Армия Запретного леса

Пятница, 21.02.2020, 19:22
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » "Золотая бабочка" (Драко/Гарри,NC-17,romance,макси, закончен)
"Золотая бабочка"
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:48 | Сообщение # 1
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Название: "Золотая бабочка"

Автор: Nadya5

Пейринг: Драко/Гарри

Рейтинг: NC-17

Статус: закончен
Жанр: romance

Размер: макси

Саммари: Гарри снится странный сон о золотой бабочке, запертой в стеклянном шаре.

Предупреждение: мужская беременность

Disclaimer: Забавно… когда я в последний раз разглядывала обложку "Гарри Поттер и Орден Феникса", там точно было написано, что автор не я, а какая-то JK Rowling. (с)

Приквел - "Обручальное кольцо для слизеринца"



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:49 | Сообщение # 2
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Темнота… Густая, черная, вязкая. Даже звуки тонут в ней, едва рождаясь. Тишина, такая же плотная, как и тьма. И только слабый отблеск теплого света нарушает пустоту. Но он слишком мал, слишком ничтожен, и сам это понимает. Крошечный золотой мотылек, бьющийся о хрупкие стеклянные стенки. Ему не хватит сил вырваться даже из такой ненадежной темницы, и он еле сдерживает отчаяние, лишь бы не вспыхнуть слишком ярко, потому что тогда призрачная пустота рухнет. Темнота расступится и издевательски позволит увидеть. Увидеть и вспомнить о чудовищном предательстве, совершенном много лет назад…

***

Гарри очнулся от боли и сел, прижимая руку ко лбу. Ему что-то снилось, что-то тревожное и пугающее, но сон забывался, утекал из памяти, как туман сквозь пальцы.
Золотая бабочка в темноте… Гриффиндорец словно несколько минут был ей, знал все ее мысли и чувства, задыхался от безысходности и вместе с ней тонул в густой тьме.
Шрам ныл, но вполне терпимо, странно, ведь видение никак не было связано с Волдемортом. Гарри потер отметину в виде молнии и рассеянно огляделся. Лунный свет из высоких окон заливал просторную комнату, придавая ей слегка нереальный вид. Рядом, стянув на себя оба одеяла, спокойно посапывал Драко. Потер, а точнее, теперь Поттер – Малфой, лег на подушку, подперев щеку ладонью, и стал любоваться блондином. Разметавшиеся светлые волосы мягко сияли во мраке, а кожа казалась полупрозрачной.
«Спящий ангел. А вот только попробуй назови его ангелочком, точно превратит в коврик для ног с надписью «Велком!» и положит перед дверью. Хотя после нашей так называемой первой брачной ночи я бы тоже озверел, если бы меня сравнили с кем-то вроде тех маленьких настырных созданий. – Гарри протянул руку и осторожно коснулся серебристой прядки, стараясь не разбудить Драко. – Интересно, что он сделает, если я потревожу его драгоценный сон? Сразу подушкой придушит или начнет с оскорблений? Мой Драко, белый и пушистый… когда спит зубами к стенке. Или когда думает, что его никто не видит. Может, все-таки проверить, что будет? А то спит тут, как… как хорек зимой».
Гарри поежился от холода и попытался отнять у Драко одно из одеял, но тот даже во сне держал их крепко. Гриффиндорец вздохнул и попытался укутаться в отвоеванный уголок покрывала, для этого пришлось всем телом прижаться к слизеринцу. Сразу стало тепло и уютно, но сон все равно не шел. Гарри лежал на спине и смотрел в еле различимый в темноте потолок. Чтобы хоть чем-то занять себя, он стал перебирать в памяти события последних трех дней.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:49 | Сообщение # 3
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
После того, как они поцеловались в кабинете директора у всех на виду, первым в себя пришел Малфой – старший:
- Вот и отлично, не придется тратить лишнее время на уговоры. Свадьба уже завтра, так что сами понимаете, мне некогда.
Теперь уже Гарри почувствовал, как от удивления вытягивается лицо. Люциус повторил заклинание сына и достал из воздуха фотокарточку:
- Еще один снимок в вашу коллекцию. Итак, завтра в восемь часов утра я жду вас в Малфой – Мэноре, просто прикоснитесь к порт – ключу, - Малфой выложил на стол цепочку с кулоном в виде змеи и покинул кабинет.
Гарри в шоке смотрел ему вслед, что-то слишком уж быстро события разворачиваются, его бедный мозг за ними не поспевает. Люциус только что сказал, что все в порядке и даже не поинтересовался, с чего это вдруг они согласились на его «предложение»?
- Кхм… Мальчики… Эээ… Поздравляю вас с таким замечательным событием. Семейным парам полагается отдельная комната, так что я завтра с утра распоряжусь, пусть подготовят ее к вашему возвращению.
Гриффиндорец никак не отреагировал на его слова. Драко тоже сидел и хлопал глазами, потом понял, что это такой странный сон. Хотел ущипнуть себя, чтобы проверить, но в последний момент передумал и ущипнул Поттера. Тот только слегка поморщился.
- Ну, что ж. У вас есть еще какие-то вопросы или пожелания?
- Нет, профессор.
- Тогда, я думаю, вам лучше вернуться в свои спальни.
- Да, сэр, - Драко поднялся и потянул за собой Гарри к двери, - до свидания.
Грейнджер и Уизли молча последовали за ними, причем рыжий старался держаться подальше и смотрел круглыми испуганными глазами. По дороге Поттер постепенно оттаял, начал улыбаться и крепче сжимать руку своего будущего супруга. На повороте, где гриффиндорцам и слизеринцу надо было расходиться в разные стороны, Гарри уверенно направился в сторону подземелий.
- Гарри Джеймс Поттер! Мне нужны твои объяснения, и я хочу услышать их прямо сейчас! – Гермиона сказала это с таким видом, что Драко невольно вспомнил третий курс и вздрогнул.
- Гарри, это ведь какое-то ужасное проклятие? – теперь Рон старался держаться подальше уже от разозленной подруги.
- Ммм… Может, я потом все объясню? Завтра…
- Нет, сейчас ты идешь с нами и все рассказываешь! – для убедительности Гермиона даже достала палочку.
Драко готов был поклясться, что у нее в волосах посверкивают крохотные молнии:
- Ладно, Поттер. Сегодня я тебя отпущу, но учти, что это в последний раз!
На прощание Малфой поцеловал его, но в процессе как-то увлекся, чему способствовали пальцы Гарри, зарывшиеся в его волосы.
- Кхм, - Гермиона демонстративно громко кашлянула, прерывая затянувшуюся идиллию.
- До завтра, - Гарри чмокнул его напоследок и уныло поплелся в гриффиндорскую спальню.
Гриффиндорка шла сзади, следя за каждым его движением, когда они зашли в гостиную, она окружила их заглушающими и отводящими глаза чарами:
- Итак, я тебя внимательно слушаю.
- Гарри, Малфой тебя заколдовал или это действие какого-то зелья? Не волнуйся, мы все исправим!
- Рон, все в порядке, честное слово! Только я так волнуюсь перед завтрашним днем, не ожидал, что все случится так быстро, - Гарри нервно подергал себя за прядь волос, - я до сих пор не могу поверить.
- Гарри Поттер! Я не понимаю, что за представление вы устроили на пару с Малфоем!
- Представление? О чем ты? Все было на самом деле, - гриффиндорец постарался говорить как Драко, растягивая гласные, - насколько мне известно, Малфои – одна из самых богатых магических семей, а Драко единственный наследник. Покажи мне того, кто откажется от такого роскошного предложения.
- О… - Гермиона даже вскочила с кресла, - ты ведь шутишь? У меня в голове не укладывается, что ты можешь говорить подобные вещи!
- А, кроме того, он такой… - Гарри подтянул колени к груди и закрыл глаза, пытаясь подобрать слова, его голос стал мечтательным и мягким, - красивый, заботливый, нежный…
- Мы сейчас о Малфое говорим?
- У него такое лицо доброе и печальное, когда он спит, - продолжил гриффиндорец, не слушая ее, а потом до него дошло, что именно он сказал, - ой…
- Что?! Ты спал с ним?! – Рон подскочил, как ужаленный.
- Эээ… - Гарри почувствовал, как горят щеки и кончики ушей, выдавая с головой.
Уизли издал придушенный всхлип и сполз на пол в полуобморочном состоянии.
- Ну и как?.. То есть, я хотела спросить, почему ты нам раньше не сказал, - Гермиона осуждающе уставилась на него.
- Не мог же я такие вещи с вами обсуждать! Посмотри, что с Роном стало! Да и как ты себе подобное представляешь?! «Привет, ребята, я тут решил с Малфоем подружиться, но немного не рассчитал»?
- Гарри… - гриффиндорка даже слегка опешила от такого напора, - но ты действительно этого хочешь?
- Да, очень.
- Тогда можешь рассчитывать на нас в любой ситуации, мы поддержим тебя, что бы не случилось, - Гермиона покосилась в сторону мирно лежащего на коврике Рона, - по крайней мере, на меня точно можешь рассчитывать.
- Спасибо, вы настоящие друзья, - произнес Гарри и постарался как можно скорее закончить разговор, чтобы девушка не успела поинтересоваться, с каких пор они с Драко в таких отношениях, - у меня завтра тяжелый день, наверное, мне стоит лечь спать пораньше.
- Да – да, - Гермиона рассеянно кивнула, переключив внимание на Рона, и пытаясь привести его в чувство.
Утром Гарри сразу направился в кабинет к Дамблдору. Драко уже был там и с мученическим видом пил чай с лимонными дольками.
- Доброе утро! – гриффиндорец радостно улыбнулся Малфою, тот в ответ скорчил рожицу, ухитрившись одним выражением передать все свои чувства – что директор достал, чай слишком сладкий, а лимонные дольки противные, и что его раздражает чрезмерная жизнерадостность с утра пораньше.
- Доброе утро, - Дамблдор сотворил из воздуха стул, - ты как раз вовремя.
Драко держал в руках порт – ключ, и когда Гарри сел рядом с ним, взял его за руку и обвил цепочку вокруг их запястий. Когда порт – ключ сработал, гриффиндорцу впервые удалось устоять на ногах, и то только потому, что Малфой успел его подхватить.
- Добро пожаловать в Малфой – Мэнор! – по широкой мраморной лестнице спускалась красивая женщина в кимоно.
Гарри моргнул, не веря глазам, насколько он мог судить, сейчас он видел Нарциссу Малфой, одетую в маггловскую одежду.
- Рада видеть вас здесь, Люциус только вчера сказал мне об этом идиотском фокусе с опекунством. Я, конечно, была против его авантюры, и смогла бы ему помешать, но когда он сказал, что вы оба согласны… - Она многозначительно взглянула на их переплетенные пальцы и обвивающую руки цепочку, - я вспомнила, что ты в каждом письме домой упоминал Гарри Поттера, и постоянно говорил о нем, когда…
- Мама! – Драко даже слегка покраснел, - может не надо об этом?
- А что такого? Я всегда подозревала, что за этой показной неприязнью кроется нечто большее.
Гарри, вопросительно приподняв брови, насмешливо посмотрел на Малфоя, тот ответил ему прищуренным раздраженным взглядом.
- Миссис Малфой…
- Зови меня Цисси, ни к чему эти церемонии.
- Хорошо, - Гарри даже забыл, о чем хотел спросить.
- Не будем зря тратить время. Люциус не мог ничего хуже придумать, чем оповестить меня за день до свадьбы! Ну, ничего. Мы потом обязательно устроим большой прием, как раз перед вашим свадебным путешествием во время рождественских каникул! Я уже все распланировала. А сейчас у нас по расписанию – завтрак, потом поход по магазинам и салонам красоты. Надо купить свадебные мантии и кольца, да и вообще все, необходимое для ритуала, - миссис Малфой увлеченно расписывала радужные перспективы, ожидающие юношей в ближайшем будущем, направляясь в сторону столовой.
Драко закатил глаза, всем своим видом говоря: «Не вздумай спорить!», и потянул гриффиндорца следом, по дороге поддакивая:
- Да, мам, это замечательная идея! Гарри в полном восторге!



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:49 | Сообщение # 4
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Несколько часов спустя Гарри действительно был в полном восторге, даже скорее в экстазе, когда наконец-то смог опустить свое измученное тело на мягкую кровать в комнате Драко.
- Восемь часов ходьбы по магазинам, я думал, что не выживу, - простонал он в подушку.
- Несколько лет попрактикуешься, потом станет легче, - Малфой сидел рядом, меланхолично рассматривая свеженький маникюр.
Впрочем, у Гарри был точно такой же, когда Нарцисса говорила о салоне красоты, она имела в виду не только себя. Хотя днем на мальчике – который – выжил, были чары, не позволяющие его узнать, попав в это заведение, Поттер подумал, что они перестали действовать, потому что внимания ему оказывали даже больше, чем обычно. Но оказалось, что они просто слишком хорошо знают характер миссис Малфой. В результате через пару часов Гарри окончательно избавился от очков, обзавелся роскошными блестящими волосами длиной до плеч (кстати, голова просто непереносимо чесалась в процессе их отращивания), маникюром, педикюром и, краснея, категорически отказался от депиляции всего тела и интимной стрижки.
Сейчас он лежал на кровати, не в силах пошевелить даже пальцем и, приоткрыв один глаз, с внутренней дрожью рассматривал гору пакетов с новой одеждой и коробок с обувью.
В дверь тихо постучали и, дождавшись разрешения войти, в проем протиснулся домовик, практически неотличимый от Добби, и сказал, что их ждут внизу через полчаса. От этих новостей Гарри так горестно застонал, даже эльф едва не прослезился. Драко сочувствующе взглянул на своего почти уже супруга, и приказал домовику принести Бодрящего зелья. Зелье оказало почти мгновенный эффект и гриффиндорец смог самостоятельно подняться с постели и облачиться в свадебную мантию. В общем-то, мантия, как мантия, только светло-кремового оттенка и расшита переливающимися нитями. У Малфоя была точно такая же.
Когда они собрались, Драко повел его в зеленую гостиную, где Нарцисса и планировала провести обряд. После третьего же поворота Поттер окончательно запутался, все-таки поместье было слишком большим, и сосредоточился на рассматривании мебели, скульптур, картин и напольных ваз, украшавших коридоры. Гарри чувствовал бы себя как в музее, если бы не странное поведение портретов. Они были явно чем-то взбудоражены, перешептывались и хихикали, переходя через рамы, лишь бы как можно дольше наблюдать за парой, при этом взгляды у них были какие-то предвкушающие и неприличные, что ли.
В гостиной их уже ждали мрачный Малфой–старший (Гарри с Драко категорически отказались подписывать брачный договор, и тот, видимо, уже в уме подсчитывал, во что ему может обойтись их развод), сияющая Нарцисса и не менее сияющий Дамблдор, который и должен был провести ритуал, чтобы он как можно дольше оставался тайной, хотя бы до того момента, пока защита не начнет действовать. Больше никого не было, даже Рона с Гермионой, «для обеспечения неразглашения», как выразился директор.
Гарри понятия не имел, как у волшебников заключают браки, и ожидал чего-то необычного, поэтому был даже слегка разочарован, когда Дамблдор начал говорить что-то вроде «в счастье и горе, в богатстве и бедности, пока смерть не разлучит вас». Потом были клятвы верности, обмен кольцами, отличие заключалось только в отсутствии поцелуя и в том, что, завершив речь, директор взмахнул палочкой, и молодых осыпало облачком золотых искр. Вот тут-то гриффиндорец понял – не стоило сравнивать маггловские и волшебные свадьбы, так как искорки неожиданно превратились в длинную массивную золотую цепь, и их с Драко буквально приковало друг к другу, даже вздохнуть удавалось с трудом, не то, что говорить. Дамблдор с умилением наблюдал за ними:
- Невероятно редкое явление. «Цепи верности» встречаются не чаще реза в сто лет. Я и не надеялся когда-нибудь своими глазами увидеть подобный феномен. Эти узы означают, что вы будете жить в любви и согласии до самого конца своей жизни.
- Который наступит минуты через три, - язвительно прокомментировал Люциус, - эта штука их сейчас придушит!
Директор взмахнул палочкой еще раз, и цепь со звоном упала на пол. Гарри с Драко судорожно выдохнули, едва удержавшись на ногах, когда их перестало прижимать друг к другу.
- Золото и восемьсот восемьдесят восемь алмазов, символизирующие вечность и нерушимость связи. Такие вещи обычно становятся семейными реликвиями и передаются из поколения в поколение, - Дамблдор с интересом рассматривал артефакт, - обладает множеством уникальных и малоизученных свойств.
- Что ж, возможно идея насчет отказа от брачных договоров не была такой уж плохой, по крайней мере, в семье не появится «бедного родственника», одна эта цепочка стоит целое состояние, - пробормотал Люциус, вертя в пальцах золотые звенья.
- Вообще-то, я единственный наследник Поттеров и Блэков! – нашел в себе силы возмутиться Гарри.
Брови Люциуса удивленно поползли вверх:
- Ну, что ж. Добро пожаловать в семью, Гарри! – Малфой - старший впервые назвал его по имени и улыбнулся так радушно, что гриффиндорец непременно поверил бы в его искренность, если бы знал хоть немного хуже.
- Спасибо, - и попытался вложить в ответную улыбку как можно больше положительных эмоций, все-таки не стоит портить отношения с новоиспеченным родственником.
- Я так счастлива за вас, мальчики, - всхлипнула Нарцисса и, уперев слезы кружевным платочком, обняла Драко и Гарри, не намного слабее, чем цепь до этого, хватка у этой такой хрупкой внешне женщины была просто стальная.
Потом был праздничный ужин, затянувшийся до позднего вечера, пока, наконец, Дамблдор не удалился по делам. Драко тоже встал из-за стола и сказал, что им с Гарри пора.
- Сын, ты ведь знаешь традиции, - гриффиндорцу показалось, что при этих словах Люциус на секунду коварно улыбнулся.
- Папа, может, уже давно пора забыть о них?
- Нет, им уже несколько сотен лет, мы не в праве что-либо менять!
- Ладно, но я все равно считаю, что это глупо! – Драко раздраженно потянул Гарри из парадной столовой.
- Что за традиции? – с опаской спросил гриффиндорец, когда они уже были в коридоре.
- Совершенно идиотские! Первую брачную ночь надо провести в специальной комнате, и оттуда нельзя выйти до утра. Хотя, на мой взгляд, меблировка там совершенно отвратительная, особенно с учетом того, что ее почти четыреста лет не меняли! О, вот и пришли. – Драко распахнул тяжелую дверь.
Гарри и сам не знал, что ожидал увидеть, но просторное помещение, освещенное множеством свечей в красивых старинных подсвечниках, и огромные букеты цветов в напольных вазах не выглядели устрашающе. В комнате из мебели была только кровать, но зато какая! На ней едва ли не в боулинг можно было играть, впечатление портили только розовое покрывало с рюшечками, обилие подушек в форме сердечка и кружевной прозрачный полог, украшенный красными шелковыми розами. Обстановка не предвещала ничего плохого, и Гарри расслабился. Как потом выяснилось, зря.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:50 | Сообщение # 5
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
- Я так давно хотел это сделать, - Драко прижал гриффиндорца к стене, жадно целуя, и нетерпеливо дернул за ворот мантии.
Пуговички послушно отлетали во все стороны, словно только этого и дожидались, или это свадебные мантии специально так смоделированы?
- Какие горячие мальчики, - раздался протяжный смешок, - думаю, это будет незабываемое зрелище.
Гарри и Драко испуганно замерли, пытаясь убедить себя, что им послышалось.
- О, даааа… Я рассчитываю на великолепное эротическое шоу, ведь Малфои все делают превосходно, - произнес второй растягивающий гласные голос.
Юноши обернулись на звук. Он шел от большой картины на стене, изображавшей летний парк. Все скамейки, изображенные на ней, да и вообще, все подходящие для сидения места, были заняты портретами людей, которые он видел в коридоре. Большинство из них были светловолосыми, хотя кое-где встречались брюнеты, и даже парочка рыжих.
Драко что-то прошипел, явно нецензурное, выхватил палочку и произнес то самое заклинание, которым разносил в щепки туалет для мальчиков.
- Заклинания здесь не помогут, на стены наложены сохраняющие чары, - радостно проинформировал его платиновый блондин в старинной одежде, сидящий на переднем плане.
Гарри подергал дверь, но она оказалась заперта.
- И что будем делать?
- Ничего, - мрачно ответил Драко, - совсем ничего, я им не клоун – развлечения устраивать! Будем просто спать, чтоб им всем …!
Слизеринец резко дернул покрывало, скидывая часть подушек на пол.
- А это еще что такое?! Я эту гадость в жизни не одену!
Гарри подошел ближе и увидел в его руках длинную ночную сорочку бледно-розового цвета с множеством оборочек и кружев. Он бы даже посмеялся над ситуацией, если бы его не поджидала рядом точно такая же «пижамка», только голубого цвета.
- Ооо! Они собираются спать обнаженными! – раздался восторженный голос какого-то портрета.
Драко скрипнул зубами, повернулся к картине спиной, стянул мантию, рубашку, надел ночную сорочку и только после этого скинул брюки. Гарри последовал его примеру.
- Смотрите, сейчас все начнется! Ставлю пять галеонов, что Малфой будет сверху! – раздался голос откуда-то сверху.
Гриффиндорец резко поднял голову. Весь потолок был расписан золотисто-розовыми облачками и пухленькими ангелочками, которые с совсем неангельским видом наблюдали за происходящим внизу. Теперь выругался уже Гарри, причем почему-то на парселтанге, но так выразительно, что даже наглых купидончиков проняло. В наступившей тишине раздался чей-то тихий голос:
- Ой, я, кажется, только что кончил...
Драко жалобно всхлипнул и уткнулся ему в плечо:
- Это невыносимо!!!
- Нам надо потерпеть всего несколько часов, с рассветом уже можно будет убраться отсюда, - Гарри легонько подтолкнул его в сторону кровати, и сам лег рядом, укрыв их обоих одеялом.
Слизеринец взмахнул палочкой, гася свечи.
Луна была достаточно яркой, чтобы Гарри мог видеть лицо Драко. В окружении старинных изысканных кружев оно выглядело таким нежным, беззащитным и прекрасным. Его светлые пряди разметались по подушке, перемешиваясь с длинными темными… Гриффиндорец на ощупь безошибочно нашел его пальцы и переплел со своими.
«Романтика… - расслабленно подумал Гарри, - если бы не эти чертовы портреты!»
- Я ничего не пропустил? – раздался из угла старческий дребезжащий голос.
Брюнет вздрогнул и оглянулся на звук. Он еще успел заметить, как заклинание, брошенное Драко, эффектно разносит призрака на клочки.
- Уф, сразу стало легче.
- Ты его окончательно… убил?
- Нет, им почти невозможно навредить. Я только развеял его до завтрашней ночи, - Малфой улегся обратно и обнял Гарри, крепко прижимая его к себе.
В наступившей тишине вдруг отчетливо стало слышно попискивание и шлепанье множества маленьких ног за дверью.
- Пимси тоже хочет послушать, подвиньтесь, - приглушенно пропищал домовик.
- Ох, что я им всем завтра устрою… - почти мечтательно протянул слизеринец.
Со стены раздался слегка истеричный смешок. Гарри задернул полог и наложил на него заглушающее заклинание. Бодрящее зелье уже переставало действовать, и гриффиндорец чувствовал, как слипаются глаза.
- Спокойной ночи, Драко…
- Спокойной, - ответил тот полусонно.
- Пора вставать, мальчики, - Нарцисса отдернула полог, - завтрак через двадцать минут, а ни один эльф не смог до вас достучаться. Мне пришлось самой проверить, все ли с вами в порядке.
Миссис Малфой умиленно рассматривала растрепанных со сна «мальчиков»:
- Собирайтесь, мои хорошие, и спускайтесь вниз.
- Да, мам.
Дверь за Нарциссой закрылась, и слизеринец откинул одеяло, сладко потягиваясь.
- Я, наверно, впервые в жизни так хорошо выспался.
- Тогда как насчет утреннего секса? – раздался с потолка развязный голосок.
Гарри с Драко как ужаленные подскочили с кровати и рванули прочь из этой ужасной комнаты. Отдышались только когда оказались в спальне слизеринца. Собрались в рекордно короткие сроки, даже учитывая количество новой одежды Гарри, в которой он окончательно запутался, не в силах выбрать что-то одно. Драко лично причесал его и собрал длинные волосы в хвост. Гриффиндорец стоически терпел, потому что опыта у того в создании причесок явно не было, но что только не сделаешь, чтобы доставить удовольствие партнеру?! Слизеринец просто обожал запускать пальцы в темные шелковистые пряди, при этом едва не мурлыкая от удовольствия, да и потом постоянно норовил подергать Поттера за хвост.
Взглянув на себя в зеркало, Гарри пораженно замер. Впервые в жизни ему нравилось абсолютно все, что он там видел.
- И чего уставился? Приступ нарциссизма случился? – буркнул Драко, заметив, что на него не обращают внимания.
- Кто бы говорил, - хмыкнул гриффиндорец в ответ.
Когда они спустились в столовую, Нарцисса уже ждала их.
- Поторопитесь, мальчики. Сегодня нас ждут великие дела! Мы должны полностью обновить гардероб Гарри, все-таки у него начинается совершенно новая жизнь.
Гриффиндорец судорожно сжал руку Драко, едва подавив недостойный порыв спрятаться за его спину. Миссис Малфой, конечно, замечательная женщина, но его хрупкая психика не выдержит похода по магазинам еще раз!
- Мам, к сожалению, не получится. Ты же знаешь, Гарри сильно отстал от школьной программы, поэтому мы обязательно должны вернуться в Хогвартс.
- Ах, да… Тогда займемся покупками в следующий раз, когда вы приедете на Рождество, вам же понадобится множество вещей для путешествия.
- Да, конечно.
- Давайте, я настрою порт-ключ на возвращение, - Нарцисса прикоснулась палочкой к медальону, - сработает ровно через три минуты. Берегите себя.
Миссис Малфой на прощание расцеловала их в обе щеки, причем Гарри досталось поцелуев почти в два раза больше, вместе с напутствием «кушать лучше» и обещанием посылок со сластями. Гриффиндорец, все еще слегка смущаясь, поблагодарил ее.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:50 | Сообщение # 6
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Драко еле успел выдернуть его из объятий Нарциссы за секунду до аппарации. Они вполне удачно приземлились в кабинете Дамблдора, который подавился чаем от неожиданности.
- Доброе утро! – радостно поприветствовал его Драко, злорадно отметив забрызганную чаем бороду директора.
- Кхм… кхм… Доброе. Не ожидал вас так быстро увидеть. Ваша комната будет готова только к вечеру, а пока отправляйтесь на занятия, раз уж вы тут. Возможно, даже на завтрак еще успеете.
Большой зал был почти пуст, все уже успели позавтракать, и сейчас со всех факультетов набралось бы всего человек десять. Гарри с радостью заметил за столом Гриффиндора Рона с Гермионой и поспешил к ним. Плюхнулся на свое привычное место, рядом присел Драко.
- Привет! – поздоровался с друзьями и положил себе на тарелку картофельного пюре.
- Гарри… Гарри? – Гермиона пораженно на него уставилась.
- Грейнджер, прекрати пялиться на мою частную собственность! Тебя, Уизли, это тоже касается!
- Он не твоя собственность! Гарри, как ты ему позволяешь так с собой обращаться?!
- Гермиона, это он просто так обо мне заботится, не обращай внимания на слова, - гриффиндорец беспечно взмахнул вилкой и хотел наколоть кусочек сосиски, но еда уже исчезла с тарелок.
- Зельеварение начнется через пять минут, - Драко встал из-за стола, - если вы поторопитесь, мы еще успеем.
- Да, идем.
Они чудом успели войти на полминуты раньше Снейпа, и сели за одну парту, класс при этом пораженно притих, изумленно разглядывая странную парочку и невероятные метаморфозы, произошедшие с Золотым мальчиком. Так что, когда профессор зашел в кабинет, он застал крайне подозрительную картину – образцовый порядок и двух непримиримых врагов за одним столом. Но на такую явную провокацию не поддался и сделал вид, что не обратил на нее внимания. Северус все еще был зол из-за дурацкого решения Дамблдора, который заставил его принимать на курс Высших зелий всех желающих, так как «превосходно» получили только Грейнджер и Малфой. Именно по этой причине он был вынужден лицезреть в своем кабинете не только Поттера, но даже Лонгботтома. Хотя на последнего стало не так уж неприятно смотреть… Снейп неожиданно поймал себя на необычной для него мысли. Мучить неуклюжего мальчишку стало не так забавно, как раньше. Он по-прежнему продолжал мучительно краснеть, стоило к нему приблизиться, но трястись и ронять предметы перестал, и как ни странно, до сих пор еще не взорвал ни одного котла.
Урок шел своим чередом. Гарри старательно записывал объяснения Снейпа на пергаменте, одолженном у Гермионы, как вдруг почувствовал руку Драко на своем колене. Тонкие пальцы, вырисовывая на его ноге маленькие кружки, поднимались все выше и выше. Сначала он собирался шлепнуть по нахальной конечности, но потом передумал. Лекция потеряла весь смысл, буквы в его записях так и норовили расползтись в разные стороны, а лист пергамента украсило симпатичное чернильное пятно в форме солнышка. Слизеринец же сидел абсолютно невозмутимо и прилежно записывал слова профессора, только левый уголок его губ был приподнят в полуулыбке.
«Издеваешься? Ну, что же, моя месть будет ужасна… очень…», - подумал Гарри сползая на стуле чуть ниже, чтобы дать руке Драко больше места для маневра.
- Итак, ингредиенты на доске, приступайте к работе. Вас это тоже касается, мистер Поттер. И пять баллов с Гриффиндора за вашу идиотскую улыбку.
Драко раздраженно прищурился и собрался что-то сказать, но Гарри предостерегающе сжал под столом его ладонь и, улыбаясь еще шире, радостно воскликнул:
- Да, сэр!
Снейпа всего передернуло:
- Приступайте!
Готовить зелье с Драко оказалось очень увлекательным занятием. Они даже ухитрились поцеловаться в кладовке для ингредиентов, возможность того, что кто-то может зайти, только добавляла остроту ощущений. Гарри, помня о своей «страшной мести», старался как можно чаще касаться слизеринца, хорошо, что они сидели за самой задней партой, и никто не мог увидеть, где именно находятся руки золотого мальчика. К концу урока у Драко дрожали пальцы, и в голове остались исключительно неприличные мысли. Зелье он уже варил на чистом автомате, но когда оно начало издавать подозрительно приятный аромат, вместо запаха прелых листьев, соизволил взглянуть на свое творение.
- Черт, Поттер! Ты испортил наше зелье!
- От Поттера слышу. И вообще, это ты его варил!- невозмутимо ответил Гарри, заглядывая в котел, - зелье, как зелье, очень даже симпатичное и пахнет приятно.
- Оно должно быть лиловое, а у нас ярко-розовое!
- Мы все добавили?
- Мерлин! Где настойка синецвета?
- Вот, - гриффиндорец поболтал в воздухе маленьким пузырьком.
- Отлично. Добавь в котел… - Драко зашуршал своим пергаментом, пытаясь отыскать в записях нужное место.
Гарри в это время вылил содержимое порционного флакона в котел.
- …три капли. Придурок! – слизеринец среагировал мгновенно и, дернув его вниз, затолкал под стол, при этом сам едва успел спрятаться, когда раздался взрыв.
Гриффиндорец лежал на полу, крепко прижатый телом Драко, который тревожно всматривался в его лицо:
- Ты в порядке?
- Драко… Пообещай мне одну вещь. Никогда не пытайся спасти меня, рискуя собой.
- Что?
- Просто пообещай мне! Обещай мне, что никогда не полезешь в опасное место, пытаясь мне помочь!
- Да запросто! В жизни бы не сделал подобную глупость, - фыркнул слизеринец.
- И именно поэтому ты только что практически закрывал меня своим телом?
- Эээ… Это инстинкт! Собственнический! Так ты в порядке?
- В полном, только, кажется, будет синяк на самом интересном месте, - Гарри слегка поморщился, приподнимаясь.
Они с Драко осторожно выглянули из-под стола, пытаясь оценить масштабы катастрофы. А они явно впечатляли. Все присутствующие были в большей или меньшей степени заляпаны тем самым розовым зельем и находились в состоянии какого-то транса.
Первым пришел в себя Лонгботтом. Стерев с лица липкую розовую массу, он стремительно шагнул к Снейпу. Сейчас он был ростом почти с профессора. Невилл рассказывал, что провел все лето в спортивном лагере во Франции, специально созданном для тех, кто хочет в дальнейшем работать мракоборцем. За это время он заметно вырос, похудел, загорел и накачал мускулатуру, которой у него раньше вовсе не наблюдалось. Даже голос у него изменился, стал более низким, глубоким. Но самые сильные изменения произошли с его характером, события в конце пятого курса оказали на него даже большее воздействие, чем на мальчика – который – выжил. Лонгботтом стал спокойным, уверенным в себе, Гарри даже начал слегка завидовать его силе воли, наблюдая, как тот день изо дня отжимается, приседает, качает пресс. Так что когда Невилл стремительно шагнул к профессору, это выглядело даже слегка угрожающе. Видимо, Снейп тоже так решил и отшатнулся.
- Северус…
Гарри подумал, что ослышался, но судя по лицу Драко, это были не галлюцинации, Невилл действительно назвал самого ненавистного преподавателя во всем Хогвартсе по имени.
- Северус, я давно хотел сказать тебе, что ты мне очень нравишься.
Поттер попытался как можно глубже забиться под парту и тихо умереть там от ужаса. Если Снейп узнает, что Гарри каким-то образом замешан в этом инциденте, он его просто растерзает и пустит на ингредиенты для темномагических зелий. Но любопытство как всегда подвело его, потому что когда раздалось восклицание Гермионы: «Рональд Уизли, мне надоело ждать, пока до тебя дойдет!», он высунулся наружу, чтобы выяснить, что же случилось с друзьями, а назад спрятаться уже позабыл. Потому что Гермиона Грейнджер, староста Гриффиндора, лучшая ученица Хогвартса и самая примерная девушка Соединенного Королевства практически силой почти уложила Рона на парту, и удерживая его запястья крепко прижатыми к столешнице, взасос поцеловала. От этого вводящего в ступор зрелища его отвлек раздавшийся откуда-то сбоку звучный глубокий голос, выразительно читающий стихи. С опаской взглянув в ту сторону, он поразился еще больше, хотя казалось бы, уже некуда.
Грегори Гойл, осторожно держа ладонь Панси Паркинсон в своих лапищах, проникновенно декламировал, преклонив перед ней колено:

"Как тот актер, который, оробев,
Теряет нить давно знакомой роли,
Как тот безумец, что, впадая в гнев,
В избытке сил теряет силу воли, -

Так я молчу, не зная, что сказать,
Не оттого, что сердце охладело.
Нет, на мои уста кладет печать
Моя любовь, которой нет предела".

Раньше единственным, что Гарри от него слышал, было: «Гыыыы!», и даже не подозревал, что у него может быть такой приятный, богатый оттенками, голос.
- Пятьдесят баллов с Гриффиндора!
Поттер даже подпрыгнул от этого вопля, но оказалось, что это относится не к нему. Невилл практически загнал преподавателя зельеварения в угол, тот оказался прижатым спиной к доске и потерял возможность к стратегическому отступлению.
- Ах, профессор, знаете что? Выходите за меня замуж, и получите возможность в любое время снимать с меня не только баллы...
Гарри понял, что ему надо немедленно валить отсюда, пока Снейп немного занят. На четвереньках выполз из-под парты, и попытался вытащить оттуда хихикающего Драко.
- Подожди, я хочу досмотреть, чем дело кончится.
- Кончится тем, что Снейп надо мной надругается в особо извращенной форме!!! Бежим отсюда, пока у меня еще все конечности целы!
Напоследок слизеринец не удержался, и наделал фоток самых колоритных парочек. Перед тем, как захлопнуть за собой дверь, Гарри увидел, что Снейп все еще сопротивляется, но уже как-то вяло, похоже, зелье начало действовать и на него.
В остальном, день прошел как обычно. Только Рон с Гермионой ходили, держась за ручки, почти не реагировали на внешние раздражители в виде Гарри или учителей, и блаженно улыбались. Да еще и Невилл ходил какой-то задумчивый, Снейп назначил ему отработку на вечер. Розовое зелье испарилось через несколько минут после того, как произошел взрыв, и теперь доказать причастность Поттера к инциденту оказалось невозможным, так что Гарри отделался только легким испугом. Когда он выходил из класса, где проходило последнее на сегодня занятие, за дверью его поджидал домовик, передавший, что его ожидает директор Дамблдор.
В коридоре, ведущем к директорскому кабинету, он встретился с Драко, и они вместе шагнули навстречу неизвестности. Впрочем, Дамблдор встретил их довольно радушно.
- До меня тут дошли слухи, что вы изобрели новое очень интересное зелье. Поздравляю с таким достижением! Надеюсь рецепт вы запомнили?
- К сожалению, нет.
- Жаль, жаль... Но не это главное. Я пригласил вас сюда, чтобы сообщить, что ваша комната будет готова сразу после ужина. Она находится на первом этаже за портретом леди Федерлайн, пароль «Цепи верности». Все ваши вещи уже будут там.
- Спасибо, профессор Дамблдор! Мы можем идти?
- Да, конечно...

*В тексте использован отрывок из сонетов Шекспира*


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:50 | Сообщение # 7
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Гарри с Драко еле дождались окончания ужина, каждый за своим столом, попрощались с друзьями, те их проигнорировали, потому что большинство шестикурсников слизерина и гриффиндора разбились на пары и еще находились под действием зелья или усиленно делали вид, что находятся.
Оказавшись в своих апартаментах, состоящих из небольшой гостиной с собственным камином и просторной спальни, слизеринец первым делом посрывал со стен все картины (в основном, безобидные натюрморты) и выкинул их за дверь, потом наложил запирающие и заглушающие чары.
- Сейчас я просто убью того, кто попытается нам помешать!
Гарри и пикнуть не успел, как оказался прижатым к стене. Драко резко дернул на себя его школьную мантию, раздался треск разрываемой ткани.
- Что ты делаешь?!
- Я слишком давно мечтал сорвать с тебя всю одежду...
Слизеринец запустил пальцы в темные пряди и потянул вниз, заставляя Гарри запрокинуть голову, чтобы открыть доступ к шее. Прижался ртом к смуглой коже, обозначая укус за укусом, и зализывая потом вмятинки от зубов. Одновременно его руки скользили по телу, то нежно, то почти грубо, отчего пуговицы с рубашки Поттера отлетали одна за другой, а тонкая белая материя
сминалась и расходилась под сильными пальцами.
Гарри чувствовал себя кусочком желе, он весь дрожал, ноги подгибались, руки тряслись и почти не слушались, и от каждого движения Драко внутри него что-то сладко сжималось и переворачивалось. Слизиринец успел уже оторвать пуговицу на его брюках и даже сломать молнию, когда Поттер хоть немного сумел прийти в себя и взять ситуацию в свои руки.
Гарри перехватил запястья Драко и поцеловал его. Нежно, сладко, неторопливо. Слизеринец растаял и забыл о своих кровожадных намерениях, чем его супруг и воспользовался, чуть спустил с его плеч мантию и быстро обернул вокруг сведенных за спиной рук Драко, лишая возможности двигаться. Тот смог только что-то возмущенно промычать, так как рот был слегка занят.
Гриффиндорец легонько подталкивал Малфоя в сторону кровати, пока тот не оказался распростертым на покрывале. Потом уселся на него сверху и полюбовался получившейся соблазнительной картиной. Драко пару мгновений казался таким беззащитным и открытым, испуганно-невинным, но быстро испортил впечатление, нахально ухмыльнувшись. Гарри наклонился и провел языком по изогнутым в улыбке губам, затем скользнул вниз, к шее. Расстегнул одну пуговицу на рубашке и неспешно покрыл поцелуями открывшийся участок кожи, потом расстегнул еще одну и повторил процедуру. Когда он, наконец, добрался до сосков Драко, тот уже тихонько постанывал и извивался. Поттер расстегнул последнюю пуговицу и начал вырисовывать на животе слизеринца кружки и спирали. Коснулся языком впадинки пупка, отчего Малфой резко выгнулся в его руках и всхлипнул:
- Гарри...
Выполняя его бессловесную мольбу, гриффиндорец быстро стянул с него брюки вместе с бельем и произнес заклинание смазки. Ввел в него один палец, отчего Драко вздрогнул и шире раздвинул ноги. Гарри подался вверх, ко рту, приоткрывшемся в беззвучном стоне, втягивая в глубокий, изматывающий, словно высасывающий душу, поцелуй.
- Я хочу тебя... прямо сейчас, - задыхающийся и дрожащий от нетерпения Драко чуть приподнял бедра.
- Ты еще не готов...
- Сделай это! Немедленно!
- Нет, подожди еще немного.
- Не спорь со мной!
Гарри в мгновение ока оказался лежащим на спине, когда Драко змеиным рывком легко вывернулся из одежды, и буквально вытряхнул его из штанов, порвав их окончательно. Потом приподнялся и одним плавным движением опустился вниз. Гриффиндорец почувствовал, как острые ногти с силой впиваются ему в плечо. Драко замер, побледнев и закусив губу.
- Ох, Драко... Ты просто мазохист, это же твой первый раз!
- Просто помолчи, Поттер. И помоги мне.
Слизеринец по-кошачьи прогнулся и скользнул вперед, когда руки Гарри легли ему на бедра. Эти смуглые пальцы чудесным образом превращали боль в удовольствие, находя самые чувствительные местечки и угадывая малейшие желания. Драко размеренно двигался, закрыв глаза и забывая обо всем. Наслаждение все разрасталось в нем, затопляя остатки сознания, и словно разделилось на две части, одна из них эхом вторила другой, но все же чем-то немного отличалась. Еще почему-то появилось легкое жжение в правом плече, и он открыл глаза, с изумлением увидев собственную руку, вцепившуюся в Гарри. Убрав пальцы, заметил на тонкой коже рядом с выступающей ключицей красные полукруглые следы. Жжение сразу пропало. Малфой не обратил на это внимания, потому что ему сейчас было не до размышлений.
Части удовольствия вновь слились воедино, и Драко вдруг почувствовал себя целым, совершенным. Он больше не был собой, словно растворившись в ощущениях, и стремительно падал в сияющей пустоте, почти теряя сознание.
Гарри лежал, крепко прижимая к себе уткнувшегося в его шею Драко, и чувствуя, как тот время от времени слабо вздрагивает.
- Драко, ты что, плачешь?
- Дурак, Малфои не плачут! – раздался возмущенный голос, слегка охрипший из-за криков.
- Я люблю тебя.
- Скажи еще раз, - сияющий Драко мгновенно поднял голову, заглядывая в его глаза.
- Я люблю тебя. Люблю. Очень-очень сильно. Теперь твоя очередь.
Слизеринец сразу перестал светиться, даже зажмурился, и буквально силой выдавил из себя еле слышно:
- ...я люблю тебя...
- А? Что ты сказал?
- Я люблю тебя.
- Что? Я не расслышал.
- Я сказал: «Отстань, придурок!» - Драко даже сделал вид, что собирается встать.
Гарри весело засмеялся и повалил его обратно на кровать, перекатился, чтобы оказаться сверху, и начал осыпать невесомыми поцелуями лицо, шею, плечи, грудь, все, до чего мог дотянуться. Какое-то светлое и теплое чувство переполняло всего его, словно пузырьки лимонада, и вырывалось наружу в виде поцелуев и сбивчивого лихорадочного шепота:
- ...люблю тебя, люблю, люблю, люблю...



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:50 | Сообщение # 8
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Драко пошевелился и что-то сказал во сне. Гарри вздрогнул и повернулся к нему, возвращаясь из воспоминаний. Из невнятного бормотания ему удалось разобрать только: «Моё...», «Гарри» и «люблю». Гриффиндорец улыбнулся и легонько коснулся мягко белеющей в темноте щеки. Драко неожиданно обхватил его руками и даже ногами, обвившись, как плющ, причем проделал все это, еще продолжая спать. Поттер только задохнулся от неожиданности, а слизеринец продолжал сладко посапывать, как ребенок, обнявший любимую игрушку. Казалось бы, Гарри должно было стать некомфортно от того, что его буквально спеленали, лишив даже возможности пошевелиться, но Драко не ощущался как другой человек, он был словно частью тела, загадочным образом проживавшей все эти годы отдельно, и только теперь прилепившейся на природой положенное место. Словно вторая половинка, идеально подходящая к первой. Гарри настолько остро чувствовал Драко, что с легкостью мог бы ощутить, если бы, скажем, у слизеринца зачесался мизинец на левой ноге.
Тесно прижатый к теплому телу Драко, Гарри неожиданно отметил, что даже сердца у них бьются в унисон.
«Может, и мысли у нас одинаковые», - лениво подумал гриффиндорец, пытаясь «подслушать», что творится в голове у супруга, но как-то отвлекся, и сам не заметил, что уснул.

***

Поттер и Малфой стояли в полузаброшенном классе друг напротив друга, крепко сжав в вытянутых руках палочки. Гарри судорожно сглотнул, предчувствуя самое худшее, колени предательски дрожали, ладони стали влажными. Слизеринец же чуть прищурился, его серые глаза словно превратились в кусочки острого льда. Сейчас он выглядел как никогда властным и опасным. Гарри сделал шаг назад и уперся в парту. Дальше отступать было некуда. Черт, он совсем не хотел того, что сейчас случится!
Легкий взмах руки, и с губ слизеринца готово сорваться заклинание.
А все Дамблдор виноват! Заварил кашу, и уехал куда-то в командировку. В понедельник с утра он сделал им не очень приятный сюрприз в виде записки, в которой он напоминал Гарри о необходимости защищать свое сознание от Воландеморта и возобновлении занятий окклюменцией. Радовало только то, что Снейп категорически отказался обучать его, и эта миссия теперь легла на Драко, который к зависти Поттера, прекрасно владел легиллименцией. В их полное расположение каждый вечер понедельника и четверга предоставлялся класс на первом этаже, где и предполагалось проводить занятия.
- Легилименс! – и Гарри тонет в глубинах собственной памяти.
Мгновение – и он уже пересчитывает пауков на потолке чулана под лестницей, прячется от Дадли с дружками, убегает от Злыдня, уворачивается от гневно орущего дяди Вернона, вознамерившегося заняться воспитанием племянника... Неприятные воспоминания одно за другим всплывали в его сознании, но он уже видел их раньше, так что смог остаться более-менее равнодушным.
Неожиданно действие заклинания прервалось, и Гарри снова оказался в настоящем. В этот раз ему каким-то чудом удалось удержаться на ногах. Драко стоял рядом с замершим, слегка отрешенным выражением лица:
- Достаточно на сегодня, - и направился к двери.
Гриффиндорец успел поймать его за руку и развернуть к себе:
- Мы только начали! Куда ты собрался?
- Поговорить с твоими родственниками, - Драко почти прошипел последнее слово.
- Не надо, Драко. Они же все-таки не отдали меня в приют, несмотря на то, что боялись и недолюбливали.
- Недолюбливали? Это преуменьшение века! Не волнуйся, я не буду никого убивать, только побеседую с ними, - глаза слизеринца опасно сузились.
- Драко, забудь о них, я надеюсь больше никогда не встречаться со своими родственничками. Сейчас есть проблемы поважнее.
Малфой был вынужден признать его правоту и отложить месть до лучших времен. В конце концов, что может помешать ему отправить Дурслям пару замечательных «подарочков» чуть позже?
- Ладно, давай продолжим. Постарайся очистить голову от мыслей. Представь, что в твоей черепной коробке просторный пустой и гулкий зал, в котором нет ничего, кроме эха. Хотя, не понимаю, в чем трудности, по-моему, пустоголовость – твое обычное состояние.
- И я тебя тоже люблю, Хорёчек, - не остался в долгу Гарри.
- Поттер, ты сам напросился! Легилименс!
И гриффиндорец вновь упал в собственные воспоминания, в который раз не сумев ничего противопоставить силе заклинания. В его ушах раздался леденящий смех, перед глазами на мгновение возникла вспышка зеленого света, сразу за ней он увидел Квирелла, разматывающего тюрбан, и уродливое лицо, торчащее из его затылка, потом разверстую пасть ослепленного василиска и длинный клык, впившийся в собственную руку, следом – почти сотню дементоров, скользящих над озером... Гарри догадывался, что будет дальше и, выронив палочку, сжал голову руками, пытаясь хоть так оградиться от собственной памяти. Он совсем не хотел все это показывать Драко, но не мог сопротивляться легиллименции, и вот он уже смотрит в мертвые глаза Седрика, возрожденный Волдеморт закутывается в черный плащ, Пожиратели смерти один за другим падают на колени перед своим повелителем... А вот и самое болезненное воспоминание – приоткрывшаяся дверь, ведущая в Отдел Тайн. Гарри готов был закричать, лишь бы не видеть вновь того, что там произошло. Он до сих пор считал себя виноватым в смерти Сириуса, что бы ему ни говорили, хотя, в общем-то, никто и не спешил разуверять его в обратном. Но картинка неожиданно сменилась. Стеклянный шар с золотой бабочкой внутри упал на пол и, подскакивая, покатился по плотно утоптанной земле, кое-где пересеченной неглубокими канавками, заполненными какой-то жидкостью. Бабочка внутри ослепительно вспыхнула, разгоняя царящий кругом сумрак, и в ее свете стала видна безвольно откинутая детская рука, запачканная кровью. Золотой мотылек испуганно забился, пытаясь вырваться из своей прозрачной темницы, от этого разгораясь еще ярче, отчего световой круг на полу только разрастался, и в поле видимости попадали новые и новые детали: искаженные ужасом мертвые лица, разорванные заклинаниями тела, кровь, заливавшая вычерченную на земле пентаграмму...
Гарри очнулся сидящим на полу. Рядом стоял на коленях Драко и с ужасом смотрел на него.
- Драко.
- Как?..
- Что?
- Как после всего этого тебе удалось остаться нормальным человеком? Я бы просто сошел с ума, - слизеринца била крупная дрожь.
- Ну... Думаю, со стороны это выглядело паршивее, чем было на самом деле, - Гарри крепко прижал к себе вздрагивающего Драко, - тем более, что до самого моего худшего воспоминания мы так и не добрались.
- Было еще хуже... я даже не могу себе такого представить...
- Сразу за дверью в Отделе Тайн, - гриффиндорец нахмурился, - последнее воспоминание было не моим. Неужели Волдеморт снова пытается на меня так воздействовать? И Дамблдора как всегда, когда он нужен, нет на месте.
- Давай закончим на сегодня? Я вряд ли смогу сейчас еще раз на это смотреть...
После этого случая Драко стал вести себя немного иначе. Обкладывал супруга подушками, когда тот садился в кресло или на диван, тщательно укутывал одеялом перед сном, подавал чашку с чаем, если гриффиндорцу было лень протянуть руку и взять самому, безропотно давал списывать домашнее задание, и даже делал массаж. Гарри уже начинал себя чувствовать прямо-таки безжалостным эксплуататором детского труда, но не то чтобы он собирался это как-то менять.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:51 | Сообщение # 9
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Гарри поправил высокий воротник свитера, который был вынужден сегодня надеть. А все Драко! Заботливо предложил помочь одеться, и в итоге они получили разорванную рубашку, множество засосов и катастрофически опаздывали на завтрак. Малфой сидел рядом, нимало не смущаясь тем, что находится за столом гриффиндорцев. К слизеринцам сам Драко предложил не соваться, так как те могли от такой радости и отравить Золотого мальчика. Пока Гарри колебался, что же съесть, его вторая половинка успела намазать персиковым джемом тост и вместе с тарелкой омлета и чашкой чая поставить перед ним. Когда слизеринец отвлекся, шикая на первокурсников, якобы мешавших своими воплями Поттеру завтракать, Гермиона наклонилась к уху Гарри и зашептала:
- Драко последнее время себя так странно ведет. Все это очень подозрительно... Он такой внимательный, заботливый... Носится с тобой, как с расписным яйцом от Фаберже... Гарри... Эээ... Ты, случайно, не беременный?
От неожиданности Гарри подавился, причем так, что ему грозила вполне реальная бесславная кончина от страшного удивления.
- Респиро! – рука Драко, поглаживая, легла ему на спину, когда гриффиндорец смог наконец-то выдохнуть, - Грейнджер, ты что творишь?!
- Гермиона просто пошутила, - слабо выдавил из себя Гарри.
- С такими шутками тебе и волшебная палочка не нужна, но если хочешь поупражняться в убийствах, поищи себе кого-нибудь другого!
- Вообще-то, я вполне серьезно. Существует множество различных заклинаний и зелий, правда все они достаточно сложны и мало распространены. Я поверить не могу, что ты никогда об этом раньше не слышал! Мерлин, о них даже Рон знает!
Гарри не успел переварить такую занимательную информацию, потому что Драко уже потянул его к кабинету зельеварения.
Последнее время занятия по Высшим Зельям проходили на удивление спокойно. Снейп не орал, не пытался сорвать на учениках злость, и Гарри показалось, что однажды он даже увидел, как профессор улыбается! Впрочем, последнее спокойно можно было посчитать галлюцинацией и списать на хроническое недосыпание. Невилл тоже не спешил прояснять ситуацию и упорно отмалчивался на все вопросы друзей. Хотя Рон говорил, что тот стал каким-то задумчивым, мог часами сидеть в кресле, глядя на огонь в камине и загадочно улыбаясь. А еще частенько получал подозрительные записки со школьными совами, на которые писал длинные и обстоятельные ответы, и почти каждый вечер где-то пропадал, возвращаясь в гриффиндорскую гостиную одновременно с отбоем.
В общем, жизнь шла своим чередом. Единственным, что омрачало существование Гарри были сны о золотой бабочке, от которых он каждый раз просыпался в холодном поту. Из-за темноты он больше не видел лежавшие там трупы, но одного знания о том, что они там есть, было вполне достаточно. Гриффиндорец давно рассказал о своих видениях директору и друзьям. Гермиона сразу направилась в библиотеку, Рон посочувствовал, Дамблдор внимательно выслушал, напоил чаем, провел ряд каких-то манипуляций со своими странными приборчиками, задумчиво покивал и... отправил восвояси, напоследок посоветовав больше усилий прилагать в изучении окклюменции.
Вот Гарри и прилагал. Каждый вечер, перед тем, как уснуть, пытался очистить сознание от посторонних мыслей. Но попробуй не думать ни о чем, когда рядом лежит Драко... хм, нет не так... ОБНАЖЕННЫЙ Драко.
Но не смотря на такие трудности, гриффиндорец неожиданно для себя все-таки добился некоторых успехов в окклюменции. Уже на третьем занятии он смог блокировать несколько воспоминаний. Возможно, свою роль сыграло то, что со Снейпом он подсознательно стремился выплеснуть весь негатив, чтобы ненавистный профессор перестал считать его Золотым мальчиком, которому все достается на блюдечке с голубой каемочкой. А Драко каждый раз после просмотра моментов из жизни Поттера бледнел и долго пытался прийти в себя. Что бы он там раньше не говорил насчет уничтожения грязнокровок и очищения магического общества, на самом деле Малфой не выносил вида крови и насилия. Конечно, подразнить кого-нибудь или довести до белого каления мог запросто, но как можно получать удовольствие от пыток или убийств, было за гранью его понимания. Поэтому Гарри и старался изо всех сил, с каждым разом все лучше сопротивляясь заклинанию и заталкивая воспоминания как можно глубже, чтобы оградить от них своего супруга. Но не смотря на достижения в окклюменции, сны о золотой бабочке не исчезали, хотя и стали приходить реже. Возможно, Гарри и удалось бы научиться закрывать свое сознание, но события распорядились иначе, и ему, как всегда, не дали такой возможности. Гриффиндорец оказался один на один с чужими кошмарами.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:51 | Сообщение # 10
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Сон начинался как обычно – вязкая темнота и маленький островок слабо мерцающего золотого света. Но в этот раз Гарри услышал еще и тихий голос, эхом отдававшийся в его голове:
- ...помоги мне... спаси... забери меня отсюда...
Гриффиндорец всем своим существом чувствовал его страх, отчаяние, надежду на избавление, и не мог не ответить. Протянул руку к этому комочку теплого золотого света и... проснулся от рывка аппарации.
Гарри очутился лежащим на холодном земляном полу. Без одежды, без палочки и без понятия, как он тут вообще очутился. Быстро вскочил и огляделся. Впереди находилось какое-то желтое световое пятно, и Гарри сделал шаг к нему. Под ногой что-то хрустнуло.
- ... осторожнее... – раздался шепот в его голове, и стеклянный шарик ярко вспыхнул, освещая помещение.
Уши гриффиндорца заложило от вопля, прежде чем понял, что кричит он сам, и закусил кожу на руке, чтобы хоть так заглушить собственный ужас. Все волоски на теле встали дыбом, и отнюдь не от холода. Сценаристы фильмов ужасов прекрасно знали свое дело, вставляя в триллеры подобные сцены. Хотя в кино они смотрелись не очень-то и пугающе, в реальной жизни столкнуться с ними было по-настоящему страшно. Гарри впал в какой-то ступор, глядя на полуистлевшие рассыпавшиеся по полу кости, покрытые клочьями пыли скелеты, раскрошившиеся черепа.
- ...не смотри, просто не смотри... - свет стал слабее, сузившись до небольшого пятна на полу вокруг шара, - забери меня отсюда, и уходим...
Гарри послушно, словно под гипнозом сделал еще один шаг, но почти сразу опомнился:
- Как я здесь оказался? И почему должен брать тебя с собой?
- ... я позвал, и ты пришел, чтобы помочь...
- Из Хогвартса нельзя аппарировать! Кто-то перенес меня сюда порт - ключом! – Гарри вздрогнул от звуков собственного голоса.
- ... нет, ты просто захотел, и пришел, а я задал твое направление...
- Так верни меня обратно!
- ...не могу... в Хогвартсе больше нет моих частиц...
- Больше нет... Ты хочешь сказать, что я был одной из них?!
- ...да, поэтому ты и мог видеть мои воспоминания...
- Нет! – Гарри знал только одного волшебника, чьи воспоминания мог видеть, - нет!
- ...я не знаю точно, что произошло, тебя я начал чувствовать совсем недавно, но я знаю, что это так... я видел то твои воспоминания, то Темного Лорда...
- Тогда кто же ты?
- ...то, что осталось от Тома Реддла... прикоснись, и я покажу тебе, что случилось...
Гриффиндорец одним пальцем дотронулся до стеклянной поверхности, и перед глазами вспыхнуло видение окровавленной детской руки, душу наполнили боль от предательства, ужас потери, отчаяние, безысходность... и острое осознание того, что все сказанное - правда. Гарри отшатнулся.
- Я не могу сейчас смотреть. Но я верю тебе, - он обхватил себя руками, чтобы унять дрожь, - пока самое главное выбраться отсюда.
- ...выход там... самая большая дверь...
Гарри с опаской вновь прикоснулся к шару, но тот только вспыхнул чуть ярче, словно стараясь его подбодрить.
- ...не бойся меня, я хочу только одного – чтобы Волдеморт умер, и я мог наконец-то обрести покой... но это невозможно, пока мы существуем...
Гриффиндорец вздрогнул от этого «мы», в памяти всплыли слова пророчества. «Ни один не сможет жить спокойно, пока жив другой». Теперь оно приобретало совсем другой смысл, мальчик – который – выжил оказался всего лишь одним из гарантов бессмертия Волдеморта. Держа в руке стеклянную сферу, он словно ощущал себя стоящим в центре паутины из пяти пульсирующих нитей. Одна из них точно вела к Волдеморту, а оставшиеся – к маленьким озлобленным комкам ненависти, страха и боли.
- ...ты тоже это чувствуешь... один из них живет и в тебе, но он почти всегда спит...
- Что это? – Гарри вздрогнул от отвращения, внезапно ощутив и внутри себя что-то чужеродное и враждебное.
- ...осколки души Волдеморта... он будет бессмертен, пока их не соберут воедино, потому что только целая душа может продолжить путь...
Старательно обходя лежащие на полу кости, гриффиндорец приблизился к массивной двери и потянул на себя проржавевшее железное кольцо. Деревянные створки с трудом, но поддались. Мрачный коридор встретил его темнотой и сыростью, однако воздух показался хоть чуточку, но свежее, чем в самом подземелье.
Гарри не знал, сколько времени он уже блуждает по этим грязным, холодным туннелям, похожим на гигантские кроличьи норы, постоянно натыкаясь на тупики и запертые двери, поворачивая назад и начиная изматывающий путь заново. Он замерз до такой степени, что тело и мысли просто одеревенели, и он сам себе напоминал марионетку, которую кто-то неумело дергает за невидимые ниточки. В голове билась только одна мысль: «Не останавливайся, не останавливайся, не...»
Гарри падал бесчисленное множество раз, поскользнувшись в липкой грязи, покрывавшей пол, сдирая кожу с коленей и ладоней, но все равно каждый раз поднимался и шел вперед. Стеклянный шар в его руке почти не давал света, и только изредка устало мерцал, поэтому гриффиндорец натыкался на торчащие из стен выступы, получая новые синяки и ссадины. Из-за холода он почти не чувствовал боли, сейчас все его существо было направлено только на то, чтобы найти выход, он даже не замечал крови, текущей из царапины на лбу.
Неожиданно почувствовав в боковом тоннеле поток свежего воздуха, Гарри даже не смог ощутить радости, когда наконец-то выбрался на улицу. Обессилено упав на колени в мокрую пожухлую траву, попытался побороть неожиданный приступ слабости и головокружения.
- ...еще немного... выйди за границы аппарационного барьера...
Гриффиндорец с трудом поднялся и сделал несколько шагов.
- ...все, здесь уже можно...
Гарри внезапно почувствовал навалившееся бессилие и апатию:
- Я не умею аппарировать.
- ...эта возможность заложена в тебе с детства... надо только захотеть... я помогу тебе...
Мальчик – который – выжил попытался вспомнить все, что им рассказывали на занятиях, крепко сжал в руке стеклянный шар и зажмурившись, аппарировал.
Гарри открыл глаза уже в совершенно другом месте. Прямо перед ним высились мрачные высокие деревья с облетевшей листвой, а сам он стоял почти по щиколотку в жидкой холодной грязи. Гриффиндорец едва не застонал от разочарования.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:51 | Сообщение # 11
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
- ...получилось... ты сделал это...
Гарри обернулся, и что-то внутри встрепенулось от радости, когда он различил очертания Хогвартса. Он хотел побежать к замку, но одеревеневшее от холода тело почти не слушалось, и гриффиндорец чуть не растянулся на земле в очередной раз. С отчаянием поняв, что он скорее всего упадет на полпути в обморок от переохлаждения, Гарри замер, не зная, что делать.
- ...Хагрид...
Хижина лесничего оказалась всего в нескольких шагах, и через минуту Поттер уже стучал в деревянную дверь, надеясь, что полувеликан дома.
- Ктой-то там?
- Хагрид, открой.
Дверь распахнулась, и Гарри с ног до головы обдало теплом, голова закружилась, и он чуть не потерял сознание. Хагрид успел его поймать и уберечь от очередного падения.
- Гарри? Что случилось?
Преподаватель ухода за магическими существами практически занес полубессознательного ученика в комнату, завернул в колючий плед и разжег камин до такого состояния, что хижина вполне могла сгодиться в качестве инкубатора для драконов. Потом влил в Гарри какие-то зелья, от чего у того из ушей пошел пар, и дополнил лечение стаканом огневиски. Теперь гриффиндорец красными глазами и язычками пламени изо рта напоминал одного из его любимцев.
Поттер постепенно приходил в себя и даже смог разжать сведенные судорогой пальцы, все это время сжимавшие шар с золотой бабочкой.
- Что это? – Хагрид кивнул на странную вещицу в его руках.
- Осколок души Волдеморта.
Полувеликан даже побледнел, когда это услышал. Его лицо исказилось ненавистью и омерзением.
- Надо немедля уничтожить эту пакость!
Гарри испуганно спрятал ее в складках пледа. А что если люди станут относиться к нему с таким же презрением и отвращением, когда узнают, что внутри него оно тоже есть?
- Ее нельзя уничтожать!.. пока. С ее помощью можно добраться до остальных частей.
- И верно, пусть Дамблдор во всем разбирается, - Хагрид усмехнулся, - вот уж прищемим хвост тому – кого – нельзя – называть.
Гриффиндорцу внезапно стало неуютно под его взглядом.
- Хагрид, не одолжишь мне что-нибудь из одежды, чтобы я смог до замка добраться?
Лесничий засуетился, пытаясь найти хоть отдаленно подходящий размер, но потом махнул на это безнадежное дело рукой и кое-как уменьшил одну из своих теплых мантий. А вот с обувью это не прошло, и огромные ботинки Хагрида никак не желали уменьшаться. Гарри только махнул рукой, и закутавшись в мантию как в плед, босиком выбежал на улицу. Оставалось только надеяться, что после этой прогулки он не сляжет с простудой. Холод и мокрая трава только подстегивали гриффиндорца, заставляя идти все быстрей и быстрей, теперь, когда он отогрелся, путь до замка не казался ему таким уж длинным. Двери оказались не заперты, и уже через несколько минут Гарри бежал по полутемным пустым коридорам. В самом замке было не намного теплее, чем на улице, и гриффиндорец снова замерз, его движения стали дергаными и какими-то механическими, словно у сломанной заводной игрушки. Радовало только то, что по дороге ему никто не встретился, даже призраки в эту ночь занимались своими потусторонними делами и пропустили ошеломляющее зрелище – заляпанного кровью и грязью будущего спасителя магического мира.
Гарри уже собирался постучать по портрету, чтобы разбудить леди Федерлайн, как дверь неожиданно открылась, едва не стукнув его по носу. В комнате горел яркий свет, и силуэт разозленного Драко отчетливо прорисовывался в проеме.
- Ну, и где ты шлялся всю ночь? – начал он в лучших традициях маггловских жен, для полного сходства ему не хватало только скалки в руке, впрочем, ее с успехом могла заменить волшебная палочка. – Ты что, пил?! От тебя огневиски несет за полкилометра!
Но тут слизеринец рассмотрел, в каком состоянии находится его вторая половинка:
- Гарри...
Гриффиндорец сделал шаг вперед, и чуть не упал, споткнувшись о порог, потому что из-за яркого освещения его привыкшие к темноте глаза почти ничего не видели. Драко еле успел поймать его. Стеклянный шар выпал из разжавшихся пальцев, и подскакивая, покатился по полу, пока не скрылся под диваном. На это никто не обратил внимания.
- Что случилось?
Поттер только стучал зубами, не в силах вымолвить ни слова. Драко мгновенно усадил его в кресло перед камином, закутал в плед и заставил выпить противопростудного зелья. Зелье обладающее согревающим, успокаивающим и легким снотворным действием, подействовало очень быстро, и Гарри перестал дрожать и даже улыбнулся:
- Со мной все в порядке.
- Хм, я вижу, - пробормотал Драко, встревожено осматривая полоски запекшейся крови на его лице, и наклонился, чтобы поднять Гарри на руки и отнести в ванну.
- Эй, поставь меня! Я и сам могу идти! – глупый гриффиндорец почему-то сопротивлялся такому способу перемещения, пришлось позволить ему самому идти, что заняло почти в два раза больше времени.
Драко быстро наполнил ванну водой и бросил туда горсть сухих целебных трав, потом ему еле удалось уговорить полусонного Поттера снять мантию, в которую он вцепился, как утопающий в спасательный круг. Увидев синяки и ссадины на его теле, Малфой закусил губу и пообещал себе, что лично разберется с тем, кто причастен к случившемуся. Затем аккуратно помог Гарри залезть в воду и, опустившись рядом на колени, чтобы удобнее было обрабатывать его раны, начал очищать ссадины заклинаниями и тут же смазывал их заживляющим зельем. Когда с этим было покончено, завернул гриффиндорца в огромное махровое полотенце и понес в спальню, на этот раз тот не сопротивлялся, потому что почти спал. Драко уложил свою драгоценную ношу на кровать, и бросил на пол мокрое полотенце, следом полетела и его ставшая влажной одежда. Юноша крепко прижал к себе спящего гриффиндорца и замер, прислушиваясь к его ощущениям.
Благодаря их странной связи он мог чувствовать, что Гарри сейчас тепло, уютно и у него ничего не болит. Все остальное может подождать до завтра. Они никому не рассказывали о своей связи, слишком уж это личное, а в библиотеке почти не было информации на эту тему. Драко нашел только несколько упоминаний о цепях верности и Взаимных Чувствах, причем именно с большой буквы, что уж там автор имел в виду на самом деле, оставалось только догадываться, так как тот умер лет двести назад.
К сожалению, их Взаимное Чувствование не давало возможности читать мысли, и Драко дорого бы отдал, чтобы знать, что случилось с его Гарри, и как ему помочь.
Когда он проснулся ночью, сразу почувствовал, что Поттера нет в замке. Во время занятий, или когда они были вынуждены ненадолго расстаться, они все равно продолжали четко ощущать друг друга, и даже могли с уверенностью сказать, в какой части Хогвартса находится вторая половинка. Но в этот раз... Было так странно внезапно остаться одному. Странно и страшно, а еще немного больно. Драко неожиданно остро ощутил свое одиночество, и его испугало, в какой зависимости он оказался от гриффиндорца. Он просто сходил с ума и никак не мог взять себя в руки, чтобы начать действовать. Первым делом надо было сообщить Дамблдору, и слизеринец успел пробежать полкоридора, прежде чем понял, что едва одет. Вернулся назад, нацепил первую попавшуюся мантию и неожиданно почувствовал, что Гарри вернулся в Хогвартс и сейчас находится в главном холле. От облегчения Драко просто сполз по стеночке на пол. Присутствие Поттера позволило снова начать четко мыслить, и слизеринец внезапно разозлился, представив, что Гарри просто взбрело в голову прогуляться на ночь глядя или полетать, а он тут места себе не находит. Поэтому он решительно поднялся, распахнул дверь и выдал первое, что пришло в голову. Но когда увидел, в каком состоянии находится гриффиндорец, мысли разом вылетели из его головы, и все силы были направлены только на то, чтобы подавить новый приступ паники и оказать помощь. И совершенно наплевать, где он был и чем занимался, даже если золотой мальчик вдруг сошел с ума и решил наполовину проредить население Хогвартса, для Драко важнее было то, что он вернулся. К сожалению, выяснилось, что кровь на гриффиндорце оказалась его собственная, хорошо, хоть порезы были маленькими и неглубокими.
Сейчас Гарри спокойно спал, а Малфой ломал голову над тем, как сделать так, чтобы гриффиндорец даже с помощью порт – ключа не мог бы переместиться куда-то без разрешения своей половинки. Это могло бы помочь в такой ситуации, которая в конце четвертого курса случилась с мальчиком – который – выжил. Да и сейчас было совершенно не понятно, как ему удалось исчезнуть из Хогвартса. Хотя на самом деле, безопасность Поттера была только отговоркой, Драко просто хотелось, чтобы тот всегда был рядом, хотелось приковать его к себе цепью, наложить заклятие Вечного приклеивания, пробраться ему под кожу, чтобы ничто и никогда не могло разлучить их. Слизеринец сам пугался степени своей зависимости, Гарри был для него словно Дурманящее зелье - точно так же дарил наслаждение и являлся единственным смыслом существования, одновременно вызывая сильнейшую привязанность.
Впрочем, все это такие мелочи, пока у него есть возможность прижать к себе его Золотого мальчика, и тогда даже зависимость дарит удовольствие, а любая боль оборачивается блаженством...



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:51 | Сообщение # 12
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Гарри неохотно открыл глаза, вставать ему совершенно не хотелось, но какое-то назойливое слабо звенящее чувство не давало ему покоя, вызывая у гриффиндорца ощущение, словно он забыл нечто очень важное. Парень нахмурился, пытаясь сообразить, что же это могло быть.
Сегодня ему снился такой странный сон, слишком подробный и реальный. Гарри провел рукой по лицу и посмотрел на собственные пальцы, словно ожидая увидеть на них кровь. Но все было в порядке. Гриффиндорец осторожно, стараясь не разбудить, снял руку Драко со своей талии и сел на кровати. Комнату заливал яркий свет, и судя по положению солнечных зайчиков на полу, полдень уже наступил.
Гриффиндорец спустил ноги на пол и уже почти встал, когда раздался сонный голос Драко:
- И куда ты собрался?
- Никуда, - Гарри повернулся и чмокнул мужа в кончик носа, - просто не могу больше лежать.
Поттер поднялся и, не утруждаясь одеванием, прошел в гостиную. Вообще-то Малфой тоже никогда не задумывался по поводу одежды, когда они были в собственной комнате, слишком уж привыкли находиться рядом друг с другом обнаженными. Так было намного удобнее. И быстрее... Да и вещи целее, потому что бедные эльфы уже устали пришивать оторванные пуговицы.
- ...наконец-то проснулся...
Гарри вздрогнул и испуганно замер.
- ...не мог бы ты положить меня в более... интересное место?.. домовики почему-то моют полы очень выборочно...
Гриффиндорец медленно опустился на колени и заглянул под диван. Вообще-то он знал, что там увидит, но ему так хотелось верить, что произошедшее вчера окажется просто страшным сном. Медленно – медленно он протянул руку к стеклянному шару, будто надеясь, что в последний момент видение рассеется и пальцы схватят только пустоту.
- Изобретаешь новую позу? – участливо спросил Драко, - может, помочь?
Гарри быстро поднялся с пола, он почему-то думал, что слизеринец продолжит спать, и чуть не подпрыгнул от неожиданности, услышав его голос. Пока он обдумывал, как бы объяснить своей второй половинке, что это за штука у него в руках, эта самая штука подала голос:
- ...мне всегда нравились только девушки, но у меня уже пятьдесят лет не было секса и, должен признать... вы оба крайне привлекательны...
Гриффиндорец почувствовал, как стремительно краснеют щеки и не придумал ничего лучше, кроме как сунуть шарик под диванную подушку, чтобы тот перестал на них пялиться.
- Мне нужно к Дамблдору.
- Может, сначала расскажешь мне, где пропадал полночи?! – Драко поймал его за руку, не давая пройти.
- Не хотелось бы два раза рассказывать, - Гарри передернуло, - пойдем со мной? Там все и расскажу.
- Неужели ты думал, что я куда-нибудь теперь отпущу тебя одного?
Они быстро оделись и прихватив шарик отправились к директору. По дороге Драко сжимал руку гриффиндорца, боясь хоть на секунду выпустить. В его голове постепенно рождалась идея, как можно постоянно контролировать перемещения Гарри. Надо написать матери письмо, и она организует все в лучшем виде, а вечером, скорее всего, уже пришлет все необходимое. Что ж, осталось только немного подождать, и все это время не спускать глаз, и рук заодно, с его беспокойной половинки.
Дамблдор выслушал рассказ совершенно спокойно - Гарри постарался свести повествование до минимума: проснулся в незнакомом месте, нашел шар, вышел за границы барьера, аппарировал, попил чая у Хагрида. Но Драко - то видел, в каком состоянии был гриффиндорец, и ему хотелось наорать на этого старого бесчувственного чурбана.
Внимательно изучив шарик директор удивленно приподнял брови и применил легиллименцию. Потом побледнел и отложил от себя злополучный предмет. Гарри прекрасно знал, что тот увидел, за ночь воспоминания, вложенные в него этим осколком души Риддла, восстановились, и перед глазами до сих пор стояла сцена кровавого ритуала, благодаря которому Том расколол собственную душу на две неравные половины – маленькую и большую. Причем, в маленькую, которую заточил в шаре, собрал все ненужные ему качества: сочувствие, сострадание, доброту, жалость, способность любить... Благодаря этому обряду оставшуюся у него часть души можно было безболезненно рвать на сколько угодно кусков.
- Что же, мой мальчик, ты нам крайне помог. Благодаря этим сведениям мы легко сможем справиться с проблемой. Мне нужно только все хорошенько обдумать. Не волнуйся ни о чем, я буду держать вас в курсе событий, - директор ясно дал им понять, что больше не задерживает.
Впрочем, «держать в курсе» было слишком громко сказано, максимум, о чем им сообщали – об очередном собрании Ордена Феникса, хотя Драко и понятия не имел, что это такое, да и не интересовался этим вопросом.
А вот Нарцисса со своим заданием справилась, и уже вечером того же дня Драко получил посылку с маленькой бархатной коробочкой. Гарри с любопытством заглянул внутрь, пока слизеринец читал ответное письмо от матери.
- Что это? – Поттер уставился на два одинаковых золотых колечка, испещренных руническими символами.
- Парные антипорт – ключи, один будет у тебя, другой у меня, ты не сможешь переместиться, пока я не сниму заклинание, и наоборот, - рассеянно произнес Драко, не отрываясь от письма.
- Такие маленькие, только на мизинец налезут.
- Вообще-то предполагается носить их как серьги или прокалывать отверстия в... – слизеринец покраснел, - поверить не могу, что она написала такое собственному сыну!!!
Гарри вытащил колечко из углубления в бархате и увидел маленький замочек.
- Будем делать пирсинг? – обреченно спросил он, что-то эта идея его не вдохновляла.
- Придется. Просто носить с собой такие вещи ненадежно. Ладно, приступим... Пимси!
Маленький домовик с хлопком возник посреди комнаты.
- Огневиски, толстую иголку и заживляющее зелье!
Если эльф и удивился странному набору предметов, то виду не подал и мигом все доставил.
Драко взглянул на ухо Гарри. Маленькая мочка, такая нежная и сладкая, он просто обожал втягивать ее в рот и чуть прикусывать зубами. У него в голове не укладывалось, как это можно проколоть ее, не говоря уже о других частях тела!
- Черт, я просто не могу!
- Да ладно тебе! Не так уж это и больно, не бойся, я не буду плакать, - Гарри улыбнулся и протянул ему иголку.
- Хм, - Драко глотнул огневиски для храбрости, - и какое ухо колоть?
- Не знаю... Давай левое.
Слизеринец и сам не знал, как справился, сначала долго выбирал подходящий участок кожи, тщательно его обрабатывал, и потом едва ли не зажмурился, чувствуя, как рвется под тонким острием живая плоть. Гарри даже не вздрогнул и подал ему золотое колечко, которое само застегнулось, как только его протолкнули в крошечное отверстие. Несколько капель заживляющего зелья, ранка затянулась, и на коже даже не осталось следов крови.
- Вот и все. – Гарри обнял его и поцеловал, - и совсем не больно, а ты боялся.
- Малфои ничего не боятся! Они просто нервничают иногда... Я еще посмотрю, как ты будешь мое ухо прокалывать!
- Запросто! Временами я такой кровожадный...
- И это говорит человек, которому даже флоббер - червей жалко. Молчал бы.
Драко подставил левое ухо и вручил ему иглу. В этот раз было намного легче, потому что он не видел, что там творит Гарри с его мочкой.
- Готово, – гриффиндорец отложил пузырек с зельем, - знаешь... по-моему эта сережка так сексуально смотрится...
Малфой и пикнуть не успел, как оказался повален на диван и прижат сверху теплым сильным телом.
- А по-моему, ты просто извращенец... Ммм... Но не то чтобы я был против...



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Среда, 18.03.2009, 19:52 | Сообщение # 13
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Гарри приснился кошмар. Он совсем забыл потренироваться перед сном в окклюменции и снова увидел, как Волдеморт кого-то пытает. Гриффиндорец попытался уснуть, но ничего не вышло, и он решил немного пройтись и развеяться. Оделся потеплее, накинул мантию-невидимку и вышел в коридор.
Ночной Хогвартс встретил его холодом и сквозняками. Гарри не стал далеко уходить и устроился на подоконнике на первом этаже, обхватив колени руками. Прижался лбом к прохладному стеклу, бездумно уставившись в темноту за окном, и прислушался к шуму дождя.
Из этого состояния его вывел звук шагов и чьи-то голоса. Он уже похолодел, представляя, как кто-то из учителей поймает его здесь в такое время, но потом вспомнил, что невидим, и успокоился. Хотя расслабился он слишком рано, так как из-за поворота показался Снейп и резко затормозил прямо перед окном.
- Дальше и сам дойдешь.
- Северус...
Гарри едва не свалился с подоконника, когда увидел Невилла. А он-то был уверен, что все слухи насчет его романа со Снейпом – просто шутка.
- Мне так понравилась эта ночь с тобой...
Челюсть Гарри попыталась покинуть своего хозяина.
- О да, не сомневаюсь, - сухо ответил Снейп, - ты просто всю жизнь мечтал проторчать полночи в моей лаборатории, наблюдая, как я варю зелье.
- Северус...
- И перестань постоянно повторять мое имя!
- Но оно мне так нравится. И так тебе подходит. Ты весь словно эскимо в темном шоколаде – такой же твердый и черный снаружи и мягкий и нежный внутри.
Снейп резко развернулся и грубо приподнял его лицо за подбородок, вынуждая смотреть прямо в глаза.
- Мистер Лонгботтом, - от его холодного тона сам Гарри чуть не примерз к окну, - я – Пожиратель Смерти с двадцатилетним стажем, и если мне прикажут, я убью любого человека. Не смотря на мое к нему отношение... Вам не кажется, что слова «мягкий» и «нежный» - последние, которые можно использовать для описания моего характера?
- А еще ты такой сильный и властный, - мечтательно протянул Невилл, чуть ли не тая от его прикосновения и едва ли слыша хоть слово, даже в темноте было заметно, как румянец заливает его щеки. - И я с ума схожу от звуков твоего голоса...
Профессор только обреченно вздохнул и попытался отодвинуться. Но Лонгботтом вцепился в его мантию и не позволил отстраниться.
- Северус, я люблю тебя.
- Я уже говорил, что тебе это только кажется. Не знаю, в чем дело, то ли в юношеских гормонах, то ли в недостатке ума...
- Но я правда люблю тебя!
- Это невозможно. Я же сказал... мпф...
Дальнейшие слова заглушил Невилл, прижавшийся губами к его рту. Руки профессора взметнулись в воздух, словно собираясь оттолкнуть нахального мальчишку, но потом передумали и просто опустились на его плечи.
Когда поцелуй закончился, Невилл уткнулся носом в его шею и некоторое время молчал. Снейп так же безмолвно стоял, позволяя себя обнимать. Наконец, подросток нарушил тишину, пробормотав:
- Ты так пахнешь... потрясающе... У меня даже голова кружится...
- Голова у тебя кружится от недосыпа, так что иди в свою спальню и не вставай с кровати раньше полудня.
Профессор развернул его за плечи и подтолкнул в направлении гриффиндорской башни. Невилл с глупейшей улыбкой и совершенно счастливым выражением лица послушно отправился в указанном направлении. А Снейп, прежде чем вернуться в свои подземелья, постоял еще какое-то время, глядя ему вслед изумленно приподняв брови, словно встретил что-то совершенно невероятное, но крайне приятное.
Когда шаги профессора затихли вдали, Гарри осторожно встал с подоконника, в который до этого вжимался едва дыша. Увиденная сценка подействовала на него не хуже любого антидепрессанта, и сейчас улыбка на его лице была едва ли не глупее, чем у Невилла. Кто бы мог подумать, что их с Драко зелье окажет такой результат? Ведь после той маленькой катастрофы на уроке большинство парочек распалось уже к вечеру, ну кроме Рона с Гермионой. Гарри чувствовал себя прямо-таки купидоном, его едва не распирало от гордости за такое доброе дело и не терпелось поделиться этим радостным известием с Драко, хотя если Снейп узнает, веселая жизнь гриффиндорцу точно обеспечена. Он почти вприпрыжку поспешил в свою комнату, потом, стараясь не разбудить Драко залез под одеяло и уснул, все еще улыбаясь.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
АэлинДата: Пятница, 26.06.2009, 18:34 | Сообщение # 14
Подросток
Сообщений: 9
« 0 »
Прелесть... что дальше? Будет ли продолжение? Спасибо biggrin
 
Lash-of-MirkДата: Воскресенье, 28.06.2009, 19:28 | Сообщение # 15
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Аэлин, конечно будет)) Лови)

- Нет!!! Я категорически против! Я не позволю так рисковать!
- Мистер Малфой, вы должны понимать, что это единственный способ. И это вполне безопасно...
- Безопасно?! Вы сами только что сказали, что там полно ловушек!
- Ловушками займется отряд мракоборцев, а мистера Поттера сразу же вернут обратно.
- Нет! Я не позволю его вообще туда забирать! Ни за что! Я не отпущу его!
- Возможно... вы могли бы сами убедиться, что для Гарри никакой опасности нет... – Дамблдор задумчиво теребил бороду.
- Нет!!! – в этот раз против был уже Поттер, - я не хочу, чтобы ты даже приближался к этой пещере.
Они с Драко раздраженно уставились друг на друга. Но сколько бы они не спорили, все произошло именно так, как задумал директор.
Хотя, надо признать, его план был самым лучшим, что можно было придумать в данной ситуации. После продолжительного общения при помощи легиллименции с золотой бабочкой, они вместе продумали порядок действий и разработали ритуал, который мог объединить все части души Риддла в одно целое.
Гарри был единственным, кто, сосредоточившись, мог переместиться к очередному осколку, так что его задачей было трансгрессировать небольшой отряд опытных мракоборцев к нужному месту, а потом с помощью порт - ключа вернуться обратно. На этом его миссия заканчивалась, но Драко слишком боялся, что что-то может пойти не так и ни в какую не хотел отпускать, а без его разрешения Гарри мог перемещаться только на метле или на собственных двоих. В конце концов, они пришли к компромиссу, и было решено, что они в первый раз отправятся вместе, а отряд будет увеличен в два раза по требованию Малфоя.
Вот именно по этому они и стояли сейчас в полной темноте, вдыхая спертый, наполненный водяными парами воздух. Со всех сторон сразу же вспыхнули огоньки люмосов, и в их свете Гарри успел рассмотреть только каменные своды и вдали увидеть подземное озеро.
- Мистер Поттер, активируйте порт – ключ!
Гриффиндорец хотел возразить, пытаясь получше рассмотреть окружающую обстановку, но Драко уже выхватил из его рук переносчик и произнес заклинание.
Примерно так прошли для них и остальные перемещения за оставшимися четырьмя осколками. Гораздо тяжелее приходилось мракоборцам – некоторые из них вернулись в довольно тяжелом состоянии, но к счастью, все остались живы. Все крестражи были собраны и заключены в магические сферы, чтобы частицы души, заключенные в них не могли воздействовать на окружающих. Дамблдор совместно с шаром вычислил наиболее благоприятный день для проведения ритуала объединения. Но тем не менее, не смотря на все расчеты многое оставалось неясно – например, что случится с живым человеком, если из него вырвать часть чужой души. Директор старался быть оптимистом, говорил, что все под контролем, в ответ Драко закатывал ему истерики и прямым текстом посылал не только Дамблдора, но и весь магический мир. И плевать ему было на все пророчества. Но Гарри слушал его и знал, что не смотря ни на что, просто обязан сделать это, не из-за пророчества, не из-за чужих ожиданий, а для самого себя. Ему предоставили шанс уничтожить Волдеморта навсегда, и он просто не мог от него отказаться.
День ритуала приближался, и Драко становился все мрачнее и мрачнее. Он постоянно ссорился с Гарри из-за того, что тот на пару с этим обезумевшим старикашкой пытался совершить, но гриффиндорец упрямился, его не пронимали даже фирменные малфоевские истерики. Блондин с каждым днем все больше впадал в отчаяние, его терзали ужасные предчувствия, а этот наивный Поттер слушал только Дамблдора, утверждавшего, что «все будет хорошо, так или иначе».
Час «икс» наступил, и Драко пришлось напоить успокаивающими зельями, потому что он решительно отказывался отпускать Гарри на этот сумасшедший ритуал – самому слизеринцу категорически запретили присутствовать в зале с начертанными на полу рунами и пентаграммой, где и должно было происходить все действо. Поэтому Малфой даже не мог узнать, что там происходит, ему только объяснили в общих чертах, что Гарри должен будет сосредоточиться и вместе с золотым шаром «призвать» Волдеморта. Так как большая часть души Темного лорда уже находилась внутри пентаграммы, то он и сам должен был там оказаться. И в этот момент Дамблдор начнет читать заклинания, а все осколки сольются в один, и душа наконец-то сможет освободиться и перейти в другой мир. И все счастливо начнут праздновать победу.
Но это в идеале. На самом деле никто даже предположить не мог, что случится, когда часть чужой души покинет тело гриффиндорца. Так что все эти полтора часа, пока длился ритуал, Драко ходил из угла в угол, мучимый дурными предчувствиями и чувством вины – ведь он так и не смог оградить Гарри от опасности.
Когда раздался стук, и Малфой распахнул дверь их общей с Поттером комнаты, то по одному только лицу Дамблдора он мгновенно догадался, что случилось нечто непоправимое.
- Где он? – Драко вцепился в старого волшебника мертвой хваткой, словно тот лично прятал где-то Поттера и не хотел говорить.
- В больничном крыле, - устало произнес директор, - он потерял сознание. Сейчас мадам Помфри проводит обследование, чтобы выяснить, что пошло не так.
Но Малфой услышал только первую часть предложения и уже бежал по указанному направлению. В больничном крыле столпилась половина отряда мракоборцев – все, кто участвовал в рейдах и в данный момент мог самостоятельно передвигаться. Они шумно переговаривались и поздравляли друг друга. Мадам Помфри безрезультатно пыталась выставить их наружу и добиться тишины.
- Немедленно замолчали все! – Драко был просто в ярости, - да как вы смеете радоваться, когда Гарри... – горло перехватило, он сглотнул и продолжил, - да как вы вообще даже разговаривать здесь смеете?
Они пристыжено замолчали, но Драко знал, что это ненадолго. Отец рассказывал ему, что когда Волдеморт исчез в первый раз, волшебники едва не нарушили Статут о секретности, а ведь ценой победы стала смерть двух человек. Поэтому нетрудно было догадаться, что как только они окажутся в Хогсмите, и остальным станет известно об окончательной и бесповоротной смерти Темного лорда, история сразу же повторится, и всем плевать будет на героя, который не сможет участвовать в празднике.
Авроры вышли, и Драко наконец-то смог подойти к единственной занятой больничной койке. Гарри выглядел так, словно просто прилег отдохнуть.
- Что с ним? – слизеринец все на свете отдал бы за то, чтобы услышать нестрашное «потерял сознание».
- Магическое истощение. Вы же понимаете, мистер Малфой, что если извлечь душу из тела, то оно через некоторое время погибает. Но души было две, и теперь все магические силы Гарри уходят на восстановление прежних связей между физической и духовной сущностью. А пока организм впал в кому...
- И сколько это продлится? – Драко сжал кулаки боясь услышать ответ.
- Пока сложно сказать, но в лучшем случае – примерно год. Не отчаивайтесь, мистер Малфой, у Гарри есть все шансы...
Дальше слизеринец почти не слушал. «Не отчаивайтесь» обычно говорят, когда надежды нет, и врач пытается подсластить горькую пилюлю. Страшно было даже думать о том, что Гарри может провести вот так – во сне – несколько лет, а возможно, и всю жизнь.
Ноги перестали слушаться, и блондин почти рухнул на стул, стоящий рядом с кроватью:
- Мадам Помфри, вы не могли бы на некоторое время оставить нас наедине? – слизеринцы никому не показывают своей боли, а Драко казалось, что эмоции вот-вот выйдут из-под контроля – губы уже начали дрожать, глаза защипало.
- Да-да, конечно, - засуетилась женщина, - через два часа надо будет провести повторное обследование, так что до этого времени вас никто не побеспокоит. И если потребуется – здесь на тумбочке стоит успокоительное зелье.
Малфой ничего не ответил, потому что боялся не совладать с голосом, и целительница вышла, тихо прикрыв за собой дверь.
Гарри лежал на спине, грудь едва заметно поднималась и опускалась, можно было подумать, что он просто глубоко спит. Драко едва подавил желание схватить его за плечи и хорошенько встряхнуть, чтобы разбудить. Он знал, что это не поможет. Уже больше ничего не поможет...
Блондин наклонился и прижался щекой и щеке Гарри, одновременно запустив пальцы в распущенные темные волосы:
- Я же говорил тебе не ходить? – прозрачные капли стекали по виску гриффиндорца, и можно было подумать, что это он плачет, - почему ты меня не послушал, глупый?..


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Понедельник, 29.06.2009, 18:13 | Сообщение # 16
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Глава 14

- Да, мадам Помфри, я уже ухожу, - Драко с трудом поднялся со стула, на котором провел несколько часов, сидя почти неподвижно, и с неохотой выпустил руку Гарри.
Целительница каждый вечер чуть ли не силой выгоняла его из больничного крыла. Малфой был единственным, у кого время посещения не было ограничено получасом. Все остальные посетители, приходившие навестить героя, которых набиралось едва ли не сотни, редко проводили в палате больше десяти минут. Исключение составляли только Грейнджер и Уизли. Они постоянно крутились рядом, рассказывали бессознательному Гарри последние новости, и что самое ужасное, Драко часто ловил на себе их жалостливые взгляды. Подумать только, его пожалел Уизли! Малфой его до сих пор терпеть не мог, но ради Гарри держал при себе свое мнение об умственных способностях Рона.
Помфри проводила его до выхода и прикрыла двери. На замок их никогда не запирали, что было на руку слизеринцу. Он как послушный мальчик дошел до конца коридора и свернул за угол. Но вместо того, чтобы идти в подземелья, достал из кармана мантию-невидимку и накинул на себя. Потом подождал еще несколько минут, чтобы целительница точно успела уйти в свои комнаты, примыкающие к больничному крылу, и отправился обратно.
Бесшумно приоткрыл дверь и проскользнул к огороженной ширмой кровати. У мадам Помфри не было привычки по ночам неожиданно проверять единственного пациента, поэтому Драко сбросил на стул мантию и осторожно опустился на постель рядом с Гарри. Сейчас их связь не работала, и слизеринец как ни старался не мог уловить ни одного его ощущения. И это было страшно – настолько он привык «чувствовать на двоих», что сам уже, кажется, ничего не испытывал – ни вкуса, ни запаха, и даже цвета стали тусклыми и нерадостными.
Блондин прижался губами к виску Гарри, чувствуя как слегка замедленно бьется под тонкой кожей жилка.
- Вернись ко мне. Без тебя так плохо. И все смотрят на меня, будто я давно и неизлечимо болен – с такой жалостью, словно вот-вот конфетку дадут и по голове погладят. Вернись. Всего неделя прошла, а я уже с ума схожу. Вчера проснулся в нашей спальне и никак не мог понять, где нахожусь. Я людей перестал различать – кажется, что они все ненастоящие, словно на пергаменте их нарисовали и вырезали. Говорят что-то, а я слышу только шорох.
Родители приходили тебя проведать, мама сказала, что я похудел, а отец уже хотел меня куда-нибудь на курорт отправить, развеяться. Я такую истерику закатил, наверно, даже ты слышал. А сегодня снял тридцать баллов с красно-золотых – какой-то малолетка на весь коридор заявлял «что мы, гриффиндорцы, одержали победу». Нет, ты представляешь – «МЫ». Да он о победе-то только на следующий день из газет узнал, - Драко сам не знал, шепчет ли он это в слух, или просто думает про себя. – Все празднуют, а ты здесь. Каждый раз, как вижу у кого-нибудь счастливую физиономию, сразу хочется наложить пыточное заклинание. Почему так несправедливо? Весь магический мир до сих пор отмечает победу, восхваляет Золотого мальчика, а ты даже не знаешь этого. Но ты же ведь обещал всегда быть рядом со мной! Ты же обещал – помнишь? – пока смерть не разлучит нас. Не смей нарушать клятву... Вернись ко мне...
Воздуха вдруг стало не хватать, Драко чувствовал, как что-то прижимает его к Гарри настолько тесно, что даже вздохнуть нельзя. Слизеринец из последних сил извернулся, пытаясь рассмотреть что же его душит. В полумраке больничного крыла поблескивала цепь, обмотавшая их с Поттером – массивные звенья с россыпью крохотных алмазов. В глазах потемнело от недостатка кислорода, и Драко потерял сознание.
... Очнулся он в каком-то странном месте – кругом не было ничего, кроме белого тумана. Он клубился внизу, словно пушистый белый ковер. Драко сделал шаг, и раздался какой-то звон. Малфой наклонился, чтобы рассмотреть собственную ногу и с изумлением понял, что прямо из кожи, на том месте, где на щиколотке выпирает косточка, в прямом смысле слова растет цепь. Невозможно было провести четкую границу между кожей и металлом – настолько они были вплавлены друг в друга. Блондин потянул цепь, но ее другой конец терялся в тумане, и нельзя было угадать, насколько длинной она окажется. Не оставалось ничего кроме как пойти по этой «путеводной нити».
Драко перебирал золотые звенья, все дальше и дальше углубляясь в молочно-белый туман, пока не заметил впереди какое-то темное пятно. Шаг, еще один, и вот он уже различил очертания человеческого тела, еще несколько секунд – и он узнал в расплывчатом силуэте лежащего без сознания Гарри. Малфой отбросил от себя цепь и побежал, не обращая внимания на раздающийся металлический лязг, упал на колени рядом с гриффиндорцем и встряхнул его за плечи:
- Гарри!
- Что? – брюнет мгновенно открыл глаза и уставился на мужа.
Драко от неожиданности отпрянул, но быстро пришел в себя и снова вцепился в Поттера, буквально повиснув у него на шее:
- Гарри!!!
- Да что такое? Что это вообще за место? – гриффиндорец никак не мог понять, почему Малфой так бурно реагирует. – И как ритуал прошел? Волдеморта больше нет?
- Нет! Нет! – Драко чувствовал себя полным идиотом, но никак не мог остановить счастливый смех, обнимая Поттера и осыпая поцелуями его лицо, - его больше нет! Ты победил!!!
- Я помню только, как Волдеморт появился в центре пентаграммы и направил на меня палочку. Дамблдор начал читать заклинание, и магические сферы вокруг крестражей лопнули. Потом все вдруг потемнело, и очнулся я уже здесь. Какое странное место...
- Мне все равно, что это за место, главное, поскорее выбраться отсюда. Ты же неделю в коме провел! Пора бы уже проснуться!
- Неделю?! – Гарри изумленно вскочил на ноги, - я проспал уже неделю?
- Мадам Помфри сказала, что это может продолжаться год, как минимум, - Драко сглотнул и продолжил, - а может и всю жизнь...
- Что?! Мне еще лет сто бревном лежать?! Неужели даже волшебники не могут меня разбудить? Я же не какая-то спящая красавица!
- Они пытаются... Зелья, заклинания, лучшие колдмедики... Но медицина в твоем случае бессильна...
- Драко, - гриффиндорец замер, напряженно обдумывая какую-то мысль, - ты меня целовал? Ну, после того, как я впал в кому?
Малфой пораженно уставился на, кажется, спятившего от потрясения героя.
- Гарри?.. Ты в порядке? Почему вдруг такие странные вопросы?
Поттер закатил глаза:
- Просто ответь.
- Нет, конечно! Я знаешь ли, не страдаю такими...
Но гриффиндорец его перебил:
- Так вот – вернись обратно и поцелуй! А еще лучше – трахни.
- Ч-чего? – блондин от шока начал заикаться. Неужели Поттер после недели воздержания уже сошел с ума?
- У магглов есть такая сказка – «Спящая красавица». Там принцесса после заклятия злой колдуньи уснула на сто лет. Но прекрасный принц нашел ее и разбудил поцелуем. И все жили долго и счастливо. Правда, в первоначальной версии, не адаптированной для детей, он ее не только поцеловал... Да и в «Белоснежке и семь гномов» оживляли тем же способом. Сказки ведь не на пустом месте придумывают, а если больше ничего не помогает, надо действовать нетрадиционными методами!
- Н-но...
- Просто сделай это, Драко. Дамблдор тоже постоянно твердит, что любовь – великая сила. Один раз она меня уже спасла, думаю, и в этот раз все получится, - Гарри притянул его к себе и нежно поцеловал. Малфой на несколько минут вообще забыл, где находится, пока гриффиндорец вдруг не оттолкнул его. - Иди!
Слизеринец понял, что падает, и зажмурился, ожидая столкновения с полом, но падение все длилось и длилось. Драко инстинктивно сжался, пытаясь сгруппироваться, и вдруг понял, что вновь оказался лежащим на кровати в больничном крыле.
Золотая цепь ослабла и уже не прижимала их с такой силой друг к другу. Малфой размотал ее и скинул на пол.
Гарри лежал рядом, все такой же тихий и бессознательный. Казалось, что все случившееся было сном, но Драко сомневался, что ему мог присниться разговор о маггловских сказках. Да и тускло поблескивающая цепь говорила о том, что произошедшее не было просто игрой его воображения.
Блондин склонился над спящим юношей, погладил по белеющей в темноте щеке и прижался к мягким губам. Надавил пальцем на подбородок, заставляя Гарри приоткрыть рот, и скользнул внутрь языком.
Драко разочарованно застонал, так и не добившись никакой реакции.
- Чувствую себя каким-то некрофилом... Знаешь, Поттер, если ты пошутил насчет секса, я дождусь пока ты проснешься, и сам тебя придушу!!!
Гриффиндорец не ответил, и Малфой, затаив дыхание, начал расстегивать на нем пижамную рубашку. Наверно, насчет некрофила он поторопился – вид тела Гарри его по-прежнему возбуждал. Казалось, что они уже целую вечность не были вместе.
Быстро избавив их от одежды, Драко прижался к Поттеру. «Любовь – великая сила? Ложь! Любовь – проклятье хуже Круциатуса. Она сводит с ума, причиняет боль, лишает сил и воли...»
Вот и Драко она превратила непонятно во что... Если бы он тогда не трансфигурировал Поттера в кольцо, то сейчас бы праздновал со всеми победу, свободу от Темного лорда. И плевать бы ему было, что шрамоголовый в коме. Если подумать, тогда он только самого себя любил – даже родители не значили для него так уж много. После окончания Хогвартса он собирался попутешествовать, посмотреть мир, а потом стал бы жить отдельно, и дай Мерлин, чтобы хоть раз в месяц отправлять матери сову с коротким письмом. А теперь... А теперь сидит в этой палате, как приклеенный, прислушивается к каждому вздоху, к каждому удару чужого сердца.
Драко осыпал поцелуями закрытые веки, бледно-розовые губы, шею, выступающие ключицы, одновременно лаская Гарри рукой. К своему облегчению он почувствовал, как наливается плоть под его ладонью и улыбнулся. Похоже, хоть какая-то реакция есть. И вся затея Поттера показалась уже не такой бредовой.
Тело гриффиндорца было тяжелым и теплым. Драко развел его ноги в стороны и пробормотал заклинание смазки.
- Давай, Гарри, просыпайся. Ты же не хочешь все пропустить?
Малфой внимательно следил за его лицом, тщательно подготавливая брюнета. Пальцы легко двигались в его теле, но Поттер не подавал даже никаких признаков эмоций.
- Гарри, пожалуйста... Вернись ко мне... – Драко прижался лбом к его лбу, - пожалуйста... я люблю тебя... Черт, ты же знаешь, как я ненавижу это говорить!
Малфой решительно передвинулся так, чтобы удобнее было держать гриффиндорца, и чуть подался вперед, проникая в безвольное тело. Это было совсем не так как обычно – не было ни жара, ни желания, стирающего мысли, ни жажды – было просто тепло. Драко размеренно двигался, почти не обращая внимания на собственные ощущения. Сейчас главным было заставить Гарри кончить, почему-то казалось, что именно от этого он проснется. Блондин с отчаянием вглядывался в безмятежное лицо, и кажется, молился или бормотал какие-то только что придуманные заклинания, надеясь увидеть хоть какую-нибудь эмоцию на этой застывшей неподвижной маске.
- Гарри! – слизеринец почувствовал, как сперма толчками орошает руку, и как внутренние мышцы сжимаются вокруг его члена.
Еще несколько последних толчков, и гриффиндорец хрипло раскашлялся, выгибаясь и пытаясь отодвинуться. Драко забыл как дышать, когда встретился взглядом с разгневанными зелеными глазами.
- Малфой, твою мать, ты что творишь?! – Поттер слабо его оттолкнул.
Блондин испуганно дернулся, и не удержав равновесия, рухнул на пол с узкой больничной койки.

***


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Понедельник, 29.06.2009, 18:13 | Сообщение # 17
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Глава 15

Зеленые, недоуменно распахнутые глаза, в которых плещется удивление и даже легкий испуг. Закушенные чуть подрагивающие губы. Драко с отчаянием смотрел на это красивое лицо, и если Гарри опять все забудет... даже думать не хочется, через что им еще предстоит пройти.
Губы гриффиндорца чуть приоткрылись, уголки поползли вверх, и Драко вдруг показалось, что тот собирается закричать и позвать на помощь. Неожиданно Гарри откинулся назад на подушки и захохотал:
- Мерлин, Драко, тебя так легко развести!
- Ах, ты!.. – слизеринец вскочил с пола, хватая ртом воздух, - идиот! Да как ты вообще можешь шутить такими вещами...
Малфой отвернулся, всем своим видом выражая негодование и возмущение.
- Драко, ну, извини... Просто я просыпаюсь, а тут ты меня... кхм... Мог бы и разбудить для начала! Не то чтобы я был совсем против, но, по-моему, так не честно. Я бы тоже хотел поучаствовать в процессе!
- Ты сам меня попросил!
- Я? Когда?
- Несколько минут назад. Ты не помнишь? – Драко встревожено обернулся.
- Последнее, что я помню – это ритуал, - Гарри нахмурился, пытаясь хоть что-то выудить из памяти, - как все прошло?
- Ты справился. Волдеморта больше нет. А вот ты попал в больничное крыло и семь дней пролежал в коме!
Гриффиндорец с изумлением осмотрелся, он только сейчас понял, где находится.
- А это откуда? – он указал на валяющуюся на полу цепь.
- Понятия не имею, - Драко взял в руки слабо поблескивающие звенья, - она сама появилась, когда я пытался до тебя достучаться. Дамблдор ведь что-то говорил насчет ее уникальных и малоизученных свойств. Ты, правда, ничего не помнишь? Ни тумана, ни сказки про спящую красавицу?
- Э? Я бредил и рассказывал тебе сказки?
Драко закатил глаза:
- Может, найти тебе доктора? В твоем возрасте склероз – это довольно странно, - противореча своим насмешливым словам, он нежно коснулся его лба, проверяя нет ли температуры.
Их связь вновь восстановилась, и слизеринец почувствовал, что Гарри ужасно замерз и пальцем пошевелить не может от навалившейся усталости.
- И ты молчишь! – возмущенно воскликнул Драко, трансфигурируя тонкое больничное одеяло в пушистый плед, и укутывая их обоих.
Гриффиндорец дрожал в его объятиях, постепенно отогреваясь и стараясь как можно теснее прижаться к теплому телу.
- Спокойной ночи, Гарри.
- Спокойной...
Остаток ночи действительно прошел спокойно, а вот утром их разбудил пронзительный вопль мадам Помфри:
- Мистер Малфой, вы что тут делаете?!
Растрепанный Драко высунулся из-под одеяла и сонно на нее уставился.
- Это просто возмутительно! Что вы себе позволяете?! – ее взгляд скользил по разбросанной на полу одежде. - Безобразие! Я немедленно сообщу об этом директору!
Слизеринец только зевнул, отчего мадам Помфри едва не задохнулась от гнева. Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы в этот момент Гарри не сел на кровати, протирая глаза.
- Даже в больничном крыле поспать не дают...
- Гарри! Ты очнулся! Это просто чудо! Слава Мерлину!
- Вообще-то, это Драко меня разбудил, так что это его надо благодарить.
- Невероятно! По всем прогнозам ты должен был очнуться не раньше, чем через год! Как ты себя чувствуешь?
- Замечательно! – гриффиндорец улыбнулся, всем своим видом пытаясь продемонстрировать жизнерадостность и здоровье, - можно я вернусь в свою комнату?
- Нет, надо еще провести ряд обследований. Так что придется тебе задержаться здесь на некоторое время. Сейчас мне нужно ненадолго отлучиться, чтобы сообщить о таком радостном событии.
Волшебница направилась к двери, но взявшись за ручку, обернулась:
- Да, и приведите себя, наконец-то, в порядок!
Гриффиндорец покраснел, неожиданно вспомнив, что совершенно голый. Драко только хмыкнул, и встав с кровати, подал ему больничную пижаму, потом оделся сам, заклинанием разгладил одежду, привел в порядок волосы и сел на стул для посетителей, придав лицу приличествующее случаю выражение.
В дверь преувеличенно громко постучали, и в палату зашла мадам Помфри, следом за ней Дамблдор, Снейп, Макгонагалл, Рон, Гермиона и еще толпа учеников, причем все смотрели на Гарри как на воскресшего Мерлина. И началось... Поздравления, пожимания рук, выражения благодарностей... Гарри был искренне благодарен мадам Помфри, когда она наконец-то выгнала всех, кроме Драко, за дверь. Потом наложила на Поттера какое-то заклинание и долго наблюдала, делая пометки в блокноте. Потом заставила выпить восстанавливающее зелье, наложила еще одно заклинание, вновь следя за результатами. Удовлетворенно кивнула и вызвала домовика, притащившего глубокую тарелку с какой-то странной серовато-желтой смесью. Выяснилось, что это надо съесть. Гарри с содроганием зачерпнул первую ложку этой странной липкой массы, похожей по консистенции на детское питание. На вкус она оказалась не такой уж противной, и если закрыть глаза, была вполне съедобна. Когда тарелка опустела, мадам Помфри перед уходом строго взглянула на него:
- Надеюсь на ваше благоразумие, мистер Поттер... – Малфой. Соблюдайте постельный режим. Вечером я проведу еще одно обследование, и если вы будете соблюдать все мои рекомендации, возможно, я разрешу вам отправиться в свою комнату.
Мысленно отметив это словосочетание «постельный режим» и подумав, что с кровати вставать он точно не собирается, Гарри совершенно искренне ответил:
- Да, мэм, не волнуйтесь, все будет в порядке!
Со вздохом откинувшись на подушки, гриффиндорец утомленно закрыл глаза
- Устал? – пальцы Драко ласково прикоснулись к его лицу, убирая упавшую прядку.
- Нет, - Гарри поймал его руку и потянул вниз, - полежи со мной.
Малфой вытянулся рядом на узкой кровати, обняв его и крепко прижав к себе:
- Знаешь, я слышал, как Макгонагалл всерьез обсуждала с директором возможность объявить этот день днем Гарри Поттера и каждый год отмечать это замечательное событие, - с усмешкой произнес он.
- Нет! Ты шутишь!
- С чего бы? О, представляю себе этот праздник – все твои фанаты будут одевать лохматые черные парики, дурацкие круглые очки и рисовать на лбу молнии. Бегать по Хогвартсу, размахивая волшебными палочками и...
Дальше его заглушил поцелуй, и в больничной палате наступила тишина, прерываемая лишь какими-то подозрительными звуками, тихим смехом и сбивчивым шепотом.

И пишите комментарии((((( А то без них слишком скучно писать(((((((((


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Вторник, 30.06.2009, 12:30 | Сообщение # 18
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Глава 16

После уничтожения Волдеморта повторилась та же история, что и после его первого исчезновения. Часть Пожирателей смерти поймали и посадили в Азкабан, часть признали действовавшей под заклятием Империо, кто-то пустился в бега, пытаясь скрыться. Больше всего Гарри интересовала судьба Беллатрисы Лестранж, но к его удивлению, ее тело со следами пыток нашли через две недели, после смерти Темного Лорда. Ее убили свои же Пожиратели смерти, впрочем, не удивительно, с таким-то характером. Гриффиндорец только вздохнул с облегчением, ему не пришлось стать убийцей, хоть он и ненавидел ее всей душой, но мысль о том чтобы лишить жизни человека его ужасала. Драко же кровожадно предлагал оживить тетю Беллу и убить еще раз (ведь она постоянно забывала про его дни рождения!)
Из-за возможной угрозы со стороны немногих уцелевших приспешников Волдеморта, их не выпускали из Хогвартса, отчего слизеринец просто бесился. Не то чтобы он так уж стремился в Хогсмит, просто терпеть не мог, когда его ограничивают. Но даже спустя месяц никаких угроз не поступило, и за Гарри с Драко перестали так пристально следить, предоставив больше свободы. Только для Мальчика – который – победил – Волдеморта это обернулось тем, что его начали приглашать на всяческие приемы и благотворительные вечера, от которых тот шарахался, как от огня. Но вот на вручении ему ордена Мерлина Первой Степени присутствовать пришлось. Драко весь вечер ему страшно завидовал и дулся, пока Гарри не пообещал подарить этот орден ему. Слизеринец немного подумал и согласился, сразу забыв обо всех обидах, и потом весь вечер подшучивал над Поттером, в честь которого все-таки создали ежегодный праздник.
Если вычеркнуть несколько неприятных моментов, связанных с новоприобретенной популярностью, которую даже сравнивать нельзя было с тем, что было раньше, это были одни из самых счастливых дней в жизни Гарри. Он наконец-то избавился от постоянной опасности и хотел жить, как все обычные подростки. Но и этого ему не позволили, зачастую только угрожающий взгляд Драко и подрагивающая в его руках палочка могли удержать на расстоянии не в меру восторженных фанатов и настырных журналистов.
Приближались рождественские каникулы. Гарри впервые в жизни ждал их с таким нетерпением. Они с Драко недавно получили письмо от Нарциссы, в котором она в красках расписывала маршрут свадебного путешествия, которое для них уже организовала. Миссис Малфой планировала устроить в их честь торжественный прием, совпадающий с Рождеством. Гарри был вынужден признать, что ему действительно нравится ее затея, разглядывая яркие двигающиеся фотографии, иллюстрирующие каждый пункт их будущей поездки. Особенно его поразила магическая модель свадебного торта, который был высотой с человека, и над которым летали на метлах две маленькие вполне узнаваемые фигурки.
В письме лежал и порт – ключ, который должен был доставить их в поместье. И вот сейчас они стояли, сжимая в одной руке чемоданы, а в другой – уже знакомую цепочку с кулоном в виде змеи. Гарри почувствовал рывок в районе живота и через мгновение очутился в холле Малфой – Мэнора.
- Гарри! Драко! Как же я рада вас видеть! - каждый из юношей получил свою порцию поцелуев и объятий от Нарциссы. – Гарри, ты так похудел!
- Да, мам, - притворно вздохнул Драко, - стоит мне его откормить хоть на килограмм, как он тут же вляпывается в очередную историю и снова худеет!
Гарри сделал страшные глаза и незаметно для Нарциссы с помощью мимики и жестов показал ему все, что ожидает одного коварного слизеринца в скором будущем, но покорно выслушал все нотации, которые, в общем-то, не были слишком уж длинными.
- Сегодня вечером, когда Люциус вернется с работы, мы устроим замечательный семейный ужин, а пока вы можете немного отдохнуть с дороги, - Нарцисса вся сияла, предвкушая такое знаменательное событие.
«Семейный ужин» проходил в малой столовой, примечательной тем, что не нужно было пользоваться подзорной трубой, чтобы увидеть, что творится на другом конце стола. Несмотря на все опасения Гарри, ужин действительно проходил замечательно. Нарцисса рассказывала какие-то забавные истории, и даже Люциус описал пару интересных случаев по работе. За столом царила непринужденная атмосфера, пока Гарри неожиданно не почувствовал слабое тепло, медленно разливающееся по телу. Аппетит мгновенно пропал, и гриффиндорец отложил вилку, пытаясь понять, что с ним такое. Странное ощущение все усиливалось, и больше всего оно было похоже на... возбуждение? Гарри почувствовал, что краснеет. Мерлин, он сидит рядом с родителями Драко, а в голове одни только неприличные мысли об этом самом Драко! Сидеть вдруг стало неудобно, и гриффиндорец заерзал на стуле, незаметно покосившись на находящегося рядом слизеринца. Их взгляды встретились, и в ушах у Гарри зашумело, а кожа стала гореть от соприкосновения с одеждой. Порозовевший Драко решительно отбросил салфетку, которую до этого нервно мял в руках и вскочил на ноги:
- Нам с Гарри надо срочно... поговорить! – и бегом бросился из столовой, утягивая за собой супруга.
- И что это было? – Люциус приподнял бровь, глядя на захлопнувшуюся дверь.
- О, дорогой, тебе не кажется, что их пример так... вдохновляет?
Изящные пальцы с безупречным маникюром скользнули по его спине и забрались за воротник рубашки, безошибочно находя точку, от прикосновения к которой по телу мужчины пробегали мурашки.
- Может, нам тоже сыграть в молодоженов? – промурлыкала Нарцисса ему на ушко, чуть касаясь языком чувствительной кожи.
В голове Люциуса что-то предупреждающе щелкнуло. Слова «их пример» и «молодожены» вызывали у него нездоровые подозрения, особенно с учетом того, что он недавно видел на туалетном столике Нарциссы «Волшебную Кама – Сутру для геев». Слабая надежда на то, что его жена решила сделать сыну такой оригинальный подарок на рождество, окончательно развеялась. Судя по характеру Нарциссы, которая терпеть не могла простых и проверенных путей, роль «невесты» явно достанется ему, причем мелкие технические сложности ее не волнуют, в конце – концов, она же волшебница, причем достаточно сильная.
Люциус предпринял слабую попытку ускользнуть от выполнения Нарциссой «своего супружеского долга»:
- Дорогая, что-то я так устал с работы... Да и голова побаливает...
- А мои поцелуи не смогут тебя исцелить? – соблазнительный шепот и острые ноготки, прикоснувшиеся к чувствительному местечку за ухом сделали свое дело, меньше, чем за секунду, сломав сопротивление.
- Да, любимая... Ммм... И здесь тоже... Так что ты говорила насчет молодоженов?
- Это будет весело!
А Люциус с тоской подумал, глядя в ее абсолютно счастливое лицо: «Ах, Нарцисса, моя прекрасная богиня смерти... Твои эксперименты меня доконают!»


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Вторник, 30.06.2009, 12:30 | Сообщение # 19
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Глава 17

Было раннее утро первого дня рождественских каникул. Гарри чувствовал себя так, как будто его долго избивали, или по нему пробежалось стадо гиппогрифов. Он попытался подняться, но тут же со стоном отказался от этой дурацкой затеи. Болело абсолютно все, кроме кончика носа и мизинца правой ноги. Гриффиндорец с большим трудом оторвал голову от подушки и для надежности подпер ее рукой, чтобы хоть немного оглядеться.
Обстановка комнаты действительно наводила на мысль, что вчера здесь была драка. Вся мебель была либо разломана, либо перевернута. Даже огромный массивный шкаф из дуба оказался не на своем месте, вызывая смутное подозрение насчет недавнего пребывания здесь великанов, ну, или их ближайших родственников. На люстре болтался какой-то клочок ткани, точно такого же цвета, как и рубашка, которая была вчера на Драко. Впрочем, такие клочки валялись везде, в одном из них даже можно было опознать почти целый рукав. Единственной уцелевшей в комнате вещью являлись оконные стекла, и то только каким-то чудом, потому что шторы были сдернуты и валялись на полу.
Гарри с недоумением рассматривал царящий в комнате беспорядок. Он совершенно не помнил, что было вчера вечером, последний момент, запечатлевшийся в его памяти – праздничный ужин в Малфой – мэноре в честь их с Драко приезда. Растерянно блуждающий взгляд Гарри неожиданно наткнулся на собственные руки, подпирающие подбородок. Гриффиндорец мгновенно сел, откидывая одеяло и с испугом рассматривая собственное тело. Практически каждый дюйм его кожи был покрыт царапинами, укусами, синяками или засосами. От резкого движения поясница отозвалась тупой болью, и Гарри перевернулся на живот, изгибаясь и силясь рассмотреть, что же там случилось с его спиной. На его ягодицах горели два красных идеально симметричных отпечатка зубов.
«Блин, Драко, эстет – фетишист», - почти с весельем подумал он, устало опускаясь на скомканное одеяло: «А голова-то у меня почему так болит?»
- Поттер, ты меня вчера избил? За что?! – раздался из соседней подушки приглушенный стон.
- За то, что ты извращенец, - стараясь сохранить серьезный тон, ответил Гарри и повернулся в сторону раздавшихся звуков.
- Да ты совсем...- возмущенно подскочил Драко, но когда заметил, в каком тот состоянии, потерял дар речи, - ох...
Гриффиндорец был с ним полностью солидарен, на бледной коже Малфоя царапины и укусы алели еще ярче.
- Это я тебя так что ли?
- Не, это я сам так извернулся и тяпнул.
- Извини меня, - на расстроенного Драко было просто больно смотреть, и Гарри поспешил его утешить:
- Подожди извиняться, лучше на себя взгляни.
Через секунду вопль Драко зазвенел в ушах.
- Ты! Ты!.. Да я тебя просто придушу! – слизеринец потянулся к его шее, но когда коснулся кожи, по ощущениям мужа понял, что тому этой ночью досталось больше, - нет, сначала вылечу, а потом уже придушу. Акцио Заживляющее зелье!
Зелья пришлось ждать почти две минуты, пока, наконец, не раздалось легкое постукивание в дверь. Драко легко поймал прилетевшую к нему по воздуху бутылочку, вытащил пробку и обмакнул пальцы в маслянистую желтую жидкость. Осторожно размазывая зелье по царапинам на смуглом плече, слизеринец наблюдал, как ранки прямо на глазах затягиваются и исчезают без следа. Гарри закрыл глаза и расслабился, ощущая нежные прикосновения прохладных рук, стирающих боль с его кожи. Когда со спиной было закончено, гриффиндорец взял у Драко флакон и медленно провел смазанным в зелье пальцем по его губам, убирая следы от укуса, потом по щеке, избавляя от царапины, затем ниже, к шее и плечам. Губы Драко после заживления были удивительно мягкими и нежными, и Гарри прижался к ним, ощущая ладони слизеринца, плавно скользящие по его груди. Избавление от боли само по себе было необычайно сладким удовольствием, особенно, когда его дарит любимый человек. Гриффиндорец просто таял под прикосновениями Драко, чувствуя, что тот ощущает то же самое. После того, как они так страстно вчера «развлеклись», секса ему не захочется еще очень, очень долго, по крайней мере, сутки.
Когда они наконец-то «замели следы» своего времяпрепровождения, и кое-как восстановили порушенный интерьер, наступило время завтрака. Гарри и Драко спустились в столовую даже раньше, чем Нарцисса с Люциусом. Гриффиндорец поерзал, пытаясь удобнее устроиться на стуле. Ему казалось, что его тело словно потеряло чувствительность, а все работающие нервные окончания сосредоточились в нижней части туловища, вокруг все еще растянутого, и словно припухшего, мышечного кольца. Но эта слабая ноющая боль была даже приятна, и внутри Гарри что-то сладко сжималось, когда он представлял, как Драко вчера раз за разом врывался в его тело. Он коснулся руки Малфоя, чтобы поделиться ощущениями, и с удивлением понял, что тот чувствует то же самое.
«Сколько же раз мы вчера это сделали?! Уж точно, не два, не три, и даже не четыре...»
- Доброе утро, мальчики! – Нарцисса сияла больше, чем обычно, казалось, ее просто распирает от желания поделиться каким-то необычайно радостным известием.
Впрочем, Малфой – старший ее энтузиазма не разделял, и выглядел подозрительно задумчивым.
- Нам с Люциусом только что стало известно, - она широко улыбнулась, - об одном замечательном событии, которое скоро случится в нашей семье. Домовые эльфы, похоже, восприняли все мои слова о желании поскорее увидеть внуков как приказ. И без нашего ведома добавили вам в еду одно зелье. Чем и объясняется ваше странное вчерашнее поведение...
Гарри почувствовал, что краснеет, он еще не совсем понял, к чему она все это говорит, но отчаянно надеялся только, что не начал вчера срывать с Драко одежду прямо на обеденном столе.
- Так вот. О зелье... Оно называется «Цветы жизни». Я на днях совершенно случайно приобрела его в Косом переулке, подумала, вдруг да пригодится.
Слизеринец, похоже, начал что-то подозревать и крепко стиснул руку Гарри. А Нарцисса продолжила:
- У него еще есть маленький побочный эффект, зелье действует как сильнейший афродозиак. Но его основное назначение заключается в вызывании беременности, все равно, у мужчин или женщин, причем число плодов зависит от количества коитусов...
Гриффиндорец растерянно хлопал глазами.
«Чего – чего? Каких плодов? И при чем тут беременность?»
Драко аккуратно отодвинул стоящие перед ним столовые приборы и принялся методично биться головой об стол:
- Нет, нет, нет... Не хочу!!!
Так как Гарри все еще держал его за руку, голова заболела и у него, поэтому он обнял слизеринца за плечи, не давая тому в свое удовольствие предаваться самоистязанию. Тот только всхлипнул:
- Не хочу! Я же еще несовершеннолетний!
- Не надо так расстраиваться, милый! К моменту рождения вам обоим уже исполнится по семнадцать! Я тоже родила тебя совсем молодой, и все прошло просто идеально.
- Тебе было уже двадцать два!
В голове у Гарри словно щелкнуло, и все кусочки мозаики сложились воедино, вряд ли Малфои имели такую милую привычку – прикалываться с утра пораньше, а значит, это не шутка. И если он правильно понял насчет «количества коитусов»...
Зеленые глаза шокировано распахнулись, уставившись на Драко:
- Мерлин, сколько ж у нас детей - то будет?!..


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Вторник, 30.06.2009, 12:31 | Сообщение # 20
Walk with me in Hell
Сообщений: 2976
« 108 »
Эпилог. Семь лет спустя

- Нет, не надо! Только не это! – Гарри пытался увернуться сразу от шести рук, - не трогайте!
Но его никто не послушался. Маленькие ведьмочки не зря гоняли его по всему Малфой – мэнору почти целый час, пытаясь заставить поиграть. И вот, наконец, догнали, точнее загнали, потому что папочка совсем выдохся и больше не мог сопротивляться. Его повалили на ковер и защекотали почти до смерти, на полу образовалась веселая куча - мала из рук, ног, двух светлых косичек и трех темных «конских хвостиков».
Когда от усталости никто не мог даже смеяться, девочки потребовали рассказать им сказку. Но у Гарри возникла идея получше.
- Вчера Люциус говорил мне, что ему очень понравилось, как вы делали ему прически. Дедушка просто обожает, когда ему расчесывают волосы.
- Правда? – и на него уставилось три пары восторженно вспыхнувших глаз.
- Правда – правда.
На самом деле Люциус бы такого в жизни не сказал. Но в последнее время он упорно пытался продвинуть в министерстве закон, который Гарри совершенно не одобрял. Так что гриффиндорец решил ему слегка, по-родственному, отомстить. А что? Проживешь столько лет со слизеринцами, еще и не такому научишься.
Впрочем, внуков Малфой - старший обожал, те об этом прекрасно знали, вили из него веревки и в бантики завязывали. Причем в самом буквальном смысле. Гарри все еще помнил, в каком был шоке, когда увидел Люциуса с розовыми ленточками в волосах.
«Главой семьи» у них явно была Нарцисса. Она единственная могла расшалившихся внуков и в угол поставить, и отругать, и без сладкого оставить. Хотя это совершенно не мешало им любить ее едва ли не больше, чем папочек.
Кстати, о папочках. Гарри нахмурился, что-то давно Драко не видно и не слышно. Ему «выпала честь» развлекать их сыновей, и он уже давно должен был от них отделаться, придумав какую-нибудь новую забаву. Гриффиндорец шел по коридору, прислушиваясь к звукам, доносящимся из-за дверей. И улыбнулся, когда до него донесся ликующий боевой клич.
Но улыбка тут же исчезла, когда он увидел, в каком положении оказался его муж. Драко сидел с кляпом во рту и плотно примотанный к стулу. И где только эти сорванцы взяли такую длинную веревку?
- Что здесь происходит? – преувеличенно строго спросил Гарри.
- Мы поймали вождя бледнолицых! – раздался дружный восторженный вопль обернувшихся мальчишек.
Гриффиндорец внутренне вздрогнул, когда увидел их боевую раскраску. «Вот придет Цисси и поставит всех в угол, чтобы не трогали ее косметику», - слегка злорадно подумал он, с жалостью глядя на несчастного пленника.
- Вообще-то, вождь бледнокожих у нас Люциус, - сказал Гарри и сам подивился своему коварству, оставалось только надеяться, что Малфой – старший выживет после этой охоты, а то придется срочно выбирать нового министра магии.
Дети переглянулись и с боевыми кличами выбежали из комнаты. Гриффиндорец был вынужден признать, что они действительно похожи на индейцев – загорелые почти до черноты и в яркой раскраске. У Джеймса и Ала волосы были темные, как у Гарри, а вот у Эда... рыжие, почти красные. Гриффиндорец еще помнил, какую истерику устроил Драко, когда в родильном отделении ему показали его первенца. Он настаивал, что колдмедики перепутали его ребенка с кем-то другим, пока Эдвард не распахнул свои зеленые глазищи и не взглянул на него с каким-то непередаваемым малфоевским выражением. А уж когда Гарри напомнил, что у Лили тоже были рыжие волосы, совсем успокоился и перестал каждый раз поминать всех Уизли, состоящих в дальнем родстве с Малфоями, хорошими и теплыми словами.
Драко задергался в своих путах и возмущенно замычал, возвращая супруга в настоящее. Взмах палочки, и веревка упала на пол, а слизеринец бросился к Гарри на шею, но не чтобы обнять и поблагодарить за спасение, а с явным намерением придушить.
- Поттер! Это ты все виноват!!! Недоумок ты шрамоголовый! Я же говорил, чтобы дома не было этих маггловских штучек! А ты... ты подарил им книгу про индейцев! Да они же десять минут обсуждали, как скальпы надо правильно снимать... – Драко всхлипнул и запустил пальцы в собственные волосы, чтобы убедиться в их целостности.
- Ну кто же знал, что все так выйдет? – Гарри попытался успокоить свою вторую половинку, - надеюсь, компьютерные игры такой реакции не вызовут. А то я все уже к их общему дню рождения купил. Все-таки хорошо, когда шесть праздников можно в один день отметить.
Драко тихо зарычал и попытался его укусить. Гриффиндорец легко увернулся.
- А во что еще им играть? В мракоборцев и Пожирателей смерти? Или в сожжение ведьм и восстания гоблинов?
Слизеринец вздрогнул, представив себе «восстание гоблинов» в исполнении его детей, а особенно сожжение, с собой в главной роли, и согласился с правотой мужа.
- А так они просто будут бегать по коридорам с игрушечными автоматами и из-за угла расстреливать все, что шевелится.
- Автомат - это то, о чем я подумал? – слизеринец опасно прищурился.
- Ой, - Гарри понял, что зря сказал последнюю фразу, но было поздно.
Драко быстро нашел неожиданное применение забытой веревке. Гарри оставалось только удивляться, когда тот успел нахвататься основ техники шибари...
Когда они, наконец, спустились вниз к ужину, в столовой их встречала картинка, достойная стать разворотом светского ежемесячника «Чистокровные магические семьи». Все шестеро детей чинно сидели за столом, прилизанные и причесанные, в нарядных костюмчиках и платьицах, и вежливо поприветствовали появившихся родителей. Люциус занял место во главе стола, как всегда невозмутимый и аристократичный, а главное, без каких-либо видимых повреждений, и совесть Гарри окончательно успокоилась. Нарцисса сидела рядом с ним и с гордостью смотрела на своих внуков, единственное, чем они могли ее слегка расстроить, так это назвать бабушкой, поэтому она для всех была «Цисси» и просто млела, когда слышала свое уменьшительно-ласкательное имя.
Дети рассказывали как провели день: «Мы играли в догонялки (ну, это было действительно весело), потом рисовали (Нарцисса еще не видела, что стало с ее косметикой), потом читали книжку про индейцев (при этих словах Драко вздрогнул), потом катались на лошадке (Гарри сначала озадачился, что это за лошадка такая, ведь конюшен рядом с поместьем нет, и игрушечных пони тоже не имеется, а затем догадался, что это они о Люциусе), и еще»...
Что еще, Гарри не услышал, потому что в ушах вдруг зашумело, мир покачнулся, а по телу стало разливаться знакомое тепло. Рядом раздался изумленный вдох Драко. Гриффиндорец увидел, как из его дрожащей руки выпала вилка.
- Это ведь не?.. – горло свело спазмом, но за него продолжил Драко:
- Вы ведь уничтожили то зелье?!
Гарри чувствовал, как от контакта с одеждой горит вся кожа, а кончики пальцев нестерпимо зудят от желания прикоснуться к Драко, и обхватил себя руками, пытаясь унять дрожь.
Девочки заплакали, Джеймс всхлипывая, произнес:
- Пимси сказал, что это хорошее зелье, и от него будут цветы! Мы хотели только порадовать папочек и добавили по капельке в их тарелки!
- Хорошо, что вы не решили порадовать бабушку с дедушкой, - Люциус даже содрогнулся, представив себе подобное, в его возрасте уже как-то несолидно заводить детей.
- Антидот есть? – сквозь зубы выдавил Гарри, он уже чуть ли не с ума сходил от возбуждения.
- Нет, - Драко вскочил, опрокинув стул, - нам остается только...
И почти бегом потащил Гарри к ближайшей спальне.
- Что случилось? – от изумления Джеймс даже перестал плакать.
- Ничего, - Нарцисса успокаивающе погладила его по голове, - папочки пошли делать цветочки.
- Месяцев через девять покажут еще по одному букетику, - Малфой – старший глубоко вздохнул, - Черт, я себя просто каким-то Уизли ощущаю...

Конец 


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
ЮлийДата: Четверг, 02.07.2009, 18:46 | Сообщение # 21
Flying In the Night
Сообщений: 563
« 12 »
Quote (Lash-of-Mirk)
- Месяцев через девять покажут еще по одному букетику, - Малфой – старший глубоко вздохнул, - Черт, я себя просто каким-то Уизли ощущаю...

Да... Это похоже, короонная фраза. Учитывая, что в саммари стоит мпрег, я думал, что один-два ребёнка будут, причём у Гарри, но чтобы ТАК... Выше всяких похвал. Спасибо! biggrin


Мы сами творцы своей судьбы

 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » "Золотая бабочка" (Драко/Гарри,NC-17,romance,макси, закончен)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: