Армия Запретного леса

Понедельник, 23.09.2019, 00:37
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. В этом году реклама никому не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Наш форум теперь без навязчивой рекламы!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lady_Magbet  
Форум » Чаща » Проза » Урок каллиграфии (Фендом: Блич, слеш, мини, R, Бьякуя\Ренджи.)
Урок каллиграфии
ХайкоДата: Воскресенье, 19.08.2012, 15:57 | Сообщение # 1
Илфирин Валар
Сообщений: 61
« 10 »
Название: Урок каллиграфии
Автор: Хайко Рей
Рейтинг: R
Тип: слеш
Размер: мини
Фендом: Блич
Персонажи: Абараи Ренджи, Кучики Бьякуя.
Семмари: Как проходили уроки каллиграфии в скромном шестом отряде.
Дискламер: не претендую, все принадлежит мангаке, кроме данного сюжета.
От автора: с праздником, моя хорошая. Это тебе с наилучшими пожеланиями)))



Сегодня не кончится никогда...(с)
 
ХайкоДата: Воскресенье, 19.08.2012, 16:28 | Сообщение # 2
Илфирин Валар
Сообщений: 61
« 10 »
Абараи Ренджи уже в который раз слушал нудную лекцию от своего капитана о его крайне не каллиграфичном подчерке. Говоря проще, тайчо утверждал, что он пишет как курица лапой. То, что в Руконгае детей вообще этому практически не учат, его не волновало. Вот и приходилось приходить после роботы в его родовое имение и учится правильно писать. И никаких тебе посиделок в одиннадцатом отряде и попоек у Мацумото.
С начало было интересно, но потом Бьякуя понял, что его лейтенант не знает теории и принялся пояснять. После этого Ренджи понял, почему Кучики так мало разговаривают. Это для того, чтобы не сводить с ума окружающих. Эти зубодробильные термины кого угодно в могилу свести могут! Правда, было и что-то приятное после этого ада. Конечно же, это были горячие источники! Они ходили туда с тайчо после этой белиберды и расслаблялись.
А если точнее, то расслаблялся Кучики, а Абараи нервно сглатывал и пускал слюну при виде обнаженного Бьякуи. Еще он старательно (прямо в конспирационном порядке) пытался каждый раз спрятать последствия этого любования. А последствия были большими и возбужденными. Иногда избавляется от этого, приходилось прямо при субъекте наблюдения, правда все его действия скрывала вода, но иногда приходилось наблюдать странные взгляды тайчо.
Абараи держал на коленях раскрытый учебник по каллиграфии, и последний раз пробегался взглядом по иероглифам, стараясь удержать в памяти каждую мелочь. Закончив, он резко выдохнул, как будто только что осилил стометровку, и вопросительно посмотрел на своего учителя.
– А теперь воспроизведи всё прочитанное по пунктам, – с этими словами Бьякуя захлопнул учебник и, положив на него лист бумаги, протянул кисть.
– С этими у меня точно проблем не возникнет, – ухмыльнулся юноша и, взяв кисть, начал записывать заданное, от усердия смешно прикусив нижнюю губу.
Капитан внимательно следил за тем, что выводит несмелая рука, готовый в любой момент указать на ошибку.
– Нет, Ренджи, в четвёртом ты ошибся, – и брат Рукии взялся за кисть поверх руки ученика, желая собственноручно исправить допущенную неточность.
…Ошибка была уже давно исправлена, но, ни один из них не предпринял попытки отстраниться. Кисть мелко подрагивало в двойном объятии, как и полуопущенные ресницы лейтенанта, застывшего в ожидании неизведанного. Кучики заворожено смотрел на лист бумаги, не в силах объяснить себе реакцию Ренджи – тот должен был одёрнуть руку, отодвинуться, возмутиться, наконец. Но он просто замер в молчании.
И тогда тайчо робко, несмело, как в полузабытьи, стал медленно и осторожно поглаживать мягкое основание большого пальца. Абараи затаил дыхание, всё ещё не смея пошевелиться. Аристократ отпустил кисть подчиненного – его чуткие пальцы, едва касаясь тонкой кожи нежными, ласкающими движениями скользнули к запястью и, чуть помедлив, двинулись выше.
Наткнувшись на ткань кимоно, замерли, изо всех сил стремясь пробраться под неё, но это было слишком рискованно. Не желая прерывать такое чувственное действо, всё ещё неуверенная рука учителя медленно продвигалась к локтевой впадинке, поглаживая через материю предплечье ученика.
Добравшись до желанной цели, чуть задержалась, даря пугливую ласку и получая в ответ такую же пугливую дрожь. Почувствовав этот неожиданный импульс, Кучики набрался смелости и посмотрел в лицо юноше, взглядом спрашивая разрешение.
Нежный румянец, дрожащий бархат все ещё полуопущенных ресниц, участившееся неровное дыхание нельзя было со стопроцентной уверенностью рассматривать как разрешение, но уж точно это не было отказом.
И глава рода решился – уже более уверенным движением он провёл рукой по плечу и, обняв за шею, мягко притянул Ренджи к себе. Эти слегка влажные губы, такие желанные и такие близкие сейчас, притягивали, манили, не оставляя ни малейшего шанса на отступление.
Бьякуя, как зачарованный, потянулся к этим нежным устам и невесомо поцеловал в самый уголок. Замер на мгновение, будто желал сохранить аромат юности, попробовать вкус весны. И не удержался – в нежной ласке чуть коснулся языком восхитительно мягких губ.
Он хотел, чтобы это продолжалось вечно…
Он хотел завладеть этими губами полностью, безраздельно…
Он хотел большего…
…Но боялся вспугнуть ставшую реальностью мечту. И очень медленно капитан отстранился, а лейтенант так и не осмелился поднять на него взгляд.
Через мгновение Кучики, будто испугавшись дерзкого поступка, отскочил от подчиненного, схватил хаори и стремительно вылетел из кабинета, даже не позаботившись о кидо. Дверь уже захлопнулась, а бесцеремонно потревоженный барьер всё ещё возмущённо колыхался.
Абараи долго сидел неподвижно, потом медленно поднес руку к губам и коснулся влажного следа, оставленного несмелой лаской капитана. Оторвав руку от лица, он недоумённо уставился на свои пальцы, будто пытаясь что-то рассмотреть или найти ответ.
Резкий всхрап Иккаку вывел Ренджи из оцепенения. Он встряхнулся, убрал с колен забытую бутылку саке и уже не нужную повязку для волос, встал, торопливым движениями вышел из бараков одиннадцатого отряда и направился к себе. «День был слишком насыщенный» - подумал лейтенант, откидывая покрывало и забрался в постель, накрывшись одеялом с головой.
***
Очередное занятие и они ведут себя, как будто ничего не было, но, то и дело кто-нибудь бросал странные изучающие взгляды на фигуру другого. В один из таких моментов Ренджи «поймали с поличным»…
- Ренджи, ты опять меня не слушаешь, - строго проговорил командир шестого отряда.
- Тайчо, ну зачем вы мне это все говорите. Покажите, как правильно иероглиф пишется, я пойму, а так…
- Ты не чувствуешь, то что ты пишешь.
- Что… - лейтенант не успел договорить, так как оказался на полу придавленный телом своего капитана.
- Тайчо..?
– Тогда я просто обязан объяснить тебе, как добиться улучшения качества твоих работ, – в ответ на немой вопрос в глазах Ренджи Кучики продолжил: – Это будет наглядной демонстрацией… - и его рука игриво коснулась верхнего кимоно.
Абараи оторвал взгляд от лица Бьякуи и уставился на руку – та недвусмысленно заявляла о своих намерениях.
– Если это… приблизит нас к… цели… – почему я должен быть против?.. – глаза лейтенанта слегка затуманились.
Капитан шестого отряда медленными, неторопливыми движениями стал снимать верхнее кимоно. Расправившись с вышеупомянутой, он плавно распахнул полы нижнего скользнул рукой по обнажённой коже. Прикосновение тёплой ладони шинигами было очень приятным. Ренджи глубоко вздохнул.
-Тайчо..?
- Ренджи, ты хочешь хоть чему-нибудь научиться?
Поднявшись к плечу, рука благородного чуть усилила давление, вынудив руконгайца лечь на пол. Неторопливые пальцы коснулись мочки уха, слегка разминая.
– Что ты чувствуешь? – как на уроке спросил Бьякуя, требовательно глядя Ренджи в глаза.
– Ну, что-то вроде массажа, – сказал тот, – знаете, как у китайцев – каждая точка на теле отвечает за определённый орган человека. При соответствующем воздействии на эту точку улучшается функционирование этого органа.
– Ты всё никак не решишься называть меня по имени, – с некоторой досадой в голосе сказал капитан, – Но продолжим – ты прав. В твоем примере – только нетрадиционная медицина и ничего больше.
Теперь уже взор Кучики слегка помутнел, и умелый рот поспешил на смену пальцам. Обхватив мочку уха Ренджи одними губами, шинигами слегка её оттянул, выпуская.
– А сейчас? – в интонациях бархатного голоса появилась томность.
Ренджи глубоко вздохнул прежде, чем ответить:
– О, да… так гораздо… приятнее… – на его лице медленно проступал нежный румянец.
– Пора пускать в ход главный аргумент, – глава рода взялся за мочку уха и чувствительное местечко шеи под ним всерьёз, присоединив к губам и требовательный язык.
Он целовал, ласкал, прикусывал нежную кожу, касаясь и дразня языком самые отзывчивые зоны, то медленно и плавно, то неистово и жадно. Лейтенант задыхался от этой ласки, не в силах совладать с эмоциями и яркими ощущениями.
– Чувствуешь разницу? – дыхание капитана стало прерывистым, но учительские интонации из голоса не исчезли.
– Ах.. о, да… Пожалуй, главный аргумент делает мысль законченной… и весьма интересной… Но… продолжайте, прошу Вас... Я ещё не до конца уловил… суть.
Кучики не было нужды упрашивать дважды, в его глазах уже бушевал алчный огонь, а такая откровенная просьба только подлила в него масла.
Еле сдерживаясь, он чуть коснулся губ ученика:
– Это просто мысль, хоть и правильная, но сухая, неинтересная, – Бьякуя заключил Ренджи в крепкие объятия, – А это… – и он завладел губами юноши – страстно, неистово, безраздельно, вторгаясь языком, исследуя, подавляя… – …это мысль аргументированная и прочувствованная… – отстраняясь, прошептал учитель, – Только вот законченной я бы её не назвал. И точку ставить бы не спешил… Скорее, многоточие… – и капитан повторил поцелуй, но, на сей раз, неторопливый и чувственный.
Переместившись чуть ниже, глава шестого отряда слегка поцеловал впадинку между ключиц, одна рука легла на живот и стала медленно выводить узоры, лаская чувствительную кожу. По телу юноши пробежала лёгкая судорога желания, но мужчина сдержался и не позволил себе отвлечься от «учебного процесса».
– Продолжим урок, – с трудом сохраняя учительский тон, проговорил он и положил руку на грудь подчиненного. У того хватило сил лишь на то, чтобы слабо кивнуть в ответ.
Водя пальцами вокруг затвердевшего соска, но старательно его не касаясь, учитель поинтересовался:
– А эту мысль ты считаешь правильной?
– О… да… несомненно…только… – юноша явно стеснялся продолжить, робея и теребя дрожащими пальцами разметавшееся по полу одежду.
– Ей чего-то не достаёт, так? – закончил за него учитель.
– Да, – выдохнул юноша и полным желания взглядом посмотрел на мужчину.
Тот утонул в этих глазах, растворился, пропал. Ему безумно захотелось сорвать с лейтенанта остатки одежды, подмять под себя, войти в него одним рывком, завладеть полностью…
– Это легко можно исправить одним маленьким дополнением, – продолжил Кучики после некоторой паузы и слегка ущипнул упругий сосок. Ренджи всхлипнул от этой неожиданной, немного грубоватой ласки.
Не решаясь попросить в открытую, он запустил руку в волосы своего капитана, задевая кенсикай, стараясь притянуть его ближе. Бьякуя понимающе хмыкнул, угадав намерения ученика. Чуть помедлив, решил, что не стоит дольше мучить переполненного гормонами подчиненного – он и сам сейчас мало чем отличался от такового.
– Но мысль всё же остаётся неполной без этого, – и глава рода прильнул губами к чувствительному соску, вобрал в себя, чуть прикусив, и принялся самозабвенно, жадно ласкать языком.
Ренджи затрепетал в объятиях капитана, не в силах даже стонать.
– Но… ведь Вы так и не поставили точку… в конце предложения… – прошептал он, когда мужчина, наконец, решил сделать паузу.
– Точку ставить ещё рано, – сенсей задумчиво посмотрел на юношу, – Необходимо закрепить пройденный материал. Как насчёт небольшой самостоятельной работы? – решившись на смелый шаг, он расслабленно откинулся назад.
Лейтенант сначала слегка оторопел, но, поняв намёк, приподнялся на локте и ненадолго задумался.
– Не уверен, что справлюсь, – нерешительно заключил он.
– Как утверждают многие люди – дорога даже в тысячу миль начинается с первого шага, – подбодрил мужчина.
И Абараи неуверенной рукой начал развязывать пояс его кимоно.
Последняя полоска ткани покинула своё уютное гнёздышко, и Ренджи впервые увидел матовую кожу тайчо, в слабом свете отливавшую лунным сиянием.
Ученик слегка коснулся её рукой. На удивление, она оказалась гладкой, как шёлк. Ощущать её ладонью было очень приятно. На груди почти не было волос, лишь вокруг пупка и ниже, темнели густые, упругие завитки.
Неожиданно для неуверенного лейтенанта вид этих завитков вызвал в нём новую волну желания, и он опустил ладонь на живот, слегка поигрывая жёсткой порослью, а губы меж тем сами потянулись к тёмному соску капитана. Первое прикосновение не вызвало никаких внутренних протестов, напротив – процесс явно его затягивал и он, наконец, отдался ему полностью.
Кучики от такой желанной, но всё же неожиданной ласки открыл глаза и с удивлением посмотрел на молодого человека, припавшего к его груди, как к источнику.
Созерцание этого волнующего зрелища побуждало его налитый до боли член проситься на свободу из тесного плена хакаме. Но он мог только приглушённо стонать, снова откинувшись на подушки и полностью отдавшись этой ласке.
Зарывшись пальцами в непокорные вихры, он привлек Ренджи к себе для благодарного поцелуя, и тот оказался лежащим на своем учителе.
Едва сдерживая неровное дыхание, мужчина, обхватив лицо Абараи руками, прервал поцелуй и чувственно прошептал, глядя в глаза:
– Без преувеличения могу сказать, что с первой творческой работой ты справился отлично. – Губы лейтенанта растянулись в довольной улыбке. – Осталось закончить мысль и поставить точку, – запустив пальцы под расстегнутые хакаме, учитель неспешно поглаживал плечи юноши, – Только предметы одежды здесь явно лишние, – и он стал неторопливо стаскивать уже ненужные кусоки материи.

Ренджи чуть смутился, когда мягкая ткань безвольно упала на пол. Поняв смущение подчиненного, капитан сделал освещение более приглушённым.
Бьякуя нежно целовал юношу в губы, шею, подбородок, руки скользили по спине, обнимая, иногда проникая под набедренную повязку (п/а ну не знаю как у них эта хрень называется). Он чувствовал дрожь партнера – тот был уже на пределе. Решив, что медлить дальше не имеет смысла, Бьякуя перевернулся, и Ренджи оказался прижатым к постели.
Чуть отстранившись, капитан ухватился за завязки на нижнем белье и стал медленно стягивать последнюю деталь одежды. Абараи затаил дыхание и прикрыл глаза, сердце было готово выскочить из груди, но глава рода не торопился.
Отправив последнюю деталь одежды вслед за хакаме, тайчо несколько мгновений жадно рассматривал обнажённое тело. Затем нежно обвил пальцами затвердевшую плоть, слегка лаская уже влажную головку большим пальцем.
Лейтенант резко всхлипнул от переполнявших его эмоций.
Рокубантай тайчо и сам готов был застонать от неудовлетворённого желания, но с трудом убедил себя сдержаться.
– Что ты на это скажешь? – севшим голосом сумел-таки поинтересоваться он.
– О… это божественно… – прошептал Ренджи, облизав пересохшие губы, – Это самая правильная… самая глубокая мысль… Я бы сказал, истина…
Кучики самодовольно усмехнулся:
– Ты, как всегда, торопишься с выводами… – и он коснулся головки чуть влажными губами, проведя языком по маленькой щёлке. Его подчиненный вскрикнул, выгнувшись, и вцепился пальцами в темно-красный коврик. – Это лишь намек на мысль, – капитан чуть глубже втянул в себя член юноши, продолжая языком выписывать замысловатые узоры на головке.
Выпустив на время такую соблазнительную плоть, сенсей томно улыбнулся:
– А вот сейчас пришла пора составить продуманное, и что не менее важно – прочувствованное предложение, – Кучики одной рукой чуть оттянул кожу у основания, с легким давлением обхватив пальцами, другая легла на мошонку, нежно играя яичками, – Присовокупив к нему самые убедительные аргументы… – и капитан до конца вобрал пульсирующий член лейтенанта в свой влажный тёплый рот.
Юноша уже хрипел, часто дыша, непроизвольно вцепившись в волосы сенсея, а тот лишь наращивал темп, не желая останавливаться.
– Ох… Тайчооо… это… я больше не могу… – гортанно застонав, Ренджи не удержался и кончил прямо в рот Бьякуи.
Тот принял всё до капли и хищно улыбнулся:
– Вот теперь точка, – он облизал припухшие губы и приблизился к лицу опустошённого наслаждением юноши, заглядывая в полуприкрытые глаза: – самая что ни на есть жирная точка, – и Кучики неспешно и ласково поцеловал Абараи, оставляя на губах вкус его семени.
End.



Сегодня не кончится никогда...(с)
 
Форум » Чаща » Проза » Урок каллиграфии (Фендом: Блич, слеш, мини, R, Бьякуя\Ренджи.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: