взглядом, но та лишь улыбнулась.
Эммерик Волф напоминал ему дальнего родственника профессора Флитвика, преподавателя Чар в Хогвартсе. Он был таким же маленьким, что явно указывало на его некоторое родство с гоблинами, с живыми черными глазами. На кончике носа красовалось пенсне.
Волшебник взобрался на высокий табурет со специальными ступеньками и пригладил аккуратно подстриженную белоснежную бороду.
- Так так, Госпожа Кастор. Хлесткая, хороша для проклятий. Бук, 13 дюймов, сердцевина – волос вашей матери и прах Баньши.
- Все-то вы помните, - оскалилась ведьма. – Я хочу, чтобы вы взглянули на палочку моего сына, господин Волф.
- Разумеется. Молодой господин, позволите? – тонкая, как крысиная лапка, рука потянулась к нему.
Наследник переборол отвращение и протянул свою палочку. Эммерик вертел ее долгих десять минут и даже взвесил на маленьких бронзовых весах. Затем он как-то разом обмяк и благоговейно вернул палочку ее законному владельцу.
- Я никогда не видел ничего подобного. Передо мной миф, а вы станете легендой, молодой господин. Я ждал вашего появления, чтобы найти вам достойную палочку среди работ моей семьи, но ни одна из них не сравнится с палочкой из ясеня.
- Хотелось бы узнать побольше, - нетерпеливо проговорил Себастьян. – Я и так в курсе, что она из ясеня.
- Ясень, 12 дюймов, пропитана соком Мандрагоры и слезами Баньши. Покрыта руническими знаками. Сердцевина - сгусток крови Черного дракона, кристаллизировавшийся в рубин и волос Адской гончей.
На последнем слове он внезапно закашлялся.
- Эта порода собак встречается лишь в учебниках истории или мифах. Мой прапрадед имел возможность работать с их клоком шерсти, но у него ничего не вышло. Шерсть истлела в его руках в мгновение. Адские гончие всегда служили Богине Смерти, так считают в Индии и Арабских странах.
- Вот оно что, - задумчиво проговорил мальчик, вертя в руках палочку. – Что ж, это было интересно. Идем, мама. До свидания, господин Волф.
Покинув лавку, Себастьян пожелал вернуться домой. Ему нужно было все хорошенько обдумать. Случившиеся немного выбило наследника из колеи, он задавался вопросом, сколько еще сюрпризов ожидает его в будущем.
Мальчик достал карты Таро с полки и уселся прямо на пол, совершая расклад. Ему выпали три карты: Повешенный, Сила и Император.
Юный Кастор долго не мог оторвать взор от изображений, удовлетворенная улыбка расползлась по его лицу. Теперь он был готов отдохнуть.
 
KuaraДата: Среда, 24.06.2015, 22:58 | Сообщение # 43
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
22 глава

Не было ничего удивительно в том, что события вокруг Себастьяна приняли стремительный характер. Решение осесть в Германии принялось как-то само собой, как нечто само собой разумеющееся. Хвалебные статьи, истекающие приторной лживой информацией о новом избранном в «Пророке», лишь утвердили последних Касторов в правильности своего решения. На родине их не ждали, да и они не особо туда стремились.
В одном из номеров « Пророка» проскользнула короткая заметка об их семье, точнее, о герцогине Кастор, против которой собирали обвинения в пособничестве Тому-кого-нельзя-называть. Эо лишь презрительно фыркнула на это заявление и с удовольствием уничтожила засевшего у них в пруду водяного черта, наверняка воображая на его месте этого надутого индюка, Корнелиуса Фаджа.
Себастьян был слегка взволнован той новостью, что его матери собираются предъявить обвинения, но Англия была так же далеко, как и ее проблемы. Да и когда ему было рассуждать об этом, если каждое свободное мгновение было занято учебой. Матушка взялась обучать его дуэлингу и несколько часов подряд они проводили в тренировочном зале, где герцогиня нещадно натаскивала свое чадо в этом жизненно важном умении.
Но Себастьян не жаловался, ему это безумно нравилось. Нравилось ощущать магию, струящуюся по его телу и находящую выход через его волшебную палочку в очередном проклятии. Нравилось плавно двигаться, делать четкие, выверенные движения, ведь лишний шаг мог стоить не только здоровья, но и жизни. Нравилось ощущать напряжение, чувствовать себя натянутой до предела тетивой, нравился хищный азарт, возможность наконец-то сбросить надменную маску и отдаться во власть этой пьянящей страсти.
Наследник упивался их тренировками, как и его немного безумная мать, так похожая в моменты схлестывания их заклятий на одержимую, фанатичную Белатриссу.
Палочка из ясеня слушалась его беспрекословно, словно являлась продолжением его руки, рассекая воздух хлестко, резко, словно вспарывая пространство. Он ощущал ее не просто как волшебную палочку, а как некое смертоносное холодное оружие, вроде стилета или узкого острого как бритва кинжала. Кастору казалось, не будь в палочке никакой магической силы, она все равно бы являлась оружием, ее заостренный кончик словно был создан только для того, чтобы погружаться в упругую податливую живую плоть. Себастьян не раз ловил себя на мысли, что бы он испытывал, рассекая короткую толстую шею дяди Вернона жезлом Нибелунгов, ощущая, как его густая кровь стекает по рукам и капает с запястий.
Это были волнующие мысли. Они приводили его в смятение, но как бы ни противился им волшебник, он не мог от них просто отмахнуться, они были так заманчивы…
Палочка из ясеня, его мать, дары Смерти, они развращали его, затрагивали спящие где-то глубоко внутри запечатанные на тысячи замков порочные, эгоистичные, извращенные чувства.
И как бы ужасно это не звучало, это нисколько его не пугало.
Девиз его семьи полностью совпадал с его мыслями. «Nulla eu. Circumscriptio creavit ut conterat».* Пусть будет так, как решили поступать еще предки семьи Кастор.
Влиться в жизнь волшебного мира Мюнхена и бурлящего Берлина оказалось проще простого. Богатство, титул и изысканные манеры, вкупе с повадками касатки сделали свое дело. Семья Кастор прочно заняла свое место на политической арене. Не прошло и месяца, а его maman уже возглавляет отдел Экспериментальной колдомедецины и является почетным членом Общества Зельеваров, а каждый уикенд они проводят в Баварском лесу вместе с действующим Министром Магии охотясь на опасных Дромарог, .
Последняя охота на Дромарог закончилась гибелью двух Эрклингов от тяжелой подошвы армейских ботинок госпожи Министра, Мод Хоффман. Эти эльфоподобные существа имели несчастье попасться раззадоренной погоней волшебнице, которая даже ничего не заметила, растоптав этих немаленьких существ.
Измотанный, взмокший, но довольный Кастор держал в руке драгоценный рог Дромарога, пока ассистенты Министра разбирали могучую тушу животного. Знатно же они побегали за этой гадиной, но результат того стоил.
Охота закончилась зачислением Себастьяна в Елензберг, а также договором о посещении дошкольных занятий с профессорами магической академии.
Наследник семьи Кастор частенько бывал в Министерстве Магии, навещая мать. Ему нравился ее просторный кабинет с темной мебелью и вышколенным секретарем, с зализанными назад волосами и сползающими на кончик острого носа очками. Было приятно осознавать важность занимаемой его матерью должности, когда многочисленные маги и ведьмы набрасывались на нее с рукопожатиями и лебезили перед ней, приторно улыбаясь. Герцогиня лишь холодно, а иногда и снисходительно улыбалась, поглядывая на него. Ее взгляд словно говорил: «Посмотри только на их ничтожность, Себастьян, мы намного выше этого». И мальчик прекрасно понимал это, еле сдерживая презрительную улыбку, наблюдая сквозь пушистые ресницы за очередным подхалимом, что решил остановить их в атриуме.
Мальчик понимал, что меняется с неумолимой скоростью, становится похожим на этих надменных холодных английских аристократов, оказывающих тебе честь, снизойдя до разговора с тобой, обыкновенной челядью. Теперь он прекрасно понимал высокомерного Малфоя-младшего и его гордость, смешанную с обожанием, которую тот проявлял к своему отцу, Люциусу Абрахасу Малфою. Понимал как никто другой, ведь именно что-то подобное в последнее время он стал испытывать к своей матери, его просто распирало чувство гордости.
В один из его самостоятельных визитов в гости к матери он встретил девочку из поезда, участницу той катастрофы, о которой столько писали в популярной немецкой газете «Хватка». Эта история с нападением оборотней изрядно всколыхнула магическое сообщество, что позволило ее папаше, Бартоломео Кенгсбери, протащить на рассмотрение закон о полной изоляции всех оборотней Германии.
Асоль Кенгсбери стояла у цветочной клумбы, что находилась около небольшого кафе для работников Министерства в дальнем углу атриума, переминаясь с пятки на носок. Ее руки были заведены за спину, и она с интересом флориста разглядывала неуместные здесь кровавые антуриумы.
- Ты не писал, - вместо приветствия проговорила она, поворачивая к нему лицо с безмятежным выражением. - Неуместно, правда?
Юный волшебник перевел взгляд на цветы - действительно неуместно. Эти цветы должны расти дома у страстной женщины-вамп, но никак не украшать цветочную клумбу в общественном месте.
- Я скучала по тебе. Все думала, когда же ты придешь.
- А я должен?
- Не думаю. Ведь ты делаешь только то, что хочешь. Ты избалованный мальчик, Себастьян.
Она издала легкий печальный вздох.
- Что ты здесь делаешь?
- У моего отца будет небольшое интервью с журналистами, я здесь, чтобы создать подходящий имидж.
- Ты не любишь его, - утверждено констатировал мальчик.
- Разумеется, нет. Поэтому я ждала, когда ты придешь Себастьян. Я надеялась, ты заберешь меня.
- С чего такие мысли?
Девочка впервые утратила свой отрешенный вид и перестала быть похожей на сомнамбулу.
- Разве я не сказала, что пойду за тобой? Сохраню твои секреты?
- Мне это не нужно. Ты мне не нужна.
- Я буду рядом. Всегда кто-то должен быть рядом.
- Мне не нужны друзья, если ты об этом. Ты - слабость для меня.
- Я не говорю о дружбе, Себастьян, ибо я понимаю, что это не возможно. Возможно, раньше, но не сейчас. Я просто хочу следовать за тобой, ведь то, что ты совершишь, вероятно, будет грандиозно, и я хочу участвовать в этом. Не желаю зависеть от милости отца.
- Ты бесполезна. Ты – сквиб. Думаю, мне пора.
- Если ты вспомнишь, что случилось после твоего магического истощения, то поймешь, что я не бесполезна. Моя магия – твой дополнительный источник питания, который будет всегда под рукой в любое время, стоит лишь тебе пожелать.
- Допустим, но чего хочешь ты?
- Всего лишь быть позади тебя, - пожала она плечами.
- Ты так говоришь, будто у меня наполеоновские планы, - хмыкнул Себастьян насмешливо.
- Возможно не сейчас, но после.
- Откуда весь этот бред в твоей голове?
- У меня хорошая интуиция, я ей доверяю. Тем более, я не хочу оказаться в Spiegel Gefängnis*. Ты наверняка поможешь мне избежать этой участи.
- И что же ты забыла в Зеркальной тюрьме?
- Не сомневайся, мой отец найдет для этого причину.
- О, но она должна быть очень веской, чтобы ты оказалась в этом диком полном страха месте.
- Он направит на это все свои усилия и Spiegel Gefängnis поглотит мою душу.
Себастьян задумался. А ведь действительно, имея такие возможности, неужели он ими не воспользуется. Тихий голосок, принадлежащий бывшему гриффиндорцу, что-то пискнул о благородстве и попытался даже воззвать к его добродетели и человеколюбию, на что Кастор лишь усмехнулся. Ничто не стоит на месте. Он слишком сильно изменился и, возможно, не в лучшую сторону. Все-таки он оказался развращен, избалован и эгоистичен.
Его глаза блеснули в предвкушении, и красный матовый блеск на мгновение затмил небесную лазурь.
- Что же, милочка, как насчет вассальной клятвы?
Асоль лишь мечтательно улыбнулась, и они вместе покинула Атриум. Красные антуриумы истекали кровавым соком, наполняя пространство вокруг удушливым ароматом.

*«Nulla eu. Circumscriptio creavit ut conterat» - «Никаких запретов. Границы созданы, дабы их нарушать».
 
KuaraДата: Четверг, 25.06.2015, 23:54 | Сообщение # 44
Снайпер
Сообщений: 104
« 8 »
Глава 22 часть 2
Черный BMW M3 остановился недалеко от ограждающего поместье Кегнсбери купола. Шофер-маг без лишних вопросов открыл дверь своего нанимателя, а затем помог выбраться из автомобиля заторможенной девочке.

- Ожидай нас здесь и постарайся не привлекать внимания магглов, - распорядился наследник, крепко ухватив выше локтя еле стоящую на ногах спутницу. – Проводи меня в дом, Асоль.

- Конечно, Себастьян, - еле ворочая языком, отозвалась та.

Они легко пересекли аппарационную зону и их оглушил лай собак. Животные были рассажены у вьющийся к небольшому особняку дорожки из гравия. От их ошейников тянулись надежные цепи, крепящиеся к металлическим стержням, вбитым прямо в землю.

- Фу, свои.

Псы присмирели, но не сводили с них глаз, предупреждающе рыча каждый раз, если ребята оказывались чересчур близко к ним.

- Как по-маггловски, - усмехнулся Кастор. – Я рассчитывал здесь увидеть что-нибудь позанимательнее, чем обычные бойцовые собаки.

- Отец считает, что это хорошо отразится на его рейтинге, ведь тем самым он поощряет маггловскую защиту против воров и грабителей, - автоматически отвечала Асоль.

Дверь ребятам открыл обычный дворецкий, приглашая внутрь.

- Отец презирает эльфов, - тут же последовал комментарий. – Как впрочем, и все остальные волшебные расы.

Поднявшись по узкой лестнице на второй этаж, а затем по винтовой под самую крышу, юные волшебники оказались перед светло-голубой дверью.

- Моя комната.

Асоль толкнула не запертую дверь, и на Себастьяна нахлынули запахи десятков различных видов цветов, сырой земли, гниющих листьев и застоявшейся воды. Он прошел в комнату, под ногами что-то хрустнуло. Предметом под его кожаной туфлей оказался штекер для цветов. Хорошенько оглядевшись, Кастор поджал губы и уселся в более-менее чисто выглядящее кресло. На деревянном полу была рассыпана земля, грунт с наполнителями для цветов, миниатюрные садовые инструменты, опавшие и пожелтевшие листья. По стенам теснились не ровно прибитые полки, сплошь заставленные склянками с зельями для роста растений, назревания плодов, уничтожения паразитов и вредителей, средства от солнечных ожогов для листьев.

Под потолком, переливались в свете заходящего солнца, цветные бусины разных размеров и форм, нанизанные на тонкую леску вместе с цветными перьями разнообразных птичьих пород. Мальчик насчитал примерно пять своеобразных ловушек для снов.

Просторная деревянная кровать и объемный вещевой шкаф смотрелись как-то обычно, по сравнению со своими лиственными соседями. Комната была светлой и вполне уютной, если бы здесь хорошенько прибрались бы домовые эльфы, но все-таки это не могло скрыть бедность обстановки и острую нехватку дополнительной мебели. Здесь было всего лишь одно гостевое кресло, хотя он не думал, что гости были частым явлением в данной комнате.

Да, общественность немало бы удивилась, узнав, что дочь претендента на пост Министра Магии явно имеет материальные трудности. Как сам мистер Кенгсбери был довольнозажиточным человеком и на людях просто души не чаял в единственной кровиночке, пусть и сквибе.

В какой все-таки лживой реальности мы все живем.

Девочка уселась на кровать и откинулась на ее спинку, облегченно вздохнув.

- Как ты себя чувствуешь? – скорее для порядка, а не из-за беспокойства поинтересовался Кастор.

- Будто я муха, и меня прихлопнули увесистым справочником « Яды и противоядия».

- Что же вполне неплохо. Как скоро прибудет твой отец?

- Не знаю. Он редко бывает дома, но мне кажется, что здесь раньше окажутся авроры.

- Авроры? О, ты все о Зеркальной тюрьме! Мне кажется это маловероятным. Только по-настоящему Темные маги, уличенные в запрещенном колдовстве, оказываются там, ну еще насильники, убийцы, шпионы, рецидивисты и, пожалуй, изменники Родины. К кому ты хочешь себя причислить, дорогая?

- Моя мать была в Зеркальной тюрьме, - прошептала она, не шевелясь.

- О, твой отец постарался, или же она практиковала запрещенную магию? – теперь Себастьян выглядел хоть немного заинтересованным разговором.

- В ее роду были вейлы, но так давно что это уже не имело никакого значения. Гены были спящие и вряд ли когда-нибудь стали бы активными, может через несколько десятков поколений, что тоже не факт.

- Вейлы, интересно. Мистер Кенгсбери не слишком жалует Волшебный народ, как и людей с их генами.

- Да, - слабо ответила она. – Мне было три, когда мою мать забрали. Она сошла с ума там и вскоре откусила себе язык.

- Кхм, занятно, - постукивая указательным пальцем по подбородку, протянул Себастьян.

Он размышлял о том, что произойдет, если об их наследии узнает кто-то вроде такого мистера, как папаша девочки. Боюсь, им бы тоже пришлось спешно покидать Германию, возможно Франция, родина его бабки, примет их более благосклонно. О возвращении в Англию даже не хотелось думать, хотя чувство, что им еще предстоит вернуться на Туманный Альбион, определенно было.

- Девочка, я дома! – грудной голос возвестил их о прибытие Бартоломео.

Асоль слабо встрепенулась, порываясь встать, но ноги ее не держали, и она рухнула обратно на постель.

- Спускайся вниз, негодница. Ты же не хочешь, чтобы я поднялся в твой свинарник?!

- Как мило, - умилялся Себастьян, разворачивая кресло к входу и усаживаясь на него будто на трон.

Тяжелые шаги вскоре зазвучали по лестнице, сопровождаемые недовольным бормотанием, а вскоре и отдышкой.

Вначале показалось изрядное брюшко, затянутое в фиолетовый бархат, а затем уже и сам чиновник. Золотая цепочка карманных часов блеснула в солнечных лучах, льющихся из единственного окна. Пышные усы трепетали, мужчина жадно хватал воздух ртом - подъем наверх дался ему не так просто.

- Упрямая девица, ты… о. О! Господин Кастор! Какая честь принимать вас в моем доме!

Мальчик лишь церемонно кивнул, даже не вставая.

- Не думал, что наедине вы одариваете дочь такими, кхм, милыми эпитетами.

- Вы не так поняли! Это всего лишь игра такая. Ну, мы любим подразнить друг друга. Ведь так, милая?

- Не утруждайте себя в выдумывании оправданий. Я здесь не за этим.

- О, и в чем же состоит цель вашего визита?

Волшебник немного успокоился и даже позволил себе фирменную слащавую улыбочку.

- Ваша дочь принесла мне вассальную клятву, господин Кенгсбери. Вы понимаете, о чем я?

- Да. Что! Что вы сказали?! Ты мерзавка! – его аж затрясло, и он попытался броситься на дочь.

Остановила мужчину только упирающаяся ему в горло палочка.

- Прошу вас, давайте обойдемся без истерик.

- Сопливый мальчишка! Немедленно убери свою палочку! Ты посмел сделать мою дочь слугой!

- Попрошу вас сбавить тон, - прохладно проговорил Себастьян. – Не в вашем положении указывать мне, что делать.

- Ты не посмеешь…

- О, да неужели? Вы в очень невыгодном положении мистер Кенгсбери, и только мне решать измениться ли оно.

- Я превращу твою жизнь в ад. Ты даже не представляешь, какие у меня связи. Ты всего лишь ребенок, который решил, что он уже достаточно взрослый, чтобы вмешиваться в политику. Ты такой же никчемный, как и твоя мамаша. Заявились и уже решили, что все будут бегать перед вами на задних лапках? Ты лишь мелкий выродок.

- Какая пламенная речь для такого неудачника. Советую вам следить за словами, что срываются с вашего грязного языка. Может я еще ребенок, но заверю вас, я очень способный, и меня учат лучшие мастера своего дела.

- Чего ты хочешь, поганец? - прорычал Бартоломео.

- Для начала сбавить тон и вспомнить о своих манерах.

- Я вас слушаю, граф, - выдавил из себя взрослый мужчина и сложил губы в подобие вежливой улыбки.

- Замечательно, - проговорил юный маг и ударил старшего волшебника точно в солнечное сплетение.

Мужчина задохнулся и сложился пополам, все же устояв на ногах.

- Какая жалость, что я все еще ребенок, - невинно отозвался Себастьян, разглядывая свою узкую ладонь с идеальными ногтями. – Это небольшой аванс за оскорбление моей семьи, моей матери и меня в целом.

- Щенок…

Мальчик лениво взмахнул палочкой, даже не утруждая себя в произношении проклятия. Язык мужчины тут же намертво приклеился к небу.

- Теперь вы помолчите, а я обрисую вам ситуацию в целом.

Мистер Кенгсбери кивнул, с опаской поглядывая на юного графа. Его рука незаметно, пыталась нащупать собственную палочку в складках мантии.

- Она вам не к чему. Вам сейчас нужно лишь полностью обратиться в слух.

Короткая волшебная палочка покинула мантию своего хозяина и медленно проплыла в детскую ладонь.

- Пусть она побудет у тебя, Асоль.

Притихшая девочка устало кивнула, но глаза ее горели, предвкушая последующее изысканное представление. Как давно она мечтала, чтобы ее отца поставили на место, и ее господин делает это просто мастерски, с присущим ему изяществом.

- Вы обмолвились о своих связях, что ж вынужден вас разочаровать. Все подкупленные вами работники Министерства, включая и нескольких младших министров, в данный момент дрожат от страха за свою репутацию. Вы ведь в курсе, что моя мать на, так сказать, короткой ноге с Министром? О, неужели вы не знали! Мне казалось, об этом уже знают даже распоследние курьеры.

- Вся информация о ваших взятках, угрозах и нелегальном продвижении вашего законопроекта о резервации оборотней задокументированна и имеет несколько копий. Также мне известно о вашем превращенном в жизнь плане нападения на поезд оборотнями, дабы подвести общественность именно к нужной вам точке кипения, чтобы иметь голоса в поддержку вашего проекта. Меня просто удивляет ваша нетерпимость к Волшебному народу, как в прочем и сквибам. Вы необычайно двуличны, мистер Кенгсбери, как впрочем, и изворотливы. Но все, же недостаточно.

- Я Сюзерен вашей дочери, и отныне ваше отношение к ней серьезно измениться, как впрочем, и ваша политика, если вы не желаете, чтобы ваше «грязное белье» оказалось в газетах. Давайте же сотрудничать, - мило улыбнулся Кастор, снимая заклинание.

Мужчина пыхтел как паровоз, кончики его шикарных усов трепетали. На шее вздулась пульсирующая венка. Он тяжело вздохнул, попытался задавить свой гнев и взглянуть на ситуацию здраво.

- Что требуется от меня?

Себастьян позволил губам растянуться в улыбке триумфатора. Глаза его были холодны как лед, но внутри билось дикое пламя. Мужчине в очередной раз стало не по себе. Кажется, он зря недооценивал этого мальчишку.

- Во-первых, вы тихонечко сворачиваете свои политику против магических рас. Будьте уверены, я ведь пекусь лишь о вашем здоровье. Мало ли бешенных или обиженных оборотней в округе. Да и чего стоит гоблинам нанять какого-нибудь убийцу, ведь вы пытались влезть и в их дела.

- И, конечно, это никак не связано с нечестивостью вашей семьи? – хмыкнул тот.

- Разумеется, нет. И я советую поскорее выбросить всякую чушь по этому поводу, что вертится в вашей голове. Иначе может случиться всякое.

Себастьян выдержал многозначительную паузу и бодро продолжил.

- Во-вторых, вы наконец-то уделяете должное внимание вашей единственной дочери.

- Этому бесполезному сквибу?!

- Если вы не знаете потенциала вашей дочери, то это ваши проблемы, - холодно произнес мальчик. – Вы деликатно впихнете в ее голову все знания, которые необходимы леди, а также будете поощрять ее увлечения Травологией и другими вещами. И да, обязательной вещью должно быть ее поступление в Шармботон.

- Это невозможно!

- Разве я спрашивал ваше мнение?

- Ах ты, сопляк!

- Кхм, что же за дрянной язык. Оs oppressus,* - совершенно спокойно произнес Кастор, направляя палочку на левую коленную чашечку взрослого мага.

Бартоломео Кенгсбери взревел как раненный вепрь и повалился на пол. Тяжело отдуваясь, он катался по нему, не рискуя прикоснуться к покалеченной ноге.

- Надеюсь, вы больше не намерены подвергать мои слова сомнению.

Кастор издал легкий смешок и повернулся к девочке. Та жадно внимала каждому его слову.

- Забавно, не правда ли? Вы избавились от домовых эльфов и вам даже некого позвать на помощь. Бьюсь об заклад, теперь вы об этом жалеете.

- Не смей издеваться надо мной, - прохрипел маг.

- О, Кали-ма! Когда до вас уже дойдет, что вы не хозяин положения, и отныне ваша судьба зависит лишь от моей прихоти. Надеюсь, вы понимаете, что стоит мне лишь пожелать и Spiegel Gefängnis примет вас с распростертыми объятиями. Даже страшно представить, что вас ждет. Все время испытывать голод и жажду, которые невозможно утолить. И с каждым бесполезно прожитым днем терять часть себя, своих воспоминаний, прекрасно осознавая все изменения, что оказывает зеркальный лабиринт. Говорят, лишь особо стойкие в состоянии продержатся более двух месяцев, прежде чем Spiegel Gefängnis уничтожит их личность. Прекрасные перспективы, не так ли?

Мужчина тихо заскулил, наконец-то он полностью сломался и теперь был готов сделать все, что от него потребуют.

- Мои условия оглашены. Вам остается лишь подписать бумаги, и ваши мучения прекратятся.

- Я готов.

Наследник семьи Кастор щелкнул пальцами, и эльф из замка Бергердорф появился тут же. Он сжимал договор из кожи Двурога в тонких пальцах.

- Господин, - отвесил тот поклон.

- Чудесно, - удовлетворенно кивнул мальчик, забирая договор из рук домовика.

Он неторопливо подошел к лежащему на грязном полу мужчине и протянул руку.

- Вашу ладонь, мистер Кенгсбери.

Потная дрожащая ладонь оказалась стиснута в стальном захвате холодных пальцев. Себастьян провел по раскрытой ладони острым концом палочки, рассекая кожу. Он не переставал восхищаться палочкой из ясеня. Дерево начало пульсировать, поглощая предложенную кровь, и волшебник поторопился капнуть алой жидкостью на составленное соглашение, подозвав домовика. Исписанная чернилами кожа вспыхнула и занялась пламенем в его руке, обращаясь пеплом.

- Готово, можешь идти Балгер. Я хочу немного покататься по городу. Возвращайся домой.

- Слушаюсь, господин.

Кастор отбросил от себя руку мужчины, и она безвольно упала на пол.

- Наш разговор окончен, мистер Кенгсбери. Вы обязаны будете выполнить все условия, причем обмолвиться или же намекнуть о нашем разговоре вы ни кому не сможете. Магия не позволит. Если вы попытаетесь нарушить договор, чего я вам не советую, вы крупно об этом пожалеете. А теперь подите прочь, мне противно смотреть на вас.

- Моя нога. Неужели вы не поможете?

- Это ваши трудности и радуйтесь, что обошлись малой кровью. Вы чрезвычайно жалкий и ничтожный человек. Так что убирайтесь зализывать свои раны и не забудьте о вашей дочери.

Кое-как грузный мужчина все же поднялся, тяжело опираясь о косяк двери и бледнея всякий раз при попытке опереться на пострадавшую ногу. От лощенного и пышущего здоровьем волшебника не было и следа. Это был сломленный и полностью лишенный своих амбиций человек. Себастьян раздавил его как насекомое.

- Асоль, верни своему отцу палочку.

Девочка встала с кровати и подошла почти вплотную к покачивающемуся взрослому.

- Возьми папочка, - ее губы растянулись в улыбке. – Ну и кто теперь из нас жалок?!

В глазах мужчины вспыхнул безумный огонек и он, было, ринулся на дочь. Остановило его от этих действий простое замораживающее заклинание.

- Это было так по-детски, Асоль, - неодобрительно пощелкал языком мальчик.

- Прости, Себастьян.

- Не забывай, кто я для тебя. Учись очень старательно, ведь в будущем нас ждет непременно что-то грандиозное, - повторил он ее слова с усмешкой. – И не дай тебе Мерлин, не попасть в Шармботон, дорогая. Я буду очень расстроен. А теперь мне, пожалуй, пора. Я и так чересчур долго пользовался вашим гостеприимством. Балгер!

Тот же самый эльф предстал перед хозяином.

- Позаботься об этом господине, но не смей себя наказывать ясно?!

- Господин, слишком добр, - прошептал эльф сухими губами.

Мальчик издал короткий смешок и направился к дверям.

- Если вы вздумаете обидеть Асоль, я непременно об этом узнаю. Можете даже не сомневаться. Выполните условия, и будет вам счастье.

С этими словами мальчик наконец-то покинул эту запущенную комнату, этот неприятный дом.

Только удобно расположившись на заднем сиденье автомобиля, Себастьян смог расслабиться, откинувшись на мягкую спинку. Асоль он увидит не скоро, да и не особо горит желанием, по крайней мере сейчас, когда она не обучена и больше смахивает на Каспера, чем на живого человека. Еще проведение оммажа и закрепление клятвы ослабило его. Все же он еще не так силен, как бы хотелось. Кастор устало прикрыл глаза и выдохнул.

- Куда едем господин?

- Не хочу домой. Покатайся по городу, Фредерик. Я посплю.

- Разумеется, господин.

Черный BMW M3 мягко тронулся с места и покатил по проселочной дороге подальше от дома Кенгсбери и их проблем.

Оммаж* - (фр. hommage, от фр. homme (лат. homo) — человек, в значении «вассал») — одна из церемоний (имевшая символический характер), оформлявшая заключение вассального договора в Западной Европе средних веков.

Оммаж заключался в том, что будущий вассал, безоружный, опустившись на одно колено (два колена преклоняли только рабы и крепостные) и с непокрытой головой, вкладывал соединённые ладони в руки сюзерена с просьбой принять его в вассалы. Сюзерен поднимал его, и они обменивались поцелуями.

С VIII века оммаж стал сочетаться с клятвой верности — Фуа.

Оs oppressus* (латин.яз.) – дробить, раздробить, разрушить.

 
КитцунеДата: Суббота, 03.10.2015, 13:44 | Сообщение # 45
Подросток
Сообщений: 8
« 0 »
Замечательный рассказ !! Жду скорейшее продолжение сие восхитительного фанфика!!!!! ah clap
drool hands



КеТ СоРи
 
Форум » Хранилище свитков » Слэш » "Сахарный принц " !! 22 глава (ГП/ДМ,НЖП,ЛМ,ЛВ~слэш~NC-17~Драма/Прикл/Романс~макси~в работе)
Страница 2 из 2«12
Поиск: