Армия Запретного леса

Понедельник, 24.02.2020, 15:18
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » Аквамариновое солнце (ГП/ДМ│NC-17│Romance│макси│заморожен)
Аквамариновое солнце
Гарри_AutumnДата: Пятница, 05.10.2012, 20:35 | Сообщение # 1
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Название: Аквамариновое солнце
Автор: Гарри Autumn
Соавтор: Драко Winter
Персонажи (пейринг): Гарри Поттер/Драко Малфой
Рейтинг: NC-17
Тип (категория): Слэш
Жанр: Romance, Angst
Размер: макси, скорее
Статус: в работе
Дисклаймер: отказываюсь от любых прав на мир ГП.
Аннотация: Пятый год обучения в школе Хогвартс – последний год перед открытым противостоянием силам зла, воплощенным через Волан-де-Морта и его вновь соединившихся приспешников. Лето перед этим годом испорчено нападением дементоров, само начало учебы – скверным преподавателем Защиты, странными снами и скептицизмом общественности к заявлению о возрождении якобы убитого четырнадцать лет назад Темного Мага. Начавшись таким образом, как же может закончиться этот год?
Предупреждение: возможен ООС и мат.


Сообщение отредактировал Гарри_Autumn - Четверг, 18.10.2012, 18:30
 
Гарри_AutumnДата: Пятница, 05.10.2012, 20:36 | Сообщение # 2
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Глава 1

Шел матч Гриффиндор — Слизерин. Слизерин лидировал со счетом 50:10. Драко Малфой - ловец этого факультета - увлеченно преследовал ловца соперников в надежде, что тот сам укажет ему заветный мячик.
Гарри тем временем летал над другими игроками, лихорадочно выискивая глазами снитч, в то же время поглядывая на своих товарищей по команде. Волнение и игроков, и болельщиков росло с каждым забитым квоффлом. Особенно оно отражалось на состоянии духа Рона Уизли — вратаря гриффиндорской команды — который пропустил уже пять голов. Среди остального шума гремел усиленный магией голос комментатора.
Где-то вдалеке блеснула золотая вспышка. Драко на высокой скорости рванул туда. Подлетев поближе, он понял, что это всего лишь чей-то гриффиндорский значок, который сверкал на солнце. Тихо выругавшись, Драко нашел глазами Поттера и последовал за ним.
Гарри недовольно поглядывал на висящего у него на хвосте Малфоя, который, как всегда, выбрал свою любимую тактику. Хотя прошло уже довольно много времени с начала игры, заветный мячик еще ни разу не попался им на глаза.
"Сколько можно уже летать без дела? Надоело уже! Когда этот слепошарый наконец увидит чертов снитч?!" — пронеслось в голове у Малфоя. Уизли пропустил еще один мяч, за что трибуны наградили его свистом и улюлюканьем.
После шестого пропущенного Роном мяча со слизеринских трибун грянуло "Уизли — наш король" — песенка, которую змееныши, без сомнения, считали очень смешной. Но Гарри был другого мнения о ней, поэтому неожиданно для всех спланировал вниз и пролетел прямо над головами взвизгнувших от страха и неожиданности слизеринцев. Малфой, подумавший, что соперник заметил снитч, сначала дернулся вслед за ним, но, разгадав маневр, остановился.
Догнав вскоре Поттера, Драко закричал ему:
— Ты нормальный, нет? Хватит выпендриваться уже!
Не обратив сразу внимания, Гарри вернулся назад в центр квиддичного поля, увлекая за собой неизменного Драко Малфоя. Уже здесь, не переставая вертеть головой по сторонам, разглядывая трибуны, он прокричал Малфою ответ сквозь ревущий ветер и шум голосов болельщиков:
— Я-то не выпендриваюсь! В отличие от ваших, орущих свою дурацкую песенку!
Драко хотел ответить, но вдруг его взгляд задержался на ярко-золотом предмете, и парень забыл слова. Он зажмурился, остановился. Оглядев поле, Малфой заметил крохотный золотой мячик в нескольких футах от земли. Прекрасно зная игру Поттера, он понимал, что гриффиндорец сразу полетит за ним. Драко решил прикинуться, что у него какие-то неполадки с метлой, и спланировал вниз.
А Гарри даже не заметил обмана, потому что тоже заметил золотое сияния крохотного мячика. Он ринулся вслед за соперником, и за какие-то доли секунд их метлы поравнялись. Из головы вылетели все мысли за исключением одной. Полы квиддичной мантии Малфоя больно хлестали ему по бокам, а ветер заставлял его задыхаться. До мячика оставалось совсем немного. Гарри и Драко не могли заметить этого, но игроки обеих команд замерли высоко в воздухе, забыв обо всем. Руки ловцов уже тянулись к своей цели, когда один из загонщиков Слизерина опомнился и молнией подлетел к бладжеру, изо всех сил ударив по нему. Огромный мяч мгновенно приблизился к ловцам, но попал немного не туда, куда ему бы ему следовало, а именно — в Малфоя. Тот резко завалился на метле вбок и потерял равновесие, начав падать с метлы. С ужасом он в последний момент ухватился за метлу Гарри, потянув ее отвесно вниз. Земля становилась все ближе и ближе к ним обоим. Земля приближалась с неимоверной скоростью.
Драко падал, зажав в одной руке свою метлу, а в другой — метлу своего соперника. Оба парня просто не успевали ничего предпринять. Драко упал на спину, почувствовал невыносимую боль, такую, что в глазах потемнело. Крикнуть от боли он не мог: дыхание перехватило. Гарри упал рядом с распластавшимся на земле Малфоем.
Бок Гарри ломило, голова шла кругом так, что мир вокруг казался каким-то круговоротом мелькающих разноцветных пятен. Он уже не мог терпеть и перевалился на целый бок, при этом натолкнувшись на лежащего рядом Малфоя.
От сильного ушиба в ушах Драко звенело. Темные точки перед глазами не пропадали, а только разрастались. Дышать было невозможно, и Драко фактически задыхался. Боль была настолько пронзающей, что он зажмурил и сжал кулаки. Ни рукой, ни ногой он пошевелить не мог. Конечности будто перестали его слушаться. Что-то ударило его с правой стороны, но он не понимал, что это было. Наконец Драко смог нормально вдохнуть.
Сквозь мутную пелену Гарри увидел, что вокруг уже собралась целая толпа. Прямо над ним растерянная Гермиона кричала что-то, не доходящее до его сознания, а за ее плечом мелькало рыжее пятно. Потом друзей сменила МакГонагалл, и спустя секунду он понял, что теряет сознание.
Через несколько секунд реальность покинула и Драко. Последнее, что он слышал, был знакомый, но непонятный для него голос.

Чьи-то прохладные руки трогали Гарри за бок, причиняя при этом нестерпимую боль. Голова трещала, словно по ней два часа к ряду долбили чем-то железным. Даже просто рукой было больно пошевелить. Парню потребовались некоторые усилия, чтобы открыть глаза.
Рядом с его кроватью стояла школьный колдомедик. В руках она держала большую банку с какой-то черной мазью, которую она втирала ему в бок, предварительно сняв с Гарри квиддичную форму. Увидев, что ее пациент очнулся, мадам Помфри заворчала:
— Лежите и не дергайтесь, несчастный вы мой. Неужто так сложно прожить хотя бы год без травм, скажите, пожалуйста? – Вопрос был риторическим, и она понимала это.
Тут Гарри заметил стоящих у двери профессора Дамблдора с посеревшим лицом и злого как сто чертей Снейпа.
— Представьте, как я испугалась, когда они, — негромко произнесла колдомедик, кивнув в сторону двери, — принесли ко мне сразу двух студентов.
Прошло достаточно много времени перед тем, как мадам Помфри закончила свои манипуляции. Напоследок она дала Гарри какое-то бесцветное и безвкусное зелье, выпив которое, мальчик почувствовал наваливающуюся сонливость. Он еще не успел заснуть, когда в дверь начали робко стучать и из-за нее послышались голоса Рона, Гермионы и Дина Томаса. Снейп приоткрыл дверь и велел всем трои убираться отсюда, чтобы не тревожить мистера Малфоя. После того, как друзья ушли, в коридоре снова раздался шум, и в палату ворвался Люциус Малфой. Потом Гарри погрузился в лечебный сон.
Драко все еще был без сознания. Ну, или уже просто спал. Увидев Дамблдора, Люциус холодно попросил его выйти из больничного крыла, дабы не будить сына и поговорить с директором школы по поводу этого происшествия. Естественно, Малфой-старший устроил директору погром. Чтобы его сын так пострадал во время простого школьного матча?! Нет уж, ему это категорически не нравилось. Через пару минут Люциус вошел обратно. Найдя мадам Помфри, он в подробностях расспросил ее о Драко.
Услышав, что тот пострадал достаточно серьезно, и ему предстоит долгий период восстановления, чтобы повреждения спины окончательно прошли, Люциус разозлился еще больше и, задержав яростный взгляд на спящем Гарри, оглядел комнату в поисках еще кого-нибудь, на ком можно было бы сорвать злость. Правда, заметив Снейпа, он немного успокоился.
Профессор зельеварения считал, что виноват в этом так называемом "воздушно-транспортном происшествии" Поттер и никто кроме. Северус утверждал, что видел, как Гарри толкнул Драко, и они оба полетели вниз. Также зельевар обвинял во всем этом Дамблдора, списавшись на то, что директор обязан был предотвратить их падение на землю. На третьем курсе он смог предотвратить подобную ситуацию, так почему же он не помог сегодня? Люциус на все согласно кивал головой и поддакивал, потому что был полностью солидарен.
В это время в палату бесшумно вернулся директор и, хмурясь, слушал обвинения в адрес Гарри и самого себя.
— Да, Гарри, конечно, виноват, — наконец заявил о своем присутствии Дамблдор, — но с кем не бывает?.. Среагировать на такой скорости не смог бы и профессиональный игрок.
Малфой и Снейп прервались на полуслове и резко обернулись.
— С кем не бывает?! Ну, конечно! Вы опять защищаете своего любимчика. Всем известно, что вы к нему слишком снисходительны! — громко возмущался Люциус. Из соседней комнатки выбежала колдомедик и мигом отправила всех троих восвояси.
Драко слышал, как сквозь сон, чьи-то голоса, среди которых разобрал голос своего отца. Но вскоре шум резко прекратился. Парень с трудом открыл глаза. Голова страшно кружилась и болела, все плыло перед глазами, даже немного подташнивало. Еще бы! Свалиться с такой высоты. Малфой попробовал пошевелиться, но ничего не вышло, стало только больнее. Он рискнул вдохнуть поглубже, но это тут же отразилось нестерпимой болью в спине, от которой на глаза навернулись слезы.
Прошло двое суток после злополучного квиддичного матча. Учеба была в самом разгаре, а двое пострадавших ловцов не приходили в себя. Однокурсники постоянно прибегали к двери в больничное крыло, но их даже не пускали внутрь. С Драко Малфоем было все понятно: падение дорого ему обошлось. Но когда с Гарри стало твориться что-то странное, мадам Помфри и директор Хогвартса пришли в ужас: при падении он не сильно ударился. В первую ночь пребывания Гарри в больничном крыле колдомедика, которая ночевала в смежной с палатой комнате, разбудили странные звуки. Из комнаты, где лежали пострадавшие, послышался какой-то хрип. Мадам Помфри поднялась с кровати и, одев тапочки, пошла посмотреть, кому сделалось плохо. Сначала она подумала на Малфоя, поскольку его состояние было хуже. Однако тот лежал спокойно, слегка посапывая. А вот второй больной беспокойно ворочался.
Школьная целительница спешно осветила палочкой кровать Поттера и сдернула одеяло, закрывающее лицо. И обомлела: лицо ее пациента было белым как полотно, и сам он содрогался от боли, при этом не приходя в сознание. Она применила специальные чары, с помощью которых с ужасом в груди выяснила: мальчик отравлен. Мадам Помфри кинулась к специальному стеклянному шкафу в углу палаты, сверху донизу заставленному волшебными лекарствами и зельями, — искать снадобье. Затем она поняла, что такого состава в больничном крыле почему-то нет.
Она запаниковала. Раньше никогда не было такого, что у нее не находилось подходящего зелья. К кровати, где лежал Гарри, она вернулась ни с чем. Его все еще колотило, но теперь не так сильно. Мадам Помфри бросилась в кабинет Дамблдора и привела его через камин к Поттеру. Директор несколько секунд наблюдал за мальчиком, затем взмахнул палочкой, и ученику стало легче: его перестало трясти.
— Это ненадолго, Поппи, — предупредил Дамблдор, хмуря густые белые брови. — Временный эффект, так сказать. — Теперь он сам еще раз применил распознающие чары. — Придется обращаться в Мунго.
— Вы не могли бы сказать, что с ним? Мне нужно убедиться в своем диагнозе. — Поппи обеспокоенно посмотрела на Поттера, который теперь лежал спокойно. Дамблдор на пару минут задумался, подбирая слова.
— Мне тоже надо убедиться в своем диагнозе. Поппи, какое ты давала ему зелье? — Поппи слабым голосом ответила. — Ты не выбросила флакон от него? Принеси его мне, быстрее, пожалуйста. — Женщина кинулась к шкафу и принесла темную склянку. Дамблдор сначала принюхался к оставшимся на дне капелькам зелья, а потом помахал над ним палочкой.
— Что там?!
— Ничего не нашел... Скажи, а кто посторонний заходил сюда вчера? Хотя нет, все потом, сначала надо в больницу... — директор отвернулся от задумавшейся собеседницы и направился в комнатку колдомедика, где был камин, соединяющий больничное крыло с главной английской волшебной больницей. Старик не заметил на лице Поппи выражения внезапного озарения, быстро сменившегося злостью и болью в глазах. Потом она, ничего не сказав, проследовала за директором.
Подойдя к камину, Дамблдор достал из кармана мешочек с Летучим порохом, взял щепотку этого волшебного вещества и бросил его точно в огонь. Пламя ярко вспыхнуло, разросшись ярко-зелеными языками пламени, и озарило комнату неверным светом.
— Поппи, останься здесь, следи за Гарри, а я скоро вернусь, — Дамблдор успокаивающе посмотрел на колдомедика, шагнул в огонь, крутнулся на месте и исчез в камине, оставив после себя догорающие угольки.
Через пару минут камин вновь вспыхнул, и из него вышли Дамблдор и знакомый Поппи больничный колдомедик, держащий в руках нужное зелье. Он подошел ко все еще спокойно спящему Гарри и напоил его противоядием.
— Наблюдайте эффект через десять минут... Кстати говоря, вы знаете, что это редкий яд и найти его очень сложно? — колдомедик подозрительно оглядел присутствующих. Не дождавшись ответной реплики, он, бросив взгляд на соседнюю койку, поинтересовался: — А с этим что? — Ответить ему не успели, потому что за дверью послышались встревоженные голоса и недовольные выкрики. В следующее мгновение в больничное крыло ворвались несколько девчонок-пятикурсниц с Гриффиндора, сопровождаемые разъяренной Амбридж.
Девочки гурьбой подлетели к мадам Помфри и начали что-то неразборчиво говорить, одна из них лепетала что-то сквозь слезы. Колдомедик прижала палец к губам, призывая всех к молчанию. Ее послушались. К ним подошла Амбридж и, кинув злобный взгляд на девушек, с усмешкой в голосе объяснила доктору причину их прихода сюда.
— Видите ли, мадам Помфри, эти девушки утверждают, что одной из гриффиндорских учениц стало плохо и они прибежали сюда за помощью. Выясните, что с ней такое, и дайте всем им, — она обвела взглядом обеспокоенных студентов, — успокоительное, пожалуйста. — Голосом выделив последнее слово, Амбридж довольно гадко улыбнулась, затем развернулась и незамедлительно удалилась из больничного крыла.
Впрочем, как догадались все, кроме незнакомого с Амбридж колдомедика из Мунго, она не ушла слишком далеко.
Принявшие успокоительное студентки окончательно пришли в себя и начали связный рассказ о том, что они видели. Но приход декана Гриффиндора, вошедшей в больничное крыло с задыхающейся и брыкающейся Гермионой Грейнджер, левитируемой заклинанием, все прояснил.
— Она отравлена, Поппи! Прими меры! — выдохнула бледная МакГоногалл, настороженно оглядев собравшуюся посреди ночи делегацию.
— Давайте ее сюда, — обеспокоенная Помфри подбежала к свободной кровати, неподалеку от которой спал Малфой. МакГонагалл левитировала ученицу прямо на эту койку. Гермиона извивалась всем телом и билась в конвульсиях. Колдомедик подбежала к своему шкафчику и схватила зелье, которое недавно принес доктор из Мунго. Декан Гриффиндора помогла напоить все еще брыкающуюся девушку. Через минуту-две Гермиона начала успокаиваться.
Когда мужчина-колдомедик скрылся в камине, а девочек выпроводили из больничного крыла, велев немедленно ложиться спать, Дамблдор объяснил декану Гриффиндора, что не только с Гермионой произошла беда. Потом, поглядев на уснувшую Гермиону, все оставшиеся удалились в соседнюю комнату для совещания. Вскоре туда подтянулись еще некоторые учителя.
Помолчав, Дамблдор негромко начал:
— Бесспорно, в школе стало очень опасно. И надо как можно скорее поймать злоумышленника.
— Может быть, это... Последователи Того-Кого-Нельзя-Называть? — предположила МакГонагалл. — Пожиратели Смерти. Может, они как-то пробрались в нашу школу и устроили такое вот покушение?
— Нет, они не смогли бы сюда проникнуть, здесь много охраны. И помогать Пожирателям никто бы не стал, — заверил всех Дамблдор. Обойдя стол, он сел на стул и оглядел всех присутствующих, пришедших в пижамах и ночнушках.
— Кто бы это ни был, они не остановятся на двух отравлениях.
— Очень может быть, что это кто-то из учеников, — произнес Снейп, подойдя близко к Дамблдору.
— Северус, ты что-нибудь знаешь? Это кто-то из твоих учеников? — встрепенулась МакГонагалл.
— Не могу сказать, кто это именно. Но все же, скорее всего, это кто-то из постоянно находящихся в Хогвартсе. — Снейп даже не оглянулся на Минерву.
— Можно сказать одно, — медленно проговорил директор, поглядывая на дверь, ведущую в палату. — Гарри мог отравить тот, кто был вчера в больничном крыле…
— Но... Там были только некоторые преподаватели, Малфой и друзья Поттера. Не будут же его собственные друзья травить! — заволновалась МакГонагалл.
— Нет, конечно, это невозможно. И учителя не могли, — вздохнул Дамблдор. — Сложно, сложно будет узнать злоумышленника... Поппи, ты ничего вчера странного не заметила? — директор посмотрел на колдомедика.
Вместо мадам Помфри ответил Снейп.
— Разве что Люциус мог. Но в таком случае ему удалось сделать это предельно незаметно.
Кто-то ахнул.
— Да-да... — залепетала Помфри.
Все помолчали.
— Итак, друзья, я на вас надеюсь... — Дамблдор поспешил закончить разговор. — Будьте добры, все по очереди дежурить около спален факультетов и замечать посторонних. И сообщать обо всем мне. Все, можете идти и приступите, пожалуйста, прямо сейчас. Северус, Минерва, пойдемте со мной.
Вскоре больничное крыло опустело. Остались только больные и мадам Помфри, устало усевшаяся рядом с пострадавшими.
По-прежнему злая Амбридж широко шагала по темным коридорам в свою комнату. Будь ее воля, она бы сейчас заорала на весь коридор что-нибудь наподобие этого:
— Как они посмели разбудить МЕНЯ посреди ночи?!
Мимо пролетел Пивз, напевая какую-то забавную песенку, звучащую ночью довольно громко. Свернув за очередной угол, Амбридж наткнулась на какого-то старшекурсника.
— Ученики ночью вне спальни? Что это такое? — начала возмущаться она. Студент шагнул в сторону, и тускло-желтый свет старинного факела осветил его лицо. – О, Найл… Что-то случилось? Почему ты ходишь по Хогвартсу среди ночи?
— Профессор, — вежливо ответили ей низким голосом, замявшись, — дело в том, что… я, кажется, знаю, что задумали Поттер и его компания… — Шестикурсник замолчал, подбирая слова.
— Что? Что ты имеешь в виду? — Амбридж пыталась сдержать свои эмоции, но по ее глазам было видно, что в душе она торжествует. Обвинить Поттера и его дружков, унизить или наказать их — женщина была в восторге. — Мальчик мой, расскажи-ка мне поподробней... — она хотела сказать это ласково, но у нее не очень-то получилось: голос дернулся от накативших вдруг интриги и интереса, которые веяли от Найла своеобразными волнами.
— Извините, что мне пришлось нарушить школьные правила… — мальчишка смотрел будто сквозь женщину. Игра теней в полутемном коридоре странным блеском отразилась в его глазах. Амбридж на доли секунд овладело ощущение неестественности ситуации.
— Ничего-ничего, ради нашего дела можно… — Она определенно дозволяла многое членам Инспекционной дружины.
— Дело было так: вчера я подслушал один разговор между… Дином Томасом и Роном Уизли. Но из этого разговора было мало что понятно. Поэтому мне пришлось чуть-чуть проследить… Но я не очень много узнал. Надеюсь, в ближайшие дни это изменится… — Губы хищно вздернулись вверх. – Обязательно сообщу вам по достижении результата…
Амбридж удовлетворенно улыбнулась. Попросив Найла быть осторожнее, она отпустила его спать, пожелав удачи. Они разошлись по разным коридорам.
Парень секунд на десять остановился, оглядываясь назад. На лице расползлась белозубым оскалом усмешка, и губы едва заметно прошептали:
— Поверила…
До гостиной родного Когтеврана было рукой подать.


Сообщение отредактировал Гарри_Autumn - Четверг, 13.12.2012, 11:31
 
Гарри_AutumnДата: Пятница, 05.10.2012, 20:37 | Сообщение # 3
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Глава 2

Утро было чудесным. Солнце рано поднялось из-за горизонта и осветило все окрестности Хогвартса, даря свои лучи каждому живому существу и каждому предмету. Пробиваясь сквозь легкие нежно-голубые занавески на окнах больничного крыла, свет падал прямо на лицо худенькому парнишке со шрамом на лбу, который сладко спал. Через некоторое время стало слишком светло, и Гарри нехотя открыл глаза, потому что спать было уже невозможно. Выбравшись из сна, он сел на кровати и потянулся: от долгого лежания мышцы затекли. Нащупав на тумбочке очки, Поттер нацепил их на себя и слез с кровати.
Каждый уголок школьной больничной палаты наполнялся белым светом мартовского солнца. Вдоль стены тянулся ряд больничных коек, три из которых было занято...
«Три? Две — понятно, первая от входа — его, вторая — Малфоя, готового ради пойманного снитча свалить с метлы и себя и остальных игроков, что не должно сойти ему с рук». Гарри скрипнул зубами.
«Но кто же на третьей койке?» Когда он первый и единственный раз приходил в себя, следующая за Малфоем койка была пуста. Сейчас она была загорожена белой ширмой, поэтому было очевидно, что за ней лежит девочка. Гарри решил не беспокоиться: все равно скоро узнает, кто это. Он очень надеялся, что это не Гермиона или Джинни. И не Чжоу!
Голова вдруг закружилась, и он ощутил, что, наверное, еще не до конца здоров.
Чжоу Чанг — красивая девчонка, которая понравилась ему еще на четвертом курсе, но поссорившаяся с ним при первом же походе в Хогсмид. Гарри сначала очень взбесило ее поведение в кафе Мадам Паддифут в День святого Валентина: разговоры о Седрике, когда парочки за соседним столиком не отрываются губами друг от друга, перед этим — ожидание, что он будет целовать ее при всех в этой всей розово-сопливой обстановке. А добила его ревность к Гермионе. Но Гарри уже осознавал, что поведение Чжоу можно объяснить и извинить. В конце концов, она девчонка и, к тому же, была привязана к Седрику. А к Гермиона она ревновала, потому что Гарри ей нравился.
Он остался сидеть на койке. Парень знал, что если встанет на ноги, тут же упадет: голова все еще кружилась. Несколько минут он сидел и думал о том, кто может находиться за таинственной ширмой. Но тут раздался скрип двери, отвлекший его от раздумий. Механически повернув голову в сторону источника неприятного звука, Гарри увидел мадам Помфри. Видимо, так скрипела дверь ее комнатки, из которой она только что вышла. Теперь она направлялась в сторону той самой загороженной кровати.
— О, Гарри, проснулся! Нет-нет, ложись обратно, тебе надо еще немного отлежаться и отдохнуть, — с улыбкой обратилась она к проснувшемуся пациенту и скрылась за ширмой третьей кровати, слегка отодвинув ее.
— Мисс Грейнджер, вставайте, вам пора пить лекарство, — раздался голос Помфри.
"Что? Гермиона? Что с ней?"
Гарри мигом вскочил на ноги и обогнул койку Малфоя.
Гермиона открыла глаза и посмотрела на Гарри, который практически нависал над ней, хотя мадам Помфри пыталась его отпихнуть от кровати девушки. Колдомедик вручила гриффиндорке какой-то сосуд с лекарством и подала стакан воды.
— Как давно она здесь? — Поттер был не на шутку обеспокоен, поэтому его голос чуть заметно дрожал.
— Ее принесли сегодня ночью. Говорят, что ее отравили. А теперь, Поттер, немедленно иди к своей кровати и не путайся под ногами! Сам еще до конца не выздоровел, тебе нельзя беспокоиться. — Она ласково погладила Гарри по плечу.
"Говорят, что ее отравили... Можно подумать, что она могла сама отравиться ядом!"
— Отравили?! — если бы голос его слушался, то возглас оказался бы слишком громким. Однако Гермионе и этого хватило: она поморщилась, отставила стакан воды на тумбочку и уткнулась в подушку, держась одной рукой за голову.
Мадам Помфри мягким движением вытолкнула Гарри за ширму. Тому ничего другого не оставалось, кроме как с виноватым видом вернуться на свою койку.
Он внимательно поглядел на бледное лицо Малфоя, укутанного в одеяло. На тумбочке рядом с ним стояло множество пузырьков и баночек с мазью, на которых были наклеены яркие этикетки с непонятными надписями. Высшее зельеварение. Видно, Малфою сильно досталось. Хоть он и сам виноват. Если бы он не был в таком состоянии, то Гарри сразу подумал на него как на отравителя.
Вскоре колдоведьма ушла из палаты, бросив усталый предупреждающий взгляд в сторону Гарри.
Ближайшие полчаса он просто лежал и от скуки разглядывал замысловатые разноцветные плитки, которыми были выложены стены. Плитки ловили лучи света и излучали блики всех цветов радуги. Гарри немного успокоился, но тут его внимание привлек магический календарь, который специально повесили для того, чтобы пришедшие в себя больные не спрашивали каждый раз: "А какой сегодня день?"
Как следует приглядевшись, Гарри разглядел цифры на календарике и чуть не свалился с кровати от увиденного: если он все правильно подсчитал, то получается, что с того самого злополучного матча прошло уже... четыре дня! "Сколько же я был без сознания?" — пронеслось в голове у гриффиндорца. Но эта мысль так и не была закончена: с громким лязгом ширма отодвинулась в сторону — Гарри еще подумал, как Малфой не проснулся от этого жуткого звука. Теперь было видно кровать, на которой, улыбаясь, сидела Гермиона.
— Привет, — Гарри улыбнулся подруге, махнув ей рукой в знак приветствия и встревоженно оглядывая ее. — Как ты?
— Доброе утро, Гарри, — засияла подруга. — Все в порядке, только вот голова немного кружится. Наверное, это после лекарства... — она невольно потянулась рукой к своей голове.
Когда обмен приветствиями был окончен, Гарри приступил к главному:
— Может, ты мне объяснишь, что случилось?.. И со мной и с тобой! — негромко воскликнул он. Будить Малфоя было сейчас ни к чему. — Почему ты здесь? Кто тебя отравил? Почему я проспал целых четыре дня? — Гарри не знал, какой вопрос задать первым.
— Четыре дня? — Гермиона приняла во внимание только последний вопрос. Она привстала на кровати, поморщившись и положив руку за живот. — Ну, да... Странно.
— Ты разве не знаешь?.. — удивился Гарри. — Ладно, потом выясним. А с тобой-то что произошло? — он четко повторил последнюю фразу.
Гермиона невидяще смотрела на него тем взглядом, который был у нее, когда она что-то старательно обдумывала или вспоминала.
— Гарри... — она опустила взгляд, задумавшись на пару секунд. — Я сама ничего не знаю... Мы с Роном и Джинни гуляли по Хогвартсу, все было нормально. Ничего странного, обычный день... кроме матча, разумеется. Потом я пошла в нашу гостиную готовиться к зачету по астрономии. Долго еще сидела, голову ломала над одной штукой. — Гермиона улыбнулась. — Потом все пошли спать, ну и я со всеми. Больше я ничего не помню. – Растерянный взгляд — И я правда не знаю, кто мог меня отравить. Кому это надо? Если вот только ему. — Она посмотрела на Малфоя, который все еще спал.
— Он, конечно, способен на такое, — Гарри мысленно усмехнулся тому, что Гермиона наконец начала это осознавать. Малфой поморщился во сне и слегка дернулся, словно сквозь сон почувствовал, что речь идет о нем. — Но он лежал здесь и не мог выйти из палаты... Кажется, он и теперь еще не выздоровел. — Гарри кивнул на многочисленные баночки у изголовья соседней кровати. — Но он мог кого-нибудь подговорить, — неожиданно пришло в голову Гарри. — Гермиона, вспомни, был ли кто-нибудь посторонний в гостиной тогда? — На своих думать не хотелось.
Гриффиндорка задумчиво потрепала нерасчесанную прядь волос.
— Было уже очень поздно, — медленно проговорил она, кусая нижнюю губу. — Но все долго не расходились, до сих пор не могли прийти в себя. — Гермиона осеклась. — Больше половины учеников сидело в гостиной. Были ученики и с других факультетов. Не понимаю, как они пробрались к нам посреди ночи... Больше не помню.
— Кто был? Это важно! — требовательно спросил Гарри.
— Не очень хорошо помню... Кажется, Смит, Дэвис, Лиза Турпин... — с паузами ответила Гермиона. — И еще кто-то, больше не помню. И да, вспомнила, я пила гранатовый сок, он стоял возле меня, на столике.
— Может, это кто-нибудь из них? Надо будет сегодня об этом подумать...
Несколько последующих минут Гарри молчал и сидел неподвижно, как вдруг его осенила гениальная мысль.
— А если это Малфой-старший подговорил кого-нибудь из учеников отравить тебя? — он взглянул на девушку с таким выражением лица, будто его только что ударили по голове. — Вспомни, он ведь всегда так заботился о своем сыночке, всегда презирал полукровок и рожденных от магглов. А тут такой шанс отомстить! И он вчера... вернее, в субботу заходил к нему, — Гарри кивнул на Малфоя. - Почему бы не воспользоваться таким случаем? — Может, Люциус даже думает, что это я спихнул с метлы его любимого сынка, специально.
Тут Гермиона смутилась и опять схватилась за прядку волос. Прокашлялась.
— Гарри, послушай, не пойми меня неправильно, но... — с запинками начала она, глядя пристально на друга. — Но я далеко сидела, а слизеринский загонщик загораживал вас, и я ничего не видела, пока вы не упали. В общем, среди учеников нет единого мнения... Гриффиндорцы и большая часть когтевранцев и пуффендуйцев считают виноватым Малфоя... но некоторые — слизеринцы — обвиняют тебя. Распространяют слухи, что ты не адекватен, припоминают твои утверждения насчет возрождения Сам-Знаешь-Кого.
— Что-о?! Обвиняют МЕНЯ? Да чем они смотрели матч?! — праведно и громко возмутился Гарри. — Я никогда не хитрил в квиддиче, все это знают! Да и какая в этом хитрость: самому себе отбить бока! И это все из-за какого-то снитча! Как можно было не заметить летящий в нас бладжер?..
Заметив пробуждение Малфоя, Гарри прервался, глотнул побольше воздуха взамен ушедшего на эмоциональную фразу.
На крик примчалась мадам Помфри.
— Тишина! — воскликнула она и стала крутиться вокруг Малфоя. — Гарри, если ты почти выздоровел, это не значит, что другим не нужен покой. — Она откупорила небольшую баночку и поставила рядом с собой.
— Вот-вот! Слышишь, что медик говорит! — слабым голосом поддел Малфой откуда-то из-за Помфри. Надо же, откуда только силы взялись?
— Как вы себя чувствуете, мистер Малфой? — колдомедик довольно дружелюбно обратилась к слизеринцу, переставляя на его тумбочке какие-то скляночки.
— Все бы хорошо, только они мне мешаются, — все тем же слабым и немного хриплым от долгого молчания голосом проговорил Драко, после чего мадам Помфри с долей злости в глазах посмотрела на Гарри.
— Нельзя нарушать покой в больнице! Сколько раз можно повторять, мистер Поттер? — переведя взгляд на Гермиону, она ласковым голоском предупредила: — Я сейчас поставлю эту ширму обратно, поэтому, мисс Грейнджер, вам лучше лечь.
Гермиона понимающе кивнула и легла на спину. Ширма отправилась на место.
Гарри тоже все стало понятно: Малфоя собрались раздевать. Он поморщился, повалился на подушку и уставился в пространство.
Колдоведьма попросила своего пациента перелечь на живот. Тот очень осторожно перевернулся, побледнев и уткнувшись носом в подушку. Гарри смотрел в пространство, но при этом лежа лицом к Малфою, поэтому получалось, что смотрит он не в никуда. С ним часто такое случалось: уставиться на кого-то, даже не замечая этого.
Колдомедик стянула с больного верхнюю часть белой больничной пижамы и положила ее рядом.
Малфой, видно, почувствовал на себе взгляд Гарри, потому что глухо произнес в подушку:
— Закройте его тоже ширмой! Я не хочу, чтобы он на меня пялился!
Гарри тихонько хмыкнул. «Какая стеснительность, подумаешь».
— Мистер Малфой, он не будет на вас смотреть, — успокаивающе сказала мадам Помфри. — Извините, но вам придется снять штаны. Мне нужно обработать вашу ногу, так как после падения мы обнаружили также перелом малой берцовой кости. — Малфой попытался подняться, чтобы исполнить своеобразный приказ колдомедика, но она тут же остановила его. — Позвольте, я вам помогу?
Коротко кивнув, Драко лег обратно и снова уткнулся лицом в подушку. Мадам Помфри стянула со слизеринца штаны и положила их рядом с его рубашкой. Затем она взяла с тумбочки при кровати какую-то желтоватую мазь и обработала ей ногу пациенту.
— Готово... Теперь спина...
Несмотря на заверения мадам Помфри, Гарри не отвернулся, а, расслабленно лежа на боку, продолжал рассеянно глядеть через Малфоя куда-то в сторону гермиониной ширмы, по которой скользили причудливые солнечные зайчики. Сквозь приоткрытое окно в комнату вплывал тревожащий весенний воздух, заполняя легкие, выветривая из головы все тяжелые мысли. Раздался приглушенный подушкой вскрик. Зевнув, Гарри перевел взгляд да полуголого Малфоя, оставшегося в одних плавках серого цвета. Сильные руки медсестры втирали в его спину прозрачное зелье, заставляя бледную мальчишескую кожу слизеринца липко поблескивать на солнце. Помфри легко водила ловкими ладонями от резинки плавок до шеи Малфоя, зачем-то периодически надавливая уже на малочисленные и практически исчезнувшие синяки, от чего тот болезненно вскрикивал, мелко водя телом из стороны в сторону, и дрыгал лопатками.
Гарри не хотел смотреть на происходящее, но просто так взять и перевести взгляд на что-то другое у него не получалось. Рассматривая Малфоя, он все уверенней приходил к выводу, что слизеринцу было намного хуже, чем ему самому. Поттеру даже стало жалко своего противника, причем жалел он его осознанно. Он внимательно разглядывал побледневшие синяки, пытаясь представить, какими они были, когда еще не начали заживать. Заодно он воспользовался случаем, чтобы разглядеть получше Малфоя. Было до странности интересно узнать некоторые его секреты, обычно скрывающиеся под плотной школьной мантией, тянущейся почти до самого пола. К тому же, магический мир был немного старомоден, и даже его соседи по гриффиндорской спальне старались переодеваться быстро — магглорожденный Дин Томас и полукровка Симус Финниган – или вообще спрятавшись под пологом – выросшие в чистокровных семьях Рон и Невилл.
Мадам Помфри растянула процедуру надолго, и Гарри успел разглядеть спину, сейчас какую-то непривычно прямую, будто позвоночник его вообще не гнулся. Кожа... Она была настолько бледной, что казалось, будто она прозрачная. Должно быть, это из-за того, что слизеринцы живут в подземельях. Лопатки немного выпирали — сказывалась худощавость. В то же время во всем зрелище, открывшемся Гарри, было что-то невыразимое… — Гарри глубоко вдохнул прохладный, но мягкий воздух, проникающий в палату. Солнце нагрело волосы, и у гриффиндорца внутри сознания затеплилось какое-то томительное, незримо надвигающееся предчувствие чего-то нового, что должно начаться с этих самых мгновений. – Во всем хрупком, но ловком теле Малфоя чувствовалась тягучая таинственная сила необъяснимого происхождения.
…Вот уже не мадам Помфри, а он липкими руками прикасался к спине, от которой тоже исходила эта нематериальная власть… Потом уже была другая сцена: Малфой очень близко, и к виску Гарри прикасается его громкое теплое дыхание, а вокруг них необъяснимым образом ничего нет. Но все-таки самое главное заключается не в дыхании Малфоя, не в его прищуренном взгляде, слепящем Гарри, а в цепкой руке слизеринца, властно держащей его локоть, и во взгляде его самого, внезапно опускающемся ниже по рубашке Малфоя и натыкающемся на неодетые стройные и прямые ноги и на серые плавки, наполовину скрытые белой рубашкой, которую Гарри никогда не видел на нем, которая возникла откуда-то из глубин его сознания. И ноги Гарри от этой близости вдруг слабеют, уже не держат, и он заваливается назад, на что-то твердое, Малфой следует за ним… точнее, НА него, при этом забирая в себя покинувшую Гарри силу – он чувствует это…
Гарри открыл глаза и зевнул, внутренне смеясь над своими мыслями. Хотя ничего страшного в этом не было: в минуты безделья в голову лезла и не такая бессмыслица.
Мадам Помфри уже скрылась у себя в комнате, оставив спину Малфоя впитывать в себя мазь.
Проводив взглядом колдомедика, Гарри снова уставился на вытянувшегося на соседней кровати Малфоя. Гриффиндорцу почему-то очень нравилось вот так просто лежать и смотреть на своего беззащитного в данный момент врага, который даже не подозревал, что на него кто-то таращится. Водопад мыслей прервал чей-то холодный и знакомый голос, доносящийся словно издалека до ушей студента. Тряхнув головой, Гарри переспросил.
— Что?
— Что за ерунду вы там наговорили про моего отца? — Драко уже успел озлобиться. Он терпеть не мог, когда его не слушают или перебивают.
— А ты разве не согласишься со мной, что твой папаша настолько ненавидит магглорожденных, что вполне мог отравить Гермиону? – справедливо, как ему самому показалось, заметил Гарри.
— Ты думаешь, это он пытался отравить грязнокровку? — Малфою, оказывается, был известен этот факт, что насторожило Гарри еще сильнее. На слове «грязнокровка» он резко поднялся на локти. От неловкого движения в боку больно кольнуло. – Ха, да он не опустится до такого. – Гарри не успел ничего предпринять, когда ширма со страшным лязгом отъехала в сторону и за ней открылась Гермиона, злобно, но в бессилии сжимающая кулаки.
— О, грязнокровка вылезла из своей берлоги, — Малфой гадко усмехнулся и уткнулся лицом в подушку, чтобы только не видеть Гермиону. Та в свою очередь злобно посмотрела на него, потом перевела взгляд на Гарри. Если бы ей можно было вставать с кровати, она бы уже давно оторвала голову соседу по койкам.
— И вообще, отвернись и скройся обратно за ширмой, Грейнджер! Не видишь, мне плохо? — Не поднимая головы с подушки, крикнул Драко. — А при виде тебя еще хуже становится.
— Так! А ну-ка не сметь в моем отделении употреблять такие грязные слова, мистер Малфой! То, что вы еще нездоровы, не дает вам привилегий плохо относиться к остальным учащимся в не зависимости от их статуса и родителей! — Помфри подошла к Гарри и втиснула ему какую-то таблетку и стакан воды. — Выпейте это, мистер Поттер. Еще пару дней, и мы вас, пожалуй, выпишем.
— И это вот лучше всего! – не унимался Малфой, нагло растянув улыбку на ехидном лице. – А меня вы когда собираетесь выписывать? – обратился он к мадам Помфри, по-прежнему строго сжимающей тонкие губы.
— Пролежите с неделю, не меньше, вам не следует спешить.
— Еще лучше! – сверкнул глазами Драко. – Этот идиот, чуть не угробивший меня, еще и меньше пострадал.
Гарри не ожидал такого подвоха даже от Малфоя. От изумления он захлебнулся словами.
— Слууушайте! – с наигранным энтузиазмом обратился слизеринец к медсестре, бесцеремонно схватив ее за полу больничного халата. – Вылечите ему его слепые глаза, а то я точно такими темпами не доживу до совершеннолетия! – Несмотря на травмы, Малфой нервно вертелся к кровати и эмоционально восклицал. Видно было, что его несет. Гермиона сидела, раскрыв рот.
Медсестра оторвала наглую руку от своей одежды и оценивающе посмотрела сначала на Дракр, потом на лицо Гарри.
— А что, отличная идея! – воодушевилась она и направилась в свою комнату.
Гарри хотел что-то крикнуть ей в ответ, но Малфой снова зачастил в непривычном темпе:
— Ты еще за это ответишь! О-очень хорошо ответишь! Ты еще пожалеешь, что учишься со мной на одном курсе и запросишься обратно к своим магглам! – говорил он так, чтобы не могла слышать удалившаяся колдомедик. Гарри в ярости, желая лишь одного – чтобы Малфой заткнулся, кинул в него первым попавшимся под руку предметом – подушкой. Лицо наглеца поздоровалось с ней, и он скинул ее на пол.
— Малфой, у тебя с головой все в порядке? Что за приступ истерии? Или это на тебя так падение повлияло, в котором ты, кстати, сам и виноват! И ты скажешь это всем! – по-змеиному зашипел Поттер, которому это все порядком надоело.
Малфой повернулся на правый бок, лицом к нему.
— Поттер, слушай: никому ничего я не скажу, — раздельно проговорил он. – Хотя… благодарю тебя, Поттер! Спасибо за время без учебы!
— Да пожалуйста! — Гарри невероятно взбесило такое поведение Малфоя. Как всегда. — Причем тут я? Это ты меня с метлы скинул!
— Если бы не бладжер, запущенный в тебя, ничего этого бы не было! А теперь отвали от меня, а не то я сейчас позову мадам Помфри и скажу, что ты на меня кидаешься! Никто тебе не поверит! Ты просто доказать не сможешь, что это я тебя с метлы сбросил!
— Это мы еще проверим... — Гарри сверкнул глазами в сторону Малфоя и, резко развернувшись к нему спиной, лег на бок так, чтобы не видеть лица своего давнего врага.


Сообщение отредактировал Гарри_Autumn - Четверг, 13.12.2012, 11:33
 
АркадияДата: Суббота, 06.10.2012, 00:37 | Сообщение # 4
Друид жизни
Сообщений: 165
« 5 »
мне нравится! отписываюсь, запоминаю, жду подолжения!!!
 
Гарри_AutumnДата: Суббота, 06.10.2012, 17:45 | Сообщение # 5
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Quote (Аркадия)
мне нравится! отписываюсь, запоминаю, жду подолжения!!!

Спасибо Вам огромное. Вы бы знали, как для нас это важно.
 
ОлюсяДата: Вторник, 30.10.2012, 22:37 | Сообщение # 6
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 181 »
Ох, бетту бы вам автор. столько повторов и опечаток, что раза три хотелось прервать чтение, и лишь моя упёртость помогла мне прочесть все. Написано не плохо, но отсуствие беттинга - убивает


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
Гарри_AutumnДата: Четверг, 13.12.2012, 11:33 | Сообщение # 7
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Глава 3

Мадам Помфри сдержала свое обещание. Через день и Гарри, и Гермиону отправили учиться дальше. Вторая отреагировала на заявление колдомедика радостной улыбкой и в нетерпении, даже не заглянув в гриффиндорскую башню, направилась прямым курсом в библиотеку затем, чтобы набрать увесистую стопку книг по всем предметам, которые изучала в школе: сказывались многие часы бездействия для мозга. Гарри, которого Гермиона попросила помочь в переноске неподъемного учебного материала, не разделял ее веселья и лениво плелся следом за ней, слушая Рона, невнятно жужжащего под ухом.
Последний день и последнюю ночь в хогвартской больнице Гарри и Гермиона в перерывах между сном провели в разговорах друг с другом. Им было запрещено заниматься уроками, поэтому времени оказалось предостаточно, и они долго мусолили одни и те же темы о последних событиях. На их радость, Малфой, напившийся зелий, все это время проспал, забравшись под одеяло, и Гарри практически не замечал его присутствия. Пару раз ненадолго заходил Рон. Однажды в палату заглянули Крэбб и Гойл, про которых Гарри подумал: «Они на самом деле беспокоятся или попросту боятся злости Малфоя, который отнюдь не будет рад, если они не придут вовремя сопровождать его?»
Под конец пришел Дамблдор, нервно повертелся возле кровати Гарри и натянуто сообщил об объявившемся отравителе, из-за которого гриффиндорец провел здесь лишние дни. Взяв клятву с оторопевшего парня и закрывшей рот ладонью Гермионы, что они непременно будут соблюдать предельную осторожность, заметно осунувшийся и постаревший директор усталым шагом вышел за дверь. От Рона они еще до этого случая узнали о множестве проблем в Ордене Феникса.
Пролежав добрую часть дня в ожидании выписки, Гарри придумывал, что будет делать оставшийся вечер. Они уже договорились с Гермионой пойти в библиотеку. Ей ужасно не хватало знаний, и она решила восполнить такую большую утрату походом за книгами со своими лучшими друзьями. Это займет, скорее всего, все время до отбоя, но парень не испытывал особой тяги к учебникам и старым толстым книгам. Он лучше бы спокойно посидел в гостиной с чашкой чая, позаимствованного на кухне у домовиков, и поговорил с Роном, который наверняка уже заскучал без лучших друзей.
Наконец колдомедик выбралась из своего кабинета и вручила ребятам листы, в которых красивым, на удивление разборчивым почерком было написано, что они полностью здоровы. Быстро собрав вещи, которых было не так уж и много, Гарри пошел к выходу и, остановившись у двери, стал ждать свою подругу. Воспользовавшись случаем, парень посмотрел на все так же лежащего пластом Малфоя и довольно усмехнулся: "Сам виноват!"

Преодолев долгий путь «больничное крыло – библиотека – гриффиндорская башня» они попали в свою гостиную, которая после уже закончившихся занятий наполнилась учениками, радостно их приветствовавшими. Гарри, Рон и Гермиона уселись вместе на один из свободных диванчиков. Гермиона сразу принялась за Историю Магии, а Гарри решил повременить с домашним заданием, удобно устроившись с новым номером «Пророка», забытым кем-то на столике. Рон последовал его примеру, нагнувшись к Гарри и вполголоса комментируя новости, верной трактовкой которых снабжала его семья. Закончив с газетой, Гарри на ухо Рону сообщил о том, что сказал Дамблдор в больничном крыле, после чего они вместе стали приглядываться к лицам тех студентов, которые сейчас были здесь. Не обнаружив ничего настораживающего, они вступили в разговор сразу с несколькими однокурсниками, надеясь выяснить какие-нибудь важные детали. Гарри заметил, что Гермиона, писавшая эссе на пергаменте, исподлобья следит за ними. Однако разговор шел на самые безобидные темы.
Через несколько минут Джинни, корпевшая в углу комнаты над каким-то учебником, подняла уставшие глаза и сообщила:
- Кстати, забыла сказать: я сегодня ходила к мадам Хуч и спросила, когда будет повторный матч Гриффиндор-Слизерин.
- А он разве будет? - Гарри удивленно посмотрел на Уизли-младшую. - И что тебе сказали?
- Она сказала, что, почти точно, в конце этой недели...
- Отлично! Теперь я смогу отомстить этому хорьку. - Он ликовал, хотя его триумф быстро сошел на нет. - Ах, черт... Малфой же еще в больнице лежит, я и забыл. И кому мне теперь мстить? - Гарри недовольно ударил кулаком по столу.
- Даже если бы его и выписали, его бы не пустили на поле, да и тебя тоже, Гарри. Вы еще слишком слабы, ваш организм может не выдержать этой нагрузки, - Джинни очень похоже изобразила мадам Хуч, даже голос был почти такой же. Гермиона, наблюдая за всем этим из-за книги, звонко рассмеялась. Затем к ней присоединились и другие.
- Черт! Во всем виноват Малфой! - Было видно, что Гарри не на шутку расстроился и даже разозлился. – А кого собираются выпустить ловцом? - немного успокоившись, поинтересовался у сестры Рона он.
- Не знаю, нам ничего не сказали. Хоть бы меня выпустили, пожалуйста, хоть бы меня... - Джинни сложила руки так, будто молилась.
«Да, пожалуй, она будет лучшей кандидатурой. Хвала Мерлину, Малфою не придется играть, а то мало ли, вдруг и ее покалечит», - Гарри были близки все Уизли, и за Джинни он тоже волновался. А ведь она умела притягивать к себе проблемы!
- А ты поговори с Вудом, он, я думаю, выберет временным ловцом именно тебя, - посоветовал он.
- О, спасибо, как это я сразу не додумалась! А ведь все этот Снейп со своей контрольной по Зельеварению. – Она вскочила, хлопнув учебником так, что пергамент полетел вниз. Не заметив этого, Джинни куда-то умчалась.
Гарри вслух согласился с ней и под натиском Гермионы сел за уроки.
Первым делом он взялся за то самое ненавистное Зельеварение, поэтому практически сразу ощутил страшную скуку. Потом еще и Гермиона, нашедшая в своей книге что-то для нее невероятно интересное, начала воодушевленно это зачитывать.
- Вы не поверите, что я нашла! - Гриффиндорка буквально светилась от счастья и желания как можно быстрее все рассказать ребятам. - Об этом говорил сам Мерлин! Этого ждут веками многие поколения волшебников. Вот, послушайте: «Один раз в семьсот семьдесят семь лет происходит нечто невероятное со всем известным Солнцем. Под влиянием неких химических реакций (которых мы, к сожалению, не знаем) на этой звезде происходит вспышка энергии, лучи которой доходят и до Земли. Предположительно, эти лучи способствуют усилению волшебных свойств отдельных предметов или людей. Последний раз явление наблюдалось в тысяча двести девятнадцатом году». А теперь прибавьте к этому году семьсот семьдесят семь лет.
Пока Гарри и Рон, наморщив лбы, мысленно складывали, сидящий совсем рядом в компании Симуса Дин Томас воскликнул:
- Так это же, получается, в тысяча девятьсот девяносто шестом! То есть… а какого это числа? – Он начисто забыл про шахматы, в которые играл с другом. Другие ученики тоже синхронно оторвались от своих занятий.
- Не знаю, здесь не написано, - Гермиона взглянула на год издания книги, - это старая книга, поэтому автор в то время еще не знал точной даты. Сейчас, наверное, это уже известно в Министерстве…
Гарри, стараясь не обращать внимания на взгляд Симуса, направленный на него, посмотрел на лица товарищей по факультету и понял, что никто ничего не знает.
Финниган, тоже заметивший это, со словами «Я напишу отцу» кинулся в спальню к клетке своего филина.
Проводив взглядом Симуса, Гарри обратился к Гермионе:
- И как определить, когда же будет эта самая вспышка на Солнце?
- Один момент... - гриффиндорка снова погрузилась в книгу. Через несколько минут она выглянула из-за толстого тома с довольно разочарованным видом. - Здесь не написано... Наверное, это сильно ощутимо, поэтому писать и не стали.
Поттер пожал плечами и перевел взгляд на Рона. Тот же в свою очередь пребывал в странной задумчивости.
- Рон! Что ты об этом думаешь?
Парень встрепенулся и посмотрел на друзей.
- Я... Я не знаю. Я просто представить не могу, что это за такое и как так получилось, что вспышка произойдет именно в этом году. А может, это выдумка? - Рон вскинул бровь.
- Вряд ли. Видишь ли, это слишком старое и серьезное издание для таких шуток, - Гермиона захлопнула книгу с громким глухим звуком.
- О, Гарри, Гермиона, вы выздоровели? – Портрет-вход сдвинулся в сторону, пропуская в гостиную Невилла. – А, точно, Рон мне говорил, что сегодня. – Хлопнув ладонью по лбу, он подошел ближе, свалив на стол сладости, которых он набрал целые карманы. – А вы угощайтесь. Гермиона, и ты бери, - он помахал руками перед Гермионой, которая распечатывала новую пачку пергаментов.
- О, спасибо. То, что надо! – она протянула руку за шоколадной вафлей.
Рон покашлял в кулак, что заметил только его лучший друг, и наклонился к уху Гарри:
- Какое внимание! Тебе не кажется, что наш Невилл что-то скрывает? – Они оба покосились в сторону мальчика, который устроился рядом с Гермионой.
- У тебя по Астрономии сколько дюймов эссе получилось?.. – Гермиона негромко и с серьезным видом отвечала ему. – Да… Что, вспышка? На какой странице про это?
- Хотя он прав, она может из-за учебы почти не есть. А тут еще после такого перерыва, когда вы пропустили уроки, - продолжил Рон.
- Какая забота! – повторил Гарри его же слова, за что тот с важным видом отпихнул его от себя на край дивана.
- Гарри, когда будет следующее занятие? Я имею в виду ОД. Я так хочу выучить какое-нибудь новое заклинание, - Невилл посмотрел на друга с надеждой, улыбнувшись.
- Я ничего еще не знаю. Гермиона всех оповестит по волшебным жетонам, если что. Да, Гермиона? - Гарри посмотрел на подругу с прищуром, но девушка из-за плохого освещения не заметила этого. Она порылась в кармане, позвенела монетами, нащупывая нужную.
- Ах, вот она… Я думала, что могла ее потерять, когда попала в больничное крыло.
- А когда будет известно хоть что-нибудь? - Видимо, Невилл не отстанет, пока не разузнает все подробности. Услышав разговор, часть гриффиндорцев заинтересованно повернули головы. Гарри с удовольствием подумал, что первые занятия тайной школьной организации прошли успешно, и участники ОД с нетерпением ждут новых. Однако его все-таки раздражала такая настойчивость Невилла. Он ощущал всю неподъемность навалившихся дел: в ближайшие дни придется наверстывать школьную программу, поскольку в преддверии С.О.В. задавать стали просто нереальное количество заданий по всем предметам, которые он едва успевает делать. Если Гарри не хочет провалиться, то он должен немедленно взяться за уроки, следуя примеру умной подруги… «Еще и чертова Окклюменция со Снейпом!» - с ужасом вспомнил он. А если еще подыскивать новые заклинания для ОД…
- Ну... Я на следующей неделе подумаю над этим вопросом, ладно? – вздохнул он, жалобно глядя на Гермиону.
Друзья дружно закивали. Только сейчас Гарри заметил, какие у его однокурсников усталые лица, и вдруг сразу расхотелось концентрироваться на учебе.
- Рон, - задумчиво произнес он, – интересно, а насколько скучнее было бы учиться сейчас в обычной маггловской школе?
Тот удивился.
- Понятия не имею. Если даже в Хогвартсе такая муть…
Он выудил из стопки учебников свою потрепанную «Астрономию».
- Как же я ненавижу учить по картам, - Рон распахнул книгу на теме, которую они сейчас проходили. – Да кому это нужно? Где пригодится, если, изучив в школе семилетний курс астрономии, никто не может определить, когда солнце выбросит нам энергию?
- Не знаю, - зевнул Гарри, откинувшись на диване. – А ты уверен, что от этого аквамаринового солнца нам будет польза? – Тут он понизил голос. – Не знаешь, Пожиратели могут воспользоваться его энергией для победы?
- Надо у Гермионы спросить. Она читала…
Со стороны лестницы, ведущей в спальни девочек, донесся шум. Из лестничного проема на довольно большой скорости выбежала Лаванда Браун, по дороге сбив со стола учебник, который с грохотом упал на пол. Пробегая мимо Гарри, она чуть не задела его рукой. Парень посмотрел девушке вслед, заметив, что она была в довольно короткой ночнушке, из-под которой то и дело показывались голые бедра. Как только Лаванда спряталась за диван, прямо за Гермиону, из того же проема показалась Парвати Патил, которая, видимо, гналась за Браун.
- Где она?! - запыхавшаяся гриффиндорка была то ли в ярости, то ли ей было очень смешно. Слава Мерлину, на ней была ночнушка подлиннее.
- Она выбежала из гостиной, а куда, не знаю, - Дин решил спасти Лаванду. Парвати выбежала из гостиной прямо в ночной сорочке. Через секунду она опомнилась и вернулась обратно, нападая на Томаса.
- Ты что, совсем сдурела? В таком виде – наружу? – разнесся по комнате голос Полной Дамы.

Парвати, часто дыша после быстрого бега, плюхнулась рядом с ним. Дин, который с недавних пор был ее парнем, взял ее за руки.
- Все-все. Успокойся. Что случилось? – полубезразлично – его явно не интересовали девчачьи ссоры – спросил он. Парвати оглядывала комнату в поисках подруги, но уже без интереса.
- Она… Она сказала, что ты… - она продолжила фразу таким тоном, чтобы ее мог слышать только Дин.
Все гриффиндорцы напрягли слух.
Когда Патил закончила шептать ему на ухо, Дин фыркнул и сказал мстительно:
- Она там! – он указал направление. И тут Лаванда с диким визгом выбежала из-за дивана и ринулась обратно в спальни девочек. Парвати погналась за ней, крикнув напоследок ребятам:
- Спокойной ночи!
Как только угрозы и топот ног стал почти неслышным, гриффиндорцы дружно рассмеялись. Гарри хохотал до слез, хотя ему было из-за чего насторожиться.

Он решил пойти спать, так как было уже довольно поздно, а первым уроком завтра (Гарри заглянул в расписание) была Трансфигурация - уж МакГоногалл не даст расслабиться, а ведь за время без уроков он успел отвыкнуть рано вставать.
Пожелав друзьям доброй ночи, он поднялся в спальню для мальчиков и, спешно переодевшись, лег на свою кровать. Внутри засело какое-то странное ощущение. Казалось, что-то было не так, как раньше.
Никак не выходила из головы Лаванда. Конечно, недавний инцидент с полураздетой сокурсницей привлек внимание всех гриффиндорских парней. Еще бы, ведь тонкая сорочка была такой короткой, что едва прикрывала верхнюю часть ног.
Это было, конечно, красиво, но Гарри в этом учебном году начали удивлять постоянные плотоядные взгляды мальчишек-сокурсников в сторону девчонок. Взглядов было чересчур много. И он насторожился, потому что не проявлял таких эмоций, которыми светились лица Дина, Симуса и иногда Рона, когда те думали о запретном для Хогвартса и для их лет. Голова самого Гарри не была занята такими мыслями, и до сих пор он думал, что просто на первое место ставит чувства, а не...
Но должно же быть хоть что-нибудь?
Глядя на Чжоу, он почти не думал о неприличном, а мечтал провести с ней побольше времени и подружиться. Последнее было бы идеальным и не мешало бы их романтическим отношениям. Смуглая когтевранка казалась образцом женственности, была очень милой, и ему хотелось лучше узнать ее. Однако представлять их будущие, несколько более близкие отношения было, в отличие от простых поцелуев, немного неприятно, чему Гарри не находил причин.
Конечно, в глубине души ему очень даже хотелось подобного, но что-то ему не давало даже представить эту картину перед глазами. Он каждый день видел, как обнимаются и целуются Парвати и Дин, которые выглядели очень счастливыми. Были в Хогвартсе и другие парочки. Может, они уже воспользовались каким-нибудь моментом и сделали то, что в школе запрещено? Может быть и ему, Гарри, уже пора? Представив это, мальчик поежился, перевернулся на другой бок и закрыл глаза. Перед ним снова всплыли мелькающие из-под короткой ночнушки бедра Лаванды. Сосредоточившись, он представил на месте Браун Чжоу. Чуть натянуто улыбнувшись самому себе, Гарри лениво зевнул и плавно погрузился в сон.
 
Гарри_AutumnДата: Четверг, 13.12.2012, 11:34 | Сообщение # 8
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Глава 4

- Папа, мне действительно пора. Я не могу больше таращиться день и ночь на стены и слушать, как Помфри треплется с Бербидж!
Отец возвышался над сидящим на собранной кровати Драко, который в разговоре с ним снизил голос до громкого шепота. Его тон был тоном человека, которому надоело спорить.
- Я не верю этой вашей медсестре. Не внушает она мне доверия. Что-то есть в ней двуличное, ты не замечаешь?
-Не замечаю и замечать не хочу. Мне бы на матче появиться…
- Зачем тебе это? – Люциус опустился на стул, скрестив руки на груди.
Хотя Драко теперь, по словам колдомедика и собственным ощущениям, почти полностью пришел в форму, отец никак не мог взять в толк данный факт.
- Как зачем? На матчи вся школа собирается. А то, что в этот раз не я буду ловцом - это неважно, - твердо сказал он, застегивая школьную мантию, тем самым давая понять, что отступать и слушаться отца не собирается.
- Ну-ну.
Отец хмуро смотрел на сына.
- Поверим.
Он, без сомнения, не верил в то, что Драко спокойно отнесся к временной замене в команде. Кроме физических причин, мадам Помфри объясняла отстранение ловца от ближайшей игры еще и эмоциональным потрясением, испытанным им не так давно. Она была уверена, что еще свежие воспоминания могут спровоцировать рецидив, и переубеждать ее – только лишняя трата времени.

Хорошо выспаться не удалось. Первую половину ночи сон никак не хотел приходить, сколько бы Гарри не пытался заснуть, а во вторую половину был неспокойным. Мальчик ворочался с боку на бок, просыпался примерно каждые полчаса и с усилием засыпал. Казалось, что утро никогда не наступит. Прежде перед матчами Гарри не давала покоя мысль: победят они или проиграют? А в эту ночь его мучила обида и легкая зависть к ни в чем не повинной Джинни. Когда Гарри в очередной раз открыл глаза, в спальне гремел чем-то Рон, который, видимо, проснулся пораньше, чтобы подготовиться к важной игре. Гарри, приложив ладонь к ноющему виску, наблюдал за тем, как он сначала долго искал в чемодане с вещами свои носки, а потом носился по периметру комнаты в поисках наколенников, которые с усердием почистил еще вчера. Рон одевался в квиддичную форму прямо здесь, не желая находиться в одной раздевалке с игроками Слизерина даже короткое время. Понимающе поглядев на беспокойного вратаря, Гарри сел на кровати, стащив с себя одеяло. Уснуть еще ненадолго было не в его силах. Увидев, что Гарри проснулся, Рон пожелал доброго утра и решил поинтересоваться:
- Что, не спится? Вот и мне тоже. Такая важная игра, я волнуюсь сильно... Впрочем, как всегда. А без тебя нам выиграть будет сложно, - тяжело опустившись на свою кровать, он расстроенно посмотрел на Гарри, сонно потиравшего глаза.
- Ой, да брось ты, - вялой рукой отмахнулся тот. – Джинни ведь тоже отлично справляется. Ты же сам видел, как она играла на тренировках, разве нет?
- Видеть-то видел… Но то на тренировках, а сегодня мы не должны проиграть! – разочарованно вздохнув, Рон натянул на голову вратарский шлем, смотревшийся на фоне гриффиндорской спальни не слишком уместно. Гарри чуть не засмеялся, но, вовремя спохватившись, сдержался. Остальные парни спали, и будить их друзья не хотели. С большой неохотой выбравшись из-под полога, Гарри нащупал на тумбочке очки, не сразу вспомнив, что они ему теперь не нужны, и поднялся, чтобы одеться.
Он предложил Рону спуститься в Большой зал, где наверняка еще не было накрыто, и подождать завтрак там. Сидеть молча в спальне казалось чрезвычайно скучным занятием. По дороге запнувшись о чей-то ботинок, валявшийся посреди прохода, ребята вышли в гостиную. Оказывается, не одним им не спалось в столь ранний час. Сюда уже успели спуститься некоторые гриффиндорцы, наполнив гостиную возбужденными голосами, обычно редкими в другие дни с утра. А вот Полная Дама не разделяла всеобщего возбуждения. Когда они очутились по ту сторону портрета, она сонно заворчала им вслед. Но мало кто сейчас обращал на это внимание.
Вид заблаговременно одетого по-спортивному Рона до глупости злил Гарри. Он, почти не разжимая зубов, негромко попросил:
- Сними шлем, а? До игры еще много времени.
Гарри торопливо зашагал, оставляя Рона немного позади. Он и не подозревал, как важно для него сыграть сегодня, но все факты были налицо. Как это – наблюдать со стороны? Ну почему не ему, а Джинни достанется попытка поймать главный бонус всей игры, который поможет им выиграть в этом году Кубок? Даже в случае победы Гриффиндора у него не получится радоваться полно…
Рон, рассеянно снявший шлем, нервно вертел его в руках и вслух повторял стратегию – сегодня более-менее уверенным тоном. В холле, перед раскрытыми дубовыми дверями Большого зала, друзья натолкнулись на компанию слизеринцев. Гарри несильно тронул Рона за рукав, намекая на то, чтобы тот прекратил вещать так громко. Он стремительно мимо Нотта, стоящего рядом с троицей шестикурсников со своего факультета. По пути Гарри зачем-то больно задел Теодора плечом, сам не до конца понимая причин своей злости. Рон, видимо, не преминул повторить его действия, и сзади донеслись ругательства жертвы гриффиндорцев. Гарри, не оборачиваясь, ответил смуглому однокурснику тем же.
Большой зал еще пустовал. Хогвартские эльфы пока не закончили приготовление завтрака, но Гарри и Рон все равно уселись за стол, на те места, где привыкли сидеть.
- Да не расстраивайся ты так! – воскликнул рыжий гриффиндорец, поставив шлем на лавку рядом с собой. Гарри опустил голову на сложенные руки, тяжело выдохнув.
С некоторой жалостью посмотрев на него, Рон попытался поддержать друга:
- Не переживай. В следующей раз тебя точно выпустят на поле. А сейчас… просто поверь в мою сестру. Ей нужна наша поддержка. Обязательно приходи на стадион.
- Ладно, - Гарри выпрямился. – Схожу.
Спустя некоторое время на завтрак начали подтягиваться ученики, а потом на столе возникло невероятное разнообразие блюд. Невилл и Дин, усевшиеся рядом, не раздумывая, тут же накинулись на тарелки, которые стояли к ним ближе всего. Глядя на эту картину, Гарри, у которого до этого начисто отсутствовал всякий намек на аппетит, сам захотел что-нибудь съесть и придвинул к себе тарелку с яичницей и беконом. Рон, зажав в руке тост, словно в рассеянности глядел на клубничное варенье, намазанное сверху. Теперь он тоже ушел в какие-то свои мысли.
В настежь распахнутые окна под потолком влетело несколько сов сразу, и одна из них, небольшая, серая, опустилась рядом с тарелкой Гарри, чуть не угодив в нее крылом. С ней был свежий «Ежедневный пророк» Рона. Он отвязал липкими пальцами газету от лапки совы и протянул Гарри.
- Не хочу сейчас читать.
Взяв газету в руки, парень открыл ее на случайной странице. Прожевывая последний ломтик бекона, он принялся за чтение. Дочитав статью про малоизвестного писателя, ограбленного накануне, Гарри открыл самую первую страницу, после чего кусок тоста чуть не застрял у него в горле. На пол-листа была напечатана его собственная фотография, надпись под которой гласила: «Гарри Поттер подстроил подлянку своему сопернику по квиддичу». Легонько задев Рона рукой, он показал другу фото.
- А что? Неплохо получился. – Рон заинтересованно глянул на изображение Гарри, сфотографированного в полете на том самом матче. Гриффиндорец был наклонен вперед к метле, волосы растрепались на ветру, решительное выражение украшало его лицо и помогало угадать, какой именно момент запечатлен – финальная погоня за снитчем. – Подожди-ка… Что там пишут? Опять что-то плохое?.. - опомнившись, Рон вырвал «Пророк» из рук Гарри.
- Всем привет! – в Большой зал подошла припоздавшая Гермиона. – Что у вас происходит? – она заметила повышенный интерес парней к чему-то в газете и перегнулась через Роново плечо. Гарри же не горел желанием ничего читать, поняв направления мысли репортера, хотя и привык к тем нелепицам, которые сочиняли про него. Он стал доедать завтрак. Однако делать это было теперь непросто под устремленными точно на него взглядами почти всех находившихся сейчас в Большом зале. Даже линзы очков Дамблдора бросали отраженные блики в сторону Гарри. Выглянув из-под челки, Поттер обратил внимание на ехидные лица некоторых слизеринцев, многие из которых предсказуемо уткнул нос в газету. А отсутствия того, кто заварил всю эту кашу, которую еще предстоит расхлебывать, он тоже не мог не заметить. Место, где обычно сидел Малфой, оставалось пустым. Другие студенты тоже прониклись написанным в статье. Дин, пользуясь отсутствием Симуса, поднялся на ноги и громогласно объявил:
- Такую сволочь, как Малфой, еще поискать надо. Если найдете – сообщите мне. Я хочу посмотреть на этот экземпляр. - Гриффиндорцы одобрительно загудели и захлопали Томаса по плечам, а Гарри пожалел, что Малфой пропустил эту реплику. Конечно, он сам неоднократно твердил подобное, но все же очередной раз не был лишним.
В конце концов Поттер все-таки решил ознакомиться с бредом, который нес «Пророк». Он забрал газету и принялся демонстративно читать, состроив насмешливое выражение лица – ему на самом деле хотелось смеяться.
«Всем прекрасно известный Гарри Поттер, учащийся Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, знаменитый также своим прозвищем «Мальчик-Который-Выжил», шокировал всех своей новой выходкой. На минувшей квиддичной игре между сборными факультетов Гриффиндор и Слизерин завязалась нешуточная борьба за победу. Видя, что команда гриффиндора отстает по счету, Поттер решил взять все под личный контроль, и, вместо того, чтобы «охотиться» за снитчем, как положено ловцу, он набросился на игрока вражеской команды и сбил его с метлы, после чего упал и сам. Пострадавшим был не кто иной, как Драко Малфой – сын одного уважаемых сотрудников Министерства. Этот юноша пролежал в больнице больше недели с травмой позвоночника, последствия которой, по прогнозам колдомедиков , будут преследовать его всю жизнь. По словам однокурсников Драко, он до сих пор морально не пережил подлянку Поттера…»
- Сколько они заплатили? – неслышно прошипел он, отбросив газету в сторону. Дочитывать до конца Гарри не собирался, хоть оставалось совсем немного. После прочтенного его буквально затрясло от злости и ненависти, а аппетит кокетливо помахал ему ручкой. В голове крутилось множество вопросов и оскорблений. Чтобы хоть как-то скрыть свои эмоции от друзей, которые уже пару минут безмолвно пялились на него не в силах что-либо сказать, Гарри попытался запихнуть в себя остаток тоста.
- Ну… что?.. Ты в порядке? – неуверенно и с запинками все-таки спросила Гермиона.
- Да, все нормально, - через силу подавляя ярость и дрожь в голосе, ответил он. – Идемте на стадион?
Выдавив из себя улыбку, которая вышла грустной, Гарри поднялся со скамьи. Рон и Гермиона последовали его примеру.
- Шлем не забудь, - кинув подсказку Рону, он зашагал к выходу из зала, по дороге с презрением косясь на Нотта, Крэбба и Гойла, неотрывно следивших за ним.

- Осталось еще полчаса, - сломала тишину Гермиона. Они шагали, запинаясь, по проталинам среди потемневшего, рыхлого мартовского снега. Дул ветер, и Гарри зябко кутался в теплую мантию. Он оглянулся назад. Огромные старинные часы, инкрустированные черными камнями, ловящими лучи света, действительно показывали всего половину десятого.
- Я, наверное, пойду… - тихо сказал Гарри укутанной Гермионе и Рону в одной лишь квиддичной форме.
- Куда ты? – воскликнули те в один голос и посмотрели друг на друга.
- В замок пойду.
- Нам пойти с тобой?
- Не стоит. Идите, - махнул парень рукой и развернулся, даже расстроенное лицо Гермионы и обиженное – Рона не остановили его. Теперь он шел в противоположном направлении, и из его поля зрения пропала площадка для квиддича. Это слегка успокаивало. Гарри замедлил шаг и не спеша вошел внутрь школы, облегченно расправив плечи. Он протолкнулся сквозь толпу радостно бегущих к выходу младшекурсников, направившись к лестнице, ведущей на верхние этажи. Отсчитывая полчаса, он прохаживался по опустевшей школе, в которой не осталось даже привидений. Одна мертвая тишина и незыблемые стены, насквозь пропитанные магией… Гарри остановился в растерянности. «Куда пойти дальше?» Вязкое одиночество навалилось неожиданно и пересушило горло. «Какой же я идиот!» - подумал он.
Покрутившись на месте, он не задумываясь двинулся вперед. Коридор, от которого отходили классные комнаты, где Гарри и его друзья не раз занимались, словно был бесконечным. Их История Магии, Трансфигурация, Заклинания для младших курсов… В конце широкого коридора находился выход на Северную башню. Именно с нее открывался лучший вид на квиддичное поле. Переборов себя, парень потянул на себя массивную серую дверь и начал взбираться по винтовой лестнице, подняв глаза к небу. Наконец он гулко шагнул на каменный пол широкой площадки, окруженной зубчатым ограждением. Он медленно подошел к краю и глянул вниз. А потом внезапно замер, пораженный звуком раздавшегося голоса.
 
ОлюсяДата: Четверг, 13.12.2012, 23:47 | Сообщение # 9
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 181 »
Спасибо за продочку. Я так понимаю Гарри услышал голос Драко?


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
Гарри_AutumnДата: Пятница, 14.12.2012, 10:59 | Сообщение # 10
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Quote (Олюся)
Спасибо за продочку. Я так понимаю Гарри услышал голос Драко?

А про голос Вы в следующей главе узнаете.
 
RubliowskiiДата: Четверг, 31.01.2013, 00:28 | Сообщение # 11
Снайпер
Сообщений: 122
« 31 »
Гарри_Autumn, как всегда на самом интересном месте закончилось продолжение!) Мне нравится, готова читать следующую главу)


Гриффиндорцы готовы пожертвовать собой и своими близкими, чтобы спасти этот мир. А слизеринцы способны уничтожить мир, чтобы спасти своих любимых.
 
Гарри_AutumnДата: Вторник, 26.02.2013, 21:46 | Сообщение # 12
Подросток
Сообщений: 21
« 0 »
Глава 5

- Что ты тут забыл?
Не надо было даже поворачиваться, чтобы узнать его. За пять лет учебы в одной школе и периодических стычек с этим человеком невозможно было не запомнить его голос и необычайную манеру растягивать даже самые короткие слова. Обернувшись, Гарри убедился в своих догадках. Это был Малфой. Стоя у входа на лестницу, он недобро глядел на Поттера.
- У меня к тебе тот же вопрос, - не растерялся Гарри. Он смотрел прямо в глаза своему «собеседнику», ничуть не боясь того, что сейчас может произойти. А когда они вместе, произойти может что угодно.
- Какое тебе до этого дело? – Малфой не спеша подошел к краю башни, где стоял Гарри, и оперся о замысловатое старинное ограждение, уставившись при этом куда-то вдаль.
В это же время с поля послышался свисток мадам Хуч: игра начиналась. Болельщики были возбуждены как никогда, поддерживая Гриффиндор или Слизерин особенно нетерпеливыми выкриками. Но на Северной башне никто на это всё так и не обратил внимания. Малфой по-прежнему с безучастным видом и остекленевшими глазами стоял и смотрел в никуда, а сам Гарри попеременно поглядывал то на лестницу, то на подозрительно примолкшего слизеринца.
- Почему бы тебе не пойти на стадион, к своим дружкам? – наконец спросил Поттер, вовсе не стараясь скрыть яда в голосе.
- А зачем мне там быть? Смотреть, как играют бездари? – Малфой перевел взгляд на Гарри. – А сам-то почему здесь, а не где все? Небось, не хочется видеть вместо себя малявку Уизли? – в его голосе яда было не меньше.
И он снова отвернулся.
Мелькающие красные и зеленые точки, которые были игроками, двигались – отсюда это тоже было хорошо видно – с невероятной быстротой. Но Гарри, хоть и наблюдающий за ними без особой заинтересованности, мог разобрать, кто есть кто, но нельзя сказать, что у него была стопроцентная уверенность. В вышине, над всеми, замерла красно-рыжая фигура. Джинни?
- А мне плевать, почему ты не захотел идти, знаешь ли… - хмуро протянул Гарри, прислушиваясь к крикам. «Кто-то открыл счет? Кто?.. Да неважно».
- А зачем тогда спрашиваешь? – Малфой явно был удивлен. Однако растянуть гласные это ему не помешало.
«Неужели он всегда так говорит?»
Гарри проигнорировал этот вопрос, сильнее раздражаясь присутствием слизеринца, но ответил на предыдущий:
- Верно, не хочется, чтобы меня заменяли. А кому это понравится? – Что и говорить, здесь Малфой задел его за живое, это у него всегда прекрасно получалось. Но сейчас Гарри не волновало, что он так просто подтвердил его догадку. – Ты можешь уйти отсюда? Думаю, тебе так же неприятна моя компания, как и мне – твоя.
- Вот сам и убирайся! – зло бросил Малфой, резко дернувшись вперед.
- Ты, - твердо сказал Поттер. Так уверенно, что Малфой широко раскрыл глаза, уставившись на него. Гарри поморщился, как от противной зубной боли. – Я пришел сюда раньше. У тебя на выбор еще несколько башен, если тебе хочется посмотреть на игру, на которую не хватило гордости пойти. – Он почти забыл, что сам находится здесь по той же причине. Но зато понимал, что они ведут себя как капризные дети. Особенно Малфой.
Прошла долгая минута, за которую они не проронили ни слова, и стало ясно, что никто из них не собирается уступать другому.
- Все понятно с тобой, - злобно фыркнув, Малфой повернулся к стадиону и прищурился, разглядывая счет на табло.
- Что именно тебе понятно? Я не собираюсь уходить отсюда, даже если меня захочет прогнать Филч! – Здесь, конечно, Гарри преувеличил: сейчас парнем двигал только принцип.
- Раз так, сиди на этой чертовой башне, пока не сдохнешь, - продолжал быть инфантильным Драко. Он внезапно повысил голос и развернулся к Поттеру всем корпусом. – И тогда ты наконец сможешь полюбоваться на свою грязнокровную мамашу! – он уже почти кричал одну из самых сильных своих фраз.
«Вот это уже совсем не по-детски», - подумал Гарри.
- Не смей так говорить о моей маме, Малфой! – быстро подлетев к слизеринцу, Гарри схватил его за ворот форменной мантии. – Не смей думать и говорить о ней вообще. Тем более при мне.
- А что ты мне сделаешь? Ударишь? – на лице Малфоя расцвела раздражающе самодовольная улыбка. – Давай тогда. Чего стоишь? У гриффиндорца не хватает смелости? Позор всему факультету. – Он рассмеялся, дергая уголками тонких губ.
Ярость захлестнула Гарри с головой. Сейчас он ничего не соображал, ему лишь хотелось врезать Малфою так сильно, чтобы тот потерял сознание. Гарри замахнулся, приготовившись к удару. Но, к счастью для Драко, за этим ничего не последовало. Гарри опустил руку, уставившись в пол. Игнорируя своего соперника, он подошел к ограждению, взглянул вдаль в последний раз и, развернувшись, удалился с площадки, оставив Малфоя наблюдать за своими действиями с видом полнейшего непонимания
«Почему он передумал? Да, слова о его матери вывели его из себя», - Драко никак не мог выкинуть из головы ту черноту, в которую превратилась зелень глаз Поттера. Малфой уже осознал, что, провоцируя злополучного Мальчика-Который-Выжил, он делает хуже только себе, подставляясь под риск попасть под неслабый удар. Решительности и вспыльчивости у него не занимать. К тому же разве за драку кто-то посмеет вышвырнуть его из школы?
Опомнившись только тогда, когда Поттер скрылся из поля зрения, Драко стремительно зашагал к лестнице. Слова, которые он собирался сказать, смешивались в голове, а фразы не успевали формулироваться. Преодолев спуск, парень выбежал из двери и вдруг, пораженный ломящей болью, схватился за выступ стены. Под лопатки будто кто-то безжалостный воткнул сразу с десяток толстых игл, и он только сейчас понял, насколько замерз на сквозняке и как была права мадам Помфри. Он выгнул руку в попытке дотянуться до места боли, но тут же согнулся еще сильнее, укусив себя за губу, и поморщился от кислого привкуса крови.
Гарри уже хотел свернуть в проход, ведущий к гриффиндорской башне, когда звук, раздавшийся позади него, заставил его остановиться и прислушаться. Он оглянулся, чтобы убедиться в своем предположении: Малфой пошел за ним. «Он считает, что мы не договорили?» Но оказалось, что с ним что-то не так. Неестественная поза ищущего опоры у стены Малфоя – плохое предзнаменование, если это не было притворством, рассчитанным на то, чтобы сбить Гарри с толку.
Простояв неподвижно еще несколько долгих мгновений, парень все же решился подойти ближе к слизеринцу. А Малфой, видимо, заметив приближающегося, попробовал распрямиться, от чего стало только хуже. С громким стоном, полным дикой боли, он согнулся еще сильнее, покачнувшись на месте. В глазах постепенно темнело, словно в коридор перестал попадать свет из окон. Как из-за стены послышался голос Поттера:
- Малфой, с тобой что?
Отвечать сил не оставалось. Да если бы они и были, Драко не ответил бы. Вместо этого он снова попытался распрямиться, но, не удержавшись на ногах, повалился на ошалевшего Гарри, который вовремя успел подставить руки.
«Дело плохо, - пронеслось у того в голове. – Нужно снова в больничное крыло… Помфри должна знать, что делать».
Малфой был таким же легким, каким казался со стороны, поэтому Гарри без труда приподнял его, поставив на ноги. Тот при этом опасно пошатнулся, инстинктивно схватившись за ближайшую опору, чем оказалось человеческое плечо.
- Идти сможешь? – буркнул Гарри, получив в ответ неуверенный кивок.
Поддерживая Малфоя за плечи, он повел его вперед по коридору.

На протяжении всего пути Гарри беспокоило только две взаимно обратные вещи: как бы не выпустить из затекших рук Малфоя и в то же время не допустить неприятного для него слишком близкого соприкосновения. Другое, о чем он думал, молча помогая спускаться Драко по ступенькам на первый этаж, это странное поведение самого себя: несколько минут назад он хотел собственноручно сделать Малфою больно, а теперь тащит его к колдомедику, чтобы та как можно скорее приняла меры. Может быть, все дело в том, что Гарри не хотел помогать слизеринцу, но при этом ему приходилось это делать? Дыша в белобрысый затылок, он подвел парня к двери – конечной цели, так и не встретив по пути никого из учителей, в чьи руки Гарри хотел бы передать больного, тем самым избавившись от обязанности, вызывающей неловкость.
Остановившись, он постучал в дверь свободной рукой. Изнутри послышался частый стук каблуков по холодным мраморным плитам. Спустя секунду тяжелая дверь отворилась, и перед мальчиками оказалась мадам Помфри. Обеспокоенно оглядев Малфоя, она помогла затащить его в больничное отделение и уложить на кровать, по дороге невнятно бормоча себе под нос что-то похожее на обвинения в адрес Гарри, на которые тот не обратил никакого внимания.
Помфри, решив оставить разбирательства с Гарри на потом, махнула рукой в сторону кресла, давая понять, что он должен посидеть здесь, пока она подлечивает Малфоя. Гарри со вздохом опустился на мягкое сидение, проклиная себя самого. Но как он мог оставить сокурсника в беде, когда речь шла о его здоровье? Жалость он не мог в себе подавить, это казалось ему безнравственным. Малфой выглядел тогда таким… ранимым, и его хотелось защитить, ни о чем не думать, даже о том, что эта доброта может выйти ему боком.
В глубину школы крики с трибун и комментарии ведущего не проникали, поэтому Гарри стал испытывать легкое волнение за свою команду. Был бы он сейчас в игре... Тряхнув головой, он отогнал от себя назойливые мысли. На него выжидающе смотрела мадам Помфри, из чего гриффиндорец сделал вывод, что прослушал какой-то вопрос.
- Что?
- Что с ним было, когда вы его нашли? - раздраженно переспросила колдомедик.
- Ну... Я шел по коридору, вдруг вижу: он стоит, держась за спину, и опирается о стену. Еще бледный такой был. - Гарри решил умолчать предысторию. Это касалось только их с Драко.
- То есть, вы случайно там оказались?
- Вы хотите обвинить меня в чем-то? Если да, то говорите это прямо, - вспылил Гарри. Он прекрасно понимал, что после той статьи, оплаченной, видимо, Люциусом, доверие людей к нему начало сходить на нет. А сочувствие к Малфою-младшему резко выросло.
Занятая своими обязанностями женщина ничего не ответила ему.
Тут Гарри увидел, как осторожно руки мадам Помфри, блестящие от крема, нежно гуляют под задранной рубашкой лежащего на животе слизеринца. – Что ж, тогда мне лучше уйти. – Он сделал движения, намереваясь встать с места.
- Сидите! Я вас никуда не отпускала, мистер Поттер.
- А что мне тут еще делать? - Гарри категорически не хотел оставаться в компании Малфоя и колдомедика.
- Вы остаетесь здесь. И без всяких отговорок! - видя, что парень открыл рот, чтобы возразить, быстро добавила мадам Помфри. - Будете следить за состоянием мистера Малфоя. Мне нужно будет отлучиться... - хоть время и поджимало, она все так же аккуратно растирала спину слизеринцу, который тихо лежал, уткнувшись лицом в подушку.
- Ладно, - раздраженным тоном ответил Поттер. Спорить с ней сейчас хотелось меньше всего.
Под удивленным взглядом Гарри колдомедик скрылась в камине. «Надолго она ушла?» Он оставался сидеть неподвижно, не понимая, что ему требуется сделать. Парень погрузился в свои спутанные мысли, не замечая направленный на себя взгляд.
- Куда это она? – Малфой, укрывшись накрахмаленной простыню, поднялся на локтях. Гарри не обратил на вопрос внимания, только кинул на парня странный взгляд. С минуту никто из них не нарушал тишины. Потом, неожиданно для Малфоя, Гарри рывком распахнул мантию, вынул из внутреннего кармана вырванный из газеты листок и швырнул его опешившему слизеринцу.
- Ненавижу тебя и твою семью! – воскликнул он, когда Малфой поймал страницу со статьей. Серые дрозды, увлеченно клюющие хлебные крошки в устроенной мадам Помфри кормушке, испуганно взлетели и скрылись из виду.

/Автор хочет подробный отзыв. *смущается*. Не для рейтинга, а очень интересно просто, аж не могу!/
 
RubliowskiiДата: Понедельник, 16.09.2013, 21:59 | Сообщение # 13
Снайпер
Сообщений: 122
« 31 »
Тема перемещена в Архив до появления автора и/или проды


Гриффиндорцы готовы пожертвовать собой и своими близкими, чтобы спасти этот мир. А слизеринцы способны уничтожить мир, чтобы спасти своих любимых.
 
ОлюсяДата: Воскресенье, 24.11.2013, 16:22 | Сообщение # 14
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 181 »
Тема закрыта в связи с её заморозкой


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » Аквамариновое солнце (ГП/ДМ│NC-17│Romance│макси│заморожен)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: