Армия Запретного леса

Понедельник, 24.02.2020, 14:47
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Проверка на вшивость (ГП, джен, мини, G)
Проверка на вшивость
Black_PhoenixДата: Суббота, 14.03.2009, 12:14 | Сообщение # 1
« »
Название: Проверка на вшивость
Автор: Linnea
Жанр: Общий
Персонажи: Гарри Поттер
Рейтинг: G
Тип: джен
Размер: мини
Саммари: Он решил проверить своих друзей, разуверившись в них. Результат оказался плачевным. Но он нашел причину для того, чтобы спасти магический мир. Только одну причину.
Разрешение на размещение: получено

Обсуждение

Сообщение отредактировал Black_Phoenix - Суббота, 14.03.2009, 12:18
 
SchmetterlingДата: Пятница, 20.03.2009, 19:13 | Сообщение # 2
Химера
Сообщений: 600
« 31 »
Гарри задумчивым взглядом смотрел в спину удаляющейся подруге, Гермионе Грейнджер. Внутри все клокотало, но на лице не отобразилась ни одной гневной эмоции. И когда это Гарри Поттер стал таким спокойным и уравновешенным? Когда он научился управлять своими эмоциями? Вчера они прибыли в школу, а сегодня начались занятия. Шестой курс.
За лето он переосмыслил всю свою жизнь, все свои поступки, благо на это хватало времени. Его забрали только 1-го сентября, чтобы отвезти на вокзал. Никаких происшествий за лето, никаких писем, но, если уж разбираться, то ему было и не до этого. Боль от потери Сириуса занозой сидела в сердце, но он так ушел в обдумывание своей жизни, что времени на страдания не осталось, тем более что выводы были неутешительными. Вопросы росли как снежный ком. И чем больше он думал, тем больше их становилось. Поведение людей, окружавших его последние пять лет, приводило в недоумение, к разочарованию, раздражению и гневу, причем все эти эмоции сменяли друг друга по нарастающей. К моменту поездки в школу остался только гнев, сдобренный хорошей приправой из разочарования смешанного с надеждой.
Вся его жизнь была одним большим знаком вопроса. Сначала его на десять лет заперли с родственниками, которым он был не только не нужен, они были бы счастливы вообще не знать о его существовании. Он вырос в чулане метр на полтора, исполняя при своих родственниках роль раба. А потом пришло неожиданное известие: он – волшебник. Этим летом он впервые задумался над вопросом, почему за все десять лет никто ни разу не явился в их дом или даже просто взглянуть на него со стороны? Или же они все знали? Все было так задумано? Его жизнь расписали как по нотам? Чем больше он размышлял, тем больше вопросов возникало. Каждое воспоминание сначала вызывало на лице улыбку, затем грусть, потом друг за другом шли тревога, осознание и горечь, и, наконец, приходил гнев. Ему все больше переставало нравиться то, к чему он приходил в своих размышлениях. Что же происходило? Перед глазами стояли Дамблдор, весь прошлый год его избегавший; Гермиона, постоянно к чему-то его подталкивающая; Рон, изошедший от ревности к его славе, которая была ему не нужна; Снейп, обучающий его окклюменции каким-то изуверским способом и многие другие. Что же значило?
Гарри прищурился. Гермиона свернула за угол. Юноша развернулся и пошел в сторону комнату по желанию. Та как положено открылась после третьего прохода мимо нее. Перед юношей предстала затемненная комната. Стены были приятного оттенка темного бордо, вдоль которых стояли стеллажи с книгами. Напротив горящего камина стояло кресло, перед камином лежала белая шкура, справа от кресла – маленький журнальный столик с бокалом, в котором искрился какой-то напиток янтарного цвета. Огонь в камине весело потрескивал. Гарри вошел, дверь за ним тихо закрылась. Ему надо было все обдумать, а обстановка комнаты подходила как нельзя лучше. Гарри сел в кресло, взял бокал, сделал глоток. Он так и не смог определить, что за напиток ему предложила комната по желанию. Гарри погрузился в размышления.
Десять лет жизни в персональном аду в качестве личного раба для Дурслей-старших, боксерской груши для Дадли, козлом отпущения во всех мыслимых и немыслимых грехах и так далее и тому подобное не сделали его ожесточенным. Он не стал озлобленным, трудным подростком с "неискоренимыми криминальными наклонностями" (на этом месте Гарри усмехнулся), а остался наивным, смущающимся, доверчивым мальчиком. Десять лет он не знал правды о себе, слыша лишь оскорбления в свой адрес и в адрес родителей, которых и не знал-то. Почему Дамблдор решил, что ему не надо знать о магии, о своей семье? И почему его отдали именно Дурслям? Многое случилось этим летом. Одним из событий стало известие о том, что Дурсли не были его опекунами по закону. Оказывается, по закону они должны были пройти процедуру опекунства. Интересное получилось дело. В реальности никогда не существовало Гарри Поттера, опекунами которого были Дурсли. И как это понимать? И кто тогда его опекун, если не в маггловском, то хотя бы в магическом мире? А в том, что он у него есть, он не сомневался.
Следующие пять лет, окинутые новым взглядом, вызвали желание залезть в ванну и драить кожу, словно он не мылся все эти пять лет. Почему от только сейчас стал чувствовать фальшь? Он вспоминал каждое событие, раскладывал его на составляющие. И чем чаще это делал, тем отчетливее чувствовал неискренность сказанных ему слов, наигранность ситуаций, в которых оказывался за эти пять лет. Одна такая игра стоила ему Сириуса.
Так пролетело лето – в раздумьях, осмыслении и осознании. Он решил поговорить со всеми действующими лицами. Ему необходимо было удостовериться в своих выводах или же наоборот их опровергнуть.
Но разговор с Гермионой нарушил все его планы, он стал последней каплей, переполнившей терпение Гарри. Сомнения в своей неправоте разбились как волна о камни. Казалось бы, безобидный вопрос: "Почему вы мне не писали?" вызвал в ответ лекцию на час о его безответственности, лени, дурости, упрямстве и никчемности. Гермиона особо не выбирала выражения и характеристики.
Гарри поставил на столик бокал. Ему нужны веские доказательство. Взгляд был направлен на огонь, на лице появилась улыбка.
- Ну что же, пора выпустить наружу мою слизеринскую сущность, - проговорил он. Улыбка стала мрачной. Гарри встал и покинул комнату. На часах была уже полночь. На удивлении ему никто не попался на дороге. Гарри без приключений добрался до гриффиндорской башни. В гостиной на него сразу же набросилась Гермиона.
- Где ты был? Время уже позднее. Где ты шлялся? Сколько баллов мы из-за тебя потеряли?
Гарри молча обошел девушку и направился в сторону спален мальчиков.
- Гарри Поттер, я с тобой разговариваю, - гневно воскликнула Гермиона. Тот же как шел, так и продолжал идти, не останавливаясь и не оборачиваясь.
- Гарри! – несколько недоуменно позвал его Рон. Гарри не отреагировал. Рон и Гермиона переглянулись. Девушка кивнула. Рон пошел вслед за Гарри. Когда он вошел в спальню мальчиков шестого курса, полог кровати Гарри был задвинут. Рон подошел к кровати, постоял немного, но все же решил оставить разговор на утро. Он вышел из спальни.
- Что? – спросила Гермиона.
- Он уже спит или делает вид, что спит, - пожал плечами рыжий. – Похоже, ты его сильно задела.
- Я сказала только правду, - хмыкнула Гермиона. – Нечего изображать из себя жертву, которую все обижают.
- Ага, - усмехнулся Рон. Никто из них не увидел стоящего на лестнице Гарри. В глазах юноши промелькнула боль, которая тут же была задавлена в зародыше. "Вы сами на это подписались", - мрачно усмехнулся про себя Гарри.
Утром Гарри проснулся от шума, издаваемого его соседями по комнате. Он сел на кровати, отдернул полог и подслеповато стал осматривать комнату и трех ее обитателей – Дина Томаса, Симуса Финигана и Невилла Лонгботтома. Подслеповатые глаза Гарри смотрели на собирающихся юношей с непониманием.
- Гарри?! – Невилл Лонгботтом заметил странный взгляд юноши. Гарри обвел комнату глазами и уставился на Невилла, прищурив глаза так, чтобы сфокусировать зрение. Гарри смотрел с любопытством, но без каких-либо признаков узнавания. Невилл передернул плечами, ему было не по себе от ощущения, что Гарри Поттер его вроде как не узнает.
- Гарри? – Невилл сделал шаг в сторону юноши, слепо на него смотрящего. Любопытство на лице Гарри сменилось недоуменным выражением, словно он пытался примерить имя на себя, и у него не получалось. Дин и Симус не понимающе смотрели на Гарри.
- Гарри, ты в порядке? – Невилл предпринял еще одну попытку достучаться до Гарри, подходя к нему поближе. Гарри же продолжал смотреть на него с недоумением. Невилл беспомощно оглянулся на Дина и Симуса. Те подошли к Гарри. Симус взял с тумбочки очки Гарри и надел их ему на нос. Гарри молчал. Трое гриффиндорцев переглянулись.
- Гарри, собирайся, мы опоздаем на завтрак и на уроки, - Дин неуверенно прикоснулся к плечу Гарри. Они никак не могли понять, что с их соседом по комнате.
- Вы кто? – наконец, Гарри прервал свое молчание. Симус от неожиданности съехал с кровати на пол, челюсть Невилла отправилась на встречу с полом, а Дин поперхнулся воздухом.
- В смысле? – прокашлявшись, спросил Дин.
- Ну, кто вы и..., - Гарри посмотрел на Дина и закончил свой вопрос. – Кто я?
- Гарри, ты чего? – Симус тронул Гарри за плечо. – Мы же пять лет уже в одной комнате живем, учимся вместе.
- Учимся? – недоуменно переспросил Гарри.
- Ну да, в Хогвартсе, - кивнул Дин. Троим гриффиндорцам было совсем не по себе.
- В Хогвартсе? И что это? – Гарри посмотрел на трех юношей перед собой. В их глазах читалось беспокойство. Они переглянулись.
- Ты знаешь как тебя зовут? – Дин заглянул в глаза Гарри.
- Гарри, вы же так меня называете, - ответил тот не слишком уверенно.
- А фамилия? – уточнил Симус.
- Не знаю, - после продолжительного молчания ответил Гарри. Невилл прикусил нижнюю губу. Затем он протянул руку и вытащил палочку Гарри из-под подушки и протянул ее юноше. Тот взял ее, покрутил в руках и недоуменно посмотрел на Невилла.
- О, Господи! – в шоке воскликнул Дин.
- Надо срочно отвести его в больничное крыло, - засуетился Симус. Втроем они заставили Гарри одеться, а затем потащили к мадам Помфри. Благо никого уже не было в гостиной, когда они тащили за собой ничего непонимающего Гарри.
Влетев в больничное крыло, Невилл второпях, перескакивая с одного на другое, стал объяснять колдомедику ситуацию. Та с трудом, но поняла, что пытался ей сказать гриффиндорец. Она начала проводить диагностику. Кроме физического и довольно сильного эмоционального истощения, ничего не обнаружилось. Дальше посыпались вопросы, на которые был только один ответ: "Не знаю". Мадам Помфри в шоке уставилась на юношу, даже забыв выгнать из палаты трех гриффиндорцев. С минуту она смотрела на Гарри, затем кинулась в свои комнаты.
- Директор! – закричала она, сунув голову в камин.
- Поппи?! Что случилось? – отозвался Дамблдор.
- Пожалуйста, спуститесь ко мне в больничное крыло. У меня здесь Гарри Поттер. И я не понимаю, что с ним, - запричитала женщина.
- Успокойся, Поппи, - Дамблдор улыбнулся, пытаясь таким образом повлиять на колдомедика. – Скажи, что случилось?
- Он ничего не помнит, - выпалила мадам Помфри. Глаза Дамблдора сверкнули и погасли. Он встал из-за стола.
- Я сейчас буду, - отрезал он. Колдомедик облегченно вздохнула
Дамблдор появился в больничном крыле через десять минут в сопровождение недовольного зельевара. Когда они вошли, Гарри все также сидел на кровати, а напротив него расположились мадам Помфри и трое гриффиндорцев.
- Поппи, расскажи, что случилось, - Потребовал Дамблдор, пристально смотря на женщину.
- Они могут рассказать лучше, - кивнула на ребят колдомедик. Те, перебивая друг друга, поведали Дамблдору и Снейпу события сегодняшнего утра.
Снейп взглянул на сидящего растрепанного Гарри Поттера и осторожно вошел в его мозг. "Спасибо, Ремус! Твой подарок пришелся как нельзя кстати!" – подумал Гарри, ощущая в своей голове шарящего там Снейпа. Он с интересом наблюдал за зельеваром, на лице которого на секунду появилось замешательство, сменившееся таким же секундным шоком, а затем лицо стало непроницаемым. Лишь презрение в уголках губ легко читалось. Гарри легко читал в выражении лица мастера зелий ненависть и презрение к себе. Он словно слышал, как Снейп говорит: "Опять выделились, Поттер! Как всегда, не можете не привлечь к себе внимание! Вы такой же как ваш отец! Тот всегда был в центре внимания!" Гарри продолжал с любопытством смотреть на Снейпа. Тот брезгливо отвернулся.
"Минус один", - поставил в голове заметку Гарри. – "Со Снейпом разговаривать бесполезно. И так все ясно".
- Гарри – отвлек его Дамблдор. Гарри посмотрел на директора. – Ты знаешь, как тебя зовут?
- Гарри, - ответил юноша. Дамблдор улыбнулся, но улыбка сразу же померкла, когда Гарри продолжил. – Так они сказали, - кивок в сторону трех гриффиндорцев. Взрослые, уже забывшие о подростках, быстро выставили тех из палаты.
Дальше в течение часа Дамблдор и Снейп задавали ему вопросы. Ответов было два: пожатие плечами или "не знаю". Снейп снова проник ему в голову, но его встретила все та же пустота. Затем попытку проникновения совершил и сам директор. Результат был таким же. Гарри про себя еще раз поблагодарил Ремуса Люпина. Трое взрослых отошли подальше от Гарри и стали обсуждать сложившуюся ситуацию.
Гарри так и остался сидеть на кровати, наблюдая за взрослыми, которые пытались прийти к какому-то решению. А Гарри в очередной раз добрым словом вспомнил Люпина и его подарок. Оборотень прислал Гарри подарок на день рождения еще 15 июня. Это был две книги: "Окклюменция, как она есть" и "Защита мозга. На что способен маг" Он зачитал обе книги до дыр за два с половиной месяца. К середине августа он ставил такие блоки, что мало кто мог бы определить, где истинное воспоминание, а где нет. При чтении книг у него возникли первые вопросы: почему Снейп проводил обучения таким странным способом? Почему он не укреплял его природный блок, а разрушил его до основания? Чье это было решение? Его или Дамблдора? И зачем это было надо?
Создание пустоты, которая воспринималась как реальность легилементорами, стала его коронным умением. Правда, он не думал, что оно ему понадобиться. Но, как говорится, пути Господни неисповедимы. Умение стало отправной точкой в его плане.
- Ну что, Поттер, вы, как всегда, умудрились вляпаться в историю. Если до этого вам хватало ума проделывать свои фокусы в конце года, то теперь вам понадобилось начать аж в начале С вами одни проблемы, также как и с вашим отцом, - язвительно произнес Снейп, брезгливо оглядывая юношу. Тот же непонимающе смотрел на зельевара, но внутри все кипело.
- Северус, - укоризненно произнес Дамблдор. – Мальчик в этом не виноват. Гарри, тебе надо отдохнуть, а потом мы поговорим.
Снейп и Дамблдор покинули больничное крыло. Помфри напоила Гарри сонным зельем.
К обеду вся школа была в курсе, что Гарри Поттер потерял память. Какие только слухи не поползли по коридорам Хогвартса. Были те, кто сочувствовал, кому было все равно, кто тихо, а кто и в полный голос злорадствовал. Рона и Гермиону не пустили к Гарри. У них состоялся разговор с Дамблдором, на котором они получили указания, как себя вести с Гарри. Они же рассказали о том, что произошло вчера вечером. На педсовете вечером все пришли к заключению, что Гарри, скорее всего, кто-то проклял, но вот что это за заклинание, они пока не знали, но точно не "Обливиейт"
В первые три дня в больничное крыло никого не пускали. Дамблдор, Снейп, Помфри. МакГонагалл и Флитвик так замучили Гарри своими осмотрами и допросами, что он уже раз десять пожалел, что подписался на все это. Только вот результатов их изысканий не было. Снейп пичкал Гарри таким количеством зелий, что их хватило бы на всех студентов вместе взятых. А Гарри все труднее было выдерживать свою роль. Разговора со Снейпом не получалось. Тот был до предела презрительным и язвительным. Он не скупился на нелицеприятные эпитеты, чаще всего перебарщивая в своей ненависти к юноше. Он почти достиг своей цели побольнее ударить Гарри. Возможно, еще один день и Гарри высказал бы зельевару все, что накипело за эти три дня. Гарри задавал вопросы Снейпу, выспрашивая о своей прежней жизни. Исходя их слов Снейпа выходило, что Гарри Поттер высокомерная выскочка, ни на что не способная, безответственный идиот. Гнев, кипевший внутри юноши, готов был вырваться наружу. Но спасение пришло в лице самого Дамблдора, решившего выпустить Гарри из больничного крыла и прекратить пичкать его зельями.
Через три дня заточения в больничном крыле, Дамблдор предположил, что Гарри будет лучше со своими друзьями и однокурсниками, и возможно это поможет ему быстрее прийти в себя. От уроков его освободили, а палочку до лучших времен Дамблдор забрал к себе на сохранение. На данный момент Гарри все устраивало.
В то утро, когда заточение Гарри закончилось, Дамблдор увел его к себе в кабинет на разговор. Сверкая глазами из-под очков-половинок, директор выдал Гарри версию его жизни. Именно версию, а не историю. Юноша не знал, то ли ему плакать, то ли смеяться, то ли прямо тут голыми руками разорвать директора на мелкие кусочки. Но он только в очередной раз поблагодарил про себя Люпина за бесценный подарок, с помощью которого смог обуздать свои эмоции и свою импульсивность. Он сидел перед директором и, изображая интерес на лице, слушал довольно занимательный рассказ директора.
Смысл многочасовой проникновенной речи Дамблдора сводился к следующему: темный маг убил его родителей, когда ему было чуть больше года. Его забрали родственники по матери, которые окружили его теплом и любовью (на этом месте Гарри чуть не выдал себя). Тетя решила, что ему не стоит знать до поры до времени правды о себе. Так он и рос в заботе, ласке и любви до одиннадцати лет. Потом пришло письмо из Хогвартса. И вот уже пять лет Гарри здесь отучился.
О приключениях за эти пять лет было упомянуто вскользь, как о чем-то незначительным. Зато промывка мозгов по поводу Волдеморта была основательной. Ремуса Люпина директор упомянул постольку поскольку, а вот а Сириусе не было сказано ни слова.
Когда за Гарри пришли Гермиона и Рон, он был готов придушить директора голыми руками.
- Гарри, это Гермиона и Рон. Они твои лучшие друзья, - с улыбкой на лице представил гриффиндорцев Дамблдор. Ему даже нравилась сложившаяся ситуация, он мог теперь манипулировать мальчиком так, как хотел и так, как это нужно ему.
- Привет, Гарри, - улыбнулась Гермиона. Гарри чуть не фыркнул. После высказываний Гермионы четыре дня назад он ей не верил. Гарри заметил, как его лучшие друзья переглянулись с директором. Про себя он только хмыкнул. В дверях Гарри обернулся и посмотрел на директора, тот, уже не обращая внимания на подростков, что-то писал. "Минус два", - сделал вывод Гарри. Гермиона и Рон протащили его по коридорам Хогвартса до гриффиндорской башни, что-то треща ему на ухо. Но он их не слушал, пропуская через себя заново весь разговор с Дамблдором.
В гостиной на него налетели гриффиндорцы. Каждому хотелось узнать как он, будет ли он играть в квиддич теперь. На лице Гарри появилось недоуменное выражение, смешанное со страхом (молодец, Гарри, когда надо, может научиться всему). Постепенно, понимая, что юноша растерян от такого внимания и ответить им не может, от него отстали. Ближе к полуночи в гостиной остались только он и Гермиона, которая не преминула воспользоваться ситуацией и попенять на поведение Гарри. Юноша непонимающе смотрел на девушку, внутренне кипя от злости. Гермиона не раз ловила во взгляде Гарри старинные искорки ярости, гнева, раздражения, но, на удивление, не предала им значения. Она была так увлечена своей обличительной речью, выставляя Гарри в невыгодном свете, что ни на что другое у нее не хватало времени. А будь она повнимательнее в этот момент, то увидела бы, как на одно мгновение глаза Гарри сверкнули презрением. Он пока не сделал вывод относительно девушки, но на данный момент она и не давала ему повода думать о себе хорошо. В конце концов, она объявила, что будет следить, чтобы он занимался и наверстал все, что забыл, будет устраивать ему проверки (Гарри мысленно закатил глаза). Наконец, поднявшись, Гермиона с видом полного превосходства проводила Гарри до дверей спальни мальчиков-шестикурсников и удалилась. Она не видела каким взглядом ее проводил Золотой мальчик.
Утром со своими однокурсниками Гарри отправился на завтрак. В силу того, что он ничего не мог сказать, с ним особо не общались (Гарри усмехнулся про себя). Он чуть отстал от всех, чего в прочем не заметили. Заметили только тогда, когда уже сели за стол. Гарри вошел в зал как раз в тот момент, когда Гермиона начала искать его. Он остановился в трех шагах от двери и замер в растерянности (Ах, какой способный оказался мальчик). Гермиона повернулась и увидела Гарри. Слизеринцы посмеивались, отпуская в его адрес шуточки. Снейп презрительно его оглядывал. Вдруг Гарри толкнули.
- Не стой на дороге, Потти! – лениво, с легкой долей яда прозвучал голос Драко Малфоя.
- Извини, - смущенно произнес Гарри и посмотрел на слизеринского принца, без узнавания во взгляде. Тот в ответ с интересом посмотрел на Гарри.
- Неужели, это правда, и наш Золотой мальчик, наконец-то, совсем лишился ума? – с усмешкой спросил Драко, прищурившись глядя на Гарри.
- Что я тебе такого сделал, что ты так ко мне относишься? – с легким недоумением спросил Гарри. В глазах Драко промелькнуло непонятное выражение. Гарри его уловил.
- Отвали, хорек! – заорал на весь зал Рон.
- Минус двадцать баллов с Гриффиндора, мистер Уизли, - спокойным, чуть презрительным голосом сказал Снейп. Но Рон уже на всех парах несся к Гарри, окруженными слизеринцами. Драко перевел изучающий взгляд с Гарри на Рона.
- Уизел, надо лучше охранять свое сокровище, - усмехнулся Драко, указывая при этом на Гарри. Затем Драко перевел взгляд на Гарри. Их глаза встретились.
- Может быть, однажды я тебе объясню, что ты сделал, - спокойно произнес Драко.
- Гарри, идем, - потянула юношу к гриффиндорцам подошедшая Гермиона.
- Почему? – Гарри недоуменно посмотрел на девушку.
- Это же Малфой! – воскликнул Рон.
- И что? – достаточно громко спросил Гарри. Весь зал с интересом наблюдал за событиями.
- Я потом тебе все объясню, - прошипела Гермиона. Его наконец довели до стола и усадили. Гарри оказался сидящим лицом к слизеринцам. Его глаза снова встретились с глазами Драко Малфоя. Два юноши несколько секунд не прерывали контакта. И что-то странное было в глазах Драко, чему Гарри пока не нашел объяснения.
Следующая неделя не принесла ничего нового, кроме, пожалуй, странного перемирия, установившегося в отношениях Гарри Поттера и Драко Малфоя. Нет, тот не исчез из поля зрения Гарри. Драко теперь изучал Гарри, постоянно за ним наблюдал, но не было ни издевок, ничего. Школа гадала, что же это значит. Гермиона и Рон достали Гарри своими разговорами о Малфое, о том, какой он противный, что он опять что-то замышляет, когда Гарри такой беспомощный. Но при всем при этом вражда между факультетами вспыхнула с новой силой.
Дни Гарри проводил в библиотеке, читая. Ему даже нравилось повторять старый материал, освежая знания. Историю магии он изучал с начала, так как не знал ее вообще. После библиотеки он шел в кабинет Дамблдора, где у него была практика. Директор учил его простейшим и не только заклинаниям. Что-то получалось сразу, а что-то Гарри специально делал неправильно. При этом Дамблдор постоянно пытался залезть ему в голову. Но из воспоминаний там было только то, что произошло с момента его пробуждения, когда он так мастерски изобразил свою потерю памяти. Эти воспоминания ложились поверх пустоты, а за ней была его истинная память. Он закрыл пустотой свои знания и воспоминания до момента, когда ввел в действие свой план. Да, Гарри Поттер должен был учиться в Слизерине. Сам Гарри понимал все это уже отчетливее. На занятиях Дамблдор постоянно говорил о Волдеморте, настраивая его как музыкальный инструмент на нужный лад. Благо, что Гарри не настраивался на этот самый лад, у него были свои планы на жизнь.
За всю эту неделю никто не разу не обмолвился о Сириусе, лишь изредка в разговорах всплывало имя Ремуса Люпина. Правда, однажды Рон чуть не проговорился, но Гермиона вовремя его остановила. Гарри попытались отвлечь от этой заминки, он сделал вид, что ничего не заметил. Гарри за это время научился замечать все нюансы в поведении окружавших его людей. Гриффиндорцы по большей части стали его игнорировать, как прокаженного. Те, кто хорошо его знал, перешли на потребительское отношение: помоги, подай, напиши, ты же не занимаешься так, как мы. Гарри все выполнял безропотно. Ведь ему говорили, что он всегда так делал. Но гнев рос, грозя однажды ударить лавиной. Слизеринцы перестали вообще его задевать. Многих в школе это удивляло, и теперь они ждали, что же предпримет Драко Малфой.
Следующая неделя началась для Гарри как обычно, но вот вечером произошло то, что окончательно уверило его, что все сделал правильно, решив таким образом проверить свое окружение.
Они сидели в общей гостиной. Гарри сидел в дальнем кресле у темном углу и размышлял. Он был несколько удивлен, что в газетах до сир не появилось статей о его состоянии. Гарри поднял глаза и обвел взглядом гостиную. Вот о чем-то шушукаются Рон, Джинни и Гермиона. Наконец, Рон встал и подошел к Гарри.
- Гарри, я могу с тобой поговорить? В спальне, - произнес Рон. Гарри не понравилось начало разговора.
- Конечно, - ответил он, поднимаясь из кресла. Они вместе поднялись в спальню шестикурсников. Рон жил отдельно, как староста. Гарри сел на свою кровать и посмотрел на Рона.
- Гарри, до этого несчастного случая, ты взял у меня две вещи на время. Они мне очень нужны. Ты не мог бы мне их вернуть? – Рон смотрел прямо в глаза Гарри. У того екнуло сердце. Он точно мог сказать, о каких вещах говорит его друг, уже бывший друг.
- Да, конечно, - спокойно ответил Гарри, не выдавая своего состояния. – Но я не знаю, что это.
- Я знаю, - в глазах Рона горело торжество. Гарри покоробило от такого явного проявления Роном своего превосходства над ним. "Они что, считают меня полным придурком?" – подумал он, глядя, как Рон роется в его сундуке. Вот он вытаскивает карту мародеров и плащ-неведимку. – А, вот и они. Спасибо, Гарри, - Рон развернулся и вышел из спальни, даже не взглянув на Гарри. А стоило бы. Сначала была боль, тупая и ноющая, которая сменилась ненавистью. У Гарри Поттера не было больше друга по имени Рон Уизли, да и подруги по имени Гермиона Грейнджер тоже, в принципе, не было. Гарри забрался на кровать и задернул полог. Он почувствовал, как по щекам побежали слезы. Гарри не знал, сколько прошло времени, прежде чем утомленный всплеском столько дней сдерживаемых эмоций он уснул.
Гарри открыл глаза, сел, надел очки, отдернул полог. В комнате было темно. Соседи уже спали. Гарри тихо встал и вышел из комнаты, осторожно притворив за собой дверь. Он спускался с лестницы в общую гостиную, когда голоса внизу заставили его замереть на месте. Разговаривали Гермиона Рон и Джинни.
- Я даже не думал, что это будет так легко, - произнес Рон.
- Я же тебе говорила, что будет легко. Он же ничего не помнит. Видишь, не прошло и пяти минут, как ты стал владельцем карты и плаща-неведимки, - рассмеялась Джинни.
- Они ему и раньше-то не нужны были, - презрительно хмыкнула Гермиона. – Лучше бы учился, а не влезал во все эти передряги и нас за собой не тянул.
- Вот-вот, - усмехнулась Джинни.
- А как идет воспитательный процесс новой личности? – хохотнул Рон.
- По плану, - усмехнулась Гермиона.
- А знаете, он ведь богатый, - задумчиво произнесла Джинни.
- И что? – спросил Рон.
- А то, что его надо женить на мне, тогда все его денежки попадут к нам, - назидательно произнесла Джинни.
- А ты хорошо мыслишь, Джинни, - усмехнулся Рон.
- Ты, кстати, где держишь карту и плащ? – вдруг сменила тему Гермиона.
- А, в нижнем ящике стола, - отмахнулся Рон и, уже обращаясь к Джинни, продолжил. – И как ты собираешься его женить на себе, сестренка?
Сердце Гарри обливалось кровью. Дальше слушать он не стал. "Вот и посидел у огня", - с горечью подумал юноша, возвращаясь в спальню. Тихо войдя, он лег на кровать, но полог не задернул. Снова по щекам поползли слезы. Гарри раздраженно смахнул их рукой. Как бы он не готовился к такому повороту дел, все равно он оказался не готов к нему полностью. Гарри заснул лишь под утро.
Когда он проснулся, в спальне никого уже не было. Он не пошел в библиотеку, не явился он и на обед, не появился и в кабинете директора. Он гулял вокруг озера. Сегодня было 12 сентября. Именно у озера он столкнулся с Драко Малфоем, который, казалось, специально ждал, когда Гарри окажется в одиночестве.
- Поттер, - Малфой прищурившись, смотрел на Гарри. Тот лишь вяло кивнул в ответ. – Что такой кислый?
- Ты помнишь мой вопрос, тогда? – Гарри поднял глаза на Малфоя. Драко удивился усталости, мелькавшей в зеленых глазах.
- Я же сказал, что может быть однажды, - усмехнулся Драко.
- Надо сейчас, - произнес Гарри.
- Зачем?
- Надо, - настойчиво сказал Гарри. Драко внимательно осмотрел Гарри. Тот был напряжен, было видно, что он ждет ответа.
- Ну, как хочешь, - произнес Драко. А дальше, не выбирая выражений, Драко Малфой выдал все историю их знакомства со своей точки зрения: вот их знакомство в магазине мадам Малкин, потом поезд, распределение и дальше, до момента потери памяти. – Я просто хотел с тобой дружить, а ты отверг меня. Ты даже не захотел меня выслушать. Ты сразу поверил Уизли. А я просто хотел с тобой дружить, - обречено закончил свой получасовой эмоциональный монолог Драко.
- А если бы у тебя была возможность начать все сначала, ты бы ей воспользовался? – Гарри посмотрел прямо в глаза Драко. Тот замер под этим взглядом, стало трудно дышать. Драко сделал шаг вперед, не разрывая контакта глаз.
- Да, - выдохнул он и протянул руку. – Драко Малфой.
- Гарри Поттер, - Гарри пожал протянутую руку. Он смотрел прямо на Драко. У того по спине поползли мурашки. Он с трудом сглотнул, столько эмоций сейчас было в глазах Гарри.
- Ты ведь все помнишь, - прошептал Драко, все еще удерживая в своей ладони ладонь Гарри. Гарри смотрел ему прямо в лицо, глаза были серьезными. По спине Драко побежали мурашки. Он прошептал. – Зачем?
- Проверка на вшивость, - спокойно произнес Гарри. Драко недоуменно смотрел на Гарри. А тот усмехнулся и продолжил. – Я спасу этот гребаный магический мир. Но только ради тебя. Ты – единственный, кто прошел мою проверку на вшивость.
- А твои друзья? – удивлению Драко не было границ. Он даже растерял всю свою надменную аристократичность.
- Ты – единственный, - Гарри горько улыбнулся. – Вот так, Драко. Если и спасать этот мир, то только ради тебя. А теперь иди.
Драко развернулся и пошел в сторону замка. Только отойдя на приличное расстояние, до него дошло, что он подчинился приказа, или, может быть, просьбе Гарри Поттера. Драко оглянулся. Гарри стоял на берегу озера и смотрел куда-то вдаль. Блондин несколько минут смотрел на своего врага, теперь уже бывшего. В этом он был уверен. Драко вздохнул и пошел к замку. В дверях он столкнулся с очень злым Ремусом Люпиным. Тот даже не заметил, что почти снес со своей дороги Драко Малфоя. Драко еле успел отскочить с дороги разъяренного оборотня. Тот быстрым шагом направился в сторону Хогсмида, но вдруг резко развернулся и, прищурившись, взглянул на озеро. Секунда и Люпин стремительным шагом направился в сторону Гарри. Драко замер на крыльце замка, наблюдая за развитием событий.
Ремус подлетел к Гарри и, развернув его к себе, прижал к груди. Гарри не сопротивлялся. Ему так не хватало тепла и ласки. Ремус отстранился и приподнял голову Гарри за подбородок, уставившись ему в глаза. Ему хватило нескольких секунд, чтобы понять, Гарри не потерял память.
- Мой подарок, - прошептал он.
- Спасибо, - прошептал Гарри. – Это был лучший подарок в моей жизни, как оказалось.
- Я не знаю, что ты задумал, Гарри, но я всегда тебя поддержу. Всегда, - Ремус обнял юношу. – Мне пора покинуть Хогвартс. Я люблю тебя, Гарри.
- Почему? – спросил Гарри.
- Директор не хочет, чтобы я с тобой виделся, мотивируя все это твоей потерей памяти. Но ты же ее не терял?! – это не было вопросом, только констатацией факта.
- О, директор, - протянул Гарри. – Я все-таки сумел его обмануть.
- Сумел, - кивнул Ремус.
- Ты иди, - прошептал Гарри.
- Что ты задумал? – Ремус чувствовал состояние Гарри.
- Ночью, в Визжащей хижине, - прошептал Гарри. Ремус кивнул, обнял юношу и, не оглядываясь, пошел в сторону Хогсмида. Драко постоял еще минутку на крыльце, а потом в глубокой задумчивости ушел в слизеринские подземелья.
На следующее утро Гарри Поттер не явился на завтрак, не было его и на уроках, затем он не появился на обеде и ужине. Как выяснилось, его не застали утром в спальне, но решили, что он уже отправился на завтрак сам. Поиски Поттера ничего не дали. Не было никаких сведений о нем и в последующие два дня.
На четвертый день исчезновения Гарри Поттера Драко услышал разговор двух Уизли и Грейнджер, из которого понял, что пропала мантия-неведимка и какая-то карта, которые рыжий выманил у Гарри обманом. В этот момент Драко был готов придушить этого придурка.
В этот же день, на ужине, прозвучала самая ошеломляющая новость. В зал ворвались несколько авровров, среди которых были Нимфадора Тонкс, Кингсли и старик Грюм.
- Гарри Поттер уничтожил Того-кого-нельзя-называть! – заорал на весь зал Грюм. Дамблдор вскочил со своего места.
- О чем ты говоришь, Аластор?
- Мы все видели сами, - закричала Тонкс.
- Где Гарри? – спросила МакГонагалл. Авроры вдруг затихли. Половина из них опустила глаза в пол, Тонкс готова была заплакать, Грюм посмотрел на декана Гриффиндора чуть виноватым взглядом. МакГонагалл вздрогнула. – Что с ним?
- Его нет, - тихо произнес Кингсли.
- ЧТО?! – вскрикнула МакГонагалл. Снейп сидел за столом и поглаживал свое левой предплечье, задумчиво поглядывая на авроров.
- Когда мы прибыли, бой был в самом разгаре. Гарри не хватало опыта. Он уже был весь в крови. Мы уже хотели подойти к ним, вмешаться, когда заклятие Того-кого-нельзя-называть ударила в Гарри и он упал. Тот-кого-нельзя-называть подошел к нему и поднял палочку, Гарри выбросил вперед свою и что-то прошептал, их палочки соединились. Вокруг них все начало искрится, дрожать. Вдруг Тот-кого-нельзя-называть закричал, его объяло пламя. Он горел заживо. Гарри лежал на земле, не двигаясь. Мы видели, как Тот-кого-нельзя-называть превратился в пепел. Гарри закричал: "Я спас этот гребаный мир только ради одного человека. Только ради одного. И он знает, что я сделал этот для него". А потом все засветилось, мы стояли как вкапанные, боясь пошевелиться. Вдруг в этот круг света ворвался человек, он все время кричал: "Гарри! Гарри!". Мы только потом поняли, что это был Ремус Люпин. А потом..., - по щекам Тонкс бежали слезы. – А потом раздался взрыв. Когда пыль улеглась, на земле было только это, - Тонкс подошла к столу преподавателей и положила на стол три сломанные палочки – Ремуса Люпина, Волдеморта и Гарри Поттера, обрывки плаща Ремуса Люпина, печатку и обрывок серебристой ткани. – Они погибли.
В Большом зале были слышны только всхлипы. Драко сидел, чуть дыша. "Я спасу этот гребаный мир. Но только ради тебя", - набатом звучали в его голове слова Гарри.
- Он сделал это ради меня, - прошептал Драко. Потом встал из-за стола и под взглядами студентов, авроров и преподавателей подошел к столу профессоров. Также молча он взял сломанную палочку Гарри, прижал к груди и прошептал:
- Спасибо, - а потом повторил уже на весь зал. – СПАСИБО!
Зал взорвался восторгами. Драко же смотрел на Грейнджер и двух Уизли. В его глазах было только презрение. Драко размеренным шагом подошел к столу гриффиндорцев, встал напротив троицы.
- Что тебе надо, хорек? – прошипел Рон. Грейнджер и младшая Уизли плакали.
- Не лицемерьте! – скривился Драко.
- Гарри погиб, - закричала Джинни.
- Да, ГАРРИ ПОТТЕР УМЕР! – повысив голос, холодно произнес Драко, а потом развернулся и пошел прочь из зала, который праздновал победу над Волдемортом. У самых дверей он обернулся и, глядя только на друзей Гарри, произнес. – А КТО ВИНОВАТ В ТОМ, ЧТО ОН УМЕР? ВЫ! – и вышел из зала. Он вышел на улице. Сегодня было тепло, 20-ое сентября, день победы над злом. Драко дошел до озера и сел на берегу. "Я спас этот гребаный мир только ради одного человека. Только ради одного. И он знает, что я сделал этот для него". Да, этот единственный человек точно знал, ради кого Гарри Поттер отдал свою жизнь. Мир для Драко Малфоя перевернулся. Теперь все будет совсем по-другому. И это будет мир без его вечного заклятого врага – Гарри Поттера. Драко чувствовал, как пусто стало в душе.

*******

- Он должен выжить, должен, - повторял мужчина, гладя по волосам юношу.
- Тарис, успокойся, он выживет. Я не дам ему умереть, - в дверях появился второй мужчина, лет тридцати пяти-сорока. – И тебе тоже стоит лечь. Твои раны не менее ужасны.
- Ты уверен, что он не умрет? – с надеждой спросил тот, кого назвали Тарисом.
- Да, он выживет, - твердо произнес второй мужчина. – Иначе быть не может. Просто не может.

Конец.



LJ
 
Ketrin_SnapeДата: Вторник, 24.03.2009, 14:33 | Сообщение # 3
Разрушаю стереотипы
Сообщений: 493
« 31 »
Фик


Безумец и гений - две крайности одной сущности (Джек Воробей)
Переквалифицируюсь в УпС-райтера
 
ОверлокДата: Среда, 25.03.2009, 23:18 | Сообщение # 4
Ночной стрелок
Сообщений: 74
« 1 »
Нет все же шикарная вещь, жесткая, циничная и горькова-то кислая. Ммм, вот такие впечатления, а вообще написано сильно, особенно с психологической точки.


Лучшие друзья настоящей леди не бриллианты, а интриги, яды и конечно же проклятья.
 
MIKAДата: Суббота, 26.02.2011, 21:46 | Сообщение # 5
Снайпер
Сообщений: 115
« 2 »
очень понравился фик!! =)) biggrin
 
НастяМяуДата: Пятница, 22.06.2012, 19:16 | Сообщение # 6
Подросток
Сообщений: 16
« 0 »
Очень понравилось! Какой же Рон подлый... А проды нет?


Это для других я прекрасный пол! А для тебя я прекрасный потолок, уяснил?

Пусть кто-то еще вякнет, что моя фигура далека от идеала! Это убогий идеал далек от моей фигуры.

Ехидство — это у меня осложнение на мозги после диатеза.

© Дмитрий Емец

Мне скууучно! Подскажите хороших фиков почитать!

(с) myrrr
 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Гет и Джен » Проверка на вшивость (ГП, джен, мини, G)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: