Армия Запретного леса

Четверг, 27.02.2020, 08:13
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Костанътинъ (crossover, гет, джен, ГП/ГГ. новая глава от 19.10)
Костанътинъ
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:09 | Сообщение # 1
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Название фанфика: Костанътинъ
Автор: Кайнэ
Рейтинг: R
Пейринг: Гарри Поттер (Константин Брагинский)/Гермиона Грейнджер
Персонажи: ГП, ГГ, Россия, Англия, Америка, Китай
Тип: Джен, гет
Жанр: Романтика, Юмор, Экшн (action), AU, Учебные заведения
Размер: планируется макси
Статус: в работе
Саммари: Артуру срочно нужны деньги, чтобы закрыть дыры в бюджете, ведь война в магмире началась так не вовремя! Ивану же срочно нужен тот, кто сможет унаследовать его большое колдовское дело - зельеварение. Взвесив все и найдя подходящего кандидата, он отправляется на переговоры в Англию. Кто же знал, что этим "счастливчиком Брагинского" окажется сам Гарри Поттер?
Магическая AU с Хеталией и примесью политики. Внимание: все персонажи владеют магией, и у всех в странах есть школы магии(!). Смесь магии, политики и национальных интересов стран.
Предупреждения: время действия перенесено в наше десятилетие.
Диклеймер: Никто ни на что не претендует. И вообще всё, что творится с персонажами - это от большой любви.
Разрешение на размещение: разрешение получено

Костанътинъ (оригинал)


Сообщение отредактировал Хлоя_Мураками - Воскресенье, 19.10.2014, 14:29
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:11 | Сообщение # 2
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 1. Про­вал. Ре­шение.

Ар­тур пе­реби­рал бу­маги. Не­щад­но ло­мило вис­ки - по­года ме­нялась со страш­ной ско­ростью. Два ра­за уже по лу­жам шле­пал дож­дик, и выг­ля­дыва­ло сол­нце. Иног­да за­вывал ве­тер.

Сей­час его нич­то не ин­те­ресо­вало. Ра­бота - в пол­ном при­ори­тете.

Ар­тур ус­тал и от­ки­нул­ся в удоб­ном крес­ле. Плес­нул се­бе в ста­кан во­ды и вы­пил зал­пом. Поз­во­ноч­ник ныл от долгого си­дения на од­ном мес­те. Он по­мял его ру­ками. Но сроч­ная ра­бота тре­бова­ла за­вер­ше­ния. Ан­глия слиш­ком лю­бил порядок в бу­магах. И с но­вым рве­ни­ем ут­кнул­ся в до­кумен­ты.

Его все ус­тра­ива­ло, по­ка он не нат­кнул­ся на от­чет ми­нис­тра по эко­номи­ке и за­пис­ку глав­но­го каз­на­чея. Сер­дце тре­вож­но за­билось. Ему с тру­дом уда­лось отог­нать на­важ­де­ние.

Он су­дорож­но сгла­тывал, чи­тая ее. Все еще не ве­ря то­му, что про­читал, он на ав­то­мате схва­тил те­лефон. Ру­ки са­ми наб­ра­ли но­мер.

Че­рез час пе­ред ним на ков­ре ря­дом с ка­мином сто­яли двое: тот са­мый зло­получ­ный ми­нистр и тот каз­на­чей, что на­писал эту прок­ля­тую за­пис­ку.

- ... И вы по­лага­ете, что нас ждет слиш­ком боль­шой де­фицит? - был за­дан нед­рогнув­шим го­лосом воп­рос. Дер­жать се­бя в ру­ках, дер­жать, дер­жать...

- Да, гос­по­дин Кёр­кленд. Мы са­ми не спра­вим­ся, - блед­нея от этих слов, про­из­нес каз­на­чей. Ми­нистр не го­ворил ни сло­ва, стоя как ис­ту­кан. И мол­чал.

- Но, черт вас возь­ми, от­ку­да у нас та­кой де­фицит?! И по­чему это вы­яс­ня­ет­ся толь­ко сей­час! - Ар­ту­ру из­ме­нила его обыч­ная вы­дер­жка: хо­телось рвать и ме­тать.

- Ар­мия, со­ци­аль­ные нуж­ды... Флот... А еще... - Тут ми­нистр про­дол­жил это очень ти­хо, по­дой­дя вплот­ную к Кёр­клен­ду, - вы, на­вер­ное, зна­ете о си­ту­ации в вол­шебном ми­ре...

Ар­ту­ру Кёр­клен­ду по­каза­лось, что на не­го сей­час об­ру­шить­ся по­толок. Он сов­сем за­был!

А там сов­сем не­дав­но, в ми­ре ма­гов, ведь бы­ла вой­на. Их злов­редный маг - Во­лан-де-Морт во­зом­нил се­бя черт зна­ет кем. Со­об­щес­тво раз­де­лились на два ла­геря, кто мог - сбе­жал из Ан­глии ку­да-ни­будь по­даль­ше. Дру­гие за­та­ились в са­мых тем­ных под­зе­мель­ях. Еще уби­вали ог­ромное ко­личес­тво лю­дей. Ар­тур чувс­тво­вал се­бя каж­дый день как на по­рохо­вой боч­ке.

Пос­ле то­го, как он был ос­та­нов­лен ма­лышом Гар­ри Пот­те­ром, он ис­чез. Все, в том чис­ле и маг­лы, и ма­ги, и сам Кёр­кленд вздох­ну­ли с не­кото­рым об­легче­ни­ем.

Ми­нистр ма­гии Ан­глии зап­ро­сил по­мощи на вос­ста­нов­ле­ние. Им был дан кре­дит на мно­го мил­ли­онов фун­тов. Пос­ледние ме­сяцы пла­тежи пос­ту­пали из­рядно умень­шен­ные (кор­рупция в вер­хах ма­гичес­ко­го со­об­щес­тва проц­ве­тала ма­ковым цве­том).

Ар­ту­ру ста­ло не­хоро­шо. Он зак­рыл гла­за и при­сел на край сто­ла. Двое лю­дей, сто­ящих пе­ред ним, мол­ча­ли.

- Вы хо­тите ска­зать... это ко­нец? - го­лос про­тив­но зах­ри­пел. Он жи­во пред­ста­вил даль­ней­шие пер­спек­ти­вы раз­ви­тия стра­ны.

- Это ту­пик, гос­по­дин Кёр­кленд. Мы все в ту­пике.

- Об этом зна­ет ко­роле­ва? - при­говор вот-вот бу­дет вы­несен.

- Да. Я ду­маю, она ско­ро при­зовет вас к се­бе.

- Мне крыш­ка, - не­ожи­дан­но гром­ко рас­сме­ял­ся Ар­тур.

Он сос­ко­чил со сто­ла и ос­та­новил­ся пе­ред ни­ми. Его тряс­ло и ша­тало из сто­роны в сто­рону. Лю­ди пе­рег­ля­нулись меж­ду со­бой и ки­нулись из ком­на­ты. Они по­дума­ли, что стра­на сош­ла с ума.

Ар­тур хо­хотал до слез, а по­том го­рес­тно взвыл. И рух­нул на пол - но­ги его в дан­ный мо­мент не дер­жа­ли. Его ис­те­рика про­дол­жа­лась еще нес­коль­ко ми­нут.

Лю­ди за ок­ном, ко­торые шли по на­береж­ной, вне­зап­но ощу­тили тре­вогу, слов­но что-то над­ви­галось на них. Кто-то воз­можно в этот миг ре­шил­ся на са­мо­убий­ство, кто-то окон­ча­тель­но по­кон­чил с со­бой, а мо­жет быть в этот миг умер ка­кой-ни­будь без­на­деж­ный, ле­жащий в ко­ме, боль­ной...

Деп­рессив­ное нас­тро­ение стра­ны пе­реда­лось и им, обыч­ным лю­дям.

Мо­биль­ник на сто­ле про­тив­но за­пищал, вы­зывая хо­зя­ина гим­ном Ан­глии " Бо­же, хра­ни ко­роле­ву".

Ар­тур с тру­дом под­нялся с ков­ра, при­вел се­бя в по­рядок, вы­терев сле­зящи­еся гла­за, и толь­ко пос­ле это­го взял труб­ку. Ра­зуме­ет­ся, это бы­ла ко­роле­ва. Раз­го­вор был ко­рот­ким.

Дан ему был все­го один - единс­твен­ный при­каз: ра­зоб­рать­ся с этим. Лю­бой це­ной. Ина­че...

Со стра­ной рас­ста­вать­ся от­ча­ян­но не хо­телось. Ар­тур на­чал нап­ря­жен­но ду­мать, где мож­но дос­тать день­ги, что­бы зак­рыть ды­ру в бюд­же­те.

Уво­лить ми­нис­тра ма­гии. Сог­ла­сен. На­логи по­высить... Нет, этот но­мер не прой­дет, все не так прос­то. Займ у дру­гой стра­ны? Нет, сей­час вряд ли кто-то пре­дос­та­вит ему па­ру лиш­них мил­ли­онов-трил­ли­онов. Об­ра­тить­ся к быв­ше­му... Черт, к Аме­рике? У не­го са­мого ог­ромный долг, да и впро­чем не очень-то и хо­чет­ся об­ра­щать­ся... Он еще все­му ми­ру рас­треп­лет... Что он, Ан­глия, иди­от.

И бу­дет пол­ностью прав, - это шеп­та­ла ему его со­весть.

Ар­тур от­мел эти мыс­ли прочь. Хо­рошо, что ко­роле­ва его... Хм, точ­нее он не опо­зорил ко­роле­ву сво­им при­сутс­тви­ем.

Ду­май, ду­май, ду­май-ду­май...

Нас­то­рожен­ную ти­шину и бе­гущие друг за дру­гом мыс­ли пе­ребил те­лефон, ко­торый вновь за­иг­рал ме­лоди­ей. Кёр­кленд в мыс­лях от ду­ши прок­лял зво­няще­го сей­час не в то мес­то и не в то вре­мя.

Кто это мог бы быть?

Ар­тур взгля­нул на дис­плей. И уди­вил­ся. Зво­нил Иван Бра­гин­ский. Вот уж, дей­стви­тель­но, ро­ковое сов­па­дение...

Они с ним раз­го­вари­вали до­воль­но ред­ко. Осо­бен­но по те­лефо­ну. А то, что он зво­нил ему сам, лич­но - это по­ража­ло сей­час боль­ше все­го.

Зна­чит, ему что-то нуж­но от не­го.

Сде­лав глу­бокий вздох, он взял труб­ку.

- Ал­ло, да, Бра­гин­ский?

- При­вет Ар­тур, - в го­лосе рус­ско­го ему пос­лы­шал­ся хо­лод. Кёр­кленд не­воль­но по­ежил­ся. - Здо­ров, ве­сел?

Он что, из­де­ва­ет­ся?!

- Здо­ров - да, а на счет ве­селос­ти... Ты про­мах­нулся. Че­го зво­нишь, го­вори!

Иван на том кон­це ус­ме­ха­ет­ся.

- Мне нуж­но с то­бой по­гово­рить серь­ез­но, Ар­тур. Же­латель­но, на тво­ей тер­ри­тории.

- С че­го бы это а, Бра­гин­ский? Вой­ну со­бира­ешь­ся на­чать что ли? - по­разил­ся Ар­тур. Кра­не ред­ко Иван бы­вал в его до­ме, пред­по­читая при­нимать все ре­шения на сво­ей тер­ри­тории. С дру­гой сто­роны...

- Ты сду­рел? Ка­кая вой­на? Мне нуж­но с то­бой по­гово­рить.

- Хо­рошо. Ты ког­да при­лета­ешь? - все-та­ки Иван очень да­же кста­ти - мель­кну­ла у не­го шаль­ная мысль.

- Хоть сей­час мо­гу соб­рать ве­щи и ле­теть. У ме­ня от­пуск с зав­траш­не­го дня. Ра­бочий день уже кон­чился...

- За­меча­тель­но. До свя­зи.

- До свя­зи.

Иван на том кон­це по­весил труб­ку. Ее на­пол­ни­ли дол­гие гуд­ки. Ар­тур, не спе­ша, от­клю­чил ее. Она упо­ко­илась в еще не до кон­ца ра­зоб­ранных до­кумен­тах. Он се­год­ня не хо­тел боль­ше звон­ков.

По­чему-то на не­го вол­на­ми на­кати­ла ус­та­лость - слов­но ко­рот­кий раз­го­вор вы­сосал все его жиз­ненные си­лы.

Но он про­дол­жил раз­мышлять. Бра­гин­ский мо­жет по­мочь, ра­зуме­ет­ся не бес­плат­но - эко­номи­ка у не­го вро­де ста­биль­ная бо­лее-ме­нее в пос­ледние го­ды. Дол­ги от­дал. На весь мир плю­ет, а это да­же сей­час и хо­рошо. Ему на ру­ку.

А еще - Бра­гин­ский пер­воклас­сный зе­левар. Луч­ший. Часть стран по­это­му его бо­ит­ся, но все же ува­жа­ет - он вы­тяги­ва­ет не­кото­рых из пе­реде­лок, в ко­торые они по­пада­ют. Од­нажды, он да­же и ему по­могал... Ког­да-то дав­но.

Лад­но. На­до ждать рус­ско­го. Пос­лу­ша­ем, что он ска­жет или пред­ло­жит...

***

(За день до вы­ше опи­сан­но­го раз­го­вора)

- Иван! А, Иван? - раз­дался зна­комый го­лос На­таши. Она ис­ка­ла его по все­му до­му.- Я есть при­гото­вила, пой­дем!

Иван, не слу­шая, про­дол­жил свое важ­ное де­ло, ко­торое он на­мере­вал­ся за­кон­чить. Он ва­рил что-то в сво­ем лю­бимом кот­ле.

От ва­рева под­ни­мал­ся гус­той и пря­ный за­пах трав. Ес­ли он сва­рит все вер­но, то зав­тра это уже ста­нет мазью от ожо­гов.

- Ива­аан!

- Да что? Я за­нят! - не гля­дя на дверь, крик­нул Иван. На­таша уже зас­ты­ла в двер­ном про­еме, за­воро­жен­ная про­ис­хо­дящим пе­ред ней дей­ством: Иван быс­тро до­бав­ля­ет в свой ко­тел не­дос­та­ющие ин­гре­ди­ен­ты.

Его ру­ки изящ­но ле­тали над кот­лом и па­ром, под­ни­ма­ющим­ся от кот­ла. Он вы­пол­нял все чет­ко и ак­ку­рат­но.

Ок­но, как всег­да заш­то­рено. В ком­на­те бы­ло душ­но. Стол по­зади и сте­на бы­ли прос­то за­вале­ны са­мого раз­но­го ви­да тра­вами и сбо­рами. Так же в этой ком­на­те бы­ли хо­лодиль­ник, шка­фы и мас­сивный сейф. По­мимо это­го был длин­ный стол с кол­ба­ми раз­но­го раз­ме­ра, и от­кры­той на нуж­ной стра­нице кни­ге. В уг­лу - ра­кови­на и мой­ка. Но­жи и про­чая по­суда для вар­ки уже бы­ли как обыч­но - вы­мыты и ви­сели на сте­не.

Он был весь в ра­боте.

- Иван, - ти­хонь­ко поз­ва­ла его сес­тра. - Пой­дем есть, а?

- Сей­час, ми­нуту по­дож­ди.

Он быс­тро ки­нул пос­ледний ин­гре­ди­ент, по­мешал свое ва­рево по ча­совой стрел­ке три ра­за, а по­том про­тив ча­совой - семь и, на­конец от­ста­вил го­товое ва­рево в сто­рону, пос­мотрев на нее по­бед­ным взгля­дом.

- Пой­дем. Я про­голо­дал­ся. - И улыб­нулся. Бе­ларусь рас­та­яла от его улыб­ки.

- Идем, бра­тик. Дав­но по­ра.

Они выш­ли из ком­на­ты.

С тех пор, как уш­ла Оль­га, Ива­ну при­ходи­лось ва­рить од­но­му. А так как семья боль­шая, то и ва­рить при­ходи­лось ед­ва ли не каж­дый день.

- А это ты ко­му ва­ришь, Иван? - за­дала воп­рос Бе­ларусь. Иван вздох­нул:

- Ты ведь зна­ешь о бу­шу­ющих сей­час лес­ных по­жарах. Ми­ха­илу...(1) хоть нем­но­го об­легчить его боль.

В то вре­мя они оба дош­ли до кух­ни.

На кух­не как всег­да бы­ло шум­но. У них сей­час, по­мимо за­болев­ше­го Ми­ха­ила, гос­ти­ли Мос­ква и Санкт-Пе­тер­бург. Еще из­рядный шум соз­да­вал и Гил­берт Бай­льшмидт.

На дво­ре сто­яло яр­кое и сол­нечное ле­то, но не всем это нра­вилось.

Ми­ха­ил каж­дый год по­селял­ся в до­ме Бра­гин­ско­го на ве­сен­не-лет­ний пе­ри­од. С ним это про­ис­хо­дило каж­дый год. Он не жа­ловал­ся - при­вык за мно­го-мно­го лет. И ле­жал в пос­те­ли до тех пор, по­ка ле­са пе­рес­та­вали по­лыхать, а он - му­чит­ся от бо­ли. Впро­чем, он все вре­мя му­жес­твен­но тер­пел все но­вые и но­вые ожо­ги.

Иван ус­та­ло от­ки­нул­ся на си­дении. На­до бы­ло еще на­кор­мить и боль­но­го Ми­ха­ила. На­до...

- Мне на­до ид­ти. На­таша, го­тов обед?

- Да, Иван. Все го­тово.

- Тог­да я по­шел.

Иван, зах­ва­тив под­нос с обе­дом, по­шел к Ми­ше.

Ми­ха­ил спал, скло­нив го­лову на грудь. Иван ак­ку­рат­но пос­та­вил на прик­ро­ват­ную тум­бочку пе­репол­ненный едой под­нос.

От это­го жес­та и от ти­хого зяв­канья по­суды тот прос­нулся. Сла­бо ше­вель­нул­ся и от­крыл гла­за.

- Иван...

- Мне те­бя на­до на­кор­мить.

- Не хо­чет­ся.

- Те­бе на­до есть, Ми­ша. Для под­держа­ния сил, - го­лос Ива­на был чет­ким: Ми­ха­ил по­нял, что от­не­кивать­ся от та­рел­ки с едой бес­смыс­ленно, осо­бен­но ког­да Иван не в ду­хе. Силь­но не в ду­хе. В ито­ге Ми­ша под­нялся и сел на по­душ­ки.

- Что стряс­лось, Иван? - спро­сил Си­бирь че­рез не­кото­рое вре­мя, пос­ле то­го как съ­ел все, что ему при­нес тот на под­но­се. - Еще ты сов­сем пе­рес­тал вы­сыпать­ся в пос­леднее вре­мя... Не от­во­ди взгляд от ме­ня - это лиш­нее. Твои си­няки и те­ни, за­лег­шие под гла­зами, го­ворят нам­но­го крас­но­речи­вее те­бя са­мого. Так что стряс­лось?

- Как всег­да, мне не­кому по­мочь... - тут Си­бирь не­ожи­дан­но по­мор­щился, с тру­дом по­гасив свой вскрик: на ко­же, пря­мо на пред­плечье, стре­митель­но на­чал по­яв­лять­ся но­вый ожог. Ви­димо, по­явил­ся но­вый очаг лес­ных по­жаров. - Ми­ша, что с то­бой? - об­ра­тил вни­мание на чуть поб­леднев­ше­го от бо­ли Иван. - Опять?

- Да... - Ми­ха­илу сей­час бы­ло очень не хо­рошо, ожог все еще жгло как ка­леным же­лезом. - Про­дол­жай, это ведь не в пер­вый раз про­ис­хо­дит. Это, по-ви­димо­му, мой крест.

- Я, с не­кото­рых пор, на­чал за­думы­вать­ся о нас­ледни­ке, - ос­то­рож­но и очень ти­хо приз­нал Иван.

- О... С это­го мес­та по­под­робнее, - за­ин­те­ресо­вано про­гово­рил Ми­ха­ил, сра­зу же опус­кая от се­бя все мрач­ные мыс­ли.

- Мне ну­жен... кхм, - каш­ля­нул Иван, - нам ну­жен тот, кто смог бы по­мочь мне при вар­ке зе­лий на нас всех. Од­них рук ма­ло. Оль­ги-то нет. Ина­че го­воря, мне ну­жен под­хо­дящий под оп­ре­делен­ные па­рамет­ры маг. Да и на­до не за­бывать о том, что ма­гия пос­те­пен­но от­хо­дит, стре­митель­но сда­вая по­зиции в ми­ре. Ста­новит­ся все боль­ше лю­дей. Я хо­чу пе­редать еще и свои зна­ния. Ведь про­ходит вре­мя - мне хо­чет­ся ко­го-ни­будь по­учить, вос­пи­тать на свой лад. Еще на ме­ня и На­таша на­ез­жа­ет: все вре­мя жа­лу­ет­ся, что я боль­ше про­вожу вре­мени у кот­лов, чем ви­жу днев­ной свет. Он или она мне по­может.

- И? - воп­ро­ситель­но гля­нул на не­го Си­бирь.

- Се­год­ня пос­мотрю, где на­до ис­кать.

- Иван, а те­бе рус­ские ма­ги не под­хо­дят? - вновь за­дал воп­рос Ми­ха­ил.

- Все на­до смот­реть. Ведь мне пот­ре­бу­ет­ся оп­ре­делен­ный маль­чик или де­воч­ка. Нап­ри­мер, ро­див­ший­ся в оп­ре­делен­ную да­ту, по оп­ре­делен­но­му в мо­мент рож­де­ния рас­по­ложе­нию не­бес­ных све­тил и про­чее. Все не так прос­то.

- Ты прав, Иван. У те­бя есть мыс­ли по это­му по­воду? - Си­бирь знал, на что идет Иван. Сам он хоть и об­ла­дал ма­ги­ей, но на по­рядок мень­ше Ива­на. Но и ма­гия у Ива­на спе­цифи­чес­кая - прак­ти­чес­ки толь­ко зелья. Па­ра-трой­ка чар не в счет.

- Их по­ка нет, я по­рабо­таю, оп­ре­делю их и най­ду всех, кто под­хо­дит... Зав­тра бу­дет го­това мазь, спе­ци­аль­но для те­бя, - пе­ревел раз­го­вор в бо­лее-ме­нее удоб­ное рус­ло Иван. Си­бирь ус­та­ло зев­нул. Иван это за­метил.

- Спи сам да­вай. Спи, - Иван встал с края кро­вати, ку­да ус­пел при­сесть на се­кун­ду. И по­шел к две­ри.

- Уда­чи, - не­ожи­дан­но про­из­нес ему в спи­ну Ми­ха­ил.

Иван с удив­ле­ни­ем обер­нулся на по­роге. У Си­бири бы­ло со­вер­шенно не чи­та­емое ли­цо. Его гла­за свер­ка­ли. Иван мяг­ко улыб­нулся ему.

- Спа­сибо.

И он на­чал спус­кать­ся вниз, на пер­вый этаж до­ма, где бы­ла кух­ня.

***

Уже би­тых три ча­са Иван про­водил над кар­той звез­дно­го не­ба, обыч­ны­ми кар­та­ми та­ро и с кра­ном в ру­ке. Гил­берт был здесь прос­то, за ком­па­нию. Хо­тя он силь­но от­вле­кал Бра­гин­ско­го.

Вок­руг бы­ли за­лежи пер­га­мен­тных свит­ков, па­ра древ­них книг, на­писан­ных на ста­рос­ла­вян­ском и ла­тыни. Не­кото­рые бу­маги бы­ли ис­пи­саны не­понят­ны­ми сим­во­лами вдоль и по­перек. Ур­на в уг­лу ком­на­ты бы­ла пе­репол­не­на - нес­коль­ко не по­мес­тивших­ся, смя­тых в ту­гие ша­ры, бу­маг, ле­жали пря­мо на по­лу око­ло нее.

В ито­ге на пос­леднем из­ды­хании он все же вы­вел ре­зуль­та­ты.

Гил нак­ло­нил­ся над его вы­водом. И по­мор­щился. И пох­ло­пал рус­ско­го по пле­чу.

- Зна­чит, зво­нить те­бе Ан­глии, при­ятель. А у нас, ви­димо, еще не по­явил­ся на свет Бо­жий тот, кто смо­жет ос­та­вать­ся с то­бой в од­ной ком­на­те, не же­лая те­бе ско­рей­шей кон­чи­ны.

- Яз­ва, - кон­ста­тиро­вал Бра­гин­ский, уже улы­ба­ясь. Гла­за зас­ле­зились, рот от­крыл­ся что­бы на­конец зев­нуть - спать хо­телось до ужа­са.

- Ка­кой уж есть, и на том спа­сибо. Так ты зво­нишь, или все зав­тра?

- Зав­тра. С Ар­ту­ром на­до дер­жать ухо вос­тро. А я слиш­ком ус­тал за се­год­ня, что­бы ви­деть в каж­дом его пред­ло­жении на чаш­ку чая - крат­ковре­мен­ный ви­зит в кре­мато­рий.

Ве­ликий гром­ко хо­хот­нул.

Примечания:

(1) Т.е мужское воплощение Сибири. Прим. автора.


Сообщение отредактировал Хлоя_Мураками - Понедельник, 11.08.2014, 16:24
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:12 | Сообщение # 3
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 2. По­ез­дка. Ду­мы.

Иван зев­нул, по­тянул­ся в сво­ем крес­ле и ус­та­вил­ся в ок­но. Он хо­рошо выс­пался. Уже ско­ро он дол­жен при­лететь в а­эро­порт Хит­роу. Там его встре­тит Ар­тур сам, лич­но.

С со­бой бы­ла толь­ко сум­ка с но­ут­бу­ком, до­кумен­ты, ко­шелек и па­ра флеш-но­сите­лей. В но­ут­бу­ке бы­ло поч­ти все о но­вых мес­то­рож­де­ни­ях по­лез­ных ис­ко­па­емых на тер­ри­тории Рос­сий­ской Фе­дера­ции (1). Ви­зит но­сил ис­клю­читель­но не­офи­ци­аль­ный ха­рак­тер, и Иван за­ранее обес­по­ко­ил­ся при­чиной столь не­обыч­но­го ви­зита. Еще на­до бы­ло по­бес­по­ко­ить­ся об от­сутс­твии слеж­ки со сто­роны дру­гих стран, по­это­му до­кумен­ты бы­ли пре­дос­тавле­ны на важ­но­го чи­нов­ни­ка из Го­сударс­твен­ной Ду­мы. Мол, обыч­ная ра­бочая по­ез­дка.

Иван за­дум­чи­во про­вел кон­чи­ками паль­цев по стек­лу. Что-то во всем этом не да­вало ему по­коя. Со­сед ря­дом, по крес­лу, спал мер­твым сном. Иван об этом по­забо­тил­ся - не­замет­но прод­лил ему сла­бое сон­ное зелье, а вы­питый ал­ко­голь по­дей­ство­вал как уси­литель. По­это­му тот спал как мла­денец.

Стю­ар­десса прош­ла ми­мо, мас­ле­но улы­ба­ясь: бы­ло вид­но, что она слиш­ком ус­та­ла ог­ры­зать­ся на каж­дое на­руше­ние пра­вил по­лета нет­резвы­ми пас­са­жира­ми.

Иван ос­то­рож­но раз­вернул свои рас­че­ты. Да, они бы­ли вер­ны­ми, сом­не­ний не бы­ло. Толь­ко двое из рож­денных на этой зем­ле под­хо­дили под его ак­ку­рат­но све­ден­ные ито­ги. Бла­года­ря счас­тли­вой слу­чай­нос­ти, эти двое ока­зались муж­ско­го по­ла. Лад­но, воз­вра­ща­ет­ся к на­шим глав­ным ба­ранам. Он уб­рал за­писи.

Ба­ран пер­вый. Ар­тур Кёр­кленд.

Хит­рый, рас­четли­вый, чо­пор­ный ан­гли­чанин, лю­битель чая и вся­ких вол­шебных су­ществ. Кол­дун так се­бе, меж­ду про­чим. Но, в ис­клю­читель­ных об­сто­ятель­ствах - смо­жет за­щитить се­бя. Га­лоч­ка. Под­ве­дем чер­ту.

Он поз­вал его не слу­чай­но. У не­го что-то про­изош­ло из ря­да вон вы­ходя­щее; Иван еще тог­да, по го­лосу, это по­нял. И он бы так прос­то его не поз­вал. Так что у не­го про­изош­ло?

Ива­ну жут­ко хо­телось взять мо­биль­ник и поз­во­нить на ро­дину - кое-ку­да, а имен­но, в раз­ве­дыва­тель­ное уп­равле­ние, но поль­зо­вать­ся мо­биль­ны­ми в са­моле­те зап­ре­щено. Бу­дем опе­риро­вать тем, что име­ем.

По слу­хам, у не­го бы­ла ма­гичес­кая вой­на. Как она за­кон­чи­лась - это уже не так важ­но. Сле­дова­тель­но...

Вой­на... Мер­твые, кровь, сле­зы, боль... Раз­ру­шения. День­ги.

Так-так. День­ги!

Зна­чит, ес­ли нуж­ны день­ги, то на­до их где-ни­будь дос­тать. При­чем, яв­но не ма­лень­кую сум­му. Займ, кре­диты... Или скрыть это, то что де­нег нет? Ту­пик.

Что Иван дол­жен был сде­лать на мес­те Ар­ту­ра, ес­ли бы у не­го не бы­ло де­нег?

А впро­чем, у не­го их по­ка и так не мно­го...

Аме­рика. Ес­ли с точ­ки зре­ния Ива­на, то Аль­фред - иде­аль­ная кан­ди­дату­ра для зай­ма. Но... Ес­ли бы они друг дру­га ува­жали, а не тер­пе­ли. И он бы обя­затель­но рас­тру­бил на весь мир о том, что Ан­глия в боль­шой дол­го­вой яме. Он ведь та­кое треп­ло...

Вы­чер­ки­ва­ем. Гер­ма­ния на оче­реди.

Нет, его мож­но сра­зу уб­рать из спис­ка. У Гер­ма­нии сей­час за­бот не в про­ворот. Эко­номи­ка и про­чее...

Фран­ция... Ита­лия... Япо­ния? Ки­тай...

Нет, нет, нет и нет! А Ки­тай во­об­ще его не­нави­дит и был бы рад сте­реть его с ли­ца зем­ли. Не у Из­ра­иля же он брать в долг соб­рался? Это - са­мо­убий­ство.

Иван да­же ти­хо хи­хик­нул от пер­спек­ти­вы. Ев­реи. Дол­ги. Про­цен­ты. Зна­чит...

Ос­та­ет­ся он. Сле­дова­тель­но: ба­ран вто­рой. Не бол­тли­вый. С ре­сур­са­ми и вы­пол­ня­ющий свои обя­затель­ства. Еще и единс­твен­ный из стран, на­вер­ное, кто дер­жит свое сло­во. А еще - на не­го по­дума­ют мень­ше все­го.

Зна­чит, его си­ту­ация, Ар­ту­ра в смыс­ле, без­вы­ход­ная. Он об­ра­ща­ет­ся к не­му, лишь бы из­бе­жать ог­ласки. Та­аак...

Иван сло­жил ру­ки в мо­лит­венном жес­те. Стю­ар­десса вновь прош­ла ми­мо не­го об­ратно. Гла­за Ива­на не­воль­но сколь­зну­ли по очень ап­пе­тит­ной фи­гур­ке. Она дос­та­вила ему чис­то эс­те­тичес­кое удо­воль­ствие.

Будь ты хоть триж­ды стра­ной, но нич­то че­лове­чес­кое те­бе не чуж­до.

Го­лос по гром­кой свя­зи ра­зор­вал его мыс­ли. Всем тре­бова­лось под­го­товить­ся к по­сад­ке са­моле­та. Иван ско­сил гла­за на ря­дом си­дяще­го, точ­нее спя­щего. И слег­ка по­тор­мо­шил его.

Тот сра­зу вып­ря­мил­ся, сон­но мор­гая и зе­вая.

По­сад­ка прош­ла без эк­сцес­сов. Иван выг­ля­нул че­рез ил­лю­мина­тор. По­года, про­тив обык­но­вения, бы­ла сол­нечной. Он сгреб свои ве­щи и нап­ра­вил­ся на та­можен­ный дос­мотр.

На­конец, вый­дя че­рез ко­ридор, он ог­ля­нул­ся на мес­те. И сра­зу же пой­мал взгляд Ар­ту­ра.

***

Ар­тур встал с кро­вати с жут­кой го­лов­ной болью. Не сто­ило так пить вис­ки вче­ра. Вы­пив две таб­летки и глот­нув во­ды, он пос­мотрел на ча­сы.

Ра­но. Пять ча­сов. Иван при­лета­ет в во­семь. Еще три ча­са.

На пе­рего­воры и что-ли­бо он был яв­но се­год­ня не нас­тро­ен. По­лежав нес­коль­ко ми­нут, он все же под­нялся с кро­вати.

Зав­трак про­шел быс­тро: Ар­тур чи­тал све­жую га­зету и свод­ку но­вос­тей из все­мир­ной па­ути­ны. По­это­му не за­мечал, что имен­но ест. Про­верив свой те­лефон на на­личие смс и но­вых звон­ков он, зах­ва­тив пид­жак, за­ранее ак­ку­рат­но от­гла­жен­ный, вы­шел из сво­его до­ма.

Теп­ло. Сол­нце под­ня­лось из-за го­ризон­та. Ве­терок был лег­кий, по­ка чу­точ­ку прох­ладный. Его уже жда­ло так­си.

До а­эро­пор­та ехать бы­ло где-то пол­ча­са. Ар­тур был вы­нуж­ден сми­рить­ся с энер­гичной му­зыкой, до­носив­шей­ся из ди­нами­ка. Го­лов­ная боль отош­ла на вто­рой план, сде­лав­шись гул­ким фо­ном.

Ми­мо про­лете­ли гряз­но­ватые до­ма и уз­кие улоч­ки, зап­ру­жен­ные об­щес­твен­ным, лич­ным ав­тотран­спор­том и кэ­бами. Во­дитель, что­бы из­бе­жать ут­ренних про­бок, пет­лял по го­роду.

Ар­тур ока­зал­ся в а­эро­пор­ту Хит­роу за­ранее - за пол­ча­са до по­сад­ки са­моле­та Бра­гин­ско­го. Так­си он вел ждать. Най­дя нуж­ный тер­ми­нал, он при­нял­ся ждать, по­пивая вто­рую чаш­ку за ут­ро, не слиш­ком вкус­но­го ко­фе, стоя за стой­кой близ­ле­жаще­го ка­фе.

Объ­яв­ле­ние о по­сад­ке са­моле­та Ива­на зас­тигло Ар­ту­ра за пос­ледним глот­ком ко­фе. Он, не спе­ша, до­пил его, вы­кинул ста­кан­чик в ур­ну и по­шел к пун­кту вы­сад­ки пас­са­жиров, ко­торые уже шли по ко­ридо­ру. Мно­гих при­летев­ших жда­ли.

Ар­тур сра­зу же уви­дел Бра­гин­ско­го. Он вы­делял­ся в тол­пе. В чер­ном де­ловом кос­тю­ме, с шар­фом на шее и поч­ти бе­лыми во­лоса­ми, ко­торые в све­те ламп ка­зались се­дыми, с че­модан­чи­ком и сум­кой, где яв­но ле­жал но­ут­бук, он про­из­во­дил впе­чат­ле­ние тер­то­го биз­несме­на, у ко­торо­го яв­но хо­рошо идут де­ла. На пра­вом за­пястье свер­кну­ли ча­сы (2). Но, ес­ли бы Ар­тур, еще по ста­рой па­мяти, не знал, что Бра­гин­ский - из­рядный раз­долбай...

Бра­гин­ский то­же на­шел его сра­зу. Они сдер­жанно друг дру­гу кив­ну­ли, по­жали по-де­лово­му ру­ки, и Ар­тур с ним по­шел к ждав­ше­му их так­систу.

- Как до­летел, Иван?

- Впол­не нор­маль­но. У те­бя ви­док еще тот, Ар­тур, ес­ли ты по­нима­ешь о чем я... Прос­ти за прав­ду.

Ос­та­лось толь­ко при­нять из­ви­нение и мыс­ленно прок­лясть вни­матель­ность и про­ница­тель­ность рус­ско­го. У Ар­ту­ра вновь воз­никло чувс­тво де­жавю: при пер­вой их встре­че он, тог­да, по­думал, что Бра­гин­ский уме­ет чи­тать мыс­ли и слов­но ви­дит их всех нас­квозь. Боль­но стран­ны­ми ка­зались гла­за Ива­на - глу­бокие, фи­оле­товые, за­тяги­ва­ющие ли­бо в без­дну, ли­бо в глу­бокий омут.

- Я пил.

- Глу­по... - ме­лан­хо­лич­но по-рус­ски воз­ра­зил Иван. Они об­хо­дили куч­ку лю­дей на че­мода­нах, сто­ящих пос­ре­ди тер­ми­нала.

- Ты ведь то­же пь­ешь, ес­ли те­бе пло­хо! - Ар­тур не­воль­но пе­решел с при­выч­но­го ан­глий­ско­го на не­род­ной, рус­ский язык. Язык во рту во­рочал­ся с тру­дом, из­вле­кая зву­ки чу­жого для не­го рус­ско­го язы­ка.

- Так пло­хо, как мне, Ар­тур еще ни­кому не бы­ло и не бу­дет. На­вер­ное, толь­ко Ван Яо пой­мет мою боль, - фи­оле­товые гла­за Ива­на вспых­ну­ли оби­жа­ющим, яр­ким баг­ре­цом. На дне глаз на­чало бу­шевать пла­мя. Го­лос рус­ско­го взле­тел на ок­та­ву. Его мрач­ная а­ура на миг выш­ла из-под кон­тро­ля. Она рас­пу­гала лю­дей, сто­ящих ря­дом, и они са­ми со­бой рас­сту­пились пе­ред ни­ми, иду­щими даль­ше.

Впро­чем, вспыш­ка пла­мени в гла­зах быс­тро по­тух­ла.

- Прос­ти ме­ня еще раз, Ар­тур. У ме­ня то­же бы­ли бес­сонные но­чи. Я не имел пра­ва сры­вать­ся.

- По те­бе за­мет­но, - вы­давил из се­бя ус­мешку Ар­тур Кёр­кленд. Все-та­ки Иван один из са­мых уди­витель­ных и по­ража­ющих его ха­рак­те­ром стран! Ни­ког­да не зна­ешь, что от не­го мож­но ожи­дать в дан­ный мо­мент.

Так, пе­рего­вари­ва­ясь о том, о сем, из­редка пе­рехо­дя с язы­ка на язык, они дош­ли до так­систа с ожи­да­ющим их кэ­бом.

Вле­зая в кэб, Иван от ду­ши руг­нулся на рус­ском: кэб ока­зал­ся слиш­ком не удоб­ный для его рос­та. Ар­тур быс­тро спря­тал за ис­кусс­твен­ным каш­лем свой смех.

- У ме­ня Ла­да Ка­лина луч­ше, нет, да­же За­поро­жец, - Иван си­дел на си­дении сог­нувшись в три по­гибе­ли.

- Угу.

Иван ста­ратель­но рас­смат­ри­вал вид за ок­ном: ему не час­то до­води­лось бы­вать здесь. Ар­тур от­тя­гивал на­чало раз­го­вора.

- Так что те­бе нуж­но от ме­ня? - спро­сил Ар­тур на рус­ском. Иван сра­зу же прек­ра­тил де­лать вид, что за­любо­вал­ся встреч­ной ма­шиной.

- Мо­гу за­дать те­бе тот же воп­рос, Ар­тур, - рус­ский смот­рел пря­мо ему в гла­за. Ар­тур мыс­ленно зас­то­нал: увиль­нуть от от­ве­та не бы­ло ни­какой воз­можнос­ти.

- Я ду­маю, ты до­гады­ва­ешь­ся о при­чине, Бра­гин­ский. Хоть и смут­но. А в чем твоя при­чина? - по­любо­пытс­тво­вал Кёр­кленд.

- Я ду­маю, ты зна­ешь про Оль­гу.

- Знаю, - скры­вать оче­вид­ное бы­ло не за­чем. Ар­тур знал о Аль­фре­де и Оль­ге, и что та под­да­лась его вли­янию.

- Так вот, - про­дол­жил Бра­гин­ский, - встал воп­рос о ма­гичес­кой си­ле.

- Ты хо­чешь ска­зать, - Ар­тур с удив­ле­ни­ем слу­шал его речь, - что ты ищешь пре­ем­ни­ка ма­гичес­кой си­лы по зель­ям? Бра­гин­ский! Да мно­гие за­хоте­ли бы да­же лечь под те­бя, и стать еди­ным с то­бой сра­зу, не за­думы­ва­ясь!

Иван ус­мехнул­ся ему на это:

- Не все так прос­то, Кёр­кленд. Мне ну­жен оп­ре­делен­ный маг.

- Так за­чем ты при­ехал?!

- Я на­шел две под­хо­дящих кан­ди­дату­ры. И обе они, точ­нее оба они у те­бя. У ме­ня и на дру­гих ма­тери­ках - их нет.

- Ин­те­рес­но, кто же счас­тлив­чик?

- Жизнь со мной - не са­хар, Ар­тур, - ска­зал спо­кой­но Бра­гин­ский. - О, мы при­еха­ли. Твой дом?

- Мой, - по­бор­мо­тал Кёр­кленд, сно­ва пе­рехо­дя на ан­глий­ский, и при этом вы­ходя из ма­шины. - Мой...

- Ми­ло у те­бя, - Бра­гин­ский выб­рался из не­удоб­ной ма­шины пер­вым. Ар­тур, щед­ро зап­ла­тив во­дите­лю так­си за до­рогу, вы­шел на ухо­жен­ный га­зон пе­ред боль­шим до­мом. - Но за­чем встре­чать­ся у те­бя до­ма?

- Спа­сибо. Так пос­то­рон­ние уши ни­чего лиш­не­го не ус­лы­шат. Вы­пить хо­чешь? - Ар­тур уже ша­гал по тро­пин­ке к две­ри, на хо­ду дос­та­вая из кар­ма­на клю­чи. Ключ пос­лушно зас­кре­жетал в двер­ном зам­ке. Так же Ар­тур про­вел и кар­точкой, сни­мая с до­ма сиг­на­лиза­цию - он це­нил свою бе­зопас­ность.

- Я уже по­зав­тра­кал, - спо­кой­но от­ве­тил Бра­гин­ский за­ходя с ним за по­рог. Ар­тур за­жег свет. - Да­вай пря­мо к де­лу.

- Тог­да ми­лос­ти про­шу сю­да.

Ар­тур про­вел его в боль­шую гос­ти­ную. Ра­зуме­ет­ся с тра­дици­он­ным ка­мином, в ко­тором ве­село тре­щал огонь.

Бра­гин­ский, през­рев ди­ван, усел­ся в жес­ткое крес­ло и раз­мо­тал шарф с шеи. Ар­тур знал, что у не­го под шар­фом - шра­мы. Мно­жес­тво шра­мов. Вре­мя их на­несе­ния - Ве­ликая Оте­чес­твен­ная Вой­на. Враг: Люд­виг Бай­льшмидт.

Ар­тур про­тянул ему бо­кал с во­дой. Бра­гин­ский, бла­годар­но взгля­нув на не­го, вы­пил его зал­пом.

- А по­чему ты не про­веря­ешь его?

- Ты про во­ду? Ты бы унич­то­жил ме­ня еще рань­ше, Ар­тур, чем я сел бы с то­бой на зад­нее си­денье кэ­ба.

Ар­тур глот­нул свою во­ду со ль­дом сле­дом.

Бра­гин­ский тем вре­менем рыл­ся в сво­ем кей­се и вклю­чал но­ут­бук. Най­дя то, что ис­кал, он про­тянул это Ар­ту­ру.

- Что это?

- Пос­мотри сам, - и Бра­гин­ский от­ки­нул­ся в сво­ем крес­ле. Ар­тур на­чал рас­смат­ри­вать и чи­тать бу­маги. Че­рез ми­нут де­сять пос­ле проч­те­ния это­го ма­тери­ала, Ар­тур сло­жил бу­маги так, как они бы­ли у Бра­гин­ско­го. Но не про­тянул их ему об­ратно. А прос­то по­ложил их на жур­наль­ный ни­зень­кий сто­лик.

- Что ска­жешь о них обо­их?

- По­дож­ди, я при­несу их досье. По­будь здесь, по­жалуй­ста.

- Лад­но.

Иван, рас­стег­нув все пу­гови­цы пид­жа­ка, воль­гот­но рас­по­ложил­ся в крес­ле. Но­ут­бук он пос­та­вил на сто­лик. Ар­тур вы­шел из гос­ти­ной и, быс­тро взбе­жав по лес­тни­це, про­шел в свой ра­бочий ка­бинет, тол­кнув пле­чом дверь.

Досье бы­ли ря­дом - не так дав­но их ему при­носи­ли в свя­зи с не­кими всплыв­ши­ми фак­та­ми.

Схва­тив их, он ки­нул­ся об­ратно.

Ива­на тот зас­тал на но­гах: он рас­смат­ри­вал меч, ле­жащий под стек­лянным фут­ля­ром пря­мо на ка­мине. Иван рас­смат­ри­вал резь­бу на клин­ке.

Ар­тур каш­ля­нул. Иван с бла­гоже­латель­ной улыб­кой по­вер­нулся к не­му и, ука­зывая на меч, про­из­нес:

- Хра­нишь в па­мять бы­лых вре­мен? Кра­сивый... У ме­ня то­же кое-что есть... Ос­та­лось.

- Да, - улыб­нулся Ар­тур. - Очень хо­роший. И вы­ручал ме­ня. Час­то. Вот досье на них обо­их. Уч­ти, у од­но­го це­лая ор­да родс­твен­ни­ков. И еще жи­вы ро­дите­ли... Н-да...

- Мне все рав­но. Один ста­кан - и они за­будут всех и все, - Бра­гин­ский по­дошел к не­му и взял из рук обе пап­ки.

И, ки­нув од­ну из них на стол, рас­крыл дру­гую и пог­ру­зил­ся в чте­ние из­редка ше­лес­тя стра­ница­ми и пе­реби­рая при­ложен­ные фо­тог­ра­фии.

- А как же я? - жа­лоб­но спро­сил Ар­тур, пе­ресе­кая ком­на­ту и са­дясь нап­ро­тив. - Я влип.

- Тог­да рас­ска­зывай, я слу­шаю, - Иван спо­кой­но чи­тал даль­ше, но и слу­шал его то­же.

Ар­тур го­ворил дол­го, ми­нут пят­надцать. Иван за это вре­мя ус­пел сме­нить од­но досье на дру­гое и чи­тал уже его.

- Итак, под­во­дим итог. Те­бе нуж­на сум­ма де­нег, пок­ры­ва­ющая зло­получ­ный кре­дит, - Иван по­тянул­ся в крес­ле, вид у не­го был очень до­воль­ным, - я мо­гу кое в чем те­бе по­мочь. Вот.

Иван про­тяги­ва­ет флеш-но­ситель.

- Здесь са­мые точ­ные дан­ные, ко­торые не­воз­можно ско­пиро­вать на что-ли­бо. Те­бя ус­тро­ит про­дажа неф­ти?

У Ар­ту­ра за­горе­лись гла­за от пер­спек­ти­вы.

- Часть при­были, за­меть - часть(!) ты бу­дешь класть се­бе в кар­ман. Дру­гой бу­ду вла­деть я. По­нял?

- Я сог­ла­сен, как я по­нимаю, нефть с шель­фа?

- Ну ра­зуме­ет­ся, а ты что по­думал, что я те­бя пу­щу на свою тер­ри­торию? Плат­форма на мо­ре.

- До­гово­рились. А ты, оп­ре­делил­ся?

- Ко­неч­но. Вот. - Иван про­тянул ему досье но­мер два. На фо­тог­ра­фии, и единс­твен­ной во всем досье, но цвет­ной, был изоб­ра­жен ху­день­кий ма­лень­кий маль­чик с чер­ны­ми как смоль во­лоса­ми, зе­лены­ми гла­зами, шра­мом на лбу и оч­ка­ми.

Это был Гар­ри Пот­тер, ко­торо­му на тот мо­мент ис­полни­лось три го­да...

Примечания:

(1) ... Российской Федерации. - действие фанфика будет происходить в двухтысячных годах. Поэтому не удивляйтесь некоторым временным нестыковкам.

(2) ... сверкнули часы. - это намек на президента В.В. Путина - он носит часы на правой руке. Ему так удобнее (Малый факт - я тоже ношу часы на правой руке.). Т.е. - Иван перенял эту привычку теперешнего хозяина Кремля.
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:12 | Сообщение # 4
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 3. Встре­ча. Ощу­щение.

Ар­тур с ужа­сом ус­та­вил­ся на не­го.

- Я... Не мо­гу. Это же Гар­ри Пот­тер! Ты ведь зна­ешь...

Но Иван пе­ребил его.

- Ты в ту­пике. Или ты от­да­ешь мне его, и спо­кой­но вла­де­ешь той частью, что я ми­лос­ти­во вы­делю те­бе. Ли­бо... Я все же мо­гу рас­ска­зать о не­сос­то­ятель­нос­ти тво­ей эко­номи­ки. Кто-то по­верит, про­верит, обя­затель­но. И шу­му бу­дет мно­го. А по­том и ми­ровой фи­нан­со­вый кри­зис, кста­ти пер­вый в этом ве­ке...

Ар­ту­ру не нра­вит­ся си­ту­ация. Тя­нет на ба­наль­ный шан­таж. Но Иван го­ворит прав­ду, у не­го свои ме­тоды. С дру­гой сто­роны - ко­роле­ва, ко­торая зап­росто смо­жет ука­зать ему на дверь, а сле­ду­ющим ша­гом бу­дет от­лу­чение из стра­ны и даль­ней­шее бе­зумие. Стра­на, ли­шен­ная на­рода, кус­ка зем­ли и пос­то­ян­но­го пре­быва­ния, уга­са­ет очень быс­тро. А тут еще роль сыг­ра­ло и то, что он дал этот чер­тов кре­дит без сог­ла­сия на вы­деле­ние средств, то есть в об­ход мне­ния ко­роле­вы.

Он прос­то ум­рет, ес­ли ему зап­ре­тят ука­зом по­яв­лять­ся на род­ной зем­ле. Эта участь страш­на. Да­же Аме­рика - и тот по­ба­ива­ет­ся не уго­дить пре­зиден­ту! В гроб лезть за­ранее не хо­телось.

- Я дам Гар­ри но­вое имя, ве­ру, мес­то на жи­тель­ство и про­чее. Он бу­дет в лю­бящей его семье, а не в той, что его тер­пит и сов­сем не лю­бит, су­дя по досье, - го­ворил даль­ше Бра­гин­ский, дос­та­вая из пап­ки за­пис­ку, на­писан­ную ак­ку­рат­ным по­чер­ком и с офи­ци­аль­но­го ви­да пе­чатью.

- Дай! - не­ожи­дан­но за­поз­да­ло сре­аги­ровал Ар­тур. Он уз­нал пе­чать од­но­го из сво­их лю­дей и быс­тро про­тянул ру­ку, что­бы заб­рать ее, но Бра­гин­ский ока­зал­ся быс­трее. До бу­маги бы­ло те­перь не до­тянуть­ся.

- Неа, поз­дно. Я уже про­читал ее. Хо­чешь за­читаю не­кото­рые мес­та? Так. "... На те­ле ре­бен­ка об­на­руже­ны мно­жес­твен­ные си­няки и ге­мато­мы. Сам он раз­вит пло­хо, с тру­дом го­ворит, за­тор­мо­жен­ное раз­ви­тие..." Чи­тать даль­ше?

- Нет, все. Хва­тит! - с яростью сог­ла­сил­ся Ар­тур, по­нимая, что Аль­бус Дамб­лдор - лжец. На­до с ним серь­ез­но по­гово­рить. Он ведь го­ворил, что это­го маль­чи­ка бу­дут лю­бить... Обо­жать, как круг­ло­го си­роту...

- У не­го бу­дет кров, боль­шая семья. Своя ком­на­та, а не чу­лан под лес­тни­цей. Дру­гая судь­ба и иное вос­при­ятие ми­ра... - гла­за Бар­гин­ско­го све­тились стран­ны­ми огонь­ка­ми. Ар­ту­ру на миг приш­ло в мозг срав­не­ние - так мер­ца­ют огонь­ки на бо­лоте.

- Убе­дил! - про­орал Кёр­кленд уже бу­дучи в ярос­ти. - За­мол­чи!

Иван ми­ло улыб­нулся, ос­то­рож­но вло­жил в досье за­пис­ку, зак­рыл досье и про­тянул его об­ратно Ар­ту­ру.

- Я сог­ла­сен. Как пос­ту­пим с родс­твен­ни­ками?

- Сот­рем па­мять. А да­лее... Ты ведь сла­дишь с куч­кой сво­их под­кон­троль­ных ма­гов?

Ар­тур не­хотя кив­нул. Хоть от ис­чезно­вения Гар­ри Пот­те­ра под­ни­мет­ся бу­ря, но она так же быс­тро и спа­дет. Да еще и Дамб­лдор - веч­ная за­ноза в зад­ни­це...

- У ме­ня есть воп­ро­сы, - ко­рот­ко обо­ронил Кёр­кленд ус­по­ка­ива­ясь. Иван чуть скло­нил го­лову, приг­ла­шая этим жес­том Ар­ту­ра об­го­ворить все, что он хо­чет. - И ус­ло­вия.

- Я выс­лу­шаю.

- У не­го бу­дет двой­ное граж­данс­тво.

Ут­верди­тель­ный ки­вок.

- Он при­едет в Хог­вартс в один­надцать лет.

- Это не проб­ле­ма. Даль­ше, - со ску­ча­ющим ви­дом Иван слу­шал его речь.

- Его сче­та ты тро­гать не бу­дешь.

- И не со­бира­юсь. Это день­ги при­над­ле­жать лишь ему, и ни­кому боль­ше, - воз­ра­зил на это он. - Ты ме­лочен, Ар­тур.

- Он унич­то­жит Во­лан-де-Мор­та. Это пред­на­чер­та­но ему судь­бой.

Иван при­щурил гла­за. Чуть скло­нил го­лову на­бок. Фи­оле­товые гла­за на миг за­тума­нились, а мо­жет Ар­ту­ру все это толь­ко по­каза­лось...

- Хо­рошо. Но и у ме­ня есть ус­ло­вие. Все­го од­но.

Ар­тур го­рес­тно вздох­нул:

- Го­вори.

- Он бу­дет вы­бирать все сам, в том чис­ле ког­да ста­нет са­мос­то­ятель­ным и взрос­лым. Я го­ворю о про­фес­сии, о даль­ней­шем про­дол­же­нии уче­бы(ес­ли он сам за­хочет), и о вы­боре стра­ны, там, где он за­хочет про­живать до сво­ей смер­ти. Еще он бу­дет знать, кто у не­го ро­дите­ли и кто он сам.

- Идет, - об­ре­чен­но про­гово­рил Ар­тур, уже по­нимая все за­ранее, - по ру­кам.

- Тог­да до­говор зак­лю­чен, - рус­ский про­тянул ему ру­ку - на­до скре­пить при­нятое ру­копо­жати­ем. Так при­нято сре­ди вол­шебни­ков.

Ар­тур с об­ре­чен­ным ви­дом скре­пил ру­копо­жатие. Ру­ку сра­зу же обож­гло: ма­гия скре­пила до­говор. Он по­мор­щился, в от­ли­чие от Ива­на ко­торый да­же не от­ре­аги­ровал на жже­ние, и от­дернул ру­ку.

- Ос­таль­ное ого­ворим еще по­поз­же. - Бра­гин­ский про­тянул ему флеш­ку - Ар­тур, с тру­дом сдер­жи­вая зло­радс­тво и ра­дость по по­воду лег­ко дос­тавшей­ся ему неф­ти, да еще и хо­роше­го ка­чес­тва, су­дя по лег­ко­му не­доволь­ству иног­да прос­каль­зы­вав­ше­му тенью по ли­цу Ива­на, вце­пил­ся в нее. - Но­ут­бук в тво­ем рас­по­ряже­нии. А я нем­но­го от­дохну. Ус­тал я.

- Твоя ком­на­та на вто­ром эта­же, нап­ра­во с циф­рой один.

- Най­ду, не заб­лу­жусь. Удач­но­го прос­мотра.

Иван встал, взял кейс и пус­тую сум­ку из-под но­ут­бу­ка и по­шел на­верх, от­ды­хать.

Ар­тур сра­зу же сел за ос­тавлен­ный ему но­ут­бук. Вре­мя не ждет.

***

За мно­го-мно­го миль от­сю­да, в до­ме но­мер че­тыре по Ти­совой ули­це, Дур­сли сно­ва и сно­ва из­де­вались над Гар­ри Пот­те­ром. Маль­чик уже на­учил­ся тер­петь из­девки сво­их родс­твен­ни­ков, но боль­ная за­ноза уже бы­ла глу­боко в сер­дце. За что его так не лю­бят?

Он ви­дел дру­гих де­тей на ули­це, хо­рошо оде­тых с иг­рушка­ми в ру­ках, улы­ба­ющих­ся, и их ро­дите­лей. Ро­дите­ли об­ни­мали их, го­вори­ли им лас­ко­вые сло­ва, об­ни­мали... По­купа­ли мо­рожен­ное, кон­фе­ты...

А у не­го это­го не бы­ло.

На воп­рос, где его па­па и ма­ма, те­тя от­ве­чала, что они умер­ли, а дя­дя при­бав­лял, что они по­гиб­ли в ав­то­катас­тро­фе. А по­том гром­ко ру­гал­ся на Гар­ри за за­дан­ный им воп­рос. Иног­да боль­но бил ру­кой.

Не­час­то, но Дурсль на­пивал­ся до чер­ти­ков и, тог­да, как уже знал Гар­ри, луч­ше не по­падать­ся у не­го на пу­ти. Да­же те­тя - и та креп­ко-нак­репко за­пира­ла дверь.

Те­тя не об­ни­мала его, су­хо и пре­неб­ре­житель­но раз­го­вари­вая с ним. Гар­ри час­то чувс­тво­вал се­бя лиш­ним в этом до­ме. Чувс­тво оди­ночес­тва день ото дня все уси­лива­лось.

Фо­тог­ра­фий его ро­дите­лей в до­ме не бы­ло. Как и его собс­твен­ных. Во­об­ще бы­ло не за­мет­но, что в до­ме про­жива­ет еще один ре­бенок по­мимо пер­во­го.

Пер­вый, по мне­нию Дур­слей, и са­мый глав­ный - это Дад­ли. Круп­ный, да­же очень, свет­ло­воло­сый маль­чик с ма­лень­ки­ми, юр­ки­ми глаз­ка­ми. Его фо­тог­ра­фий в до­ме бы­ло ве­ликое мно­жес­тво, как и свой ве­лоси­пед, компь­ютер, иг­рушки и про­чее. А у Гар­ри - лишь чу­лан под лес­тни­цей, пло­хая пос­тель, ста­рая одеж­да, из ко­торой вы­рос Дад­ли, и сло­ман­ные иг­рушки, ко­торые бы­ли в боль­шом ко­личес­тве. Дад­ли ло­мал бук­валь­но все, что по­пада­лось под ру­ку.

Гар­ри ста­рал­ся не за­мечать Дад­ли. Он был его лю­бимой иг­рушкой, над ко­торой мож­но без за­заре­ния со­вес­ти по­из­де­вать­ся и сва­лить все: сло­мал­ся ве­лоси­пед - это Гар­ри его сло­мал, раз­бил ва­зу - это Гар­ри, уро­нил пол­ку с кни­гами(хо­тя она яв­но рух­ну­ла по за­валом иг­ру­шек) - Гар­ри ви­новат.

Дур­сли бра­нили и ру­гали его пос­то­ян­но. Оп­равда­ний и прав­ды они не слы­шали, ве­ря Дад­ли, ко­торый за их спи­нами от­кры­то сме­ял­ся, гля­дя как на Гар­ри сно­ва кри­чат.

Как толь­ко все кон­ча­лось, Гар­ри убе­гал в свой чу­лан и горь­ко, но ти­хо пла­кал, что­бы его не ус­лы­шали. Он уже дав­но сми­рил­ся с тем­но­той в чу­лане, от­сутс­тви­ем эле­мен­тарных удобств, со ста­рой одеж­дой, скле­ен­ны­ми ско­чем оч­ка­ми. Но лишь с од­ним он не мог сми­рить­ся - по­чему ему все ни­ког­да не ве­рят?

Ночью, ког­да все в до­ме за­тиха­ло, спал мер­твым сном Дад­ли, Гар­ри ти­хонь­ко вы­бирал­ся из кро­вати и от­прав­лялся смот­реть на звез­ды. Они бы­ли та­кие кра­сивые, что у ре­бен­ка пе­рех­ва­тыва­ло дух. И он, иног­да ви­дя па­да­ющую звез­ду, за­гады­вал од­но-единс­твен­ное же­лание - что­бы хоть ко­му-ни­будь быть не­без­различ­ным, быть род­ным, лю­бимым. Он бы за это сде­лал все, что ему ска­жут! Хоть бы кто-ни­будь заб­рал его от­сю­да!

Но ник­то не ин­те­ресо­вал­ся им, не звал, вот уже ко­торый день. Ник­то не при­ходил...

А по­это­му меч­ты мер­кли день ото дня.

Се­год­ня у не­го пред­сто­ял еще один труд­ный день. Дур­сли у­ез­жа­ли ку­да-то в гос­ти, но при этом за­пира­ли все, кро­ме ту­але­та, ван­ной и кух­ни. По­это­му с ут­ра они бы­ли на нер­вах, по­ка со­бира­лись; на Гар­ри в два ра­за боль­ше обыч­но­го сы­пались нас­мешки и яз­ви­тель­ные ком­мента­рии. Вы­дер­жать нем­но­го и...

А по­том - его жда­ла сво­бода! Поч­ти це­лый день их не бу­дет! В до­ме бу­дет ти­хо и спо­кой­но.

Вот Дур­сли, дав жес­ткий, но за­то пос­ледний на­каз, выш­ли из до­ма и нап­ра­вились к ма­шине. Маль­чик быс­тро под­бе­жал к ок­ну что­бы уви­деть как зах­ло­пыва­ют­ся двер­цы ма­шины и она плав­но вы­ез­жа­ет на до­рогу.

Все. Они у­еха­ли. У не­го вы­рыва­ет­ся вздох об­легче­ния.

В до­ме ти­хо. Гар­ри бе­жит по ко­ридо­ру, дер­гая за двер­ные руч­ки. Ни­чего. Все за­пер­то. А ведь ему так хо­телось нем­но­го по­иг­рать в иг­рушки Дад­ли, пот­ро­гать его ве­лоси­пед, по­лежать на мяг­кой кро­вати те­ти Пе­туньи!

Лад­но, обой­дем­ся тем, что име­ем.

Гар­ри сно­ва про­бежал по ко­ридо­ру, но уже в свою ком­на­ту. Он с ог­ромным удо­воль­стви­ем не­ук­лю­же плюх­нулся на кро­вать, не зак­рыв дверь. В чу­лан на­чал про­никать свет, но все же бы­ло очень сум­рачно.

Он не­воль­но зак­рыл гла­за, и пог­ру­зил­ся в сон...

Ко­торый ока­зал­ся не­дол­гим, так как кто-то на­чал сту­чать­ся в дверь и шум­но топ­тать­ся на по­роге. Да еще и раз­го­вари­ва­ет в пол­ный го­лос, но сло­ва оче­вид­но бы­ли на дру­гом язы­ке. Спро­сонья, Гар­ри сна­чала не по­нимал, от­ку­да до­носит­ся шум.

Гар­ри хоть был и не из пуг­ли­вых, но с ве­ликой ос­то­рож­ностью вы­шел из сво­его чу­лана. В го­лове кру­тились сот­ни мыс­лей. Но он по­нимал од­но - Дур­сли еще не мог­ли так ра­но вер­нуть­ся.

Он ти­хонь­ко выг­ля­нул из-за уг­ла, за ко­торый за­шел на цы­поч­ках.

Руч­ка две­ри зас­кре­жета­ла. И дверь рас­пахну­лась...

Маль­чик не стал смот­реть - ти­хо от­бе­жал от сво­его мес­та, уг­ла, и за­нял стул на кух­не. Он по­чему-то был уве­рен: это не во­ры. Во­ры бы не ста­ли раз­го­вари­вать во весь го­лос и уж точ­но бы не от­кры­вали дверь, а лез­ли бы че­рез ок­но.

В кух­ню вош­ли. Гар­ри мо­мен­таль­но съ­ежил­ся, но ус­пел раз­гля­деть во­шед­ших. Один из них был очень вы­соким - та­ких Гар­ри еще ви­деть не при­ходи­лось. С се­реб­ренны­ми, слов­но се­дыми, во­лоса­ми и яр­ки­ми, прон­зи­тель­ны­ми, фи­оле­товы­ми гла­зами. Дру­гой - ни­же его, ху­доща­вый. Зе­леног­ла­зый и с нем­но­го смеш­ны­ми мох­на­тыми бро­вями.

Гар­ри слов­но что-то при­кова­ло к сво­ему мес­ту: фи­оле­товые, но очень доб­рые гла­за смот­ре­ли пря­мо на не­го, слов­но чи­тая его ду­шу как от­кры­тую кни­гу. И он сам за­мер, не в си­лах от­вести взгляд от ли­ца нез­на­ком­ца. И сов­сем не уди­вил­ся мяг­ко­му, лас­ка­юще­му слух го­лосу:

- Иди ко мне, сол­нышко...

Сол­нышко, его так ник­то ни­ког­да не на­зывал.

Внут­ри Гар­ри что-то со зво­ном сло­малось, раз­би­лось вдре­без­ги и он ки­нул­ся в рас­пахну­тые объ­ятия нез­на­комо­го че­лове­ка. И нас­лаждал­ся неп­ри­выч­ным ему ощу­щени­ем от этих объ­ятий...
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:13 | Сообщение # 5
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 4. Ут­ро. Раз­го­воры.

На стрел­ках бу­диль­ни­ка - поч­ти пять ут­ра. Вста­ющее сол­нце толь­ко-толь­ко на­чина­ет зо­лотить заш­то­рен­ное ок­но. Ко­сой луч све­та, про­ника­ющий сквозь тон­кую щель меж­ду за­навес­ка­ми, ло­жить­ся пря­мо на пос­тель, где мир­но спал под оде­ялом чер­но­воло­сый маль­чик. Маль­чик, слов­но он толь­ко и ждал это­го мо­мен­та, рас­пахнул свои гла­за, ко­торые с ми­нуту при­выка­ли к све­ту в ком­на­те.

Пять ут­ра. Бу­диль­ник из­дал ко­рот­кий писк, но это бы­ло все, что ему уда­лось - маль­чик, до­тянув­шись ру­кой до бу­диль­ни­ка, рез­ко на­жал на кноп­ку от­боя. И сра­зу же встал с кро­вати, от­бро­сив оде­яло.

Он, рас­пахнув двер­цу боль­шо­го шка­фа, быс­тро на­чал оде­вать­ся. Нос­ки, спор­тивные шта­ны, мас­ки­ровоч­но­го ок­ра­са, чер­ная май­ка, ко­жаный ре­мень, тем­ные крос­совки. Пос­пешно за­вязал шнур­ки. По­том по­бежал до ту­але­та, пос­ле - вы­мыл ли­цо и ру­ки в ван­ной. Хо­лод­ная во­да при­ят­но ос­ту­дила ли­цо, смыв ос­татки сон­ной дре­моты. На­пос­ле­док быс­тро заг­ля­нул сно­ва в свою ком­на­ту - удос­то­верить­ся, что ни­чего не за­быто.

И ни ми­нуты бо­лее не за­дер­жи­ва­ясь в сво­ей ком­на­те, по­торо­пил­ся спус­тить­ся вниз по лес­тни­це на пер­вый этаж, в боль­шую кух­ню.

На по­роге он на се­кун­ду за­мер. Он был не пер­вым, кто встал так ра­но.

Вы­сокий че­ловек в се­рой май­ке мир­но пил что-то из бе­лой круж­ки с двуг­ла­вым ор­лом на крас­ном фо­не. На спи­не бы­ли вид­ны ста­рые шра­мы. По кух­не плыл за­пах хо­рошо сва­рен­но­го ко­фе.

Че­ловек, си­дящий спи­ной к двер­но­му про­ему, обер­нулся, ус­лы­шав ос­то­рож­ные ша­ги маль­чи­ка. Он улыб­нулся вхо­дяще­му в кух­ню; прек­расные аме­тис­то­вые гла­за свер­кну­ли от ра­дос­ти:

- С доб­рым ут­ром, Кон­стан­тин.

- С доб­рым ут­ром, отец. Ну как ты умуд­ря­ешь­ся вста­вать рань­ше ме­ня? - раз­до­садо­вано про­гово­рил Кон­стан­тин, плю­ха­ясь на свое мес­то ря­дом с па­пой. - Я ведь пос­та­рал­ся быс­тро одеть­ся!

- Мне се­год­ня на­до в Кремль... вот, бу­ду от­чи­тывать­ся пе­ред пре­зиден­том. Вот и встал по­рань­ше не­кото­рых, - не удер­жался муж­чи­на от лег­ко­го под­ко­ла над сы­ном.

- Пап... - жа­лоб­но про­тянул сын.

- Пош­ли, - зас­ме­ял­ся Иван, отод­ви­гая от се­бя круж­ку, и об­ни­мая маль­чи­ка за пле­чи, - нам на­до раз­мять­ся...

Они оба сра­зу же вста­ли на но­ги. Иван под­ви­нул стул об­ратно к сто­лу. То же сде­лал и Кон­стан­тин.

На­пос­ле­док, пе­ред тем как вый­ти за по­рог, Кон­стан­тин оки­нул се­бя вни­матель­ным взгля­дом в зер­ка­ло. На не­го смот­рел ху­день­кий, чер­но­воло­сый маль­чик лет де­сяти-один­надца­ти. Его гла­за бы­ли стран­ны­ми - тем­но-зе­лены­ми с ка­кой-то фи­оле­товой ис­крой внут­ри; иног­да ему са­мому ка­залось, что его гла­за чер­ные как ночь. Тон­кие чер­ты ли­ца, за­ос­трен­ный нос. Во­лосы на за­тыл­ке об­ра­зовы­вали ви­хор, ко­торый бы­ло прос­то не­воз­можно пог­ла­дить или приг­ла­дить лю­бой рас­ческой. Хо­тя Кон­стан­тин, по при­выч­ке, по­пытал­ся сно­ва приг­ла­дить их ру­ками. Но они на­обо­рот взды­бились еще боль­ше.

- Кон­стан­тин, ты ско­ро? - ок­ликнул его отец. Он уже сто­ял око­ло сту­пенек, ко­торые ве­ли к до­рож­ке, и неб­режно про­иг­ры­вал связ­кой клю­чей.

- Уже иду! - ви­нова­то встре­пенул­ся маль­чик и быс­тро выс­ко­чил сле­дом. И зак­рыл дверь. Иван Бра­гин­ский про­шагал к прик­ры­той две­ри и окон­ча­тель­но зак­рыл ее на ключ.

Ключ упо­ко­ил­ся в кар­ма­не его шта­нов под креп­кой мол­ни­ей. Они спус­ти­лись со сту­пенек.

- Ну, - спро­сил Иван у Кон­стан­ти­на, ко­торый мял­ся пе­ред по­сыпан­ной пес­ком до­рож­кой, - че­го сто­им, ко­го ждем? По­бежа­ли!

Оба сра­зу же рва­нули со сво­их мест. На­чал­ся, в об­щем, день как обыч­но, с бе­га.

Они бе­гали так вот уже семь лет. Каж­дое ут­ро, не взи­рая на по­году. Лишь толь­ко су­пер пло­хое са­мочувс­твие яв­ля­лось дос­той­ной при­чиной от­ка­за от ут­ренней про­беж­ки. Но та­кое сос­то­яние у них обо­их бы­ло не в чес­ти. Оно по­казы­вало лишь сла­бость и нес­по­соб­ность к прос­тым дей­стви­ям, че­го ка­тего­ричес­ки так не­нави­дел Иван. Кон­стан­ти­ну при­ходи­лось толь­ко под­чи­нять­ся.

От­но­шения с от­цом, хоть и не род­ным, скла­дыва­лись у Кон­стан­ти­на не так прос­то. Очень час­то они ожес­то­чен­но спо­рили по са­мым раз­ным пус­тя­кам, иног­да отец мог при­менить и весь­ма гру­бую си­лу. Но маль­чик свык­ся, при­вык и по­любил столь раз­носто­рон­нюю лич­ность как Иван Бра­гин­ский. И во­об­ще - ха­рак­тер у обо­их был за­вид­ный: у обо­их - гро­мад­ное тер­пе­ние, от­личная вспыль­чи­вость (это приз­на­вал да­же Гил­берт - Ка­линин­град), ка­тего­ричес­кое не при­нятие то­го или ино­го прин­ци­па. Фи­лософ­ские раз­мышле­ния от­ца от ко­торых при­ходил в ужас да­же чо­пор­ный дя­дя Ар­тур, с лих­вой ком­пенси­рова­ли ло­гику и хо­лод­ный рас­чет Кон­стан­ти­на.

Ах да, ма­лень­кий эк­скурс в прош­лое. Гар­ри Пот­тер пе­рес­тал су­щес­тво­вать с да­ты под­пи­сания од­ной бу­маги - до­гово­ра на усы­нов­ле­ние, а в ми­ре по­яви­лась та­кая не­ор­ди­нар­ная лич­ность, как Кон­стан­тин Бра­гин­ский. Ина­че - род­ной сын Ива­на Бра­гин­ско­го. Дур­слям без­жа­лос­тно стер­ли па­мять зель­ями, и они бла­гопо­луч­но боль­ше не вли­яли на маль­чи­ка. Да и знать что-ли­бо боль­ше не хо­тели.

Иван с вос­торгом вос­при­нял воз­ло­жен­ную на не­го роль от­ца. Ему уже дав­но хо­телось иметь обыч­ное ди­тя, но дар пер­со­нифи­кации, к со­жале­нию, не мо­жет по­дарить та­кого чу­да в со­юзе с дру­гой та­кой же стра­ной. Хо­тя ес­ли бы он свя­зал­ся с обыч­ным че­лове­ком, то... Тут был бы один шанс на мил­ли­он при­мер­но.

В ис­то­рии бы­вали слу­чаи рож­де­ния та­ких де­тей, но край­не ред­ко де­ти до­жива­ли до прек­лонных лет, так как от­дать жизнь за свою ро­дину, за лю­дей, за ца­ря, го­суда­ря и пре­зиден­та ка­залось им очень ес­тес­твен­ным и пе­рек­ры­вало все ин­стинкты са­мосох­ра­нения.

У са­мого Ива­на за всю ис­то­рию бы­ло лишь од­но та­кое ди­тя. И он от­дал свою жизнь за ца­ря, пред­почтя уме­реть за мир и еди­ную власть в го­сударс­тве.

Но Гар­ри, а точ­нее Кон­стан­тин (о Гар­ри сле­дова­ло за­быть нав­сегда), был не­обыч­ным ре­бен­ком. По­мимо ма­гии, и весь­ма не сла­бой, Иван смог уви­деть в нем сво­его пре­ем­ни­ка. А вот это уже бы­ло го­раз­до серь­ез­нее.

Иван дол­го и с изум­ле­ни­ем раз­гля­дывал ре­зуль­та­ты се­мей­но­го го­беле­на, что был спе­ци­аль­но, пос­ле усы­нов­ле­ния, за­казан у гоб­ли­нов Грин­готса. Гар... Кон­стан­тин ока­зал­ся рус­ским на чет­верть.

Его мать, Ли­ли, бы­ла на­поло­вину рус­ской - отец был вы­ход­цем из Со­вет­ско­го Со­юза, мать - ко­рен­ная ан­гли­чан­ка. Так что... смесь кро­вей обес­пе­чива­ла и ему, и Ар­ту­ру на­деж­ную за­щиту.

Еще Иван за­метил на­личие в Кон­стан­ти­не чу­жерод­ной сущ­ности. Это про­яви­лось бук­валь­но в пер­вые дни пре­быва­ния с ним. Маль­чик со­вер­шенно не­воль­но раз­бил круж­ку, по­дарен­ную Ива­ну еще в СССР его сес­трой на день рож­де­ние. Иван при­шел в ярость, а маль­чик од­ним уда­ром мол­нии смог заг­нать Бра­гин­ско­го в сту­пор. По­сове­щав­шись поз­же с Ар­ту­ром (при этом ус­по­ка­ивая сы­на), он с ним при­шел к од­но­му и то­му же вы­воду - иную сущ­ность на­до по­гасить лю­быми дос­тупны­ми средс­тва­ми.

Что и бы­ло сде­лано сов­мес­тны­ми уси­ли­ями.

Ока­зыва­ет­ся, внут­ри си­дела од­на из са­мых злов­редных сущ­ностей это­го ми­ра. Так ска­зали спе­ци­алис­ты из От­де­ла тайн. Ар­тур с тру­дом осоз­на­вал ска­зан­ное, Ива­ну да­же приш­лось от­па­ивать его ус­по­ка­ива­ющим зель­ем поз­же. За­то...

Ма­гия маль­чи­ка уси­лилась, слов­но эта сущ­ность бы­ла па­рази­том, ко­торый ме­шал ему жить. Маль­чик стал бо­лее улыб­чи­вым, счас­тли­вым и бо­лее раз­го­вор­чи­вым. Шрам со лба ис­чез, че­му Иван нес­ка­зан­но об­ра­довал­ся. По край­ней ме­ре, не бу­дут драз­нить в шко­ле. Да и зре­ние вос­ста­нови­лось.

Иван не ска­зал Ар­ту­ру са­мого глав­но­го: он, при­бег­нув к спе­ци­аль­но­му зелью, час­тично сме­нил маль­чи­ку кровь. Это до­пол­ни­тель­ная га­ран­тия к бе­зопас­ности сы­на.

Вер­немся в на­ше вре­мя.

На­ши ге­рои быс­тро бе­жали по улоч­кам при­горо­да Мос­квы. Мно­гие жи­тели с улыб­ка­ми смот­ре­ли им вслед: боль­но ин­те­рес­но они смот­ре­лись вмес­те, бе­гущие ря­дом. При­чем маль­чик не от­ста­вал от взрос­ло­го, очень вы­соко­го, с се­реб­ристы­ми во­лоса­ми. Муж­чи­на выг­ля­дел очень бру­таль­но: яв­но во­ен­ная вып­равка, мус­ку­лы и шра­мы.

Отец с сы­ном вско­ре до­бежа­ли до об­ще­го, зна­комо­го им мес­та. И тут ос­та­нови­лись. Кон­стан­тин сог­нулся, упи­ра­ясь ру­ками в ко­лени и глу­боко ды­ша. Иван ми­нуту на­зад пос­ту­пил точ­но так­же.

- Хо­роший де­нек, пря­мо для про­гул­ки, - Иван вып­ря­мил­ся и те­перь гля­дел на сог­ну­тую спи­ну сы­на, ко­торый пы­тал­ся от­ды­шать­ся.

- Да, - прох­ри­пел за­пыхав­ший­ся Кон­стан­тин. В ито­ге он то­же вып­ря­мил­ся. Пить хо­телось го­раз­до силь­нее чем да­же есть. - Пап, - об­ра­тил­ся к от­цу Кон­стан­тин: они тем вре­менем усе­лись на бор­тик ни­зень­ко­го фон­та­на. Па­да­ющая во­да соз­да­вала от­личный фо­новый шум, га­ран­ти­руя пол­ное от­сутс­твие прос­лушки и не­нуж­ных сви­дете­лей, - а как я бу­ду про­водить ка­нику­лы?

- Сна­чала мы с то­бой на­вес­тим на­шего ге­роя - по сов­мести­тель­ству крес­тно­го...

- Не­деля фаст-фу­да! Я это­го не вы­несу! - прос­то­нал Кон­стан­тин да­же не скры­вая го­рес­ти в го­лосе.

- Всег­да сна­чала ме­ня дос­лу­шай до кон­ца, сын. Мы едем все­го-нав­се­го на три дня...

- ... а по­том са­дим­ся на ме­сяц на ди­ету.

- Кон­стан­тин! - не­доволь­но рык­нул Иван, хо­тя по его ви­ду бы­ло яс­но: он раз­ве­селил­ся от реп­ли­ки сы­на. Фи­оле­товые гла­за ве­село поб­лески­вали. - Выс­лу­шай ме­ня!

- Слу­шаю и по­вину­юсь.

Иван с тру­дом по­давил в се­бе же­лание дать сы­ну ка­чес­твен­ный под­за­тыль­ник. Вы­пад ехид­но­го ком­мента­тора по­ка ос­тался без от­ве­та. Но язык у Кон­стан­ти­на был под­ве­шен вне вся­ких сом­не­ний, прос­то за­меча­тель­но.

- Три дня - у Аль­фре­да, я с ним по Аф­га­нис­та­ну хо­тел по­гово­рить. По­том мы за­дер­жимся у тво­его пер­во­го крес­тно­го: Ар­ту­ра...

- О, кру­то!

- В рус­ском язы­ке так мно­го кра­сивых слов, а ты выб­рал имен­но аме­рикан­ский сленг! - Иван де­монс­тра­тив­но под­нял гла­за и ру­ки к не­бу. - За что мне это!

Кон­стан­тин при­умолк. По­ка.

- Лад­но. Мы там спра­вим и твой день рож­де­ния.

- По­чему пап?

- Те­бе ис­полня­ет­ся один­надцать. Нас­та­ла по­ра от­прав­лять те­бя в ма­гичес­кую шко­лу, - тут Иван по­низил го­лос, - ты по­едешь в Хог­вартс. Так я клят­венно обе­щал Кёр­клен­ду...

- Но... - по­пытал­ся сла­бо воз­ра­зить Кон­стан­тин.

- Ни­каких но! За­тем ос­та­ток ка­никул ты про­ведешь у Ва­на Яо. За­од­но по­дучишь ки­тай­ский. Он ме­ня дав­но про­сил пе­ревес­ти те­бя.

- Я по­еду пер­во­го сен­тября в Ан­глию?! - уди­вил­ся Кон­стан­тин до глу­бины ду­ши. Его тем­но-зе­леные с фи­оле­товы­ми ис­кра­ми гла­за гля­дели пря­мо в фи­оле­товые, поч­ти ле­дяные гла­за от­ца.

Кон­стан­тин по­нял, что все ре­шили за не­го. В шко­лу ма­гии он по­едет не смот­ря ни на что, да­же ес­ли для это­го при­дет­ся ки­нуть ядер­ную бом­бу. Так го­вори­ли гла­за от­ца и его неп­ро­бива­емое вы­раже­ние ли­ца, слиш­ком уж хо­рошо зна­комое всем стра­нам и мно­гим важ­ным лю­дям из пра­витель­ства.

- Хо­рошо, - че­рез пять ми­нут по­кор­но про­гово­рил маль­чик - отец свер­лил его взгля­дом, от ко­торо­го мно­гим ста­нови­лось не­хоро­шо, в том чис­ле и ему са­мому. - Я вы­пол­ню твои обе­щания.

- Вот и слав­но. Пош­ли? А то я к пре­зиден­ту не ус­пею...

Об­ратно они оба уже прос­то ша­гали, а не бе­жали, раз­гля­дывая пос­те­пен­но ски­дыва­ющий пос­ледние ни­ти сна с се­бя го­род.

- Ко мне зав­тра Холл при­ез­жа­ет, - обо­ронил Иван. Кон­стан­тин сра­зу же встал на мес­те как вко­пан­ный.

- По­чему ты мне рань­ше не ска­зал?!

При­езд Хол­ла ни­чем хо­рошим обыч­но не за­кан­чи­вал­ся. Кон­стан­тин та­ких слу­ча­ев на свей па­мяти не пом­нил. Ли­бо ут­ром бы­ли все пь­яные и до­ма бы­ло не­весть что, ли­бо их всех при­ходи­лось ис­кать по всем выт­резви­телям го­рода. Хо­рошо, что у Ива­на хоть есть друзья во всех ор­га­нах влас­ти.

Обыч­но Кон­стан­тин за­пирал­ся на все зам­ки в сво­ей ком­на­те и не вы­ходил до са­мого ут­ра. Пь­ян­ка с Хол­лом бы­ла знат­ной.

- А ты и не спра­шивал.

- Ммм... - с тру­дом, сжав зу­бы, по­давил креп­кое слов­цо, Кон­стан­тин. Отец иног­да по­ражал его.

Тем вре­менем, они быс­трым ша­гом дош­ли до две­ри сво­его до­ма, где они оби­тали. В зам­ке заг­ро­хотал ключ, и дверь рас­пахну­лась.

Кон­стан­тин про­пус­тил от­ца в душ. За­тем Иван, пе­ре­одев­шись в свой па­рад­ный кос­тюм и шарф, быс­тро по­кинул пре­дел до­ма. Во дво­ре его уже жда­ла ма­шина с фла­гами и во­дите­лем.

Кон­стан­тин ма­хал ему че­рез ок­но.

А он сам, пос­ле ухо­да па­пы, нес­пешно за­нял­ся ос­таль­ны­ми де­лами. А их пред­сто­яло се­год­ня очень и очень мно­го...
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:14 | Сообщение # 6
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 5. Гил­берт. Родс­твен­нички.

Кон­стан­тин стре­митель­но уби­рал все, что мо­жет раз­бить­ся и рас­ко­лоть­ся в са­мые даль­ние ящи­ки, уг­лы и с глаз до­лой. Нас­пех он на­чал пы­лесо­сить квар­ти­ру. Отец дол­жен вот-вот вер­нуть­ся: уже око­ло трех ча­сов.

Он поч­ти уб­рал в при­хожей, как в дверь нас­той­чи­во и дол­го проз­во­нили. Кон­стан­тин спо­кой­но уб­рал и вык­лю­чил пы­лесос, из­влек из-за па­зухи нож и дви­нул­ся от­кры­вать наг­ло до сих пор трез­во­нив­ше­му в двер­ной зво­нок че­лове­ку.

Быс­тро оки­нув на­ходив­ше­гося на по­роге в гла­зок, Кон­стан­тин, тяж­ко вздох­нув, от­крыл дверь. Нож ис­чез в кар­ма­не.

Сра­зу же жел­той мол­ни­ей ми­мо про­лете­ла до ужа­са зна­комая ма­лень­кая пташ­ка, а сле­дом с кри­ком:

- Вы ску­чали по Ве­лико­му мне? - про­тис­нулся Гил­берт, на­конец пе­рес­тав зво­нить. С од­ним-единс­твен­ным че­мода­ном. Его крас­ные гла­за и бе­лые во­лосы ре­зали гла­за в по­лутем­ной при­хожей. - Я не по­нял, а где все?

- При­вет, дя­дя Гил­берт. Я так ску­чал! - Кон­стан­тин ки­нул­ся в рас­пахну­тые объ­ятия Ги­ла. Жел­тая птич­ка кру­жила над их го­лова­ми вы­писы­ая кру­ги.

- А где все? При­вет-при­вет, ма­лыш! - Гил лю­бов­но про­вел по его го­лове, взлох­ма­тив жес­ткой ру­кой во­лосы еще силь­нее.

- Отец - у пре­зиден­та, но ско­ро дол­жен вер­нуть­ся, - от­ве­тил Кон­стан­тин, опять пы­та­ясь приг­ла­дить сто­ящие ды­бом во­лосы.

- Я го­лод­ный, есть что-ни­будь? В са­моле­тах сквер­но кор­мят. Моя птич­ка во­об­ще ни­чего не ела. Да ее приш­лось вез­ти к то­му же тай­но...

Наз­ванная гром­ко за­чири­кала - за­пела.

- Пош­ли все на кух­ню, свар­га­ню я сей­час что-ни­будь... За про­дук­та­ми я хо­дил еще вче­ра. - Кон­стан­тин быс­тро пе­ренес че­модан че­рез по­рог, об ко­торый мож­но лег­ко за­цепить­ся и по­лететь (что каж­дый раз про­делы­вал его крес­тный но­мер три, Аль­фред Ф. Джонс, бы­вая в этом до­ме. Имен­но по­это­му отец не хо­тел ме­нять по­рог. Ког­да еще нас­ла­дишь­ся ви­дом ле­жаще­го у сво­их ног Аме­рики?), от­ста­вил в сто­рону и они вдво­ем, не счи­тая пти­цы, пош­ли на кух­ню.

Ка­линин­град с нас­лажде­ни­ем раз­ва­лил­ся на од­ной сто­роне сто­ла. И ис­ко­са пог­ля­дывал на ма­нипу­ляции Кон­стан­ти­на. Птич­ка уже кле­вала зер­но из бе­лос­нежной чаш­ки с от­би­той руч­кой и тре­щиной по­сере­дине.

Кон­стан­тин, не от­вле­ка­ясь от го­тов­ки на лиш­ние раз­го­воры, грел на пли­те сра­зу три блю­да од­новре­мен­но: борщ, кот­ле­ты и кар­тошку.

Отец, воз­вра­ща­ясь от пре­зиден­та, по­чему-то всег­да ел в три гор­ла.

В ито­ге, по­дав го­рячий борщ со сме­таной и сняв ос­таль­ное с пли­ты, зак­рыв крыш­ка­ми, Кон­стан­тин сел ря­дом с Ги­лом, ко­торый с ра­достью на­кинул­ся на еду. Птич­ка, под­ле­тев к ста­кану с во­дой, чер­па­ла сво­им клю­виком во­ду и, смеш­но зад­рав его, пи­ла взах­леб.

- А что ты де­ла­ешь? - спро­сил бо­лее-ме­нее на­ев­ший­ся Гил­берт у Кон­стан­ти­на. Птич­ка вспор­хну­ла ему на пле­чо.

- Я? Учу.

- А что?

Кон­стан­тин толь­ко вздох­нул.

- Ес­ли те­бе что-ни­будь го­ворит сло­восо­чета­ние: "Сбор­ник сла­вян­ских зак­ли­наний", то я толь­ко об­ра­ду­юсь. Я об­ра­ду­юсь?

- Э­ээ, нет, по­жалуй, ксе-ксе, - хи­хик­нул Гил­берт.

- То-то и оно. А мне на­до вы­учить не мень­ше пя­ти... Зак­ля­тий.

- Я всем по­дар­ки при­нес, в том чис­ле и те­бе. - Пе­ревел раз­го­вор в нуж­ное рус­ло Бай­льшмидт. - Толь­ко от­цу не го­вори, что я...

- Та­аак! - раз­несся в при­хожей мощ­ный, звуч­ный го­лос Ива­на, - я до­ма!

- В дру­гой раз, пле­мян­ник. - Грус­тно улыб­нулся Гил­берт. И вновь на­цепил ра­дос­тное (или вы­зыва­юще дер­зкое - у не­го они не раз­ли­чались) вы­раже­ние ли­ца - Иван уже вхо­дил в пре­делы кух­ни. - При­вет, Иван!

- Гил­берт? Ты? Я и не ду­мал, что ты так ско­ро вер­нешь­ся! - Иван по­жал ему ру­ку. Гил с тру­дом по­пытал­ся не руг­нуть­ся: фир­менное ру­копо­жатие Бра­гин­ско­го, из­вес­тное во всем ми­ре, зап­росто мо­жет сло­мать ру­ку в нес­коль­ких мес­тах. - Как Люд­виг?

- Да нор­маль­но. Эко­номи­ка хо­рошая, ста­биль­ная. Бу­маг мно­го, но справ­ля­ет­ся. Все как всег­да. По­дар­ки вот, при­вез.

- О, и что мне?

- Как всег­да... - Гил­берт мно­гоз­на­читель­но кив­нул на Кон­стан­ти­на. Кон­стан­тин скри­вил­ся: ну по­чему его все счи­та­ют ма­лень­ким?

Хо­тя по мер­кам всех стран - он еще в пе­лен­ках ле­жит, за­вер­ну­тый.

Бра­гин­ский ус­мехнул­ся:

- Ну, ско­ро нас­та­нет вре­мя поп­ро­бовать и его. Ко мне зав­тра Холл при­ез­жа­ет, кста­ти...

- Очень вов­ре­мя.

- Ага. А что у нас на обед?

- Пап, будь добр...

- Э, нет, сын, это ты будь добр...

Кон­стан­тин зло ус­та­вил­ся в гла­за Ива­на. Гил­берт с ин­те­ресом пе­рево­дил взгляд с од­но­го на дру­гого: их пе­репал­ки иног­да пе­рерас­та­ли в хо­рошие дра­ки в ко­торых он с удо­воль­стви­ем учас­тво­вал. Как третья сто­рона.

В этот раз про­иг­рал Иван. И он тут же по­шел на­ливать се­бе борщ са­мос­то­ятель­но, как и класть в та­рел­ку кар­тошку со го­рячи­ми кот­ле­тами. Кон­стан­тин до­воль­но от­ки­нул­ся на си­дении: вы­иг­ры­вал в гля­дел­ки он ред­ко.

Гил­берт ра­зоча­рован­но вздох­нул.

- Те­бе что, драк в Гер­ма­нии не хва­тило? - про­из­нес Иван, ис­крен­не уди­вив­шись.

Гил сра­зу мыс­ленно вер­нулся в Гер­ма­нию, вспом­нил каж­дую свою дра­ку: они с Люд­ви­гом хо­рошень­ко вы­пива­ли в даль­ней пив­ной, по­том воз­вра­щались че­рез весь го­род, не трез­вые. Прик­лю­чений по до­роге всег­да хва­тало с лих­вой на дво­их.

А учи­тывая "тем­ное прош­лое" дво­ицы...

Кон­стан­тин же ду­мал как сбе­жать из до­ма все­го на один ве­чер. Это пол­ный трын­дец! Эти двое ни­чего це­лого в до­ме не ос­та­вит, а в со­чета­нии с во­инс­твен­ным дя­дей Гил­бертом Бай­льшмид­том - эта смесь из гре­мучей пе­рехо­дила в сос­тав ядер­ной. А еще и Холл со сво­ими сме­сями...

А еще - им же на ут­ро на­до опох­мелку го­товить. Или зелье про­тив го­лов­ной бо­ли. Су­пер прос­то!

- Пап, а как же я? - жа­лоб­но про­из­нес ре­бенок. - Что я с ва­ми тре­мя бу­ду де­лать?

- Мы да­дим те­бе пис­то­леты, а еще... - тут Гил­берт хо­тел что-то ска­зать даль­ше, но Бра­гин­ский ре­шитель­но зат­кнул ему рот:

- Ты в гос­ти к На­таше по­едешь? Она не про­тив, а ты хоть ее от­вле­чешь. От ме­ня. На один день. Как идея?

Кон­стан­тин за­улы­бал­ся во все ли­цо. Мо­лодец, па­па. Идея неп­ло­хая, учи­тывая что он сам хо­чет на­учит­ся без про­маха ме­тать но­жи как те­тя Бе­ларусь. Он ее зап­росто уго­ворит... Хоть бы отец по­том не уз­нал.

- Я сог­ла­сен, отец! - на гу­бах маль­чи­ка за­иг­ра­ла ко­вар­ная улыб­ка. Иван пе­рех­ва­тил эту улыб­ку; он по­нял прек­расно, что ни­чего это хо­роше­го не су­лит, но вы­бора осо­бо не бы­ло.

- Как пре­зидент? - сно­ва пе­ревел раз­го­вор Гил­берт.

- Фронт ра­бот всег­да боль­шой, а в Рос­сии - осо­бен­но, Гил. Мы не сы­тые ев­ро­пей­цы. Мы как на вул­ка­не жи­вем. То од­но, то дру­гое. То там тон­ко, то там рвет­ся... Как всег­да. Иног­да и он сам в ужас при­ходит.

- Ве­рю. Но ва­шего пре­зиден­та там ува­жа­ют.

- Не сом­не­ва­юсь, - фыр­кнул Иван, бе­ря в ру­ку круж­ку до вер­ху на­пол­ненную ча­ем, - Аль­фред при­вык наг­ло по­лучать все на блю­деч­ке с го­лубой ка­емоч­кой, а тут та­кое...

- Пап, - пре­рывая их гро­зив­ший за­тянуть­ся на дол­гие ча­сы раз­го­вор о по­лити­ке, на­чал го­ворить Кон­стан­тин, - я пой­ду к се­бе? Я все уб­рал, ору­жие спря­тал... В об­щем, пить не бой­тесь.

- Ум­ничка. Ко­неч­но, иди к се­бе. Ты ел?

- Без вас еще... да, ел.

И Кон­стан­тин быс­тро по­кинул тер­ри­торию кух­ни, по­ка отец еще не вспом­нил о не вы­учен­ных до сих пор сла­вян­ских зак­ли­нани­ях... Со­бирать­ся.

Иван, ус­ме­ха­ясь, смот­рел ему вслед.

***

Кон­стан­тин спеш­но пе­реп­ря­тал ве­щи и про­верил все зам­ки на две­ри. Дверь бы­ла с сек­ре­том: сна­ружи де­рево, внут­ри - же­лезо. Зав­тра нуж­но что­бы она вы­дер­жа­ла креп­кий ку­лак и удар во­доп­ро­вод­ной тру­бой в об­ласть зам­ка. Так, на вся­кий слу­чай.

Со­бирать че­модан не бы­ло нуж­ды. Ведь на один день едет.

Па­ра брюк и фут­бо­лок, крос­совки да кни­га с те­лефо­ном. День­ги, до­кумен­ты. Вро­де все... А нет, не все.

Кон­стан­тин пин­ком выд­ви­нул че­модан из-под кро­вати. От­крыв его, он на­чал рыть­ся в его нут­ре, бит­ком за­вален­ном не­нуж­ны­ми, на пер­вый взгляд, ве­щами.

Пис­то­лет (по­дарок от­ца) скрыл­ся за рем­нем брюк. Крыш­ка че­мода­на зах­лопну­та, он сам зад­ви­нут еще даль­ше под кро­вать. Один фла­кон­чик зелья - и все, к кро­вати, как и в его ком­на­ту - боль­ше не зай­ти.

По­весив лег­кую сум­ку на пле­чо, Кон­стан­тин зак­рыл дверь в ком­на­ту и по­вер­нул ключ в зам­ке. Ключ спря­тал в кар­ман, он уне­сет его с со­бой.

Отец ждал его в двер­ном про­еме. И сра­зу же пе­рех­ва­тил за ло­коть.

- Хэй! - не­доволь­но вос­клик­нул Кон­стан­тин, ког­да хо­лод­ная ру­ка от­ца ныр­ну­ла ему под фут­болку и вы­тащи­ла пис­то­лет. Отец по­качал го­ловой:

- Это на та­мож­не за­секут. Я не дам те­бе его взять.

- Но...

- Те­бя На­таш­ка еще на та­мож­не пе­рех­ва­тит, ус­по­кой­ся. Пош­ли, вре­мя не ждет. Она... Так ска­зать, всег­да при ору­жии.

Они оба выш­ли из до­му. Гил­берт по­махал им из ок­на.

***

- Бра­ти­иик! - раз­дался го­лос На­таши, ко­торый и в гро­бу Бра­гин­ско­му снить­ся бу­дет. Они толь­ко что прош­ли та­можен­ный дос­мотр. И сто­яли сре­ди люд­ско­го по­тока.

Иван по­пытал­ся слить­ся со сте­ной, стать мень­ше. Но, ра­зуме­ет­ся, у не­го это не по­лучи­лось. Гля­дя на его ухищ­ре­ния, Кон­стан­тин вспом­нил его всколь­зь бро­шен­ную фра­зу, что все близ­кие и даль­ние родс­твен­ни­ки дол­жны жить где-ни­будь на Ко­лыме.

- Мы здесь! - не скры­вая ве­селос­ти в го­лосе, крик­нул Кон­стан­тин. Иван с от­ча­яни­ем от­ри­цатель­но вер­тел го­ловой, рас­ши­рен­ны­ми от ужа­са гла­зами гля­дя на сы­на, ко­торый улы­бал­ся во все свои трид­цать три зу­ба. И ми­ло рас­па­хивал объ­ятия для спе­шив­шей к не­му На­таши. - Здравс­твуй­те, те­тя На­таша!

- Здравс­твуй, род­ной, здравс­твуй.

Ар­лов­ская с обо­жани­ем об­ви­ла ру­ками пле­мян­ни­ка. По­том с та­ким же, да­же боль­шим, обо­жани­ем гля­нула на бед­но­го и нер­вно ик­нувше­го Ива­на, ко­торый пой­мал ее жад­ный взгляд - он все еще пы­тал­ся быть ма­лень­ким и не­замет­ным.

- А...

- Я, по­жалуй, пой­ду... - жа­лоб­но про­из­нес Иван, те­ребя шарф на шее. - Дел мно­го... По­ка.

На­талья Ар­лов­ская из­да­ла вопль хищ­ни­ка, упус­тивше­го до­бычу из свои ког­тей. Иван ско­ропа­литель­но ис­чез из ви­ду.

Кон­стан­тин толь­ко пос­ме­ивал­ся: Бе­ларусь, свою те­туш­ку, он не бо­ял­ся.

- Те­тя На­таша! На­учи ме­ня ме­тать но­жи! - об­ра­тил­ся Кон­стан­тин к те­те, ког­да они ока­зались вне пре­делов слы­шимос­ти ад­ми­нис­тра­тив­но­го зда­ния. Они как раз вош­ли в от­кры­тую ка­лит­ку, сто­ящую пе­ред до­мом Ар­лов­ской.

Пог­рус­тнев­шие гла­за Бе­лору­сии вспых­ну­ли бе­зуми­ем вновь. Она оце­нива­юще оки­нула маль­чи­ка взгля­дом:

- А ты, ока­зыва­ет­ся, не про­мах. Кон­че­но же, с ог­ромной ра­достью!

***

- Ру­ку жес­тче! Не ди­рижер­скую па­лоч­ку дер­жишь! - ры­чала На­таша на Кон­стан­ти­на, за­быв о сво­ей сдер­жаннос­ти, - лю­бой пред­мет в тво­их ру­ках дол­жен пред­став­лять опас­ность! А те­перь - да­вай!

Нож, зло­веще под­ра­гивая, во­шел в ми­шень по са­мую ру­ко­ят­ку. Взмы­лен­ный Кон­стан­тин по­бед­но пог­ля­дел на нее.

- Мо­лодец, - су­хо отоз­ва­лась На­таша.

- Ста­ра­юсь, - прох­ри­пел Кон­стан­тин: они уже око­ло трех ча­сов ме­тали эти чер­то­вы но­жи. Те­тя не да­вала ему да­же вздох­нуть нор­маль­но, бы­ла слиш­ком при­дир­чи­вой и стро­гой. Пить хо­телось ужас­но.

- Пош­ли ко мне в дом. А, кста­ти, мне на­до бы во­ды из ко­лод­ца дос­тать, под­со­бишь?

- Ко­неч­но, те­тя, - спо­кой­но по­гово­рил Кон­стан­тин, хо­тя в мыс­лях сей­час уже на­чинал жа­леть о сво­ем сог­ла­сии: луч­ше си­деть сей­час в сво­ей ком­на­те с дро­бови­ком, нас­то­роже.

***

Пь­ян­ка в до­ме Бра­гин­ско­го бы­ла в са­мом раз­га­ре.

Холл ку­рил по­доз­ри­тель­ную смесь, яв­но зап­ре­щен­но­го ха­рак­те­ра. На его ли­це иног­да рас­плы­валась до­воль­ная улыб­ка как у че­шир­ско­го ко­та. Гил вел се­бя, мяг­ко го­воря, не­адек­ватно: сум­марно при­нятое на грудь ко­личес­тво ог­ненной сме­си пря­мо про­пор­ци­ональ­но вли­яло на и без то­го не­лег­кий ха­рак­тер. Сей­час он сос­ре­дото­чено кру­тил огу­рец на вил­ке.

А вот са­мого Ива­на это не так уж и бра­ло: он уже ус­пел по­ругать и се­бя, и по­лити­ков, и жизнь в Рос­сий­ской Фе­дера­ции. Он с ог­ромным удо­воль­стви­ем пе­ремы­вал кос­ти и Аме­рике, и Ан­глии, и про­чим го­сударс­твам.

Вслед вто­рой вы­питой бу­тыл­ке вод­ки по­лете­ла третья.

Гил­берт от вы­пито­го на­конец ско­пытил­ся и зас­нул пря­мо за сто­лом. Холл ру­гал­ся на сво­ем на­речии, из­редка го­воря по-рус­ски па­ру-трой­ку фраз. Но бы­ло вид­но: язык во­рочал­ся с тру­дом.

Бра­гин­ско­го не­умо­лимо на­чало кло­нить в сон. Ус­тал он се­год­ня от прес­синга пре­зиден­та, очень ус­тал. Холл уже сполз на пол и хра­пел во всю си­лу сво­их лег­ких. И нич­то мир­ское его боль­ше не вол­но­вало.

Оче­вид­но, пь­ян­ка уда­лась на сла­ву: пол­ный раз­гром на кух­не, ко­ридор на­вевал мыс­ли о бом­бежке, в ком­на­тах был пол­ный ка­вар­дак. Еще и ок­но они умуд­ри­лись раз­бить: по кух­не сво­бод­но гу­лял лег­кий лет­ний ве­чер­ний ве­терок.

Соз­на­ние да­ло тре­щину, и Бра­гин­ский бла­гопо­луч­но вы­рубил­ся.
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:17 | Сообщение # 7
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 6. По­лет. Аль­фред Ф. Джонс.

Туш­ка са­моле­та нес­пешно вы­рули­вала на взлет­ную по­лосу. Кон­стан­тин с от­цом и пре­зиден­том мол­ча жда­ли.

Борт но­мер один дей­стви­тель­но ока­зал­ся блат­ным са­моле­том. Се­год­ня Ива­ну с Кон­стан­ти­ном пред­сто­яло ле­теть в Аме­рику. Пре­зидент, по доб­ро­те ду­шев­ной, ре­шил их "под­бро­сить". И де­нег за би­леты не пла­тить, что очень об­ра­дова­ло Бра­гин­ско­го.

Пре­зидент при­ехал за­ранее, по­это­му вста­ли все се­год­ня ра­но.

У Ива­на не­щад­но тре­щала го­лова - пь­ян­ка с Хол­лом ска­зыва­лась, да еще он дол­жен был заб­рать Кон­стан­ти­на у На­таши. Вы­битое стек­ло Гил­берт обе­щал вста­вить. Хол­ла уда­лось спро­вадить.

Кон­стан­тин же об­ра­довал­ся при­ходу от­ца - те­тя На­таша сме­ло ис­поль­зо­вала его весь день и часть но­чи. Он смог по­чинить ок­но, вы­чис­лить свер­ху до­низу дом, ра­зоб­рать и сно­ва соб­рать кран, на­колоть дров, по­белить по­тол­ки, вы­косить за­бор, по­чинить ка­лит­ку и про­чее, про­чее, про­чее.

Са­ма На­таша то и де­ло бур­ча­ла под нос об от­сутс­твии нор­маль­ных му­жиков в сов­ре­мен­ном ми­ре.

- Здо­рово, - вы­дох­нул Кон­стан­тин, при­жима­ясь но­сом к стек­лу, гля­дя на кра­савец са­молет. Са­молет дей­стви­тель­но был прос­то прек­ра­сен.

Пре­зидент улыб­нулся, гля­дя на маль­чи­ка.

Иван, си­дя в крес­ле, за­метил его взгляд, нап­равлен­ный на сы­на.

- Он лю­бит не­бо и все, что с ним свя­зано.

- Эх, жаль что у ме­ня нет сы­новей... - ска­зал пре­зидент, ког­да Иван, встав со сво­его мес­та, мяг­ко при­жал сы­на к се­бе. Сын с яв­ным удо­воль­стви­ем об­нял сво­его от­ца.

Иван ус­мехнул­ся и взъ­еро­шил во­лосы ре­бен­ку. По­мор­щился: го­лова все еще тре­щала.

- Этот маль­чик по­явил­ся у ме­ня в слож­ные для на­шей стра­ны го­ды. Не будь его - на­вер­ное, мне бы бы­ло бы весь­ма неп­росто при­ходить в пус­той дом...

- Да, Вто­рая Че­чен­ская Вой­на, под­водная лод­ка "Курск", по­том де­ло ЮКО­Са, ре­фор­мы... Все так быс­тро зак­ру­тилось, - пре­зидент го­ворил те­перь очень ти­хо.

- Вол­на те­рак­тов, - обес­си­лено про­гово­рил Иван, не от­пуская от се­бя сы­на. Его кос­тяшки паль­цев, впив­шихся в пле­чо маль­чи­ка, по­беле­ли, - «Норд-Ост», Бес­лан, один­надца­тое сен­тября в Аме­рике...

- Лад­но, да­вай за­вер­шим раз­го­вор, Иван. Мы не дол­жны за­дер­жи­вать­ся в а­эро­пор­ту.

- Ко­неч­но, идем­те, гос­по­дин пре­зидент. И, все же, за­чем вы еде­те в США?

- Как че­го? На­до же от­дать ста­рые дол­ги? - хмык­нул он.

- Ой! - Иван хлоп­нул се­бя по лбу.

- Вспом­нил! Мо­лодец!

- Я, лич­но, у Аль­фре­да ни­чего в долг не брал! Се­бе до­роже! - не­доволь­но вос­клик­нул Иван.

Пре­зидент муд­ро про­иг­но­риро­вал вык­рик Бра­гин­ско­го. Они втро­ем уже шли к тра­пу са­моле­та. Кон­стан­тин пер­вым взоб­рался по лес­тни­це и вос­торжен­но, со­вер­шенно за­быв о том, что в па­ре мет­ров от не­го сто­ит пре­зидент Рос­сий­ской Фе­дера­ции, вос­кли­цал, ос­матри­вая все. Еще ря­дом бы­ли и те­лох­ра­ните­ли.

Иван все вре­мя пы­тал­ся одер­ги­вать сы­на, на­поми­ная о пра­вилах при­личия, но пре­зидент толь­ко ма­хал ру­ками и мяг­ко воз­ра­жал Бра­гин­ско­му. Пусть маль­чик по­любу­ет­ся в свое удо­воль­ствие.

- Сын! - но сын ус­пешно иг­но­риро­вал его го­лос.

- Пап! Смот­ри ка­кой вид! - Кон­стан­тин гля­дел в стек­ло: дверь в ка­бину пи­лотов бы­ла рас­пахну­та нас­тежь. Пи­лоты уже от­да­ли честь гла­ве го­сударс­тва. И сей­час во все гла­за смот­ре­ли на маль­чи­ка и Ива­на.

- Они с на­ми по­едут, гос­по­да, - не да­вая пи­лотам вре­мя на лиш­ние воп­ро­сы, быс­тро ска­зал пре­зидент. - Это - Рос­сия, Иван Бра­гин­ский, а это - его сын, Кон­стан­тин. Я на­де­юсь, что вы не рас­ска­жете о том, что ви­дели пер­со­нифи­кации стран.

- Нет, гос­по­дин пре­зидент! - гар­кну­ли пи­лоты на два го­лоса.

И поп­ря­тались об­ратно, зак­рыв за со­бой дверь в ка­бину. Кон­стан­тин с блес­ком в гла­зах смот­рел в ил­лю­мина­тор, си­дя в пас­са­жир­ском крес­ле - их поп­ро­сили сесть, так как са­молет вот-вот дол­жен был взле­теть.

На бор­ту име­лись три ба­ра, ком­на­та от­ды­ха с дву­мя кро­ватя­ми для пре­зидент­ской че­ты, ра­бочий ка­бинет. Са­лон от­де­лан го­беле­нами с ин­крус­та­ци­ей из зо­лота и дра­гоцен­ных кам­ней.

Пре­зидент улы­бал­ся, слы­ша, как Кон­стан­тин прос­то за­сыпа­ет воп­ро­сами сво­его от­ца. И ре­шил его отор­вать.

- Эй, па­рень! Слу­жить-то пой­дешь?

- Это да­же не об­сужда­ет­ся, - ко­рот­ко бро­сил Бра­гин­ский. - Пой­дет как ми­лень­кий.

- Пой­ду! Ес­ли возь­мут! - от­ве­тил Кон­стан­тин сме­ло пре­зиден­ту.

- А ку­да хо­чешь?

- Ле­тать он хо­чет, - фыр­кнул Иван.

- Эй!

В та­кой ве­селой об­ста­нов­ке и про­шел весь по­лет. Нет, на кое-ка­кое вре­мя они за­тих­ли, так как им пот­ре­бовал­ся сон. Да и Кон­стан­тин по­рядоч­но вздрем­нул... До при­лета.

***

В ито­ге всех под­нял пи­лот, объ­явив­ший о за­ходе на по­сад­ку. Иван выг­ля­дел из­рядно под­трё­пан­ным: го­лова пос­ле па­ры таб­ле­ток вро­де и пе­рес­та­ла бо­леть, но про­тив­ная тя­жесть все еще да­вила на за­тылок. Все еще пы­та­ясь при­вес­ти се­бя в над­ле­жащий по­рядок (и за­чем он на­дел этот жут­кий де­ловой кос­тюм?!), Иван обес­си­лено наб­лю­дал как к са­моле­ту мед­ленно пол­зет трап.

Сей­час на­до вы­дер­жать жут­кий треп Аль­фре­да. Прос­то вы­дер­жать, вы­дер­жать, вы­дер­жать, - как ман­тру пов­то­рял он про се­бя.

Впро­чем, Кон­стан­тин смо­жет скос­тить не­кото­рое нап­ря­жение...

Что ум­ный ре­бенок и сде­лал.

- Крес­тный! - за­орал Кон­стан­тин на ан­глий­ском во всю си­лу сво­их лег­ких и мол­ни­ей бро­сил­ся к слег­ка при­бал­девше­му Аль­фре­ду Ф. Джон­су, сто­яще­му нем­но­го по­одаль, сов­сем не ожи­дав­ше­му та­кого. Хо­рошо, что этот ви­зит еще не ос­ве­щали СМИ всех мас­тей...

И он стис­нул сво­его дя­дю в креп­ких объ­яти­ях. Иван, с не­из­менной улыб­кой, наб­лю­дал за му­ча­ющим­ся от креп­ких объ­яти­ях Кон­стан­ти­на Джон­сом. Пре­зиден­ты, сог­ласно про­токо­лу, встре­тились пер­вые: Иван поп­ри­дер­жал сы­на на вы­ходе из са­моле­та, да­вая им спо­кой­но раз­го­ворить­ся.

- Хэй! Дай-ка на те­бя пос­мотреть... - Аль­фред с тру­дом от­це­пил от се­бя крес­тни­ка. И ма­нер­но поп­ра­вил оч­ки. Го­лубые гла­за блес­ну­ли оце­нива­ющим блес­ком. Иван Бра­гин­ский ви­ду не по­дал, что за­метил взгляд Джон­са. - Сов­сем стал по­хож.. На сво­его от­ца. Поч­ти ко­пия.

- Спа­си­иибо! - Кон­стан­тин сде­лал вид, что не за­метил ед­ко бро­шен­ной фра­зы.

- Джонс!

- А, при­вет, Бра­гин­ский! - они су­хо об­ме­нялись ру­копо­жати­ями: со сто­роны ка­залось, что их меч­та - сло­мать друг дру­гу паль­цы. Джонс про­из­нес уже бо­лее ми­ролю­биво, - сна­чала де­ла, а по­том - раз­вле­чения!

- Да, я то­же не прочь на­чать с дел. Кон­стан­тин...

- Я уже дав­но хо­тел по­бывать в Нью-Й­ор­ке! Мож­но-мож­но? - за­ис­ки­ва­юще про­из­нес Кон­стан­тин.

- Ко­неч­но, же. - Аль­фред из­влек из кар­ма­на мо­биль­ный и быс­тро - быс­тро на­печа­тал со­об­ще­ние ко­му-то. - Мы с ми­нуту ждем ма­шины... За­тем ты, - он ука­зыва­ет на Кон­стан­ти­на, при­чем тот зас­тенчи­во улы­ба­ет­ся, - спо­кой­но гу­ля­ешь по го­роду... С его воп­ло­щени­ем. Как я знаю, ан­глий­ский у те­бя не плох... Нью-Й­орк, Джон, ты мо­жешь звать его так, все те­бе объ­яс­нит и по­кажет...

- Ура! А день­ги?

- Кон­стан­тин! - хму­ро про­из­нес отец, яв­но пря­ча улыб­ку.

- Моя кре­дит­ка к тво­им ус­лу­гам. Все-та­ки я твой щед­рый крес­тный-ге­рой... - ви­димо дя­дя был па­док на лесть. Но­мер про­шел.

- Спа­сибо! - улыб­нулся Кон­стан­тин до ушей. Джон­са яв­но пе­редер­ну­ло: у маль­чи­ка прог­ля­дыва­лась улыб­ка стар­ше­го Бра­гин­ско­го.

Ма­шина подъ­еха­ла. Из нее вы­лез­ли два здо­ровен­ных "шка­фа" (как мыс­ленно ок­рестил их маль­чик) те­лох­ра­ните­ля в тем­ных оч­ках во все ли­цо. А по­том вы­лез и сам го­род, поч­ти ко­пия Джон­са, толь­ко гла­за иные, да во­лосы тем­ные.

Об­мен лю­без­ностя­ми за­вер­шился и все разъ­еха­лись по раз­ным мес­там. Пре­зиден­ты - в од­ну сто­рону, воп­ло­щения стран - в дру­гую, а Кон­стан­тин с Нью-Й­ор­ком в третью.

Джон ока­зал­ся до­воль­но мно­гос­ловным, но не та­ким как Аме­рика - у то­го речь ли­лась ди­ким по­током и его бы­ло не так-то прос­то зат­кнуть с пер­во­го ра­за.

Они по­сети­ли ог­ромное ко­личес­тво ин­те­рес­ных мест и Кон­стан­тин по­нял, что иметь без­ли­мит­ную кре­дит­ку - это прос­то дар бо­гов свы­ше. Как и двух те­лох­ра­ните­лей. Джон про­ник­ся маль­чи­ком и по­рас­ска­зал пре­дыс­то­рию раз­ви­тия го­рода. На­ибо­лее силь­ное впе­чат­ле­ние про­из­ве­ла Ста­туя Сво­боды.

Вре­мя про­лете­ло быс­тро и нас­та­ла по­ра воз­вра­щать­ся.

***

Ужин в рес­то­ране про­шел в пол­ном мол­ча­нии, ко­торое Иван ок­рестил в сер­дцах "бла­гос­ло­вен­ным". Аль­фред бла­гопо­луч­но убе­жал к сво­ему пре­зиден­ту. Ви­димо, к кон­сенсу­су так оба и не приш­ли. Хо­тя...

- Зав­тра бу­дет бо­лее на­сыщен­ны­ми. Мы с то­бой пой­дем к ме­мори­алу "Дань в све­те" (1). - Отец выг­ля­дел за­дум­чи­вым, вер­тя вил­ку в ру­ке, - у ме­ня то­же там лю­ди по­гиб­ли... Ни­ког­да не за­буду этот день...

Да, Кон­стан­тин пом­нил этот день скор­би, слов­но он был вче­ра.

Как отец прос­то си­дел на лав­ке у по­рога сво­его до­ма и пла­кал от собс­твен­но­го бес­си­лия. Маль­чик прос­то об­нял его, и пла­чущий отец приз­нался ему, что про­изош­ло мер­зкое прес­тупле­ние про­тив все­го че­лове­чес­тва и по­гиб­ли не­вин­ные лю­ди де­вянос­та од­но­го го­сударс­тва. В том чис­ле, и его граж­да­не.

Дя­дя Гил­берт, к счастью, был до­ма то­же и с ужа­сом слу­шал ужас­ное по­вес­тво­вание Ива­на. И сра­зу, как толь­ко Бра­гин­ский бо­лее-ме­нее при­шел в се­бя, рва­нул к сво­ему бра­ту.

- ... по­том, ве­ро­ят­но, мы все по­гуля­ем втро­ем.

- Пап, а как прош­ло...

- Ни­как. Я ду­маю, что у Пу­тина все же все прош­ло бо­лее бе­зуко­риз­ненно, чем у ме­ня, - Иван по­давил глу­бокий вздох.

- На­вер­ное...

Они оба пе­рес­та­ли есть. Ива­на яв­но одо­лева­ли мрач­ные мыс­ли. Чай про­шел в пол­ном мол­ча­нии.

Пер­вым не вы­дер­жал Кон­стан­тин.

- Пап...

- Э? Че­го, сын?

- Ты ка­кой-то боль­но мол­ча­ливый... Бо­лее чем обыч­но.

- Как же мне иног­да хо­чет­ся съ­ез­дить кра­ном по ли­цу Аль­фре­да! У не­го сов­сем ха­рак­тер ис­портил­ся... Вез­де ви­дит уг­ро­зу!

- Как и ты... - ти­хо про­из­нес сын, но Иван ус­лы­шал и еще бо­лее по­мерк. - Ведь... Прош­лое из па­мяти не сот­решь.

Иван на это тон­кое за­меча­ние про­мол­чал. Они с сы­ном но­чева­ли в раз­ных но­мерах. И по­это­му сра­зу пос­ле окон­ча­ния ужи­на ра­зош­лись по сво­им но­мерам.

Кон­стан­тин рух­нул на кро­вать не раз­де­ва­ясь. Он был уве­рен, что отец сей­час, за сте­ной, то­же ле­жит по­верх чис­тых оде­ял и ду­ма­ет, ду­ма­ет, ду­ма­ет...

***

Ут­ром все бы­ли на ме­мори­але. Аль­фред мол­ча воз­ло­жил цве­ты; ми­нут пят­надцать на­зад это сде­лали и пре­зиден­ты обе­их стран. У Ива­на вновь выс­ту­пили сле­зы на гла­зах, но не про­лились. Лишь гла­за по­доз­ри­тель­но яр­ко свер­ка­ли на сол­нце. Ли­цо бы­ло бесс­трас­тным, но Кон­стан­тин знал сво­его от­ца слиш­ком хо­рошо, что­бы уве­рен­но ска­зать о том, что он всег­да тер­пит боль, в том чис­ле и ду­шев­ную, мол­ча. Или то­пит го­ре в ал­ко­голе, как обыч­но бы­ва­ет в "свя­тые да­ты" на­подо­бие де­вято­го мая. Вмес­те с Гил­бертом.

Иван лег­ко под­нял ве­нок вмес­те с Кон­стан­ти­ном и они по­ложи­ли его к под­но­жию. Так же они оба поп­ра­вили чер­ные, тра­ур­ные лен­ты, спус­ка­ющи­еся по обе сто­роны.

Мол­ча­ние ко­торое бы­ло вок­руг ог­лу­шало. Хо­тя со сто­роны слы­шались обыч­ные каж­доднев­ные шу­мы го­рода, но всем на­ходя­щим­ся здесь ка­залось, что они на­ходят­ся в ва­ку­уме.

Ред­кос­тное еди­ноду­шие сре­ди дер­жав.

Аль­фред, отой­дя в тень, по­чему-то, вспом­нил по­говор­ку гос­тя (он прек­расно вла­дел язы­ком про­тив­ни­ка, хоть и го­ворил нем­но­го с ак­центом), что го­ре - не мо­ре, выпь­ешь до дна. И вни­матель­но наб­лю­дал за Бра­гин­ским и сво­им крес­тни­ком.

Бра­гин­ский, с тру­дом вер­нув се­бя в при­выч­ное рус­ло, на­цепил мас­ку пол­но­го без­разли­чия и сла­бого по­добия улыб­ки. Кон­стан­тин слег­ка нах­му­рил­ся и при­кусил гу­бу: ви­димо, о чем-то серь­ез­но за­думал­ся.

- Ку­да идем? - спро­сил Аль­фред у ком­па­нии. Пре­зиден­ты, быс­тро с ни­ми поп­ро­щав­шись, по­еха­ли на сов­мес­тные пе­рего­воры.

- Мо­жет, по го­роду по­гуля­ем? - пред­ло­жил вне­зап­но Кон­стан­тин. Они шли прочь от мес­та, на­вева­юще­го грусть, - кто луч­ше те­бя зна­ет его? Вы с от­цом спо­кой­но мо­жете по­гово­рить и на бе­гу.

Джонс от­кры­то ему улыб­нулся.

- Ко­неч­но, я ведь его и ос­но­вал. Так же я сог­ла­сен с тем, что са­мое нуж­ное мы уже ус­пе­ли об­су­дить.

- Я то­же сог­ла­сен с то­бой, сын, - не­ожи­дан­но сог­ла­сил­ся отец. - Прой­дем­ся. Я дав­нень­ко тут не был...

Про­гул­ка по го­роду за­кон­чи­лась (ожи­да­емо) в Мак­до­наль­дсе. Тут Кон­стан­тин все­цело по­жалел и от­ца, и се­бя са­мого. Им с тру­дом приш­лось зас­та­вить се­бя съ­есть ма­лую часть из то­го, что за­казал им Джонс. Хо­тя Иван во все­ус­лы­шанье со­об­щал, что он не так уж и го­лоден.

Иван, прок­ли­ная Джон­са на ста­рос­ла­вян­ском, отод­рал се­бя от сту­ла с тру­дом - ме­шал на­пол­ненный жи­вот: Джонс все вре­мя(каж­дые нес­коль­ко ми­нут) под­кла­дывал ему еды, мо­тиви­руя, что Иван сам очень звер­ски про­голо­дал­ся. В ито­ге есть все же приш­лось.

Кон­стан­тин по­ел то­же из­рядно - те­перь на­до пос­ле это­го са­дить­ся на жес­ткую ди­ету. Хо­тя крес­тный но­мер один, по хи­хиканью от­ца, го­товить не уме­ет сов­сем ( "...у не­го чер­ный по­яс по кот­ле­там - од­ной из них мож­но зап­росто пот­ра­вить ку­чу на­рода. Ору­жие мас­со­вого по­раже­ния... Же­луд­ка").

***

На сле­ду­ющий, пос­ледний день их пре­быва­ния у крес­тно­го но­мер три, был вы­чер­кнут один пункт, ко­торый дос­тавлял не­удобс­тво обе­им сто­ронам. В 2007 го­ду дос­рочно по­гашен гос­долг пе­ред Со­еди­нён­ны­ми Шта­тами по сель­хоз­кре­диту 1998 го­да (343,25 млн долл.).

До­воль­ный пре­зидент и не ме­нее счас­тли­вый Бра­гин­ский (из-за то­го, что они уле­та­ют уже се­год­ня ве­чером), об­ме­нялись про­щаль­ны­ми ру­копо­жати­ями, не­воль­но скре­пив­ши­ми и их от­но­шение друг к дру­гу. Джонс был в са­мом бла­годуш­ном сво­ем нас­тро­ении, так как де­нег у не­го в бюд­же­те из­рядно при­бави­лась.

Аме­рика да­же рвал­ся приг­ла­сить крес­тни­ка на еще од­ни ка­нику­лы и вмес­те с от­цом (!), но Иван яр­ко сос­лался на за­пущен­ные де­ла, на Рос­сию-ма­туш­ку с ее эко­номи­кой и Аль­фред бла­гора­зум­но от­сту­пил.

Кон­стан­тин от­дал с грус­тным вздо­хом кре­дит­ку об­ратно. Аль­фред, не­ожи­дан­но вер­нул ее ему со сло­вами: " Ку­пишь се­бе по­дарок сам. Мне не­досуг." Гла­за Кон­стан­ти­на от ра­дос­ти за­горе­лись зна­комым фи­оле­товым пла­менем - и Джонс спеш­но от­вернул­ся, скры­вая от них обо­их не­воль­ный хо­лодок, про­шед­ший по поз­во­ноч­ни­ку.

Иван, си­дя в са­моле­те, ус­мехнул­ся: ну все-та­ки Аме­рика в кон­це-кон­цов ока­зал­ся по­рядоч­ным крёс­тным.

***

Они уле­тали в Ан­глию на обыч­ном пас­са­жир­ском са­моле­те. Там их ждал крес­тный но­мер один, Ар­тур Кёр­кленд...

Примечания:

(1)"Дань в свете" (Tribute of Light) - мемориал, представляющий собой две группы прожекторов, направляющих в небо два вертикальных столба света в память о событиях 11 сентября 2001 года. Террористический акт 11 сентября 2001 года (иногда именуемый просто 9/11) — серия четырёх координированных самоубийственных террористических актов, произошедших в Соединённых Штатах Америки. Ответственность за эти атаки лежит на террористической организации «Аль-Каида»
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:18 | Сообщение # 8
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 7. Ар­тур Кёр­кленд. Ма­гия на­чина­ет­ся.

Ар­тур дол­го ждал это­го мо­мен­та. На­до же прос­ле­дить, как Бра­гин­ский вы­пол­нил "ра­боту". Ведь по скай­пу и по ин­терне­ту мно­го не по­кажешь. И ин­тернет ни­ког­да не за­менит жи­вого че­лове­ка. В Ан­глии сам Иван не был очень дав­но...

Ожи­дая при­лета обыч­но­го рей­со­вого са­моле­та, Кёр­кленд, стоя у стой­ки, оку­нул­ся с го­ловой в вос­по­мина­ния. Крес­ти­ны.

***

Двух­ты­сяч­ный год.

Пра­вос­лавный храм в цен­тре Мос­квы, как и са­ма Мос­ква, по­ражал сво­им ве­лико­лепи­ем и уб­ранс­твом. Ар­тур мно­го лет здесь не был. Пря­мо в а­эро­пор­ту их всех встре­тила и са­ма сто­лица Рос­сии, ее воп­ло­щение, Мос­ква.

Ху­дая, очень ухо­жен­ная блон­динка с ве­лико­леп­ной фи­гурой и яр­ки­ми, го­лубы­ми гла­зами, с хо­лод­ной улыб­кой, на­пом­нившей са­мого Бра­гин­ско­го, про­води­ла их всех в чер­ную ма­шину - ли­музин с рос­сий­ски­ми фла­гами.

Трое, а это - Ар­тур, Аль­фред и Яо (че­му очень уди­вил­ся Ар­тур), усе­лись по раз­ные сто­роны си­дений в ма­шине. Мос­ква се­ла меж­ду Яо и Аль­фре­дом и за­лез­ла в свой те­лефон с го­ловой.

Яо был одет по-праз­днич­но­му: рос­кошные, длин­ные, одеж­ды ало­го, ог­ненно-крас­но­го цве­та, бо­гато рас­ши­тые на вос­точный мо­тив. Ту­гой, из чер­ной ко­жи, по­яс. Его во­лосы ту­го за­тяну­ты та­кими же лен­та­ми, с рас­ши­тыми на них дра­кона­ми. Он под­чер­кну­то не смот­рел на Аль­фре­да Ф. Джон­са, что-то го­монив­ше­го по те­лефо­ну, а Ан­глию про­жигал нас­квозь взгля­дом, в ко­тором чи­талась неп­рикры­тая зло­ба и ярость.

Он не за­был ни про Гон­конг, ни про опи­ум­ные вой­ны.

Ма­шина быс­тро ле­тела по шос­се, на­бито­го ма­шина­ми бит­ком на­родом. На­род за ру­лем же­лал ле­тящей по сво­бод­но­му, за­ранее рас­чи­щен­но­му от ма­шин пу­ти, пра­витель­ствен­ной тач­ке вре­зать­ся в ко­го-ни­будь.

Ан­глия ус­та­вил­ся на свои ко­лени.

- При­еха­ли! - как-то весь­ма нас­мешли­во че­рез нес­коль­ко ми­нут отоз­ва­лась Мос­ква.

Н-да. Рос­сия, есть Рос­сия.

Ог­ромное, от­кры­тое прос­транс­тво пло­щади про­из­во­дило стран­ный, поч­ти мис­ти­чес­кий эф­фект. Хо­телось не­воль­но сжать­ся. Ве­личие и раз­мах.

Сту­пая по брус­чатке вмес­те с Мос­квой, Ар­тур за­метил, что все трое приг­ла­шен­ных не ска­зали друг дру­гу и сло­ва. Один Аль­фред все еще тре­пал­ся с кем-то по те­лефо­ну, ви­димо да­вая ука­зания. От Мос­квы не ук­ры­лось их нас­тро­ение. И то, что они трое друг с дру­гом не раз­го­вари­вали.

Их по ков­ро­вой до­рож­ке вве­ли в храм. Мос­ква, преж­де чем вой­ти сю­да, на­дела на го­лову ко­сын­ку. Са­ма она бы­ла в си­нем платье с длин­ной юб­кой, нем­но­го по­хожей на цы­ган­скую.

В хра­ме не­ожи­дан­но бы­ло люд­но. Мно­го са­мых раз­ных муж­чин и жен­щин, так же ли­бо в ко­сын­ках, как Мос­ква, ли­бо в на­кид­ках. Но ве­ли се­бя все очень ти­хо, ше­потом об­ща­ясь друг с дру­гом. И хо­дили по не­ого­рожен­но­му тя­желы­ми ка­ната­ми мес­ту.

Кёр­кленд осоз­нал, что это все - круп­ней­шие го­рода и Ива­на, пер­со­нифи­кации. Их бы­ло ни­как не ме­нее трид­ца­ти.

В тол­пе он за­метил Гил­берта - они об­ме­нялись ко­рот­ки­ми кив­ка­ми, Люд­ви­га, сто­яще­го ря­дом с бра­том и Фран­циска. Их то­же приг­ла­сили, по-ви­димо­му. С ни­ми ря­дом за­тесал­ся Пе­тер­бург. Еще он уви­дел Сер­бию, но тот, уви­дя их с Аль­фре­дом, быс­тро скрыл­ся в тол­пе. Еще вы­деля­лась и Бе­ларусь: на удив­ле­ние на ве­ла се­бя ти­хо. И во­об­ще ее об­лик без при­выч­ных ми­лых взгля­ду но­жей как-то слиш­ком по­пахи­вал "одо­маш­ни­вани­ем".

Как толь­ко они сту­пили на по­рог хра­ма, Ар­тур по­чувс­тво­вал за­пах ла­дана и заж­женных све­чей. Мно­гочис­ленные ико­ны су­рово взи­рали на них, про­ходя­щих ми­мо. К счастью, они бы­ли дру­гих ве­ро­ис­по­веда­ний, по­это­му мо­лить­ся тут им как бы не пе­рес­та­ло.

Но все же, все же... Уж боль­но су­ровые у них бы­ли ли­ки.

Ар­ту­ру все вре­мя ка­залось, что ико­ны жи­вые, он чувс­тво­вал сво­ей ма­ги­ей, сво­ей ко­жей, сколь­ко тут все­го на­меше­но. Что ни го­вори, на­молен­ное ве­ками мес­то. Пла­мя, от­бра­сыва­емое го­рев­ши­ми свеч­ка­ми, от­ра­жалось бли­ками на рос­кошных ок­ла­дах с дра­гоцен­ны­ми кам­ня­ми и ра­мами.

Их про­вели за ка­нат. Ар­тур сра­зу же уви­дел ку­пель. Бра­гин­ско­го с Гар­ри он не ви­дел, ви­димо, они еще не при­еха­ли.

Ра­зуме­ет­ся, в пра­вос­лавной цер­кви они не бы­ли ни ра­зу.

Мос­ква вру­чила ему заж­женную све­чу. Свя­щен­ник яв­но был в кур­се, что здесь соб­ра­лись не сов­сем лю­ди и сам вы­шел к их пес­трой груп­пе. Так как они все трое прек­расно зна­ли язык, по­это­му разъ­яс­не­ния бы­ли быс­тры­ми. Их пес­трая ком­па­ния соб­ра­лась тут.

Не­ожи­дан­но у уха Ар­ту­ра раз­дался ше­пот. Они идут.

Под­ня­лась це­лое цу­нами ше­пот­ков. Го­рода один за дру­гим скло­няли свои го­ловы.

Бра­гин­ский шел очень спо­кой­ным, мед­ленным ша­гом. От­сутс­твие при­выч­но­го шар­фа на шее, ка­залось чем-то не­объ­яс­ни­мым. Он, в сов­сем прос­том, се­ром кос­тю­ме с бе­лой ру­баш­кой без гал­сту­ка, ка­зал­ся ве­личес­твен­нее чем тог­да, ког­да он был еще СССР.

Что ж, мож­но сме­ло ска­зать - Бра­гин­ский жив, здо­ров и его стра­на на­чина­ет вы­бирать­ся из кри­зиса.

Аль­фред рас­смат­ри­вал Бра­гин­ско­го при­щурив свои гла­за за стек­ла­ми оч­ков. Он ни ра­зу не ви­дел его без шар­фа. Тот, ед­ва вид­но, улы­бал­ся сво­ей фаль­ши­вой улы­боч­кой. Но мрач­ную а­уру не из­лу­чал. Яо то­же че­му-то улы­бал­ся. Ви­димо, был рад за со­седа.

На шее Бра­гин­ско­го бы­ли вид­ны ста­рые шра­мы. Аль­фре­да, ког­да он за­цепил­ся за них оце­нива­ющим взгля­дом, пе­редер­ну­ло.

Маль­чи­ка Ар­тур за­метил не сра­зу. Боль­но был Бра­гин­ский ко­лорит­ным и вы­соким. Маль­чик шел ря­дом с от­цом; он не­уло­вимо из­ме­нил­ся с их пос­ледней встре­чи-про­щания. Он стал слиш­ком по­хож на Бра­гин­ско­го. Ему бы­ло яв­но хо­рошо со сво­им наз­ва­ным от­цом.

Шел он роб­ко, ос­то­рож­но. Но, ви­димо, не очень по­ба­ивал­ся.

Ар­ту­ра коль­ну­ло со­жале­ние и рас­ка­яние, что он так рас­по­рядил­ся судь­бой это­го ре­бен­ка. Но...

Свя­щен­ник прис­ту­пил к це­ремо­нии. На раз­думья вре­мени не ос­та­валось. Вос­ста­нови­лась ти­шина.

Ар­тур чес­тно ста­рал­ся вник­нуть в нее, но поз­же пе­рес­тал пы­тать­ся. Лишь то, что по­том на маль­чи­ка пе­ре­оде­ли в бе­лую ру­баш­ку, по­веси­ли пра­вос­лавный крес­тик и все трое приг­ла­шен­ных по оче­реди его дер­жа­ли на ру­ках, вер­ну­ло его в чувс­тво ре­аль­нос­ти.

Пер­вым дер­жал ре­бен­ка Аме­рика. Он яв­но не при­вык об­щать­ся с деть­ми, но с удо­воль­стви­ем под­нял ре­бен­ка на ру­ки. Ре­бенок при­жал­ся ко взрос­ло­му с ин­те­ресом рас­смат­ри­вая его. Иван улыб­нулся сы­ну. По­том Джонс, ко­торый по­пал под оба­яние маль­чи­ка и улы­бал­ся фир­менной гол­ли­вуд­ской улыб­кой, пе­редал ре­бен­ка Ар­ту­ру.

При кре­щении Бра­гин­ский гром­ко наз­вал всем имя ре­бен­ка.

Кон­стан­тин. Кон­стан­тин Ива­нович Бра­гин­ский.

У Ар­ту­ра не­воль­но за­коло­ло под ло­жеч­кой. Это имя ре­бен­ку да­же слиш­ком под­хо­дило... (1)

Яо с ви­димым удо­воль­стви­ем, пос­ледний, кто взял ре­бен­ка на ру­ки. Ре­бенок удив­ленно дот­ро­нул­ся до его не­обыч­ных одежд, что-то ти­хо ска­зал ему на ухо и Ван Яо не смог сдер­жать сво­его сме­ха.

В ито­ге все нап­ра­вились к вы­ходу. Кре­щение за­вер­ши­лось.

Яо опус­тил ре­бен­ка на рос­кошный, мра­мор­ный пол, и ре­бенок сра­зу же при­жал­ся к сво­ему от­цу. Отец, сме­ясь, под­хва­тил его на ру­ки сно­ва. Маль­чик и сам зас­ме­ял­ся, слов­но от­ве­чая от­цу.

Ар­тур не смог отор­вать гла­за от это­го зре­лища. Бра­гин­ский выг­ля­дел та­ким счас­тли­вым, ка­ким его еще ник­то не ви­дел, по край­ней ме­ре Кёр­кленд. Его улыб­ка в этот миг бы­ла нас­то­ящей, бо­лее че­ловеч­ной. Гла­за Ива­на свер­ка­ли теп­лым фи­оле­товым цве­том, ли­цо спо­кой­ное, без приз­на­ков его бе­зумия. Прос­то ра­дос­тный и счас­тли­вый че­ловек. От Ива­на сей­час тя­нуло си­лой и по­ко­ем. Лю­бовь... Мо­ре люб­ви и до­верия.

Ар­тур по­нял, по­чему не­кото­рые стра­ны пред­по­чита­ли все же дру­жить с Ива­ном в об­ход Аль­фре­да. Та­кого ощу­щения за­щиты ни у ко­го из них, стран, не бы­ло. Его за­щита сог­ре­вала как теп­лое оде­яло в хо­лод­ный день.

От Аль­фре­да же стра­ны ста­рались дер­жать­ся по­даль­ше, хоть и по­нимая его пре­вос­ходс­тво над ни­ми. Но не стре­мились или не­охот­но шли на кон­такт.

Вый­дя из цер­кви, они отош­ли к ма­шинам. Так как все то­ропи­лись, шам­пан­ское, щед­ро при­готов­ленное Бра­гин­ским, бы­ло рас­пи­то пря­мо на ка­потах ма­шин.

По­том все от­пра­вились вос­во­яси: Сер­бия у­ехал пер­вым; Аль­фред спеш­но умо­тал в а­эро­порт, не за­быв вру­чить крес­тни­ку по­дарок; сам Ар­тур ус­пел ко­рот­ко по­об­щался с Ива­ном. Яо, у ко­торо­го с это­го дня на­чинал­ся офи­ци­аль­ный ви­зит в Рос­сий­скую Фе­дера­цию, спо­кой­но об­щался с Кон­стан­ти­ном нем­но­го по­одаль от ос­новной груп­пы. К ним при­со­еди­нились и не­кото­рые из го­родов.

К ним по­дош­ли и приг­ла­шен­ные. Фран­циск и Люд­виг с Гил­бертом. Ссо­рить­ся с ля­гушат­ни­ком не хо­телось - не бы­ло нас­тро­ения, но они все, по край­ней ме­ре, ус­пе­ли пе­реки­нуть­ся па­рой-трой­кой слов...

***

Кёр­клен­да выр­ва­ло из вос­по­мина­ний объ­яв­ле­ние о за­ходе на по­сад­ку то­го са­моле­та, ко­торый от так ждал, с та­ким не­тер­пе­ни­ем.

Са­молет сел на взлет­ную по­лосу. Сей­час, еще нем­но­го...

Спус­тя нес­коль­ко ми­нут с са­моле­та по­каза­лись пер­вые пас­са­жиры, а еще че­рез де­сять, Ар­тур уви­дел и Ива­на с Кон­стан­ти­ном, ко­торые во­лок­ли за со­бой че­мода­ны.

Иван сра­зу уви­дел Ар­ту­ра и сдер­жа­но кив­нул. На ли­це маль­чи­ка, сто­яще­го ря­дом с ним, мель­кну­ла ра­дос­тная улыб­ка. И он, поб­ро­сав че­модан, под­бе­жал к Ар­ту­ру. Ар­тур, со­вер­шенно за­быв о пра­вилах при­личия, рас­крыл ему свои объ­ятия. И в пол­ной ме­ре нас­лаждал­ся ощу­щени­ем. Маль­чик вы­ныр­нул из объ­ятий с та­ким вос­торгом гля­дя на Ар­ту­ра, что ему бы­ло не­лов­ко.

Да­же Аме­рика, и то так на не­го ни­ког­да не смот­рел, бу­дучи ма­лень­ким.

- При­вет, Ар­тур, - и они с толь­ко что по­дошед­шим Бра­гин­ским об­ме­нялись сдер­жанны­ми ру­копо­жати­ями.

- Здравс­твуй, Бра­гин­ский, здравс­твуй, крес­тник. Идем-те к ма­шине.

- Ура, не кэб, - об­ра­довал­ся Иван, спо­кой­но дер­жа че­мода­ны и во­лоча их за со­бой, - а то мой рост не поз­во­ля­ет усесть­ся в нем как сле­ду­ет.

Они выш­ли к сто­ян­ке ав­то. Иван, ра­зуме­ет­ся, уви­дел ма­шину к ко­торой под­хо­дил Ар­тур.

- Я то­же от них от­вык. Те­перь это моя ма­шин­ка. На пра­ва я сдал дав­но.

- У ме­ня У­АЗик.

- Бо­же, Бра­гин­ский, не на­поми­най об этой жут­кой тач­ке! Мы тог­да все се­бе от­би­ли, ког­да по­еха­ли по тво­им до­рогам! - по­мор­щился Кёр­кленд от сво­их яр­ких вос­по­мина­ний о рос­сий­ских до­рогах.

- У ме­ня те­перь дру­гая мо­дель, У­АЗ Пат­ри­от. Пре­зидент по­дарил. И до­роги в стра­не - дру­гие сов­сем. Так что я вас в гос­ти жду.

- Это я сам по­купал, - Ар­тур лю­бов­но про­вел по ка­поту сво­ей ма­шины. - Land Rover. Мне у те­бя пон­ра­вилось, ког­да мы в Стрель­не бы­ли. С ог­ромным удо­воль­стви­ем вос­поль­зу­юсь тво­им пред­ло­жени­ем.

- Хо­рошая ма­шина. Ну, по­еха­ли, да? - спро­сил у не­го Бра­гин­ский, ког­да Ар­тур и он сам за­кину­ли че­мода­ны в нут­ро ма­шин­ки.

- По­еха­ли!

Бра­гин­ский сел впе­ред и не­хотя на­цепил ре­мень бе­зопас­ности, Ар­тур сел за руль. Кон­стан­тин - на зад­нее си­денье и то­же на­дел ре­мень.

Бе­седа за­вязалсь нес­пешная: Ар­тур с Ива­ном сра­зу же до­гово­рились не ка­сать­ся ос­трых уг­лов деб­рей по­лити­чес­ких от­но­шений. Нет, ра­зуме­ет­ся они кос­нутся их... Как толь­ко оба от­дохнут.

Кон­стан­тин в то вре­мя рас­смат­ри­вал вид го­рода, ко­торый быс­тро про­летал за ок­ном дви­жущей­ся ма­шины. Ин­те­рес­ные дву­хэтаж­ные ав­то­бусы, спе­шащие ку­да-то лю­ди, до­ма, очень близ­ко сто­ящие к друг дру­гу, и нем­но­го иные, не та­кие как в Рос­сии, соз­да­вало сов­сем дру­гую ат­мосфе­ру.

Ар­тур вел ма­шину иде­аль­но, но, к со­жале­нию, не быс­тро. Кон­стан­тин сов­сем не при­вык к та­кому, ведь са­ми по­нима­ете, Рос­сия есть Рос­сия. Да еще они в проб­ке зас­тря­ли...

Че­рез час, на­сытив­шись бе­седой, Иван уже спал на си­дении, све­сив го­лову на грудь и мрач­но улы­ба­ясь че­му-то во сне. Кон­стан­тин сде­лал вид что то­же зад­ре­мал, и из-под по­луп­рикры­тых век наб­лю­дал за нер­вно от­ба­раба­нива­ющем паль­ца­ми в такт на ру­ле дя­дей Ар­ту­ром. Ар­тур пре­вос­ходно ру­гал­ся сквозь зу­бы, прок­ли­ная этот мир, проб­ки, час-пик, во­дите­лей-не­умех, сно­ва проб­ки, по­том мир...

Но сон все же смо­рил Кон­стан­ти­на.

***

Ар­тур их с тру­дом рас­толкал. При этом Иван сон­но, с ми­нуту, го­ворил с Гиб­лертом, по по­воду ка­ких-то бу­тылок, а Кон­стан­тин ры­чал и ши­пел, что вре­мя про­буд­ки еще не приш­ло и путь отец даст ему дос­мотреть хо­тя бы один-единс­твен­ный сон.

- А! - рез­ко вып­ря­мил­ся на сво­ем си­дении Кон­стан­тин, - че­го?

- Встать! Вы при­еха­ли! - Ар­тур уже был очень не­дово­лен, что Бра­гин­ско­го под­нять не уда­лось. Тот сон­но, не от­кры­вая глаз, от­пи­хивал­ся от Ан­глии (при этом на­зывая его то То­рисом, то Аме­рикой, то Ва­ном Яо), уже пок­раснев­шим от ед­ва сдер­жи­ва­емой ярос­ти.

- Есть дру­гой спо­соб, дя­дя Ар­тур! - с эти­ми сло­вами Кон­стан­тин вы­шел из ма­шины и, скло­нив­шись пря­мо над ухом, что-то про­шеп­тал. И быс­трее мол­нии от­прыг­нул на поч­ти­тель­ное рас­сто­яние. Ива­на как то­ком уда­рило. Он под­прыг­нул, уда­рил­ся го­ловой о верх ма­шины и с ужа­сом от­крыл гла­за. Ар­тур пот­ря­сен­но наб­лю­дал за столь быс­трой пе­реме­ной.

- ЧТО?! - вос­клик­нул Иван, по­тирая ру­кой мес­то уда­ра. И оша­лело гля­дя по сто­ронам.

- Пап, мы в Ан­глии, пом­нишь? Ты зас­нул в ма­шине, - мяг­ко, про­гова­ривая каж­дое сло­во, ска­зал Кон­стан­тин.

- А­аа, - про­тянул Иван. - Прос­ти­те, что-то я слиш­ком ус­тал. По­мере­щилось мне... Га­дость вся­кая...

Кон­стан­тин ед­ва сдер­жи­вал смех. Иван вы­шел из ма­шины и спо­кой­но на­чал дос­та­вать че­мода­ны.

Как толь­ко Иван ока­зал­ся на том рас­сто­янии, на ко­тором не смог бы их обо­их ус­лы­шать, Ар­тур на­чал воп­ро­шать Кон­стан­ти­на.

- Что ты ему та­кое ска­зал, что­бы он так от­ре­аги­ровал?

- Я на­де­юсь, что ты ни­кому не ска­жешь... "У нас кон­чи­лась в стра­не вод­ка. Что де­лать?" - ви­нова­то гля­дя на ас­фальт, про­из­нес Кон­стан­тин.

Ар­тур сог­нулся в три по­гибе­ли от сме­ха.

***

Единс­твен­ное, что очень ра­дова­ло Ар­ту­ра - оби­лие нор­маль­ной, че­лове­чес­кой еды в хо­лодиль­ни­ке. Бра­гин­ский, ког­да впер­вые от­рыл его хо­лодиль­ник, прос­то го­рес­тно взвыл: жрать нор­маль­но­му, рус­ско­му му­жику, бы­ло поп­росту не­чего. Ар­тур, не умея го­товить, ли­бо за­казы­вал еду, ли­бо шел есть в бли­жай­шую за­бега­лов­ку.

Кон­стан­тин с Ива­ном, ко­торый пред­ва­ритель­но вып­ро­сил кре­дит­ку Ар­ту­ра, быс­тро смо­тались в бли­жай­ший ма­газин. Кон­стан­тин, тем не ме­нее ми­нут пят­надцать ржал: ну как это мож­но бы­ло вы­жить в те го­ды, ког­да и еду-то на­до бы­ло ло­вить или ожи­дать, по­ка вы­рас­тет и соз­ре­ет?

Ар­тур вы­рази­тель­но пок­раснел от злос­ти, и Иван пос­пе­шил увес­ти все еще хо­хочу­щего сы­на.

С ут­ра че­та Бра­гин­ских бе­гала - за­нима­лась спор­том, го­тови­ла. По­том они рас­полза­лись кто ку­да - Кон­стан­тин учил свои но­вые зак­ля­тия, зелья и про­чее, а Иван - ре­шал де­ла го­сударс­тва, по­сылая бу­маги по ин­терне­ту.

Ведь все стра­ны или по край­ней ме­ре боль­шинс­тво, ра­бота­ли в по­лити­чес­кой сфе­ре.

Иног­да все трое друж­но кол­до­вали. Ар­тур ра­довал­ся, что у не­го это по­луча­ет­ся бо­лее удач­но.

Еще ему нра­вилось наб­лю­дать за го­тов­кой зе­лий. Бра­гин­ский свое сло­во сдер­жал - маль­чик знал бук­валь­но все о зель­ях и все вре­мя по­пол­нял свои зна­ния в этой об­ласти. Ар­ту­ру дос­тался боль­шой за­пас зе­лий.

Так плав­но нас­ту­пило вре­мя дня рож­де­ния Кон­стан­ти­на.

***

С ут­ра Кон­стан­тин был го­тов аб­со­лют­но ко все­му, но не к то­му, что его ожи­дало...

Спус­тившись на кух­ню, он, по­лусон­ный, вскрик­нул от не­ожи­дан­ности: кри­ки "Поз­драв­ля­ем с днем рож­де­ния!" ог­лу­шили его. Ока­зыва­ет­ся, его уже жда­ли чет­ве­ро.

Дя­дя Ар­тур, дя­дя Аль­фред, дя­дя Яо и отец, че­му-то очень не­доволь­ный. Ви­димо, ска­зыва­лось на­хож­де­ние двух вза­им­но, а нет, трех вза­им­но не­нави­дящих друг дру­га на­ций.

Крес­тные от­цы на­пере­бой на­чали поз­драв­лять его и вру­чать по­дар­ки. Дру­гие по­дар­ки при­были по поч­те.

Быс­тро поб­ла­года­рив всех за по­дар­ки, Кон­стан­тин сел их раз­во­рачи­вать.

Яо по­дарил прек­расный на­бор для пись­ма, Ар­тур - за­пис­ку со сло­вами, что се­год­ня они ку­пят все к шко­ле, а Аль­фред вы­рази­тель­но ска­зал о кре­дике, от­данной им Кон­стан­ти­ну. Но по­дарок от­ца был бо­лее не­обыч­ным.

Отец за­вел всех их в свою ком­на­ту. И, гля­дя на Кон­стан­ти­на, сдер­нул ткань со стран­ной фор­мы, сто­яв­шей у не­го на сто­ле. И Кон­стан­тин, как и ос­таль­ные, ах­нул.

В клет­ке, а эта вещь ока­залась имен­но боль­шой клет­кой, спал не­боль­шой чер­ный орел. Но, как толь­ко ткань бы­ла сня­та - он встре­пенул­ся.

Орел ока­зал­ся двуг­ла­вым. И из каж­дой пас­ти выр­вался кло­кот.

- Ух ты! - выр­ва­лось у Яо.

Кон­стан­тин ни­чего не смог ска­зать, с вос­торгом наб­лю­дая как Иван от­кры­ва­ет двер­цу и орел быс­тро пе­реп­ры­гива­ет ему на ру­ку. Орел или две го­ловы, кло­кота­ли. Аль­фред то­же вос­торжен­но рас­смат­ри­вал его. Ар­тур, ко­торый был в кур­се по­дар­ка, поз­во­лил се­бе лишь по­любо­вать­ся гор­дой и не­обыч­ной пти­цей.

- Он твой. На­реки его. В Хог­вартс по­едешь с ним. Связь - так же че­рез не­го. Нра­вит­ся? - спро­сил Иван, рас­смат­ри­вая на сво­ей ру­ке, на ко­торой си­дел орел, блеск перь­ев в лу­чах сол­нца.

- Очень... - сла­бо про­из­нес Кон­стан­тин, - я да­же не знаю, что ска­зать... Спа­сибо, па­па!

- Как его на­зовешь? Возь­ми его, кста­ти на ру­ку, - Кон­стан­тин за­чаро­ван­но наб­лю­дал на то, как орел сжи­ма­ет ког­тя­ми его ру­ку. Он был до­воль­но тя­желым, но Кон­стан­тин да­же не по­мор­щился. Орел гор­до взи­рал на всю ком­па­нию, до­веряя толь­ко Ива­ну и Кон­стан­ти­ну.

- Его? Ммм... Им­пе­рия. Прос­то - Им­пер или Имп. - Кон­стан­тин не от­во­дил взгляд от кры­лато­го чу­да при­роды о двух го­ловах. Го­ловы иног­да за­води­ли ко­рот­кие кон­флик­ты, но быс­тро ус­по­ка­ива­лись. Ска­зыва­лось об­щее те­ло.

- Кра­сивое имя, - за­метил Аль­фред. Ван Яо пе­рех­ва­тил грус­тную улыб­ку Ива­на.

- Да, кра­сивое имя. Ну что, идем праз­дно­вать? - поз­вал всех Иван. - Зря мы, что ли, ко­рячи­лись над пли­той?

Спус­тя час все уже не мог­ли по­шеве­лить­ся от оби­лия блюд. Рус­ская кух­ня бы­ла очень сыт­ной и вкус­ной. Иван еще за­бот­ли­во под­кла­дывал всем в та­рел­ку до­бав­ки.

Орел же, ко­торо­го вы­пус­тил из клет­ки спе­ци­аль­но что­бы он раз­мял крылья, есть не хо­тел и толь­ко лишь пил, иног­да при­зем­ля­ясь на стол. Кон­стан­тин ос­то­рож­но гла­дил по опе­рению, крыль­ям и двум го­ловам. Иног­да орел да­вал­ся и гос­тям - те вов­сю его гла­дили, но две баш­ки не­доволь­но ши­пели. И пы­тались уда­рить клю­вами.

Вод­ки и ал­ко­голя на сто­ле не бы­ло вов­се: Ива­ну сов­сем не хо­телось пить, и по­это­му он ни­чего спе­ци­аль­но не по­купал.

Яо ге­ро­ичес­ки пред­при­нял по­пыт­ку от­вертеть­ся от оче­ред­ной пор­ции до­бав­ки, но Иван, улы­ба­ясь, все рав­но на­ложил ему це­лую та­рел­ку.

- Я лоп­ну, ару! Спа­сибо!

Аль­фред с Ар­ту­ром о чем-то шум­но бе­седо­вали, а Яо дос­тал из одежд (и где он пря­тал-то мо­биль­ный?) свой те­лефон и, взгля­нув на дис­плей, быс­тро ре­тиро­вал­ся на­ружу, го­ворить о чем-то. Иван гла­дил ор­ла и тот до­воль­но и ти­хо кло­котал.

Кон­стан­ти­ну по­каза­лось, что они все же все спря­тали то­пор вой­ны. Хоть не на­дол­го, но все же, все же...

Ки­тай, из­ви­ня­ясь, ско­ро у­ехал, бла­года­ря за обиль­ный стол. Де­ла. На­пос­ле­док, он об­нял Кон­стан­ти­на. Впро­чем, они ско­ро встре­тят­ся.

Че­рез три дня.

***

Все, а это: Иван, Ар­тур и Кон­стан­тин, сей­час на­ходи­лись в Ко­сом пе­ре­ул­ке. Кон­стан­ти­ну бе­шено хо­телось пос­мотреть все, но сей­час па­рад воз­глав­лял имен­но дя­дя Ар­тур. В банк Грин­готтс они уже за­ходи­ли, точ­нее за­ходил толь­ко Иван, пре­секая ма­лей­шие по­пыт­ки по­яв­ле­ния там Кон­стан­ти­на.

- Иван пой­дет по ма­гази­нам, ку­пит все для зе­лий. Так, дер­жи пись­мо, Бра­гин­ский... - Иван кив­ну­ла знак сог­ла­сия. - А мы с Кон­стан­ти­ном - за одеж­дой и вол­шебной па­лоч­кой. Встре­тим­ся тог­да у "Фло­риш и Блоттс"...

Ар­тур де­лал все пос­ле­дова­тель­но, и ос­та­валось толь­ко пос­ле­довать его со­ветам.

"Ма­дам Мал­кин. Одеж­да на все слу­чаи жиз­ни." гла­сила таб­личка ма­гази­на, где про­дава­ли обыч­ные ман­тии и школь­ные фор­менные ман­тии.

Ар­тур, ми­ло улы­ба­ясь, до­вел хо­зяй­ку сво­ей при­дир­чи­востью до бе­лого ка­ления. То цвет не идет, то ма­ла, то ве­лика, то пу­гови­цы не те... В об­щем, та ви­димо здо­рово об­ра­дова­лась, ког­да их вып­ро­води­ла. Кон­стан­тин там крас­нел еже­минут­но, по­миная чет­кость и ак­ку­рат­ность крес­тно­го не­доб­ры­ми сло­вом.

- Ол­ли­ван­дер! - объ­явил Ар­тур Кон­стан­ти­ну о ма­гази­не вол­шебных па­лочек.

Кон­стан­тин сра­зу же пе­рес­тал вспо­минать обо всем. Вол­шебную па­лоч­ку ему хо­телось по­лучить боль­ше все­го из при­лага­емо­го шко­лой спис­ка пред­ме­тов для за­нятий.

Ма­газин на­ходил­ся в ма­лень­ком об­шарпан­ном и за­холус­тном зда­нии. В пыль­ной, гряз­ной и тем­но­ватой вит­ри­не на выц­ветшей фи­оле­товой по­душ­ке ле­жала од­на-единс­твен­ная па­лоч­ка.

Ког­да они оба вош­ли, то в глу­бине стран­но­го ма­гази­на заз­ве­нел ко­локоль­чик, хо­тя ни­како­го ко­локоль­чи­ка на две­рях не бы­ло. Ар­тур сел на единс­твен­ный стул и при­нял­ся тер­пе­ливо ждать, а крес­тник вни­матель­но смот­рел на ря­ды узень­ких ко­робо­чек с по­ла до по­тол­ка вдоль стен. Их бы­ло так мно­го...

Еще был и боль­шой стол с при­лав­ком. И, на­вер­ное, в каж­дой ко­робоч­ке - вол­шебная па­лоч­ка...

- Доб­рый день, - пос­лы­шал­ся го­лос пря­мо за спи­ной Кон­стан­ти­на.

Он под­ско­чил от не­ожи­дан­ности. Ол­ли­ван­дер ока­зал­ся ни­зень­ким по­жилым че­лове­ком, но со стран­ным блес­ком в без­донных гла­зах, на­пом­нивше­му Кон­стан­ти­ну мер­твый свет лу­ны на не­бос­кло­не.

- Здравс­твуй­те, сэр.

Ар­тур по­дошел к ним.

- Нам нуж­на вол­шебная па­лоч­ка, сэр.

- О! Я не ожи­дал вас здесь уви­деть, сэр Ар­тур... - Ста­рик пок­ло­нил­ся ему и оки­нул его стран­но по­нима­ющим взгля­дом. Кон­стан­тин по­нял это сра­зу: он зна­ет о воп­ло­щении стран. - А с ва­ми, по­луча­ет­ся...

- Мой крес­тный сын Кон­стан­тин Бра­гин­ский.

- Бра­гин­ский... Бра­гин­ский... Сын са­мого из­вес­тно­го зе­лева­ра?

- О, да, сэр, - от­ве­тил ему на воп­рос Кон­стан­тин.

- Я хо­рошо знаю ва­шего от­ца... Ну, лад­но. Ка­кой ру­кой вы бу­дете дер­жать па­лоч­ку?

- Мне все рав­но, но боль­ше прав­ша. - Это бы­ло прав­дой, Иван раз­вил у не­го сво­еоб­разный та­лант - поль­зо­вать­ся дву­мя ру­ками, как и ле­вой, так и пра­вой.

- Вы­тяни­те, по­жалуй­ста, ру­ку. Да, вот так.

Ар­тур, стоя ря­дом с крес­тни­ком, наб­лю­дал за все­ми ма­нипу­ляци­ями про­дав­ца. Ста­ричок на­чал из­ме­рять пра­вую ру­ку Кон­стан­ти­на. Сна­чала рас­сто­яние от пле­ча до паль­цев, за­тем рас­сто­яние от за­пястья до лок­тя, за­тем от пле­ча до по­ла, ко­лена до под­мышки, и еще за­чем-то из­ме­рил ок­ружность го­ловы.

И из­ме­ритель­ная лен­та са­ма со­бой вер­ну­лась на стол, сто­яв­ший пря­мо пе­ред ни­ми.

- Внут­ри каж­дой па­лоч­ки на­ходит­ся мощ­ная ма­гичес­кая суб­стан­ция, мис­тер Бра­гин­ский, - по­яс­нял ста­ричок, про­водя свои из­ме­рения. - Это мо­жет быть шерсть еди­норо­га, пе­ро из хвос­та фе­ник­са или вы­сушен­ное сер­дце дра­кона... Или лю­бое дру­гое яд­ро. Каж­дая па­лоч­ка фир­мы «Ол­ли­ван­дер» ин­ди­виду­аль­на, двух по­хожих не бы­ва­ет, как не бы­ва­ет двух аб­со­лют­но по­хожих еди­норо­гов, дра­конов или фе­ник­сов и дру­гих... су­ществ. И ко­неч­но, вы ни­ког­да не дос­тигне­те хо­роших ре­зуль­та­тов, ес­ли бу­дет поль­зо­вать­ся чу­жой па­лоч­кой...

- По­дож­ди­те! - прер­вал его Кон­стан­тин, ро­ясь в сво­ей сум­ке. Он из­влек ма­лень­кий бу­маж­ный па­кетик и про­тянул его Ол­ли­ван­де­ру. - Это вам отец пе­редал, чуть не за­был...

Ста­ричок цеп­ки­ми паль­ца­ми заб­рал у не­го свер­ток и, под по­доз­ри­тель­ным взгля­дом Ар­ту­ра, уда­лил­ся ис­кать нуж­ную па­лоч­ку в нуж­ной толь­ко ему ко­роб­ке.

Его они жда­ли не очень дол­го, но за­то он явил­ся с од­ной-единс­твен­ной ко­роб­кой в ру­ках. Он пос­та­вил ко­роб­ку на стол пря­мо пе­ред ни­ми обо­ими. Но не спе­шил ее от­кры­вать.

- Эта па­лоч­ка вам точ­но по­дой­дет. Она бы­ла из­го­тов­ле­на спе­ци­аль­но под ва­шу ру­ку. Ник­то, кро­ме вас не смо­жет ей вос­поль­зо­вать­ся.

Он от­крыл ко­роб­ку.

Там ле­жала вол­шебная па­лоч­ка див­ной кра­соты. Резь­ба, ук­ра­шав­шая ее, изоб­ра­жала ки­тай­ско­го дра­кона в оп­ле­тении ве­ток и лис­точков. При бли­жай­шем рас­смот­ре­нии Кон­стан­тин по­нял, что это - вет­ви и лис­точки бе­резы. А бли­же к кон­цу - вы­резан­ная ро­за...

Са­ма па­лоч­ка бы­ла ос­ле­питель­но бе­лой, как вы­падав­ший снег.

Кон­стан­тин, не до­жида­ясь приг­ла­шения, взял ее в ру­ку. По ру­ке слов­но про­шел го­рячий ток и уда­рил в мозг. Ру­ка и па­лоч­ка ра­дова­лись еди­нению.

Из па­лоч­ки вы­лете­ли яр­ко фи­оле­товые ис­кры. Про­давец зах­ло­пал в ла­доши как ма­лое ди­тя.

- За­меча­тель­но! Она - ва­ша!

И, отоб­рав вол­шебную па­лоч­ку, ко­торая приз­на­ла сво­его хо­зя­ина, он при­нял­ся ста­ратель­но за­вора­чивать все в ко­рич­не­вую упа­ковоч­ную бу­магу.

Ар­тур все еще пы­та­ет­ся расс­про­сить его по по­воду па­лоч­ки, но ста­рик прыт­ко го­ворит це­ну, не об­ра­щая вни­мание на воп­ро­сы. Ар­тур рас­пла­чива­ет­ся, хо­тя по его ви­ду по­нят­но, что наз­ванная це­на его не ус­тра­ива­ет. Но это - по­дарок на день рож­де­ние, тот са­мый о ко­тором го­ворил Ар­тур. По­том су­ет за­пис­ку в ру­ки Кон­стан­ти­ну, и они ока­зыва­ют­ся вне ма­гази­на. Дверь зах­ло­пыва­ет­ся и на ней по­яв­ля­ет­ся таб­личка "Обед".

- С чем у те­бя па­лоч­ка? - спра­шива­ет Кёр­кленд, - я имею вви­ду ма­гичес­кое яд­ро...

- С во­лосом мо­его от­ца, - очень ти­хо го­ворит Кон­стан­тин, - мо­его при­ем­но­го...

- А, тог­да по­нят­но, что бы­ло в па­кете, - осоз­на­ет Ар­тур и боль­ше ни­чего не спра­шива­ет у крес­тни­ка.

Он под­хо­дят к "Фло­риш и Блоттс". Отец сто­ит око­ло вит­ри­ны с ку­чей свер­тков и па­кетов в ру­ках, рас­смат­ри­ва­ет кни­ги сквозь вит­ри­ну, впро­чем за­тем обо­рачи­ва­ет­ся им навс­тре­чу.

- Ку­пили?

- Ку­пили, - от­ве­ча­ет Ар­тур. Кон­стан­тин, с улыб­кой на гу­бах, тря­сет свер­тком, где у не­го вол­шебная па­лоч­ка. - Идем уже, за­кон­чим наш путь.

Пос­ле по­куп­ки книг, они вновь выш­ли че­рез бар "Ды­рявый ко­тел", от­де­ля­ющий маг­лов и ма­гов, где их жда­ла ма­шина.

По­том ве­чером они со­бира­ли че­мода­ны. Ут­ром Бра­гин­ские едут к Ва­ну Яо.

Все ма­гичес­кие ве­щи они упа­кова­ли - брать их бы­ло не к че­му. За­берут по­том, пе­ред от­прав­кой в шко­лу. За­ранее сло­жили и че­модан к шко­ле, на­бив его ве­щами. По­том во­зить­ся бу­дет не­досуг.

Ор­ла бра­ли с со­бой, бла­го до­кумен­ты на не­го бы­ли офор­мле­ны, а кол­довс­тво, ко­торое скры­вало что у не­го две го­ловы - ра­бота­ло. Кон­стан­тин был рад, что орел по­едет с ним, прав­да то­му не нра­вилось, что его дер­жат в клет­ке, но де­лать бы­ло не­чего.

Ут­ром их на ма­шине сно­ва по­вез­ли к са­моле­ту...

Примечания:

(1)... слишком подходило. - Здесь идет упор на то, какое значение и какой характер придает это имя. Думаю, вы не поленитесь узнать из поисковика какой человек, носящий имя Константин по характеру.
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 11.08.2014, 16:18 | Сообщение # 9
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 8. Ван Яо. Ки­тай.

- Ару! Как я рад вам! - Ки­тай встре­тил их сам, в праз­днич­ных, на­ци­ональ­ных одеж­дах в зда­нии тер­ми­нала. По-рус­ски он го­ворил очень чис­то, поч­ти без ак­цента. - Вы у ме­ня тут так дав­но не бы­ли, а ты во­об­ще ни ра­зу, ару! - он ле­гонь­ко тол­кнул Кон­стан­ти­на в бок лок­тем.

Иван улы­бал­ся ему. Впер­вые он был рад встре­че.

- При­вет и те­бе, мой крес­тник! Как ты? По­вер­нись! - Ки­тай зас­та­вил его это сде­лать, цеп­ко схва­тив за ру­кав.

Кон­стан­ти­ну приш­лось по­вер­нуть­ся вок­руг сво­ей оси, он при этом чуть пок­раснел. Оте­чес­кий взгляд од­но­го из са­мых ста­рых го­сударств на этой зем­ле, был ос­трее и прон­зи­тель­нее да­же от­цов­ских фи­оле­товых глаз.

- Ты под­рос с на­шей пос­ледней встре­чи... Ару. В шко­лу пой­дешь ско­ро... А, Иван, ку­да ты соб­рался? - Иван уже со­бирал­ся ухо­дить.

- Я... Яо, я бы так хо­тел ос­тать­ся здесь, но не мо­гу. - ви­нова­то про­из­нес он, гля­дя в пол. - Ме­ня ждет в Мос­кве пре­зидент...

- Ну, лад­но... - чуть пог­рус­тнел Ки­тай. Ви­димо, он сос­ку­чил­ся по Ива­ну. - Тог­да до встре­чи!

- По­ка, сын. По­ка, Яо.

И Иван раз­во­рачи­ва­ет­ся и идет об­ратно, к стой­ке ре­гис­тра­ции. Ван Яо спра­шива­ет у Кон­стан­ти­на ко­торый ос­тался с ве­щами и клет­кой в ру­ках:

- Ку­да пой­дешь, ару? Хо­чешь? Не ус­тал?

- С ог­ромным удо­воль­стви­ем прой­дусь, вот толь­ко ве­щи, да пти­ца...

- Ты вла­де­ешь ки­тай­ским? - по­сыпал­ся на не­го сле­ду­ющий воп­рос Яо.

- Не очень, - сра­зу приз­нался Кон­стан­тин, - но учу... Пы­та­юсь.

Чес­тность - луч­шая по­лити­ка.

- Это за­меча­тель­но, зна­чит в этом я те­бе по­могу. Вот так, - Ван Чо лег­ко под­хва­тил че­модан и клет­ку.

Ока­зыва­ет­ся, у не­го бы­ла ря­дом с а­эро­пор­том ма­шина, да еще внут­ри бы­ли двое муж­чин, ко­торых Яо веж­ли­во пред­ста­вил как Шан­хай и Гон-Конг.

Во­лей-не­волей приш­лось пе­рей­ти на ки­тай­ский, а по­том еще и по­лови­ну слов на ан­глий­ском...

За­дание на сле­ду­ющее ле­то Кон­стан­тин дал се­бе сам: под­тя­нуть­ся по ки­тай­ско­му язы­ку. Не хо­телось бы ему еще раз так уни­зитель­но крас­неть.

За­то эк­скур­сия по го­роду бы­ла прос­то пот­ря­са­ющей.

***

Ки­тай го­товил так, что прос­то паль­чи­ки об­ли­жешь! Кон­стан­тин, из-за то­го, что не по­ужи­нал, бро­сил­ся спать и был го­лоден как волк.

Ван Яо за­метил го­лод­ный взгляд Кон­стан­ти­на, нап­равлен­ный на по­луп­ри­готов­ленную еду.

- Про­голо­дал­ся?

- Да, крес­тный. Вче­ра же не ел ни­чего...

Маль­чик наб­ро­сил­ся на еду как она бы­ла пос­тавле­на пе­ред ним. Древ­нее го­сударс­тво лишь за­гадоч­но улы­балось, от­да­лен­но по­ходя сво­ей улыб­кой на его от­ца. Те­перь Кон­стан­тин по­нял, от­ку­да эта чер­та ха­рак­те­ра и ми­мики: отец ведь был под гне­том Ига, а тот то­же при­над­ле­жал Вос­то­ку...

Кон­стан­тин сы­то от­ки­нул­ся на сту­ле: Ки­тай так же го­товил, как и па­па - все пор­ции бы­ли боль­шим (но не та­кие, как у Аль­фре­да с Мак­до­наль­дсом).

- Очень вкус­но все бы­ло, спа­сибо!

- За­меча­тель­но, ару. Я чувс­твую, что ты за­нимал­ся с от­цом фи­зичес­кой под­го­тов­кой. Как ты смот­ришь на то, что­бы про­бежать­ся со мной по Ве­ликой Ки­тай­ской Сте­не?

- Это бы­ло бы пот­ря­са­юще!

- Тог­да за мной, ару!

***

Ки­тай с ним раз­го­вари­вал, по его прось­бе, час­тично на ан­глий­ском, час­тично на ки­тай­ском. Они про­бежа­ли, его по мне­нию, уже да­леко не пер­вый ки­лометр... Маль­чик был уже поч­ти на из­ды­хании, но Ки­тай как это слов­но бы чувс­тво­вал и ос­та­новил­ся.

Ван Яо обер­нулся: Кон­стан­тин тя­жело ды­шал, пы­та­ясь пе­ревес­ти дух.

- Ус­тал, ару? - при этом улы­ба­ясь угол­ка­ми рта.

- Нет, - су­хо от­ве­тил крес­тник, тя­жело ды­ша. - Но боль­ше я так бе­гать не бу­ду...

Ван не сдер­жал свой смех. Сын все боль­ше на­поми­нал ему от­ца - тот то­же не лю­бил приз­на­вать­ся в собс­твен­ной сла­бос­ти.

С не­ба пос­лы­шал­ся зна­комый ро­кот и на ру­ку Кон­стан­ти­ну опус­тился зна­комый чер­ный орел. Орел сжи­мал в ла­пах что-то по­хожее на пер­га­мен­тный свер­ток, за­вещан­ный алой лен­той.

- Им­пер, ты? - с эти­ми сло­вами Кон­стан­тин из­влек из его лап свер­ток. Орел сра­зу же под­ле­тел к Яо и сел ему на пле­чо. Яо пог­ла­дил его по крыль­ям, лю­бу­ясь свер­ка­ющим на сол­нце опе­рени­ем.

- Тут прос­то пись­мо от от­ца... Те­бе при­вет пе­реда­ет и вы­ража­ет поч­те­ние... - Кон­стан­тин чи­тал пись­мо: его гла­за пе­ребе­гали со строч­ки на строч­ку.

- Вза­им­но, ару. Пош­ли об­ратно. Про­гул­ка у нас и без то­го за­тяну­лась, - пред­ло­жил Яо. Орел вновь взле­тел в не­бо и опус­тился на пле­чо уже сво­его хо­зя­ина. - Нас ждет чай.

Что-что, а чай для Ки­тая был очень ва­жен...

Кон­стан­тин, скрыв быс­трую улыб­ку, по­шел сле­дом за Ва­ном Яо.

***

- Че­го бы ты хо­тел, ару?

Они в этот мо­мент гу­ляли по рын­ку вмес­те с Ва­ном Яо и воп­ло­щени­ем это­го са­мого го­рода, Гон-Кон­га.

Про­ходя меж ря­дов, он ви­дел ты­сячи иг­ру­шек, зон­тов, под­де­лок, по­дароч­ков, гла­за пря­мо раз­бе­гались. Пес­трые лен­ты, яр­кие вы­вес­ки, за­бега­лов­ки... Со­седс­тво­вали с вы­соки­ми не­бос­кре­бами из стек­ла и бе­тона. Там бе­гали по ко­ридо­рам лю­ди, оде­тые в са­мые раз­ные де­ловые кос­тю­мы, с бу­мага­ми и про­чем скра­бом в ру­ках. Все вос­точное, иное...

Гон-Конг иног­да пос­матри­вал в свой на­воро­чен­ный те­лефон: об­новлял свои при­ложе­ния, смот­рел но­вос­ти, по­году и фон­до­вые ин­дексы. Ла­зал в ин­тернет бес­счет­ное ко­личес­тво раз. Кон­стан­тин ему ти­хо за­видо­вал: та­кой труб­ки ни у ко­го ни в Рос­сии, ни в ми­ре он не ви­дел, как и са­му мо­дель те­лефо­на.

Отец мно­го лет зап­ре­щал ему иметь те­лефон, хоть по­том и сни­зошел до прос­той, без изыс­ков, труб­ки. Так, что­бы зво­нил, да и толь­ко.

- Да­же не знаю... Вро­де все есть, - про­тянул крес­тник, за­дум­чи­во гля­дя по сто­ронам. Ван Яо зас­ме­ял­ся, зад­рав го­лову квер­ху. Гон-Конг за­улы­бал­ся, гля­дя пря­мо ему в ли­цо.

- Мо­жет, мы те­бе кое-что по­дарим из на­ших на­ци­ональ­ных одежд?

- Это же так до­рого! - вос­клик­нул сра­зу маль­чик, - за­чем?

Ки­тай­ский шелк (1) был до­рогим, и это Кон­стан­тин знал не по­нас­лышке. Ему о нем рас­ска­зыва­ли на уро­ках.

- Идем-идем, - Гон-Конг все еще улы­бал­ся ему, - ты - часть на­шей семьи, а те­перь и еще - наш гость.

- Но...

- Идем, ару!

Ос­та­лось толь­ко по­корить­ся ве­дущим его ку­да-то двум ази­атам.

***

Ма­газин про­из­во­дил впе­чат­ле­ние че­го-то весь­ма не­обык­но­вен­но­го, стран­но­го. Тя­нуло бла­гово­ни­ями, к ним Кон­стан­тин уже смог при­вык­нуть за па­ру дней сво­его пре­быва­ния и на сте­нах бы­ли кар­ти­ны-пан­но из сцен жиз­ни Ки­тая.

С по­тол­ка до по­ла, спус­ка­лись са­мые раз­ные ру­лоны и от­ре­зы тка­ней. Па­ра де­вушек - две ки­та­ян­ки, ста­ратель­но об­слу­жива­ли по­купа­телей.

Ван Яо с ин­те­ресом, но всколь­зь про­бежал по пан­но взгля­дом. Гон-Конг уже смот­рел ру­лон кра­сиво­го чер­но­го шел­ка.

Де­вуш­ка-ки­та­ян­ка, от па­ры бро­шен­ных слов Ки­тая, быс­тро при­вела их в за­ко­улок (так про се­бя Кон­стан­тин наз­вал этот чер­ный угол) и ос­та­вила их смот­реть.

Тут тка­ни от­ли­чались осо­бен­но - яв­но бе­зум­но до­рогие и бо­гатые на цве­та, узо­ры и ук­ра­шения.

- Вы­бирай! - отоз­вался Гон-Конг, - я ду­маю, те­бе тут нра­вит­ся все...

- Еще бы... Осо­бен­но це­на. - Кон­стан­тин под­ни­мал бро­ви, гля­дя на цен­ни­ки, их - то он на­учил­ся чи­тать.

Ки­тай лю­бовал­ся кра­сивым зо­лотым шел­ком, мял его паль­ца­ми. Шелк сте­кал по ру­ке, по­доб­но во­де. Его бли­ки за­вора­жива­ли.

Кон­стан­тин, тем вре­менем, уже на­шел под­хо­дящее, но не се­бе, а от­цу - цвет шел­ка под­хо­дил под цвет глаз от­ца. Ему бы очень пон­ра­вилось, на­вер­ное... Шел­ко­вая ру­баш­ка бы­ла бы иде­аль­ной, кра­сивой... и пра­виль­ной.

Гон-Конг за­метил не­реши­тель­ность Кон­стан­ти­на и по­доз­вал Ки­тая.

- Ива­ну? - спро­сил Ки­тай сра­зу же, толь­ко оки­нув взгля­дом ткань.

- Да. Я прек­расно знаю все ню­ан­сы его глаз, - ви­нова­то улыб­нулся Кон­стан­тин и вне­зап­но по­суро­вел. - Я знаю, на что он по­шел...

Ки­тай мол­ча кив­нул, гля­дя ему пря­мо в гла­за.

- А у те­бя нем­но­го иные гла­за... - ска­зал Ки­тай не­ожи­дан­но по-рус­ски, - и в них - мо­ре доб­ро­ты, доб­лести, так вы­соко це­нимы­ми Ива­ном, ведь я его знаю очень дав­но. Честь, дос­то­инс­тво... Да­же не­кая су­мас­шедшая при­месь - все при­сутс­тву­ет в те­бе... Вы так друг дру­гу под­хо­дите... Я так же знаю и тай­ну Ива­на, - Кон­стан­тин пот­ря­сен­но гля­дит на Яо. Он знал - так до­верить­ся ко­му-то Иван ни­ког­да бы не ос­ме­лил­ся. Де­ло не так-то прос­то. - Да-да, не удив­ляй­ся. Но есть и еще кое-что... Ты хи­тер, из­во­рот­лив, умен. Я это чувс­твую в раз­го­воре с то­бой. Ты ос­то­рожен, сдер­жан в сво­их выс­ка­зыва­ни­ях... Из те­бя бы выш­ла пот­ря­са­ющая стра­на...

- Но я - че­ловек! - удив­ленно воз­ра­зил крес­тник.

- Ты мо­жешь ока­зать­ся и стра­ной. Иван в этом, быть мо­жет, по­может те­бе. Но ты еще вы­бор свой не сде­лал, так?

Кон­стан­тин по­мор­щился, но все же про­из­нес:

- Да, это так.

- Иван пе­ре­иг­рал нас всех. Ум­ни­ца! - ли­цо на­ции вы­ража­ло вос­торжен­ное вы­раже­ние хит­ростью Ива­на. - Иван уме­ет мыс­лить и поль­зо­вать­ся си­ту­аци­ей, это от не­го не от­ни­мешь...

- Я куп­лю это на свои, - Кон­стан­тин дос­тал ко­шелек, где бы­ла кре­дит­ка от Аль­фре­да. - На­до ку­да-ни­будь и ког­да-ни­будь это пот­ра­тить...

- Пра­виль­ное ре­шение. Это не твои день­ги, так и от­дай их даль­ше. Я, кста­ти, на­шел те­бе по­дарок... Ну и Ива­ну - он от это­го точ­но при­дет в вос­торг. - Ки­тай про­демонс­три­ровал тем­но-зе­леный шелк. И еще...

Кон­стан­тин за­лил­ся сме­хом, гля­дя на дру­гую ру­ку Ки­тая.

- Это мож­но брать да­же без ого­ворок и воп­ро­сов.

Ткань бы­ла чер­ным шел­ком с вы­шиты­ми зо­лоты­ми цве­тами - под­солну­хами. А еще бы­ли на ней дра­коны и и­ерог­ли­фы. Кра­сиво.

Ки­тай от­ло­жил мо­ток тка­ни в сто­рону. Бра­гин­ский пос­ту­па­ет так же. Гон-Конг тер­за­ет кон­суль­тан­та по тка­ням - он раз­ду­мывал о тка­ни на де­ловые кос­тю­мы. И ни­как не мог выб­рать из трех ва­ри­ан­тов.

- Ну-ка, ару! - и Яо рез­во при­тяги­ва­ет к се­бе крес­тни­ка. И прик­ла­дыва­ет к не­му ткань. - Иде­аль­но. Бе­рем все. И те­бе че­рез нес­коль­ко дней сошь­ют ци­пао.

- Спа­сибо!

- Ну, идем, ару! Гон, ты все еще не мо­жешь выб­рать?

- Уже иду, ару!

***

Дни тек­ли один за дру­гим. Кон­стан­тин все боль­ше пос­ти­гал стра­ну его крес­тно­го, и все боль­ше его ува­жал. Впро­чем, и Ки­тай не ос­та­вал­ся в дол­гу - он по­казы­вал стра­ну с вы­год­ной для се­бя сто­роны.

Они бе­гали вмес­те, пе­рего­вари­вались, пи­ли чай на чай­ной це­ремо­нии. А еще - Ки­тай лю­бил оку­нать­ся с го­ловой в свое прош­лое. Он по­дол­гу рас­ска­зывал ис­то­рию Ки­тай до на­ших дней. Его по­вес­тво­вание бы­ло та­ким же эпич­ным и бо­евым, как и рас­ска­зы Ива­на о сво­ем прош­лом.

Они иног­да сра­жались на ме­чах, при­чем нас­то­ящих. По­том еще и на бам­бу­ковых пал­ках. Ру­копаш­ный бой Кон­стан­тин всег­да про­иг­ры­вал, хоть и знал те­перь все энер­ге­тичес­кие точ­ки че­лове­ка и па­ру нуж­ных при­ем­чи­ков са­мо­обо­роны.

Они бы­ли в его те­ат­рах, на эк­скур­си­ях, смот­ре­ли филь­мы, слу­шали му­зыку...

Ки­тай по­казы­вал как он кол­ду­ет. Кол­до­вал он, как и его отец - ру­ками и жес­та­ми. И ни зву­ка с не сры­валось с губ. Ки­тай - хо­роший це­литель, врач. Мно­го веч­но ис­це­лил мел­кие трав­мы, та­кие как по­резы о бу­магу или укол игол­кой.

Ки­тай не­хотя, но приз­на­вал, что пра­во на зелья ос­та­ют­ся у Ива­на. Он иног­да и весь мир спа­са­ет, изоб­ре­тая ле­карс­тво от оче­ред­ной мер­зкой бо­лез­ни.

Ка­залось, что это ле­то бу­дет длить­ся веч­но, но вот нас­та­ли и пос­ледние день­ки.

***

Ки­тай от­во­зил его сам, об­ратно до а­эро­пор­та. Поп­ро­щав­шись с ним, обе­щав обя­затель­но заг­ля­нуть к не у сле­ду­ющим ле­том, Кон­стан­тин по­кинул стра­ну, ос­тавшись под ее впе­чат­ле­ни­ем.

В че­мода­не, на дне, те­перь ле­жал тем­но-зе­леный с ши­роким по­ясом, ци­пао; ве­ера, с ко­торы­ми Кон­стан­тин на­учил­ся об­ра­щать­ся за вре­мя пре­быва­ния, да па­ра аму­летов - вос­точных обе­рега­лок. Так же он вез и мра­мор­но­го дра­кона к се­бе в ком­на­ту.

Его вновь жда­ла Ан­глия, а там - уже и пер­вые, школь­ные дни...

Примечания:

1) Китайский шелк - Традиция шелководства на территории Китая зародилась ещё в неолите (V—III тысячелетии до н. э.). Как рассказывает старинная китайская легенда, искусством изготовления шёлка Китай обязан жене Жёлтого императора, мифического основателя китайского государства, потому что именно она научила свой народ разводить гусениц и ткать. Самый древний кокон шелкопряда обнаруженный археологами был найден в неолитическом поселении северной провинции Шаньси (ок. 2200—1700 гг. до н. э.), а первые фрагменты шёлковой ткани в одной из гробниц южного Китая, времен Борющихся царств (475—221 гг. до н. э.).
Перед окрашиванием шёлк промывали, вываривали и отбеливали. Для окрашивания применяли минеральные и растительные красители. Для придания более сложных оттенков ткани подвергались многократной окраске.
Много столетий никому за пределами Китая не удавалось овладеть технологией производства шёлка, так как за разглашение тайны полагалась смерть. Огромные усилия были потрачены на то, чтобы выведать этот секрет.
 
Lady_TasheeДата: Понедельник, 11.08.2014, 19:12 | Сообщение # 10
Подросток
Сообщений: 2
« 0 »
Очень мило и нежно. Понравилось очень сильно, так что желаю побольше вдохновения.


Владыка Запределья
Дьяволу служить или пророку, каждый выбирает для себя.
Supremus nos tantum divum – выше нас только небо.
 
AyvenДата: Четверг, 14.08.2014, 07:22 | Сообщение # 11
Снайпер
Сообщений: 110
« 23 »
очень понравилось! пишите еще!!!
 
smertДата: Четверг, 14.08.2014, 19:28 | Сообщение # 12
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
biggrin biggrin biggrin отличное начало.........
 
Хлоя_МуракамиДата: Суббота, 16.08.2014, 15:50 | Сообщение # 13
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 9. Хог­вартс.

Боль­шая чер­ная ма­шина с фла­гами Ан­глии мед­ленно пол­зла по пе­репол­ненно­му в этот час шос­се к вок­за­лу "Кингс Кросс". Внут­ри нее, у­ют­но рас­по­ложив­шись на си­дении, гор­до вос­се­дал Ар­тур Кёр­кленд; Кон­стан­тин си­дел пря­мо нап­ро­тив не­го, а ря­дом с ним - си­дел его отец.

Все трое си­дели спо­кой­но: они зна­ли, что в лю­бом слу­чае не опоз­да­ют. Ар­тур все пре­дус­мотрел.

Кон­стан­тин боль­шей частью смот­рел в ок­но. По­года ра­дова­ла в этот осен­ний день: сол­нышко яр­ко ис­кри­лось в не­бе, туч поч­ти не бы­ло, а са­мо не­бо бы­ло вы­соким-вы­соким, ка­ким бы­ва­ет лишь осенью.

У­ез­жать, ко­неч­но же, не хо­телось, да и Кон­стан­тин знал, что бу­дет ску­чать по от­цу и собс­твен­ной стра­не, но...

Он едет в Хог­вартс! В са­мую из­вес­тную шко­лу ма­гии!

Кон­стан­тин одел­ся в обык­но­вен­ные джин­сы и ру­баш­ку - пе­ре­одеть­ся в ман­тию сей­час бы­ло бы не сов­сем ра­зум­но: маг­лы мог­ли это за­метить. В ба­гаж­ни­ке был че­модан, ря­дом с дя­дей Ар­ту­ром - клет­ка, прик­ры­тая тканью. Им­пе­рии очень не пон­ра­вил­ся про­цесс пе­ре­ез­да, и его приш­лось прик­рыть, что­бы он зас­нул.

На вок­за­ле "Кингс Кросс" они бы­ли ров­но в де­сять. Иван пе­рета­щил че­модан на те­леж­ку и сам от­вез ее на пер­рон. Ар­тур шел ря­дом с крес­тни­ком.

- Бо­ишь­ся?

- Нет, хо­тя но­вое всег­да вну­ша­ет мне не­дове­рие. - От­ве­ча­ет Кон­стан­тин.

- Нам на­до прой­ти че­рез барь­ер, - спо­кой­но го­ворит Ар­тур, - идем­те.

Иван кив­нул ему в знак сог­ла­сия и они пош­ли. Во­об­ще от­це се­год­ня боль­шей частью мол­чал.

По до­роге к барь­еру они уви­дели трех че­ловек: муж­чи­ну, жен­щи­ну и де­воч­ку при­мер­но один­надца­ти лет. В ру­ке у нее был зна­комый, та­кой же как и у Кон­стан­ти­на сей­час, би­лет на по­езд Хог­вартс-экс­пресс. Они ог­ля­дыва­лись по сто­ронам, яв­но ища эту плат­форму.

Они с де­воч­кой пой­ма­ли взгляд друг дру­га.

У де­воч­ки бы­ла гус­тая коп­на вь­ющих­ся во­лос, ка­рие гла­за. Де­воч­ка за­шага­ла к не­му вмес­те с ро­дите­лями.

- То­же Хог­вартс? - спро­сил Иван у нее, - и не мо­жете най­ти нуж­ную плат­форму?

- Да, - мяг­ко ска­зала жен­щи­на, - в би­лете го­ворить­ся что по­езд от­хо­дит с плат­формы де­вять и три чет­верти...

- Так и есть. Это раз­де­литель­ный барь­ер, - ска­зал Ар­тур с боль­шим учас­ти­ем гля­дя на их семью, - пой­дем­те с на­ми, мы под­ска­жем, как по­пасть на по­езд.

- Здо­рово! - вос­хи­тилась де­воч­ка.

Они про­дол­жи­ли путь все вмес­те.

- Ты не из ма­гичес­кой семьи? - спро­сил Кон­стан­тин у нее, - ме­ня, кста­ти, Кон­стан­тин зо­вут, а те­бя?

- Да, мои ро­дите­ли не вол­шебни­ки, я - Гер­ми­она. А что нуж­но сде­лать, что­бы прой­ти на плат­форму?

- На­до пой­ти пря­мо че­рез раз­де­литель­ный барь­ер меж­ду плат­форма­ми де­вять и де­сять. Са­мое глав­ное - те­бе нель­зя ос­та­нав­ли­вать­ся и нель­зя бо­ять­ся, что ты вре­жешь­ся в барь­ер. Ес­ли ты нер­вни­ча­ешь, луч­ше ид­ти быс­трым ша­гом или бе­жать... - спо­кой­но про­из­нес за их спи­нами го­лос Ар­ту­ра Кёр­клен­да. - Мы приш­ли.

Гер­ми­она не­реши­тель­но пос­мотре­ла на сте­ну.

- Ты пер­вая, - мяг­ко ска­зал Кон­стан­тин, - твои ро­дите­ли пой­дут с мо­им от­цом и крёс­тным, - да­вай, да­вай, иди же!

Она тол­кнул впе­ред свою те­леж­ку и вновь пос­мотре­ла на барь­ер. Барь­ер по­казал­ся ей очень и очень проч­ным. Но она на­чала раз­го­нять­ся. Кон­стан­тин как раз взял свою те­леж­ку у от­ца.

Гер­ми­она ис­чезла в барь­ере. Так же че­рез ми­нуту пос­ту­пил и Кон­стан­тин - он, прав­да, бо­лее мед­ленным ша­гом про­шел до не­го, но так же ис­чез в стен­ке, что­бы воз­никнуть на плат­форме.

Гер­ми­ону он уви­дел нем­но­го по­одаль - она рас­смат­ри­вала алый по­езд, ко­торо­му се­год­ня и пред­сто­яло от­вести их в шко­лу.

Кон­стан­тин на­ходил­ся на плат­форме. Над­пись на обык­но­вен­ном таб­ло гла­сила: "Хог­вартс-экс­пресс. 11.00".

Над го­лова­ми соб­равших­ся на плат­форме лю­дей плы­ли из­верга­емые па­рово­зом клу­бы ды­ма, а под но­гами шмы­гали раз­ноцвет­ные кош­ки и дру­гие су­щес­тва. До Кон­стан­ти­на до­носи­лись ред­кие го­лоса, скрип тя­желых че­мода­нов и не­доволь­ное уханье пе­рего­вари­вав­шихся друг с дру­гом сов. По­ка бы­ло очень ра­но, ма­ло кто при­ехал к по­ез­ду.

Гер­ми­она, от­крыв рот - все здесь ка­залось иным.

Сза­ди их дог­на­ли и ро­дите­ли с его крёс­тным.

- Ну как? - спро­сил Ар­тур с гор­достью, - Это Хог­вартс-экс­пресс!

- Здо­рово, я очень люб­лю ез­дить на по­ез­де! - Кон­стан­тин обер­нулся к ним.

Заг­ру­зив с по­мощью ро­дите­лей и Ар­ту­ра че­мода­ны в сво­бод­ное ку­пе в са­мой се­реди­не по­ез­да и пос­та­вив клет­ку на си­дение, они с Гер­ми­оной выш­ли поп­ро­щать­ся.

Ар­тур вел се­бя сдер­жа­но и в та­ком же то­не прош­ло их про­щание. Впро­чем, они все рав­но ко­рот­ко об­ня­лись, а Ар­тур ска­зал, что бу­дет на­вещать его.

Гер­ми­она сто­яла и про­щалась со сво­ими ро­дите­лями.

Нас­тал миг про­щания с от­цом. Объ­ятия от­ца еще ни­ког­да не ка­зались та­кими нуж­ны­ми Кон­стан­ти­ну. Раз­лу­ка и ее ощу­щение, уже на­чало про­тив­но грызть сер­дце и ду­шу.

- Ты очень ра­зумен, Кон­стан­тин. Я в те­бя ве­рю, все бу­дет хо­рошо. - Отец ог­ля­дывал­ся по сто­ронам. - Учись так, как счи­та­ешь нуж­ным сам, здесь я те­бе не со­вет­чик. Все, че­му я те­бя учил, ты пом­нишь, и это за­меча­тель­но. Ты дол­жен ос­та­вать­ся че­лове­ком в лю­бой си­ту­ации, да­же, ка­залось бы, без­вы­ход­ной. Пом­ни это...

- Я за­пом­ню это, спа­сибо.

- Я рад, что ты бу­дешь учить­ся здесь. - Иван пот­ре­пал его во­лосы, гля­дя на не­го свер­ху вниз. Улыб­нулся, - ну, уда­чи те­бе! По­ка, сын!

- По­ка, пап.

Они еще раз креп­ко-креп­ко об­ня­лись на­пос­ле­док. Отс­тра­нились друг от дру­га. Ухо­дящий прочь Иван, с Ар­ту­ром, по­махал ему на­пос­ле­док.

Кон­стан­тин заб­рался в ку­пе. Гер­ми­она шла сле­дом за ним.

Оба взгля­нули друг на дру­га.

- Ты не ан­гли­чанин? - спро­сила она, уса­жива­ясь, - я прос­то слы­шала как вы го­вори­ли на дру­гом язы­ке...

- Нет, я рус­ский. Крес­тный, дя­дя Ар­тур, ты его ви­дела, нас­то­ял, что­бы я учил­ся все неп­ре­мен­но толь­ко в этой шко­ле.

- Ой, я те­перь по­нимаю, что у те­бя есть в го­лосе лег­кий ак­цент...

- Ко­неч­но, это мой не род­ной язык. Мой род­ной - рус­ский.

- А рас­ска­жи мне о Рос­сии! Это ведь так здо­рово, что ты из дру­гой стра­ны! Это так ин­те­рес­но! - Гер­ми­она на­лете­ла на Кон­стан­ти­на с воп­ро­сами. Он сна­чала сму­щал­ся, но по­том с удо­воль­стви­ем опи­сывал ей все, что бы­ло у не­го до­ма.

У Кон­стан­ти­на был боль­шой за­пас ис­то­рий. Ведь они с от­цом за­меча­тель­но про­води­ли ко­рот­кое ле­то, а по­том и осень с зи­мой и за­тяж­ной вес­ной.

Кон­стан­тин опи­сал ей ез­ду к ка­закам, сплав по быс­трой ре­ке, озе­ро Бай­кал, Мос­кву, Пе­тер­бург, Нов­го­род... Ее гла­за все боль­ше си­яли ин­те­ресом.

Они за­кон­чи­ли го­ворить лишь ког­да подъ­еха­ла те­леж­ка с едой. Из там­бу­ра до­нес­ся стук, а за­тем в ку­пе заг­ля­нула прес­та­релая жен­щи­на с при­ят­ной ямоч­кой на под­бо­род­ке. И приг­ла­сила их смот­реть то­вары.

Про­голо­дав­ший­ся Кон­стан­тин, ед­ва взгля­нув на те­леж­ку, по­нял, что тут есть чем пе­ребить ап­пе­тит, но не­чего из нор­маль­ной еды тут нет. По­купать он ни­чего не стал.

Гер­ми­она ку­пила не мно­го, хо­тя по ее ви­ду мож­но бы­ло точ­но ска­зать - она хо­тела поп­ро­бовать все, что бы­ло на те­леж­ке.

Стук раз­бу­дил Име­ра и тот при­нял­ся не­доволь­но кло­котать и пы­тать­ся сбро­сить ткань с клет­ки. Гер­ми­она ра­нее ее прос­то не за­мети­ла, и по­это­му су­дорож­но вздрог­ну­ла от рез­ко­го зву­ка.

- Это мой орел, Им­пе­рия. - С эти­ми сло­вами Кон­стан­тин снял ткань с клет­ки.

- Ух ты! У не­го что, две го­ловы, да?

- Ага. Это по­дарок мо­его от­ца на мой день рож­де­ния. Это ма­гичес­кое жи­вот­ное, приз­на­ет толь­ко двух-трех че­ловек, а ос­таль­ных - тер­пит.

- А мож­но пог­ла­дить? - де­воч­ке очень пон­ра­вилась не­обыч­ная пти­ца.

- Толь­ко ру­ки выт­ри от слад­ко­го и очень ос­то­рож­но - он не лю­бит чу­жие и нез­на­комые ру­ки, мо­жет здо­рово клю­нуть...

- Бу­ду ос­то­рож­на...

По­езд шел по сво­ей ко­лее, ко­леса сту­чали, уно­ся их все даль­ше и даль­ше. Кон­стан­тин не­воль­но упус­тил нить бе­седы - заг­ля­дел­ся на раз­гу­ляв­шу­юся осень за ок­ном.

Стук от­кры­ва­ющей­ся в ку­пе две­ри прер­вал его мыс­ли.

На по­роге по­явил­ся круг­ло­лицый маль­чик, со свет­лы­ми во­лоса­ми. Вы­раже­ние ли­ца его сра­зу же на­пом­ни­ло Кон­стан­ти­ну не­доте­пу из по­пуляр­но­го филь­ма. Выг­ля­дел он так, слов­но со­бирал­ся вот-вот рас­пла­кать­ся.

- Из­ви­ните, - про­лепе­тал маль­чик стре­митель­но крас­нея. - Вы тут не ви­дели жа­бу?

Гер­ми­она и Кон­стан­тин друж­но по­кача­ли го­лова­ми, и маль­чик на­чал при­читать.

- Я по­терял ее! Она веч­но от ме­ня убе­га­ет! Ну что за жи­вот­ное!

- Ка­ков хо­зя­ин, та­кое и жи­вот­ное... - быс­тро про­из­нес Кон­стан­тин. - А во­об­ще-то, иди к стар­шим и пусть они при­менят ма­нящие ча­ры. И уве­рен: она при­летит пря­мо к те­бе в ру­ки.

- Да, на­вер­ное, - грус­тно про­из­нес круг­ло­лицый. - Что ж, ес­ли вы ее уви­дите…

И с эти­ми сло­вами он ушел из ку­пе. Дверь за ним зак­ры­лась.

Гер­ми­она по­жала пле­чами и сор­ва­ла обер­тку с "шо­колад­ной ля­гуш­ки".

- Ой, смот­ри, тут кар­точка!

Гер­ми­она окон­ча­тель­но раз­верну­ла "ля­гуш­ку" и вы­тащи­ла кар­точку. На ней был изоб­ра­жен че­ловек в за­тем­ненных оч­ках, с длин­ным крюч­ко­ватым но­сом и вь­ющи­мися се­дыми во­лоса­ми, се­дыми уса­ми и се­дой бо­родой. "Аль­бус Дамб­лдор" гла­сила под­пись под кар­тинкой. И про­тяну­ла Кон­стан­ти­ну.

- О, наш ди­рек­тор шко­лы! - про­из­нес Кон­стан­тин, чи­тая текст.

Текст гла­сил:

"Аль­бус Дамб­лдор, в нас­то­ящее вре­мя ди­рек­тор шко­лы «Хог­вартс». Счи­та­ет­ся ве­личай­шим вол­шебни­ком на­шего вре­мени. Про­фес­сор зна­менит сво­ей по­бедой над тем­ным вол­шебни­ком Грин-де-Валъ­дом в 1945 го­ду, от­кры­ти­ем две­над­ца­ти спо­собов при­мене­ния кро­ви дра­кона и сво­ими тру­дами по ал­хи­мии в со­ав­торс­тве с Ни­кола­сом Фла­мелем. Хоб­би — ка­мер­ная му­зыка и иг­ра в кег­ли."

- О, зна­чит, вот о чем мне го­ворил мой отец.

- Э­ээ, Кон­стан­тин, а как зо­вут тво­его от­ца?

- Мы сов­сем за­были пред­ста­вить­ся пол­ностью! - хлоп­нул се­бя по лбу Кон­стан­тин. - Кон­стан­тин Бра­гин­ский, это я. Иван Бра­гин­ский -мой отец. Он - зе­левар. Один из луч­ших.

- А я - Гер­ми­она Грей­нджер. Ес­ли пол­ностью. Здо­рово, отец у те­бя вы­сокий та­кой, с бе­лыми во­лоса­ми... Да?

Кон­стан­тин, от­ча­ян­но крас­нея, лишь с треть­его ра­за про­из­нес ее фа­милию пра­виль­но. Ему ме­шал его го­вор.

Они здо­рово по­раз­влек­лись, раз­во­рачи­вая "шо­колад­ных ля­гушек". Изоб­ра­жения на кар­точках дви­гались. Гер­ми­она так же про­демонс­три­рова­ла свою вол­шебную па­лоч­ку. Кон­стан­тин в дол­гу не ос­тался и по­казал свою.

Они за­гово­рили о про­фес­си­ях сво­их ро­дите­лей.

- Мои ро­дите­ли - сто­мато­логи...

- Хо­рошая про­фес­сия, зу­бы ле­чить. Мой отец по ма­гичес­кой час­ти - ва­рит зелья. Он луч­ший из луч­ших в ми­ре. А в ми­ре маг­лов - важ­ный го­сударс­твен­ный ра­бот­ник.

- Так это бы­ла ма­шина тво­его от­ца? Боль­шая та­кая, чер­ная с фла­гами?

- Не сов­сем. Это бы­ла ма­шина мо­его крес­тно­го, дя­ди Ар­ту­ра. Он - важ­ный го­сударс­твен­ный ра­бот­ник Ан­глии. И маг, по сов­мести­тель­ству...

- А твоя ма­ма?

- Она умер­ла, чу­дом ро­див ме­ня. Отец вы­ходил ме­ня. И бла­года­ря толь­ко ему, его зель­ям и ма­гии, я жив.

- Прос­ти...

- Да лад­но, дав­но это бы­ло и прош­ло­го не вер­нешь...

Мол­ча­ние, на­дол­го воз­никшее меж­ду ни­ми бы­ло прер­ва­но вновь от­кры­ва­ющей­ся дверью ку­пе. В ку­пе вош­ли трое маль­чи­шек.

Один из них был блон­ди­ном и очень бе­лым на ли­цо. Те двое, что приш­ли с блед­но­лицым, бы­ли креп­кие ре­бята, но вид у них был до­воль­но неп­ри­ят­ный. Стоя по бо­кам блед­но­лице­го, они на­поми­нали его те­лох­ра­ните­лей. Так, по край­ней ме­ре, Кон­стан­ти­ну жи­во вспом­ни­лось вос­по­мина­ние о про­гул­ке по цен­тру Аме­рики.

- Здравс­твуй­те, а вы кто? - с лю­бопытс­твом спро­сил Кон­стан­тин. Он рас­смат­ри­вал его спут­ни­ков - "шка­фов". Гер­ми­она отор­ва­ла взгляд от учеб­ни­ка, в ко­торый уже ус­пе­ла пог­ру­зить­ся с го­ловой.

- Это Крэбб, а это Гойл, - неб­режно пред­ста­вил их блед­но­лицый, за­метив, что Гар­ри рас­смат­ри­ва­ет его спут­ни­ков. - А я Мал­фой, Дра­ко Мал­фой.

- Мне зна­кома твоя фа­милия... Отец твой - Лю­ци­ус Мал­фой, я уга­дал?

- Ты его зна­ешь?

- Зна­ет мой отец. Я - Кон­стан­тин Бра­гин­ский. - Боль­ше маль­чик не сом­не­вал­ся и про­тянул ру­ку для ру­копо­жатия. Тот до­воль­но по­жал ее.

- По­луча­ет­ся, ты сын то­го из­вес­тно­го Бра­гин­ско­го?

- То­го са­мого. Я из Рос­сии.

- Рад зна­комс­тву. - Взгляд Дра­ко пе­ребе­жал с не­го на ор­ла, а по­том и Гер­ми­ону. Он по­мор­щился как от зуб­ной бо­ли. - Ты ско­ро уз­на­ешь, Бра­гин­ский, что в на­шем ми­ре есть нес­коль­ко ди­нас­тий и се­мей вол­шебни­ков, ко­торые ку­да кру­че всех ос­таль­ных. Те­бе ни к че­му дру­жить с те­ми, кто это­го не дос­то­ин. Я по­могу те­бе во всем ра­зоб­рать­ся...

- Спа­сибо, Мал­фой. Я по­думаю над эти­ми сло­вами. - Хо­лоду в го­лосе Кон­стан­ти­на мож­но бы­ло толь­ко по­зави­довать. - Я, по­жалуй, хо­чу вздрем­нуть...

Тут не­ожи­дан­но ожил Им­пер, ко­торый до это­го сно­ва зас­нул, по­ложив две сво­их го­ловы под кры­ло, в клет­ке. Он ярос­тно зак­ло­котал в две глот­ки. Его гла­за смот­ре­ли в сто­рону Мал­фоя. Два клю­ва гром­ко, при­зыв­но за­щел­ка­ли. Он шум­но за­бил крыль­ями, по­казы­вая всем сво­им ви­дом свое не­доволь­ство.

- Им­пер! Ти­хо! Дра­ко, будь добр, вый­ди по­жалуй­ста, - спо­кой­но про­из­нес Кон­стан­тин под­ни­ма­ясь со сво­его си­дения и гла­дя сквозь прутья клет­ки его две го­ловы. - Ты нер­ви­ру­ешь мою пти­цу.

Мал­фой "со то­вари­щи" ре­шил быс­тро ре­тиро­вать­ся из ку­пе. Кон­стан­тин про­водил его вслед нас­мешли­вым взгля­дом. Гер­ми­она от­ло­жила книж­ку.

- По­зер! - хи­хик­нул Кон­стан­тин вновь плю­ха­ясь об­ратно на си­дение. По­веде­ние Мал­фоя его из­рядно раз­ве­сели­ло. - Я и без его пар­ши­вой по­мощи раз­бе­русь сам!

- Но по­чему он так нас­тро­ен? Про­тив маг­лов? - жа­лоб­но спро­сила она.

- Ты зна­ешь о ма­гичес­кой вой­не? - Гер­ми­она ки­ва­ет. - Во вре­мя вой­ны ма­ги раз­де­лились на два ла­геря. Од­ни из них счи­тали, что ма­гия и ее сек­ре­ты дол­жны при­над­ле­жать толь­ко чис­токров­ным ма­гам. Дру­гие же до­пус­ка­ли, что нуж­ны и по­лук­ровки с маг­ла­ми. Ина­че, за­чем мы су­щес­тву­ем все вмес­те бок о бок? Семья Мал­фоя яв­но бы­ла на пер­вой сто­роне. Но, ког­да это тем­ный вол­шебник ис­чез, они по­теря­ли все то, что на­жили за вой­ну. Мне, в прин­ци­пе, по­нят­но по­веде­ние Дра­ко...

Кон­стан­тин ус­та­вил­ся в ок­но. За ок­ном, там, где вы­сились го­ры и тя­нулись бес­ко­неч­ные ле­са, на­чало быс­тро тем­неть, а не­бо ста­ло тем­но-фи­оле­товым. По­езд за­мед­лил ход.

Гер­ми­она встре­пену­лась.

Кон­стан­тин вы­шел, что­бы дать ей пе­ре­одеть­ся, а по­том пе­ре­одел­ся в ман­тию и сам.

- Мы подъ­ез­жа­ем к Хог­вар­тсу че­рез пять ми­нут, - раз­несся по ва­гонам гром­кий го­лос ма­шинис­та. - По­жалуй­ста, ос­тавь­те ваш ба­гаж в по­ез­де, его дос­та­вят в шко­лу от­дель­но...

Им­пе­ра ос­тавлять од­но­го не хо­телось, но раз так...

По­езд все сбав­лял и сбав­лял ско­рость и, на­конец ос­та­новил­ся. Они при­были к плат­форме. В ко­ридо­ре воз­никла жут­кая тол­чея, но че­рез нес­коль­ко ми­нут Кон­стан­тин с Гер­ми­оной все-та­ки ока­зались на не­ос­ве­щен­ной ма­лень­кой плат­форме. На ули­це бы­ло прох­ладно, и они по­ежи­лись. За­тем над го­лова­ми сто­яв­ших на плат­форме ре­бят за­кача­лась боль­шая лам­па, и Кон­стан­тин ус­лы­шал го­лос:

- Пер­во­кур­сни­ки! Пер­во­кур­сни­ки, все сю­да!

Это кри­чал боль­шой де­тина - нас­то­ящий ве­ликан. Бо­рода­тый и мощ­ный. Гер­ми­она вста­ла ря­дом с Кон­стан­ти­ном. По­зади них выс­тро­ились еще мно­го кто.

- Так, все соб­ра­лись? Тог­да за мной! За мной! Ме­ня зо­вут Хаг­рид! И под но­ги смот­ри­те! Пер­во­кур­сни­ки, все за мной!

Ве­ликан шел ши­роки­ми ша­гами, что ре­бята ед­ва за ним пос­пе­вали.

Пос­каль­зы­ва­ясь и спо­тыка­ясь, они все шли вслед за Хаг­ри­дом по уз­кой до­рож­ке, рез­ко ухо­дящей вниз. Их ок­ру­жала та­кая плот­ная тем­но­та, что Кон­стан­ти­ну по­каза­лось, буд­то они про­бира­ют­ся сквозь лес­ную ча­щобу. Все раз­го­воры стих­ли, и они шли поч­ти в пол­ной ти­шине. Он ку­да-то вел их.

- Еще нес­коль­ко ми­нут, и вы уви­дите Хог­вартс!- крик­нул Хаг­рид гром­ко, не обо­рачи­ва­ясь. - Так, ос­то­рож­но! Все сю­да!

Он все-та­ки за­ботил­ся о них, по­казы­вая, ку­да имен­но на­до всту­пить.

- О-о-о! - выр­вался друж­ный, вос­хи­щен­ный воз­глас.

Они сто­яли на бе­регу боль­шо­го озе­ра. А на дру­гой его сто­роне, на вер­ши­не вы­сокой ска­лы, сто­ял прос­то ги­гант­ский за­мок с ба­шен­ка­ми и бой­ни­цами, а его ог­ромные ок­на от­ра­жали свет усы­пав­ших не­бо звезд.

"Ве­личес­твен­ный, как и Кремль, "- по­дума­лось тог­да Кон­стан­ти­ну.

- По че­тыре че­лове­ка в лод­ку, са­дим­ся! И по­быс­трее!

Гер­ми­она и Кон­стан­тин ока­зались в од­ной лод­ке с ры­жим маль­чи­ком и тем са­мым маль­чи­ком, что по­терял свою жа­бу.

Фло­тилия ло­док са­ма со­бой дви­нулась к на­виса­юще­му зам­ку. По­том приш­лось приг­нуть­ся - они вхо­дили на тер­ри­торию зам­ка че­рез уз­кую рас­ще­лину.

Их вы­сади­ли на при­чале, ко­торый был весь из кам­ня. Кон­стан­тин с Гер­ми­оной прос­ле­дил нап­равле­ние - даль­ше шла боль­шая лес­тни­ца и за­кан­чи­валась она пря­мо у ог­ромной ду­бовой две­ри. Они все пош­ли по ней сле­дом за ве­лика­ном.

Хаг­рид триж­ды пос­ту­чал в эту дверь.

Дверь шум­но рас­пахну­лась. За ней сто­яла вы­сокая чер­но­воло­сая вол­шебни­ца в изум­рудно-зе­леной ман­тии. Ли­цо ее бы­ло очень стро­гим на вид.

- Про­фес­сор Мак­Го­нагалл, вот пер­во­кур­сни­ки, - со­об­щил ей Хаг­рид лу­чась во­оду­шев­ле­ни­ем.

- Спа­сибо, Хаг­рид, - кив­ну­ла она. - Я их за­бираю.

Даль­ше их вновь вве­ли в зал. Ря­дом до­носил­ся го­вор со­тен го­лосов - на­вер­ное, там бы­ли все ос­таль­ные.

Про­фес­сор нем­но­го рас­ска­зала о шко­ле и о ее ос­но­вате­лях. Кон­стан­тин слу­шал в пол уха. Он-то, ра­зуме­ет­ся, знал об ос­но­вате­лях - дя­дя Ар­тур с удо­воль­стви­ем рас­ска­зал о них ему. По­том рас­ска­зала о бал­ло­вой сис­те­ме, сис­те­ме на­каза­ний и, на­конец...

-... Це­ремо­ния от­бо­ра нач­нется че­рез нес­коль­ко ми­нут в при­сутс­твии всей шко­лы. А по­ка у вас есть нем­но­го вре­мени, я со­ветую вам соб­рать­ся с мыс­ля­ми.

Дя­дя обу­чал­ся на фа­куль­те­те Сли­зерин.

Про­фес­сор уш­ла. Все за­нер­вни­чали. Ка­кой-та­кой от­бор? Кон­стан­тин ус­мехнул­ся. Вне­зап­но воз­дух про­реза­ли ис­тошные кри­ки и он да­же под­прыг­нул на мес­те от не­ожи­дан­ности.

- Что?… - на­чал бы­ло он, но осек­ся, уви­дев, в чем де­ло, и ши­роко рас­крыл рот. Как, впро­чем, и все ос­таль­ные пер­во­кур­сни­ки.

Че­рез про­тиво­полож­ную от две­ри сте­ну в ком­на­ту про­сачи­вались приз­ра­ки. Жем­чужно-бе­лые, по­луп­розрач­ные, они сколь­зи­ли по ком­на­те, пе­рего­вари­ва­ясь меж­ду со­бой и, ка­жет­ся, вов­се не за­мечая пер­во­кур­сни­ков или де­лая вид, что не за­меча­ют. Су­дя по все­му, они о чем-то спо­рили.

На­личие при­виде­ний в зам­ке Кон­стан­ти­на ни­чуть не расс­тро­ило.

- Иди­те от­сю­да, - не­ожи­дан­но про­из­нес уже зна­комый стро­гий го­лос. - Це­ремо­ния от­бо­ра сей­час нач­нется.

Это вер­ну­лась про­фес­сор Мак­Го­нагалл. Она стро­го пос­мотре­ла на при­виде­ния, и те пос­пешно на­чали про­сачи­вать­ся сквозь сте­ну и ис­че­зать од­но за дру­гим.

- Выс­трой­тесь в строй, - ско­ман­до­вала про­фес­сор, об­ра­ща­ясь к пер­во­кур­сни­кам, - и иди­те за мной!

Они выш­ли из ком­на­ты и ока­зались в Боль­шом за­ле. Зал про­из­во­дил мис­ти­чес­кое чувс­тво: мно­го све­чей, го­рящих пря­мо в воз­ду­хе без вся­кой опо­ры, пять сто­лов - че­тыре и один, глав­ный, где си­дели пре­пода­вате­ли, в ко­торый и упи­рались эти сто­лы. Мо­ре но­вых лиц, уче­ников и учи­телей. На сто­ле - зо­лотая по­суда. По­толок над го­ловой - в ви­де звез­дно­го не­ба... Пот­ря­са­юще...

Кон­стан­тин ус­лы­шал ка­кой-то звук и, опус­тив ус­трем­ленный в по­толок взгляд, уви­дел, что про­фес­сор Мак­Го­нагалл пос­та­вила пе­ред стро­ем де­тей са­мый обыч­ный на вид та­бурет и по­ложи­ла на си­денье ос­тро­конеч­ную Вол­шебную шля­пу. Шля­па бы­ла вся в зап­латках, по­тер­тая и ужас­но гряз­ная.

"Ин­те­рес­но, сколь­ко лет это­му ар­те­фак­ту? "- мыс­ленно по­ин­те­ресо­вал­ся Кон­стан­тин. Но на раз­думья вре­мени не ос­та­валось - Шля­па не­ожи­дан­но за­пела.

Сти­хи Кон­стан­тин прос­лу­шал, но она опять же про­гово­рила все ка­чес­тва ко­торые бы­ли не­об­хо­димы для пос­тупле­ния в нуж­ный кол­ледж.

- Ког­да я на­зову ва­ше имя, вы на­дене­те Шля­пу и ся­дете на та­бурет, - про­из­несла она.- Нач­нем. Аб­бот, Хан­на!

Ис­пу­ган­ная и дро­жащая де­воч­ка выш­ла из их строя и се­ла на та­бурет. Шля­па пол­ностью скры­ла ее.

- Пуф­фендуй!

Край­ний стол спра­ва раз­ра­зил­ся ап­ло­дис­мента­ми. Кон­стан­тин вздох­нул и мо­раль­но при­гото­вил­ся...

- Бра­гин­ский, Кон­стан­тин!

Ше­пот с не­кото­рых сто­рон. Ра­зуме­ет­ся, его фа­милия - из­вес­тная.

Шаг, шаг, еще шаг. Та­бурет­ка, раз­во­рот. Са­дит­ся. Шля­па нак­ры­ва­ет его го­лову.

- И ку­да мне те­бя нап­ра­вить? - по­ин­те­ресо­вал­ся ти­хий го­лос у не­го в го­лове.

- В Гриф­финдор и Пуф­фендуй не хо­чу!

- Лад­но. Для Ког­тевра­на ты не по­дой­дешь, кровь слиш­ком чис­та, тог­да...

- Сли­зерин!

У Кон­стан­ти­на выр­вался вздох об­легче­ния. Он снял Шля­пу и по­дошел к ап­ло­диру­юще­му ему сто­лу и сел за сво­бод­ное мес­то, ожи­дая кон­ца рас­пре­деле­ния.

Гер­ми­она при­со­еди­нилась к сто­лу Ког­тевра­на за вто­рой стол сле­ва.

Об­щать­ся бу­дет лег­че. Хо­рошо.

К не­му при­со­еди­нил­ся Мал­фой, Крэбб, Гойл и Мил­ли­сен­та. Нот, Пар­кинсон...

Фа­куль­те­ты ак­тивно по­пол­ня­лись но­выми сту­ден­та­ми и име­нами. Пос­ледним, ко­го рас­пре­дели­ли, был За­бини, он сел за их стол.

Кон­стан­тин в то вре­мя рас­смат­ри­вал учи­телей. Мал­фой иног­да важ­но встав­ляв в раз­го­воры па­ру-трой­ку фраз.

Про­фес­сор ска­тала сви­ток и вы­нес­ла из за­ла Шля­пу с та­бурет­кой.

Встал ди­рек­тор шко­лы. Его мес­то бы­ло по­хоже на зо­лотой трон. Что за па­фос! Кон­стан­тин по­мор­щился.

- Доб­ро по­жало­вать! - про­из­нес Аль­бус Дамб­лдор. - Доб­ро по­жало­вать в Хог­вартс! Преж­де чем мы нач­нем наш бан­кет, я хо­тел бы ска­зать нес­коль­ко слов. Вот эти сло­ва: Олух! Пу­зырь! Ос­та­ток! Улов­ка! Все, всем спа­сибо!

"Я по­пал к пси­ху! Дер­жи­те ме­ня се­меро! "- с от­ча­яни­ем по­думал Кон­стан­тин.

Та­рел­ка пе­ред ним на­пол­ни­лась едой. И толь­ко тут он осоз­нал, нас­коль­ко же он про­голо­дал­ся. Он жад­но на­кинул­ся на еду.

Ря­дом с ним при­мос­тился приз­рак муж­чи­ны с вы­пучен­ны­ми гла­зами и за­ос­трив­шимся ли­цо и одеж­ды ко­торо­го был и пят­нах се­реб­ря­ной кро­ви. Кон­стан­тин был не про­тив та­кого со­седс­тва. Тем бо­лее, что Мал­фой, ко­торый си­дел ря­дом с ним, яв­но по­ба­ивал­ся приз­ра­ка.

Кон­стан­ти­ну пос­ле Зим­не­го двор­ца и Ин­же­нер­но­го зам­ка(1) в Пе­тер­бурге ни­чего не бы­ло страш­но.

Сна­чала бы­ла са­ма обыч­ная еда, а по­том с та­релок про­пали ос­татки не съ­еден­ной еды и на­пол­ни­лись са­мыми раз­ны­ми де­сер­та­ми и слад­ким.

За сто­лом за­гово­рили о семь­ях.

Все семьи но­вич­ков за этим сто­лом при­над­ле­жали к важ­ным и древ­ним чис­токров­ным ро­дам.

Кон­стан­тин уви­дел и Кви­рел­ла. Стран­ный пре­под все-та­ки...

- ... ря­дом си­дит про­фес­сор Снейп. - Снис­хо­дитель­но по­яс­нил ста­рос­та Сли­зери­на. - Он наш де­кан... Он учит то­му, как на­до сме­шивать вол­шебные зелья, но го­ворят, что это ему сов­сем не по ду­ше. Все зна­ют, что он хо­чет за­нять мес­то про­фес­со­ра Квир­релла. Он боль­шой спе­ци­алист по Тем­ным ис­кусс­твам. - В го­лосе заз­ву­чало ува­жение.

Кон­стан­тин сра­зу при­пом­нил сло­ва от­ца. Снейп шел вто­рым мас­те­ром пос­ле не­го са­мого. С ним на­до дер­жать ухо вос­тро.

Снейп, его де­кан, был с саль­ны­ми чер­ны­ми во­лоса­ми, крюч­ко­ватым но­сом и жел­то­ватой, бо­лез­ненно­го цве­та ко­жей. Ви­димо, он весь в зель­ях, как и его отец. Во­лосы яв­но пок­ры­ты за­щит­ной плен­кой - что­бы па­рами от мно­гочис­ленных кот­лов не ис­порти­ло их.

Они и са­ми с от­цом так же де­лали...

Кон­стан­тин дав­но на­ел­ся. При­ят­ная сон­ли­вость раз­ли­валась по те­лу. Но тут про­изош­ло худ­шее...

Они на­чали петь гимн шко­лы.

Кон­стан­тин петь да­же не пы­тал­ся. Толь­ко ра­зевал рот. Он чувс­тво­вал, что его сей­час прос­то стош­нит. Он не лю­бил хо­ровое пе­ние. Отец тер­пел, но то­же ста­рал­ся увиль­нуть при слу­чае от та­ких "кон­цертов".

Вско­ре их, сон­ных, ве­ли вниз, в под­зе­мелья по мно­гочис­ленным ко­ридо­рам. Кон­стан­тин зас­та­вил "вклю­чить" се­бя ус­та­лый мозг и тща­тель­но за­пом­нил весь путь.

Гос­ти­ная бы­ла до­воль­но сим­па­тич­ной. По-сво­ему.

Все маль­чи­ки пош­ли в од­ну стро­ну, в свои спаль­ни, а де­воч­ки - в дру­гую, в дру­гие спаль­ни, на дру­гой сто­роне.

Кон­стан­тин без лиш­не­го зву­ка за­нял спаль­ное мес­то у две­ри. Мал­фой улег­ся в даль­нем кон­це спаль­ни. Они мол­ча на­тяги­вали свои пи­жамы - все слиш­ком ус­та­ли для лиш­них раз­го­воров.

Сон нак­рыл Кон­стан­ти­на с го­ловой...

Примечания:

(1) ... замка... - считается, что оба этих места густо населены призраками. Примечание автора.
 
smertДата: Воскресенье, 17.08.2014, 20:17 | Сообщение # 14
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
странно кипеша насчет того что Г.П. не появился не наблюдается happy ^_^ happy ^_^ happy ^_^

Сообщение отредактировал smert - Воскресенье, 17.08.2014, 20:19
 
Хлоя_МуракамиДата: Понедельник, 18.08.2014, 07:53 | Сообщение # 15
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Я задала автору тот же вопрос и он ответил, что это объясняется тем, что Артур постарался замести следы. Всё-таки ему, являющемуся воплощением образа Англии, сделать это куда легче, чем Брагинскому.
 
Хлоя_МуракамиДата: Вторник, 19.08.2014, 20:46 | Сообщение # 16
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 10. Грусть. Ут­ро.

Се­верус Снейп со ску­кой гля­дел на стаю но­вых уче­ников. Опять ему мно­го ра­боты: но­вич­ки всту­пали в но­вый дом, где им пред­сто­яло от­ста­ивать честь фа­куль­те­та.

Впро­чем, по­ток его за­ин­те­ресо­вал. Осо­бен­но стран­ный маль­чик.

Этот маль­чик имел вид на­ибо­лее спо­кой­ный и неп­ри­нуж­денный из всех. Он выг­ля­дел креп­ким и силь­ным, вне вся­ких сом­не­ний маг из не­го по­лучит­ся от­менный. Чер­но­воло­сый, с вих­ром на за­тыл­ке. Ли­цо ху­дое, а гла­за...

Ког­да они встре­тились гла­зами, Снейп по­нял, что они у не­го поч­ти чер­ные, но с фи­оле­товой ис­крой! Ни­ког­да он не ви­дел та­ких стран­ных и в то­же вре­мя, пу­га­ющих глаз.

Кто же он?

Снейп уви­дел и Дра­ко в тол­пе, а по­том еще и па­ру де­тей из тех се­мей, что дол­жны быть толь­ко у не­го на фа­куль­те­те.

Шля­па, спев пес­ню, на­чала рас­пре­деле­ние. И этот маль­чик ока­зал­ся...

Сы­ном са­мого из­вес­тно­го зе­лева­ра в ми­ре, Бра­гин­ско­го. Зна­чит, этот маль­чик и есть тот, о ко­тором ему го­ворил Дамб­лдор. Это ре­бенок из Рос­сии, то есть: при­ехал сю­да учить­ся из стран­но­го, да­леко­го, хо­лод­но­го го­сударс­тва, Рос­сий­ской Фе­дера­ции.

Иван Бра­гин­ский про­из­вел силь­ное впе­чат­ле­ние на Се­веру­са. Ког­да они впер­вые встре­тились...

***

Это про­изош­ло, ког­да он при­ехал в Аме­рику сда­вать на дип­лом по зель­ям. Это про­ис­хо­дило раз в двад­цать лет. Снейп по­пал сю­да в пер­вый раз.

Де­ло в том, что в за­виси­мос­ти от ре­зуль­та­тов, на этот дип­лом при­ез­жа­ли сда­вать со всех угол­ков ми­ра. То есть, в зда­нии сей­час на­ходи­лись по край­ней ме­ре, трис­та - че­тырес­та че­ловек со всех угол­ков све­та.

Бал­лы выс­тра­ива­лось по оп­ре­делен­но­му все­об­ще­му кри­терию.

Пе­ред ко­мис­си­ей на­до бы­ло от­ве­тить пись­мен­но и ус­тно, по­том про­демонс­три­ровать на­выки вар­ки зе­лий, и по­том - са­мое глав­ное, све­рить изоб­ре­тен­ное лич­но са­мим зе­лева­ром зелье.

Боль­шинс­тво от­се­ива­лись уже на пер­вом ту­ре, пись­мен­ном: мно­гие не уме­ли пра­виль­но из­ла­гать свои мыс­ли на бу­маге. По­том часть ле­тела на ус­тном. По­том еще од­на часть - на вар­ке обыч­ных зе­лий.

Они об­ре­чены бы­ли сда­вать этот ква­лифи­каци­он­ный эк­за­мен толь­ко в сле­ду­ющем го­ду. И то этот дип­лом не бу­дет так уж це­нить­ся.

Все вы­зыва­лись в ал­фа­вит­ном по­ряд­ке наз­ва­ний стран. По­это­му Снейп сдал пер­вых три час­ти очень быс­тро.

Дип­ло­мы це­нились в од­ном кри­терии: но­мер дип­ло­ма. У ко­го он был под но­мером один и до де­сяти, мог­ли на­де­ять­ся на то, что их при­мут на лю­бую важ­ную дол­жность, свя­зан­ную с зель­ями.

Но це­нились и дип­ло­мы с один­надца­того и по со­тый но­мер, об­ра­зовы­вая зо­лотую сот­ню.

Как раз бы­ло отоб­ра­но сто вол­шебни­ков из раз­ных стран.

Не­кото­рым, ко­му по­вез­ло най­ти со­оте­чес­твен­ни­ка в тол­пе, ти­хо бе­седо­вали. Они уже все приш­ли три ту­ра, ос­та­вал­ся лишь чет­вертый.

Ко­мис­сия спе­ци­аль­но бы­ла од­на и та же на все ту­ры.

Снейп то­же на­шел со­оте­чес­твен­ни­ка и сей­час они ти­хо го­вори­ли о но­вых нап­равле­ни­ях в на­уке. Он об­ра­тил вни­мание на вы­соко­го, очень вы­соко­го муж­чи­ну со свет­лы­ми, поч­ти се­дыми во­лоса­ми в тол­пе. А еще гла­за его бы­ли стран­но­го, фи­оле­тово­го цве­та.

Он был под­чер­кну­то без ман­тии и вид имел на­ибо­лее хо­лод­ный и от­чужден­ный: ни с кем не раз­го­вари­вал. Был в прос­тых джин­сах и тол­стов­ке на мол­нии. Под тол­стов­кой бы­ла обык­но­вен­ная бе­лая май­ка. На шее что-то вид­не­лось...

- ... Ты то­же об­ра­тил вни­мание? - спро­сил его зем­ляк, пе­рех­ва­тив его взгляд, нап­равле­ный пря­мо на муж­чи­ну. - По­гова­рива­ют, что у нас нет ни­каких шан­сов по­лучить пер­вый но­мер. И это все из-за не­го.

- А как его зо­вут? Из ка­кой он стра­ны?

- Это Иван Бра­гин­ский. Он из Рос­сии. Се­год­ня он пред­ста­вит ми­ру волчье про­тиво­ядие, че­го до не­го ник­то ни­ког­да не де­лал и не ва­рил. Оно пол­ностью дер­жит зве­ря под сво­им кон­тро­лем во вре­мя лун­но­го цик­ла. Мно­гие зе­лева­ры ве­ками би­лись над этим зель­ем, пы­та­ясь со­еди­нить все в та­кой пос­ле­дова­тель­нос­ти, что­бы не про­изош­ла бе­да и с ни­ми, и с по­допыт­ным. Он про­из­ве­дет с ним нас­то­ящий фу­рор, ведь над зель­ем бил­ся сам Са­лазар! Ос­но­ватель так и не смог до­вес­ти зелье до кон­ца...

- Вот это да! - вос­хи­тил­ся Се­верус Снейп. - Не­уж­то он смог сва­рить его? Не ве­рю!

- Смог. Уже бы­ли про­из­ве­дены ис­пы­тания. Оно пол­ностью ра­бота­ет. У не­го в стра­не - рез­ко сни­зилась по­пуля­ции обо­рот­ней. И все толь­ко из-за это­го зелья...

- А он его, по­луча­ет­ся, бу­дет ва­рить сей­час, да? Ведь мно­гие зелья на­до ва­рить по вре­мени, ча­сам, вре­менам су­ток и го­да...

- Нет же, Се­верус. Он прос­то сва­рит са­мый труд­ный этап, нас­коль­ко я по­нимаю: со­еди­нит в кот­ле не­со­еди­нимое... И это - са­мое ин­те­рес­ное!

Их всех поз­ва­ли в ог­ромный зал.

Не­кото­рые де­монс­три­рова­ли го­товые зелья и про­ек­ты. Дру­гие быс­тро го­тови­ли свои зелья и де­монс­три­рова­ли их на прак­ти­ке. Кое-кто ог­ра­ничил­ся пре­зен­та­ци­ей сво­его зелья и ме­тодом го­тов­ки.

Нас­та­ло вре­мя рус­ско­го.

Рус­ский ле­ниво сни­ма­ет с се­бя май­ку, от­кры­то на­тяги­ва­ет на го­лое те­ло чер­ную, стран­ную ман­тию, всю рас­ши­тую не­понят­ны­ми сим­во­лами, вы­тащен­ную из по­ли­эти­лено­вого па­кета.

Снейп за­метил ог­ромное ко­личес­тво по­луза­жив­ших шра­мов на спи­не, ру­ках и прос­то ог­ромный шрам - на шее.

Рус­ский го­ворил нем­но­го ле­ниво и пе­вуче на ан­глий­ском язы­ке. Он объ­яс­нял ме­тоди­ку при­готов­ле­ния, сбор нуж­ных трав и про­чее. По­том ри­совал хи­мичес­кие ре­ак­ции на дос­ке, в ви­де фор­мул.

У Се­веру­са сло­жилось стой­кое впе­чат­ле­ние, что рус­ско­му бо­лее ин­те­рес­но го­товить, чем го­ворить те­орию.

Ко­мис­сия вы­нес­ла ему ог­ромный ко­тел. Иван что-то от­ку­порил, дер­жа в ру­ке и в ко­тел по­лилась неж­но-ро­зовая жид­кость.

Иван про­дол­жил го­ворить, по­ка ко­тел не на­пол­нился поч­ти пол­ностью. Он рас­ска­зал о ста­дии, в ко­торой го­товить­ся зелье, ста­дию зелья в кот­ле и то, что он сей­час бу­дет де­лать.

То, что на­писал на дос­ке Иван по­том, по­вер­гло Се­веру­са в пол­ней­ший шок.

Рус­ский прос­то-нап­росто на­писал две раз­ные фор­му­лы и спо­кой­но пос­та­вил меж­ду ни­ми знак рав­но.

По­том на­чалось до­каза­тель­ство не­воз­можно­го. Счи­тав­ше­гося не­воз­можным, на­до ска­зать точ­нее.

Он ар­гу­мен­ти­рова­но до­казы­вал свою пра­воту и еще пря­мо на их гла­зах го­товил свое зелье даль­ше. И до­казал.

Ко­мис­сия выг­ля­дела пот­ря­сен­ной его прос­той ло­гикой и в то­же вре­мя ма­нерой по­веде­ния.

Дип­лом с но­мером один дос­тался ему еди­ног­ласно.

Снейп то­же по­нимал: ему до та­кого уров­ня - ра­ботать, ра­ботать и ра­ботать. Но все же по­том выс­ту­пил и по­лучил же­лан­ный дип­лом с циф­рой два.

По­том они с Бра­гин­ским на фур­ше­те в честь них, дип­ло­миро­ван­ных спе­ци­алис­тов, поз­на­коми­лись, по­бол­та­ли и спо­кой­но ра­зош­лись.

***

Маль­чик, си­дев­ший за сто­лом, спо­кой­но раз­го­вари­вал со сво­ими со­кур­сни­ками. Ви­димо, уже неп­ло­хо с ни­ми со­шел­ся. За­меча­тель­но, од­ной проб­ле­мой мень­ше.

Снейп пол­ностью ус­по­ко­ил­ся и пе­рес­тал об­ра­щать вни­мание, от­дав дол­жное ве­лико­леп­ной еде, и ат­мосфе­ре праз­дни­ка.

***

(На сле­ду­ющий день.)

Кон­стан­тин рас­пахнул гла­за ров­но в шесть ча­сов, что по его мне­нию, бы­ло опоз­да­ние. Все со­седи по ком­на­те еще спа­ли и на­вер­ня­ка ви­дели еще по­ка де­сятый сон.

Он ти­хо встал с кро­вати, пы­та­ясь не про­из­во­дить мно­го шу­ма. У не­го это выш­ло.

Быс­тро одев­шись, он по­кинул об­щую спаль­ню.

***

О, гос­по­ди, как же хо­рошо на ут­реннем воз­ду­хе!

Кон­стан­тин нем­но­го пос­то­ял на крыль­це, вы­дыхая све­жий воз­дух всей сво­ей грудью.

Ему уже не хва­тало го­лоса от­ца, сме­ха Ги­ла или крес­тных. Еще он ску­чал и по Рос­сии. Ведь с Мос­квой он так и не прос­тился...

Он по­бежал, на­мере­ва­ясь во вре­мя ут­ренней, при­выч­ной ему про­беж­ки ос­мотреть ок­рес­тнос­ти. Она при­вела его на по­ле для квид­ди­ча.

По ме­ре то­го как рас­све­тало, пе­ред Кон­стан­ти­ном из по­луть­мы вы­рисо­выва­лись очень кра­сивые ви­ды на го­ры, лес и озе­ро.

Кра­сота-то ка­кая! Ра­ди это­го, по­жалуй, сто­ило сю­да при­ехать учить­ся!

Кон­стан­тин прер­вал тре­ниров­ку и лег­ко заб­рался на три­буны, гля­дя, как из-за ли­нии го­ризон­та мед­ленно вы­пол­за­ет шар сол­нца.

Он мол­ча наб­лю­дал за этим зре­лищем. Вспо­миная, как мно­го раз смот­рел на вы­ходя­щее сол­нце вмес­те с от­цом, у не­го все внут­ри пе­рево­рачи­валось. А те­перь он уви­дит его толь­ко лишь в сле­ду­ющем го­ду...

Н-да...

Ду­ша за­мета­лась и гу­бы са­ми со­бой за­пели грус­тную сла­вян­скую пес­ню.

Ой, да не ве­чер, да не ве­чер
Мне ма­лым-ма­ло спа­лось,
Мне ма­лым-ма­ло спа­лось,
Ой, да во сне при­виде­лось...

Кон­стан­тин умел петь. Грусть прор­ва­лась в го­лос, за­поло­нила те­перь уже рус­скую ду­шу. Отец за это иног­да про­сил его спеть, го­лосом при­рода все же в боль­шей сте­пени наг­ра­дила его.

Мне во сне при­виде­лось,
Буд­то конь мой во­роной
Ра­зыг­рался, рас­пля­сал­ся,
Раз­резвил­ся по­до мной...

Отец пел и сам. Его го­лос был да­же луч­ше, чем у са­мого Кон­стан­ти­на: он пом­нил, как Иван, ког­да он был еще ма­лень­ким, пел ему ко­лыбель­ные. Под его спо­кой­ный го­лос он хо­рошо за­сыпал...

На­лете­ли вет­ры злые
Да с вос­точной сто­роны
И сор­ва­ли чер­ну шап­ку
С мо­ей буй­ной го­ловы...

Го­лос маль­чи­ка ле­тел над зем­лей; осо­бого шар­ма при­бав­ля­ли кру­тящи­еся по зем­ле осен­ние жел­то-ко­рич­не­вые листья.
Но он был не единс­твен­ным учас­тни­ком это­го "кон­церта".

Его вни­матель­но слу­шал сто­ящий нем­но­го по­одаль Се­верус Снейп. По­ка маль­чик не за­мечал ни­кого вок­руг.

А еса­ул до­гад­лив был,
Он ре­шил сон мой раз­га­дать.
«ой, про­падет, - он го­ворил мне,
Твоя буй­на го­лова».

Ой, да не ве­чер, да не ве­чер
Мне ма­лым-ма­ло спа­лось,
Мне ма­лым-ма­ло спа­лось,
Ой, да во сне при­виде­лось.

Пес­ня обор­ва­лась грус­тных вздо­хом и Кон­стан­тин отор­вал свой взгляд от сол­нца, на ко­торое он смот­рел. К не­му шел че­ловек, за­кутан­ный в чер­ную ман­тию.

Хм, ка­жись, это же его собс­твен­ный де­кан! Вро­де он еще ни­чего не ус­пел нат­во­рить, он чи­тал пра­вила Хог­вар­тса...

Кон­стан­тин слез с си­денья и нап­ра­вил­ся к де­кану.

- Кра­сиво по­ете, мо­лодой че­ловек, - об­ра­тил­ся к не­му слег­ка нас­мешли­во Снейп, - мо­жет, объ­яс­ни­те, что вы де­ла­ете на ули­це в та­кую рань?

- Я? Я всег­да с ут­ра бе­гаю, спор­том за­нима­юсь, сэр, а что? - нем­но­го уди­вил­ся Кон­стан­тин. - Здравс­твуй­те, сэр, кста­ти.

- Спорт, зна­чит... - Снейп выг­ля­дел очень за­дум­чи­вым и ог­ля­дел его с ног до го­ловы.

- А вос­хо­дящее сол­нце на­пом­ни­ло мне о мо­ей стра­не и об от­це, про­фес­сор. - Спо­кой­но про­из­нес Кон­стан­тин.

- Ску­ча­ете, мис­тер Бра­гин­ский?

- Нем­но­го. Но я при­вык­ну... Сэр. - Ед­ва не за­был в кон­це при­бавить он.

- Это за­меча­тель­но, что вы за­нима­етесь спор­том, а вам не хо­лод­но?

- Сэр... - Кон­стан­тин снис­хо­дитель­но пос­мотрел на не­го и у не­го неп­ро­из­воль­но улыб­ну­лись гу­бы, - там, где я рос, нам­но­го хо­лод­нее чем у вас.

- Вер­но, я нем­но­го за­был. - Про­тянул про­фес­сор. - Вы хо­рошо го­вори­те на ан­глий­ском, поч­ти без ак­цента, очень чис­то.

- У ме­ня есть крес­тный в Ан­глии, сэр. Он под­тя­нул ме­ня по это­му язы­ку, про­фес­сор.

- Нам по­ра ид­ти в за­мок, мис­тер Бра­гин­ский, не на­ходи­те?

Кон­стан­тин све­рил­ся с на­руч­ны­ми ча­сами.

- Да, по­жалуй по­ра, сэр. А то на зав­трак и за­нятия мож­но опоз­дать...

- Най­де­те до­рогу об­ратно, мис­тер Бра­гин­ский?

- Ко­неч­но най­ду, сэр. Спа­сибо. - Поб­ла­года­рил Кон­стан­тин.

Про­фес­сор под­нял бро­ви, но ни­чего не ска­зал ему. Он по­шел вмес­те с ним по нап­равле­нию к зам­ку.

- Ска­жите-ка, мис­тер Бра­гин­ский... Ваш отец обу­чал вас? - про­фес­сор поч­ти бес­шумно сколь­зил в сво­ей чер­ной ман­тии, а Кон­стан­тин так же бес­шумно шел.

Он сра­зу по­нял, о чем пой­дет речь.

- О, да, сэр. ес­ли вы про зелья. Но я знаю по­ка не все, я про­дол­жаю учить­ся у не­го. Да­же сей­час - и то он мне дал за­дание на учеб­ный год.

С та­ким пре­пода­вате­лем нуж­но быть бо­лее-ме­нее чес­тным, это он по­нимал и чувс­тво­вал. Де­кан был яв­но очень умен, а еще его дип­лом - был вто­рым пос­ле от­цов­ско­го.

- За­меча­тель­но.

Они с ним рас­ста­лись у вхо­да в Боль­шой зал. Кон­стан­тин по­шел в душ и пе­ре­оде­вать­ся, а про­фес­сор - по­шел зав­тра­кать.

***

Кон­стан­тин во­шел в Боль­шой зал пол­ностью пе­ре­одев­ший­ся в фор­му фа­куль­те­та и от­дохнув­ший. От про­беж­ки он прос­нулся и был са­мым бод­рым из все­го фа­куль­те­та.

Раз­ду­мывая, где бы сесть, он уви­дел как Мал­фой нев­зна­чай под­ви­нул пус­той стул. Это был на­мек и Кон­стан­тин сел ря­дом с ним.

- Ты ка­кой-то по­доз­ри­тель­но бод­рый, - нем­но­го с оби­дой про­гово­рил Мал­фой, дер­жа ко­фе в ру­ке и от­ча­ян­но пы­та­ясь скрыть зе­вок.

- Я по ут­рам бе­гаю и да­же ус­пел по­гово­рить с на­шим де­каном. - Кон­стан­тин пой­мал его взгляд, нап­равле­ный на не­го и кив­нул па­рал­лель­но зап­равля­ясь я­ич­ни­цей с бе­коном.

- О, ну и как он те­бе?

- Неп­ло­хой. Но мне боль­ше про не­го го­ворил мой отец...

Кон­стан­ти­ну приш­лось прер­вать­ся. В Боль­шой зал с гром­ким ухань­ем вле­тело не мень­ше сот­ни сов. Они на­чали кру­жить над сто­лами, выс­матри­вая сво­их хо­зя­ев и ро­няя им на ко­лени пись­ма и по­сыл­ки.

Он еще ни­чего не пи­сал от­цу, да­же и не ждал по­яв­ле­ния Им­пе­ра. Но...

Орел от­де­лил­ся из об­щей мас­сы(со­вы, воз­му­щен­но ух­нув, раз­ле­телись пе­ред ним) и сел на спин­ку сту­ла. Он гор­до прок­ло­котал в две пас­ти и весь стол об­ра­тил на не­го вни­мание. Еще орел по­иг­рал сво­им опе­рени­ем, шум­но за­бив крыль­ями.

По­том он прыг­нул на ру­ку Кон­стан­ти­ну.

- При­вет, кра­савец, - очень ти­хо про­из­нес Кон­стан­тин по-рус­ски и пог­ла­дил его. - Ску­чал?

Орел из­дал низ­кий звук.

- Ну и хо­рошо. Ле­ти!

Кон­стан­тин под­бро­сил его и тот, кра­сиво рас­пря­мив крылья, вы­летел в ок­но.

- Ка­кой кра­савец! - об­ра­тил вни­мание Мал­фой. - Твой?

- Да. По­дарок от­ца на день рож­де­ние.

Ста­рос­та шел вдоль сто­ла и раз­да­вал рас­пи­сание. Оба пар­ня ут­кну­лись в не­го, изу­чая.

- У нас пер­вым урок у де­кана. Пош­ли! - поз­вал Мал­фоя Кон­стан­тин. - Опаз­ды­вать нель­зя!

Мал­фой спо­кой­но зах­ва­тил сум­ку и они вмес­те пош­ли ис­кать нуж­ный ка­бинет...
 
Хлоя_МуракамиДата: Среда, 03.09.2014, 11:39 | Сообщение # 17
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Гла­ва 11. Снейп. Урок.

Иван от­крыл гла­за и нес­коль­ко ми­нут прос­то спо­кой­но по­лежал в пос­те­ли. Его ник­то не раз­бу­дил, что иног­да бы­вало ког­да в до­ме на­ходил­ся Кон­стан­тин.

Кон­стан­тин... Как он там, один-оди­неше­нек? Ску­ча­ет ли?

От­бро­сив все мрач­ные мыс­ли, Иван встал с пос­те­ли.

На кух­не его встре­тил Гил­берт Бай­льшмидт с чаш­кой ко­фе в ру­ке. От све­же сва­рен­но­го ко­фе по кух­не плыл чу­дес­ный аро­мат. Ед­ва он бы­ло по­тянул­ся к на­пол­ненной чаш­ке, как Гил рез­ко отод­ви­нул ее от не­го.

- Я толь­ко что с тру­дом сва­рил его! Сам ва­ри! - Гил­берт с оби­жен­ным ви­дом раз­вернул пе­ред Ива­ном, пол­ностью ого­родив­шись от не­го, све­жую га­зету.

Иван вздох­нул, но Гил­берт был прав: с та­ким ха­рак­те­ром как у не­го, ко­фе веч­но "убе­гал". И ва­рить ко­фе Гил­берт ка­тего­ричес­ки от­ка­зывал­ся с од­ним но: толь­ко ес­ли ему са­мому это­го силь­но хо­телось. Тер­пе­ния ему веч­но не хва­тало...

- Но Гил...

- Ва­ри сам!

Иван вздох­нул вто­рой раз. Приш­лось встать со сту­ла и взять в ру­ки тур­ку.

***

Иван за­меш­кался и хо­тел поп­ро­сить прус­са­ка пе­редать ему что-то, но не­ожи­дан­но их гру­ди выр­ва­лось:

- Кон­стан­тин, пе­редай...

И Иван рез­ко ос­та­новил­ся. Прус­сия под­нял го­лову и вгля­дел­ся в став­шие грус­тны­ми фи­оле­товые гла­за.

- Ску­ча­ешь, Иван Бра­гин­ский, ску­ча­ешь, ксе-ксе-ксе. - Из­дал сме­шок Ве­ликий.

- Да, Гил. Ску­чаю по не­му. При­вык я... О ком-то за­ботит­ся. - Сму­щен­но улыб­нулся Иван.

- Чем бу­дешь за­нимать­ся? - спро­сил Гил­берт на­конец от­ло­жив га­зету.

- О! У нас вы­боры на но­су(1). Еще Гру­зия... (2) Кош­мар, в об­щем.

- Со­чувс­твую. К пре­зиден­ту?

- Се­год­ня не пой­ду. - Иван сжал чаш­ку меж­ду паль­цев. - Я и так ему гла­за мо­золил в те­чение двух-трех не­дель, по­ра и честь знать.

- Вы друг-дру­гу не на­до­еда­ете, я смот­рю...

- Еще бы... Зна­ешь, Гил, - Иван за­дум­чи­во пос­та­вил чаш­ку на стол. - Мы с ним, в об­щем, по­хожи. Он боль­ше все­го на све­те лю­бит свою стра­ну так как я... Че­го ред­ко встре­тить. Жаль, что его по­лити­ка не вы­зыва­ет осо­бо силь­но­го от­кли­ка...

- Бра­гин­ский, да­вай на­чис­то­ту. Всех ус­тра­ива­ешь ты - сла­бым. А те­перь ты под­ни­ма­ешь­ся, и это ни­кому не нра­вит­ся. По­это­му твою по­лити­ку, да­же ес­ли тво­им го­сударс­твом бу­дет уп­равлять сам Гос­подь Бог, бу­дут не­нави­деть. - Гил пос­ту­чал по реб­ру чаш­ки и с ум­ным ви­дом под­нял ука­затель­ный па­лец к по­тол­ку. На не­го тут же се­ла жел­тая, ма­лень­кая пташ­ка.

Иван грус­тно вздох­нул и об­хва­тил се­бя ру­ками. Это сов­сем дет­ский жест выз­вал у Бай­льшмид­та улыб­ку: ему не­ожи­дан­но то­же вспом­ни­лось, как Кон­стан­тин, бу­дучи сов­сем не­боль­шим, об­ни­мал его, боль­шо­го и силь­но­го Рос­сию, ког­да тот при­шел в ужас­ном сос­то­янии(3).

Иван пре­бывал тог­да в шо­ком сос­то­янии: он не знал, что в двад­цать пер­вом ве­ке бы­ва­ют та­кие не­люди.

- Как он там, ин­те­рес­но... - Иван не­от­рывно гля­дел на од­ну точ­ку в кух­не.

- Он ниг­де не про­пада­ет, уж по­верь... Ксе-ксе. Наш ма­лыш, Кон­стан­тин Бра­гин­ский. С та­ким от­цом как ты, да та­ким дя­дей как Ве­ликий я, плюс трое крес­тных...

- Я по­нял-по­нял, - за­махал ру­ками Иван, в на­деж­де ос­та­новить сло­во­из­верже­ние сво­ей Ка­линин­градской об­ласти.

- Жаль, что ему поз­во­нить нель­зя... - про­тянул Гил­берт.

- За­то на­писать пись­мо - впол­не мож­но, - за­улы­бал­ся Бра­гин­ский во все свое ли­цо. - Пусть от­вет при­дет нес­ко­ро, но...

- За­то мы все уз­на­ем.

***

Ка­бинет про­фес­со­ра Сней­па на­ходил­ся в од­ном из длин­ных под­зе­мель­ных га­лерей. Тут бы­ло хо­лод­но - ку­да хо­лод­нее, чем в са­мом зам­ке - и до­воль­но страш­но. Впро­чем, Кон­стан­тин мыс­ленно срав­нил это под­зе­мелье с га­лере­ями их зам­ков в Рос­сии, а по­том еще и дру­гих зам­ков, в ко­торых ему уда­лось по­бывать с от­цом: и ря­дом не сто­яло это под­зе­мелье.

Вдоль всех стен ка­бине­та сто­яли стек­лянные бан­ки, склян­ки и про­чие со­суды, в ко­торых пла­вали зас­пирто­ван­ные жи­вот­ные. Кон­стан­тин от­га­дал прак­ти­чес­ки всех зас­пирто­ван­ных тва­рей.

Снейп на­чал за­нятия с то­го, что от­крыл жур­нал и стал зна­комить­ся с уче­ника­ми. Им вы­пал урок с фа­куль­те­том Гриф­финдор.

За­кон­чив зна­комс­тво с клас­са­ми, Снейп об­вел всю а­уди­торию очень вни­матель­ным взгля­дом. Гла­за у не­го бы­ли чер­ные как и у са­мого Кон­стан­ти­на, но они бы­ли хо­лод­ны­ми и пус­ты­ми и по­чему-то на­поми­нали тем­ные тун­не­ли без дна, кон­ца и на­мека све­та.

Впро­чем, как от вни­матель­но­го взгля­да от­ца, у Кон­стан­ти­на про­шел лег­кий мо­роз по ко­же. Неп­ло­хо...

- Вы все здесь для то­го, что­бы изу­чить на­уку при­готов­ле­ния вол­шебных зе­лий и сна­добий. Очень точ­ную и тон­кую на­уку, - на­чал го­ворить он, все еще ог­ля­дывая юных ма­гов. - Она не тер­пит оши­бок...

Снейп го­ворил поч­ти ше­потом, но уче­ники от­четли­во слы­шали каж­дое сло­во. Он, по-ви­димо­му, об­ла­дал да­ром без ка­ких-ли­бо уси­лий кон­тро­лиро­вать класс. Здесь ник­то не от­ва­живал­ся пе­решеп­ты­вать­ся или за­нимать­ся пос­то­рон­ни­ми де­лами. Все слу­шали мол­ча.

- Глу­пое и ту­пое ма­хание вол­шебной па­лоч­кой в раз­ные сто­роны к этой на­уке не име­ет ни­како­го от­но­шения, и по­тому мно­гие из вас с тру­дом по­верят, что мой пред­мет яв­ля­ет­ся важ­ной сос­тавля­ющей ма­гичес­кой на­уки, - про­дол­жил мед­ленно го­ворить про­фес­сор. - Я не ду­маю, что вы мно­гие в пол­ней­шем сос­то­янии оце­нить кра­соту мед­ленно ки­пяще­го кот­ла, ис­то­ча­юще­го тон­чай­шие за­пахи, или мяг­кую си­лу жид­костей, ко­торые про­бира­ют­ся по ве­нам че­лове­ка, окол­до­вывая его ра­зум, по­рабо­щая его чувс­тва… мо­гу на­учить вас, как раз­лить по фла­конам из­вес­тность, как сва­рить три­умф, как зат­кнуть проб­кой смерть. Но все это толь­ко при ус­ло­вии, что вы хоть чем-то от­ли­ча­етесь от то­го ста­да ба­ранов, ко­торое обыч­но при­ходит на мои уро­ки...

Кон­стан­ти­на ре­зану­ло как но­жом это пло­хое сло­во по ушам, но он вспом­нил то, что ему го­ворил отец. Отец хо­рошо знал ха­рак­тер Сней­па... Он до­кажет ему, что хоть че­го-то сто­ит.

Пос­ле этой ко­рот­кой ре­чи ца­рив­шая в кур­се ти­шина ста­ла аб­со­лют­ной. Не­кото­рые гриф­финдор­цы об­ме­нялись не­до­умен­ны­ми взгля­дами.

- У­из­ли! - ряв­кнул Снейп так, что наз­ванный под­ско­чил. - Что по­лучит­ся, ес­ли я сме­шаю из­мель­чен­ный ко­рень ас­фо­деля с нас­той­кой по­лыни?

Ру­ка Кон­стан­ти­на взмет­ну­лась вверх сра­зу, как толь­ко он дос­лу­шал воп­рос. Кон­стан­тин по­косил­ся на Ро­на У­из­ли, но тот, по­хоже, был прос­то оша­рашен воп­ро­сом.

- Я не знаю, сэр, - от­ве­тил на­конец Рон.

На ли­це Сней­па по­яви­лось през­ри­тель­ное вы­раже­ние. Кон­стан­тин с Мал­фо­ем от­кры­то пе­рег­ля­нулись.

- Так, да­вай­те поп­ро­бу­ем еще раз. Ммм, Дол­го­пупс! - Снейп упор­но не же­лал за­мечать под­ня­тую ру­ку Кон­стан­ти­на. - Ес­ли я поп­ро­шу вас при­нес­ти мне бе­зо­аро­вый ка­мень, где вы бу­дете его ис­кать?

Кон­стан­тин уже на­чал ти­хо про се­бя хи­хикать. По­хоже, гриф­финдор­цы по­пали по пол­ной прог­рамме.

Бе­лый как смерть Нев­вил не­кото­рое вре­мя мол­чал, но по­том вы­давил из се­бя:

- Я не знаю, сэр, - приз­нался он.

- По­хоже, вам и в го­лову не приш­ло по­читать учеб­ни­ки, преж­де чем при­ехать в шко­лу, так? Ми­нус пять бал­лов, обо­им... Лад­но. Да­вай­те уж, мис­тер Бра­гин­ский, го­вори­те... Нет-нет, вста­вать со сво­его мес­та не на­до.

- Из кор­ня ас­фо­деля и по­лыни, сэр, при­готав­ли­ва­ют усып­ля­ющее зелье. - Сра­зу же на­чал го­ворить Кон­стан­тин. - Оно силь­ное в та­кой сте­пени, что его на­зыва­ют на­пит­ком жи­вой смер­ти. Бе­зо­ар - это ка­мень, ко­торый из­вле­ка­ют из же­луд­ка ко­зы и ко­торый яв­ля­ет­ся про­тиво­яди­ем от боль­шинс­тва ядов...

Снейп удов­летво­рен­но кив­нул. От­вет его ус­тро­ил.

- Хо­рошо, Бра­гин­ский, а в чем раз­ни­ца меж­ду волчь­ей от­ра­вой и кло­буком мо­наха?

- Ни­какой раз­ни­цы, сэр. Это од­но и то­же рас­те­ние, про­фес­сор. Оно еще из­вес­тно как ако­нит.

- От­лично. - Су­дя по Сней­пу, он был очень до­волен. - Пят­надцать бал­лов Сли­зери­ну.

Для пер­во­кур­сни­ков фа­куль­те­та Гриф­финдор уро­ки Сней­па обе­щали быть не са­мыми при­ят­ны­ми в шко­ле. Снейп раз­бил уче­ников на па­ры и дал им за­дание при­гото­вить прос­тей­шее зелье для ис­це­ления от фу­рун­ку­лов.

Кон­стан­тин с тру­дом сдер­жал ра­зоча­рован­ный вздох. Не все сра­зу. Он ока­зал­ся в па­ре с Мал­фо­ем.

Кон­стан­тин, преж­де чем прис­ту­пит к го­тов­ке, за­пах­нул ман­тию и зак­рыл ли­цо ка­пюшо­ном. Снейп про­шел ми­мо, взгля­нул в его сто­рону, но не­чего так и не ска­зал.

Про­фес­сор кру­жил по клас­су, шур­ша сво­ей длин­ной чер­ной ман­ти­ей, и сле­дил, как они взве­шива­ют вы­сушен­ные тон­ки­ми плас­ти­нами листья кра­пивы и тол­кут в ступ­ках зме­иные зу­бы. Снейп рас­кри­тико­вал всех, кро­ме Мал­фоя и Кон­стан­ти­на.

Кон­стан­тин ра­ботал на ав­то­мате: ру­ки ак­ку­рат­но ле­тали над ин­гре­ди­ен­та­ми и кот­лом, сме­шивая и ва­ря нуж­ное зелье.

В тот мо­мент, ког­да Снейп приз­вал всех по­любо­вать­ся, как Мал­фой ва­рит ро­гатых слиз­ня­ков, тем­ни­ца вдруг на­пол­ни­лась ядо­вито-зе­леным ды­мом и гром­ким ши­пени­ем. Кон­стан­тин рез­ко выс­та­вил впе­ред ру­ку с под­ве­шен­ным на ней зак­ли­нани­ем.

Нев­вил ка­ким-то об­ра­зом умуд­рился рас­то­пить ко­тел ря­дом сто­яще­го Си­муса, и тот пос­те­пен­но прев­ра­щал­ся в ог­ромную бес­формен­ную кляк­су, а зелье, ко­торое они го­тови­ли в кот­ле, сте­кало на ка­мен­ный пол, про­жигая дыр­ки в бо­тин­ках сто­яв­ших поб­ли­зос­ти уче­ников.

Снейп быс­тро пос­пе­шил к ис­точни­ку бе­ды, а Кон­стан­тин ли­хо вык­рикнул зак­ли­нание во все гор­ло на ста­рос­ла­вян­ском.

По­ток зелья из кот­ла ос­та­новил­ся и пе­рес­тал лить­ся на пол, а бы­ло вып­леснув­ше­еся на не­задач­ли­вого ва­рите­ля зелье, зас­ты­ло в воз­ду­хе и за­вер­ну­ло об­ратно в ос­татки кот­ла. Огонь под кот­лом по­гас. Лу­жа на по­лу пе­рес­та­ла уве­личи­вать­ся.

Зак­ли­нание по­гас­ло и Кон­стан­тин опус­тил ру­ку. Снейп пе­ревел на не­го свои чер­ные гла­за. А по­том с яростью ус­та­вил­ся на дро­жаще­го как оси­новый лист Нев­ви­ла.

- Иди­от! - про­рычал Снейп, од­ним дви­жени­ем ла­дони сме­тая в угол не про­лив­ше­еся зелье и уда­ляя пят­но на по­лу. - Как я по­нимаю, преж­де чем снять ко­тел с ог­ня, вы до­бави­ли в зелье иг­лы ди­коб­ра­за?

Не­вилл вмес­то от­ве­та смор­щился и зап­ла­кал от бо­ли: все же часть зелья вып­лесну­лась на не­го и ос­та­вила на ру­ках крас­ные во­дянис­тые вол­ды­ри.

- От­ве­дите его в боль­нич­ное кры­ло, - скри­вив­шись, про­из­нес Снейп, об­ра­ща­ясь к Си­мусу. - Ми­нус еще де­сять бал­лов Гриф­финдо­ру...

- Бра­гин­ский, что это бы­ло за зак­ля­тие? - по­ин­те­ресо­вал­ся он, са­дясь за свой стол.

- Ста­рос­ла­вян­ское, сэр. Зак­ля­тий па­лоч­ки я еще всех до кон­ца не знаю, у ме­ня от­ра­бота­ны реф­лексы... Это пер­вое, че­му ме­ня на­учил мой отец-зе­левар.

- Пять бал­лов за при­мене­ние тех­ни­ки бе­зопас­ности.

Проз­ве­нел зво­нок.

Снейп за­дер­жал их, за­дав, по их мне­нию, гро­моз­дкое до­маш­нее за­дание. Кон­стан­ти­ну во­об­ще оно по­каза­лось дет­ским. Мал­фой по­раже­но взгля­нул на не­го, но про­мол­чал.

Кон­стан­тин сра­зу же по­дошел к не­му за до­пол­ни­тель­ным. Это прос­тое за­дание его не ус­тро­ило. Снейп иро­нич­но по­журил его, но до­пол­ни­тель­ное за­дание все-та­ки дал.

Плав­но нас­ту­пал сле­ду­ющий урок...

Примечания:

(1) Иван говорит о масштабных региональных выборах в 2007 году. Примечание Автора.

(2) Новый политический кризис в Грузии вспыхивает в сентябре 2007 года.

(3) Тут имеется ввиду волна терактов, прокатившаяся по территории РФ.
 
Хлоя_МуракамиДата: Воскресенье, 19.10.2014, 14:07 | Сообщение # 18
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Глава 12. Родительская суббота.

Так быстро прошла первая неделя в новой школе. Константин постепенно втянулся в рутину серых дней. Утро - подъем, завтрак - уроки, обед - задания, вечер - немного развлечения и книг, ночь - сон.

Константин с трудом сегодня поднял голову от подушки - настала суббота, а значит можно поваляться в постели немного дольше. Но его разбудили. Он мутными со сна глазами взглянул на источник его ранней пробудки.

Этим источником оказался Малфой.

- Драко, я хочу спать! - взмолился Константин. - Суббота же!

И было накрыл голову одеялом, как...

- Ты глухой? Тебя зовут, ведь сегодня первая родительская суббота! - изрек Малфой. Константин сразу же скинул одеяло, сел в постели и в упор уставился на него.

- Чего ты сразу не сказал?!

Малфой, пробормотав, что вообще-то он говорил это минуты две назад, широко открыв глаза, наблюдал, как Константин быстро ищет одежду и накидывает ее на себя.

- А кто именно, ты не знаешь? - Константин уже набрасывал на себя мантию.

- Нет, но судя по всему какой-то родственник...

- У меня их много! - едва не застонал Константин. Безумная надежда, было промелькнувшая у него, что он увидит отца, так же быстро и погасла.

Малфой пожал плечами: его это не слишком волновало.

Быстро причесавшись и взглянув на себя в зеркало, мальчик понял что готов к встрече.

- Тогда идем.

***

Они оба пришли в Большой зал. Он был наполнен голосами и гомоном ребят и взрослых. Кто-то из прибывших родителей уже разговаривал с деканами, в этот раз сидевшими за столами своих вверенных факультетов.

Малфой отошел от Константина и подошел к красивой женщине и видному мужчине. Все выдавало в них аристократов из высших слоев общества.

Зато за столом...

- Крестный! - и он, радостный, бросился в объятия мужчины. Рядом с ним выпрямился другой мужчина, азиатской наружности с знакомой прической конский хвост.

- Привет, крестник! - Артур с удовольствием обнял его и передал Яо. Константин с удовольствием обнял и Вана.

- Привет, крестник! - вторил Яо, так же обнимаясь с ним. - Как ты тут?

- Весело, - они втроем сели за длинный стол.

Константин по быстрому рассказал о теперешней жизни в замке.

Яо, тем временем, рассматривал красивый потолок в зале. Явно ему понравились наложенные на нем чары, отражающие погоду за окном. Надо сказать, Яо притягивал взгляды почти всех в зале: на нем был его обычный восточный наряд - алый ципао, расшитый китайскими узорами, но весьма необычный для этих английских широт.

- А я, впрочем, задаюсь вопросом, - произнес Константин, - почему вас здесь двое?

- О, мы проводим переговоры, на территории Англии, - Китай кивнул Артуру, - а заодно решили заскочить к тебе, посмотреть как ты тут, - ответил Ван, наконец отвлекаясь от потолка, - раз уж нас двое и Артур решил посетить это место...

- Очень классно! - Константин выглядел счастливым, - что вы так оба решили.

Впрочем, та неловкость и игнорирование друг друга, от него не укрылись. Разногласия, по-видимому, были зарыты в землю не так глубоко и надежно как хотелось бы (1). И временами скелеты выпадали из шкафов. Но то, что они оба пришли все-таки вместе ради него уже радовало мальчишку. Был шанс, что их, может быть, удастся помирить, хотя бы временно.

- Да, хорошо, - заметил Кёркленд. Он оглядывался по сторонам, смотря на весь свет английского сообщества магов и волшебниц, собравшихся на одном клочке земли - школы чародейства и волшебства Хогвартс. - Ты попал на Слизерин, впрочем, я и не сомневался в этом. С кем-нибудь уже познакомился?

- Угу. С большей частью факультета. Я стараюсь хорошо себя вести!

Яо и Артур синхронно хихикнули и переглянулись. Брагинский и словосочетание "хорошо себя вести" к нему было применимо весьма смутно.

К ним подошли и оба встали. Это была семья Малфоев. Они желали познакомиться с друзьями сына.

- Это - Константин Брагинский, сокурсник по факультету. А это... - начал представлять их Драко, - мои родители.

Нарцисса Малфой и Люциус Малфой переводили взгляд с одного крестного Константина на другого.

- А это мои крестные. Артур Кёркленд...

- О, мы уже друг друга хорошо знаем, - перебил Малфой, и Артур скрестил с ним взгляд.

- ... и Ван Яо, он из Китая.

Ван, не очень любивший иностранцев и в частности англичан, все же смог приятно улыбнуться и поздороваться.

- Рады такому приятному знакомству своего сына. - Голос Малфоя источал сладкий яд, но Константин знал о том как аристократия гордилась новыми завязанными связями. И храбро взглянул в глаза старшему Малфою.

Драко, позади отца, глубоко вздохнул.

В итоге они снова сели за стол, а чета Малфоев двинулась дальше.

- Не очень приятные люди, ару. - Китай неодобрительно посматривал им вслед. Нацию, которой было больше четырех тысяч лет, было ничем не обмануть.

- Мы все же на одном факультете, а такие знакомства, связи и прочее полезны, - спокойно сказал Константин по-русски, перейдя с английского. - Тем более нам тут как-никак семь лет придется мириться друг с другом, так что...

Артур кивнул Константину:

- Разумно с твоей стороны. Твой отец был бы доволен, очень доволен.

- До него мне как до луны - один полет в космос, - возразил крестному Константин.

Яо усмехнулся в сторону. Характер Брагинского, в том числе и младшего, были очень схожи между собой, только Константин был гораздо хитрее.

Артур покачал головой, но промолчал. В порядке компенсации он глотнул кофе.

- А кофе с тех времен все так же хорош, - сказал он, оглядывая рисунок на фарфоровой чашке. - Как же я люблю это место...

- А маг ты посредственный, ахен, - возразил Яо.

- Но я могу себя защитить, - сухо бросил Артур, мгновенно напрягаясь.

Былого перемирия как не бывало. Оба глядели друг на друга с нарастающим гневом. Константин помахал рукой: заметил освободившегося декана своего факультета. Только это их спасло от ругани и высказывания претензий друг к другу. Англия и Китай сразу же приняли благожелательный вид.

Константин прошипел сквозь плотно сжатые зубы на русском:

- Если бы тут был отец, он бы был очень недоволен вами!

Эта фраза задела государства, но времени уже не оставалось - Снейп подошел слишком близко.

- Здравствуйте, мистер Брагинский и...

Константин снова представил их всех.

- Хотим характеристику на нашего крестника, если можно, - попросил Китай сразу.

Мальчик понял, что об этом КНР просил его отец. А Яо здесь просто выполнял взятые на себя обязательства - убедиться в том, что Константин жив, здоров и учится.

Снейп ярко, в красках, описал спасение Невилла на первом уроке, и спокойно рассказывал о сидящем и постепенно краснеющем от легких похвал и намеков, Константине.

- Я им очень доволен. А вам, мистер Брагинский, пожелаю держать заданную вами планку так высоко, как вы держите и сейчас.

- Спасибо, сэр. - Смутился Константин.

- Мы рады что наш любимый Константин оправдывает возложенные на него надежды. Его отец был бы очень доволен услышать это, если бы сейчас сидел вместе с нами, но сейчас он не в Англии. - Вежливо проговорил Ван Яо. - Он в Америке...

"Значит, он у дяди Альфреда", - понял сразу Константин. Спасибо, дядя Яо. - "И мешать ему нельзя."

Снейп спокойно кивнул азиату, встал, и пошел дальше говорить в родителями и другими родственниками.

- Ладно, - Артур сверился с наручными часами. - Нам, к сожалению, пора, вместе с Яо.

Константин сразу же встал, намереваясь пойти с ними и проводить.

Трое дошли почти до самых ворот с вепрями на нем.

- Пока, Константин. Не скучай здесь. - Артур обнял его напоследок как и Яо.

- Я только по России и отцу скучаю. - Честно сказал Константин. - Пока!

Оба государства, негромко переговариваясь, ушли за ворота. Константин наблюдал за ними, пока они не исчезли из вида.

Поднявшийся ветер уже веял прохладой, такой знакомой Константину. В воздухе пахло наступающей зимой...

Комментарий к части

(1) ... как хотелось бы, - тут имеются ввиду Опиумные войны и прочие военные конфликты между Китаем (КНР) и Англией.


Сообщение отредактировал Хлоя_Мураками - Воскресенье, 19.10.2014, 14:07
 
Хлоя_МуракамиДата: Воскресенье, 19.10.2014, 14:07 | Сообщение # 19
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Глава 13. Тролль.

Константин не получил пока ни одного письма - что, разумеется, не преминул отметить Малфой. Хотя, его двуглавый орел еще не успел перебраться и перелететь на другой континент. Сова Малфоя - точнее, в отличие от других, у него был филин, ведь Малфой любил подчеркивать свою оригинальность (это дико раздражало Константина) - постоянно приносила ему из дома посылки со сладостями, которые он торжественно вскрывал за столом, угощая своих друзей.

Приходилось брать.

***

Объявили отборочные по квиддичу. Константин наотрез отказался летать, хорошо понимая, что потом, если он втянется в команду, то уже не сможет выйти из нее. У него и так забот хватает.

Он смотрел на то, как летает его факультет и одновременно читал книгу по зельям.

***

Как-то раз они с Малфоем, блуждая по школе сдуру заглянули в запретный коридор и за запретную дверь. Лучше бы они этого не делали...

Им в глаза смотрел гигантский черный пес, заполнивший собой весь коридор от пола до самого потолка. У него имелось три головы, три пары вращающихся безумных, черных глаз, три носа, нервно дергающихся и принюхивающихся к незваным гостям, три открытых слюнявых рта с желтыми клыками, из которых веревками свисала слюна. Из пасти дурно пахло.

Пока пес сохранял относительное спокойствие и только принюхивался к ним, уставившись на них всеми шестью глазами. Но Константин знал, что единственная причина, по которой они пока еще живы, - это то, что их внезапное появление застало пса врасплох. Но, кажется, до пса уже постепенно начало доходить, что произошло. Об этом свидетельствовало напоминающее отдаленные раскаты грома низкое и звучное рычание, вырывавшееся из трех пастей.

Заорав, они рванули по коридору. Громовой лай долго преследовал их.

Больше они к чертовому этажу не подходили.

- Что это? - спросил Малфой, рухая на свою постель. Константин через минуту поступил так же. Они пытались отдышаться.

- Цербер... Неплохо... - в голосе Константина зазвучало уважение.

- Цербер?

- Это пес для охраны. По легенде он был у греческого бога Аида в загробном мире. Он охранял мертвых от мира живых.

- Ааа... Ты, кстати, заметил?

- Что именно?

- Пес стоял на люке! А значит...

- Драко, хватит...

- ... он что-то охраняет, - резко произнес тот. - Нас всех могли покусать… или, что еще хуже - исключить из школы.

- Больше я туда не попрусь, Драко. Ни за что! Зачем нас туда понесло?

- Не знаю...

Впрочем, они долго и вслух размышляли, думали о том, что именно охраняет этот пес.

Но постоянное течение жизни и уроков - и они и думать забыли о псе и злополучном люке.

***

Наверное, именно из-за постоянной занятости - уроки, домашние задания - Константин и не заметил, как пролетели целых два месяца с тех пор, как он приехал в Хогвартс из России.

За два месяца замок стал его настоящим домом. В Хогвартсе он чувствовал себя очень уютно и комфортно; здесь у него появились новые друзья. К тому же, здесь было ужасно интересно и увлекательно, в том числе и на уроках, которые стали куда более сложнее с тех пор, как первокурсники освоили азы и приступили к изучению более сильной программы.

Проснувшись утром в канун Хэллоуина, дня Всех Святых, Константин почувствовал восхитительный запах запеченной тыквы- непременного атрибута этого праздника в Англии.

Еще он вспомнил в этот день усопших родителей... Они были убиты именно в этот праздник.

Утром пришло долгожданное письмо из дома. Отец радовался его успехам и желал всего наилучшего. Окрыленный Константин побежал на урок заклинаний.

А потом на уроке профессор Флитвик объявил, что, на его взгляд, они готовы приступить к тому, о чем давно мечтали все поголовно. С тех пор, как профессор заставил жабу Невилла Долгопупса несколько раз облететь класс, Константин, как и все остальные, умирал от нетерпения и желания овладеть этим заклинанием.

Славянское заклятие требовало большей отдачи силы.

Профессор разбил всех учеников на пары. Партнером Константина оказался Симус Финниган, чему он обрадовался. А вот Рону в напарники досталась Гермиона. Хотя Гермиона, кажется, тоже не была не особо в восторге. Сложно даже было сказать, кто из них выглядел более сильнее раздосадованным.

Хотя Константину больше хотелось бы, чтобы она была в его паре.

У большей части ничего не получалось. Перо упрямо падало на парту, после секунды взлета на воздух.

Рон слишком размахивал палочкой, едва не попадая Гермионе в глаза. Константин уже хотел было вмешаться, но нетерпеливый Симус быстро вышел из себя и начал сильно тыкать перо своей волшебной палочкой, из которой вылетали искры, в итоге он умудрился поджечь его - Константину срочно пришлось тушить перо своей остроконечной шляпой.

Им дали еще одно перо.

- Вингардиум Левиоса! - кричал Рон, размахивая своими длинными руками, как ветряная мельница. Но лежавшее перед ним перо оставалось неподвижным.

- Ты неправильно произносишь заклинание, - донесся до Константина очень недовольный голос Гермионы. - Надо произносить так: Винг-гар-диум Леви-о-са, в слоге «гар» должна быть более длинная «а».

- Если ты такая умная, сама и попробуй, - прорычал в ответ Рон.

Гермиона медленно закатала рукава своей мантии, взмахнула палочкой и произнесла заклинание. Перо оторвалось от парты и зависло над Гермионой на высоте примерно полутора метров.

- О, великолепно! - зааплодировал профессор Флитвик. - Все видели: мисс Грэйнджер это удалось!

К концу занятий Рон был в очень плохом расположении духа.

- Неудивительно, что ее никто не выносит, - громко произнес он, когда они все вместе пытались пробиться сквозь заполнившую коридор толпу школьников. - Если честно, она - настоящий кошмар.

- Чего?! - воскликнул Константин, резко извлекая палочку из кармана. Он жутко не любил, когда обижают его друзей.

Но он не успел. Рон растворился в толпе.

Наконец они с Драко выбрались из толпы. Но в этот момент кто-то врезался в Константина сбоку, видимо не заметив его. Это и была Гермиона. Она тут же метнулась обратно в толпу, но он успел разглядеть ее заплаканное лицо, и это его встревожило.

- По-моему, она услышала, что сказал этот гриффиндорец, - озабоченно произнес он, повернувшись к Драко.

- У этих львов совершенно отсутствуют мозги, - отозвался на это Малфой.

Гермиона не появилась и на следующем уроке и до самого вечера никто вообще не знал, где она. Константин забеспокоился. Лишь спускаясь в Большой зал на банкет, посвященный празднику, Константин случайно услышал, как Парвати Патил рассказывала своей подружке Лаванде, что Гермиона плачет в женском туалете и никак не успокаивается, прося оставить ее в покое. Судя по виду (Рон стоял неподалеку), Рону стало совсем не по себе.

Константин порывался пойти ее искать, но постоянно Малфой удерживал его.

Сидя за праздничным столом, и накладывая в тарелку еду, он совершенно пропустил вбежавшего в большие двери Квирелла.

- Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить.

И преподаватель, покачнувшись, рухнул на пол и потерял сознание.

В зале поднялась большая суматоха. Драко задергался. Константин спокойно и меланхолично прожевал кусок во рту. Понадобилось несколько громко взорвавшихся фиолетовых фейерверков, вылетевших из волшебной палочки директора, профессора Дамблдора, чтобы снова воцарилась тишина.

- Старосты! - прогрохотал Дамблдор. - Немедленно уводите свои факультеты в спальни!

Константин, быстро кинув столовый прибор в тарелку, сказал на ухо Малфою, что побежал искать Гермиону. До дороге за ним увязался и Уизли, жалобно проблеял, что хочет тоже найти ее.

Ладно, вдвоем так вдвоем.

***

Нашли они ее довольно быстро. Они уже сворачивали за ближайший угол, когда сзади послышались очень быстрые шаги.

- Это ведь Перси! - прошипел громко Рон, грубо хватая Константина за рукав и прячась вместе с ним за большим каменным постаментом.

Однако мимо них пробежал вовсе не Перси, а Снейп. Он пересек коридор и пропал из вида.

- Что это он тут делает? - прошептал Константин. - Почему он не в подвалах вместе с другими учителями?

Ответ пришел сам. Он пошел искать тролля.

- Думаешь, я знаю? - прошептал Рон на ухо Константину.

Они на цыпочках вошли в следующий коридор - как раз туда, где скрылся Снейп, удаляющиеся шаги которого они очень отчетливо слышали.

- Он направляется на третий этаж, - проследил Константин, но Рон поднял руку.

- Чувствуешь запах?

Он принюхался и сморщил нос. В воздухе пахло стандартной смесью грязных носков и общественного туалета, в котором много лет никто не убирался.

Вслед за запахом появился звук - низкий и гулкий, под сводами; рев и шарканье гигантских подошв. Рон указал рукой в конец коридора - оттуда что-то огромное и высокое двигалось в их направлении. Они быстро отпрянули в тень, наблюдая, как это выходит на освещенный луной отрезок коридора.

Тролль.

Тролль, почесав свою уродливую бошку, зашел в ближайшую к нему комнату.

- Смотри, ключ остался в замке, - прошептал Рон, - мы можем запереть его там.

- Неплохая идея, - нервно ответил Константин. Не любил он импровизировать на ходу. Когда они крались к двери, у него и так все пересохло во рту, да и у Рона, наверное, тоже. Моля небо о том, чтобы тролль не вышел из комнаты, они подкрались совсем близко. А потом Рон метнулся вперед, хлопнул дверь и повернул в замке ключ.

- Есть!

Окрыленные быстрым успехом проведенной операции, раскрасневшиеся от гордости, они направились туда, откуда пришли, но не успели добежать до угла, как до них донесся отчаянный вопль ужаса. И исходил он из той комнаты, которую Рон запер несколько секунд назад.

- О, нет, - тихо произнес Рон, бледнея, как призрак Кровавый Барон.

- О, черт! Это ведь женский туалет! - выдохнул Константин в озарении.

- Гермиона ! - через мгновение воскликнули оба. Меньше всего на свете им хотелось совершить то, что им предстояло, но разве у них был выбор? Виноваты они только сами. Резко развернувшись, они оба рванулись обратно к двери. Руки у Константина дрожали и он никак не мог повернуть ключ в замке. Наконец, ему все же это удалось. Он потянул на себя дверь, и они с Роном влетели внутрь. Гермиона стояла у стены прямо напротив двери. Она вся сжалась, словно пыталась, подобно привидению, просочиться сквозь стену. Вид у нее был такой, словно она сейчас потеряет сознание. Тролль приближался к ней, размахивая дубиной и сбивая со стен прикрепленные к ним раковины.

- Отвлеки его! - крикнул Константин Рону, услышав в собственном голосе отчаяние. Он схватил валявшуюся на полу затычку для умывальника и что есть силы метнул ее в стену.

Тролль замер в каком-то метре от Гермионы. Он неуклюже развернулся, чтобы посмотреть, кто произвел такой шум. Его маленькие злые глаза уткнулись в Константина. Тролль заколебался, решая, на кого ему напасть, а потом шагнул к Константину, поднимая свою дубину.

- Эй, пустая башка! - заорал Рон, успевший добежать до угла туалетной комнаты, и швырнул в тролля куском металлической трубы.

Кажется, тролль даже не обратил внимания на то, что кусок железа ударил его в плечо. Зато он услышал крик и снова остановился, поворачивая свою уродливую физиономию к Рону и предоставляя Константину возможность оббежать его и оказаться рядом Гермионой.

- Давай, бежим! Бежим! Скорее! - крикнул Константин, пытаясь тянуть Гермиону за собой к двери. Но она не двигалась и не поддавалась, словно приросла к стене. Рот ее был открыт от ужаса.

В итоге Константин изо всех сил хлопнул ей рукой по щеке и она пришла более-менее в себя.

Вдруг тролль заревел и шагнул к Рону: тот был ближе всех к нему и ему некуда было бежать.

Зато у Константина возникла идея...

Рука поднялась, в ней был зажат кусок металла. И он изо всех сил метнул его в стену рядом с собой, предусмотрительно отбегая от Гермионы подальше.

Громкий звук снова привлек тролля и тот с ревом, начисто забыв о Роне, устремился на Константина.

Константин стал бегать, мешать чудовищу. Он замер и начал бегать за ним. В итоге, тролль загнал его в угол, откуда было не выбраться. Он медленно поднимал свою палицу.

- Константин! - в полном отчаянии крикнула Гермиона. Рон, который перебежал, и теперь был рядом с ней, в ужасе смотрел на разворачивающуюся перед ними сцену, не отводя глаз.

Константин раскинул пальцы и провозгласил всего одно слово на старославянском:

- Ледъ!

В туалете резко понизилась температура, по стенам побежала изморозь и тролль оцепенел.

Это мгновение его и погубило...

Вспыхнул ярчайший синий цвет и Рон с Гермионой вынуждено закрыли глаза руками, в надежде заслонить глаза от яркой вспышки.

Как только Рон и Гермиона открыли слезящиеся глаза, перед ними предстало следующее: Константин, хохоча как сумасшедший, опускался у стены, и показывал пальцем на тролля... Точнее на вмерзшего тролля в ледяную глыбу льда. От льда плыли холодные волны воздуха.

Глаза Константина были безумного фиолетового цвета...
 
Хлоя_МуракамиДата: Воскресенье, 19.10.2014, 14:09 | Сообщение # 20
Подросток
Сообщений: 20
« 2 »
Глава 13.1. Тролль(окончание).

Константин сидел на полу, опираясь спиной на стену и неудержимо смеялся.

Рон, сделав страшные глаза, и немного обалдевшая от такого развития событий Гермиона, никак не могли понять, почему он ржет во все горло. Они подошли к нему

- Эпи... эпичес... Ха-ха-ха... У-ха-ха-ха... Эпическая статуя вы...шла. Ха-ха-ха-ха, - хохоча, и с трудом, сквозь слезы выговаривая слова, проговорил Константин, даже не пытаясь подняться с пола. Страшная черная аура-дымка так и летала вокруг него.

Как ни странно, первой очухалась Гермиона.

- Мы должны отсюда уйти! Иначе нам грозят большие неприятности! Идемте, а ты, Константин, перестать, наконец, ржать!

Она вцепилась в его руку и заставила встать на ноги, но он опирался на нее, так как еще хохотал. Рон оцепенело смотрел на то, как он цепляется за нее, а глаза отсвечивают ярким, безумным, фиолетовым светом. А потом посмотрел куда-то за спину Гермионы.

- Константин, да что с тобой, наконец? - разозлилась Гермиона по-настоящему.

Рон в то время начал дергать ее за рукав.

- Да что такое?! - взорвалась Гермиона, оборачиваясь к нему. - Ой!

Она закрыла рот руками.

Снейп, стоявший прямо в дверном проеме, довольно злобно взирал на компанию, а потом перевел взгляд на вытирающего слезы с лица, безуспешно пытающегося сдержать безумный хохот, и громко фыркающего Константина.

- Чья работа? - сухо спросил он, театральными жестом указав на "статую".

Рон с Гермионой синхронно переглянулись, а потом так же дружно посмотрели на все еще красного Константина.

Снейп поднял брови уже понимая, что что-то не так.

- Мистер Брагинский? Объясните...

- Я... переборщил, - признался Константин сразу, - со славянским заклинанием... профессор.

Он глупо захихикал, но произнес:

- Я... магию... славянскую... давно не применял. Поэтому, я так хохочу...

- Понятно. Вы - ко мне в кабинет. Остальные - свободны!

Рон и Гермиона были только рады скорее уйти. Гермиона, впрочем, встревожилась, но Рону почти удалось успокоить ее, Снейп все-таки декан Константина, он сможет сладить с ним.

Они вовремя успели уйти. Как раз к туалету начали сбегаться остальные преподаватели.

Константин тем временем сполз на руки профессору и окончательно потерял сознание...

***

Очухался Константин на незнакомом кожаном диванчике. В горле сухо, так что слово не выговоришь, в глазах - песчаная пыль. Вроде, двигаться может...

Вокруг сплошняком были черные стены, от которых веяло прохладой. Он явно на подземном этаже.

Осторожно приподнялся с дивана. Голову повело в сторону. Он схватился за подлокотник, так вовремя оказавшейся под рукой.

Последнее, что он помнил: Гермиона что-то ему сказала... Потом тролль... Или глыба льда?

- Очнулись? - спросил знакомый голос и глаза Константина наконец различили в полутьме силуэт худощавого профессора. Тот оказывается сидел за столом и явно писал что-то в свиток пергамента.

- Угу... - едва выговорил Константин, садясь, - а есть тут вода? Очень пить хочется...

Снейп встал из-за стола и без единого звука подал ему до краев наполненный кубок.

Мальчик жадно опрокинул в себя кубок. Безумная жажда прошла. И отдал его профессору Снейпу прямо в руки. Голова неприятно пульсировала.

- Спасибо, сэр.

Снейп застыл как мраморное изваяние перед ним.

- А теперь, мистер Брагинский, объясните, что именно вы устроили с товарищами.

Константин начал рассказывать, почему ему пришлось применить это заклятие. Снейп иногда кивал головой, а после того, как выслушал его, произнес:

- Вы - малолетние идиоты. Зачем полезли сами?

- Не знаю, - честно признался Константин, - мозгов не хватило, как и времени...

- И что мне с вами делать?! - риторически спросил Снейп.

Константин только пожал плечами.

- Вас я в этом не виню, - неожиданно произнес профессор и сел за стол обратно, - видимо, ваша весьма специфическая северная магия оказалась сильнее вас самих.

- Наверное, - произнес Константин, напряженно подумав.

- А вы еще к тому же ее месяц не применяли... Интересный эффект. От слабого-то заклинания...

- Да... Профессор, я пойду, пожалуй... Можно? - спросил осторожно Константин.

Они со Снейпом встретились глазами.

- Я хотел еще раньше с вами поговорить, - произнес Снейп. - У нас, как вы наверняка знаете, скоро будет Рождество...

Мальчик медленно, но положительно кивнул.

- И у нас есть одна загвоздка. Мы собираем всю талантливую молодежь, со всех курсов для исполнения определенных номеров на концерт. Но в этом году на всех курсах почти никто не танцует... А вы, насколько я знаю, танцуете...

- Да, я действительно танцую, впрочем не только я... И Гермиона еще, - возразил мальчик. - Но что тогда именно танцевать?

- А уж это только от вас зависит... Я не разбираюсь в этом так, как в своем предмете, который веду.

Снейп усмехнулся.

А Константин задумался...

***

- ... в общем, нам еще крупно повезло, - закончил свою длинную речь Константин.

Рон и Гермиона глубоко вздохнули.

- Вы не рады?

- Ты что! - воскликнула Гермиона, - конечно же рады, что все предпочли забыть это! Иначе бы у нас всех были бы крупные неприятности.

Рон только кивал, но к полной неожиданности Константина произнес, глядя при этом только на Гермиону:

- Прости меня...

- За что?

- За то, что глубоко оскорбил тебя... Этого бы не случилось, если бы не...

- ... не я, который всех вас вытащил, - Константин, со спины, весело обнял их обоих. - Ну что, дружба?

- Дружба! - девочка вытянула правую руку вперед, на нее легла рука Рона, а потом, через некоторое время, и Константина.

Они подняли их в воздух, скрепляя слова небом.

Так, с тех пор, и образовался знаменитый триумвират от которого почти всем еще долго не было покоя: Гриффиндор-Когтевран-Слизерин.

И это положило начало новой крепкой дружбе...
 
smertДата: Воскресенье, 19.10.2014, 14:59 | Сообщение # 21
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
Цитата Хлоя_Мураками ()
легла рука Рона

happy happy happy happy он чистокровный , рон предатель крови .......
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Костанътинъ (crossover, гет, джен, ГП/ГГ. новая глава от 19.10)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: