Армия Запретного леса

Суббота, 11.07.2020, 05:09
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Куклы маленькой принцессы - кроссовер с Сумеречным миром
Куклы маленькой принцессы - кроссовер с Сумеречным миром
kraaДата: Воскресенье, 28.06.2020, 16:29 | Сообщение # 1
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Автор: kraa
Бета: luchik__cveta
Жанр: Джен/гет. Кроссовер с Зоной здрача и Лордом демоном.
Рейнтинг: PG-13
Пейринг и основные персонажы: Джинни Уизли, ГГ(РР)/ГП(ТР), семья Уизли
Размер: миди-макси
Статус: в процессе
Саммари: В любви и на войне все средства хороши. Кому-то придется поплатиться за ползования любых средств.

Эволюция не существует – есть деволюция, потому что действует Второй принцып термодинамики. Если, все-таки, эволюция существует, кто-то внешний должен ее спроцировать и все время подкармливать энергией.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Понедельник, 29.06.2020, 19:17
 
kraaДата: Воскресенье, 28.06.2020, 16:33 | Сообщение # 2
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Беты были, правили, но я переписала текст. Получилось то, что получилось. Начинаю.

Глава 1.

Джинни была последним и самым желанным ребенком Артура и Молли Уизли. Появилась она после шестерых родившихся один за другим мальчиков, поставив этим точку на дальнейшем прибавлении в этой семье.
Ей позволялось все. Ей доставалось все, что она захочет. Ей ни в чем не отказывали. Ей приносили подарки, она получала все самое хорошее, что было дома. Ей уделялось все внимание родителей, старших братьев, родственников – тех, которые все еще снисходили до общения с зараженной ветвью отступников, презрительно названной мерзкой кличкой "Предатели крови". Для всей семьи она стала золотой девочкой, папиной и маминой принцессой.
Потому что на Джинни возлагалось много чего, не меньше чем возвышении рода Уизли обратно в общество уважаемых двадцати восьми.
Для Молли рождение близнецов и последнего из мальчиков, Рональда, было сплошной потерей времени, здоровья и нервов. Она так долго ждала появления доченьки, а нарисовались опять и опять одни мальчики. Не то что Молли не любила и их тоже, любила конечно. А как же, все-таки мама, но ценила она только своих старшеньких – наследника Уильяма, второго, Чарльза и в некоторой степени третьего, Персиваля. Младшеньких она старалась игнорировать. Как матери ей было достаточно знать, что те здоровы, плотно накормлены и во что-нибудь одеты. Как они проводят свой досуг вне периода сна, приема пищи и тех редких моментов, когда ей была нужна их помощь по хозяйству Молли не особо волновало. Лишь бы не вешались, лишь бы не травили Рончика, не покалечили его или друг друга и более-менее соблюдали правила приличия во время их появления семьей в обществе: на Косом переулке, в Хогсмиде или в Министерстве магии, где работал Артур, ее супруг.

Все свое свободное время Молли уделяла воспитанию драгоценной доченьки Джинни. Ее одну надо было хорошо натаскать всяким женским премудростям и особым штучкам. Например, как надо себя преподнести самым лучшим образом, чтобы у выбранному в супруги парню не было ни единого шанса не заметить Джинни, убежать от нее и, не дай Мерлин, сойтись с какой-либо другой девчонкой. Часами обе представительницы женского пола, оставшись домой без постоянного посмотра многочисленных мальчиков, стояли перед зеркалом в ванной комнате и девочка тренировала взгляды любого характера – от смущенного до заискиващего. Молли учила дочку как улыбаться, чтобы веснушчатое личико Джини выглядело привлекателно и задорно; учила как говорить, чтобы голосок выходил милым и ласкающим слуха...
Урожденная Прюэтт, миссис Уизли знала толк в правильном воспитании дочери добропорядочной семьи, но сама она давно растратила все свои, вбитые ей собственной матушкой хорошие маньеры. Годы жизни под одной крышей с Предателем кровьи, в „Норе”, его что называется доме, в окружении безудержного выводка мальчиков, в воспитании которых она мало чем разбиралась, а Артур ей никак не помогал и, вот она самая нищая из нищих, самая вызгливая из визгливых ведьм волшебного мира.
Но как должна воспитываться дочь благородной семьи Молли хорошо знала и помнила. Поэтому и старалась как могла.
Кроме того, дочке, и только ей, мать могла и должна была передать все тайны женского колдовства, завещанное ей ее собственной матушкой, леди Прюэтт. Секреты на то и секреты, чтобы унаследоваться только самыми близкими людьми. А кто самые близкие на свете люди,если не мать с дочерью.
Ввиду своей глубочайшей избалованности, Джинни ленилась вникать и запоминать премудрости, которые пыталась впихнуть ей в голову мама. О себе маленькая конопатая девчушка думала не иначе как об особе королевской кровьи. А королевишне незачем марать холеные ручки и учиться хлопотать по дому, если в данный момент это делает мать, а в будущем забота ляжет на плечи мужа.
О нем и были все старания многострадальной миссис Уизли, о том, уже выбранном ею зяте. Гарри Поттере. Молли долго думала и перебирала в своем уме все известные и неизвестные мальчики-волшебники, подходящего для Джинни возраста. Не кого-либо, а только тех, из хороших, обеспеченных семей. Свою, Моллиной, ошибку дочке она не позволит. Видит Мерлин, парнем Артур был прикольным и напористым, но если бы она знала...
Ээх, не срослось у Молли, не самый лучший выбор она сделала, но для своей маленькой дочурке она видела только одну подходящую кандидатуру в мужья – только Гарри Поттер. Только у него были все необходимые для возвышения ее, Молли, семьи – сирота, без родителей, которые могли бы вправить тому мозги насчет проклятия Уизли. Вряд ли кто осмелится, если он сам себе представляет что это такое сестра при шести братьев, предупредить того не путаться с Джиневрой. Сирота, при этом богатенькииийй!... И никто пальцем не шевельнет обучить его самым руководить свой капитал.
Находка, не зять!
Но Молли дурой не была надеяться, что другие мамаши о своих же дочерей так же не стараются. Конечно, стараются. Но у миссис Уизли был особый козырь в рукаве – четырех сыновей, учившиеся одновременно с будущим зятем и своей сестрой в Хогвартсе. На одном с ними факультете. И тяжелая артилерия в лице директора школы, профессора Альбуса Дамблдора.
Но было еще что-то, что знала миссис Уизли от своей матери – та, сугубо ведьминская магия, которой она учила только свою единственную дочь, Джинни. Магия, которая сыновьям была неподвластна и по этой же причине, ненадобна.

Именно светлый образ Мальчика-который выжил Молли использовала в качестве флага, которым только чуть-чуть помахала перед носом у доченьки, и та с головой бросилась изучать специфические премудрости колдовства у своей матери.

***

Первое дело у миссис Уизли было научить Джинни создавать куклы.

Отправилась самая младшая из отпрысков Артура Уизли в Хогвартс на первый взгляд стеснительной замухрышкой. Но это была только часть образа, который обе представительницы женского пола рыжей семейки, оставшись на целый год одни составляли, сидя за кухонным столом в Норе. В действительности она была во всеоружии и в готовности плести вокруг Мальчика-который-выжил паутину, которую тот заметит лишь тогда, когда повиснет на ней закукленным в виде кокона.
Но это должно было случиться в будущем, когда Джинни подрастет и округлится там, где положено. До того отдаленного момента она должна была затаиться и изображать краснеющую в присутствии Гарри Поттера пай-девочку.
К счастью, в этом деле ей будут помогать не только ее старшие братья, которые учатся на старших курсах в Хогвартсе, для чего они были старательно проинструктированы; не только ее родители, в особенности миссис Уизли, но и сам директор школы чародейства и колдовства, профессор Альбус Дамблдор. Узнав ее тайные и далеко идущие планы, он долго смеялся над маленькой затейницей. Но ее гриффиндорская отвага так интересно сочеталась с, в некоторой степени, слизеринской хитростью, что длиннобородый директор восхитился характером этой многообещающей рыжеволоски. Пообещав ей всяческое содействие и потворство, он уходя из Норы после ужина, вручил ей в руки подарок на день рождения - дорогую магловскую тетрадь-дневник в черной кожаной обложке.
Эта тетрадь оказалась с изюминкой. В ней жил некто, кто называл себя Томом.

Том был мальчиком особым, который сам себя заколдовал жить в дневнике, чтобы никогда не умереть. О причине Тома так поступить Джинни навоображала себе всякую всячину, вроде того, что он был смертельно больным. Она часами сидела под сенью дерева во дворе, прижимая к себе черную тетрадь и думая наедине с собой о несчастном Томасе.
Однажды, наконец-то набравшись достаточно смелости спросить напрямую у запертого в дневнике мальчика, она стала писать внутри.
И он ей ответил.

С этого момента у Джинни появился тайный друг, который не был ее братом. Честно говоря, ни с кем из сыновей своих родителей она не дружила. Трое старших были слишком взрослыми, чтобы видеть в малышке Джинни кого-то другого, кроме маленькой несмышленой девочки. Сестренки, которую можно баловать, дарить ей подарки, заботиться в случае чего, но дружить – вы шутите?
С младшими она сама не хотела проводить время. Близнецы были настолько неуправляемыми и шумными, что даже мама не хотела быть с ним в одной комнате дольше, чем нужно было, чтобы накормить или отругать их. А Рон, ээхх... Рон был пустышкой. Ошибка календаря у мамы. Лишь бы тот сыграл правильно и вовремя свою роль, когда для Джинни наступит время решительных действий. Пока что он справлялся с этим на удивление хорошо. Самое главное – он еще в Хогвартс-экспрессе познакомился и подружился с объектом ее матримониальных планов – с шрамоголовым героем магмира, став тому первым, самым лучшим и единственным другом в школе.
Ааа, там нарисовалась еще и некая лохматая зануда по имени Грейнджер, которая тоже крутилась вокруг ее Гарри, но разве мама не дала указания братьям - чтобы те не увыливали от своих задолжений, а быстро и вовремя устраняли лишние препятствия на пути к величию своей сестры?

Так что, распределившись на Гриффиндор, как все ее братья раньше нее, как и ее зеленоглазый герой, Джинни немедля начала свою охоту.
В этой охоте пришлась очень кстати помощь Тома из дневника, который давал ей дельные советы, помогал ей писать свои эссе, чтобы та не теряла время на исследования в библиотеке, учил ее усваивать практическое колдоввство. Кроме того, он указал ей путь в Тайную комнату и научил ее шипеть парселтангом, чтобы пробудить личный василиск самого Салазара Слизерина.
А потом рассказал девочке, как попасть в Выручай-комнату.
Выручай-комната для Джинни Уизли приняла вид огромного склада потерянных вещей, где она стала прятать свои новые куклы.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Понедельник, 29.06.2020, 19:18
 
kraaДата: Воскресенье, 28.06.2020, 17:43 | Сообщение # 3
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 2. Куклы.

Свои куклы Джиневра создавала сама.
Куклы у маленькой ведьмы получались отменные. Как их создавать, мама показала ей еще зимой, когда последний из братьев отправился в Хогвартс. В своей маленькой комнате в Норе у Джинни была целая полка игрушек. Кукол, обычных старых и особых новых, она хранила в шкафу, бывшем единственной новой мебелью, которую миссис Уизли позволила себе „закупить” в магловском магазине летом, перед отправкой мальчиков в школу, боясь, что дополнительные траты на Рона плохо скажутся на и так скудных финансах многодетной семьи.

Впрочем, миссис Уизли не впервой было затыкать дыры бюджета путем прогулки по магловским рынкам, откуда она приносила домой не только предметы меблировки, но и пополняла там запасы пищи. Ей, с ее семерыми вечно голодными оболтусами, пользоваться неиссякаемыми и легко доступными „охотничьими угодьями” маглов было не в новинку.
Джинни пробежки мамы „по магазинам” одобряла, а иногда и сопровождала ее, чтобы подучиться кое-чему. В результате таких посещений магловского мира она выбирала сырье для своих особых кукол.

Обычно после обеда девочка удалялась в свою комнату, оставляя маму одну творить свои сугубо ведьминские вещи в подвале Норы.
Приходила пора играть.
Джинни вынимала выбранную на сегодня куклу из шкафа, и начинала мучить ее. Игры рыжей девочки были специфическими, но она была уверена, что узнай мама о том, что с куклами вытворяла ее маленькая дочурка, то не стала бы ей выговаривать. Как говорится, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не вешалось.
Сначала Джинни возвращала кукле способность двигаться и чувствовать, но не ее истинный рост и силу. Что бы девочка не вытворяла с игрушкой, в каждый момент контроль должен был оставаться в руках маленькой ведьмочки, а то мало ли что могло бы случиться.
Как только кукла приходила в себя и начинала судорожно глотать воздух, Джинни привязывала ее веревками к специально придуманной ею и сколоченной отцом в его мастерской деревянной раме. Несессер с приборами вытаскивался из-под стопок белья, и игра начиналась. Тоненькими иголками девочка колола кукле живот, резала острым ножиком мышцы рук и ног безмолвно кричащей от боли игрушке, стягивала ей ручки и ножки веревками... Накладывать „Силенцио“ Джинни научилась первым делом, как только создала первую куклу. Не тревожить же отдых мамы бессвязными криками объектов своих игр, не так ли? Но страдальческие мордочки, которые те корчили во время манипуляций Джинни с приборчиками из несессера, смешили рыжеволосую девочку, такими потешными были дерганья кукол, привязанных иногда в невозможных позах к рамке.
С другой стороны, безраздельная власть над своими игрушками, их горькие слезы и безмолвные просьбы о пощаде тешили ее самолюбие и подтверждали ее высший в сравнении с их положением статус. Она была их строгой и взыскательной рабовладелицей, а они - ее подневольными рабынями, и наказание они получали за свое непослушание, за незаконченные дела, за неисполнение приказов своей госпожи-государыни. Да мало ли за что она их карала? Могла – наказывала.
Устав через некоторое время играть в игру под названием „страшная госпожа – многострадальная рабыня”, девочка подлечивала кукол зельями, мазями, одевала их, кормила объедками с обеденного стола, опять замораживала и укладывала обратно в шкаф до следующего раза.

В Хогвартсе без своих кукол она маялась вечерами от скуки. Джинни плакалась и просила маму разрешить ей забрать с собой в школу хоть одну из игрушек, но мама ей не разрешила. Говорила, что это слишком рискованно – играть в свои игры в замке, среди множества всюду сующих свой нос детишек и студентов постарше и поглазастей.

Джинни Уизли, выросшая любимой дочкой родителей, у которых куча мала старших сыновей, о себе любимой думала как о принцессе, не меньше. На девочек своего курса, не только из своего алознаменного факультета, но и из остальных трех, Джинни смотрела свысока и ни с кем из них так и не подружилась. Достойных не только ее уникальной по внешним данным красоты, как она считала, но и таких же уникальных магических способностей, как у нее самой, девочек в Хогвартсе не было. Для нее все они были обычными серыми мышками с заурядными знаниями, то есть крайне бесполезными и безынтересными. Луну Лавгуд, соседскую девочку, с которой Джинни, пока не научилась создавать свои куклы, иногда играла, она еще летом выгнала из своего дома, так как та стала слишком опасной из-за своей неосознанной проницательности. Встретившись в тот день взглядом с серыми навыкате глазами подружки, Джинни поняла, что та ее раскусила. Слишком резко всполошилась Луна, побледнев и сделав шаг назад от порога Норы. Сморщив носик, словно от рыжей девочки пахло чем-то дурным, она сразу раскричалась, что не хочет больше дружить с Джинни и назвала ту злой душегубкой, промышляющей темным колдовством.
Джинни сразу ее выгнала. А вечером, после ужина, когда мистер Уизли отправился в свой сарай, заполненный натасканными магловскими вещичками, она призналась маме, что сегодня поссорилась с Луной Лавгуд и больше не будет ходить в гости к бывшей подружке. Мама тогда долго-долго обнимала плачущую дочку, воркуя и успокаивая ее тем, что соседская девочка не последняя в волшебном мире маленькая ведьмочка, что Джинни найдет себе настоящую подругу в Хогвартсе.
Вещью, в действительности успокоившей мисс Уизли, была подаренная мамой новая кукла – светленькая, беленькая, в розовом платьице. С ней Джинни играла вечером допоздна, назвав ее мисс Луной, пока не утопила в чужих муках все свое сегодняшнее огорчение и обиду на соседскую девчонку.
Слава Мерлину, распределилась Луна на Рейвенкло, и таким образом с рыжей первокурсницей она вне времени приема пищи пересекалась очень редко в коридорах замка и никогда во время занятий. Впоследствии это окажется огромным везением для маленькой ученицы факультета Ровены.

Единственным другом гриффиндорки был Том из дневника, с которым она постоянно переписывалась. Кем был этот странный мальчик, который в Хогвартсе уже не учился, но с секретами замка был хорошо знаком, она не задумывалась. Ну не учится, не посещает занятия, с кем не бывает – падаешь с метлы с огромной высоты и колдовская медицина не в состоянии вылечить тебя полностью, а тебе приходится остаться дома, на домашнем обучении!
Том знал фамилии всех чистокровных студентов и сплетничал обо всех и обо всем напропалую. Порой Джинни обуревали сомнения, что Том не мальчик, а в действительности девочка, таким болтливым был он моментами.
О своих чувствах к герою магического мира, Мальчику-который-выжил, Гарри Поттеру, Джинни призналась Тому в преддверии праздника Всех Святых, Хэллоуина. Надо сказать, что ее друг из дневника принял эту новость в штыки. Сначала он молчал и не отвечал на призывы девочки объясниться в течение нескольких часов. А потом вдруг предложил собеседнице познакомить ее с Царем змей, который спал тысячелетним сном в Тайной комнате, ожидая появления в замке Наследника Салазара Слизерина. Но чтобы разбудить василиска и подчинить его своей воле, она должна была на некоторое время впустить Тома в себя.

Джинни беспечно согласилась, чувствуя полное доверие к незнакомцу, считая того своим самым близким другом.
А через неопределенный промежуток времени она пришла в сознание, увидев перед собой надпись на стене:
„ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА! ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!“

Рядом валялось испачканное чьей-то кровью ведро, кисть и на крючке висела окаменевшая миссис Норрис, кошка завхоза Аргуса Филча.
Такая неподвижная, но пушистая кошка была очень похожа на игрушку и Джинни почувствовала дикую тоску в сердце по своим куклам, оставшимся до летних каникул в Норе.
И она тут же пообещала себе создать хоть одну, чтобы было с кем коротать время длинными зимними вечерами в замке. Узнав об ее намерениях и способах достижения цели, Том из дневника повеселел и захотел узнать тайну изготовления ее кукол.
Джинни обещала подумать, хотя была убеждена, что фамильные секреты разбалтывать каждому встречному, а в ее случае – даже не встречному, а незнакомому, она не будет. Мама давно уже впихнула эту истину ей в голову, хорошо все разъяснив.

***

К исчезновению маглорожденной Салли-Энн Перкс из Хаффлпаффа первоначально отнеслись спокойно. Та была на год старше Джинни и ровесницей Рона. Мисс Перкс обладала внешностью, о которой говорят „неприметная”. Двигаясь, она как бы тенью скользила, промелькнув на периферии зрения, не задевая внимание окружающих. На ее факультете знали, что у них числится девочка с этим именем; когда спотыкались о нее, узнавали и даже здоровались. Но как только Салли-Энн выходила из поля зрения, ее сразу выбрасывали из головы, забыв до следующей встречи лицом к лицу. Как звучал ее голос, мало кто помнил, даже девочки из общей с ней спальни за весь первый год обучения вряд ли слышали от нее больше пары слов, а уж вспомнить и рассказать о сокурснице что-нибудь те не смогли бы даже под прицелом палочки. Вечером, увидев, что ее кровать занавешена, они ее не беспокоили, утром занавески были собраны, а постель застелена. На завтраке с ней не встречались, потому что она, отправившись первой в Большой зал, уходила, поев раньше появления девочек. На уроках садилась за самой последней партой и с первыми звуками звонка, вставала и быстро уходила.
Отсутствие маленькой серой мышки Салли-Энн Перкс первой заметила ее декан, мадам Помона Спраут, во время еженедельных посиделок по субботам, на регулярной основе проводившихся на барсучьем факультете. Дойдя до ее имени по списку и не услышав ответное „здесь”, мадам Спраут озадачилась. Ведь в прошлую субботу девочка отозвалась. С тех пор прошло аж семь дней. Распросив ребят, внятного ответа от них, когда в последний раз те видели Салли-Энн, не услышала. Мадам Спраут сразу организовала поиск на своем факультете, сначала уведомив директора об отсутствии своей подопечной, чтобы тот дал задание портретам, привидениям и, наконец, школьным домовикам искать пропавшую девочку.
Подопечная так и не нашлась.

Она уже два дня как сидела куклой на полке шкафа в Выручай-комнате, рядом с бронзовой головы, что стояла покрытой тряпкой.

***

В замке Джинни гуляла свободно только ночью, когда луна, заглядывая сквозь тесные оконные проемы вдоль коридоров, создавала сказочные узоры из теней и сумрачных пятен бледного света. В лунном свете тускнел и становился серым всех оттенков цвет предметов, и те выглядели нереальными. Даже ее яркие днем рыжие волосы ночью казались обесцветившимися.
Джинни не боялась ночного Хогвартса с его привидениями, таинственными звуками и подвываниями, скрипами и бегущими по коридорам нарушителями правил школы и могла часами напролет блуждать по его этажам никем незаметной, неузнанной.
Ее мама передала дочке еще один из секретов своей семьи, изгнавшей Молли после ее неудачной помолвки и быстрой свадьбы с Артуром Уизли. Изгнанная родителями из рода или нет, но миссис Уизли в детстве хорошо выучила свои уроки и помнила их до сих пор. Кроме изготовления особых кукол, она могла и, соответственно, научила Джинни передвигаться по теням, полностью растворяясь в них. Бросив на себя чары тишины, чтобы никто не слышал ее шаги, рыжеволосая первокурсница, ведомая указаниями своего друга Тома из дневника, двигалась совершенно бесшумно и незаметно для дежурных старост, и никто из них девочку после отбоя не обнаружил.
Зато она много чего видела. Видела и слышала. Она стала свидетелем того, как ее брат Перси впервые поцеловал девушку из факультета Рейвенкло.
Поинтересовавшись личностью этой девушки и узнав, что та, хоть и староста факультета умников, происхождением не совсем вышла, так как была полукровкой, то есть в плане огромнейшей для членов семьи Артура Уизли проблемы с печатью Проклятия крови бесполезной, Джинни попыталась заговорить об этом со своим старшим братом. Перси, однако, рявкнул на сестру, выставив ту наглой дурочкой, и отшил ее в самой грубой форме. Ее брат-староста назвал сестру в каждой бочке затычкой и запретил ей совать свой длинный веснушчатый нос не в свое дело.
Джинни не могла поверить своим ушам. Это случилось впервые в ее жизни, чтобы ее так отругали и даже не наедине, а в присутствии не менее чем двадцати студентов всех факультетов и возраста. Она хлопала рыженькими ресницами, опешив до такой степени, что не могла понять: он, Перси, ей нагрубил или ей показалось? Никто из ее братьев никогда в таком ключе с ней не разговаривал!
Девочка обиделась. Девочка решила настучать маме о проколе старшего брата. Она сразу написала ей, что Перси завел себе подружку из полукровок, напомнив о полной ее бесполезности семье Уизли в связи с их проблемой, а ночью отправилась в совятню, чтобы на завтраке следующим утром насладиться вопиллером миссис Уизли. Ведь Джинни права, Уизли была нужна в невестки только маглокровка, которая, теряя постепенно свою магию при общении с одним из проклятых братьев, своей свободной от всего плохого чистой силой уничтожила бы постыдное клеймо на выводке Артура.
А эту, как там ее – Пенелопу Кристалл... ну, что в общем? О ней маленькая сестренка позаботится, если ее брат настолько близорукий...
Одновременно закроет и проблему с лохматой занудой Грейнджер, которая совсем близко подобралась к разгадке Тайной комнаты. Вот-вот растреплет о василиске остальным членам Золотой троицы – ее, Джинни, будущему суженому Гарри и младшему из ее братьев, Рону.
Гермиона Грейнджер. Мисс Я-все-знаю. Ходячая энциклопедия.
Угроза, одним словом.
Она не замолкает ни на минуту, трещит и трещит обо всем прочитанном ею в книгах, о содержании своих домашних работ, о своих наблюдениях, о своих размышлениях... Словно кого-то волнует, какими тараканами заполнена черепная коробка грязнокровки. Но мало того, она, вообразив себя вершиной учености, репьем пристает к мальчикам из Золотой троицы и настаивает, чтобы те не только ее слушались, но и выполняли все ее указания. Набивается к ним в помощники, но без их на то просьб, лишь бы показать всем, какая она продвинутая и умная. Вроде как остальные ученики из Гриффиндора одни придурки и неумехи.
Но самый главный минус Грейнджер в глазах Джинни – это то, что в прошлом году, пока мисс Уизли прохлаждалась в Норе с мамой, ТА УСПЕЛА подружиться с Гарри Поттером на год раньше приезда в школу самой Джиневры! И теперь на правах подруги везде таскается вместе с ним и забалтывает того до такой степени, что у него нет ни малейшего желания общаться с кем-нибудь из остальных девочек, с Джинни, например. Ээ, по правде говоря, такую же роль, но в отношении мальчиков принял на себя Рон, но кому нужны эти придурки, если существует ее герой, МКВ, Гарри Поттер? Но из-за доставучей зануды Грейнджер мисс Уизли никак не может подкатить к будущему суженому и подружиться со своим зеленоглазым героем.
Посоветовшись с Томом из дневника, она устроила тем двоим доставалам – Грейнджер и рейвенкловке Кристалл персональную встречу с королем змей, василиском из Тайной комнаты. После встречи те обосновались в Больничном крыле окаменевшими статуями, как кошка Филча раньше.
Джинни Уизли так обрадовалась своей удаче застать одновременно, на одном месте обеих не-подруг, что проглядела маленькую подробность в кулачке Грейнджер, белым уголком поглядывавшую у той между пальцами. Кто бы мог подумать, что этот книжный червь в попытке выпендриться упадет до уровня оторвать листочек у одной из своих любимых книг? Но маленькая подробность в виде вырванной из книги страницы с текстом, указывающим на василиска, впоследствии оказалась тузом в ее рукаве. Потому что его нашел Гарри Поттер и, прочитав содержание написанного, еще пуще затосковал по грязнокровке Грейнджер.
Смотреть спокойно на это Джинни просто не смогла. Она боялась, что Гарри полезет в библиотеку искать лечение для своей бесценной подруги. Мог бы найти. Мог бы, ради оздоровления Гермионы, вспомнить, что у него пылится сейф, полный золота.
И Джинни сделала свой шаг.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Понедельник, 29.06.2020, 19:19
 
kraaДата: Понедельник, 29.06.2020, 01:50 | Сообщение # 4
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 3. Новые исчезновения учеников.

На этот раз тревогу забила школьная медиведьма. Ведь на ее территории случился инцидент с изчезновением окаменевших девушек: второкурсница и отличница алознаменного факультета мисс Гермиона Грейнджер и пятикурсница-староста Рейвенкло мисс Кристал.
Перед сном школьная медиведьма заглянула в палату, где на твердых койках лежали окаменевшие девушки. А утром их койки пустовали, только простыни были смятыми.

В Больничном крыле собрался весь деканский состав воглаве с директором Дамблдором.
- Поттер снова отличился, - завел шарманку декан Слизерина, профессор Снейп. – Как всегда, не может быть в сторону всяких приключений...
- Северус, - зыркнула на коллегу Минерва МакГонагал, - каким боком здесь замешан мистер Поттер? Или ты все еще не вырос из детских передряг с его отцом?
- Я уверен, что...
- Ты его видел как он утаскивает тела девушек, что ли? – насмешливо спросила мадам Спраут. – У тебя есть веские на то доказательства?
- Доказателства не нужны. Когда дело доходит до Поттера, я ничему не стану удивляться, -вскинулся декан Слизерина. – И он, как свой отец, падок на славу...
- Я, например, не заметила, чтобы молодой Поттер стремился к известности, - продолжила Помона Спраут. – И как ты себе это представляешь, чтобы худосочный второкурсник сам вытаскивал из Больничного крыла обеих девушек без их на то согласия и участия. Учавствовать в своем собственном похищении больные не могли, конечно. Не больные – окаменевшие, практически неподвижные. Они не могли без настойки мандрагоры даже пошевелиться, не то что встать и уйти. В школе достаточно выросших для варки зелья особей мандрагор еще нет, их все еще пересаживаем по горшочкам. Я тебя не понимаю, Северус!
- Для Поттера невозможных вещей нет.
- Есть! – прервала своего молодого коллегу Минерва Макгонагалл. – Сварить эту настойку Гарри не может по двум причинам. Первую Помона уже изложила, школные мандрагоры еще не созрели. Вторая – из Гарри выдающегося зельевара не выйдет, не при твоих к нему придирках. А может быть, тебе, Северус, известен другой способ оздоровить пострадавших?
- Коллеги, - прервал бессмысленную перебранку директор. – Что будем делать, где нам искать изчезнувших учениц?
Деканы переглянулись в недоумении, ведь ни у кого не было ни малейшего понятия, как могла бы осуществиться подобная операция. Мадам Помфри, подумав, что школьная администрация снова сделает максимум дежурное пожатие плечами в знак того, что дельного предложения не будет, решила действовать напролом.
- Все! Я вызову Аврорат, пусть займутся работой, за которую им платят жалование.
- Спешить не надо, Поппи, мы справимся сами. Что они такое могут сделать, что не сможем сделать мы? – сказал директор и резко встал с кресла, наколдованного им сразу по приходу в Больничное крыло. Вплетенные в его бороду колокольчики прозвенели. – Мы справимся одни! – настоятельно повторил он, и деканы четырех факультетов понурили головы. - Я предлагаю каждому произвести допрос на своем факультете, чтобы узнать, не видел ли кто-нибудь из учеников что-то странное вчера вечером, ночью или сегодня утром.
- Ночью? – искривил брови Снейп в знак удивления. – Мои ученики не разгуливают ночью по коридорам.
- Да, да! Так-то оно и есть, мой мальчик, но ты пораспрашивай. Возможно кто-то что-нибудь видел.
Крякнув, Снейп крутанулся вокруг своей оси на каблуке, словно готовился к аппарации, его мантия взлетела почти до поясницы, и в два шага он достиг двери, резко открыл ее и хлопнул ей за собой, уходя.
- Пойдем что ли? - обратился к деканам Дамблдор. – Минерва, сопроводишь меня в мой кабинет, хорошо?
- Конечно, Альбус, - вздохнув, ответила она, нутром чувствуя, что ее факультет замешан, все-таки, в этом загадочном инциденте.

***

В своих письмах к маме о своей коллекции кукол в Хогвартсе Джинни ни словечком не обмолвилась, потому что огребла бы люлей от ней по полной. Потому-что мама строго-настрого запретила дочке вне дома особой женской магии Прюэттов пользоваться. Чтобы никто не узнал, не догадался. Родовое достояние, была Молли или не была отвергнутой от своего отчего рода, разбазаривать боялась.
Но девочка в школе так скучала, ей было так одиноко, все было так неправильно – не так, как обещала ей мама. Маленькой Джинни говорили, что вот она приедет в Хогвартс, а там все ее братья станут о сестреньке заботиться, ухаживать за ней, помогать... В частности, подружиться с кумиром детства, Гарри Поттером.
Все оказалось не так уж радужно. Ее Джинни героя давно уже застолбила как СВОЕГО друга лохматая зануда Грейнджер. А старшие братья, Рональд и близнецы, вдали от Норы о маленькой сестренке и ее мечте совершенно забыли. Порой ей казалось, что те вообще запамятовали, что у них есть сестра – она.
И она стала искать себе отдушину.
Самой простой из всех было собрать себе новую коллекцию кукол, раз мама запретила принести с собой хоть одну из старых, что создала под ее руководством.
После еще одного ночного похода до Больничного крыла, когда учителя об исчезновении окаменевших девушек подзабыли, коллекция Джинни Уизли пополнилась еще одной куклой. На сей раз это была кукла-мальчик.
Одновременно с этим из больничного крыла снова загадочно испарился окаменевший маглорожденный мальчик Колин Криви, первокурсник и соученик рыжей девочки на Гриффиндоре. Мальчик этот начал раздражать Джинни тем, что на правах факта, что они с Гарри Поттером оба будущие мужики и могут как таковые договориться, стал сближаться с ним. И своим веселым характером отвлекать того от дурных мыслей после исчезновения Гермионы. Колин, а не она, растопил лед отчуждения Мальчика-который-выжил от всех остальных гриффиндорцев и постепенно стал с ним хорошим приятелем.
И Джинни устроила и ему игру в гляделки с василиском.
Опять школьная администрация замяла дело и не позвала на подмогу авроров, так как мальчик был из простецов, а протокол, как справиться с маглами, уже давно был разработан и много раз применен – Обливиэйт, и нет никаких проблем.

До конца учебного года новых пропаж учеников не случалось, пока неожиданно на стене напротив туалета Плаксы Миртл не появилась пугающая надпись:

«Её скелет будет пребывать в Комнате вечно»...

Декан Гриффиндора определила, что жертва пропажи на этот раз не малозначимая маглокровка, а чистокровная дочка министерского служащего Артура Уизли – Джинни. Замять дело и не допустить огласки, возможно, не получилось бы, если бы на том же Гриффиндоре не учился мальчик Гарри Поттер – в каждой бочке затычка, потому что родился с шилом в з... где там положено быть этому шилу, ответственному за его безбашенное поведение и синдром спасать все и всех.
И он спас ее. Чем и уничтожил причину огласки инцидента с сестрой своего лучшего друга. Но никто из окружающих не счел нужным просветить мальчика, что спасать незамужнюю девицу – дело не простое и не без последствий. И получилось бы – „О, как Поттер ошибся”. Спасти девушку от смерти в глазах волшебников было все равно что провести с ней ночь в постели. Выход после этого был всего один – быть мужчиной и жениться на ней. Наличие в природе шестерых ее старших братьев хорошо мотивировало бы Гарри, узнай и откажись он от женитьбы на Джинни.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Понедельник, 29.06.2020, 19:21
 
kraaДата: Понедельник, 29.06.2020, 17:52 | Сообщение # 5
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Нашла в компе отредактированная Лучиком света версия. Буду перезаливать.


Без паника!!!
 
kraaДата: Понедельник, 29.06.2020, 19:34 | Сообщение # 6
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 4. Готовая к прыжку.

Сегодня из Больничного крыла должен был выписаться ее суженый, Гарри Поттер, который, рискуя своей собственной жизнью, спустился в Тайную комнату вслед за монстром Подземелий – василиском, фамильяром одного из Основателей Хогвартса, Салазара Слизерина, и освободил ее. В основном, из лап Того-которого-не-называем. Василиск ее жизни не угрожал, все шло пучком, пока не оказалось, что Том-из-дневника и Тот-которого-не-называем были одним и тем же лицом. Схитрил ее друг из тетради, злой он был, как оказалось. Но и это не испугало бы девочку, если бы ее „друг” не оказался вдруг энергетическим вампиром и не стал высасывать из нее жизнь и магию, обрекая „подружку“ на верную смерть.
Джинни Уизли была уверена в готовности к жертве своего героя Гарри и давно планировала заставить его по незнанию провести ритуал магической помолвки. Она старательно плела свою сеть вокруг него, заманивая того в западню.
Мама и папа уговаривали ее не спешить с задуманным, объясняли дочери, что летом профессор Дамблдор обо всем позаботится, но она сгорала от нетерпения. Момент для воплощения мечты в реальность был выбран самый подходящий, а значит, пора испробовать свое секретное оружие. Как не раз говорила ей мама, Джинни, происходя из Прюэттов и будучи седьмым ребенком-девочкой при шести старших братьях, обладала особой силой, о которой мало кто из посторонних знал – одним обычным поцелуем в щечку могла приворожить к себе любого мальчика. Ну, не каждого, конечно. Сначала тот мальчик должен был спасти ее от смертельной угрозы. И потом поцеловать; он ее, а не она его. Маленькое уточнение, но с огромным для срабатывания ритуала последствием.
Чтобы Гарри захотел поцеловать Джинни хотя бы в щечку, она должна была его чем-то привлечь к себе.
Джинни маме верила, но сильно сомневалась в том, что пока она еще маленькая и плоская как доска, она будет интересна мальчику. То есть, этой особой силе пока никак не проявиться. Но потом, когда она подрастет и станет красивой девушкой – тогда да, она была уверена, что заманит его и одним-единственным поцелуем сможет заворожить любого кавалера.
Но попробовать ничто не мешает, правда? Да даже если эта сказочная сила возьмет и не проявится, к ней на помощь – дай, Мерлин, чтоб они запомнили инструкции мамы на этот счет – ринутся все ее братья, чтобы вправить мозги Гарри и приведут его к ней на веревочке.
Ведь после всего пережитого ею с Темным Лордом Волдемортом из дневника за этот год, Гарри один из всех гриффиндорцев понял ее и бросился спасать, рискуя жизнью. Ведомый Рональдом, надо признаться, но бросился ведь! Должен же после этого на ней жениться, да? Да, говорила себе рыжая девочка, по-другому не бывать.
Только-только очнувшись в Тайной комнате, она кинулась обниматься со своим спасителем.
Однако Герою это совсем не понравилось, напротив! Оставаясь таким же холодным к ней, как и весь прошедший год, он оттолкнул ее от себя и охрипшим голосом велел пробираться наверх, к туалету Плаксы Миртл. С ее родителями, как сказала ей мать, пока Джинни лежала в Больничном крыле, Гарри поздоровался сквозь стиснутые зубы, отказываясь общаться и выслушивать благодарности расстроганных родителей девочки.
Как же заставить мальчика целоваться, если за весь прошлый год, встречаясь с ним в одной гостиной по нескольку раз каждый день, она ни разу не посмела к нему приблизиться просто поговорить, не то чтобы предлагать ему целоваться. Она была ему совершенно чужда, всего лишь сестра друга. Если Рональда вообще можно было назвать другом с его беспрерывным нудением о сне, еде и дурацких играх.
Но существовало еще одно препятствие на пути к успеху для маленькой Джинни – досадное приложение к отряду Поттера с Роном в лице Гермионы-чтоб-ее-унес-леший-Грейнджер. Хоть бы брат Джинни, Рон, отвадил эту лохматую, грязнокровную приставалу от своего самого близкого друга, чтобы она отстала от Гарри и перестала везде таскаться за ним. И чтобы перестала садиться рядом с ее будущим женихом!
Но нет! Едва только брата впустили в Большой зал первого сентября, как его словно подменили, и Рон, начисто забыв наставления мамы Молли, набросился на еду, и безразличны ему стали мечты младшей сестренки.

Пожаловалась Джинни только своему второму из старших братьев, Чарльзу. Именно он был к сестренке самым добрым и самым щедрым из близких ее людей. Из Румынии он каждый раз привозил сестре дорогие подарки, из-за чего Рон ей очень завидовал, потому что ему доставалось самое обычное – сладости, какие-то книжки.
После случившегося в Тайной комнате Чарльз единственный из братьев посетил пострадавшую сестру в Больничном крыле и ласковыми словами вытянул из нее самую ее сокровенную тайну.
Об ее несостоявшейся, но долгожданной магической помолвке с героем волшебного мира Чарли слышал впервые. Вытерев горькие слезы, текущие рекой по веснушчатым щекам Джинни, он заверил ее, что сестре не стоит ни о чем волноваться, потому что у нее есть старший брат, который обо всем подумает, обо всем позаботится.
И вчера вечером, вернувшись в спальню девочек-первокурсниц из Больничного крыла, она нашла у себя на кровати некий сверток. На свертке была записка от Чарли, что внутри находится мантия для Джинни с вплетенным в материю однократным заклинанием „Сокровенное желание”.
Увидев подарок, Джинни зарыдала от восторга. Мантия была из блестящего шелка самого насыщенного цвета фуксии, который переливался серебристыми отливами. По подолу, рукавам и груди мантия была украшена вышитым узором из зеленых веток с белыми цветочками, в сердцевине которых сверкали маленькие драгоценные камушки.
В следующем году ее одноклассницы просто обзавидуются, увидев ее новую мантию. А сейчас, чтобы сработало заклинание, надо было дотронуться рукой до того места на груди, где бьется сердце, и высказать свое пожелание.
Она несколько раз, стоя перед зеркалом в спальне, повторила слова заговора:
Ты должен меня поцеловать, потому что я этого очень хочу!”

***

Гостиная алознаменного факультета пустовала, потому что сразу после окончания учебного года и успешной сдачи экзаменов студенты разъехались на лето кто откуда. Директор Дамблдор допустил исключение из школьных правил только для пострадавших от затеи с Тайной комнатой учеников – для Джинни и Гарри Поттера, чтобы те закончили курс лечения у мадам Помфри. Рону директор позволил задержаться в школе, чтобы его маленькая сестренка не скучала в Больничном крыле одна. В Хогвартсе на несколько дней дольше остальных задержался только тот второкурсник из Хаффлпаффа, имени которого Джинни не знала. Но он, так и не познакомившись с мисс Уизли, отбыл сегодня ранним утром из школы каминной сетью.
Об остальных пострадавших от встречи с василиском - полукровке Кристал и двоих гриффиндорских грязнокровках, Грейнджер и Криви, администрация школы не заикалась и старательно стремилась изменить тему разговора, если кто-нибудь упоминал имена исчезнувших ребят.
Джинни только ухмылялась, заметив неловкость профессора МакГонагал каждый раз, когда Гарри спрашивал ее об успехах в расследовании пропажи окаменевших студентов и Гермионы Грейнджер, в частности.
Джинни Гермиону презирала и люто ее ненавидела. Да, да – лишь презирала и ненавидела, а никак не завидовала ей глубокой черной завистью из-за ее близких дружеских отношений с Мальчиком-который-выжил. Неет!
Потому что давно уже царствование этой Грейнджер закончилось, а сегодня утром начиналось восхождение Джинни Уизли. Своего она не упустит, ведьма она или кто?!

Тоесть, в настоящий момент в замке, не считая ее особых кукол, все еще находились она, ее брат Рон и Гарри, которого мадам Помфри должна была уже выпустить из больничного крыла. Пока плотно позавтракавший Рон летал верхом на школьной метле над квиддичным полем, забыв и о сестре, и обо всем остальном на свете, Джинни, нарядившись в свою новую, невиданной красоты мантию, ждала появления Гарри Поттера в гостиной Гриффиндора. Чтобы выглядеть привлекательней, она распустила свои рыжие, надушенные парфюмом матери волосы, и в полной расслабленности сидела на диване напротив входа.
Более уверенной в своем успехе она никогда себя не чувствовала.



Без паника!!!
 
kraaДата: Понедельник, 29.06.2020, 20:03 | Сообщение # 7
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 5. Непредсказуемый результат прыжка.

Наконец, входной проем открылся и в гостиную вошел Гарри, худенький, бледный и взлохмаченный. Пожирая его выпученными от длительного ожидания глазами, Джинни обследовала его взглядом на наличие всех внешних примет национального героя. Очки-велосипеды - есть, зеленые глаза, две брови - есть, черные волосы торчат в беспорядке, не прикрывая его шр... А! Что за!.. Шрам, шрам-то где?
Джинни аж подскочила от удивления. Парой быстрых шагов она добралась до опешившего от такого напора мальчика и дрожащей рукой отодвинула мешающую хорошему обзору прядь темных волос.
Нет, шрам там был, ей просто показалось, что лоб Гарри был чистым. Но был этот шрам настолько бледным и еле заметным, что даже для нее, выросшей в мире волшебства, это показалось настоящим чудом. Чудом неприятным, лишившим ее кумира знака выдающегося героизма.
Джинни приблизилась еще больше, не обратив внимания на то, что Гарри дернулся назад, и вгляделась в этот такой выздоровевший на вид шрам, стараясь не пропустить ни одну деталь.
Делаааа... А еще форма у него была какой-то новой и незнакомой! Как такое возможно?

Из того, что произошло в Тайной комнате, Джинни ничего не помнила, ее сразу после освобождения отвезли в Больничное крыло, где мадам Помфри приводила ее в чувство лечебными заклинаниями, пока миссис Уизли билась в истерике. Нет, помнила, конечно, как ее тащил наверх по трубе канализации феникс директора Дамблдора, но что было раньше – в памяти не сохранилось. Было смутное воспоминание про то, как Гарри ее тормошил, крича ее имя. Был на грани восприятия и глубочайший ужас от пробуждения в темном и страшном месте, и тот зеленый, идущий отовсюду пугающий свет, но ни как именно она оказалась там, ни что конкретно там искала, Джинни не помнила.
Между тем, судя по радикальным изменениям шрама, в Тайной комнате с Гарри случилось что-то очень значимое. Джинни изменение формы, цвета или степени выздоровления этого шрама не то чтобы очень волновало, ее насторожило внезапно возникшее желание дотронуться рукой до лба мальчика. Поддавшись влечению, девочка снова подняла руку, но Гарри опять дернулся назад, словно от нее несло не парфюмом, а дурным духом, тем самым избегнув прикосновения. Джинни с досады зашипела и встретилась с ним полными ядом глазами.
„Целуй, целуй...” – набатом звучало у нее в голове, но мальчик не шел на ее зов. Поэтому она, забыв о ритуальных словах, инициирующих вплетенное в шелк ее мантии Пожелание, вытянула вперед руки, чтобы обнять любимого, и прикрыла глаза в предвкушении поцелуя.
Джинни с раннего детства думала, что целоваться с закрытыми глазами очень романтично. В книжках, которые ее отец таскал с магловских помоек домой маме Молли, говорилось, что героиня, целуясь с любовником, томно прикрывала глаза, чтобы тот восхитился тем, „как ее пушистые черные ресницы оттеняют неземную белизну ее румяных от смущения щек”.
Черными ресницы Джинни быть не могли, так как они были одного оттенка с ее волосами, то есть были рыжими. Оттенять белизну ее щек ресницы также не могли, по той простой причине, что на щеках существовала россыпь из тысяч маленьких веснушек коричневого цвета, в данный момент на фоне ярко-красных пятен смущения. Эффект опущенных ресниц все-таки проявился, но не в нужном направлении. Прикрыв глаза, девочка не могла увидеть реакцию отвращения на лице суженого, когда до него дошло, чего добивается Джинни. Целоваться с этой девочкой он наотрез отказывался, поэтому, чтобы избежать нежелательного взаимодействия с ней, молниеносно присел. В результате чего губы Джинни Уизли встретились не с губами Гарри Поттера, а с поверхностью входной двери. Затем она глупо споткнулась о присевшего мальчика и упала на пол, подол мантии взметнулся наверх, обнажив ее по-детски тощие, веснушчатые ноги, между которыми мелькнули хлопчатобумажные белые трусики, и Поттер застенчиво отвел глаза.
Стерев кровь из ранки на верхней губе, полученной от поцелуя с дверью, Джинни уставилась пылающими от гнева глазами на сидящего на полу мальчика. Всполошенная, осмелевшая и доведенная поведением Гарри до бешенства девочка вскочила с места и двумя руками схватила того за воротник мантии в попытке дотянуться до него губами, чтобы завершить задуманное. Однако Гарри оказался увертливым и шустрым малым, не пожелавшим идти ей навстречу и соглашаться на поцелуй с неприятной ему девочкой. Он задергался и толкнул ее. Джинни опять рухнула на пол, застонав от боли, но мальчик, освободившись, вскочил и бросился наутек, даже не думая помочь ей подняться. Ни она, ни ее неприличные намерения Поттеру не нравились.
- Стой! – крикнула ему вслед конопатая сестра Рона, еще пуще покрасневшая от гнева. - Я просто должна тебя отблагодарить, поцеловав в щечку!
Проворно поползя на четвереньках вслед за ним, она успела схватить подол мантии мальчика. Тот выдернул ткань из ее цепких ручек, но потерял равновесие и упал недалеко от напавшей на него девочки.
- Я не хочу с тобой целоваться, Джинни! – воскликнул он, шарахаясь назад, пока не уперся спиной в стену за собой. Подтянул коленки к себе, обхватив их руками и застыл, надеясь, что отбиваться от настырной поклонницы не придется.
- Почему? Ты пришел в Тайную комнату спасать меня, значит, ты меня любишь! Почему бы нам не поцеловаться и не подтвердить этим нашу с тобой помолвку?
- Что-что? – дал петуха Гарри. - Какая еще помолвка, Джинни, ты с ума сошла, что ли? Волдеморт тебе все мозги сгрыз. О какой любви ты грезишь, а? Да я, честно говоря, и не хотел отправляться искать тебя в Тайную комнату, но твой брат мне устроил такой мозговынос, что я согласился, лишь бы тот замолчал. Рон все время ныл как заведенный, что ты умираешь, что мы должны пойти за тобой... Уволок и Локхарта, между прочим, и сразу привел нас в туалет Плаксы Миртл, чтобы искать вход в Тайную комнату. Все получилось так, как будто он заранее знал, где она находится. Мдаа? Сейчас, подумав, я уверен, что все так и было. Он знал, где вход в Тайную комнату! Выходит, что все было заранее подстроено, чтобы именно я тебя спасал! Но и Локхарт отправился за тобой, почему же ты не с ним пошла целоваться, а, Джинни?
- Я хочу тебя поцеловать...
-А я целовать тебя не хочу. Ты некрасивая и веснушчатая, рыжая и конопатая. Мне такие не нравятся, мне нравятся другие. Кроме того, благодарность твоей семьи выглядит уже по-другому в свете моих новых размышлений...
- Иди сюда!
- Нет, не приду, ты мне чужда, мне Гермиона нравится. Она честная и правдивая, не строит мне подставы и не заставляет меня с ней целоваться. Прошлым годом, когда я спас ее от горного тролля, она могла бы..., я не отказался бы... Отстань от меня, Джинни! – крикнул мальчик, заметив, что конопатая слишком близко приползла.
- Ах ты, гадина! – вспыхнула рыжая девочка, услышав последние слова Гарри Поттера. – Чтоб ты в куклу превратился, сволочь противная, и онемел бы навсегда! – выкрикнула она и от вытянутых вперед рук девочки отделилось бледно-золотистое сияние, которое накрыло собой мальчика, окутав того коконом.
Гарри сразу стало плохо, словно ему перекрыли воздух. Гостиная Гриффиндора закрутилась перед его глазами бешеной каруселью, превращаясь в единое красное пятно. Темные круги закрыли ему обзор, затем исчез свет, стихли внешние звуки, он перестал дышать.
Мальчик застыл неподвижным в той же позе, в которой его настигло проклятие Джинни, а затем его тело стало уменьшаться, пока не достигло размера большой, в полметра куклы, и окончательно затвердело. Его, минутой раньше, полные жизни изумрудные глаза потеряли свой блеск и уставились в одну, только ему известную точку на противоположной к входу стене.
Гарри Поттер превратился в куклу.
Одну из кукол Джинни Уизли.



Без паника!!!
 
kraaДата: Понедельник, 29.06.2020, 20:34 | Сообщение # 8
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 6. Временное решение.

В своей маленькой комнатке дома, рядом с особыми куклами – теми, которые делала она сама под присмотром своей мамы, на полочке у Джинни были пять обычных, купленных в магазинах Косого переулка, куколок Гарри Поттера в самых разных нарядах, разных размеров и в героических позах. Но то были просто куклы, которых ей дарили на день рождения. И были они заметно меньше от изготовленных ею дома, и той, что была только что создана ею. Везти конкретно эту куклу героя магмира с собой в Нору было бы огромнейшим промахом с ее стороны. Мама сразу бы вычислила проделку дочки и всыпала бы ей по первое число.
Рыжая девочка схватилась руками за голову. Ведь создавать из живых людей кукол она могла, мама научила ее прошлой зимой. Возвращать им изначальный человеческий вид, чтобы поиграться с ним, она могла. Можно ли то же самое проделать с куклой Гарри Поттера, получившаяся срабатыванием вплетенного в материи нарядной мантии заклинания? Не обычным, выученным у матери заклинанием. Джинни не знала как вернуть обратно зря потраченное „Сокровенное желание”.
Ей нужна была помощь мамы. Но как сказать маме, что, не совладав с собственной вспыльчивостью и гневом, Джинни превратила в куклу самого Гарри Поттера, Мальчика-который-выжил, собственного возлюбленного? Ой-ей-ей, что она наделала! Она выпустила свой дар так не вовремя, колданула, и вот что получилось. Ее дрожащие пальчики погладили пока еще теплые щеки Гарри. Те были гладкими, твердыми и бесчувственными. Могла ли вернуть им и мягкость, и чувствительность, пожелав этого? У нее перед глазами прокрутилось воспоминание о корчившемся от боли личике куколки белокурой магловской девочки, над которой Джинни любила вовсю издеваться, когда была дома, в своей комнате. Зуд желания воткнуть в грудь несносного и неверного возлюбленного длинную иголку захлестнул ее с головой. Она стала судорожно теребить воротничок мантии, в шов которой ранее вставила коротенькую стальную иголку, на всякий случай. Нащупав ее головку, дрожащими пальцами вытащила ее и, обняв фигурку Поттера другой рукой, приготовилась вонзить иглу прямо в его холодное сердце.
Но остановилась.
Да что она делает, ошалела, что ли?
Взгляд любимых глаз изумрудного, очень насыщенного цвета, смотрел на нее с таким разочарованием, что Джинни аж передернуло. Сделай с ним то, что она, не стесняясь, вытворяла с остальными своими игрушками, и он был бы потерян для нее навсегда.
Не надо, не надо...
Разревевшись, она прижала к себе скорчившуюся в три погибели фигуру Гарри и покрыла гладкую поверхность его лица тысячами поцелуев, надеясь на чудо из сказки о спящей красавице. Чуда не случилось. Он, сколько ни целуй его, как был куклой, так ею и остался.
Бросив в угол ненавистную игрушку, Джинни с криком отчаяния прыгнула на самый близкий к выходу из гостиной диван, прижала кулачки ко рту и начала лихорадочно перебирать в воспаленном уме действия, которые ей нужно предпринять дальше.
Привезти куклу Гарри домой, в Нору, ей хотелось больше всего на свете, но это было тем, что никак нельзя делать. При первом же взгляде на эту большую, такую настоящую игрушку, все ее родственники впали бы в подозрительное сомнение. А мама бы сразу раскусила проделку девочки.
А может быть, ей помогли бы быстро вернуть ему обычный человеческий вид, заобливиейтили бы... Но мама будет ой как недовольна! Обучая Джинни этому ремеслу, первым делом она предупредила дочку не подставляться перед братьями, потому что это сугубо женские штучки рода Прюэтт.
Да-а-а, в Нору нельзя.
Самым правильным решением было бы оставить куклу Гарри здесь, в замке, а осенью, узнав от матери, как возвращать куклам первичный облик, но не упоминая ей, почему надо спешить с наукой, самой справиться с проблемой.
К сожалению, исчезновение Гарри в тайне от директора Дамблдора не останется. Будет знатный переполох, но вряд ли ее, пострадавшую от длительного общения с дневником Того-которого, с этим исчезновением свяжут. А дома она во всем, сначала потихонечку, признается маме и попросит ее помочь. Мама лучше всех знает, как правильно разговаривать с профессором Дамблдором, с этим добрым и могущественным благодетелем семьи Уизли.
Она, мама, все исправит. Ни с кем из своих последователей директор не был так добр и заботлив, ведь Джинни не раз видела, как он, приходя каминной сетью по вечерам в гости, оставлял на кухонном столе кошелек, битком набитый золотом. После его ухода мама, подпевая себе под нос, с улыбкой пересчитывала золотые монеты, распределяя их по пунктам семейного бюджета. Миссис Уизли с таким удовольствием не перебирала руками даже зарплату своего мужа.
Оставался только один выход – оставить куклу Гарри Поттера там, где прятала Джинни остальные свои игрушки, а именно, в Выручай-комнате.

***
Спрятав куклу Гарри в складках своей шелковой мантии, цвет которой почему-то заметно потускнел, Джинни выбежала из гриффиндорской гостиной, оглядываясь, нет ли поблизости ее брата Рона, ведь он в любой момент мог бы появиться на этаже и увидеть сестру.
Как говорится, вспомни волка и... Из-за поворота лестницы, с нижнего этажа донесся крик Рона, который звал ее:
- Джииинниии, где ты? Мама приехала забрать нас, отзовииись!
Услышав голос брата, девочка пустилась наутек к восьмому этажу, не оглядываясь назад, чтобы не спугнуть удачу и спастись от назойливого Рональда, который мог всю конспирацию сестры развалить в одно мгновение. Стиснув куклу, она, запыхавшись, добралась до картины с танцующими троллихами и быстро пробежалась несколько раз туда и сюда, думая о шкафе, где сидели ее новосозданные куклы. Резная деревянная дверь с железными ставнями появилась на стене. Джинни, не медля, резко выступила вперед, схватилась за холодную ручку и открыла дверь.
За дверью ее ждал знакомый уже сумрачный, пыльный склад. Длинные, захламленные полки, нагруженные всевозможными вещами, которые она, было бы на то свободное время, осмотрела бы в поисках чего-нибудь интересного, заполняли помещение. В следующем году будет в самый раз порыться в этих кучах. Но не сейчас, сейчас у нее времени заняться сокровищами склада не было, и она быстро отправилась к шкафу во втором ряду, где девочку встретили ее куклы. Кукла Салли-Энн, кукла Гермиона рядом с куклой Пенелопой и кукла-мальчик Колин. Остекленевшими глазами они пялились на свою жуткую хозяйку и Джинни показалось, что она видит в них искру угрозы и ненависти. Мороз пополз по ее спине бесчисленными муравьиными ножками, и девочке захотелось быть отсюда далеко-далеко.
Одной рукой она задвинула поглубже фигурки, чтобы освободить место новой игрушке и увидела за ними пропущенную ранее бронзовую голову, поверх которой была брошена старая грязная тряпка.
Джинни поднялась на цыпочки и поставила перед этой головой сидящую фигурку Мальчика-который-выжил, толкнув ту назад, насколько это было возможно.
Потянув за тряпку, она накрыла ей все свои игрушки, не заметив, что завернутая внутри женская диадема из потемневшего серебра, перевернувшись, упала, хоть и набекрень, поверх головы куклы Гарри Поттера.



Без паника!!!
 
kraaДата: Среда, 08.07.2020, 03:21 | Сообщение # 9
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2810
« 1623 »
Глава 7. Исчезновения Героя из самой безопасной школы Британии.

Новость о том, что с второкурсником Гарри Поттером что-то не так, до находящегося все еще в замке персонала школы дошла не сразу. Все они знали, что сегодня утром пострадавшего мальчика выпустили из Больничного крыла, и он отправился в гостиную факультета собирать свой багаж. Сразу после обеда троих учеников, оставшихся в замке – Гарри, Рона и Джинни, должны были отправить во внеплановое путешествие Хогвартс-экспрессом в сопровождении миссис Уизли.
Родственников мальчика об его опоздании специальным письмом заранее уведомила декан Гриффиндора, профессор Макгонагалл, и они должны были встречать его на вокзале Кингс-Кросс.
За накрытым школьными домовиками единственным обеденным столом в Большом зале сидели и болтали почти все учителя школы. На центральном месте, на своем позолоченном троне выделялся своим величавым видом и красочной синей мантией директор Дамблдор. За столом также находились еще утром приехавшая миссис Уизли, а за ней - ее самый младший сын, Рональд, который ел как привык, загребая обеими руками и пихая в рот все, что находилось съедобного в рамках досягаемости его захвата. Трескал за обе щеки, ничего и никого не замечая.
Гарри Поттер в Большом зале не появился. Неожиданно для преподавателей и для своей вовсю болтающей матери, обедать не явилась и спасенная им Джинни.
В какой-то момент трапезы Молли ощутила, что рядом с ней отсутствует кто-то очень важный для нее. Она лихорадочно стала озираться, ища глазами свою драгоценную дочурку и темноволосую голову очкарика, намеченного в зятья. Их обоих здесь не было.
- Альбус, - крикнув, она привстала со своего места, привлекая к себе внимание всего присутствующего персонала школы. – Джинни с Гарри-то нет!
Директор моргнул из-за очков-половинок, оглянулся и быстро убедился, что миссис Уизли права – названных учеников за столом и вправду не было. Взгляд его мерцающих из-за стекол очков глаз остановился на сидящем на самом краю стола завхозе и Дамблдор отправил его на поиски:
- Аргус, прошу тебя, иди и поищи наших двух героев в башне Гриффиндора!
Тот поднялся, кряхтя и ворча себе под носом, что не помешало бы просто отправить Патронуса, а не прерывать ему, старому уже человеку, обед. Тут же вскинулась сама Молли:
- Альбус, не надо дергать мистера Филча! Пусть мой Рончик отправится, он уже поел, не так ли, дорогой? Иди, поищи своего лучшего друга и сестренку!
Упомянутый Рончик, он же Рональд Билиус Уизли, не очень-то обрадовался предложению матери. С обедом он еще далеко не закончил, а ведь предстоит долгое путешествие до Лондона на Хогвартс-экспрессе, словно каминная сеть в школе не работает. Но кто-то же должен сопровождать героя волшебного мира, шрамоголового Поттера, да? Всегда семья Уизли на первой линии фронта. А ведь те привлекательные, так вкусно пахнущие кексики только и ждут, чтобы кто-нибудь их съел. Почему бы их не съесть Рону? Но нет! Придется оставить их кому-то другому, а самому идти за вечно находящим на свою пятую точку приключения приятелем. Пусть бы тот хоть трижды был национальным героем.
Но не подчиниться матери - это все равно что самому себе стать врагом. И Рон, вздохнув, встал с места, надел на лицо свою фирменную обиженную маску и вальяжно поплелся к выходу.
- Подожди, сынок! – догнал его крик матери. – Возьми с собой несколько этих нежнейших кексиков, знаю, что они тебе очень нравятся.
И всучив повеселевшему Рональду целую охапку сладостей, она вернулась за стол, а ее сын, уже вполне довольный жизнью, отправился выполнять поручение директора.

То, что грянет в самом ближайшем будущем, даже всем известная правнучка Кассандры Трелони, на данный момент пребывающая в высших эмпиреях, налакавшись с утром пораньше хереса, не могла бы предугадать.
Началось с того, что Рон Уизли, ушедший искать своих сестру и друга, Гарри Поттера, не застал в общих и доступных ему помещениях башни ни одну, ни другого. Оформленная в красно-золотых цветах гостиная факультета Гриффиндора была пуста. В спальне мальчиков-второкурсников рядом с кроватью Гарри нашелся его сундук, уже полностью собранный, но самого Гарри там не было. Не нашел приятеля Рон ни в уборной, ни в душевой.
В спальню девочек он пройти не мог из-за запрета Основателей, который из лестницы в женское крыло башни, ступи ученик мужского пола на первую ступень, сразу делал непреодолимо скользкую поверхность.
Так что, не найдя ни Джинни, ни Гарри, Рон додумался до того, что те гуляют где-то на территории замка, будучи при этом вместе.
Рон даже взревновал немножко, что они не пригласили его прогуляться вместе с ними.
Достигнув таких высот логики, шестой Уизли хмыкнул, довольный тем, что его сестренка по всем признакам прекрасно справляется сама с тем самим сближением, о котором все лето талдычила им мать. А раз все само-собой получилось, и его усилия в этом направлении не нужны, кто он такой, чтобы путаться под ногами у собственной сестры и разрушать ее матримониальные планы?
Лучше всего подождать сладкую парочку здесь, прилечь на этом мягком диване и отдохнуть после утренних полетов и вкусного сытного обеда.
Этот самый диван Рон приглядел для собственного единоличного использования с первого взгляда на него, первого сентября позапрошлого года. Стояла эта прекрасная обитая красивым темно-красным бархатом мебель напротив камина. Но для первокурсника Рональда полежать на нем до сего дня оставалось далекой, недостижимой мечтой.
Теперь, наконец, в гостиной нет старшекурсников. Здесь был только он, самый младший из сыновей Уизли, и диван оказался в полном его распоряжении! Такой огромный, мягкий, с большим количеством божественно пахнущих подушек!
Недолго думая, Рон бухнулся на него, прижал к себе одну из подушек и блаженно прикрыл глаза. Эх, вот это рай и никак иначе! Ощутив себя на седьмом небе, размякшим и сонным, он вытянул ноги. Не достав ими до другого конца дивана, все еще зажмурившийся от счастья Рон улыбнулся своей удаче, вздохнул и мгновенно заснул, забыв о приказе матери.

В скором времени гостиную Гриффиндора полностью заполнил мужественный храп Рональда, достигая эпической громкостью верхних спален учеников.
В этом храпе утонул тихий шелест входной двери, открывшейся в помещение ало-знаменного факультета. Вошла сестренка Рона, заплаканная, с выражением ужаса на лице, но, понятное дело, ее возвращение он пропустил. Джинни, увидев и услышав дрыхнувшего без задних ног брата, прошмыгнула на цыпочках мимо него и побежала наверх к своей спальне девочек-первокурсниц. Хлопнув за собой дверью, она упала поверх заправленной кровати и позволила панике захлестнуть ее с полной силой.
В скором времени навстречу храпу шестого Уизли слышны были сдавленные всхлипы его сестры.
Но Рон спал. Делал он это основательно, со вкусом и мастерством. Даже грохот разрушений после Бомбарды Максима, если бы ее кто-нибудь наколдовал рядом с диваном, поверх которого он спал не разувшись, вряд ли нарушил бы его покой. Однако тихие девчачьи подвывания, доносившиеся сверху, пробились через барьер храпа и, проникнув в сознание мальчика, в некоторой степени насторожили его. Настолько, что на какое-то время шум, издаваемый им, затих. Левое ухо Рональда, то, на котором он не лежал, чуть-чуть встрепенулось, пытаясь определить, откуда доносится плач. Мозг Рона сонно осознал, что плакать могла только сестренка Джинни. Потом во сне мальчик совершил неслыханный подвиг – сделал роковое заключение, что раз она плачет, значит она жива, здорова, и находится в спальне девочек наверху.
Это полностью успокоило Рона. Потому что ни душевные переживания, ни сердечные проблемы Джиневры его не касались.
Проблемы сестры на данный момент не его, Рональда, проблемы... они уже были ничьими, чужими... И снова воздух в помещении завибрировал от его громоподобного храпа.

***

Прибытие взрослых волшебников, явившихся по его душу, разительно отличалось от тихого, незамеченного Роном появления Джинни в гостиной чуть ранее.
Портрет Полной дамы резко дернулся в сторону, открывая вход в башню. Входная дверь с треском ударилась о стену и внутрь помещения ворвалась громко галдящая компания из преподавателей и миссис Уизли впридачу.
Впереди всех, почти переходя на бег, двигалась возмущенная до крайней степени и покрасневшая от гнева Минерва Макгонагалл. За ней по пятам следовала, пылая праведным возмущением, тоже разгоряченная миссис Уизли, на высоких тонах споря с первой. Директор Дамблдор догонял этих двух дам, пытаясь сохранять необходимое для своего положения и возраста достоинство.
За ним процессию завершал семенящий... нет-нет, плывущий в воздухе маленький профессор Флитвик, которого перебранка женщин весьма раздражала. Слушая их острые замечания, он часто, при особо едких, по его мнению, обвинениях миссис Уизли, закатывал глаза к потолку. Молли Прюэтт он еще ученицей переносил с большим трудом, настолько неуместно громким был ее смех и ее повседневное общение со сверстниками. Зато во время уроков надо было неприлично близко подойти к девушке, чтобы услышать ответы на его вопросы, настолько неразборчиво и тихо говорила она в эти моменты.
Но сегодня миссис Уизли была просто отвратительна. Все профессора, если верить ее обвинениям, были сплошь и рядом во всем виноваты. Как в отношении неуспехов в учебе ее шестого сына, так и в отсутствии дисциплины у ее близнецов. Как во внезапном интересе Персиваля к бесполезной для семьи Уизли полукровке Кристал, так и в отсутствии интереса к ее "несравненно прекрасной" доченьке Джинни у Гарри Поттера.
Прекрасна? Это Джиневра-то прекрасна? Даже для него, гоблинского полукровки, мисс Уизли была не просто непривлекательной. Она была отталкивающей. Не внешностью, нет-нет! Характером. Заискивающая, хныкающая, прилипчивая и в то же самое время хитрющая злюка, ревнивая, завистливая, подозрительно опасная и иногда странно пахнущая. Животным запахом.
Даже будучи ребенком-подростком, она всех от себя оттолкнула. Непонятно, зачем ей подыгрывал директор школы, но что творится в голове Альбуса, не смогла бы угадать пасьянсом Наполеона даже Сивилла Трелони. Филиус Флитвик не смел себе представить даже с научно-познавательной целью, что из этой рыжей прилипалы вырастет через год-два. Хотя, как говорится, для каждого поезда найдутся свои пассажиры.

Рональда Уизли все они увидели сразу. И возмутились. Хотя заранее его слышали.
Какой храп, какая мощь! Бедные гриффиндорцы из общей с этим чудовищем спальни! Этим героям-второкурсникам надо поставить памятник терпеливого страдальца в центре гостиной к следующему учебному году.
Появление взрослых медленно проникло в сознание отдыхающего мальчика и он, лежа на диване, с непониманием взирал на нависающих над ним декана и мать. Сонно хлопая глазами, он стал невнятно бормотать какие-то извинения.
- Мистер Уизли, - с визгливыми нотками разъяренной кошки в голосе начала профессор Макгонагалл, - вас отправили не отсыпаться, а искать своего друга и собственную сестру. И что вы в это время вытворяете, а? Валяетесь на диване и прохлаждаетесь?
- Но, но... мэм! – промямлил Рон, смотря сонными глазами на маму, ища и не находя в ней поддержку. – Я их не нашел. Их тут нет.
- Удивительное наблюдение, мистер Уизли, я вас поздравляю! – растолкав остальных, чтобы посмотреть на это убожество, младшего сына замечательной в молодости Молли Прюэтт, сказал прибывший последним профессор Снейп, самый ненавистный из всех преподавателей для Рональда. Насмешливо растянув губы в ухмылке, встретившись взглядом с округлившимися из-за очков-половинок лазурного цвета глазами Альбуса, декан Слизерина продолжил:
– Альбус, нам надо продолжить поиски или мне можно удалиться? Я должен собираться в поездку. У меня на носу конференция зельеваров.
- Подожди еще несколько минут, Северус, сейчас расспросим мистера Уизли и все выясним, - ответил директор и повернулся к покрасневшему от смущения Рону. – Скажи нам, мой мальчик, где ты искал молодых Гарри и Джинни?
- Я, эээ... по пути все время озирался вокруг и звал сестру, но мне никто не отвечал. Она не отзывалась. А Гарри в спальне нет, в душевой и туалете тоже.
- Вы и там посмотрели, мистер Уизли? – саркастично заметил Снейп. Скрип зубов пылающей от гнева Молли вызывал у него только внутреннюю ухмылку. Не пристало ему, декану факультета самого Салазара Слизерина, показывать при Альбусе свое пренебрежение и плохо скрываемое отвращение как к этой рыжей дуре, так и к представителю ее выводка. – А вы не догадались посмотреть в других местах, мистер Уизли? В библиотеке, например?
Отрицательно покачав головой, Рональд потупился. Мог бы сам догадаться заглянуть туда, а не слушать ехидные замечания этой летучей мыши!
Минерва со своей стороны подумала, что надо не болтать и слушать необоснованные претензии мамаши, то есть миссис Уизли, а побыстрей найти опаздывающих на поезд учеников. Ее, Минервы, студентов. Макгонагалл подталкивал спешить заказанный еще вчера и уже проплаченный ею портал к ее маленькому домику, оставшемуся в наследство от невовремя умершего супруга, мистера Уркхарта.
Подсознательная тревога за своих студентов, Гарри Поттера и первокурсницу Джинни Уизли, терялась на фоне возмущения от их безалаберности. Как так можно? Для них планируется экстренная поездка Хогвартс-экспресса до Лондона, а они!.. Все время одни проблемы от этого Поттера: то не может попасть на платформу 9 ¾, якобы домовик виновен, то на пару с шестым Уизли крадет летающий автомобиль Артура, тем самым подставив того перед Министерством магии, что угрожает отцу семейства штрафом, то чуть не уничтожает Дракучую иву... И это еще новый учебный год не начался! Все еще предстояло, все было впереди. Эти окаменения, ползающий по трубам василиск, надписи, Джинни... Молли рядом трещит и трещит, не умолкает...
Когда декан уже была готова приписать сыну Джеймса и Лили прегрешения, которые ему не принадлежали, сверху, со стороны девичьих комнат, все услышали тихий голос:
- Мама, что вы здесь забыли?
Все повернули взгляды к верхней площадке лестницы. Там, взлохмаченная и заплаканная, в помятой розовой мантии стояла она, Джинни Уизли. Ее мама, увидев свою принцессу живой, целой, хоть и с припухшими глазами, забыла обо всем на свете и с криком: "Доченька, ты нашлась!", бросилась по ступенькам наверх. Добежав до девочки, она сжала ее в своих костедробильных объятиях и стала ей что-то тихо шептать на ухо. Та неуверенно кивала головой.
Зацикленность матери только лишь на дочери давно перестала возмущать Рональда, в этом не было никакого толка. Ну любит мама дочку, с кем не бывает. В конце концов, Рон довольствовался тем, что мама всегда вкусно и, самое главное, обильно готовит. Ему, Рону, всегда больше всего на свете нравилось это – вкусно и сытно покушать. А потом вдоволь поспать. В данный момент он хотел немедленно отбыть в Нору, чтобы как можно скорей усесться за обеденный стол. Но вопли чуйки говорили Рону, что без поимки Поттера до ужина им не добраться.

Тем временем присутствующие при счастливом воссоединении матери с дочкой зашевелились.
- Джинни, девочка моя, - донесся голос директора Дамблдора, - сегодня утром ты виделась с Гарри? Ты все время провела здесь или куда-то ходила?
Вопрос обожаемого всей семьей Уизли профессора Дамблдора почему-то довел девочку до нового приступа безудержного плача. Обняв шею матери, она залилась слезами и ничего не смогла ответить. А это по разумению директора школы могло означать только одно, что Джинни что-то знала. Знала, но скрывала и не говорила.
А зная характер всех отпрысков Уизли, кроме их шестого, Рональда, поди попробуй вытянуть у них их секреты. Тем временем Молли, подумав о том же, что и благодетель ее семьи, подмигнула тому одним глазом и сказала:
- Альбус, оставь девочку в покое, разве ты не видишь, как она переживает! - Погладив рукой тощую спину дочки, миссис Уизли посмотрела на старого колдуна полными страдания глазами. – Я думаю, нам лучше вернуться домой. Там Джинни успокоится и все-все мне расскажет, ведь так, доченька?
- Ладно, Молли, можешь отправляться с детьми домой, – согласился директор и вдруг ссутулился, словно возраст надавил на него всей тяжестью лет. – Я открою вам мой камин, раз вам не нужно сопровождать Гарри поездом. А с его поисками мы справимся сами. Я распрошу портреты, созову общину домовиков, посмотрю... Найдется, куда мог он деться.
Сказав это, он поманил рукой своих подчиненных, чтобы те последовали за ним и медленно шагнул к выходу из гостиной красного факультета. У самой двери он обернулся и с задумчивым видом сказал:
– Прошу всех вас держать свой язык за зубами и не болтать. Нет никакой необходимости оповещать обывателей об обычной пропаже мальчика. Это самая безопасная в мире школа. Думаю, он проведет в замке еще одну ночь, а назавтра сам объявится. Тогда я лично аппарирую его напрямую в дом его тетки.
- Конечно, Альбус, само собой! – кивнули головой трое Уизли и Макгонагалл.
Снейп давно отбыл из гостиной Гриффиндора, только Флитвик, задумавшись, с сомнением в глазах кивнул головой, с некоторым опозданием согласившись с директором Хогвартса. Но это опоздание никто из присутствующих не заметил.
Тишину помещения нарушил командный выкрик миссис Уизли:
- Ну, Рон, чего ждешь? Марш в спальню собирать вещи! Ты услышал обещание профессора Дамблдора, что тот откроет для нас свой камин? Нам не надо опаздывать. Быстро! Жду в общей комнате.
Она проследила глазами за вялыми движениями своего шестого сына, гадая, сколько времени ей ждать, прежде чем отправиться за ним и самой упаковать его багаж.
Когда Рон скрылся за дверью спальни мальчиков, ее взгляд перекочевал на продолжающую лить слезы дочку.
- Джинни, миленькая, давай соберем твой сундук, и пока мы собираемся, расскажешь мамочке, что стряслось, и почему ты в таком отчаянии.
Ее рыжая девочка покорно последовала за матерью, упорно продолжая молчать.



Без паника!!!
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Куклы маленькой принцессы - кроссовер с Сумеречным миром
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: