Армия Запретного леса

Вторник, 22.08.2017, 00:22
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Игры в тени (ГП и др; G; джен; макси; в работе)
Игры в тени
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:41 | Сообщение # 1
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Название: Игры в тени
Автор: Linnea
Бета, гамма: Katana
Персонажи: ГП и другие
Пейринг: а бог его знает, как муза ляжет
Рейтинг: пока для всех - G
Категория фика: пока джен
Размер: макси
Отказ: герои - Роулинг, фантазия - моя
Саммари: история вроде та же, только дети другие, не такие наивные и невинные. Гарри в Гринфиндоре, но совсем не по той причине. Под носом у Дамблдора складывается очень интересная компания. Дети играют в роли, как в театре и никто не принимает их в серьез. Зря.
Статус: в процессе
Разрешение на размещение: получено.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....


Сообщение отредактировал Lash-of-Mirk - Четверг, 02.12.2010, 10:03
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:42 | Сообщение # 2
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Пролог.
Июнь 1996 года. После разговора с Дамблдором.
- Задолбало, как же меня все это уже задолбало, - Гарри в приступе злости жахнул дверью выручай-комнаты с такой силой, что та чуть не сорвалась с петель, и теперь продолжал, как тигр в клетке, метаться по комнате. Надо заметить, что это была совсем не та комната, о которой, наверное, не знал только слепой и глухой. Эта находилась на втором этаже в конце коридора в Северной башне.
- Успокойся, и объясни в чем дело? – Спокойно поинтересовался блондин, оторвав голову от подушки и посмотрев ясными серыми глазами на зеленоглазого брюнета.
- Да, действительно, что ты как зверь какой-то мечешься? – Тут же поддержал блондина синеглазый брюнет.
- И будь добр прекрати мелькать перед глазами, - еще один голос, который принадлежал рыжеволосому голубоглазому парню, который оторвался от котла с зельем, чтобы бросить взгляд на своего явно раздраженного лучшего друга.
- Убейте кто-нибудь Дамблдора, а, - Гарри замер на месте и обвел комнату взглядом, задержав его на каждом из присутствующих: четырех парнях и трех девушках – Драко Малфое, вольготно расположившемся на диване и закинувшем одну ногу на спинку этого самого дивана. Блейзе Забини, удобно устроившемся в кресле и читающем очередной шедевр из маггловской литературы, которым его снабдила никто иная, как находящаяся здесь же в комнате Гермиона Грейнджер, которая сидела на подлокотнике его кресла и лениво перебирала волосы парня. Роне Уизли, что-то увлеченно варившем в котле и сверявшимся с пергаментом на столе. Панси Паркинсон и Джинни Уизли, склонившимися головками друг к другу и что-то обсуждавшими очень тихими голосами и Невилле Лонгботтоме, сидевшем на подоконнике с энциклопедией по гербологии, но отсутствующим взглядом смотрящим через окно на Запретный лес.
После высказывания Гарри все семеро воззрились на него в попытке выяснить, не заразно ли бешенство их друга, и главное, в своем ли тот уме.
- И что на этот раз учудил наш дорогой директор? – Гермиона первой прервала молчание, не зря ее в этой компании называли аналитиком.
- О, он только что выдал мне собственную версию пророчества, - ядовито высказал Гарри.
- И как оно звучит? – Драко сел на диване и с ухмылкой посмотрел на Золотого мальчика Гриффиндора, которому там делать было нечего просто даже по складу своего характера.
- Суть в том, что или я Тома, или он меня, - хмыкнул Гарри.
- А поподробнее, - Джинни подалась вперед и заинтересованно склонила голову влево.
- Поподробнее?! – Хмыкнул Гарри. – Ну, раз поподробнее, то слушайте. Надеюсь, правильно запомнил: Грядет тот, у кого хватит могущества победить Темного лорда. Рожденный теми, кто трижды бросал ему вызов, рожденный на исходе седьмого месяца. И Темный лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы. И один из них должен погибнуть от руки другого, ибо ни один не может жить спокойно, пока жив другой. Тот, кто достаточно могуществен, чтобы победить Темного лорда, родится на исходе седьмого месяца.
- Даже так? – Протянула Панси. Остальные с интересом смотрели на темноволосого растрепанного юношу в круглых очках. А Гарри, похоже, только сейчас понял, что на носу у него очки, он в сердцах сорвал их с себя и забросил в самый дальний угол. Те звонко звякнули, возвещая, что стекла разбились.
- Он вот так просто выдал тебе пророчество? С какого перепугу? – Усмехнулся Рон.
- Я ему кабинет разнес, - на щеках Гарри заалел румянец.
- Что ты сделал? – Уточнила Гермиона, явно не поверив другу.
- Кабинет я ему разнес, - парень твердо посмотрел в глаза подруге. Откуда-то слева раздался сдавленный смешок. Гарри же продолжил. – По-моему, у него там не осталось ничего целого.
- Мда, Гарри, умеешь ты поддерживать имидж неуравновешенного психопата, а так и не скажешь, - сквозь смех выдал Невилл, спрыгивая с подоконника.
- Мне вот интересно, а сам директор вообще верит в те бредни, которые всем остальным на уши вешает? – Задумчиво протянул Драко.
- Ну, во что верит директор, даже сам Мерлин не знает, - хмыкнула Джинни., степенно пройдя до угла, в который улетели очки, провела над ними палочкой и подняла с пола уже целехонькие окуляры, после чего бросила насмешливый взгляд на блондина. – Но одно точно, он свято уверен в том, что Избранный у нас Гарри. Только он понятия не имеет, куда именно этот самый Избранный избран.
- Джин, прекрати нам мозги выворачивать, - бросил Блейз, который уже успел вернуться к чтению своей книги.
- Он тебя опять на Тисовую отправляет? – Спросила Панси.
- А куда же еще? – Хмыкнул Гарри.
- Блин, действительно, задолбало, - скривился Рон, отсчитывая помешивания в котле. – Нас же наверняка потянут на Гриммуальд, в штаб Ордена. Как же это уже достало меня до самой ручки.
- Спокойно, - произнес Драко. – Что-нибудь придумаем.
- Долго думать собираешься, Энштейн? – Джинни с усмешкой посмотрела на блондина.
- Что ты, солнышко мое, совсем чуть-чуть, - в тон ей ответил Драко.
- Вопрос ведь в том, а на кой... директор соврал про пророчество? – Блейз обвел взглядом друзей.
- Да, вот это действительно интересный вопрос, ответ на который меня более чем интересует, - кивнула Панси.
- Ну, пророчество разбито, - Рон взглянул на ребят.
- Ага, там был АД, никто его не слышал, - продолжил Невилл.
- Кроме директора его больше никто не знает полностью, - поддержала парней Джинни.
- И теперь можно говорить все, что угодно, - закончила Гермиона.
- Мда, только вот Дамблдор как-то не учел тот факт, что кроме АД в этой школе существует еще одна команда, - хмыкнула Панси.
- Я вообще поражаюсь тому, что за пять лет директор так ни разу и не понял, что мы совсем не те, кем кажемся, - покачала головой Гермиона.
- Да, никому не пришло в голову, что мы можем играть хорошо прописанные роли, правда, вот действительно надоело уже прятаться по углам, чтобы вот так посидеть всем вместе, - вздохнул Блейз.
- Да уж, - Невилл сел рядом с Драко и удрученно вздохнул. Блондин сочувственно похлопал друга по плечу.
- Может пора уже прекратить эту игру на публику и стать самими собой? – Спросила Панси.
- Готово, - выдал Рон, снимая котел с огня.
- Кто о чем, а он все о зельях, - хмыкнула Джинни, ласково глядя на брата.
- Ну, если Драко и Блейз сегодня не хотят варить их, то приходится мне, - пожал плечами рыжий.
- Ты не прибедняйся, а, - Блейз бросил насмешливый взгляд на друга. – Мы то уж знаем, как ты любишь зелья.
- Особенно портить их на уроках крестного, - рассмеялся Драко. – До сих пор удивляюсь, что он так и не вычислил, насколько профессионально ты, Гарри и Нев портите эти самые его любимые зелья.
- Давайте вернемся к нашим баранам, - Гермиона сморщила нос.
- Ну, давай вернемся, - рассмеялась Джинни, усаживаясь на пол рядом с Невиллом, вернее, у его ног. Панси села на второй подлокотник кресла Блейза, а Гарри на диван, так что Драко оказался между ним и Невиллом. Рон так и остался у стола, аккуратно разливая готовое зелье по бутылочкам. Драко несколько секунд наблюдал за ловкими действиями рыжего друга, а затем перевел взгляд на Гермиону.
- И так, мисс Я все знаю, что вы хотите вынести сегодня на обсуждение? – Драко с легкой улыбкой посмотрел на девушку.
- Фи, мой несравненный белый хорек, мы должны же, в конце концов, понять мотивы нашего дорогого всеми уважаемого самого светлого директора, - Гермиона ответила точно таким же тоном.
- Ну, не дает вам покоя этот случай, хоть стреляйся, - застонал Драко.
- А кто виноват, что у тебя анимагическая форма – хорек, - рассмеялся Невилл, похлопав блондина по плечу.
- Повешусь, без мыла, - закатил глаза Драко.
- Ага, и без веревки, - ехидно добавила Джинни.
- Джин, - предостерегающе произнес Драко, но девушка только показала ему язык, на что блондин махнул рукой, прекрасно зная, что все это только дружеское поддразнивание.
- Ребята, - Гермиона вздохнула. – У нас на самом деле серьезная проблема.
- Ага, а знаете, что заявил директор, когда я спросил его о той самой неизвестной Лорду силе? - вдруг произнес Гарри.
- Неужели, он ответил? – Рон даже замер с черпаком в руках.
- Мерлин великий, а он оказывается, нас слышит, - поддела брата Джинни, за что заработала от него мрачный взгляд.
- Ответил, Рон, еще как ответил, - рассмеялся Гарри.
- И? – Драко вопросительно посмотрел на брюнета.
- Любовь, - выдал тот.
- Что, любовь? – Не поняла Гермиона. Остальные тоже смотрели на Гарри с непониманием в глазах.
- Да сила эта, неизвестная Тому – любовь, называется, - криво усмехнулся зеленоглазый брюнет.
- Эммм, - Панси помотала головой, словно пыталась отделаться от какой-то назойливой мысли или еще чего. Рон аккуратно поставил на стол бутылочку, а черпак опустил в котел, и только после этого посмотрел на лучшего друга.
- Он совсем рехнулся на старости лет?
- Не знаю, Рон, не знаю, - покачал головой Гарри.
- Создается такое впечатление, что либо директор двинулся умом, либо действительно верит в то, что говорит и делает все во благо Света, - задумчиво произнесла Гермиона, затем посмотрела на Гарри. – Гарри, он просто тебе поведал пророчество, или как-то показал?
- В том-то и дело, что показал, через думосбор, как свое воспоминание, - сказал Гарри.
- Значит, он был уверен в том, что ты даже не подозреваешь, что воспоминание можно подделать, - резюмировала Панси.
- Да, Дамблдору это не известно, - усмехнулся Гарри.
- И что это может значить? – Джинни обвела всех взглядом.
- Ну, или наш директор очень хороший игрок, или он действительно, как сказала Герм, верит в то, что делает все только во благо, - произнес Блейз.
- Мне это не нравится, - нахмурился Невилл.
- Хорошо, мы хоть тебя из этой игры вывели, - вздохнул Драко.
- Не думаю, Нев тоже подходит под пророчество, и уверен, что директор все-таки держит про запас его кандидатуру. Мало ли что может случиться, - Гарри прикусил нижнюю губу.
- Пожалуй, тут я соглашусь, - кивнула Панси.
- Напрягает то, что Гарри ведь, в принципе, ничему толковому не учат, - произнесла Джинни. – Все, что мы знаем, мы выучили самостоятельно в эти пять лет. Также как и играть те роли, которые играем вот уже добрых пять лет.
- Ага, если подумать, что ты влилась в нашу компанию за год до того, как поступила в Хогвартс, - усмехнулась Панси.
- Да, взрослые явно слепы, - проворчал Невилл.
- Просто, они нарисовали себе ту картинку, которую хотят видеть, а на большее у них просто нет фантазии, - пожал плечами Рон.
- О, это ты про нашего Персика сейчас сказал? – Рассмеялась Джинни.
- И про него тоже, - хмыкнул Рон.
- Персик, он и есть Персик, - усмехнулась Панси. В этой компании не было никаких тайн, все все друг о друге знали, и именно это помогло стать им теми, кто сейчас сидел в этой уютной комнатке.
- Мы опять отвлеклись, - нахмурилась Гермиона.
- Нет, Герм, не отвлеклись, просто, все это как-то связано. Мы пять лет играли общественные роли, а никто и не заметил, что это не мы у кого-то в театре играем, а сами дирижируем спектаклем, - произнесла Панси.
- Ребята, надо решать, что будем делать. Гарри одного бросать на Тисовой нельзя, - Джинни оглядела друзей.
- Не проблема, - сказал Драко. – Сделаем то же, что и в прошлом году.
- Мда, только вот родственнички эти, - скривился Блейз. – Приструнить бы их как-нибудь.
- Приструним, - мрачно улыбнулся Драко.
- Что ты придумал? – Гермиона заинтересованно посмотрела на блондина.
- О, к ним в этом году нагрянет сразу несколько комиссий, и одна придет с проверкой того, как же проживает в их доме Гарри Поттер, особенно если учесть, что официально никаких документов на опекунство не оформлено, - мрачно улыбнулся Драко.
- Мы еще в прошлом год хотели все это провернуть, но оставили, а сейчас, думаю, самое время, - точно также улыбнулся Блейз.
- Фотографий у нас хватит на полнометражный фильм. Как только приедем в Лондон, посылка отправиться в социальный дел, - улыбнулась Панси.
- Вы хорошо поработали, - удовлетворенно покачала головой Гермиона.
- Да, пока эти все так увлеченно вас защищали, вернее, тебя и Рона, то мы пытались хоть немного облегчить жить Гарри, - Драко чуть нахмурился. – Все-таки они уроды.
- А то ты не знал, - хмыкнула Джинни.
- Знал, конечно, но такое отношение к национальному герою…, - Драко покачал головой.
- Воспитание характера, - хмыкнул Гарри.
- Только вот какого именно? – Мрачно поинтересовался Рон. – За такое воспитание убивать мало.
- Совершенно согласна, - кивнула Панси.
- Я вообще поражено тем, что Гарри стал тем, кто он есть за все эти годы измывательств у этих родственничков, - произнесла Джинни.
- Это точно, - кивнул ее брат.
- Ладно, с этим разобрались, - произнес Драко. – Будем действовать по плану. Дамблдору и этому вашему Ордену будет над чем подумать, а главное, как они будут бегать…
- Вопрос, что будет дальше? Гарри может оказаться в приюте, - Гермиона обвела всех взглядом.
- Магический мир этого не позволит, - произнесла Панси. – и сильно сомневаюсь, что до этого дойдет. Не забывайте, что Гарри будет шестнадцать, а уж документы из закрытой дорогостоящей школы-интерната Хогвартс будут представлены в отдел опеки мгновенно. Дурслям в этом году придется очень туго.
- Да, надеюсь, нам тоже удастся достать всех этих членов, - Джинни выделали последнее слово под общий смешок.
- Ладно, пора закругляться, завтра уже на поезд утром, - произнес Блейз.
Ребята стали подниматься со своих мест, чтобы покинуть свое пристанище, правда, вот делали все это не очень охотно.
- А помните, как все начиналось? – Вдруг остановила всех своим вопросом Джинни.

А, действительно, как все это началось? Как в одной комнате оказались столь разные люди? Люди, которые были врагами на протяжении пяти лет. Или все-таки все было совсем не так? Каким же путем шла эта история на самом деле?


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:43 | Сообщение # 3
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 1. Вперед в Хогвартс.
Гарри Поттер, мальчик, который только несколько часов назад узнал, что он волшебник, стоял перед зданием банка Гринготс вместе с полувеликаном Хагридом, лесничим школы Хогвартс, куда и должен был пойти учиться с 1-го сентября. Было очень много всего, на что мальчик хотел бы получить ответы. Но вот как их задать? С первой минуты он понял, что будет трудно, очень трудно, и, возможно, легче будет вести себя так же, как он делал до сих пор. Скрыть от всех все.
Всплески магии, которые стали проявляться у ребенка с пяти лет, только сильнее делали неприязнь Дурслей. Единственное место, которое было и его тюрьмой, и его убежищем все десять лет – это чулан под лестницей. Даже со всеми теми наказаниями, которые устраивали ему родственнички, Гарри не был уж таким двоечником, каким казался всем. Просто он всеми силами делал так, чтобы никто не узнал, как на самом деле ему нравится учиться. Он мог наизусть рассказать все свои учебники. Те книжки, которые изредка все-таки попадали ему в руки, ну в очень потрепанном виде после Дадли, также были зачитаны до дыр. Гарри мог любую страницу воспроизвести по памяти. Никто не замечал способностей мальчика, поскольку тот просто не афишировал их на публике. Даже Дурслям не приходило в голову, откуда маленький ребенок может знать, как приготовить курицу по-французски или свинину с грибами так, что за нее бы оторвал себе голову любой из шеф-поваров любого из ресторанов. Никому из родственничков не пришло в голову обследовать маленькую каморку Гарри, но если бы однажды им пришло такое в голову, то они были очень удивлены тем, что там нашли. Под ящиками, которые использовались, как стул и стол было спрятано самое дорогое сокровище – потрепанные книжки, порванные, покусанные домашними животными, те, что были выкинуты на помойку и вытащены Гарри для себя. Здесь можно было найти много чего интересно: учебники с первого по пятый класс маггловской школы, были даже и за классы старше; книги по кулинарии; детские, где не хватало множества страниц, но позволяло Гарри самому придумывать, что же там было такое; какие-то технические справочники; даже учебник по испанскому языку и словарь к нему; и много, много еще чего. Гарри жутко боялся лишиться своих сокровищ. Игрушки мальчика не интересовали совсем, хотя когда он был помладше, подарки на день рождения Дадли, на рождество, которые он не получал, вызывали боль, но в скором времени Гарри смирился с тем и стал прятать свои способности от всех. Он даже позволял Дадли и компании ловить себя иногда, хотя всегда мог уйти от столкновения задолго до того, как те видели его в поле своего зрения. Гарри был тем, кого все хотели видеть, хотя на самом деле был совсем другим. Даже в семь лет мальчик был умнее многих, кто сейчас был старше его вдвое, что уж говорить о Дурслях вместе взятых. Проблема состояло совсем в другом – внешность Гарри не соответствовала реальности. Он выглядел на несколько лет младше от недоедания, и даже физические работы, которыми нагружали его родственнички, ничего не могли сделать для решения этой проблемы. Как таковых друзей у него тоже не было, но были те, кто все-таки уделял время для мальчиков. Они сами были белыми воронами в школе, слишком умными для основной массы школьников. Именно они и снабжали Гарри учебниками старших классов, отдавали те книжки, из которых выросли, помогали, чем могли, но держали все в тайне. Они не хотели, чтобы их маленькому товарищу было еще хуже, чем есть сейчас. Они первые обратили внимание на странности Гарри, но приписали это тому, что мальчик, скорее всего, экстрасенс. Они же и помогали Гарри постепенно брать этот дар под контроль. Один из парней одарил Гарри книгу по хиромантии. Через некоторое время, а тогда Гарри исполнилось девять лет, и он перешел в третий класс, он уже легко читал по руке. Старшие товарищи также заметили способность Гарри предвидеть события наперед, что очень часто спасало их всех от разборок с бандами подростков. Именно они научили мальчика притворяться не тем, кто он есть на самом деле и использовать свой дар на полную. Единственной проблемой, которая сильно портила Гарри жизнь, это желание Дурслей выбить из него то, что они считали ненормальностью, дурью, уродством. Двойная жизнь мальчику давалась с трудом. Ему приходилось следить за своими действиями, словами, поведением. Частенько он забывался, и сразу же следовало наказание. Его запирали в чулане на несколько дней и часто без еды.
Это лето принесло Гарри несколько сюрпризов. Во-первых, его взяли в зоопарк, потому что оказалось, что не с кем оставить. Во-вторых, он обнаружил еще один свой талант – способность говорить со змеями и заставить исчезнуть преграду, как, впрочем, и вернуть ее на место. В-третьих, он получил письмо, правда, ему не дали его прочитать до тех пор, пока не явился этот лесничий, сделавший так, что у Дадли вырос поросячий хвост. Теперь многое вставало на свои места, особенно его способности, которые объяснялись довольно просто. Он – Волшебник.
И сейчас Гарри стоял перед банком Гринготс, где, как выразился Хагрид, было и состояние его родителей. Гарри, конечно, был удивлен всеми этими событиями, но все же никак не мог взять в толк как себя вести. То, как на него смотрели, когда узнавали кто он, ему совсем не нравилось. Гарри жутко не любил быть в центре внимания, а тут происходило именно это. Хагрид что-то говорил и вел его в банк. Гарри обратил внимание на слова, которые встречали всех входящих в банк:
«Входи, незнакомец, но не забудь,
Что у жадности грешная суть,
Кто не любит работать, но любит брать,
Дорого платит – и это надо знать.
Если пришел за чужим ты сюда,
Отсюда тебе не уйти никогда».
Там они прокатились на вагонетке, Гарри взял денег, потом они с Хагридом заглянули еще в один сейф, после чего отправились по магазинам Косого переулка. Они с Хагридом вели разговор о разных вещах, которые Гарри считал нейтральными для разговора. Все бы хорошо, но у мальчика появилось много сомнений и вопросов, которые по своему обыкновению он никому не задал. Здесь у него не было старших товарищей, которые могли бы помочь, а рассказывать тем, кто остался там, о магическом мире не стоило, как понял Гарри.
Следующим пунктом похода стал магазин мантий мадам Малкин, где Гарри столкнулся с еще одним будущим учеником Хогвартса. Их разговор оставил странный отпечаток в душе зеленоглазого мальчика, и появилось еще больше вопросов. Гарри не одобрял позицию блондина, но в то же время и понимал его. Мальчик пытался вобрать новую информацию, чтобы затем составить свое собственное мнение. Гарри довольно скептически отнесся ко всему тому, что ему рассказывал Хагрид, слишком уж все звучало как-то не так, словно его пытались в чем-то убедить.
Потом они сходили в книжный магазин, в аптеку, где приобрели все необходимое для первого курса. И вот, наконец, пришло время приобретения волшебной палочки. Магазин находился в маленьком обшарпанном здании. С некогда золотых букв «Семейство Олливандер – производители волшебных палочек с 382-го года до нашей эры» давно уже облетела позолота. В пыльной витрине была выставлена одна-единственная палочка. Когда Гарри и Хагрид вошли внутрь, где-то в глубине магазина зазвенел колокольчик. Гарри чувствовал себя очень странно в этом пустом помещении, где стоял только один стул, на который уселся Хагрид. У Гарри возникло еще больше вопросов, часть из которых вполне можно было задать, а вторую часть он оставил на потом, когда будет, у кого спросить.
- Добрый день, - послышался тихий голос. Гарри даже подскочил от неожиданности, и не он один. Хагрид быстро отходил от потрескавшегося стула, на котором он, видимо, и подпрыгнул. Гарри огляделся и вздрогнул во второй раз. Прямо перед ним стоял пожилой человек, от его больших, почти бесцветных глаз исходило странное, почти лунное свечение, прорезавшее магазинный мрак.
- Здравствуйте, - выдавил из себя Гарри.
- О, да, - Старичок покивал головой. – Да, да. Я так и думал, что скоро увижу вас, Гарри Поттер. – Это был не вопрос, а утверждение. – У вас глаза, как у вашей матери. Кажется, только вчера она была у меня, покупала свою первую палочку. Десять дюймов с четвертью, элегантная, гибкая, сделанная из ивы. Прекрасная палочка для волшебницы.
Пока Олливандер говорил, он подошел к Гарри вплотную, что вызвало у мальчика желание отвернуться или просто моргнуть. Ему до дрожи было не по себе. А Олливандер тем временем продолжил говорить. Сначала об его отце, затем о палочке, которая стала причиной молниевидного шрама на лбу мальчика, затем переключил внимание на Хагрида, и только после всего этого они подошли к тому, зачем собственно сюда явились – подбором палочки для Гарри. Гарри пробовал и пробовал. Он никак не мог понять, чего же ждет мистер Олливандер. Гора полочек росла, но ни одна не была той, которая подошла бы мальчику. Олливандера все это почему-то радовало. Чем больше коробочек он снимал с полок, тем счастливее выглядел.
- А вы необычный клиент, мистер Поттер, не так ли? Не волнуйтесь, где-то здесь у меня лежит то, что вам нужно… а кстати… действительно. Почему бы и нет? Конечно, сочетание очень необычное – остролист и перо феникса, одиннадцать дюймов, очень гибкая прекрасная палочка.
Гарри взял палочку, которую протягивал ему мистер Олливандер. Как только он коснулся палочки, из нее вырвались красные и золотые искры, а в ладони чувствовалось тепло.
- О, браво! Это прекрасно. Да, да, да, так, так… чрезвычайно любопытно.
- Что любопытно? – не выдержал Гарри. Мистер Олливандер уставился на Гарри своими выцветшими глазами.
- Видите ли, мистер Поттер, я помню каждую палочку, которую продал, все до единой. Внутри вашей палочки – перо феникса. Я вам уже это говорил. Так вот, обычно феникс дает одно перо, но в вашем конкретном случае он дал два. Вот это и представляется мне любопытным. Вас выбрала палочка – сестра той, что наградила вас шрамом.
Гарри судорожно вздохнул, а Олливандер продолжил.
- Да, тринадцать с половиной дюймов, тис. Судьба – странная штука. Я уже говорил вам, что палочка выбирает волшебника, а не наоборот? Так что думаю, что мы должны ждать от вас больших свершений, мистер Поттер. Тот-Кого-Нельзя-Называть сотворил много великих дел – да, ужасных, но все же великих.
Гарри поежился, но у него снова прибавилось вопросов, на которые хотелось бы получить ответы, но по какой-то причине мальчик не стал их озвучивать здесь. Дар снова сработал, давая понять, что это не место, а главное не те люди, с которыми надо все обсуждать. А за несколько лет, что он пользоваться своим даром, Гарри научился ему доверять, поэтому он просто заплатил за палочку семь галеонов, и мистер Олливандер с поклонами проводил их с Хагридом до двери.
Остаток дня Гарри был задумчив, даже немного потерял контроль и выдал то, что не хотел говорить, но ему повезло, что рядом оказался не такой уж проницательный человек.
Август Гарри запомнился лишь потому, что все свободное время, а это в основном вечер и ночь, он посвящал изучению новых книг, а также обдумыванию своего поведения в новой школе. Дурсли со страху переселили его во вторую спальню Дадли, правда, навешали на дверь кучу замков, опасаясь действий малолетнего волшебника, а Гарри было не до них. Он также исправно делал всю работу по дому, выводя Дурслей скоростью выполнения их заданий. Они никак не могли сделать так, чтобы ненавистный мальчишка был занят весь день напролет, но у Гарри были свои планы, которые никак не согласовывались с тайными и явными желаниями родственников. Весь август мальчик был занят тем, что пытался разложить по полочкам все, что увидел и услышал в Косом переулке. Очень ему не нравилась палочка. Он хоть и чувствовал ее, как свою, почему-то был уверен в том, что данная палочка не совсем является его. Многие вопросы оставались без ответа просто потому, что спросить было не у кого. Довольно скептически Гарри отнесся и к тому, что уж очень сильно похож на своего отца. Он справедливо заметил, что не возможно быть настолько похожим на кого-то, если даже не знаешь этого человека, и сильно сомневался, что отец жил в таких же условиях, что и он. За месяц ему удалось почти заучить наизусть все, что касалось первого курса, осталось только решить, как вести себя в новом мире. После долгих раздумий Гарри решил не отходить от уже привычной роли. Сначала следовало присмотреться, а уж потом выходить из тени. Придя к такому решению, мальчик с чистой совестью начал перечитывать учебники по магии. Все попытки Вернона Дурсля закрыть магические вещи в чулане, кончились ничем, вернее, они там были закрыты, но только первой ночью, когда Гарри их оттуда вытащил. Открывать замки он научился еще в шесть лет, при этом никакого всплеска магии не было. Так что все вещи перекочевали в новое место обитания. В сломанных вещах были сделаны тайники, а в полу найдено и место, куда можно было спрятать самое сокровенное, в данном случае палочку. Ею Гарри не пользовался, на всякий случай, но движения учил по учебникам со всем усердием с помощью линейки или прута, подобранного на улице.
Наконец, наступило 1-ое сентября. Дурсль-старший пыхтя, как паровоз, от гнева и почти не сдерживаемой ярости, отвез мальчика на вокзал, где и бросил на произвол судьбы. На удачу на помощь пришло рыжее семейство, и Гарри оказался на требуемой платформе девять и три четверти перед красивым поездом. Мальчик почти не запомнил ни разговора с новыми знакомыми. Впечатлений было масса. Даже играть роль впечатлительного мальчика не приходилось. Только усилием воли ему удавалось держать рот закрытым.
Гарри сидел в купе и прислушивался к разговору, который вело рыжее семейство. Ему совсем не нравилось то, как к нему относились. Эти постоянные возгласы: «Гарри Поттер! Это Гарри Поттер» - ужасно раздражали. Ему хватило одного разговора близнецами. В ходе всего этого представления появилось желание просто сойти с поезда и уйти, куда глаза глядят, только бы на него не обращали внимания, только бы быть простым, ничем не примечательным ребенком. Наконец, рыжие распрощались, и влезли в вагон. Гарри оторвался от окна, погружаясь в свои не очень веселые мысли.
Поезд тронулся. Гарри увидел, провожающие махали вслед поезду. На секунду ему стало завидно, но он быстро подавил в себе это чувство. Поезд стал поворачивать, провожающие исчезли из вида. Гарри оторвался от окна, погружаясь в свои не очень веселые мысли.
Он не представлял, что его ждет. Будет ли эта жизнь лучше той, что была? Сможет ли он, наконец, найти себе друзей? От размышлений его оторвала открывшаяся дверь купе, в которую вошел младший рыжий.
– Здесь кто-нибудь сидит? – спросил он, показывая на сидение напротив Гарри. – А то везде занято.
Гарри покачал головой, и мальчик сел. Он быстро взглянул на Гарри и сразу же перевел взгляд в окно, притворяясь, будто и не смотрел вовсе. Черное пятно у него на носу так и не оттерлось.
– Привет, Рон, - в купе ввалились близнецы, сразу внеся в него оживление.
– Слушай, мы идем в середину поезда – там Ли Джордан показывает гигантского тарантула.
– Хорошо, - буркнул Рон.
– Гарри, - сказал один из близнецов, - мы не представились. Фред и Джордж Уэсли. А это Рон, наш брат. Ну, увидимся.
– Пока! – попрощались Гарри и Рон. Дверь скользнула на место, закрывшись за близнецами. А дальше разговор потек в том русле, которое, мягко говоря, совсем не нравилось Гарри. Он чувствовал себя одновременно и умудренным опытом стариком, и ничего не знающим, не приспособленным к жизни зверьком. Вопросы рыжего мальчика ставили в тупик не тем, что он не знал на них ответа, а тем насколько они были личными и чаще всего бесцеремонными. Они говорили на разные темы, но Гарри никак не мог отделаться от мысли, что это разговор двух идиотов, хотя, что взять, они же в первый раз видят друг друга.
В купе заглянула продавщица сладостей. Ребята закупились, вернее, закупился Гарри, но ели они вместе. Неплохо повеселились, поедая всевкусные орешки. Затем в купе заглянул полный мальчик, которого Гарри видел на платформе. Тот искал свою, снова пропавшую, жабу. За ним следом, буквально через несколько минут появилась девочка, которая задержалась у них в купе, представившись Гермионой Грейнджер. Гарри еле сдержал себя, чтобы не показать своих навыков, выработанных за август. Он все-таки ушел в тень, предпочитая наблюдать и делать выводы. Рон выдавал много информации, которой Гарри не знал, ну не было ее в учебниках, особенно это касалось повседневной жизни волшебников. Гермиона, которая не была из волшебной семьи, тоже перечитала все книги, но, по мнению Гарри, была слишком зациклена на прочитанном, оказалась не способна заглянуть между строк, а главное, за рамки книг. Но ему нравилось это общение, если бы не постоянное удивление тем, что он Гарри Поттер, и последующее за этим его разглядывание.
Рон как раз расписывал Гарри наиболее интересные моменты одной квиддической игры, когда дверь купе еще раз открылась. Вошли трое ребят, и того, что стоял посередине, Гарри сразу узнал: это был мальчишка из магазина мадам Малкин. Он смотрел на Гарри с куда большим интересом, чем там, в Косой аллее.
– Это правда? – высокомерно спросил он. – Все в поезде говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Так это ты?
– Да, - Гарри окинул взглядом других двух мальчиков. Оба они были плотные и имели злобный вид. Стоя по обеим сторонам от бледного мальчишки, они напоминали телохранителей.
– Кстати, это Кребб а это – Гойл, - небрежно представил приятелей мальчишка, заметив взгляд Гарри. – А меня зовут Малфой, Драко Малфой.
Рон тихонько кашлянул, похоже, пытаясь скрыть смешок. Драко Малфой презрительно посмотрел на него.
– По-твоему, у меня смешное имя? Между прочим, я тебя знаю. Мой отец сказал, что у всех Уизли рыжие волосы, а веснушек и детей больше, чем они могут себе позволить.
Малфой снова повернулся к Гарри.
– Ты скоро узнаешь, что некоторые колдовские семьи гораздо лучше остальных, Поттер. Тебе не следует водить дружбу с неподходящими людьми. И тут я мог бы тебе помочь.
Он протянул руку, но Гарри не принял ее.
– Думаю, я и сам смогу отличить неподходящих людей, спасибо, - холодно отрезал он.
Драко Малфой не покраснел, но легкий розоватый отсвет все же появился у него на щеках.
– На твоем месте я был бы осторожнее, Поттер, - медленно проговорил он. – Не будешь вежливым, последуешь за родителями. Они тоже не умели отличить полезное от бесполезного. Будешь общаться с таким мусором, как Уизли или этот жуткий Хагрид, сам запачкаешься.
Гарри и Рон поднялись плечо к плечу.
– Что ты сказал? – процедил Рон. Лицо у него стало такого же цвета, что и волосы.
– Ах, ты собираешься побить нас? – издевательски спросил Малфой.
– Обязательно, - Рон сделал шаг навстречу Драко.
– Если только вы сейчас же не уберетесь, - сказал Гарри.
– А мы не хотим уходить, правда, ребятки? Мы уже все съели, а у вас еще осталось..., - Гойл протянул руку к столу – Рон рванулся, но, еще до того как он успел схватить Гойла, тот издал душераздирающий вопль.
У него на пальце висела крыса Рона, глубоко впившись маленькими острыми зубками в сустав. Троица отступила и тут же покинула купе, но явилась Гермиона, отчитавшая мальчишек и заявившая, что они подъезжают.
Пока переодевались в школьную форму, Гарри предавался мрачным мыслям, постоянно себя одергивая за то, что пошел на поводу первого желания. К Драко Малфою следовало присмотреться, тем более что и интуиция говорила, что мальчик-блондин может быть очень даже неплохим другом, как, впрочем, и рыжий, сидящий на противоположном сидении. Гарри полностью доверял своей интуиции, и сейчас всеми силами и словами клял свой темперамент, который всегда выскакивал наружу в самое не подходящее время. Но, как говориться, слово — не воробей, назад не воротишь, хотя и понимал, что Малфой тоже был отнюдь не так прав. «Ладно, время есть, я еще присмотрюсь ко всему, а потом уже буду принимать решение», - подвел итог Гарри своим размышлениям, но настроение все равно было мрачным, хотя улыбка на лице и светилась искренностью.
Поездка на лодках, встреча с Хагридом и многие другое запомнилось Гарри как-то со стороны, словно не он сидел в этой лодке. Все разговоры только и были о том, как пройдет распределение, кто на какой факультет хочет. Один Гарри пока не знал ответа на этот вопрос, просто потому, что интуиция молчала, но мальчик был уверен, что она ему подскажет верное решение, когда придет время. От этих размышлений Гарри оторвался только тогда, когда в поле зрения появился Замок. Мальчик почувствовал, как его затопило теплом. «Дом», - это единственное, что сейчас пришло ему в голову. Он, наконец-то, вернулся домой. Гарри не знал, что такое же ощущение испытали вместе с ним еще шесть первокурсников. Их приключения только начинались, время для соединения пока не пришло, им предстояло оказаться по разные стороны, но всему свое время.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:45 | Сообщение # 4
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 2. Распределение.
Гермиона, стоя в небольшом зале, все время тарахтела о том, что вычитала в книгах. Гарри только покачал головой, стоя рядом с рыжим мальчиком. Слушая девочку, которая была магглорожденной, как Гарри уже успел уяснить, это означало, что в семье до нее не было магов, мальчик сразу понял, что ей нужна будет затем помощь и очень серьезная. Она могла быть хорошей ученицей, но у нее была серьезная проблема – она не учила материал, а заучивала, а это могло здорово мешать, видел таких людей, однажды просто капитально клинило мозги, и на этом все успехи заканчивались. Гарри улыбнулся, сознавая, что таким вот образом Гермиона прячет свою растерянность и страх, страх, что не справиться, никому не понравиться.
- Я пойду только в Слизерин, - как бы Драко Малфой не старался, чтобы голос звучал надменно и высокомерно, получилось не очень удачно. Гарри спрятал улыбку, склонив голову. Гермиона все также продолжала трещать. Но вот двери открылись, и в зал вошла сухопарая женщина в остроконечной шляпе.
- Меня зовут профессор МакГоногалл, я заместитель директора школы волшебства и магии Хогвартс. Сегодня вы в первый раз переступили порог этого ученого заведения, и вам предстоит проучиться здесь семь лет. В школе существует четыре факультета, они названы по именам четырех Основателей: Годрика Гриффиндора, Ровены Райнвекло, Хельги Хаффлпафф и Салазара Слизерина. В Гриффиндоре учатся храбрые и смелые, в Райнвекло те, кто дорожит знаниями, в Хаффлпафф попадают трудолюбивые, а хитрым и изворотливым дорога в Слизерин…
Гарри перестал вслушиваться в речь профессора. Ему совсем не понравилось то, что он слышал. Про учеников, которые попадут в Слизерин, было сказано так, словно у них лбу выжигают клеймо, которое видно всем. В речи профессора слова «хитрым и изворотливым дорога в Слизерин» звучали, как приговор окончательный и который обжалованию не подлежит. Мальчик передернул плечами, не заметив, что стал объектом пристального изучения. Кое-кто среди будущих первоклашек решил, что лохматый очкарик не так уж просто, как это может показаться с первого взгляда и к нему стоит приглядеться.
- А теперь встаньте парами, и мы пройдем в Большой зал на распределение, - закончила свою речь профессор. Рон так и остался стоять рядом с Гарри. Толпа будущих студентов Хогвартса шумной толпой прошла вслед за МакГонагалл до Большого зала. Двери перед ними раскрылись, и из приоткрытых ртов раздался дружный возглас удивления и восхищения. Старшекурсники снисходительно смотрели на малолеток, которые впервые видели такие чудеса, как зачарованный потолок. Сейчас он был бархатно-черным, усыпанным звездами.
- Его специально так заколдовали, чтобы он был похож на небо, - прошептала Гермиона, которая каким-то боком оказалась снова рядом с ними. – Я вычитала это в «Истории Хогвартса».
Гарри постарался скрыть свое раздражение, он не любил тех, кто постоянно вот так выскакивал вперед, слишком привлекало внимание. Но тут его внимание привлекла шляпа, грязная, старая, лежащая на табуретке перед столом, за которым сидели преподаватели, постепенно в зале стало тихо, и тут шляпа шевельнулась. В следующее мгновение в ней появилась дыра, напоминающая рот, и она запела:
Может быть, я некрасива на вид,
Но строго меня не судите.
Ведь шляпы умнее меня не найти,
Что вы там ни говорите.
Шапки, цилиндры и котелки
Красивей меня, спору нет.
Но будь они умнее меня,
Я бы съела себя на обед.
Все помыслы ваши я живу насквозь,
Не скрыть от меня ничего.
Наденьте меня, и я вам сообщу,
С кем учиться вас суждено.
Быть может, вас ждет Гриффиндор, славный тем,
Что учатся там храбрецы.
Сердца их отваги и силы полны,
К тому ж благородны они.
А может быть, Хаффалпафф ваша судьба,
Там, где никто не боится труда,
Где преданны все, и верны,
И терпенья с упорством полны.
А если с мозгами в порядке у вас,
Вас к знаниям тянет давно,
Есть юмор и силы гранит грызть наук,
То путь ваш – за стол Райнвекло.
Быть может, что в Слизерине вам суждено
Найти своих лучших друзей.
Там хитрецы к своей цели идут,
Никаких не стесняясь путей.
Не бойтесь меня, надевайте смелей,
И вашу судьбу предскажу я верней,
Чем сделает это другой.
В надежные руки попали вы,
Пусть и безрука я, увы,
Но я горжусь собой.
Гарри внимательно выслушал песню, снова обратив внимание на то, как были выражены слова о Слизерине. Ему совсем это не понравилось, слишком явно указывали на то, что факультет плохой, хотя, судя по лицам остальных, никто больше не заметил в этом намека. Гарри встряхнулся и обратил внимание на МакГонагалл, которая уже начала говорить.
- Когда я назову ваше имя, вы наденете Шляпу и сядете на табурет. Итак, начнем. Эббот, Ханна!
Девочка с белыми косичками и со смущенным румянцем на щеках, спотыкаясь, прошла к табуретке. Шляпа скрыла всю верхнюю половину лица, но вердикт выдала мгновенно.
- Хаффлпафф!
Гарри следил, как один за другим к табуретки направляются ребята, а сам размышлял, ему не нравилось, что нет никаких видений, словно, все отдали на откуп судьбе, хотя предчувствие было, что вот-вот и перед глазами появится будущее.
- Грейнджер, Гермиона!
Гермиона чуть ли не вприпрыжку направилась к табуретке, как только надела шляпу, та крикнула на весь зал.
- ГРИФФИНДОР!
Рон рядом застонал, его этот безостановочно говорящий кошмар достал до ручки, на Гарри находил девочку забавной, а если научить ее разбираться в материале, логически его раскладывать, то цены ей не будет. Сделав еще одну заметку для себя, Гарри снова обратил внимание на распределение.
- Малфой, Драко!
«Без сомнения Слизерин», - решил Гарри. Он оказался прав, вердикт был однозначным. Наконец, судя по списку, подошла его очередь. Мальчик был совершенно спокоен насчет самого распределения как такового, его заботило только то, что нет видения, до сих пор.
- Поттер, Гарри! – Гарри направился к табурету, мельком взглянув на преподавательский стол. Одно мгновение – “Черный», с грязными волосами брезгливо сморщился, но это было почти незаметно, настолько быстро прошло, и на лице появилась непроницаемая маска. Второе мгновение – и голубые глаза за очками-половинками сверкают в предвкушении. Третье – доброжелательный взгляд сухопарой женщины. Гарри совсем не прислушивался к шепоткам, которые возникли сразу после произнесения его имени. Гарри как раз садился на стул, когда его настигло видение. Казалось, прошли часы, но самом деле всего секунды. Теперь он знал, как надо поступить. Шляпа скрыла его от всех.
- Гмм, - раздалось прямо ему в ухо. – Хмм. Ууууу… Мдааа… Хммм… И что с тобой делать? В тебе столько намешано, что на можно на любой факультет идти, но…
«Гриффиндор», - подумал Гарри.
- Не совсем то, что надо, - раздалось в ухе.
«Поверь, надо именно в Гриффиндор», - настойчиво думал Гарри.
- Но тебе было бы лучше в Слизерине, - голос прозвучал не менее настойчиво.
«Это будет не правильно и может привести к очень плохим последствиям», - подумал для шляпы Гарри.
- Это как? – заинтересовалась шляпа.
«Ты можешь видеть то, что есть у человека в мозгу, воспоминания?» - спросил Гарри.
- Я так обычно не делаю, но да, могу, - задумчиво произнесла шляпа.
«Тогда посмотри то, что произошло перед тем, как я сел на табурет», - попросил мальчик. В следующее мгновение он почувствовал, как ему в голову аккуратно проникли и четко захватили именно то, что он разрешил просмотреть. Целую минуту было молчание. Гарри осознал, что сидит на табурете уже, наверное, минуты две. Кое-кто должен был начать беспокоиться.
- Это ужасно, у тебя страшный дар, но он может тебе помочь в будущем. Я очень надеюсь, что нам с тобой еще удастся не раз пообщаться. И спасибо, что открыл мне глаза на некоторы… е вещи, - запнулась немного шляпа, но Гарри точно знал, что именно она хотела сказать. – Ты прав, надеюсь, ты все сделаешь так, как надо. ГРИФФИНДОР!
«Спасибо», - мысленно поблагодарил Гарри.
- Удачи, маленький провидец, умеющий исправлять то, что должно случиться, - произнесла шляпа, прежде чем ее сняли с головы мальчика. Гриффиндорский стол бурно радовался появлению у них на факультете Мальчика-который-выжил. А распределение шло своим чередом. Наконец, и Рон оказался в Гриффиндоре, чему безмерно радовались его братья. И вот последний первоклассник – Блейз Забини. Вспышка видения случилась за секунду до того, как шляпа уверенно провозгласила
- СЛИЗЕРИН!
Гарри оглядел зал, задержал на мгновение взгляд на Драко Малфое, а затем стал осматривать остальных, пропустив пристальное изучение себя самого со стороны слизеринского стола обладателем синих глаз. «Кто ты Гарри Поттер? И куда тебя хотела отправить шляпа? Может никто особо и не придал значения, что так долго шло твое распределение, но первоначально тебе был предложен не Гриффиндор, я уверен. И что произошло, прежде чем ты сел на табурет?»
Гарри вернулся к созерцанию своего стало, вернее пустой золотой тарелки перед своим носом, осознав, что безумно хочет есть, но не тут-то было. В центре преподавательского стола сидел Альбус Дамблдор, и сейчас он встал. На лице мага играла лучезарная улыбка, но зеленоглазый мальчик в круглых очках обратил внимание на глаза, а не губы. Надо сказать, что очки вообще-то ему совсем были не нужны, но об этом никто не знал. Дело в том, что зрение Гарри не было плохим. Просто во время одного из выбросов магии в детстве оно дало сбой, но затем все нормализовалось, а старшие друзья быстро продумав все, решили, что ему лучше носить очки и, собрав деньги с завтраков, заменили линзы с диоптриями на обычное стекло. Гарри не понравилось то, что он видел, совсем не понравилось, и дело было не только в посетившем его видении.
- Добро пожаловать! – произнес директор. – Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем начнется банкет, я хочу сказать несколько слов. Вот эти слова: Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Все, все спасибо!
Когда зал разразился аплодисменты, Гарри захотелось покрутить пальцем у виска, выражая свое мнение о маге, который нес такую чушь на глазах десятка взрослых и трех сотен детей. Правда, его напрягло то, что слова у этого самого мага расходились с выражением глаз. «Надо быть с ним осторожным», - решил Гарри, но надо было как-то реагировать, чтобы не вызвать лишнее подозрение у товарищей по факультету.
- Он… он немного ненормальный? – Гарри даже себе поаплодировал про себя, настолько неуверенно прозвучал его голос, задавая вопрос.
- Ненормальный? – Перси рассеянно посмотрел на лохматого первоклассника, но тут же взял себя в руки. – Он гений! Лучший волшебник в мире! Но ты, несомненно, прав, он немного сумасшедший. Как насчет жареной картошки, Гарри?
Гарри изобразил изумление, хотя на самом деле очень четко видел момент, когда еда появилась на столе. Осторожно наложив себе немного еды, объедаться он не хотел, ведь Дурсли не особо жаловали его, хотя и голодом не морили. Мальчик знал, чем чревато будет объедание для организма, который всегда не доедал, кстати, одним из последствий был не очень высокий рост. Он вообще внешне выглядел лет на девять, и всегда радовался своим смешным очкам, которые скрадывали истинное выражение глаз. Если их снять, то по глазам сразу можно было прочитать, что наивного доверчивого мальчика, за которого его часто принимали незнакомые люди, и в помине нет. Правда, так не считали на Тисовой улице, благодаря его родственничкам, распространяющим нелепые слухи. Медленно пережевывая пищу, Гарри решал для себя, что должен сделать. «Во-первых, надо выяснить все о родителях. Значит, первым делом мне нужно в библиотеку. Но как сделать так, чтобы об этом никто не узнал? Надо подумать. Во-вторых, все, что возможно, выяснить про себя любимого, про мальчика-который-выжил и так далее и тому и тому подобное. В-третьих, пока не высовываться со своими знаниями, для этого есть Гермиона», - определив основные задачи, Гарри успокоился, вернее, попытался. Что-то ему не давало покоя. Когда нахлынуло видение, Гарри только простонал про себя: «Третье за такой короткий срок».
Ничего собственно необычного он не увидел, в принципе, все как раз и начиналось. К столу подплыл призрак. Гарри не стал прислушиваться к разговору, так как уже знал его, просто вовремя вставлял свои фразы, «подслушанные в видении», а сам сосредоточил все свое внимание на мужчине в тюрбане, ожидая определенного момента. Мужчина поднял голову и посмотрел прямо на него – боль была острой и мгновенной, заставившей стиснуть зубы и чуть поморщиться. Гарри даже показалось, что его шрам раскалился. «Ну и что сие означает?» - философски поинтересовался сам у себя Гарри. Он не любил таких вот сюрпризов. Судя по словам огромного количества волшебников, которые все и все о нем знают, шрам оставил ему никто иной, как убийца его родителей, самый темный маг столетия, а значит, если боль сейчас пришла через шрам, то это должно что-то значить. Появился еще один пункт, который надо было прояснить.
Мальчик почувствовал неприязненный взгляд, направленный на него. Гарри поднял голову и встретился глазами с черным, как он его про себя назвал. «Мда, что-то быстро у меня появился враг», - пронеслось в голове.
- А кто это рядом с профессором Квиреллом? – спросил он у Перси.
- О, ты уже знаешь Квирелла?
- Встречались в Косом переулке, - ответил Гарри, чуть скривившись.
- О, не удивляйся, что он такой нервный, он же сидит рядом со Снейпом, а это самый страшный кошмар Хогвартса, знаток Темных искусств.
- Ужас, летящий на крыльях ночи, - пробубнил Гарри.
- Чего? – Перси удивленно посмотрел на мальчика.
- Ничего, - отмахнулся тот в ответ. Его спасло то, что Дамблдор встал со своего места и начал толкать речь.
- Хмм, - Дамблдор громко прокашлялся. – Ну, вот все и поели, и теперь я хочу сказать несколько слов. Прежде чем начнется учебы, вы должны запомнить несколько вещей. Лес рядом с замком – запретный, и этим словом все сказано. В первую очередь это предупреждение для первокурсников. Также это относится к некоторым старшекурсником, - директор красноречиво посмотрел на близнецов Уизли, а затем продолжил. – По просьбе нашего завхоза напоминаю, что не следует творить чудеса в коридорах Хогвартса. Тренировки по квиддичу начнутся через неделю. Ну и самое главное, правая часть коридора на третьем этаже закрыта на весь этот учебный год. Надеюсь, никто не хочет умереть мучительной смертью?
«Шутка, которая не шутка, но неправильно поданная. На кого она была сейчас рассчитана?» - размышлял Гарри над словами директора, изображая наивного ребенка, который посмеялся над словами директора.
- А теперь, прежде чем пойти спать, давайте споем школьный гимн! – прокричал Дамблдор. Гарри постарался сдержать себя и не закатить глаза. Ему это старый маг все больше и больше напоминал тамаду на свадьбе, только вот, по мнению Гарри, уж слишком директор переигрывал.
Все запели гимн, кто как хотел. Гарри просто коробило от этого, поскольку ко всему прочему у него был идеальный слух, а эта какофония просто резала ему ухо. Дамблдор с умилением поблагодарил всех и, наконец, разрешил всем пойти спать. Гарри уже чувствовал, что еще чуть-чуть, и он просто свалиться. Сегодня ему точно не придется сидеть на подоконнике, размышляя над бытием жизни, уж слишком хотелось спать.
Дорога до гриффиндорской гостиной была длинной и не добавила радости. Наконец, они были там, где надо. Им указали спальню первокурсников. Через пятнадцать минут все уже спали, настолько устали за этот день. Гарри, проваливаясь в сон, подумал, что все не столько и плохо, но в тоже время и совсем не хорошо. «Но один друг у меня уже точно есть».
Сон, приснившийся в эту ночь Гарри, был и странным и в то же время многое объяснял. Тюрбан на Голове профессора Квирелла настоятельно советовал перейти ему в Слизерин. Гарри проснулся, когда лоб обожгло болью, но усталость все-таки взяла свое, и он снова провалился в сон, но уже без сновидений.
В эту ночь еще один человек не мог отделаться от навязчивых снов, но в его снах присутствовал Гарри Поттер. Что-то было такое в черноволосом лохматом пареньке, что заставляло новоявленного слизеринца беспокоится. Он был уверен, что новенький гриффиндорец совсем не тот, за кого себя выдает. Что-то было в его поведении, что показалось ему до боли знакомым, но он никак не мог ухватить ту ниточку, которая помогла бы ему распутать этот клубок до конца.
Наконец, поняв, что все-таки ему стоит хоть немного поспать, завтра начинаются занятия, Блейз Забини свернулся на свой кровати и погрузился в сон.
Ни он, ни Гарри не почувствовали, как их обволокло теплом. Дом принял двух своих детей, но это были не все его дети, просто только эти двое были настолько открыты, чтобы связаться с ними.
Наступали новые времена, и новое поколение должно было само построить свою жизнь, такую, какой они хотели ее видеть. И Дом знал, что в этом суждено сыграть главную роль его детям, его восьми прекрасным детям, но насколько тернист будет их путь друг другу?

-----
песня взята из первой книги «Гарри Поттер и Философский камень»


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:45 | Сообщение # 5
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 3. Ночные размышления.
Директор школы волшебства и магии Хогвартс Альбус Дамблдор сидел в своем кабинете и задумчиво жевал свое любимое лакомство – лимонные дольки. Час назад он отпустил преподавателей с собрания, которое началось сразу после пира и продлилось почти три часа. Дамблдор никогда не озабочивался тем, что его профессора могут не выспаться. Сейчас было четыре часа утра. И директор был занят обдумыванием того, что случилось на распределении. Сказать, что ему не понравилось, как шляпа долго думала над тем, куда отправить отпрыска Поттеров, значит, ничего не сказать. Почему мальчик просидел на табурете так долго? Ведь все было понятно с самого начала, мальчик должен был без сомнения оказаться на Гриффиндоре, как и его родители. Все, конечно, сложилось так, как надо, но заминка была слишком очевидной. Куда шляпа хотела отправить мальчика и почему все-таки отдала предпочтение Гриффиндору? Размышления о сегодняшнем распределении привели Дамблдора к событиям давно минувших лет.

«Ретроспективы.
Он стоял у окна и наблюдал за четырьмя подростками-пятикурсниками. Все четверо были ему очень хорошо известны: слизеринец – Северус Снейп и три гриффиндорца – Джеймс Поттер, Сириус Блек и Ремус Люпин. Все четверо что-то обсуждали. Склонив головы над каким-то пергаментом. Вот к ним подошла девушка и встала между Снейпом и Поттером, взяв обоих под руки.
Он уже четыре года наблюдает за этой странной дружбой между четырьмя гриффиндорцами и слизеринцем, которую понять никак не может. Эта дружба полностью нарушала ход событий, ставила под сомнения все принципы и идеалы, которые были в школе, а перемен он не любил. Последние дни его мысли крутились только вокруг того, как вернуть все на свои места. Сейчас план начал созревать в его голове, четко обозначая все пункты.

Он сидел за столом на своем месте и наблюдал, скрывая улыбку в бороде. Вот уже три дня Снейп и гриффиндорцы не общаются. Вся школа пребывает в недоумении, не понимая, как могла вдруг так быстро разорваться дружба, связывавшая пятерых учеников, но больше всего было непонятно другое – странное отношение Лили Эванс к Джеймсу Поттеру.
«Ну, вот все и встало на свои места». – довольно подумал Дамблдор. – «Теперь не о чем беспокоиться. Зелье надо будет обновлять каждый месяц, но это не такая уж и большая проблема».

Естественно, Люпина. Поттера и Блека не исключили. А Снейпу он сделал вполне милое предупреждение. Мальчишка будет молчать, хотя его ненависть к мародерам ох как сильно возросла. Непонятно только, почему Эванс общается со слизеринцем? Конечно, их отношения не так хороши, как раньше, но все равно вполне дружественны. Стоит об этом подумать. Тут, правда, еще одна вещь – влюбленность Поттера в Эванс даже зелье побороть не могло. Такое случается только в одном случае, если любовь истинная. На Эванс оно сработало, а это означает, что девушка еще не определилась со своей привязанностью.
Отчуждение между Снейпом, Поттером, Блеком и Люпином приняло форму ненависти. Теперь можно было упокоиться.

Поведение Снейпа резко изменилось, он стал более мрачным, угрюмым, порвал все отношения с Эванс, обозвав ее «грязнокровкой», чего раньше себе никогда не позволял. Такое поведение даже Его немного удивило, но все шло более чем хорошо. Вот только вдруг вспыхнувшая ответная любовь Эванс к Поттеру совсем не вписывалась в его идеальную картинку.
Ему понадобилось пять недель, чтобы понять, никакие зелья и заклятия не помогут ему разлучить эту пару. Правда, вот Блек очень даже хорошо подпал под его влияние. Манипулировать этим импульсивным мальчишкой было очень легко, иногда даже не доставляло никакого удовольствия. А вот Эванс повлияла на Поттера не лучшим образом, почему-то девушка не поддавалась манипулированию, сама поборола действие всех зелий. Какое счастье, что никто не отменял действие Обливиэйт. Поттер под влиянием этой гриффиндорки, которая должна была попасть в Райнвекло, стал больше прислушиваться к девушке, чем к старшим товарищам. Его сопротивляемость вдруг повысилась в несколько десятков раз, но при его коэффициенте силы такое было почти невозможно. Эта загадка требовала разрешения.

Свадьба Эванс и Поттера, рождение ребенка, а затем пророчество, так неудачно или удачно подслушанное Снейпом и переданное им своему Господину. Как же уже было скучно жить, ничего нового не происходило, требовалось хоть какое-то развитие событий. И вуаля, вот оно. Снейп, конечно, не слышал все пророчество полностью, но и того, что удалось, оказалось достаточно, чтобы начать новый виток развития. Но тут возникла новая проблема. Снейп, придя к нему «сдаваться», а после пары раз общения с гриффиндорцами, вдруг смог сломать блок. Как оказалось, Эванс и Поттер все вспомнили еще раньше, сразу после рождения маленького Поттера. Это следовало исправить. Новый Обливиэйт пришелся как раз вовремя. Это было такое счастье, что не нужно было еще и на Блека с Люпиным тратиться.

Когда стало ясно, что Поттеры-старшие отошли в мир иной, Он вздохнул с облегчением. За последние полгода Снейп, Поттер и Эванс ломали заклятие памяти по два раза в месяц. Ему даже уже казалось, что легче было бы просто убить их, а то еще через полгода их всех троих надо будет класть в психиатрическое отделение больницы Святого Мунго. Так часто использовать настолько мощный Обливиэйт с модифицированием памяти на одном и том же человеке просто нельзя. Но тут просто как по заказу произошло убийство Поттеров, да еще и мальчишка каким-то непостижимым образом смог развоплотить Темного Лорда. К этому времени он уже знал, что своими силами никак не сможет справиться с монстром, которого сам породил. А теперь было ясно, что можно будет создать идеальное оружие для борьбы, да при этом еще и иметь запасной вариант в виде отпрыска Лонгботтомов. И главное, спокойно засадить Блека в Азкабан за предательство Поттеров. Одним махом убрать столько мешавших объектов.

- Сэр, я считаю, что могу дать мальчику все, - Снейп с какой-то затаенной мольбой смотрел на Него.
- Нет, Северус, – строго произнес директор. – Все уже решено.
- Но, сэр, - Снейп сжал кулаки, борясь с приступом злости.
- Нет, он будет жить со своими родственниками. Лили дала ему материнскую защиту крови, а единственный кровный родственник – сестра Лили, - директор говорил с Северусом, как с маленьким ребенком, при этом, уже подбирая момент, когда можно будет стереть ему память.
Северус отвернулся к окну и не видел, как поднялась палочка.
- Обливиэйт, - тихо прозвучало в кабинете. Еще пару минут и память будущего зельевара Хогвартса изменена так, чтобы все шло по желанию директора, правда, конкретного плана у него еще не было.

- Хагрид, в этом году в школу поступает Гарри Поттер, - Дамблдор осторожно начал разговор с лесничим.
- Правда? – как ребенок удивился тот в ответ.
- Я хочу, чтобы ты пошел с ним в косой переулок и помог с покупкой всего необходимого для первого курса. Мальчик почему-то так и не ответил на письмо, - Дамблдор с легким недоумением посмотрел на Хагрида, про себя думая, что лесничий так наивен и его легко направить в нужное русло.
- Я с удовольствием, профессор, - расплылся в улыбке тот. Полчаса ушло на то, чтобы дать Хагриду все наставления, как вести себя с Поттером-младшим.
После ухода лесничего Дамблдор позволил себе улыбнуться, план начал вступать в силу. План, который он разрабатывал последние два года. Время бездействия и мирной жизни пошло на убыль, наступали новые времена. Он чувствовал это как никто другой. Это позволяло крови бежать по жилам все быстрее.
«Конец ретроспектив»

Дамблдор посмотрел на шляпу, лежащую на полке.
- И что же было такое с распределением Гарри Поттера? – наконец, задал вопрос директор.
- Мы просто поболтали, - выдала та нехотя. – Не каждый день мне удается распределять мальчиков-которые-выжили после смертельного проклятия.
- То есть, ты во время такой официальной процедуры решила просто поболтать с мальчиком? – гнев все-таки прорвался наружу.
- Имею право, - брюзгливо ответила та.
- Ты не хотела отправить его на какой-нибудь другой факультет? – поинтересовался Дамблдор, чтобы унять до конца свои сомнения.
- Нет, - однозначно ответила шляпа. Директор успокоился и не обратил внимания на то, каким тоном было сказано это «Нет». Директор всегда был внимателен к мелочам, но шестой час утра и почти сутки на ногах сделали свое дело. Именно этот его просчет и будет стоить ему того, что хоть все и будет в дальнейшем идти по его плану, только вот контролировать события будет отнюдь не он.
- Хорошо, - Дамблдор устало потер переносицу. – Надо бы поспать хотя бы часа полтора.
Что по поводу всего думала шляпа, было известно только ей, но впервые она не знала, как относиться к нынешнему директору Хогвартса. Она слишком много увидела в голове у мальчика, который, по всей видимости, совершенно не собирался афишировать ни свой ум, ни свой настоящий характер, по крайней мере, некоторое время.

Еще один человек не спал в эту ночь и спать не собирался – мастер зелий Северус Снейп. Его сердце было переполнено злобой и ненавистью, направленными на одного единственного ребенка в данный момент – Гарри Поттера. Верил ли он в это чертово пророчество? Снейп и сам не знал ответ на свой вопрос. О, он прекрасно сознавал, какой ребенок придет в эту школу – избалованный, весь в лучах славы, любимый всеми. Ненавистный ребенок ненавистного человека, он еще пожалеет, что появился в этой школе.
«Кто бы сомневался, что Гарри Поттер будет учиться в Гриффиндоре. Но это дает мне шанс издеваться над ним в любое время. Он может думать о чем угодно, но я не собираюсь потакать всем его выходкам. Стоило ему появиться в зале, как все тут же уставились на него как на идола», - Снейпа передернуло от отвращения. – «Мальчишка заплатит мне за все грехи своего отца и его дружков. Он испытает все прелести жизни, которые пришлось испытать мне, по вине его отца. Я отомщу».
Снейп сел в кресло и мрачным взглядом уставился на огонь, с изощренной жесткостью придумывая все более едкие замечания, которыми будет награждать этого мальчишку. Он получал огромное удовольствие от своего занятия. Каждое новое придуманное замечание поднимало ему настроение, на губах, всегда плотно сжатых в тонкую полоску, сейчас играла злорадная улыбка. Время мести пришло, и не важно, что собирался мстить он совсем не тому человека, который по его мнению был виноват во всех его проблемах.
Гарри проснулся в пять часов утра от какого-то странного ощущения, словно кто-то усиленно думал о нем. Такое не раз случалось с ним в доме Дурслей. Это было странно, и немного пугающе, обладать такими дарами. Правда, он никогда не мог понять, кто же о нем думает и почему. Сейчас он мог с уверенностью сказать, что те, кто сейчас придавался мыслям о нем, были не совсем положительно к нему расположены.
Мальчик встал с кровати и, поежившись от холода, пронзившего его босые ноги, все-таки прошел к окну, ничего не надев на ноги. Гарри забрался на подоконник и прислонился щекой к стеклу, задумчиво смотря на лес. Тот притягивал его все больше и больше, хотелось выйти из дома и пойти туда, окунутся в его звуки. Гарри даже себе не мог объяснить, почему его так тянет в лес, но собирался это выяснить, он всегда доверял своим чувствам и интуиции.
Сейчас Гарри пытался еще раз осмыслить события, произошедшие с ним с момента, когда пришло письмо из Хогвартса. Многое стало понятно, но загадок стало еще больше. Чем больше он думал, тем сильнее ему не нравилось то, что происходило вокруг него. Он очень явно чувствовал, что его подталкивают к определенным действия и мыслям. Если бы он действительно был маленьким наивным и доверчивым мальчиком, которым, судя по всему, его считают, то, пожалуй, был бы безмерно благодарен Дамблдору и всем профессорам, что его вытащили из того ада, в котором он жил. Но он не был таким.
Слишком много было сделано в первый же день, чтобы заставить его задуматься над тем, что же происходит. За время до первого сентября помимо чтения и изучения новых книг, связанных с магией, он еще и думал, анализировал и искал пути решения задачи, которую перед ним поставили. Жить двумя разными жизнями для него уже стало нормой, и никаких проблем в том, чтобы продолжать эту игру, он не видел. Этот вопрос он уже для себя решил. Без особых на то оснований, Гарри не собирался показывать всем и каждому то, кем является на самом деле. Можно было бы стать самим собой, все-таки это новый мир для него, но, проследив все события, мальчик сразу же отринул эту идею. Раскрываться нельзя, а если судить о том, что его целенаправленно пытались навести на определенные мысли, то хотелось просто развернуться и уйти отсюда куда подальше. Но этот первый импульс Гарри подавил его в зародыше. Стоило во всем разобраться. Ему столько лгали, столько скрывали, а сейчас появилась возможность все узнать, узнать правду.
Гарри вздохнул, он смотрел в окно, поэтому не видел, что за ним наблюдают. Пухлый мальчик, его однокурсник, Невилл, пристально наблюдал за ним из-за полуприкрытых век. Но это не был взгляд, направленный просто на то, чтобы рассмотреть Мальчика-который-выжил, отнюдь нет. Невилл Лонгботтом смотрел на задумчивого мальчика на подоконнике. Он как никто другой понимал сейчас как тому сложно. Почему? Бабушка Августа была очень умной женщиной и еще несколько лет назад рассказала ему очень многое, в том числе и Гарри Поттере. Сейчас Невилл мог поклясться, что видит настоящего Гарри, не того, который был на распределении и в поезде. Так оказалось, что, похоже, не он один играет в этой школе не свою роль.
Невилл успел закрыть глаза и задержать дыхание за долю секунды до того, как Гарри посмотрел прямо на него. Стараясь дышать равномерно, как спящий человек, Невилл надеялся, что Гарри не заметит его истинного состояния. Гарри же соскочил с подоконника и подошел в своей постели, забрался под одеяло и свернулся клубочком. Невилл подивился про себя: Гарри двигался так, словно со зрением у него все было в порядке.
«Мда, надо понаблюдать за Гарри», - решил Невилл, после чего погрузился в сон. Гарри некоторое время прислушивался к дыханию своих однокурсников, а затем сам погрузился в сон.
Но было еще одно существо, которое внимательно следило за мальчиком. Маленькие глаза-пуговки крысы, пробравшейся в спальню, не мигая смотрели на кровать Гарри Поттера. Полог был откинут. О чем могла думать эта крыса? Почему ее так заинтересовал именно этот мальчик?

Этот день был насыщен размышлениями не только у некоторых личностей, находящихся сейчас в Хогвартсе, но и у тех, кто был за пределами школьного учреждения. Люциус Малфой, столкнувшийся с мальчиком-оборвышем у барьера на платформу девять и три четверти, только уже в своем поместье задумался над тем, что увидел. Сопоставляя все факты, мужчина все-таки сам смог вычислить, что оборванец, в одежде на как минимум пять размеров больше, является Гарри Поттером. Мальчик совсем не выглядел как ребенок, выросший в нормальной семье. Странно было видеть мальчика-который-выжил в виде обычного мага-грязнокровки. Чтобы не говорили в обществе, но полукровки, рожденные в браке чистокровного мага и магглорожденной ведьмы, и только в таком сочетании были невероятно сильны магически. За такими детьми выстраивалась очередь из тех, кто хотел заключить договор на брак. Малфой полночи провел в размышлениях, но пока не пришел к однозначному выводу, что же делать со своими умозаключениями. Оставалось только одно, что можно было сделать сейчас – это следить за ситуацией, но не вмешиваться в нее, пока не вмешиваться.

А в слизеринских гостиных все спали. Тот, кто мог бы в данную минуту размышлять о Гарри Поттере, для себя уже все решил, поэтому и спал спокойным детским сном, видя красочные сны.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:49 | Сообщение # 6
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 4. Преподавательский состав и первые столкновения.
Утро началось с того, что Гарри оказался, как теперь уже будет постоянно, в центре внимания. На него только пальцем не показывали. Отовсюду можно было услышать одно и тоже: «Вон он, смотри. Это который в очках? Ты видел его лицо? Ты видел его шрам?» и тому подобное. Эти шепотки уже достали его до предела. Все началось, как только он вышел из спальни первокурсников. Одни и те же люди специально проходили мимо него по нескольку раз, лишь бы еще раз взглянуть на его, особенно старались рассмотреть шрам. Гарри специально постарался прикрыть его волосами.
Помимо всех этих проблем в первый же день они с Рональдом Уизли, рыжим первоклашкой, умудрились заблудиться в этом лабиринте, состоящем из огромного количества коридоров, лестниц и дверей. Гарри сначала даже попытался их посчитать, но затем выкинул эту идею, споткнувшись на энной двери и энной лестнице. Добавляли хлопот и привидения. Гарри коробило, когда те проходили сквозь двери. Завхоз школы Аргус Филч поймал его и Рона, когда они пытались открыть одну из дверей. К сожалению, у завхоза была хорошая память, но при этом он еще и страдал излишней подозрительностью, а Гарри и Рон умудрились попасть в его черный список в первый же день. Проблема в основном заключалась в том, что дверь, которую они пытались открыть, вела в тот самый коридор на третьем этаже, о котором упоминал Дамблдор в своей приветственной речи. Филч постарался запугать мальчишек, если на Рона это подействовало, то Гарри довольно скептически отнесся к угрозам Филча. В самый критический момент их спас проходивший мимо профессор Квирелл.
Найти нужный кабинет оказывалось еще самым легким делом, зачастую занятия были просто изматывающими и очень даже не простыми, и дело не заканчивалось обычным помахиванием палочкой и произнесением пары странных слов, зачастую на какой-то смеси латинского и еще какого-нибудь языка.
Первую неделю Гарри знакомился с новыми профессорами и новыми предметами, которые не преподавались в обычной маггловской школе. Надо сказать, Гарри не очень-то и пытался скрыть от своих старших товарищей в маггловском мире те изменения, которые произошли с ним. Те довольно быстро поверили в такие изменения в жизни мальчика, просто потому, что они давали объяснения почти на все вопросы, которые возникали относительно способностей мальчика. Таких друзей у Гарри было всего пять, и те обещали писать ему через его сову.
Гарри сравнивал учителей, присматривался, составлял свое мнение. Довольно интересно было на гербалогии, где они изучали растения, причем в большинстве случаев довольно своеобразные и не встречающиеся в маггловском мире. По поводу профессора Бинса Гарри вообще ничего не мог сказать, кроме того, что он зануда и совершенно не приспособлен к преподаванию такого предмета как история. Гарри только поблагодарил небеса, что прочитал весь учебник истории еще дома, даже не один раз и знал все, что рассказывал профессор почти назубок, на память он никогда не жаловался. Преподаватель по чарам вызвал лишь умиление, а вот к МакГонагалл, своему декану, мальчик отнесся серьезно. Женщина предстала перед ним очень строгой и довольно суровой, но в то же время и справедливой. Она наказывала одинаково все факультеты, но и баллы раздавала также. На ее уроке они превращали спичку в серебряную иглу. Вот тут-то и случился первый казус за первые дни учебы. Гарри превратил спичку в иголку с первого раза, благо, что и обратное превращение он выполнил также быстро. Оглядевшись, Гарри вздохнул с облегчением, поняв, что никто, даже сосед по парте не заметил его действий. «Черт, надо быть осторожнее, я не хочу показывать, насколько я силен и способен. Ужасная промашка. Я должен быть посредственным учеником и не больше», - корил себя мальчик, намеренно неправильно двигая палочкой. Гарри настолько погрузился в свои мысли, а главное в попытки не выполнить задание, что не замечал ничего вокруг. Трансфигурация проходила совместно со Слизерином. Блейз через раз изучал своего знаменитого сокурсника, таким же тайным рассматриванием занимался еще один человек – Невилл Лонгботтом. Оба наблюдателя видели, что Гарри с первого раза выполнил задание, что не удавалось никому, но попытался скрыть свои успехи. Это удивило обоих, но если Блейз не пытался скрыть своих способностей, то Невилл делал это с полной отдачей. «Похоже, мы с Гарри одинаковые, оба скрываемся под масками. Только зачем это ему? Меня бабушка просветила насчет всего, а что же связано с ним?» - такие мысли блуждали в голове у Невилла.
Первокурсники и не только ждали урока у Квирелла, но Гарри довольно скептически отнесся к мужчине в тюрбане, особого восторга он у него не вызывал. Так оно на самом деле и получилось. Мало того, что урок напоминал юмористическое шоу, так еще и профессор заикался на каждом слове. Всю школу волновал вопрос тюрбана, от которого исходил странный запах. Какие только предположения не строились студентами, но Гарри это особенно не волновало. Его проблемой было то, что в присутствии Квирелла у него резко начинала болеть голова.
К пятнице Гарри довольно сносно изучил основные пути в Замке и уже мог спокойно найти дорогу до Большого зала. Этот же день принес сюрприз – Гарри получил свое первое письмо. Оно оказалось от Хагрида, который приглашал его на чай. Мальчик задумчиво смотрел на строчки, те нисколько не вселяли в него радости или еще чего-нибудь. Идти не хотелось, но быстрый взгляд на преподавательский стол только подтвердил его догадку – идти придется. "Как меня уже достало все это. Я тут всего-то чуть-чуть, а уже столько событий вокруг меня. Всем что-то нужно, всем что-то подавай", - мальчик попытался запрятать свое раздражение поглубже. В какой-то степени поход к Хагриду на чаепитие был небольшой передышкой перед зельеварением. О, этот предмет Гарри нравился, но вот отношение к нему профессора желало быть лучше. Еще на распределении мальчик обратил внимание на Снейпа, который глядел на него угрюмо и с какой-то брезгливостью и хорошо скрываемой ненавистью. Первый урок зелий был просто ужасным. За минуту до начала урока у Гарри было видение, которое и заставило его не отвечать на вопросы, хотя все ответы он знал, да и зелье он варил намеренно не правильно. Именно на зельях он и обратил внимание на Невилла Лонгботтома. Гарри с интересом наблюдал, с какой профессиональной сноровкой пухлый мальчик портит зелье. Его это заинтересовало, оказывается, не он один пытается скрыть свои способности. Он уже знал, что Лонгботтома все в Гриффиндоре, да и не только там, считали чуть ли не сквибом. Что-то в этом мальчике было сродни ему самому. "Стоит присмотреться", - решил Гарри. С Роном Уизли он сошелся сразу и как-то без проблем, но рыжий парень тоже был не так просто, как могло бы показаться на первый взгляд. "Такое ощущение, что у нас не курс, а одни конспираторы, а профессора почему-то не видят этого, или просто считают, что одиннадцатилетки не способны на такие вещи? Мда. Одни вопросы", - поморщился Гарри. Он ничего страшного или особенного не увидел в видении, но какая-то неприязнь по отношению к профессору зельеварения прокралась в самое сердце. Ненависти к этому, по сути, несчастному человеку мальчик не испытывал, это была жалость. Гарри решил дать профессору повод к себе относиться так, как тот хочет, согласно его предубежденности. Зачем? Он и сам не мог ответить на этот вопрос, просто стал подыгрывать Снейпу, позволяя толковать все согласно своим предубеждениям. Намеренно неправильно готовя зелье, Гарри наблюдал за действиями Невилла. Он безошибочно понял, что тот специально испортил свое, расплавив при этом котел Симуса. Крики Снейпа, наверное, слышал весь замок. Да еще и Рон неправильно интерпретировал его движение, решив, что Гарри хочет вмешаться в ситуации. Рыжий мальчик в ужасе зашептал.
- Не нарывайся, я слышал, что Снейп, если разозлится, может очень сильно навредить.
Гарри лишь вздохнул в ответ. Следующий час он был мрачен, как никогда. У него не было радужных представлений о Хогвартсе еще задолго до приезда сюда, а теперь с каждым днем он только все больше удостоверялся в своих первоначальных прогнозах. Гарри изобразил на лице вселенскую скорбь по поводу потерянных очков, хотя на самом деле ничего такого не испытывал. Ну не был он командным игроком. Для него имели значения только определенные люди, а таких в данный момент в этой школе пока не было. Сейчас его интересовали трое – Рон и Невилл с его собственного факультета и Блейз Забини из Слизерина.
К Хагриду он пошел вместе с Роном. Они довольно неплохо провели время. У Гарри даже поднялось настроение, но в то же время ему было жалко этого большого наивного человека, которого использовали в грязной игре, а он этого даже не замечал. Чем больше они говорили, тем лучше Гарри понимал, что от него скрывают информации. Если другие были способны прятать свои чувства и эмоции, то Хагриду это удавалось с огромным трудом. «Интересно, ему приказали пригласить меня на чай? Кажется, пока никто так и не увидел моего истинного лица. Ну и слава Богу», - размышлял Гарри под монолог Хагрида.
Посещение лесничего оставило у мальчика двоякое впечатление. Также он обратил внимание на то, что Рон как-то долго и мрачно что-то обдумывал после чаепития. Еще у Хагрида Гарри увидел кусок бумаги, это оказалась статья из «Ежедневного пророка», в которой говорилось о краже в Гринготсе. Стоило подумать обо всем в одиночестве.
Эту ночь Гарри снова провел на подоконнике, не замечая, что у него есть наблюдатель. А думать было о чем. Мысли о том, что не договорил Хагрид на их встрече, кража из банка, события всех этих дней, не оставляли его ни на минуту. И чем больше он думал, тем сильнее ему все это не нравилось. Гарри даже пожалел, что вообще поехал в Хогвартс и познакомился с магическим миром. Возможно, было бы лучше, если бы он никогда не познакомился со своим прошлым, но ему не позволили. Кто-то решил сначала лишить его этого мира, а затем вернуть совершенно необразованного волшебника обратно, снабдив невероятной историей его жизни, причем весь магический мир имеет о нем довольно предвзятое и совершенно неправильное мнение. Поверил ли он во все эти рассказы? Нет, конечно, но существовала одна маленькая проблемка – узнать правду ему тоже никак не удавалось. Сидеть в библиотеке ему нельзя, новый имидж будет исковеркан. Нужны были люди, которые помогли бы разобраться в ситуации, а, значит, надо было наводить связи. В данном случае тоже возникали свои трудности – слишком пристальное внимание уделяли лично ему, это раз; а во-вторых, слухи по школе распространялись еще задолго до того, как само событие имело место. Ни первое, ни второе ему было не нужно.
Гарри отвернулся от окна и окинул спальню задумчивым взглядом, остановившись на пологе кровати Рона, а затем на Невилла, хотя тут полог был откинут. Наблюдатель даже замер, боясь пошевелиться и выдать, что он совсем не спит. А Гарри выбирал, кому довериться, кому рассказать всю правду. Была у него на заметке еще и Гермиона, которая с самого начала проявила себя рвущейся к знаниям девочкой, только вот ему все время казалось, что ее надо срочно осадить, а то, в конце концов, дорога будет только одна – в палату для душевнобольных. "Ну, и кто мне может поведать реалии этого мира? Рон? Невилл? Черт, почему-то мне кажется, что ни тот, ни другой. Я что, не могу им довериться? Вот спрашивается, когда нужно, куда пропадает этот чертов дар?" – Гарри раздраженно нахмурился и отвернулся обратно к окну. Мальчик посидел еще несколько минут на подоконнике, а затем спрыгнул и забрался под одеяло, так и не решив, что же делать.
Невилл старался наблюдать за Гарри осторожно, чтобы не вызвать никаких подозрений. Свою неловкость он демонстрировал просто превосходно, да еще и бабушка подсобила, правда, эффект получился несколько неожиданным, и, как он знал, Гарри был не в восторге от свалившегося на него счастья. А началось все на первом уроке по полетам у Мадам Хуч. Гарри в тот день был невероятно раздражен, с трудом сдерживал ядовитые высказывания. Болтовня Драко Малфоя о полетах выводила его из себя, а тут еще и Рон о том же. Все первоклассники нервничали, особенно магглорожденные. Сам же он был спокоен и собран, хотя и заявил Рональду, что не хочет выставлять себя придурком перед Малфоем. И вот они уже стоят около метел и ждут распоряжений мадам Хуч. Сначала все шло более менее нормально. Невилл был спокоен, летать он умел с шести лет, но вот показывать этого никому не собирался. Как бы случайно он выронил из кармана полученную утром от бабушки напоминалку. К сожалению, падение с метлы оказалось не удачным – сломал запястье. Остальную историю он узнал уже в гриффиндорской гостиной. Гриффиндорцы заступились за него, после этого Малфой поднял его напоминалку, а Гарри вмешался. Хорошо то, что хорошо кончается. Гарри Поттер стал ловцом Гриффиндора, только вот сам герой дня был явно не доволен таким результатом. "Извини, Гарри, я не хотел тебя подставлять", - Невилл чувствовал себя виноватым. Мадам Помфри выпустила его через пару часов после происшествия. И сейчас Невилл наблюдал, как к Гарри и Рону подходит Малфой.
- Что, Поттер, собираешь вещички? Когда поезд?
- А ты смотрю, храбрый только в сопровождении своего домашнего зверинца, - холодно заметил Гарри.
- Дуэль, сегодня в полночь, - бросил Малфой. – Надеюсь, ты имеешь понятие о том, что это.
- Никаких проблем, - Гарри отвернулся от слизеринца, чем еще больше того покоробил, но сейчас у него было не то настроение, чтобы что-то исправлять. "Идиот, ну вот куда он лезет? То же мне снежная королева, эмоции так и прут из всех щелей", - раздраженно подумал Гарри, еще больше настроение ухудшилось от того, что о дуэлях он и понятия никого не имеет.
- Я буду вторым, Малфой, а кто у тебя, - подал голос рыжий мальчик, отвлекая Гарри от его мрачных мыслей.
- Кребб, - выплюнул блондин. – В полночь, в трофейном зале, - после чего в сопровождении своих телохранителей удалился.
- И что? – Гарри с трудом удалось скрыть свое раздражение. – Что за магическая дуэль?
- Второй номер нужен для того, чтобы вступить в дуэль, если ты погибнешь, - внес ясность Рон, не подозревая, что еще больше ухудшил настроение друга.
- Я случайно услышала ваш разговор, - тут как тут объявилась Гермиона Грейнджер. "Только ее сейчас не хватало", - мрачно подумал Гарри. - Я считаю, что ты не должен ходить по школе после отбоя...
- Это тебя не касается, - в один голос выдали Гарри и Рон, прерывая ее.
Гарри дожидался условленного времени в спальне, лежа на кровати и смотря в потолок. Невилл тоже не спал, переживая, что из-за него однокурсник оказался втянут в неприятную ситуацию. Незаметно для себя Невилл уснул на полу в коридоре.
"Придурок, какой я придурок", - корил себя Гарри. – "Куда все мозги подевал? Точно, оставил все дома. Это просто никуда не годится". В общей гостиной, как оказалось, их ждали – Гермиона была девочкой настырной.
- Ты? – прошипел Рон.
- Я чуть не рассказала все твоему брату, - Гермиона сердито посмотрела на Рона. – Перси – староста, он бы такого не допустил.
За всеми препирательствами они оказались в коридоре, и, в конце концов, девочке пришлось идти с ними, вернее, она сама на этом настояла. Пока они продолжали идти препираться, в основном, Рон и Гермиона, они натолкнулись на спящего Невилла, который проснулся за несколько минут до того, как однокурсники подошли к нему.
- Ой, как хорошо, что вы меня нашли, - пролепетал мальчик, ненавидя себя за такой пафос. – Я пароль забыл.
– Говори тише, Невилл. Пароль «поросячий пятачок», но он тебе уже не поможет – Толстая Тетя куда-то ушла, - заявил Рон.
– Как твоя рука? – спросил Гарри.
– Нормально, - ответил Невилл, демонстрируя руку. – Мадам Помфри вылечила ее в одну секунду.
– Отлично – слушай, Невилл, нам тут надо кое-куда идти, увидимся позже…
– Не оставляйте меня! – взмолился Невилл. – Я не могу быть один, Кровавый Барон уже два раза проходил мимо.
Рон посмотрел сначала на часы, а затем – с возмущением – на Гермиону с Невиллом.
– Если из-за вас нас поймают, я не успокоюсь, пока не выучу Проклятие Домового, - заявил он мрачным тоном.
Гермиона открыла было рот, возможно, затем, чтобы сообщить Рону все, что ей известно о Проклятии Домового, но Гарри страшным шепотом приказал ей вести себя тихо и поманил всех за собой. Они довольно быстро добрались до трофейного зала, но слизеринцев там не оказалось.
– Опаздывает, может, испугался, - шепотом предположил Рон.
Их всполошил внезапный шум в соседней комнате. Только Гарри поднял волшебную палочку, как раздался чей-то голос – и это не был голос Малфоя. Ребята перепугались и побежали, но, к сожалению, теперь все было намного сложнее. Нежданно-негаданно они оказались в том самом коридоре, что был закрыт для всех, а тут еще и Пивз, выкатившийся им прямо под ноги. Они влетели в дверь как раз ту секунду, когда Гарри посетило очередное видение. Мальчик застонал, а тут еще и Невилл стал теребить его за рукав.
- Что?! – Гарри постарался не рявкнуть, оборачиваясь, но увидел то же, что и минуту назад в видении – чудовищную собаку. Вот теперь стало страшно. Но видимо удача сегодня была на их стороне. Как они вылетели из комнаты, как добежали до гриффиндорской башни, а потом оказались в гостиной, никто не помнил. Вскоре все разошлись. Рон быстро уснул, а Гарри снова уселся на подоконник. Невилл вздохнул, поднялся с кровати и подошел к нему.
- Гарри? – позвал он однокурсника.
- Да, Невилл, - устало отозвался тот.
- Что тебя мучает? – спросил он. – То, что ты не можешь быть самим собой?
Гарри повернулся к мальчику лицом. На лице не было никакого выражения, а в глазах только усталость.
- Это так заметно? – наконец, задал он вопрос.
- Нет, если не знать, на что обращать внимание, - покачал головой Невилл. – Извини, что привлек к тебе излишнее внимание. Не думал, что так получится.
- Все нормально, мне тоже надо держать свои эмоции при себе. У меня так бывает, сначала делаю, а потом думаю, - улыбнулся Гарри.
- Я действительно виноват, Гарри, - Невилл сел на подоконник напротив худенького мальчика. – Я ведь тоже не такой. Судьба такая играть какую-то роль, чтобы никто не узнал какой ты на самом деле.
- Значит, я не ошибся, - кивнул сам себе Гарри.
- Ты заметил? – Невилл с какой-то надеждой посмотрел на мальчика напротив.
- Да, на зельях, - кивнул Гарри. – Ты ведь в них разбираешься?
- Ага, так тяжело их портить, я удивляюсь, что Снейп так и не заметил, как профессионально мы с тобой их портим каждый раз.
- У него слишком предвзятое мнение о Гриффиндоре, - хмыкнул Гарри. – Кстати, меня чуть в Слизерин не отправили.
- Меня тоже, - рассмеялся Невилл. – Она сказала, что с такими задатками мне там самое место, особенно если я буду продолжать вести такую игру. А ты почему оказался в Гриффиндоре.
- Я могу тебе доверять? – вдруг спросил Гарри.
- Нас двое, - серьезно произнес Невилл. – Мы одинаковые, вдвоем будет легче играть, друг друга можно будет прикрыть в случае чего.
- Гарри Поттер, - мальчик протянул руку, Невилл с улыбкой пожал ее.
- Невилл Лонгботтом.
- Мы те, кто мы есть, - улыбнулся Гарри.
- И не важно, что другие этого не видят, - кивнул Невилл.
- Главное, мы об это знаем, - закончил Гарри.
- Скажи, у тебя в очках простые стекла? – Невилл внимательно смотрел на собеседника.
- Что-то у меня слишком много проколов, - нахмурился Гарри.
- Нет, не беспокойся, я просто наблюдаю за тобой с первого дня. Не думаю, что кто-то еще заметил, - успокоил его Невилл.
- Так это был ты, - выдохнул Гарри. – Я уж думал, у меня паранойя развилась. Никак не мог вычислить, кто за мной следит.
- Извини, - виновато улыбнулся Невилл.
- По поводу твоего вопроса, как я оказался в Гриффиндоре, - Гарри прикусил нижнюю губу. – У меня есть дар, как я теперь понимаю, я, скорее всего, провидец.
- Ничего себе, - Невилл вовремя успел подавить в себе порыв воскликнуть. Надо сказать, что весь разговор они провели шепотом, чтобы не разбудить еще трех мальчиков в спальне. – Ты видел в видении эту собаку?
- Да, когда мы как раз вошли в дверь, но не понял сразу, что это та самая дверь, - кивнул Гарри.
- Значит, ты увидел что-то такое перед распределением..., - фразу прозвучала без вопросительной интонации.
- Да, и показал шляпе, а она сразу же определила меня в Гриффиндор, решив, что так будет лучше, - вздохнул Гарри.
- Это, наверное, тяжело, - посочувствовал Невилл.
- Есть немного, - Гарри прислонился головой к стеклу, глядя на друга.
- Что, ты думаешь, в школе делает эта собака? – Невилл хотел услышать мнение Гарри.
- Ты читал статью о нападении на Гринготтс? – вместо ответа спросил Гарри. После кивка он продолжил. – Ты обратил внимание, на чем сидела собака?
- По-моему, на люке, - попытался припомнить Невилл.
- Вот я и думаю, что тот сверток, который успели забрать из Гринготтса теперь у нас под носом, - произнес Гарри.
- Имеет смысл, - кивнул Невилл.
- Да, я тоже так подумал, - зеленоглазый мальчик кивнул.
- Мы ведь пока не будем афишировать нашу дружбу? – уточнил Невилл, меняя тему.
- Да, наверное, пока не стоит. Надо бы разобраться во всем, - кивнул Гарри.
- У тебя накопилось много вопросов? – спросил пухлый мальчик.
- Хватает, - горестно вздохнул второй. – Но сейчас нужно хоть немного поспать.
- Ты прав, - улыбнулся Невилл. – Мы во всем разберемся, Гарри. Нас ведь теперь двое.
- Да, нас теперь двое, - улыбнулся лохматый паренек, спрыгивая с подоконника. Через пятнадцать минут оба спали. На душе у Гарри стало спокойнее. Теперь у него есть тайный друг, такой же, как он сам, который всегда придет на помощь, как и он сам поможет Невиллу в любую минуту.
А в слизеринской гостиной сидел черноволосый мальчик-первокурсник, глядя синими глазами на огонь в камине. Он стал свидетелем свинского, как ему казалось, поведения Драко Малфоя. Хотя понять блондина он мог. Гарри Поттер отказал в дружбе тому, кто всегда получал все, что хотел. Злость, завить, обида – никогда не приводят к хорошему, а блондин с каждой минутой только усугублял ситуацию и не видел, что имеет дело не с таким уж и простым мальчиком.
"Надо мне поговорить с ним", - решил Блейз Забини. – "С ним и с Лонгботтомом".
Приняв такое решение, мальчик поднялся из кресла и пошел в спальню, надеясь, что гриффиндорец не попал в беду по вине Малфоя. Но если и так, то придется ему, Блейзу, выручать Гарри Поттера. Зачем? Блейз чувствовал, что все совсем не так просто, как всем кажется. Никто из преподавателей даже не мог подумать, что в школе как минимум три ученика играют роли, прикрывая свою настоящую сущность. "Завтра", - решил Блейз, погружаясь в сон.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:50 | Сообщение # 7
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 5. Первый союз и первые поиски истины.
Блейз стоял в стороне и наблюдал за Поттером, периодически бросая взгляды и на Лонгботтома. Он сегодня весь день пытался поймать то одного, то другого, но пока это никак не получалось. Слизеринец просто диву давался, как никто не замечает, что эти двое, родители которых больше всего пострадали от козней Темного лорда, хоть и находятся на расстоянии друг от друга, на самом деле очень близки, намного ближе, чем зародившаяся в поезде дружба между тем же Поттером и младшим Уизли. Блейз довольно быстро понял, что Драко не увидел того, что должен был бы, ослепленный своей обидой и завистью. Маленький герой магического мира был совершенно не рад такому стечению обстоятельств, которое сложилось вокруг него. Для слизеринца было очевидно, что Поттер лучше бы остался в тени, а не отсвечивал на всеобщем обозрении. Что-то подобное, но лучше удавалось Лонгботтому, которого, по его мнению, вообще не воспринимали всерьез.
Наконец, Блейз увидел, как Невилл встает из-за стола, явно покончив с ужином. Он дал немного форы гриффиндорцу, а затем встал из-за своего стола и направился следом, но так, чтобы это не бросалось в глаза. Выйдя из Большого зала, слизеринский первоклассник припустил на всех порах за Лонгботтомом, боясь снова его упустить.
- Постой, - крикнул он, увидев впереди Невилла, который как раз собирался завернуть за угол. Гриффиндорец остановился и обернулся, немного удивленно приподняв бровь. Еще бы, его остановил слизеринец, причем явно его преследовавший не для того, чтобы нанести оскорбления.
- Да? – вежливо поинтересовался Невилл.
- Надо поговорить, но лучше бы вместе с Поттером, но ему навряд ли удастся в ближайшее время отделаться от своего рыжего друга, - запыхавшись, произнес Блейз, подойдя вплотную к гриффиндорцу.
- Хмм, - выразил свое мнение Невилл, после чего сказал. – Ну, пойдем.
Они прошли по коридорам и через некоторое время вышли на площадку Астрономической башни, где сейчас никого не было. Другого конфиденциального места Невилл пока найти не смог. "Надо бы порыскать по замку, если у нас будут такие встречи, то думаю, никто не захочет их выставлять на показ", - подумал гриффиндорец, глядя на Блейза, собирающегося с мыслями и глядящего через парапет на Запретный лес.
- Ты что-то хотел? – нарушил молчание Невилл.
- Мне хотелось поговорить с вами обоими, но раз Гарри Поттер пока не доступен, я поговорю с тобой, - повернулся к пухлому мальчику Блейз, а затем задал прямой вопрос. – Ты на самом деле такой полный или это какая-то иллюзия?
- Хмм, - Невилл от удивления даже открыл рот. Немного придя в себя, он все-таки ответил. – Ни то, ни другое. Телосложение у меня действительно плотное, но я не полный, и это не иллюзия.
- Чары Основателей? – спросил Блейз.
- Нет, к Основателям я не имею никого отношения, как, кстати, и Гарри, хотя семью Поттеров издревле считают потомками Гриффиндора, - произнес Невилл.
- Хмм, я слышал, но ты говоришь, что это не так? – уточнил Блейз.
- Да, именно так, - Невилл прищурился, потом внимательно оглядел слизеринца. – Хмм, теперь, кажется, я догадываюсь, почему ты обратил на нас с Гарри внимание.
- Ты о чем? – удивился Блейз.
- Он о том, что ты похож на нас, - раздался голос Гарри за спиной мальчиков.
- Получил подсказку? – улыбнулся Невилл.
- Да, почти сразу, как ты вышел из зала, пришлось только отделаться от Гермионы и Рона, - пояснил Гарри. – Я много пропустил?
- Мы пока ни о чем таком не говорили, - пожал плечами Невилл.
- Я чего-то не понимаю? – вопросительно сказал Блейз.
- Смотря, что тебе надо? – в тон ему ответил Гарри.
- Я заметил, что вы оба хотите держаться в тени, но тебе, - прямой взгляд на Гарри, - это дается очень тяжело. Ты постоянно в круге внимания, все шепчутся и так далее, да еще и Малфой каждый раз подливает масла в огонь.
- Хмм, - выразили свое мнение гриффиндорцы.
- А еще, вы специально портите зелья, чтобы выглядеть неучами, то же самое на трансфигурации, - продолжил выкладывать свои наблюдения слизеринец.
- А ты очень наблюдателен, - Гарри с интересом посмотрел на Блейза. Об этой встрече он предупредил Невилла еще вчера, правда, вот с местом они никак не могли определиться, тем более что точного времени Гарри так и не смог сказать, как впрочем и о чем будет разговор, но однозначно заявил, что слизеринцу можно доверять. И только по этой причине они сейчас были столь открытые и честные.
- Вы оба играете роли, но вы совсем не такие, какими вас видят люди. Вам не место в Гриффиндоре, - серьезно заявил Блейз.
- К сожалению, это единственное место, где мы можем чувствовать себя в относительной безопасности и хоть немного вдали от назойливого внимания некоторых взрослых, - ответил на слова слизеринца Невилл.
- Вы говорите так, словно уговорили шляпу отправить вас к красно-золотым, - Блейз удивленно посмотрел н двух своих однокурсников.
- А если и так? – усмехнулся Гарри.
- И какой факультет, если не секрет? – спросил Блейз.
- Слизерин, - одновременно ответили два мальчика.
- Мда, - только и смог сказать слизеринец. – Жаль мне Гриффиндор.
- Переживет, - скривился Гарри.
- Знаете, нашего декана считают очень проницательным человеком, но я в первый же день убедился, что это не так. Либо все о нем слишком высокого мнения, либо у него больное сильно предвзятое мнение о Гриффиндоре, либо я вообще не знаю что, но он не смог увидеть того, что вижу я, - вынес вердикт Блейз.
- Снейп по какой-то причине меня ненавидит, - пожал плечами Гарри. – Думаю, это связано как-то с моими родителями, судя по его постоянным выпадам и словам, что я так похож на своего отца.
- И? – Блейз и Невилл вопросительно уставились на Гарри.
- Не похож, - покачал головой зеленоглазый подросток, сняв очки. Блейз несколько секунд смотрел в совершенно ясные глаза, когда, в принципе, после снятия очков, они должны были несколько затуманиться, как бывает у близоруких людей.
- Тебе не нужны очки, - твердо произнес слизеринец. – В кого ты играешь, Гарри?
- В того, кем не являюсь, - получил он ответ.
- Это я уже заметил, ты более сдержан, с хорошим чувством юмора. Тебя такого не вывел бы из себя Драко, - пришел к выводу слизеринец.
- Не все так просто, - улыбнулся Гарри. – У меня иногда импульсивность выскакивает наружу раньше, чем я успеваю подумать, что делать.
- Вы хорошо законспирировались, - усмехнулся Блейз. – Я хочу с вами дружить, по-настоящему и с настоящими.
Невилл и Гарри посмотрели друг на друга, а затем перевели глаза на слизеринца. Блейз мог поклясться, что те мысленно поговорили, хотя такое было невозможно. Ему навстречу были протянуты две ладони.
- Гарри Поттер.
- Невилл Лонгботтом.
- Блейз Забини, - решительно пожал обе руки слизеринец, а затем спросил. – И каковы наши планы?
- У нас задача номер один – выяснить все о Поттерах и том, что случилось в ту ночь, в Хеллоуин. Ни я, ни Гарри не имеем возможности заниматься этим, слишком будем выделяться в библиотеке, - произнес Невилл.
- Ага, значит, это моя задача, - кивнул Блейз. – Большого значения не имеет, как добыть информацию?
- Абсолютно, главное, чтобы никто не засек, чем мы занимаемся, - кивнул Гарри.
- Отлично, - Блейз уже прикидывал в уме, как лучше подступиться к этому вопросу.
- Это место не совсем подходит для встреч, - Невилл обвел площадку изучающим взглядом.
- Тогда задача номер два – найти скрытное место, и чтобы кроме нас троих о нем никто не знал, - кивнул Блейз. – Еще бы хорошо понять, чего это на тебя Снейп так взъелся.
- По ходу дела, но это не главное. Меня больше интересует, чего это директор мне Хагрида подсовывает в друзья?
- Ммм? – Блейз удивленно посмотрел на гриффиндорца. Гарри в двух словах рассказал мальчикам о том, как узнал о волшебном мире и как именно ему все это рассказали.
- Даааа, - протянули Невил и Блейз в унисон. – Не слабо тебе хотели промыть мозги.
- И я не верю, что это была инициатива лесничего, у него просто этих самых мозгов не хватило бы, - кивнул Гарри.
- Думаешь, директор имеет на тебя виды? – уточнил директор.
- Ага, имеет, нам бы еще надо прояснить ситуацию с коридором на третьем этаже, а главное, чего эта собачка там охраняет, - Невилл посмотрел на парней.
- Вы о чем? – не понял Блейз. Пришлось гриффиндорцам посвящать его в перипетии их ночного приключения чуть ли не половиной гриффиндорского первого курса.
- Малфой – придурок, который не видит дальше собственного носа, - буркнул Блейз. – Мозги ему вправить надо. Срочно.
- Оставь его пока, он нам не очень мешает, - отмахнулся от проблемы Гарри. – Зависть или съест его, или вправит мозги.
- Ты не понимаешь, Гарри, аристократов воспитывают иначе, чем всех остальных, - покачал головой Блейз.
- Но с тобой-то все в порядке, - хмыкнул Гарри. – Малфой слишком часто получал все на блюдечке с голубой каемочкой, и как только ему отказали, он тут же начинает действовать от обратного, вместо того чтобы разобраться, что же он такого сделал неправильно.
- Умеешь ты все разложить по полочкам, - усмехнулся Невилл. – Но нам пора расходится, а то попадемся Филчу, или не дай Мерлин, Снейпу.
- Так, тогда до встречи, а я займусь поисками информации о твоей семье, - Блейз пожал своим новым друзьям руки и первым покинул башню. Гриффиндорцы последовали за ним минуту спустя, только их путь лежал в гриффиндорскую башню.
Там все было почти также, кроме того, что не наблюдалась Гермиона Грейнджер. Судя по разговорам, всезнайку уже терпеть не могли, и, кажется, кто-то высказался на ее счет, что заставило девочку сбежать. Гарри не стал об этом думать сейчас. У него и своих проблем хватало. Рона он пока не хотел посвящать в свои тайны, не был полностью уверен в рыжем. Что-то его останавливало от честного общения с этим мальчиком. Вроде бы он был нормальным ребенком, но некоторые его суждения и поступки заставляли Гарри не подпускать парня совсем уж близко к себе, как он это сделал с Невиллом и Блейзом. Но в этих двоих он был уверен на все сто. "Нам нужен кто-то на воле", - подумал Гарри, и тут же усмехнулся формулировке, в которую облеклась его мысль. В голову почему-то приходил один человек, который смог бы помочь. Недолго думая, Гарри сел писать письмо, через час оно было готово, осталось только завтра его отправить. Встретившись взглядом с Невиллом, Гарри чуть заметно кивнул, на что получил ответ такой же кивок.
Оба гриффиндорца проснулись в шесть утра, быстро оделись и покинули гриффиндорскую спальню. Они не заметили мистера Филча, который проводил двух подростков задумчивым взглядом. Он прекрасно знал, что они всю ночь были в своей башне, но что могло заставить первокурсников, да и вообще студентов, выйти из своей гостиной и просто вылезти из кровати, когда на часах было всего пятнадцать минут седьмого. Завхоз проследил за мальчиками и стал свидетелем занятного разговора.
- Что? – Невилл посмотрел на друга.
- Это самый удобный вариант, - произнес Гарри.
- Но она..., - Невилл не договорил.
- Я попросил не распространяться на эту тему, - кивнул Гарри.
- Почему она? – спросил Невилл.
- Она не показалась мне такой уж дурочкой и влюбленной в меня идиоткой, как многие другие, - пояснил Гарри.
- Ну, поверю тебе на слово, - вздохнул Невил. – Пошлешь с Хедвиг?
- Нет, не стоит привлекать внимание, а то через полчаса вся школа будет знать, что Гарри Поттер кому-то пишет письма.
- Тогда, школьная сова, - решил Невилл, привязывая свиток к лапке рыжей сипухи.
- Дело сделано, теперь обратно в кровать, - решил Гарри. Мальчишки покинули совятню. Филч некоторое время стоял в задумчивости, пытаясь понять, что же он такое услышал, и что придумали это два гриффиндорца. Он как раз собирался покинуть свое укрытие, когда в совятню проскользнул темноволосый слизеринец, который тоже почему-то в такую рань решил отправить письмо. Завхоз остался в недоумение, такое в его практике было впервые. Он решил для себя взять на заметку этих троих.
Утром Гарри и Невилла подняли с трудом, но это так только казалось, оба давно уже не спали. На завтраке зеленоглазого гриффиндорца ждал сюрприз. Совы принесли ему в подарок от декана – метлу. И только два человека в зале обратили внимание на то, как на это в действительности отреагировал Гарри. Лишь на долю секунды на лице проступило раздражение. Но никто не хотел видеть настоящих чувств, даже директор видел лишь то, что хотел видеть, и им нужен был восторг самого молодого ловца за последние сто лет. Невилл несколько раз делал ему знаки, говоря, что тот сильно фальшивит и заметно, что он не рад. Но, как оказалось, это увидел только он, и как позже выяснилось – Блейз. На этом хорошие наблюдатели в Хогвартсе закончились. К свертку, в котором очень недвусмысленно угадывалась метла, была приложена записка: «НЕ ВСКРЫВАЙ ПОСЫЛКУ ЗА СТОЛОМ! В ней находится «Нимбус 2000», но я не хочу, чтобы ребята знали о том, что у тебя теперь есть метла, иначе все тоже захотят. Оливер Вуд будет ждать тебя сегодня в семь часов на поле для квиддича на первую тренировку. Профессор МакГонагалл». Гарри захотелось закатить глаза. Самое неуместное место, чтобы скрыть подарок. Который по форме и содержанию напоминает метлу, это был Большой зал. "Неужели, так сложно было передать ее Вуду, или вызвать, на худой конец, меня к себе и вручить ее по-тихому, если не хотите, чтобы все знали о том, что у меня теперь есть метла. А то теперь об этом не знает только слепой и глухой. Вот как Рон громким шепотом восхищается. Ужас, да и только", - подумал Гарри, подавляя все больше растущее раздражение. – "Лучше бы дома сидел, у Дурслей, чем тут в этом вареве. Не нужен мне ваш квиддич, не нужен". Успокаиваться он начал только после того, как заметил направленный на него немного испуганный взгляд Невилла. Сделав пару вздохов, Гарри взял себя в руки. Схватив подарок, он стремительным шагом, в сопровождении Рона покинул Большой зал, успев заметить только плотно сжатые губы зельевара. Но надо же было им наткнуться на Малфоя сразу же на выходе. Малфой выхватил у Гарри сверток и ощупал его, хотя этого и не требовалось. Рядом с ним стояли его бессменные телохранители.
- Это метла, - сказал он со смешанным выражением зависти и злости на лице, пихнув сверток обратно в руки Гарри. – Это тебе даром не пройдет, Поттер, первоклассникам строго запрещается иметь метлы.
- Заметь, это не какое-нибудь старье, - съехидничал не выдержавший Рон.- это «Нимбус 2000». Что там, ты говорил, у тебя дома? «Комета 260»? – Рон переглянулся с Гарри. - Выглядят они, конечно, ничего, но… совсем не тот класс.
- Ты-то что об этом знаешь, Уизли, твои предки себе и полручки от «Кометы» позволить не могут, - не остался в долгу Малфой. – Небось, вы свои метлы по хворостинке в лесу собираете.
Еще до того, как Рон успел ответить, у Малфоя за спиной появился профессор Флитвик.
- Надеюсь, вы не ссоритесь, детки? – тонким голоском поинтересовался он.
- Поттеру прислали метлу, профессор, - сразу же наябедничал Малфой.
- Знаю, знаю, - с сияющим видом отозвался профессор Флитвик, - профессор МакГонагалл все мне рассказала об особых обстоятельствах, Поттер. И какая же марка?
- «Нимбус 2000», сэр, - ответил Гарри, с трудом сдерживая смех при виде разочарования на лице Малфоя. – И подумать только, если бы не Малфой, я бы никогда не получил ее, - добавил он невинно.
Гарри с Роном спокойно отправились наверх, подавляя хохот – Малфой, совершенно очевидно, ничего не понимал, но все равно был страшно возмущен.
- А ведь это правда, - давясь, фыркнул Гарри, когда они дошли до вершины мраморной лестницы. – Если бы он не стащил у Невилла напоминалку, меня не приняли бы в команду…
- И теперь ты считаешь, что за нарушение правил всегда полагается награда? – донесся сзади сердитый голос. Гермиона, печатая шаг, поднималась по лестнице, неодобрительно глядя на сверток у Гарри в руках.
- Кажется, ты с нами не разговаривала? – напомнил Гарри.
- И не начинай, - посоветовал Рон. - Нам без этого так хорошо.
Гермиона проплыла мимо, высоко задрав нос. "Сколько пафоса", - фыркнул про себя Гарри. Настроение после такого облома для Малфоя у него поднялось, но все равно осадок остался, ведь он не просил для себя всех этих привилегий. Очень ему это напоминало ситуация с Дадли, которому все позволялось, ведь он такой хороший, славный ангелочек. Он же не может сделать ничего плохого. На самом деле в этом выступлении в сторону Малфоя он поддержал Рона только потому, что хотел дать ответ на подставу с дуэлью. Но, похоже, Малфой не понял.
Вечером состоялась первая тренировка, где ему объяснили все правила. Мальчику оставалось только вздохнуть и сесть на метлу. Ну не любил он эти безмозглые игры, не любил. Вот судоку или какая головомка, а это... Гарри как-то странно махнул рукой и взлетел. В отличие от игры его захватил сам полет. Здесь он чувствовал себя по-настоящему свободным. Он понял, что игра будет лишь бременем, а вот полет – это то, что будет только его, если ему, конечно, позволят. Тренировка ничего особого из себя не представляла. Вуд бросал камешки, а Гарри должен был их поймать. Он и поймал... все, к радости капитана. Команда теперь только и говорила, что с таким ловцом кубок будет их.
"Ну, и какого ты их ловил?" – зло поинтересовалось внутреннее Я, отвешивая подзатыльники.
"А черт его знает, рефлекс, наверное", - не менее зло отреагировал Гарри.
"Рефлекс, видите ли", - ядовито съязвило внутреннее Я.
"Отстань, и без тебя тошно", - огрызнулся Гарри. На этом милый диалог закончился, оставив Гарри мысленно осыпать себя всеми возможными словами.
Следующие несколько дней Гарри и Невилл, каждый по отдельности, пытались найти место для встреч, а Блейз осел в библиотеке. Малфой на время затаился, лишь бросал на Гарри недобрые взгляды. Неумолимо приближался Хеллоуин, но не по одному из пунктов ребята не продвинулись. Пока за несколько дней до 31-го октября Блейз не поймал Невилла и не сказал, что есть информация, вот только места, чтобы спокойно поговорить у них не было, тем более Гарри попал под пристальное наблюдение со стороны Малфоя, который что-то задумал. Тогда Блейз передал Невиллу бумаги, сказал, чтобы они с Гарри почитали. Вид у Блейза был, мягко говоря, мрачный, так что Невилл не стал ничего говорить.
Всю ночь мальчишки просидели в общей гостиной у камина, передавая прочитанные вырезки из газет друг другу, а также другие документы, которые Блейз выискал неизвестно каким путем. Невилл видел, как стал закрываться друг, читая всю эту, по большей части галиматью, но основные моменты они смогли вычленить. Получалось довольно безрадостная картинка.
- Гарри, от тебя слишком много скрывают, - заявил Невилл.
- Вижу. Кто такой этот Сириус Блек? – мрачно произнес Гарри.
- Понятия не имею, надо выяснить, - сказал Невилл.
- Надо встретиться с Блейзом, - решил Гарри.
- Где?
- В коридоре на третьем этаже, туда не ходят ученики, - произнес Гарри.
- Ладно, я ему передам, а тебе придется как-то отвязаться от нашего рыжего друга. Ты, кстати, не думал о том, чтобы привлечь его? – Невилл посмотрел на Гарри.
- Рано, он не готов, у меня пока нет в нем уверенности, - покачал головой зеленоглазый паренек.
Утром Невиллу удалось перехватить Блейза и передать сообщение, а Гарри в это время на завтраке получил долгожданный ответ:
"Привет!
Не вижу никаких проблем для нашего общения и союза. Спасибо, что увидел во мне нормальную девочку, а не влюбленную в тебя дуру, как считает все мое семейство. Знаешь, это жутко, когда родители с детства кормят тебя сказками. Я уже готова была тебя возненавидеть, когда увидела на платформе, совсем другого. Я сразу поняла, что ты не такой, каким кажешься всем. Ты умный и хитрый. И что ты собственно делаешь в Гриффиндоре?
Теперь о твоих вопросах. Я тут навела кое-какие справки, ну так, окольными путями, меня же все считают маленькой, еще бы самая младшая в семье. В общем, история темная и запутанная. Завтра папа берет меня в Министерство, думаю, я смогу кое-что прояснить. Что надо будет, пиши. Детей никто не заподозрить, могут лишь отмахнуться.
Пока, Джин. Не люблю я имя Джинни, хоть убей".
Гарри улыбнулся, прочитав письмо девочки. "А я не ошибся в ней, она не такая уж и простушка", - удовлетворенно подумал мальчик, пряча письмо в карман под удивленным взглядом Рона, который знал, что писать Гарри никто не может.
- Эээ, друг, а от кого письмо? – поинтересовался рыжий. "О как, а мы настолько бестактны", - хмыкнул про себя Гарри.
- Да, поклонники всякие, пишут, что я такой весь рассякой и замечательный, - Гарри позволил выйти наружу своей истинной сущности. Рон так и стался сидеть с отвисшей челюстью. Невилл догнал его уже коридоре.
- Не делай больше так, - прошептал мальчик.
- Ага, это было слишком, даже Дамблдор на тебя смотрел, хотя, думаю, он не слышал, что ты там говорил, - проговорил Блейз, на секунду притормозив около гриффиндорцев, а затем быстрым шагом направился в подземелья, где у них был первый урок на сегодня – зелья. Ничего нового там не произошло, как и следовало ожидать, кроме, пожалуй, того, что Гарри просто не обращал внимания на все выпады профессора. Портить ему зелье пришлось Блейзу, сидящему напротив через проход. А то у Снейпа был бы удар от идеально приготовленного задания. Да и Невилл помог с вовремя взорванным зельем. На парту Гарри легла записка. "Не витай в облаках. Б.". Гарри чуть заметным кивком поблагодарил обоих друзей.
После всех уроков они встретились в условленном коридоре, прошли его до конца и обнаружили небольшую нишу с окном, где и устроились. Они довольно долго разбирали известную всему миру историю Мальчика-который-выжил и пришли к однозначному выводу, что тут не все так просто. Слишком гладко все выходило.
- Тут какая-то история по материнскую защиту, - ткнул пальцем в статью Невилл.
- И что это? – скептически спросил Гарри.
- Надо выяснить, - решил Блейз, делая для себя заметку о том, что ему необходимо узнать. Он в этом трио, вернее, уже квартете, занимался информационной разведкой, как он сам ее окрестил, вторым шпионом стала Джин Уизли, мальчики решили называть ее так, как ей нравится. Гарри пока не мог ничего конкретного предложить от себя, поскольку все еще был слишком подвержен вниманию со стороны всех, что безмерно его раздражало.
- Хорошо, значит у тебя сейчас три задачи: Поттеры, Блек и материнская защита, - подвел итог Невилл. – Я попробую через бабушку тоже выяснить кое-что. А ты, Гарри, попробуй больше нигде не засветиться в ближайшее время.
Если бы Невилл знал, что его слова станут пророческими, и Гарри снова окажется в эпицентре событий и естественно привлечет к себе внимание. Хелоуин неумолимо приближался.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:51 | Сообщение # 8
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 6. Рыжий сыщик
Десятилетняя Джиневра Уизли вот уже довольно долгое время, а именно с того момента, когда смогла соображать, ненавидела имя Джинни всеми фибрами своей души. Но дома никому не приходило в голову называть ее Джин. И вот она сидит с первым в своей жизни письмом, в котором ее имя написано так, как она любит: «Джин». Но более того, письмо было от самого Гарри Поттера, того самого, которого она видела на платформе, и который так поразил ее в самое сердце, нет, она не влюбилась в него, как многие дурочки, выросшие на рассказах о легендарном мальчике, а тем, что оказался таким же, как она, скрытным и таинственным. Она сразу почувствовала эту ауру, которая просто пела, что Гарри Поттер совсем не такой, каким предстал перед ней. Но что она еще успела заметить на платформе, так это то, что был еще один мальчик-первокурсник, который скрывал от всех свое истинное лицо, но вот кем он был, она пока не знала.
Джин еще раз перечитала письмо, в котором Гарри просил ее помощи, если она, конечно, сможет что-нибудь узнать. Ей понравилось предложение Гарри о союзе. В письме мальчик указал, что в их небольшую группу вошли Невилл Лонгботтом и Блейз Забини. Когда она прочитала, с какого факультета ее союзники, то хмыкнула, это многое объясняло. Она решила не писать сразу ответ, а попробовать свои силы на поприще детектива.
На следующий день после получения письма девочка окопалась в сарае, где были собраны подшивки за последние двадцать лет разных изданий, в том числе и иностранных. В семье Уизли никто не имел представления, что маленькая сестренка и дочь выучила два языка – французский и испанский еще пару лет назад. Девочка была способной и умной, но никому и в голову не приходило обращать внимания на ее успехи. Несколько дней Джин скрупулезно просматривала газеты, а вечерами просила маму и отца рассказать ей истории Гарри Поттера. Те и рассказывали, только какую-то странную сказку, мало похожую на реальную историю. И вот, наконец, ей в руки попало несколько статей в испанской версии «Ежедневного пророка», скажем так, более компетентного, чем его английский собрат. Там было полное описание событий в Годриковой Лощине, а также краткая история рода Поттер и Лили Эванс. Джин после прочитанного материала весь день провела в своей комнате, делая записи в дневнике. История выходила какой-то уж слишком мутной. Во время ужина она насела на отца, исподтишка требуя взять ее в министерство, поскольку она не хочет идти с матерью к ее подруге и провести там весь день. Первой не выдержала Молли.
- Артур, да возьми ты ее, в конце концов. Сдашь Мориган в архив, ничего страшного.
Джин возликовала, архив был как раз тем, что ей нужно.
- Ладно, только встать нужно в семь утра, Джинни, - Артур устало посмотрел на дочь.
- Конечно, папочка, - девочка подскочила к отцу и чмокнула его в щеку. Через час в полет отправилась министерская сова, которая доставила отцу какое-то письмо. Это было очень вовремя. Ей прямо везло. В содержании письма не было ничего такого, но это только пока.
"Привет!
Не вижу никаких проблем для нашего общения и союза. Спасибо, что увидел во мне нормальную девочку, а не влюбленную в тебя дуру, как считает все мое семейство. Знаешь, это жутко, когда родители с детства кормят тебя сказками. Я уже готова была тебя возненавидеть, когда увидела на платформе, совсем другого. Я сразу поняла, что ты не такой, каким кажешься всем. Ты умный и хитрый. И что ты собственно делаешь в Гриффиндоре?
Теперь о твоих вопросах. Я тут навела кое-какие справки, ну так, окольными путями, меня же все считают маленькой, еще бы самая младшая в семье. В общем, история темная и запутанная. Завтра папа берет меня в Министерство, думаю, я смогу кое-что прояснить. Что надо будет, пиши. Детей никто не заподозрить, могут лишь отмахнуться.
Пока, Джин. Не люблю я имя Джинни, хоть убей".
Утром они отправились в Министерство. Джин вела себя как примерная дочка, какой ее все и воспринимали. Знали бы они ее истинную сущность, безмерно удивились бы, как у таких родителей, могло родиться такое дитя. Джин рано поняла, что ее совершенно не устраивает сюсюканье в свой адрес, но в то же время могла понять своих родителей, у которых была единственной дочерью. Чего она понять не могла, так это того, как такие люди не могли понять, что плодить таких же нищих как они сами не самое хорошее решение. В общем, из всего этого выходило, что Джиневра Уизли была, мягко говоря, сделана из другого теста. Она иногда замечала за своим братом, младшим из братьев странные вещи, но пока не смогла разобраться – это просто случайность, или братец очень хороший актер.
Артур привел дочь в свой отдел, но ее интересы не совпадали с отцовскими, поэтому полчаса спустя, когда Джин успела достать всех своими вопросами, а это она делала исключительно в целях того, чтобы ее отправили к какой-то Мориган в архив, отец сдался. Спустя четверть часа довольная Джин пила чай с пирожными с этой самой Мориган, оказавшейся симпатичной толстушкой, но насколько поняла девчушка, не слишком далекого ума, судя по разговору. Отведав угощения, Джин попросила позволения полазить по архиву, клятвенно обещав нечего не портить и не перемещать, также она спросила, может ли почитать какие-нибудь дела, если они ее заинтересуют. Мориган, умильно глядя на девочку, дала свое согласие.
Джин, оглянувшись пару раз по сторонам, принялась за свои поиски. "Как хорошо, что мама подкинула папе идею сдать меня в архив", - хмыкнула девочка, открывая каталог с карточками на букву П. Минут двадцать ушло, чтобы понять систему регистрации в министерском архиве, еще десять, чтобы найти Поттеров. Теперь она продвигалась в нужном направлении к стеллажу с делом рода Поттеров. Джин даже не ожидала, что "Дело" будет занимать весь стеллаж. "Похоже, тут все, что только может быть известно о Поттерах, с момента возникновения рода. И судя по пыли, никто никогда их не доставал. Интересно они ведут дела тут", - Джин скептически смотрела на восемь полок длиной по два метра, сверху до низу заставленную папками. В принципе, ничего сложного тут не было. Последняя папка на нижней полке была подписана именем Гарри. Джин достала ее и папку на Джеймса. После чего она нашла себе столик и углубилась в чтение. Мориган изредка появлялась в так называемом читальном зале и с умилением поглядывала на девочку. Джин же пыталась разобраться с документами. Что было плохо, так это то, что в архиве документы обновлялись сами и не все перипетии жизни определенного человека отражались в документах. Такое происходило только в домашнем архиве. Джин со вздохом откинулась на спинку стула и задумалась. Минут пятнадцать она не шевелилась, затем вскочила и ринулась к каталогу, еще через десять она тащила к своему столу довольно увесистую папку с именем Сириуса Блека.
Листая страницы, она искала дату 31 июля 1980 года. С этого момента она начала читать очень внимательно. Сириус Блек был магическим крестным Гарри Поттера. Обряд был проведен полностью и закреплен, о чем и говорил документ, в который девочка сейчас тупо смотрела. Рядом лежала копия судебного заседания, обвинения и вердикт Визенгамота, но не было никаких документов о том, что Сириус Блек был Хранителем тайны. Джин встала со своего места и прошла к столу Мориган в начале архива.
- Мисс Мориган, можно спросить? – Джин посмотрела на женщину.
- Конечно малышка, я тебя слушаю, - Мориган добро улыбнулась девочке.
- А родовыми документами никто не пользуется?
- А, вот ты о чем, - кивнула чему-то Мориган. – Дело в том, что это всего лишь констатация факта и по большому счету ничего интересного в них нет. Многие даже ставят запрет на обновление министерских архивов. Так что обычно в архив попадает свидетельство о рождение, смерти, о браке, оценки экзаменов. Вот и все.
Джин была удивлена, безмерно, ведь пролистав эти дела, она узнала довольно много интересного
- И когда в последний раз в них заглядывали? – спросила Джин.
- Ммм, дай подумать, - Мориган ушла в астрал на несколько минут. Наконец, она вернулась в реальность. – Это было еще до меня. Сейчас.
Джин странно посмотрела на женщину: "Она действительно настолько дура? Или просто не понимает, что делает и кому отвечает на вопросы?" В это время Мориган пролистывала журнал.
- А, вот оно, - воскликнула женщина. – Так, это было 2-го декабря 1981 года. Запрашивалось дело Джеймса и Гарри Поттеров главой Визенгамота Альбусом Дамблдором.
- Спасибо, - тихо сказала Джин. "Очень интересно. Если в папках Гарри и его отца копались, то могли оттуда пропасть какие-нибудь документы? Что-то я не помню в папке Гарри данных о крестном. Надо еще раз посмотреть", - решила девочка. Джин подняла голову и посмотрела на Мориган. – А вы знаете что-нибудь о Поттерах? Ну, о его школьных годах?
- О, я наслышана о нем и его компании, - улыбнулась Мориган. Женщине, сидящей в этом архиве без малого девять лет, не с кем было поговорить, вот она и нашла, с кем вести беседы, ее даже не беспокоили темы разговоров. – Я как раз перешла на пятый курс, когда появились они – Джеймс Поттер, Сириус Блек, Ремус Люпин, Питер Петтигрю, Северус Снейп и Лили Эванс. Первые четверо объединились и создали команду под названием "Мародеры"...
Джин, не перебивая, слушала рассказы Мориган о трех школьных годах мародеров, да и после того, как она окончила школу, до нее доходили слухи и не только о проказах этой команды. Девочка никак не могла понять, как Сириус Блек мог предать Джеймса, если они были почти как братья. Что-то во всей этой истории не сходилось. Мориган без задней мысли выложила ей и историю Хеллоуна 1981 года и последующих событий. Джин все-таки сделал вывод, что Мориган явно не в своем уме. Когда Джин вернулась к своему столу, то время уже было три часа. У нее оставалось только два, чтобы попытаться хоть как-то прояснить ситуацию. Она ринулась на поиски еще нескольких папок. Через полчаса на столе лежали дела Ремуса Люпина, Лили Эванс, Питера Петтигрю и Северуса Снейпа. Папки Лили и Снейпа она быстро отложила в сторону, поскольку ничего интересного для нее там не было. Причину неприязни мастера зелий к Гарри она поняла из рассказа Мориган. В деле Ремуса ее заинтересовал факт болезни ликантропией, больше там тоже ничего такого не было. В деле Питера Петтигрю отсутствовало несколько документов. Джин сначала подумала, что тут просто бумаги лежат не по порядку, но скоро поняла, что дело совсем в другом, но она нашла то, что все перевернуло с ног на голову, или скорее, с головы на ноги. Кто-то забыл убрать эту бумагу, где стояло упоминание о проведенном ритуале Хранителя, и Хранителем он был, судя по написанному, Поттеров. Джин положила перед собой папки Гарри, Сириуса, Джеймса и Питера. Она разложила документа во всех четырех по датам и теперь сравнивала их. Если бы ее сейчас увидел кто-нибудь из знакомых или родных, то их хватил бы удар. Этот ребенок сейчас ничем не представлял себе десятилетнюю девочку.
- Мориган, - крикнула Джин.
- Да, милая, - откликнулась женщина.
- А можно сделать копии с документов?
- Конечно, милая. Там в самом начале есть стол, на нем лежит черная коробка, положи туда то, что хочешь скопировать, можно все сразу, минут через пять-десять возьми копии из второй коробки – белой.
- Спасибо, - прокричала Джин, сгребая все папки и неся их к коробкам. К моменту, когда за ней пришел отец, все уже было запаковано и спрятано в подаренный Мориган пакет с детскими книжками. Так уж женщина была благодарна девочке за проведенный вместе день. Удивительно, но Мориган упросила Артура иногда приводить Джинни к ней. Девочка еле утаила свою радость, ей понравились эти шпионские и детективные игры, особенно, когда взрослые так безалаберны.
Вечер она посвятила тому, что доставала родителей вопросами. Естественно, промелькнул вопрос и о мародерах, но Джин выкрутилась, когда Молли и Артур стали спрашивать ее, откуда она о них знает. В общем, сдала близнецов. "Ха, а это двое из ларца, одинаковых с лица", - припомнила она одну сказку, кажется написанную каким-то русским писателем. – "Понятия не имеют, кто такие Мародеры, а я им и говорить не буду".
Полночи Джин разбиралась с копиями, теперь оставалось все это отправить Гарри, но так, чтобы об этом никто не узнал. В четыре часа утра в окно тихонько постучали. Оказалось, сова принесла ответ от Гарри на вчерашнее послание.
"Привет, Джин!
Рады приветствовать тебя в нашей команде и спасибо, что согласилась. Нам очень был нужен человек на воле, а ты подходила идеально, тем более что мне ты понравилась, так что и Блейзу с Невом тоже понравишься. Они мне доверяют. Я тебе хотел сказать, что будь завтра осторожно, не ходи в сад к дальнему забору. Поверь. В общем, у меня бывают видения. Если пойдешь, пострадаешь. Вот.
У нас завтра будет праздничный ужин. Все-таки Хеллоуин, но у меня совсем не праздничное настроение. А еще мне не нравится, как на меня смотрит директор..."
Джин оторвалась от письма и хмыкнула: "Еще бы тебе нравилось, тот еще дедушка оказывается", затем продолжила чтение.
"Так, в прочем, все нормально. Только вот прятать свои умения и способности жаль, но нельзя показывать. Я знаю, ты поймешь, о чем я сейчас пишу. Твоему брату, я имею в виду Рона, я пока не доверяю. Есть в нем что-то, что мне пока не понятно. Подумай, может у тебя есть насчет него идеи. Все-таки в одном доме были.
Еще напишу, сейчас все начнут вставать, нам еще с Невиллом надо добраться до совятни, чтобы его отправить.
Привет тебе от Нева, ну, и от Блейза тоже.
Гарри"
Джин улыбнулась, аккуратно свернула письмо и спрятала в своем тайнике. После этого она запаковала все документы, перевязала посылку и привязала к лапке совы.
- Я знаю, что тяжело, но это нужно обязательно доставить..., - девочка задумалась, потом улыбнулась. – Блейзу Забини.
Сова ухнула и вылетела в окно. "Да, Блейзу Забини, это не вызовет подозрений", - решила девочка.
На следующее утро все было спокойно, сама она встала только в одиннадцать часов, еще бы под утро лечь спать. Джин, если честно, была удивлена, что все получается так легко, но в то же время ее озадачивали сведения, которые она получила из документов. "Жаль, что нет доступа к семейным архивам...", - Джин замерла.
- Джинни, дорогая, сходи в сад, я оставила у дальней ограды..., - Джин не стала слушать мать, вылетев из дома и скрывшись в сарае. "Ээээ, что там Гарри писал про сад?" – мелькнуло у нее в голове. Через пятнадцать минут она просто пребывала в шоке.
- Мерлин всемогущий. А если бы я все-таки докричалась до Джинни, то наша девочка сейчас лежала бы в Святого Мунго с пробитой головой, - причитала Молли, баюкая раненную руку. Оказалось, что там лежали старые доски. Молли наступила на одну из них, и та, подлетев вверх, ударила ее по левой руке, чуть выше локтя, но самое страшное было в том, что из нее торчал гвоздь. Если бы пошла Джин, то точно получила удар в голову.
"Так, Гарри у нас провидец", - удивленно подумала Джин. – "Ничего себе вырисовывается перспектива". Маму забрали в больницу на сутки, чтобы провести полномасштабное лечение, а значит, Джин с отцом отправлялась в министерство, то есть к Мориган.
Девочка с головой ушла в изучение всего, что было связано с Сириусом Блеком. Хорошо, что в архиве хранились и судебные дела, но тут все было намного сложнее, поскольку этой частью архива, находящегося глубоко под землей, пользовались все время. Многого ей выяснить не удалось, но самое главное она узнала – Сириуса Блека никто не допрашивал, никаким образом, его просто отправили пожизненно сидеть в Азкабане. Не будь она такой умницей, не стала бы ломать над этим голову, а она была девочкой дотошной, особенно, если что-то совсем не стыковалось.
"Хмм, очень странно, словно его специально засунули в Азкабан, чтоб ничего лишнего не сказал под сывороткой", - лежа в кровати размышляла Джин. Чем больше она думала, тем сильнее у нее становились сомнения. Все было странно, запутано и в то же время шито белыми нитками. "Министерство, похоже, не задумывается над тем, что хранится у них в архиве. Дамблдор знал, но дальше дел Гарри и его отца не полез, ну еще в дело этого Петтигрю, который, судя по всему, и был настоящим предателем... Черт, вот дура, это же доказательство невиновности Сириуса Блека", - девочка вскочила с места и, схватив пергамент и перо, начала писать очередное письмо для Гарри, не зная еще, что в команде появился еще один человек, а сам национальный герой в очередной раз привлек к себе внимание, только вот он совсем не хотел, чтобы кто-то погиб.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:51 | Сообщение # 9
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 7. Хеллоуинские приключения и пополнение в команде.

Гарри проснулся от очередного, уже несколько раз повторяющегося сна. Все было так ярко, что он даже не сомневался, что видит кошмар. Такого просто не может быть в действительности. Мальчик встал с кровати и уселся на свое обычное место для размышлений. Остальные товарищи по гриффиндорской спальне первокурсников спокойно почивали в своих кроватях, вернее почти все остальные.
- Что случилось? – приподнял голову Невилл. Друг всегда чувствовал, когда Гарри не спит.
- Жуть какая-то приснилась, - поежился тот в ответ. Невилл выскользнул из своей постели и через пару секунд сидел напротив Гарри.
- Ты последние дни плохо спишь, - покачал головой Невилл.
- Ага, столько мыслей в голове, и чем больше я думаю, тем сильнее становятся мои сомнения относительно добрых намерений некоторых личностей, - поежился Гарри.
- Ну, тут даже голову ломать не надо. Профессоры заняли в отношении тебя довольно странные позиции, а еще, обрати внимание, никто из них даже не пытается тебе объяснить азы магии, словно ты рос в обычной магической семье. За это, кстати, говорит и опрос у Снейпа. Никому из них почему-то в голову не пришло, что ты больше походишь на магглорожденного, которому к тому же забыли провести ликбез о магии. А это в свою очередь объясняет поведение Гермионы Грейнджер, - Невилл посмотрел на друга.
- Мда, вот бы все так объясняли, - чуть насмешливо произнес Гарри.
- Ладно, пошли спать, особенный ты наш, - усмехнулся Невилл.
Мальчики и понятия не имели, что директор школы пользуется особыми привилегиями в Хогвартсе, и, пожалуй, не гнушается ничем, чтобы быть в курсе всех событий. Не были они уж столь самоуверенными, чтобы считать себя более умными, чем старый опытный маг, хотя и списывали многое на то, что Дамблдор никак не мог подумать на них, как детей давно уже перешагнувших через детство. Директор действительно задействовал в своей директорской деятельности различные способы контроля за ситуацией, вплоть до того, что портреты и картины служили ему в качестве наблюдателей и шпионов. Многих студентов удивляло, что Дамблдор точно знает, что произошло, как именно и кто участвовал. Многие обманывались его добродушным видом и искрящими глазами, такими понимающими. Но в этот раз все было совсем по-другому. Директор даже не понял, что портреты начали ему лгать, а лгали они только о трех учениках-первокурсниках. Они точно знали, кто пришел в школу, также как и призраки. Молчал и Филч, ему казалось, что происходит что-то совершенно странное, потому что он был одним из немногих живых, кто знал о метаморфозах двух гриффиндорцев и слизеринца, но предпочитал пока молчать. Завхоз не лез в дела магов, считая своей вотчиной выделенную ему сферу обязанностей. Если дети не нарушали правил, что ж, пускай делают то, что считают нужным, но все же считал нужным за ними понаблюдать. Гарри Поттера он уже видел с разных сторон и теперь пытался понять, какая же из них является настоящей.
Портреты рассказывали директору о двух мальчиках, которые так интересовали Дамблдора, но вот это было отнюдь не то, что происходило на самом деле. Ложь, полуправда и правда так сочетались в их доносах, что выявить истину уже не было никакой возможности.
Наступил Хеллоуин. Гарри три раза в неделю ходил на тренировки по квиддичу, старательно изображая на лице радость и восторг, хотя на самом деле все было с точностью да наоборот. Ему, конечно, очень нравилось летать, но именно летать, а не как придурок высматривать мячик с крыльями. Особенного счастья ему эти тренировки не доставляли, в том числе и непонятные, повторяющиеся из ночи в ночь сны.
- Вставайте, - воскликнул Рон, уже вовсю пытающийся запихнуть себя в одежду. – Мы на завтрак опаздываем.
Гарри вздохнул и открыл глаза, он проснулся еще десять минут назад, вставать жутко не хотелось, но надо было. Когда они выбрались из гостиной и поспешили в Большой зал, то почувствовали запахи запекаемой тыквы, разносившиеся по коридорам Хогвартса. Как-то сразу стало понятно, что сегодня праздник.
Первым уроком в это день стояли чары. Флитвик обрадовал всех тем, что сегодня они будут изучать чары, с помощью которых можно было леветировать предметы. У всех первокурсников загорелись глаза, поскольку они помнили первый урок, когда профессор заставил жабу Невилла пронестись под потолком, как ракета. Для занятий Флитвик разделил класс на пары. Гарри поставили в пару с Симусом Финниганом, Рону в напарники досталась Гермиона. Девочка так и не разговаривала с ними с того дня, как Гарри прислали метлу, но сейчас он обратил внимание, что оба его однокурсники просто излучали раздражение и негативные эмоции.
– Не забудьте выполнить тот изящный поворот запястья, который мы с вами репетировали! – проскрипел профессор Флитвик со своей книжной стопки. – Резко размахнуться и легко стегнуть, запомнили? Размахнуться и стегнуть. Кроме того, очень важно произносить волшебные слова правильно – не забывайте о колдуне Баруффьо, который сказал «в» вместо «н» и оказался с коровой на голове.
Гарри вздохнул, теоретические знания у него были, но здесь нужна была практика. Они с Симусом со всем усердием принялись за поставленную задачу, которая оказалась не такой уж и легкой. Симус был слишком сосредоточен на задании, а чуть дальше на соседнем столе лежало еще несколько перьев. Гарри посмотрел на них, сделал правильные пассы и произнес заклинание. Перо перед ним так и лежало, не шелохнувшись, но три пера с парты перед ним легко поднялись под самый потолок. Никто этого действа не увидел. Гарри оглянулся и столкнулся взглядом с Невиллом, который пальцем показал на потолок, а затем покачал головой, укоризненно усмехнувшись, но затем лукаво улыбнулся и показал ему большой палец. Гарри постарался скрыть свою улыбку, и снова старательно занялся своим пером, больше прикладывая сил для того, чтобы оно не взлетело. В следующую секунду его привлекли действия за столом Рона и Гермионы.
– Вингардиум Левиоза! – отчаянно выкрикивал рыжий, как мельница размахивая длинными руками.
– Ты неправильно произносишь, - терпеливо, но с нотками раздражения произнесла Гермиона. – Надо говорить «Вин – гар – диум Леви – о – за», «гар» должно быть длинным и раскатистым.
– Сама и говори, раз такая умная, - разозлился Рон. Гермиона пожала плечами, засучила рукава, как-то лихо щелкнула палочкой, чем даже вызвала легкую зависть у Гарри и произнесла.
– Вингардиум Левиоза! - Перышко поднялось над столом и затрепетало в воздухе футах в четырех над головами у детей. Флитвик чуть ли не прыгал от радости, восхваляя девочку за успех. Но это стало причиной прескверного настроения Рона.
– Не удивительно, что ее все терпеть не могут, - сказал он Гарри, когда они вдвоем пробирались по переполненному коридору. - Это не девочка, а кошмар какой-то, честное слово.
Кто-то на ходу врезался в Гарри, и это оказалась Гермиона. Случайно глянув ей в лицо, Гарри увидел, что она вся в слезах. Ему очень не понравилась эта ситуация, что-то мелькнуло в сознание, но ухватиться за эту мысль он не успел.
– Наверное, она услышала твои слова.
– Ну и что? – с вызовом бросил Рон, но вид у него тем не менее сделался обескураженный. - Не могла же она не заметить, что у нее нет друзей.
На следующем уроке Гермиона не появилась, как и на дальнейших. Ему это перестало нравиться. Из-за постоянного присутствия рядом с собой Рона, он никак не мог переговорить с Невиллом, только пару раз переброситься взглядами. По пути в Большой Зал на празднование Хэллоуина Рон с Гарри услышали, как Парватти Патил возбужденно рассказывает своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в туалете и просит, чтобы ее оставили в покое. Рон смутился еще больше, но через минуту они уже вошли в Большой Зал, чье праздничное убранство заставило его тут же позабыть о Гермионе. Его, но не Гарри. Зеленоглазый первокурсник все больше хмурился, пока Невилл, как бы случайно не наступил ему на ногу, давая понять, что пора уже нацепить на лице восторженную маску, что он и сделал, но мысленно все больше беспокоился. Обрывки сна-кошмара как-то странно стали вырисовываться в реальности. Раньше у него никогда не было вещих снов или видений ночью. Гарри осмотрел зал. Сердечко екнуло, когда он увидел, как тысячи живых летучих мышей хлопали крылышками под потолком и по стенам, образуя гирлянды, в то время как еще тысячи низкими облаками висели над столами, от чего пламя свечей в тыквах трепетало и наполняло Зал зыблющимся таинственным светом. Сказочные яства появились на золотых тарелках неожиданно, так же, как это было на банкете в честь начала учебного года.
Гарри как раз положил в рот печеной картошкой, когда в зал ворвался профессор Квирелл с перекошенным от ужаса лицом, тюрбан свернут набекрень. Все собравшиеся следили, как он подбежал к креслу профессора Дамблдора. Гарри знал уже заранее то, что сейчас слет с губ, обессилено привалившегося к столу преподавателя ЗОТИ.
– Тролль – в подземелье – подумал, вам надо знать, - после чего мужчина сполз на пол в глубоком обмороке.
Началась паника. Чтобы добиться тишины, потребовалось несколько внушительных пунцовых фейерверков, выпущенных из волшебной палочки директора
– Старосты! – прогремел он. – Разведите учащихся ваших факультетов по спальням! Немедленно!
Перси оказался в своей стихии и тут же начал командовать, а Гарри сидел с задумчивым видом. Никто не обратил внимания на то, что первокурсник ведет себя довольно неадекватно для данной ситуации. Невиллу снова пришлось воздействовать на друга, чтобы тот принял подобающий случаю вид.
– За мной! Первоклашки, держитесь вместе! Слушайтесь меня, и никакой тролль нам не страшен! Так. Спрячьтесь ко мне за спину и не отставайте! Эй, пропустите первоклассников! Пропустите, я староста! – продолжал командовать Перси.
– Как тролль пробрался в школу? – спросил Гарри, когда они взбирались по лестнице.
– Откуда я знаю! Вообще-то тролли жутко тупые, по крайней мере, так считается. Может, его кто впустил, ради праздничка? – пожал плечами Перси, не особенно-то интересуясь случившимся.
Мимо них в самых разных направлениях, торопясь, пробегали стайки школьников. Проталкиваясь сквозь группу растерянных хаффлпаффцев, Гарри внезапно схватил Рона за руку, другого выхода просто не было, хотя он предпочел бы сейчас оказаться в компании Невилла и Блейза.
– Слушай, я вдруг подумал – Гермиона, выпалил он Рону
– Что Гермиона? – не понял рон
– Она не знает про тролля, - Гарри еле сдержался, чтобы не съязвить и не стукнуть рыжего по голове, ради профилактики. Рон прикусил губу, посмотрел на своего брата, старательно изображающегося из себя лучшего в мире старосту.
– А, была не была! – решился он. – Но лучше, если Перси нас не заметит.
Они нырнули в толпу хаффлпаффцев, торопившихся в противоположном направлении, но Гарри успел заметить, как Невилл закатил глаза и последовал за ними. Гарри и Рон проскользнули по свободной стороне коридора и помчались к туалету, в котором предположительно находилась их однокурсница. Едва завернув за угол, они услышали за собой торопливые шаги.
– Перси! – страшным шепотом произнес Рон, затаскивая Гарри за спину массивного каменного грифона.
Однако, осторожно выглянув оттуда, они увидели вовсе не своего старосту, а Снейпа. Профессор прошел по коридору и исчез из виду, но Гарри успел заметить и еще одну фигуру – Невилл тихонько крался по коридору в их сторону.
– Что это он тут делает? – беззвучно поразился Гарри, изображая удивление по поводу появления зельевара. – Почему не идет в подземелье, как все остальные учителя?
– Спроси что-нибудь полегче, - откликнулся Рон. Гарри еле слышно вздохнул, ему за эти два месяца уже надоело вести себя как не известно кто. Хотелось, наконец, сбросить все маски, но, похоже, это не его удел.
Тихо насколько возможно, они прокрались по коридору вслед за затихающими шагами Снейпа.
– Он идет на третий этаж, - сказал Гарри, но Рон в это время дотронулся до его руки:
– Чувствуешь запах?
Гарри вдохнул и почувствовал мерзкую вонь, такую могли бы издавать грязные носки в давно не мытом общественном туалете. Про себя же он отвесил себе подзатыльник, чуть не сбросил маску перед Роном.
И тут они услышали низкий рык и тяжелую шаркающую поступь гигантских ног. Потеряв дар речи, Рон показал пальцем – слева, из дальнего конца коридора, на них надвигалось нечто невероятное. Мальчики вжались в стенку и расширенными от ужаса глазами следили, как это нечто вырисовывается в пятне лунного света. Гарри даже не пришлось изображать ничего, поскольку было на самом деле страшно. "Ну, и какого я вообще приперся в этот магический мир?" – пронеслось у него в голове.
Это было кошмарное зрелище. Тролль, двенадцати футов ростом, с кожей отвратительного гранитно-серого оттенка, обладал изрытой тушей, напоминавшей огромный булыжник с водруженной сверху маленькой лысой головенкой, размером с кокосовый орех. У него были короткие, толстые как древесные стволы лапы и плоские, когтистые ступни. Запах от него исходил немыслимый. В руке он нес огромную деревянную дубину, которая волочилась сзади по земле, из-за того, что руки у тролля были ужасно длинные.
Тролль остановился в дверях какой-то комнаты и заглянул внутрь. Он повел длинными ушами, явно напрягая в раздумии свой крошечный мозг, а потом медленно перевалился через порог.
– Ключ в замке, - пробормотал Гарри, - мы можем его запереть.
– Хорошая мысль, - нервно похвалил Рон.
Они по стеночке прокрались к открытой двери, с пересохшими от страха ртами, молясь, чтобы тролль не вздумал в это время выйти. Потом, одним длинным прыжком, Гарри умудрился схватить ключ, захлопнуть дверь и запереть ее.
– Есть!
Преисполненные своей победой, они бросились назад по коридору, но не успели добежать до угла, как услышали звук, от которого у них чуть было не случилась остановка сердца – пронзительный вопль ужаса – и этот вопль исходил из только что запертой комнаты.
– О нет! – выдохнул Рон, бледный как Кровавый Барон.
– Это же туалет! – вдруг понял Гарри, только тут вспомнив, а чего они собственно вообще сюда пошли
– Гермиона! – выкрикнули они хором, переглянувшись. Развернувшись, они бросились назад к двери и повернули ключ в замке, стараясь побороть ужас и панику. Гарри распахнул дверь, и первым влетел внутрь. Гермиона Грейнджер, близкая к обмороку, безуспешно пыталась вжаться в стенку. Тролль надвигался на нее, попутно сшибая со стены раковины.
– Надо его отвлечь! – отчаянно крикнул Гарри и, схватив затычку для стока воды, изо всех сил шваркнул ею об стену, сам поражаясь, что может мыслит в данной ситуации.
Тролль замер в нескольких метрах от Гермионы. Он неуклюже повернулся и стал озираться вокруг, хлопая глазами с самым нелепым видом, пытаясь понять, откуда раздался шум. Наконец, маленькие злобные глазки остановились на Гарри. Тролль задумался, а потом двинулся на мальчика, поднимая на ходу дубину.
– Эй, урод – в башке огород! – проорал Рон с другого конца комнаты и метнул в тролля металлической трубой. Труба попала троллю в плечо, но он, казалось, даже не почувствовал удара, зато отреагировал на крик и снова задумался, потом повернул отвратительную морду к Рону, дав тем самым Гарри возможность зайти с тыла.
– Ну, беги же, беги! – крикнул Гарри Гермионе, пытаясь оттащить ее к двери, но Гермиона была не в состоянии двинуться с места, и продолжала лепиться к стене с открытым от ужаса ртом.
От криков и от возникшего эха тролль обезумел. Он снова заревел и бросился на Рона, который оказался ближе всего и которому было некуда бежать. Тогда Гарри, наплевав на все доводы своего второго я, проснувшегося так кстати или не кстати, совершил одновременно очень смелый и очень глупый поступок: он разбежался, подпрыгнул и обхватил тролля сзади за шею. Тролль не чувствовал, что Гарри висит у него на шее, но зато он почувствовал, как ему в нос суют что-то длинное и деревянное – Гарри прыгнул, не выпуская из рук волшебной палочки и не долго думая пихнул ее в ноздрю чудовищу.
Воя от боли, тролль вертелся и размахивал дубиной, а Гарри у него на шее буквально цеплялся за жизнь; в любую секунду тролль мог сбросить его или убить дубиной. А мальчик только мысленно приговаривал: "ну вот чего тебе неймется, а? Вот, спрашивается, с какого перепугу у тебя мозги отказали, а?" Гарри даже удивился такому стечению обстоятельств, когда внешне он в ужасе, сердце бьется в испуге, а разум кристально чист и спокоен.
Гермиона от страха сползла на пол; Рон вытащил свою волшебную палочку – и, сам не понимая, что, собственно, собирается делать, выкрикнул первое же заклинание, которое пришло в голову: «Вингардиум Левиоза!»
Дубина вдруг вырвалась у тролля из рук, поднялась высоко в воздух, медленно перевернулась – и обрушилась, с отвратительным треском, на голову своего владельца. Тролль покачнулся как в замедленной съемке, а потом как подкошенный упал мордой вниз. От произведенного удара содрогнулись и пол, и стены.
Гарри поднялся на ноги. Он весь дрожал, у него не хватало дыхания. Рон стоял как был, с высоко поднятой волшебной палочкой, и широко раскрытыми глазами глядел на то, что же он сотворил.
Гермиона заговорила первой.
– Он – сдох?
– Не думаю, - ответил Гарри, - скорее всего, его просто оглушило.
Он наклонился и вытянул палочку из ноздри тролля. Палочка была покрыта чем-то, напоминавшим комковатый серый клей.
– Фу – троллевы сопли.
Он вытер палочку о штаны тролля. "Мда, у нас явно шок, что-то мы неправильно реагируем на ситуацию", - вынес он вердикт. Они втроем стояли над поверженным троллем и спокойно на него смотрели, казалось, что никакой паники и ужаса просто не было, и им все это приснилось. Ему захотелось застонать, поскольку именно в этот момент он вспомнил свой сон, снившийся ему последние несколько дней. "Придурок", - дал он себе мысленный подзатыльник. – "Верь себе, идиот. Тебе же всю картинку расписали, от начали до конца, а ты? Кошмар, кошмар".
Внезапно хлопнула дверь и раздались громкие шаги, заставившие ребят поднять головы. Они и не понимали, сколько шуму понаделали, но, разумеется, внизу были слышны и удары, и рев тролля. Спустя мгновение в комнату ворвалась профессор МакГонаголл, за ней по пятам шел Снейп, а тыл прикрывал Квирелл. Последний единственный раз взглянул на тролля, издал задушенный вопль и мгновенно сел на унитаз, схватившись за сердце.
Снейп склонился над троллем, а профессор МакГонаголл смотрела на Гарри с Роном. Гарри еще никогда не видел ее такой сердитой, у нее даже губы побелели. "Представляю, что она там себе сейчас нарисовала в уме", - Гарри даже посочувствовал женщине и приготовился к хорошей взбучке. Про себя же еще подумал, что придется выслушать немало лестных слов от Невиила и Блейза в ближайшее время.
– О чем только вы думали? – сказала профессор Макгонаголл с холодной яростью в голосе. Гарри посмотрел на Рона, который все еще вздымал в воздух волшебную палочку. – Счастье, что он вас не убил. Почему вы не пошли в свою спальню?
Снейп кинул на Гарри быстрый, пронзительный взгляд. Гарри уставился в пол, но взгляд оценил. Что-то тут было не так, с чем снова надо было разбираться. На помощь мальчишкам как ни странно пришла Гермиона.
– Пожалуйста, профессор МакГонаголл, они искали меня.
– Мисс Грейнджер! – удивленно воскликнула женщина и уставилась на девочку.
Гермиона наконец смогла подняться на ноги.
– Я пошла искать тролля… Я… я думала, я сама с ним справлюсь…понимаете, я читала про них…
Рон уронил палочку, открыв рот в изумлении. "Чтобы Гермиона Грейнджер так откровенно врала учителю?" – именно эта фраза была написана у него на лице. "Рон, убери ты это выражение лица", - отчаянно молил Гарри. Но, наверное, им несказанно везло, так как и Снейп и МакГонагалл смотрели только на девочку.
– Если бы они меня не нашли, я бы погибла. Гарри засунул палочку троллю в нос, а Рон его оглушил его же собственной дубиной. У них не было времени бежать за помощью. Когда они вошли, тролль уже готовился меня прикончить, - рассказывала в это время Гермиона.
Рон, наконец, понял, что ему надо делать и теперь всем видом показывал, что эта история для него не новость. Гарри было проще, он всю сознательную жизнь играл чужие роли.
– Что ж… в таком случае… – профессор Макгонаголл внимательно оглядела всех троих, – мисс Грейнджер, как вам пришло в голову в одиночку сражаться с горным троллем, глупая вы девчонка?
Гермиона повесила голову. Гарри про себя аплодировал девочке. Гермиона, которая никогда не нарушала правила, притворилась, что она их нарушила, и все ради их спасения? Да, он все-таки не ошибся в оценке, которую дал ей при первой встрече. На губах появилась еле заметная улыбка, но он ее тут же задавил.
– Мисс Грейнджер, за это у Гриффиндора будут вычтены пять баллов, – сказала профессор МакГонаголл – Я вами очень разочарована. Если вы не пострадали, отправляйтесь в гриффиндорскую башню. Ученики доедают праздничный ужин в своих корпусах.
Гермиона ушла, а профессор Макгонаголл повернулась к Гарри и Рону.
– Что ж, я по-прежнему считаю, что вам всего лишь невероятно повезло, однако, немногие первоклассники решились бы противостоять взрослому горному троллю. Каждый из вас заработал для своего колледжа по пять баллов. Я сообщу об этом профессору Дамблдору. Можете идти.
Мальчики поспешили покинуть туалетную комнату и не проронили ни слова до тех пор, пока не оказались двумя этажами выше. Было так хорошо наконец избавиться от троллевой вони, не говоря уже обо всем остальном.
– Мы заслужили больше, чем десять баллов, - проворчал Рон.
– Ты имеешь в виду пять, Гермиону же наказали, - спокойно произнес Гарри
– А она молодец, выручила нас, - признал Рон, но тут же все испорти следующими словами. - Впрочем, мы ведь спасли ей жизнь.
– Может, ее бы и не понадобилось спасать, если бы мы не заперли тролля вместе с ней, - напомнил Гарри, скривившись от цинизма рыжего друга.
Они подошли к портрету Толстой Дамы.
– Поросячий пятачок, - сказали они и вошли внутрь.
Гостиная была полна народу и шума. Все объедались вкусностями, присланными наверх. Гермиона одна стояла у дверей, дожидаясь их возвращения. Повисла неловкая пауза. Потом, не глядя друг на друга, они невнятно буркнули: «Спасибо» и поспешили за тарелками, чтобы хоть немного подкрепиться после такого выброса адреналина. Гарри знал, что с этой секунды многое поменяется, вот только когда и как? Не думал он, что такое случится уже утром, когда Невилл и Блейз в два голоса будут прочищать ему мозги.
В этот вечер Невилл ничего ему не сказал, но в шесть утра Гарри был безбожно вытащен из кровати и под строгим взглядом очень мрачного друга отконвоирован в совятню, где их встретил Блейз стоящий с воинственным видом, ничего хорошего Гарри не предвещавшим.
- Ты чем думал, герой ты недоделанный? – налетел на него Блейз. Никто из троих мальчиков не заметил, что у их встречи есть свидетель. Гермиона с удивлением смотрела на них. Еще бы, увидеть в одном месте гриффиндорцев и слизеринца.
- Так получилось, - вздохнул Гарри.
- Получилось у него так, - взорвался Блейз. – А если бы тебя убили?
- Сон, - спокойно сказал Невилл.
- Что? – Блейз осекся на полуслове.
- Твой кошмарный сон был видением? – Невилл посмотрел на Гарри, и тот обречено кивнул.
- Таааак, - в один голос произнесли друзья. Но именно в этот момент Гарри и увидел спасенную вчера девочку.
- Гермиона? – вырвалось у него удивленно. Блейз и Невилл резко обернулись и, проследив за взглядом друга, уставились на девочку.
- Привет, - сказал Невилл, не зная, что собственно делать в этой ситуации. Блейз же перевел взгляд на Гарри. Тот пожал плечами и ответил на невысказанный вопрос.
- Почему бы и нет.
- Уверен? – уточнил Невилл.
- Она верная и преданная, особенно если ей все разъяснить, - сказал Гарри.
- Кто вы, и куда дели Гарри Поттера и Невилла Лонгботтома? – вырвалось у Гермионы.
- Эээ, Гермиона, он перед тобой, - осторожно произнес Блейз, глядя на девочку.
- Тогда, почему они сейчас такие странные? – Гермиона подозрительно смотрела на мальчиков.
- Неправильно заданный вопрос, - пробормотал Гарри, но его услышали. Девочка быстро что-то просчитала в уме, прищурилась и уставилась на мальчишек. В голове стали прокручиваться различные события этих двух месяцев. Именно сейчас она стала выхватывать из них то, что не замечала раньше.
- Почему вы ведете себя по-другому на виду у всех? – перефразировала она свой вопрос.
- Да, умная девочка, - одобрительно кивнул Блейз. – Если бы ты еще не строила из себя такую заучку, было бы вообще класс.
- Эмм, - растерялась Гермиона, а затем сникла.
- Ты боишься, - спокойно произнес Невилл. Девочка вскинула голову и удивленно посмотрела на полного мальчика, удивляясь его проницательности.
- Ты боишься, что тебя не примут в магическом мире, если ты не будешь все знать лучше всех? – уточнил Блейз, сочувственно посмотрев на девочку. Гермиона затравленно кивнула. Блейз подошел к девочке и протянул руку.
- Блейз Забини, рад познакомиться с тобой Гермиона. Ту же процедуру проделали и два гриффиндорца. Девочка зарделась, понимая, что у нее, похоже, появились три друга, причем один из них был из Слизерина.
- Давайте, встретимся на четвертом этаже у портрета дамы в сиреневом, там есть глубокая ниша, можно будет поговорить, а то сейчас уже поздно, скоро все начнут вставать, - предложил Блейз. Решив таким образом, ребята разошлись. Весь день Рон вел себя смирно, относился к Гермионе с должным уважением и было понятно, что образовывается некое трио – Поттер, Уизли и Грейнджер. Девочка же весь день пыталась понять, что же такое она увидела сегодня утром в совятне. Естественно, что на встречу она пошла.
- Привет, - поздоровалась с ней троица.
- Привет, - кивнула Гермиона. – Я хотела бы понять, что происходит. Как вы трое оказались вместе.
- Это долгая история, но если вкратце..., - Гарри выдал краткую версию событий, которую по ходу дела дополняли Блейз и Невилл.
- Почему вы мне доверяете? – спросила Гермиона минут через пять после того, как мальчишки замолчали, а она сама погрузилась в раздумья. – Я ведь могу встать сейчас и пойти к МакГонагалл и директору.
- Не пойдешь, - улыбнулся Блейз. – И даже не из-за благодарности Гарри за спасение собственной жизни. Ты уже один раз солгала, а это значит, что ты тоже ведешь себя не типично для себя. Так что нас таких уже пятеро.
- Пятеро? Пятый – Рон Уизли? – воскликнула Гермиона.
- Его сестра, ей десять, - сказал Гарри. – В Роне я еще не уверен. Плохо дело обстоит и с Драко Малфоем. У того комплексы. Он на меня обиделся, что я ему руку не пожал.
- Хмм, - задумалась девочка. – Что означали слова о твоем сне?
- У меня бывают видения, я до этого не видел снов, поэтому и не придал значения, - чуть виновато сказал Гарри.
- Я с вами, - Гермиона серьезно посмотрела на трех мальчишек.
- Я так и знал, - улыбнулся Блейз. – Я тебе кое-что дам почитать, чтобы ты поняла основные моменты магии.
- Нельзя менять имидж, - нахмурился Невилл. – Гермионе придется вести себя также как и эти два месяца. Я не против, чтобы ты ей все объяснил и прояснил, но играть ей придется также как и нам.
- Не проблема, я справлюсь, - кивнула Гермиона. – Справлялась же до этого.
- Что делать с Роном? – спросил Гарри.
- Никаких видений о нем? – спросил Невилл, Гарри отрицательно покачал головой.
- Вы сейчас должны трое сдружиться. Все-таки такое совместное приключение, - усмехнулся Блейз.
- Вообще-то, было бы неплохо, - задумчиво произнес Невилл. – По крайней мере, будет еще один человек, который сможет если что, вернуть Гарри в нужное состояние. Он в последнее время все чаще забывается. А Гермиона будет ближе к нему, чем я.
- Почему вы не показываете своей дружбы? – девочка с любопытством посмотрела на Гарри и Невилла.
- Директор, - ответил одним словом Лонгботтом. Гермиона не поняла, но решила, что ей все объяснят позже.
- Пора на ужин, - сказал Блейз. В Большой зал они входили по одиночке, но Гермиона почти сразу за Гарри и села рядом с ним. Неожиданно в зал влетела сова и бросила очень объемную посылку Блейзу на колени.
"Блейз, разбирайтесь с документами. Много чего интересного. Но и много вопросов. Привет Гарри и Невиллу. Джин".
Блейз поднял голову и бросил взгляд на гриффиндорский стол. Легкий кивок и Невилл отвернулся. Только вот этот обмен взглядами и безмолвный обмен мыслями не ускользнул от мрачного зельевара. Правда, занят он был чем-то другим, и не придал большого значения увиденному событию. А зря. Это отодвинет раскрытие тайн на целых пять лет.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:52 | Сообщение # 10
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 8. Тайны прошлого и настоящего

Они никак не могли встретиться все вместе, хотя Невилл, Гермиона и Гарри видели, что Блейз несколько раз им показывал, что нужна встреча. Но пока это было невозможно. В ноябре начинались игры в квиддич, и Гарри в эту субботу предстояло выйти на поле в первый раз. Никто из соперников не видел, как мальчик играет, такое решение принял Оливер Вуд, назвав его секретным оружием команды, а, значит, его следовало держать в секрете. Каким-то образом информация о том, что Гарри Поттер ловец гриффиндорской команды просочилась за пределы узкого круга игроков факультета. Ему оставалось только закатывать глаза и строить из себя не весть что, когда одни хлопали его по плечу и уверяли, что он будет лучшим, а другие с издевкой информировали, что будут бегать по полю с матрацем и ловить его, когда он сверзится с метлы. И, конечно, больше всех тут старался Малфой. Приходилось реагировать, хотя на самом деле Гарри хотелось просто игнорировать блондина, никак не способного переступить через свою слишком сильно уязвленную малфоевскую гордость. Гарри иногда хотелось просто подойти к нему и треснуть по голове, а потом прочитать лекцию о нормах поведения для детей с завышенным самомнением. Вообщем, из всего этого складывалось впечатление, что Малфой-младший уже порядком достал Гарри.
Почти ежедневные тренировки перед матчем Гриффиндор-Слизерин ужасно изматывали Гарри. Сейчас он был ужасно благодарен Гермионе, которая оказалась рядом с ним. Если бы не она, он давно уже отстал бы по учебе. Времени ни на что не хватало. Девочка помогала ему с домашними заданиями и даже дала почитать «Историю квиддича», чтобы он не выглядел уж совсем не знающим ничего об этой магической игре. Рон ходил такой гордый, словно это его, а не Гарри взяли в команду, хотя зеленоглазый мальчик с удовольствием бы передал эту сомнительную честь другу. Ну не был он расположен к спорту, особенно этому.
Многие заметили изменения в Гермионе, но, естественно не все. Девочка после событий Хеллоуина стала спокойней относиться к нарушениям школьной дисциплина, да и общаться с ней стало приятнее, чем не замедлили поделиться Парвати и Лаванда с первокурсниками других факультетов, исключая, конечно же, слизеринок.
Пока Гарри и Гермиона вместе с Роном, который постоянно ошивался около Мальчика-который-выжил, делали домашние задания, ходили днем на уроки и занимались повседневным делами, Невилл и Блейз изо дня в день изучали присланные Джин бумаги. Оба мальчика выпали в осадок, когда сообразили, что именно прислала им подруга с воли. Это сочетание «на воле» теперь постоянно, с подачи Гарри, было у них на языке. Им понравилось вот так говорить, что имело, между прочим, под собой довольно веские основания. Через два дня после первой посылки на имя Блейза пришла вторая, содержащая несколько документов из судебного дела Сириуса Блека, а также длинное письмо с размышлениями Джин обо всем этом. За день до матча, когда Гермиона, Рон и Гарри на перемене вышли в замерший двор, Блейз и Невилл спрятались на четвертом этаже в нише, чтобы сравнить свои впечатления о последних документах, прочитанных сегодня ночью.
- Ну? – Невилл посмотрел на синеглазого слизеринца.
- Это черте что, - вынес тот свой вердикт.
- Блин, я думал, это у меня крыша поехала, - покачал головой Невилл. – Получается, что этот Сириус Блек, крестный Гарри, невиновен.
- Ага, я тут вчера получил от мамы послание, в котором она мне разъяснила ситуация с тем обрядом на крестного, который провели для Гарри, - Невилл скривился.
- И? – гриффиндорец пристально посмотрел на друга.
- Не мог Блек ничего сделать Поттерам, вообще. Любое причинение намеренного вреда, даже морального, ребенку или его родителям повлекли бы за собой смерть предавшего крестного. А Блек жив и сидит уже десять лет в Азкабане, - ответил Блейз.
- Ох, веселенькая вышла история, - покачал головой Невилл, потом посмотрел на Блейза, у того было точно такое же выражение лица.
- Надо срочно переговорить с Гарри, - вынес свое решение Блейз.
- После игры, завтра ночью на нашем месте, - сказал Невилл.
- Надеюсь, он выиграет и покажет нашим, где раки зимуют, - скривился Блейз.
- За что ж ты так своих не любишь? – усмехнулся Невилл.
- Придурки, - выдал Блейз, выскальзывая из ниши.
В то же время гриффиндорская троица встретилась во дворе с зельеваром, который очень даже сильно хромал, на что ребята обратили особое внимание, вернее, обратили внимание Гарри и Гермиона, а вот рыжий хоть и увидел, но вопросов у него на сей счет не возникло. Снейп, как всегда, был в своем репертуаре. Заметив чуть виноватые мордашки, которые возникли у ребят по поводу разведенного огня, который он не увидел, зельевар все равно нашел повод для придирки. Отобрав у Гарри «Истории квиддича», он заявил, что библиотечные книги за пределы школы выносить нельзя, снял пять очков, после чего удалился.
- Сделал пакость, и на сердце радость, - мрачно прокомментировал Гарри. Хорошо, что этот комментарий не слышал Рон, а то у него был бы шок от такого странного Гарри Поттера. Гермиона ткнула его локтем в бок, усиленно показывая глазами, что ему надо вернуться в образ.
- Надеюсь, ему очень больно, - мстительно произнес Рон. Гарри и Гермиона переглянулись. На лицах у них было одинаковое выражение: «Кто о чем, а этот все о том же».
Этим вечером в гриффиндорской гостиной было очень шумно. Гермиона проверяла домашние работы по чарам у Гарри и Рона. Уже зная, что Гарри прекрасно владеет теоретическим материалом, на одном уровне с ней, но вынужден строить из себя мальчика с уровнем троечника, Гермиона проверяла его работу на предмет того, чтобы она не была написано на «Превосходно». Она никогда не давала списывать, в основном Рону, всегда приговаривая: «Как же вы тогда чему-нибудь научитесь?» Ей было смешно все это проделывать: одному исправляла работы, чтобы у него был зачет, а второму, чтоб, не дай Мерлин, не получил «Превосходно». Гарри в этот вечер был очень задумчив, но совсем не по той причине, как думал Рон. Невилла опять не было в гостиной, он в очередной раз встречался с Блейзом.
- Беспокоишься о книге? – спросил Рон. Гарри взглянул за рыжего мальчика и про себя возликовал, получив возможность встретиться с Блейзом и Невиллом. Он решительно встал и сказал, что идет за книгой к Снейпу.
- Лучше я, чем ты, - одновременно воскликнули Рон и Гермиона. Гарри даже замер от такого единодушия, но затем покачал головой. Рон не заметил выразительного взгляда, брошенного другом Гермионе, та чуть заметно кивнула.
Пока Гарри шел в учительскую, его мысли были заняты зельеваром. Он уже имел небольшое представление о том, что Снейп его ненавидит по причине его схожести с отцом, не зря же он каждый раз об этом говорит, но следовало бы точно знать причину такой ненависти. «Вот тебе и сын за отца не отвечает», - подумал он, оказавшись перед дверью в учительскую. Гарри вошел. Там были только Снейп и Филч. Зельевар сидел на стуле, его мантия была задрана до колена, открывая сильно изуродованную ногу, кровь так и сочилась из ран. Филч протягивал ему бинт.
- Проклятая тварь, - произнес Снейп. – Хотел бы я знать, сможет ли кто-нибудь следить одновременно за всеми тремя головами и пастями и избежать того, чтобы одна из них его не цапнула?
Гарри решил ретироваться, но сегодня удача от него явно отвернулась.
- ПОТТЕР, - взревел Снейп, на лице были написаны ярость и бешенство. Зельевар быстро опустил край мантии. Если бы Гарри был тем, кого он так усиленно изображал, то на самом деле был бы испуган, только вот он таким не был. Сделав вдох, Гарри поторопился выложить свою просьбу.
- Сэр, я просто хотел узнать, не могу ли я получить обратно свою книгу.
- ВОН ОТСЮДА! НЕМЕДЛЕННО ВОН!
Гарри ретировался, про себя обозвав Снейпа идиотом, зациклившимся на прошлом и явно не подходящим субъектом для преподавания. Оглядевшись, Гарри ринулся туда, где по идее должны были быть Блейз и Невилл. Друзья оказались на месте.
- О, ты смог вырваться из цепких ручонок своего рыжего друга?! – усмехнулся Блейз. Гарри только махнул рукой и пересказал только что случившиеся события.
- Хмм, ты был прав, что это связано с твоим отцом, - сказал Невилл. – Джин вообще столько выяснила, что можно только диву даваться.
- Так, - Гарри поглядел на друзей.
- Давай, завтра, ночью, - Невилл посмотрел на Гарри. – Не стоит тебе забивать голову перед игрой, поверь.
- Ладно, но что делать со Снейпом? – зеленоглазый мальчик сел на пол между друзьями.
- Хм, это, конечно, интересный вопрос. Стоит к нему приглядеться, - сказал Блейз. – Не думал, что взрослые могут так поступать. Детский лепет какой-то.
- Вот-вот, и я о том же, - кивнул Гарри.
- Расходимся, сейчас уже отбой будет. Завтра в час ночи, только вот где? – Блейз нахмурился.
- На третьем этаже, в запретном коридоре, - сказал Гарри.
- У этой собаки? Ты с ума сошел? – решил уточнить Невилл.
- Надо кое-что выяснить до завтра, - произнес Гарри.
- Что? – как у сумасшедшего, спросил Блейз.
- Как ее обезвредить, - ответил Гарри. – Надо понять, что эта тварь охраняет, хотя я уже имею небольшое представление.
- Ты о том, что пытались украсть из Гринготса, но, скорее всего, забрал Хагрид? – уточнил Невилл. Гарри поделился своими идеями о том происшествии с друзьями.
- Именно, - кивнул Гарри.
- Так, надо Миону отправить в библиотеку. Она точно найдет то, что нужно, - сказал Блейз.
- Так и сделаем, - кивнул Гарри. Гриффиндорцы появились в гостиной по отдельности. Рон сразу же стал выяснять у Гарри, получилось ли у того забрать книгу у Снейпа. Гарри рассказал все, что случилось, в том числе и о раненной ноге и своих догадках. Его на самом деле интересовала реакция Гермионы. Девочка его не разочаровала.
- Не думаю, - задумчиво произнесла Гермиона. – Я знаю, что он не очень приятный человек, но он не стал бы красть то, что прячет в Замке Дамблдор.
Гарри понял, что эту мысль девочка пыталась донести как до Рона, так и до него настоящего. Самое интересное, Гарри был с ней согласен. Но что-то тут было совсем не так. Хорошо, что есть Блейз, который может довольно неплохо прояснить ситуацию с зельеваром. Но кто-то же охотиться за этим чем-то спрятанным, а, значит, может быть сейчас в Хогвартсе. Студенты отпадали, новым человеком был только Квирелл. Гарри задумался, это была идея, пока только чуть проклюнувшаяся, но и ее стоило рассмотреть со всех сторон. Он научился за свою маленькую жизнь не упускать ничего. В следующую минуту его накрыло. Рон этого не заметил, а вот Гермиона обратила внимание. Когда Гарри вынырнул из своего видения, то сразу заметил встревоженный взгляд Гермионы. Мальчик только покачал головой, затем сказал, что пора спать и ушел в спальню. Он только успел шепнуть Невиллу: «Следи завтра за Квиреллом», как в комнату ввалился Рон и остальные.
Следующее утро было холодным, но солнечным. Шум в Большом зале стоял неимоверный, как же первая игра сезона. Гарри мрачно смотрел в свою тарелку, есть не хотелось. Чувствовал он волнение или же это было что-то другое, друзья понять не могли, ни первые, ни вторые. На все уговоры Гермионы, он только мрачно отвечал, что не голоден. Затем к уговорам поесть присоединились и другие, но аппетит так и не проснулся.
К одиннадцати часам стадион был забит битком. Собралась вся школа. Гриффиндорцы-первокурсники сели в верхнем ряду. Невилл не спускал глаз с преподавателей, а точнее с Квирелла. Раз Гарри сказал, значит, на это есть причины. Он сидел рядом Гермионой, и когда заметил, что Рон, Дин и Симус заняты разговором, обратился к ней.
- Надо узнать, как приструнить псинку на третьем этаже, - прошептал он. Гермиона только кивнула головой. – Сегодня в час ночи встречаемся там, - и снова получил кивок. Наконец, раздался голос комментатора, и на поле стали появляться команды. Хуч посмотрела на двух капитанов и заявила, что все ждут от них честной и красивой игры, после чего дала свисток на взлет. Четырнадцать спортсменов взмыли в воздух, за ними были выпущены мячи, после чего и сама Хуч поднялась в воздух в качестве судьи. Ли Джордан разливался соловьем на месте комментатора, только Гарри совсем его не слушал. Гарри парил над полем, не вмешиваясь ни во что, об этом его попросил Вуд, сказав, что его задача выследить снитч и поймать его. Игра шла своим ходом, снитч не появлялся. В это время на трибуне рядом с Гермионой и Роном появился Хагрид, пожелавший посмотреть игру не от своей хижины, а со стадиона. В какой-то момент Гарри увидел летящий в него бладжер, но на его пути оказался Фред Уизли, а спустя минуту Гарри увидел снитч, что-то затрепетало у него внутри. Он спикировал вниз. Ловец Слизерина Теренс Хиггс тоже увидел золотой мячик. Они одновременно устремились за ним, охотники обеих команд замерли, следя за тем, как два ловца соревнуются в скорости и ловкости. Гарри оказался быстрее, он увеличил скорость, но тут в него врезался Маркус Флинт, ну, как бы совершенно случайно. По трибунам пронесся возмущенный рев.
- Нарушение, - донеслось до Гарри с трибун, пока он пытался удержаться в воздухе после удара Мадам Хуч назначила в ворота Слизерина свободный удар. Когда суматоха улеглась, снитча уже видно не было. Игра продолжилось.
Гарри точно поймал тот момент, когда реальность и видение столкнулись. Он вцепился в метлу мертвой хваткой. Как раз вовремя. Гарри уклонился от несущегося в него бладжера, и тут метла резко накренилась вниз и завибрировала. Сейчас было главное удержаться и надеяться, что Невилл разберется в ситуации и поймет, что именно он вчера имел в виду, говоря о Квирелле. Метла вытворяла невообразимые вещи, стремясь скинуть его на землю. Невилл, нахмурившись, смотрел на поле, ему все меньше нравилось происходящее на поле. Он перевел взгляд на преподавателей.
- Не пойму я, чего это Гарри там вытворяет? – недоуменно спросил Хагрид. И тут кто-то громким криком привлек внимание стадиона к Гарри, а тот уже просто распластался на беснующейся метле.
- Может быть, с ней что-то случилось, когда в него врезался Флинт? – прошептал Симус.
- Не, не должно быть так, - покачал головой Хагрид. – С такой метлой ничего плохого произойти не может, если только на нее темная магия не воздействует.
Гермиона прикусила губу и посмотрела на Невилла, но тот все свое внимание уделял Квиреллу. Проследив его взгляд, девочка замерла. Квирелл ей был плохо виден, а вот Снейпа она видела очень хорошо. Гермиона выхватила у Хагрида бинокль и стала рассматривать зельевара.
- Ты чего? – растерянно спросил Рон.
- Я так и знала, это Снейп, - Гермиона передала бинокль Рону. Невилл, услышавший ее, перевел взгляд на зельевара, да, тот тоже колдовал. «Кто из них?»– пронеслось у него в голове.
- Он заколдовал метлу, - воскликнула Гермиона.
- И что делать? – растерялся Рон.
- Предоставь это мне, - Гермиона ринулась в сторону преподавателей до того, как Рон успел что-либо еще сказать. На поле творилось что-то невообразимое. Близнецы ринулись на помощь Гарри, а тот уже из последних сил держался за древко. Сколько он еще выдержит? Приблизиться к Гарри они не смогли, поэтому кружились рядом. Маркус Флинт воспользовался ситуацией и пять раз подряд забросил мяч в ворота Гриффиндора, на него никто не смотрел, все следили за Гарри.
- Ну, давай же, Гермиона, - как мантру повторял Рон. Девочка же с трудом пробралась в сторону Снейпа и запустила в него заклинанием, которое вертелось у нее на языке. Подол мантии зельевара загорелся. Как только Снейп отвлекся, все злоключения Гарри закончились, он взобрался на метлу, и вдруг резко спикировал вниз. Все внимание стадиона было приковано к нему, так что все видели, как он поднес руку ко рту. Казалось, что его сейчас будет тошнить. Гарри выровнял метлу у самой земли, скатился с нее, падая на четвереньки, закашлялся, и что-то блеснуло у него в руке.
- Я поймал снитч, - закричал он, поднимая руку с зажатым в нем мячиком. Игра закончилась в полной неразберихе. Флинт ныл рядом с Хуч, доказывая, что Поттер снитч не поймал, а проглотил, но ничего уже сделать было нельзя. Гриффиндор победил со счетом 170:60. Гарри ничего этого уже не слышал, Хагрид увел его, Рона и Гермиону в свою хижину. Рон усердно доказывал ему, что во всем виноват Снейп.
«Если бы ты знал», - подумал Гарри, устало глядя на друга. Хагрид в это же время пытался доказать обратное, он так и не заметил, что во время игры Гермиона отлучалась. Гарри решил поддержать Рона, поэтому рассказал Хагриду о том, каким образом Снейп стал хромать. Хагрид от неожиданности выронил чайник, который держал в руках.
- А вы откуда про Пушка знаете? – спросил он, когда к нему вернулся дар речи.
- Про Пушка? – в три голоса переспросили детки. Дальше пошла довольно занимательная беседа. Гарри про себя потирал руки. Хагрид сам того не зная, выдавал им информацию. В какой-то момент лесничий понял, что натворил, но сделать уже ничего не мог.
Весь оставшийся день Гермиона пропадала в библиотеке, а Гарри пришлось праздновать с гриффиндорцами победу. Но все его мысли были заняты тем, что произошло сегодня. Очень многое становилось странным и каким-то навязчивым что ли.
Гермиона еще в сентябре смогла расположить к себе мадам Пинс. Чего не знал никто в школе, в том числе и директор, так это то, что библиотекарь так прониклась любовью к замечательной любознательной девочке, что разрешала ей пользоваться всеми книгами, абсолютно всеми. Вот и сейчас Гермиона искала информация не где-нибудь, а в запретной секции. Не приходилось и говорить, что нужные сведения она нашла именно там, так что в момент отбоя девочка уже была в гриффиндорской гостиной и думала над вопросом, как усыпить бдительную собачку. Она знала, как, но теперь следовало найти что-нибудь музыкальное. И в полночь к ней пришло озарение.
Около выхода из гостиной ее ждали Гарри и Невилл, все вместе они выскользнули в коридор и направились в сторону запретного коридора. В руках у Гермиона была волшебная шкатулка Лаванды Браун. На месте их уже ждал Блейз, держащий в руках все документы.
- Так, сейчас попытаемся, - сказал Гермиона, затем открыла дверь и поставив на пол музыкальную шкатулку, открыла ее. По комнате разнеслись звуки музыки. Встрепенувшийся было пес, снова заснул.
- Он лежит на люке, - с язвительными нотками оповестил Блейз. Гарри усмехнулся, поднял палочку.
- Вингардиум Левиоза, - и пес плавно поднялся в воздух. Гарри перенес его на другой участок.
- Мда, - Блейз с уважением посмотрел на негласного лидера их команды. Открыть люк ничего не стоило. Упали они вниз довольно ощутимо, хотя какая-то магия там точно существовала, потому что иначе без сломанных костей не обошлось бы. Они прошли по коридорам, из комнаты в комнату и оказались в просторном зале. На возвышении, на которое вели три ступеньки, ребята увидели небольшую плиту и на ней шкатулку или ящичек, который был открыт. Там на подушке лежал камень.
- Это он и есть? – недоуменно спросила Гермиона. Парни удивленно на нее посмотрели. Девочка хлопнула себя по лбу. – Простите, я же не рассказала вам, что успела выяснить. Ребята уселись на полу и вопросительно посмотрели на девочку.
- Это философский камень, изобретенный Николасом Фламелем, - начала она свой рассказ. По мере того, как она рассказывала, у ребят глаза лезли на лоб.
- Миона, ты, где эту информацию нашла? – спросил ошарашенный Блейз.
- В запретной секции, - улыбнулась с чувством превосходства Гермиона.
- Ты как туда попала? – теперь уже в шоке пребывал Невилл.
- У меня прекрасные отношения с мадам Пинс, но злоупотреблять этим я не буду, - тут же добавила она. Мальчики только кивнули в ответ. Гермиона действительно хорошо поработала: выяснила о Фламеле, о трехголовом псе.
- С этим все ясно, - Гарри кивнул на камень. – Я только не понимаю, а где ловушки на пути, заклятия там всякие, или они считают, что Пушок один справится?
- А мне вот инетерсно, зачем вообще этот камушек притащили в Хогвартс, - сказала Гермиона.
- Вот и я о том же, - кивнул Блейз. – Подозрительно как-то, особенно, если посмотреть на это, - слизеринец потряс бумагами.
- Вы все прошерстили? – спросил Гарри.
- Да, и даже несколько раз, - кивнул Невилл.
- Тебе это не понравится, Гарри, - вздохнул Блейз.
- Давайте, вы расскажете, что выяснили, я потом, конечно, все это прочту, но сейчас мало времени, - сказал Гарри.
- Значит так, - начал Невилл. – Ты родился в очень древней магической семье. Судя по тому, сколько лет, а вернее сотен лет насчитывает род Поттеров, лет в пятнадцать ты должен получить титул Лорда, как последний живой представитель рода. Предположительно почти сразу после твоего зачатия появилось какое-то пророчество, о ребенке рожденном в июле и Темном лорде, что в нем, не знаю, но с таким же успехом под него подпадаю и я.
- Думаю, в этом причина того, что твои родители в Святом Мунго, - сказал Блейз. Гермиона удивленно посмотрела на мальчишек, но те глазами дали ей понять, что объяснят позже.
- Значит, этот Волдеморт поверил в пророчество и пришел меня убить раньше, чем тебя, - сделал вывод Гарри, глядя на Невилла, тот кивнул в ответ.
- А вот тут, Гарри, начинается самое интересное. У тебя есть крестный, и это не кто-нибудь, а сам Сириус Блек, лучший друг твоего отца и один из Мародеров, - Блейз долго и интересно рассказывал о Мародерах, об их травле Снейпа, о свадьбе Джеймса Поттера и Лили Эванс, о той ночи в Хеллоун.
- Знаете, ребята, - задумчиво произнесла Гермиона. – Это, похоже, на паутину, которую создали из нормального хода событий. Словно, цель в том, чтобы Гарри никогда не узнал правду.
- Вот и мы пришли к такому выводу, - кивнул Невилл.
- Зачем сажать невиновного за решетку? – спросила Гермиона.
- Нет крестного, нет проблемы, - мрачно произнес Гарри. – нет проблемы, значит некому сопротивляться решению отправить меня к моим родственничкам-магглам.
- За всем этим стоит Дамблдор? Зачем ему это? – Гермиона растерялась.
- Хороший вопрос, - произнес Гарри.
- А может все дело в пророчество? – задал вопрос Блейз.
- Есть резон, - кивнула Гермиона.
- Что-то мне не нравиться вся эта заваруха, - поежился Невилл. – Что будем делать дальше?
- На счет чего в курсе рыжий? – Блейз посмотрел на Гермиону и Гарри. Те вздохнули.
- Значит, вам придется вести себя таким образом, словно вы пытаетесь найти правду, но получается медленно, - сказал Невилл, два его однокурсника кивнули.
- Это не проблема, что с ним делать? – Гермиона кивнула в сторону камня. – И что делать со Снейпом, он чуть не убил Гарри.
- Это не он, Миона, - произнес Гарри. Девочка недоуменно посмотрела на мальчика.
- Квирелл, - в один голос заявили Невилл и Блейз.
- Видение? То, в гостиной? – уточнила девочка. Гарри кивнул.
- Этот придурок закончил колдовать, как только ты отвлекла Снейпа, - сказал Блейз. - Я сразу заметил это, как только посмотрел на профессоров. Похоже, Снейп пытался помочь, но не совсем удачно.
- Зачем? – удивилась Гермиона.
- Не знаю, пожал плечами Блейз. – Может, он чего должен Поттерам, поэтому так и взъелся на Гарри, на которого этот долг перешел?
- Это бы многое объяснило, но как такую вещь прояснить? – просил Невилл.
- Поспрашиваю я о своих родителях, надо бы понять, что мне будут о них говорить, - задумчиво произнес Гарри.
- Я посмотрю на выпуск 1978 года, может что и найду интересного, - сказала Гермиона.
- А я постараюсь выяснить все, что можно о Снейпе, Джин надо задействовать, вдруг ей повезет еще раз побывать в архиве, - сказал Блейз.
- Надо выбираться отсюда, но вот как быть с люком? Подниматься как будем? – Невилл посмотрел на друзей.
- Мда, - задумались те.
- А если поискать еще выходы? – спросила Гермиона.
- Почему бы и нет? – пожал плечами Гарри и первым поднялся с пола. У них ушло два часа, прежде чем они нашли потайную дверь. Судя по слою пыли на полу, тут уже многие века никто не ходил.
- Надо бы как-то это дело замаскировать, - Гермиона показала на их следы. Блейз, нахмурившись посмотрел на это безобразие, потом взмахнул палочкой и что-то тихо пробормотал. Исчезла вся пыль.
- Эээ, ты как это сделал? – удивилась Гермиона.
- Милти научила, домовой эльф, - пояснил Блейз - Только не проговоритесь.
- Обижаешь, - улыбнулись друзья.
Некоторое время они учились закрывать и открывать эту дверь, чтобы не ошибиться в следующий раз. Вышли они в маленький коридорчик, метра два с половиной и шириной в метр. Впереди просвечивал свет. Когда они до него дошли, то толкнули препятствие, через которое свет проходил. Оказалось, это картина, вернее портрет красивого молодого человека с лукавой улыбкой. Никто не знал, как его зовут, он никогда, до сих пор, ни с кем не говорил, по крайней мере так все думали.
- Значит, выбрались? – улыбнулся портрет.
- А где мы? – спросил Гарри.
- Все там же, на третьем этаже. Вон там комната, где сейчас спит Пушок, - ответил портрет. – Не забудьте забрать шкатулку и поместить пса обратно на люк. У вас есть теперь другой вход.
- А учителя о нем не знают? – решил спросить Невилл.
- Нет, не знают, - покачал портрет. – А теперь бегите.
Гермиона открыла дверь в комнату с трехголовым псом, с помощь чар левитации закрыла люк, переместила пса, а затем забрала шкатулку и быстро закрыла дверь. Секунду ребята смотрели друг на друга, а затем со всех ног понеслись прочь. Через три минуты Блейз свернул в подземелья, а троица отправилась к себе.
- А ведь у нас теперь есть тайное место для встреч, и мы можем всегда следить за камнем, - отдышавшись, сказал Невилл.
- Мы – молодцы, - расплылась в улыбке Гермиона.
- А стресс пошел тебе на пользу, ты так здорово управляла Вингардиум Левиоза, - похвалил Гарри.
- О, да теперь у меня с этими чарами не будет проблем, - согласилась Гермиона.
- Хорошо, что сегодня воскресенье, и пора в кровать, а то кто-нибудь еще заметит, - сказал Невилл. Ребята разбежались по спальням.
Гарри лежал и думал, он сегодня узнал довольно много, даже слишком. Где-то в тюрьме сидит невиновный человек, который мог бы его растить, холить и лелеять. Ему не пришлось бы жить с Дурслями. Но каким бы он был тогда? Он многому научился, чтобы стать тем, кто есть, но Сириуса Блека было жалко. Стоило подумать, как ему помочь. Он имеет на это право. Гарри и не заметил, как уснул.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:54 | Сообщение # 11
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 9. Странное Рождество.
Время неумолимо бежало вперед, как для четверых ребят в Хогвартсе, так и для рыжей бестии, искусно притворяющейся пай-девочкой. Если первокурсники были заняты домашними заданиями, а некоторые еще и тренировками, помимо своих посиделок, то у Джин свободного времени для размышлений было в несколько раз больше. И чем больше она думала, тем сильнее ей не нравилась ситуация, которая окружала Гарри. Она уже знала, что в школе образовалась тройка друзей – Гарри, Рон и Гермиона, которые были у всех на виду и тайная четверка, о которой не знал никто. Она беспокоилась о них, поскольку считала, что директор очень даже опасен, судя по тому, что ей удалось выяснить.
Джин проснулась очень рано, впрочем, как всегда. Вчера она приняла несколько решений, которые собиралась сегодня воплотить в жизнь. Во-первых, она с отцом сегодня снова будет в Министерстве, и естественно, ее отправят к Морриган, а, значит, есть возможность еще покопаться в архиве и кое-что проверить. Во-вторых, стоило более детально оценить все, что она знала о Роне. Но сначала – первое.
- Джинни, дорогая, - крикнула мать с кухни. Девочка покачала головой. Ее подобные вещи жутко раздражали, она просто не понимала, зачем вести себя настолько невоспитанно. Джин нужно было родиться совсем в другой семье и получить совсем другое воспитание.
- Я уже здесь, - спокойно возвестила Джин, появляясь на кухне полностью собранной. Мать недоуменно посмотрела на дочь. Она иногда замечала странности за собственным ребенком. Подобные вещи были характерны только двоим младшим. Молли Уизли не была такой уж простушкой, чтобы не видеть того, что происходить у нее в собственном доме, в отличие от мужа. Джинни и Рон были более ее детьми, чем детьми Артура. Они впитали в себя больше от Манчестеров, чем от Уизли. Возможно, это было и хорошо. Сегодня она хотела кое-что сделать, и для этого ей нужно было быть свободной, а Джинни в последнее время понравилось находиться в Министерстве в обществе Морриган.
Они все быстро позавтракали, и Артур вместе с дочерью отправился на работу. Молли несколько минут сидела с отстраненным видом, после чего, глубоко вздохнув, вышла на улицу и аппарировала
Артур сразу же отвел Джинни в архив, где сдал девочку на попечение Морриган, которая уже все приготовила для их чаепития с пирожными. Отведав домашних кулинарных шедевров толстушки, Джин отправилась снова на изыскания. Первым делом она погрузилась более внимательно в дело Ремуса Люпина. Она прошерстила его сверху и донизу. Только сейчас она обратила внимание на имя того, кто был виноват в "пушистой" проблеме мужчины, на данный момент единственного свободного и способного что-либо сделать друга родителей Гарри. Она скопировала интересующие ее документы, выписала его текущий адрес. Она знала, что ближе к ночи к ней прилетит сова Блейза, с ней она и собиралась послать небольшое письмо мистеру Люпину. Следующим этапом стало изучение дела Лили Эванс, и напоследок она оставила Снейпа. Она никак не могла понять, что же не так во всем том, что она читала и о чем уже не раз размышляла. Надо было искать какие-то подводные камни. Они должны были быть, просто обязаны. Просматривая более тщательно дело зельевара, Джин уже почти перевернула страницу, когда зацепилась за имя Гарри. Она стала внимательно читать, затем вернулась на несколько страниц назад и все начала снова. Через полчаса она с задумчивым видом смотрела на стеллаж с папками. Вот теперь история принимала совсем другой оборот. Из дела она выяснила, что Снейп был Упивающимся, на левом предплечье у него есть темный знак, он даже сидел в Азкабане, но его оттуда вытащил Дамблдор. В этом вроде бы не было ничего такого, если бы не запрос Северуса Снейпа на опеку и усыновление Гарри Поттера, которые было аннулировано через три дня и, похоже, не самим Снейпом, а кем-то другим. Джин встала и решительно направилась к Морриган.
- Морри, - позвала она.
- Что, дорогая, - улыбнулась та в ответ.
- Скажи, а где хранятся документы по вопросам опеки? – Джин невинно смотрела на женщину, хотя и притворяться не стоило. Морриган была настолько проста и невинна, что не задумывалась над тем, кому и что выдает или говорит, а уже беспокоиться на счет десятилетней девочки она совсем не собиралась. Морриган же просто считала, что Джинни хочет в будущем стать архивариусом, поэтому и давала ей все ответы.
- У нас здесь, - сказала женщина. – Там, - она указала направо, - есть дверь, такая синяя, вот за ней и находиться архив по делам опеки.
- А можно туда? – спросила Джинни, пытаясь скрыть свое желание по скорее там оказаться.
- Без проблем, свет включиться сразу, как войдешь, - вдогонку девочке крикнула Морриган.
Джин в нетерпении проскользнула туда, куда ей сейчас требовалось. В системе учета архива она уже разбиралась, как заправский архивариус. Так что найти дело Гарри ей не представляло никакого труда. Она пробежала взглядом по ящикам и, наконец, нашла тот, что был ей нужен. Аккуратно забравшись на лесенку, девочка выдвину шкафчик, нашла нужную папку и через пять минут уже ее изучала. Там было не так много документов: свидетельство о рождении, данные о смерти обоих родителей и опекунский документ, который и заинтересовал ее больше всех.
"И какого черта Гарри живет с этими магглами?" – недоуменно спросила сама себя Джин. Она смотрела на бумагу, где черным по белому было написано, что официальным опекуном Гарри назначен Дамблдор, причем в обоих мирах. Дурсли были никем, если не считать, что они родственники Лили Эванс, да и тут были свои вопросы. "Хмм, а у Гарри вообще-то есть маггловские документы?" – сам собой возник вопрос. – "Хотя, наверное, что-то есть, ведь он учился в этой маггловской школе. Он же сам писал. Что-то дедушка Дамблдор вырисовывается совсем не с хорошей стороны". Джин скопировала всю папку, затем вернула оригиналы на свое место. В остальное время она сделал еще несколько копий, он ей понадобятся.
- Джинни, - рядом с девочкой появилась Морриган.
- Да, - та подняла голову и посмотрела на женщину. – Пойдем, пройдемся по Косой аллее. Я еще рождественских подарков не купила.
- Здорово, - улыбнулась Джин и сжала руку на кармане, где лежал небольшой мешочек, присланный ей Блейзом, на мелкие расходы. Девочка убрала папку с документами в свою сумку и быстренько оделась. Через пятнадцать минут они уже были в Косом переулке.
- Да, чуть не забыла, архив воспринимает тебя как своего работника, поэтому нигде не фиксируется, что и когда ты смотрела, - вдруг сказала Морриган. Джин струхнула, она как-то совсем об этом не подумала. "Шпионка, блин", - дала она себе мысленный подзатыльник. – "А подумать о таких вещах не надо было?" Джин мило улыбнулась женщине, продолжая про себя ругаться. В какой-то момент ей показалось, что Морриган не так проста, как кажется, но почти сразу же отогнала эту мысль, не могла бы она не заметить такого. Зато теперь она была спокойна за собственную жизнь и разум, мало ли что могло произойти, узнай кто-нибудь о том, что она там искала, правда, существовала еще проблема в лице самой Морриган, но почему-то она не опасалась того, что женщина кому-то что-то расскажет. Судя по разговорам, которые ходили в Министерстве, мало кто доверял словам архивариуса, та могла такое присочинить в своих рассказах, что только диву можно было даваться.
Джин прекрасно провела время. Морриган ей нравилась, и с ней было весело. Джинни купила небольшие подарки всем своим таинственным друзьям и улыбнулась, зная, что и от них тоже получить что-нибудь, что будет ей дороже всех остальных подарков. Но она собиралась сделать самый чудесный подарок, если все пойдет, как надо. Теперь надо было заняться следующим пунктом плана.
В пять вечера Артур забрал дочь и направился домой. Молли была несколько задумчивой и слегка невнимательной, словно ее мысли витали далеко-далеко. Джин некоторое время наблюдала за матерью, потом хмыкнула и ушла к себе, у нее своих дел хватало, чтобы еще разбираться в проблемах родителей. Она долго корпела над письмами, особенно над одним. Ровно в половине девятого в ее окошко постучали. Девочка впустила пернатого друга с письмом. Джин дала филину лакомство, а сама углубилась в чтение. Писали ей все четверо, что вызвало у нее счастливую улыбку. Ребята делились всеми новостями, а также своими соображениями. Джин подумала, что скоро она уже будет учиться вместе с ними.
- Вот, это нужно отнести Ремусу Люпину, а это ребятам. Я знаю, что ты устал, но, пожалуйста, - Джин умоляюще посмотрела на посланца. Тот в ответ только ухнул и протянул лапку. – Спасибо.
Джин надеялась, что все у нее получится. А время все быстрее приближалось к рождеству. Ребята в Хогвартсе были завалены домашней работой по самое не хочу. Малфой некоторое время пытался измываться над Гарри по поводу того, как тот поймал снитч на своей первой игре, но все же понял, что его шутки никому не интересны и переключился на излюбленную тему – отсутствие у Гарри родителей. Его обида заходила всю глубже, а Гарри все больше расстраивался из-за этого, ведь чувствовал же, что слизеринец не был уж таким плохим, как хотел казаться. Зависть и обида просто съедали его изнутри. Блейз только качал головой, но следовал рекомендации Гарри не вмешиваться. Трудно было еще и потому, что Снейп всеми силами пытался унизить, задавить Гарри, под перекрестный удар попадали и остальные гриффиндорцы, но основной целью был именно зеленоглазый мальчик. Был один момент на зельях, когда Гарри уловил изумленный взгляд Драко Малфоя, перескакивающий с него на Снейпа. Что же такое заметил слизеринец, что его так поразило, но через секунду Малфой стал прежним: губы сжались в тонкую линию, в глазах появилось презрение, а в поведении надменность и высокомерие. Пока Гарри пытался понять, что же такое произошло, Малфой пытался уяснить одну истину, вдруг ему открывшуюся – Поттер был не так уж бездарен в зельях, как показывал это на уроке. Он следил за ним сегодня специально, хотел кое-что ляпнуть ему под руку, чтобы зелье не получилось, но то, чему он стал свидетелем, было просто невероятным. Гриффиндорец целенаправленно портил зелье, просто до жути профессионально. Драко нахмурился: "Зачем? Было бы правильнее, если бы он показал крестному, что знает зелья и способен их сварить так как надо. А он специально варит его неправильно. Если с Уизелом все понятно и тот действительно бухает все, так как не надо, то Поттер пользуется своими мозгами для этого. Странно, очень странно". Ему пришла в голову мысль, что стоит присмотреться к гриффиндорцу повнимательнее. Но, к его большой неудаче, его пристальное внимание к Гарри осталось незамеченным. Блейз осторожно выдохнул: "Теперь надо быть осторожнее". Об этом он и предупредил своих друзей.
В это же время трио занималось поисками данных о Николасе Фламеле, хотя двое их троицы уже все прекрасно знали и даже имели представление, что же спрятано в Хогвартсе. Гарри и Гермионе все сложнее было вести себя с Роном таким образом, но и довериться ему они пока так и не решились.
Гарри был немного грустным, в рождество с ним в школе оставался только Рон. Гермиона, Невилл и Блейз уезжали домой. Рон бы тоже поехал, но его родители уезжали в Румынию - навестить Чарли, Джинни, естественно, ехала с ними.
И вот, наконец, наступило рождественское утро. Гарри потянулся на кровати, ему доставляло удовольствие то, что он может поспать подольше и не нужно следить за временем. Он сел и осмотрелся, затем водрузил на нос очки, совсем ему не нужные. "Хмым, интересно, а почему они меня тут не проверили на плохое зрение? Странные они какие-то. Я бы уже раз сто все проверил и перепроверил. Да, вопросы, вопросы, вопросы...", - подумал он с легким сарказмом. И тут его взгляд упал на свертки у его кровати. Гарри осторожно встал, Рон исподтишка наблюдал за осторожными движениями Гарри. Тот сейчас был похож на дикого кота, который готовиться напасть на свою добычу. Он не раз замечал за своим другом подобные повадки. "Он на подарки смотрит одновременно так, словно там змея затаилась и словно это что-то такое, что он не может осознать", - промелькнуло у рыжего в голове.
- Рождеством, - пытаясь изобразить, что он только что проснулся, произнес Рон.
- И тебя, - выражение лица Гарри изменилось, и он стал таким, каким его в основном и знал Рон. – Представляешь, а у меня подарки.
- А ты что ждал? Мешок брюквы? – не слишком вежливо отреагировал Рон, но дело было не в вопросе, а в том, что Гарри от него явно что-то скрывал. Рыжий встал и отправился к своей куче подарков, которая была на порядок больше той, что у Гарри.
Брюнет стал осторожно открывать подарок за подарком, полученные впервые в его жизни. Верхний сверток был от Хагрида. Там оказалась самодельная флейта. Гарри дунул в нее, но ничего изумительного не получилось – какое-то уханье совы. Мальчик подавил огорченный вздох. Ему всегда хотелось научиться играть на каком-нибудь инструменте. Он на секунду задумался, потом улыбнулся своим мыслям: "Почему бы и нет". Следующим подарком оказалась пятидесятицентовая монетка от родственничков. Гарри только хмыкнул на это, а через минута та перекочевала к Рону, который никак не мог отойти от того, что у магглов такие странные деньги. Третий подарок оказался от матери Рона.
- Ох, - Рон смущенно осмотрел на друга. – Извини, я написал маме, что ты не ждешь подарков, и вот...
- Ничего, Рон, мне нравиться, - Гарри провел ладонью по мягкому изумрудному свитеру с переплетенными готическими буквами ГП с левой стороны груди. Еще в подарке были домашние ириски. Для мальчика это очень много значило. Сладости он также получил и от Гермионы. Тут на губах у него промелькнула улыбка. Он знал, что от девочки это не единственный подарок, как и тот, что он ей подарил перед отъездом. Теперь перед Гарри лежал последний сверток, совсем небольшой. Мальчик развернул бумагу, и на кровать упала серебристой лужицей ткань. Рон встал как вкопанный, он с замершей на лице восхищенной улыбкой смотрел на это чудо.
- Что это? – тихо спросил Гарри, понимая, что Рон точно имеет представление о том, что же такое ему подарили.
- За такую вещь я бы отдал все, - прошептал Рон. – Гарри, это мантия-невидимка. Надень, это точно она.
Гарри накинул ее на себя и посмотрел на ноги. Рон был в восторге, правда, жутковато было смотреть на висящую в воздухе голову и ботинки на полу. Гарри посмотрел на кровать и тут увидел записку. Он поднял ее и вместе с Роном прочитал: " Твой отец перед смертью оставил это мне на хранение. Пришло время передать это тебе. Используй его с толком. Желаю веселого, счастливого Рождества". И никакой подписи. Гарри нахмурился, то, что подарок от таинственного человека, ему не понравилось, а вот то, что это вещь когда-то принадлежала его отцу – заставило сердце затопиться теплом.
Рождество было прекрасным, день прошел просто замечательно, светло. Никто его не трогал и не пытался поддеть. В школе осталось не так уж много студентов, а те, кто остался, не имели ничего против Гарри. Близнецы от них с Роном отстали почти сразу и все свои проделки перенесли на Перси. Гарри никак не мог понять, чем же трем Уизли не нравился их старший брат. Да, Перси нельзя было назвать образцом, но все-таки он был их братом. Получив массу впечатлений от этого дня, Гарри никак не мог уснуть. Он все время думал о мантии и том, кто ее подарил. Одно он знал совершенно точно, ему намекали на что-то, ждали каких-то действий с его стороны, явно безрассудных, какие и должны исходить от гриффиндорца. Решив проверить свою теорию, Гарри решительно поднялся с кровати, но старался не разбудить Рона. Он покинул гостиную, и даже проснувшаяся Полная дама не поняла ничего, поскольку ребенок был скрыт под своим новым подарком. Гарри направился в библиотеку. Там он забрался в запретную секцию и попытался снять с полки одну из книг. Вопль был такой, что мальчик чуть не оглох. Гарри накинул на себя мантию и поспешил ретироваться с места преступления. В коридоре он чуть не наткнулся на Филча, но сумел прошмыгнуть у него под рукой. Мальчик так спешил удалиться подальше от библиотеки, что не видел куда идет. Как результат, он врезался в рыцарские доспехи, естественно, наделав шуму. Он застыл, и тут услышал голоса
- Вы просили вам сообщить, если кто-нибудь заберется в запретную секцию, - произнес завхоз.
- Запретную? Что ж, они далеко не могли уйти, - двое мужчин вынырнули из-за угла и теперь шли прямо на него. Гарри начал паниковать. "И где было мое предвиденье?" – саркастично спросил он сам себя. Гарри попытался слиться со стеной, но почувствовал за собой дверь. Если он сейчас не уберется с пути приближающихся мужчин, то те обязательно его обнаружат. Мальчик проскользнул в приоткрытую дверь и замер. Его слегка потряхивало от облегчения, он прислонился к стене и закрыл глаза. Проблем в лице Снейпа ему хватало с избытком и без этого происшествия. Только через несколько минут он смог оглядеться. Первым впечатлением было то, что комнате ни что иное, как кабинет, но заброшенный. Здесь давно уже никто не бывал. Гарри стал внимательно осматриваться и, наконец, заметил то, что никак не вписывалось в окружающий интерьер – это было зеркало, высокое в золотой раме, под самый потолок. Гарри встал перед зеркалом, думая увидеть там свое отражение, но то что он увидел, заставило его резко испуганно обернуться. Но никого не было, он был здесь один. Гарри уже начал поворачиваться обратно к зеркалу, как его настигло видение.
"Видение Гарри.
Гарри стоял напротив странного не то человека, не то рептилии. Их палочки были наставлены друг на друга и связаны двумя лучами. Из той, что принадлежала его оппоненту медленно выходили призраки. Один из них чем-то напоминал райнвекловца из квиддической команды, а второй похож на него такого, как он есть сейчас. Рядом с этим ним взрослым стояла рыжеволосая девушка.
- Когда мы скажем, отпускай, сынок, - прошептала девушка...
Конец видения".
Гарри резко отпрянул, разорвав видение, что моментально отозвалось жуткой болью в висках. Так поступать было очень опрометчиво. Гарри повернулся и его взгляд упал в зеркало. Он замер, поняв, кого же там видит. Гарри подошел вплотную и провел по поверхности кончиками пальцев.
- Мама, папа, - прошептал он. Те улыбались ему и махали рукой.
Гарри умом понимал, что это не настоящее, но сердцу же не прикажешь. Он стоял и смотрел, пытаясь запомнить каждую черточку, каждый лукавинку в глазах отцах и матери. Это был первый раз, когда он вообще видел своих родителей. Мозг все больше подавал ему сигнал тревоги, заставляя его отойти от зеркала.
- Я еще приду, - прошептал он и вылетел из кабинета. Это было трудно, сердце и разум вступили в борьбу.
- Ты где был? – тут же налетел на него рыжий друг. Гарри рассказал ему о своем ночном путешествие, причем сам же забыл, зачем собственно вообще устроил этот ночной вояж. – А меня не мог позвать с собой? – обиделся Рон.
- Я сегодня снова туда собираюсь. Вместе пойдем, - сказал Гарри.
Они с нетерпением дождались ночи и отправились в свое путешествие. Гарри очень боялся, что не сможет найти ту комнату, но после блужданий и брюзжания Рона они все-таки оказались у цели. Брюнет сразу же бросился к зеркалу. Родители были там и счастливо ему улыбались.
- Видишь? – Гарри обернулся к Рону, тот лишь покачал головой. – Посмотри внимательнее, вот же они, - и отошел в сторону, чтобы Рон мог сам посмотреть. Он видел, как странно изменилось лицо Рона и на нем появилось завороженное выражение, но глаза оставались серьезными. – Видишь?
- Я вижу себя, только старше и у меня такая же нашивка как у Билла... И еще квиддический кубок, а еще я капитан команды, - Гарри так и не смог себя объяснить, почему был уверен, что в этот момент его друг врал. И именно сейчас разум возобладал над ним. Ему показалось странным то, что зеркало оказалось в школе и почему-то на его пути.
- Дай я снова посмотрю, - сказал Гарри.
- Ты вчера всю ночь тут пробыл, теперь моя очередь, - сказал Рон.
- И что такого в том, что ты держишь кубок? Я хочу взглянуть на родителей, - заявил Гарри, повышая голос.
- Не толкайся, - также громко воскликнул Рон. Их спору был положен конец, когда в коридоре раздался шум. Рон схватил Гарри за руку и быстро вытянул из комнаты. Рыжий еле успел накрыть себя и Гарри плащом, как появилась кошка Филча. Мальчишки даже дышать перестали. "Что со мной такое?" – пронесся вопрос в голове Гарри. Он себя не узнавал, куда делись его трезвость ума и благоразумие. Он понимал, что что-то не так, но бороться не получалось.
Весь следующий день он находился в апатии, ничего не хотел делать, а вот желание оказаться перед зеркало с становилось все более сильным. Он забыл о том, что вроде как должен быть озабочен поисками данных на Николаса Фламеля, философским камнем и черт знает чем еще, но се это отошло на задний план. Рон начал беспокоиться и отговаривать его от этой затеи. Но Гарри все равно пошел. На этот раз он двигался без блужданий и сразу же вышел к комнате. Родители снова ему улыбались...
- Итак, Гарри, ты снова здесь..., - раздался голос профессора Дамблдора. Гарри показалось, что внутри все сковало холодом. Он медленно повернулся.
- Я… я не заметил вас, сэр, - тут Гарри был искренен.
- Просто удивительно, до чего близоруки становятся невидимки, - промолвил Дамблдор, и Гарри с облегчением увидел, что директор улыбается.
- Итак, - продолжал тот, легко соскользнув с парты на пол и присаживаясь возле Гарри, - Ты, как и сотни других до тебя, открыл чудеса Зеркала Еиналеж.
- Я не знал, что оно так называется, сэр, - Гарри быстро сообразил, что значит это слово – желание.
- Но, я полагаю, ты уже понял, что оно делает? – спросил директор.
- Оно… ну… показывает мне мою семью…, - тихо сказал Гарри, не очень-то желая открываться. Он не собирался быть откровенным перед директором, особенно не после того, что видел перед распределением.
- А твоему другу Рону оно показало, что он первый ученик, - сказал Дамблдор
- Откуда…, - Гарри постарался показать удивление, а не то, что хотел на самом деле проявить.
- Мне не нужен плащ, чтобы стать невидимым, - мягко сказал директор. – А теперь, ты догадался, что показывает всем нам Зеркало Еиналеж?
Гарри покачал головой.
- Позволь мне объяснить. Счастливейший человек на земле мог бы использовать это зеркало как обыкновенное, то есть, он смотрел бы в него и видел себя таким, каков он есть. Понимаешь?
Гарри подумал. А затем сказал медленно:
- Оно показывает нам то, что мы хотим… все, что мы хотим…
- И да, и нет, - тихо промолвил Дамблдор. – Оно показывает нам не больше и не меньше, чем самое глубокое, самое отчаянное желание, идущее из самой глубины нашего сердца. Ты, никогда не знавший семьи, увидел всех родственников собравшимися возле тебя. Рональд Уизли, принужденный вечно существовать в тени своих старших братьев, увидел себя стоящим в совершенном одиночестве, к тому же лучшим из лучших. Однако, это зеркало не дает нам ни знания, ни правды. Многие люди погубили свое будущее, стоя перед этим зеркалом, завороженные тем, что они видят, или сошли с ума. Завтра зеркало будет перенесено на новое место, и я прошу тебя, Гарри, больше не искать его. Если ты случайно наткнешься на него в будущем, ты знаешь, чего ждать. Не годится витать в облаках и забывать о реальной жизни, помни об этом. Ну, а сейчас, почему бы тебе снова не надеть этот замечательный плащ и не отправиться в постель?
Гарри поднялся.
- Сэр… Профессор Дамблдор, можно вас кое о чем спросить?
- Разумеется, к тому же ты уже это сделал, - улыбнулся директор. – Однако, ты можешь задать мне еще один вопрос.
- Что вы видите в этом зеркале? – Гарри с любопытством посмотрел на профессора.
- Я? Я вижу себя с толстыми шерстяными носками в руках.
Гарри выпучил глаза от неожиданности.
- Носков никогда не бывает слишком много, - пояснил тот. – Вот и еще одно Рождество прошло, а мне так и не подарили ни одной пары. Все почему-то считают, что мне можно дарить только книжки.
Только когда Гарри снова оказался у себя в постели, он дал выход своему гневу. Он не поверил директору, вернее, в кое-что, конечно, поверил, но это можно будет проверить, когда приедут друзья. Но в большинство и в заботу Дамблдора нет. Наваждение ушло. "Сволочь, он все подстроил, точно подстроил", - кипятился мальчик, затем усмехнулся. Он точно знал, что Рон видел там не то, что рассказал ему, а, значит, директор знает не все. Каждый имеет право на секреты. Когда придет время, он откроется перед рыжим, а тот в свою очередь откроет ему свои тайны, но он должен быть в нем уверен полностью.
Это рождество стало особенным и еще для одного человека, который не ждал от него уже ничего хорошего. За день до праздника Ремус Люпин получил очень необычное письмо. Мужчина со смешанным чувством смотрел на конверт, подписанный некой Джин Уизли. Наконец, он решился его открыть.
"Здравствуйте, мистер Люпин!
Вы меня не знаете, хотя, наверное, помните моих родителей – Молли Манчестре-Уизли и Артура Уизли (Ремус припомнил обоих, тем более те состояли в Ордене). Мне сейчас десять лет, и вот по какому вопросу вам пишу. В этом году в Хогвартс поступил Гарри Поттер (Ремус до крови прокусил нижнюю губу). Дело в том, что Гарри ничего не знал о том, что он волшебник (Ремус удивленно приподнял бровь), он вообще ничего не знал о магии (у мужчины округлились от шока глаза). Гарри очень особенный (Ремус улыбнулся), и вокруг него очень много тайн, с которыми мы, его друзья, теперь разбираемся. Поверьте, это очень странно, поскольку выяснили мы уже очень много, а вопросов стало еще больше (Ремус нахмурился). Я хочу, чтобы вы кое-что прочитали. В конверте есть несколько документов, которые будут вам интересны и объяснят, почему я решила написать вам. Прочтите их до того, как продолжите читать дальше мое письмо..."
Ремус оторвался от ровных строчек и задумался. А мыслей было действительно много и все они пока никак не хотели выстраиваться во что-то более менее логичное. Что же, собственно говоря, происходит? Мужчина решил последовать рекомендации девочки. Он высыпал на стол перед собой сложенные пергаменты с вензелями Министерства. Откуда ребенок смог достать такие документы? Сначала он прочел бумаги о том, что является оборотнем. Сердце чуть не остановилось, стало больно, но он продолжил чтение. Документы на Сириуса, о том, что тот является крестным Гарри, его арест, суд, приговор, затем взял в руки следующую страницу и замер... казалось на Ремуса напал ступор, полный, жуткий. "Сириус невиновен", - наконец, в пустую от шока голову пришла мысль. Ремус со всей злости стукнул по столу, тот треснул, но мужчина уже на это не обращал внимание. Он лихорадочно просматривал оставшиеся документы. В голове вертелась только одна мысль: "Как дети умудрились заполучить всю эту информацию и куда смотрели они все десять лет назад?" Ремусу хотелось побиться головой об стену из-за своей недальновидности. Мужчина замер, голова дико болела, он никак не мог поймать за хвост мысль, которая вертелась где-то рядом, тут, но была недоступной. Ремус вернулся к чтению письма девочки.
"Я, наверное, не права, что делаю это без разрешения Гарри, но думаю, вы можете сделать для моего друга и сына ваших лучших друзей самый лучший подарок в его жизни. У Гарри нет ничего, что когда принадлежало его отцу или матери, даже фотографий (Ремус застонал и закрыл глаза на секунду). Сделайте для него, пожалуйста, альбом, если такое возможно, а еще напишите Гарри, только очень вас прошу, не связывайтесь с директором. Он нехороший человек (Ремус вздохнул. Судя по том,, что он только прочитал и увидел, нехороший – это мягко сказано). Мы думаем, что именно директор виноват во всех бедах Гарри и продолжает строить вокруг него какие-то интриги. Мистер Люпин, помогите нам разобраться в том, что случилось задолго до нашего рождения. Мы много не понимаем. Да, чуть не забыла, у Гарри дар, он может видеть будущее и только поэтому учиться в Гриффиндоре, а не в Слизерине… (Ремус снова закрыл глаза, вспоминая давний разговор, произошедший девятнадцать лет назад.
«Воспоминания Ремуса.
Они втроем сидели на кровати Джеймса – сам Джеймс, он, то есть Ремус, и Сириус и шепотом делились впечатлениями.
- Ты как смог уговорить шляпу отправить тебя в Гриффиндор? – спросил Джеймс Блека.
- Это было не трудно, она не особо и сопротивлялась, - хмыкнул тот. – А ты чего так долго там сидел?
- Да, в общем, странное что-то произошло, когда я ее одел, - смутился Джеймс.
- Что? – навострили уши два мальчика.
- Ну, я как будто увидел, что будет, если я окажусь в Слизерине и начал твердить, только не в Слизерин, только не в Слизерин, - признался Джеймс.
- А что ты увидел? – Ремус начал хмуриться.
- В общем, я бы погиб на пятом курсе, - опустил голову мальчик в очках…
Конец воспоминания.
Ремус вернулся к чтению письма). В школе происходит много странного и все закручивается вокруг персоны Гарри. Он сам говорит, что его намеренно подталкивают к определенным решениям и действиям с самого начала, с момента появления в его доме Хагрида, который и повел его в Косой переулок (Ремус перечитал последние строки несколько раз, чтобы удостовериться в том, что правильно все понял. «Какого?..» - он просто был в шоке). Вы сами можете видеть, как все запутано. Мистер Люпин, если вы хотите узнать больше, то сможете увидеть меня в Министерстве после Рождества. Я теперь там бываю довольно часто. У меня есть доказательства невиновности Сириуса Блека, а также то, что все, что произошло за эти годы с Гарри не случайность. Жду вашего ответа, Джин Уизли, личный шпион Гарри Поттера на воле (Ремус еле подавил смешок, готовый вырваться наружу: «Надо же, как себя назвала»)». А подумать теперь действительно было о чем. В самом низу была приписка, что если он все-таки решиться послать подарок Гарри, а лучше и написать ему письмо, то все нужно направить в адрес Блейза Забини, чтобы не вызвать подозрений. Ремус покачал головой. Эти дети действительно организовали целую шпионскую сеть. Мужчина пробежал глазами снова по документам, впитывая в себя все, что было написано. Да, это не был розыгрыш и детский лепет. Он решил поверить во все это и не связываться пока с Дамблдором. Ему ведь ничего не стоит сделать это потом. Если это окажется чьей-то глупой и жестокой шуткой. Надо просто все проверить. И встретиться с этой маленькой десятилетней шпионкой «на воле»
На следующий день Ремус был занят тем, что до самого вечера любовно собирал альбом с колдографиями друзей. Он встал в него не только те, где были Джеймс и Лили, но и где были он и Сириус. Разбирая очередную коробку, Ремус нахмурился, он держал в руках фотография, где были запечатлены Лили и Джеймс, они махали кому-то рукой, кто должен был вот-вот войти в кадр, но никак не входил. Эту колдографию делал Сириус, сам он находился с другой стороны, Питер был в трех метрах от него со странным выражением на лице, это он хорошо помнил, но тогда кому же махали рукой двое его друзей, а главное, почему они были вместе, если встречаться стали только на седьмом курсе? Виски сдавило ужасной болью. Ремус скривился: «Похоже на эффект от попытки вспомнить что-то после обливиэйта». Мужчина дернулся как от удара. Такое возможно? Вполне, но что именно его заставили забыть и кто? Сил думать и биться в закрытую дверь не было, он решил подумать об этом потом, а сейчас сел писать письмо. Сначала он не знал, что написать, а потом слова потекли сами. Лист сменялся листом, слова текли и текли и не хотели останавливаться. Он закончил только поздно ночью, свернул объемное письмо, запечатал его, затем завернул в обычную бумагу альбом, и подписал своим красивым почерком – «Гарри Поттеру! С рождеством, Малыш!».
- Отнеси это Блейзу Забини, - Ремус погладил филина по головке. Тот дожидался ответа все это время. У него было еще несколько небольших посылочек на лапке. Мужчина смог прочитать, что они были адресованы некой Гермионе Грейнджер, Невиллу Лонгботтому, Гарри и Блейзу Забини. Да, у этих ребят действительно было построена тайная организация, которая имела все основания гордиться собой. Детишки продумали многое, чтобы не подставлять под удар Гарри. Ремус задумался, глядя вслед улетающему филину: что же такое сделал директор, чтобы дети встали ему в противодействие? Неспроста все это, совсем не спроста.
Это Рождество вообще было странным. Для кого-то оно стало первым настоящим рождеством в его жизни, кто-то получил массу информации для размышления и возможность заглянуть в свое прошлое и разобраться с его призраками, а кто-то, наконец, принял решение, которое должно было рано или поздно воплотиться в жизнь. Таким человеком стал узник Азкабана под номером 1325, более известный как Сириус Блек.
Изможденный, уставший, но все еще твердый и сохранивший свой разум. Его спасло то, что он мог перекинуться в собаку и сохранить свой разум, пусть и не совсем таким как был, но зато не свихнувшимся. Еще в первые годы его поселения в этих стенах на эмоциональном шоке рухнуло заклятие, закрывшее от него прошлое. Вот, когда он был на самом деле на грани того, чтобы сойти с ума. Дементоры вытягивают счастливые воспоминания, они и вытягивали, но именно и способствовали тому, что рухнул блок и истинные воспоминания хлынули в мозг. Сириус холили и лелеял их, тщательно оберегая от стражей. Последние несколько лет он лишь на самое малое время превращался в человека, но старался не поддаться инстинктам животного и не остаться в собачьей шкуре уже навсегда. Помогали воспоминания.
- Я выберусь отсюда, обязательно выберусь, - прохрипел он впервые за три года, подав голос. Он все еще не разучился говорить, хотя и молчал большую часть последних лет. – Я не знаю как, но только пока. Я выберусь.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:55 | Сообщение # 12
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Спойлеры из Главы 13 «Гарри Поттер и философский камень»
Глава 10.
Блейз с нескрываемым интересом смотрел на конверт, подписанный Ремусом Люпином. "Ай да, Джин! Ай да, молодец!" – восхитился мальчик. Их подружка на воле додумалась до того, что ни одному из друзей Гарри даже в голову не пришло. Сколь ни было бы велико желание заглянуть в пухлый конверт, больше напоминающий небольшую посылку, Блейз этого не делал. Он прекрасно знал, что Гарри поделится с друзьями новостями, а также тем, что было в этой посылке.
Их компания выглядела старше своих лет. Им трудно было дать по одиннадцать. Дети со зрелым умом. Они не занимались мелкими пакостями и не были обижены на весь белый свет за то, что кто-то не пожал им руку. Это был камешек в огород Драко Малфоя. Блейз усмехнулся, вспомнив бал в Малфой-меноре. Взрослые привели туда и детей, которым был предоставлен отдельный зал на этот вечер. Блейз весь вечер наблюдал за Драко, прислушивался к его разговорам. Его поражало, как такой умный парень, мог быть настолько слепым. Но именно этого вечера ему хватило, чтобы понять причины поведения младшего Малфоя. Если честно он был поражен тем, что осознал: Драко Малфой, который всегда и все получает на золотом блюде и по простому щелчку пальцами, банально ревновал, причем ревновал всех, кто оказался ближе к Мальчику-который-выжил, чем он. Он было настолько не свойственно Малфоям, что поверить в подобный исход было трудно, но все признаки были на лицо. Ни о чем, кроме Поттера, Драко не мог думать и говорить. Блейзу стало ясно, что Гарри стал наваждением для Драко.
Тогда, на балу, Блейз старался держаться в стороне и просто наблюдать, присматриваться к слизеринцам, которые, в основном, тут и присутствовали. Из всех, кто присутствовал, он выделил только самого Драко и Панси. Он даже удивился, что не заметил этого раньше, но единственная дочь Паркинсонов оказалось одной из «них». Девочка умело скрывала себя, настолько, что они пропустили ее. Но в то же время он понял, что и она их не раскусила. По-видимому, она так старалась изображать из себя то, чем на самом деле не являлась, что на других просто не было времени.
По мнению Забини, Драко слишком много и слишком рьяно говорил о Гарри и своей ненависти к нему, только ему удалось услышать в голосе обиду. «Если бы ты только знал», - думал в тот вечер Блейз.
Покидая уже под утро Малфой-менор, Блейз обратил внимание на испытывающий, изучающий взгляд отца Драко. У него мурашки побежали по коже, и появилось стойкое ощущение, что от этого человека стоит держаться подальше, если они хотят долгое время держаться в тени и не афишировать свои знания и умения. Только дикая фантазия могла нарисовать то, что Малфой-старший окажется на их стороне. Блейз мысленно улыбнулся на это.
Остаток каникул он чувствовал себя как-то странно. У него было нехорошее предчувствие, что случиться что-то еще. Первой ласточкой стала посылка от Ремуса Люпина. Вслед за ней пришла записка от Невилла, написанная рукой Гарри: «Лучше не ври». Блейз, если честно, был озадачен. Он никогда не обманывал своих друзей, и такая вот формулировка его обидела.
За несколько дней до отъезда обратно в Хогвартс, к нему в комнату заявился дядя, брат отца.
- Ты ничего не хочешь мне рассказать, Блейз? – присел тот на кровать рядом с мальчиком.
- А что? – недоуменно посмотрел тот на мужчину.
- Блейз, ты, конечно, очень хороший актер, смог обвести вокруг пальца свою мать, хотя это было не трудно, ее не интересует никто, кроме потенциального мужа, который отправится на тот свет в ближайшем будущем, - усмехнулся дядя. – Но все же ты не очень осторожен, чтобы твоим поведением не заинтересовались другие.
Блейз сидел с открытым ртом и смотрел на дядю, и в голову назойливо лезла записка Гарри. Он был уверен, что друг писал именно об этом, а не о себе и Невилле. И сейчас ему предстояло решить, сказать всю правду дяде или попытаться выкрутиться. В принципе, записка Гарри все сама решила.
- У меня есть три друга, - произнес Блейз.
- Блейз, друзей у тебя множество, чуть ли не весь Слизерин, - усмехнулся дядя.
- Нет, дядя, ты не понимаешь, - покачал головой Блейз. – Друзей у меня пока только четверо.
- И кто они? Конечно, Драко Малфой…, - усмехнулся дяд, начиная называть имена.
- Драко в число избранных не входит, - твердо произнес Блейз. Брови дяди поползли вверх.
- Вот даже как?! И кто они?
- Трое – Гриффиндорцы, - спокойно произнес Блейз.
- Хмм, - было единственным откликом на это.
- Гарри Поттер, Невилл Лонгботтом и Гермиона Грейнджер, - назвал имена на вопросительный взгляд дяди Блейз.
- А кто четвертый? – спросил дядя.
- Джин Уизли, - совершенно спокойно произнес Блейз.
- Может быть, ты мне все расскажешь с самого начала? – дядя поудобнее устроился рядом со своим племянником и приготовился слушать, как он думал, длинный рассказ. Блейз вздохнул, еще раз вспомнил про записку Гарри и начал повествование.
Три часа спустя он все также сидел рядом с племянником и пребывал в глубокой задумчивости. Блез закончил говорить еще минут пятнадцать назад и теперь ждал реакции на свой, надо сказать, очень занимательный и неординарный рассказ.
- Твой друг каким-то образом совершенствует свой талант? – наконец, задал вопрос дядя. Блейз недоуменно посмотрел на него, не совсем поняв вопроса. – Гарри совершенствует свой дар прорицателя?
- Не знаю, - нахмурился Блейз. – Мне кажется, нет. Он и этот не особенно совершенствовал, он просто помогал ему жить в мире магглов и в доме его родственников.
- Хмм, ему нужно учиться, - серьезно произнес дядя. – Такой дар нельзя просто прошляпить. Насколько я понимаю, Дамблдор не в курсе?
- Гарри ему не доверяет, вернее, он ему совсем не верит, особенно после того, что нашла Джин, - сказал Блейз.
- Да, интересная она девочка, эта ваша Джин, - усмехнулся дядя. – Надо бы мне с ней познакомиться.
- Дядя?! – Блейз испугался.
- Успокойся, не собираюсь я выдавать твоих секретов и друзей, а вот с твоим Гарри мне надо будет встретиться, лучше летом. Его дар развивать надо, - произнес дядя.
- Я так плохо хранил секрет, - Блейз опустил голову.
- Нет, ты хорошо держался, просто я случайно увидел твое письмо на столе у Антуана, откуда и узнал о твоем интересе, связанном с Поттерами, - произнес дядя. – А вот почему ты решил мне все рассказать? Неужели, так сильно испугался?
Блейз молча протянул дяде записку от Гарри. Тот несколько секунд смотрел на три слова, затем перевел взгляд на племянника.
- Блейз, и часто Гарри пользуется своим даром?
- Ну, у него частенько бывают видения, - сказал Блейз.
- И? – подтолкнул его рассказывать дальше дядя.
- Гарри использует свои видения, чтобы избежать того, что они предрекают, - Блейз удивленно посмотрел на ошеломленного дядю. – Дядя?!
- Ты хочешь сказать, что Гарри использует свои видения, чтобы исправить то, что моет случиться? – уточнил мужчина и снова посмотрел на записку от мальчика-который-выжил.
- Ну, да, - недоуменно кивнул Блейз. – Он поэтому и не пошел в Слизерин. Показал шляпе, что будет, если он окажется на моем факультете. Та и согласилась. Невилл тоже должен был учиться с нами.
- Они уговорили шляпу отправить их на Гриффиндор? – мужчина вс больше впадал в ступор.
- Ага, - кивнул Блейз.
- Я должен буду познакомиться с твоими друзьями, - покачал головой дядя. – Непостижимые дети. Лонгботтом и Поттер в Слизерине! Да, это было бы нечто. А друзья у тебя умные. Значит, вы все не верите Дамблдору. После того, что вы пятеро раскопали, я бы вообще его убил.
- Зачем? Он уверен, что у него все под контролем, - по-взрослому усмехнулся Блейз. – А то, как он спрятал философский камень…
- Так, а вот это что-то новенькое, - перебил его дядя. – Выкладывай-ка все на чистоту.
Пришлось Блейзу рассказать и о школьных приключениях: о философском камне, уроках зелий, где Невилл и Гарри специально портили свои зелья, о Гермионе, которая продолжает играть роль заучки, хотя она и на самом деле очень умная, но и веселая девчонка, о Квирреле…
- Да, веселая у вас жизнь, - покачала головой дядя. – Но теперь серьезно. Скажи Гарри, хотя нет, секунду, - мужчина вышел из комнаты, и вернулся буквально через пару минут. В руках у него была книга в жестком переплете.
- Передай это Гарри. Скажи, что это для него будет дневником. Пусть он записывает сюда свои сны, даже если ему покажется, что они совершенно ничего не значат, и любые видения, которые будут. Это очень важно. Я встречусь с ним летом и покажу одному специалисту. Дар Гарри просто уникален. Обычно прорицатели не могут влиять на события, это чревато для них последствиями, а Гарри может. Таких рождается один на тысячу, - мужчина был очень серьезен. – Продолжайте вести себя очень тихо. Я постараюсь по своим каналам тоже прояснить всю ситуацию. В том числе и с Блеком. И еще, Люциус Малфой тобой заинтересовался, будь осторожен.
- Хорошо, дядя, - кивнул Блейз.
- А теперь самое главное. Это касается тебя лично. Твоей брат Деймос, к сожалению, не оправдывает надежды рода, - дядя внимательно посмотрел на племянника. Тому не понадобилось много времени, чтобы понять, о чем идет речь.
- Его поддерживают…, - тихо произнес Блейз.
- Я знаю, поэтому будь предельно осторожен. Нам не нужно, чтобы кто-то знал, что ты в курсе небольшого заговора внутри семьи, - произнес дядя.
- А мама? – Блейз не особо благоволил своей матери, прекрасно зная, что эта женщина представляет из себя.
- Ну, она в очередной раз ищет себе мужа, - отмахнулся дядя. – Я постараюсь сделать все, чтобы стать твоим официальным опекуном.
- Хорошо, - кивнул Блейз.
- Теперь мне нужны адреса вашей маленькой рыжей шпионки с воли и оборотня, - сказал дядя. – Я встречусь с ними и, возможно, мы сможем что-нибудь придумать до лета. Как там, кстати, зовут эту старуху, которая якобы присматривает за Гарри, когда он у своих родственничков?
- Миссис Фигг, - Блейз недоуменно посмотрел на дядю.
- Надо к ней тоже наведаться, - задумчиво произнес дядя, затем встрепенулся. – Значит, он знал, что она за ним наблюдает, но при этом не знал о мире магии. Значит, дар не полностью активировался, а когда он узнал правду, он стал сильнее. Видения станут появляться чаще. Постарайтесь все время быть рядом. Не надо, чтобы Дамблдор узнал о даре Гарри. Это чревато.
- Я все понял, дядя, - серьезно кивнул Блейз.
- Хорошо. А теперь собирайся, завтра уже в школу, каникулы закончились, - потрепал племянника по волосам дядя. Мужчине было о чем подумать, а главное, теперь появился шанс жить так, как хочется. Нет, он не собирался пользоваться маленьким прорицателем, ну, если только чуть-чуть, просто теперь появился более разнообразный выбор, чем раньше. Но, для начала, надо было разобраться с проблемами внутри семьи, по крайней мере, наметить те пункты, которые в ближайшие годы должны быть выполнены. А вот с оборотнем он встретится в ближайшие дни.
***
После тех посещений зеркала, Гарри стал видеть сны, где звучал жуткий, навевающий ужас смех, а его родители исчезали в яркой зеленой вспышке. В конце концов, Гарри рассказал о своих снах Рону и тот заявил, что все дело, наверное, в том дурацком зеркале.
- Вот видишь, Дамблдор был прав, говоря, что оно может человека свести с ума.
- Может быть, - вздохнул Гарри. Ему полегчало, когда на день раньше планируемого срока приехала Гермиона. Он все рассказал подруге. При Роне она, конечно, говорила то, что от нее требовалось, то есть пришла в ужас оттого, что он три дня ночью бродил по школе. Но в то же время показала свое разочарование, что ему ничего не удалось узнать о Николасе Фламеле. Но это была игра на Рона.
Нормально они смогли поговорить только ночью, когда все уже спали. Они встретились в общей гостиной у камина.
- Гарри, ты как? – Гермиона с сочувствием посмотрела на друга.
- Знаешь, я много слышал лжи, но то, как врет директор, задевает сильнее всего, - признался Гарри.
- Это потому, что ты знаешь, что ему от тебя надо, - сказала Гермиона. – Неприятно, когда все происходит так. Приходится играть роль, строить из себя кого-то другого, кем на самом деле ты не являешься.
- Да, это просто ужас какой-то, - признался Гарри.
- Так что там с зеркалом этим? – наконец, приступила девочка к допросу. Гарри рассказал ей все, как есть. – Хмм, странно как-то. Знаешь, словно его специально там поставили.
- Да, я потом тоже сообразил, - кивнул Гарри. – Только вот у меня не было видений об этом… Или были, но я о них не помню… А теперь эти сны…
- Хмм, твои сны очень похожи на то, как погибли твои родители, - тихо произнесла Гермиона.
- Я уже устал от всего этого, - вздохнул Гарри.
- Что будем делать? – спросила Гермиона.
- Ты про Фламеля? – после кивка подруги он продолжил. – Будем искать.
- Да, ты все еще не разобрался в Роне? – уточнила Гермиона.
- Он что-то скрывает, но я не могу ничего конкретного сказать, - покачал головой Гарри.
- Ладно, пошли спать, - вздохнула подруга. – Завтра приезжают Невилл и Блейз, поговорим с ними.
- Спокойной ночи, Мио, - улыбнулся Гарри.
- Спокойной, - улыбнулась Гермиона и чмокнула друга в щеку.
Утром за завтраком уже появился Невилл, а за слизеринским столом сидел Блейз. Их отправили в школу порталом, в то время как основная масса студентов приедет только к ужину на поезде. Быстро поев, Гарри и Гермионы исчезли из большого зала быстрее, чем Рону успел понять, что произошло. Он, конечно, явился на завтрак, но так и проклевал все время носом, так что сбежать от него ничего не стоило. Исчез и Невилл, минуты три спустя, а вслед за ним отправился и Блейз. Встретилась четверка у уже знакомого им портрета и прошла зал, где все еще покоился на подушечке на постаменте философский камень.
Блейз первым делом передал Гарри пакет от Ремуса Люпина. Тот несколько минут как-то неуверенно смотрел на пакет, а затем стал осторожно его вскрывать. Ребята чуть отсели в сторону, чтобы ему не мешать. Блейз стал рассказывать свои новости, в том числе и разговор с дядей.
«Здравствуй, Гарри!
Я даже не знаю, как просить у тебя прощения за то, что с тобой случилось, за то, что поверил Дамблдору и не стал за тебя бороться. Я поверил… Прости, малыш, прости, что поверил и просто сдался. Не стал искать истину.
Я так рад, что у тебя такие преданные друзья. Джин прислала мне все, что нашла. Я не знаю, что на это сказать и не знаю, как мне быть. Я только могу надеяться, что ты не отвернешься от меня.
Отправляю тебе мой подарок…
Любящий тебя Ремус»
Гарри несколько раз пробежал глазами по строчкам небольшого письма, пропитанного виной и горечью. Затем отложил его в сторону и дрожащими руками взял в руки альбом, уже зная, предчувствуя, что там увидит. С первой страницы на него смотрели три парня и девушка. Гарри даже не понимал, что у него из глаз текут слезы. Неожиданно его обняли. Гарри поднял голову и увидел трех своих друзей.
- Это, мои мама и папа, это, крестный, а это - Ремус, - тихо произнес он.
- Гарри, - Гермиона осторожно стерла с его щек слезы.
- У меня никогда не было альбома, ни одной фотографии, - тихо произнес Гарри.
- Гарри, мы нафотографируемся, у нас будет много наших фотографий, - Блейз положил руку ему на плечо. Я тебе обещаю. Сегодня же напишу дяде, чтобы прислал нам колдоаппарат. Не переживай, Гарри, будет у тебя самый лучший альбом.
- Вы – настоящие друзья, - Гарри обнял всех троих. Четыре головки склонились друг к другу.
- Вместе навсегда, - прошептала Гермиона.
- Вместе навсегда, - повторили за ней три мальчика.
Они еще долго сидели в своем тайном убежище, обсуждая новости от Блейза, но это было после того, как они все вместе просмотрели весь альбом, который с любовью сделал для него Ремус.
- Гарри, почему ты решил, что мне нельзя обманывать дядю? – спросил Блейз.
- Если бы ты обманул его, то потом было бы очень плохо. Нас бы раскрыли, - Гарри вдруг помрачнел.
- Гарри? – Гермиона тронула его за руку.
- Блейз не приехал бы на второй курс, ты, Мио, погибла бы в конце года, а Дамблдор узнал бы о моем даре и…, - он запнулся.
- Что? – тихо спросил Невилл.
- Миссию Света делали бы из тебя Невилл, а я бы уже к середине следующего года был бы уже заперт в Святого Мунго, - совсем тихо произнес Гарри.
- Пфф, - выпустила воздух из легких Гермиона.
- Дядя сказал, что у тебя очень редкий дар. Обычно прорицатели не могут воздействовать на события, которые они видели, а ты меняешь то, что видишь, - произнес Блейз.
- Может попытаться все-таки присоединить к нам Рона? – спросила Гермиона.
- Нет, - покачал головой Гарри. – Ничего не могу объяснить, но сейчас ему нельзя говорить.
- А что насчет Панси Паркинсон? – спросил Блейз.
- Последи за ней, но я не видел насчет нее никаких видений, - сказал Гарри.
- Нет проблем, - кивнул Блейз. – Заодно и за Драко.
Еще немного поговорив, они разошлись. Странно, но Рон даже не поинтересовался, где они были. Оказалось, он был уверен, что они занимаются поисками данных на Николаса Фламеля. Это было на руку и Гарри и Гермионе.
На следующий день начались занятия. Они все также втроем искали информацию о Фламеле. Гарри и Гермионе было довольно тяжело, поскольку они-то как раз знали о нем все, что нужно, а приходилось изображать из себя ничего не знающих. Свободное время было только у Рона. Гермиона занималась домашними заданиями и внеклассным чтением, как она это называла. Если бы кто знал, что именно она читает, у гриффиндорцев волосы бы встали дыбом. Во-первых, книги по темной магии, а, во-вторых, обычную, маггловскую, фэнтази. Гарри тем временем пропадал на тренировках. Вуд превзошел всех, гоняя команду так, что взвыли уже все. Но на одной из тренировок, перед матчем Гриффиндор-Хаффлпафф, Вуд объявил, что матч судить будет Снейп. После тренировки Гарри сразу пошел в гостиную, где застал Рона и Гермиону, играющими в шахматы, игра в которые совершенно не удавалась девочке. Гарри выдал им новость. Ему совершенно не нравилась перспектива оказаться рядом со Снейпом где-то еще, кроме кабинета зелий. Он выслушал различные идеи того, как ему поступить, но все их отверг и, как истинный гриффиндорец заявил, что не может подвести команду и факультет. Но тут в гостиную ввалился Невилл, ноги которого прилипли друг к другу. Почти все в гостиной засмеялись, сам же он только улыбнулся, зная, что друг играет роль этакого увальня, который и с простейшей задачей справиться не может. Гермиона сориентировалась первой, сняла заклятие с Невилла. Дальше, как всегда, был разыгран спектакль для однофакультетников. После того, как Гарри поделился с Невиллом шоколадной лягушкой, а тот отдал ему карточку с Дамблдором, Гарри понял, как, наконец, разрешить вопрос с Фламелем.
- Я нашел его! – прошептал он, затем, обращаясь, к Рону и Гермионе произнес. - Я нашел Фламеля! Я же говорил вам, что уже видел это имя, так вот, это было в поезде, когда я ехал сюда. Слушайте! «Профессор Дамблдор прославился, помимо всего прочего, победой над темным волшебником Гриндевальдом в 1945 году, открытием двенадцати способов применения крови дракона и работами по алхимии, проведенными совместно с его партнером Николасом Фламелем…», - зачитал Гарри, затем поднял голову и посмотрел на друзей. Он увидел, что Гермиона все поняла и готова поддержать его игру. Она умчалась в свою спальню и вернулась с тяжеленной древней книгой в руках.
- Мне даже не приходило в голову искать его здесь! – взволнованно прошептала Гермиона, про себя подумав: «Да, да, конечно, но именно тут я в первую очередь о нем и читала». – Я взяла ее в библиотеке специально, чтобы просто почитать. Так, легкое чтение.
- Легкое? – Рон сглотнул и очень странным взглядом окинул фолиант, явно говоря им, что легким это чтиво он не считает. В этот момент он выглядел по-другому, не тем, кого они знали, но это выражение быстро исчезло. Гермиона цыкнула на него, чтобы он вел себя тихо, пока она не найдет то, что нужно, и, бормоча про себя, принялась со страшной скоростью листать страницы. В конце концов, она отыскала нужное место.
- Я так и знала! Я так и знала! – воскликнула она
- Говорить можно или еще нет? - спросил Рон ядовито. Гермиона не обратила на него никакого внимания, а вот Гарри исподтишка за ним наблюдал. После Рождества рыжий все чаще стал проявлять себя более разумно, явно отходя от образа придурковатого и недалекого мальчика.
- Николас Фламель, - прочитала Гермиона торжественно, - является единственным известным на сегодняшний день создателем философского камня!
- Чего? - хором спросили Гарри и Рон, хотя Гарри было смешно изображать из себя этакого непонимающего ничего паренька, особенно после того, как видел этот самый философский камень собственными глазами.
- Да вы что? – Гермиона так натурально изобразила ужас, что даже Гарри купился. – Слушайте… Хотя нет, лучше сами прочтите, вот тут, - Гермиона подтолкнула книжку поближе, и Гарри с Роном прочитали следующее: «Средневековые исследования в области алхимии представляли собой попытки создать так называемый философский камень, легендарное вещество удивительной волшебной силы. Считалось, что камень способен превратить любой металл в чистое золото. Также с его помощью можно было производить Эликсир Жизни, напиток, который дарил бессмертие тому, кто его выпьет. На протяжении многих веков неоднократно появлялись сообщения о создании философского камня, однако, единственный реально существующий камень принадлежит мистеру Николасу Фламелю, знаменитому алхимику и ценителю оперного пения. Мистер Фламель, в прошлом году отметивший свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения, ведет уединенную жизнь в Девоне вместе со своей шестьсот пятидесятивосьмилетней женой Перенеллой…»
- Понимаете? - воскликнула Гермиона, с трудом дождавшись, когда Гарри и Рон, наконец, закончат читать. - Пес, видимо, охраняет философский камень Фламеля! В этом нет сомнений - Фламель попросил Дамблдора спрятать камень, они ведь друзья! Фламель знал, что за камнем кто-то охотится, вот и решил забрать его из Гринготтса!
- Камень, который делает золото и не дает умереть, - сказал Гарри. - Неудивительно, что Снейп хочет его заполучить. Кто угодно бы захотел, - ему стало немного по себе вот так свалить вину на человека, который был ни причем, но не разуверять же Рона, который был уверен, что во всем виноват именно зельевар.
- Тем более неудивительно, что мы не нашли Фламеля в «Важнейших открытиях современной магии», - вставил Рон. - Не очень-то он современный, раз ему шестьсот шестьдесят пять, правда?
Откуда-то раздался смешок, но ни Гермиона, ни Рон не обратили на это внимания, а вот Гарри поднял голову. На лестнице сидел Невилл и тихо давился смехом. Он поднял большой палец вверх, показывая, что игра Гарри и Гермионы просто безупречна.
Следующим утром на ЗОТИ, переписывая с доски способы лечения от укусов оборотней, Гарри был вынужден обсуждать с Роном, что бы они стали делать с философским камнем, если бы он у них был. И, пока Рон не сказал, что он бы приобрел собственную квиддическую команду, Гарри не вспоминал ни о Снейпе, ни о предстоящем матче.
- Знаете, я буду играть, - решительно сообщил он Рону и Гермионе после урока. - Если я не выйду на поле, слизеринцы подумают, что я струсил, испугался Снейпа. Я им покажу!... Если мы выиграем, это сотрет с их лиц гнусные ухмылочки!
- Как бы тебя самого не пришлось потом стирать, - сказала Гермиона. Она беспокоилась за Гарри, и совсем по другой причине, чем мог бы подумать Рон.
Матч приближался, и Гарри нервничал все больше, что бы он там ни говорил своим друзьям. Его сильно беспокоило отсутствие видений, которых с момента, когда он увидел разговор Блейза с дядей, больше не было. Гарри сейчас бы отдал многое, чтобы увидеть хоть что-нибудь, хоть какую-нибудь мелочь. Он знал, что Снейпа ему опасаться не стоит, тот не причинит ему видимого вреда, только моральный. Но, зная это, ему было трудно навредить. А вот чего ждать от того же Квирелла, Гарри понятия не имел. Он видел, что это же беспокоит и Невилла с Блейзом. Накануне пришло письмо от Джинни, та особо нового ничего не сообщила, только то, что начала переписываться с Ремусом. Ребята на своей «сходке» решили, что надо написать Ремусу и начать с ним общаться. Взрослый им совсем не помешает. Нервировало Гарри и отношение самого Снейпа, который превратил свои уроки для него в настоящий ад. В какой-то момент Гарри показалось, что зельевар за ним устроил охоту.
Когда на следующий день, перед матчем, Рон и Гермиона желали Гарри удачи перед дверью раздевалки, он чувствовал, что они оба гадают про себя, доведется ли еще увидеть его живым - и это отнюдь не успокаивало его. Даже Гермиона нервничала и поглядывала на него нервно, явно боясь, как бы чего не вышло. К сожалению, поговорить наедине им не удалось. Гарри переоделся в форму и совершенно не слушал Вуда. Он все ждал, что вот-вот будет видение, но ничего не происходило. «Вот ведь, когда так надо, ничего нет», - вздохнул Гарри.
Тем временем, Рон с Гермионой нашли себе на трибуне места рядом с Невиллем, который напряженно следил за преподавательской трибуной. Гермиона осторожно ткнула его в бок, чтобы он не привлекал столько внимания к себе.
Матч начался довольно спокойно. Гарри, узнавший о присутствии Дамблдора на матче не испытал того облегчения, которое показал своему капитану. Это наоборот еще больше ему не понравилось. Но теперь его главной задачей стало поймать этот проклятый снитч. Знал бы кто-нибудь, что квиддич совсем его не интересует, не поверил бы.
Пока Гарри летал в небе и выматривал снитч, Рон успел поругаться с Малфоем, который огрел его по голове. Гарри вдруг совершил резкий нырок, вызвав у собравшейся публики и охи, и ахи, и крики восторга, он наконец-то, увидел этот чертов снитч и решил поскорее закончить эту игру. Гарри, если честно, чуть не сбил Снейпа, когда летел за крылатым мячиком, но он его поймал и, триумфально воздев над головой руки, он взмыл вверх. На трибунах все встали в едином порыве - это был рекорд; никто не помнил случая, чтобы снитч поймали так быстро.
Оказавшись в футе над землей, Гарри спрыгнул с метлы. Он не мог поверить в случившееся. Он победил - игра окончена; она длилась едва ли дольше пяти минут. «Все закончилось? Все закончилось! Ура, отмучился», - он сам поверить не мог в это. Гриффиндорцы один за другим соскакивали с метел на поле. Гарри увидел, как неподалеку приземляется Снейп, с белым лицом и поджатыми губами, а затем почувствовал чью-то руку у себя на плече, поднял голову и встретился взглядом с улыбающимся Дамблдором. Гарри подавил желание скинуть руку и улыбнулся в ответ.
- Отлично, - похвалил Дамблдор тихо, так, что только Гарри мог расслышать, - Приятно видеть, что ты не скучал по зеркалу... занимался делом... молодец...
Снейп сердито сплюнул на землю. Гарри только покачал головой. Он не мог понять, почему все так с ума сходят, причем и из-за квиддича, и из-за очков факультетов. Все это он считал глупостью. Он как раз вошел в раздевалку, когда его настигло-таки видение.
Гарри покинул раздевалку спустя довольно продолжительное время. На людях он старательно держал счастливую улыбку, но как только выбрался на воздух, то вздохнул с облегчением. Ему нужно было некоторое время, чтобы успокоиться и прийти в себя. Он все-таки здорово перенервничал, да еще и это видение. Гарри поежился. Он не сразу обратил внимание на шагающего в сторону Запретного леса человека. Но когда заметил, то сразу узнал Снейпа, такой походки больше не было ни у кого. Гарри так и не понял, зачем схватил свою метлу, поднялся в воздух и направился за зельеваром. Сквозь густые кроны деревьев Гарри не мог видеть, куда направляется Снейп. Тогда он стал летать кругами, ниже и ниже, задевая верхушки деревьев, пока, наконец, не услышал голоса. Он полетел на звук, бесшумно опустился на высокую березу и осторожно полез по ветке, крепко держа в руках метлу и стараясь разглядеть, что происходит внизу. Там, на темной поляне, стоял Снейп, и он был не один. С ним был Квирелл. Гарри не видел выражения его лица, но заикался профессор ЗОТИ гораздо сильнее обычного. Гарри изо всех сил напряг слух, чтобы не пропустить ни слова из разговора профессоров.
- ... н-н-не знаю, з-з-зачем вам п-п-понадобилось встречаться с-со мной именно з-з-здесь, Снейп..., - заяикаясь выдал Квирелл.
- О, я надеялся, что мы сумеем сохранить наш секрет, - сказал в ответ Снейп ледяным тоном. - В конце концов, учащимся не положено знать о философском камне.
Гарри сильнее наклонился вперед. Квирелл что-то промямлил, но Снейп перебил его.
- Вы уже выяснили, как можно пройти мимо этого животного, которое держит Хагрид?
- Н-н-но, Снейп, мне..., - промямлил Квирелл в ответ.
- Вам не понравится, если я стану вашим врагом, Квирелл, - заявил Снейп, делая шаг по направлению к собеседнику.
- Я н-н-не з-з-знаю, что в-вы..., - выдал из себя тот в ответ.
- Вы превосходно знаете, что я имею в виду, - ядовито произнес Снейп.
Громко ухнула сова, и Гарри чуть не свалился с дерева. Он восстановил равновесие на следующих словах Снейпа: "... ваш милый фокус-покус. Я жду."
- Н-н-но я н-н-е..., - начал перепугано Квирелл
- Прекрасно, - перебил Снейп. - Вскоре у нас будет возможность побеседовать еще, а до той поры вы все обдумаете и решите, на чьей вы стороне, - затем он накинул капюшон на голову и стремительно удалился. Почти совсем стемнело, но Гарри все-таки мог разглядеть Квирелла. Тот стоял неподвижно, словно окаменев.
Гарри отправился в сторону замка только после того, как Квирелл ушел. Мальчик был задумчив и пытался понять, чему стал свидетелем.
Когда он появился у Замка, на него тут же накинулась Гермиона.
- Гарри, где же ты был?
- Наши победили! Наши победили! Ты победил! - вопил Рон, подлетев и барабаня Гарри по спине. - А я поставил Малфою синяк, а Невилл один напал на Кребба и Гойла! Он все еще в больнице, но мадам Помфри говорит, что с ним все будет в порядке, а он говорит, что еще покажет слизеринцам! Все тебя ждут в гостиной, мы устроили пир, Фред с Джорджем стащили на кухне пирожные и еще много чего!
- Это уже неважно, - сказал Гарри почти беззвучно. - Давайте найдем пустую комнату, я вам кое-что расскажу...
- Так что мы оказались правы, это и в самом деле философский камень, - закончив свой рассказ, произнес Гарри. - И Снейп (Гарри мысленно попросил у зельевара прощения) пытается заставить Квирелла быть соучастником кражи. Снейп спросил, знает ли он, как пройти мимо Пушка, и еще он говорил про какой-то "фокус-покус". Значит, камень охраняет не только собака, но и какое-нибудь заклинание, а может, и не одно, к тому же, Квирелл наверняка наложил на него какое-нибудь заклятие от сил зла, сквозь которое Снейпу самому не прорваться...
- Так ты хочешь сказать, что камень в безопасности только до тех пор, пока Квирелл не расколется? - встревожилась Гермиона, но ее глаза спрашивали совсем другое.
- Тогда камня не будет к следующему вторнику, - безапелляционно заявил Рон.
- Может быть, – кивнул Гарри, посмотрев на подругу. Та видела, что у Гарри есть что-то еще, что он хочет сказать, но, к сожалению, пока не мог. Сначала им нужно было собраться всем вместе, а Невилл пока был в больничном крыле. Придется подождать.
Гарри так и не смог этой ночью уснуть, надо так над многим подумать, а главное понять, как действовать дальше. Его взгляд остановился на Коросте. На мгновение в его глазах мелькнула самая настоящая ненависть.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:56 | Сообщение # 13
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 11. Знакомство с главным приключением второго курса.

- Гарри, как думаешь, долго это все еще будет продолжаться? – тихо спросила Гермиона, глядя на огонь в камине. Сегодня была пятница, так что можно было немного дольше посидеть в гостиной. Сейчас только она, Гарри и Невилл оставались в общей гостиной, остальные давно уже видели даже не десятый сон.
- Что именно ты имеешь в виду? – также тихо спросил Гарри.
- Все это? Наша игра, ложь взрослых, интриги вокруг нас, - девочка вяло повела рукой, словно все, что она только что назвала, находилось у них перед глазами.
- Не знаю, но, наверное, до тех пор, пока мы в состоянии играть свои роли, - отозвался Невилл.
- Я ничего не имею против этого, - сказала Гермиона. – Просто все это неправильно. Мы дети, а нами играют, как…, - она замолчала на некоторое время. – Как не знаю кем.
- Мы не можем сейчас все прекратить, это может для нас плохо кончиться, - сказал Гарри.
- Как в том твоем видении, да? – Гермиона посмотрела на друга.
- Их становится все больше, - поежился Гарри. – Это как будто я живу в нескольких мирах и могу увидеть, что в одном мире я мальчик, который полностью зависит от директора, в другом – он нас разоблачает, в третьем – мы становимся на темную сторону…
- Бррр, - поежилась Гермиона. – Как ты живешь с этим?
- Плохо, - признался Гарри. – Раньше такого не было. Видения не были такими, ну…, насыщенными что ли.
- Блейзу и Джин хуже, - тихо произнес Невилл. – Мы тут вместе, а они одни.
- Да, плохо, - согласилась Гермиона. Несколько минут был слышен только треск огня в камине. Девочка подняла голову и посмотрела на Гарри. – Ты думаешь, это хорошо, ну, то, что дядя Блейза знает о нас?
- В этом нет ничего плохого, - ответил Гарри. – В принципе, и ничего хорошего.
- Что ты имеешь в виду? – нахмурились его друзья. – Ты что-то видел, да?
- Нам надо отделаться завтра от Рона, - вдруг произнес Гарри.
- Зачем? – удивилась Гермиона.
- Нам нужно кое-что проверить, - сказал Гарри. – И Рону пока нельзя об этом знать. Он закрыт для меня, возможно, он никогда не будет с нами.
- Ясно, - кивнула Гермиона. – Отработка?
- Да, но как это устроить? – нахмурился Невилл.
- Блейз нужен, - твердо произнесла Гермиона. – Надо сделать так, чтобы произошла стычка между Роном и Малфоем. Рон очень вспыльчивый и слово за слово… Сами понимаете.
- Тогда так и поступим, - кивнул Гарри.
- Куда мы завтра? – поинтересовалась Гермиона.
- Увидите, - как-то странно улыбнулся Гарри. Гермиона скептически на него посмотрела.
- Это хоть безопасно? – спросила она.
- Относительно, - последовал ответ, после которого Гарри поднялся. – Ладно, надо немного поспать.
- Хорошо, встретимся утром, - Гермиона вздохнула, затем улыбнулась друзьям и отправилась в спальню девочек первого курса.
Прежде чем лечь спать Невилл и Гарри быстро набросали записку для Блейза. Невилл приоткрыл окна и тихонько свистнул. Гарри держал над ним и собой завесу тишину, которой научился пользоваться в совершенстве. Никто в школе, в том числе и профессора, не знал о том, что у Невилла есть свой филин и что тот живет не в совятне. Красивая птица влетела в окно и опустилась на плечо своего хозяина.
- Отнеси это Блейзу, - попросил Невилл. Филин ухнул, потерся головой о щеку Невилла и выпорхнул в окно.
- Вот теперь можно и ложиться, - улыбнулся Гарри. Через пять минут мальчики уже сладко спали.
«…
- Убей лишнего, - холодный, неприятный, словно бы пропитанный ядом голос…
- Авада Кедавра! – и тело оседает на землю среди надгробий, чтобы уже никто не встать…
- Тебя учили дуэлям? – вопрос…
- Не люблю я этот дом…
- Это должно быть самое счастливое воспоминание…
- ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! – и из палочки вырывается Олень, но как только он исчезает из виду, то вместо него над землей плывет гигантский василиск…
- Величайший из хогвартской четверки…
- Найди… Найди… Найди…»
Гарри судорожно выдохнул и резко сел на кровати. Его трясло как в лихорадке. Он прижал колени к груди и обхватил их руками. Ему еще никогда не снилась такая мешанина. Он видел себя и взрослым, а в следующее мгновение тем, какой он сейчас, затем снова взрослым. События сменялись быстрее, чем он успевал понять, что это было. Гарри откинул полог, вытащил из тумбочки подаренную дядей Блейза книжку в кожаном переплете, взял перо. Строчка за строчкой и сон стал облекаться в слова. Потом будет время все это перечитать и понять, что же такое он видел сегодня. Гарри начинало беспокоить то, что происходило с ним. Такие выпады из реальности, если они произойдут днем, могут очень плачевно кончиться для него.
Невилл потянулся и открыл глаза. Гарри спал на кровати, лицом к нему, под щекой у него лежала та самая книжка-дневник, в руке было зажато перо. «Я точно помню, что Гарри задвигал полог», - нахмурился он. Оглядевшись, Невилл понял, что все еще спят. Подойдя к Гарри, он вытянул у него дневник, убрал перо и вернулся на свою кровать. Он знал, что Гарри не обидится, если он прочитает, ведь дневник был для видений.
Невилл не заметил, когда встали Дин и Симус. Все его мысли были заняты тем, что было написано в дневнике. По сути там было порядка тридцати видений, самых разрозненных. Кое-какие были ясными и понятными, а вот кое-что совершенно не поддавалось объяснению.
Гарри потянулся и открыл глаза. Организм сработал точно, вот только все еще был уставшим. Спал он всего ничего. Взгляд упал на кровать Невилла. Дневник рядом с другом дал ему понять, что тот прочитал его сновидения и, судя по выражению лица, Невилл уже успел что-то надумать. Их глаза встретились. Какие-то пара секунд, но они поняли друг друга без слов.
Перед Большим залом случилась стычка, причем так получилось, что на передний край в бой выпустили Рона, который и попал под раздачу Снейпа и огреб отработку сразу после завтрака. Зельевар был бы рад присовокупить туда еще и Поттера, но так уж получилось, что этого самого Поттера рядом даже не наблюдалось. И вообще вся эта потасовка выглядела какой-то четко спланированной, только вот кем. Снейп в очередной раз поймал себя на мысли, что в школе происходит что-то, что от него ускользает, и, похоже, от директора тоже.
Блейз получил записку еще ночью, поскольку не спал, а также как и друзья полуночничал у камина, правда, в полном одиночестве. Доставка совиной почты в слизеринские подземелья была довольно своеобразной: либо письма падали через камин и их, по сути, мог прочитать любой, если на них не было защитных чар, либо через специальное зачарованное окно. Филин Невилла прилетел как раз через окно. Блейз понадобилось всего несколько минут, чтобы понять, что же сделать, чтобы все получилось. И вот теперь он сидел на завтраке и пытался скрыть улыбку. Завести Драко с утра пораньше ничего не стоило. Слово там, слово тут, и Малфой уже пыхтит как паровоз. Гермиона умница, так подставила Рона под удар, что никто ничего не понял, а Гарри и Невилл незамеченными проскользнули в зал. Вот так и получилось, что Поттера на месте ссоры не оказалось. Мол, задумался и не обратил внимания, что делается вокруг него – не проснулся еще.
Снейп, конечно, был доволен собой, теперь оставалось только поймать Поттера. Зельевар перевел взгляд на гриффиндорский стол. Лишь на мгновение он позволил себе испытать удивление. За столом Гриффиндора не наблюдалась растрепанная голова с дурацкими очками на носу. Не было там и Грейнджер с Лонгботтомом. Снейп мог поклясться, что не видел, как кто-то покидал Большой зал, но все же, похоже, это было так. «Ну, и куда это делись эти гриффиндорцы?» - подумал он.
Блейз спокойно доел свой завтрак, промокнул губы, после чего с достоинством поднялся и направился на выход. Снейп смерил его взглядом. Что-то в этом мальчике его настораживало. Он был каким-то странным, не таким как все остальные «змееныши». Покинув зал с достоинством, Блейз огляделся и только после этого помчался во весь опор к уже знакомому портрету.
- В зал? – отдышавшись, кивнул он на портрет.
- Неа, - помотал головой Гарри. – Нам нужно в тот самый, где тролль напал на Гермиону.
- Зачем? – удивилась та в ответ.
- Увидите, - снова загадочно улыбнулся Гарри.
- Ну, тогда, пошли, - кивнул Невилл.
Путь до места назначения они преодолели достаточно быстро, в туалет вошли тоже без проблем.
- Вы кто? – на них с подозрением смотрела призрачная девочка.
- Привет, ты ведь Миртл? – Гарри дружелюбно посмотрел на призрака.
- Ну, - не очень довольно кивнула та.
- Нам тут надо кое-что сделать, - сказал Гарри. – Хочешь с нами?
- Эээ, - опешил призрак. – Хочу.
- Хорошо, - кивнула Гарри, затем подошел к умывальнику. - /Хассссшшассс/.
- Ничего себе, - выдохнул Блейз, в шоке глядя на друга. Они уже знали об этой способности Гарри, правда, одно дело просто знать, а второе услышать собственными ушами. Умывальники разъехались в сторону, открывая проход.
- Да, что-то такое уже было, - задумчиво произнесла Миртл. Желания плакать у нее по странной причине не возникало. Она первой влетела в проход.
- Гарри, это что? – спросила Гермиона.
- Вход в тайную комнату Салазара Слизерина, - улыбнулся тот, но тут же добавил. – Правда, это приключения нашего следующего года.
- В дневнике ты этого не написал, - нахмурился Невилл.
- Это было еще до дневника. Я давно хотел туда сходить, как только увидел то видение, - произнес Гарри. – Если я могу менять то, что может быть, лучше перестраховаться, чем потом оказаться в невыгодном положении.
- Согласен, - кивнул Блейз и первым совершил съезд по «трубе» вниз.
Большого восторга ни у кого путешествие не вызвало. Хорошо, хоть никто себе ничего не сломал, правда, синяков себе точно насажали. Коридоров было несколько, но Гарри уверенно вел их вперед.
- Гарри, что ты имел в виду, говоря, что это наше приключение на следующий год? – осторожно поинтересовалась Гермиона.
- Здесь живет василиск, - ответил тот.
- ЧТО?! – трое его друзей встали на месте и в ужасе уставились на него. – ТЫ С УМА СОШЕЛ? – они даже говорить стали вместе, хором.
- Успокойтесь, - шикнул на них Гарри. – Мы же можем все сделать так, чтобы было по-нашему, а не так, как должно было быть, если бы я не видел это чертово видение.
- Гарри, - всплеснула руками Гермиона. – Ты точно сумасшедший.
/Откройся/, - прошипел Гарри, они как раз уже дошли до огромных резных дверей. После его приказа они медленно стали открываться. Трое подростков прошли внутрь и замерли, пораженные величием и величиной зала. Она медленно двигались вдоль стен, рассматривая орнаменты.
- Красиво, - протянул Блейз, глядя на статую. – Только вот, чего я не понимаю, так это, зачем надо было такую огромную ставить?
- А там василиск, - отмахнулся Гарри.
- Чего? – пискнула Гермиона.
- Он внутри, - пояснил Гарри. – Не бойтесь, все будет нормально, - и решительным шагом направился к статуе. Друзья прижались к стене и смотрели на него со страхом. Нет, страх у них вызывал не он, а том, что может случиться, когда огромная змея появится в этом зале. В принципе, это могли быть последние минуты их жизни. Гарри что-то зашипел. Рот статуи открылся, но ничего больше не произошло. Это немного успокаивало. Вдруг началось какое-то щевеление, вернее, шуршание.
- Мамочки, - пискнула Гермиона и крепко зажмурилась. Невилл и Блейз последовали ее примеру, но любопытство все же взяло верх, и они стали сквозь полуприкрытые веки следить за ситуацией. Гарри как изваяние стоял на месте, позволяя огромной змее обвить его.
/Приветствую тебя, змеиный король/, - поприветствовал василиска Гарри.
/Говорящий/, - прошипел тот в ответ. - /Не наследник, сильный, хитрый… Древний/
/Эмм, а что ты имеешь в виду?/ - чисто по-детски поинтересовался Гарри.
/Придет время, маленький видящий, и ты все узнаешь/, - последовал ответ. - /Тебя привело сюда око?/
/Эээ? Ну, наверное, да, если ты имеешь в виду мои видения/, - произнес Гарри.
/Ты сильный, маленький видящий. Скажи своим друзьям, что я их не трону/, - Гарри мог поклясться, что услышал в словах змея насмешку.
/А как же твой взгляд?/ - удивился Гарри.
/Ну, ты же на меня смотришь/, - теперь действительно была насмешка. Гарри вздрогнул и понял, что действительно спокойно смотрит прямо в глаза василиска. – /Ух, ты!/, - вырвалось у него.
- Ребята, иди сюда, он вас не тронет, - позвал Гарри, обернувшись к друзьям.
- Точно свихнулся, - пробормотал Невилл, но решил подойти, мало ли что взбредет в голову змеюке, если они останутся на месте. Похоже, Гермиона и Невилл были такого же мнения.
/Маленький видящий, что показало тебе око?/ - прошипел змей. Он следил за остальными тремя детенышами, но делал вид, как будто их не замечает. Гарри задумался, а затем рассказал василиску несколько своих видений, которые довольно-таки ясно обрисовывали картину. Змей задумался. Гарри протянул руку и погладил его по морде. Гермиона хихикнула, когда увидела на морде василиска донельзя удивленное выражение. Тот, похоже, совершенно не ожидал, что кому-то может прийти в голову идея его погладить.
Гарри уже собрался что-то сказать, как его накрыло.

«Видение 1.
Он стоял, напряженно ожидая, когда шестнадцатилетнее воплощение Тома Риддла поднимет палочку. Но кривая ухмылка на лице того с каждой секундой становилась все шире и шире.
-А теперь, Гарри, я собираюсь преподать тебе небольшой урок. Давай померяемся
силами: Лорд Волдеморт, Наследник Салазара Слизерина, против знаменитого Гарри Поттера с наилучшим оружием, которым его снабдил Дамблдор..., - издевательски произнес Том. Удаляясь прочь, Том саркастически взглянул на феникса и Сортировочную Шляпу. Застыв от ужаса, он смотрел, как Риддл остановился между высокими колоннами и взглянул в каменное лицо Слизерина, видневшееся высоко в полутьме. Том разомкнул губы и зашипел, но он понимал каждое слов: «Отзовись, Слизерин, Величайший из Хогвартской Четверки».
Он обернулся, чтобы посмотреть на статую, феникс на его плече взмахнул крыльями. Гигантское каменное лицо Слизерина пришло в движение. Оцепенев от ужаса, он увидел, как рот статуи раскрывается шире и шире, превращаясь в огромную чёрную дыру, и что-то шевелилось там, в глубине этого рта. Зажмурившись, он попятился назад, пока спина его не упёрлась в стену зала, он почувствовал, как феникс снова взмахнул крыльями и взлетел. Ему захотелось крикнуть: "Не бросай меня!", но какие шансы были у феникса против василиска?
Что-то тяжёлое соскользнуло на каменный пол зала. Он ощутил, как содрогнулись под ним плиты. Он знал, что происходит, он мог чувствовать это, мог почти видеть, как огромная змея выползает из открытого рта Слизерина, ему для этого даже не надо было открывать глаз. А потом он услышал шипящий голос Риддла: "Убей его".
Он слышал, как василиск скользит в его сторону. С зажмуренными глазами он вслепую ринулся в сторону, вытянув руки, нащупывая дорогу. Риддл издевательски захохотал...
Конец Видения № 1»

Гарри только успел вдохнуть, как его снова накрыло с головой, погружая в новое видение.

«Видение № 2.
- Зашибись, - подросток ударил кулаком в стену, затем повернулся к другу, меланхолично поглаживающему огромного змея по голове, а тот урчал, как довольный кот. Зрелище было не для слабонервных.
- Успокойся, - отозвался друг.
- Хмык, - подавился смешком первый. На удивленный взгляд друга он пояснил. – Я тут понял, на кого ты похож, на льва в клетке.
- А я и есть лев в клетке, - усмехнулся друг.
- Ага, только вот ключ от этой самой клетки у тебя же, - произнес первый, затем спросил. - Что дальше?
- Ну, пора герою пасть смертью храбрых…, - начал друг.
- Не шути так, - помрачнел первый.
- Не боись, все в ажуре, - усмехнулся друг.
- Мерлин, где ты только успеваешь с твоей жизнью набраться таких словечек, - покачал головой первый. – Пора взяться за твои манеры.
- Всегда к твоим услугам, - поклонился парень с чуть насмешливой улыбкой.
- И все-таки, что теперь? – спросил первый.
- Посмотрим по обстоятельствам, но не думаю, что мне стоит возвращаться невредимым, - ответил друг, затем посмотрел на змея и начал шипеть. Первый поежился, когда огромный ядовитый зуб впился в руку друга. Тот зашипел от боли. Первый успел подхватить второго, когда тот стал оседать на землю. С верхушки статуи плавно спустился феникс, через пару секунд на руке второго уже был заметен только тонкий шрам. Укус василиска полностью излечить было нельзя.
- Ладно, топай к нашему старикашке и железяку эту не забудь, - первый брезгливо двинул носком туфли в сторону друга меч. Второй только усмехнулся, прихватил заодно и шляпу.
- Встретимся попозже…
Конец видения № 2»

Гарри рухнул на колени и судорожно вздохнул.
- Гарри, Гарри, - как сквозь вату доносились до него испуганные голоса друзей.
- Если меня будет так накрывать средь бела дня, меня точно в дурдом отправят, - немного хриплым голосом произнес Гарри.
- Ты как? – Гермиона погладила его по руке.
/Хмм, интересные у тебя видения/, - прошипел василиск, рассматривая мальчика перед собой.
/Ты видел?/ - удивленно посмотрел на змея Гарри.
/Это не сложно/ - и снова Гарри почувствовал в шипении василиска насмешку. - /А вот тебе стоит научиться закрывать свой разум, и твоим друзьям тоже/.
/А как?/ - Гарри немного растерялся.
/И чему вас только учат?/ - в шипение прозвучало раздражение. - /Библиотека там/, - кончик хвоста василиска указал на одну из стен, где с большим трудом и только при пристальном рассмотрении можно было найти дверь. - /Ищите книги по защите разума/.
Гарри, немного придя в себя, перевел весь разговор друзьям. Те уже немного пришли в себя и от знакомства с василиском и от испуга за друга.
- Гарри, а что ты видел? – спросил Невилл.
- Я не уверен, - покачал головой Гарри. – Это либо две версии одного события, либо… Не знаю.
- Такое раньше было? – поинтересовался Блейз, изучая ладонями стену. Гермиона в это время наблюдала за змеем, и могла с уверенностью сказать, что тот над ними смеется. Что-то такое было написано на морде.
- Нет, в том-то и дело, - покачал головой Гарри. Невилл, тщательно ощупывающий стену с другой стороны, на что-то нажал и стена чуть вдавилась, а затем отошла в сторону.
- Ух, ты! – вырвалось у всех четверых.
- Да она больше, чем школьная, - восхитилась Гермиона.
/Осваивайте/, - разрешил василиск.
/Извини, а как тебя зовут?/ - повернулся к нему Гарри.
««Можете звать меня Хеш»», - прозвучало в зале как-то странно. Блейз, Невилл и Гермиона от неожиданности вздрогнули и уставились на василиска. – ««Ну, чего уставились? Это же комната Салазара Слизерина. Вы что думали, все его друзья и родные умели говорить на языке змей?»»
- Ты можешь общаться с нами всеми? – Гарри был впечатлен
««Только с вами, пока»», - последовал ответ.
««А почему мы все тебя понимаем?»» - спросил Гарри на парселтанге, но друзья его поняли.
««Здесь стоят специальные чары, чтобы любой, кто пришел в эти комнаты и приветствуется здесь, мог понимать язык змей»», - снизошел до ответа Хеш. Гарри как-то странно смотрел на нового знакомого. Ему показалось, что василиск хоть и ответил на их вопросы, многое утаил. Что-то его насторожило, в то же время он знал точно, что тут ему ничего не грозит.
Пока друзья изучали библиотеку, сам он пристроился на удобном диванчике. Ему было о чем подумать, ведь он точно разглядел внешность того, кто бесновался рядом с ним, пока он сам лежал, устроив голову на Хеше.
/Не переживай, все само устроиться/ - василиск расположился рядом с Гарри. - /Пока не время раскрывать все секреты/.
/А когда оно будет, это время?/ - меланхолично отозвался Гарри, даже не обратив внимания, что сейчас их никто не поймет. Хеш внимательно наблюдал за мальчиков. Он даже представить не мог, что увидит одновременно четверых, двух внутренних и двух внешних. Мальчик, что сидел перед ним, был Оком, первым за несколько тысячелетий. Что-то случилось за стены этого древнего замка, что Око выбрало себе носителя, да еще и так рано проснувшегося. Остальные трое еще не раскрыли своих сил, как Око, но были уже близко. Девочка была ближе всех к раскрытию своего дара – она была воплощением Знания. И что-то указывало, что рядом с ними находится Истина, витает рядом, но все же где-то на расстоянии.
/Подожди/, - прошипел Хеш. - /Тебе надо научиться пользоваться своим даром так, чтобы никто не понимал, что ты видишь видение/.
/Ты не такой каким кажешься/, - произнес Гарри.
/Я не такой, каким кажусь/, - подтвердил Хеш. - /Я более древний, чем может казаться. Всему свое время, Око. Я открою вам все тайны, но сначала вы должны научиться закрывать свой разум, и найти остальных/.
Гарри посмотрел на василиска, но промолчал.
- Гарри, нам надо возвращаться, - с сожалением произнесла Гермиона.
- Мы подобрали нам книги по защите разума, - произнес Блейз.
««Молодцы»», - прошипел Хеш. – ««Я покажу вам другой выход, а то вы не выберетесь отсюда. Я буду вас ждать»».
Хеш проводил их к выходу. Ребята попрощались со своим новым «другом», попрятали выбранные книги под мантиями и вынырнули под лестницей в главном холле. Место было таким, что увидеть их было довольно сложно, что было на руку.
- Класс, теперь у нас есть еще более тайное место, чем то…, - тихо произнес Невилл.
- Надо бы оттуда забрать…, - Гермиона многозначительно стрельнула глазами.
- А этот Хеш странный, - вдруг произнес Блейз. – Он больше на человека похож, чем на змею.
- Угу, скрывает он много, - поморщился Гарри.
- Что будем делать? – Невилл посмотрел на друзей.
- Менять будущее, - хором произнесли Гарри, Блейз и Гермиона, затем переглянулись.
Блейз вышел первым, чуть погодя «по своим делам» отправился Невилл, и уж последними вынырнули из укрытия Гермиона и Гарри. Они спокойно двинулись в сторону гриффиндорской башни. На полпути их догнал Рон.
- Привет, что делали эти два часа, что я был на отработке? – поинтересовался он.
- Два часа? – недоуменно переспросила Гермиона.
- Ну, да, у меня только отработка кончилась, - кивнул рыжий. Гермиона и Гарри переглянулись, у обоих в глазах застыл вопрос, который они обязательно в следующий раз зададут Хешу.

***

Василиск выгнулся, пошел рябью и через пару секунд на ковре лежал молодой мужчина лет тридцати, с довольно нетипичной внешностью – чуть заостренные уши, раскосые глаза какого-то фиолетового оттенка с вертикальным зрачком.
- Что ж, видимо, пришло время, - пробормотал он на странном наречии. – Око очень силен для своих лет. Думаю, им пока рано узнавать правду о василисках. Хотя Око способен ее увидеть.
Мужчина улыбнулся, потянулся… На полу снова оказался василиск.
/Даже Слизерин не знал о нас всей правды/, - прошипел змей, свернулся кольцами и задремал.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:56 | Сообщение # 14
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 12. Когда ж ты успокоишься, Гарри? Часть 1. Приключения продолжаются…

Гарри, Рон и Гермиона, а также Невилл и Блейз, но уже поодиночке, наблюдали за Квиреллом. К удивлению Рона, тот оказался несколько храбрее, чем они полагали. Впрочем, Гарри и Гермиона тоже были удивлены тем, как ведет себя этот человек. Внешне, конечно, он выглядел не очень, но молчал стойко, никому не выдавая тайны. Тайная четверка несколько раз обсуждала происходящее, но чем больше они думали, тем мрачнее становились. Во-первых, им было не понятно, почему Квирелла вообще взяли в школу в качестве преподавателя. Во-вторых, они стали еще больше сомневаться в здравости рассудка директора.
Каждый раз, проходя мимо двери коридора на третьем этаже, Гарри, Рон и Гермиона прижимали уши к двери, чтобы проверить, рычит ли Пушок внутри. Если Гарри и Гермионе это в принципе было не нужно, поскольку они прекрасно знали кто, что и как тут делает, то Рон был не в курсе всей истории, и ради него весь это спектакль и делался. Приходилось играть свою роль до конца. Снейп носился повсюду в своем обычном мрачном настроении, и это означало, что камень все еще в безопасности. Это таким образом объясняла Рону ситуацию подруга. На самом деле жить двумя, а то и тремя разными, совершенно не стыкующимися жизнями было очень сложно. Самое сложное для Гарри было при каждой встрече с Квиреллом улыбаться тому с воодушевлением. У него уже губы сводило от такого собственного лицемерия. Если честно, он бы с удовольствием скормил этого «придурка» Хешу. Как-то, сидя ночью с друзьями в гостиной, он почти на полном серьезе поинтересовался у Невилла и Гермионы, стоит ли предложить Хешу полакомиться «заикой». Девочка только покрутила пальцем у виска и оставила вопрос без ответа, про себя надеясь, что Гарри все-таки не пойдет на такие крайности. Рон же начал обрывать всех тех, кто смеялся над заиканием Квирелла, чем очень сильно облегчал Гарри жизнь и игру в Золотого мальчика. У Гермионы были и другие заботы, кроме как думать о философском камне. Она должна была соответствовать выбранному имиджу, а именно, гриффиндорской зануды и всезнайки. Ради этого она сделала расписание занятий и начала размечать лекции цветными карандашами. Гарри, который и сам бы так сделал, должен был поддерживать Рон в том, что нехотя отбрыкивался от нее, говорящей постоянно об экзаменах
- Гермиона, до экзаменов еще куча времени, - отнекивался Рон, у которого лень, наверное, родилась раньше его самого.
- Десять недель, - шла в наступление девочка. - Это не куча времени, это как секунда для Николя Фламеля.
И так продолжалось изо дня в день. Гарри было интересно наблюдать за этими перепалками. Поскольку в них открывались настоящие характеры друзей. И все же, что-то мешало ему полностью довериться Рону. Было в нем что-то неискреннее.
Ощущение того, что вот-вот наступят экзамены, приближалось со скоростью поезда, несущегося на всех парах. Преподаватели словно с цепи сорвались. Домашних заданий стало не только на порядок больше, но и их качество теперь должно было соответствовать требуемому уровню.
Гарри иногда не знал, претворяется Гермиона, или действительно такая заучка. Она сидела над книгами днями и ночами, и зубрила, зубрила, зубрила. У него периодически возникало желание подойти к ней и потрогать ей лоб, чтобы удостовериться, что с подругой все в порядке. Он бы так и сделал, если бы однажды не заметил ее лукавую улыбку. «Актриса», - усмехнулся он про себя.
С этими заботами у ребят почти не было времени заниматься своими делами, да и встречаться тоже. Но в один из более менее свободных дней, ребята все-таки встретились перед вторым входом в тайную комнату Салазара Слизерина. С просьбой о встрече обратился к друзьям Блейз. Надо сказать, что с тех пор, как они побывали в этой комнате впервые, Гарри не видел ни одного видения. И даже был рад такому стечению обстоятельств, поскольку в последнее время его выбросы в будущее были несколько странноватыми, если не сказать больше.
- Я зачем вас позвал, - пока они двигались по коридору, начал Блейз. – До конца года осталось не так уж и много времени, и рано или поздно Квирелл пойдет за камнем.
- Надо его оттуда забрать, - решила Гермиона.
- Вот и я о том же, - кивнул Блейз. – Да и поговорить надо.
- Так, тогда давайте сейчас заберем камень, перенесем его в тайную комнату, и пусть там лежит, - предложил Невилл. Гарри поглядел на друзей, затем повернулся в обратную сторону и пошел на выход. Друзья поспешили за ним.
Они двигались по школе осторожно, чтобы никто их не заметил. Похоже, сегодня был удачный день. Пройдя уже знакомым путем, ребята оказались в зале, где провели уже немало времени.
- Хмм, - выдал Невилл, глядя на изменения. На постаменте, где раньше просто на подушке лежал камень, теперь стояло зеркало Еиналеж.
- Так вот куда его дел директор, - хмыкнул Гарри.
- А где камень? – настороженно спросила Гермиона, уже успев обойти почти все помещение. Она открыла дверь, через которую они сюда попали в первый раз. – Мда. – выдала она с задумчивым видом.
- Это что? – Блейз подошел к ней и заглянул в дверь.
- Почему-то мне кажется, что тут полоса испытаний, и первый этап – это Пушок, - сказала Гермиона. Она повернулась к Гарри. – Знаешь, мне кажется, что тут все рассчитано на тебя. – Она на секунду задумалась. – И на нас с Роном.
- Почему? – насторожился Блейз, глядя на подругу.
- Интуиция и логическое мышление, - фыркнула Гермиона. - Гарри, а как ты ду?.. – она повернулась к другу, но того рядом не оказалось. Гарри стоял напротив зеркала. – Ты что там делаешь? Ты опять? – воскликнула девочка.
Гарри повернулся к ним с хитрой улыбкой на устах, затем засунул руку в карман и вытащил оттуда камень.
- КАК?! – воскликнули его друзья.
- Не знаю, я просто увидел, как мое отражение положило его в карман, а затем почувствовал, как тяжелым стал мой карман, - сказал Гарри.
- Главное, камень у нас, - заявил Невилл, быстро придя в себя. – Надо отнести его к Хешу.
Ребята осмотрели все вокруг, чтобы ничего не говорило о том, что кто-то тут был, после чего направились в свое второе, а теперь уже основное убежище.
На этот раз им меньше повезло. Блейз и Невилл вовремя успели спрятаться в нише, чтобы ни у кого не возникло шока от того, что за квартет появился в школе. Гарри и Гермионе удалось справиться собственными силами, и спровадить нежданное препятствие. Им все же пришлось порознь добираться до входа.
«Давно вас не было»», - поприветствовал их Хеш.
«Извини, много учебы»», - прошипел в ответ Гарри, а затем показал камень. – «Не знаешь, где его можно спрятать?»»
Хеш подполз ближе, дотронулся языком до камня. Затем не мигающим взглядом он уставился на детей.
«Вы где это взяли?»», - наконец, выдал он.
- Дамблдор притащил его в школу, мы считаем, что это приманка для Волдеморта и Гарри, - заявила Гермиона. Трое мальчишек посмотрели на нее так, как обычно друзья смотрели на Гарри.
«Вот как»», - протянул василиск. – «Ладно, там есть сейф, спрячьте туда»».
Так они и поступили. Мало для чего он им может пригодиться. Такими вещами нельзя разбрасываться. Надо сказать, это был первый их совместный артефакт.
- Блейз, а что ты хотел нам сказать? – вспомнила Гермиона.
- Гарри, мой дядя собирается с тобой познакомиться летом, это раз, а два, он считает, что тебе надо развивать свой дар, - произнес слизеринец.
- И как он собирается это дело провернуть? – хмыкнул Гарри, представив встречу магического аристократа с своими родственники: «Армагеддон вместе с Апокалипсисом».
- Кажется, я не совсем понял, но он сказал, что лето у нас будет веселое, - выдал Блейз.
- У нас? – уточнил Невилл.
- Он так сказал, - пожал плечами Блейз.
- Ладно, до летних каникул еще надо дожить, - передернула плечами Гермиона. – Мы уже слишком долго отсутствуем, чтобы это не осталось незамеченным.
«Идите, идите, а я пока подремлю»», - полным сарказма голосом произнес змей, затем демонстративно свернулся кольцами и закрыл глаза.
- Артист, - хмыкнула девушка. Василиск приоткрыл один глаз: «Знание почти проснулась, и Истина набирает силы, но она далеко, хотя и рядом».
Ребята разошлись сразу же после того, как вышли в холл школы. Гарри и Гермиона пошли спасать своего рыжего друга, пока тот не перетрудился. Рон нашелся в библиотеке в очень удрученном состоянии. Он даже не поинтересовался, где пропадали его друзья. Указав на кучу книг вокруг себя, он заявил:
- Я никогда этого не запомню, - затем бросил перо и выглянул в окно библиотеки. На дворе стоял отличный погожий день, первый за целый месяц. Небо было ясным, воздух казался прозрачным и чувствовался запах приближающегося лета.
Гарри, уже успевший «закопаться» в «Тысячу магических трав и грибов», чтобы прояснить для себя вопрос с диким бадьяном, поднял голову, когда Рон удивленно воскликнул:
- Хагрид! Что ты делаешь в библиотеке?
Гарри и Гермиона переглянулись. Хагрид настолько выглядел тут неуместным, что возникал вопрос, а, собственно, зачем его сюда вообще занесло.
- Да так, шел мимо, зашел, теперь вот смотрю, - сказал полувеликан уклончиво, чем сразу же заинтересовал ребят. Правду говорят, чем меньше говоришь, тем больше возникает у собеседника любопытства и желания докопаться до истины. - А вы чем занимаетесь? - спросил он внезапно с подозрением. – Опять ищете что-нибудь о Фламеле, да?
- Пфф, мы давно уже все о нем знает, - сказал Рон важно, выдавая секрет. – И мы знаем, что Пушок охраняет философский ка…
- Шшшш! - Хагрид быстро оглянулся, чтобы посмотреть, не услышал ли кто их. - Что ты кричишь?
- Хагрид, а можно тебе задать вопрос? - сказал Гарри, включаясь в разговор. Просто сидеть, и не демонстрировать гриффиндорский характер было нельзя. - О том, что охраняет камень кроме Пушка...
- ШШШШ! – зашипел снова Хагрид, попять оглядываясь. - Знаете - лучше загляните ко мне сегодня попозже, я не обещаю, что что-нибудь вам расскажу, конечно, но хотя бы не кричите на каждом углу, ученики не должны знать об этом. Они решат, что это я вам рассказал, - почти неслышно зашептал полувеликан, бросая по сторонам подозрительные взгляды. «Да, если он и захочет что-то сохранить в тайне, ему это не удастся. Одним своим видом он показывает, что что-то не так», - покачала головой Гермиона.
- О, мы будем рады к тебе прийти, - обрадовался Гарри. Хагрид ему нравился, хоть он и считал его большим ребенком с очень недалеким умом. Полувеликан был безопасен так же, как и плюшевый мишка. Хагрид еще раз огляделся и семимильными шагами двинулся к двери, за которой быстро исчез.
- Интересно, а что он так старательно прятал за спиной? – Гермиона задумчиво смотрел в ту сторону, в которой скрылся Хагрид.
- Можно посмотреть, в какой секции он взял книгу, - задумчиво протянул Рон, на секунду теряя свой облик рыжего друга. И Гермиона, и Гарри это заметили, но вида не подали. – Пойду-ка я гляну, - Рон встал и двинулся к стеллажам. Вернулся он очень быстро и с непередаваемым выражением на лице. Он выложил на стол несколько книг. Гарри стало как-то совсем нехорошо. Предчувствие начало бить тревогу.
- Драконы! - прошептал Рон. - Хагрид читал книжки про драконов! Посмотрите: Виды драконов, распространенных в Великобритании и Ирландии; От яйца до взрослой особи, Справочник по уходу за драконами. Зачем? – в этот момент он снова стал другим, не таким, как был обычно.
- Хагрид всегда хотел дракона, он говорил мне об этом, когда мы только познакомились, - задумчиво произнес Гарри. Ему совсем не нравилось то, что он только что узнал.
- Но ведь это запрещено, - сказал Рон. - Разведение драконов было запрещено Конвенцией волшебников в 1709 году, это всем известно. Очень трудно незаметно от магглов прятать дракона на заднем дворе - к тому же их нельзя приручить, и они опасны. Вы бы видели шрамы, которые Чарли получил в Румынии, - Рон все больше становился не таким, каким его привыкли видеть все.
- Рон, успокойся, - начала его увещевать Гермиона.
- Но в Англии ведь нет драконов? - с легким сомнением в голосе спросил Гарри.
- Конечно, есть, - возмутился Рон. - Обыкновенные зеленые из Уэльса и черные с Гибридов. Министерству Магии несладко приходится с ними, должен заметить. Надо накладывать заклинания на магглов, которые их видели, чтобы те забыли.
«Интересно, Рон тоже играет роль? Но почему? По какой причине?» - Гермиона заинтересовалась такой метаморфозой друга, но вслух сказала совсем другое:
- Так чем же занимается Хагрид?
Вот это они и решили выяснить в первую очередь. Уж очень им троим не понравилось то, что каждый про себя подумал. Поход к полувеликану в гости еще сильнее их взбудоражил.
Во-первых, они немного прояснили ситуацию, связанную с историей философского камня. «Находка для шпиона», - мысленно охарактеризовала Хагрида Гермиона. Этот чудо-человек совершенно не умел хранить секреты. Взглянув на Гарри, она поняла, что тот пришел к тому же выводу, что и она. Кто-то специально использовал Хагрида, чтобы тот выдал нужную информацию, кому следует. А кому следует – были как раз они трое. Во-вторых, они выяснили, зачем именно Хагрид читал о драконах. Объяснить полувеликану, что держать такого дракона у себя самая большая ошибка в его жизни, ребятам не удалось. Так они и ушли ни с чем, хотя, как на это посмотреть.
Через несколько дней Гарри получил от Хагрида записку, в которой говорилось, что дракончик готов появиться на свет. Трое друзей даже решили наведаться к Хагриду на перемене, хотя сначала Рон и предлагал прогулять гербалогию.
Везти постоянно им точно не могло. На этот раз так и случилось. Пока они выясняли, что да как, Драко Малфой получил возможность им насолить. На уговоры Хагрида расстаться с драконом ушла целая неделя. Нервировала к тому же самодовольная усмешка на лице слизеринского блондинчика. Гарри иногда хотелось схватить того за шкирку, втащить в какой-нибудь заброшенный кабинет и выложить ему, что он о нем знает, с некоторыми подробностями ближайшего будущего. Но, будучи в здравом уме, Гарри решил пока не торопить события.
Казалось, все дела идут с переменным успехом. То им несказанно везло, то на пути возникали препоны. Блейз никак не мог выяснить, что же задумал Малфой. И это было плохим знаком. Хорошим стало то, что Гарри вспомнил, кем работает второй старший брат Рона. И это решило вопрос с драконом, которого Хагрид назвал Норбертом. Они решили переправить его в драконий заповедник в Румынию, к Чарли Уизли. Теперь оставалось только все провернуть так, чтобы об этом никто не узнал. В одно из посещений Хагрида Норберт изловчился и укусил за руку Рона. Малфой не преминул этим воспользоваться и начал его шантажировать. Ребят только и успокаивало то, что в субботу все закончится. Кто же знал, что Малфой окажется такой сволочью? Он все-таки их сдал, но сдал МакГонагалл. Гари и Гермиону, ведь Рон все еще был в больничном крыле, спасло только наличие мантии-невидимки. Зато они получили эстетическое удовольствие от того, что Малфой заработал наказание. Хотя Гарри и не питал никаких отрицательных эмоций к блондину. Но даже у него есть предел терпения. Так что такая маленькая «пакость» доставила ему немного радости.
Норберта они все-таки отправили без происшествий, и никто этого не увидел, на счастье.
Но на это на сегодня все их везение закончилось. Внизу лестницы их поджидал Филч, мантию-неведимку они оставили в башне.
- Трындец, - выдал Гарри. И, если честно, это было еще мягко сказано.
«Ну, почему мне так везет?» - Гарри только усилием воли не закатил глаза к потолку. Он уже не раз задумывался над тем, почему именно после приезда в Хогвартс он все время попадает в разного рода ситуации, которые не всегда смешные, а наоборот, даже опасные.
- Школьники, ночью, ходят по школе, - заскрипел Филч. Гарри вдруг замер. Впервые за долгое время его накрыло. Он смотрел в пол, и только краем сознания зацепил то, что Гермиона сжала ему ладонь. К тому времени, как завхоз приказал им следовать за собой, он уже пришел в себя. К сожалению, на том, чтобы просто выслушать нотацию дело не кончилось. МакГонагалл привела с собой Невилла. Тот глазами показал, что дело на самом деле очень плохо. Уже позже, лежа в своей кровати, Гарри пытался осознать, что произошло. Они потеряли сто пятьдесят баллов, заработали отработку. Да, весь факультет им будет за это мало благодарен. Невилл тоже был расстроен. Сначала ему показалось, что друг плачет, и только когда тот повернулся к нему лицом, Гарри понял, насколько ошибался. Невилл смеялся.
- Вот, скажи мне, Гарри, почему тебе так везет? – сквозь всхлипы поинтересовался Невилл. – Представляю, как завтра будет хохотать Блейз.
- Я думал, ты плачешь, - сказал гари.
- Я, конечно, немного расстроен, - признался Невилл. – Но, если честно, я вообще не понимаю это соперничество между факультетами. Оно создает вражду.
- Согласен, но завтра нам придется строить из себя виноватых, - согласился Гарри.
- Ага, а еще нам предстоит отработку, которую также заработал Малфой, – вздохнул Невилл. – И еще, придется как-то исправить эту ситуацию.
- Знать бы еще как, - пробурчал Гарри.
На следующий день все быстро узнали, кто повинен в проблеме Гриффиндора. От Гарри отвернулись все, причем не только гриффиндорцы. Будь он тем мальчиком, которого все хотели видеть, в том числе и Дамблдор, он должен был очень из-за этого расстроиться. Только вот Гарри на самом деле ликовал. За ним теперь никто не ходил толпами, и он мог уже беспрепятственно делать то, что радует его самого и не следить за тем, есть ли у него кто-то за спиной. Правда, то Невилл, то Гермиона периодически напоминали ему, что ходить с такой довольной миной на лице все же не стоит. Блейз прислал Гарри записку всего лишь с одним вопросом: «Почему тебе так везет?» На что сам виновник ответил почти теми же словами: «И почему мне так везет?»
Сначала Гарри был рад тому, что утратил всеобщее внимание, но через несколько часов он уже устал от той ненависти, которую к нему питала вся школа. Слизеринцы по делу и без дела благодарили его за предоставленную возможность снова завоевать Кубок школы. Рон как мог его успокаивал. Гарри же решил воспользоваться возможностью и уйти из квиддической команды. Изображать еще и тут не то, что есть на самом деле он не хотел. Увы, никто ему такого позволить не хотел.
После разговора с Вудом Гарри ходил мрачнее тучи. «Почему я должен соответствовать каким-то дурацким идеалам? Я же просто человек. И вообще, я ребенок. Мне положено веселиться, ошибаться. А они поставили меня на пьедестал», - вот такие мысли блуждали у него в голове. Как же ему хотелось быть самим собой, не прятаться, жить так, хочется ему, и помогать тому, кому он сам пожелает помочь. Но, похоже, до этого еще далеко. «Как же здесь трудно», - вздыхал Гарри. Вот уж когда он был рад тому, что скоро экзамены, а потом он два с половиной месяца будет отдыхать от этого сумасшедшего дома. «Надеюсь, мне этих двух месяцев хватит», - подумал он.
На очередной встрече с друзьями, Гарри клятвенно обещал ни во что не вмешиваться до окончания года. Но, как говорится, человек полагает, а бог, в данной ситуации Мерлин, располагает. Примерно за неделю до экзаменов, как уже обычно бывало с Гарри, он оказался не в том месте, не в то время. Возвращаясь как-то днем в одиночку из библиотеки, он услышал чье-то хныканье, доносящееся из класса неподалеку. Подойдя ближе, он различил голос Квирелла.
- Нет, нет, пожалуйста, больше не надо...
Это звучало так, будто кто-то ему угрожал. Гарри подошел поближе.
- Хорошо, хорошо..., - услышал он всхлипывания Квирелла. Гари недоуменно смотрел на дверь. Если бы звучал второй голос, то еще можно было подумать, что кто-то напал на то недоразумение, случайно зовущееся человеком. Гари уже собрался заглянуть внутрь, как в следующую секунду Квирелл поспешно вышел из комнаты, поправляя тюрбан. Он был бледен и чуть не плакал. Он быстро исчез из виду. Гарри прищурился и несколько секунду смотрел в ту сторону, где пропал этот профессор. Что-то не стыковалось. Гари показалось, что он либо что-то забыл, либо упустил. И это что-то явно было связано с тюрбаном на голове Квирелла. «И почему, когда нужно, у меня нет видений на ту тему, на которую возник вопрос?» - посетовал он про себя.
Естественно, Гарри рассказал все своим друзьям, и тем, и этим, как он обычно называл обе группы. Те – это тайная четверка в Хогвартсе и Джинни на воле, а эти – Золотое трио. Рон, конечно, был уверен, что во всем виноват Снейп, и что тот вот-вот отправится за философским камнем. Гарри и Гермиона его не переубеждали. Они-то как раз знали, кто главный злодей в этой истории, но пока не поняли окончательно почему. Решив за всем последить, они пока успокоились, но следующее утро за завтраком Гарри Гермиона и Невилл получили записки одинакового содержания, объявившие, что у них сегодня состоится отработка в одиннадцать вечера. Гарри только вздохнул, чем вызвал подозрительные взгляды у своих друзей. Идя на урок, Гермиона тихо поинтересовалась:
- У тебя было видение по поводу этой отработки?
-Ага, - кивнул Гарри, скривившись.
- Поговорим попозже, - прошептала девочка.
Они собрались в тайной комнате сразу после окончания последнего урока.
- Поттер, - Блейз встал в позу. – Вот скажи, чего тебе не сидится тихо и мирно.
- Спросил бы что попроще, – буркнул в ответ «обвиняемый».
- Гарри, ты с первого дня в школе влипаешь во все, во что только можно, - продолжил Блейз. – Нет, я, конечно, понимаю, что не все зависит от тебя, но не мог бы ты хоть изредка не попадать в те места и в то время, когда не надо там быть?
«Ты слишком много просишь от него»», - усмехнулся Хеш, вползая в зал, где расположились ребята. – «И в то же время, Око, твой друг прав. Ты слишком часто оказываешься замешан в разных историях»».
- Они закончатся только тогда, когда я не буду учиться в этой школе, - буркнул Гарри.
«Это не выход»», - заметил Хеш. – «Сейчас я закрыл ваш разум от внешнего вторжения, но вам необходимо научиться закрывать свой разум. Я не всегда могу удерживать вас в закрытом состоянии. Сейчас никто не видит того, что у вас на самом деле творится в голове, но вы становитесь старше и сильнее»».
- Мы занимаемся этим, - уверила его Гермиона.
«Это хорошо»», - кивнул Хеш. – «Скоро»».
- Что скоро? – удивился Блейз.
«Скоро вы все узнаете»», - сказал Хеш, после чего уполз, оставив ребят в некотором недоумении.
- И что он хотел этим сказать? – нахмурилась Гермиона.
- Знаете, мне кажется, но Хеш не совсем обычный, то есть совсем необычный, – задумчиво произнес Невилл.
- Ага, такое чувство, что мы что-то не знаем о василисках, согласилась Гермиона.
- Блейз, а от твоего дяди есть что-нибудь? – сменил тему Гарри.
- Нет, он больше не писал, - покачал головой слизеринец.
- Да и от Джинни стали редко приходить письма, - заметил Гарри. – Мне кажется, у нее что-то происходит.
- Ага, а еще от мистера Люпина ничего нет, - Гермиона задумалась. – Кажется, мы чего-то не знаем, - сделала она вывод.
- У меня вопрос другого характера, - Невилл посмотрел на негласного лидера их команды. – Гарри, чего нам ждать от этой отработки?
- Я даже не знаю, менять в ней то, что произойдет, или все оставить как есть, - произнес Гарри.
- Все так плохо? – спросил Блейз.
- Квирелл пьет кровь единорогов. Убивая их, - произнес Гарри. – И мы сегодня отправимся в Запретный лес, с нами будет Малфой.
- Хмм, - выдала Гермиона. – Дамблдор совсем рехнулся что ли?
- Вполне возможно, - буркнул Гарри.
- Будут какие-то приключения? – уточнил Невилл.
- Встреча с кентаврами, с Квиреллом, пьющим кровь, и вообще…, - поморщился Гарри.
- Почему ты считаешь, что не стоит все менять? – спросил Блейз.
- Я как раз так не считаю, - передернул плечами Гарри.
- Ладно, вам уже пора трогать на эту отработку, - сказал Блейз. – Думаю, Гарри, ты все решишь по ходу дела. Или оставишь как есть, или вмешаешься в ход событий. Я пока еще тут побуду, может, найду что интересное.
Друзья кивнули, попрощались со своим единственным в компании слизеринцем, и отправились сначала в свою гостиную, чтобы уже оттуда в одиннадцать часов отправится на свою странную отработку. Как бы Гермиона и Невилл не пытались узнать у Гарри подробностей отработки, у них ничего не вышло.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:57 | Сообщение # 15
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 12 Когда ж ты успокоишься, Гарри? Часть 2. И да начнутся изменения…

Гермиона, Гарри и Невилл, тяжело вздохнув, отправились на свою совместную отработку. Время было одиннадцать часов вечера.
- Маразм, выдала девочка по пути на улицу.
- В смысле? – скривился Невилл.
- Кто в здравом уме отправляет первокурсников на отработку с Хагридом, в Запретный лес, почти в полночь? – Гермиона даже замерла посреди коридора. – Знаете, это даже авантюризмом не пахнет.
- Деточка моя дорогая, - осклабился Невилл, подражая своей бабушке. – А ты вообще в этой школе, кроме единиц, которых очень хорошо знаешь, кого-нибудь в своем уме видела?
- Ой, Невилл, - Гарри сложился пополам от смеха. – Не делай больше так.
- Самое смешное, Нев, ты прав, - выдала Гермиона и снова возобновила путь.
- А вообще-то, - Гарри скривился. – Вы оба правы. Это отработка смахивает на то, что все продумано до мелочей.
- Ой, гари, да весь наш первый курс продуман до мелочей. Ты же понимаешь, что по ходу дела просто делаются корректировки, а план все равно один, и он не меняется, - фыркнула Гермиона. – Будь мы теми, кем нас считают, мы тут плясали под дудку каждого встречного-поперечного.
- Ага, - поддакнул Невилл.
Они как раз вышли в холл, где их уже ждал Филч вместе с Малфоем.
- Следуйте за мной, - скомандовал Филч очень недовольным голосом, зажигая лампу и выводя их наружу. - Надеюсь, вы теперь дважды подумаете, прежде чем снова нарушить школьные правила, - Филч злобно зыркнул на четверку первокурсников. - Да-а... Тяжелая работа и боль - вот лучшие учителя... Такая жалость, что отменили старые наказания... Подвесить бы вас за запястья к потолку, деньков на несколько... Я сохранил цепи в своем кабинете, и хорошо их смазываю, вдруг да пригодятся... Ну, мы пришли, и не пытайтесь сбежать, вам же хуже будет.
Гари с некоторым недоумением смотрел на завхоза. У него на лбу можно было прочитать надпись, фигурально выражаясь, конечно, «Филч – садист? И как таких вообще пускают работать с детьми?» Гарри осторожно оглядел своих друзей и малфоя. Похоже, у них у всех мысли были примерно одинаковые. И тут он услышал всхлип. С трудом подавав улыбку, гари сделал угрюмое лицо. Невилл всхлипывал. Если бы он не знал друга, то точно бы поверил, что тому страшно. «Артист», - одобрительно фыркнул он про себя, поглядывая исподтишка за Невиллом. А тот старательно так всхлипывал, что даже Гермиона была готова поверить в его спектакль.
По мере того, как они все ближе приближались к лесу, Филч становился все более довольным. Одно его лицо могло навести на мысль, что их ждет что-то ужасное. Только в отличие от Невилла, Гермионы и Малфоя, Гарри точно знал, что их ждет в этом лесу и что им предстоит сделать.
Гарри поднял голову и посмотрел на небо. «Да, замечательная ночь для прогулки по Запретному лесу, в который ученикам, насколько я помню, входить не то что, не рекомендуется, а вообще запрещено. Вот интересно, а что будет дальше?» - мрачно подумал будущий Герой, который, наверное, для благой цели должен распроститься со своей жизнью, как говорится, для лучшего будущего. – «Бее», - чуть ли не вслух вырвалось у него.
Где-то впереди раздались тяжелые шаги.
- Это ты, Филч? Пора уже идти, а ты все где-то пропадаешь, - Хагрид вышел на свет. Гарри, хоть и был с ним в хороших отношениях, сейчас имел большое желание стукнуть полувеликана чем-нибудь тяжелым по голове, чтобы у того мозги встали на место. «Нет, ну вот чем он думает, а?» - мысленно ругался он. – «Ему, что говорят, то он и делает. И не важно, что это может стоить кому-то жизни. И как таких на работу берут? Ему же место в психиатрической клинике, для тихопомешанных. Ты, конечно, прости меня, Хагрид, но это так». Что-то, наверное, отразилось на его лице, поэтому его с двух сторон одновременно ткнули локтями Гермиона и Невилл. Гарри тут же состряпал виноватую мордочку, уткнулся взглядом в землю, мол переживает, что так подвел факультет. Рядом раздался всхлип, очень похожий на смешок. Скосив взгляд, Гарри заметил, что Невилл еле сдерживается, что не заржать в голос.
- Полагаю, вы думаете, что хорошо проведете время в обществе этого простака? – Филч сейчас чем-то напоминал Снейпа. Гарри даже заинтересованно на него посмотрел. Вдруг пришло в голову, что зельевар мог воспользоваться специальным зельем. О нем он вычитал еще в библиотеке у василиска, в Тайной комнате. «А почему бы и нет. Со Снейпа ведь взятки гладки. Ему и не такое по силам», - хмыкнул про себя Гарри. А Завхоз тем временем продолжил свою мрачно-язвительную речь. - Тогда думайте хорошенько, ребятки, потому что вы сейчас пойдете не куда-нибудь, а в Лес, и я очень ошибаюсь, если вас не придется собирать потом по кусочкам".
Невилл издал слабый стон, а Малфой резко остановился. Если первый лишь играл, то второй точно испытал настоящий ужас.
- В Лес? – пискнул слизеринец, оглядываясь на замок. Сейчас он совсем не походил на того надменного и высокомерного отпрыска чистокровного рода, которого из себя изображал в остальное время. - Мы не можем пойти туда ночью. Там ведь такие зверюги: оборотни и все дела, - в голосе Малфоя была уже настоящая паника. И уж совсем убитым голосом он добавил. – Я так слышал.
Невилл поперхнулся и вцепился в рукав Гарри. Нет, конечно, было мало привлекательного в походе в лес, да еще и в такое время. Невилл быстро глянул на друга. Гарри осторожно кивнул, прекрасно поняв вопрос в глазах Невилла. Тот интересовался, видел ли он все это в своем видении и окончится ли все это хорошо. Да, видение не показало, что будет что-то плохое. Хотя он ведь собрался кое-что изменить, и неизвестно, какие это вызовет последствия.
- Так ведь это ваша проблема, не так ли? - сказал Филч злорадно. - Вы могли бы подумать об оборотнях, когда лезли в неприятности.
Гарри выпал из реальности, вцепившись в руку Невилла. А тот встал так, чтобы никто не обратил внимания на отсутствующий взгляд друга, который явно ушел в астрал, в новое видение.
«Видение.
- Как думаешь, мы сможем со всем этим справиться?
- Не знаю, - послышался усталый ответ на заданный вопрос.
- Ты же всегда все знаешь, - легкая насмешка в голосе.
- Мне страшно, - ответ.
- Тебе? Ты же у нас безбашенный Герой, - полный удивления отклик. – Тебе не может быть страшно.
- Ты же знаешь, что на самом деле я не такой, - усталый голос.
- Я могу помочь? – полный заботы голос.
- Просто побудь со мной, я так хочу спать, но не могу. Я, наверное, схожу с ума, - тихий шепот.
- Если бы ты тогда все изменил, наверное, сейчас было бы лучше, - неуверенный шепот.
- Если бы…, - устало. – Да, наверное, все было проще. И никто бы так и не узнал…
Вспышка света осветила небольшое помещение с белыми стенами, обитыми чем-то мягким. В углу сидел подросток лет четырнадцати, может пятнадцати, со светлыми волосами. Второй лежал на полу, его голова лежала на коленях первого. Над ними, почти над самым потолком было маленькое зарешеченное окошко.
- Что психи, жрать хотите?...
Конец видения»
Гарри трясло. Невилл старался на него не смотреть, хотя очень хотелось. Гарри сделал несколько глубоких вздохов, чтобы успокоиться, и тут обнаружил, что Хагрид уже стоит рядом с ними, в полной экипировке, с арбалетом и своим чокнутым псом.
«Что это было?» - пытался он разобраться в своем видении. – «Похоже, я схожу с ума. Может еще один вариант? Что делать?»
- Практически вовремя, - услышал Гарри краем уха слова лесничего. - Я жду уже почти полчаса. Все в порядке, Гарри, Гермиона?
- Тебе не стоит быть с ними таким обходительным, Хагрид, - произнес Филч холодно. - Они здесь, чтобы отбыть наказание. - Так вот почему ты опоздал, да? - сказал Хагрид, бросая на Филча хмурый взгляд. - Читал им лекцию, да? Сегодня это не твое дело. Ты свое сделал, теперь ими займусь я.
Гарри отметил, что эти двое не очень уж и любят друг друга. Но все это было как-то отстраненно, поскольку сейчас существовала другая проблема, как поступить. И не успел он нормально оклематься после первого видения, как его снова вынесло из реальности.
«Видение второе.
- Я вернусь к рассвету, - сказал Филч, - За тем, что от них останется, - добавил он злорадно, повернулся и пошел к замку, освещая себе путь фонарем.
Малфой обернулся к Хагриду, дрожа, как осиновый лист. В глазах ужас и паника.
- Я не пойду в Лес, - паника уже грозила пролиться через край.
- Пойдешь, если хочешь остаться в Хогвартсе, - сказал Хагрид беспощадно. - Попал в неприятности, будь добр расплачиваться за это.
- Так это же дело слуг, а не учеников. Я думал, мы будем переписывать книжки или что-то в этом роде, если б мой отец знал, что мы попремся в лес, он бы..., - на какую-то секунду вернулся прежний Малфой, но все же из его голоса так и не исчезли нотки страха.
- Он бы сказал тебе, что здесь такие порядки! - рявкнул Хагрид. - Переписывать книги - разве ж это кому-нибудь нужно? Будешь делать то, что требуется, а не то вылетишь как миленький. Коли думаешь, что твоему отцу будет приятнее, если тебя исключат, возвращайся в замок и пакуй вещи. Давай!
Малфой не пошевелился. Он злобно посмотрел на Хагрида, но потом опустил взгляд.
- Тогда, - сказал Хагрид, - послушайте меня сюда, потому что то, чем мы сейчас займемся, очень опасно, а я не хочу, чтобы что-то произошло. Топайте за мной.
Он привел их на опушку леса. Подняв фонарь повыше, он показал на узкую, извилистую тропинку, исчезавшую за темными деревьями. Легкий ветер подул им в лица, когда они посмотрели на Лес.
- Глядите туда, - сказал Хагрид. - Видите вон те штуки, которые сверкают? Такие серебряные? Это кровь единорога. Кто-то его сильно поранил. И это второй за неделю. Я нашел одного мертвого в прошлую среду. Нам нужно найти бедняжку. Может быть, придется избавить его от страданий.
- А если то, что напало на единорога, найдет нас первым? - спросил Малфой, неудачно пытаясь заглушить звучавший в голосе страх.
- В лесу нет ничего такого, что может причинить вам вред, если вы с Клыком и со мной, - сказал Хагрид. - И идите по тропинке. Сейчас мы должны разбиться на два отряда и пойти по следу в разных направлениях. Тут все залито кровью, по меньшей мере, с прошлой ночи.
- Я пойду с Клыком, - сказал Малфой быстро, взглянув на его зубы.
- Хорошо, но предупреждаю, он трус, - сказал Хагрид. - Значит я, Гермиона и Гарри пойдут этой тропинкой, а Драко, Невилл и Клык вот этой. Так, если кто-нибудь обнаружит единорога, посигнальте зелеными искрами, хорошо? Попрактикуйтесь сейчас. Ага, вот так. Если кто-то попадет в неприятности, тогда красными, и я сразу прибегу. В общем, будьте осторожны. Ну что, тронулись, что ли...
Конец видения».
«Да, что происходит-то?» - Гарри булл раздражен, он был сильно раздражен, если не сказать дальше. Но тут он услышал то, что заставило его замереть на месте.
- Я вернусь к рассвету, - сказал Филч. «За тем, что от них останется», - мысленно продолжил Гарри, и тут же услышал это самое продолжение. – За тем, что от них останется, - голос звучал столь же злорадно, как и в видении. Гарри смотрел вслед Филчу, удаляющемуся в сторону Замка. Он перевел взгляд на слизеринца. Все было также, один в один.
Малфой обернулся к Хагриду, дрожа, как осиновый лист. В глазах ужас и паника.
- Я не пойду в Лес", - паника уже грозила пролиться через край.
- Пойдешь, если хочешь остаться в Хогвартсе, - сказал Хагрид беспощадно. - Попал в неприятности, будь добр расплачиваться за это.
«Мама», - Гарри перепугался. Так явно у него давно ничего не было. Все его видения всегда были такими, что он мог сделать выбор, продумать. А тут все повторялось один в один. – «Мне надо поговорить с Хешем, сегодня же. Он что-то знает о моем даре. Мне это все не нравится».
- Гарри веди себя нормально, - прошипела Гермиона. Он в ответ кивнул, пытаясь стряхнуть панику, которая затопила его с ног до головы.
К этому времени они уже подошли к опушке леса. Гарри и не заметил, как пропустил часть уже знакомого ему события.
- Глядите туда, - Хагрид указал на узкую тропку, уходящую вглубь леса. - Видите вон те штуки, которые сверкают? Такие серебряные? Это кровь единорога. Кто-то его сильно поранил. И это второй за неделю. Я нашел одного мертвого в прошлую среду. Нам нужно найти бедняжку. Может быть, придется избавить его от страданий.
- А если то, что напало на единорога, найдет нас первым? - спросил Малфой, неудачно пытаясь заглушить звучавший в голосе страх. Гарри посмотрел на слизеринца, сравнивая свои ощущения от реальности с тем, что видел в видении.
- В лесу нет ничего такого, что может причинить вам вред, если вы с Клыком и со мной, - сказал Хагрид. Гарри про себя подумал, что лесничий слишком самоуверен. Особенно вспомнив свое видение, которое у него было несколько дней назад. Та встреча с кентавра в видении не вызвала у него никакого приятного впечатления. - И идите по тропинке. Сейчас мы должны разбиться на два отряда и пойти по следу в разных направлениях. Тут все залито кровью, по меньшей мере, с прошлой ночи.
- Я пойду с Клыком, - сказал Малфой быстро, взглянув на зубы пса.
- Хорошо, но предупреждаю, он трус, - сказал Хагрид. - Значит я, Гермиона и Гарри пойдут этой тропинкой, а Драко…
- Хагрид, - перебил его Гарри.
- Что? – тот удивленно посмотрел на гриффиндорца.
- Наверное, будет лучше, если с Малфоем пойду я. Невиллу с тобой будет безопаснее, - быстро проговорил Гарри. Гриффиндорцы уставились на друга, как на умалишенного, но через несколько мгновений выражения их лиц изменились. Они понимали, что Гарри ничего не делает без причины, особенно, если делает это осознанно.
- Эээ, Гарри, ты уверен? – Хагрид был в некоторой прострации.
- Ага, кивнул мальчик, стараясь не оглянуться на слизеринца, хотя такое желание у него было, чтобы увидеть реакцию на свои действия.
- Ну…, - лесничий растерялся. – Это… Ладно, тогда… Значит, я, Гермиона и Невилл пойдем этой тропинкой, а Драко, Гарри и Клык вот этой. Так, если кто-нибудь обнаружит единорога, посигнальте зелеными искрами, хорошо? Попрактикуйтесь сейчас. Ага, вот так. Если кто-то попадет в неприятности, тогда красными, и я сразу прибегу. В общем, будьте осторожны. Ну что, тронулись, что ли...
Гарри выдохнул. Небольшое изменение. Он даже не мог сказать, поняли ли друзья, что он вмешался в ход истории. Все выглядело так, словно он последовал видению, и решил ничего менять. «Об этом я подумаю позже», - решил Гарри. Он не заметил, как они дошли до развилки, и наступило время каждой группе пойти своим путем.
- Это, - Хагрид с сомнением посмотрел на Гарри. – Вам направо.
Они разошлись. Гарри и Драко некоторое время шли молча. Гриффиндорец чувствовал на себя взгляд слизеринца, но продолжал молчать. Он пытался разобраться в том, что сделал, и сделал ли вообще.
- Поттер, - наконец, разродился Драко.
- Что? – меланхолично отозвался Гарри.
- Геройствуешь? – язвительность вернулась к Малфою.
- Нет, решаю проблемы, - отстраненно произнес Гарри. Драко посмотрел на него и замер, глядя на уставившегося в пустоту гриффиндорца. Малфой поежился, понимаю, что Поттера фактически тут больше нет. Но тот вдруг вздрогнул, схватил его за руку и потащил напролом.
- Ты, что делаешь, придурок? – зашипел Драко. Он испугался, но все же нашел в себе силы не заорать.
- Нам надо туда, - заявил Гарри, продолжая тянуть его за собой. Он не обращал внимания ни на шорохи, ни на какие другие звуки, целенаправленно двигаясь к одному ему известной цели. Но тут вдруг замер и толкнул Драко к дереву. Малфой уже собрался высказать все, что думает об этом гриффиндорском идиоте, но Поттер указал ему нас странную фигуру, которая двигалась в ту же сторону, что несколько секунд назад и они сами. Драко и Гарри стояли вплотную друг к другу и почти не дышали. Драко подумал, что надо бы Поттера оттолкнуть от себя, но тут произошло что-то странное…
«Видение третье.
- Нам очень повезет, если мы его поймаем с тем балаганом, который вы тут устроили. Так, поменяемся. Невилл, ты остаешься со мной и Гермионой, Гарри ты берешь Клыка и этого идиота. Извини, - шепотом добавил Хагрид, - будет потрудней напугать тебя, а нам нужно сделать дело.
Через минуту Гарри отправился в чащу леса с Малфоем и Клыком. Они шли довольно долго, и зашли далеко, по тропинке уже нельзя было пройти - так густо здесь росли деревья. Крови по пути их следования становилось все больше. Капельки виднелись на корнях дерева, как будто бедное создание устало прислонялось к нему. Через спутанные ветви старого дуба, Гарри увидел впереди поляну.
- Смотри..., - прошептал он, подняв руку, чтобы Малфой остановился. Что-то ярко-белое блестело на земле. Они придвинулись ближе. Это и в самом деле был единорог, но он был мертв. Это выглядело так прекрасно и в то же время печально. Длинные стройные ноги единорога застыли в неестественном положении, а жемчужно-белая грива рассыпалась по темным листьям. Гарри шагнул вперед, но шелестящий звук приморозил его к месту. Куст на краю поляны дрогнул... Затем из теней скользнуло, стелясь по земле как зверь, существо в плаще. Гарри, Малфой и Клык стояли, не смея пошевелить и пальцем. Закутанная фигура добралась до единорога, опустила голову к ране в его боку и начала пить кровь.
- АААААААААААААА!
Конец третьего видения».
Драко в шоке смотрел на дрожащего Поттера. Он сам не понял, когда обнял гриффиндорца, и теперь старался заглянуть ему в глаза. «Мерлин, Мерлин, Мерлин», - только и было в его голове. Он, как чистокровный маг, наследник рода, получил соответствующее дошкольное образование. Более того, он всегда был любопытным, и очень много узнал из книг, в том числе нашел информацию об очень редком виде магов – видящих. И сейчас, один такой стоял тут, уткнувшись лбом ему в плечо.
- Ты изменил ситуацию? – это был вопрос, только задан он был совсем не в вопросительной форме. В голосе не было ни высокомерия, ни надменности, ни язвительности. Гарри только вздохнул ему в плечо, но голову не поднял. Три видения в такой короткий срок его вымотали, и сил почти не осталось. Драко погладил гриффиндорца по голове. – А знаешь, мы ведь на том самом месте. До той поляны осталось всего ничего.
Гарри поднял голову и посмотрел туда, куда скользнула закутанная в мантию фигура.
- Что дальше? – Драко посмотрел на Поттера.
- Кентавры, - отозвался тот, и только после этого посмотрел на Драко.
- Ты ведь не просто так тогда в поезде отказался пожать мне руку? – вдруг спросил Малфой. Он пытался скрыть любопытство, но не очень-то у него и получалось. Гарри вздохнул, но переубеждать сейчас Драко он не собирался. Когда-нибудь он расскажет ему все, портить сейчас что-то он не хотел. А Драко тем временем уже снова заговорил. – Кровь единорогов пить нельзя. Это проклятие.
- Я знаю, - устало кивнул Гарри.
- Мы пойдем туда? – Драко указал в ту сторону, куда они прежде двигались.
- Наверное, надо, - усталость уже начала сковывать его тело. Драко дернул его за руку. Они медленно прошли весь оставшийся путь, стараясь не шуметь. Вот и поляна. Они вышли вовремя, чтобы увидеть мертвого единорога и впившегося ему в бедро странного то ли человека, то ли существа.
- И что делать? – шепотом поинтересовался Драко. У него в голосе звучал ужас. Существо в мантии с капюшоном вскинуло голову. Гарри застонал. Голову прошила такая боль, что на секунду он выпал из реальности. Назад его вернули, как ни странно руки Драко.
- Уходить надо, - шептал Драко. – Эта гадость на нас смотрит. Он сейчас к нам пойдет. Гарри, бежим.
- Драко, уходи, - еле смог из себя выдавить Гарри.
- ЧТО?! – воскликнул слизеринец. От шока он даже забыл о страхе.
- Спрячься, так надо, - прошептал Гарри. Сил почти не было. – Спрячься.
Драко, скорее всего, почувствовал, что Гарри знает, о чем говорит. Он ломанулся в сторону. Гарри рухнул на колени. Он чувствовал приближение существа. Чем ближе оно придвигалось к Гарри, тем сильнее становилась боль. Его подбородок охватила холодная рука, голову вздернули. Из-за боли Гарри ничего не видел перед собой. «Пусть он уйдет, пусть он уйдет», - билась в голове мысль.
Драко спрятался недалеко и видел все, что происходило на поляне. Он лихорадочно решал, что же делать, как изменить ситуацию, и тут как ни кстати вспомнилось видение, которое он увидел вместе с Поттером. Вернее, в которое гриффиндорец его затянул.
- ААААААААААААААААААААА! – прорезал его крик тишину.
Несколько секунд не было ничего слышно, все было ужасно тихо, только эхом разносился крик Драко. Гарри, скорее осознал, чем почувствовал, что существа рядом с ним уже нет, а в следующее мгновение раздался топот и что-то пролетело через него. Только через несколько секунд Гарри осознал, что это кентавр.
«Ну, вот и кентавры пожаловали», - саркастично выдал ему внутренний голос.
Гарри поднял голову и посмотрел на своего спасителя. У того были белокурые волосы и светло-розовое тело. Именно этого кентавра он видел в своем видении, том, первом, посвященном этой отработке.
- Ты в порядке? - спросил кентавр, помогая Гарри подняться на ноги.
- Да, спасибо. Что это было? – с трудом вспоминая, что он видел в своем видении, ответил Гарри. «Не отходи, не отходи от видения. Вспоминай весь разговор», - упрашивал себя гриффиндорец. Кентавр не ответил. У него были удивительно синие глаза, похожие на бледные сапфиры. Он внимательно осмотрел Гарри, задержав взгляд на шраме.
- А, ты маленький Поттер, - сказал он. - Тебе лучше вернуться к Хагриду. В лесу сейчас опасно, особенно для тебя. Ты можешь ездить верхом? Так будет быстрее. Кстати, меня зовут Флоренц.
Он опустился на колени, чтобы Гарри смог взобраться к нему на спину. Внезапно, с другой стороны поляны послышался звук копыт, и на поляне появились еще два кентавра.
- Флоренц! - прогремел старший кентавр. - Что ты делаешь? На твоей спине человек! Как тебе не стыдно! Разве ты какой-нибудь мул?
-Вы понимаете, кто это? - сказал Флоренц. - Это маленький Поттер. Чем быстрее он покинет лес, тем лучше.
- Что ты ему наговорил? - проворчал Бэйн. - Помнишь, Флоренц, мы держим клятву не вмешиваться в предначертанное небесами. Разве мы не прочитали то, что должно произойти в движении планет?
Гарри перестал вслушиваться в этот бред. Кентавры всегда говорили загадками или звездами, как он прочитал в одной книге. Голова нещадно болела, и еще он беспокоился о Драко. Было непонятно, то ли что-то случилось, то ли Малфой решил помочь своим криком ему. «Надеюсь, это мое маленькое вмешательство будет во благо», - подумал он. Кентавры продолжали ругаться, но мальчику было просто не до них. Он вспомнил, сколько уже совершил вмешательств в историю, но все же чувствовал, что она так и идет по тому развитию, которое было в самом начале. Хотя он не понимал, почему у него стали появляться видения, где он видит последствия выполненных или не выполненных им изменений.
Флоренц внезапно встал на дыбы, так что Гарри пришлось схватиться за его плечи, чтобы не упасть.
- Разве вы не видели того единорога? - набросился Флоренц на крупного кентавра. Гарри вздрогнул. Видеть такое прекрасное животное мертвым было страшно. - Разве вы не понимаете, почему его убили? Или планеты не посвятили вас в этот секрет? Я объявляю войну тому, кто таится в лесу, и прибегну к людской помощи, если она мне понадобится.
Флоренц развернулся и ринулся прочь от своих собратьев на такой скорости, что Гарри пришлось вцепиться в него крепко-накрепко. «Блин, ну почему я все время влипаю в какие-то ситуации? Может, попросить у Блейза ошейник с поводком, чтобы меня таскали на привязи, вдруг поможет», - с долей сарказма подумал он.
Гарри что-то спрашивал, Флоренц отвечал, но сами слова даже не задерживались в голове у Гарри.
- Гарри Поттер, ты знаешь, для чего используется кровь единорога? – Флоренц неожиданно остановился, и Гарри чуть не кувырнулся ему через голову. Хорошо, держался крепко.
- Нет, - сказал Гарри, сохраняя спокойствие. «Конечно, знаю», - зло подумал он при этом. - На алхимии мы используем только рог и волоски из хвоста, - тут же посвятил он кентавра в тайны обучения.
- Потому что это ужасно - убить единорога, - Флоренц словно и не слышал его. - Только тот, кто играет ва-банк, может решиться на такое преступление. Кровь единорога сохранит тебе жизнь, даже если ты на волосок от смерти, но ужасной ценой. Ты убил чистое и беззащитное создание, чтобы спасти себя, и твоя жизнь станет проклятием с того момента, как кровь коснется губ.
- Но кто может быть в таком отчаянии? - спросил вслух Гарри, прекрасно зная ответ на свой вопрос. Но он не мог даже кентавру, особенно этому показать свою осведомленность. - Если ты будешь навечно проклят, не лучше ли принять смерть?
- Лучше, - согласился Флоренц. - Если только тебе не нужно продержаться до тех пор, пока ты сможешь выпить что-то еще, что-то, что вернет тебе былую силу и власть, что-то, после чего ты никогда не умрешь. Мистер Поттер, ты знаешь, что хранится сейчас в школе?
- Философский камень! – не задумываясь, ответил мальчик, и тут же проявил свою «смекалку». - Ну конечно, эликсир жизни! Но я не понимаю, кто?..
- Тебе не приходит на ум кто-то, кто много лет ждал возвращения, кто цеплялся за жизнь и искал возможность? – снова вопрос, на который вопрос уже известен. «Как мне надоела эта отработка», - угрюмо выдал внутренний голос Гарри. – «Хочу домой. Именно домой, а не в этот гребаный замок, где куча взрослых, по которым плачет психиатрическая клиника. Блин, фэнтази с элементами ужаса, триллера и детектива в придачу». Назвать имя Волдеморта ему совсем не хотелось, но он попытался, но благо их прервали. Гарри надоел этот спектакль для определенных зрителей до горькой редьки.
- Гарри! Гарри, с тобой все в порядке? – на тропинку вылетела Гермиона. Гриффиндорец еще никогда так не радовался никому, как появлению подруги.
- В порядке, - ответил Гарри, затем произнес, хорошо голос был уставший и выглядел ошеломленным. - Единорог мертв. Хагрид, он на поляне, вон там.
- Здесь я вынужден вас покинуть, - прошептал Флоренц, когда Хагрид кинулся в ту сторону. - Теперь ты в безопасности.
Гарри соскользнул на землю, попрощался с кентавром. Он устал, выдохся и был до жути раздражен.
- Хочу в душ, потом пожрать и в кровать, - выдал он мрачным голосом. Драко Малфой, который уже был рядом с ними, по-видимому, он вышел на Хагрида с Гермионой и Невиллом сам, пристально на него посмотрел. Гарри ответил ему усталым взглядом и чуть заметно кивнул. Драко наклонил голову, но ничего не сказал.
Через полчаса они уже были у замка. Никто ничего не говорил весь путь, словно чувствовали, что слова сейчас не нужны.
Рон дожидался их в гостиной, где и уснул. Раздраженному Гарри пришлось выдать отчет о случившемся в Лесу, причем сильно откорректированный. Гермиона, где нужно поохала, где нужно поахала, после чего все разбрелись по спальням. Гарри сдержался только потому, что рядом был Рон, иначе булла бы буря. На его кровати лежала мантия-невидимка и на ней записка «На всякий случай»
«Ненавижу Дамблдора!» - констатировал Гарри, с остервенением срывая с себя одежду, и не замечая испытывающего взгляда Рона. Он залез в кровать и задвинул полог. Ему на какую-то долю секунды показалось, что он услышал вздох и слова: «Когда ж ты успокоишься, Гарри?»


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 09:59 | Сообщение # 16
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 13. Примирение с Драко и причина пойти за камнем.

Все изменилось, изменилось в тот момент, когда Гарри выбрал другой вариант. Он теперь только надеялся, что сделал правильный выбор. Его видения стали ставить его в тупик. Он перестал понимать, что хочет показать ему будущее. Слишком много появилось вариантов.
На следующей день после «веселой» отработки Гарри все же решил наведаться к василиску и поговорить с ним о том, что его беспокоит. Он исчез сразу после завтрака, хорошо, что была суббота. Он был в таком полу растерянном, полу задумчивом состоянии, что не заметил за собой слежки. Правда, рыжий потерял его из виду, поскольку на него налетели в холле, сбив с ног, а вот блондин проследовал за ним, успев юркнуть в приоткрывшийся ход.
/Хеш/, - прошипел Гарри, как только вышел в большой зал. Змей появился мгновенно. Он выполз из библиотеки, где находился в задумчивом созерцании. За спиной гриффиндорца раздался полузадушенный писк.
/Это еще кто у нас такой?/ - удивленно поинтересовался Хеш, глядя на оседающего на пол Малфоя, который с ужасом в глазах смотрел на василиска. До него еще не дошло, что он смотрит ему прямо в глаза самого страшной змеи в мире.
Драко, следуя за заинтриговавшим его, гриффиндорцем, даже не мог предположить, во что может вылиться эта его слежка. Но то, что он увидел, он точно не предполагал.
- Эээ, Малфой, а что ты здесь делаешь? – Гарри недоуменно посмотрел на слизеринца.
- За тобой шел, - пропищал Драко, не имея возможности оторвать взгляда от змеи, которая устроила свою огромную голову на макушке Поттера и почти ехидно смотрела на него.
- Зачем? – не понял Гарри.
- Ааа, - начал Драко, но тут же замолк. И все же любопытство победило. – Ты змееуст, да?
- Ну, да, - кивнул тот в ответ, и ту же зашипел. - /Хеш, не наваливайся на меня, я не столб/
/А жаль/, - меланхолично заметил василиск, любуясь огромными, почти в блюдце размером серыми глазами. Слизеринец был в полном ауте, другого слова для его состояния подобрать было невозможно. - /Зови это белобрысое недоразумение, сующее свой аккуратный носик, куда не следует, в библиотеку, а то будет разговор через третье лицо. Не интересно/
- Пошли, - сказал Гарри.
- Куда? – серые глаза округлились еще больше, а в голосе послышался настоящий страх.
- В библиотеку, - ответил Поттер, взглянув на Драко. – Ну, не тут же разговаривать, да и там удобнее.
- Ааа, - протянул слизеринец в ответ. – Ладно.
Он поднялся на ноги, которые еле его держали, поскольку все еще были ватными от пережитого страха, но все же двинулся за шелестящим по мраморному полу змеем и мирно с ним беседующим Поттером. Жутковатое это было зрелище, не для слабонервных. Малфой никогда себя таким не считал, до сих пор.
Он удивленно замер на пороге, глядя на огромное подземное помещение, заполненное стеллажи с книгами. Гарри к этому времени уже расположился в кресле, а Хеш обвился вокруг этого кресла и положил свою морду, на колени мальчику.
«Ну, долго будешь стоять с разинутым ртом?» - лениво обратился к Малфою василиск.
- Ааааа, - Драко подпрыгнул на месте и уставился на змею.
- Малфой, это Хеш, - произнес Гарри. – Хеш, это Драко Малфой, и аристократ до мозга костей, борец за чистоту крови, ярый слизеринец, ну и так далее, и тому подобное, - закончил он свое представление, не скрывая язвительности.
«Вот даже как», - протянул Хеш, вытянувшись и почти коснувшись своей мордой носа перепуганного на смерть слизеринца. Драко боялся пошевелиться, руки дрожали, ноги не держали. – «Сядь уже, а то сейчас свалишься», - издевательски выдал василиск, возвращая себя в прежнее положение, то есть поближе к Гарри. Малфой не стал себя заставлять ждать, быстро сел напротив Поттера, вцепился пальцами в подлокотник и замер.
- Так, зачем ты пошел за мной, Малфой? – Гарри действительно было интересно, что же заставило слизеринца кинуться за ним.
- Я хотел поговорить, - признался тот.
- О чем? – не совсем понял гриффиндорец.
- А что ты делаешь в Гриффиндоре? – вырвалось у Малфоя раньше, чем он успел захлопнуть себе рот. Любопытство так и не умерло в нем, и всегда было самой неприятной его чертой, по словам матери и отца.
- В смысле? – ошарашено произнес Гарри.
- Нуууу, - протянул Драко. – Ты же змееуст, а это темный дар…
После этих слов раздалось веселое шипение, которое никак по-другому, как смех, интерпретировать было нельзя. Хешу, действительно, было смешно.
«Ребенок, кто тебе такую чушь сказал?» - поинтересовался он у Малфоя.
- Это все знают, - похлопал тот глазами. Драко никак не мог понять, почему он понимает василиска. Да и вообще вся ситуация ему казалось абсурдной донельзя.
«Все, значит», - протянул Хеш. – «Как же мир изменился. И совсем не к лучшему».
- Я, кстати, пришел с тобой поговорить, - вдруг выпалил Гарри. – У меня какие-то странные видения. Я вообще перестал понимать, что к чему. Такого раньше не было.
«Этот...,» - Хеш насмешливо мотнул головой в сторону блондина, – «аристократ, борец за чистую кровь и так далее и тому подобное в курсе твоих видений?»
Драко чуть не возмутился таким к себе отношением, но все же смог взять себя в руки. Ну, кому хочется иметь дело с василиском? Правильно, на такое способен - только Поттер.
- А? – Гарри уже успел глубоко задуматься, поэтому не сразу осознал, что ему задали вопрос. – А, да, - кивнул он. – В лесу я утащил его за собой в видение.
«О, как!» - Хеш приподнялся и заглянул в зеленые глаза брюнета. Смотрел он долго, словно, пытался там что-то разглядеть. – «Интересно, интересно», - наконец выдал василиск.
- Что интересно? – снова не смог удержать своего любопытства Малфой. Поняв, что превращать его в камень или съедать, никто не собирается, он осмелел.
- Эээ, ты же говорил, что тебя можем понимать только мы? – вскинулся вдруг Гарри, вспомнив один из разговоров с василиском. – Почему он тебя понимает? – кивок в сторону слизеринца.
«Гарри», - укоризненно покачал головой змей. – «Ты же сам знаешь ответ на свой вопрос. Правда, я бы посоветовал вам разобраться с вашими отношениями прямо сейчас, и не афишировать их перед другими, даже перед остальными», - Хеш многозначительно посмотрел на гриффиндорца.
- С кем с остальными? Вы о ком сейчас? – Драко подозрительно посмотрел на странную парочку перед собой.
«Еще не время», - покачал головой василиск. – «Гарри вмешался в ход событий очень сильно. Это может стоить вам всем больших проблем. Держите свои отношения в тайне. Пока».
- У нас не никаких отношений, - буркнул Гарри.
«Мальчишка», - прошипел Хеш. – «Разбирайтесь», - и уполз, оставляя мальчиков наедине.
Хеш расположился в центре огромного зала и немигающим взглядом смотрел на открытую в библиотеку дверь. Первые пятнадцать минут он просто внимательно слушал все, что там происходило, готовый сразу же ринуться туда. Следующие пятнадцать минут он просто веселился, слушая перепалку мальчишек, которые обвиняли друг друга во всем. Еще через четверть часа его тело начало содрогаться от смеха, который странным шипением вырывался из его пасти. Ровно через час после того, как он покинул библиотеку, из нее вывались два встрепанных пацаненка: у обоих под глазом было по фингалу, мантии мятые и кое-где порванные, волосы торчком, словно они пытались вырвать их друг у другу.
/Красавцы/, - ехидно выдал Хеш, осматривая двух драчунов.
- Он о чем? – мрачно поинтересовался Драко. Гарри перевел. Малфой наморщил нос и выдал.
- Зато мы все выяснили.
/Идите уже/, - соблаговолил их выпустить Хеш. Мальчишки зыркнули на него и удалились. Задержись они всего на пару минут, то увидели бы, как вместо змея по полу от хохота катается мужчина.
Успокоившись, Хеш решил обдумать сложившееся положение. Видящий и смотрящий встретись слишком рано. Силы в ребятах просыпались как-то странно, совершенно не так, как должно было быть. Как так получилось, что Ищущий проснулся раньше всех остальных, сразу за Оком? Странное что-то творилось в мире. Хеш специально попросил мальчишек не афишировать изменения в их отношениях. Он пока не мог понять, что не так, но чувствовал, что Гарри слишком сильно изменил первоначальный план Судьбы. Именно поэтому теперь у него были столько видений, причем все они отталкивались от одного события, но в силу сделанного выбора, были разные последствия. Необходимо было, чтобы Мыслящий быстрее обрел свою силу, иначе все может закончиться быстро и слишком страшно для всех ребят.

Гарри ничего не сказал своих друзьям, лишь кое-что поведал о том отработке. Но вот то, что ему приходилось теперь играть в три «Игры», ему совсем не нравилось. В первую очередь, не нравилось обманывать друзей, которые очень много для него значили. Во-вторых, ужасно не нравилось все скрывать от Драко, с которым он общался так часто, как было возможно. Они медленно узнавали друг друга, доверялись, начинали понимать. Самое интересное, что разборка в библиотеке Тайной комнаты, с рукоприкладством, все разрешила, все сомнения, недовольства и недоразумения. На людях они вели себя так же, как все уже привыкли, а вот наедине они становились самими собой.
Гарри же все это время пытался совместить не совместимое: золотую троицу, их тайный союз, общение с Драко и подготовку к экзаменам. К тому же после посещения Запретного леса у него постоянно болела голова. О том, что случилось на поляне, он поведал только тайному союзу, в том числе и Джинни, которая не преминула воспользоваться своими «новыми связями», естественно, через архивариуса. Но пока не было результатов.
Экзамены навалились как снежный ком, один за другим. Самое ужасное в этом было то, что стояла ужасная жара, особенно в кабинетах. Профессора вели себя как тираны, особенно Снейп, который разве что не совал свой длинный нос к ним в работы. Наконец, все эти мучения закончились, правда, Гарри вообще не мог понять, как все это пережил. Головная боль мешала думать, но она же препятствовала появлению видений.
- Было значительно легче, чем я думала, - сказала Гермиона, когда они присоединились к толпе на освещенной солнцем площадке. - Зря я учила про Кодекс Поведения Оборотней 1637-ого года и про восстание Элфрика Жадного.
Гарри недоуменно посмотрел на подругу, которая с умным видом вешала подобную лапшу на уши их общему рыжему другу. Он-то прекрасно знал, что никакой кодекс Гермиона не учила, а сидела с приключенческим романом, обложкой которому служил учебник по истории магии. После того, как Блейз объяснил ей разницу между знанием и вызубриванием, девочка прекратила так рьяно заучивать целые главы наизусть.
- Больше никаких занятий, - счастливо вздохнул Рон, вытягиваясь на траве около дуба и предупреждающе глядя на нахмурившуюся подругу, затем он перевел взгляд на друга. - Смотри веселей, Гарри. У нас еще целая неделя до того, как мы узнаем, что провалили экзамены. Чего волноваться раньше времени?
Гарри потер лоб. В районе шрама коду покалывало, а виски уже просто ломило от боли.
- Хотел бы я знать, что это значит! - выпалил он сердито. - Мой шрам все время болит. Так бывало и раньше, но не до такой степени.
- Сходи к мадам Помфри, - предложила Гермиона. Она старалась скрыть свое беспокойство. Она уже давно заметила, что Гарри постоянно морщится и частенько трет лоб и виски, что говорило о сильной головной боли.
- Я не болен, это что-то другое, - нахмурился брюнет. - Я думаю, это предупреждение, и оно означает приближение опасности...
- Гарри, расслабься, Гермиона права: камень в безопасности рядом с Дамблдором. Во всяком случае, у нас нет доказательств, что Снейп узнал, как пройти Пушка. И скорее Невилл будет выступать за Англию в квиддич, чем Хагрид предаст Дамблдора, - выдал Рон. Он не заметил, как на него посмотрели друзья. А те почувствовали в сказанном фальшь, словно Рон лишь пытался казаться легкомысленным и расслабленным. Что-то было в его голосе и позе, что натолкнуло их в очередной раз на мысль, что их друг имеет свои секреты. Они не совались пока к нему, поскольку и сами были не «без греха».
Гарри кивнул, давая понять другу, что услышал его слова. Внутри него все больше нарастало беспокойство. Словно вот-вот должно было что-то случиться. Он внезапно вскочил на ноги.
- Ты куда? - сонно спросил Рон.
- Мне только что пришло в голову, - сказал Гарри, бледнея. - Мы должны пойти к Хагриду. Немедленно.
- Зачем? - спросила Гермиона, оживляясь. Она уже поняла, что другу в голову пришла очередная идея, которую тот решил воплотить в жизнь. В кругу своей компании они не раз вели разговоры о том, как сделать так, чтобы о камне все забыли и больше никогда не искали. Выход все видели только один – воспользоваться тем, когда Квиррел ринется за ним. В том, что он это сделает, они нисколько не сомневались.
- Не кажется ли вам немного странным, - начал Гарри, карабкаясь вверх по травянистому склону, - что Хагрид больше всего на свете мечтает о драконе, и тут как раз появляется незнакомец с яйцом в кармане? Много ли людей ходит здесь с драконьими яйцами, когда это запрещено законами волшебников? Вы думаете, они случайно нашли Хагрида? Как я раньше не догадался?
- Да о чем ты говоришь? - спросил Рон, но Гарри не ответил. Он уже мчался в сторону леса. Весь этот спектакль был разыгран только для одного актера – Рона. Гермиона как раз и была тем человеком, который первым задал этот вопрос. Они в своей компании долго тогда обсуждали эту тему, и пришли к тому выводу, к которому сейчас так упорно подводил рыжего друга гриффиндорец.
Хагрида они нашли сидящим в кресте перед своим домом. Он засучил брюки и рукава и шелушил горох в большую миску.
- Привет, - с улыбкой поприветствовал их великан. - Сдали экзамены? Может по стаканчику чая?
- С удовольствием, - тут же нашелся Рон, но Гарри оборвал его.
- Нет, мы спешим. Хагрид, я должен тебя спросить кое о чем. Помнишь ту ночь, когда ты выиграл Норберта? Этот незнакомец, с которым ты играл в карты, как он выглядел? – Гарри выжидающе уставился на великана. Гермиона про себя поаплодировала другу. Тот нашел идеальный вариант для развития событий и подключения Рона к завершающей стадии их маленького «эксперимента» под названием «первой курс Гарри Поттера и философский камень, который уже давно украли первокурсники прямо из-под носа директора».
Хагрид поступил именно так, как и предполагал Гарри. Он выложил все, и испугался только тогда, когда уже было поздно. Пара наводящих вопросов и ребята знали всю историю от начала до конца. Но даже в своих рассуждениях Гарри и Гермиона сотоварищи не заходили настолько далеко, чтобы заподозрить Хагрида в подобной глупости. Они и представить себе не могли, что он до такой степени наивен.
Возвращались они в школу молча и в очень мрачном настроении. Каждый думал о своем, но при этом о том же, о чем и друзья.
Гарри лихорадочно пытался придумать план действий. Он понимал, что времени у них осталось очень мало, причем у них, как у Золотой троицы, и у них, как тайного союза.
- Мы должны идти к Дамблдору, - твердо заявил он, быстро обрисовывая ситуация со своей точки зрения Гарри Поттера, известного Рону, а именно: Хагрид все выдал какому-то незнакомцу, и это очень, очень плохо. Существовала только одна проблема, ни один из них понятия не имел, где находится кабинет директора. Они начали оглядываться, но даже мыслей по поводу того, куда надо идти, у них просто не было. Помощь, или не помощь, смотря с какой стороны посмотреть, пришла с неожиданной стороны. Перед ними появилась профессор МакГонагалл, которая строго поинтересовалась, почему они в такой день не гуляют на улице. На объяснение, что они хотят видеть Дамблдора, она сначала поинтересовалась, зачем первокурсникам понадобился директор, а затем уже сказала, что тот отбыл по важному делу в Министерство. Понимая, что нужно что-то делать, поскольку он не ожидал такого стечения обстоятельств. Переглянувшись с Гермионой, он понял, что подруга пришла к такому же выводу, что и он. Если что-то и будет происходить, то явно сегодня.
Гарри решил пойти ва-банк, выдав себя перед МакГонагалл. Он не думал, что первокурсники могут справиться с взрослым магом, ведь они всего лишь дети, которые только-только начали изучать магию. Мда, профессор его не поняла, сделав вид, что ничего не знает и не понимает. Только вот он видел, что это не так. Одна совершенно дурная мысль вдруг посетила его гениальный мозг: «А не рассчитано ли все именно на него? И директор, наверное, в курсе, что происходит…» Глянув на подругу, но прочел на ее лице точно такие же мысли. В общем и в целом, МакГонагалл от них отмахнулась, веля пойти на свежий воздух и не маяться дурью, как про себя перевел ее пожелание мальчик.
Естественно, они никуда не пошли.
- Все произойдет сегодня, - произнес Гарри, когда профессор отошла достаточно далеко, чтобы не услышать, о чем они говорят. Первая его фраза была рассчитана, как на Рона, так и на Гермиону, как члена тайного союза. Оставалось только придумать, как дать знать остальным о происходящем. Дальше уже речь Гарри была полностью ориентирована на рыжего. - Снейп собирается пройти через люк сегодня вечером. Он узнал все, что ему нужно, а теперь и Дамблдор ему не помешает. Это он послал записку. Могу поспорить, в Министерстве Магии будут удивлены, когда Дамблдор заявится туда.
- Но что же мы можем сделать..., - начала Гермиона, поддерживая игру друга, но тут же тихонько вскрикнула, глядя за спину друзьям. Гарри и Рон обернулись. По закону подлости там был именно тот, о ком они говорили – Снейп.
- Добрый день, - произнес он вкрадчиво. «Вот почему он, такой гад?» - подумал Гарри, уставившись на этого странного профессора. А тот тем временем продолжил. - Напрасно вы в помещении в такой денек", - Снейп криво усмехнулся.
- Мы хотели..., - начал Гарри, не представляя, что он сказать дальше. Слава Мерлину, ничего и не понадобилось больше.
- Вам следует быть осторожнее, - сказал Снейп. - Будете шляться здесь, подумают, что вы замышляете что-то. А Гриффиндор уже не может себе позволить терять очки, не так ли?
Гарри лишь усилием воли сдержался, чтобы не выпалить какую-нибудь дерзость в ответ на это, и только вспыхнул, вызывая на лице профессора удовлетворенное выражение. «Гад», - констатировал Гарри. Поняв, что тут делать нечего, он потащил друзей на выход. Но Снейп все же оставил последнее слово за собой.
- Предупреждаю тебя, Поттер, еще одна ночная прогулка и я лично позабочусь о твоем отчислении. Всего хорошего!
«Гад», - как-то удовлетворенно решил Гарри. Словно, теперь и так все было ясно, и ничего уже сверх этого от Снейпа ждать не приходится. Проводив взглядом зельевара, направившегося в учительскую, Гарри повернулся к друзьям. План действий у него созрел почти сразу. Причем и настоящий, и тот, что был рассчитан на Рона.
- Так, идем таким путем, - решительно начал он. – Гермиона, ты идешь следить за Снейпом.
- Почему я? - удивилась девочка.
- Это же очевидно, - хмыкнул Рон. – ты можешь притвориться, что ждешь, например, профессора Флитвика. «Ой, профессор, я так волнуюсь, так волнуюсь, мне кажется, я не правильно ответила на 14-й вопрос», - поддразнил девочку Рон, причем настолько удачно изобразил ее, что это вызывало удивление. Гарри не вмешивался, он наблюдал. Нет, он и раньше замечал за рыжим вот такие всплески, когда тот бывал жесток, но объяснить этого не мог. Вот и сейчас Рон в очередной раз заговорил с нотками какой-то странной злости, словно специально хотел сделать Гермионе больно.
- Прекрати, - рассердилась девочка, но от слежки за Снейпом не отказалась, поскольку прекрасно поняла задумку Гарри. От Рона они сегодня все равно не смогли бы отделаться, а дать знать остальным, то есть Невиллу и Блейзу как-то надо было. Гермиона тут же направилась к учительской, как думал рыжий, а на самом деле писать записку для друзей. Она почти поняла, что хочет сделать Гарри, но все же не совсем. Не будь с ними Рона, она бы уже знала все, но теперь приходилось только гадать.
Гарри же потянул Рона за собой, дежурить на третьем этаже. Но им не суждено было там оставаться. МакГонагалл все же приняла в расчет слова Гарри и оказалась там, чтобы выгнать их с этого места, еще раз, но уже в более строгой форме заявила, что бы они не «маялись дурью». Она даже пригрозила снять с факультета пятьдесят баллов, если они еще раз попадутся ей на глаза. Пришлось топать в гостиную.
- Ну, Гермиона следит за Снейпом, так что мы точно будем знать, когда он куда-нибудь направиться, - заявил Рон, плюхаясь на диванчик в гостиной. Гарри ответить не успел, поскольку открылся проход, и вошла подруга. Брюнет взглянул на нее, глазами спрашивая, получилось ли у нее то, что она должна была сделать помимо слежки за Снейпом. Он знал, что Гермиона его поняла. Та только кивнула ответ, а затем быстро сделала на лице виноватую мордочку, которую и увидел повернувшийся в ее сторону Рон.
- Гарри, прости, - захныкала девочка, - я ничего не могла сделать! Снейп вышел и спросил, что я здесь делаю. Ну, я и выдала наш вариант. А он сразу же позвал Флитвика, а тот увел меня… Я не знаю, куда пошел Снейп
«Актриса», - про себя восхитился Гарри игрой подруги. - Ну что ж, вот и все, так? - потерянно сказал Гарри. Теперь только и оставалось, что самому включиться в игру и доиграть ее уже до самого конца, а также надеется, что Блейз и Невилл окажут им всю возможную поддержку. Конечно, было бы проще, если бы можно было открыться Рону, но что-то постоянно удерживало его от этого шага. Что-то с рыжим было не так, и именно это не позволяло Гарри сделать последний шаг и ввести его в круг избранных. «Что ж, пора проявить все свои способности», - решил Гарри.
Гермиона в некотором замешательстве наблюдала, как Гарри стал резко бледнеть, как его глаза загорелись лихорадочным блеском. «Черт, не знала бы, точно поверила», - поежилась она слегка.
- Я должен украсть камень первым, - выпалил Гарри. Гермиона чуть не поперхнулась.
- Рехнулся? - закричал Рон.
- Да ни за что! - закричала Гермиона, подключаясь к игре Гарри, и ведя себя, как гриффиндорская заучка и пай-девочка, которая старается никогда не нарушать правила. – Да, тебя исключат с треском из школы.
- Да, как вы не понимаете, - заорал Гарри. « Не переигрывай, Гарри, не переигрывай!» - повторял он сам себе. Его глаза сверкали, пока он толкал свою маленькую проникновенную речь о возможности возрождения Волдеморта. Гибели своих родителей, Дурслях и тому подобное. Гермиона «сдалась» первой, за ней Рон. Все получилось как нельзя лучше. Теперь оставалось только дождаться нужного времени и начать выполнение своего плана.
Весь оставшийся день они провели как на иголках. И только во время ужина Гарри понял, что и Невилл и Блейз получили записку Гермионы. К сожалению, у него не было возможности хоть как-то объяснить им суть своего плана. Он только надеялся, что те будут на месте к тому моменту, когда они втроем доберутся до этого чертового зала, пройдя все ловушки преподавателей.
Время медленно тянулась. Наконец, в гостиной никого не осталось, и пришло время последнего приключения первого курса.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 10:00 | Сообщение # 17
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 14. Испытания для первокурсников.

Блейз со всех ног мчался по коридорам Хогвартса. «Надо успеть, надо успеть», - твердил он себе. – «Надо не попасться!» Цель сейчас была только одна – вовремя оказаться в нужном зале, хорошо хоть никаких паролей у портрета не было, и они могли спокойно проникать в зал с «философским камнем».
Удача сегодня была на его стороне. Никого не оказалось на его пути. Разбудив портрет, Блейз проскользнул в ход за ним, и через пять минут уже вынырнул в зал. Здесь было тихо и никого не наблюдалось. На постаменте все также стояло зеркало. Блейз на секунду задумался, а затем решительно направился к нему. Встав напротив зеркала, мальчик уставился в отражение. «Ну, и какое там у меня заветное желание?» - поинтересовался он сам у себя. Ничего особенно он не увидел. В зеркале отражался он сам, такой, какой был сейчас.
- Хмм, чего там Дамблдор говорил Гарри? – задумчиво в полголоса произнес Блейз. – Ага, что только человек, у которого все есть, видит в зеркале себя. Кажется, так. Забавно.
Мальчик развернулся и отправился в темный угол зала, чтобы оттуда наблюдать за предстоящими событиями. Устроившись на полу, Блейз зажег с помощью палочки «люмос» и вытащил полученные утром письма. Их было три – от Джин, дяди и Люпина. Давненько от них ничего не было. Они тут, в Хогвартсе, даже начали немного беспокоиться на счет того, что могло произойти. Даже посетовали, что у Гарри нет видений на заказ.
Развернув первое письмо, Блейз углубился в чтение, но при этом не забыл поставить специальные чары, которые выучил в одной из книг, взятой в библиотеке Слизерина. Они были связаны с оповещением. Примерно за пару минут до того, как кто-нибудь должен был войти в помещение, они об этом оповещали. Удобная штука. Блейз уже решил, что научит остальных этому полезному заклинанию.

Ретроспектива
События на воле с Рождества до начала июня.
Дориан Забини, получив от племянника данные на Джин Уизли и Ремуса Люпина, в первую очередь решил узнать об этих двоих как можно больше. Рассказанное Блейзом давало очень много пищи для размышлений. Он неплохо разбирался в подоплеке событий, сложившихся в начале 80-годов двадцатого столетия. Он входил в ту часть семьи, которая держалась в нейтралитете. Забини считались странной семейкой, что и было им на руку. Внутрисемейные страсти, заговоры и интриги держали власть имущих на расстоянии от них. Но это не мешало Забини держать руку на пульсе.
Сам он с самого начала пытался разобраться в истории Хеллоуна 1981 года. Очень многое из того, что случилось, было слишком странным, непонятным. Кто же думал, что раскрывать тайны будут хогвартские первогодки, в том числе и его умница-племянник. Мальчик-который-выжил тоже его удивил. Во-первых, чего стоил только его дар. Во-вторых, как Поттер мог вырасти таким в тех условиях, которые для него создал Дамблдор, тоже оставалось непонятно. В-третьих,… Да, много чего еще можно было тут надумать.
Дориан не хотел бы вмешиваться в политические дрязги, но это уже не зависело от него. Теперь ему оставалось только подержать своего племянника.
Ему понадобился месяц серьезных изысканий, чтобы собрать всю нужную информацию об интересующих его лицах и фигурантах дела. Джин Уизли и Ремус Люпин в данном случае были самой простой задачей. В разработке у него числилось несколько имен:
1. Род Поттеров, особенно его интересовал Джеймс Поттер
2. Лили Эванс, а также Дурсли, ставшие «опекунами» ее ребенка
3. Сириус Блек (тут его интересовала вся подноготная, причем самому соваться в архив было нельзя)
4. Арабелла Фигг – соглядатай, скорее всего, Дамблдора (об этой дамочке ему хотелось узнать все)
5. Семейка Уизли и их связи со светлой стороной.
Эти пять пунктов были первыми в его длинном списке. Дориан задействовал все свои «силы», чтобы найти ответы на свои вопросы. Обращаться к Блейзу за копиями полученных ими документов он не стал, все-таки его интересовали не только те вопросы, которые получила их невероятная Лиса по имени Джин. Первым делом он подкупил одного из работников Архива, зная, что их данные в книге учета и запросов не появляются, если они смотрят документы. В конце концов, он получил кучу документов, которые заставили его задуматься о том, что вообще происходило в последние лет двадцать, если честно.
Легче всего дело обстояло с Уизли и миссис Фигг. Последнюю вообще было не трудно обезвредить, но пока она ему не мешала. Только пока. С первыми двумя из списка все оказалось намного сложнее. Кто-то хорошо полазал по их документам и многое удалил. Вопросов становилось все больше. И, пожалуй, ответить на многие из них был способен никто иной, как Ремус Люпин, единственный оборотень, учившийся в Хогвартсе. Настало время с ним встретиться.
Организовать встречу ничего не стоило. Недалеко от городка, в котором проживал Люпин, находился придорожный бар, где на втором этаже были комнаты для клиентов. Вот одну из комнат он и снял для встречи. Ровно в 10 утра 10 февраля в комнату вошел мужчина, вид которого говорил о том, что жизнь не была к нему ласкова.
- Мистер Люпин, - Дориан поднялся навстречу оборотню.
- Мистер Забини, - немного удивленно отреагировал Ремус, который не совсем понимал причину этой встречи.
- Спасибо, что согласились прийти сюда, - Дориан жестом пригласил Люпина сесть во второе кресло. В дверь тут же постучали, затем в комнату проскользнул мальчишка лет пятнадцати с небольшой каталкой, на которой находилась еда на две персоны. Забини чувствовал, как напряжен Люпин, словно ждет какого-то подвоха. Он даже его понимал, нельзя остаться доверчивым человеком с такой жизнью. Чего он не понимал, так это действий директора. Если Люпин был его человеком, то почему он не сделал ничего, чтобы помочь своему ученику и соратнику. Странно? Странно.
- Я понимаю, вы удивлены моей просьбой о встрече, - подавая Ремусу чашку с чаем, начал Дориан. – Но на это есть множество причин. Во-первых, как я понимаю, вы уже в курсе того, что мой племянник Блейз очень тесно общается с сыном ваших друзей.
- Вы против их общения? – осторожно поинтересовался оборотень.
- Нисколько, - покачал головой Забини. – Даже наоборот, я только за. Удивительная у них там подобралась компания: мой племянник, который с раннего детства был сам себе на уме, Невилл Лонгботтом и Гарри Поттер, два мальчика, которые подходят под одно пророчество, и носят маски, за которыми почти никто не может увидеть их настоящих, магглорожденная девочка, которая не хуже их носит маску и десятилетняя Лиса, которая обвела вокруг пальца огромное количество взрослых. Не находите, странная компания.
- Пожалуй, соглашусь, - кивнул Ремус. – Но я все равно не понимаю, зачем вам понадобился я.
- Ремус, - произнес Дориан. – Я ведь могу Вас так называть? – после утвердительного кивка он продолжил. – Вы хотите участвовать в жизни Гарри?
- Я…, - начал Ремус.
- Оборотень? И что? – Забини подался вперед. – Это ведь не мешало ни Джеймсу Поттеру, ни его красавице-жене, ни Блеку общаться с Вами и считать своим другом? Ремус, вы хоть раз задумывались над тем, что все-таки происходило с вашими жизнями?
Люпин отвел взгляд, безмолвно давая ответ на вопрос собеседника.
- Ремус, Ваше чувство вины Вам мешает, - вздохнул Дориан. – Вам следует от него избавиться до того, как вы приступите к обучению Гарри и его друзей.
- К обучению? Я? – удивился Люпин.
- Да, поскольку Гарри необходимо учиться, много учиться, - произнес Дориан. – вы уже в курсе того, что у него провидческий дар?
Ремус кивнул. В первом же письме Джин было упомянуто об этом.
- У мальчика не прости дар провидца, причем сильный дар, - Дориан внимательно следил за реакцией Люпина. – Дело в том, что он входит в тот малый процент, кто способен изменить будущее.
- ЧТО?! – Ремус даже вскочил.
- И он уже меняет события, - Забини словно хотел добить его своими новостями. Люпин снова упал в кресло. Такого он совсем не ожидал. Это многое меняло. Ремус неплохо разбирался в теории пророчеств и тех, кто их выдавал. Сам по себе пророческий дар был очень опасной вещью. Зачастую пророки рано умирали, причем к годам тридцати уже были не вменяемыми, в зависимости от силы дара, невменяемость была либо лишь слегка «поворотом мозгов», либо сумасшествие было полным в конечном итоге. Ремус знал, что у Джеймса были какие-то задатки пророческого дара. Что-то такое было в друге, но то, что сейчас ему сказал Забини, честно говоря, пугало.
- Дамблдору известно о даре Гарри? – он уже с ужасом представлял, что может сделать общество с таким пророком.
- К счастью, нет, - сказал Дориан. – Гарри с самого начала повел себя очень умно, да и друзья его прикрывают. Но ему нужно научиться контролировать свой дар. Иначе однажды его накроет при директоре, и тогда мальчику точно не будет житья. Его же просто «выпьют» и через полгода после этого он станет всего лишь оболочкой, его мозг просто сгорит.
- Я понимаю, - кивнул Ремус.
- У меня есть план, который я хочу ввести в действие, - произнес Забини. – Поступим так…
Они расстались поздно вечером. Из комнаты в придорожном баре вышел уже не тот Ремус Люпин, какой туда вошел. У этого человека появилась цель, цель жить, а не выживать.
Через неделю после этого Джин Уизли получила письмо от Ремуса, в котором он предлагал ей встретиться, но так, чтобы об этом никто не знал. Устроить это для девочки не было никакой проблемы. Ни Молли, ни Артур не беспокоились о безопасности вокруг своего дома, ведь сейчас никаких проблем не было, как и опасностей. Девочка спокойно могла гулять в пределах их «поместья», если так можно было назвать то место, где они жили. Частенько Джин в одиночестве ходила и на ближайшую поляну в лесу, и на пруд, что был, не так далеко, но его не было видно из дома. Вот там-то девочка и назначила встречу.
Она совсем не ожидала, что явятся два человека. Ремуса Люпина она узнала сразу, в деле была его колдография, только удивилась, что в свои годы он выглядит лет на десять старше, если не больше. Второго мужчина она не знала. Девочка настороженно замерла в метрах десяти от них. И тот, и другой оценили ее осторожность и стратегическое положение. Она стояла так, чтобы сразу нырнуть за ствол дерева рядом с собой. Правда, она могла бы не успеть, но все же ребенок был очень умным и явно не собирался доверять сразу и безоговорочно.
- Джин, меня зовут Дориан Забини, я дядя Блейза, - представился Дориан.
- Ясно, - деловито кивнула Джин. Имя ее нисколько не удивило. А это могло означать только то, что она была в курсе. Что девочка и подтвердила через секунду.
- Блейз написал мне, что с разрешения Гарри все Вам рассказал.
- Мы хотели бы многое с тобой обсудить, - произнес Дориан. – Ты можешь рассказать нам то, что ты выяснила? До кое-каких документов нам так и не удалось добраться.
- Хорошо, - кивнула девочка и приблизилась, но не вплотную.
Много времени уделить мужчинам она не могла, поскольку ее стали бы искать. Так, что тут сработало правило – «краткость – сестра таланта». Ей понадобилось всего двадцать пять минут, чтобы ясно и, главное, по сути, рассказать о своих изысканиях. Дориан, хоть и получил от племянника информацию, но оказалось, что это не все. Оказалось, девчушка обладает не только талантам поиска и нахождения информации, но и логика у Джин была превосходной. Она смогла вычленить все самое важное из полученной информации и сделать правильные выводы.
Результатом встречи стало договор о том, что три раза в неделю по часу Джин будет получать уроки у Ремуса и Дориана, поскольку это было самым оптимальным временем, когда ее еще не будут искать. Забини обещал принести на первое занятие универсальную палочку, чтобы девочка начала учиться магии в полной мере. Оба мужчины считали, что раз ребята такие особенные, то лишние знания и умения им совсем не повредят.
И началось обучение, узнавание друг друга. Впервые в своей жизни двое мужчин, таких разных, осознали, что с детьми нужно считаться. В этот период они очень мало писали ребятам в Хогвартс, лишь отвечали на них письма, но все держали в секрете. Хогвартс мог быть очень опасным местом, особенно когда во главе этого учебного заведения стоял Дамблдор. Они посчитали за лучшее, не плодить в школе еще секретов. Чем больше тайн, тем сильнее есть опасность привлечь излишнее внимание, а к Гарри Поттеру итак было прикованы все взгляды всех, кому не лень.
Конец ретроспективы.

Блейз задумчиво сложил письмо и убрал в карман. Он резко прижался к стене, когда раздался звук открытия двери. Он не удивился, когда увидел профессора Квирелла. В принципе, его-то как раз тут и ждали. Блейз затаился. До появления Гарри он не собирался ничего предпринимать, только следить из своего угла. Он сейчас был благодарен Мерлину, Слизерину и всем остальным, что выбрал именно это место. Его никто не мог видеть здесь, зато он сам видел все.
***
Гарри, Рон и Гермиона подождали еще немного, чтобы удостовериться в том, что никто не помешает им претворить свой план в жизнь. Еще когда последним покинул гостиную Ли Джордан, Рон напомнил про плащ-невидимку, и Гарри быстренько сбегал за ней. Прихватил он с собой и флейту, как средство усыпления трехголового пса. К «большому приключению», полностью спланированному Дамблдором, все было готово. «Ну, не будем разочаровывать доброго дедушку», - как-то слишком по-взрослому усмехнулся Гарри. Он поспешил назад в гостиную.
Да, все должно было быть проще, но оказалось не так. Невилл случайно уснул в гостиной и проснулся не в самый подходящий момент. Он, в принципе, не стал бы ничего делать, если бы Тревор в очередной раз не решил испортить ему жизнь. Невилл иногда хотел просто взять и прибить это зеленое недоразумение. Пришлось ему опять играть роль, а Гарри и Гермионе подключаться. Хорошо, что все они настолько научились вживаться в свои роли и быстро ориентироваться в ситуации, что никаких эксцессов еще не было.
Свою роль он сыграл превосходно. Даже сам порадовался, как стоял перед ними с выставленными вперед кулаками, лишь бы те не вышли из гостиной. Именно тогда он понял, что слегка переиграл, но Гермиона нашла очень действенный способ убрать его с дороги – так ударила Петрификусом, что он и понять не успел, как уже лежал обездвиженный на полу. Упал Невилл несколько неудачно, лицом вниз. Гермиона извинилась перед другом, после чего троица мирно отправились в свое приключение. Состояние у них было слишком нервное. На каждом шагу слышались шорохи, мерещился Филч. Надо было думать, что рано или поздно на их пути окажется препятствие. Им оказалась миссис Норрис, лениво прохаживающуюся по площадке наверху лестницы. Но, наверное, сегодня был их день, или все же Дамблдор озаботился, чтобы ничто не мешало первокурсникам достичь цели, по крайней мере, пока они не добираться до первого препятствия. Правда, пришлось слегка повоевать с Пивзом и даже припугнуть его, чтобы не лез, куда не следует. Так что вскоре они уже стояли перед входом в коридор на третьем этаже, а дверь уже была приоткрыта.
- Никто в этом и не сомневался, - тихо сказал Гарри. – Кв… Снейп уже прошел мимо Пушка, - на имени он запнулся, подзабыв, что рядом с ним есть тот, кто не в курсе реальных событий. На самом деле до него только сейчас стало доходить, в какую авантюру они ввязались. Гарри вздохнул и его накрыло. Гермиона вздохнула, поняв, куда «провалился» друг. Она случайно посмотрела на Рона. Тот пристально смотрел на брюнета, и в его глазах, да и в выражении лица не было ничего такого, что говорило бы о том, что это тот самый рыжий мальчик, который только что был вместе с ними в гостиной. Этот был другим, и чем-то напоминал их небольшую тайную команду. Впервые она подумала серьезно, что Рон будет отличным дополнением их команды, только вот решать этот вопрос нужно их негласному лидеру и мальчику, которому не живется спокойно, даже если это не его вина.
Гарри резко выдохнул. Он только что увидел все, что им предстоит во время испытаний. Честно говоря, появилась мысль просто развернуться, пойти обратно в гостиную и спокойно лечь спать. «Почему мы вообще должны делать то, что хочется директору? Надоело уже играть эти роли…» Гермиона словно почувствовала его настроение.
- Гарри? – тихо позвала она мальчика. У того сейчас было такое выражение лица, что принять его за всем уже вроде бы известного Гарри Поттера, было не реально. Тот медленно повернулся, посмотрел на нее, затем перевел взгляд на Рона. Тот молчал, но смотрел на него в ответ таким проницательным взглядом, что пробирало до мурашек.
- Может быть, вы, наконец, прекратите? – произнес рыжий.
- Что прекратим? – тихо спросила Гермиона.
- Вести себя так, словно все в порядке, - ответил Уизли. – Я, конечно, могу и дальше делать вид, что ничего не вижу и не слышу…
- Гарри? – Гермиона посмотрела на Поттера. Тот лишь вздохнул, а затем сказал.
- Я его не чувствую, - произнес он. Рон только приподнял бровь, почти так же как это делает Снейп. Гарри вдруг согнулся, вздох, и он рухнул на колени. Стон. Гермиона кинулась к другу, который стоял на коленях на полу, обхватив голову руками. Девочка приподняла ему голову и заглянула в глаза. Она с трудом сдержалась, чтобы не отшатнуться. Зеленые глаза побелели и взгляд у мальчика был направлен в никуда. Она не знала, что делать, но вдруг все также внезапно закончилось, как и началось.
- Предупреждать надо, - прохрипел Гарри, явно обращаясь к Рону.
- А сам? – обиженно воскликнул тот в ответ. – Откуда мне было знать, что ты Видящий.
- Так, мальчики, - произнесла Гермиона. – Времени на разборки у нас нет. Квирелл, наверное, уже давно в зале. А там Блейз ведь. Он один.
- Блейз? Забини? – уточнил Рон, но без какого-то особенного удивления.
- Мальчики, времени нет, - снова повторила Гермиона.
- Проще всего сейчас пройти в зал через наш ход, - задумчиво произнес Гарри. – Но я не уверен, что Дамблдор за ними не следит.
- Ты видел, что там? – Рон кивнул на дверь комнаты.
- Да, - мрачно кивнул Гарри, затем на пару секунд задумался. – В общем, там такое дело…, - и она вкратце изложил, что же такого напридумывал директор, а ему в свою очередь помогли осуществить преподаватели в лице МакГонагалл, Снейпа, Флитвика и, конечно, Хагрида. Не оставил он без внимания и тот момент, что в зал он войдет только один, а ребята останутся на определенных этапах.
- Испытания какие-то…, - скривился Рон.
- Ага, для первокурсников, - фыркнула Гермиона. – Все испытания сделаны для нашего трио, чтоб точно прошли.
- Знаете, думаю, нам все придется, через это безобразие пройти, не хочется как-то раньше времени ставить директора в известность о том, что я не совсем такой, каким он меня представляет.
- Да, странный он, - поежился Рон. – И совсем мне не нравится. У него какой-то странный профессор в школе с головой не дружит, второй измывается над всеми как хочет, да еще и Пожирателем смерти был…
На Рона пристально уставились две пары глаз.
- Сейчас у нас нет времени с этим разбираться. Пошли, - скомандовала Гермиона. – Не будем разочаровывать директора, а то сейчас прибежит еще узнавать, чего это мы никак не отправимся за философским камнем.
- Угу, - мрачно кивнул Гарри, хотя на душе у него стало спокойнее. Ведь Рон все-таки оказался одним из них, а, значит, хотя бы с ним больше не придется притворяться. Это его почти весь год сильно напрягало.
Пушка они прошли легко, не зря же флейта была с ними. Собака уснула через уникально малое количество времени. Пока Гарри играл, Гермиона и Рон проползли к люку и удостоверились, что им ничего не стоит идти дальше. Успели они и слегка поприпираться между собой на тему того, кто в этот самый люк будет прыгать первым. Первым оказался тот, кто в споре не участвовал – Гарри.
Он прыгнул туда, зная, что его ждет, но не особо готовый к последствиям. Почему-то из головы вылетело, как бороться с дьявольскими силками. В голове все время билась мысль: «Ненавижу Дамблдора!» Пару минут спустя рядом с ним уже были друзья, но все трое оказались оплетены этим растением. Гермиона выбралась из ловушки, а вот мальчики застряли, и их попытки вырваться приводили к обратному результату. У всех троих началась паника, пока Гермиона не смогла себя взять в руки и не начала вспоминать, что знает об этом растении. Хорошо то, что хорошо кончается – они выбрались с помощью светлых мозгов юной ведьмы, которая, правда, в пылу паники подзабыла, что владеет магией.
- Знаете, нам сначала надо было обсудить, что и как делать на каждом этапе, а не прыгать сюда очертя голову, - немного нервно произнесла девочка.
- А время у нас на это есть? – мрачно поинтересовался Рон.
- Нет, - покачала головой Гермиона, вздохнула и, повернувшись к Гарри, спросила. – Что у нас там дальше? Заколдованный ключ?
Гарри кивнул, мрачно глядя вперед, туда, куда им теперь надо было пойти. Они решительно двинулись вперед и вскоре оказались у своего следующего препятствия.
- Напомните мне когда-нибудь, чтобы я припомнил все это директору, - мрачно произнес Гарри, глядя на летающие у потолка ключики, у которых были крылышки, почти такие же как у снитча.
- Может все-таки подойдет какое-нибудь заклинание? – неуверенно произнесла Гермиона.
- Попробуй, а я пошел ловить эту гадость, - скривился Гарри.
Заклинания не помогли, так что все трое вскоре оказались на метлах. Не зря Гарри стал ловцом, хоть и не хотел. Именно он и углядел нужный им ключ, и вскоре тот уже был у него в руках. Второе испытание тоже было успешно пройдено, о чем Гарри с некоторым презрительным пафосом и объявил друзьям, когда проворачивал ключ в замочной скважине. Дверь открылась. В первую секунду ребята ничего не увидели, а затем перед их взором появилась шахматная доска, но намного больше, чем обычная.
- Да, такое ощущение, что испытание делали точно под меня, - задумчиво произнес Рон. Его слава, как хорошего шахматиста довольно быстро разнеслась по школе. Кстати, это было единственное, что он показывал реально из своих знаний. Хотя сами знания ему давались с большим трудом, поскольку приходилось сильно скрываться от семьи, да и подобающей библиотеки у Уизли не было.
- Пффф, - фыркнула Гермиона, абсолютно согласная с выводом своего рыжего друга. – Кретинизм.
- Объяснять терминологию будешь потом, - махнул рукой Рон. – Давайте, что ли сыграем. Как я помню, тут останусь я.
События развивались точь в точь, как в видении Гарри, что ему совершенно не нравилось. Радовало в этой ситуации только то, что все должно закончиться хорошо. Пока Гарри решил следовать тому, что было в видении.
Поверженный тролль тоже оказался на месте. Гарри и Гермиона только взглянули на него и последовали дальше. Как и следовало ожидать, последним препятствием стало испытание Снейпа.
- Смотри! - Гермиона схватила свиток, лежащий рядом с бутылочками. Они вместе прочитали стишки с заданием.
- И? – девочка посмотрела на друга. Гарри молча указал на нужную бутылочку. Гермиона хмыкнула, лукаво улыбнулась и устроила настоящий спектакль для невидимого зрителя, если такой вообще был. Она серьезно размышляла, какая же им нужна бутылочка. Гарри только тихо давился смехом и держался изо всех сил, чтобы ничего не испортить. В конце концов, они оба успокоились, и Гермиона с серьезным видом благословила его в «последний путь».
- Ну, пошел я, - выдохнул Гарри и открыл последнюю дверь. Ничего удивительного для себя он не увидел. Квирелл стоял перед зеркалом Еиналеж, явно пытаясь заполучить философский камень, которого в этом помещение и в помине не было.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 10:00 | Сообщение # 18
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
В главе присутствуют прямые заимствования из 16 главы первой книги о Гарри Поттере.

Глава 15. Конец первого учебного года в Хогвартсе.

«Да уж, как все предсказуемо», - с какой-то иронией подумал Гарри, разглядывая профессора по ЗОТИ, который его самого пока не заметил. Осторожно оглядев помещение, он так и не увидел Блейза. На самом деле Гарри был уверен, что тот здесь, просто спрятался до поры до времени. В своих друзьях он был уверен на сто процентов.
Вдруг Квирелл вздрогнул и резко повернулся. Он уставился на Гарри. Тот вздохнул и снова начал играть на публику. «Вся жизнь - театр», - мученически подумал он, старательно выдавливая из себя удивление.
- Вы! – ему таки удалось изобразить изумление. Квирелл улыбнулся, сейчас он совсем не напоминал того дерганного профессора, которого студенты наблюдали последний год.
- Я, - ответил он спокойно. – Я все думал, Поттер, встретимся ли мы здесь сегодня, или же ты не придешь. Но ты меня не разочаровал, маленький гриффиндорец.
- Но я думал..., - залепетал Гарри. - Я думал, что это все Снейп…
«Простите, профессор, лично против вас я ничего не имею», - мысленно попросил прощения у Снейпа Гарри.
- Северус? – холодно расхохотался Квирелл. – О, да, Северус идеально подходит на роль злодея. Не так ли, мой маленький гриффиндорец? Это было просто удачей, что он словно летучая мышь кружился вокруг меня. Никто и никогда не стал бы подозревать не-не-нес-част-т-т-ного з-з-заик-к-ку.
«Во, придууурок», - Гарри неверяще смотрел на профессора. На месте этого идиота, он давно бы уже схватил себя за шкирку, вытряс бы все, что только было нужно, а после этого бы прибил, чтобы в дальнейшем не было никаких проблем.
- Но Снейп же пытался меня убить, - изумления не получилось, но, к полному счастью Гарри, Квирелл этого не заметил.
- Нет, нет, нет, - продолжил он распинаться профессор. - Это я пытался убить тебя. И я бы убил тебя, если бы твоя подружка случайно не сбила меня с ног, а Снейп так старательно не пытался тебя спасти.
- Снейп спасал меня? – опять получилось плохо. «Надо заканчивать уже этот спектакль», - мысленно вздохнул Гарри, которому все это уже так надоело, что сил на изумление просто не было. В конце концов, хуже уже не будет. Он и так изменил историю, по крайней мере, ту, которую придумал для него Дамблдор.
- Ну, разумеется! - холодно подтвердил Квирелл. Эти его перепады из одного состояния в другое могли говорить только об одном. И Гарри был прекрасно осведомлен об этом. В одном теле жили две личности – самого Квирелла и Волдеморта. – О, Снейп решил стать судьей на матче, ему не нужны были новые попытки покушения на тебя. Но все подумали, что он хочет засудить гриффиндорцев. Такой удар по репутации. Правда, это уже не имеет значения. Репутация у Снейпа, и так не ахти какая. Но у меня теперь есть шанс убить тебя, прямо здесь.
А вот то, что произошло дальше, стало для Гарри неожиданностью. Квирелл щелкнул пальцами, и веревки обхватили все тело мальчика.
- Ты такой любопытный, Гарри. Таких как ты нельзя оставлять в живых. Такие, как ты, узнают слишком много, и слишком многим мешают. Чего только стоит твой поход в Хеллоуин. Я уверен, что ты тогда видел меня.
- Это вы впустили тролля, - Гарри хотел сказать это в вопросительной форме, а получилось, как утверждение. Квирелл продолжал что-то говорить, но Поттер выпал из реальности. Он видел, как Блейз выходит из своего угла, замирает за одной из колонн и стоит там с палочкой наизготовку. Он ждет того момента, когда нужно будет действовать, ждет сигнала Гарри.
- … а когда вернется, я буду уже далеко..., - услышал Поттер слова Квирелла и совершенно не мог понять, о чем тот собственно говорит. Сам профессор торчал у зеркала, изучая его. Гарри уже собрался снова привлечь его внимание, как его накрыло. Он увидел, как продолжает разговор с Квиреллом. Они говорят о Снейпе. Профессор рассказывает ему о том, что зельевар учился в школе в одно время с Поттером-старшим, о причине ненависти Снейпа. Потом идет речь о Волдеморте, и, наконец, появляется само второе действующее лицо, в прямом смысле. Странно, но в своем видении Гарри видит, как достает философский камень, а потом сжигает Квирелла одним прикосновением рук. Именно этот эпизод, а, вернее, осознание того, что это бред, возвращает его в реальность.
Проходить данный путь еще и в действительности Гарри не собирается.
- А как поживает господин Волдеморт в вашем затылке? – светским тоном интересуется он у Квирелла. Тот спотыкается на ровном месте, затем с неприкрытым изумлением смотрит на гриффиндорца, который с абсолютным спокойствием изучает потолок.
- Дай мне поговорить с ним... лицом к лицу..., - слышит Гарри знакомую фразу, правда звучит она на порядок раньше, чем должно бы быть.
- Мой Господин, вы еще так слабы! – восклицает Квирелл.
- Я достаточно силен... для этого..., - выдает Волдеморт.
Через минуту Гарри с отвращением смотрит на рожу в затылке Квирелла. Такое даже в страшном сне присниться не может. Воображения просто не хватит. Гарри даже не замечает, что последнюю мысль он говорит вслух.
- Мальчишка, - взрывается Квирелл
- Гарри Поттер... – вторит ему рожа в затылке.
- Как вы оба мне надоели, - устало вздыхает Гарри. - Хотя нет, вы мне все надоели: Квирелл с его идиотизмом, ты с манией убийства и величия, Дамблдор, который решил поиграть в кукол, Снейп со своей дурацкой ненавистью. Ну, вот что ты на меня вылупился? Не ожидал, да? Ой, только не надо мне сейчас тут речь толкать об эликсире жизни, о том, что родители тебя умоляли о пощаде. Я может и ребенок, но не дурак. И кстати, рожа в затылке, нету тут твоего камешка, давно уже нету. Сперли мы его.
Надо было видеть выражение на роже Волдеморта и не менее шокированное на лице Квирелла. По-видимому, к отповеди одиннадцатилетнего мальчика они оба не были готовы.
-К-к-как с-с-спер-л-ли? – заикаясь, поинтересовался Квирелл.
- О, и заикание у нас вернулось, - усмехнулся Гарри как-то совсем по-взрослому. – Но вы простите меня, конечно, только надо все сделать так, как должно закончиться на первом курсе. – Блейз, огонь! – рявкнул он.
- Инседио! – закричал Блейз, вылетая из-за колонны. «Как хорошо, что мы понимаем, друг друга без слов, или вернее с первой буквы», с облегчением подумал Гарри.
- МОИ РУКИ! – заорал Квирелл. Как-то так получилось, что Блейз выплюнул огонь в руки профессора, а тот его сбить никак не мог. Но что-то все-таки пошло не так. Гарри вдруг вскрикнул от резкой боли в шраме, а затем была такая вспышка, что он почти ослеп. Голова нещадно болела. Как сквозь вату он услышал злое шипение Волдеморта.
- Убей его, идиот!
- Инседио! – снова закричал Блейз.
- АААААА!
Гарри не видел, что происходит. Головная боль стала невыносимой, перед глазами все помутилось. И он, наконец, потерял сознание.
Блейз просто не знал, что делать. Он еще раз кинул в Квирелла заклинание огня. Честно говоря, он бы в панике. Гарри, связанный, лежал на полу без сознания. Около зеркала корчился горящий Квирелл, в его затылке верещал Волдеморт. И вдруг все закончилось. Только какая-то черная тень вырвалась из рассыпавшегося тела профессора ЗОТИ, пронеслась по залу, затем прошла сквозь тело Гарри и с визгом куда-то исчезла. Блейз от шока осел на пол. Руки, ноги тряслись. Но надо было действовать. Его здесь никто не должен видеть. Блейз собрался с силами, развязал Гарри, затем оттащил его поближе к пеплу, надеясь, что Дамблдор поверит, будто первокурсник каким-то непостижимым образом сумел уничтожить Квирелла. «Хорошо у Гарри воображение отличное», - подумал он устало. Еще раз посмотрев на бессознательного друга, Блейз отправился к запасному выходу. На самом деле он оставлял тут Гарри с тяжелым сердцем.
Гарри снилась какая-то белиберда, что-то летало у него перед носом. Рефлекторно он попытался это поймать и открыл глаза. В руке оказались очки, которые он и нацепил на нос. Рядом с кроватью сидел Дамблдор. «Приперся», - мрачно подумал Гарри. – «Только его тут для полного счастья и не хватает. Нашелся на мою голову добрый дедушка. А где ты был все это время, добрый ты старикашка?»
- Здравствуй, Гарри, - улыбнулся Дамблдор.
«Для кого и здравствуй, а кому и по башке бы дать надо», - выдал мысленно ответ мальчик, а сам уставился на директора. – «Ну, вот и чего мне теперь делать? Чего ему говорить? А, ладно, врать, так врать…»
- Сэр! Камень! Это Квирелл! Камень у него! Скорее. Сэр…. – он попытался вскочить с кровати и сам понестись обратно, в тот чертов зал. «О, я даже сам поверил», - поздравил себя с хорошим спектаклем Гарри.
- Успокойся, мой дорогой мальчик, твои сведения несколько устарели, - ласково успокоил Дамблдор. - Камень не у Квирелла
- А у кого? Сэр, я..., – Гарри до жути было интересно, что ему сейчас скажет директор. Сам-то он прекрасно знал, где этот камушек находится.
- Гарри, успокойся, прошу тебя, не то мадам Помфри выставит меня и будет, потом долго мне припоминать, что я беспокою больных и мешаю их выздоровлению, - пожурил директор. «Сволочь!» - констатировал внутренний голос Гарри. – «Но я все равно не отстану»
Дамблдор же всеми силами пытался отвлечь Поттера от этой темы. Сначала указал на груду всяких сладостей и открыток. Потом сказал, что Гарри в больничном крыле уже третий день, что вся школа им восхищается. У Поттера было большое желание прямо тут сказать директору все, что он о нем думает, но удалось сдержаться. Пока было рано показывать свой истинный характер, а то мало ли, еще мозги прочистят, память изменят. «Спасибо, не хочу», - мрачно решил Гарри.
- Но, сэр, камень..., - ввернул свое Поттер, когда Дамблдор сделал короткую передышку в своей речи.
- Как я вижу, тебя не так просто отвлечь от этой мысли. Что ж, камень профессору Квиреллу не достался. Он не смог его у тебя забрать…, - Дамблдор начал вешать ему натуральную лапшу на уши. Гарри даже восхитился тому, как бессовестно врал директор с улыбкой на лице. Нет, он, конечно, тоже директору врал, но причины у них были совершенно разные. Из рассказа Дамблдора следовало, что тот его спас чуть ли не из лап Квирелла, что успел он в самый последний момент, и что камень уничтожили, вместе с зеркалом. «Браво, господин директор», - Гарри даже мысленно поаплодировал Дамблдору. – «Это же надо было такую сказку придумать. Я в восторге. Обязательно расскажу Блейзу. Пусть человек порадуется, что его заслуги приписал себе какой-то старец, который всю эту муть и придумал. А у него было три дня, чтобы все это тут напридумывать и скормить мне, бедному забитому, наивному сиротке. Тьфу, на вас».
Гарри решил попытаться вытянуть кое-какую информацию из Дамблдора. Нельзя же было показывать, что его не снедает любопытство. Вот он и устроил маленький допрос директору. Гарри просто поразили ответы, особенно тон, которым было сказано, что Фламели в общем-то уже одной ногой в могиле. Сказано это было с доброй, но чуть грустной улыбкой, которой сам Поттер не поверил ни на йоту.
- А зачем Волдеморту было убивать меня? – решился на самый провокационный вопрос Гарри. Он даже затаил дыхание, ожидая ответа.
На этот раз директор вздохнул еще глубже, чем до этого, отвечая на вопросы гриффиндорца.
- Увы! Первый же твой вопрос я вынужден оставить без ответа. Не сегодня. Не сейчас. Когда-нибудь ты обязательно узнаешь... а пока оставь эти мысли, Гарри. Когда ты станешь старше... Я знаю, как тебе тяжело слышать это... когда ты будешь готов, ты все узнаешь, - выдал Дамблдор.
«Все с вами ясно, профессор», - сделал вывод Гарри. – «Гад вы, вот и все. Знали бы вы, что я все знаю, плясали бы по-другому. Нашелся тут на мою голову доброжелатель. Я вам когда-нибудь все припомню», - в Поттере проснулась мстительность. На долю секунды он кое-что увидел. Он прослушал, что там ему еще говорил Дамблдор. Кажется, это было что-то про маму и про любовь. Гарри стало смешно, он сдерживал себя до такой степени, что из глаз побежали слезы. Дамблдор сделала вид, что ничего не видит, и что его интересует птичка на подоконнике. Гарри хватило времени успокоиться и вытереть краешком простыни глаза. Но у него еще была пара вопросов, на которые он хотел получить ответы Дамблдора, даже зная ответы наперед. Дело было в том, что его интересовали как раз ответы директора, которые по сути своей довольно сильно отличались от тех, которые были правдивыми на 100 процентов.
Первый такой вопрос касался мантии-неведимки. Тут Дамблдор не соврал. «Значит, не совсем еще плохой человек», – сделал вывод Гарри. Второй вопрос касался Снейпа и его отношений с Джеймсом Поттером. Вот этот момент Гарри взял из своего видения, которое его накрыло в зале. Дамблдор ответил, естественно не полно, и слегка завуалировано, но все же дал ответ на этот вопрос. Гарри поставил еще один плюсик в пользу директора, вот только минусов было больше. Ну, и ради прикола он задал вопрос, на который в принципе не было ответа. А вопрос звучал так: как он вытащил философский камень? Дамблдор чего-то ему наплел, что Гарри со спокойной душой прослушал. Ему собственно уже было не интересно. На каждый плюс в пользу директору, тут же следовал минус. Напоследок Гарри порадовался выражению лица директора, когда тот съел конфетку со вкусом ушной серы. Этого момента он и ждал последние минут десять.
После ухода директора Гарри с трудом удалось уговорить мадам Помфри пустить к нему Гермиону и Рона. Пока колдомедик была рядом, они вели себя как восторженные дети, но как только она ушла, разговор мгновенно стал серьезным. Гарри рассказал им все со своей точки зрения, а также о разговоре с Дамблдором, и о своем мнении по этому поводу. Оказалось, Блейз, Невилл, Гермиона и Рон уже успели встретиться и переговорить. Невилл и Блейз только покачали головой на то, как Рону удавалось так долго держать их в неведении. В общем, все уже были в курсе пополнения команды. Гарри на мгновение почувствовал вину, ведь о Драко он молчал, при чем и блондину он ничего не говорил о команде. Было у него ощущение, что с этим спешить, пока не стоит. Слишком долго им поговорить не дали, мадам Помфри выгнала Рона и Гермиону, сказав, что пациенту нужен отдых.
Гарри уснул почти сразу. Ему сначала снилась какая-то ерунда, все было бессмысленно и непонятно. Он чуть не подскочил на кровати, когда почувствовал прикосновение к своей руке. На крою его кровати сидел Драко Малфой, собственной персоной.
- Поттер, может, объяснишь, какого Мордреда тебя понесло в эти приключения? – как-то устало поинтересовался блондин.
Гарри долгих две минуты смотрел на него, а затем заговорил. Он все говорил и говорил, рассказывая обо всем: о себе, о своей жизни до Хогвартса, о Невилле и Блейзе, о Гермионе, о Джинни и Роне.
- Я не могу пока сказать почему, но не хочу говорить им о тебе. Я просто чувствую, что рано, - закончил он свой рассказ.
- Какая интересная у тебя жизнь, Гарри, - протянул Драко. И было не понятно, то ли он язвит, то ли просто констатирует факт. – Но я, в принципе, согласен, чтобы мы пока не открывались перед всеми. Я верю твоему предвидению, - он на секунду сжал руку гриффиндорца. И их накрыло…
- Ну и сволочь, - выдал Драко после просмотренного видения.
- Ага, - кивнул Гарри. – Подхалимаж и жульничество.
- Ладно, я пошел в подземелья, - буркнул слизеринец. – Буду готовиться к тому, чтобы изображать кислую рожу на пиру. Еще увидимся.
Гарри прекрасно отдохнул, даже выспался. Чувствовал он себя прекрасно, так что мадам Помфри его выпустила, поскольку директор был совсем не против его присутствия на пиру. Он даже успел пообщаться с Хагридом, немного разозлиться на него, но благодаря ребятам быстро взять себя в руки.
Объявления о победителе в факультетском соревновании прошло именно так, как его увидели Драко и Гарри. Невилл, Гермиона и Рон старательно изображали радость, но по их глазам можно было понять, что на самом деле они думают о присужденных им очках. Они прекрасно понимали, что из них всех только Невилл, по сути, справедливо заработал свои баллы. Такой наглой победы у Гриффиндора еще никогда не было. Гарри было противно, как и его друзьям.
Чуть позже были объявлены результаты экзаменов – Рон, Гарри и Невилл, оказались где-то в середине, что говорило о том, как же хорошо они замаскировались. Им еще придется так вести себя не один год, пока они не будут готовы выступить против тех, кто посчитал их своими игрушками.
И вот все закончилось. Пора было ехать домой на летние каникулы. А это лето, по словам дяди Блейза, должно было стать для него особенным. Правда, пока было непонятно, что именно имеется в виду. Ребята договорились держать связь, не важно как, но держать. Проще всех было Рону, рядом с ним будет сестра, которая уже по уши влезла в их тайны и секреты, а значит, сможет многое объяснить брату. Ребята не успели посвятить его во все детали и во все изыскания, которые были проделаны ими за этот учебный год.
На вокзале Гарри ждал его дядя. Попрощавшись со всеми, Поттер направился к нему, хотя большого желания находиться у родственников у него не было. Может быть, если бы он не впал в небольшое уныние, то обратил бы внимание на несколько странное поведение своего дяди, но он этого не сделал. Он ехал в Литтл-Уининг, глядя в окно с заднего сидения автомобиля Вернона Дурсля, даже не представляя, какое насыщенное событиями лето его ждет.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 10:01 | Сообщение # 19
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 16. Чудное’ лето.

Родственники никогда его не жаловали, но и не были такими уж монстрами, как многие из его «новых знакомых» себе представляли. Племянника Дурсли не любили, но и старались его не трогать. Если в самом начале они еще думали, что смогут выбить «дурь» из его души и тела, то, как только стало ясно, что мальчик никогда не будет нормальным, его относительно, конечно, оставили в покое.
Гарри, садясь в машину дяди, не ожидал никаких приветствий или проявления радости по поводу того, что «проблема» вернулась, пусть и всего на два с половиной месяца. Как всегда бывало между Дурслями и им, в машине установилось молчаливое перемирие, больше похожее на воинственный нейтралитет, готовый в любую минуту перейти в боевые действия. Если подобное состояние вообще можно было так назвать.
Мальчик отстраненно смотрел в окно, не глядя на родственников. У другого окна сидел кузен. Гарри немного напрягало, что тот не спускает с него глаз, что вообще было странно, поскольку лет так с восьми они вообще друг друга игнорировали. Вздохнув, Гарри отвернулся от окна и «наткнулся», почти в прямом смысле слова, на пристальный взгляд своей тетки. Захотелось поежиться. У Петунии Дурсль никогда не было такого взгляда…
«Стоп», - резко мысленно приказал себе Гарри. Что-то в машине было не так. Внутри него вдруг набатом стала звучать тревога, с каждой секундой набирая обороты. Он лихорадочно пытался понять, что же не так. «Глаза», - вдруг понял он. У тетки были голубые глаза, а у этой женщины они почему-то отливали легкой позолотой.
- Вы кто? – хрипло спросил он, вцепившись в ручку дверцы, прекрасно понимая, что она закрыта и выбраться из машины он не сможет. «И почему, когда нужно, нет видений», - посетовал он про себя.
- Не ожидал, - усмехнулся Вернон Дурсль, взглянув в зеркало заднего вида. Или не Вернон Дурсль.
- Вы кто? – снова потребовал ответа Гарри, но уже более решительно. Ему совсем перестало нравиться происходящее, но на удивление исчез страх. Если бы ему хотели причинить вред, то уже могли бы сделать это.
- Гарри, успокойся, - выдал Дадли. Что-то в его голосе заставило мальчика внимательнее посмотреть на «кузена». В машине повисло молчание.
- Блейз, я тебя убью, - совершенно спокойным голосом выдал Гарри, но угрозы как таковой в нем не было.
- Я до этой минуты не мог говорить и был под сдерживающими чарами, - выдал Блейз, зло глядя на водителя. – Иначе я бы тебя предупредил. У тебя же на этот счет не было видений?
- Не было, - буркнул в ответ Гарри, затем перевел взгляд на двух взрослых в теле его родственников. – И кто эти два клоуна?
- Какое непочтение, – закатил глаза «Вернон Дурсль», остановив машину у обочины, и только после этого развернулся лицом к мальчикам. – Разреши представиться, Гарри Поттер…
- Разрешаю, - язвительно перебил «дядю» мальчик.
- Язва, - выдал мужчина.
- Какое отличное знание маггловских болезней, - язвительности стало больше.
- Интересно, он всегда такой, или это стресс так сказался? – «Вернон» с интересом разглядывал необычный объект под именем Гарри Поттер.
- Гарри, это мой любимый дядя – Дориан Забини, - представил мужчину Блейз-Дадли. Гарри поежился. Как-то трудно было сопоставить мозги и душу друга с телом придурка-кузена.
- А вы? – Гарри уставился на «тетю».
- Ремус…, - начал…а говорить та в ответ.
- Люпин, - выдохнул за не…е Поттер.
- Будем знакомы, - улыбнулся оборотень. Такая улыбка совершено не вязалась ни с внешностью Петунии Дурсль, ни с ее характером. Слишком она была радостной, искренней и слегка смущенной.
- И что все это значит? – Гарри посмотрел на Блейза.
- Это все к нему, - слизеринец уставился на дядю взглядом, в котором было обещание многих мук, причем в ближайшее время.
- Сейчас мы сидим здесь, ждем, когда сойдет действие оборотного зелья, - начал выкладывать, как ни в чем не бывало, пункты плана Дориан. – Затем мы идем в ресторан ужинать, сладости сытыми вас не сделают. Затем делаем пробежку по магазинам и отправляемся в Италию портключем, на нашу виллу.
- Совсем сдурели? – Гарри смотрел на него, как на сумасшедшего. – Да уже через час Дамблдор будет пи…, - мальчик осекся, поняв, что собрался сказать, но затем продолжил, в более нейтральной форме, - скакать вокруг дома в поисках своего Золотого мальчика.
- Не будет, - усмехнулся Дориан.
- Ага, не будет, - скривился Гарри. – Миссис Фигг ему доложит, что меня нет, уже сегодня.
- Никому и ничего она не доложить, - усмехнулся Дориан. – У каждого человека есть своя цена, Гарри, - пояснил он в ответ на скептический взгляд мальчика.
- Дааааа?! – протянул Гарри. – Вы меня сейчас за идиота держите?
- Нет, конечно, - усмехнулся Дориан. – Но ты прав, ни в какую Италию мы не поедем, а будет жить, вернее, ты будешь жить в доме родственников, а мы рядом, в доме номер шесть. По поводу миссис Фигг я не шутил. У нее действительно нашлась цена и она теперь полностью и безоговорочно на нашей стороне…
- Империо что ли наложили? – скептически поинтересовался Поттер.
- Зачем же такие радикальные методы? – поперхнулся Дориан.
- Ты вообще откуда знаешь об Империо? – «Ремус» удивленно взирал на сына своих погибших друзей.
- Видения, - вместо него ответил «Блейз», все еще пребывающий, впрочем, как и его дядя и Люпин в чужих телах.
- И что же такое могло польстить этой кошатнице, что она согласилась предать нашего глубокоуважаемого и всеми любимого директора? – яду в голосе Гарри мог позавидовать даже Снейп. Эх, нет его тут. Вот бы у человека удар был.
- Знаешь, Гарри, если человеку указать на некоторые моменты, он, ухватив, за ниточки начинает раскручивать клубок, и очень многое ему не нравится, - тихо произнесла «тетя Петуния».
- Заблуждения, заблуждения, заблуждения, - пробормотал Поттер. – Поганый у вас мир, - вынес он вердикт. Дориан ошарашено посмотрел на мальчика, который пришел вот к такому умозаключению, узнав о мире магии не так уж и много, и все же не мало, пробыв в нем всего-то какие-то девять месяцев.
- Поганый не поганый, но порядка нет, - наконец, произнес мистер Забини.
- Дело не в порядке, дело в людях, - серьезно произнес Гарри. – У руля власти стоят какие-то дегенераты.
- Ребенок, откуда в тебе это? – все-таки не выдержал Дориан.
- Книжек много прочитал, да и знакомых много, у кого голова варит, - усмехнулся мальчик, сразу став на много, очень много лет старше того возраста, в каком пребывал на самом деле. – А теперь серьезно. Что происходит? – Гарри сначала посмотрел на Дориана, затем на Ремуса.
- На доме твоих родственников очень много чар, - вздохнул Ремус. – Снять их не представляется возможным, не дав знать директору. Оповещающее там такое, что задень его, здесь будет весь Аврорат в полном составе, и еще министра захватят.
- А защита крови? – прищурился Поттер. Из газет, если их правильно читать, можно узнать очень многое, в том числе и то, чего там вроде бы вообще не написано.
- Нет на доме никакой защиты крови, и никогда не было, - фыркнул Дориан. – Сказки старенького Дамблдора для тех, кто не имеет ни малейшего понятия, что такое Магия Крови.
- Мне казалось, что вы, - Гарри посмотрел на друга родителей. - В школе считались очень умным. Почему поверили в защиту крови?
- Я не в нее поверил, - смутился тот в ответ.
- Преданность – это хорошо, если она относится к хорошему человеку, - серьезно заметил Поттер. Люпин смутился еще больше, но и был заинтригован. Гарри Поттер совершенно не походил на других детей. Хотя он и успел пообщаться уже с еще одной экстраординарной личностью, с Лисой по имени Джин Уизли.
- И все же? – Гарри снова посмотрел на Дориана.
- Первые пункты плана остаются без изменений. Тебе нужно будет только ночевать в доме Дурслей, остальное время ты будешь проводить у нас, где мы и займемся твоим обучением, - серьезно произнес тот в ответ. – Будь возможность почистить от чар твой дом, было бы проще. А так придется довольствоваться тем, что есть. Раз в неделю будем переправляться в один наш домик, чтобы можно было беспрепятственно заниматься практикой, и не привлекать лишнего внимания. Колдовать в Литтл-Уининге не стоит, мало ли что тут директор еще понавешал, и есть ли тут маги.
- Бреееед, - протянул Гарри, но согласно кивнул. Лучше провести каникулы в нормальной среде, чем с родственничками. Мало ли что последним за девять месяцев могло прийти в голову.
Действие зелья закончилось, и перед Гарри предстали Блейз, Дориан и Ремус. Мальчик с интересом стал изучать именно Люпина. Гарри знал, как выглядел оборотень, видел его колдографии в личном деле, которое скопировала Джин, оттуда же она умыкнула несколько колдографий. Похоже, знакомство Люпина с Забини-старшим пошло первому на пользу. Выглядел он на порядок лучше, чем на колдографии годичной давности, сделанной во время последней регистрации. Оборотни были обязаны, если хотели жить в обществе, а не в стае, проходить регистрацию каждый год. Узнав об этом, Гарри скривился, подумав, что это похоже на то, как преступники, вышедшие из тюрьмы отмечаются у полицейского по надзору. Неприятно.
- Окей, - серьезно произнес ребенок и расслабился, удивив и Дориана, и Ремуса. Блейз только фыркнул на это, прекрасно зная причуды друга, в том числе и то, что объяснять свое окей он не будет, к чему бы там оно не относилось.
Остаток дня прошел весело. Дориан Забини, отнюдь не самый бедный человек в силу своей профессии и некоторой не совсем законной деятельности, решил «облагодетельствовать» всех. Гарри благосклонно ему это позволил, царственно кивнув, что, мол, примет все, что купит ему дядя друга, мимоходом заметив, что будет все считать одним большим подарком на день грядущее через полтора месяца день рождение, и, не преминув заметить в сторону Люпина, что тому следует поступить по его образу и подобию, то есть не пререкаться с аристократом, решившись поиграть в спонсора и потешить самолюбие за счет сирых и убогих. Дориан минуты три стоял с отвисшей челюстью после такого изощренного, по его мнению, хамства «сирой и убогой» малолетки. Только вот обижаться на это чудо природы у него никак не получалось.
Оставшееся время пролетело в заботах, бесчисленных примерках, подколках и беготне по различным бутикам. Ужинали они в прекрасном ресторане, подающем итальянскую кухню. Гарри одобрил. Дориан в какой-то момент понял, что этот ребенок на самом деле чудо, какой бы язвой оно не было. Ремус довольно быстро адаптировался, включаясь в разговоры и прения, которые то и дело возникали, в основном, между Дорианом и Гарри.
Уже направляясь в Литтл-Уининг, Блейз посетовал, что нельзя пригласить Гермиону и Невилла, а было бы неплохо. Дориан о чем-то задумался, на что Гарри сказал, что, похоже, они все же увидят своих друзей раньше, чем наступит первое сентября. И не ошибся, Невилл и Гермиона появились в Литтл-Уининге через две недели, причем первый прибыл в сопровождении своей бабушки, цепкой леди старых традиций. Окинув взглядом «дом» Забини, а также что-то бурно обсуждающих Ремуса, Гарри и Блейза, леди Августа кивнула, что-то тихо сказала Дориану и отбыла, оставив внука на попечении последнего. С Гермионой было сложнее, поскольку она не могла тут бывать ежедневно.
В первую очередь ребят решили привести в нормальное физическое состояние, затем подтянуть по всем предметам. И это означало, что лета у них не будет. В один из первых дней Гарри все-таки добился ответа, куда же дели его родственников. Выяснилось, что Дориан им устроил что-то вроде выигрыша и те на неопределенное время, лет так на семь отбыли в Италию, где, естественно, жили в небольшом, но богатом доме, принадлежащем Дориану и с которым тот не очень-то и огорчался расстаться. В общем, Дурслей в Англии не было.
Ночами Гарри отправлял письма своему тайному от всех другу – Драко Малфою, которому рассказывал о том, что за бедлам тут происходит. Ядовитые комментарии Драко помогали Гарри не скатиться на уровень огрызаний от усталости. Ведь ко всему прочему он еще умудрялся заниматься садом тетки.
На самом деле, за исключением некоторых мелочей, это было самое чудесное лето, которое когда-либо было у Гарри. В доме Дурслей он всегда оставался один, маги не рисковали появиться в этом доме. Мало ли, что повесил на дом Дамблдор. Видений у Гарри было мало, да и толку от тех, что были – не было. Но Дориан, изучивший литературу о людях с таким даром, учил мальчика его развивать. На самом деле было приятно, что о тебе заботятся.
Учебы не всегда занимала все дни напролет. Частенько они всей гурьбой, прихватив и Гермиону с родителями, особенно в выходные, выбирались посидеть где-нибудь на природе, или сходить в кино, или просто развлечься. Для магов кино и парк развлечений стали настоящим шоком, затем переросшим в настоящее хобби, до дрожи в руках и алчного блеска в глазах.
Все было прекрасно, просто превосходно, пока однажды на пороге дома Гарри Поттера не появилась собственной персоной персона, которую тут никто не ждал – Марджори Дурсль, сестрица дяди Вернона собственной своей величавостью с любимой собакой под мышкой, раздражающе тявкающей. Необходимо было срочно принимать меры. На свой страх и риск Дориан, Ремус и Блейз, перевоплотившиеся в Дурслей с помощью оборотного зелья, вошли в дом номер четыре. Ничего не произошло, но об этом они будут думать позже, сейчас нужно было спровадить нежданную гостью.
Вот тут-то и начались настоящие «чудеса». Гарри никак не мог понять, а почему до него не доходят письма, если тот же Блейз их получает. Вопрос? Вопрос. Ответ получился странный – в лице лопоухого существа в грязной наволочке с глазами-блюдцами. Такой ахинеи Гарри в своей жизни еще не слышал. Единственным положительным результатом выходки Добби, как выяснилось, стало исчезновение из дома мисс Марджори Дурсль. Правда, за это пришлось поплатиться записью в личном деле об использовании магии вне школы несовершеннолетним волшебником. А потом было видение, которое и привело к появлению на окне решетки, чуть больного оголодавшего вида и старенького форда за окном. Гарри отбыл в «Нору».
Он только в школе узнает, как ржали в доме номер шесть двое взрослых волшебников и трое подростков, наблюдая за специфическим отбытием Героя магического мира.
***
Драко Малфой не любил лето. Не потому, что не любил солнце, а потому что, либо ему приходилось таскаться всюду с матерью, либо сидеть в четырех стенах, то есть в Малфой-меноре. Летом никогда не происходило ничего интересного, до сих пор. В этом году было то, что у него появился настоящий друг – Гарри Поттер, с которым они ночами обменивались письмами.
Драко был рад, что кое-что в это лето изменилось в жизни его друга, а как следствие и в его собственной. Ему было интересно читать письма Гарри, даже когда тот жаловался на всех и вся. Ему доставляло радость ехидничать в письмах, зная, что Поттер все воспримет правильно. А еще, он очень беспокоился за Гарри. Узнав в конце года все, что пришлось пережить за свою короткую жизнь Поттеру, Драко задумался. Было над чем. Да, Гарри со своей командой очень многое выяснил, но оставалось не меньше того, что еще было скрыто тайной. И юный Малфой решил взяться за расследование, но для этого ему нужна была маленькая помощь. Решив скрыть от Гарри кое-какие свои действия, пока не получит хоть какой-то результат, Драко связался с той, с кем Малфои никогда, в здравом уме и твердой памяти не стали был связываться. Драко написал Джин Уизли. Он четко, без лишних слов, предельно вежливо обратился за помощью к девочке, сумевшей столько всего раскопать.
На следующее утро после своего послания он получил ответ с одним коротким ответом: «ДА!» С плеч, словно, гора свалилась. Он даже себе боялся признаться, что боялся получить твердый и окончательный отказ. Что-то в его послание зацепило девочку, что она согласилась ему помочь. Вот так началось сотрудничество двух представителей двух враждующих родов.
Первый делом Драко попросил Джин выяснить через свою знакомую в Архиве все, что можно о Пожирателях, а сам тем временем стал наблюдать за своим отцом и теми, кто приходил к нему на стаканчик виски. Чем больше юный Малфой следил за отцом, тем сильнее становилось его чувство, что что-то готовиться, что что-то должно случиться. К тому времени, когда Гарри оказался в доме Уизли, Драко еще толком ничего выяснить не успел. Но буквально через пару дней стал свидетелем того, как отец осторожно, двумя пальцами перекладывает какую-то книжку со стола в ящик. Ему это не понравилось, очень не понравилось. Следовало переговорить с Джин, которой от тут же написал послание. Ответов он получил два.
«Драко!
Ни в коем случае не трогай эту гадость. У Гарри было видение. Это связано с василиском.
Джин».
«Дрей, все фигово», - начало письма Поттера заставило Драко на некоторое время выпасть в астрал. – «Хочу на Тисовую, под крылышко к Ремусу, вернее, к нему под лапу. Миссис Уизли, да простит меня Джин, курица, которая носится со всеми как с яйцами. Убейте меня кто-нибудь, чтоб я не мучился. Мистер Уизли… Я сам готов его прибить. Если на небесах кто-нибудь есть, заставьте этого человека стать мужчиной», - Драко ржал до слез, представляя себе в этот момент Поттера. – «Близнецы – это нечто. Не, они вполне нормальные ребята, но только по отдельности. Наш гриффиндорский староста… Дрей, это ИНДЮК! Тут есть еще два старших брата – Билл и Чарли! Очень хочется спросить у миссис Уизли, слышала ли она когда-нибудь о том, что во время секса можно предохраняться. СПАСИТЕ МЕНЯ КТО-НИБУДЬ!
Впрочем, я вот о чем. Встретимся в Косом. Там твой папочка подерется с мистером Уизли, подкинет черную тетрадочку Джин в сумку. Нехорошую такую тетрадочку. ДРАКО, даже не смей ее искать. Это такая ГАДОСТЬ, что просто УЖАС! Ты меня понял? Со всем будем разбираться в школе.
Да, с Роном я так и не разобрался. Придется опять притворяться Золотым трио и играть на сцене для разных зрителей. Не легка доля Магического героя. Бедный, я бедный.
На этом все, стукнутый на всю голову Поттер».
- Точно, стукнутый, - усмехнулся Драко, вытирая слезы. Такое письмо мог написать только Гарри. Решив, что стоит поставить друга в известность, Малфой черканул ему пару слов: «Тетрадку видел. Все понял. Встретимся в школе».
А дальше все было, как и должно, вернее, как увидел Гарри, правда, без приключений не обошлось. Во-первых, Гарри умудрился попасть не туда, куда надо, так еще и стать свидетелем сделки Люциуса Малфоя. Драко всеми силами пытался держать лицо, и был единственным, кто знал о присутствии в лавке своего друга. Во-вторых, драка была, куда же без нее, если Гарри напророчил. Черная тетрадка благополучно перекочевала в сумку Джин. Приключения второго курса начались.
Первое сентября встретило Драко Малфоя солнцем и прекрасной теплой погодой. Омрачилось все тогда, когда в поезде не обнаружились два студента Гриффиндора. «Опять влип», - тяжко вздохнул Драко, садясь в своей купе и обдумывая, чего такого могло случиться. Кстати, он уже знал от Гарри, что сделал чокнутый Добби, как и сказал другу, чей собственно это эльф, не забыв подколоть: «Тебе уже и эльфы решили помогать, герой ты наш незабвенный». Год начался просто прекрасно, чего ожидать дальше, было совершенно не понятно, да и без Гарри не разобраться.
На пиру выяснилось, что случилось, а затем, каким образом Поттер и Уизли-шестой попали в Хогвартс. Осторожно поглядев на команду Гарри, он увидел на их лицах то же выражение, которое было у него самого: «Поттер, ты опять выделился!»
Драко хмыкнул, уже представляя, как эта самая команда будет прочищать Гарри мозги, а он сам потом добавить, но все же понимал, что без приключений на одно место у Поттера ничего не бывает, так год обещал быть действительно насыщенным и веселым. А еще, ему ужасно хотелось присоединиться к ребятам. На данный момент было три независимых союза: Гарри, Невилл, Гермиона, Блейз и Джин; Гарри и Драко; Драко и Джин. Вроде одна команда, да не все всё знают. И соединение зависело только от Гарри.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Четверг, 02.12.2010, 10:01 | Сообщение # 20
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Увы, глава не бечена. Бета куда-то пропала. Выкладываю, как есть

Глава 17. Военный совет.

-- -- - речь василиска, понятная всем ребятам.
// - речь на серпентарго.
Все нормальные дети спят, чтобы на первых занятиях нового учебного года не клевать носом. Да, все нормальные. А вот ненормальные, не в плохом смысле этого слова, пробираются по сонному Хогвартса в одно странное, спрятанное от всех, место, чтобы обсудить свои планы на этот учебный год.
- Поттер, вот скажи мне, что тебе не сидится на одном месте ровно? – с тяжелым вздохом поинтересовалась Гермиона. – И почему ты не стал звать Рона? Мы же вроде в конце прошлого учебного года все выяснили.
- Не чувствую я его, не чувствую, - усаживаясь на странный диванчик, но при этом не менее крепкий, библиотеке Тайной комнаты. – Да и Джин ничего толком про братишку своего не поняла.
- Ага, какой-то он загадочно не загадочный, - протянула в ответ младшая Уизли.
- То есть, кто и что он, вы не поняли, - сделал логичный вывод Блейз, стоя у одного из стеллажей с древними фолиантами, только за возможность подержать их в руках некоторые личности продали бы все и всех.
- Неа, - покачал головой Гарри. – Кстати, что было после моего эффектного отбытия с Тисовой? – посмотрел он на трех своих друзей, имевших счастье это отбытие лицезреть собственными глазами.
- Ну, как дядя и говорил, никто за домом не следил, - вздохнул Блейз. – Но теперь точно можно сказать, что на твоей палочке куча следящих чар.
- И отсюда следует вывод, что тебе нужна другая, - вставил свои пять кнатов Невилл. – А вот то, что Избранный живет вот так, довольно странновато.
- Пфф, ничего странного в этом нет, - фыркнул Гарри. – Дамблдору нужны от меня совершенно определенные вещи, а также поведение. Он на десять лет забыл о моем существовании, а теперь строит из себя доброго дедушку, устроившего мне сказку. Он, правда, такой тупой?
- Нет, это мы слишком умные, - усмехнулась Гермиона. – На Тисовой после твоего отбытия никто не появлялся, тобой не интересовался. В общем, ни у кого никаких вопросов не было. И это странно. Я бы, например, очень поинтересовалась, а зачем студент на каникулах взорвал торт, напугав тетку. Вызывает массу вопросов. И потом, неужели магия домовиков совершенно не отличается от магии волшебников?
- Отличается, - медленно и одновременно выдали Блейз и Невилл, потом переглянулись, и затем уставились на Гарри.
- О, как, - выдал тот. – Все чудесатее и чудесатее, как говорит Алиса в Зазеркалье.
- Какая Алиса, в каком Зазеркалье, - трое чистокровных магов уставились на Гарри, а затем перевели взгляд на хихикающую Гермиону.
- Похоже, придется нам посвятить вас в мир маггловской литературы, - на полном серьезе объявил Гарри. – А то вы какие-то отсталые. Аж, стыдно.
- Но-но, - погрозила ему в шутку Джин.
- Да, с удовольствием, - выдал Блейз. После этого лета у него возникло желание как можно ближе познакомиться с миром магглом и их успехами. Как говориться, собственный опыт отличался от того, что он слышал до сих пор.
- Ладно, это все хорошо, - нахмурилась Гермиона. – Что делать-то будем?
- А вот это самое интересное, - вздохнул Гарри. – Исходя их всех моих прошлогодних видений, и тех, что накрывали меня в «Норе», год нам предстоит веселый. Только убивать Хеша как-то не хочется.
-- ЧЕГО?! КОГО УБИВАТЬ?! МЕНЯ УБИВАТЬ?! – из-за дальнего стеллажа выполз василиск. Ребята даже не знали, что он в библиотеке.
- Эээ, Хеш, ты бы хоть предупреждал о своем присутствии, - Гермиона держалась рукой за «сердце». – Так ведь и инфаркт заработать можно.
Джин, сумевшая взять себя в руки, рассматривала самого невероятного знакомого, можно сказать, друга Гарри.
-- Я спрашиваю, кто меня хочет убить?—потребовал василиск.
- Ну, в конце этого учебного года тебе глазки должен выклевать феникс директора, а я тебя зарезать мечом Гриффиндора, - выдал Гарри.
-- За что?! – удивление в голосе Хеша было хоть отбавляй. Так его, наверное, никогда не ошарашивали.
- Нуууу, - протянул главный гриффиндорец, и по совместительству, несчастье красно-золотых. – Тебя натравят на меня, ты меня попытаешься убить… Хотя…, - Гарри нахмурился.
- Что хотя? – мгновенное ухватились за его слова друзья.
- Было и другое видение, - произнес Поттер. – Конец такой же, только Хеш живой.
- Ага, как дядя и говорил, - кивнул Блейз. – Ты начинаешь видеть не просто, что произойдет, но и возможные варианты.
- Еще бы знать последствия, - буркнул Гарри.
- Так, друзья мои, время идет, а мы так и не решили, что будем делать, - напомнила им о насущной проблеме Гермиона.
- У нас на повестке дня несколько вопросов, - деловым тоном произнесла Джин. – Первое, кто такой Рон и можем ли мы ему доверять. Второе, вот эта книжечка, - она выложила на стол завернутую в темную ткань подсунутую ей тетрадку. – Третье, мы действуем по какому-то плану, или, как и весь прошлый год, импровизируем.
- Лучше план, - хором произнесли Гермиона, Невилл и Блейз.
- Угу, - угрюмо кивнул Гарри, соглашаясь с друзьями. И тут его накрыло. Как всегда, не вовремя.
-- Ну, - потребовал Хеш, чуть ли не тыкаясь мордой в лицо мальчика, когда тот «вернулся» в реальность.
- Эмм, такого у меня еще не было, - выдал Гарри, ошарашено оглядывая друзей.
- ЧТО?! – разом накинулись на него те.
- Если кратко, то у нас должно было быть вот так, - и Поттер рассказал своей команде в тезисах все, что должно было случиться с ними на втором курсе, в основном это касалось Золотого трио и Джин. Это и первый урок Локхарта, и странный шепот в коридорах, нападения, бладжер во время квиддического матча и снова Локхарт-придурок, из-за которого он, то есть Гарри, окажется в больничном крыле, дуэльный клуб и шепоты за спиной, оборотное зелье и поход в слизеринскую гостиную, окаменение Гермионы, поход в Тайную комнату и смерть Хеша, и снова победа Гриффиндора. – В общем, Локхарт у нас тоже больше года не продержится.
- Брееед, - протянул Блейз.
-- И что, вы теперь будете следовать всем этим событиям? – поинтересовался василиск, положивший голову на колени Джин, которая теперь бессознательно гладила его, словно кота.
- Вообще-то, что-то придется оставить, как есть, а что-то точно поменять, - задумчиво произнесла Гермиона. – Я так понимаю, это ключевые моменты этого года? – она посмотрела на Гарри. Тот кивнул в ответ. – Что из этого по-твоему можно оставить без изменений, а что поменять?
- Оставить урок Локхарта, квиддич, дуэльный клуб, - не задумываясь, произнес Поттер.
- Переться в слизеринскую гостиную для выяснения, наследник ли Малфой, я думаю, не имеет смысла, поскольку ответ на этот вопрос мы уже все знаем, - Джин постучала пальцами по голове Хеша, который чуть неодобрительно поворчал, но с места не сдвинулся.
- Угу, - подтвердил ее слова Гарри. – Но сварить оборотное все равно стоит.
- Если уж варить, то делать все, как надо, - произнес Невилл. – Давайте следовать всему по видению, лишь изменим самый конец, ну и поведение Джин. Насколько я понял, эта книжица должна забирать силы у того, кто в ней пишет. В общем, никто в ней писать не будет. Оставим ее тут.
- Это само собой разумеется, - кивнула Гермиона. – Но все же хочется поговорить с этим Томом Риддлом, когда он только начинал свой путь Волдеморта.
- Вот, у нас и появился проект, - улыбнулся Гарри. – Надо выяснить, как вытащить его их тетрадки, не давая свои силы.
- Ладно, будем выяснять, - согласился Невилл.
- У нас есть проблема понасущнее, - произнес Блейз. – Видения Гарри становятся все сильнее и продолжительнее. И они могут случиться в любое время. А если на уроке, у Снейпа, например?
- Да, это проблема, - кивнула Джин. – В Норе удавалось все-таки сглаживать это. Но видения часто возникают нежданно-негаданно. И это не несколько секунд и на обыкновенную задумчивость не спишешь.
- И еще Рон, он не дурак, - Гермиона обвела всех взглядом.
- У тебя вообще что-то есть, хоть какие-то ощущения на счет него? – поинтересовался у Поттера Блейз.
- Кроме того, что он может усилить мой дар? – хмыкнул Гарри. – Или заблокировать его, - медленно произнес он.
- ЧТО?! – закричали все.
- Не совсем заблокировать, скорее, экранировать меня от всех. Вот, что это было тогда в Норе, - мальчик посмотрел на Джин.
- Да, у тебя началось видение, но ты выглядел нормально для всех. И если бы я не знала, в чем дело, то тоже решила бы, что с тобой все в порядке. А ведь Рон в этот момент держал тебя за руку, - быстро сориентировалась девочка.
-- Поддерживающий, - произнес Хеш. – Он один из вас. Это я могу вам точно сказать.
/Хеш, ты ничего не хочешь сказать?/ - зашипел Гарри. И вдруг понял, что ребята его не понимают.
-- Ты – Видящий, или Око, твой Рон – Поддерживающий или Держатель. Он может, как усилить твой дар своим прикосновением, так и наоборот скрыть твое состояние от других. Джин – Ищущая, можно сказать, Следопыт. Блейз – Стратег, или Создающий. Гермиона – я пока не понял. Невилл будет Хранящим, или твоим Хранителем. Должен быть еще Следующий, или тот, кто может пройти с тобой по пути видения. В какой-то степени его можно назвать вторым Видящим. Еще его называют Путником. Есть еще Знающий, или иначе Хранитель знаний, и Умеющий, он же Универсал. Это обычно маг, который способен помочь во всем, кроме видений. То есть он не способен стать Держателем, Оком или Путником. Но все остальное ему под силу, - Хеш обвел взглядом притихших подростков. – Это команда, всегда из восьми магов. Последний раз такое было, на моей памяти, лет триста назад. Вы должны быть вне политики и вне войн.
- Ага, вне, - фыркнул Гарри. – А меня всеми силами толкают в эту самую войну.
-- Понимаешь, ты не можешь быть героем пророчества, и Невилл не может быть. Вас сама магия, ваше призвание уже уводит из-под всяких пророчеств. Вы сами их должны выдавать, - проворчал василиск.
- То есть, Рона мы спокойно можем посвящать в наши дела? – уточнила Гермиона.
-- Да, - твердо произнес Хеш. – И остальных следовало бы найти, - и посмотрел на Поттера. Гарри лишь поморщился. Он не собирался пока озвучивать, что Путник у них уже есть. Что-то удерживало его от этого шага.
- Ладно, - наконец, произнес он. – Расскажем ему все завтра. И посвятим в наши планы.
- Остается понять, кто у нас Гермиона и найти двух оставшихся, - произнесла Джин.
-- Я склоняюсь к мысли, что она Хранитель знаний, - прошипел Хеш.
- Да, подходит, - кивнул Блейз. – Вроде все вопросы решили?
- Угу, - буркнул Поттер.
- Гарри, ты чем-то недоволен? – Гермиона посмотрела на друга.
- Как долго нам придется прятаться? – он посмотрел на друзей. – Как долго нам нужно будет играть роли, скрываться?
-- Может так получится, что всю жизнь, - выдал на это василиск. – Так было с прошлой восьмеркой.
- Откуда ты это знаешь? – прищурилась Джин.
-- Ты у нас Следопыт, вот и ищи, - усмехнулся змей.
- И найду, - произнесла девочка, но так, словно угрожала.
-- Идите-ка вы в свои гостиные. Вам хоть часик надо отдохнуть. В лаборатории есть зелье, оно поможет вам и выспаться, и не проспать, и голова болеть не будет, - покачал головой Хеш.
Выпроводив своих маленьких друзей, василиск встряхнулся. И вот уже на диванчик с легким вздохом сел мужчина несколько экзотической внешности. Неожиданный писк откуда-то сверху заставил его вскинуть голову. Он только и успел, что заметить, как исчезает белокурая головка. Мгновенное преображение и Хеш направился на «охоту» Нежданного посетителя она поймал на верхнем этаже апартаментов Слизерина, в том самом коридоре, который вел к выходу. Как мальчик вообще попал в Тайные комнаты, было не понятно. Хотя, возможно, компания забыла закрыть за собой вход.
-- Драко Малфой, - снова обернувшись человеком, выдал Хеш.
- Ты… Ты… Ты…, - слизеринец был в шоке. Как-то не каждый день узнаешь, что василиски не совсем такие, какими их описывают.
-- Ну, я, - кивнул тот в ответ, подталкивая мальчика к ближайшей двери.
- Ты кто? – наконец, озвучил свой вопрос ребенок.
-- Василиск, усмехнулся Хеш. – Вы, люди, многого не знаете.
- Но…, - Малфой явно пытался оформить в голове мысль, чтобы что-то сказать, но у него не получалось.
-- Драко, успокойся, я ничего не собираюсь тебе делать, но попрошу тебя никому пока не говорить о том, что ты знаешь, какой я, - Хеш пристально посмотрел в серые глаза. На секунду слизеринец потерял ощущение окружающего мира. -- Вот так, теперь ты никому ничего не скажешь.
- А почему? – Малфой настороженно смотрел на мужчину перед собой, прекрасно понимая, что тот только выглядит человеком, но на самом деле им не является.
-- Ты ведь здесь уже давно, и слышал все разговоры в библиотеке? – не стал отвечать на вопрос мальчика василиск. Драко только кивнул в ответ. – Значит, ты понимаешь, что являешься Путником?
- Да, - ответил слизеринец.
-- И почему Гарри никому не сказал, что нашел тебя? – змей, в облике человека, с интересом посмотрел на него.
- Джин знает, правда, Гарри не знает, что я с ней общаюсь, - выдал Малфой.
-- Конспираторы, - усмехнулся Хеш. – А теперь послушай меня внимательно. Я думаю, что и последний – Умеющий – тоже учится на Слизерине. Так всегда было. Лишь эти два факультета выводили в мир восьмерку.
- Это какое-то наследие? – спросил Драко.
-- Нет, просто вы такие рождаетесь, когда этого требует время. Может пройти всего несколько десятилетий, а может и столетий между рождениями такой команды, - василиск посмотрел на картину на стену.
- А Основатели? – страх ушел, на его место пришло любопытство.
-- Нет, они не были такими, как вы. Они просто были очень сильными магами, - покачал головой Хеш. – Ты должен последить за студентами своим курса и первокурсниками. Именно там ваш Универсал.
- Хорошо, - кивнул Малфой. – А почему нельзя другим говорить?
-- Рано еще, - улыбнулся василиск. -- Всему свое время. Твоя задача найти последнего для вашей команды. И еще, храните Око. Потеряете его, все потеряетесь. Он – ваше сердце.
- Хорошо, - серьезно кивнул Драко. Он и сам понимал, насколько уникальное существо Гарри Поттер.
-- Идем, я провожу тебя, - василиск повел слизеринца к еще одному входу, где объяснил, как можно попасть в Тайные комнаты, не будучи змееустом. Они договорились, что Драко будет сюда приходить и чтобы просто поговорить, и чтобы поучиться. Все-таки и лаборатория, и библиотека тут были намного лучше, чем даже Хогвартская, не говоря уже о Министерской.
POV Хеша.
Так, всех выпроводил. Значит, семеро уже найдены. Остался последний. Почему Гарри не говорит о Драко? Ну, Око на то и Око, чтобы видеть мир по-своему. Посмотрим, что из этого выйдет. Теперь надо приготовиться. Думаю, все же придется немного поиграть в чудовище Хогвартса, как это было 50 лет назад. Эх, тряхнем стариной. Рано пока еще кардинально менять историю и планы Дамблдора. А старик не промах. Хорошо бы выяснить, что там с этим пророчеством про Гарри и Тома. Думаю, тут не все так чисто, как может показаться. Альбус – хитрый, и подчас беспринципный человек. Вон как привязал к себе Северуса. Аж, жаль этого мрачного человека. Вот интересно, а знает ли зельевар, в какие сети угодил? Почему-то мне кажется нет.
Гарри, Гарри, Гарри… Плохо то, что его подталкивают ко всем приключениям. Не надо бы ему светиться. Да, кто позволит сидеть тихо и в сторонке. Надо подумать, как вывести его из-под этого пророчества. А для начало выяснить, о чем оно и, главное, о ком. Пойду-ка я покопаюсь в библиотеке.
Конец POV Хеша
- Драко, - блондин резко остановился и развернулся. Из тени коридора выскользнула рыжая девочка.
- Ты что тут делаешь, да еще и одна? – Малфой ужаснулся такой беспечности. – А если бы тут кто-нибудь был? Страшекурсники?
- Я все проверила, прежде чем ждать тебя, - заявила Джин. – Правда, думала, ты будешь раньше.
- Хмм? – приподнял бровь слизеринец.
- Я заметила тебя на верхнем ярусе библиотеке, когда посмотрела наверх, - пояснила девочка.
- Ясно, - усмехнулся тот в ответ. – И что привело тебя сюда?
- Я тут подумала, надо как-то сделать так, чтобы Гарри не влипал куда не следует, - нахмурилась Джин. – Это раз. А два, я думаю, что у меня не будет возможности писать самой кое-куда. Не мог бы ты…
- Без проблем, - сразу же ответил Драко.
- Спасибо, ты настоящий друг, - улыбнулась девочка.
- Слышал бы тебя мой отец, его бы уже откачивала бригада колдомедиков, - усмехнулся Малфой. – Тебя проводить?
- Не, я сама, - махнула рукой Джин. – А вообще прикольно получается. Ты и я, Ты и Гарри, Гарри и команда.
- Ты забыла еще Золотое трио, - хмыкнул слизеринец.
- Веселый будет год, чувствую, - в тон ему ответила гриффиндорка и поспешила из подземелий.
«Да, веселый», - кивнул сам себе Драко, вспоминая, что именно рассказывал Гарри об основных вехах истории этого учебного года. Правда, полностью ему, как и остальным все не было известно. Так что единственным, кто знал, что да как все еще оставался Поттер.
Взглянув на часы, подаренные ему матерью, Малфой поспешил в гостиную. До подъема оставалось всего минут двадцать. Спать ложиться уже было поздно. Новый учебный год вступал в свои права.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
ShtormДата: Вторник, 07.12.2010, 08:57 | Сообщение # 21
Черный дракон
Сообщений: 3244
« 196 »
Очень рад, что этот фик обновился на форуме. Интересный поворот, интересные маски. Главное чтобы сие произведение не оборвалось на середине


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
vergilДата: Среда, 08.12.2010, 08:21 | Сообщение # 22
Посвященный
Сообщений: 30
« 0 »
Quote (Shtorm)
Главное чтобы сие произведение не оборвалось на середине

Да это самое главное



Так всегда - хочется хорошей жизни, а вместо этого получается веселая.
 
MIKAДата: Среда, 09.02.2011, 18:11 | Сообщение # 23
Снайпер
Сообщений: 115
« 2 »
Интересный фик..=))) Надеюсь на продолжение..=))
 
АзрильДата: Четверг, 03.01.2013, 23:26 | Сообщение # 24
РетроПаладин

Сообщений: 548
« 67 »
Тема закрыта.


Вся жизнь игра...(с)
 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Игры в тени (ГП и др; G; джен; макси; в работе)
Страница 1 из 11
Поиск: