Армия Запретного леса

Пятница, 21.02.2020, 19:32
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 2 из 2
  • «
  • 1
  • 2
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Марево (NC-17, гет, макси, в работе, Drama/Deathfic/Darkfic.)
Марево
LordДата: Воскресенье, 13.02.2011, 17:01 | Сообщение # 1
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Название фанфика: Марево.
Авторы: Миша, Лаваш.
Бета: Черёмуховый Ветер.
Разрешение на размещение: получено
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Гарри Поттер/Луна Лавгуд
Альбус Дамблдор
Геллерт Гриндевальд
Невилл Лонгботтом/Луна Лавгуд
Тип: гет
Жанр: Drama/Deathfic/Darkfic
Размер: макси
Статус: в работе
Саммари: "— Я тебя люблю... — шепчет она, смотря на меня своими огромными водянисто-голубыми глазами.
— Я тоже. — отвечает он, поглаживая шелковистыые светлые локоны. — Но если ты когда-нибудь предашь меня, я устрою этому миру Ад, каким его не знает даже сам Дьявол."
Предупреждения: Жестокие сцены насилия и агония персонажей.
От автора: У меня готовый сюжет, море энтузиазма и три часа свободного времени в сутки. Ищу соавтора, готового принять самую масщтабную и бредовую идею, и бету)





"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.


Сообщение отредактировал Lord - Воскресенье, 26.08.2012, 17:57
 
ShtormДата: Понедельник, 14.02.2011, 15:45 | Сообщение # 31
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Честно говоря в Хоге кого-то из главных персонажей привалят, но видно еще рано. А чего это там Дамб похихикивает? angry


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
WitchmasterДата: Понедельник, 14.02.2011, 16:54 | Сообщение # 32
Bye-Bye, like birdie!
Сообщений: 770
« 138 »
Shtorm, не ..., друг. Он доволен, что Невилл проявил себя, как избранный. Увалень показал, что ставка на него была сделана не зря. Очень, правда, старику бальзам на душу, после стольких фиаско.

миша, Администрация бесконечно рада привествовать вас biggrin

Quote
А если автор хотел выставить Малфоя крутым, то у него не получилось. Поведение Малфоя - чисто детский сад.
Не согласен. Поведение Драко именно Слизеринское: свалил, подставил, победил. Важна только победа, а не методы. Ведь это и отличает кто сильнее... только победа.

Мои притензии были высказаны на ПФ. Повторяться не буду))))




Black Guards

 
LordДата: Среда, 16.02.2011, 21:03 | Сообщение # 33
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Глава 20


POV Тома Редла.

Шумно. Крики допрашиваемых авроров разносятся по всему поместью Малфоев, отражаются от стен и достигают ушей даже тех, кто, скрючившись в три погибели, валяется на холодном полу в подземных казематах. Я царственно восседаю на своем выточенном из мрамора троне, лениво покачивая полочкой в такт магическим ударам, что выбивают из полумертвого стража порядка последние капли жизни. План Люциуса по захвату пророчества из Отдела Тайн прошел просто блестяще — вопреки моим ожиданиям заветный хрустальный шар не охранял никто, кроме пары невыразимцев.

«Грядёт тот, у кого хватит могущества победить Тёмного Лорда… рождённый теми, кто трижды бросал ему вызов, рождённый на исходе седьмого месяца…»

Часть пророчества Трелони, сообщенная Снейпом, оказалась практически бесполезной, хоть и соответствовала реальности. Мальчишка Поттер действительно оказался невероятно силен, силен в достаточной мере, чтобы отразить даже Смертельное проклятье.

«…И Тёмный Лорд отметит его как равного себе, но не будет знать всей его силы…»

Опять же, трактовка этих слов вполне очевидна — шрам в виде молнии на лбу младенца стал знаменит, как символ победы надо мной. Сомневаюсь, чтобы кто-то всерьез задумался над его происхождением, хотя стоило. Смысл руны Falmine — это сила и гнев. Сказка старого дурака про защиту материнской любви — полная чушь. Ни одна любящая мать не смогла бы в той ситуации вызвать в себе достаточно ярости для призыва такой отметки.

«…И закончится Эпоха Сна, уступив место Эпохе Кошмаров… И мир скривится в агонии, когда Избранный утопит его в кровавом мареве… тот, чья длань разорвет все связи и договоры, родится на исходе седьмого месяца…»

Я устало опускаю палочку, позволяя окровавленному телу мертвого аврора осесть на пол. Его напарник, сопливый юнец, наверняка едва закончившись курсы, истерически смеется, сжавшись в руках оскалившегося Грейбека. Хм, нынешнюю молодежь совершенно не учат сохранять рассудок.

— Убери это убожество с моих глаз, — шиплю я, складывая пальца под подбородком.

— Да, мой Лорд, — оборотень кланяется и, довольно ухмыльнувшись, аппарирует с сошедшим с ума от страха парнем в неизвестном направлении.

Я же остаюсь в приемном зале, погруженный в свои мысли. Эпоха сна, эпоха Кошмаров… Разные цивилизации давали множество названий разным временам, но даже я, маг, который изучил всю историю магического мира вплоть до восхождения Кетцаль-коатля, не могу вспомнить ничего подобного. Возможно, смысл скрыт в названии… Сном можно назвать те четырнадцать лет, которые Англия спокойно жила, оправляясь после войны со мной. Британские маги, да и не только они, блаженно спали, не предпринимая попыток найти и уничтожить мой блуждающий призрак. Ха, Дамблдор, твоя игра привела к тому, что за эти годы я успел научиться тому, чему даже ты не сможешь что-либо противопоставить. А вот то, что началось в конце прошлого года. Вполне можно назвать кошмаром. Старик замуровался заживо в своей норе вместе с армией сосунков. Оборотни и вампиры уже присоединились к моей армии, а драконы и гиганты не заставят себя долго ждать. Благодаря стараниям Яксли половина министерства, само того не подозревая, готовит страну к моему пришествию. Грейбек со своей стаей почти покорили Лютный переулок, а, значит, вскоре мне будут подвластны и теневые силы, скрытые в ночных закоулках Британии. Если Люцис не лжет, то один из моих Пожирателей сумел захватить Азкабан… Наверняка это Белла. Моя Армия растет, хоть и была почти ополовинена Порогом. В итоге, если выбросить из головы сотни тысяч возможных чудес, то уже сейчас, через год после возрождения, я могу в считанные часы захватить всю Англию.

— Воистину, Эпоха Кошмаров.

Единственным черным пятном в пророчестве Трелони является последняя часть. Избранный, Мальчик-который-выжил, Гарри Поттер… Ребенок, который лишился магии и умер где-то в неизвестном месте. Но этого не может быть! Никто не может предсказать наполовину, Трелони не могла солгать… Поттер должен снова появиться на арене, пусть даже возродиться из небытия! Разорвет все узы и договоры, утопит мир в крови! И если только мальчишке не прикажет это старый паук, то он сделает это будучи под моей властью…

Но остается бездарный и ничтожный Лонгботтом. Толстый неудачник, стоит отдать ему должное, сумел таки вырасти более-менее приемлемым магом, но не больше. Однако, он также подходит под пророчество, хоть и не полностью…

— Мой Лорд…

Снятие Порога сделало Дамблдора опасней… Магия Хогвартса, эти древние стены, возведенные четырьмя могущественными магами, наверняка смогли защитить своих обитателей от отката. Промыв мозги этим сосункам, старик сможет посылать из в бой как смертников… Хах, Эпоха Кошмаров?..

— Повелитель…

— Не заставляй меня слушать твой писклявый голос, Хвост. Говори.

— Владыка, на связь вышел Снейп, — Питтергрю угодливо протягивает небольшое сквозное зеркало в мутно-красной оправе. Второе такое же было дано Северусу для связи в экстренных случаях. Что же могло произойти?..

— Повелитель?

Как всегда бледный и угрюмый, зельевар с опаской оглядывается по сторонам. Судя по его окружению, профессор заперся водной из своих многочисленных кладовых с ингредиентами. Я позволяю себе скептический смешок и молча киваю, давая своему шпиону право говорить.

— Мой Лорд, — шепчет Северус, его глаза необычно встревожены. — Простите за то, что не смог сообщить раньше, но защита вокруг замка и его окрестностей не выпускает никого, включая преподавателей.

Вид и тон обычно невозмутимого Снейпа взволновал меня. Лишь раз в жизни я мог видеть этого непревзойденного шпиона в таком состоянии — в тот день, когда он сообщил роковые слова пророчицы.

— Три месяца назад в Хогвартсе появился Поттер.

Тудум. Сердце моего нового, во всех отношениях идеального тела, пропустило удар. Поттер! Тот, кто должен был сгинуть много лет назад…

— Это он захватил Азкабан и освободил всех заключенных, мой Лорд. — Северус нервно сглотнул. — Мальчишка, по словам Дамблдора, каким то образом вызволил Грин-де-Вальда и заключил с ним сделку. Я не видел собственными глазами, но буквально через несколько часов после прибытия в замок он почти сумел одолеть директора, повелитель.

Тудум.

— За три месяца мальчишка совершил несколько убийств, а напоследок поразил всех преподавателей и учеников неизвестным заклинанием и скрылся из Хогвартса.

Тудум.

— Это не все, мой Лорд, — Северус перевел дыхание, как после длительного бега и, вытерев пот, продолжил. — Три часа назад Малфой и Лонгботтом, используя похожую магию, практически полностью уничтожили подземелья. В их схватке пострадало больше двадцати учеников и погибло четверо, повелитель.

Тудум. Тудум. Тудум.

— Сделай все возможное и невозможное, Северус, — я стараюсь контролировать голос, но сейчас это удается с трудом даже мне. Чувствую, как где-то в груди зарождается огонек волнения, которого я не испытывал долгие годы. Эпоха Кошмаров. — Но собери всех моих сторонников в восточной башне. Сегодня ночью я разорву барьер вокруг замка и эвакуирую вас.

— Господин… — зельевар шокировано смотрит на меня с той стороны сквозного зеркала. Да, самообладание изменяет даже лучшим. — Вы собираетесь напасть на замок?..

— Если придется для вашего побега, Северус, — я до хруста в костяшках сжимаю свою верную палочку. Эпоха Кошмаров. — Если придется…

* * *

POV Луны Лавгуд.

«Порой мне тяжело понимать тебя… Твои слова и действия противоречат друг другу чаще, чем когда-либо. Мы почти не говорим с того момента, как сбежали из Хогвартса. Ты отдал меня на попечение мистеру Блэку и его кузине, а сам начал делать что-то, чего я не понимаю! Да не молчи же ты, ответь хоть что-нибудь!..»

Интересно, так бы на моем месте поступила бы, например, Чжоу?

— Ты собираешься сделать что-то ужасное, Гарри, — не вопрос, а утверждение. Он небрежно откидывает челку со лба и делает глоток из пузатого бокала с виски.

Я лежу на кровати в своей любимой пижаме, которую папа подарил мне на тринадцать лет. Соседки по комнате в Хогвартсе часто смеялись и говорили, что если уж я ношу одежду с изображением сотни мыльных пузырьков, то у меня не все дома. В ответ я могла лишь пожать плечами и попытаться заснуть под дружных хохот и улюлюканье.

Гарри тоже не нравится моя пижама. Он говорит, что она мне слишком мала. Возможно он прав, хотя я бы почувствовала. Если бы ночью в ней стало холодно или что-то вроде этого.

— Белоглазики уже поправились после твоего ритуала. Это как то связано с ними? — и он снова молчит, задумчиво наблюдая за игрой языков пламени в камине и неспешно потягивая спиртной напиток.

Гарри вообще не любит как я одеваюсь. Если бы я могла спросить папу, то он бы ответил, что тут не обошлось без нудистиков — маленьких невидимых слоников, которые заставляют людей беспричинно ненавидеть одежду. Но папа далеко, поэтому мне приходится доходить до всего своими мыслями. Как же тяжело…

А ведь я пыталась уговорить Гарри позволить мне навещать папу. Но он не разрешил, даже наоборот — рассердился и, думаю, нечаянно оторвал Бени половину конечностей. До сих пор помню, как я плакала над ним, маленьким и сморщенным, пока Гарри не понял своей ошибки и не оживил моего питомца.

— Говард и ты постоянно что-то обсуждаете, — я устало потянулась, смяв шелковые простыни. Не люблю шелк — он слишком холодный и тонкий. Но в комнате Гарри не было шерстяных одеял, поэтому мне пришлось смириться с этим неудобством. — Варите какие-то зелья и мастерите оружие. Ты хочешь кого-то убить?

Со временем я пришла к выводу, что Гарри не лучше Бени. Даже хуже. Он капризный, ворчливый и, к сожалению, умеет пользоваться магией. А в остальном они двое практически неотличимы. Любой питомец, как и мрачный брюнет, сидящий передо мной, требует ласки, заботы и дрессировки.

Поэтому, не долго думая, я решила тренировать упрямого мистера Поттера. Он не любит моей одежды — я буду почаще надевать свой любимый свитер. Его раздражают длинные разговоры — я буду стараться говорить с ним как можно чаще и дольше. Возможно, кто-то счел бы подобные методы слишком… женскими, но я пришла к ним пользуясь общедоступной логикой, какую используют все трезво мыслящие люди. Но, все же, стараюсь думать об этих вещах поменьше, чтобы Гарри, не дай Мерлин, не услышал мои мысли и не уничтожил еще и эту башню крепости.

— Интересно, как там Невилл?..

Бабах! Я открыла глаза и еще смогла увидеть оседавшую древесную пыль, в которую превратился подлокотник кресла Гарри. Его рука, как всегда бывает после третьей-четвертой моей фразы, крепко сжата в кулак и едва заметно дрожит от напряжения. Спинка кресла закрывает от меня вторую руку, в которой был хрустальный бокал, но я уже догадываюсь, что несчастным эльфам придется закупать новый сервиз.

Внезапно Гарри вскакивает и в два широких шага оказывается рядом с кроватью. От него ощутимо пахнет смесью алкоголя и дорогого одеколона, который посоветовал угодливый говорящий платяной шкаф. Чтобы не выглядеть грубой, я приподнимаюсь и сажусь на край матраса. Ой, он же наверняка хочет сесть! Быстро, но аккуратно расправляю простыню рядом с собой, а потом дружелюбно хлопаю по кровати, приглашая брюнета. Подумав еще немного, я улыбаюсь и заглядываю прямо в его бездонные зеленые омуты — люди любят смотреть собеседнику в глаза.

Гарри тяжело дышит, дымка вокруг левой руки показывает, что осколки от разбитого бокала порезали его ладонь. Магия парня быстро выталкивает инородные предметы из тела и в считанные мгновения залечивает рану. Я внимательней вглядываюсь в изящные черты его лица и замечаю, что он рассержен. Взбешен еще сильнее, чем тогда, когда познакомился с Бени.

— Гарри, ты…

Тыдыщ! Прикроватная тумбочка с треском разлетается от мощного удара. Осколки стекла и щепки летят в мою сторону, и я инстинктивно закрываюсь руками, но тонкая черная пленка отталкивает их подальше в глубину погруженной в полумрак комнаты. Гарри еле держит себя в руках, я это чувствую и внезапно забываю обо всех своих планах. Его длинные вьющиеся волосы цвета ночного неба красиво струятся по плечам и спадают на вспотевший лоб. В полумраке комнаты этот высокий брюнет кажется еще бледнее, словно призрак с невероятно яркими зелеными глазами. Что-то толкает меня вперед, ближе к нему, нечто, чему я не могу сопротивляться.

Резко поднявшись с кровати, я встаю на носки и оплетаю его шею своими руками. Останавливаю свое лицо в миллиметрах от его, как делала это когда то мама, когда они с папой обнявшись сидели около ручья рядом с нашим домом. Всем своим телом чувствую, как бешено колотится его сердце и тяжело вздымается грудь. Я едва достаю ему до плеча, и на фоне его большого и сильного тела сама себе кажусь просто маленьким перышком рядом с гигантским орлом.

— Ты…

Горячее дыхание обжигает щеку и шею. Прижимаюсь еще сильней, что уже само по себе кажется невозможным. Он все еще дрожит от ярости, но теперь уже не так сильно. Вдох. Пауза. Выдох. Аккуратным движением руки убираю упавшие на его лицо волосы, чтобы взглянуть в глаза. Зеленые и ослепительно красивые, с тихо пульсирующими пятнами зрачков, еще не превратившихся во всепоглощающую бездну тьмы. Красивая линия губ, сжатая в ниточку и выделяющаяся яркой чертой на его бледной, почти мраморной коже.

Он весь красив, от макушки до пят и от человека до демона. Отблески пламени создают завораживающую игру теней на его полуобнаженном торсе, делая все черты острее, резче. Медленно спускаюсь руками до его широкой мускулистой груди. Она словно живой горячий камень, вздымается и опускается, вырывая из легких тяжелый сдавленный хрип.

— Помнишь, что ты сказал мне тогда, во дворике замка?.. — тихо шепчу, приближая свои губы к его лицу. Гарри почти успокоился, даже сердце сбавило темп. Но дыхание… по-прежнему обжигающее, как всегда шумное.

— Да… — отзывается он, обеими руками впиваясь в меня. Одной рукой он жадно и требовательно перебирает волосы, притягивая мое тело еще ближе к себе, а второй крепко придерживает за талию, ловкими движениями пальцев приподнимая мою действительно малую пижаму. Я чувствую, как мое сердце начинает биться все быстрее. С трудом сохраняю спокойствие и ласково шепчу ему в губы:

— И что же дальше?.. — нежно перебираю его волосы, всем телом ощутив его напряжение.

И тут он резко подается вперед и требовательно целует меня. Его губы и язык горячи как ничто иное в мире, руки сильны и нежны… Я начинаю понимать, что еще немного и разум покинет меня, оставив только инстинкты. Но я уже не могу остановиться, только сильнее притягивая его к себе. Как-то слишком резко становится жарко настолько, что я уже готова сама разорвать на себе одежду.

— Я не знаю, — он отстраняется и его низкий завораживающе-вкрадчивый голос обволакивает мое сознание как сладкая патока. Не помню, когда я успела наполовину снять с себя верх пижамы, который теперь вольготно раскинулся на том самом пострадавшем кресле, но в тот же миг, как Гарри перестал меня целовать, ощущение небывалой легкости и сладкая истома прошли, как ни в чем ни бывало. — что для тебя значит любовь, о которой ты сказала тогда и говоришь теперь…

Его объятья становятся сильнее, и я вдруг обнаруживаю, что практически задыхаюсь, сжимаемая его сильными руками.

— Я не знаю, но пытаюсь понять… — он шепчет эти слова мне на ухо, дразнящее покусывая мочку. — В тебе есть нечто, что может влиять на мою силу и на меня. Может это любовь, м?..

Широко распахнувшееся окно и ударившиеся ставни впускают в комнату порыв ледяного ветра, который заставляет меня быстро прильнуть к по-прежнему теплому Гарри, тот тихо смеется, ослабляя объятья, и коротким взмахом руки снова закрывает окно.

— Возможно все, а в особенности, если в этом замешан я или ты, Луна Лавгуд. — теперь его голос тверже, насмешливей, словно не этот человек минуту назад обнимал меня и целовал, как обычный взбудораженный юноша. — И я буду любить тебя, чтобы это не значило, до тех пор, пока не найду причину твоей странной силы. Прими то, что я не разложил тебя прямо здесь и сейчас, как знак моих чувств и человечности. Договорились?..

Не дослушивая его слов, я, зажав уши внезапно вспотевшими ладонями, разворачиваясь к двери и медленно бреду. Гарри продолжает что-то говорить, а потом и вовсе переходит на неприкрытый смех. Это неправильно. Это не может быть правильным.

Больно. Наверное, именно сегодня он впервые смог сделать мне по-настоящему больно…

* * *

— Гха!..

Перегнувшись через карниз балкона, Гарри с шумом вырвал желчью. Дементор внутри юноши бесновался, изо всех сил ударяя по стенкам разума. Жуткая, нечеловеческая боль крутила все тело и естество Поттера, буквально разрывая его на куски. Едва умудряясь оставаться в сознании, парень сполз на ворсистый ковер и, зажмурившись, попытался привести мысли в порядок.

— И давно это с тобой?

Как всегда внезапно материализовавшийся Хелл услужливо протягивает флакон со свежим восстанавливающим зельем, выуженным из шкафа, и помогает приподнять голову.

— С тех самых…Кха!.. пор, как встретил её… — выдавил из себя юноша, подавившись горькой микстурой. Дементор нехотя успокаивается, снова возвращаясь в отведенное ему место в разуме мага.

— Это как то связано с…

— Исключено, — раздраженно перебив Говарда, парень подтянулся на руках и рухнул в стоявшее неподалеку кресло. — Нет, это что-то другое. Это словно тысяча Круциатусов…

— Так может быть её просто убить? — не вопрос, а констатация факта с удивленным тоном.

— Нет! — сам не зная причины, выкрикнул Гарри. Подобное усилие отозвалось вспышкой боли в груди, от которой потемнело в глазах. — Я должен разобраться… Эта её способность действует спонтанно, чаще всего тогда, когда я ослабляю хватку на сущности. Я сканировал разум Луны — она сама ничего не понимает.

— Может быть, ты действительно любишь эту девочку? — немного насмешливо спрашивает американец, пользуясь состоянием своего старшего напарника. — И это муки от трагической любви?

— Пошел пр…буэ!..

Но, не дав высказаться, новый приступ рвоты скрутил Гарри Поттера.





"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.


Сообщение отредактировал Lord - Воскресенье, 26.08.2012, 18:23
 
ShtormДата: Четверг, 17.02.2011, 06:49 | Сообщение # 34
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Я думаю, что все же это любовь. А поскольку оно чувство то светлое, вот и происходит этакая борьба с сущностью ГАрри.


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
LordДата: Среда, 02.03.2011, 19:06 | Сообщение # 35
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Глава 21.

«Умри, недоносок!»

«Мама! Мамочка!»

Голоса, что кричат всегда. Голоса, которые нельзя заставит замолкнуть. Безумцы, не знающие пощады в своем сумасшествии…

В абсолютной тишине, нарушаемой лишь стуком капель дождя об огромное витражное окно, сидел Драко Малфой. Болезненно-бледная кожа и впалые щеки делали юношу похожим на тяжело больного. Но никто, а в особенности сидевший на треногом табурете в пяти метрах от слизеринца профессор зельеварения, не подумал бы так, если бы видел глаза парня.

Драко устало вытер выступившие на лбу бисеринки пота, не заметив, как те застыли маленькими кристалликами льда на тыльной стороне его ладони. Аномалии с его телом перестали волновать пятикурсника с того момента, как он понял, какую силу они в себе несут. Все его внимание занимал спокойно попивавший горячий чай Северус Снейп.

— … А потом Лонгботтом выбежал в коридор, преследуя меня, — без запинки произнес Малфой, но насмешливое выражение лица не вязалось с его покаянным тоном. — После непродолжительной дуэли я смог победить, но вдруг сзади прогремел взрыв, и выход из гостиной завалило. Я хотел броситься на помощь остальным студентам, но в этот момент подоспели вы и другие профессора. Вот и все.

Нахально отвернувшись к окну, Драко раздраженно потер то место на своей шее, куда был сделан укол, обезвреживавший его как волшебника. По сути, зельевар (и шпион в стане Дамблдора по совместительству), находился в больничном крыле около койки своего ученика только для того, чтобы каждые десять минут вводить тому новую дозу. Сыворотка, которая должна была обезвредить взрослого чародея на три дня, едва выдерживала 13 минут в организме слизеринца, что профессора если и поразило, то он сумел не подать виду.

— Как произошел взрыв? — холодно спросил преподаватель, сделав ударение на первом слове. Оставшись наедине с одним из непосредственных участников того беспрецедентного случая, он не мог позволить себе упустить шанс устроить допрос.

«Убей его!!! Убей их всех, ты, выкидыш мантикоры!!!»

— Не знаю профессор, — обреченно отозвался парень, потирая виски. Из-за проклятых уколов у него не получалось даже приглушить истошные вопли Редла и истерический плач Голдберга. — Меня там уже не было.

С минуту наследник дома Малфоев следил за реакцией своего крестного. Тот, отставив недопитый чай в сторону, недоверчиво сверлил подростка проницательным взглядом. За пределами больничного крыла царила глубокая ночь и бушевала гроза, но ни мужчина, ни юноша не чувствовали усталости. Отчасти из-за небольшой стопочки бодрящего зелья, принятого обоими перед этим разговором, отчасти — потому что оба волшебника не на шутку разнервничались.

Наконец, раздраженно скрипнув зубами, Снейп сунул руку в один из бездонных карманов своей мантии и выудил оттуда маленький магловский шприц, наполненный рубиновой жидкостью. Скривившись от отвращения, Драко смиренно подставил шею для очередного укола. Тонкая игла, освободившись от колпачка, аккуратно вошла в вену и, направляемая рукой профессионала, безболезненно вышла. Неприятное тепло разлилось по телу студента, и он в очередной раз за последние сутки почувствовал, как между ним и его магией встает прочный барьер. Как только этот щит стал достаточно плотным, чтобы даже конечности парня онемели, Драко почувствовал сильный ментальный удар. Застонав от острой боли, Малфой постарался возвести хоть какой-нибудь заслон, но эта попытка оборвалась неожиданно-громким вскриком Волдеморта:

«Пошел прочь, полукровка!!!» — Снейп пошатнулся, но атаку прекратил. Драко откинул со лба челку, сделав вид, что ничего не произошло. Каким-то образом Редл сумел защитить его разум, а значит и причин ругаться с крестным нет.

Северус подошел к стоявшему неподалеку от койки мусорному ведру и, задумчиво покрутив медицинский инструмент в руках, выбросил шприц. Затем профессор вновь повернулся к своему крестнику и бросил на него полный непонимания взгляд.

— Когда это начало происходить с тобой, Драко? — в ледяном тоне промелькнула тень заботливости. Грустно ухмыльнувшись, Малфой откинулся на подушку и беззаботным голосом ответил:

— Я не понимаю, о чем вы говорите, профессор.

— Ученики сообщили, — не меняя тона, произнес Северус, — что ты и Лонгботтом в разгар схватки превратились в каких-то чудовищ. Несколько десятков человек не могут ошибаться, Драко.

— Возможно, на них слишком сильно подействовала смерть тех несчастных, — голос, лишенный даже намека на сожаление или печаль, звучал странно и неестественно. Актерское искусство, которым молодой Том Редл когда-то овладел практически в совершенстве, пригодилось и сейчас.— Я тоже скорблю по ним…

— Перестань, Драко! — не выдержав, зельевар вскочил со стула и впился своим хищным взглядом в меланхолично настроенного студента. Полы его знаменитой мантии взметнулись, сделав мужчину похожим на вампира из детских ужастиков. Юноша же только и сделал, что ухмыльнулся, ведь подобных нехитрых трюков он насмотрелся еще в детстве. — С тобой что-то произошло, из-за чего мое зелье не может держать тебя больше каких-то жалких десяти минут! Даже принимая во внимание твои возросшие после снятия Порога способности, происходящее выходит за грань здравого смысла. Расскажи мне, почему Флинн и остальные Пожиратели отказываются эвакуироваться? По какой причине я не могу заставить никого старше третьего курса Слизерина подчиниться приказу Темного Лорда?!

Голос крестного заметно дрожал, и парень понимал почему. Зельевар боится. И боится не за его, Драко, жизнь, как хочет показать, а за себя. В его личной вотчине, в подземельях произошло нечто, чего он не может понять. Вот что страшит железного профессора: неизвестность.

Малфой устало разомкнул веки и закинул руки за голову. Белый потолок над ним был испещрен трещинами, походившими на жуткую паутину.

«Так оно и есть… — прошипел Том Редл в голове пятикурсника. — Ты сидишь в логове старого паука, и не вырвешься из его сетей без моей помощи, мальчишка!»

«Ты ничего не можешь дать мне, полукровка, — насмешливо ответил парень. С его точки зрения препирательства с Волдемортом были достаточно забавны время от времени, ведь черный маг старался использовать именно те методы, которые использовал на простых волшебниках — кнут и пряник. — Твои знания и сила у меня, а свое безумие можешь оставить себе».

Юноша внимательно изучал хитросплетения лжи и интриг, которые окутали весь колдовской мир. Пожиратели и приспешники Дамблдора пока что только копят силы, набирая союзников и укрепляя позиции. Из воспоминаний Волдеморта Драко понял, что все те возвышенные слова о чистокровном мире, которые твердили все Пожиратели, — полный бред. Темный Лорд стремится к власти, и если найдется способ не делиться ею с древними кланами — он так и поступит. Беспринципный диктатор — таких было тысячи и все они закончили жизнь в позоре и забытье. Волдеморт — не проблема.

Директор же избрал политику освободителя и теневого лидера — после первой войны с Редлом его люди просочились во все важнейшие структуры общества, дав незабвенному Белому Генералу ниточки к каждой кукле Англии. Без постороннего вмешательства он одну за другой убирал с игральной доски ненужные ему фигуры. Мудро и, в отличие от того же Редла — дальновидно. Однако в свете последних событий директор неожиданно принял решение снять Порог и привлечь на свою сторону страны-союзники. Вмешательство других стран только усугубит сложившуюся обстановку, ведь тогда война выйдет на совершенно другой уровень.

Пятикурсник не понимал мотивов, побудивших великого Дамблдора сделать такой опрометчивый шаг, но даже это не было важно на данный момент. Сидевший перед парнем зельевар — шпион и просто сильный темный маг — мог стать полезным рычагом в том механизме, который собирался запустить Малфой.

— Потому что у нас больше нет причин подчиняться этому змею, — зло прошипел Драко, вставая со своей койки. По позвоночнику прошла волна приятного бодрящего холодка. — У него больше нет тех возможностей, что были раньше.

— О чем ты говоришь? — по бледному лицу профессора и по его напрягшимся скулам, было видно, что поведение крестника взволновало мужчину. Осторожно, чтобы этого не заметил парень, зельевар потянулся за очередным шприцом.

— Я говорю, ни мне, ни Флинну, ни тебе больше не надо ползать на брюхе перед этим ничтожеством! — короткое невербальное заклинание, и волшебная палочка из темного дерева вылетела из кармана не успевшего среагировать профессора и послушно нырнула в руку законного хозяина. — Никому из чистокровных.

— К-как?.. — Северус недоуменно переводил взгляд со своего кармана на зажатую в руках студента деревяшку. Отточенным движением бывалого бойца маг вытащил собственную палочку и встал боевую стойку, направляя острие на своего крестника. Но конец оружия ощутимо подрагивал.

«Северус в панике! — восхищенно захохотал Редл. — Добивай его, пацан!»

— После каждого укола действие сыворотки укорачивается на три секунды, крестный. Кому, как не тебе это знать? — игнорируя наставленное на него оружие, юноша коротким взмахом палочки призвал из шкафа свою одежду, которая мгновенно сама налезла на хозяина. — После последнего оно стало равно трем минутам.

— И что же ты собираешься делать, Драко? — голосом, лишенным всяких эмоций, прошептал профессор. Если рассказы студентов правдивы, то даже с новыми силами он не сможет справиться с крестником. Сыворотка Блока — одно из самых сложных в приготовлении зелий, и ни один нормальный студент не мог знать о его свойствах. — Сегодня ночью произойдет нападение, и Лорд предъявит свои права на души слизеринцев.

— В мой план входит его появление, крестный, — жестко ответил парень, трансфигурируя свои щегольские туфли в удобные и легкие сапоги. — К тому моменту, как он или его псы начнут атаку, я буду готов к битве с ним.

— К битве с Темным Лордом, мистер Малфой? — против желания, из Северуса вырвался смешок. Волдеморт прав — Снейп едва сдерживается, чтобы не сойти с ума от страха. Нет, ну кто бы мог подумать! — Неужели незабвенный мистер Поттер заразил своей неуязвимостью и вас?

— Отнюдь, мистер Снейп, — Драко усмехнулся, одновременно заканчивая превращение своей форменной мантии в удобную кожаную аврорскую форму, пригодную для ведения боя. — Мне поможет не Поттер, а именно Темный Лорд.

— И как же это произойдет, Драко? — Удар! Профессор улыбнулся еще сильнее. Ментальные щиты его крестника не дрогнули даже под самой яростной атакой такого опытного легилемента как он.

— Том Редл, — от человеческого имени одного из своих хозяев, а точнее от осознания того, что это имя знает совсем еще юный парень, Северус вздрогнул и сильнее вцепился в свою палочку, — еще со школьной скамьи был знаменит своей способность составлять блестящие планы, максимально точно подгадывая время. Но порой бывает так, что некоторые важные факты ускользают от человеческого внимания. Например, Темный Лорд, скорее всего, забыл про десятки великих колдунов, которые нашли свое неупокоение в стенах замка.

Тяжелые капли дождя били по витражному стеклу, а взрывавшиеся то и дело зигзаги молний создавали причудливые тени, похожие на мифических монстров. Северус Снейп сглотнул, когда пятнадцатилетний парень прошел мимо него, задев плечом. Облачко пара вышло вместе с выдохом. Облачко пара в комнате, где температура никогда не бывает ниже двадцати градусов.

— И никто, кроме меня, даже не вспомнил бы о ежегодном слете призраков, который проходит в одном из залов верхних уровней подземелий. — Драко почувствовал, как знакомое покалывание проходит по всему телу, а температура вокруг вновь становится ниже, чем в самые морозные зимние дни. — Вы можете многого не понимать, профессор. Скажу вам лишь одно — если не сегодня ночью, то в ближайшие несколько дней Томас Марволо Редл исчезнет с лица земли, а я займу место, которое принадлежит мне по праву силы. Вспомните свои собственные слова — несколько десятков человек не могут ошибиться…

* * *

— …но профессор! — Невилл вскочил со своего места, опрокидывая резной табурет. Парень тяжело дышал, захлебываясь от возмущения.

— Я сказал все, что хотел, мальчик мой, — невозмутимо ответил директор, закидывая в рот маленькую дольку лимона. Вазочка, стоявшая на столе старца, за время его разговора с учеником почти опустела. — Ты еще не освоился со своими новыми силами, а потому отпускать тебя опасно для всех нас, а в особенности для тебя самого.

— Но мы не можем терять времени! — гриффиндорец уже не сдерживался, крича в полную мощь легких и размахивая руками. — Там в гостиной я видел не только студентов! Там были те, кто выпустился несколько лет назад, профессор, пожиратели-новобранцы! Если…

— Если они в замке, то Орден непременно найдет их, мальчик мой, — глаза Дамблдора лукаво блеснули из-за его очков-половинок, словно говоря, что у великого мага есть план. — На данный момент твоя безопасность гораздо важнее и…

— Но из Хогвартса уже пропадают студенты! — кулак парня с силой приземлился на полированную поверхность дубового стола. Небольшая трещина пересекла предмет интерьера, остановившись прямо перед рукой директора. — Если вы правы, и во мне действительно проснулась сила Гриффиндора, то сейчас самое время использовать её! Схватите слизеринцев, соберите Орден и дайте мне сразиться с Волдемортом! Разве вы не видите, что мы заперты в замке как в клетке, в то время как Поттер и Лорд набирают силу!

— Невилл, прошу тебя, успокойся, — несмотря на то, что разговор шел на повышенных тонах, директор выглядел… довольным? — Отмена Порога пробудила в тебе древнюю кровь Основателя, последнего до сего момента мага-дракона, и ты должен понимать, какая ответственность лежит на тебе. Как только ты сможешь контролировать свою силу, а мы, те, кто борются за Свет, будем достаточно подготовлены, настанет пора нанести Тьме сокрушительный удар.

Невилл слушал слова директора с крепко сжатыми зубами. Добрая улыбка старого дедушки и успокаивающий чай не могли погасить пламя, что жгло все естество молодого гриффиндорца. Директор Дамблдор рассказал парню, что снятие порога должно было пробудить силы потомков основателей, и, судя по всему, двумя из них являлись Невилл и Малфой. Глава Ордена Феникса призывает смириться со всем ужасом, что творится в замке, и переждать, но…

— Я не могу, профессор.

От той ярости и гнева, которая была в словах Лонгботтома, директор невольно напрягся. Никогда еще старому волшебнику не доводилось видеть такой разрушительной и безудержной силы, которая бурлила в этом неуклюжем и скромном студенте. Чего стоило Альбусу Даиблдору только уговорить своего ученика не убить бессознательного Драко Малфоя в тот самый момент, как гриффиндорец очнулся в лазарете.

— Я всегда слушал вас, но сейчас не время для бездействия, — Невиллу едва удавалось сдержаться и не воспламенить все вокруг себя, так велико было раздражение от спокойствия мудрого наставника. — Во мне есть сила, которая может закончить эту войну уже через несколько дней, но и Малфой может сделать так, что весь магический мир застонет от боли. Если сейчас пустить все на самотек, то он станет третьей угрозой наравне с Волдемортом и Поттером!

— Сядь, Невилл, — спокойно прервал его директор, наколдовав перед студентом чашечку ароматного чая. — Сядь и успокойся. Иначе ты сам превратишься в то зло, против которого мы все боремся.

Тудум.

Парень непонимающе смотрел на совершенно спокойное лицо Белого Генерала. Слова, произнесенные с такой беззаботностью, сумели остудить пыл Лонгботтома. В самом деле, если он сей же час начнет схватку с Волдемортом или Малфоем, могут пострадать невинные люди.

— Простите меня, директор, — Невилл с трудом подавил бушующее в нем пламя и, неуверенно потоптавшись на месте, поднял опрокинутый табурет и сел на него. — Я не знаю, что на меня нашло…

— Ничего, мальчик мой, — длинная сухая ладонь главы Визенгамота легла на плечо парня. — Годрик Гриффиндор всегда был вспыльчивым и отважным воином, и его кровь играет в тебе. Ты должен гордиться, что смог выдержать это бремя.

— С-спасибо, профессор, — юноша устало взлохматил волосы. Все мысли, терзавшие его душу внезапно отошли на второй план, а слова наставника стали вдруг такими очевидными и правильными. Что он, даже обретший силы Основателя, может сделать против Волдеморта? Единственный выход в сложившихся обстоятельствах — это подождать и выдержать все удары, которые обрушивает на него судьба. — Но… Луна, она…

— Поверь мне, мальчик мой, — взгляд голубых глаз старца, казалось, проникал в самую душу парня. Рука, лежавшая на плече юноши, сжала его чуть сильнее. — Орден делает все, чтобы помочь мисс Лавгуд. Но ты должен понимать, что, даже с поддержкой других стран, взять штурмом Азкабан, которых охраняют не только дементоры, но и самые опасные в мире преступники — дело практически невозможное. Но я даю тебе слово — мы спасем её, Невилл.

— Я понял вас, директор Дамблдор, — Нивилл медленно поднялся со своего места.

— Я рад, мальчик мой. А теперь иди в свою спальню и выспись — настали трудные времена и все мы должны быть достаточно сильны, чтобы не сломаться.

Как только за пятикурсником закрылась тяжелая резная дверь, директор глубоко вздохнул и бросил взгляд на портрет Годрика Гриффиндора. Великий волшебник загадочно ухмылялся со своего холста, смотря на седого старца, как на нашкодившего мальчишку.

— Ты достаточно оригинален в составлении сказок, малыш Альби, — хохотнул первый директор Хогвартса, наклонив голову на бок. — Экспромтом придумать эту легенду о моем наследнике... Браво! Если ты хотел стать законченным подонком, то хочу тебя поздравить — ты достиг своей цели.

— А что я мог сказать этому ребенку, лорд Гриффиндор? — мрачным тоном прошептал Альбус, наблюдая за тем, как языки огня в камине пожирали обугленное полено. — Что он — один из экспериментов моего старого друга и предыдущего Темного Лорда в одном лице?

— Ты плетешь сети, сосунок, — насмешливо бросил Годрик, откидываясь на спинку своего нарисованного кресла. — Но однажды твоя паутина схватит тебя самого.

— Возможно, вы правы, директор, — устало ответило Дамблдор, превращая свой чай в крепкий коньяк. — Но я должен исправить свои ошибки. Том, Гарри… Если мне суждено сгореть в горниле этой войны, то я заберу с собой всех, кого породил.

— Что ж, — улыбнулся Гриффиндор. — И вновь ты сможешь осуществить все, что задумал, малыш Альби.

Резко развернувшись к не в меру болтливому в последнее время портрету, директор в три шага пересек кабинет и оказался прямо перед холстом с изображением великого мага прошлого. Нехорошие мысли закопошились в голове старого волшебника после слов Основателя.

— Что вы имеете в виду?

— Юный мистер Поттер просил передать, — заговорческим шепотом произнес портрет. — Что сегодня в три часа ночи начнется дождь.

И замолчал, резко притворившись спящим. Сердце старого директора учащенно билось, грозя вот-вот рубануть по телу инфарктом. Старец знал о готовящейся операции, которая имела целью вызволить из Хогвартса всех лояльных Темному Лорду людей. Скрепя сердце, Альбусу Дамблдору пришлось смириться с потерей больше чем полусотни способных и почти подготовленных волшебников. Башня, которую должны были атаковать Пожиратели, отделена от остального замка так, что её разрушение не навредит ученикам. Ради краткой передышки, чтобы дать союзным странам шанс подтянуть силы, перегруппироваться и обрушиться на Тома со всей мощью, Белый Генерал был готов пожертвовать детьми.

Но вмешательство Поттера не сулило никому ничего хорошего. Нельзя точно сказать, в каких отношениях находятся Гарри и Том, но надеяться на то, что они сцепятся и не тронут замок — глупо. Даже с силой крепости Четырех Основателей, освобожденными от оков Порога учениками и умелыми преподавателями у директора было слишком мало шансов на победу. Если только…

— Фоукс, — мягко позвал своего феникса Альбус. Дивное магическое создание, спрятавшееся было при появлении Невилла, вылетело из-за высокого книжного шкафа, сверкая всеми оттенками красного. — Ты должен отнести Невиллу меч Гриффиндора.

Птица недовольно мотнула головой и сделала маленький шажок назад. По каким-то непонятным причинам Фоукс с самого начала этого безумного года жутко боялся юного Лонгботтома, хотя, как знал директор, фениксы не имели ничего общего с драконами.

— Это необходимо, мой друг, — печально, но твердо произнес Дамблдор, протягивая своему питомцу Распределяющую шляпу со спрятанным внутри нее мечом. — Лети.

Короткая вспышка пламени — и феникс исчезает из кабинета директора, унося с собой надежду. Маленький черный глаз мигает, и ворон, практически неотличимый от ночной тьмы, громко каркает в плачущие небеса. Отвернувшись от искусной решетки на окне директорского кабинета, птица отряхивает свои намокшие перья и устремляет взгляд на север. Там, в затянутых черными тучами ночных небесах алел тусклый огонек.

«Я установил метку для телепортации, Хозяин».

Молчание в ответ. Спутник Одина бросает взгляд вниз, туда, где, закутавшись в тонкую школьную мантию, бредет одинокий ученик. Рыжеволосый мальчишка одних лет с Хозяином направлялся в сторону Запретного леса, по одному ему ведомым причинам.

— Желаю тебе быстрой смерти, дитя, — высокий мужчина в темном плаще ссутулился, сидя на скользкой от воды верхушке северной башни. Короткий взгляд на часы –2:48. — Всем вам…




"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.

 
ShtormДата: Четверг, 03.03.2011, 14:23 | Сообщение # 36
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Слишком много они о себе возомнили, за что, надеюсь, и поплатятся. Получится ли перехватить меч? И еще хотел спросить:А после снятия порога, только у детей увеличились силы или у взрослых тоже?


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
мишаДата: Четверг, 03.03.2011, 20:15 | Сообщение # 37
Подросток
Сообщений: 3
« 0 »
у всех, конечно) /вспоминаем разговор мадам Помфри и Альбуса - сразу после снятия Порога директор опасался ругаться с кем-либо, ведь опасность неконтролируемых выбросов слишком велика/
 
LordДата: Четверг, 28.04.2011, 20:51 | Сообщение # 38
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Глава 22


* * *

Яростные порывы ветра трепали мою порванную в нескольких местах мантию, накинутую на голый торс. Но мне не холодно. С того самого дня, как я получил «свободу», мое тело перестало волноваться о таких мелочах. Глупые, несущественные проблемы, трогающие только тех, кто не познал настоящий страх.

Мы стояли на опушке Запретного леса с той его стороны, что находится в противоположном от Хогвартса направлении. Чуть больше двух сотен магов, вооруженных лишь собственными телами и волшебными палочками, готовящихся к штурму самого защищенного места западной Европы. Я сжал в кулаке свой жетон заключенного, ставший для меня чем-то вроде талисмана за последние пятнадцать лет. Закрыть глаза и молиться.

— Ваша задача, — вещал Хозяин, вольготно рассевшись на огромном покрытом мхом камне, — принести мне по одному пальцу каждого ученика Хогвартса.

Вот так. Нас кидают в самое пекло не для решающего сражения, как часто это бывает в героических балладах, а для обычной, почти штатной проверки наших сил. Едва мои мысли перескочили на эту тему, я почувствовал, как резкий, едкий яд растекается по телу. Депрессия после потери души еще не прошла, по крайней мере, у таких как я, но осознание собственных способностей ударило в мозг почти сразу же…

— Правила игры просты — вам нельзя никого убивать.

Получается очень интересный и опасный расклад. Если каждый из нас теперь неуязвим в той же степени, что и Распутин, то любые проклятья, не причиняющие прямого вреда телу, стали абсолютно неопасными. С другой стороны, пробиться сквозь защиту Основателей и выполнить свою кровавую задачу будет практически невозможно, если каждый встречный станет этому препятствовать. Поставить нас в условия, где любой фактор играет против нас, но зачем? Просто протестировать нас? Или же твоя цель в чем-то другом, Гарри?..

— Любой нарушивший его станет моей подопытной крысой.

Холодный голос без намека на нормальные для пятнадцатилетнего подростка чувства. Да и вообще, не знающий Поттера никогда бы не смог точно сказать его возраст. Он может вести себя как взбалмошный мальчишка, а в следующую секунду совершать такое, от чего вывернет наизнанку даже самого закоренелого маньяка.

— Кроме этого, вы столкнетесь с сопротивлением сил немного другого рода, чем студенты и преподаватели, — говорил Гарри, вперив задумчивый взгляд в ночное небо. До запланированной операции оставалось меньше получаса, а он до сих пор не сообщил мне, как именно мы должны быть доставлены к замку. — Я узнал, что всего через несколько минут после нашего появления, на вечеринку заявятся Пожиратели во главе с небезызвестным Волдемортом.

Где-то рядом неопределенно икнула Белла. Я усмехнулся. Столкновение с силами Темного Лорда не сулило ничего хорошего. Наверняка, какую бы цель не преследовал Волдеморт, с ним прибудет не меньше двух сотен хорошо обученных и сильных магов. Как ни крути, эта сила, с которой нужно считаться. Так почему же Гарри сообщает нам о них в самый последний момент?

— Но это ничего не меняет, — Хозяин резко прервал поднявшийся было испуганный и возмущенный шепот, скосив на толпу свои жуткие глаза. — Блэк!

Не осознавая полностью своих действий, я вытягиваюсь по струнке, словно какой-то мальчишка на уроке у строгого преподавателя.

— Разбей всех на команды по десять человек и разбросай всех по обитаемым областям замка. Ты, Белла, Квирелл и Хелл пойдете со мной, — парень спрыгнул со своего места, кивком подозвав к себе американца.

Лысый уродец был занят тем, что рукой, превратившейся в длинный темный жгут, ловил порхавших над верхушками деревьев птиц. Несчастные пернатые подняли такой гвалт, что наверняка привлекли бы внимание людей, но в этой части Шотландии, удаленной от населенных пунктов, не было ни одной живой человеческой души в радиусе многих миль. Превратив очередную птичку в разорванный на несколько частей кусок окровавленного мяса и перьев, Говард соизволил-таки обратить свое внимание на Гарри.

— Как мы попадем на территорию Хогвартса, Хозяин? — подобострастным, но ощутимо дрожащим после известий о Темном Лорде голосом произнесла Беллатрикс. — Купол над замком непробиваем для любой магии, а пройти через все заградительные и сигнальные щиты незамеченными невозможно для такого большого количества людей!

— Купол защищает от магии, а щиты фиксируют проходящий сквозь них людей, — повторил Поттер, с безразличием всматриваясь куда-то вдаль. Эту новую привычку — сосредотачиваться на чем-то далеком и незатейливом, Гарри приобрел почти сразу после появления в Азкабане этого Хелла. Впрочем, благодаря ней, вспышки ярости и неконтролируемого гнева стали намного реже, что не могло не радовать всех нас. — Насколько я знаю, они могут засечь даже анимага, впавшего в беспамятство или оборотня, потерявшего человеческий разум. Но если кинуть сквозь них камень — защита останется безмолвна.

Мы с непониманием и сомнением слушали его, не находя для себя никакой полезной информации. После слов о камне я невольно представил себе вид Гарри, атакующего Хогвартс с помощью катапульт. Картина была настолько нереальной и противоречащей всем моим знаниям о своем крестнике, что я невольно позволил себе загадочную ухмылку.

«Еще раз так сделаешь, — прошипел в моей голове голос Хозяина, — и я сниму всю кожу с твоего лица, Блэк».

— Я трансфигурирую всех в стальные кинжалы, — уже вслух произнес он. Я и не заметил, когда Гарри отвлекся от созерцания едва различимого в ночном тумане горизонта и обратил свой взор в мою сторону. Глаза сына моего покойного лучшего друга горели яростью, граничащей с бешенством. Опасно, очень опасно. — И с помощью портала перемещу их в небо над главным залом Хогвартса. Две сотни железок застрянут в плоской крыше, а потом чары спадут. Находясь в центре замка, Белоглазые смогут попасть в те места, которые ты, Блэк, для них отведешь. Они должны пройти через все четыре спальни факультетов, посетить апартаменты преподавателей, а затем — встретиться у главного входа. Там, подняв шум во всем замке, они должны будут дожидаться нас.

Гениальность и одновременная простота плана поразили даже меня, человека, бывшего в отделе авроров руководителем по составлению боевых операций. Действительно, за годы учебы ни один профессор так и не смог засечь те из проказ Мародеров, что были связаны с элементарной трансфигурацией. Белла с еще более возросшим восхищением посмотрела на Гарри, открыв рот, а Хелл уважительно покачал головой, чего я никогда за ним не замечал. Но вот шок от речи Хозяина прошел, и я заметил одно темное пятно в плане:

— Они будут дожидаться нас. А чем будем тем временем заняты мы?

Гарри окинул меня изучающим взглядом. Ощущение было такое, словно я вновь вернулся в свою холодную камеру, а рядом со мной стоит сытый дементор, раздумывая: сожрать меня или оставить на потом.

— Мы отправимся на встречу с Волдемортом.

* * *

Невилл брел по пустынным коридорам ночного Хогвартса, погруженный в свои собственные мысли.

«Наследник Гриффиндора…»

Узнать о том, что один из самых могущественных и знаменитых магов прошлого является твоим предком, было для парня не в новинку. Еще во времена второго курса, когда погибшая Джинни под влиянием дневника Тома Редла открыла Тайную Комнату, многие студенты думали, что именно Невилл причастен к этому. Многочисленные намеки судьбы, такие как отпрянувшая во время дуэли с Малфоем призванная змея, давали много пищи для размышлений у болтливых учеников. Но сегодня Дамблдор сумел-таки пролить свет на все тайны. Вот почему Волдеморт выбрал его своим врагом номер один: наследник Слизерина опасается наследника Гриффиндора!

«Но ведь я… Из-за меня погибли ребята…»

Слова директора о студентах, погибших под обвалом и пораженных насмерть заклинаниями, сказанные в некогда уютном кабинете таким тихим и печальным голосом, прозвучали как свист гильотины. Ведь это он, Невилл повел свой факультет в гостиную слизеринцев!..

Еще в лазарете, где разбушевавшегося Малфоя накачали каким-то странным зельем, гриффиндорец осознал всю глупость и опрометчивость своего решения. Силы были равны, добиться от проклятых аристократов каких-либо признаний было практически невозможно, ведь взаимная ненависть обоих факультетов давно уже стала притчей во языцах. Тем более сражение на территории противника должно было компенсироваться хоть чем-то. Вот если бы Равенкло и Хафлпаф тоже присоединились к его, Невилла, силам…

«Да о чем же я, дементор меня изнасилуй, думаю!»

Сильно стукнув себя по еще немного гудящей, несмотря на все настойки мадам Помфри, голове, парень устало привалился к стене. Что же с ним твориться?.. Вот уже начал рассуждать как последний слизеринец.

— Тьма расползается по этому миру, — будто в трансе прошептал Лонгботтом, уперев вспотевший лоб в холодную стену. — Я должен быть сильным…

Внезапно совсем рядом с тем местом, где стоял гриффиндорец, раздался подозрительный шорох. Резко отстранившись от стены, Невилл выхватил из нагрудного кармана палочку и стал сосредоточенно всматриваться в ночную тьму. Шорох повторился, но уже чуть ближе.

— Кто здесь?

Но вопрос, как в принципе и ожидалось, остался без ответа. Невилл попятился назад в сторону кабинета директора, не желая быть загнанным в угол неизвестным противником. Шаг за шагом юноша удалялся от источника непонятного звука, держа наготове палочку. Внезапно шум стих, и на его место пришла гнетущая тишина. Интуиция подсказывала парню, что некто до сих пор находится где-то во тьме, затаившийся и внимательно следящий за его движениями.

— Сириус.

Знакомый до боли голос распорол тишину, как нож. Не долго думая, Невилл взмахнул палочкой в сторону незажженных факелов, прикрепленных к стенам вдоль всего коридора, и в тот же миг тусклый свет озарил небольшой пятачок пространства.

Всего в десяти шагах от не на шутку взволнованного гриффиндорца стояли четверо. Высокая женщина с огромными, навыкате, глазами молочно-белого цвета без зрачков лениво обмахивала лицо небольшим веером. Копна угольно-черных волос в контрасте с бледной кожей делали её похожей на баньши, а изысканное, хоть и потертое в нескольких местах платье, украшенное причудливой вышивкой еще больше усиливали её сходство с легендарной нечистью. Впечатление от женщины было таким, словно когда-то давно Лонгботтом уже встречал её, но не мог вспомнить, где и когда.

Рядом с ней, привалившись к стене, стоял лысый мужчина неопределенного возраста. Этот незваный гость был обладателем большого рта с кривыми губами, доброй дюжины шрамов на пергаментной коже и жутких провалов на месте глаз, от которых буквально несло черной магией. Маг, а это было понятно по его палочке, похожей на отполированную кость, но висящей по неизвестным причинам на шее на тонкой цепочке, с интересом рассматривал самого Невилла, будто бы попал на рынок, где лавочник предлагает ему отменный кусок мяса. От этого типа за милю несло холодом и опасностью.

Чуть впереди остальных двух, заходясь в приступе кашля, стоял немолодой мужчина лет сорока. Его волосы цвета вороного крыла упали на лицо, поэтому пятикурсник не мог что-либо точно сказать о его лице, но какой-то внутренний голос подсказывал, что человек является родственником женщины. В отличие от своих спутников, этот волшебник был одет в старые, порванные во многих местах обноски неопределенного цвета, а на его тощей груди ярким пятном выделялась крупная татуировка.

Но Невиллу не было дело до этих трех, кем бы они ни были. Впереди всех и ближе всего к гриффиндорцу, с маниакальной ухмылкой на лице стоял Поттер. На нем был одет дорогой костюм красного цвета и игриво-синий котелок, надвинутый на один глаз. Правой рукой высокий и отменно сложенный юноша поигрывал тростью с набалдашником в форме обнаженной женщины, а левой — золотыми, инкрустированными сверкающими драгоценными камнями часами на цепочке.

Сюрреализм и ненормальность как вида Поттера, так и наличия оного на территории замка настолько поразили Невилла, что даже заклинания, готовые сорваться с палочки, так и застыли непроизнесенными где-то в горле студента. Поттер тем временем улыбнулся еще шире и повторил:

— Сириус.

— Да, Хозяин, — мужчина в обносках поднял взгляд на своего повелителя, и Лонгботтом наконец узнал его. Сириус Блэк, слуга Волдеморта, предавший семью Поттеров Темному лорду!

— Планы меняются. Белла, Говард и ты направитесь на рандеву с нашим дорогим другом сами. — Веселый тон Поттера, от которого в душе Невилла похолодело, подействовал на всех кроме уродца с жуткими глазами. — Ваша задача привести его в Азкабан для дальнейшей беседы. Не убивать, вам ясно?

Белла… Беллатрикс Лейнстранж! Пожирательница, которая…

— Вы никуда не пойдете… — сквозь стиснутые зубы прорычал Невилл. Пламя вновь зародилось в его душе и разгоралось с каждой секундой.

Все присутствующие с разной степенью удивления повернулись в сторону пятикурсника. Шок от встречи уже прошел, и парень старался анализировать ситуацию, одновременно сильнее распаляя себя. Двое Пожирателей из Ближнего круга Волдеморта могли доставить много проблем, но с его новой силой не должны были стать слишком уж большой помехой. Наибольшую опасность представляли Поттер и незнакомый юноше маг, бывший настоящей темной лошадкой. Но если выплеснуть на них все свои силы, то…

— Вот только давай без зазнайства, толстячок, — хихикнул Поттер, скорчив сумасшедшую гримасу. Весь вид убийцы Джинни и насильника Гермионы говорил о его нестабильном психическом состоянии: дергающийся левый глаз, срывающийся на визг голос и нелепый наряд. — Уверяю, тебе хватит и меня!

— Может быть мне… — начал было лысый, но резкий удар тростью в скулу прервал его.

— Заткнись и делай то, что я сказал, — прошипел Поттер, не меняя выражения своего лица, а затем обратился уже к Невиллу. — Слушай сюда, Лонгботтом. Предлагаю сделку. Если ты сможешь убить меня один на один, то я отдам тебе Беллу, верну полоумную девчонку и расскажу тебе о том, что с тобой твориться. Можешь не волноваться, говорить я смогу даже после смерти.

Словно не обращая внимания на слова Хозяина, Беллатрикс подобострастно рухнула на колени и начала лобызать ботинок Поттера.

— Господин, — шептала она, словно пробежала стометровку, — умоляю, дайте мне уничтожить мальчишку! Вы не должны тратить свое время на таких отбросов!

— Закрой… — брюнет брезгливо поморщился и придирчиво осмотрел идеально начищенный ботинок. Удовлетворившись результатом, он с невероятной скоростью поднял ногу и опустил её на сумасшедшее лицо Пожирательницы. Раздался отвратительный хруст и во все стороны брызнула кровь вперемешку с ошметками мяса. — …Рот.

Невелл шокировано смотрел на то, как Поттер хладнокровно расправился со своей слугой. Но не успел парень спохватиться и продолжить нагнетать пламя внутри себя, как распростертое на полу тело неуклюже поднялось сначала на колени, а затем на ноги. Кровь и раскиданные по коридору мозги с обломками черепа стали, подобно насекомым, ползти в сторону обезглавленной женщины. Словно в страшном сне гриффиндорец наблюдал за результатом каких-то неизвестных темных ритуалов: подползая к телу, раздавленная часть головы превращалась в струйку сизого дыма и взбиралась по испачканному платью на свое исконное место. Постепенно изуродованное лицо Лейнстранж по кусочкам собралось воедино, оставив свою хозяйку делать резкие и глубокие вдохи.

— Идите. Живо! — гаркнул Поттер, по-прежнему по-идиотски улыбаясь. Его слуги, быстренько сложив два и два, подхватили под руки свою товарку и быстрым шагом направились в сторону Северной башни.

— Грррах… — напряжение внутри тела достигло критической точки и Невилл, не в силах больше сдерживаться, выпустил все адское пламя наружу. Как и во время битвы с Малфоем его тело преобразилось, покрывшись твердой, как камень, чешуей и гуляющими по ней языками рыжего пламени.

— О, — театрально взмахнув руками, Гарри сделал шаг навстречу теряющему человеческое сознание Невиллу. Беллатрикс… но сначала — ублюдок Поттер. — Ты овладел силой саламандры быстрее, чем я думал. Ну и как ощущения?

— Ррраргх!!! — взревел гриффиндорец вместо ответа. Поток бешеного пламени вырвался из его горла и понесся в сторону застывшего с довольной мордой Поттера. Раздался взрыв, и пятикурсника обдало каменной крошкой из разнесенной стены.

— Меррртв… — не веря в свою удачу и глупость врага, рыкнул Невилл. Неужели все так быстро…

— Нет, не настолько, конечно.

Ехидный смешок над ухом и страшная боль в правом плече. Извернувшись в немыслимом прыжке, Лонгботтом отскочил в сторону, одновременно распоров воздух позади себя быстрым взмахом когтистой лапы.

— Скорость ниже, чем у меня, — и вновь голос Поттера прозвучал за самой спиной. Утробно зарычав, Невилл рубанул обеими руками, сжатыми в замок, но на этот раз удар уперся во что-то мягкое, но неподатливое. При более внимательном рассмотрении, неизвестная субстанция оказалась завесой плотного черного дыма, в которую превратилась левая рука брюнета.

— Кажется, пробивная способность тоже невелика, — наигранно расстроено вздохнул Поттер и отшвырнул дурацкий котелок куда-то в сторону. Где же… — В твоем плече.

Вырвав руки и плена черного дыма, Невилл откатился влево. Врезавшись в твердую кладку стены, он что есть мочи дернул трость, по самую рукоятку загнанную в его плечо.

— Броня никуда не годится, — лже-Эванс устало потер глаза, возвращая своей левой руке нормальный вид. — Ты меня расстраиваешь, жирный. Я тебе даже саламандру достал, накачал её наркотиками! Все сделал, только чтобы из тебя вышло хоть что-нибудь путевое! Так-то ты меня благодаришь?

— РРРРАААРРРГХХ!!!

Рывок — удар — блок тучей вязкого дыма. Саламандру? Ту саму, что он встретил в Запретном лесу? Откуда этот подонок знает о ней?

— Победи меня, и я расскажу, — усмехнулся Поттер, сильнее опутывая гриффиндорцами прочными как сталь жгутами из тьмы, — все.

Внезапно непреодолимая сила дернула пятикурсника вверх, и в следующую секунду его голова на огромной скорости врезалась в потолок. Броня и череп выдержали, но страшный гул едва не лишил парня сознания.

— Держись, Лонгботтом! — заверещал темноволосый ублюдок, держа шею парня в стальных тисках черного дыма и совершенно безумно хохоча. — У нас впереди еще целая ночь!!!

* * *

В очередной раз споткнувшись о невидимую в ночной мгле корягу, Рон с громкими нецензурными выражениями рухнул на землю. Влажная трава, покрывавшая опушку Запретного леса, мгновенно забилась за шиворот, неприятно щекоча кожу. Вскочив на ноги, Уизли принялся ожесточенно вытаскивать травинки из своей рыжей шевелюры, одновременно не переставая проклинать как саму поляну, так и весь лес в частности.

Хех, глупый мальчишка.

Я аккуратно пробирался между толстыми стволами вековых деревьев, не выпуская студента Хогвартса из виду. Аккуратные, выверенные шаги и пригнувшееся почти к самой земле тело делали меня незаметным для юного маглолюбца, непонятно зачем забравшегося в самую глушь этой ночью. Рядом нетерпеливо зарычал Саймон, но я оборвал его, просто оскалив свою волчью пасть. Молодой, но уже опытный оборотень недовольно прижал свои острые уши к мохнатой голове и затаился за ближайшим кустарником. Тридцать серых теней за моей спиной последовали его примеру.

— Проклятый Малфой! Проклятый Поттер! Проклятый Волдеморт!!!

Уизли рвал и метал, выплескивая всю злобу на ни в чем неповинный булыжник, поросший мхом. Старая и явно не подходящая мальчишке палочка плевалась искрами и ни в какую не хотела выстрелить одним из тех страшных проклятий, которые орал рыжий.

Саймон, а за ним и остальные, начинает нетерпеливо ерзать на месте. Из-за паники, охватившей всю Англию, мы больше месяца питались только пленными аврорами да случайно подвернувшимися под руку маглами, что не могло не сказаться на нашей волчьей части. Я и моя стая были голодны. Я кивнул Саймону, и тот мгновенно понял команду. Ветер дул в сторону Хогвартса, поэтому, если в замке находился отступник Люпин, запах крови могли и учуять. С другой стороны, в Запретном лесу может случиться что угодно, а на таком расстоянии и во время нападения нельзя точно определить личность мертвого.

В конце концов, один птенец из выводка Уизли не станет большой потерей для птичника?..

Рыжий яростно выкрикивал заклинания, но, судя по всему, удача окончательно покинула гриффиндорца. Сначала Гермиона, потом Джинни, а теперь и проклятая палочка… И пятикурсник знал, кого в этом винить. Поттер. Призрак из хорошо известной каждому магу сказки оказался совершенно не таким, как его описывали многочисленные биографы.

— Будто нам и Сами-Знаете-Кого было мало! — сплюнул Рон, снова рассекая воздух искрящейся деревяшкой. Юноша бесился, потому что не мог отомстить, вернуть долг чертовому шрамоносцу. — Да провались все к…

— YOBANIY RO-O-OT!!!

Незнакомый вопль выдернул школьника из его тяжелых мыслей, заставив мгновенно встать в боевую стойку. Что ни говори, а за этот год преподаватели и члены Ордена Феникса сумели вдолбить основы самообороны и сверх того в головы каждого студента. Хотя Рон и не считал это необходимым для себя, ведь он, как-никак, сопровождал своего друга Невилла во всех его передрягах и не раз выживал даже в самых безвыходных ситуациях.

Источник крика рухнул где-то в кустарниках, издав при этом характерный звук ломающихся костей. Не до конца осознавая происходящее, Уизли принял пострадавшего за одного из тех студентов, которые любят погонять на метле ночью, но не умеют ею хорошо управлять. Из кустов послышалось шуршание, говорившее о том, что упавший был еще в сознании.

— Кто это? — громко спросил Рон, осторожно подбираясь к шевелящимся кустам. Несмотря ни на что, в замке был объявлен военный режим, а кидаться очертя голову куда ни попадя пятикурсник разучился под бдительным контролем Кингсли. — Эй?

— …sranie kusti!.. — незнакомые слова, сказанные раздраженным и прокуренным мужским голосом, натолкнули Рона на мысль о Хагриде, перебравшем бренди в Кабаньей голове. Однако эта версия не объясняло того, каким образом лесничий мог бы свалиться с небес на землю. — Stop, a ti kto?..

— Хагрид, это ты?.. — настороженно произнес Рон, не отводя острия палочки от все интенсивнее дрожащего куста.

— Brat, past’ zakroi, — продолжал тем временем потенциальный «Хагрид». — Ot tebya neset kak ot psini… Suka, chari perevoda slomalis’!!!

— Кто это? — уже настойчивей повторил Уизли. Парня начинало бесить полное игнорирование своей личности и…

И тут из кустов раздалось отчетливое рычание. Голодное и злое, какое бывает только у волков. Или у оборотней в…

Рон взгляднул на небо и после пяти секунд поисков нашел четкий светящийся диск.

…в полнолуние.

— Translate! — короткая вспышка и снова рычание. — Translate, chob tebya!!! Eblo zatkni, vonyuchaya pizda trolya!..

Рык, хруст, скулеж. Рона била такая дрожь, какой он не помнил со времен побега Лестранж из Азкабана. Оборотень и пьяный Хагрид… и где Невилл, когда нужно его проклятое везение! Внезапно шум из кустов прекратился, а мгновение спустя из них, ломая сучья и обрывая листья, со скоростью пушечного ядра вылетело нечто огромное и черное. Автоматически пригнувшись к земле, Рон неуклюже перекатился в сторону и послал в таинственный снаряд убийственную дозу метана, который выделился из его организма под воздействием экстремальных условий. Иными словами, гриффиндорец позорно пукнул, пытаясь поскорее оказаться подальше от жуткой поляны. Сзади раздался удар чего-то тяжелого о ствол дерева, и тут звериный рык, исполненный злобы и ненависти раздался отовсюду.

Едва сохраняя сознание, пятикурсник повернулся в сторону упавшего черного нечто, на проверку оказавшимся обыкновенным мертвым оборотнем, с типично оторванной нижней челюстью и продавленным без особой фантазии черепом. Естественно, не желая терпеть подобного неуважения к собрату, из чащи на поляну выступили другие вервольфы в количестве трех десятков. Впереди всех, грозно ощетинившись, ступал гигантский черный как ночь волк, чьи челюсти вполне сгодились бы и белой акуле. Глаза зверей горели кровавым пламенем, не сулившим обидчику в кустах ничего хорошего.

— Translate! — по-видимому, неизвестный не прекращал попыток сотворить заклинание переводчика, но резкие вспышки голубоватого света и искры говорили о том, что ни черта у него не получалось. — Tran… Otkuda eta von’, trahni menya umertvie?!

Ветки кустарника зашевелились вновь, и через секунду из них вылез весьма колоритный тип. Грязные и спутанные лохмы, молочно-белые глаза без зрачков, многочисленные татуировки и шрамы на лице, тюремная роба и невероятный аромат, грозивший свалить даже тролля, ознаменовали появление этого странного мужчины, морщившего нос и зло переглядывавшегося с вожаком стаи оборотней.

— ГГГРРРРААААА!!! — взревел черный здоровяк, демонстрируя отличные клыки и плюясь слюной от бешенства.

— ETO OT VAS TAK NESET, PROKLYATIE SHAVKI?!?!?! — не остался в долгу бомжеватого вида мужик, доставая из карманов робы кривой кинжал и поудобнее перехватывая палочку.

События развивались стремительно. Повинуясь яростному взмаху лапы вожака, сразу пятеро огромных волков устремились к мужчине, всем своим видом показывая недоброжелательность намерений. Но маг не растерялся и не отступил, как сделал бы на его месте любой нормальный человек. Вместо этого он сам кинулся навстречу вервольфам с диким криком. Опешившие было оборотни на мгновение замедлились, и это стало их ошибкой.

Не теряя времени, волшебник крутанул палочку в руке, вырисовывая какой-то странный узор. Сорвавшаяся с конца деревяшки красная молния угодила первому оборотню прямиком между глаз, от чего череп монстра мгновенно взорвался, разбрасывая и разбрызгивая во все стороны ошметки мозгов и кровь.

— Reducto! — фиолетовая вспышка взрывного просвистела мимо морды одного из оборотней, но попала точно в бок его соседа. Раздался жуткий вой, и зверь с развороченным боком мешком рухнул на землю.

Вожак рыкнул, приводя своих подчиненных в чувства. Три оставшихся волка одновременно бросились на наглеца, занеся для удара лапы и широко раскрыв пасти. Тяжело ухнув, незнакомец взмахнул палочкой, трансфигурируя валявшееся у его ног бревно в длинных кол. Не успевший увернуться волк с протяжным скулежом насадился на острие и замолк в одно мгновение. Нож в руке мага опасно сверкнул в свете луны, и незнакомец, с невероятной скоростью оказавшийся под одним из потерявших разум от угара боя монстров, рубанул клинком над собой, вспарывая живот волку. Последний из пятерки, увидев незащищенную спину человека, торжествующе зарычал. Но когда когти хищника уже были готовы разодрать мага в клочья, а челюсти — сомкнуться на горле оборванца, татуированный мужчина резко развернулся и… одним стремительным движением рук разорвал пасть оборотня до самых ушей.

— А… — Рон не мог вымолвить ни слова. Прошло не больше десяти секунд, но незнакомец с особой жестокостью успел уничтожить пятерых крупных волков, при этом двоих — голыми руками. После снятия Порога гриффиндорец замечал, что физическая сила увеличилась как у него, так и у других студентов, но не настолько, чтобы разорвать такого монстра как оборотень голыми руками почти напополам.

— DAVAI!!! YA VSEH VAS PORESHU, TVARI!!! — заорал мужчина, размазая кровь оборотней по своему лицу. В этот момент, стоя в полумраке леса и освещаемый лишь ясной луной, держа в руке окровавленный нож и сам покрытый потеками живительного алого сока, этот демон был по-настоящему страшен. Нечеловеческие глаза бешено выпучились, а напряженная поза говорила только об одном желании — убивать. — IZ-ZA VAS POTTER TEPER’ NATYANET MOYU ZADNIZU NA NOGU, VONYUCHIE SHAVKI!!!

— Поттер… — шепотом повторил Рон, словно заклинание. — Поттер…

Смерть и хаос. Вот что принес Мальчик-Который-Выжил в жизнь простого парня Рона Уизли. Изнасилованная и психически травмированная подруга, убитая сестра и сошедший с ума лучший друг… Гриффиндорец с какой-то отстраненностью наблюдал за дальнейшей схваткой оборотней и того, кто каким-то образом связан с Гарри Поттером. Мужчина с невероятными криками и остервенелостью резал, рвал и испепелял чудовищ одной только палочкой, ножом и руками. Лесные монстры выли и рычали, пытаясь как-нибудь подобраться к противнику, но каждый попытавшийся натыкался либо на смертоносное проклятие, либо на голодное острие кинжала. Вскоре против мага вышел вожак. По косому шраму через левый глаз и серому пятну на боку Рон узнал оборотня — Фенрир Сивый, сильнейших пленник лунного цикла в Британии и верный Пожиратель Смерти из Внутреннего круга Темного Лорда. Точно такой, каким его описывали в листовках, что раздавали авроры.

Прошло не больше минуты, прежде чем главарь самой большой стаи вервольфов в Европе рухнул на землю, разорванный пополам небывалой силой мага. Оставшиеся семь волков трусливо бросились в гущу леса, подгоняемые собственным страхом перед чудищем, превзошедшим даже их. На типе с белыми глазами было целое море крови, но вся она принадлежала только монстрам. На нём самом не было ни царапины.

— Так вот какова твоя сила, Гарри Поттер… — покачиваясь из стороны в сторону и прижав колени к груди прошептал Рон. Ему не было страшно, несмотря на кровь, забрызгавшую всю его школьную мантию. Ему не было больно, хотя отлетевший в сторону в разгаре боя труп оборотня сильно ударил его в бок и, кажется, сломал пару ребер.

Рон Уизли презирал этот мир и себя.

За то, что не был и никогда не станет тем, кем может восхищаться сестра и мать. Потому что Джинни мертва, а взбалмошная и отважная Молли не выживет в этой мясорубке.

За то, что не сможет отомстить Поттеру. Даже с помощью Невилла, Гермионы, Дамблдора и самого Мерлина. В своей ненависти к врагу юноша сам себе казался козявкой, царапающей гору.

За то, что не стал-таки капитаном сборной по квиддичу. За то, что не признался в любви одной лохматой зубриле с кривоватыми зубами. За то…

Гриффиндорец спокойно смотрел на мужчину с белыми, светящимися в темноте глазами, который навис над ним, поигрывая ножом. Парень был пуст, как пуста телесная оболочка после поцелуя дементора.

— Я ничего не смог, — прошептал в тот момент, когда холодные пальцы сжали его голову, а лезвие ножа коснулось шеи. — Прости меня, мама…Герми…Джинни… Невилл…

— Ei, ti v poryadke, paren’? — взволновано произнес Гриша, пытаясь проверить, нет ли у школьника горячки. Когда тонкая струйка крови потекла из маленького пореза на шее юноши, неудачливый русский с досадой вытер окровавленный кинжал о мантию парня и убрал оружие в ножны во внутреннем кармане.

— …Тонкс…Люпин…и вы тоже, профессор Снейп… — продолжал тем временем прощаться с жизнью не менее неудачливый гриффиндорец.

— Blyat’, — Распутин вспомнил, что он уже почти сто лет как является физически мертвым и убрал руку со лба мальца. Пощечины, ругательства и тряска также не помогли школьнику прийти в себя.

— …нет, вы не правы, профессор Снейп, я должен извиниться… — скулил Рон под градом пощечин со стороны слуги Поттера.





"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.


Сообщение отредактировал Lord - Воскресенье, 26.08.2012, 18:26
 
ShtormДата: Пятница, 29.04.2011, 14:31 | Сообщение # 39
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Переоценил себя Лонгботтом. Я что-то не понял: Рона завалили? wacko


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Леди_СелестинаДата: Воскресенье, 11.09.2011, 17:44 | Сообщение # 40
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Автор фик просто класс. Когда будет новая глава? ну да слегка с Лонгботтом непонятно, а так идея прикольная. Творческих тебе успехов.


Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
LordДата: Воскресенье, 11.09.2011, 17:54 | Сообщение # 41
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Sveta, авторы решили переделать фик, посему, когда прода не ясно. dry




"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.
 
ShtormДата: Понедельник, 12.09.2011, 13:55 | Сообщение # 42
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Quote (Lord)
авторы решили переделать фик, посему, когда прода не ясно.

Да что же такое?



Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
LordДата: Понедельник, 12.09.2011, 15:54 | Сообщение # 43
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Shtorm, хз, Мише не понравился фик, при этом ему разонравился и Гп фандом и сейчас он где-то ещё виснет.




"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.
 
ShtormДата: Вторник, 13.09.2011, 14:44 | Сообщение # 44
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Жаль. Но хочется верить, что фик будет дописан


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Алексис_))Дата: Среда, 30.05.2012, 19:00 | Сообщение # 45
Химера
Сообщений: 521
« 53 »
Жаль что забросили sad
 
LordДата: Воскресенье, 26.08.2012, 17:55 | Сообщение # 46
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Глава 23.


Грандиозность, как предсказуемая неизбежность. Мы, любители громких слов и пышных похорон, никогда не задумываемся над тем, как глупо все это может выглядеть со стороны простого грязнокровки. А зачем? Мы выше по происхождению и положению в жизни, и не пристало каким-то плебеям смотреть на нас с насмешкой. Это… неправильно.

Ну, а если кто-то из роя насекомых пищит слишком громко и кусает слишком больно, его нужно давить, не так ли, Том?

«Будь ты проклят, мерзкий выродок!!! Ублюдок, сын скользкого труса…»

Ну-ну, не стоит так кричать. Ведь по идее, нынешний темный Лорд — это уже не ты. Поэтому не принимай все так близко к сердцу, и вполне возможно у тебя появится еще один сосед.

Я иду быстрым шагом, стараясь оставаться в тени. Как и ожидалось, весть о моей небольшой стычке с гриффиндорским увальнем достигла ушей Волдеморта. Раскаты грома, гремящего снаружи, слегка приглушают разносящиеся по замку крики и звуки взрывов. И, что также очевидно, чем ближе я подхожу к восточной башне, тем отчетливее каждый звук.

«Он одолеет тебя! — внезапно развеселившимся голосом прокричал Редл в моей голове. С того самого момента, как он понял, что именно я собираюсь сделать с другой его частицей, в величайшего темного мага столетия будто бес вселился. Мне с большим трудом удавалось держать его голос в районе жужжания мухи, так как в противном случае я мог элементарно оглохнуть. — Да, он убьет тебя, а потом освободит меня! Твое тело станет моим, сосунок!!!»

Весьма сомнительно.

Ночные коридоры Хогвартса во все времена отличались невероятной красотой и загадочностью. Словно в завораживающей сказке, эта особая неосязаемая магия замка пронизывает всех гостей, окуная их в новый мир. Даже призраки, как оказалось, не покидают Вторую крепость не только потому, что именно в этих стенах их держат земные обязательства, но и из-за соблазнительной романтики. Какой человек, пусть даже мертвец, откажется от возможностей, которые предоставляет смерть в Хогвартсе? Разве что невероятные зануды.

«Не согласен, молодой человек, — спокойно, немного скучающе возразил Толстый монах. — многие отчаянные путешественники предпочли вечные странствия спокойной не-жизни. Не стоит лить все вино в одну бочку».

«А я полностью солидарен с блондинчиком Драки-Шмаки. Никогда бы не променял Хогвартс на какой-нибудь замшелый Тауэр или Стоунхендж!»

— Я и не сомневался в тебе Пивз, — тихо усмехнулся я. Тихо — это потому что в одном из боковых коридоров какой-то предприимчивый Пожиратель пытался изнасиловать…

«Лаванда Браун, пятый курс!» — с паникой в голосе, присущей только сострадательным и добрым людям, воскликнул Почти Безголовый Ник. Что ж, в конце концов ты несколько столетий был призраком факультета маленьких котят, Николас.

А бедняга-насильник, судя по всему, на нервной почве потерял всякие намеки на мужскую силу. Ну как иначе объяснить приглушенные ругательства этого взлохмаченного оборванца, наверняка принятого в ряды бойцов Темного Лорда лишь из-за недостатка кадров, и издевательские матерные словечки той самой Лаванды?

«Отменная стервочка, скажу я тебе!» — хохотнули в один голос Пивз и Плакса Миртл. Я снова улыбнулся, не стараясь скрыть своего торжества.

Найти место ежегодного сбора приведений Хогвартса, не видящих друг друга порой по несколько лет, оказалось не так уж и трудно. Благо, Редл в свое время хорошо изучил подземелья замка, поэтому я не тратил время на бесполезные коридоры, оканчивающиеся тупиками. Ничего особенного — небольшое сырое помещение, освещенное огарками свечей и старыми, отсыревшими факелами, чье пламя грозило погаснуть в любой миг, да пара домовых эльфов, что играли на грубых самодельных музыкальных инструментах, оглашая комнату унылыми мелодиями.

Я чувствовал, просто знал, доверяя своим инстинктам и магии, которая струилась в древних стенах замка, а теперь дрожала под напором чужаков, что Волдеморт сдержал слово и напал на крепость. Мы, слизеринцы, наследники древних родов и впитавшие древнюю магию с молоком матерей, были нужны змеелицему ублюдку. Нужны настолько, что даже страх перед Дамблдором и магией основателей не остановил его. Мне это, с недавних пор, стало только на руку.

Я вошел в комнату, до отказа наполненную тысячами призраков, и в мгновение ока обратил к себе внимание. Еще бы, наверняка, за многие годы я был единственным живым, кто посетил их ежегодную сходку.

— Что вы здесь забыли, юноша? — вежливо поинтересовалось приведение какого-то мага в рваной мантии алхимика. Или, может быть, и не в ней. Духов и полтергейстов было слишком много, и от того казалось, что все помещение заполнено плотным сизым туманом.

— Уверяю вас, сущую безделицу, — так же учтиво ответил я, протягивая ладонь для рукопожатия. Кто-то из толпы призраков удивленно покосился на меня, но, к счастью, заговоривший со мной мертвец был не из них.

— Что ж, думаю, я мог бы вам помочь — улыбнулся он и доверчиво пожал мою руку, ничего не заметив. Те немногие из духов, кто отметил мое странное поведение, ошарашенно взмыли в воздух, а остальные просто тупо мотали головами, не понимая, в чем дело.

Мертвец коснулся человека. Бесплотный, получеловек, состоящий из плазмы и астрального слепка умершего колдуна, смог дотронуться до живого, словно имел плотное тело. Они были ошарашены, либо еще не догадались.

Но мне уже было все равно. С того самого момента как дух дотронулся до меня, магия, та самая, что взорвалась в схватке с Лонгботтомом, вновь проснулась и отозвалась приятным покалыванием. Это было похоже на жгут, стянувший меня со всех сторон и плотно привязавший к пленникам в моем сознании. Мне было душно, сердце участило темп, голова закружилась, а перед глазами словно померкло. Но было кое-что, к чему тянулось то естество, что позволяло мне ощущать неимоверную мощь, магию за пределами разумного. Это была…

— Вы в порядке, юноша?

Человеческая душа.

— Хааа… — я закинул голову назад и шумно выдохнул. Жгут немного ослаб, и освободившийся конец устремился по моему телу, по венам через руку, прямо к сомкнутым ладоням человека и призрака.

— Что?.. — алхимик попытался выдернуть свою полупрозрачную руку, но на всеобщее удивление не смог. Моя сила уже сковала его, и теперь проникала к ядру этой некогда живой души, чтобы схватить, поглотить и сделать меня еще сильнее.

Строй призраков задрожал от криков и воплей, когда их товарищ стал медленно тускнеть и подобно дыму втягиваться в мою руку. Флоренция, 1872 год… прелестная колдунья Мая из кабака на углу третьей улицы… исследование крови гигантов и лавандового масла… малыш Эмет…

Я всасывал знания, накопленные этим человеком за восемьдесят три года жизни. Заклинания, рецепты зелий, память о родных и близких, врагах и товарищах. Все, чем когда-то был маркиз Джованни Пацци, становилось моим, капля за каплей, все… без остатка.

Я открыл глаза всего через миг после начала поглощения, но несчастного алхимика уже не было в комнате. Он был внутри меня, кричал и бился о стенку сознания, спрашивая вопросы, на которые нехотя давали ответы Редл и Голдберг. Он был моим, полностью и навсегда.

Удар ногой, и стены, пол и потолок комнаты покрываются тонким слоем магического льда, не давая сбежать запаниковавшим призракам. Им страшно, они держатся за свою не-жизнь как отчаянные трусы, а я иду. Одного за одним, душу за душой, я пожираю их, чтобы заточить внутри своего разума. Мне не нужно больше мгновения — одно прикосновение и я уже прожил целую жизнь. Их становится меньше с каждой секундой. Политиков, воинов, генералов, ученых, священников…

А я просто ем. Поглощаю их, словно голодный зверь пожирает куски мяса. С каждым мгновением я становлюсь сильнее, заклинания и стратегии, книги и истории — все это мое. И жгут, опутавший мою собственную душу, становится чуть слабее.

Я выныриваю из воспоминаний, чтобы невербальным беспалочковым заклинанием приколоть тела жертвы и насильника к стене. Кажется, они даже не поняли, что случилось, когда трансфигурированная металлическая игла пробила их головы. Ха, если бы гриффиндорский лже-герой попался мне сейчас, я бы уничтожил его за мгновение ока. И не только его.

Всех.

Каждого врага моего мира. Мира магии, что течет в моих венах и которую я буду, согласно завещанным обетам своих предков, защищать до последнего вздоха.

Страшитесь, враги мои.

— Я гряду…

* * *
— Плохо, — помотал он головой. — Давай еще раз.

— Ррррааааа!!! — я уже не могу себя контролировать. Выжжено, вырезано, вырублено все человеческое. Остался лишь он, этот чертов ублюдок!

Я бью изо всех сил, оставляя за собой пламенеющую дорогу огня и накаленного воздуха. Вкладывая столько магии и внутреннего огня, сколько могу из себя выдавить, лишь бы один раз, хотя бы один проклятый раз попасть по этой безумной, лишенной всего человеческого роже в сгустках черного как сама ночь дыма. Чешуя на моем кулаке трескается, и из алеющего провала рвется наружу пламя, что горит, бурлит в моем сердце. Я достану тебя, сволочь, разрушу, разорву, превращу…

— В пепел!!!

Рев, взрыв и новая туча пыли и каменного крошева. Стены моего родного, как сам дом, Хогвартса трясутся от адской силы удара. Мне плохо, моя душа рвется на части от осознания того, что мой любимый замок получает раны. Кожей, ставшей тверже камня, я чувствую агонию той магии, что заложили Основатели в эти древние стены.

— Нет, ты ничему не учишься, толстяк, — глумливо хихикает эта тварь за моей спиной, вновь собирая свое тело в одно целое из текущих в одну точку тонких потоков тьмы. — Придется тебя наказать…

Он быстр. Слишком быстр даже для меня. Я не могу уследить за его движениями, даже двигаясь на максимальной скорости. Это похоже на безумный кошмар — везде, куда падает мой взгляд, я вижу только черные провалы его темной магии, которая бьет, режет и колит мое тело, пробивая броню чешуи, не обжигаясь моим пламенем. О, Годрик Гриффиндор, если ты действительно мой предок, то дай мне немного сил, чтобы спасти моих друзей от этой мрази.

Он отшвыривает меня к противоположной стене коридора, не переставая хохотать и кромсать мое тело черными жгутами. Он везде, эта тварь бьет каждую часть моего тела. Я пытаюсь отмахиваться, разрываю воздух своим громогласным рыком и ударами покрытых пламенем кулаков, но все это бесполезно. Я словно дерусь с воздухом, как будто нет вовсе в этом коридоре никакого проклятого Гарри Поттера, а жуткий смех и удары приходят буквально из небытия.

Очередной удар, и вот я лежу на горячем от моего прошлого удара полу. Маленькие лепестки пламени еще дрожат на моем теле, но я чувствую, что силу уже покидают меня. Руки не слушаются и не хотят двигаться, как бы сильно я не молил их ударить еще разок, потому что сам, в глубине души…

— …ты знаешь, что все это бесполезно. Тебе не победить меня. Не при твоих нынешних силах.

Незнакомый голос распарывает тишину, как зазубренный кинжал разрывает толстый кусок ткани. Я из последних сил приподнимаюсь на локтях, чтобы увидеть глупца, по незнанию попавшего в этот проклятый коридор, но не нахожу его. Вместо него, прямо передо мной сидел Поттер. Я ошарашенно смотрел, как он, уперев взгляд в пол, дрожал и раскачивался из стороны в сторону.

— Что?.. — я ошибся, или на мгновение из его чертового голоса пропали те истерика и безумие, что властвовали над ним во время нашей схватки, которая, кажется, длилась уже целую вечность?

— Чего ты хочешь, Лонгботтом? — спрашивает он в ответ, медленно поднимая на меня свой взгляд. Не тех, что сияли черной бездной всего несколько секунд назад, когда этот сумасшедший резал и бил меня, а обыкновенных, человеческих глаз тускло-зеленого оттенка.

Я опешил. Не имея сил даже двинуться с места, я был великолепной мишенью. Со своей бешеной силой, этот ублюдок мог добить меня не моргнув и глазом, так почему? Почему он говорит и ведет себя не как чудовище в мои, может быть, последние минуты жизни, а как человек?

— Верни, — сглатываю я застрявший ком страха и паники в горле. Даже если я умру здесь, нельзя допустить, чтобы эта мразь добралась до остальных! Нельзя дать ему убивать и разрушать чужие жизни. — Луну… верни ее…

Раны мои слишком глубоки, а сил слишком мало. Я могу лишь выдавливать из себя короткие фразы, надеясь, что эта скотина услышит меня. Мерлин, я ненавижу Поттера больше Волдеморта, больше любого Пожирателя на всем белом свете. Но только эта тварь сейчас может вернуть моего ангела, выпустить ее из клетки. И ради нее, ради всех остальных магов и маглов, я готов пожертвовать жизнью здесь и сейчас.

— Как благородно, толстяк, — усмехается этот клоун, откидывая в сторону дурацкий цилиндр и превращая свою кричащую цветами одежду в обычную мантию на голое тело со штанами. — А если я верну ее домой, то что? Ты сможешь защитить ее от Темного Лорда, Пожирателей и Малфоя? Поможет ли тебе твой хваленый директор с красивой белой бородой?

— Не… не неси чушь, сволочь… — выдавливаю я в тот миг, когда последние силы покидают меня, и падаю навзничь на слегка остывший каменный пол. Неудобно, холодно и больно. Но мне никогда не было легче. Всегда, всю жизнь я должен был терпеть трудности, которые взвалила на меня судьба. И… лучше я, чем другие. — Я защищу ее и других даже ценой своей жизни! Даже если мне придется вечность гореть в Аду, я защищу всех от тебя и прочей нечисти! Вы… хаа… твари, ублюдки, которым не дела до других. Вы можете только разрушать и убивать. Ты не сможешь понять меня, Поттер. Ты, кто никогда не жертвовал чем-то ради других, кто лишает других людей ради своей простой прихоти. И будь я проклят, если в один день тебя не низвергнут в бездну, где место темным тварям и черным колдунам вроде тебя!

Последние слова я уже выкрикивал, раздирая свое саднящее горло. Читай, читай мои мысли, подонок, и знай, что никогда мир не покроется мраком из-за таких, как ты! Если уж я, неуклюжий неудачник, мог несколько лет хотя бы мешать Волдеморту, то и на тебя найдется управа!

— Ты проиграл Малфою, а меня не смог даже задеть, толстяк, — спустя минуту с грустной издевкой отозвался Поттер, подойдя ко мне вплотную и наклонившись над моим лицом. — Редла ты, может быть, и победишь, но как быть с другими? Нас четверо, Лонгботтом, и на данный момент ты слабейший. Ты ничего не сможешь дать ни магическому миру, ни Луне.

Он заносит свою покрывающуюся черной дымкой руку над моей головой, и я кожей начинаю чувствовать. Это он. Да, это последний удар. Я не смогу ни вытерпеть, ни защититься от него.

— Один древний маг, чья воля была мною порабощена, сказал мне, — произнес Поттер, окидывая взглядом мои раны. — «Враг, павший на колени, становится рабом. Но соперник, сильный и могучий, встав на колени, превращается в союзника, преданней которого нет под этим солнцем». Если тебе так хочется еще раз увидеть эту сумасшедшую девчонку, присоединяйся ко мне. Я научу тебя пользоваться своей силой и помогу осуществить твои мечты.

— Пошел ты, выродок! — выплюнул я ему в лицо. — Никогда, слышишь, никогда я не стану бок о бок с тем, кто причинил столько боли моим друзьям и близким!

— Ты глуп, — продолжает он спокойно, презрительно смотря на меня своим до сих пор человеческим взглядом, словно на букашку под ногами. — Я надеялся, что ты сможешь повеселить меня, но твоя сила слишком ничтожна. Ты создашь кучу проблем, если оставить тебя в живых.

Я не зажмуриваюсь, а через силу смотрю ему в глаза. Сволочь. Я ненавижу тебя всеми фибрами своей души.

— Чего… — я хриплю в ожидании своего последнего удара, который оборвет мою никчемную жизнь. — ты добиваешься… мразь?

Он усмехается.

— Если бы я знал, толстяк… — сила в его руке заставляет меня дрожать. Слишком много темной магии. Слишком большая разница в силе. — Надеюсь, Лавгуд не сильно расстроится…

Он бьет, и в тот же миг коридор озаряет вспышка золотого пламени. Оно везде, плывет по стенам и окутывает меня с ног до головы. Я недоуменно смотрю по сторонам в поисках источника этой магии, и тут…

Пение. Дивное, сказочное пение феникса достигает моих ушей. Фоукс выныривает из пространства, телепортировавшись сюда с помощью своей, особой магии. Поттер отшатывается и жмурится от света, охватившего все вокруг, а я неверяще смотрю на феникса, представшего передо мной во всей своей красе. Сильные крылья в красно-золотом оперении широко раскинуты в стороны, а голова с кривым клювом и гордо раскрытым хохолком поднята вверх.

Что-то падает мне на живот. Что-то твердое и тяжелое. Мои руки, обласканные целебной магией феникса, медленно нащупывают холодный металл, острый металл…

— Меч Гриффиндора… — хриплю я, медленно поднимаясь на ноги. Я крепко сжимаю рукоять короткого клинка и смотрю в глаза своему спасителю. — Фоукс…

«Старшие приняли решение, Пожиратель. Я, Хранитель пламени жизни, покоряюсь тебе».

— Ч…то? — я ничего не понимаю, следя за тем, как Фоукс, передав мне свои мысли, исполненные горечи и какой-то странной обреченности, зависает перед моим лицом. Жар, но не колючий, а ласковый и необычно родной окутывает меня и нечто, что живет в моем сердце, изо всех сил начинает тянуться к этому дивному существу. Мое пламя, весь огонь моей ненависти и гнева словно утихает, и я чувствую голод. Магия феникса, что так близко, манит меня своим вкусом, своей вечной, безудержной силой.

Будто в полудреме я поднимаю руки и тянусь, тянусь к птице, которая уже дрожит, немигающим взглядом напуганного зверя смотря на меня. Но я не обращаю на это внимания, все мое существо желает Фоукса, как заблудившийся в пустыне странник тянется к заветному колодцу. Сила…

«Будь ты проклят…»

Голос феникса в моей голове, даже такой грустный и печальный не может меня остановить. Я хватаю птицу за горло, и в тот же миг меня словно с головой окунают в море блаженства. Тепло, неподвластное никому в этом мире, проникает в мое тело, и я чувствую…

Жажду.

Желаю.

— Ррраааргх… — я инстинктивно открываю рот и начинаю поглощать. Жизнь, магия, сила вечной птицы льется в меня, а Фоукс только смотрит в мои глаза и плачет. Прямо как в тот раз, на втором курсе, когда лечил мои раны после боя с василиском. Он льет слезы по своим последним мгновением и поет утихающим голосом, а я…

А я пожираю. Впитываю бесконечную жизнь словно в экстазе, позабыв обо всем человеческом, наслаждаясь мощью вечности в моих венах.

Фоукс умирает только тогда, когда я всасываю последние крохи его жизни, а прекрасная песня феникса замолкает навсегда. Он рассыпается пеплом, что ложится на землю неровной кучкой, и только тогда я понимаю, что натворил. Феникс, сжалившись надо мной, спас мою никчемную жизнь взамен своей и дал еще один шанс…

— О, дьявол, да нет же! — раздается голос Поттера за моей спиной. - Это их задача, предназначение Детей Огня — отдать тебе свою силу и жизнь, как передо мной у дементоров. Они ненавидят и проклинают нас, но ничего не могут поделать с договором, которым их связал Гриндевальд. Нет тут никакого благородства или жалости - просто обыкновенная покорность смертника перед казнью.

— Нет.

Я чувствую силу. Магия Фоукса лечит мое тело и душу, вновь и вновь распаляя тот огонь, что в бессилии уже было погас. Не просто восстанавливает, а делает сильнее, жарче, яростнее. Бесконечно, постоянно, не прекращая ни на секунду… Мощь, моя мощь возвращается и растет с каждым мгновением, а враг так близко.

— Ты ошибаешься, сволочь.

И я бью. Бью в стократ быстрее прежнего и в тысячу раз сильнее. Белое пламя, вырывающееся из моей раскрытой ладони, в тысячную доли секунды достигает не успевшего среагировать Поттера и сносит его со своего пути, оставив за собой лишь оплавленную ровную просеку в стенах Хогвартса.

— Кха-а-а! — кричит мой враг от боли впервые за нашу схватку, хватаясь здоровой правой рукой за сильно обожжённую левую.

— Кто-то верит в меня.

Скачок, больше похожий по скорости на аппарацию, и удар кулаком, охваченным белым пламенем прямо в челюсть. Поттер выставляет перед собой правую руку, пока черная дымка быстро залечивает раны от моего первого удара. Наши кулаки сталкиваются, и я начинаю давить. Тьма расползается по моему запястью, оплетая руку и гася огонь, но мое пламя пожирает и рвет его неосязаемую плоть. Мы почти равны сейчас, когда я сильнее, чем когда либо, а он шокирован и ранен. Но это ненадолго.

— И ради них я уничтожу тебя, Поттер.

Удар, удар, прыжок, кувырок…

Мы кружимся в жутком танце яростных всполохов огня и тучах черного дыма. Хогвартс уже не дрожит — он трясется от нашей схватки. Он бьет и попадает, но раны мои вспыхивают пламенем и милосердная сила Фоукса вновь и вновь лечит и делает меня сильнее.

«Дети Огня… Саламандра и феникс. Сильные магические существа, даровавшие мне мощь схватиться с этим подонком».

— Рррраааа!!! — я врубаюсь в него всей своей массой, когтями и огнем, надеясь в этом прыжке разорвать сволочь пополам.

— Khazadhess!!! — жуткие татуировки на руках Поттера загораются красным светом, и в тот же миг неведомая сила отшвыривает меня прочь. Я пробиваю стену за стеной, а Поттер, вновь вернувшийся в свое безумное состояние, с затянутыми черной пеленой глазами и искаженным в кошмарной гримасе лицом несется вслед, обмениваясь со мной быстрыми как вспышка света ударами, от которых трясется замок и рвется воздух.

«Я понял тебя, Фоукс. Мне нужен дракон».

А наша схватка продолжается.





"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.
 
NomadДата: Воскресенье, 26.08.2012, 18:17 | Сообщение # 47
Черный дракон
Сообщений: 1501
« 163 »
Блин, я запутался в этой троице, нужно перечитать.


Только тогда вы поймете, что деньги нельзя есть?

Сообщение отредактировал Nomad - Воскресенье, 26.08.2012, 18:30
 
LordДата: Воскресенье, 26.08.2012, 18:26 | Сообщение # 48
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2730
« 168 »
Не ты один)))




"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.
 
Леди_СелестинаДата: Воскресенье, 26.08.2012, 18:40 | Сообщение # 49
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Открыла и глазам не поверила, новая глава.
Фик неплох, но вот напрягает неряшливость Гарри, а также тупость Луны. Хочется почитать красивый роман с садистом Поттером, а здесь выходит как-то нетипично.



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
Леди_СелестинаДата: Воскресенье, 26.08.2012, 18:49 | Сообщение # 50
Капризная Леди
Сообщений: 1478
« 373 »
Quote (Nomad)
Блин, я запутался в этой троице, нужно перечитать.

Да, зачем было столько их создавать, черт голову сломит.



Если удача повернулась к вам задом, не расстраивайтесь. Пните её! Она обязательно повернётся, чтобы посмотреть, кто это сделал.
 
Алексис_))Дата: Воскресенье, 26.08.2012, 19:29 | Сообщение # 51
Химера
Сообщений: 521
« 53 »
Последняя обескуражила и запутала еще больше.
Радует конечно, что фик не заброшен.
 
ShtormДата: Суббота, 01.09.2012, 03:29 | Сообщение # 52
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Тоже запутался. Поубивали бы уже друг друга что ли biggrin


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
ТронДата: Четверг, 03.01.2013, 23:29 | Сообщение # 53
Программа
Сообщений: 772
« 166 »
Тема закрыта.


Всегда его по жизни сопровождали два чувства: Он боялся, его боялись. Он ненавидел, его ненавидели. И обе стороны, как правило, эти чувства умело скрывали. Он себя контролировал, потому что знал – может убить. Все остальные – потому что знали: действительно может.
 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Марево (NC-17, гет, макси, в работе, Drama/Deathfic/Darkfic.)
  • Страница 2 из 2
  • «
  • 1
  • 2
Поиск: