Армия Запретного леса

Пятница, 15.12.2017, 07:41
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 1 из 712367»
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наследник Азкабана (+31 глава от 20.08.13) (G, макси, в работе)
Наследник Азкабана (+31 глава от 20.08.13)
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:10 | Сообщение # 1
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Название: Наследник Азкабана
Автор: Linnea
Бета, гамма: Katana
Персонажи: Гарри Поттер, Драко Малфой, Люциус Малфой, Северус Снейп и другие
Рейтинг: G
Категория фика: Скорее, джен
Размер: Макси
Статус: В процессе
Отказ: Герои принадлежат Роулинг, мое - фантазия
Аннотация: Его осудили и забыли. Но в мире магии ничего не проходит бесследно. Волдеморт сам открывает глаза светлой стороне на Гарри Поттера. 10 лет безвинный человек, а тогда еще ребенок, просидел в самом страшном месте. Смог ли он справиться? А в мире все меняется. Грядет Судья. Кто он и как связан с Гарри Поттером?
Разрешение на размещение: отправлено.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....


Сообщение отредактировал Lady_of_the_flame - Вторник, 20.08.2013, 17:10
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:10 | Сообщение # 2
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 1. Пролог: Замершее время.

Он служил в Азкабане уже больше пятидесяти лет, пришел сюда работать, когда исполнилось всего двадцать лет. Многие сходили с ума на этой работе, многие становились ничем не лучше тех, над кем надзирали, многие уходили, и на их место приходил кто-то еще. Он остался, не сошел с ума и не превратился в садиста.
Его страсть, его мечта могла воплотиться только в этих стенах. Он заболел Азкабаном еще в детстве, впитывая, как губка, рассказы об этом мрачном месте. Но для него Азкабан не был мрачным или страшным, он был загадкой, тайной, которую он мечтал раскрыть. Когда пришло время выбирать, кем стать, он не сомневался ни секунду. Это было его предназначением. И вот уже пятьдесят лет он служил надсмотрщиком в самой страшной магической тюрьме.
В стенах Азкабана была своя библиотека, но ею мало кто пользовался. Он был одним из немногих посещавших ее стены регулярно и единственным нашедшим только ему одному понятное сокровище – книги, описывающие легенды места, ставшего ему домом. Он выучил их наизусть, но все равно время от времени возвращался, чтобы подержать их в руках или перечитать. Не было на свете человека, который знал бы об Азкабане больше, чем он.
Азкабан, самая страшная тюрьма, когда-либо созданная в мире. Из года в год, из века в век в нее попадали преступники. Считалось, что выйти из нее невозможно, но год назад из тюрьмы был совершен первый в истории побег, успешный побег. Он хорошо его помнил, этого беглеца, Сириуса Блека.
Чтобы понять Азкабан, надо знать его историю.
Когда-то, очень давно, задолго до появления Мерлина, маги осудили себе подобного и выстроили на острове дом и заключили в него осужденного, было наложено столько заклинаний, что он навечно стал пленником этого дома. Шли годы, ничего не менялось, маг мог только смотреть в окно и наслаждаться видом из окна, тоска по небу, по земле, по воздуху и воде становилась непереносимой. Однажды в отчаянии маг то ли проклял это место, то ли выдал пророчество. В скором времени он умер, а остров стал приобретать зловещую ауру. Дом постепенно стал увеличиваться и спустя три столетия стал огромной тюрьмой, в которую пришли дементоры. Во времена Мерлина в Азкабан было заключено много темных магов, просто преступников – убийц и воров. Время шло, Азкабан все четче становился таким, каким его знали сейчас. Многие его коридоры стали тайной, никто не знал, куда ведут лестницы. Все лишь видели его видимую часть, а там, под этими стенами был целый город, и кто знает, какие тайны там хранятся.
Многие пытались написать историю Азкабана, но как написать о том, чего ты не понимаешь или не знаешь. Те, кому это удалось, были похожи на него, надсмотрщика тюрьмы, отдавшему Азкабану свое сердце и душу. Именно они из века в век собирали воедино рассказы, легенды, были и небылицы о тюрьме. Этим книгам было больше трехсот лет, никто не читал их с тех самых пор, как триста лет назад последний читатель поставил их на полку. Они ждали того, кому будет интересно узнать правду об Азкабане. И пятьдесят лет пришел он, Салиус Мореат.
Салиус снова посмотрел на страницу древнего фолианта, который насчитывал более тысячи лет. Он был уверен, что эта легенда, древнее то ли проклятие, то ли пророчество, пришло в движении.
"Азкабан, вот тебе имя, которым я нарекаю это место. Тюрьма для магов в устрашение... И проснутся силы невиданные в то мгновение, когда юная душа, оскверненная предательством, безразличием и презрением, обвиненная в том, чего не совершала, переступит порог Азкабана. Время замрет в одном мгновении, пока не восстановится справедливость, но не отпустит Азкабан юную душу..."
Салиус вздохнул, на этом месте слова обрывались, что было дальше, или будет, он не мог сказать. Но был уверен, что увидит все собственными глазами. Он знал, не мог сказать откуда, но знал, что через несколько часов описанная душа переступит таки порог Азкабана.

Гарри с безразличным видом взирал на выступающие из тумана стены Азкабана, его нового дома до самой смерти.

"Ретроспектива"
Ему никто не поверил. Петтигрю воспользовался его палочкой, чтобы убить Седрика Диггори. Никому не пришло в голову, что четырнадцатилетний мальчик не может использовать смертельное заклятие просто потому, что у него не хватит на это сил. Они просто решили, что он, Гарри Поттер, из ревности и желания во что бы то ни стало выиграть, стал убийцей. Не поверил даже Дамблдор, отвернувшийся от него с брезгливым выражением лица. Авроры забрали его в тот же день, прямо из больничного крыла. Когда он увидел, что они о нем думают, как отнеслись к его словам, он замкнулся, просто опустил глаза и не произнес больше ни слова. Сначала он пытался им объяснить, что случилось на кладбище, но, видя презрение, с которым на него смотрели, он оставил все попытки. Через неделю состоялся суд. Он тогда оглядел весь зал: вот сидит Ремус Люпин, бледный, ничего не понимающий, вот все Уизли, глядящие с презрением, Дамблдор за кафедрой главы Визенгомота, и многие другие. Обвинитель и предоставленный ему защитник вызывали свидетелей, но он не слушал. Зачем? Это уже не имело значения. Что-то в нем умерло, ему было совершенно все равно.
- Гарольд Джеймс Поттер, отвечайте на заданный вопрос, - гневный голос Дамблдора ворвался в его разум. Гарри даже не шелохнулся. – Отвечайте на вопрос.
Никакой реакции, вообще, ни один мускул на лице не дрогнул. Аврор подскочил к Гарри и дернул его за волосы, поднимая лицо и только собрался разразиться гневной речью, но проглотил все слова, столкнувших с взглядом абсолютно пустых глаз-омутов. Аврор отшатнулся, нервно сглатывая.
- Поттер, это не уважение к суду, - Дамблдор поднялся с кресло, сердито глядя на мальчика, но голова снова была опущена. Ни слова, ни звука не вылетело из его уст. В зале постепенно нарастал гул недоумение. Визенгомот отправился на совещание, им хватило всего десяти минут, чтобы принять решение.
- Гарольд Джеймс Поттер, вы обвиняетесь в убийстве студента школы магии и волшебства Хогвартс Седрика Диггори. Приговор – пожизненное заключение в Азкабан, - объявил Дамблдор, следя за реакцией Гарри, но ее не последовало, вообще никакой реакции. Дамблдор с беспокойством еще раз взглянул на мальчика. Тот сидел с опущенной головой и не шевелился. Дамблдору было известно, что с той секунду, как Гарри оборвал себя в больничном крыле Хогвартса, взглянув на него, Дамблдора, разочарованным взглядом, он не произнес ни слова. Это было не правильно.
Авроры подошли к Гарри, сняли с него путы, которыми он был прикреплен к стулу обиняемого и поставили на ноги. Ни сопротивления, ни возмущения, ничего. Дамблдор не мог понять в чем дело. Поттер должен был хоть как-то отреагировать на их довольно грубые действия, но он просто выполнял все, что ему говорили: повернись, он повернулся; руки вперед, вытянул руки; толчок в спину, пошел. Такое поведение Гарри вызвало не у одного Дамблдора удивление и беспокойство. Еще несколько человек смотрели на него с непониманием, с беспокойством.
Его вывели из зала.
- Мразь, сволочь, предатель, - к нему подлетел Рон и замахнулся. Удар был сильным. Гарри поднялся с пола. Авроры отошли в сторону, когда он падал, никто его не поддержал. Гарри поднял голову и посмотрел на Рона пустым, отсутствующим взглядом. Ни слова, ни жеста, ни эмоции, ничего. Рон, горя праведным, как он считал, гневом, снова кинулся на Гарри, но его оттащили
- Он свое уже получил. Азкабан для него самое место, - усмехнулся аврор.
- Надеюсь, ты там сгниешь, - презрительно бросила Гермиона. – Я сожалею, что была твоей подругой все эти годы.
Гарри слышал все, что ему говорили, все эти слова: вот Люпин говорит, что его родители перевернулись в гробу от такого сына, вот миссис Уизли плюет ему под ноги, вот снова кто-то замахивается, он падает. Но это не имеет значение. Что-то умерло в нем, нет ни боли, не чувств, ничего. Вокруг только пустота, везде. Все эти люди, чужие, незнакомы, ему неизвестны, он их не знает. Его больше нет в этом мире.
"Конец ретроспективы"

Гарри устремил ничего не выражающий взгляд на Азкабан. Авроры, которые сопровождали мальчика в тюрьму, уже не первый раз чувствовали, как по спине бегут мурашки. Ну, не может быть у четырнадцатилетнего ребенка такого взгляда, просто не может быть, и все тут. В этих зеленых, еще более ярких, чем раньше глазах нельзя было прочесть ничего, вообще ничего. Легелиментор, приходивший в камеру в Министерстве, не смог пробиться в голову мальчика, совсем. Он провалился в черную пустоту, и еле смог выбраться оттуда. Странно, но после трех дней в камере, авроры перестали задевать мальчика, бросать колкости и прикасаться к нему. Им просто на просто было страшно, никто и никогда не вел себя так. Казалось, что перед ними просто живой труп, что, в принципе, и было правдой.
Лодка причалила к берегу. Авроры вышли и уставились на Гарри, тот молча встал и переступил через борт лодки. Его повели к темным стенам тюрьмы.
- Принимайте, новый заключенный, - передал документы начальнику тюрьмы аврор. Гарри переступил последнюю черту и вступил на землю Азкабана.
/Вы совершили самый страшный грех, и вы заплатите за него. Вы потеряли свою надежду навсегда. Таково мое слово/ - прозвучал в голове у авроров, нескольких надсмотрщиков и начальника тюрьмы странный чуть скрежещащий голос. Маги поежились, но по молчаливому согласию решили забыть об этом и никогда не вспоминать.
Салиус Мореат смотрел на юного мага, которого воля других людей привела в эти стены. Он догадался, что сейчас произошло. "И проснутся силы невиданные в то мгновение, когда юная душа, оскверненная предательством, безразличием и презрением, обвиненная в том, чего не совершала, переступит порог Азкабана" – вспомнил он слова из фолианта, те самые слова, которые произнес первый узник острова, прежде, чем умер. – "Что-то теперь будет. Они все отмахнулись от того, что услышали, не придали этому значения. Они не понимают. Что-то меняется в этом мире, совсем меняется. Он сказал, что надежду мы потеряли навсегда. Что он имел в виду? И как нам придется заплатить за это?"
- Мореат, забирай мальчишку. Он в твоем блоке, - усмехнулся начальник тюрьмы. Салиус вздохнул, подошел к мальчику и осторожно тронул его за плечо. Никакой реакции. " Что же они с тобой сделали?" – с содроганием подумал Салиус, ведя покорного подростка по коридорам тюрьмы. А вот и камера. Салиус открыл дверь, Гарри безропотно ступил в свое новое обиталище. Четыре голые стены, в дальнем углу отверстие для исправление нужды, у дверей ведро с водой, чуть дальше у стены тюфяк, чуть набитый соломой и свернутое тонкое, почти прозрачное одеяло. – вот где предстояло провести остаток жизни Гарри Поттеру. Салиус прикрыл глаза и подумал: "Надеюсь, ты проведешь здесь не всю жизнь, и они однажды поймут, как ошиблись".
Гарри прошел к тюфяку и сел на него. Салиус еще мгновение смотрел на мальчика, затем вздохнул и закрыл дверь. Гарри поднял голову и оглядел камеру, на лице, впервые за неделю появилась улыбка, горькая. К сердцу стало подступать тревога.
- А вот и стражи Азкабана, - прошептал Гарри, ложась на тюфяк и сворачиваясь клубочком. Он чувствовал, что дементоры все ближе и ближе, вот ни уже у самой камеры.
"Не Гарри, только не Гарри", - кричит его мама. А потом вспышка зеленого света и смех, адский, ужасный... И тишина. Гарри открыл глаза, прислушиваясь к себе и окружающему. Он мог точно сказать, что дементоры все еще у его камеры.
/Спи, мальчик, спи, мой наследник, когда придет время, ты проснешься, но для тебя больше не существует времени. Твой сон никто не потревожит. Спи, мальчик/ - услышал Гарри успокаивающий мужской голос в своей голове. Глаза закрылись. Вокруг Гарри возникло золотистое свечение, которое постепенно разрастаясь образовало кокон, в котором теперь мирно спал четырнадцатилетний мальчик. Несколько минут и светящийся кокон вместе с заключенным в него Гарри Поттером поднялся на метр от пола и завис. Мерцание было спокойным, умиротворяющим. Дементоры с воем отступили от камеры.
Салиус пришел проведать юного заключенного несколько часов спустя, но так и замер на пороге камеры, в изумлении смотря на мерцающий кокон. Неделю они пытались воздействовать всеми возможными способами на кокон, но никаких результатов не было. То ли кокону эти нападки и попытки надоели, то ли еще что, но однажды он вбросил несколько лучей. Двое охранников умерли на месте, еще пятеро серьезно пострадали. Дементоры старались обходить камеру самой дальней дорогой. Начальник тюрьмы решил не сообщать об этом факте.
Салиус после всего происшедшего стал следить за всеми событиями, происходящими в мире. Через своих знакомых он выяснил, что Сириус Блек, больше года назад сбежавший из Азкабана, является крестным Гарри (он только так и не иначе называл мальчика). Поговаривали, что тот не особо поверил в возможность ребенка кидаться непростительными, но ничего не предпринимал, сдался. Постепенно в мире стали говорить, что была совершена ошибка и избранным является Невилл Лонгботтом. Через год после заключения Гарри в Азкабан Тот-кого-нельзя-называть совершил нападение на Министерство, на отдел тайн. Помешать ему не успели и теперь, как говорят, тот владеет полной версией пророчества. Лонгботтома стали усиленно готовить к миссии. А Гарри мирно спал в золотистом коконе.
Так прошел год, затем второй, третий, пятый. В мире становилось все не стабильнее. Ни одна из сторон не могла одержать верх. Гибли невинные люди, как магглы, так и маги. На пятом году стало известно, что Малфой-старший работал на Дамблдора, как его шпион. В этот год он и Северус Снейп чуть не погибли, их тайна была раскрыта, и они теперь открыто выступали на стороне света.
Время шло, пролетело еще пять лет.
- Сегодня тебе, Гарри, исполняется двадцать пять. Ты здесь уже десять лет и никто не пришел тебя навестить, - мужчина осторожно погладил кокон. Салиус был единственным, кто мог подходить к Гарри и не опасаться за свою жизнь. Он перебрался в эту камеру четыре года назад и устроил здесь свой кабинет, он теперь был не просто надсмотрщиком блока R, а его начальником. Ему нравилось находиться рядом с мальчиком. – Ты знаешь, Гарри, а два года назад оправдали твоего крестного, а еще гоблины заморозили твои счета и никого к ним не подпускают, совсем никого, даже Дамблдора послали куда подальше. Никто ничего не смог сделать, как не пытался. Я рад, что им не удалось завладеть твоими деньгами. Когда ты выйдешь, твое наследство останется с тобой. Я не знаю, почему они оправдали твоего крестного. Наверное, нашли какие-то доказательства. Почему не могут найти доказательства твоей невиновности? Не понимаю.
Кокон засветился ярким светом, золото вспыхнуло. Казалось, что Азкабан содрогнулся, но никто, кроме Салиуса, этого не почувствовал.
/Время пришло/ - глухо пронеслось в голове Салиуса. Он вздрогнул и внимательно посмотрел на Гарри. Кокон стал более прозрачным.
- Кажется, малыш, кто-то узнал правду о том, что случилось десять лет назад, - прошептал Салиус, вглядываясь в лицо спящего мирным сном четырнадцатилетнего подростка. Для Гарри за десять лет ничего не изменилось. Для него не существовало времени, оно остановилось, только для него одного в целом мире.

А в это самое время напротив друг друга стояли две многочисленные группы: с одной стороны сам Волдеморт и его упивающиеся, а с другой новый миссия, Дамблдор, орден Феникса и авроры. Волдеморт посмотрел на Невилла Лонгботтома и расхохотался, за эти десять лет он нашел лекарство, которое вернуло ему человеческое тело и нормальную внешность.
- Неужели ты думаешь, что можешь меня победить, мальчишка? – сквозь смех произнес Волдеморт. – Ты даже не можешь произнести моего имени, не трясясь от ужаса. И ты хочешь отправить меня на тот свет? Беги, мальчик, пока не поздно. Ты всего лишь обычный маг, тебе не под силу убить меня. Единственный, кто был на это способен, по вашей же милости сидит в Азкабане. Вы собственными руками упекли в Азкабан, ужас магического мира, свою единственную надежду на победу.
- Мы уже знаем, что пророчество было обо мне, - воскликнул Невилл.
- Нет, Лонгботтом, пророчество было не о тебе, оно о Гарри Поттере, - презрительно бросил Волдеморт. – Вы засунули умирать в мрачный Азкабан невиновного мальчишку, открыв мне дорогу для завоевания мира.
- - О чем ты говоришь, Том? Поттер убил Седрика Диггори, - произнес Дамблдор.
- Как же легко ты все сам сделал, мне даже не пришлось ни к чему прикладывать руку, - мрачно рассмеялся Волдеморт, а затем резко позвал. – Хвост!
- Да, мой Лорд, - пролепетал тот подобострастно.
- Расскажи этим недоумкам, что случилось десять лет назад на кладбище в последний день турнира, - приказал Волдеморт.
- Я убил Седрика Диггори палочкой Поттер, - злорадно улыбнулся Питер Петтигрю.
- Как? Это невозможно. Такого не может быть, - понеслось со всех сторон.
- Лови, Северус, - Волдеморт бросил Снейпу флакон с серебристым содержимым. Снейп, не думая, поймал. – Не разбей, - усмехнулся Волдеморт. – Это ваше доказательство невиновности Поттера. Вы же знаете, воспоминания для думосбора подделать нельзя, а это мои воспоминания о том дне, когда умер ваш дорогой Диггори. Но мы еще посмотрим, захочет ли Поттер, если он все еще жив, помочь вам теперь, - Волдеморт и упивающиеся аппарировали, но прежде чем исчезнуть, Волдеморт бросил Невиллу. – Ты не Герой магического мира. Я никогда бы не выбрал тебя, ты мне не ровня.
Над площадью маленькой деревушки повисло молчание. Снейп смотрел на флакон в своей руке.
- Ну, вот и все, - произнес Драко и, повернувшись к Рону Уизли, презрительно сказал. – И как ты теперь будешь смотреть своему другу в глаза, а , Уизли?
- Этого не может быть, - прошептала Гермиона Грейнджер, вот уже пять лет являющаяся Уизли.
- Неужели? – саркастично заметил Драко Малфой.
- Мистер Малфой, - укоризненно произнес Дамблдор. Драко лишь презрительно на него посмотрел. Дамблдор проигнорировал этот взгляд и повернулся к членам Ордена, в который входили и оба Малфоя. – Прошу всех собраться в штабе.
Через час все основные члены Ордена собрались на Гриммуальд-плейс, в доме Сириуса Блека, по совместительству являющемуся и штабом Ордена Феникса.
- По какому поводу мы здесь собрались? – поинтересовалась Джинни Уизли. Драко окинул его брезгливым взглядом и вернулся к прерванному разговору с отцом и крестным.
- Прошу у всех внимания, - усталым голосом произнес Дамблдор. – Полчаса назад мы просмотрели в Министерстве то, что нам дал Волдеморт. Его воспоминание полностью и бесповоротно говорит о том, что Гарри Поттер не виновен.
- ЧТО?! – дом наполнился криками, мыслимыми и немыслимыми обвинениями.
- ТИХО! – рык Снейпа моментально заставил всех замолчать. Снейп пристально посмотрел на директора. – Я предупреждал вас, Альбус, что однажды вы пожалеете о том, что не подумали и не послушали. Это время пришло.
- Мы ничего не знали, все говорило за то..., - воскликнула Гермиона.
- Это ВЫ ничего не знали, - с нажимом произнес Драко. Все уставились на двадцатипятилетнего блондина, презрительно скривившего губы.
- Что ты хочешь этим сказать? – Джинни сглотнула комок в горле.
- Он только хочет сказать, что я знаю, что случилось на самом деле уже 10 лет, - спокойно произнес Малфой-старший.
- И ты молчал? – зарычал Сириус.
- А нас кто-нибудь слушал? – презрительно бросил Драко.
- Я ведь предупреждал, - Снейп обвел всех своим непроницаемым взглядом.
- Надо забрать его из тюрьмы, - прошептала Молли.
- Завтра утром состоится заседание Визенгомота и после этого мы сможем отправиться за Гарри в Азкабан, - произнес Дамблдор.
- О, уже Гарри, а не этот ублюдок Поттер? Какой, однако, прогресс, - ядовито бросил Драко.
Визенгомоту понадобилось всего две минуты, чтобы оправдать Гарри, снять в него все обвинения.
Через час все газеты магического мира пестрели заголовками: "ОШИБКА МИНИСТЕРСТВА", "НИВИННОВНЫЙ СНОВА В АЗКАБАНЕ", "ГАРРИ ПОТТЕР – ЖЕРТВА МИНИСТЕРСТВА", "КТО ОТВЕТИТЬ ЗА ДЕСЯТЬ ЛЕТ АЗКАБАНА ГАРРИ ПОТТЕРА?", "ГАРРИ ПОТТЕРА ОСВОБОЖДАЮТ СЕГОДНЯ" и так далее, и тому подобное.
Салиус ждал их той самой минуты, как кокон засиял золотом. И они, наконец, пришли – Дамблдор, Сириус Блек, Рон и Гермиона Уизли, Джинни Томас, Северус Снейп. Салиус окинул их взглядом.
- Вам нечего здесь делать, - произнес он.
- Вот документы на освобождение Гарри Поттера, - не терпящим возражения голосом, сказал Дамблдор.
- И вам понадобилось десять лет, чтобы понять, мальчик не виновен? – с сарказмом спросил Салиус. Маги переглянулись и уставились на надсмотрщика.
- Вы так говорите, как будто знали, что он не виновен, - произнес Рон, скептически глядя на Салиуса.
- Я знал это еще до того, как он вступил в Азкабан, в отличие от вас, - презрительно бросил надсмотрщик. – И даже если бы не знал, то последующие за его прибытием события, очень недвусмысленно это показали.
- Он жив? – встревожено спросил Сириус.
- Да, но не для вас, - в глазах Салиуса горел гнев на этих людей.
- Отведите нас к нему, - приказал Дамблдор.
- Как пожелаете, - Салиус повернулся и повел магов к камере Гарри, она была открыта, что вызвало недоумение у гостей. Салиус усмехнулся и сделал приглашающий жест. Сириус вошел первым.
- Мерлин великий, что это? – воскликнул он, в шоке глядя на заключенного в золотой кокон четырнадцатилетнего Гарри Поттера. На возглас поспешили и остальные. Увиденное повергло всех в ступор.
- Что это такое? – наконец, обрел дар речи Дамблдор.
- Есть легенда, - произнес за их спиной голос надсмотрщика. – Когда нога преданного всеми юного мага, обвиненного в том, чего он не совершал, вступит на землю Азкабана, сама тюрьма защитит его.
Дамблдор с недоумением смотрел то на Салиуса, то на Гарри.
- Но как такое возможно? – прошептала Гермиона, глядя на совсем не изменившегося Гарри.
- А как можно предать верящего в вас человека? – парировал Салиус.
Сириус подошел к кокону и протянул руку, в следующее мгновение он со всей силой ударился о противоположную стену, задев при этом Рона и Джинни. Дамблдор озадаченно смотрел на кокон, подошел и только протянул руку, как его обожгло и волна отогнала его от Гарри. Попытку совершили все, но они даже не смогли подойти к кокону.
- Вы не те, кто может его забрать, - безаппеляционно произнес Салиус.
- ЧТО? – воскликнул Сириус.
- Азкабан вам не верит и не отдаст мальчика, - Салиус посмотрел прямо в глаза Блеку. Снейп вздохнул, на данную минуту он был единственным, кто еще не пытался подойти к Гарри. Он приблизился, ничего не произошло, протянул руку и коснулся кокона, сияние стало чуть сильнее, но мальчик как спал, так и продолжал спать.
/Не ты/ - прозвучало в его голове. Снейп встрепенулся.
- Почему он? – прошептал Сириус.
- Значит, ему Азкабан доверяет, но не полностью. До этого момента я был единственным, кто в течение десяти лет мог касаться кокона, - произнес Салиус. – Но и вам Азкабан не отдал Гарри.
- Вы говорите о тюрьме, как о живом существе, - заметил Снейп, немного озадаченный произошедшим.
- Азкабан и есть живой, - просто ответил тот.
Потерпев неудачу, маги ушли, но на следующий день, и на следующий, они приходили снова и снова, но никому из них не удалось даже приблизиться к кокону. Все ставило в тупик то, что Гарри так и остался четырнадцатилетним, таким, как был на суде. И вот, однажды, в Азкабан вступили Малфои.
- Что ты здесь делаешь, хорек? – зашипел Рон. Драко лишь презрительно скривился. Люциус в этот момент подошел к кокону. Сириус пытался заступить ему путь, но его остановил Ремус. Люциус спокойно подошел вплотную к кокону и посмотрел на лежащего внутри юношу.
- Не могу поверить, ему действительно четырнадцать, - пробормотал он, а затем коснулся кокона.
/Не ты/ - словно бы извиняясь, прозвучал голос у него в голове.
- Да, что же это такое, всплеснула руками Гермиона. – Сначала Снейп, теперь Малфой.
- Драко, подойдите теперь ты, - тихо произнес Снейп. Рон стал пунцовым от ярости. Драко, не обращая внимания на косые взгляды, подошел к кокону, тот замерцал, на пол посыпались золотые искры. Одна вспышка, вторая, и Драко в спешке подставил руки по тело подростка, ловя его. Но Гарри плавно опустился ему на руки.
- Мерлин, - прошептал кто-то за его спиной. Драко обернулся с Гарри на руках. Мальчик так и не пришел в себя. Сириус бросился вперед, чтобы отобрать крестника, но его ударило волной магии, идущей от Гарри.
- Не стоит, Блек, - скривился Снейп. – Я так и думал, Драко, что это будешь ты.
- И что теперь? – прошептала Гермиона.
- А теперь, миссис Уизли, мы забираем Гарри с собой, - надменно произнес Малфой-старший. Снейп помог Драко поудобнее устроить Гарри и они втроем покинули камеру. У выхода их остановил Салиус.
- Доброго пути, Гарри. Надеюсь, теперь у тебя все будет хорошо, - погладил он юношу по голове, а потом посмотрел на Драко. – Берегите его, мистер Малфой. Он особенный, - а потом наклонился к самому уху Драко. – Его защищает Азкабан, а значит теперь и вас, и вашего отца и мистера Снейпа. Никто не сможет причинить вам вреда, - Салиус незаметно положил в карман мантии Драко фолиант. Блондин в недоумении посмотрел на надсмотрщика. – Прочитайте, и все поймете.
Драко, не обращая на вопли за своей спиной, быстро пошел со своей ношей к выходу из Азкабана. Люциус и Северус следовали за ним по пятам. Выйдя на площадку для аппарации, они повернулись к остальным, которые не отставали ни на шаг и постоянно что-то кричали им в спину.
- Ну что же, господа и дамы, мы исчезаем, - с чем и аппарировали в Малфой-менор, который за последние пять лет превратился в неприступную крепость.
Несколько надсмотрщиков и начальник тюрьмы поежились, им вспомнились слова, которые они услышали десять лет назад: "Вы совершили самый страшный грех, и вы заплатите за него. Вы потеряли свою надежду навсегда. Таково мое слово". Что теперь будет? Осталась ли надежда на спасение от Того-кого-нельзя-называть? Или она потеряна навсегда?
Многие пытались проникнуть Малфой-менор, но никому это не удавалось, так же как и никто не видел больше ни Драко, ни Люциуса, ни Северуса. Недели текли за неделями, ничего не менялось. Малфой-менор превратился в еще более неприступную крепость, чем она была. Ни Министерство, ни Орден Феникса и Дамблдор, ни Упивающиеся во главе с Волдемортом даже близко не могли подойти к мету, где теперь обитал Гарри Поттер.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:26 | Сообщение # 3
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 2. Вопросы без ответов.
Драко бережно прижимал к себе тоненькое тело подростка с черными волосами. Это было страшно и непонятно. Он никогда не думал, что увидит Гарри Поттера таким, каким видел его в последний раз, десять лет назад – четырнадцатилетним ребенком. Как такое могло произойти, для всех было загадкой. Сейчас, идя по коридорам Малфой-менора и неся на руках худенькое тело, Драко пытался понять, почему у него так защемило сердце. Он ведь столько лет ненавидел Гарри Поттера, а сейчас оказался единственным, кто заслужил его доверие, как сказал тот надсмотрщик в Азкабане.
Драко дошел до комнаты, расположенной напротив собственной спальни. Домовик открыл дверь и пропустил его внутрь. Драко осторожно положил подростка на кровать. За его спиной маячили отец и крестный.
- Северус, что все-таки происходит? – Драко оглянулся, чтобы посмотреть на своего крестного.
- Я просто предположил, - тот в ответ серьезно посмотрел на Драко.
- Предположил, что случится именно так? – переспросил Драко.
- Да, я подумал, что это будет один из вас, - кивнул Снейп, затем посмотрел на Люциуса Малфоя. – Он ведь тебя принял, но сказал, что это не ты?
- Да, - кивнул Люциус. – С тобой было то же самое?
Снейп рассеянно кивнул и подошел к кровати, изучая лежащего на ней подростка. Легкие тени под глазами, тихое, размеренное дыхание, еле уловимое золотистое свечение – вот и все, что мог Снейп увидеть странного.
- Почему он остался таким? – Драко посмотрел на мастера зелий.
- Хороший вопрос, - Снейп обернулся и посмотрел на Драко. – И еще один вопрос: почему никто кроме нас троих не смог к нему подойти? Остальных расшвыривало в стороны с такой силой, даже удивительно, что до сих пор живы. Дамблдора и близко не подпустили, Блека со всей силы впечатало в стену, Уизли, все, отделались синяками и царапинами.
- Мда, - Люциус покачал головой. – Интересная ситуация. Мальчик ведь не может знать, что мы перешли на сторону Света. Почему же тогда такое доверие?
- Я не думаю, что дело в доверии, - Снейп присел на кровать и стал водить палочкой на Гарри, проверяя его состояние.
- Что? – Драко пристально смотрел на крестного.
- Очень похоже на кому, но все же это не кома, - задумчиво произнес Северус.
- И что делать? – спросил Драко.
- Я приготовлю несколько зелий, а там посмотрим, - произнес Снейп в ответ.
- Господин, - с хлопком перед тремя мужчинами появился домовой эльф.
- В чем дело, Роки? – Люциус надменно посмотрел на эльфа.
- Там за воротами много людей. – сжавшись от страха пролепетал домовик.
- И? – Люциус приподнял бровь.
- Они требуют их впустить, - еще больше сжался домовик.
- Они не могут войти в ворота? – Драко прищурился.
- Нет, молодой хозяин, не могут. Их что-то не пускает. Оно появилось, когда вы вошли в замок и исходит от гостя хозяев, - пролепетал эльф. Трое мужчин посмотрели на Гарри.
- Защита придет вместе с ним, - задумчиво произнес Драко. "Его защищает Азкабан, а значит теперь и вас, и вашего отца и мистера Снейпа. Никто не сможет причинить вам вреда", - слова надсмотрщика вертелись в голове.
- Ты о чем? – Люциус посмотрел на сына.
- Когда мы уходили, надсмотрщик сказал, дословно "его защищает Азкабан, а значит теперь и вас, и вашего отца и мистера Снейпа. Никто не сможет причинить вам вреда", - ответил Драко. – Он еще дал мне это, - Драко вытащил из кармана мантии древний фолиант. – Сказал, что надо прочитать.
- Значит, прочитаем, - произнес Снейп.
- Сейчас надо разобраться в нашими гостями, - Люциус уже двинулся к двери. Когда его перехватил Северус. – Что?
- Думаю, не надо. Проверь защиту на поместье, - Снейп пристально посмотрел на Люциуса. Тот прищурился в ответ, затем кивнул и вышел, отправившись в подземелье Малфой-менора, туда, где находилось сердце защиты, родовой камень Малфоев. Спустя четверть часа он вернулся в несколько растерянно виде.
- Отец? – Драко с легким недоумением посмотрел на Люциуса.
- Защита возросла раз в десять, если не больше, - произнес Люциус. – Она, по-моему, сильнее, чем у Хогвартса.
- Кажется, нам надо почитать эту книгу, - задумчиво глядя на фолиант, сказал Драко.
- Если она несет в себе ответы, - скептически выразился Снейп.
- Почему-то мне кажется, что кое-какие ответы мы здесь найдем, - Драко поднял голову и сначала посмотрел на крестного, потом на отца.
- Будем надеяться, - покачал головой Люциус. – А то столько загадок за один день. Что с мальчиком?
- Честно говоря, я не знаю, - ответил на вопрос Снейп. – Никогда с таким не сталкивался.
- Ну что же, тогда будем разбираться, - Драко встал с кровати, на которой сидел. Затем он повернулся, окинул фигурку на кровати долгим, внимательным взглядом, впитывая в себя все нюансы. – Сколько же в тебе загадок Гарри Поттер. Кто ты такой?
- Да, это вопрос из вопросов, - задумчиво произнес Люциус.

Дамблдор собрал Орден Феникса в штабе на Гриммуальд-плейс, 12 сразу же, как только стало ясно, что в Малфой-менор они не попадут. Альбус Дамблдор мгновенно распознал, что сила, которая не позволила войти им в дом Малфоев та же самая, что защищала Гарри Поттера в Азкабане. Казалось, что вся эта сила пришла теперь сюда, в Малфой-менор. Он не мог дать ответов на то, что увидел в последние две недели. Гарри Поттеру должно было быть двадцать пять лет, но перед ними предстал мальчик, которого он видел в последний день в суде, четырнадцатилетнего подростка. Он чувствовал свою вину за то, что совершил ошибку и посадил невинного мальчика в Азкабан, но у него ведь было оправдание, все указывало на вину Гарри. теперь все будет хорошо, Волдеморт сам признал, что Поттер единственный, кто способен его убить. Значит, надо все начать сначала. Он разберется во всем и Гарри убьет Темного лорда. Дамблдор даже не допускал мысли, что Гарри Поттер может не захотеть что-либо делать для этого мира.
- Вы уже знаете, что Гарри Поттер оказался невиновным в тех преступлениях, в которых его обвинили, - начал Дамблдор собрание, когда прибыли члены Ордена. Не было здесь только Снейпа и обоих Малфоев.
- А я вас предупреждала, - Амелия Боунс посмотрела на директора.
- О чем вы, Амелия? – удивленно спросила Молли.
- О том, что однажды мы заплатим за свою ошибку, - произнесла Амелия.
- Она уже исправлена, - Грюм окинул всех волшебным взглядом.
- Вы так в этом уверены? Не вы забрали мальчика из Азкабана. Подумайте, мальчика. Он остался в том же возрасте, что и был в день, когда его осудили. Я такого никогда не видела, и уже тем более не слышала, - Амелия обвела всех взглядом. – И никто из его вас не смог его забрать оттуда, пока не пришел Драко Малфой. По-моему, это говорит о многом.
- Пророчество говорит о нем, - воскликнула Тонкс.
- Неужели? – съязвила Амелия. – По-моему, последние десять лет вы всему миру доказывали, что избранный – Лонгботтом.
- Мы ошиблись, - произнес Дамблдор.
- И за эту ошибку мы дорого заплатим, - твердо сказала Амелия. – Поверьте. Ничего не будет так просто, как вам кажется.
- Мы разберемся с этим, когда встретимся в Поттером, - рыкнул Грюм.
- Если встретитесь, - произнесла Амелия.
- Что ты хочешь этим сказать, Амелия? – Молли недоуменно смотрела на женщину.
- Он может и не захотеть с вами встретится, - Амелия обвела всех взглядом. – мы можем тут сидеть до посинения и строить планы против Того-кого-нельзя-называть, но это не значит, что Гарри Поттер встанет на нашу сторону.
- Малфои и Снейп на нашей стороне, - скривился Рон Уизли.
- Уже нет, - категорично произнесла Амелия.
- Того-кого-нельзя-называть не примет их обратно, и им это известно, - сказала Гермиона.
- О, да, но они к нему и не собираются. И это не значит, что Гарри Поттер встанет на сторону Темного лорда. Он может просто остаться в нейтралитете, - произнесла Амелия.
- Ему суждено убить Того-кого-нельзя-называть, - скривился Рон.
- Неужели? – снова съязвила Амелия. – И ради кого он должен рисковать своей жизнью? Он уже однажды рисковал и оказался в Азкабане. Он никому ничего не должен.
- Ты не права, Амелия, - Дамблдор до сей минуты не вмешивался в разговор, а просто слушал рассуждения женщины. – Нам надо просто поговорить с мальчиком.
- О, с мальчиком, - усмехнулась Амелия. – Этому мальчику, по идее, должно быть двадцать пять лет, а ему почему-то четырнадцать. Не знаете, почему? Вы отняли у него десять лет жизни. Как вы собираетесь ему объяснять, куда делись эти десять лет для него и почему Уизли, Грейнджер, Лонгботтом старше его на десять лет.
- Так это правда? – несколько человек с удивлением смотрели на Дамблдора.
- Да, Гарри Поттер остался четырнадцатилетним подростком, - подтвердил глава Ордена. – Объяснений этому нет. По словам начальника Азкабана Гарри спустя буквально несколько минут после того, как появился в камере, оказался в золотистом коконе, в котором и пробыл все эти десять лет.
- Но как? – несколько возгласов в зале.
- С этим мы разбираемся, - твердо произнес Дамблдор. Ну, не признаваться же перед всеми, что понятия не имеешь, что же произошло десять лет в камере Азкабана.
- А если он, действительно, не захочет иметь с нами дела? – осторожно спросил Дин Томас. На него удивленно посмотрели, но он решил пояснить свои слова. – Я помню, как он твердил, что не виноват. А потом вдруг замолчал, и уже ничто не могло заставить его говорить. Я долго потом думал, почему он замолчал.
- И к какому выводу ты пришел? – Гермиона посмотрела на бывшего однокурсника.
- Он смирился с тем, что мы его предали, - тихо произнес Дин.
- Мы его не предавали, - категорично отмахнулась Гермиона.
- А как, по-твоему, это называется? Поступить во благо, посадив невиновного человека в Азкабан? – задал вопрос Дин. – Если он решить, что мы не стоим его, я не буду его осуждать.
- Как ты можешь? – воскликнула Джинни.
- Потому все, что мы сейчас говорим и все, что делали последние десять лет, это лицемерие чистой воды, - тихо произнес Дин.
- Ты на самом деле так думаешь? – Тонкс посмотрела на молодого человека.
- Да. И я думаю, что он не будет на нашей стороне, но и к этому, он тоже не пойдет, - закончил Дин.
- Поздно об этом говорить, - тихо произнес Сириус, до сих пор молчавший.
- Почему же? – Гермиона с вызовом посмотрела на него.
- Гермиона, ты была в этой камере, ты видела, кто смог к нему подойти и кто забрал его оттуда. И это были не мы, - Сириус посмотрел на девушку взглядом полным отчаяния.
- Это ничего не значит, - не собираясь признавать очевидного, сказала Гермиона.
- Это значит, что мы его потеряли, и это не столько его решение, сколько самой магии, - Сириус опустил голову, последние слова он прошептал.
- Мы можем гадать до посинения, - выдохнула Амелия. – Но пока сам Гарри ничего не скажет. Мы будем оставаться в неведении. Поэтому давайте перейдем к более насущным проблемам.
- Я хотел бы, чтобы за домом Малфоев установили наблюдение, - произнес Дамблдор. – мы должны быть в курсе всего, что там происходит.
- Это сложно. Мы же уже пытались войти в дом, но ничего не получилось, - покачал головой Ремус.
- Будем наблюдать, - твердо сказал Дамблдор. – Аластор, займись этим.
- Хорошо, Альбус, - кивнул тот головой.
Еще больше часа шло обсуждение, кто-то отчитывался, кто-то получал новое задание, затем Дамблдор отпустил всех. В доме остались Уизли, Сириус, Ремус с Тонкс и Дамблдор. Каждый был погружен в свои далеко не радужные мысли.
Сириус был в отчаянии от того, что ничего тогда не сделал, он верил в невиновность своего крестника, но ничего не сделал. Ему мальчика не отдали. Ремус с сочувствием смотрел на друга, который за эти две недели стал похож на тень. Он сам тогда, десять лет назад, разрывался между сердцем и разумом. Разум говорил, что Гарри виновен, а сердце твердило об обратном. И вот, десять лет спустя, он знал точно, что сердце не соврало.
Дамблдор же сидел в кабинете и пытался привести в порядок свои мысли. Он понимал, что многое из сказанного Сириусом, Амелией и Дином Томасом может оказаться правдой, а этого нельзя допустить. Но в то же время он понятия не имел, что же сейчас представляет собой мальчик. Как получилось так, что он остался четырнадцатилетним? На его памяти такого никогда не случалось. Дамблдор встал и подошел к окну, задумчивым взглядом окидывая пространство за окном. "Надо все это осмыслить, а потом уже строить планы", - решил он для себя.

После того памятного дня, когда он стоял напротив своих врагов, а Лонгботтом строил из себя героя, Волдеморт ждал реакции, каких-то действий, и они не преминули быть. Он был полностью уверен, что первым делом они попытаются освободить Поттера. Волдеморт тогда усмехнулся, они были такими предсказуемыми. А вот то, что стало происходить дальше, стало даже для него неожиданностью. Его шпионы один за другим приносили ошеломляющие новости. Сначала пришел его шпион в Ордене и сообщил, что Поттера оправдали и за ним поехали в Азкабан, но вернулись без него. Он тогда решил, что его враг либо сошел с ума, либо серьезно болен, раз рядом с ним остались дежурить, но затем пришла новость, что мальчишку не могут забрать из Азкабана. Чем дальше, тем новости становились интереснее.
- Мой лорд, - перед Волдемортом склонился его пожиратель из Ордена.
- Что, мой друг, за новости ты мне принес? – Волдеморт окинул взглядом преклоненную фигуру.
- Гарри Поттера сегодня забрали из Азкабана.
- Наконец-то, он пришел в себя? – усмехнулся Волдеморт.
- Нет, мой лорд, все совсем по-другому. Гарри Поттер остался четырнадцатилетним подростком, - голова пожирателя все еще была склонена.
- Четырнадцатилетним? – медленно переспросил Волдеморт.
- Да, мой лорд. Никто не знает, что с ним случилось в Азкабане. Говорят, что как только он оказался в камере, его окутало золотистое сияние, и никто не мог к нему подойти, а он просто проспал все эти десять лет.
Волдеморт в недоумении смотрел на пожирателя, тому очень повезло, что он не видел в эту минуту лица своего лорда, одним круцио не обошлось бы.
- Где сейчас мальчишка? – спросил Волдеморт.
- В Малфой-меноре, но защита на поместье увеличилась в несколько раз, - ответил шпион. – Малфои и Снейп стали единственными, кого кокон подпустил к Поттеру.
- Кажется, мои слова о том, что Поттер не захочет теперь иметь с ними дело, имеют под собой основания, - пробормотал себе под нос Волдеморт. – Какие еще новости?
- По всей видимости, Малфои и Снейп сейчас в противостоянии к Ордену. Никто не может войти в Малфой-менор.
- Вот как? – усмехнулся Волдеморт. – Что известно о состоянии Поттера?
- Ничего. Когда его забирали из Азкабана, он все еще был без сознания.
- Что говорят о его возрасте? – Волдеморт пристально смотрел на склоненную голову своего шпиона.
- По-моему мнению, никто ничего понять не может.
- Даже Дамблдор? – уточнил Волдеморт.
- Даже он, мой лорд, - подтвердил шпион, а затем передал все, что услышал на собрании, которое закончилось около часа назад. Волдеморт несколько минут сидел с задумчивым видом, шпион так и стоял, преклонив колено и опустив голову.
- Я доволен твоей работой, - произнес, наконец, Волдеморт.
- Благодарю, мой лорд.
- Мне нужны сведения о Снейпе и обоих Малфоях, - холодно сказал Волдеморт. – Жду тебя через три дня с докладом.
- Слушаюсь, мой лорд.
- Иди, - отдал приказ Волдеморт, а сам погрузился в раздумья. Новость о том, что Поттера забрали Малфои, а с ними ушел и Снейп возбуждала интерес. Он всегда считал, что Малфои сами по себе, и теперь это подтверждается. Но почему Поттер оказался с ними, вот это вопрос. И что это за история в Азкабане?
- МакНейр! – позвал Волдеморт.
- Мой лорд, - МакНейр упал на одно колено перед своим лордом.
- У тебя остались связи в Азкабане? – Волдеморт не смотрел на своего слугу.
- Да, мой лорд.
- Выясни все о том времени, когда там находился Поттер, - приказал Волдеморт. – Иди.
- Будет выполнено, мой лорд, - поклонился МакНейр, покидая Темного лорда, отдавая все богам благодарности, что не удостоился круцио. Что-то озадачило Волдеморта до такой степени, что он даже забыл наложить заклятие боли на своих приспешников.
- Одни вопросы, и никаких ответов, - проворчал Волдеморт, погружаясь в свои мысли. "Рано думать о Поттере, сначала надо прояснить ситуацию", - решил он про себя.
В следующий час Волдеморт раздал огромное количество заданий, которые тем или иным способом касались Гарри Поттера. Для принятия решения ему требовалась более полная информация о том, что случилось за последние десять лет, а если вернее, что же именно случилось десять лет назад. В разные стороны направились Пожиратели, чтобы выяснить все, что только было возможно.
А в "Ежедневном пророке" появилась статья, о невиновности Гарри Поттера, о его освобождении, а также предположения о том, что все-таки именно он является мессией магического мира.
Но ничто из этого не трогало самого Гарри Поттера, который все еще не пришел в себя и в данную минуту спал в Малфой-меноре, в одной из комнат второго этажа.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:28 | Сообщение # 4
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 3. Тайны тысячелетий.
В те времена, когда магический мир и не магический еще не были разделены, когда не было фанатиков, пытающихся уничтожить иных, непохожих на остальных людей, когда еще о Мерлине не было даже слышно, существовали другие маги, не менее величественные, но о которых с течением времени забыли. Многие знания растворились во времени безвозвратно, но некоторые имена стали нарицательными и воспринимались через века как названия замков, ущелий или артефактов. Никому не приходило в голову, что за названиями могут прятаться целые жизни. Одной из таких историй была жизнь Азкабана, мага, чье время было задолго до Мерлина.
Азкабан рано узнал все ужасы жизни, он не помнил своих родителей или близких, не знал, из какого он рода. Все, что он помнил, это грязные улочки, на которых ему приходилось попрошайничать с малых лет, когда его выкинули из приюта. Он долго не мог понять, почему его выгнали, пока магия не стала выбрасываться из него чуть ли не при каждом эмоциональном всплеске. Маги обратили на него внимание только тогда, когда ему исполнилось тринадцать лет. Слишком много магии он из себя выпускал. Его забрали на обучение. Азкабан оказался очень способным и прилежным учеником. К восемнадцати годам он стал одним из сильных и хорошо обученных магов. У своего наставника он подружился с двумя девушками и тремя юношами. Их всегда видели вместе. Вшестером они способны были свернуть горы, если понадобиться. В двадцать один год Азкабан закончил свое обучение и отправился, как было принято в те времена в двухгодичное путешествие. В отличие от всех остальных он направился на континент, его интересовали древние государства, о которых он слышал или видел в видениях. Азкабан ни с кем не делился тем, что у него довольно часто были видения, которые позднее претворялись в жизнь. Не так много времени потребовалось, чтобы понять, он обладает даром ясновидящего. Ясновидцы отличались от пророков или провидец тем, что помнили о своих видениях и по большей части могли прямо о них рассказать, без всяких мудрых слов или стихов.
Азкабан видел в своих видениях Вавилон и города Греции, Фивы и Дельфийский оракул, и многое другое. Ему захотелось отправиться и увидеть все это своими глазами. Путешествие оказалось долгим. Он отсутствовал в родных землях семь лет. Зато вернулся со знаниями магов Востока и Средиземноморья, а также обладал магией викингов, с которыми провел больше года. Корабли Рогнара побывали у берегов Греции и ни разу не попали ни в одну переделку, только сами смогли обогатиться и все это благодаря Азкабану, который щедро делился с викингами своим даром. Рогнар и Азкабан побратались по законам викингов, и Рогнар обещал прийти ему на помощь, когда бы она не понадобилась. Греция, Вавилон, города Востока многому научили юного мага, помогли развить способности и научили многому, что не знали в его родных землях.
Семь лет спустя Азкабан сошел с корабля Рогнара, который доставил его к родным землям. Рогнар сватал ему свою сестру в жену, но Азкабан лишь улыбнулся и сказал, что сначала он должен встретится с друзьями, а затем уже прибудет к Рогнару и там они решать, стоит ли ему вообще жениться.
Азкабан встретился со своим учителем и его старыми и новыми учениками, рассказал о своих путешествиях и приключениях. Морферет, наставник, предложил Азкабану поступить на службу в качестве личного мага к одну из вождей кланов в Шотландских горах. Этот клан считался одним из могущественных. Молодой человек согласился и никто не увидел, как глаза одного из бывших учеников Морферета, налились жгучей завистью и не менее черной ненавистью.
Через месяц Азкабан поступил на службу к вождю клана МакГрегоров. Его дар ясновидца помогал ему даже больше, чем магические способности, а они были у него отнюдь не маленькие. Первые два года прошли в постоянных битвах. То кто-то нападал на поселения МакГрегоров, то они сами на кого-нибудь нападали. Дар ясновидца помогал разрабатывать стратегии боя, уходить от ловушек и просчитывать все на несколько шагов вперед. Ничего не предвещало грозы.
В тот год, третий на службы у клана МакГрегоров, после своего тридцать первого дня рождения, все и началось. Сначала прибыли его друзья, а также Морферет и Дарфус, когда-то воспылавший ненавистью к Азкабану, о которой никто и не догадывался. Через несколько дней после их прибытия в замок прибыла красавица-дочь вождя клана. Она не раз останавливала свой взор на Азкабане, тот был красив, его волосы в отличие от других магов его возраста не затронула седина, он не носил бороды, а одет был в удобные шотландские одежды. Никто не замечал, как за всеми действиями Азкабана следит Дарфус, как он примечает взгляды юной красавицы.
Этот день запомнился многим. Красавицу Элизабет МакГрегор нашли мертвой на берегу реки, а чуть дальше лежал шарф, который видели только у одного человека – Азкабана. Накануне в поселение прибыл Рогнар, чтобы встретиться со своим названным братом, но никто не поверил в его уверения, что они провели всю ночь вместе, вспоминая былые подвиги. Вождь возжелал сразу же убить Азкабана, но Дарфус, выступивший свидетелем обвинения, предложил другой вариант: поместить убийцу в закрытый дом на острове, где никого больше нет. На том и порешили.
Никто не видел, что произошло с Рогнаром. Все решили, что тот убыл в тот же день к себе на родину. А Рогнар от горя вознес клятву своим богам и силам стихии, его боль и ярость вошли в взаимодействие с силой и болью от предательства Азкабана, и викинг превратился в ворона.
На острове, принадлежащем клану МакГрегоров, был выстроен дом, в который и заточили Азкабана. Выбраться из него он не мог, Дом запечатали семь магов – пять его друзей, наставник и Дарфус. Напротив единственного окна стояло дерева, на ветке которого сидел ворон, который, не отрываясь, смотрел на дом. Азкабану понадобилось три года, чтобы понять, почему птица кажется ему такой знакомой. Как только он губами произнес: "Рогнар", птица издала крик. Азкабан мог поклясться, что видел, как из глаз ворона потекла слезинка.
Никому не были ведомы силы, которые находились в Азкабане. Он мог пользоваться магией в доме, сначала лишь очень слабой, потом все сильнее и сильнее. Его сердце обливалось кровью, когда он смотрел на своего единственного верного друга и брата, который разделил с ним заточение. Азкабан не раз пытался прорвать печати, наложенные на дом, но безрезультатно.
В день своего тридцатипятилетия Азкабан принял решение. Все случилось из-за видения, первого за последние четыре года. Он не видел смерти Элизабет, а то смог бы ее предотвратить. Это видение было особенным. Он видел как к огромному страшному, мрачному зданию подводят мальчика, худенького, с безжизненным взглядом. Он слышал обвинения, которые зачитал человек в синей мантии. Азкабан не знал откуда, но был абсолютно уверен, что мальчик не делал того, в чем его обвиняли. А потом он услышал, как эти люди назвали здание – АЗКАБАН, тюрьма для магов.
Ему хватило нескольких часов, чтобы создать собственные чары. В пустоте дома прозвучало пророчество, которое войдет в силу через много веков:
- Когда душа юного невинного мага, несправедливо обвиненного в убийстве, преданного своими друзьями и наставниками, перешагнет стены тюрьмы под названием Азкабан, сам Азкабан возьмет его под свою защиту. Мир потеряет свою надежду навеки, она к ним не вернется и бороться за них не будет. В мир придет Наследник Азкабана. И только ему решать, что и как он будет делать. Над его душой никто более не властен. И даст Азкабан ему семью, которой у него никогда не было, и будет у него наставник лучший из лучших. И не получать прощения предавшие.
Молнии, сверкнувшие над островом, ударили в землю, раскалывая ее. Дом сотрясло от дрожи. Ворон беспокойно захлопал крыльями и закаркал. Азкабан улыбнулся, и глядя на Рогнара, произнес то единственное, что сейчас было важным в его жизни:
- Магией своей дарую жизнь бессмертную брату своему Рогнару, ставшему от горя вороном и будет он хранителем Наследника Азкабана, когда тот придет в этот мир. Пусть сон твой нарушится тогда, когда освобождена будет душа невинная, - ворона охватило ярко-синее сияние. На месте дерева появилась маленькая то ли башенка, то ли еще какое сооружение, но внутри него спал черный ворон, который проснется только тогда, когда свершится пророчество Азкабана.
- Во имя магии отдаю душу камням этим, чтобы стать страхом и ужасом для всех магов от мала до велика. Отныне и вовеки веков имя Азкабан будет ассоциироваться с тюрьмой, страшной и безжалостной. Призываю я тех, кто станет стражем Азкабана и будет поглощать радость своих пленников. И поплатятся те, кто посмеет заключить в мои стены невинных. Суд над ними и их потомками будет вершить мой Наследник – черноволосый маг с зелеными глазами.
Тело рухнуло на пол, стало прозрачным, затем превратилось в туман, который стал всасываться в стены. Через несколько минут все кончилось, остров укутал тяжелый туман. Десять лет он не рассеивался, но однажды перед изумленными людьми предстал остров, на котором стоял небольшой, но очень мрачный замок. В поселении на берегу появилась провидица, которая однажды посмотрев на остров, на виднеющиеся мрачные стены изрекла:
- Невинная душа месть в края принесла, да не спасется никто от страха вечного перед этими стенами.
Спустя какое-то время через шотландские горы, земли МакГрегоров к острову потянулись страшные существа, вызвавшие ужас у населения, которое постаралось бежать из этих мест. На остров пришли Дементоры.
А через двадцать пять лет к стенам замка привезли первого узника – Дорфуса, убившего дочь какого-то богатого уэльсца и пойманного с поличным.
Дорфус переступил порог тюрьмы, его сразу же окружили Дементоры, но прежде, чем его поглотил ужас, он услышал в своей голове: "Дорфус, добро пожаловать в АЗКАБАН!"
- НЕТ! – крик Дорфуса разнесся по всему острову, пролетел над гладью воду и ударил в лес на другой стороне. Первым узником Азкабана стал тот, по чьей вине он и появился на этом свете.
Никто не мог объяснить, откуда он знает, что Азкабан это тюрьма, откуда такое название и почему. Просто однажды маги проснулись и поняли, что есть такое место на земле, мрачное, полное ужаса и страха – тюрьма Азкабан.
Из века в век тюрьма становилась все больше и больше, стены все выше и выше. Теперь не только замок, а это был именно замок, но и сам остров стал носить название Азкабан. А страх перед ним рос с каждым поколением новых магов. Азкабан расширялся не только внешне, он уходил под землю, создавая там целый город. Одно время все состояние узников свозилось в стены Азкабана и пряталось там, но обратно его так никто и не смог получить. Никто не знает, сколько сокровищ таят в себе эти мрачные стены. Найти свезенное имущество никто не смог. Замок всегда оставался тайной.
В начале семнадцатого века в тюрьму пришли маги, ставшие надсмотрщиками, они и до этого здесь появлялись, но это в основном были энтузиасты, которые просто заболели Азкабаном. Первые такие маги появились во времена Мерлина и летописи стали появляться именно тогда. Азкабан с ними говорил, рассказывал им свои истории. Но к началу семнадцатого века замок впал в спячку.

Драко перевернул последнюю страницу древнего фолианта и задумчиво уставился в окно. Слишком многое не укладывалось в голове, даже если оно и могло быть объяснено магией.
"Азкабан был человеком, а стал ужасом магов, самой страшной тюрьмой. Почему дементоры пошли за Волдемортом, если их в свое время призвал Азкабан? Наследник. Гарри – наследник Азкабана. Значит, именно его он видел в своем видении. Но ведь говорят, что даже пророки не могут видеть сквозь тысячелетия. Сколько вопросов", - Драко помотал головой, пытаясь стряхнуть с себя замешательство. Он перевел взгляд на кровать, рядом с которой сидел. На кровати все также лежал четырнадцатилетний Гарри Поттер, который так и не пришел в себя. Никакие попытки Северуса Снейпа, величайшего из зельеваров, ни к чему не привели. Хотя им удалось выяснить, что мальчик просто спит, только вот проснуться никак не может, а причин этому Северус найти не смог, как и Драко ничего не вычитал в фолианте, хотя прочитанное стало откровением.
- Драко? – в дверях комнаты стоял Люциус Малфой. Драко посмотрел на отца и кивнул. Люциус вошел в комнату и сел на край кровати. Несколько секунд он смотрел на темноволосого мальчика, затем перевел взгляд на своего сына. Драко протянул отцу прочитанный фолиант. Люциус вопросительно посмотрел сыну в глаза.
- Прочти, я до сих пор не могу прийти в себя от всего этого, - тихо произнес Драко.
- Что это? – Люциус кивнул на книгу.
- История Азкабана, от самого начала, - ответил Драко.
- И? – Малфой-старший пристально смотрел на сына.
- Просто прочти. Конечно, не на все вопросы есть ответы, но на очень многие, - Драко снова уставился в окно. Его уже несколько дней завораживал прозрачный купол, вспыхивающий то и дело светло-фиолетовыми всполохами. Купол появился почти сразу, как только была совершена первая попытка нападения на Малфой-менор, причем врагами считались все, как пожиратели Волдеморта, люди Дамблдора, так и министерские служащие, которые также вознамерились получить Мальчика-который-выжил в свое "пользование". Драко усмехнулся. Люциус все это время изучал сына, а заметив эту усмешку, подавил свою. Он и Северус также изучают этот купол и прекрасно понимали, что это защита, защита для Гарри, а значит и для них.
- Значит, в фолианте есть ответы на некоторые вопросы? – спросил Люциус, привлекая внимание Драко.
- Да, есть, и довольно много, но еще больше возникает вопросов, - кивнул Драко.
- Хорошо, я прочту и отдам его Северусу, - произнес Люциус, вставая. – Ты бы не сидел здесь целыми днями.
- Я просто не знаю, - Драко опустил голову. – Я не понимаю, почему он остался таким маленьким.
- Мы не знаем ответа на этот вопрос, но возможно, скоро он у нас будет, Драко, - Люциус провел рукой по щеке сына и вздохнул.
- Как вообще такое могло произойти? Как они все могли поверить, что этот мальчик способен кого-то хладнокровно убить? – Драко посмотрел прямо в глаза отца.
- Не знаю, Драко. У меня нет ответа на этот вопрос.
- Возможно, он есть у меня, - мрачно произнес Северус, который уже некоторое время стоял в дверях комнаты.
- Привет, Северус, - слабо улыбнулся Драко.
- Что ты имеешь в виду, Северус, говоря, что у тебя есть ответ? – Люциус повернулся к своему другу.
- Оружие. Из него лепили оружие, никто ведь на самом деле не знал, какой он. Все видели только то, что хотели видеть. Никому не пришло в голову посмотреть поглубже, - произнес Северус.
- А ты увидел? Ты посмотрел вглубь? – Драко пристально смотрел на своего крестного.
- Да, но уже после того, как он оказался в этой ситуации, - кивнул Снейп.
- В смысле? – Люциус приподнял вопросительно бровь.
- Мне долгое время не давала покоя сцена, которая разыгралась в больничном крыле, когда он вдруг просто замолчал, - произнес Северус.
- Да, по-моему, он после этого вообще не произнес ни слова, - Люциус прищурился, вспоминая события десятилетней давности. – Это как-то с ним не вяжется.
- Вот именно, - усмехнулся Снейп. – Я тогда стал разбираться во всем и, в конце концов, навестил его родственников – Дурслей.
- Вот как?! – воскликнул Люциус. Драко молча смотрел на крестного, ожидая его дальнейших слов.
- Да, и наше представление о жизни Героя магического мира, мягко говоря, не соответствует действительности, - вздохнул Северус.
- Прости? – не понял Драко.
- Дело в том, Драко, что Гарри Поттер вырос не избалованным любимым мальчиком, которому потакали всю жизнь. Его не желание ехать домой не было капризом. Он десять лет своей жизни, до Хогвартса, а затем каждое лето жил как домовой эльф, зарабатывая себе на стакан воды и корочку хлеба непосильным трудом, - Снейп посмотрел на лежащего на кровати подростка.
- ЧТО? – Драко поперхнулся.
- Дурсли никогда не любили Гарри Поттера, издевались над ним как хотели, заставляли его работать с тех пор, как он встал на ноги и стал что-то понимать, лет так с трех, наверное, - Снейп на секунду замолчал. Оба Малфоя пребывали в состоянии шока. – Он до одиннадцати лет жил в чулане под лестницей, это даже не комната, а так помещение, в которое может войти, наверное, ребенок не выше метра сорока. В длину оно всего метра полтора и может чуть больше метра в ширину.
- Мерлин, - Драко с трудом выдохнул и посмотрел на Гарри. – Но почему? А Дамблдор?
- Не знаю, Драко, - мрачно ответил Снейп.
- Этот мальчик никогда больше не попадет в руки Дамблдора, - твердо произнес Люциус. – Чтобы он не решил, я его поддержу.
- Не думаю, что он встанет на сторону Света, но, скорее всего, он не будет и на стороне Тьмы, - задумчиво произнес Драко.
- Почему? – оба мужчины уставились на Драко.
- Ответ в фолианте, прочтите, - кивнул на книгу молодой человек.
- Хорошо, - произнес Северус и забрал книгу, сел во второе кресло и погрузился в чтение. В комнате было слышно только, как шуршат страницы, когда Снейп их переворачивал. Люциус же, как и Драко, погрузился в свои мысли.

Дамблдор уже несколько дней не мог усмирить свой гнев. Когда он послал своих людей, чтобы прорваться в Малфой-менор и захватить Гарри Поттера, то совершенно не ожидал того эффекта, который получил. Родовое имение Малфоев накрыл защитный купол, о котором он не то, что никогда не слышал, вообще понятия не имел. Сюрприз следовал за сюрпризом, причем такие, что пора уже было хвататься за голову.
Надсмотрщик отказался с ним говорить, как и с Министерством, игнорируя любые угрозы. Как же он хохотал, когда ему стали угрожать заключением в Азкабане. Сначала все подумали, что он сошел с ума, но после слов надсмотрщика почувствовали себя полными идиотами. Как можно было грозить Азкабаном тому, кто в этом самом Азкабане провел всю свою жизнь. Им не удалось добиться никаких объяснений. Уже уходя, надсмотрщик бросил, что они сами, своими собственными руками похоронили все свои надежды.
Сейчас, спустя десять дней, Дамблдор сидел в кабинете на Гриммуальд-плейс, 12 и размышлял о том, как же все так получилось. Он в свое время поставил на Гарри Поттера, но после появления того в школе пристально за ним наблюдал. Нельзя сказать, что он не знал, как могли относиться к Гарри его родственники. Он был наслышан, что они ненавидят магию. Он испытал первое беспокойство, когда увидел Гарри, маленького, худенького и очень растерянного. Тогда ему пришло в голову, что мальчиком можно манипулировать. Он выяснил все, что мог о жизни Гарри в последние десять лет перед поступлением в Хогвартс, именно тогда, а не раньше родился план воспитания, план кнута и пряника. И он стал даже с некоторой манией претворять его в жизнь. Впервые он подумал, что ошибся, когда выяснилось, что Гарри – змееуст, даже нет, еще раньше, когда он узнал, что шляпа настойчиво посылала его в Слизерин. С каждым годом появлялись какие-то детали, которые и привели в конечном итоге к тому, что он собственными руками отправил ребенка в Азкабан. На данную минуту стояла только одна задача – вернуть Гарри Поттера и подготовить его к битве. Но сколько же загадок принес с собой мальчик, который не только выжил в самой страшной тюрьме, но и умудрился остаться четырнадцатилетним подростком. Найти ответы на эти вопросы у него не получалось. Да еще и слова надсмотрщика, что они похоронили свои надежды.
- Нет, я верну мальчишку и он выполнить все, что я ему скажу, - Дамблдор облокотился на стол и встал. «Пора уже призвать к ответу Малфоев и Снейпа. Слишком сильно они зарвались», - подумал глава Ордена Феникса, направляясь в комнату совещаний.

А за несколько сот километров от Лондона в старом замке Волдеморт в ярости накладывал круцио на своих приспешников, которые никак не могли пробиться в Малфой-менор.
«Эти никчемные трусы ничего не понимают. МНЕ НУЖЕН МОЙ ВНУК» - казалось, что он кричит. Ярко-алые глаза горели неконтролируемым бешенством. Эту тайну он узнал несколько лет назад. Он думал, что наследник потерян навсегда, что за десять лет мальчик сошел с ума или умер в Азкабане, он даже не мог представить, что тот останется таким же, как в тот день, когда оказался предан всеми, кто должен был бы его защищать. Теперь он знал, что пошло не так с ритуалом возрождения – Гарри Поттер не был его врагом, а кровь должна была быть врага, а не прямого наследника. До него долго доходило, что он собственными руками убил свою дочь. Нет, он не был женат. Лилиана оказалась внебрачной, но в магическом мире это не имело значения, здесь главной считалась кровь, более того, Гарри не был наследником Годрика Гриффиндора. Ему нужен был его внук, его наследник. Из всей этой ситуации его радовало только то, что мальчик не у Дамблдора.
Сегодня ему принесли пророчество, новое, то, которое касается Азкабана и его внука. В этом он был уверен абсолютно. Кое-кто из надсмотрщиков вспомнил, что услышал в своей голове десять лет назад.
Волдеморт махнул рукой, отпуская Пожирателей восвояси. Сейчас ему надо было в библиотеку, искать сведения об Азкабане. Он должен разгадать эту тайну.

Драко вздрогнул от стука, раздавшегося в комнате. Он недоуменно осмотрел комнату. А затем замер, глядя в окно. За стеклом на парапете сидел черный ворон. Драко встал, подошел к окну и открыл его.
- Рогнар?! – это был не столько вопрос, сколько утверждение. Ворон посмотрел на Драко умными черными глазами и влетел в окно. Он сел на спинку кровати и уставился на темноволосого подростка. Драко вздрогнул от тихого вздоха, раздавшегося с кровати. Он быстро повернулся и уставился на Гарри. Вот глаза открылись. Лишь долю секунды Драко смотрел в зеленые глаза, прежде чем они снова закрылись. Ворон каркнул, перебрал лапками, устроился поудобнее и стал ждать. Ждать пробуждения Наследника.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:30 | Сообщение # 5
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 4. Странности Темного лорда
Драко, Северус и Люциус не покидали поместья, да это и не было возможно просто по той простой причине, что их никто не ждал с распростертыми объятиями за пределами этого самого поместья. С момента появления Гарри в Малфой-меноре прошло три месяца. Ворон Рогнар либо сидел на изголовье кровати, либо летал по саду. Мужчины проводили большую часть времени именно в этой комнате. Они обсуждали дела, думали, читали. Легенды Азкабана были перечитаны не раз, но ответа на некоторые вопросы они так и не получили.
Было понятно, что каким-то образом Азкабана создал для Гарри что-то наподобие временного кокона, где время для мальчика остановилось в тот самый момент, кода появился этот самый кокон. Таким образом Азкабан защитил мальчика от ужасов тюрьмы, а также сохранил его в том возрасте, словно хотел дать ему шанс прожить эти десять лет вне своих стен.
Драко несколько раз благодарил Мерлина, что Гарри Поттер получил такой шанс. Он ведь знал, что тот не виновен, но сделать-то с этим ничего не мог поделать. Никто ведь не верит слизеринцам, считая их прихлебателями Волдемотра. Десять лет Малфои и Снейп хранили тайну, правду о том дне, когда Гарри стал причиной возрождения Темного лорда не по своей вине. Драко виде как из Невилла Лонгботтома растили нового мессию. Но подделка она всегда подделка. А Лонгботтом был именно подделкой, причем не очень хорошего качества. Малфои и Снейп никогда не говорили правды, но и не лгали о тех событиях, просто никто не задавал им вопросов. С течением времени Драко стал много думать о Гарри. Ему действительно было жаль, что тот попал в Азкабан, но он сам ничего не мог сделать. После ареста Гарри Драко вдруг очень отчетливо понял, что Поттер не является его врагом, кем угодно, но не врагом. Драко перестал обращать внимания на Уизли и Грейнджер, для него они стали чем-то вроде грязи на туфлях. Уизли, конечно, пытался на него наехать, но после того, как Драко несколько раз демонстративно его проигнорировал, а затем лишь брезгливо молча отворачивался, оставил его в покое. Грейнджер тоже не могла понять такого его поведения, а вот в Слизерине все поняли быстро, тем более многим рассказали правду о том дне.
Драко оторвался от своих раздумий, которыми занимался последние три месяца и удивленно посмотрел на кристалл, который сейчас показывал, что к ним в особняк просятся гости. Драко активировал око и с изумлением смотрел на пару перед воротами. Драко провел рукой над кристаллом, а затем посмотрел на око, он увидел, как открылись ворота, а в куполе возник проход. Две фигуры просочились внутрь, и купол тут же встал на место, так что рванувший в него человек ударился в барьер и отлетел метров на десять назад. Драко удовлетворенно хмыкнул, затем посмотрел на Гарри. Юноша все также был без сознания. Драко вышел из комнаты встречать своих гостей. Как только двери закрылись, зеленые глаза распахнулись. Ворон слетел со спинки кровати и уставился на юношу. Гарри обвел взглядом комнату, затем посмотрел на ворона, после чего глаза закрылись, и мальчик погрузился в сон.
Ворон удовлетворенно каркнул и взлетел на прежнее место. Наследник, наконец, приходит в себя, но он знал, что это только первый признак, и нужно еще время, чтобы он полностью оправился.
- Отец, крестный, у нас гости, - крикнул Драко. Из библиотеки одновременно высунулись две головы. Драко чуть не подавился смехом, глядя на двух взрослых, которые выглядывали из-за двери как нашкодившие малолетки. – Вы что там делали? – Драко и изумлением смотрел, как на лице его отца вспыхнули пятна румянца, а крестный почти мгновенно исчез за дверью. – Я не понял?
- Все нормально, сын. Мы сейчас спустимся. Встречай гостей, - и Люциус пропал за дверью. Драко несколько секунд недоуменно смотрел на дверь, затем потряс головой и отправился в холл. Когда он спустился, гости уже отдавали свои плащи домовикам.
- Панси, Блейз, рад вас видеть но что привело вас к нам, врагам народа? – насмешливо поприветствовал друзей, с которыми не общался уже больше пяти лет, Драко.
- Ой, Драко, прекрати. Мне плевать на чьей ты стороне, - отмахнулась Панси. От той девушки, которой она была в школе не осталось и следа. Панси превратилась в невероятную красавицу. Драко все время вспоминал сказку о гадком утенке, которую прочитал на седьмом курсе. Она как нельзя кстати подходила для Панси, которая тоже из гадкого утенка превратилась в прекрасного лебедя. Правде, не в его лебедя. Они разорвали помолвку еще летом перед седьмым курсом. Драко был единственным, кто не получил метку, хотя и служил Волдеморту, что было действительно странно. Даже Малфои не могли объяснить, почему Темный лорд не поставил Драко метку.
- Мисс Паркинсон, мистер Забини, - поприветствовал гостей Люциус, входя в холл. – Сын, ты не очень гостеприимен, держа своих друзей в дверях.
- Ах, простите великодушно, не соблаговолите ли пройти в гостиную, - Драко манерным жестом пригласил Блейза и Панси следовать за ним.
Через пятнадцать минут разного рода любезностей трое молодых людей, Северус Снейп и Люциус Малфой сидели в креслах напротив друг друга.
- Так что привело вас в Малфой-менор? – Драко серьезно посмотрел на друзей.
- Хотели передать вам кое-какие новости и приглашение, - произнес Блейз.
- Что за приглашение? – Снейп пристально посмотрел на бывшего студента.
- Дело в том, что Темный лорд желает снять с вас метки, - тихо произнесла Панси. Драко поперхнулся вином, которое как раз глотнул из бокала.
- Повтори, - откашлявшись, попросил Драко.
- Темный лорд желает убрать метки с твоего отца и крестного, - повторила Панси.
- С какого перепугу? – Драко, мягко говоря, был шокирован. Люциус и Северус хранили молчание.
- Темный лорд считает, что лучше уж вы будете опекунами его внука, чем Дамблдор, - произнес Блейз. Драко в изумлении уставился на друзей, не меньшее изумление было и у двух взрослых магов.
- Внука? – с трудом переспросил Люциус.
- Ну, да, - кивнула Панси, затем хохотнула. – Вы бы видели всех, когда Темный лорд сказал, что ему нужен его внук и наследник живым, и если с его головы упадет хоть волосок, смерть будет меньшим, о чем все пожелают.
- Гарри – внук Темного лорда? – пришел в себя Драко.
- О, никак дошло, - съязвил Блейз.
- Как такое возможно вообще? – взорвался Драко.
- Не знаю, но похоже, что мама Гарри отнюдь не магглорожденная, - произнесла Панси.
- Кстати, Темный лорд прислал вам подтверждения вашей неприкосновенности, но он требует, чтобы вы, - Панси посмотрела на Люциуса, - официально оформили опекунство над Гарри. И еще, он хочет увидеться с внуком.
- Чтобы убить его? – с сарказмом поинтересовался Северус.
- Не думаю, - покачал головой Блейз. – Он назвал Гарри своим наследником, а наследниками не разбрасываются. Темный лорд в последнее время вообще был озабочен персоной Гарри, а когда он узнал, что Гарри остался четырнадцатилетним, и более того в здравом уме, он чуть не прыгал от радости.
- Ты что, серьезно? – Драко в недоумении уставился на Блейза.
- Поверь, Драко, так и было, - хмыкнула Панси.
- Верится с трудом, - пробурчал Люциус.
- Мы вообще сначала не поняли, чего он так радуется, - пожал плечами Блейз.
- Что-то вы прямо уж как-то не особо учтиво отзываетесь о Волдеморте, - произнес Драко, пристально глядя на друзей. Те при имени Темного лорда чуть вздрогнули.
- Хмм, - Северус тоже с интересом смотрел на бывших студентов.
- Мы очень учтиво относимся к нашему Лорду, - улыбнулась Панси. – Просто нам больше позволено.
- Объясни, - Драко прищурился.
- Мы входил в его внутренний круг, не в тот, в котором были вы. Этот круг возник три года назад, - Панси закатал рукав. Черной метки не было, но вот повыше, руку обхватывала серебристая змейка. Блейз показал точно такую же.
- И что это значит? – вступил в разговор Люциус.
- Для всех Темный лорд – змееподобный монстр, а мы знаем его совершенно другим. Перед нами стоит нормальный очень красивый мужчина, которому с трудом можно дать даже пятьдесят лет. Волосы черные, без единого седого волоска, синие пронзительные глаза, - Панси посмотрела трех мужчин перед собой, те слушали ее со всем вниманием, но от нее не ускользнуло то, что они были шокированы.
- Три года назад Темный лорд собрал тех, кто стал его приближенными, мы не столько его слуги, сколько друзья. Именно мы два года назад узнали, что Гарри Поттер – его внук, но о том каким образом это возможно, он не стал объяснять, а мы не стали докапываться, когда он решит, что мы готовы выслушать его, он сам нам расскажет, - продолжил объяснения Блейз. – Тогда же он заменил наши метки. Об этих е знает никто.
- Зачем все это? – Люциус отпил из своего бокала и посмотрел на Панси и Блейза.
- Темный лорд не хочет убивать своего внука, но не позволит Дамблдору до него добраться. Он выбирает меньшее зло – ВАС, - сказала Панси.
- Потрясающе, - пробурчал Драко. – Если бы еще была возможность что-нибудь понять из всего этого.
- А что тебе непонятно, Драко? – Панси недоуменно посмотрела на блондина.
- Знаешь, это все трудно переварить. Мне хватило и того, что Гарри Поттер решил меня достойным забрать его из Азкабана. Меня, а не кого-то из его друзей и семьи. А теперь являешься ты, и говоришь, что Волдеморт вроде как к нам благоволит. Мягко говоря, верится с трудом.
- Я вот тоже согласен с сыном, - произнес Люциус. – Последние пять лет, ну может быть два последних года и было потише, но три года Волдеморт усиленно пытался нас убить.
- Ну, должен же он держать имидж, - хмыкнул Блейз.
- Имидж? Имидж! – взорвался Драко. – По его приказу погибла моя мать!
- Драко, это не так, - тихо произнесла Панси. Драко замер и уставился на девушку.
- Что значит не так? – зло спросил Люциус.
- Нарциссу убила Белла по собственному желанию. Белла сумасшедшая. Она потом почти год сидела в камере. Темный лорд ее чуть не пришиб, - произнес Блейз.
- Моя тетя убила маму? – выдавил из себя Драко.
- Мне жаль, Драко, - Панси с сочувствием смотрела на бывшего однокурсника.
- Я вообще перестал что-либо понимать, - тряхнул головой Снейп. Блейз хохотнул. За что заработал от мастера зелий ну очень неприятный взгляд.
- Сэр, ваши взгляды срабатывали на гриффондорцах, ну никак не на слизеринцах, - усмехнулся бывший студент. Снейп что-то пробурчал себе под нос, но так, чтобы его никто не расслышал.
- Понимаешь, Драко, Белла действительно не в себе. Когда Темный лорд забрал ее из Азкабана, она уже была невменяемой. Более того, она безумно предана ему, но именно безумно. Белла считает, что делает все для его блага. Она даже пыталась убить Сириуса и Андромеду, свою вторую сестру, но ей этого не удалось. Когда стало известно, что Малфои предали Лорда, она поклялась вас всех убить, но ты и твой отец были просто неуловимы. Кстати, приказа вас убить не было, только доставить живыми к самому лорду. А Белла все поняла так, как считала нужным для себя. Я не знаю, как ей удалось выманить Нарциссу из поместья, - Панси вздохнула.
- Это не меняет дела, - покачал головой Драко. – Даже если он не посылал за нами убийц, он и не мешал за нами охотиться. Более того, я просто не могу поверить в такие преображения, о которых вы рассказываете.
- Я понимаю, Драко, - кивнул Блейз.
- Волдеморт не может проникнуть в Малфой-менор. Не мог тогда, сейчас тем блее не способен, - произнес Люциус. Защита Гарри пришла вместе с ним и в поместье.
- Купол, - кивнула Панси.
- Да, купол, - подтвердил Драко.
- Значит, это связано с Гарри? – уточнил Блейз.
- Да, связано, - кивнул Драко.
- Мы можем его увидеть? – Блейз посмотрел прямо в глаза Драко.
- НЕТ! – одновременно ответили Драко, Люциус и Северус.
- Какое единодушие, - пробурчала себе под Панси.
- Почему? – поинтересовался Блейз, когда отошел от такого быстрого и единодушного ответа всех троих.
- Мы вам не доверяем, - озвучил мнение всех Драко.
- Драко? – Панси удивленно посмотрела на блондина.
- Извини, Панси, но нет, - покачал головой Драко. – Вы много чего тут порассказали о Волдеморте, но я не могу вот так взять и перечеркнуть то, что известно мне. Гарри доверил мне свою жизнь, защитил мою семью, включив мою семью в свою защиту.
- Подожди, Драко. Я знаю еще со школы, что Гарри тебе дорог, но поверь…, - Драко остановил Панси жестом.
- Не надо, Панси, я не могу позволить вам увидеть Гарри.
- Хорошо, может быть в следующий раз. Но обещайте подумать над предложением нашего Лорда, - произнес Блейз, кладя на стол пачку пергамента. – Нам пора.
Драко и Люциус попрощались с Блезом и Панси, проводить их вышел только Северус.
Когда зельевар вернулся, Малфои все также сидели в креслах, сверля взглядом пергаменты. Северус молча сел в кресло и провел над пергаментами палочкой, выявляя проклятия и зелья, которые могли бы в них содержаться, но ничего не было. Тогда Северус взял их и развернул. Малфои молчали, пристально глядя за тем, как Северус углубился в чтение. Спустя минут тридцать Снейп поднял голову и посмотрел на двух блондинов.
- Что? – Люциус смотрел прямо в глаза другу.
- Хмм, - это было все, что выдал Снейп.
- Крестный, - разозлился Драко.
- Ну, тут история Лили Эванс Поттер, - наконец, произнес Северус.
- И? – Драко заерзал в кресле.
- И она дочь Волдеморта, - произнес зельевар.
- Потрясающе. Час от часу не легче, - проворчал Люциус.
- Но ведь это все может быть ложью, - с некоторой неуверенностью произнес Драко.
- А вот это нам следует выяснить досконально, - сказал Снейп.
- Пффф, - выдохнул Люциус, совсем забыв о своей аристократичной надменности.
- Сколько странностей в одном разговоре, и все связаны с Волдемортом, - задумчиво произнес Драко.
- Да, загадок он нам задал немеренно, - кивнул головой Северус.
- И что теперь делать? – Драко посмотрел на своего крестного.
- Разбираться, Драко, разбираться, - произнес Люциус.
- Интересно, а как вы себе это представляете? – съязвил Драко.
- Ты как с нами разговариваешь? – притворно рассердился Люциус. Драко только пожал плечами на это.
- Еще он тут обещает нам неприкосновенность, а также просто требует, Люциус, чтобы ты оформил опекунство над его внуком. Причем тут так и написано, внуком, - помахал пергаментом Северус.
- Чем дальше в лес, тем больше дров, - пробурчал Драко.
- Надо забрать у тебя маггловскую литературу, она не идет тебе на пользу, - произнес Северус.
- Попробуй только, - Драко сердито посмотрел на крестного.
- ты действительно стал часто говорить их штампами, - заметил Люциус.
- Просто у них лучше всего выходить находить точные выражения для разных ситуаций, - пожал плечами Драко.
- Что ж, значит, будем разбираться во всех тех странностях, которые нам тут подкинул этот маньяк вселенского масштаба, - вздохнул Северус.
- И ты туда же, - закатил глаза Люциус.
- Ну, пристрастились мы с Драко к маггловской литературе, - хмыкнул Снейп.
- Так, что дальше? – Драко посмотрел на отца и крестного.
- А дальше, мы будем разбираться с родословной Гарри, это раз. А два – это наследство Азкабана, - произнес Северус, и только он решил продолжить развивать свою мысль, как перед ними появился взбудораженный эльф.
- Хозяин, Хозяин, - домовик бросился к Люциусу.
- В чем дело, Шарки? – Люциус от такого всплеска эмоций даже удивился.
- Юный господин открыл глаза, юный господин открыл глаза.
Они сначала не поняли, о чем говорит эльф, но постепенно смысл сказанного стал доходить до мозга.
- Гарри! – Драко вылетел из кресла как из катапульты. Люциус и Северус поспешили вслед за ним.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:31 | Сообщение # 6
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 5. В новую жизнь?
Гарри открыл глаза и уставился немигающим взглядом в потолок, вернее в верхний полог. Постепенно к нему возвращались ощущения.
"Кровать. Мягкая. Ткань над головой. Полог. Одеяло. Пижама. Под головой подушка. Пахнет приятно", - мысли были отрывочны, но выстраиваясь в ряд, они дали возможность мальчику осознать. – "Я не в Азкабане".
Гарри медленно повернул голову направо. Полог кровати был откинут. Гарри увидел светло-серые стены, дорогую мебель. Гарри нахмурился, поняв, что видит без очков. Также осторожно Гарри повернул голову налево и уставился в зеленоватые глаза кошки, сидящей в кресле и наблюдающей за ним. Гарри медленно вобрал в себя воздух и также медленно выдохнул. Он попытался приподняться, но со стоном уронил голову на подушку. Слабость накатила волной, отнимая все силы.
"Где я? Почему я не в Азкабане? Что-то случилось? Они узнали правду?" – Гарри пытался разобраться, но найти ответы не представлялось возможным, рядом, кроме кошки и... Гарри чуть отклонил голову и посмотрел на спинку кровати над головой. Там тихо сидел ворон и смотрел прямо ему в глаза.
- Пр..., - Гарри вздохнул, затем прокашлялся и повторил попытку. – Привет.
Ворон в ответ кивнул, не отрывая от мальчика своего взгляда. Гарри немного удивился тому, что птица его поняла. Рогнар спрыгнул со спинки и встал так, чтобы мальчику было удобно на него смотреть. В это время раздался хлопок. Гарри повернул голову и увидел эльфа, который держал в руках стопку чистого постельного белья. Глаза эльфа стали еще больше.
- Юный господин проснулся, - благоговейно произнес домовик, потом выронил белье и с хлопком исчез. Честно говоря, Гарри не очень понял, что только что произошло, и почему домовик говорил таким голосом. Гарри вернулся к изучение окружающей его обстановки. Понять в чьем доме он находится, у него не получалось.
"Может быть это дом Сириуса?" – Гарри прислушался к себе, никаких чувств имя не вызвало. – "Хотя такое убранство больше бы подошло Малфоям".
Двери в комнату распахнулись и в комнату ввалилось трое мужчин. Гарри очень хорошо их видел. Он точно опознал Снейпа и Люциуса Малфоя, те ни сколько не изменились, а вот третий стал загадкой.
"Это кто? И почему здесь Снейп и Малфой?" – новые вопросы.
- Гарри? – тихо позвал второй блондин, похожий на Люциуса. Гарри посмотрел на него, в глазах был вопрос.
- С возвращением в этот грешный мир, мистер Поттер, - в голосе Снейпа не было яда или насмешки. Гарри перевел взгляд на мастера зелий, но продолжал молчать. – Мы вас долго ждали. С момента вашего освобождения прошло уже четыре месяца.
- Вы узнали правду? – с трудом спросил Гарри хриплым голосом.
- Мы-то ее знали, но да, кое-кому она стала известна, - скривился Люциус. Драко подошел к кровати и сел на край, не отводя взгляда от мальчика. Гарри снова уставился на него, пытаясь понять, кто это.
- Драко, мне надо его осмотреть, - произнес Снейп, подходя к кровати. В глазах Гарри появилось недоумение, но когда блондин поднялся с кровати и уступил место Снейпу, до него дошло, кого зельевар назвал Драко.
- Драко? Драко Малфой? – выдохнул он.
- Совершенно верно, это Драко Малфой, - спокойно ответил Снейп, водя палочкой вдоль тела мальчика.
- Но... Почему он такой? – недоумение превратилось в непонимание.
- Потому что он вырос, мистер Поттер, - Снейп отвечал спокойно, без издевок и своего фирменного сарказма.
- Но ведь мне четырнадцать, - Гарри был в этом уверен.
- Вообще-то, три месяца назад вам исполнилось пятнадцать, - произнес Люциус, подходя к кровати. Гарри запутался. Мужчины сразу это поняли, но как объяснить только что проснувшемуся подростку, что прошло десять лет, которые он проспал и остался в том же возрасте к тому же.
- Мистер Поттер, Гарри, - начал Снейп. – Мы объясним вам. Что случилось. А сейчас... Вы кого-нибудь хотите видеть? Ваших друзей? – на этом вопросе Драко мрачно зыркнул на Снейпа. – Вашего крестного? Или профессора Дамблдора?
Гарри задумался, стал перебирать в памяти всех названных людей: Рон, Гермиона, Джинни, близнецы, мистер и миссис Уизли, профессор Люпин, Сириус, директор. Никаких ответных чувств внутри, пустота. Гарри даже удивился. Ведь он должен чувствовать по отношению к ним хотя бы обиду за то, что они ему не поверили. Но не было ничего – ни обиды, ни ненависти, ни уважения, ни доверия, ни привязанности, вообще ничего, только полное равнодушие. Гарри стал думать о Снейпе, Люциусе Малфое и его сыне. Чувства нахлынули лавиной: обида на Снейпа за то, что тот так с ним обращался в школе, неприязнь к Люциусу и Драко, но в то же время Гарри заметил, что эти чувства в прошлом, сейчас он их не ощущал в той же мере, что и раньше, но пустоты не было. Если ему сейчас предложат выбрать между Сириусом Блеком и Снейпом, то Гарри, не задумываясь, выберет зельевара.
- Нет, - наконец, ответил Гарри. Драко медленно выдохнул, он даже сам не заметил, что все это время задерживал дыхание. Примерно такое же облегчение испытали и Люциус с Северусом. За четыре месяца, что мальчик находился в доме они трое чувствовали себя в безопасности, да и не хотелось отдавать его тем, кто снова будет из него растить убийцу Лорда.
- Ты уверен? – решил уточнить Снейп. Гарри попытался сесть, но скривился от беспомощности. Северус пришел ему на помощь и помог сесть, подложив подушки ему под спину. Рогнар снова взлетел на спинку кровати.
- Да, уверен, - подтвердил свои слова Гарри.
- Почему? – не удержался от вопроса Драко. Гарри задумался, еще раз пропуская через себя имя когда-то дорогих ему людей, но они все также оставляли его равнодушным.
- Я ничего к ним не чувствую, - наконец, произнес Гарри.
- Не чувствуешь? – Северус нахмурился.
- Да, словно они ничего для меня не значат, просто люди, которых я знаю, но не больше того, - задумчиво произнес мальчик. Троица переглянулась. Снейп обратил внимание, что ворон как-то задумчиво кивает головой, слушая их разговор. «Он что, все понимает?» - пронеслось в его голове.
- Ты вообще ничего не чувствуешь? – задал вопрос Драко.
- Чувствую, но не к ним, - ответил Гарри. – Меня они не волнуют, а вы – да.
- Что ты имеешь в виду, Гарри? – осторожно поинтересовался Люциус.
- Ну, сейчас например мне очень комфортно с вами, но при этом я в замешательстве. Ведь так не должно быть. Почему вы не выдали меня Волдеморту? – глаза Гарри чуть расширились, когда он понял, что никто из троих не вздрогнул при имени Темного лорда.
- Мы не служим ему, Гарри, - произнес Драко. – Вот уже пять лет.
- Пять лет? – взгляд Гарри стал затравленным., он нерешительно посмотрел на Драко. – Сколько тебе лет* Двадцать?
- Двадцать пять, Гарри, - тихо ответил молодой человек. В глазах Гарри отразилось все: непонимание, удивление, перешедшее в крайнюю степень изумления, страх, а затем ужас.
- Дайте мне зеркало, - сдавленно прошептал Гарри. Люциус наколдовал небольшое зеркало и поднес его к лицу Гарри. Юноша уставился на свое отражение, он выглядел почти также как тогда, когда его отправили в Азкабан. Почти. Кое-что изменилось: почему-то он видел без очков (Малфои и Снейп обратили внимание на этот немаловажный факт внимание, но удивляться ему не стали, у Поттера всегда все не так, как у людей), волосы не торчали в разные стороны, а с одной стороны на лоб падала совершенно белая прядь.
- Если ему двадцать пять, то почему я такой? – Гарри беспомощно посмотрел на Снейпа.
- Я не знаю, - вздохнул тот. – Как рассказал надсмотрщик, все началось, когда ты переступил границу Азкабана. Все, кто в это время находился у ворот услышали в своей голове следующее: «Вы совершили самый страшный грех, и вы заплатите за него. Вы потеряли свою надежду навсегда. Таково мое слово». Все постарались выкинуть это из головы и вспомнили только сейчас, десять лет спустя. Тебя отвели в камеру, а через пару часов обнаружили твое тело в золотистом коконе в полуметре над кроватью. И так было все десять лет.
- Странно, но я не ощущаю, что прошло десять лет. Мне кажется, что это просто дурной сон, - признался Гарри.
- Нет, Гарри, это не сон, - покачал головой Люциус. – Кокон никого к тебе не подпускал. Первым, кто смог прикоснуться к кокону стал Северус, затем я, а вот когда подошел Драко, то кокон исчез, а ты просто упал ему на руки. Азкабан отдал тебя нам, посчитав, что мы лучшие кандидатуры.
Хмм. Тогда, когда меня привели в камеру, я лег на кровать, почувствовал, как к камере идут дементоры, уже услышал крики мамы, а потом все исчезло и был только голос. Он сказал…, - Гарри нахмурился, вспоминая услышанные однажды слова. – «Спи, мальчик, спи, мой наследник, когда придет время, ты проснешься, но для тебя больше не существует времени. Твой сон никто не потревожит. Спи, мальчик». А потом все, дальше уже были только вы. Я слышал вас несколько раз, даже открывал глаза, но вас не было тогда в комнате.
- Да уж, действительно чудеса и только, - пробормотал себе под нос Драко. Гарри его расслышал и вопросительно посмотрел. Снейп увидел этот взгляд.
- Знаешь, нам много надо бы тебе рассказать, но ты еще не в порядке и тебе бы надо поесть.
Люциус заказал обед на четверых прямо в комнату Гарри, они поели, переговариваясь о не значительных вещах. Затем зельевар напоил юношу снотворным зельем, пообещав, что завтра они начнут ему рассказывать о том, что происходило за эти десять лет.
Засыпая, Гарри подумал: «Странно, я, наверное, еще не пришел в себя, раз так реагирую на все. Слишком легко». Гарри уснул и не знал, что трое мужчин еще долго сидели в библиотеке, обсуждая вопросы того, как рассказать Гарри историю десяти лет жизни магического мира, а также легенду Азкабана, частью которой стал он сам. Одно они знали точно, скрывать от него правду не стоит. Мальчик доверился им, хотя сам этого еще и не понимает, он вообще пока ничего не понимает, неизвестно, что еще будет. Когда он окончательно придет в себя. Они решили не вывалить на него все за раз, такое невозможно переварить в один заход.
Им понадобилось четыре недели, чтобы рассказать Гарри все, что произошло значительного за эти десять лет. Гарри слушал, задавал вопросы, пытался переварить все это. В конце концов, у него началась истерика. Разум, наконец, воспринял всю информацию, переварил и выдал свой вердикт. Драко оказался рядом и прижимал к себе худенькие плечи плачущего навзрыд мальчика. Драко не пытался его успокоить или утешить, просто был рядом и позволил Гарри выплакаться.
Люциус и Северус также старались помочь юноше адапртироваться с новой для него ситуацией. Снейп перестал быть тем профессором-ублюдком, каким был в воспоминаниях Гарри, и мальчик был ему благодарен за это. На четвертой неделе Драко принес Гарри фолиант с легендами Азкабана. Малфой-младший все время старался проводить с Гарри, помогать ему, выслушивать, если понадобиться. За это время они подружились и Драко стал для Гарри старшим братом и другом, к которому он всегда может обратиться за помощью.
В первых числах декабря они вчетвером сидели в библиотеке. Гарри уже достаточно окреп, но все равно был еще не способен находиться на ногах весь день.
- Гарри, ты подумал, как жить дальше? – задал вопрос Снейп.
- Не знаю, - пожал плечами Гарри. – Наверное, Дамблдор захочет меня забрать.
- Не могу с этим поспорить, но мы кое-что тебе еще не рассказали, - произнес Люциус. Гарри посмотрел на него, затем перевел взгляд на Снейпа, Драко, как уже завелось, сидел рядом с ним.
- Дело в том, что Волдеморт оказывается, твой дед. Он отец, настоящий отец твоей матери, - произнес Снейп. Гарри сидел несколько минут в полном ступоре. Мужчины даже испугались, но затем он вдруг начал хохотать, постепенно хохот перешел во всхлипы. Драко обнял юноши и привлек его к себе.
- По-моему, это было лишнее, - пробормотал он, глянув на крестного и отца.
- Почему мне так везет, а? – всхлипнул Гарри.
- Не могу тебе сказать, Гарри. Наверное, потому что ты Поттер, - насмешливо произнес Снейп, Гарри из-под лобья бросил на него мрачный взгляд.
- Ты успокоился? – спросил Драко, разглядывая устроившегося у него в объятиях юношу.
- Ага, - кивнул тот в ответ. – И что мне теперь с этим самым дедушкой?
- Ну, он вроде не собирается тебя убивать, - немного неуверенно произнес Драко.
- Да ну, - фыркнул Гарри.
- Какой же ты еще ребенок, - вздохнул Снейп.
- Так я и есть ребенок, - скривился Гарри. – Мне же только пятнадцать, не понятно почему.
- По легенде, или по пророчеству ты наследник Азкабана. Но что это значит, мы не знаем, - произнес Люциус. – Но Малфой-менор защищен сейчас так, как никому и не снилось, а защита эта пришла вместе с тобой.
- Как бы хотелось все понять, - скривился Гарри.
- Разберемся, но для начала надо что-то делать с твоей жизнью, - твердо сказал Снейп. Гарри недоуменно посмотрел на зельевара. Тот начал объяснять. – Ты до си пор несовершеннолетний. Я проверил тебя сразу. Как только мы прибыли в Малфой-менор, тебе было четырнадцать. 1-го августа я провел повторный тест, он выдал, что несколько часов назад ты стал пятнадцатилетним подростком. Тебя никто не признает совершеннолетним, так как любое зелье скажет обратное. А значит, у тебя должен быть опекун. На данный момент это или Дамблдор, или Блек.
- Я не хочу к ним, - мрачно произнес юноша.
- А мы тебе этого и не предлагаем, - скривил губы Люциус. – Но ты должен понять, что у тебя должны быть опекуны, а лучше приемные родители, чтобы никто не мог на тебя претендовать.
- У вас есть предложение? – Гарри склонил голову к левому плечу и, прищурившись, стал рассматривать двоих мужчин.
- Как ты смотришь на то, чтобы стать моим братом? – насмешливо поинтересовался на ухо Гарри Драко. Гарри резко развернулся, скривился из-за возникшего тут же головокружения и посмотрел на блондина. Тот усмехнулся на пристальный взгляд юноши. Гарри повернулся к Люциусу.
- Вы серьезно? – недоверчиво спросил он.
- Да, - кивнул Люциус.
- Хмм, - Гарри задумался. Он понимал, что для него это идеальный выход, тем более, что эти трое хорошо к нему относились, а возвращаться к другим он не хотел, они для никто. Гарри поднял взгляд на Люциуса. – Ладно.
- Ладно, что? – решил уточнить Малфой-старший.
- Я согласен, - произнес Гарри.
- Тогда я займусь усыновлением вплотную, - губы Люциуса тронула еле уловимая улыбка.
- Я бы посоветовал решить вопрос с состоянием Поттеров. Министерство разблокировало все счета, выплатило компенсацию, но если ты станешь Малфоем, то можешь потерять состояние Поттеров, - произнес Снейп. – Я бы посоветовал его забрать из банка, переписать дома на чье-нибудь имя, чтобы никто не смог на них претендовать больше.
- Это хорошая идея, - кивнул Люциус.
- А я там обязательно нужен? – жалобно спросил Гарри. Люциус не выдержал и рассмеялся.
- Думаю, мы можем устроить так, чтобы тебе не надо было ходить в банк. Но мне понадобиться доверенность, причем подписанная твоей кровью.
- Всегда, пожалуйста, - с готовностью ответил Гарри.
- Что ж, этот вопрос мы тоже решили, - вздохнул Снейп. – Остается вопрос с твоим образованием.
- Я не хочу в Хогвартс, - тут же выдал Гарри.
- А я тебе и не предлагаю туда возвращаться, тем более, что там пока и нет школы, - хмыкнул Снейп.
- Кстати, вы больше не преподаете? – Гарри с интересом посмотрел на зельевара.
- Только первый год, - усмехнулся Снейп.
- В Англии теперь нет школы? – спросил Гарри.
- Кажется, эту историю мы тоже забыли рассказать Гарри, - усмехнулся Драко.
- Да уж. Школа пала семь лет назад. Драко заканчивал обучение уже дома и сдавал экзамены в Министерстве, хотя временная школа уже была и обучение налажено, - начал рассказ Люциус.
- Защита Хогвартса стала распадаться. Все началось почти в одно время с тем, как тебя посадили в тюрьму…, - последние слова Снейп уже договаривал медленно и задумчиво, ему вдруг пришло в голову, что эти два события связаны. По лицам Люциуса и Драко он понял, что те тоже сложили два и два.
- Вы хотите сказать, что Хогвартс пал из-за меня? – осторожно спросил Гарри.
- Не так, скорее, Хогвартс пал потому, что тебя посадили в Азкабан, - уточнил Люциус.
- Я запутался, - плечи Гарри поникли.
- Не ты один, - автоматически ответил зельевар, затем встрепенулся. – Задачек у нас прибавилось. Но думаю, что постепенно все станет на свои места, и мы услышим о маге Азкабане, который сделал тебя своим наследником.
- Слишком много информации, - хрипло произнес Гарри, откидываясь на Драко.
- Тебе стоит отдохнуть, - прошептал Драко, Гарри только устало кивнул.
- Завтра займемся делами, а сейчас время отдохнуть, - произнес Северус сворачивая разговор.
На следующий день Люциус начал планомерно претворять их план в действие. В Малфой-менор были приглашены поверенные, которые оформили доверенность, а Гарри расписался в ней кровью, как и было необходимо. У Люциуса ушло почти все утро, чтобы разъяснить Гарри некоторые нюансы магической юриспруденции. Оказалось, что Гарри мог пользоваться своими счетами с раннего детства и никаких ограничений на нем не было. Система работала следующим образом: опекун назначался для совершеннолетнего только для того, чтобы помочь ребенку пережить магические всплески в детстве, подготовить ребенка к школе, но никак не пользоваться деньгами своего опекаемого, без его согласия. Если Дамблдор пользовался деньгами Поттеров, то это означает, что Гарри подписал доверенность, но скорее всего не кровью, что очень радовало. К тому же это означало, что Дамблдор просто подсунул мальчику документ, а не получил его добровольное согласие.
Вместе с доверенностью Малфой отправился в банк. Люциус был очень удивлен. Когда перед самой аппарацией ему на плечо сел Рогнар. Они так и переместились в Косой переулок вместе, даже в банк Люциус вошел с сидящим на его плече вороном. Гоблинам не нравилось, когда в банк приводили домашних питомцев, но, к удивлению посетителей, очень благосклонно отнеслись к Рогнару.
Гоблины тщательно проверили доверенность, такой документ мог быть составлен только если подписавший находится в полном здравии, и наличие доверенности подтверждало, что в данный момент Гарри Поттер пришел в себя. Дальнейшие действия Малфоя обескуражили гоблинов. Все имущество Поттеров переводилось в новые сейфы на имя Гарольда Джеймса Александра Малфоя, на это имя переводились и все недвижимое имущество. На банк Люциус потратил половину дня. Самое интересное, что кто бы не пришел в банк и не запросил данные по состоянию Поттеров, они получат только один ответ – в банке нет имущества Поттеров, а новом клиенте они не будут распространяться. Гоблины преданы только своим клиентам и не выдают в меру своих возможностей их интересов. За последние сорок лет Гарри Поттер стал первым, чьими интересами им пришлось поступиться, но делали они это скрепя сердце, зато обрадовались, когда все вернулось. Гоблины спокойно отнеслись к перемещению состояния Поттеров, ведь оно осталось на прежнем месте, всего лишь изменилось слегка имя.
После банка Люциус направился в Министерство, в одел по работе с несовершеннолетними, где подал заявление на усыновление Гарри Поттера. Сначала ему хотели возразить, но Люциус с надменной улыбкой положил на стол начальника письмо, написанное собственноручно Гарри, где он уведомляет господ чиновников в том, что согласен на полное усыновление со стороны лорда Малфоя. Это напугало многих, но Люциус, по разработанному плану, поспешил их успокоить, так как никто не хотел, чтобы род Поттеров умер. Также он уведомил, что сегодня вечером в Малфой-меноре будет совершен обряд усыновления по традиции чистокровных семей, а поскольку Малфои были темными магами, то и обряд будет темно-магическим.
Люциусу удалось смыться из Министерства до того, как туда нагрянул директор. Это было самой большой удачей, какая только могла произойти. Дамблдор рвал и метал. Когда узнал о поданном заявлении. В Министерство прибыл Сириус и стал составлять под руководством директора свое заявление, но их ошарашили тем, что Люциус собирается провести обряд в Малфой-меноре сегодня, а значит, сразу после ритуала все документы Гарри Поттера изменятся магически. Орден Феникса рванул к месту событий, но поместье все также было под защитным куполом, который никого не впускал. Они пытались пробиться внутрь, но доставалось им самим, чем защите.
После ужина Гарри, Северус, Драко и Люциус спустились в подземелья, где и был совершен ритуал. Фадж, несколько чиновников и Сириус с некоторым ужасом смотрели как в свидетельстве о рождении имя Гарри Джеймса Поттера меняется на Гарольд Джеймс Александр П.Р.Малфой. Когда все отошли от шока, то первый вопрос, на который все захотели получить ответ, был, что это за П.Р. перед фамилией Малфой.
А Сириус именно в это мгновение понял, что окончательно потерял своего крестника.
Юноша, молодой человек и двое мужчин сидели в уютной гостиной и пили вино за здравие Гарольда Джеймса Александра П.Р.Малфоя.
- Добро пожаловать в новую жизнь, сын, - салютовал бокалом Люциус, глядя на Гарри, тот улыбнулся в ответ.
- Мда, я, конечно, много ожидал от этого обряда, но такого, - Северус все еще рассматривал новое свидетельство о рождении.
- Такова жизнь, - усмехнулся Люциус.
Начало было положено, но Гарри и его новая семья еще не знали, что им предстоит узнать, и с чем столкнуться. Медленно и постепенно к юному наследнику подбиралось его наследство, наследие мага Азкабана.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:32 | Сообщение # 7
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 6. Малфой-менор или изменение внешнего вида
Гарри сидел в кресле в малой гостиной Малфой-менора. Все изменения в его внешности, внесенные ритуалом, наконец, были завершены. Многие бы, наверное, сказали, что юноша не изменился, но это было отнюдь не так. Волосы теперь не торчали в разные стороны, а спадали на плечи шелковой волной, но в то же время не были такими, как у Малфоев, и остались черными. Глаза все также сверкали измрудным блеском, но что-то внутри них иногда загоралась серебряным или синим пламенем. Он не стал выше, но вот стройнее – да. Перестроение костей длилось чуть больше недели и назвать его приятным язык не поворочивался. Лицо стало миловиднее, черты более изящными и утонченными. Понять, что перед ними Гарри Поттер не составляло никакого труда, но в то же время, подойдя ближе сразу же бросались изменения, которые сразу же давали понять, к какому роду он принадлежит. Гарри нисколько не пожалел о своем решении стать приемным сыном Люциуса Малфоя. Полного ритуала она не проводили, чтобы мальчик мог пользоваться наследством, оставленным ему родителями. Отдавать такой подарок тем, кто его предал ни сам Гарри, ни трое мужчин его поддержавших не не собирались.
Лечение Северуса Снейпа, которому он подверг юный организм давало довольно быстрые результаты, но все же не так быстро, как всем хотелось. Что-то препятствовало быстрому приведению подростка к здоровому состоянию. Несколько попыток Северуса проникнуть в мозг Гарри с его согласия не увенчались успехом. Каждый раз зельевар натыкался на золотую сияющую стену. А в последний раз он вообще вынырнул из головы мальчика в ошарашенном состоянии. Его мягко, но твердо попросили удалиться. При всем при этом Снейп был полностью уверен, что разговаривал он не с Гарри. Оставалась только одна личность, которая могла бы быть внутри подростка – Азкабан. Идею о том, что это может быть как-то связано с Темным лордом двое Малфоев и Снейп откинули сразу, как беспочвенную.
Пользоваться магией мальчик не мог. И даже не потому, что у него не было палочки, а в силу какого-то странного внутреннего запрета. Такое положение дел настораживало. Мужчины не знали как реагировать на это. Но к исходу месяца после ритуала ситуация стала сглаживаться. Начались легкие стихийные выбросы магии, как у маленьких детей. Покопавшись в библиотеке, изучив все, что только можно, зельевар пришел к выводу, магия Гарри спала также, как и его организм, а сейчас она заново набирает силу. Вот только его довольно сильно пугала мощь выбросов. Первый выброс чуть не разнес всю спальню, в которой в тот момент находились сам мальчик, Драко и ворон, не покидавший подростка с той минуты, как тот пришел в себя. Как все трое остались в живых, когда в спальне не осталось ни одного целого предмета, Люциус и Северус понять не могли. Но когда они ворвались в комнату, то нашли Драко и Гарри, сидящими на подоконнике, а на плече блондина примостился Рогнар, то и дело бросающий укоризненные взгляды на мальчика. Попытка обуздать стихийные выбросы сначала ни к чему не приводила, но после пятого такого случая, когда Драко, Люциус и Северус, тяжко вздыхая, возвращали некоторым вещам их первозданный вид, что, кстати, не всегда удавалось, защита дала знать, что прибыли гости. Дав разрешение на вход, они вчетвером спустились вниз. Гостями оказались все те же Блейз Забини и Панси Паркинсон, которые при виде Гарри несколько ошалели. Одно дело слышать, что Поттер остался подростком, совсем другое увидеть это собственными глазами. Отойдя от шока и выпив по паре стаканов огневиски для этого, они, наконец, смогли озвучить цель своего прихода. Как оказалось, Темный лорд очень даже страдал от выбросов магии Гарри. Его замучили головные боли. Эффект был как при мощнейших Круциатусах. Двух однокурсников Драко послали выяснить, в чем дело. Причину Волдеморт нашел довольно быстро — то есть Гарри, но вот почему это происходило, не смог. Следующую неделю Панси и Блейз курсировали между резиденцией Волдеморта и Малфой-менором по два-три раза в день. С одной стороны Снейп, а с другой Темный лорд пытались найти решение проблемы. Зелье ограничения было отметено сразу, зелье подчинения, когда магия присоединялась к кому-нибудь для того, чтобы ее можно было контролировать тоже не решало проблемы, поскольку выбросы были слишком сильными, а, значит, и сам Гарри был отнюдь не средненьким магом. При всем при этом у мальчика не получался даже самый простенький Акцио.
В один из дней Панси довольно не лестно отозвалась о Гарри. Драко не успел ничего ей сказать, как девушка была впечатана в стену и начала задыхаться. Гарри смотрел на нее чуть прищуренным взглядом, а на его плече сидел очень не довольный Рогнар. Драко несколько раз переводил взгляд с мальчика на девушку и обратно. Сомнений не было, виноват в состоянии Панси был именно Гарри. Уговорить его отпустить девушку было сложно, но все же это удалось. После этого Панси никогда, даже в мыслях, ничего плохого о Гарри не говорила и не думала. Снейп первым предположил, что мальчику, возможно нужна особая палочка, а также, что сейчас проводником его магии является ворон. Несколько дней они опытным путем пытались это выяснить. Оказалось, так оно и есть. Если всплески шли сами собой, то целенаправленные действия проходили через ворона, который и активизировал заклинания. О таком Малфои и Снейп никогда не слышали. Но оставалась проблема со стихийными выбросами, которые с каждым разом становились все мощнее. Все закончилось само собой, но как...
Утро началось, как обычно, без происшествий. Они вместе позавтракали в комнате Гарри. После этого Люциус и Северус отправились в кабинет, а Драко остался с мальчиком. Надо сказать, что после ритуала проблем со зрением у Гарри больше не было, но он все равно любил, когда ему читал Драко. Тот как раз решил рассказать мальчику историю рода Малфоя. Ничего не предвещало никаких проблем, как вдруг вокруг Гарри стал образовываться черный вихрь. Драко оцепенел, расширенными глазами глядя на это буйство. От кровати осталось лишь мелкая труха, как, впрочем, и от остальной мебели. Вихрь все разрастался, превращаясь в настоящее торнадо, в эпицентре которого остались он, мальчик и ворон. Гарри сам испугался того, что вырвалось изнутри него. Дом основательно тряхнуло, затем еще раз, затем послышался треск, словно все в доме ломалось. У Драко было впечатление, что Малфой-менор складывается как карточный домик. Гарри плакал. Драко обнял мальчика и притянул к себе, приговаривая, что тот ни в чем не виноват. Когда Люциус и Северус все-таки сумели ворваться в спальню, ну в очень потрепанном виде, то обнаружили лишь два бессознательных тела, около которых сидел ворон. Драко крепко прижимал к себе худенькое тело мальчика. Люциус бросился к своим сыновьям, а он именно так воспринимал обоих, но как только он дотронулся до мальчиков, его окутало темное облако и он плавно опустился на пол, потеряв сознание. Снейп пребывал в шоке, успев заметить во что превратилась комната. Дом тряхнуло еще раз. Снейп, чтобы удержаться на ногах, по инерции сделал несколько шагов вперед, споткнулся о ноги Драко и чуть не рухнул на него сверху. Вдруг его сознание помутилось, он пытался держаться, но осел на пол, глаза закрылись.
«Пришло время судьи», - это не было не голосом, лишь мысль, отразившаяся от падающих стен, рушившейся мебели. Вокруг четырех тел и ворона стоял плотный золотистый кокон, оберегающий их от бедствия, разворачивающегося вокруг. Все эльфы были усыплены и также помещены в безопасность. Казалось, от поместья Малфоев ничего не останется, но вот дом содрогнулся еще раз и все начало меняться, перестраиваться.

Наблюдатели от двух сторон — Волдеморта и Дамблдора — с ужасом смотрели на рушившейся у них на глазах дом, в котором находились те, за кем они уже довольное долгое время следили. Казалось, что земля содрогается только на территории поместья, не затрагивая землю, которая не принадлежит Малфоям. Люпин еле сдержал крик, да и не только он, когда деревья в парке, разбитом вокруг дома, стали с корнем вырываться деревья и кустарники. Грохот вокруг стоял невообразимый. Ворота поместья словно плавились при высокой температуре и были раскалены. Но никто не мог ворваться внутрь, защитный купол так и висел над территорией поместья. Сколько это продолжалось, никто уже не мог сказать. Из дома не раздавалось ни звука. Пожиратели и орденцы стояли уже в одной куче, не обращая внимания, что перемешались со своими врагами. Просто ужас, который разворачивался перед ними, смел все преграды. Они, конечно, опомнятся, но сейчас было не до этого.
На месте оставался только дом, если его можно было так назвать. Все вокруг представляло собой выжженную землю, покрытую черной золой. Несколько минут назад в небо взвились языки пламени, уничтожая все на своем пути. Огонь только лизнул стены дома, и они теперь были черными от пламени. Третьего этажа в доме больше не было, как и двух крыльев, парадный вход перекорежен. Дом складывался на глазах толпы, как карточный домик. Все уже решили, что это конец Гарри Поттера, Снейпа и Малфоев. После такого никто выжить не мог. Но вдруг защита стала менять свет, вспышка, еще одна. Люди отвернулись, чтобы спасти глаза от слепящего света, полившегося из золотого купола. Когда яркость сияния уменьшилась, все повернулись, чтобы посмотреть на развалины и пепелище, но каково же было их изумление, когда они увидели, как в небо устремляются шпили величественного замка, хотя он и не был уж очень большим, но выглядел намного солиднее Хорватса, и чем-то напоминал Азкабан, только вот стены были белыми с серыми вкраплениями кое-где. В небо устремлялись пять шпилей, самым высоким был центральный, на верхушке которого развевался флаг с гербом Малфоев на груди черного ворона. Четыре других шпиля венчали башни на углах замка. Первый этаж, если его можно было считать таковым , был сплошь каменным, ни дверей, ни окон, ничего. К парадному входу в Замок вела выложенная красной мраморной крошкой подъездная дорожка, вдоль которой сейчас были вечно посажены низкие кустарники, открывающие прекрасный вид на лужайки перед замком. Сам парадный вход представлял собой две широкие лестницы, полукругом уходящие вверх и соединяющиеся перед большими двустворчатыми дверями, украшенными причудливым изделием мастеров кузнечного и ювелирного дела. Перед дверями было довольно большая площадка отгороженная чугунными перилами, с таким же красивым витиеватым литьем, которое многих заставило сейчас глотать слюни от зависти. Белые стены поднимались на семь этажей вверх, причем седьмой этаж был, по всей видимости, открытым. В двух местах можно было различить смотрящие в небо телескопы. Все окна в замке были арочными и большими. В центре на третьем этаже над парадным входом шла сплошная стеклянная стена, чуть скрытая длинным балконом. Но не каменным, а также выполненным мастерами кузнечного дела. Под всеми окнами были барельефы или лепнина. Края балконов были увенчаны небольшими статуями, изображающими магических существ. Над парадным входом на выступе стояли в центре черный ворон, а по краям горгулии с распахнутыми крыльями. Башни с двух сторон лапами обнимали драконы, у подножия лестницы сидели каменные гриммы. Можно было увидеть и нимф, и русалок, и величественных эльфов, и единорогов, кентавров, гоблинов. Здесь были все. Но в то же время замок с таким количеством статуй не выглядел вычурно или вульгарно, все было вписано гармонично.
Лужайки перед замком пестрели клумбами с различными цветами, вдоль стен были посажены розовые кусты. Справа располагался пруд, в котором сейчас величаво плавали лебеди, а чуть в стороне стояли розовые фламинго. От самого замка к пруду вела дорожка, переходящая в пирс, который заканчивался почти в самом центре небольшой беседкой в китайском стиле. У берега распустились лотосы, как белые, так и черные. За прудом начинался Лес. Это действительно был Лес, с большой буквы. Он вызывал трепет еще больший, чем Запретный у Хогвартса. Но объяснить происхождение такого ощущения никто не мог. Слева располагались конюшни, было слышно их отдаленное ржание и фырканье, там же был расположен небольшой парк и выездные аллейки. Везде были видны посыпанные либо красным, либо белым то ли песком, то ли еще чем пешеходные дорожки. В различных местах были разбросаны беседки в разных стилях и культурных направлениях. Что было за замком, пока было не понятно, кое-кто уже направился на ту сторону вдоль колючего и очень вредного кустарника, огораживающего поместье Малфоев со всех сторон. Многие уже попытались подойти к этой импровизированной, как они считали стене. Теперь залечивали волдыри и ожоги, вытаскивали шипы из разных мест. Кустарник оказался с характером. Центральные ворота были также чугунными, литыми, в форме арки, увитые плющом с белыми и черными цветами.
Наблюдатели отшатнулись, когда сияние стало не выносимым, а оно снова стало наращивать мощь, затем раздался какой-то странных звук и все пропало. Люди открыли глаза. Купола над землями Малфоев не было. Какой-то смельчак ринулся к воротам, схватился за прутья. Визг, раздавшийся за этим его действием, оглушал, резал слух. Мужчина катался по земле, его ладони превратились в кровавое месиво. Кустарник по периметру зашевелился. Маги почувствовали, как у них волосы встают дыбом. Казалось, кустарник шепчет, ворчит о своем недовольстве. Постепенно в сторону не прошенных гостей смотрели только выставленные шипы, а все листья и цветы были со стороны земли Малфоев. Было совершено еще несколько попыток пробраться на территорию поместья. Одного, к которому применили Вингардиум левиосо, пришлось выдирать из колючих кустов. Его цепко схватили за ногу и со всей силы втянули в кустарник, расцарапав до крови. Еще один теперь уже на всю жизнь останется заикой, так как в попытке заглянуть на ту сторону через кустарник, который почему-то ничего не предпринимал, он носом уткнулся в пасть огромного гримма, живого, который так оскалился, что мага два часа отпаивали успокоительным, и не только его. Когда стало понятно, что все попытки проникнуть на территорию Малфоев, которая очень значительно изменилась внешне, ни к чему не приводят пожиратели отправились с докладом к Темному лорду, а орденцы — к Дамблдору. Но и те, и другие оставили на месте наблюдателей. Более того, все пришли в норму и перемирие закончилось.

Волдеморта скрючило так, что все, кто в это время был рядом с ним перепугались насмерть. Впервые в своей жизни Темный лорд был не способен сдержать крика боли. Казалось, что голова готова расколоться на миллион маленьких осколков. Боль с каждой секундой становилась все сильнее.
 Выя...снить..., что... с мо...им...вну...ком, - сквозь стиснутые зубы выдавил еле слышно Волдеморт, прекрасно сознавая, кому он обязан таким состоянием. Природу ново связи с Гарри он понять не мог. Это была уже не так ментальная связь, с которой он забавлялся в свое время. Здесь было что-то совсем другое, и абсолютно не понятное.
 Да. мой Лорд, - Панси, подхватив под локоть Блейза, ретировалась из кабинета, где собирался круг избранных.
Оставшиеся на месте пытались привести своего господина в порядок, но тому от прикосновений становилось только хуже. Сколько длилась эта агония, никто не имел представления. Потерять сознание, чтобы хоть таким образом уйти от боли, никак не удавалось. Но вдруг все закончилось, Волдеморт затих. Один из самых смелых приложил пальце к вене на шее. Сердце билось.
 Он без сознания, - молодой пожиратель повернулся к остальным.
 Что это было? - раздался вопрос.
 Не знаю, и если честно, то и знать не хочу, - передернулась какая-то девушка.
 Надо переложить его на диван, - вынес кто-то предложение. Молодые люди осторожно подняли своего господина и уложили на диван. Кто-то из девушек положил ему на лоб мокрое холодное полотенце.
Им пришлось ждать почти два часа, прежде чем Волдеморт пришел в себя. Сознание возвращалось медленно, урывками. Все его избранные находились рядом. Наконец, он смог подняться с дивана.
 Что выяснили? - спросил он.
 Панси и Блейз еще не вернулись, - осторожно ответил один из присутствующих в кабинете.
/Нагини/ - прошипел Волдеморт. Из-под стола выползла большая змея и приблизилась к своему господину. Избранные были, наверное, единственными, кто не вздрагивал при ее приближении или появлении, да и она благоволила только к ним. Темный лорд опустил руку на голову своей питомицы и закрыл глаза. Через две минуты раздалось два хлопка, слившиеся воедино. Это была привилегия Избранных аппарировать в любое место, куда бы не позвал их зов. Почти все пожиратели могли аппарировать в определенное место, откуда им предстояло идти на своих двоих до места встречи, и здоровье зависело только от того, насколько настроение Темного лорда плохое.
- Что? - спросил Волдеморт, глядя на довольно ошарашенные лица двух своих сподвижников. Панси и Блейза пришлось хорошенько встряхнуть, чтобы выяснить ситуацию. Через полчаса довольно-таки сбивчивого рассказа, Темный лорд решил сам взглянуть на это чудо. Еще спустя пятнадцать минут он стоял около кустарника и задумчивым взглядом смотрел на белый замок. В это же время, буквально в пятидесяти метрах от него точно таким же делом занимался Дамблдор, который тоже решил, что лучше все увидеть своими глазами. Ни то, ни другой не знали, что принесет им это странное событие. А четыре человека в одной из комнат замка медленно приходили в себя, пока два лидера противоборствующих лагеря продолжали смотреть на замок Малфоев.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:32 | Сообщение # 8
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 7. У стен Замка.
Волдеморт со странным выражением смотрел на Замок, именно с большой буквы Замок, который предстал его взору. Будь у кого сейчас желание пульнуть чем-нибудь ему в спину, то удалось бы проделать эту операцию без проблем. И, возможно, мир лишился бы, наконец, Темного лорда не только прошлого, но уже и этого столетия. Не знал величайший темный маг и того, что в каких-то трехстах метрах от него, скрытый высоким кустарником у входа в поместье стоит его извечный враг Альбус Дамблдор и с таким же, как у него, выражением на лице смотрит на тот же самый Замок.
Волдеморт прищурился, задумчиво глядя на белый замок. У него было не очень хорошее предчувствие относительно того, что здесь происходит. Впервые оно у него появилось, когда Гарри Поттер оказался в Азкабане по ложному обвинению тех, кто должен был его защищать. Именно тогда у него что-то трепыхнулось в груди. Лишь спустя семь лет он узнал, что крестражей у него больше нет. Они саморазрушились, возвращая ему душу. Только вот облик на монстроподобный он мог менять с легкостью. Пять лет назад у него появился элитный круг, который знал о том, какой Волдеморт на самом деле. Впервые за много лет у него появились друзья, те, с кем можно поговорить. Предательство Снейпа и Малфоев стало для него хоть и возможным, но неожиданным, просто он подозревал о наличии в своей среде шпионов, только вот думал совсем на других людей.
Известие о том, что Лили Эванс - его дочь настолько поразило его, что на несколько дней выбило из колеи. Это случилось два года назад. Год он просто отмахивался от этих мыслей, но никак не мог отделаться. В конце концов, он решил вытащить Гарри из Азкабана, но все попытки дотянуться до внука заканчивались провалом, словно тот умер, но сведения, поступающие из тюрьмы, говорили об обратном. Оставалось неясным, почему тогда оборвалась связь. Волдеморт специально не влезал в разум мальчишки все годы, а зачем, если враг повержен. Это ведь только усугубляло состояние – не нужен никому, ни друзьям, ни врагам.
- Милорд, - нарушил тишину вокруг тихий голос Блейза. Волдеморт повернулся и взглянул на юношу. Блейз чуть оглянулся, а затем тихо продолжил. – Вы плохо держите маскировку.
Волдеморт только кивнул, стряхивая с себя задумчивость и тут же начиная укреплять внешние чары и держать свою странную анимагическую форму непонятно чего. Ему как-то и в голову не приходило, что он Наг. Что ж, все мы люди, и нам суждено ошибаться или о чем-то не догадываться.
- Есть какие-нибудь сведения о том, что конкретно здесь произошло? – почти не размыкая губ поинтересовался Темный лорд.
- Никаких, милорд, - склонил голову Блейз. – Защита стала изощреннее и сильнее.
- Интересно, и что все это значит? – Волдеморт ни к кому не обращался, поэтому и Блейз оставил вопрос без ответа.
- Милорд, - рядом появилась Панси.
- Что выяснили? – сразу же задал вопрос тот.
- Ничего вразумительного. По всему периметру Замка тянется живая цепь непонятного кустарника, который убил еще троих, слишком близко подошедших к изгороди, но..., - Панси замолчала.
- Что? – Волдеморт посмотрел на девушку.
- Она не тронула меня, - ответила Панси.
- Есть идеи? – спросил Блейз.
- Да, мне кажется, они чувствуют с каким настроем тот или иной человек пытается пройти на территорию Замка, - произнесла Панси. – Мы там провели небольшой эксперимент. Третий погиб в ходе него. Если идти в Замок с намерением причинить вред, то можно расстаться с жизнью, если просто агрессия, но без членовредительства – поступает предупреждение, а вот если намерения не агрессивные, а там, скажем, встретиться с другом, чай попить – то, как говориться, добро пожаловать.
- Интересная теория, - произнес Волдеморт, и пошел к изгороди. Та в ответ зашевелилась, ощетинилась, но не больше. Темный лорд прищурился, что смотрелось на страшном безносом бледно-зеленом лысом лице, мягко говоря, устрашающе, затем приказал. – Паркинсон.
Панси, скрыв улыбку, шагнула к лорду. Волдеморт отошел от изгороди. Поняв, что от нее требуется, девушка подошла вплотную к изгороди, которая просто слегка шевелилась. Вдруг прямо перед девушкой появился красивый нежно-розовый бутон неизвестного цветка. Бутон пошевелился, словно прося, чтобы его взяли. Панси аккуратно взялась за стебель, раздался щелчок, и цветок оказался в руках девушки.
- Интересно, - задумчиво произнес Темный лорд. – Забини.
Блейз проделал ту же операция, что и Панси. Цветком его не одарили, но вот странный подзатыльник от довольно увесистой ветки, уже отходя от кустарника, он заработал. Блейз изумленно посмотрел на чем-то недовольную изгородь. Панси, да и еще несколько пожирателей, старались всеми силами не рассмеяться. Ну, ни каждый же день увидишь, как растение дает кому-то подзатыльник.
- Интересно, - снова произнес Волдеморт, устремляя взгляд на белое здание. На какую-то долю секунду ему показалось, что драконы, обвивающие шпили, подняли головы и посмотрели прямо на него. Темный маг моргнул, но все было как прежде. – Уходим. Просто остается, следите, и не дай вам что-нибудь пропустить, - Волдеморт мрачным взглядом красных глаз обвел тех, кто оставался дежурить у Замка, после чего аппарировал, а за ним и остальные, то есть ближний круг и элита, о которой даже ближний круг понятия не имел. Волдеморт только через несколько часов узнает о том, что же произошло буквально спустя минуту после его исчезновения.

Дамблдор потирал свою бороду, пытаясь понять, что же собственно вообще происходить в этом мире, а на данном участке земли в частности. Никакой особенной магии он не чувствовал, никаких особенных потрясений не происходило. "Так какого черта на месте мрачного особняка Малфоев тут красуется произведение искусства неизвестного зодчего?" – в сердцах выругался Дамблдор про себя. За последнее время все планы, которые разрабатывались, летели в тартарары. Почему-то, узнав о том, что Гарри Поттер не виновен, директор решил, что все будет по-прежнему, так, словно, ничего не произошло. А тут такой облом, по полной программе. Но больше всего старого мага бесило то, что он не мог объяснить происходящие вокруг события. Одно то, что Гарри остался четырнадцатилетним, ну, теперь уже пятнадцатилетним, подростком, заставляло с непониманием глядеть на всю историю. Почему это мальчишка с радостью отдался Малфоям, а не тем, кто всегда был рядом с ним? Странное поведение и мышление для человека, которого все считают чуть ли на самым мудрым на свете. Пожалуй, такие мысли приходили в голову только двум людям – Сириусу Блеку и Ремусу Люпину, но оба уже поняли, что потеряли Гарри не вчера, не месяц назад, ни в тот день, когда узнали, что он невиновен, а тогда, когда ничего не сделали, зная, что мальчик не мог быть ни в чем виноват.
Дамблдор уже около получаса стоял в одной позе, созерцая замок перед собой. Он внимательно разглядывал внешнее убранство Замка, про себя удивляясь изысканности отделки. Заклинание Оптикус лупус действовало также как маггловский бинокль, так что директор мог рассмотреть каждую деталь. Ему не давало покоя мысль, каким образом тут возникло это, а главное с какой стати. Ему не приходило пока в голову связать все события последнего времени воедино. За последние десять лет директор слишком поверил в свою силу и непогрешимость, ему даже в голову не могли прийти, что есть кто-то сильнее его, он даже Волдеморта не считал сильным противником, просто все дело было в пророчестве. Если бы Дамблдор знал, к чему приведет его ошибка и нежелание разобраться в ситуации, он бы, наверное, раз десять подумал, прежде чем что-либо делать, но что сделано, того уже не воротишь.
- Как такое могло произойти? – к директору подошла Гермиона, тяга к знаниям у которой так и не прошла со временем.
- Хотел бы я знать, - пробурчал Дамблдор, но тут же спохватился. – Надо проверить все на наличие темной магии.
- Гарри нельзя оставлять тут, - нахмурилась девушка. – Они темные маги и только испортят. Гарри еще надо исполнить пророчество.
- Конечно, конечно, моя девочка, - кивнул директор, выдохнув с облегчением, когда понял, что Гермиона просто не заметила его оговорки в начале.
- Не забывайте, что Малфой провел обряд усыновления, пусть и не полный, но Гарри по закону теперь его сын, - высказался кто-то за спиной Дамблдора.
- На любого можно найти управу, - произнес директор. – Мальчика надо вернуть на путь истинный, и как сказала Гермиона, ему еще пророчество исполнять, а вот потом уже пусть делает, что хочет.
- Да, но только проникнуть на территорию мы все равно не можем, - пожал плечами Чарли Уизли. – Интересная тут защита, я бы сказал довольно жуткая.
- Что ты имеешь в виду, Чарли? – Рон посмотрел на старшего брата.
- Мы тут пока ходили кругами, пытались перебраться на ту сторону, - усмехнулся Чарли. – Нас не пустили, при этом довольно сильно покусали.
- Кто? – Гермиона недоуменно посмотрела на деверя.
- Изгородь эта, будь она не ладно, - Симус Финиган, аврор со стажем бросил злой взгляд на кустарник по периметру земель Малфоев. Гермиона несколько минут странно смотрела на него, а затем шагнула к изгороди. Как Рон успел вытащить ее из-под удара плетей кустарника, никто не понял, но ему это удалось. Щеку юноши теперь пересекал набухший широкий красный рубец. Его все-таки задело.
- Как интересно, - задумчиво произнес Дамблдор, не зная, что повторяет слова своего врага один в один по тому же самому поводу.
- И как это понимать? – рыкнул Грюм, ковыляя к изгороди, та в ответ ощетинилась шипами. Старый аврор замер, покачал головой, просмотрел ее своим магическим глазом и хмыкнул. – Ну и ну, вот это кустарничек, живой, между прочим.
- ЖИВОЙ?! – в несколько голосов воскликнуло несколько человек.
- Живой, живой, - подтвердил Грюм. – И защита тут выше крыше, я о такой даже не слышал, только вот она не темная.
- Ну, хоть радует, что все-таки тут все сделано с помощью светлой магии, - мрачно выдала Гермиона.
- А кто говорил, что тут применена светлая магия? – зыркнул на девушку Грюм.
- Так, вы же, - недоуменно произнесла Гермиона.
- Я сказал, что она не темная, я не говорил про светлую, - Грюм повернулся к Замку.
- А что тогда? – раздалось несколько голосов.
- Понятия не имею, она не чувствуется ни как светлая, ни как темная, - мрачно ответил Грюм. Дамблдор тоже не мог определить сущность магии, и это бесило. Он жутко не любил, когда не знал ответов на свои вопросы, а сейчас прекрасно понимал, что даже в книгах не сможет их найти. Все происходящее противоречило законам магии, которые он знал. Директор не понимал, что главным тут было слово "знал", он как-то забыл, что магия существует очень давно, и многое забылось с течением времени, но бывает и такое, что забытое возвращается в этот мир.
- Здесь Тот-кого-нельзя-называть! – крик нарушил установившуюся тишину, пока все смотрели на Замок.
- Где? – Дамблдор быстро для своего возраста развернулся к кричащему.
- Там, - указал тот рукой. Выхватывая палочки челны Ордена в прямом смысле ломанули в сторону предполагаемого местоположения Темного Лорда.

Сириус стоял немного в стороне от всех остальных. Компанию ему составлял только Ремус, его старинный друг. Было видно, что оборотень с трудом пришел в себя после увиденного разрушения поместья Малфоев.
- Мы теперь только вот так и можем стоять, - тихо произнес Сириус.
- Мы поговорим с ним, Сириус, все объясним, - Ремус посмотрел на друга своими светло-карими глазами.
- Нет, Ремус, не поговорим, если он сам не захочет, а он еще долго не захочет, если вообще у него появится такое желание, - покачал головой Сириус.
- Почему ты так думаешь? – Ремус не хотел слышать ответа на свой вопрос, ему не хотелось подтверждения своим мыслям.
- Ему все равно, Рем, мы ему безразличны, а Дамблдор этого не понимает, - тихо сказал Сириус. – Другой бы на его месте уже хоть что-то бы нам сказал, а тут нет ничего, вообще ничего. Рем, он даже не проявил в наш адрес ненависти. Мы для него не существуем.
- Ты смирился, - прошептал Ремус, не глядя на Блека.
- Да, я сам виноват в том, что произошло. Я ведь знал, что это не он, но ничего не сделал, как последний трус, спрятался в своей скорлупе, - в голосе Сириуса слышалось презрение к самому себе. Ремус усталым взглядом посмотрел на друга.
- Мы его потеряли? – безнадежно спросил Люпин.
- Да, - односложно ответил Сириус, с болью в глазах взглянув на оборотня. Тот опустил голову, скрывая от всех выражение своего лица.
Сириус отсутствующим взглядом смотрел на то, как Дамблдор переговаривается с Уизли, Грюмом, его просто перестало все это интересовать, причем уже давно, но если в течение десяти лет он умело изображал жизнь, то когда кокон его не принял и не отдал мальчика ему, что-то умерло внутри, но когда Гарри плавно опустился на руки Драко Малфоя, Сириус просто перестал жить. Только в тот момент он понял, что все время, что крестник был в Азкабане, он просто надеялся, во что-то верил. Он даже смог бы жить, если бы Гарри умер, просто проводил бы время на его могиле, но знать, что тот жив и недосягаем, сломало мужчину окончательно. Он теперь просто существует. Сириус знал, что бороться за жизнь он уже не будет, надежда умерла, иссякла, впереди была только пустота и бездна. Даже Ремус не мог удержать его на краю пропасти, в которую с каждой минутой он все больше склоняться. Оставалось еще чуть-чуть, и он упадет. Сириус еще не знал, что так просто ему уйти не дадут. Каждый должен был заплатить ту цену, которую заслуживает. И первым на путь наказания предстояло встать именно Сириусу Ориону Блеку.
Ремус погрузился в свои невеселые мысли, все чаще проклиная себя за все ошибки, которые совершил. Ему вспомнилось все: как поверил в виновность Сириуса; как сдался перед Дамблдором, утверждавшим, что Гарри лучше всего будет у родственников; как слушался директора, зная, что тот не прав; как ничего не сделал, когда Гарри повезли в Азкабан. Сколько еще было этих как, а еще больше если, но ничего нельзя было изменить. "Мерлин, как бы я хотел быть всего лишь волком, не знать этих забот, не думать ни о чем", - пронеслось в голове у оборотня. Он понимал, что мальчик стал для них очень далек. Чего он не понимал, так это того, как директор не видит, что все изменилось, что по-прежнему уже не будет ничего. Гарри Поттер, которого все знали, больше нет, нет того наивного мальчика с доверчивыми глазами в круглых смешных очках, которые почему-то так ему шли. Они сами, собственными руками убили это маленькое светлое существо, загубили ему все: детство, школьные годы и саму жизнь.
Ремус отошел от Сириуса и приблизился к изгороди, которая забурчала, но ничего по отношению к нему не предпринимала. Этого никто не заметил.
- Прости, Гарри, прости, если когда-нибудь сможешь, - прошептал Люпин, обречено глядя на Замок. Его откровения были прерваны криком, появившегося дозорного.
- Здесь Тот-кого-нельзя-называть!
- Где? – Дамблдор быстро для своего возраста развернулся к кричащему, что поразило Ремуса. В голову пришла мысль, что директор зачем-то всех обманывает.
- Там, - махнул рукой себе за спину дозорный. Ремус присоединился к тем, кто вытащил палочку и ринулся в указанном направлении. Оборотень заметил, что Сириус, как и он, спешит со всеми, держа палочку приготовленной для боя.

Пожиратели, оставленные следить за Замком с удивлением наблюдали за картиной, как из-за поворота появляется кучка народа, во главе которой очень бодренько несется сам великий светлый маг Альбус Дамблдор.
- Стой! – крик Дамблдора слился с хлопком аппарации, в котором исчезла большая часть Пожирателей, за несколько секунд до этого аппарировали Темный лорд и его ближний круг. – Отследить, - приказал директор, чем, наконец, вывел из ступора ошарашенных пожирателей. В обе стороны полетели заклятия, причем со светлой стороны летели отнюдь не светлые. Никто не обратил внимания, как ощетинилась изгородь, а с земли поднялась светящаяся полупрозрачная стена метра на три верх с внешней стороны изгороди – дополнительная защита, на всякий случай. Как оказалось, это самый всякий случай наступил уж очень быстро.
- Ступефай, - луч летит в направлении Дамблдора.
- Протего, - щит поглощает луч, и тут же в ответ отправлено свое. – Петрификус Тоталус.
- Круцио, - это уже Финиганн направляет свою палочку на очередного пожирателя.
- Империо, - в кого-то из членов Ордена летит заклятие подвластия.
- Секо...
- Риктусемпра...
- Ступефай...
- Инсендио...
- Авада..., - пожиратель не успевает закончить заклятие, как между пожирателями и членами Ордена появляется столб горизонтального огня, словно выдуваемый со стороны изгороди. И те, и другие поворачивают голову в сторону изгороди и замирают под взглядом черно-желтых глаз какого-то странного, совершенно незнакомой породы дракона. Пасть открывается и обе команды резко отскакивают в сторону. Пламя ревет так, что уши закладывает. Секунда, вторая, третья... Дракона нет. О том, что такое вообще им не приснилось, говорили выжженная земля, подгоревшая одежда на тех, кто не успел вовремя отскочить и... пол сгоревшей бороды у Дамблдора, которая все еще продолжала дымиться. Кто-то из молодых пожирателей, бывших учеников Хогвартса, не выдержал и, держась за живот, согнулся от дикого хохота, глядя на эту самую бороду, красу и честь Альбуса Дамблдора.
- Ступефай, - выкрикнула Гермиона, направив палочку на хохочущего пожирателя. Заклинание достигло цели. Бой возобновился. Дамблдор бросался высшими заклинаниями.
- Мстит за бороду, да не тому, - проворчал Сириус, уворачиваясь от очередного секо, направленного в его сторону. Мелькнула мысль все бросить и просто встать на пути какого-нибудь заклинания и все разом закончить. Мужчина повернулся к Замку и замер, глядя, как от замка двигается какая-то тень, облако. Этого замешательства хватило, чтобы в него полетело заклинание медленной смерти, выпущенное пожирателем. Но тот так и не увидел, что цели оно не достигло, его отвлекли нападавшие. Вокруг Сириуса что-то заклубилось, и он исчез буквально за секунду до того, как луч прошил то место, где он только что стоял.
Ремус рванулся к другу, как только понял, что того сейчас накроет черный луч, на полпути он встал как вкопанный, поняв, что Сириуса тут больше нет. Друг пропал неизвестно как, и не известно куда. Оборотень посмотрел на Замок и увидел, как к изгороди что-то двигается, в следующее мгновение его сознание помутилось, он только уловил состояние полета, затем все померкло. Никто из членов Ордена не заметил исчезновения двух своих товарищей.
Несколько раз то пожиратели, то орденцы бросали взгляд на Замок, но никто из них не видел того же, что Сириус и Ремус, никакой тени или облака.
Бой закончился неожиданно для всех. Просто в одно мгновение Пожиратели оказались посреди какой-то поляны в каком-то непонятном лесу, а члены Ордены на берегу быстро текущей реки, и в ту и другую сторону не было видно ни одной живой души. Кое-кому надоело их присутствие. Выбраться и тем, и другим удалось лишь через час, аппарировать все это время у них не получалось. Пожиратели отправились к Темному лорду на доклад, а орденцы вместе с Дамблдором в штаб Ордена, где и заметили отсутствие двух своих членов.
Он стоял и улыбался, довольно потирая руки. Как же было здорово. Эти ведь припадочные поверили, что видели дракона, а это была только иллюзия и очень мощное заклинание Инсендио, просто направленное как надо. Старичок злорадно улыбнулся, вспомнив подпаленную бороду своего вечного врага. В отличие от всех, он-то как раз представлял, что тут произошло. Не все знания в этом мире были утеряны. И этот замок уже когда-то существовал, задолго до Азкабана, просто сейчас два вещи слились в одну.
Старик повернулся к Замку, отвесил поклон и улыбнулся, уже искренне.
- Приветствую тебя, судья. Добро пожаловать в этот мир. Двое уже ждут своего приговора, тебе выбирать меру наказания. Я твой Вестник. Защитник, Обвинитель и Палач рядом с тобой. Время править справедливость, мальчик.
Старик еще раз окинул довольным взглядом Замок и исчез в небольшом серебристом вихре, успев только насмешливо хмыкнуть.
- Вот уж не думал, что моя шутка про внука сработает. А ты оказывается такой доверчивый, Темный лорд.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:33 | Сообщение # 9
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 8. А в это время в замке...
Северус открыл глаза. Он мгновенно перешел из состояния сна к бодрствованию. Первое, что ему показалось неправильным, это то, что он сидит, сидит в мягком удобном кресле, а по идее должен бы лежать на полу рядом с остальными. Северус повернул голову вправо и увидел Люциуса, все еще находящегося в объятиях Морфея и также сидящего в кресле. Зельевар нахмурился, затем оглядел себя. Одежда была черной, как обычно, но вот покрой и ткань явно были не теми. На нем была мантия, только расстегнутая, и она была сшита из очень дорого шелка, на манжетах серебром была выполнена вышивка в виде рун, по подолу была такая же вышивка. Костюм также был черным, но рубашка под пиджаком – серой, с воротником стойкой, вместо галстука – черная сантиметра в два шириной ленточка. Покрой представлял собой нечто среднее между современной модой и старинным военным костюмом. На ногах – великолепные кожаные черные туфли. Северус передернул плечами, по спине побежали мурашки оттого, что он никак не мог себе объяснить, что же собственно произошло.
Зельевар снова перевел взгляд на Люциуса. Он помнил, что на друге была одета дорогая черная мантия и темно-синий костюм. Сейчас же все было иначе. Мантия была темно-синей с серебряной вышивкой и тоже расстегнутая, как и на нем самом. А вот костюм был темно-серым, выгодно подчеркивающим глаза мужчины. На ногах под цвет одежды кожаные туфли. На шее, тонкая темно-серая ленточка, только не завязанная, как у него, а скрепленная серебряной брошью в виде свернувшейся змеи, держащей в кольце ограненный алмаз.
Наконец, Северус обратил внимание на комнату, в которой сидел. Прямо перед ним был камин, выложенный из черного камня. Стенки были выполнены в виде двух единорогов, получалось, что камин не прямоугольный, а треугольный. Смотрелось это впечатляюще. Оба кресла стояли перед камином, на полу лежала светлая шкура. Северус поднялся, никаких признаков головокружения или чего-нибудь еще не последовало. Он огляделся. Комната, скорее всего, была гостиной. В углу, у окна располагался мини-бар. Северус подошел туда и налил себе в бокал красного вина. Сделав глоток, мужчина удовлетворенно улыбнулся. Вкус был отменным. Чуть дальше стояло два стола: один с шахматами, где доска была расчерчена прямо на столешнице, а второй карточный, причем играть могло четыре человека. Вдоль стены, от двери стояло несколько диванчиков, на которых можно было бы неплохо отдохнуть. Окно в комнате было в полстены, открывая изумительный вид на пруд и китайскую беседку.
- Невероятно, - раздался голос Люциуса. Северус обернулся и посмотрел на друга. Они оба впервые не смогли удержать своего удивления и восхищения, но сейчас и не надо было прятать свои чувства, здесь были все свои.
- Да, уж, - выдохнул Снейп. – Хотелось бы еще понять, где мы.
- Насколько я помню, дом начал рушиться, мы побежали к Гарри и Драко, нашли их лежащими на полу, - задумчиво произнес Люциус, глазами пробегая по стенам, украшенным гобеленами.
- Да, проснулся я уже здесь, как и ты, - кивнул Северус.
- Так, а где мальчики? – Люциус пристально посмотрел на друга. Северус ответил на взгляд блондина, затем посмотрел на дверь. Оба мужчины в мгновение ока оказались в коридоре и замерли, рассматривая освещенный факелами коридор. Факелы держали скульптуры, изображающие девушек.
- Где мы, черт возьми? – не выдержал Люциус.
- Господин в своем замке, - пропищал эльф, стоящий за спиной мужчин. Северус и Люциус так резко обернулись, что домовик весь сжался, боясь гнева хозяина.
- Что ты хочешь этим сказать? – Люциус мрачно уставился на домовика.
- Это поместье рода Малфоев, только оно изменилось, - пропищал тот в ответ.
- Мы в Малфой-меноре? – уточнил Снейп.
- Да, господин Северус, только это теперь Замок Малфоев, - энергично закивал головой эльф.
- Замок? – изумленно прошептал Люциус. Домовик сова закивал как китайский болванчик.
- Ты не знаешь, где молодые господа? – Северус, наконец, вернулся к теме, из-за которой они вылетели из комнаты.
- Пятая дверь направо, налево по коридору этажом выше. Они в гостиной младшего сына господина, - тут же выдал домовик.
- А где лестница? – Люциус уже успел взять себя в руки. Эльф указал рукой, куда идти. Пока они шли по освещенному коридору, то успели заметить, что все двери были из дорогого дерева, инкрустированные серебром или еще чем. Лестница вообще вогнала их в ступор. Беломраморное великолепие уходило вверх и вниз, перила были, наверное, жемчужиной кузнечного мастерства. На ступеньки был уложен зеленый с серебром ковер, что бы, не дай Мерлин, никто не поскользнулся и не упал. Предела удивлению и изумлению не было. Если этаж, который они только что покинули, был выполнен в темных тонах и украшен скульптурами девушек и серебром, то четвертый, на который они поднялись, был весь в оттенках песочного цвета – от почти белого, до красного. Двери были из красного дерева, с искусной резьбой. Вместо факелов со стен свисали фонарики, которые держали в пасти небольшие скульптурные головы драконов. Весь коридор был застелен ковром терракотового цвета. Наконец, они подошли к нужной двери.
Люциус решительно открыл дверь и вошел. Сделав несколько шагов, мужчина понял, что не так в комнате. Здесь было не два человека, как должно было быть, а три. И этот третий стоял за креслом его новоприобретенного сына, положив руку на плечо Гарри. Северус встал рядом с Люциусом и с непроницаемым лицом смотрел на мужчину. И Гарри, и Драко все еще спали.
Новое лицо было довольно интересным. Мужчине можно было дать от сорока до пятидесяти лет. В светлой шевелюре то тут, то там все-таки можно было увидеть седые пряди. Волосы были убраны в хвост и завязаны черной лентой. Аккуратная бородка, усы придавали лицу особое очарование, но можно было сразу сказать, что этот человек не аристократ и очень много времени проводит на воздухе. Одежда была странной, выполненной из кожи и шкур, но смотрелась на могучей фигуре двухметрового гиганта великолепно, словно это было одно целое – тело и одежда. На поясе Люциус и Северус разглядели пару очень острых топоров, ножны, в который был вставлен меч с широким лезвием. Чуть в стороне на стоике лежало нечто, напоминающее шлем, но с двумя рогами по бокам. Северус первым понял, кто именно стоит перед ними.
- Рогнар?!
В ответ последовал кивок. Люциус сначала посмотрел на Северуса, затем на мужчину, затем обвел комнату взглядом. Ворона нигде не было. На губах мужчины появилась чуть заметная усмешка, и тут его охватило легкое голубоватое свечение, и через секунду на спинке кресла сидел ворон.
- Вот черт, - пробурчал Люциус. Ворон снова обернулся человеком.
- Что здесь происходит? – спросил Северус, ни к кому конкретно не обращаясь.
- Наследник вступает в свои права,– с легким акцентом произнес Рогнар.
- И что это значит? – спросил Люциус, все еще не двигаясь с места.
- Не могу сказать. Я так и не смог узнать замысел моего друга, но мальчик его наследник. Я только знаю, что я его защитник, - сказал Рогнар.
- Символ и защитник, – задумчиво произнес Северус, глядя куда-то на стену.
- Символ? – Люциус недоуменно посмотрел на друга, а затем проследил за его взглядом. Зельевар смотрел на гобелен на стене, на котором было изображено развевающееся на ветру знамя – зеленое полотнище с черным, расправившим крылья, вороном. – Ничего не понимаю.
- Думаю, со временем разберемся, - усмехнулся Северус, к которому вернулся весь его сарказм.
Драко зашевелился и открыл глаза. В следующее мгновение он уже был на ногах, а его палочка направлена на Рогнара.
- Драко успокойся, это Рогнар – ворон, - со смешком произнес Северус.
- Ворон?! – молодой человек чуть не выронил палочку из рук, и именно в это мгновение он на нее и посмотрел. – Это что?
- Драко? – Люциус подошел к сыну.
- Это не моя палочка, - выдохнул Драко, хотя сейчас, держа эту палочку, он мог сказать, что чувствует себя с ней единым целом намного больше, чем с прежней. Северус нахмурился, залез в карманы мантии. В правом он нащупал палочку и вытащил ее на свет, судорожно вздохнул. Палочка была другой – из черного палисандра, с резной рукоятью, и вставленным в навершие черным агатом, на самый кончик палочки был надет серебряный острый наконечник.
- Что происходит? – Драко был на грани, поглядывая то на палочку, то на свои сине-голубые одежды.
- Успокойся, - Люциус положил руку на плечо сына, разглядывая его палочку – дерево было темным, с красным отливом. "Скорее всего, вишня", - промелькнуло в голове у Люциуса. Ручка палочки была обтянута кожей с вырезанными на ней символами, заканчивалась она бронзовой стилизованной лапой, но какого именно животного, было не понятно, кончик палочки также был украшен, как и у Северуса, острым наконечником, но из бронзы.
- Люц, тебе стоит посмотреть на свою палочку, она думаю, тоже отнюдь не прежняя, - совершенно спокойно произнес Северус. Люциус засунул руку в карман и вытащил палочку. Только долю секунды на его лице можно было читать удивление. Палочка действительно была не той. Дерево двух оттенков – ярко- и темно-коричневого цвета, что указывало на ее происхождение – груша. На кончике бронзовый наконечник, на рукоятку надето бронзовое изящное ажурное одеяние из той же бронзы, в навершие вставлен большой рубин.
- Мда, - только и смог высказать свое мнение Люциус.
- Что происходит? Почему такие изменения? Откуда такие палочки? – Драко как из пулемета задавал свои вопросы.
- Хранитель, Обвинитель, Палач, - тихо произнес юношеский голос. Все четверо мужчин посмотрели на последнего человека в комнате.
- Гарри, как ты? – Драко тут же присел перед мальчиком. Тот улыбнулся в ответ. Это была первая улыбка за все время. Драко улыбнулся в ответ.
- Все хорошо. Я не могу пока все объяснить, но вы трое: Хранитель, Обвинитель и Палач, я только знаю, кто Хранитель, - нахмурившись, произнес Гарри.
- И кто? – спросил Драко.
- Ты, - улыбнулся мальчик.
- Приветствую, наследник, - произнес Рогнар.
- И ты здравствуй, великий викинг, - ответил на приветствие Гарри.
- Откуда ты знаешь приветствие разбойного народа? – чуть удивился мужчина.
- Я не все еще понял, - снова нахмурился Гарри.
- Ты когда говорил о Хранителе и так далее, имел в виду и изменение палочек? – Северус уселся в кресло напротив Гарри.
- Да, это палочки тех, кто будет рядом с Судьей, - кивнул Гарри.
- Судья – ты? – уточнил Драко.
- Да, только я не совсем понимаю, что это значит, - растеряно произнес Гарри.
- Всему свое время, малыш, не стоит торопить события, - раздался чуть ехидный голос в комнате. Три палочки и меч тут же были направлены в сторону голосу. Обладателем сего стал никто иной, как тот самый старец, который так потешался над незадачливыми наблюдателями за замком.
- Вы кто? – спокойно произнес Гарри. Он не чувствовал никакой угрозы со стороны этого человека. Невысокий, с седыми волосами, убранными в хвост и падающими до середины спины, аккуратной, не очень длинной бородкой, лукавыми глазами, сухопарой фигуркой, облаченной в черную дорогую мантию, он не вызывал чувства опасности, на первый взгляд, но на самом деле, все было как раз наоборот, только им ничего не угрожало, и это Гарри знал точно.
- Мое имя вам пока знать не надо, но скажу, что я твой Вестник, Судья, - с легкой усмешкой поклонился мужчина. – Я давно тебя жду. Еще семь десятков лет назад было предсказано твое пришествие, только вот никто не слышал сего предсказания, ну, кроме меня, конечно.
- И чем же вы такой особенной? – Драко скептически посмотрел на старца.
- Не недооценивай его, Драко, - улыбнулся Гарри. – Он совсем не так безобиден, как кажется.
- Благодарю, малыш, - насмешливо поклонился старик.
- Что за Вестник? – Северус пристально смотрел на нового собеседника.
- Здесь сейчас собрались все те, кто будет помогать, Судье вершить правосудие. Я – Вестник, тот, кто будет нести весть о суде, или если мне что-то не понравиться, я могу направлять в темницу тех, кто заслуживает, по моему мнению, наказания. Так, как я уже направил двоих в темницу замка, и они теперь будут ждать решения Судьи. Хранитель – это друг и помощник, а в нашем случае еще и брат. Хранитель может заменить Судью, если возникнет такая необходимость, но Хранитель в первую очередь не позволяет Судье потерять все чувства, стать лишь бездумной машиной правосудия. Он стоит на страже того, чтобы судья оставался человеком и мог смягчить приговор, поступить по совести, а не отправлять всех на плаху.
- Вы хотите сказать, что без Драко я могу превратиться в монстра? – Гарри поежился.
- Да, малыш, это так. Именно Драко тот, кто позволяет тебе оставаться человеком, смеяться, играть, наслаждаться вкусом и красотой. Хранителя надо беречь. Если он погибнет, то Судья станет очень жестоким и безжалостным и заработают старые древние законы, когда все провинности наказывались или лишением конечностей, или смертью, - серьезно сказал Вестник.
- Жутко, - Гарри и не заметил, как вцепился в руку Драко, а тот лишь успокаивающе поглаживал его по руке.
- Я с тобой, - улыбнулся блондин, за что получил благодарную улыбку.
- Теперь дальше. Рогнар, великий ворон и викинг, он не совсем маг, это вообще отдельная история. Если он захочет, он вам расскажет о викингах и их историю. Он Защитник, тот, кто будет защищать Судью и Хранителя от посягательств на их жизнь, и он же символ, как вы уже успели заметить, продолжил свой рассказ Вестник. – Остались еще двое: Обвинитель и Палач. Это вы, - старик посмотрел на Люциуса и Северуса. Надо сказать, что палочки уже давно были убраны, как и меч.
- И почему я уверен, что Палач, это я? – пробурчал Северус.
- Вы правы, - подтвердил старик догадку зельевара. – Вы Палач, но вам не нужно в прямом смысле выполнять приговор Судьи. Вы зачитываете вердикт после того, как Судья выносит решение. И только после ваших слов он вступает в силу, магия все сделает сама.
- Это радует, мне не придется никому рубить головы своими руками, - полным сарказма голосом произнес Северус.
- А зачем нужен Обвинитель? – спросил Люциус.
- Обвинитель зачитывает весь список правонарушений и преступлений перед Судьей, - улыбнулся старик.
- Но как вообще все так вышло? И откуда вы столько знаете? – Драко смотрел прямо на старца.
- Я долго готовился к этому. О том, что я буду Вестником при Судье, я узнал в день своего совершеннолетия. Я перекопал множество источников, даже побывал в Азкабане и изучил все летописи и книги, составленные смотрителями. Азкабан возник уже намного позже того времени, когда правосудие вершил Судья и его компаньоны. Но потом вдруг никто не смог найти последователя, приемника. Как оказалось, именно Азкабан должен был стать следующим Судьей. Он разгадал эту загадку за неделю до того, как прочел заклинание и выдал свое пророчество о своем Наследнике. Азкабан до семнадцатого века был живым, а потом уснул. Как вы думаете, откуда все смотрители черпали свои истории? Да, да, от самого Азкабана, который нашептывал им. Столько столетий не было Судьи, и, наконец, он пришел снова. Малыш стал Судьей не как приемник, а как Наследник, к которому со временем перейдут все силы Азкабана. И теперь только потомки мальчика могут быть судьями, или если у него не будет детей, то он может назначить приемника и передать ему силу, - Вестник замолк, давая мужчинам осмыслить все сказанное.
- Что случилось с моим поместьем? – после довольно продолжительного молчания задал вопрос Люциус.
- Возрождение замка Судьи, - пожал плечами старик.
- Я правильно понимаю, вы были в Азкабане, тот почувствовал в вас Вестника, проснулся, и все вам рассказал?! – Драко не столько спрашивал, сколько утверждал.
- Умный мальчик, - усмехнулся старец.
- В это очень трудно поверить, - тихо произнес Гарри.
- Я понимаю, но все так оно и есть, - улыбнулся уже более искренне старик.
- Мне сейчас никого не надо судить? – растеряно спросил Гарри, вспомнив, что в разговоре Вестник упомянул о двух людях, направленных им в темницу.
- Прямо сейчас нет. Время для вынесения приговора ты сможешь выбрать сам. Ты поймешь, когда готов встретиться с человеком, который должен был тебя защищать и его другом-оборотнем, - серьезно произнес старик.
- Блек и Люпин? – Северус с трудом скрыл удивление.
- Именно они, - кивнул Вестник. – Ты узнаешь, когда придет время для их приговора. Тебе еще надо услышать самого себя. А мне пора. Кстати, в замок свободно можем пройти только мы шестеро и домовики Малфоев.
- Хоть это радует, - усмехнулся Люциус. Старик уже успел бесследно исчезнуть. – Ну, и что вы все об этом думаете?
- Что-то вы быстро пришли в себя? – подозрительно прищурился Гарри.
- Знаешь, после того, как ты плавно спланировал на руки Драко после того, как чуть не угробил всех остальных, при этом тебе только пятнадцать лет, а должно быть на десять больше, я вообще уже перестал чему-либо удивляться слишком сильно и долго, - со вздохом выдал Люциус.
- Но если честно, то новость просто одуряющая, - хмыкнул Северус. Гарри оглядел всех, потом встал с кресла.
- Я не хочу сейчас думать об этом, давайте осмотрим замок, - мальчик умоляюще посмотрел на взрослых.
Следующие несколько часов они потратили на знакомство с замком. Они обследовали все этажи, заглянули почти во все комнаты. Их спальни находились на четвертом этаже. Пятая дверь – Гарри, за ней – Драко, а в конце коридора напротив друг друга – Люциуса и Северуса. В каждой комнате были гостиная и собственно сама спальня, где была дверь в большую уютную ванную комнату. Комнаты Гарри были выполнены в теплых бежево-салатовых оттенков. Отделка в комнате Драко была более насыщенных тонов зеленого цвета с белыми вставками. У Люциуса комнаты были всех оттенков серого. Смотрелось очень даже благородно. Можно было сказать, что комнаты Северуса были темными, если бы не освещение, которого была масса. Глубокие синие цвета с вкраплениями черного. Драко даже позавидовал крестному. На этом же этаже было еще четыре спальни, находящиеся рядом с комнатами всех четырех мужчин и соединенные дверью. Как оказалось, комнаты были предназначены для супруг, что удивило всех четверых. Около лестницы располагалась небольшая комната, чем-то напоминающая библиотеку, но книг тут пока не было. Как объяснили домовики, это читальный зал. Можно было по каталогу вызвать книгу прямо в эту комнату и наслаждаться чтением, сидя на диванах или в креслах. В другом конце коридора располагалась большая гостиная, с окном во всю стену, с панорамой на парк.
Второй этаж был гостевым: спальни, гостиные и пара кабинетов. На третьем этаже располагались три столовые по одну сторону: первая – на восемь персон, вторая на двадцать, а третья - на триста, для приемов. По другую сторону коридора – бальный зал, из которого вело восемь дверей. Зал был очень светлым, красивым, полы из паркета различных пород дерева. Вдоль стен располагалась диванчики, Противоположная стена представляла собой сплошное окно. В боковые стены были спрятаны за драпировками из бордового бархата ниши для парочек, где установлены удобные кушетки и диванчики. Таких ниш было восемь. Люциус и Северус только хмыкнули, когда Гарри очень подробно облазил все восемь ниш. Они не были одинаковыми, каждая представляла собой что-то свое. Одна, например, была нишей Наяды и выполнена в соответствующем стиле. Первый этаж тоже можно было назвать гостевым. Огромный холл, пара гостиных, столовая на двенадцать персон и в самом дальнем конце зимний сад, где можно было погулять и отдохнуть. Но самое интересное начиналось естественно выше. Пятый этаж был полностью отдан под библиотеку, вход в которую начинался прямо с лестницы. Попасть в нее могли только обитатели замка, гостям требовалось разрешение хозяев на ее посещение. В общем, на осмотр шестого этажа они отправились без Северуса, который после обнаружения сего достояния замка был для них потерян. На шестом этаже располагались несколько гостиных в разных стилях, и выполненных по тематическому признаку. Одна посвящена астрономии, вторая морским обитателям, третья – гербалогии, четвертая – магическим существам и так далее. Это было интересно и познавательно. Люциус оценил замок по высшему разряду. Наконец, они поднялись на седьмой – открытый этаж. Наличие телескопов и еще кое-каких неизвестных сооружений их очень даже порадовало, хоть они пока и не выяснили назначение некоторых. Гарри тут же припал к одному из телескопов, только направил его не в небо, а на виднеющиеся ворота. Некоторое время он наблюдал за странным разговором двух групп людей, и, судя по насыщенности дебатов, те явно обменивались оскорблениями. Юноша обернулся и, поймав взгляд Драко, поманил его к себе. Драко, взглянув в телескоп, сложился пополам от смеха.
- Отец, тебе стоит на это посмотреть, - сквозь смех позвал он Люциуса. Тот подошел и глянул на предложенную сцену.
- Мда, кто бы мог подумать, - усмехнулся Люциус.
- Вы их знаете? – спросил Гарри.
- О, да, Гарри, это Пожиратели и Орден Феникса, - все еще смеясь, произнес Драко.
- И что они тут делают? – не понял Гарри.
- Следят, - усмехнулся Люциус.
- Представляю, какое у них было лицо, когда тут все так поменялось, - Драко обвел рукой окрестности.
- Хотел бы я видеть их лица, - хмыкнул старший блондин.
- И давно они тут? – спросил Гарри, задумчиво нахмурившись.
- С того дня, как ты в поместье, - ответил Люциус. Рогнар все время молчал, лишь обозревал окрестности.
- Мда, а чего раньше мне не сказали? – Гарри посмотрел на Малфоев.
- А они же не мешают, на территорию зайти не могу, - пожал плечами Драко. Гарри скептически посмотрел на молодого человека, а затем снова посмотрел в телескоп.
- А они друг друга не поубивают? – спросил он.
- Меня не это интересует, а то, какова причин сего действа, они ведь не лезли друг к другу все это время, - произнес Люциус. – И пусть сами разбираются, а мы пойдем обследуем подземелья.
Гарри нахмурился, ему совсем не хотелось осматривать темницы и встречаться с двумя людьми, предавшими его десять лет назад. Драко, похоже, все сразу понял.
- Насколько я могу судить, темницы на нижнем этаже, мы туда не пойдем, если не хочешь.
- Хорошо, - кивнул мальчик.
Они спустились на первый этаж за несколько секунд, чуть не потеряв свои желудки. Случайно обнаружили странное приспособление, которое оказалось магической альтернативой скоростного лифта. Первый, верхний этаж подземелья, был заполнен залами для тренировки: для боевой магии, для чар, для темной, для светлой, зал для фехтования. Люциус лишь одобрительно покивал головой, оценив все преимущества. Ниже этажом располагались лаборатории, где две были для зелий. Отдельная комната была выделена для ингредиентов.
- Рай для Северуса, - произнес Люциус, оглядывая все это великолепие.
- Да, крестный тут точно окопается, - Драко с интересом оглядывал шкафы с ящичками, в которых содержались составляющие для зелий. Гарри в это время открыл еще одну дверь и присвистнул, чем обратил внимание трех мужчин. Драко, заглянув через плечо подростка, тоже присвистнул. Стеллажи с книгами, и все по зельеварению или предметам, близким к нему. Люциус прошел в комнату, пробежал глазами по корешкам книг. По мере прочтения глаза мужчины становились все больше и больше.
- Отец, что ты там такого обнаружил, что выглядишь, как рыба, выброшенная на сушу? – поддел отца Драко. Люциус проигнорировал выпад, достал с полки книгу и показал ее сыну.
- Салазар Слизерин? – ахнул тот.
- Да, и не только он, - кивнул Люциус.
- Такого, наверное, ни у кого больше нет, - глядя на книгу Николаса Фламеля, произнес Гарри.
- Это точно, - кивнул Драко, заглянув ему через плечо.
- Вы как хотите, а я есть хочу, - впервые за много часов выдал Рогнар.
- Да, пора вытаскивать Северуса из библиотеки, а тот он там в мумию превратится, - усмехнулся Люциус.
- Он еще это не видел, - рассмеялся Драко.
- Пока ему не говорим, иначе мы его в ближайший месяц вообще не увидим, - предостерег сыновей Люциус.
Признав, что беглый осмотр они провели, мужчины направились вытаскивать Северуса, что оказалось совсем нелегким делом, но они справились. Плотно поев, они расположились в гостиной на четвертом этаже. Напротив двери спальни Гарри появилась еще одна дверь. Гарри не удержался и заглянул. Там оказалась еще одна спальня, выполненная в сине-зеленой гамме.
- Думаю, это спальня Рогнара, - просветил он всех.
День оказался насыщенным. Сейчас все пытались уложить в голове все события сегодняшнего дня: рассказ Вестника, увиденное в замке. Всем стало ясно, что по-прежнему уже ничего не будет. Наступил новый этап в их жизни.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:34 | Сообщение # 10
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 9. Пленники.
Сириус открыл глаза и тут же зажмурился, потом осторожно снова открыл глаза. Зрение его не обмануло. Он был в камере, но эта камера сильно отличалась от той, что была в Азкабане. Тут было чисто, но вот никакого окошка, даже самого маленького не предвиделось. В углу был сооружен санузел: дыра для туалета в полу и небольшой умывальник, все это закрыто шторой, на угол наложены чары чистоты и свежего запаха. У стены располагался небольшой стол и стул, на столе стояла лампа с несгорающей свечей. Сам он сидел на кровати, довольно жесткой надо сказать. Жиденькая подушка, тонкое шерстяное одеяло, простынь. Сириус, мягко говоря, был в шоке. Условия для заключения были очень даже шикарными. Мужчина осмотрел себя: роба серого цвета, как и постельное белье, обувь, простая и довольно мягкая.
- Мерлин всемогущий, где я? – вслух произнес мужчина, пытаясь вспомнить, что же с ним произошло. Он помнил, как был у замка, в который превратилось поместье Малфоев, потом был бой с Пожирателями, что-то случилось, кажется, появился дракон, а потом все померкло. – Меня похитили?
Никаких ответов на вопрос естественно не последовало. Дело собственно было нечего, кроме как предаваться размышлениям и воспоминаниям.
"Как же все так получилось? Почему я не смог противодействовать? Как можно было поверить, что четырнадцатилетний мальчик мог убить? Я же сам прошел через это? Мерлин, Лили, Джеймс, простите меня, я не сберег вашего сына. Я предал и ваше, и его доверие, я не знаю, что делать. Я готов пойти на многое, чтобы исправить случившееся, но десять лет... Я обрек вашего сына на десять лет Азкабана, и даже то, что он их проспал, ничего не меняет. Он никогда не простит нам того, что случилось после его возвращения с третьего задания на турнире. Мне никогда не забыть этого... Я так виноват", - Сириус уткнулся в ладони, горестно застонав. Казалось, сами стены заставляют его заново пережить все те моменты, с которых все и началось. Трудно сказать, поверил ли Сириус в виновность крестника или нет. Он просто самоотдалился от всего этого, закрылся наглухо, не пытался бороться. Он просто отдал Гарри на растерзание всем тем, кто решил, что мальчик виноват. Он знал, что крестник перестал говорить, вдруг замолчал, и больше никто не мог заставить его произнести хоть звук. Он видел, как агрессивно настроены все те, кто считался друзьями мальчика, слышал, что они говорили о его крестнике, но молчал. Как говорят магглы, молчание – знак согласия, а это значит, он согласился с ними, согласился, что Гарри – убийца. Сириус давно уже решил для себя, что виноват перед Гарри, ведь где-то там, глубоко внутри себя он знал, что это ложь.
Сириус потер запястье, и только тут обнаружил, что на обеих его руках были кожаные браслеты с начерченными на них символами. Желая уйти от всех этих мыслей, он решил перекинуться, но как только он сделал попытку, браслеты засияли спокойным серебристым светом. Голова закружилась. "Мерлин, это ограничители", - ужаснулся мужчина, понимая, что перекинуться он не сможет. Попытка снять браслеты тоже не увенчалась успехом, хотя как таковой попытки и не было, просто Сириус пытался их рассмотреть. Но они казались продолжением его собственной кожи. Мужчина вздохнул и лег на кровать, закинул руки за голову и закрыл глаза. Тут же снова нахлынули воспоминания.

"Ретроспектива"
- Сириус, - Ремус влетел в комнату на Гриммуальд-Плейс, 12. Синеглазый мужчина вышел из кухни и злобно посмотрел на друга, разбудившего его полоумную мать, начавшую свою обычную песню.
- Ремус, обязательно орать на всю вселенную? – рыкнул он на оборотня.
- Гарри обвинили в убийстве Седрика Диггори, он..., - Ремус замер, глядя на ошеломленное лицо хозяина особняка.
- Прости, что? – тихо спросил мужчина в установившейся тишине. Миссис Блек тоже молчала и смотрела на сына и его друга, но в ее глазах было что-то такое, чего сейчас не видели ни тот, ни другой – понимание.
- Гарри убил Седрика Диггори, - уже тише произнес Ремус. Сириус молча повернулся и ушел на кухню, Люпин последовал за ним. Они очень долго сидели за столом молча, пока в дом не пришел Дамблдор и не рассказал всю историю. Никто из них не обратил внимание на то, что портрет склочной дамочки молчит.
- Директор, - Сириус поднял больной взгляд на Дамблдора.
- Все доказательства на лицо, - твердо произнес директор.
"Конец ретроспективы"

Сириус застонал, пытаясь отогнать видения-воспоминания, которые потоком хлынули на него, заставляя заново все пережить. Было больно, муторно, хотелось свернуться клубочком и забыть обо всем. Но прошлое не отпускало.

"Ретроспектива"
- Пожизненно, - блеклым, безэмоциональным тоном произнес Ремус, входя в комнату Сириуса в особняке Блеков, открытом для всех, кто сейчас находился в Лондоне – Дамблдору, Уизли, МакГонагалл и многим другим. В общем, это был просто проходной двор.
- Он признался? – ничего не выражающим тоном спросил Сириус.
- Он не произнес ни слова, - тихо ответил Ремус.
- А сыворотка? – безразлично задал вопрос Блек.
- Ее не применяли, - еле слышно сказал оборотень. Ремус вздрогнул от жуткого смеха, который раздался в ответ на его слова. Сириус смеялся, а из глаз текли слезы. Верил ли он в виновность крестника? Он не знал.
"Конец ретроспективы"

- Мерлин, да что же это? – Сириус накрыл голову подушкой, сердце обливалось болью, в висках стучало. – Я не хочу, не хочу больше.

"Ретроспектива"
- Урод, я столько лет считал его своим другом, а он взял и просто убил, - разорялся Рон. Было 31 августа, завтра ровесники Гарри пойдут на свой пятый курс.
- Дурак ты, Уизел, - бросил надменно Малфой, обдав Рона презрительным взглядом. Они все сидели в Косом переулке и не видели, что за соседним столом сидят слизеринцы.
- О, он был бы одним из вас, - закричал Рон, но его осадила мать. Драко Малфой оглядел стол гриффиндорцев и брезгливо сморщился.
- Не пожалей однажды о своих словах, Уизел, все ведь может оказаться совсем не так, - Сириус вскинул голову и посмотрел на светловолосого мальчика. Что-то странное было в этих словах, что-то стояло за ними. Или он только надеется на то, что это так?
- Да вам..., - начала Гермиона.
- Грейнджер, а я думал, ты умнее, - усмехнулся Драко, поднимаясь из-за стола, за ним встали и остальные слизеринцы. – Видно, я ошибался. Ты все-таки сначала делаешь, а уж потом думаешь. Не думай долго, а то конец может быть печальным
"Конец ретроспективы"

- Я не хочу больше, - закричал мужчина, сворачиваясь в клубок. Впервые за много-много лет из глаз потекли слезы, но воспоминания не хотели его отпускать, они сменяли одно другое, смешивались, в конце концов, сливаясь во что-то просто нереальное.

"Иллюзия"
- Ты предал моего сына, Сириус Блек, - Сириуса смотрела Лили Поттер. Ее зеленые глаза метали молнии. Если бы взглядом можно было убивать, Блек был бы уже мертв, и не просто мертв, от него не осталось бы и пепла.
- Я доверил тебе сына, Бродяга, - голос Джеймса был полон упрека и обвинения.
- Ты бросил меня, крестный, - перед ним стоял худенький мальчик, в одежде, которая была ему более чем велика, на носу разбитые очки, а из глаз текут слезы.
- Как ты мог, Блек? – в глазах Лили презрение.
- Ты пожалеешь об этом, сын, - тихий шепот в спину. Сириус остановился и обернулся. Он стоял в коридоре на первом этаже в своем особняке. И сейчас он смотрел в пронзительные, совершенно не безумные глаза своей матери, но это был не портрет, а она сама. "Она же умерла", - пронеслось в голове.
- Ты пожалеешь, Бродяга! – злой голос Джеймса и холод в глазах.
- Я ничего не мог сделать, - тихий шепот в оправдание.
- Ты виноват, - голоса заполняли тишину, они вторили, вторили, вторили.
"Конец иллюзии"

- Аааааа, - крик разорвал тишину камеры. Сириус был уверен, что сходит с ума. – Хватит! Хватит! Хватит!
Он забился в угол камеры и сжался там в комочек, зажав уши ладонями. Но в голове все время звучало: " Ты виноват! Ты бросил меня, крестный! Я доверял тебе... Ты предал моего сына... Как ты мог... Ты виноват... Ты меня бросил... ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ!!!" Слезы градом катились по щекам мужчины. В сердце, казалось, вставили кол и теперь с садистским удовольствием проворачивали его раз за разом. Организм не выдержал, Сириуса накрыло тьмой. Он так и лежал на полу, свернувшись, как маленький, забитый жизнь ребенок. Но даже тут его не оставляли видения.

"Ретроспективы"
- Мы будем готовить Невилла. Этот была ошибка с самого начала, - разглагольствовал Дамблдор на собрании. Сейчас шел сентябрь, шестой курс.
- Я могу встретиться с Гарри? – Сириус вдруг поднял свой усталый взор на директора.
- Не вижу смысла встречаться с убийцей, Сириус, - твердо произнес Дамблдор.
- Он мой крестник, - тихо произнес Блек, мельком заметив странный взгляд Снейпа.
- Сириус, забудь об этом маленьком ублюдке, - произнесла Молли Уизли. Дамблдор взглянул на мужчину своим проницательным взглядом, и Сириус сдался.

- Я не верю, - тихий шепот Ремуса вырвал Сириуса из раздумий. Присмотревшись к другу, Блек понял, что тот рассматривает фотографии Джеймса и Лили. Но он так и не смог спросить Ремуса, во что именно тот не верит.

- Сириус, ты как самый свободный член Ордена Феникса должен заняться дополнительными уроками Невилла, - голосом, не подвергающимся сомнениям, произнес Дамблдор, глядя из-за очков половинок на Блека. Сириус лишь вздохнул, и как всегда дал согласие.

- Ты должен четче выполнять эти действия, - поучал Сириус своего ученика. Они занимались уже третий год. На ум Сириусу прошло, что год назад Гарри также как и его бывшие однокурсники закончил бы школу. Лонгботтом не представлял из себя ничего выдающегося – маг чуть выше среднего уровня, который через раз способен вызвать телесного, почти осязаемого патронуса. Этот защитник точно не сможет разогнать сотню дементоров при всем желании, а Гарри был способен на такое в тринадцать лет. Сириус вздохнул, отгоняя мысли о крестнике, об этом совсем не хотелось думать. – Ладно пятнадцать минут перерыв.
Невилл тут же отошел к группе молодых людей восемнадцати лет – Гермионе, Рону, Дину и Симусу, здесь же были и Луна Лавгуд, и Джинни Уизли, окончившие школу всего месяц назад. Сириус отошел к окну, чтобы успокоится. Он никак не мог себе объяснить, почему каждый раз упоминание или мысль о Гарри остается болью в сердце, он же уже примирился с тем, что крестник – убийца. Лучше бы он продолжил занятие, так как разговор молодых людей еще больше разбередил душу.
- Надеюсь, этот урод уже сдох в Азкабане, - произнес Рон.
- Навряд ли, нам бы сообщили, - скучающим тоном сказала Гермиона. Сириус обратил внимание, как лицо Луны Лавгуд вдруг стало бесстрастным, она словно ушла в себя, отгородилась от друзей.
- Да, скорее всего, он сошел с ума, - хмыкнула Джинни. – Ты же помнишь, как на него действуют дементоры, - девушка посмотрела на брата.
- Так ему и надо, - мстительно скривился Рон.
- А представьте, вдруг оказывается, что он невиновен, - Луна своими светлыми глазами посмотрела на друзей.
- Это невозможно, - усмехнулся Рон.
- А вдруг, - ни на кого не глядя, сказала Луна. – Чтобы вы сделали тогда?
- Это нереальная ситуация, - покачала головой Джинни. – Не строй гипотетических предположений.

- Неужели ты думаешь, что можешь меня победить, мальчишка? – сквозь смех произнес Волдеморт, обращаясь к Невиллу. – Ты даже не можешь произнести моего имени, не трясясь от ужаса. И ты хочешь отправить меня на тот свет? Беги, мальчик, пока не поздно. Ты всего лишь обычный маг, тебе не под силу убить меня. Единственный, кто был на это способен, по вашей же милости сидит в Азкабане. Вы собственными руками упекли в Азкабан, ужас магического мира, свою единственную надежду на победу.
- Мы уже знаем, что пророчество было обо мне, - воскликнул Невилл.
- Нет, Лонгботтом, пророчество было не о тебе, оно о Гарри Поттере, - презрительно бросил Волдеморт. – Вы засунули умирать в мрачный Азкабан невиновного мальчишку, открыв мне дорогу для завоевания мира.
- О чем ты говоришь, Том? Поттер убил Седрика Диггори, - произнес Дамблдор.
- Как же легко ты все сделал, мне даже не пришлось ни к чему прикладывать руку, - мрачно рассмеялся Волдеморт, а затем резко позвал. – Хвост!
- Да, мой Лорд, - пролепетал тот подобострастно.
- Расскажи этим недоумкам, что случилось десять лет назад на кладбище в последний день турнира, - приказал Волдеморт.
- Я убил Седрика Диггори палочкой Поттер, - злорадно улыбнулся Питер Петтигрю.
- Как? Это невозможно. Такого не может быть, - понеслось со всех сторон.
- Лови, Северус, - Волдеморт бросил Снейпу флакон с серебристым содержимым. Снейп, не думая, поймал. – Не разбей, - усмехнулся Волдеморт. – Это ваше доказательство невиновности Поттера. Вы же знаете, воспоминания для думосбора подделать нельзя, а это мои воспоминания о том дне, когда умер ваш дорогой Диггори. Но мы еще посмотрим, захочет ли Поттер, если он все еще жив, помочь вам теперь, - Волдеморт и упивающиеся аппарировали, но прежде чем исчезнуть, Волдеморт бросил Невиллу. – Ты не Герой магического мира. Я никогда бы не выбрал тебя, ты мне не ровня.
Над площадью маленькой деревушки повисло молчание. Снейп смотрел на флакон в своей руке.
- Ну, вот и все, - произнес Драко и, повернувшись к Рону Уизли, презрительно сказал. – И как ты теперь будешь смотреть своему другу в глаза, а, Уизли?

- Его окутывает какой-то странный кокон, - произнес Дамблдор, глядя на членов Ордена. – И ему все еще… четырнадцать лет.
- Что? Как такое возможно? – сразу стали раздаваться голоса.
- Он никого не подпускает, - усталым голосом сказал Сириус. – Меня чуть не убило, когда я попытался подойти.
«Конец ретроспектив»

Сириус сдавленно застонал и открыл глаза, перед мысленным взором все еще стояли разные сцены из прошедших десяти лет. Тонкий пронзительный вой нарушил тишину камеру, заставляя все живое содрогнуться, но здесь было мало кого, кто мог бы услышать безнадежность человека, только что осознавшего, что он может никогда не получить прощения от мальчика, которого должен был защищать от всего и вся.
Сириус потерял счет дням, проводимым им в стенах этой странной камеры. Три раза в день на столе сама собой появлялась еда, вкусная и питательная. Спустя три дня появилась чистая одежда и лохань с горячей водой. Но кошмары преследовали Сириуса во сне и наяву, он каждый день, из часа в час, из минуты в минуту прокручивал в голове события последних десяти лет. Примерно на четырнадцатый или пятнадцатый день своего заключения, как ему казалось, откуда-то долетел жуткий надрывный вой, словно кого-то пытали, выкручивая все суставы. Сириус так сильно сжал ладони, что ногти впились в кожу, а суставы побелели, он потом еще долго не мог разжать руки. Время шло, но ничего не менялось. Мужчина давно пришел к выводу, что в еду что-то подмешивают, какое-то успокоительное, а на ночь зелье сна-без-сновидений, так как сны-кошмары прекратились, да и днем он стал чувствовать себя лучше, только сердце болело.
- Мерлин, я готов ползать по земле, стать рабом, быть домовым эльфом, только бы он меня простил, - прошептал Сириус. Мужчина вздрогнул, когда раздался щелчок, и дверь с легким скрипом открылась. Сириус осторожно подошел к двери, выглянул. Никого не было. Мужчина вышел и замер, поглядывая то вправо, то влево.
- Налево, - раздался зычный голос, но обладателя сего не было видно. Сириус решил не сопротивляться и пошел. Его периодически направляли, и, наконец, он оказался в большом зале.

Ремус уже несколько часов тупо смотрел на дверь своей камеры. Она представляла собой то же самое, что и камера Сириуса, только была серой, светло-коричневой, как и его роба. Он пытался понять, как сюда попал. Ведь вот только что был на поле сражения, и хлоп, открывает глаза в небольшой камере, метров тринадцать-четырнадцать, чистенькой, можно сказать даже уютной. То, что его похитили, это было понятно, не понятна была причина похищения. Сущность волка не давала впасть в панику, да и навряд ли он мог оказаться у Темного лорда, просто по той причине, что там ему такой камеры точно бы не предоставили. Первые несколько дней Ремус просто размышлял, пытался прояснить для себя, кому же он так нужен, но ничего толкового в голову не приходило.
«Мерлин, как же тяжело», - вздохнул Ремус, глядя в потолок своей камеры. Почему-то постепенно все мысли стали крутиться вокруг Гарри. То и дело перед глазами вставало то одно, то другое воспоминание. Однажды Ремус просто подскочил на кровати, судорожно глотая воздух. Он настолько глубоко загнал это воспоминание, что почти и не вспоминал о нем, а тут вдруг оно выплыло на первый план.

«Ретроспектива»
Ремус стоял перед мрачными стенами самого страшного замка для всех магов. Он никак не мог заставить себя успокоиться, чтобы переступить порог этого заведения. Зачем он сюда пришел? Получить ответ на мучивший его вопрос. Но вот хочет ли он знать ответ? Ремус никак не мог решиться.
- Эй, долго будешь с ноги на ногу переминаться? Чего хотел-то? – раздался окрик от ворот.
- Мне нужно встретиться с одним заключенным и получить ответы на несколько вопросов, - вдохнув поглубже, быстро выпалил Ремус, чтобы не передумать.
- Ну, ступай к нам, сейчас вызовем кого-нибудь из смотрителей, - последовал ответ.
Ждать ему пришлось минут сорок. Он просто сидел в уголке и никому не мешал. Потом пришел этот человек.
- И кого вы хотите навестить? – мрачно поинтересовался смотритель.
- Гарри Поттера, - последовал ответ.
- Этого убийцу? Не думаю, что это хорошая идея, - как-то странно передернул плечами мужчины.
- Почему? – не понял Ремус.
- Ну, он буйный, реагирует на всех так, что волосы дыбом встают. Убийца он есть убийца, - смотритель старательно отводил глаза от Люпина.
- Он что-нибудь говорил с тех пор, как прибыл сюда? – тихо спросил оборотень.
- Нет, молчит, явно свихнулся, - как бы нехотя сказал смотритель.
- И все же я хочу его увидеть, - произнес Ремус. Час разговора так ничего и не дал. Смотритель говорил и говорил. Навешивая различные ярлыки на мальчика.
Ремус ушел с острова ни с чем.
«Конец ретроспективы»

Ремус судорожно вдыхал. Только сейчас он понял весь смысл этого разговора. Уже тогда Гарри находился в коконе и просто спал. Смотритель специально говорил все эти слова, специально не хотел пускать его к мальчику. А ведь именно тогда у Ремуса появились мысли, что Гарри действительно может быть виноват в смерти Седрика. До этого похода в Азкабан четыре года назад он не верил, надеялся, что вот-вот будут найдены доказательства и мальчик окажется на свободе. На него нахлынули воспоминания пятилетней давности, когда в дом вошли бывшие шпионы Дамблдора в стане Темного лорда – Малфои и Снейп, чудом избежавшие смерти.

«Ретроспектива»
- Теперь надо усилить тренировки нашего мессии, - произнес Дамблдор, глядя на Сириуса. Ремуса отвлекло еле слышное фырканье. Люпин оглянулся и увидел презрительное выражение на лице Драко Малфоя. Но, оказалось, не только он услышал это звук.
- Закрой свою пасть, Малфой, - рявкнул Рон.
- Мистер Уизли, - в голосе Люциуса Малфоя можно было услышать столько оттенков, даже воочию увидеть, насколько тому противно даже произносить это имя. – Насколько я вижу, мой сын молчит, в отличие от вас. Так что, будьте столь любезны, ЗАКРОЙТЕ СВОЮ ПАСТЬ!
Ремус даже мысленно поаплодировал блондину, сумевшему так урезонить рыжего. Последнее время оборотень с трудом переносил Уизли.
- Мистер Малфой, может быть, объясните ваше фырканье, - Дамблдор посмотрел на Драко.
- Ничего такого, что может уложиться в пустых головах этого сброда. Они уже однажды все решили. Я подожду, когда их решение вернется к ним бумерангом, чтобы сказать – и что теперь? – ядовито произнес Драко.
«Конец ретроспективы»

- Как можно было всего этого не видеть? Почему только сейчас я могу увидеть все значения этих разговоров? Если бы я тогда все понял, - Ремус обхватил голову руками, предаваясь отчаянию.
И таких воспоминаний, где периодически возникали подсказки, было довольно много. Через некоторое время Ремусу стало казаться, что в стенах этой камеры какие-то чары, которые заставляют его думать о Гарри. В связи с этим напрашивался вопрос, а не связано ли похищение с мальчиком.
За всеми этими размышлениями, воспоминаниями, и как следствие головными болями и неприятными чувствами он не заметил, что медленно, но верно наступило полнолуние. Жизнь тяжелая штука, надо сказать. За несколько часов до преобразования в камеру вдруг вошли два непонятных существа. Ремус не смог даже разглядеть их лиц. Не взирая на всю силу оборотня, он ничего не смог сделать. Спустя пару минут он был прикован распятым к стене. Одно было хорошо, цепи явно не были серебряными, только вот как он в таком виде будет перевоплощаться. Ответ пришел через час. Никакого превращения просто не было. На цепи было наложено какое-то заклятие, оставляющее его в облике человека, только вот боль была несусветной. Ремус не смог сдержаться. Крики перешли в вой. Именно его услышал в своей камере Сириус.
После полнолуния Ремус очнулся на своей кровати, руки и ноги были перебинтованы, их чуть-чуть саднило, но больше ничего не напоминало о той боли, которую он пережил за те несколько часов, пока не потерял сознание. На столе стояла еда: жаркое с мясом и грибами под белым соусом, сливовый кисель и пироги, а у дверей лохань с водой, чтобы помыться. Ремус осмотрел свои бинты, затем подошел к лохани и опустил руку в воду. Когда он ее вынул, то вода просто стекла с перевязки, оставив ее сухой. Не став слишком разбираться, он с удовольствием помылся, а затем принялся за обед, или, возможно, ужин.
Дни летели. Ремус перестал их считать. После появления тех существ в камеру больше никто не приходил. В голову снова полезли мысли о Гарри, о возможности получить его прощение, если такая вероятность вообще была на этом свете.
В один прекрасный момент двери камеры открылись, и на пороге снова появилось то существо. Ремус, если честно испугался, решив, что снова наступает полнолуние.
- Следуй за мной, - прозвучал зычный голос откуда-то из-под капюшона. Ремус двинулся за своим провожатым. Где-то внутри все екало. Он понятия не имел, что сейчас будет, куда его ведут, и останется ли он жив после этого.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:34 | Сообщение # 11
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 10. Первый суд.
Гарри так и не решился спуститься в подземелья на уровень камер. Ему совсем не хотелось видеть ни Сириуса, ни Ремуса. Он никак не мог определить, что же чувствует к этим двоим.
После обнаружения библиотеки, а потом и показанной лаборатории Северус для Малфоев, к коим себя причислял и Гарри после ритуала, был потерян. Мужчина окунулся в изучение книг с головой. Правда, первым делом он облазил все стеллажи с ингредиентами. Люциус и Драко после давились от смеха, наблюдая за причитаниями зельевара, что вообще на их памяти было впервые. Но Снейпа можно было понять. Многие ингредиенты были не просто запрещенными, они были очень мало распространенными, а зачастую вообще стоили столько, что даже Малфои подумали бы, покупать ли их. И все это богатство было в его полном и безраздельном ведении. Всех этих ингредиентов хватит на несколько десятков лет, а то и больше, если не тратить впустую.
- Все, он больше ничего не слышит, не видит и не чувствует, - усмехнулся Драко, разворачивая Гарри за плечи и выводя из комнаты, в которой Северус на данный момент, бубня себе под нос, читал древний фолиант.
- Знаешь, я совсем не помню его таким, - задумчиво произнес Гарри.
- Каким? – с улыбкой спросил Драко.
- И тебя таким я не помню, - пробормотал Гарри, изучая улыбку. – Ты всегда был надменным, высокомерным, надутым, как индюк.
Драко расхохотался в голос, представив все сказанное в красках. Гарри с удовольствием смотрел на молодого человека, ставшего ему старшим братом. Для него Драко Малфой был маленьким вредным, въедливым хорьком, умеющим только подначивать и оскорблять людей. За четыре года учебы в Хогвартсе гриффиндорец ни разу не видел даже улыбки на лице слизеринца, не говоря уже об обычном смехе. Ничего кроме ненависти Гарри в школе от Драко не видел, но сейчас перед ним предстал совсем другой человек, да и Люциус Малфой мало походил на того, старого.
- Думаешь, в чем дело? – спросил Драко.
- Угу, - кивнул Гарри.
- Хочешь, расскажу? – Драко с хитрецой посмотрел на подростка.
- Да, хочу, - твердо ответил брюнет.
- Помнишь нашу с тобой первую встречу? – Драко бросил взгляд на Гарри.
- В магазине мадам Малкин? – уточнил мальчик.
- Да, именно там, - кивнул блондин, усаживаясь в кресло в одной из гостиных на третьем этаже.
- Ты мне тогда показался очень неприятным, - признался Гарри.
- Понимаешь, я ведь должен был соответствовать имиджу представителя рода Малфоев. Мне нельзя было быть обычным мальчишкой на людях, коим я являлся на самом деле. Так ужасно хотелось произвести впечатление на мальчишку, такого растерянного, совершенно одинокого, которого хотелось защищать от всех и от всего, - ответил Драко.
- Все было бы по-другому, если бы ты тогда повел себя иначе, - Гарри посмотрел прямо в серые глаза.
- Теперь-то я это понимаю, а тогда в поезде, когда ты не подал мне руки и отдал предпочтение рыжему, я чуть не заревел, - признался Драко. – Было ужасно больно.
- Мы все тогда совершили ошибки, - задумчиво произнес Гарри. – Ты неправильно начал говорить со мной, а был слишком наивен и доверчив, за что и поплатился, в конце концов.
- Не думай об этом, - Драко посмотрел на подростка. – Все уже закончилось.
- Нет, Драко, закончилась лишь часть истории, теперь начался новый виток, - последовал ответ.
- Знаешь, теперь я могу сказать, что ты совсем не тот мальчишка, которого я стремился все четыре года задеть за живое, - усмехнулся блондин.
- Мы все играем роли до поры времени, но однажды маски спадают, и миру предстанет истинное лицо, и только от тебя зависит, увидит мир за маской чудовище или красоту, - изрек Гарри.
- Это говоришь ты или Азкабан? – поинтересовался Драко, которого от таких мудрых речей из уст пятнадцатилетнего парня бросило в дрожь.
- Не знаю, наверное, мы оба, - нахмурился Гарри. – Трудно иногда понять. Иногда вдруг ни с того ни с сего появляются знания или воспоминания, которые мне не принадлежат.
- Так будет продолжаться некоторое время. Потом ты станешь сам собой, когда вся сила Азкабана перейдет к тебе. Воспоминания будут только о том, что касается знаний или нужной тебе информации, - ни Гарри, ни Драко даже не заметили, что в комнате они не одни. Рогнар сидел к ним спиной в кресле с высокой спинкой.
- Мы тебя не заметили, - Гарри посмотрел на вставшего на ноги викинга.
- Я так и понял, - улыбка появилась на лице мужчины. – Ты не сомневайся, Гарри, у тебя все получится. Может быть, это и было пророчество, но еще издревле идет легенда, которая гласит, что если человек, на котором висит пророчество, подпадет под другое, которому больше пяти столетий к моменту рождения избранного, то все более поздние пророчества к данному человеку блокируются, сходят на нет.
- Ничего себе новость, - ошарашено произнес Драко. – сколько же всего мы не знаем о собственном мире?
- Думаю, что со временем многое забывается. Я тут почитал все, что было когда-нибудь написано о викингах, - Рогнар пересел поближе к молодым людям. – Скажу вам, что в большинстве своем это выдумки, какие-то догадки, зачастую очень далекие от истины.
- Я хотел спросить, ты общался с Азкабаном, знал, что он маг…, - Гарри на секунду замолк, собираясь с мыслями, но Рогнар понял, о чем тот хотел сказать.
- Ты удивлен, что викинги так спокойно относились к магам? Мы сквибы, Гарри, - Рогнар посмотрел в глаза одного юноши, потом другого.
- Викинги – сквибы? – Драко даже охрип от шока.
- Раньше к сквибам относились намного хуже, чем сейчас. Их изгоняли, не давая ничего. Пришлось каким-то образом выживать, - ответил Рогнар.
- Но ведь в семьях сквибов рождались и одаренные дети, - Драко непонимающе посмотрел на мужчину.
- Да, но это бывает крайне редко, и они почитаемы в кланах, - кивнул Рогнар.
- Настоящие ведьмы, не просто какие-то, а настоящие, только не обученные, - воскликнул Гарри, догадавшись.
- Да, а Азкабан относился к нам без презрения, - улыбнулся викинг.
- Вы ведь действительно ворон? Это ваша анимагическая форма? В вас был магический потенциал, - под конец Драко говорил уже без вопросительных интонаций.
- Да, и превращаться меня научил Азка, - кивнул мужчина в ответ. Разговор в основном теперь тек между Драко и Рогнаром, а Гарри задумался, у него в голове вдруг стали появляться образы, идеи, мысли. Он настолько отвлекся от реальности, что полностью потерял нить разговора. Его занимал сейчас другой вопрос, а все началось именно с упоминания о сквибах. Что-то стало всплывать в голове, а именно слова на незнакомом языке, то ли саксонском, то ли кельтском, то ли еще каком. Чем больше он думал, тем сильнее понимал смысл заклинания, которое вертелось у него в голове. А это в свою очередь дало ему ответ на один вопрос, который уже месяц не давал ему расслабиться. Но теперь все встало на свои места.
- Я, кажется, знаю, что нужно делать, - прошептал Гарри.
- Что, Гарри? – Драко недоуменно посмотрел на подростка, только что осознав, что тот не участвовал в разговоре.
- Все в порядке, - Драко почувствовал, как парень расслабился
- Ты вдруг успокоился, - Драко внимательно смотрел на Гарри.
- Да, я, кажется, решил, что делать с нашими пленниками, - Гарри улыбнулся.
- Да? – Драко даже подался вперед. – Не расскажешь?
- Мне надо сначала все обдумать, но это будет первый суд Судьи и его команды, - улыбка была очень холодной. Сейчас юноша мало был похож на подростка. Перед Драко сидел серьезный молодой человек, но вот глаза были бездонными, страшными, они затягивали и не хотели отпускать, почти черные в своем омуте.
- Хорошо, когда будешь готов, скажешь, - Рогнар встал и потянулся. – Пойду, полетаю.
Из окна гостиной вылетел черный ворон, покружил над одной из башен и взял курс в одну ему известную сторону. Драко закрыл окно и проводил взглядом черную точку.
- Как же круто все изменилось в этом году, - произнес блондин.
- А для меня почти ничего и в то же время все, - Гарри подошел к блондину. Драко опустил руку на плечо подростка и чуть сжал.
- Я понимаю. Мы ведь тоже перед тобой виноваты, ничего не сказали, хотя и знали, что ты ни в чем не виновен.
- Драко, мы не были друзьями, скорее, врагами, да еще и очень серьезными. Мы не жили в одном доме, ты не притворялся моим другом, твой отец не обещал мне помогать и защищать меня от всех невзгод. И вы трое, ты, Люциус и профессор, никогда мне не врали, относились так, как я, по-вашему, заслуживал, - Гарри посмотрел на своего бывшего недруга спокойным проницательным взглядом.
- Ты, правда, так считаешь? – Люциус давно уже стоял в комнате и слушал разговор своих сыновей. Гарри обернулся и улыбнулся своему приемному отцу.
- Да, я так думаю, - кивнул парень.
- Я рад, что ты здраво размышляешь, - Люциус подошел к подростку и взъерошил ему волосы.
- Не совсем то, что я хочу сказать, но Азкабан с его причудами в твоем отношении пошел тебе на пользу, - Северус, оказывается, стоял около двери, но с той стороны, и тоже слышал рассуждения мальчика.
- Пожалуй, соглашусь, - кивнул Гарри.
Несколько следующих дней Гарри прислушивался к своим ощущениям, пытался вычислить, что же именно ему делать с его пленниками. И вот, наконец, он услышал, как наяву: «Мерлин, я готов ползать по земле, стать рабом, быть домовым эльфом, только бы он меня простил». Гарри резко открыл глаза, на лице появилась жесткая улыбка, он теперь точно знал, как накажет Сириуса, а Ремус… Ремуса он решил наказать довольно своеобразным способом, но в то же время это наказание будет легче, чем у Сириуса. Почему? Гарри был уверен, что Ремус больше сделал или, по крайней мере, пытался сделать хоть что-то. Откуда такая информация? Две недели назад в голове вдруг появились странные видения. Ему привиделся один разговор, произошедший в Азкабане, и одним из участников был оборотень. Сначала Гарри подумал, что это бред, но каждую ночь события обрастали подробностями. В конце концов, мальчик решил поговорить с Рогнаром, чтобы выяснить природу своих снов-видений, или что это там еще было.
- Я не понимаю этого, - Гарри, нахмурившись, смотрел на мужчину.
- Думаю, все очень просто. Азкабан, как тюрьма, такое же живое существо, как и все в этом мире. Когда ты переступил его порог, он стал выходить из сна, а значит слышать и видеть, что происходит в его стенах, - Рогнар внимательно посмотрел на мальчика перед собой.
- Ты тоже что-то видел в своем сне? – уточнил Гарри.
- Да, я многое воспринимал, чтобы потом быть рядом с тобой. Я уверен, что Ремус Люпин приходил в Азкабан, чтобы, наконец, разрешить свои сомнения, но его к тебе не пустили. Он так до конца и не смог поверить в твою виновность, но в то же время не решился за тебя бороться, - викинг с сочувствием.
- Но он хоть попытался, - что-то странное было в выражении лица Гарри, такое детское, что хотелось обнять мальчика и никогда не впускать из своих объятий.
- Да, но все-таки он не решился идти до конца, сдался общему мнению, - сурово произнес викинг. – Ты принял решение?
- Да, почти, - кивнул Гарри. – Сириус Блек сам предложил мне степень своего наказания, а Люпин... Я решу на суде, у меня нет окончательного решения.
- Это будет сурово? – спросил Рогнар.
- Для Блека как аристократа будет настоящим унижением, как для крестного Сириуса – возможная надежда на прощение от крестника, как для человека – даже не знаю, но думаю тоже унижением, стыдом и еще чем-то, - произнес Гарри.
- Что же такое ты придумал для своего крестного? – мужчина с интересом посмотрел на мальчика.
- Знаешь, мне кажется, что Северус больше всех оценить мое наказание, - усмехнулся Гарри.
- Вот как? – Рогнар склонил голову на бок и пристально посмотрел в глаза мальчика.
- Суд будет не только над тем, что Сириус Блек предал своего крестника, - пожал плечами Гарри.
- Ты когда-нибудь его простишь? – Рогнара очень интересовал этот вопрос.
- Когда-нибудь, но не скоро, и только после того, как его простит Северус Снейп, - произнес Гарри.
- А если зельевар этого не сделает? – спросил викинг.
- Значит, так тому и быть, - сказал Гарри.
- Жестко, - резюмировал мужчина. – Но ты даешь ему надежду.
- Это заставит его жить, а также принять наказание с достоинством, - стиснув зубы, произнес Гарри.
- Очень жестко, - повторил Рогнар. – Думаю, пора готовить зал к суду.
Гарри кивнул, погружаясь уже в свои мысли. Этот разговор многое поставил на свои места. Теперь он знал, что при желании мог вытащить из своей головы, или из воспоминаний и ощущений Азкабана то, что происходило в стенах тюрьмы не только, когда он там был, но и задолго до этого.
На следующий день в замке появился Вестник собственной персоной. Именно он провел небольшой ликбез, объясняя мужчинам их обязанности, и как они должны действовать во время судебного заседания, которое, кстати, мало будет похоже на то, что все знают. Драко и Рогнар, как таковые в суде активного участия не принимают. Старик был еще той ехидной, которая с лихвой переплюнула даже Снейпа, который в первую очередь и стал объектом для острот Вестника. Казалось, что от взаимного обмена "любезностями" этих двоих Замок, в конце концов, рухнет, только вот чудесного преобразования в этом случае не случится. К субботе все было готово.
Зал суда располагался на третьем подземном этаже, под ним были тюремные казематы: пыточные, комнаты тюремщиков, которых еще никто не видел, и два последних этажа занимали собственно камеры. Зал был очень просторным, оформленным в благородном сером граните. У дальней стены располагался постамент, в центре которого на возвышении стояло то ли кресло, то ли трон, на спинке которого расположилась статуя расправившего крылья черного ворона. Трон был отделан в серо-голубых тонах. Чуть ниже и выдвинутые вперед стояли еще два трона, но попроще, оба в сине-голубой гамме – места для Хранителя и Защитника. Еще ниже, почти у самого уровня пола располагались три кресла: справа – черное для Палача, слева – серое – для Обвинителя и по центру – серое – для Вестника. Перед каждым из трех мест стоял небольшой столик, на котором лежали перья, чернила и пергаменты. На правом подлокотнике все шести кресел также была статуэтка ворона, только со сложенными крыльями. В пяти метрах от постамента находился "загон" для обвиняемых. Почему "загон"? Просто именно слово очень подходило для означенного места. Это был участок зала размером пять на пять метров, огороженный пятидесятисантиметровым забором по кругу. Как только в него входил обвиняемый, по всему периметру и над его головой возникал прозрачный барьер, через который без вреда для себя он выйти бы не смог, да и повредив себе, тоже. Там не было стульев или чего-нибудь за что можно было бы держаться. В общем, действительно "загон". По велению Судьи суд мог быть как закрытым, то есть в присутствии только Суда и обвиняемого, так и открытым. В данном случае за загоном появлялись ряды для желающих посмотреть процесс.
Гарри вошел в зал, облаченный в черную мантию, означавшую, что сегодня он пристрастен, поскольку Судья должен быть обычно в серой мантии, говорящей о его неприверженности ни стороне света, ни стороне тьмы. Но этот суд был особенным, и не только потому, что он первый. Рогнар и Драко были одеты в белое, что должно уравновесить Судью. На трех других членах суда были мантии в цвет стульев.
Как только они расселись по своим местам, словно из ниоткуда появились странные создания: ни дементоры, ни монстры, вообще, не понятно что. Они стояли по четырем углам постамента. Двери зала распахнулись.
Сириус остановился перед резной серой дверью и вздохнул. Вдруг его запястья оказались сжаты. Он вздрогнул и скосил глаза. По телу прошла дрожь, он никогда не видел таких существ. Двери перед ним распахнулись. Оба существа, держащих его за руки, сделали шаг вперед и потянули Сириуса за собой. Мужчина не видел перед собой ничего, просто огромный пустой зал и небольшой огороженный участок, к которому они и шли. Его подняли и опустили на ту сторону за ограждение. Раздалось гудение, небольшая вспышка. "Барьер", - пронеслось в голове у мужчины. Как только установилась защита, перед глазами обвиняемого появился постамент с Судом. Дальняя стена, за постаментом, представляла собой панно, на котором были изображены вороны, несущие серое полотно, накрывающее город под ними. За креслами Хранителя и Защитника появилась пламя, которое не жгло и не распространялось никуда, просто столб пламени четко за креслом, словно там были факелы. Ворон на троне Судьи, казалось, стал больше в два раза, и устремил свой взор на обвиняемого. Куда бы ни смотрел Сириус, он все время чувствовал взгляд этой каменной статуи. Обе стены справа и слева были чем-то вроде доски памяти: знамена с родовыми гербами, щиты, мечи. Яркая вспышка ослепила мужчину. С четырех углов на потолке на него упали яркие лучи, вернее, освещался весь квадрат пять на пять. Он был как на ладони, никуда не спрятаться.
Сириус смотрел только на шестерых людей перед собой. Его интересовал мальчик в центре, в самой высокой точке.
- Сириус Орион Блек, - произнес Люциус, поднявшись со своего места. "Мерлин, это похоже на суд", - подумал пленник. – Суд обвиняет тебя в следующих преступлениях, совершенных тобой с момента рождения и до заключения в казематы Высшего Суда.
"ЧТО?! – Сириусу хотелось закричать, но он понял, что не может даже раскрыть рта. Это была одна из особенностей, когда Судья выступал в черной мантии, свидетельствующей, что его в данном случае нельзя считать беспристрастным. Сириус был лишен права защищаться, его приговор был вынесен еще до суда.
Люциус в это время перечислял все, что было когда-то совершено Сириусом: все его издевательства над личностью, имелся в виду Северус, превышение полномочий в работе аврором и многое, многое другое. Пленник в шоке наблюдал за происходящим, его словно парализовало.
- Предательство, - закончил свое перечисление Люциус и поднял голову от пергамента, с которого и читал. Где Вестник все это откопал, Малфой-старший побоялся спросить, но информация впечатляла. Даже Северус не остался равнодушным.
- Ты лишен права высказываться в свою защиту, - голос Гарри был холодным и резал как нож. В глазах Сириуса застыла боль. – Нашей волей я выбрал твое наказание.
- Гарри, - прошептал Драко. – Он все-таки твой крестный.
- Я знаю, но не собираюсь его прощать просто так, - одними губами сказал мальчик, затем Гарри встал и посмотрел на Сириуса. – Я дам тебе возможность заслужить мое прощение, но это будет путь, который ты выбрал сам. "Я готов ползать по земле, стать рабом, быть домовым эльфом, только бы он меня простил" – это твои слова, Сириус Блек, да будет по сему, - Гарри положил руку на статуэтку ворона на подлокотнике. По залу прокатилось карканье ворона. Со своего места встал Северус. После того как Гарри закончил свою маленькую речь на его столике появился пергамент, который он должен был зачитать – приговор.
- Сириус Орион Блек признан виновным по всем пунктам обвинения. Вердикт суда: с сего момента Сириус Орион Блек поступает во владение семьи Малфой в качестве домового эльфа, лишается всех привилегий и прав как маг и человек, но волею суда остается в теле человека. Все его имущества с данного момента и до окончания срока приговора замораживается. Причина для окончания срока приговора для Сириуса Ориона Блека остается неизвестной, срок приговора не оговаривается. С этого момента обвиняемый известен миру как Сири, - Северус дочитал пергамент, руки у него дрожали. Как только последние слова прозвучали в зале, пергамент вспыхнул. Загон осветился яркой вспышкой. Через секунду перед шестью людьми стоял Сириус Блек, босой, обернутый в какую-то тряпку от подмышек и кончающейся где-то на середине бедра.
- Жестко, - пробормотал себе под нос викинг, разглядывая бледного, как сама смерть, пленника, вернее, уже домового эльфа.
- Ты выбрал свою судьбу, - Гарри посмотрел на крестного. – Я не должен этого говорить, но я дам тебе шанс заслужить свое прощение, - пока мальчик говорил, его одежда меняла цвет, сначала на серый, потом она стала такой же белой, как у Драко и Люциуса. – Ты домовой эльф, который служит в этом доме. Дальше думай сам.
Северус, Люциус и Драко пребывали в полном ауте. Такого они точно не ожидали. Гарри мановением руки, или даже слова, превратил чистокровного аристократа, заносчивого, высокомерного, когда-то, в самое низшее существо в магической иерархии. К оборотням и то относились лучше.
- Введите второго, - провозгласил Вестник. Одежда на Гарри осталась белой, что не укрылось от старца. – Ты не принял решения по поводу второго пленника? Или благоволишь ему?
- Посмотрим, - уклонился от ответа Гарри, пристально смотря на дверь. Сириуса тем временем вывели из загона и поместили в специальную клетку. До поры, до времени Ремус не сможет увидеть друга.
Оборотень довольно долгое время стоял в окружении четырех существ под два с лишним метра ростом и смотрел на дверь перед собой. Внутри все екало. Он был напуган, реально испугался того, что ждет его за этой дверью. Наконец, те распахнулись. Его аккуратно подтолкнули в спину, и через минуту он оказался в загоне. По коже пронеслась волна магии, волоски на теле встали дыбом. Дальше все происходило, как при Сириусе, только вот Судья был в белых одеждах, а не в черных.
- Ремус Джонатан Люпин, - Люциус встал со своего места и, как и в случае с предыдущим пленником, зачитал весь список обвинений. В конце своей речи он посмотрел на оборотня и спросил. – Признаешь ли ты себя виновным?
- Да, - тихо произнес Ремус, не отрывая взгляда от мальчика, который горящим зеленым взглядом пронзал его насквозь.
- Защитник, Хранитель, хочет ли кто-нибудь из вас взять на себя право защиты обвиняемого? – голос Гарри отозвался в стенах зала.
- Да, - Драко поднялся со своего места. Гарри посмотрел на молодого человека с вопросом в глазах. Блондин тихо произнес, так, что его услышал только мальчик. – Я в шоке от того, что ты сделал с Блеком, просто боюсь, что его ты превратишь окончательно в волка и посадишь на цепь.
- Мне такое даже в голову не приходило, - обиделся Гарри.
- А кто тебя знает, - пожал плечами Драко, затем посмотрел на Люпина. – Это не беспристрастный суд, как должно бы быть. И здесь сегодня судят не столько за все те преступления, которые когда-либо совершены были этим человеком, - Драко выделил последнее слово. – Сколько наказываются за предательство отданного им под защиту ребенка, потерявшего десять лет жизни.
Северус с легким оттенком гордости на лице посмотрел на крестника. «А из него не плохой защитник выйдет, хоть он и Хранитель. Но, Мерлин всемогущий, никогда бы не подумал, что мальчик может придумать такое наказание для человека, которого когда-то считал своей единственной семьей. Я до сих пор в шоке. Блек – домовой эльф Малфоев. Боюсь даже представить, что бы он сделал с Люпиным, если бы судил его в черной мантии».
- Пожалуй, за сильный проступок, помимо бездействия в отношении Гарри Поттера, можно считать непреднамеренное нападение в волчьем обличии на своего однокурсника Северуса Снейпа, которое чуть не привело к гибели последнего, - между тем продолжил Драко. – Но у мистера Люпина есть несколько смягчающих обстоятельств. Во-первых, на Северуса Снейпа его натравил друг – однокурсник. Во-вторых, он все-таки, в отличие от остальных, пытался прояснить ситуация относительно сына своих друзей.
Пока Драко произносил свою речь, Гарри неотрывно смотрел на клетку с Сириусом. Было видно, как при упоминании о попытке Ремуса Блек вздрогнул и бросил полный беспомощности и боли взгляд на загон. Друг оказался сильнее его, человека, обязанного защищать мальчика от всего и всех.
- Ремус Люпин, я готов тебе дать шанс, - Гарри посмотрел прямо на оборотня. – Это то, что касается меня. Теперь относительно других твоих поступков и нарушений, - Гарри перевел взгляд на Северуса. Тот вздохнул, увидев на столе пергамент с вердиктом. Пробежав его взглядом, Снейп обернулся и посмотрел на Гарри удивленным взглядом. Мальчик кивнул.
- Ремус Джонатан Люпин, вердикт Высшего суда: вы лишаетесь магии на три года, после окончания срока сила будет разблокирована, и вы сможете пользоваться своей волшебной палочкой.
- Мерлин, - выдохнул Ремус, в ужасе глядя на мужчин и мальчика перед собой.
- Я могу отпустить тебя отсюда в мир магглов, где ты и проведешь эти три года, лишь в полнолуние уходя в лес. Я даже готов уговорить Северуса Снейпа варить тебе ликантропное зелье, но…, - Гарри встал со своего трона и Ремус сделал вдох и замер. Это «Но» его пугало сильнее, чем лишение магии. – Я могу предложить тебе два других варианта: первый – я делаю тебя человеком, заблокировав твою вторую сущность. В полнолуние ты будешь испытывать лишь легкое недомогание, но уже никогда не перекинешься в волка.
Все мужчины в зале изумленно посмотрели на Гарри. И только пятеро понимали, что сейчас говорит не столько мальчик, сколько Азкабан.
- Это невозможно, - вырвалось у Ремуса.
- В этом мире нет ничего невозможного, - твердо сказал Гарри, затем продолжил. – В этом случае ты уйдешь на три года в мир магии и будешь работать на благо общества там, где я тебе укажу. Но есть другой вариант. Ты можешь стать на все время твоего наказания волком, который будет жить в специальном вольере.
Ремуса передернуло от такой перспективы. Он никогда не мог принять своей сущности, а после озвученного первого предложения, в душе зародилась надежда.
- Но есть и третий вариант, - Гарри щелкнул пальцами и Ремус увидел клетку с заключенным в ней Сириусом в какой-то серой тряпке, под которой явно ничего не было.
- Сириус, - воскликнул он, рванувшись к границе барьера. Прикосновение к невидимой защите ощутимо ударило по нему, заставив зашипеть от боли.
- Сири, - поправил его Гарри. – Это его наказание, пока он не заслужит прощения. Сириуса Блека больше не существует, есть Сири – домовой эльф Малфоев. И мое третье предложение звучит так: все остается как есть сейчас. Ты – оборотень, остаешься в этом доме рядом со своим другом, но не будет никакого ликантропного зелья. Жить ты будешь вместе с ним, в его каморке на полнолуние будет появляться специальная клетка. Мне не нужно, что собственность этого дома пострадала, - Гарри видел, как от последних слов Сириус почти сломался. От его гордости, вернее остатков, ничего не осталось. Ремус смотрел только на друга. «Мерлин, за что? За что?! – ничего другого у него в голове просто не было.
- Я выбираю третье, - прохрипел Ремус, падая на колени.
- Ремус Джонатан Люпин лишается магии на срок в три года, остается в ипостаси оборотня. Он не может покинуть Малфой-менор без разрешения его владельцев. Ему отказано в ликантропном зелье. Местом его обитания определяется помещение, выделенное для домового эльфа – Сири. Суд завершен. Вспышка света и всех шестерых представителей суда скрыло.
- Зачем, Ремус, зачем? – Сириус с болью и отчаянием смотрел на друга.
- Я не могу оставить тебя так. Вдвоем будет легче, - произнес тот в ответ.
Внезапно обоих мужчин окутало дымкой, и они провались в сон. Силой магии их перенесло в выделенную для них комнату. Она не была большой – метров пятнадцать всего. Там было все необходимое, но очень простое. В одном углу было пусто – место для клетки. Дверь комнаты открылась, и на пороге появился пятнадцатилетний подросток. За его спиной стоял Драко.
- Гарри, это жестоко, - произнес блондин.
- Нет, так надо, - произнес Гарри.
- Это говоришь ты или Азкабан? – поинтересовался Драко.
- Оба, - ответил мальчик, затем добавил. – Я прощу Сириуса, когда-нибудь.
- А Люпина? – спросил Драко.
- Я его уже простил, - ответил мальчик, закрывая дверь в комнату, где на кроватях спали навеянным сном двое мужчин.
- Тогда, почему ты так его наказал? – воскликнул Драко.
- Вот и мне это интересно, - хмуро произнес Северус, появляясь перед молодыми людьми. – Почему ты отказал ему в зелье?
- Я отказал ему в ликантропном зелье, но это не значит, что ты не можешь придумать что-нибудь еще, - хитро улыбнулся Гарри.
- Мордред и Моргана, - воскликнул Люциус. Пораженно глядя на приемного сына. – Северус. Да он тебе подопытного оборотня в Замке оставил. Ты теперь можешь заниматься изысканиями в области более усовершенствованного зелья для оборотней.
- Мда, - только и произнес Драко. – Ну, ты и ребенок. И какого ты вообще делал в Гриффиндоре?
- Меня шляпа хотела в Слизерин отправить, - хмыкнул Гарри. Снейп как-то странно посмотрел на подростка, затем хмыкнул.
- Хогвартс этого бы не перенес, - наконец, произнес зельевар.
- Пожалуй, да, - согласился Гарри. Драко рассмеялся.
- Как Блек может закончить свои мучения? – Люциус посмотрел на мальчика. – Ты же оставил ему лазейку.
- Это будет моей маленькой тайной, - усмехнулся Гарри. – Пока.
- Ты нам скажешь? – Драко посмотрел на подростка.
- Когда-нибудь, может быть, - усмехнулся тот.
- И все равно я считаю, что приговор был слишком жестокий, - покачал головой Драко.
- Они сами выбрали свой путь, - пожал плечами Гарри.
- Зачем ты лишил Люпина магии? – Северус сердито посмотрел на подростка.
- Решать проблему оборотней проще, когда они не имеет никаких других сил, - Гарри пристально посмотрел на зельевара.
- Подожди, ты что, действительно сделал так, чтобы Северус занялся решением проблемы оборотней? – Драко изумленно смотрел на Гарри, тот в ответ только кивнул.
- Думаю, трех лет Северусу хватит, - произнес мальчик задумчиво.
- Точно слизеринец, - закатил глаза Люциус.
- Верните мне моего Поттера, - страдальчески заломил руки Снейп, чем вызвал у всех веселый смех.
- Знаете, я есть хочу, - произнес Гарри, а затем посмотрел на зельевара. – И не обижай их.
Снейп заломил в своей манере бровь, но подросток только фыркнул на это.
- Я имел в виду, не надо унижать их еще больше, чем уже есть. Я не хочу, чтобы они сломались, - Гарри серьезно посмотрел на Северуса, потом повернулся к двум Малфоям. – И домовик должен работать.
- Я все понял, Гарри, - кивнул Люциус. – Никто не будет ему делать поблажек.
- Вот и хорошо, - кивнул Гарри. – Он должен пройти этот путь, чтобы вернуть себя.
- Ох, жестокий путь ты выбрал для этого, - вздохнул Люциус.
- Я знаю, но мне не нужны два плаксивых идиота, которые будут прятать глаза каждый раз, когда я окажусь рядом, - фыркнул Гарри.
- Но сможешь ли ты выносить их присутствия, приказывать Блеку, прости, Сири, - Люциус внимательно смотрел на мальчика.
- Да, - спокойно ответил тот.
- Что ж, мне пора, - Вестник появился перед мужчинами и подростком. – Погляжу-ка я кого еще можно уже мариновать. Интересный ты выбрал для них путь. И наказание, и шанс для прощения, и возможность быть рядом с тобой. Умный мальчик, сильный духом. Отдыхайте.
Наказание по преступлению? Не совсем. Гарри преследовал совершенно другие цели, но в то же время испытал удовлетворения от того, что придумал для двух мужчин, которым когда-то безгранично верил.
Малфои и Снейп еще не знали, какой сюрприз готовил для них Дамблдор, а тот уже потирал руки, предвкушая, что, наконец-то, сможет заполучить Поттера обратно в свои руки.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:35 | Сообщение # 12
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 11. Снова в школу?
Директор никак не мог успокоиться по тому поводу, что Гарри Поттер не находится в его власти. После того как сам Темный лорд выложил правду о событиях десятилетней давности, Дамблдор почему-то был уверен, что Гарри встанет на их сторону. Ему совершенно не приходило в голову, что предательство могло сломать четырнадцатилетнего ребенка, и за десять лет в Азкабане он мог превратиться в растение, которому плевать на весь этот мир с высокой колокольни. Но этого не случилось. Мало того, что он выжил, так еще и остался таким же каким был – ребенком. Все планы рухнули, когда непонятная магия не подпускала никого к мальчику, особенно его близких, что должно было в первую очередь насторожить старого мага, а не раздражать, как получилось на самом деле. Дамблдор понимал, что его можно обвинить в том, что он, не разобравшись в ситуации, позволил упечь в самую страшную тюрьму ребенка, которого обязан был защищать, как студента на правах директора Хогвартса, и как подопечного на правах магического опекуна. А сейчас, когда все кому не лень знали, что Поттер действительно их единственная надежда на спасение и всегда ею была, поток обвинений начал нарастать как снежный ком. Директору припоминали все его огрехи и поражения. Очень часто, даже среди членов Ордена Феникса то и дело можно было услышать, что будь Поттер с ними все это время, то возможно они победили бы уже давно, и не было бы этих десяти лет войны.
Если смотреть на все это пристально, то можно было даваться диву, что противостояние так называемый светлых и темных сил до сих пор еще не вовлекло в войну магглов. Все вспышки боев среди немагического населения списывали на террористические акты, а непонятные смерти на сердечные приступы с летальным исходом. Магглы так и остались в святом неведении, что же происходит на самом деле, и что рядом с ними находится еще один мир, полный загадок и своих проблем. Вот уж в чем Министерство, Дамблдор и Волдеморт были солидарны после пяти лет военных действий, так это в том, что магглы не должны знать ничего о магическом мире. Хотя то и дело стычки происходили на немагической территории, все придерживались правила зачистки памяти непосвященным. Так получилось, что родители и родственники магглорожденных волшебников, знающие о магии, были быстро взяты под контроль Министерством, а зачастую переселены в магические деревеньки. Не сказать, что это прибавило Министерству симпатий населения. По ходу противостояния Волдеморт полностью переключился на магический мир, но давал возможность своим приспешникам попрактиковаться на магглах.
Несколько месяцев после того, как Гарри Поттер оказался в руках Малфоев и Снейпа, которые, как, оказывается, были все десять лет в курсе невиновности мальчика, Дамблдор всеми способами пытался забрать свое оружие против Волдеморта, но все время терпел поражение за поражением. Совсем плохи стали дела, когда пришло известие об усыновлении, но при этом еще старший Малфой подстраховался и получил в свое распоряжение все имущество Поттеров, а это означало закрытие всех счетов для посторонних, то есть для него – Дамблдора. Следующий удар пришел вообще неожиданно. Ему сообщили, что в поместье Малфоя, за которым велось постоянное наблюдение, появились двое молодых Упивающихся, в которых Невилл и Рон опознали Панси Паркинсон и Блейза Забини. Директор пытался просчитать все ходы. Что могло понадобиться этим двоим у Малфоев, которых Темный лорд внес в список смертников? Ответ пришел от одного из шпионов в стане врага. Новость была ошеломительной – Волдеморт приказал не трогать Малфоев и Снейпа, объявив их нейтральной стороной, и предложил им безопасность взамен того, что те просто отходят от противостояния в сторону, держа там и юного Поттера. Об ответе троицы никто не знал. И надо сказать, что такого прямого предложения ни Северус, ни Люциус не получали. Им настоятельно порекомендовали стать опекунами мальчика.
Третье происшествие вообще выбило из директора весь дух – поместье Малфоев разваливается у всех на глазах и ничего сделать нельзя, а спустя немного времени вдогонку прозвучало, что происходит что-то совершенно непонятное. Он направился туда лично. Увиденное не вписывалось ни в какие рамки, до селе известные в мире. Вокруг Поттера, вернувшегося из Азкабана, стало происходит слишком много странного. И это пугало. Мальчишку срочно нужно было брать под контроль, неизвестно что из него вырастит Малфой, пусть он и перешел на светлую сторону. Люциус был чистокровным аристократом до мозга костей, и нельзя было допустить, чтобы такой человек влиял на Избранного. Но, как всегда, Дамблдор забыл спросить об этом всех заинтересованных лиц. В той заварушке у белого Замка светлые силы даже не заметили пропажи двух своих товарищей. Пока Орден был занят выяснением обстоятельств исчезновения Блека и Люпина, Дамблдор, наконец, придумал, как заполучит в свои руки Поттера. Именно претворением своей идеи в жизнь, он и занялся.
Директор Хогвартса появился в Министерстве через неделю после появления на землях Малфоев Замка. Его путь лежал прямо к министру. Этот пост уже несколько лет занимал Руфус Скримджер, не менее не далекий политик, как и его предшественник.
- Альбус, дорогой, что привело тебя в наши стены? – радушно встретил гостя министр. Еще бы ему не быть счастливым, когда только благодаря этому человеку он все еще был у власти, хотя весь магический мир считал, что Министерство в этом противостоянии выступает третьей стороной.
- Я знаю, как вырвать Поттера из лап Малфоев, - заявил вместо приветствия Дамблдор.
- О, я внимательно слушаю, - тут же посерьезнел Скримджер.
- Поттер так и не закончил образования. У него всего четыре курса, причем за четвертый он даже не сдавал экзамены, - пояснил директор.
- Вы хотите вернуть его в школу? – решил уточнить министр свою догадку.
- Совершенно верно. Если бы ему было двадцать пять, как всем его ровесником, это было бы сложно сделать, но ему только пятнадцать, - хищно улыбнулся Дамблдор, сверкая своими голубыми глазами из-за очков-половинок.
- Но как это сделать? – нахмурился Скримджер.
- Указ об обучении студентов старше пятнадцати лет обязательно в школе магии и волшебства, - усмехнулся директор.
- Но Малфой может отдать его в тот же Дурмстранг, - воскликнул министр.
- Для этого ему надо забрать документы из Хогвартса, а мне их отдать, - ухмылка стала злобней.
- У него не будет выхода, - понял Скримджер.
- Да, а Поттер снова будет у нас в руках, - кивнул Дамблдор.
- Что ж, указ выйдет сегодня, но вы знаете все процедуры, так что обнародовать его смогут только через три недели, - чуть виновато произнес министр.
- Это уже не важно, главное, что дело будет сделано. Три или пять недель... Уже не важно, - произнес довольный директор, покидая кабинет министра магии.
"Все, Поттер, больше ты никуда не денешься", - усмехнулся Дамблдор, аппарируя в штаб. Он подключился к поискам Блека и Люпина, но никакие действия не приносили успеха. Три недели пролетели как сон, но не для членов Ордена Феникса. Отсутствие Сириуса сказалось на защите дома. Она трещала по всем швам, а ровно через четыре с половиной недели с момента исчезновения просто рухнула, словно вся магия выдохлась. Кричер ходил по дому и бормотал совершенно не понятные слова: "Изменили, отобрали, наказали, заслужил, один из нас, Кричер чувствует, Кричер знает, дурной хозяин долго не вернется. Каждому по заслугам". Кто бы не пытался расшифровать эту белиберду, по их словам, толку было мало.
В этот же день в Министерстве составлялось довольно ультимативное письмо в адрес Люциуса Малфоя, правда, никто не знал, получить ли он его вообще.

После событий с перерождением поместья Малфоев Волдеморт стал чувствовать себя лучше. Казалось, что магия Гарри, наконец, была взята под контроль. Только вот вопросов с каждым днем становилось все больше, а ответов все не было. Как бы не пытался Темный лорд найти хоть какую то крупицу информацию по интересующему его моменту, все было впустую. Не было ничего, что объяснило бы происходящее. А еще и этот момент с родством никак не хотел проясняться. Он нигде не мог найти достоверной информации о Лили, лишь то, что она его дочь, а значит, Гарри – внук. Но как, каким образом, когда – все оставалось тайной за семью печатями.
Последующие несколько дней дали знать, что с магией у Гарри все в порядке и в ближайшее время Темному лорду не стоит беспокоиться о приступах боли. Несколько раз он отправлял в Замок Панси и Блейза, но тем даже не удалось подойти к воротам, та же проблема наблюдалась не только у Пожирателей. Понять, что происходит на территории поместья, не было никакой возможности.
- Что удалось выяснить? – Волдеморт посмотрел на Панси, свою любимицу среди избранных.
- Ничего. Мы даже не можем понять, жив ли там кто-нибудь, - вздохнула девушка.
- Жив, - кивнул Блейз. Все удивленно посмотрела на него. Молодой человек решил пояснить. – На конюшне породистые скакуны, пару раз видели борзых, там точно есть домовики, а пару раз видели мельком на крыше человеческие фигуры.
- Значит, живы, - задумчиво произнес Волдеморт. – Интересно, что же все-таки происходит?
- Я хочу, чтобы наблюдение продолжилось, но уже не так явно, как до сих пор. Пусть решат, что мы ушли, - задумчиво произнес мужчина.
- Милорд, - в комнату постучали. Волдеморт взмахом руки заставил своих избранных уйти в тень, после чего занял царственную позу и приказал доложить.
- Милорд, прибыл наш человек из Министерства с новостями, - получил он ответ.
- Впусти, - не добро прищурился Темный лорд.
- Милорд, - упал на колени человек в черном плаще и белой маске.
- Говори, - приказал Волдеморт.
- Через неделю будет обнародован указ, по которому все, кто достиг пятнадцати лет, обязаны обучаться магии в школе магии, - произнес гонец, очень надеясь, что не лишиться головы, как это обычно принято при озвучивании плохих новостей.
- Дамблдор, - выплюнул темный лорд, нисколько не сомневаясь, для чего все было сделано, да еще и так тайно.
- Да, милорд, это инициатива Дамблдора, и она, в первую очередь, направлена на Поттера, - подтвердил догадку своего господина гонец.
- Значит, он захотел все-таки получить свою игрушку назад, - задумчиво произнес Волдеморт, затем опомнился и сказал. – Свободен.
Счастливый от того, что отделался только легким испугом, пожиратель удалился из кабинета на полной скорости.
- Мой лорд? – Панси посмотрела на господина.
- Дамблдор слишком много на себя берет, - нахмурился Волдеморт.
- Мы уже опоздали с тем, чтобы остановить процесс, - произнес Блейз. – Что будем делать?
- Ничего, - Темный лорд оглядел своих "змеек". – Думаю, нашего дорого директора ждет очень большой сюрприз. Если он думает, что Гарри Поттер остался прежним, то глубоко ошибается.
- Да, это уже не тот наивный и доверчивый мальчик, каким он был первые четыре года в Хогвартсе. Его сила поражает, - произнесла Панси. – Я вообще не уверена, что он хоть немного остался прежним.
- Он как-то странно ощущается, - поежился Блейз. – Я никак не могу определить, куда его отнести.
- Что ж, давайте понаблюдаем за тем, что будет происходить дальше, - усмехнулся Волдеморт.
- Дамблдор, по-моему, сам не понимает, какую головную боль себе только что нажил, - хохотнула Панси.
- Объясни, - на девушку уставилось несколько пар удивленных глаз.
- Просто мои встречи с этим мальчиков, тем, какой он сейчас, дают основание предполагать, что у Дамблдора будут проблемы, сравнимые разве что с теми, какие у директора были с нами в последние десять лет, - усмехнулась Панси.
- Ты говоришь о нем, как о большой занозе, - усмехнулся светловолосый парень.
- А он всегда был занозой, а сейчас стал еще и колючей, - поддержал подругу Блейз.
- Что ж, посмотрим, что же он представляет сейчас, - подвел итог Волдеморт. – Напомним всем не трогать Поттера ни в коем случае. У нас появилось время сделать передышку и набраться сил. И даст нам ее никто иной, как Избранный светлых сил – Гарри Поттер.

В Замке как раз все сели обедать. Сири должен был прислуживать за столом, что было вменено в его обязанности. Ремуса кормили на кухне. Завтрак прошел в очень напряженной обстановке, поскольку наказанный мужчина ломал свою гордость не только с помощью магии, но и сам. Смотреть на это было жутко. У Гарри даже возникло желание все прекратить разом, простив его, но оно тут же было подавлено волной, вспыхнувшей внутри. Аппетит на завтраке был всем подпорчен. И сейчас мужчины готовились к очередной пытке, но новое приобретение Малфоев стояло около стола, потупив взор, и выполняло все команды чуть неловкими движениями. Похоже, Сириус смог сам себя уговорить подчиниться сложившимся обстоятельствам. Но аппетита это никому не добавило. Гарри сидел и ковырялся в тарелке, изредка направляя ее содержимое себе в рот. Казалось, что обеду не будет конца и края. Именно этот момент выбрала министерская сова, чтобы влететь в обеденный зал и свалить пакет прямо в тарелку Люциусу.
- Да чтоб ты подавилось чем-нибудь, нелюдь, - выругался мужчина, зло глядя на расхаживающую по столу сову. – И почему только у Министерства совы настолько плохо себя ведут.
- На то они и министерские, - отозвался Драко.
- Что понадобилось от нас Министерству? – Снейп подозрительно косился на пакет. Люциус дважды проверил его на наличие всяких проклятий и только после этого вскрыл.

"Лорду Люциусу Малфою.
Мистер Малфой, уведомляем вас, как опекуна мистера Гарольда Джеймса Поттера, что согласно указу, принятому Министерством магии Англии 15 ноября сего года "Об образовании несовершеннолетних волшебников" вам следует направить вашего несовершеннолетнего подопечного в срочном порядке в учебное заведение, в данном случае школу магии и волшебства Хогвартс, на факультет Гриффиндор.
Начальник отдела образования Фирелиус Доджсон".

Люциус молча передал письмо в руки Снейпа, который быстро пробежал его глазами и хмыкнул.
- Оперативно они, однако.
- В чем дело? – нахмурился Драко.
- Ради того чтобы заполучить Гарри в свои руки эти..., - Люциус скривился. – придумали специальный закон.
- На, почитай, - Снейп передал послание крестнику.
- Мда, не думал, что у Министерства хватит на это мозгов, - покачал головой Драко.
- О, я даже не сомневаюсь, Драко, что тут замешан никто иной, как наш любимый Дамблдор, - съязвил зельевар.
- И ведь не отвертеться, - скривился Малфой.
- Ну, это как посмотреть, - усмехнулся Снейп.
- Что? – Драко посмотрел на крестного. Гарри все это время молчал, наблюдая за разговором старших.
- Они требуют в школу Гарольда Джеймса Поттера, подопечного лорда Люциуса Малфоя, - вкрадчиво произнес Снейп. Люциус к этому времени уже усмехался очень гаденькой улыбкой.
- Здесь нет такого человека, - произнес Гарри.
- Правильно, сын, Гарольду Джеймсу Поттеру на самом деле 25 лет, а вот моему приемному сыну действительно 15 и он носит фамилию Поттер-Малфой, - кивнул Люциус.
- Ты будешь бороться, отец? – Драко посмотрел на Люциуса.
- Мы все равно не сможем победить, но вот отсрочить поездку Гарри в Хогвартс – да, а это значит, что и провести свои контрмеры тоже, - произнес Люциус.
- Пора мне вернуться в школу на должность зельевара, - задумчиво произнес Снейп. – Тем более я и не увольнялся. Скажем так, я был с моим вторым крестником и следил за его выздоровлением. Министерству придется согласиться, если они хотят увидеть Гарри в Хогвартсе. Защита этого места не позволит им ничего нам сделать. Но и сидеть тут как затворники нам тоже не надо. Они решили, что выиграли? Что ж, их ждет большой сюрприз. Не только они умеют шантажировать.
- А если отправить Гарри в Дурмстранг? – предложил Драко.
- Нет, крестник, Дамблдор не позволит, но директор ошибается в своих предположениях о том, кого он получит в качестве ученика. И сильно сомневаюсь, что тот, кто приедет в школу будет учеником Гриффиндора, - произнес Снейп.
- В Слизерин? Уверен, крестный? – переспросил Драко.
- Я бы не был так уверен, - наконец, подал голос Рогнар.
- Почему? – одновременно спросили Гарри и Драко.
- Ты – Судья, Гарри, - последовал ответ.
- Хмм, - Снейп пристально посмотрел на мальчика, а потом засмеялся, открыто и весело, чем, если честно напугал всех, особенно Сириуса, который вообще впервые в своей жизни видел такого зельевара. Они ни сколько не боялись говорить при нем, ведь магия накрепко привязала его к Малфоям. Он даже рта не сможет открыть при других или ответить на их вопросы. Полная собственность Малфоям – этим все сказано.
- Северус? – Люциус попытался привлечь внимание друга.
- Люциус, Дамблдор даже понятие не имеет, кого он приглашает в Хогвартс, - отсмеявшись, сказал Снейп. – Представь, в Хогвартсе будет СУДЬЯ!
- Да, кажется, жизнь принимает очень интересный оборот, - задумчиво произнес Люциус.
- Начинаем нашу игру? – с усмешкой спросил Драко.
- Начинаем, - кивнул Северус. Гарри скептически посмотрел на мужчин.
- Гарри – ты Судья, а значит, Хранитель, Защитник, Обвинитель и Палач должны быть рядом с тобой, - пояснил Люциус. На лице мальчика проступило понимание.
- Что ж, пошел-ка я напишу ответ нашему дорогому Министерству, - усмехнулся Люциус. – Поиграем на нервах у "сильных мира сего".
- Смотри не переиграй, - съязвил Снейп.
- О, не беспокойся, мой друг, в политических интригах я силен. Они очень крепко пожалеют о том, что вообще издали этот указ, - последовал ответ от Малфоя-старшего.
Пока старшие перебрасывались язвительными замечаниями, Драко наклонился к Гарри, который задумчиво водил пальцем по столу.
- Все будет хорошо, вот увидишь.
- Просто это нервирует. Почему они не оставят меня в покое?
- Ну, ты Герой магического мира, будущий и единственный победитель Темного лорда, - сказал Драко с легкой насмешкой.
- А оно мне надо? – скривился Гарри.
- Вот и покажи им, как оно тебе надо, - усмехнулся Драко, и тут же поежился. Увидев, как опасно блеснули зеленые глазищи, а на лице появилась улыбка удовлетворенного аллигатора. – Гарри, я пошутил.
- А я вот не буду шутить, - произнес Гарри. – Они меня хотят? Они меня получат. Только много ли у них от этого будет радости?
- Что-то мне даже жалко их всех стало, - осторожно посмотрев на мальчика, сказал Драко.
- Не стоит, - улыбнулся Гарри. – Я просто покажу, как они все ошибаются на мой счет. Что ж, Хогвартс, я иду.
- Мерлин, Моргана и Мордред, помоги этому миру выстоять, - закатил глаза к потолку Драко, про себя очень довольный тем, что Гарри, наконец-то, вышел из той апатии, в которую впал после суда над своим крестным и его другом.
Сири лишь вздохнул, поняв, что кое-кто очень пожалеет, и очень скоро, обо всем содеянном.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:36 | Сообщение # 13
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 12. Загадки и разгадки прошлого.
Это был первый год с момента падения Хогвартса, когда школа вернулась в стены Замка. После того нападения стены стали восстанавливаться, но медленно и неохотно. Словно сама магия была против. Дамблдор, да и огромное количество невыразимцев обследовали всю территорию с различными артефактами, высшими чарами, но были удивлены такому странному событию. Когда вдруг в этом году заявили, что Замок неожиданно восстановился буквально за две недели, все обрадовались. Как же, снова есть самое безопасное место на земле. Но не многие провели кое-какие параллели. Те, кто это сделал, оказались в очень малом количестве. Но именно этим людям удалось сложить кусочки воедино. Одним из таких людей, что самое смешное был Эрни МакМиллан, после школ попавший в отдел тайн, к невыразимцам. Он еще несколько лет назад, если уж говорить точно, то пять, пришел к выводу, что все в истории последних двадцати шести лет как-то, косвенно ли, прямо ли, но завязано на Гарри Поттера. Эрни был одним из тех, кто не поверил в виновность Гарри. Почему? Да, потому что это было самой большой глупостью, которая вообще могла прийти в голову взрослым. Кстати, его родители и дед с бабушкой считали также. Но их голоса потерялись в воплях толпы, пожелавшей линчевать четырнадцатилетнего парня. Пожалуй, кроме Слизерина, еще только Луна Лавгуд была уверена в том, что мир сошел с ума. Эта девочка всегда была сама себе на уме, но однажды он слышал, как она сказала, что этот мир крупно пожалеет, что так поступил с Гарри. Эрни с ней тогда согласился. И вот теперь школа вернулась в свое первозданное состояние. Первого сентября школьники пришли уже не в ту школу, куда ходили последние несколько лет, а в Хогвартс.
Эрни посмотрел на лежащие перед ним записи и усмехнулся. Никаких сомнений, что все связано с Гарри Поттером, у него больше не было. Защита Хогвартса стала резко слабеть сразу после того, как Мальчика-который-выжил посадили в Азкабан. Не прошло и двух лет, как рухнуло все. Ни одна из сторон не могла одержать верх, они только все больше усугубляли хаос, уничтожая лучших представителей магического мира. Эрни снова усмехнулся, вспоминая свой визит в Азкабан пять лет назад. Да, он был первым человеком вне Азкабана, кто знал, что Гарри Поттер отнюдь не страдает в стенах тюрьмы, а мирно спит, и совсем не собирается расти. Он тогда никому ничего не сказал, а сам стал собирать информацию, все, что происходило в мире и особенно в Англии. Постепенно картинка начала вырисовываться.
- Эрни? – на пороге его кабинета стояла сама Луна Лавгуд. Девушка пришла работать в отдел тайн три года назад, и теперь уже была одним из непревзойденных сотрудников. Оказалось, девушка была очень хорошей актрисой. Кстати, в отдел ее привел он. - О чем задумался?
- Да вот, все думаю, когда все остальное общество, наконец, сложит воедино все осколки, - хмыкнул Эрни.
- Я, кстати, тоже по этому поводу зашла, - усмехнулась Луна. Девушка выглядела восхитительно и ничем не напоминала Полоумную Лавгуд, как ее частенько даже в глаза называли.
- И что случилось? – заинтересовано спросил Эрни.
- Дамблдор вынудил Министерство принять указ об обязательном обучении в школе детей старше четырнадцати лет, - сказал Луна. Присаживаясь на краешек стола своего единственного друга, не считая Гарри, которого всегда считала первым и настоящим.
- Никак связано с Гарри, - хмыкнул Эрни.
- Кто бы сомневался, - хохотнула Луна. – Только думаю, директор зря радуется.
- Почему ты так решила? – Эрни взглянул девушке в глаза.
- Я тут покопалась. Ничего тебе не рассказывала, пока не собрала полную информацию, - Луна закусила губу.
- И? – Эрни поерзал в кресле, снедаемый любопытством.
- Есть очень серьезные основания считать, что Волдеморт и Гарри родственники, - произнесла Луна.
- Ты о той информации, когда нам сообщили, что этот Темный лорд считает его своим внуком? – спросил Эрни.
- Это чушь, кто-то здорово запудрил мозги Пожирателям, но, похоже, Волдеморту преподнесли какие-то документы, в подлинность которых он поверил.
- Что не так? – нахмурился Эрни.
- В общем, мне удалось по крупицам за эти три года собрать различную информацию. Так вот, у Салазара Слизерина было три сына. Один родился в законном браке еще в Хогвартсе, когда все четверо Основателей были вместе. Его жена, о которой почти ничего не известно, даже имя, умерла при странных обстоятельствах. Все проблемы начались именно после ее смерти. Слизерин исчез. Ему приписали смерть всех трех оставшихся Основателей. Кстати, я не нашла этому никакого подтверждения, зато нашла кое-что другое. Наш четвертый Основатель жил под другим именем, даже женился, но женился под истинным именем. У него родилось еще два сына и дочь, которая, кстати, впоследствии вышла замуж за старшего сына Ровены Райнвекло. Сын от первого брака был прекрасным и очень одаренным магом, но он предпочел держаться в стороне от политики и войн. В семнадцатом веке эта ветвь затерялась. Судя по тому, что мне удалось найти, последним отпрыском стала девочка, вышедшая замуж и сменившая фамилии. У нее не было детей, чтобы передать дальше кровь Слизеринов.
- Интересная история, - задумчиво произнес Эрни. – Что дальше?
- Старший сын от второго брака всегда рвался к власти. Именно эта ветвь пришла к Мраксам через различные браки, а оттуда к Томасу Марволо Риддлу, то бишь, нашему незабвенному Темному лорду.
- Фьюй, - присвистнул Эрни.
- Наследие Слизерина передается именно по этой линии. Второй сын – вторая ветвь, очень сильная надо сказать. Но вот тут совсем запутанная история. Ты, кстати, знаешь, что Поттеров считают потомками Гриффиндора? – Луна посмотрела на друга.
- В курсе, - кивнул Эрни.
- А ты в курсе, что никаких особых даров у Основателей своим потомкам нет, только имя? – усмехнулась Луна, глядя на ошарашенного Эрни. – Не считая, конечно, змееустости потомков Слизерина. Кстати, никак передать этот дар посредством каких-либо чар невозможно, - Луна испытывающе посмотрела на друга.
- Подожди, Гарри действительно наследник Слизерина? – пытался переварить новость Эрни.
- Я сказала потомков, а не наследников, - усмехнулась девушка.
- Второй сын от второго брака, - пришел к выводу молодой человек.
- Десять баллов за сообразительность, - улыбнулась Луна. – Ты прав, второй сын. Кстати, когда ему, а звали его Салиусом Слизерином, исполнилось двадцать один год, он исчез, словно испарился и никогда больше в магической Англии не появился.
- И? – Эрни уже изнывал от любопытства.
- Одновременно с этим в мире вдруг появилась молодая супружеская пара, буквально на следующей день после исчезновения Салиуса, и звали эту пару…, - Луна сделала паузу, затем усмехнулась и сказала. - Джордан и Карина Поттер.
- Ты хочешь сказать…, - Эрни выпал в осадок. Таких новостей он точно не ждал.
- Волдеморт и Гарри происходят от одного прародителя, но ведут свое начало от разных его сыновей. По магическим законам. Если в двух линиях остается на свете по единственному представителю одной семьи…, - Луна многозначительно замолкла.
- Старший становится официально отцом младшего, если разница в их возрасте равно не меньше восемнадцати лет. Это позволяет роду начать новый виток. Их силы объединяются, и они могут чувствовать друг друга на расстоянии и даже говорить посредством менталь…, - Эрни замер, затем воскликнул. – Шрам.
- Умница ты моя, - усмехнулась Луна. – А теперь вопрос: кто захотел скрыть от Волдеморта информацию, завуалировав ее так, словно, он является отцом матери Гарри, а не его, по природе магии, закрепленной в законе 98 года до нашей эры, по лето исчислению магглов?
- Кто-то стремится, чтобы Волдеморт об этом не узнал, - прищурился Эрни.
- Правильно, - кивнула Луна. – Тогда, следующий вопрос. Почему это происходит?
- Понятия не имею, - растеряно пожал плечами Эрни.
- А ты подумай? Что такого странного произошло, что кому-то приспичило все так провернуть? – Луна пристально смотрела на друга.
- Гарри был в Азкабане, - задумчиво произнес Эрни.
- И? – решила слегка его направить Луна. Эрни молчал, ему вспомнился странный разговор с надсмотрщиком, который состоялся у него в камере Гарри. Он тогда не стал подходить к кокону, хотя и не чувствовал от него никакой агрессии, скорее было тепло и спокойно. Тот тогда сказал, что Азкабан живой, и все неправильно знают историю этой серой махины.
- Ты думаешь о том разговоре, который я тебе передал после посещения Гарри в Азкабане? – решил уточнить Эрни.
- Прочти, - Луна осторожно вытащила из папки, с которой пришла, заключенный в тонкий стеклянный футляр пергамент, которому было ох как не мало лет. Эрни осторожно взял его в руки. Он чуть не выронил его из рук, а затем уставился на девушку.
- Ты где это взяла? – Эрни был в шоке. Сейчас он держал в руках документ, доказывающий, что на свете существовал человек по имени Азкабан. Это был его приговор. Приговор, который вынесли маги, его друзья, заточившие его как раз на том острове, где теперь возвышается громада темного Замка, навевающего ужас на всех магов.
- Ты забыл, где я работаю? – усмехнулась девушка. – Мне за последние два года удалось найти кучу интересной информации. Знаешь, у многих волосы встанут дыбом, если ее опубликовать, а еще я нашла в зале пророчеств, на одной очень пыльной полке два шара. На обоих стоит имя Азкабана, и вот на одном совсем недавно, буквально в день, когда весь английский магический мир «узнал правду» о Гарри появилась запись второго имени. Как думаешь, какое?
- Гарри Поттер, - Эрни даже не сомневался.
- Правильно, только вот прослушать его могут либо Азкабан, либо Гарри. Круто, - усмехнулась Луна.
- Знаешь, у меня после стольких новостей голова идет кругом, - помотал головой молодой человек.
- Предлагаю выпить кофе, но в Атриуме, - сказала Луна. – У меня такое чувство, что сегодня здесь появиться сам Лорд Малфой.
- Почему? – удивился Эрни.
- Как ты думаешь, что предпримет аристократ, когда его СЫНА пытаются у него отобрать? – хмыкнула Луна.
- Он попытается отсрочить «приговор», - задумчиво произнес Эрни. – Я хочу на это посмотреть.
- Я тоже, поэтому идем в Атриум, - они встали и вышли из кабинета. На столе остался лежать старинный пергамент, заключенный в зачарованное стекло. Но никто его не увидит. Как только молодые люди вышли, дверь кабинета автоматически опечаталась и открыть ее теперь мог бы только сам Эрни.
Они успели как раз вовремя, чтобы увидеть прибытие трех мужчин – Люциуса Малфоя, Северуса Снейпа и неизвестного. Хотя третий был одет по последней моде, в шикарную мантию, но что-то было совсем не так с его внешним видом. Он выглядел как варвар, перешагнувший время. Его взгляд наполнял людей страхом и заставлял держаться от всей троицы подальше.
- Лорд Малфой, чем обязаны? – заискивающе прошелестел один из секретарей Министерства.
- Обязаны? Объяснить мне, что это такое, - Малфой небрежно, даже брезгливо швырнул в секретаря письмом из отдела образования.
- Ээээ, - оторопел тот, затем поднял упавшее на пол письмо и принялся его читать. – Так, это, указ вышел.
- Да ну? – оскалился Снейп.
- И ради кого же этот указ был принят? – ядовито поинтересовался Малфой.
- Ну, так должны же дети получить образование, - оторопело пробормотал секретарь.
- А Гарри Поттер тут причем? – язвительно поинтересовался Снейп. Третий мужчина мрачно осматривал Атриум. Вокруг уже стали собираться любопытствующие. Луна и Эрни сидели за столиком на балконе, поэтому им все было хорошо видно и слышно. Они оба усмехнулись на вопрос своего бывшего профессора.
- Та это, ему же пятнадцать лет, в школе он должен быть, - секретарь весь сжался под двумя неумолимыми взглядами.
- Двадцать пять, - вдруг подал голос спутник Малфоя и Снейпа.
- Простите? – перед ними уже стоял еще один чиновник Министерства, более высокого ранга и недоуменно смотрел на викинга.
- Гарри Поттеру двадцать пять лет, а не пятнадцать. То, что он выглядит на пятнадцать, не отменяет того, что ему на самом деле двадцать пять, - не глядя на служащих, равнодушным тоном произнес Рогнар. Где-то послышались еле сдерживаемые смешки. В числе тех, кто оценил замечание, оказались и два невыразимца.
- Это, во-первых, - ядовито продолжил мысль викинга Снейп. – А во-вторых, в доме лорда Малфоя не проживает Гарри Поттер.
- Но это… Это же всем известно, - воскликнул, наконец, обретший нормальную речь, секретарь.
- Значит, вас ввели в заблуждение, - пожал плечами Люциус. – Так что заберите ваше письмо и ищите Гарри Поттера в другом месте.
- Но Гарри Поттер живет у вас, - воскликнуло несколько чиновников.
- Нет, не живет, - надменно бросил Люциус, разворачиваясь к выходу из Министерства. И тут в Атриуме появились авроры.
- Идиоты, - закатила глаза Луна.
- У нас не Министерство, а балаган, - поддержал ее Эрни, смотря, как авроры окружают трех мужчин.
- Не советую вам нападать, - спокойно обведя взглядом вновь прибывших, произнес Рогнар.
- Вы нам угрожаете? – тут же взвился командир отряда.
- Если бы я вам угрожал, вы бы тут уже не стояли, я только предупреждаю. Не стоит злить Судью, - последние слова были сказаны тихо, но многие их расслышали и непонимающе уставились на странного мужчину, в том числе и авроры. Что именно хотел тот сказать? И что за Судья? Этими вопросами задавались и Луна с Эрни. Но для них это не было чем-то уж слишком странным, странностей вокруг Гарри Поттера и так хватало.
- Мне вот интересно, когда до них дойдет, что в Малфой-меноре действительно не проживает Гарри Поттер, - с интересом разглядывая толпу, произнесла Луна.
- Боюсь, пройдет немало времени, - усмехнулся Эрни. – Они ведь действительно получили отсрочку.
- О, да, я даже в этом не сомневалась. Только вот что именно получить Дамблдор, когда все с вопросом отправки Гарри в Хогвартс устаканится? Ты, кстати, в курсе, что пропали Люпин и Блек? – Луна взглянула на друга.
- Да, наши тоже этим занимаются. И знаешь, к каким выводам они пришли? – Эрни ухмыльнулся.
- Что тут не обошлось без нашего с тобой Гарри Поттера? – улыбнулась Луна, глядя как авроры пытаются арестовать троицу. – Пора вмешаться.
- Да, согласен, - кивнул Эрни, бросая салфетку на стол и поднимаясь на ноги. Пока они спускались к месту событий, там уже все более разгорались страсти.
- Вы трое задержаны, - брызжа слюной, шипел командир авроров.
- На основании? – брезгливо сморщившись, произнес Люциус. В толпе появились рыжие лохмы. Снейп без труда узнал недоразумение, называвшее себя лучшим другом Гарри. Рон Уизли занимал довольно неплохой пост в Аврорате, но попал туда, мягко говоря, только по протекции Дамблдора. Он как был посредственностью, так ею и остался.
- У нас может быть много обвинений к вам, выбирайте, - пафосно заявил Рон.
- И какие же? – усмехнулась Луна, появляясь из толпы, за ее спиной стоял Эрни. На обоих красовались значки невыразимцев. Снейп даже не знал, что два его ученика попали в самые недра отдела тайн. Даже гордость появилась, что учил таких студентов.
- Похищение Гарри Поттера, - заявил Рон.
- Ты идиот или прикидываешься? – с любопытством поинтересовалась девушка. Рон залился краской от злости. Последние три года Луна при каждом удобном случае издевалась над ним.
- Это легко доказать, - вскрикнул Рон.
- Так же как легко доказать, что Драко Малфой был единственным человеком, способным забрать Гарри из Азкабана, - усмехнулась Луна.
- Интересный был кокон, особенный, - вставил свои пять копеек Эрни. Малфой-старший и Снейп удивленно посмотрели на него. Эрни пожал плечами и сказал. – А что, я видел его еще пять лет назад.
- И ничего не сказал? – закричал Рон. Эрни окинул его таким презрительным взглядом, что всем стало понятно, как молодой человек относится к бывшему однокурснику.
- А зачем? Я знал, что Гарри ничего не грозит. Там он был в полной безопасности, просто ждал, когда до группы недоумков дойдет, что они сотворили. К счастью, он не вернулся к вам, - Эрни скривился. – Я все надеялся, что вы однажды услышите наши с Луной голоса или прислушаетесь к словам слизеринцев, которые, кстати, не раз намекали на истинную подоплеку всего случившегося десять лет. Но зачем? Рональду Уизли хватило слова директора, что плюнуть в лицо человеку, который считал его своим другом. А как ты его пинал в зале суда? Не забыл еще? Я вот не забыл. Теперь пожинай плоды своего предательства. Ты как был придурком так им и остался. А вот от Грейнджер, вернее от Уизли, я такого не ожидал. Казалась такой умной, а туда же. Дура дурой.
- Не смей, - прошипел красный как рак Рон.
- Что, правда глаза колет? – усмехнулась Луна. – А нечего было вести себя так. Вас пока Волдеморт, - все кто был в зале, исключая нескольких человек, вздрогнули. Луна только хмыкнула на это и продолжила. – Вас пока Волдеморт не ткнул носом, вы ничего и не пытались прояснить. А столько всего происходило. Все знаки были на лицо, а вы слепые кутята, которые никак не могу выбраться из коробки. Если Дамблдор надеется получить своего Героя, то он может свою надежду послать на кладбище. Гарри никогда вас не простит. НИКОГДА, Уизли.
- Он все поймет, - заявил Рон.
- Дурак, - вздохнул Эрни. – Что именно он поймет? Что проспал десять лет? Что потерял десять лет жизни, пусть и трудной? Что вернулся в неизвестный мир четырнадцатилетним, ах да, уже пятнадцатилетним парнем, когда юридически ему двадцать пять?
- Да, да, Рон и вы, господа, Гарри Поттеру юридически двадцать пять, и этого отменить никто не можешь. Так что в школу ему вообще-то поздновато идти, - усмехнулась Луна. – Да и оснований на задержание лорда Малфоя. Мистера Снейпа и их спутника у вас нет.
- Мисс Лавгуд права, - раздался голос начальника отдела тайн.
- Но…, - чиновники замерли. Только тут до них всех дошло, и до Рона тоже, что их при всех смешали с грязью. Луна тем временем подхватила под локотки Снейпа и Малфоя и осторожненько так стала уводить в сторону. Вскоре они скрылись с виду толпы.
- Уходите, пока они не опомнились. Есть указ, что авроры могут задержать любого человека, пришедшего в Министерство, на трое суток, если у них есть малейшее сомнение на их счет, - прошептала Луна.
- Спасибо, мисс Лавгуд, - искренне поблагодарил Малфой.
- Не за что, - улыбнулась девушка. – Передавайте привет, Гарри, - после чего быстро удалилась. Трое мужчин аппарировала с аппарационной площадки. Когда все опомнились, ни Малфоя, ни его двух спутников уже в Министерстве не было. Луна и Эрни сидели в кабинете последнего и умирали со смеху. Им в очередной раз удалось опустить Уизли. Тот действительно нисколько не изменился со школы.
- И что теперь? – отсмеявшись, спросил Эрни.
- Пойду копаться на счет этого Судьи. Не зря же о нем сказал спутник Малфоя и Снейпа, - заявила Луна.
- Думаешь, это тоже связано с Гарри? – Эрни вопросительно посмотрел на девушку.
- Здесь в последние десять лет все хоть как-нибудь связано с Гарри, - вздохнула Луна. – Ладно, я пошла. Присмотри за отделом образования. Мне все-таки интересно, когда же до них дойдет, как зовут пятнадцатилетнего подростка, живущего в доме Люциуса Малфоя, и кому они должны были адресовать письмо.
- Без проблем, мне это тоже интересно. Думаю, сейчас министр жалуется директору. Тому не много понадобиться времени, - сказал Эрни.
- Директор стал допускать ошибки. Поверь, даже он не сразу вспомнить о ритуале усыновления. Он зациклен на Гарри Поттере, а такого человека больше не существует, - сказал Луна и покинула кабинет друга. А тот ухмыльнулся. Время становилось интересным. Он понимал, что все будет зависеть от того, какую сторону займет Гарри, только вот он сомневался, что результатами этого выбора будут довольны все. Вся магия Англии была завязана на Гарри. Это было так очевидно, что хотелось смеяться над всеми, кто не видел дальше своего носа, а таких было 99 процентов населения.
- Что ж, Гарри, посмотрим, что будет дальше. А тебе удачи во всем. Ты заслуживаешь счастья, - улыбнулся Эрни, прежде чем погрузиться в работу.
События, произошедшие в Атриуме Министерства, стали основной новостью для всех, кто там присутствовал. Все обрастало подробностями, слухи полнились, и правда, как всегда, затерялась во множестве слов. Да, это и не было важно, по крайней мере, для некоторых людей. Самое главное, они получили отсрочку, а еще получили возможность понять, что все-таки не все идиоты в этом мире.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:37 | Сообщение # 14
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 13. Древние и современные знания.
- Они просто все посходили с ума, - заявил зеленоглазый юноша, отбрасывая от себя учебник пятого курса по трансфигурации.
- В чем дело, Гарри? – ворон, до этого сидевший на спинке кресла, перекинулся в человека и теперь внимательно смотрел на мрачного подростка.
- Это такая тупость, - скривился Гарри, указывая на кучу учебников, валяющихся на полу рядом с креслом.
- И чем же все это, - Рогнар с ухмылкой глазами указал на книги, - тебе так не понравилось?
- Не понравилось? – Гарри даже обиделся на такую формулировку, объясняющую его негодование. – Это все такое...
- Какое? – со смешком уточнил Снейп. Он уже минут пятнадцать наблюдал за мальчиком. Зельевару нравилось вот так за ним присматривать. Это было удивительно, как подросток мог быть настолько разным: и Судьей, довольно жестоким, надо сказать, и мальчишкой, у которого на лице написаны все им испытываемые эмоции, он был одновременно ребенком и умудренным жизнью старцем. Именно старцем, а не стариком. Северус, если честно, жутко боялся, что этот удивительный ребенок не выдержит бремени, которое Судьба на него возложила. Он поклялся себе, что сделает все возможное, чтобы тот остался вот таким, способным в негодовании швырнуть книгу на пол, в гневе запустить стаканом или вазой в стену или сидеть у огня, прислонившись к Драко спиной и о чем-то тихо с ним разговаривать. Эту сцену увидел однажды в малой гостиной. В первую секунду ему показалось, что нужно вмешаться, но, присмотревшись, он не увидел ничего предосудительного. Потом, когда такое стало повторяться все чаще и чаще, Северус смог понять, что же связывает Гарри и Драко. Да, они любили друг друга, но как братья. Нарцисса была не права, когда не захотела дать Люциуса второго ребенка, а Драко брата или сестру. Сейчас Малфой-младший наверстывал упущенное, отдав весь багаж нерастраченных чувств Гарри, своему новоприобретенному брату. Северус усмехнулся. – Так какое?
- Зачем так мудрить? – насупившись, задал вопрос Гарри.
- Что ты имеешь в виду? – Снейп прошел в комнату и сел рядом с подростком. Гарри взмахнул рукой и призвал к себе учебник по трансфигурации. Северус ничем не выдал своего удивления тем, что мальчик так спокойно и контролируемо использовал беспалочковую магию.
- Вот смотри, - ткнул пальцем в раскрытую страницу Гарри. – Я не понимаю, зачем такие сложности. Взмах, рисунок, руку сломать можно.
- Это формула для трансфигурации неживого в живое, Гарри. Она считается самой простой, - улыбнулся Северус. В последнее время он стал много и часто улыбаться, травмируя психику новоявленного домовика и домашнего "оборотня".
- Это? Простое? – фыркнул Гарри, затем выхватил у Снейпа из-за пояса брюк его палочку и хлестнул ей в направлении книги крест на крест. Северус даже отреагировать не успел на его действия, но в следующее мгновение изумленно смотрел на миниатюрного черного пегаса, гарцующего на столе. Зельевар переводил взгляд с трансформированной книги на Гарри и обратно. Юноша снова фыркнул. – Вот что значит простое, - затем он подставил ладошку, и пегасик запрыгнул ему на руку. Гарри улыбнулся, поднес ладонь к лицу и легонько дунул. На глазах изумленного Снейпа крылатая зверушка испарилась, как впрочем, и книга, из которой его сделали.
- Как? – наконец, обрел дар речи Северус.
- Хмм, - хмыкнул Гарри и ехидно взглянул из-под челки на зельевара.
- Гарри, - в голосе Снейпа прорезались грозные нотки. Мальчик лишь еще сильнее заулыбался. – Гарри!
- Все, что написано в этих учебниках, слишком усложнено, - заявил подросток. – Все можно делать без таких энергетических затрат, да и результат будет, во-первых, быстрее достигнут, а, во-вторых, намного лучше, если не сказать, идеальнее.
- Хмм, - задумчиво произнес Снейп, глядя на Гарри. Если бы он только что сам не видел этого, то точно подумал бы, что парень свихнулся. – Как ты сделал его таким маленьким?
Гарри недоуменно посмотрел на зельевара, он просто не понял вопроса. Снейп же ожидал ответа, не понимая недоумения мальчика.
- Что ты имеешь в виду под "таким маленьким"? – наконец, задал вопрос Гарри.
- При трансфигурации объект принимает свои истинные размеры, - нравоучительно произнес зельевар. Гарри обречено застонал и стукнулся лбом о столешницу, выражая свое мнение по поводу данного замечания в частности, и о современной трансфигурации в общем. Северус все больше недоумевал, но где-то на задворках сознания начало просыпаться осознание происходящего. – Гарри?
- Кто вам такой бред сказал? – на лице мальчика была написана вселенская мука. Снейп замер, а, действительно, с чего все взяли, что нельзя выполнить миниатюрную версию чего-то большого?
- Хмм, - только и выдал он.
- Я просто поражаюсь, как можно из простого сделать такую белиберду, - покачал головой Гарри.
- Подожди, - пришел в себя зельевар. В нем проснулся ученый, который теперь должен был получить ответы на все свои вопросы, и как можно быстрее, особенно, когда тут сидит тот, кто, если не объяснит, то, по крайней мере, покажет. – А что, по-твоему, не так с Акцио?
- Слишком сложно, - пожал плечами подросток. Снейп недоверчиво на него посмотрел.
- Объясни, - потребовал он.
- Ну, смотрите, - Гарри стал медленно выводить палочкой формулу Акцио, делая все необходимые акценты, и четко произнес заклинание. – Это ваше Акцио. А теперь смотрите. – Гарри держал палочку параллельно полу, не делая никаких движений – Керу, - бросил он. С пола поднялся учебник по ЗОТИ и завис на уровне палочки.
- Что за Керу? – Снейп пристально смотрел на Гарри.
- Самое просто призывающее заклинание. Ты смотришь на то, что тебе нужно и говоришь формулу. Очень легко без палочки, - сказал Гарри, положил палочку Северуса на стол, взглянул на подоконник. – Керу.
Снейп смотрел, как с подоконника слетела небольшая подушечка и мягко опустилась Гарри на колени. Он несколько секунд задумчиво смотрел перед собой, потом поднял палочку, держа ее параллельно полу, взглядом нашел бокалы и бутылку вина.
- Керу, - с первого раза, без единой ошибки. Фужеры и бутылка аккуратно, чуть звякнув, опустились на стол перед ними. Все это время Рогнар молчал, лишь внимательно слушая и наблюдая. Ему нравились люди, которые окружали наследника его друга, а мальчик стал для него всем. Рогнар готов был отдать за него жизнь. Он прекрасно понимал, что происходит вокруг, хотя сам по идее и не был магом, как таковым. Гарри начал получать знания Азкабана, а они были куда более древними, и как теперь выяснялось, многое было просто забыто, а по большей части просто так усложнено, что мальчик теперь пыхтел как рассерженный кабан, которого раздразнили.
- Вот видишь, - пожал плечами Гарри. – А вот это все, - Гарри пренебрежительно посмотрел на учебники, - туфта.
- На этом уже выучено не одно поколение магов, - Снейп даже обиделся.
- Северус, - Гарри зыркнул на зельевара. Они еще раньше договорились, что мальчик будет звать его по имени. – Ты попробуй понять разницу между Акцио и Керу.
- Что ты имеешь в виду? – Снейп действительно не понимал, чего от него хочет Гарри.
- Попробуйте эти чары попеременно и скажите о своих ощущениях, - пришел на помощь Рогнар. Снейп скептически посмотрел на викинга, но совету последовал. Он несколько раз призвал различные предметы с помощью этих двух заклинаний, а затем со слегка ошарашенным видом посмотрел на подростка, который с милой такой улыбкой наблюдал за ним. В зеленых глазах плясали не просто чертенята, там целое племя аборигенов устроило дикие танцы вокруг огня.
- И? – Рогнару самому было интересно, к какому выводу пришел зельевар.
- Я никогда над этим не задумывался, но Керу отнимает очень мало сил, почти не отнимает, тогда как Акцио требует более серьезных затрат, - выдал Снейп.
- Отсюда вопрос, - кивнул Гарри. – А зачем тогда надо так все усложнять? Ведь есть же более простые и менее энергоемкие чары и заклинания.
На этот вопрос Северус Снейп ответа не знал. Сказать, что многие знания были утеряны? На это есть возражение – существуют огромные библиотеки, в которых содержаться фолианты, которые насчитывают тысячелетия. Он ведь прекрасно знал, что в библиотеке тех же самых Малфоев, еще до перерождения поместья, были свитки, датированные задолго до времен Мерлина.
Гарри словно прочитал мысли зельевара.
- Я не понимаю, почему все зациклились на исчислении времени от Мерлина, - сказал Гарри. – Или даже от Основателей. Как будто до этого ничего не было.
- Просто Мерлин был величайшим магом..., - начал Снейп, но был прерван фырканьем юноши.
- Я погляжу, у вас тут философские споры, - в гостиную с улыбкой вошел Драко, и он был не один. Северус и Драко были более чем удивлены реакцией, последовавшей от Гарри, когда он увидел, кого с собой привел его брат.
- Луна, - мальчик слетел со своего места и с широкой, радостной улыбкой влетел в объятия девушки.
- Привет, - улыбнулась та, глядя в его зеленые глаза. – Совсем, совсем на меня не обижен?
- Нет, ты всегда в меня верила, - серьезно сказал Гарри.
- Откуда ты знаешь? – немного опешила девушка.
- Эмм, приснилось, - немного стушевался парень.
- Приснилось? – переспросил озадаченный Драко. – Ты имеешь в виду, в Азкабане?
- Ну, да, - кивнул Гарри.
- Ты никогда нам не рассказывал, что там было, - осторожно начал Драко.
- Странно, - поежился Гарри. Он провел гостью к креслу, сам сел на подлокотник к Драко. Несколько минут он молчал. – Я почувствовал, как к камере стали подходить дементоры, уже раздались крики мамы, холодный смех, а потом, как будто все отрезало и шепот, что все будет хорошо, и чтобы я спал.
- И все? – удивился Драко.
- Мне снился сон, я не знал, что он был десять лет, просто длинный и сказочный. Часто в нем была Луна, и ты, - Гарри искося посмотрел на брата. – А еще твой отец и Северус, мои родители, Седрик, и...
- Гарри? – Северусу не очень понравилось как запнулся мальчик.
- Профессор Флитвик, - сконфужено произнес подросток.
- Хмм, - выразила всеобщее мнение на этот счет Луна.
- Я просто видел вас, вы мне улыбались и говорили, что все будет хорошо, и, когда я проснусь, мир измениться. А потом сны изменились.
- Чем? – спросила Луна.
- Там стал появляться еще один человек. Сейчас я понимаю, что это был Азкабан. Я никогда не видел его лица. Из того, что он говорил, я только запомнил, что однажды у меня будет много знаний, больше, чем кто-либо мог бы мечтать получить, - тихо произнес Гарри.
- Так оно и есть, - подал голос Рогнар. – Азкабан учил тебя в своих стенах, передавал свои знания, и теперь они в тебе просыпаются. Ты не приемлешь все это, - викинг указал рукой на книги, - только потому, что все это кажется тебе лишним, слишком усложненным, когда есть возможность все сделать в два, а то и в три раза быстрее и с меньшими затратами.
- О чем это вы? – недоуменно спросили Луна и Драко.
- О, у нас тут возник спор, - усмехнулся Северус.
- Не было никакого спора, - Гарри стал похож на взъерошенного воробья, чем вызвал смех у всех присутствующих.
- Хорошо, хорошо, не спор. Гарри тут швырял книгами, сказал, что все это туфта, так кажется? – Снейп насмешливо взглянул на подростка. Тот в ответ только фыркнул и демонстративно уставился в окно. Луна не стала сдерживать улыбку, которая так и рвалась наружу. – Так вот, Гарри продемонстрировал тут несколько заклятий, которых мы с вами и в помине не знаем. В ходе маленького эксперимента выяснилось, что древние аналог манящих чар намного проще и менее затратен по расходованию энергии.
- Хмм, очень интересно, - задумчиво произнесла девушка.
- Я, пожалуй, соглашусь с Рогнаром. В Гарри стали проспаться знания, которые ему передал или передает Азкабан, - серьезно сказал Снейп.
- Ну, мы же этого, в принципе, ожидали, - сказал Драко.
- Меня другое интересует, - вступила Луна. – Сон или сны.
- Я их не помню, только восприятие. Я просто знал, что есть люди, которые знают, что я не виноват, - тихо сказал Гарри.
- Луна, скажите, а вы были в Азкабане, когда там сидел Гарри? – Рогнар внимательно смотрел на девушку.
- Да, несколько раз, даже добивалась возможности с ним увидеться, но меня так и не допустили. Кстати, все знали, что я была за Гарри, по крайней мере, те, кто надо, - твердо произнесла Луна.
- Скорее всего, это ощущения Азкабана, он их тебе передавал, чтобы ты не потерял надежду, даже во сне, а вот видения родителей, это твое подсознание, - пришел к выводу Снейп.
Они еще какое-то время обсуждали эту тему, но было видно, что Гарри не хочет вспоминать, ведь для него все это произошло не десять лет назад, а всего каких-то по сути несколько месяцев. Затем они переместились в столовую, где разговор вернулся к теме обучения. Вот тут-то спор разгорелся во всю. Гарри ни в какую не хотел заниматься по этим, как он выразился, дурацким учебникам, от которых толку, как от козла молока. Северус, Драко и Луна пытались доказать ему, что он должен хотя бы прочитать их, потому что спрашивать с него будут именно эти формулы. На все увещевания тот только фыркал. Рогнар наблюдал за ними с улыбкой на своем суровом лице.
- Оставьте вы уже ребенка в покое, - заявил Люциус, появляясь в поле зрения своей семьи.
- Спасибо, папа, хоть кто-то на моей стороне, - облегчено вздохнул Гарри и показал Драко и Луне язык, но тут же заработал легкий подзатыльник от Люциуса. – За что?
- Веди себя прилично, тебе все-таки пятнадцать, а не пять, - выдал тот в ответ.
- А у меня и в пять такого не было, - проворчал Гарри, и чуть громче добавил. – Имею право.
- И откуда что берется? – философски заметил Снейп. – Чем дальше, чем сильнее становиться Малфоем.
- Вы меня прямо осчастливили, профессор, - ехидно произнес Гарри.
- Ты в кого такой, воробей? – со вздохом спросил Северус. Вилка звякнула об тарелку. На месте Гарри сидел маленький взъерошенный воробей и зелеными пуговками глаз глядел на зельевара. Снейп мигнул. Воробей пропал, на стуле сидел прежний Гарри.
- Северус, с тобой все в порядке? – Люциус с некоторым беспокойством посматривал на друга.
- Крестный? – Драко тоже забеспокоился, настолько Снейп выглядел ошеломленным и озадаченным.
- Вы что, не видели, что он сделал только что? – Северус вдруг стал раздраженным, подозревая, что его разыгрывают.
- Профессор Снейп, вы о чем? – Луна переводила взгляд с Гарри на Снейпа, потом уставилась на подростка. – Гарри, что ты такого сделал с профессором?
- Я, знаете, уже поел, пойду что ли, - Гарри тихонько стал сползать со стула.
- На место! – рявкнул Снейп. – Гарольд Джеймс Александр Поттер-Малфой, будьте любезны объяснить, что вы только что сделали.
- Иллюзия, - пробормотал подросток, глядя куда угодно, но только не на людей.
- Какая иллюзия? – не понял Драко. Юноша вздохнул, посмотрел на брата и... Драко выскочил из-за стола, свалив стул. Через секунду он оторопело смотрел на паренька. – Как?
- Понятия не имею, - пожал тот плечами – Просто получается и все.
Пришлось демонстрировать свои умения всем, потом они, уже сидя, в очередной гостиной пытались разобраться в том, что же это такое, откуда растут ноги и как этому можно научиться. Вскоре стало понятно, что домашнее обучение нужно не столько Гарри, сколько другим обитателям поместья. В общем, им все-таки удалось заставить Гарри почитать книги, но только потому что, что его попросили на каждые заклинание и чары продемонстрировать что-нибудь по его мнению более простое. Луну уговорили остаться у них, и теперь Гарри, Драко и девушка сидели за столом и спорили. Рогнар перекинулся в ворона и сидел на спинке кресла подростка, невозмутимо взирая на их дебаты. Сколько бы Северус и Люциус не пылали желанием остаться с молодежью, им нужно было поговорить.
Люциус уже минут пять ходил по кабинету из угла в угол. Потом подошел к столу и позвонил в колокольчик. Спустя буквально две минуты дверь отворилась, и вошел Сириус, неся поднос с бутылкой коньяка, фужерами и легкими закусками. Мужчина не поднимал глаз, хотя и чувствовал, что Северус и Люциус пристально за ним наблюдают. Он расставил все на столике, и уже собрался уходить, когда почувствовал, что в позвоночник уперлась трость Малфоя-старшего.
- Вот скажи мне, как ты мог поверить, что этот мальчик способен на убийство, а Сириус? – голос у Люциуса был уставшим, в нем сейчас не было ни злости, ни презрения, просто желание понять. Сириус молчал, опустив голову. Люциус обошел его, поддел тростью подбородок и вынудил мужчину поднять голову и посмотреть себе в лицо. – Отвечай.
- Я..., - Сириус сглотнул. Как ответить на этот вопрос, если ответа у тебя нет? – Я не знаю.
- Не знаешь, - констатировал Люциус. – Сядь там, - тут же бросил он, указав в угол у окна.
Сириус почувствовал, как по спине побежали мурашки. Он надеялся, что все будет так, как уже сложилось за эти недели, после того, как Гарри превратил его в бессловесную тварь, с которой по идее могут сделать все, что захотят. Он прекрасно понимал, что прав у него еще меньше, чем у тех же самых домовиков. До сих пор хозяева не обращали на него внимания, и вот изменения. Он прошел в указанный угол и сел на колени, как и предписывалось, голову опустил, упершись взглядом в пол. Он сейчас мечтал оказаться рядом с Ремусом, но друга не видел уже недели две, и где тот был, понятия не имел.
- Люц, в чем дело? – Северус внимательно следил за действиями блондина.
- Через неделю мы должны появиться в Министерстве, где Гарри надлежит сдать экзамены за четыре курса Хогвартса, после чего будет определен его уровень знаний и его направят на тот курс, на котором он будет учиться.
- Значит, все? – нахмурился Северус.
- Да, после рождественских каникул Гарри обязан быть в школе. Это все, чего я смог добиться, - кивнул Люциус, но тут на лице у него появилась довольно-таки злая улыбка.
- Что? – насторожился Снейп.
- Ты возвращаешься в школу в качестве профессора зельеварения, - заявил Люциус. – И Гарри заново пройдет распределение. Они не смогли ничего доказать, и им пришлось согласиться с этим моим требованием.
- Это радует, - улыбнулся Снейп. Сириус внимательно прислушивался к разговору. – А вы?
- Я и Драко переезжаем в Хогсмид, - заявил Люциус. – Рогнар и так будет с вами, в качестве ворона.
- Да, Рогнар нам не помешает, - согласился Северус. – Тем более, по своей сути, он не является анимагом, так что человека в нем никто не опознает.
- Я тоже так подумал, - кивнул Люциус. – И в то же время мы все будем рядом.
- Как думаешь, куда его распределят? – спросил Северус.
- Понятия не имею, - улыбнулся Люциус. – Да и не имеет это значения.
- Пожалуй, что так, - кивнул Снейп. – Мы с тобой стали менее привержены всем этим ..., - Северус неопределенно махнул рукой.
- Влияние Гарри, - усмехнулся Люциус, затем стал серьезным. – У нас неделя, чтобы проверить знания Гарри, вернее подстроить их под современный лад. Я не собираюсь допустить того, чтобы его направили на первый курс. Такого унижения моему сыну я никому не позволю доставить.
- Что ж, тогда пора за дело, - решил Северус. – Времени у нас мало, но оно дорого.
Оба мужчины покинули кабинет, совершенно, как думал Сириус, забыв о нем, но это было не так. Настало время перемен, в том числе и для него. Сможет ли гордый Сириус Блек заработать любовь своего крестника или для него все потеряно?



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:37 | Сообщение # 15
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 14. Перед экзаменами.
Эти дни были наполнены тем, чтобы подогнать знания и умения Гарри под тот уровень, который считался приемлемым в современном мире и мог соответствовать пятнадцатилетнему подростку. Единственное, что не вызывало раздражение подростка, были, как это ни странно звучит, зелья. Тут юноша был предельно внимателен и сосредоточен. Северус не раз замечал за ним новые повадки, которых не было, когда тот учился в Хогвартсе. Одной из них было то, что Гарри сжимал губы и выпускал наружу кончик язычка сбоку. Так обычно поступают маленькие дети, когда со всем усердием пытаются что-то сделать. Самым интересным, что удалось обнаружить в эти дни, было то, что у Гарри зелья стали получаться с постоянной регулярностью, а также стали любимым предметом. Они частенько все четверо закрывались в лаборатории и что-нибудь варили. Вот и сегодня они проводили свое время за очередной готовкой зелий, причем каждый варил что-то свое.
- Драко, а почему ты не учишься на мастера зелий? В школе же этот предмет был твоим любимым, - мальчик пристально посмотрел на старшего брата.
- Было не до этого, - пожал плечами Драко, хотя по его лицу было видно, что он сожалеет о том, что до сих пор им не стал.
- Я читал, что, чтобы стать кандидатом, надо на два года стать учеником действующего мастера зелий, - Гарри снова бросил взгляд на Драко и тут же вернулся к помешиванию своего варева.
- Да, это так, - Драко кивнул, не отрывая взора от своего зелья, которое требовало предельного внимания.
- Крестный, - Гарри переключился на Северуса. Эту странность за ним заметили все: когда ему что-то было нужно от зельевара, он называл его крестным, когда злился – Снейпом, в остальное время – по имени.
- Да, Гарри? – Северус спокойно посмотрел на подростка, ожидая, что же тот сейчас выкинет, а ожидать можно было чего угодно.
- Ты возьмешь Драко в ученики? Официально? – Гарри невинно смотрел на Снейпа. Зельевар замер с черпаком на весу, так и не сунув его в зелье, чтобы начать помешивания. Через мгновение он опомнился и вернулся к зелью, но в то же время обдумывал вопрос подростка. Он чувствовал на себе и взгляд Драко.
- Ты все еще хочешь стать мастером зелий? – нейтрально спросил Снейп, не глядя на своего первого крестника.
- Да, - тихо ответил тот, в тайне надеясь, что крестный ему не откажет.
- Хорошо, - тот продолжал работать над зельем. Складывалось впечатление, что они говорят о чем-то обыденном, а не решают дальнейшую судьбу человека.
- Класс, теперь Драко будет в Хогвартсе, - выдал Гарри, снимая свое варево с огня, и теперь изучал его с каким-то непередаваемым выражением на лице. Северус снял свое и поставил остужать, после чего подошел к подростку и заглянул в его котел.
- И что это должно быть? – спросил он скептически. Гарри молча всучил ему пергамент с рецептом. Теперь непередаваемое выражение уже появилось на лице мастера зелий. – Ты где это взял?
Гарри, продолжая взирать на киселеобразное ярко-фиолетовое нечто, постучал себя пальцем по виску. Снейп скептически проследил за его действиями, затем снова прочел рецепт и тоже уставился в котел. Драко уже еле сдерживал смех, настолько комично эти двое выглядели. Северус поставил на огонь новый котел, затем притащил нужные ингредиенты и сам стал варить зелье, которое было описано. Пока он был занят столь интересным делом, Люциус решил вернуться к теме прерванного разговора.
- Гарри, что ты имел в виду, говоря, что Драко теперь будет в Хогвартсе?
- Ну, как официальный ученик мастера зелий, он на два года поступает в его полное распоряжение, а значит, и жить должен там, где живет его мастер, - сказал Гарри.
- Совершенно верно, - отозвался Снейп.
- Хмм, - выразил свое мнение Люциус, о чем-то задумавшись. – То есть, вы меня все кидаете?
- Почему? – Гарри даже подскочил на столе, где удобно расположился чуть раньше.
- Ну, вы же трое будете в Хогвартсе, а я останусь тут один, - сказал Люциус.
- Так, пойдем с нами в Хогвартс, - пожал плечами Гарри.
- В качестве кого? – Люциус стало смешно.
- А кто у них там ЗОТИ преподает? – спросил подросток.
- Насколько помню, кто-то из авроров, - сказал Драко.
- А Биннс все еще читает историю магии? – поинтересовался подросток.
- Это, наверное, никогда не измениться, - хмыкнул Драко.
- Не знаю, не знаю, - хитро улыбнулся подросток. – Всякое может случиться, - затем посмотрел на Люциуса. – Пап, а ты хорошо знаешь историю магии?
- Он ее превосходно знает, - рассмеялся Драко. – История станет среди студентов самым любимым предметом.
- Мы не сможем этого добиться, - покачал головой Люциус. – Все, что возможно, я уже сделал.
- Ты – да, а я еще и не начинал, - усмехнулся мальчишка.
- Нахаленок, - прокомментировал Снейп подобное поведение. Гарри только рассмеялся на это. Он чувствовал себя с этими тремя раскованно и ребенком, которому многое прощают, но могут и отсчитать за неправильное поведение. Он, наконец-то, почувствовал, что у него есть семья.
- И? – подросток сунул нос в уже почти готовое зелье Северуса.
- Сгинь, нечистая сила, - проворчал Снейп.
- Между прочим, это маггловское выражение, - хмыкнул Гарри.
- Без тебя знаю, - пробормотал Северус, снимая с огня котел с нежно-лиловым зельем, немного вязким на глаз. – Ну, и как ты получил это? – Снейп указал на его варево.
- Я перепутал порядок ингредиентов, - спокойно выдал Гарри. – В общем, что получилось в итоге, я понятия не имею.
- Это я уже понял, экспериментатор ты наш, - хмыкнул зельевар. – Позже я разберусь с ним. Запиши мне, в каком порядке, что ты делал.
- Уже, - Гарри сунул ему в руку исчерканный пергамент. И когда успел, что сделать.
- Ну, просто молодец, и где все это было тогда? – Снейп потрепал подростка по волосам. На удивление, тот не стал сопротивляться подобному обращению.
Они прошли в столовую, где уже был накрыт обед. У них снова была гостья – Луна Лавгуд. Девушка теперь бывала в замке ежедневно, помогая готовить Гарри к экзаменам и делясь министерскими новостями с мужчинами. Они прекрасно понимали, что Дамблдор не оставит все так, как есть сейчас, но и с мнением Малфоя чиновникам тоже приходилось считаться. Всем было ясно, что в поместье никто пробраться не сможет, а если те там окопаются, то это конец всем их планам. Пришлось Министерству идти на уступки, иначе не видать им Гарри, как своих ушей.
- Привет, Луна, - улыбнулся подросток.
- Привет, а теперь объясните мне вот это, - девушка махнула рукой на замершего у места хозяина замка Сириуса.
- Наказание, - произнес Гарри, что-то неуловимо в нем изменилось, и он тут же стал похож не на пятнадцатилетнего подростка, а на Судью, кем и был, в сущности.
- Я чего-то не знаю? – спросила девушка.
- Это трудно объяснить, - Драко нахмурился, затем посмотрел на Гарри, глазами спрашивая у него разрешения. Подросток кивнул. Молодой человек покинул свое место и вернулся только через десять минут, неся книгу, в которой легко можно было угадать ту, что рассказывала об Азкабане и, давая ответ на то, что произошло несколько месяцев назад.
- Думаю, вы, Луна, как сотрудник отдела тайн, точно поймете, что к чему, - усмехнулся Снейп. – Но сначала, пообедаем.
За столом им прислуживал Сириус, для которого это было новое испытание, хотя бы потому, что впервые он обслуживал не только четверых хозяев, их странного друга, но и гостя в лице Луны Лавгуд, которая прекрасно его знала. У него дрожали руки, что сказывалось на уровне обслуживания.
- Если хоть что-нибудь уронишь или кого-нибудь испачкаешь, пеняй на себя, наказание будет соответствующим, - ровным голосом произнес Гарри, заставив Сириуса вздрогнуть и затравленно посмотреть на подростка, но тот даже на него не смотрел. В глазах Драко появилась жалость к мужчине, но он также прекрасно понимал, что тот заслужил то, что получил. В конце концов, Гарри сделал то, на что сам Блек был готов пойти. Он понимал, что для Сириуса Блека это испытание. Если он его выдержит, то сможет быть рядом с Гарри, как полноправный человек. Насколько Гарри готов его простить? Это пока был вопрос без ответа. Драко знал, что Гарри наблюдает за Ремусом, который стал обычным человеком, не способным применять магию, но в то же время не страдающим ликантропией. Бывший оборотень все свое время проводил на конюшне или в питомнике. Сначала он помогал эльфам ухаживать за животными, убирать стойла и загоны, но постепенно все перешло в его ведение. Он как-то негласно, с молчаливого позволения Люциуса стал главным в питомнике и в конюшне. Было непонятно, понял это сам Ремус или нет. Он и жить стал в небольшой каморке при питомнике. Драко предполагал, что его бывшему профессору ЗОТИ тяжело видеть то, во что превратился его лучший друг. А еще он был уверен, что Ремуса Гарри простил и то, что он все еще находиться без магии, скорее всего, связано как раз с ликантропией, а не с наказанием. Ведь по своей сути, Судья облагодетельствовал оборотня, а не наказал.
- Ты не слишком с ним жесток? – прошептала ему на ухо Луна. Гарри посмотрел ей прямо в глаза.
- А ты смогла такое простить? – также шепотом поинтересовался он.
- Нет, не думаю, я бы убила, - жестко ответила девушка.
- Я убивать не собираюсь, потому что каждый должен ответить за свои действия. Я понимаю, что здесь много личного, но они все будут жить. Смерть – это легко, а ее нужно заслужить, - сказал Гарри.
- Ты стал мудрым, - улыбнулась девушка.
- Это тяжело, - поморщился Гарри.
- Ты всегда был сильный, а теперь у тебя есть поддержка, которой раньше не было. Ты не должен бояться идти вперед, - сказала девушка.
- Я знаю, спасибо, - Гарри с благодарностью посмотрел на Луну.
- Вы завтра в Министерство? Сдавать экзамены? – девушка посмотрела на Люциуса. Тот скривился в ответ, лучше всего давая понять, что Луна попала в точку.
- Будь моя воля, ничего бы этого не было, - скривил губы Драко.
- Не переживай, им все равно не удастся сделать все по-своему, - усмехнулась девушка. – Гарри тогда был особенным, а уж сейчас и подавно.
- Ладно, ты почитай, занятное чтиво, - хмыкнул Драко. Они все перебрались в малую гостиную. Сириус тоже был там, стоял на уже обычном для себя месте в углу, ожидая очередного приказа от любого из своих хозяев. Он уже знал, что не только Малфои и Гарри имеют над ним власть, но и Снейп. Он боролся, пытался сопротивляться в душе тому, что с ним происходило сейчас, но в тоже время выполнял все приказы, но это было не его желание, насильственное. Его сделали домовиком, а в их природе было повиноваться и выполнять приказы хозяев.
Пока Луна читала книгу с очень сосредоточенным выражением на лице, Северус и Люциус взялись за мальчика. Они проверяли его навыки в трансфигурации и чарах. Частенько Гарри использовал для достижения поставленной цели не заклинания и чары, которые проходили в школе с первого по пятый курс, а те, что были известны ему.
- Гарри, мы уже не раз говорили с тобой на эту тему, - вздохнул Северус. – Ты должен пользоваться этим. Лучше, если никто не будет знать о твоих знаниях.
- Но это же глупо, - простонал тот и вздохнул. – Ладно, я постараюсь.
- Гарри, ты не стараться должен, а делать, - Люциус сел рядом со своим приемным сыном. – Я понимаю и знаю, какой ты особенный, что можешь делать вещи, которые многим не под силу, но показывать этого не стоит каждому встречному поперечному.
- Поверь, так будет лучше, - из вдруг появившегося вихря вышел старик, Вестник.
- Только тебя сейчас тут и не хватает, - проворчал Гарри.
- Ой, какие мы раздражительные, - усмехнулся старик. – Но все-таки послушай старших, они ведь дело говорят. И потом, эта твоя поездка в Хогвартс нам только на руку. Не можешь ты все время сидеть взаперти, а так еще и образование получишь.
- А оно мне надо? – скривился Гарри.
- Диплом не помешает, малыш, - Северус потрепал его по волосам. Гарри на это только закатил глаза.
Весь вечер они прозанимались, отработав все, что только можно. Луна аппарировала от них уже поздно ночью, сами они легли спать в два часа ночи. Наступающий день обещал быть тяжелым.
Гарри был не в духе с самого утра, с того момента, как встал. Ему совершенно не хотелось никуда идти, и уж тем более кому-то сдавать экзамены, когда он был намного способнее всех вместе взятых чиновников. Сейчас Гарри знал даже больше Дамблдора. Они все позавтракали, молча, после чего быстро собрались и вышли из дома. Здесь была специальная площадка, откуда они могли аппарировать куда угодно. К ним тоже могли, но только в том случае, если кто-нибудь из хозяев дал на это разрешение и получил одобрение у Люциуса на данный шаг.
Первым делом им надо было приобрести Гарри палочку. Дома он занимался с палочкой одно из трех мужчин, в зависимости от того, кто ее ему давал. Гарри совершенно спокойно мог пользоваться любой, ни одна не вызывала у него проблем. На это сразу обратили внимание двое Малфоев и Снейп.
Они появились в Косом переулке и сразу же привлекли к себе внимание не таких уж и многочисленных посетителей магической улочки. Еще бы, все прекрасно знали Малфоев, а в последние месяцы те представляли собой ничто еще больший интерес. Сейчас все внимание было направлено на красивого черноволосого подростка. Большого ума для того, что вычислить, кто это, не требовалось. Гарри же был мрачен. Он словно бы слышал, как в голове у всех этих людей крутятся шестеренки, выдавая им информацию: "Глядите, это же Поттер. Он и, правда, не изменился. А это... А то... А ты посмотри". У Гарри появилось устойчивое желание взять и исчезнуть отсюда, тем более знал, как это сделать более нормальным путем, чем вот это затягивание неизвестно куда. Аппарация ему не нравилась ужасно. "Надо научить их перемещаться по-человечески", - подумал парень. Драко осторожно положил руку ему на плечо и сжал. Гарри посмотрел ему в лицо и вздохнул.
- Все будет хорошо, вот увидишь, - прошептал Драко, легонько подтолкнув его в сторону Темной аллее. Они вчетвером прошли по улице, стараясь абстрагироваться от взглядов людей. Темная аллея, какой ее помнил и знал Гарри, была неопрятной, грязной и малопривлекательной. Но Люциус и Северус, вышагивающие впереди, двигались в самый конец. Они прошли мимо магазинчика с артефактами, книжной лавки, магазина по продаже и изготовлению волшебных палочек. Гарри удивленно посмотрел им в спину, но вопросов пока не задавал. В самом конце этой аллеи стояла абсолютно черная стена. Люциус взглянул на Гарри и усмехнулся.
- Вот ты и узнаешь, как по-настоящему выглядит Темная аллея, - он постучал палочкой по стене, и в ней появилась арка. – Вперед.
Драко подтолкнул Гарри к входу. Юноша на секунду замер, а затем прошел сквозь завесу. За ним последовали остальные. Гарри изумленно смотрел на длинную широкую аллею, обрамленную с двух сторон не только домами, но и клумбами с цветами. Освещение было таким, словно наступил вечер. Над входами в магазинчики, кафе, лавки горели яркие фонари, освещая все вокруг.
- А ты думал, что то безобразие и есть Темная аллея? – усмехнулся Снейп.
- Если честно, то да, - кивнул Гарри. Он подошел к клумбе и дотронулся до лепестков голубовато-зеленого цветка, похожего на розу, но ею не являющегося.
- Это рематра, - Драко встал рядом с подростком. - Она цветет только при таком освещении или когда совсем темно.
- Красиво, - прошептал Гарри. Рядом возник пожилой мужчина. Он осторожно срезал цветок и прицепил бутон к мантии мальчика под его ошарашенный взгляд.
- Если вы хотите, то я могу дать вам луковицы рематры, чтобы вы смогли любоваться им в любое время, - сказал мужчина, оказавшийся садовником Темной аллеи.
- Вы, правда, можете? – спросил Гарри.
- Конечно, мистер Малфой, - улыбнулся тот. – Подождите секундочку, я принесу.
- Удивительно, я пытался получить луковицы столько раз, а стоило Гарри появиться, как ему их сами предлагают, - покачал головой Люциус.
- Этот мальчик особенный и к нему будет совсем другое отношение, особенно среди тех, кто не противостоит тьме своей душе, а принял ее и смог жить дальше. Светлые не правы, когда говорят, что темная магия..., - мужчина, вышедший из тени и теперь разговаривающий с Люциусом и Северусом замолчал, когда увидел, как Гарри подошел к клумбе с цветами, которые никогда не распускались. Юноша кончиками пальцем провел по колючему стеблю. Было видно, что он укололся, и капелька крови попала на темно-зеленый, почти черный стебель. На глазах удивленных людей цветок ожил, раскрылся. Он оказался не таким уж и черным, как могло показаться. Но неожиданно стало происходит что-то непонятное. Как будто появились щупальца. Стебель обвился вокруг руки Гарри, впился в кожу. Юношу зашипел от боли. Мужчины бросились ему на помощь. Драко боялся притронуться к этому странному растению и принести подростку еще больше боли. Секунда, вторая, третья, казалось, цветок пытается проникнуть под кожу мальчика. Гарри встряхнул рукой, уставился на объемный рисунок, как бы выгравированный на тыльной стороне его ладони и вокруг запястья. Он провел пальцами другой руки по нему и почувствовал нежный аромат и живое существо цветка.
- Невероятно, я слышал о таком, но никогда до этого не видел, - садовник в шоке смотрел на руку мальчика. – Говорят, есть легенда, что если таурин подарит кому-нибудь свое благословение, то никакое зелья, яды и чары, направленные на то, чтобы причинить вред человеку, не будут действовать.
- Хмм, - Гарри посмотрел на своего "нового друга", расположившегося на руке. Тот не мешал и вообще не ощущался.
- Вот ваши луковицы, юный мистер Малфой, - садовник протянул ему внушительный мешочек. Гарри поблагодарил и принял подарок.
Они пошли дальше, несколько обескураженные происшествием и не замечали, какими взглядами их провожали. У Малфоев вырос авторитет в магическом мире, по крайней мере, в несколько раз у темных его представителей.
Магазинчик палочек обнаружился между фешенебельным магазином древних фолиантов и антикварной лавкой драгоценностей. Лавка палочек не сильно отличалась от олливандеровской. Такие же полки и огромное количество футляров. Приземистый мужичок сразу же вылетел из какого-то закутка, как только прозвенел колокольчик и замер с открытым ртом, всего на несколько секунд, но Гарри и этого хватило, чтобы закатить глаза, выражая свое мнение по поводу реакции владельца магазинчика.
- Мы пришли подобрать палочку моему сыну, - Люциус выделил последнее слово. Мужчина засуетился.
- Какой рукой колдуете? – он знал, что первую палочку Гарри сломали сразу после суда.
- Обеими, - пожал плечами Гарри. Для него действительно не было разницы. Он вообще не понимал, что тут делает, поскольку колдовство без палочки для него было само собой разумеющимся делом.
- О, прекрасно, - и быстро куда-то исчез, словно его тут и не было. В следующее мгновение раздался страшный грохот, потом что-то упало, следом полилась брань. Снейп только усмехнулся и что-то себе под нос буркнул. Наконец, появился владелец, слегка взъерошенный и в пыли. На стол он положил полсотни футляров. – Думаю, одна из них вам подойдет. Приступим.
Гарри вздохнул, взял первый футляр и как только прикоснулся к палочке, она на него среагировала. Владелец магазина замер с выражением обиды на лице. Драко замаскировал смех под кашель. Он понимал Пристона, который уже готовился во всю заниматься поисками, а тут первая и в точку. Гарри снова вздохнул и взял еще один футляр. Палочка среагировала также. Вот теперь у изготовителя палочек выражение лица сменилось. Спустя двадцать минут, когда все подошедшие палочки были разложены в ряд, а их оказалось ровно пятьдесят, Пристон уставился на Гарри с немым вопросом в глазах: "Мальчик, ты кто?" Драко, Люциус и Северус попеременно толкали друг друга, чтобы не дать заржать в голос. Приключение выдалось занятным. Еще через полчаса глаза у Пристона были размером с блюдо, фигурально выражаясь. Что бы он не предлагал подростку, все подходило. Он сморщился, затем достал палочку, никаких вычурностей, отделки, рун, ничего не было на ней.
- Ольха, чешуя русалки, - протянул он ее Гарри. Чешуя русалки была самой распространенной магической субстанцией, да и самой доступной к тому же, но она еще и была самой простой магически. Из ольхи и чешуи русалки делали контрольные палочки, а также они подходили самым слабым магам. Гарри взял ее в руку, и она, выпустив ослепительно белый свет, рассыпалась у него в руках. Пристон вышел в астрал и, похоже, надолго.
- Гарри, будет проще, если ты просто выберешь сам себе палочку, - не выдержал Драко. Юноша скептически на него посмотрел, но кивнул. Он закрыл глаза и вытянул вперед руку. Что он такое делал, никто не знал, но через три минуты к нему в руку влетел черный инкрустированный футляр. Глаза Пристона стали еще больше, он только открывал и закрывал рот.
- Так, что ты на этот раз вытворил? – усмехнулся Снейп. Гарри аккуратно открыл футляр, на черном бархате лежала совершенно белая палочка без каких либо отличий.
- Не верю, - выдавил из себя Пристон. – Невозможно.
- Что это? – спросил Люциус, начиная беспокоиться. Гарри взял палочку, но никакого выброса не произошло. Мужчины удивленно смотрели на него. Вдруг таурин на руке Гарри ожил и, потянувшись, выпустил в сторону палочки свои стебли. Те начали обвивать ее, вплетаясь, вгрызаясь в дерево. Через пять минут на столе лежало изящное орудие магии, несколько странное, желания брать его в руки не было ни у кого, кроме Гарри.
- Из чего она состоит? – повторил вопрос Люциус.
- Спросите своего сына, что он вложил в древо познания и жизни, - прошептал Пристон.
- Простите? – Гарри удивленно посмотрел на владельца магазина. – Это то самое дерево, с которого Ева съела яблоко?
- Ну, это лишь маггловский вариант истории, - кажется, Пристон все-таки пришел в себя. – Оно цветет лишь раз в столетие и только ночью. Выглядит в обычной жизни как дикая яблоня. Найти его почти невозможно. Эту сделал еще мой дальний предок. Совершенно случайно оказался рядом с древом в ночь цветения. Почему его так назвали, понятия не имею.
- Интересная история, - кивнул Гарри. Где-то на задворках памяти проскользнуло нечто из этой истории, давая понять, что стоит потом сесть и подумать. Азкабану были известны эти деревья. Сейчас его интересовало другое. – То есть, в ней ничего не было, пока она не попала ко мне?
- Да, лишь дерево, без ядра. Что это теперь, я понятию не имею. Но если у вас таурин..., - Пристон взглянул на мальчика и вздохнул. Гарри скептически посмотрел на палочку, сделал взмах и послал заклинание. Мгновение и многовековая грязь и пыль в магазине исчезли, явив миру удивительные барельефы и мозаику на стенах. Владелец стоял с отвисшей челюстью. – Спасибо...
- Мы ее берем, сколько с нас? – Снейп решил взять инициативу в свои руки, иначе он тут и останутся.
- Нисколько, я дарю ее эту мальчику, - отмахнулся Пристон. Он весь был в изучении стен своего магазина.
Малфой и Снейп тихонько вышли, оставляя владельца в обновленном заведении.
- Теперь можно и в Министерство, - вздохнул Люциус.
- Давно пора, - усмехнулся Снейп. – Не делай там ничего такого, подобного этому, - Северус предупреждающе посмотрел на парня.
- Ладно, - скривился тот.
Теперь их путь лежал в Министерство. Мужчины надеялись, что никто не будет строить им козни, но кто знает, что их ждет.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:38 | Сообщение # 16
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 15. Министерский экзамен.
Гарри с каждой минутой все больше мрачнел, что не укрылось от внимательного взора трех мужчин. Юноше, конечно, было приятно, что у него такая палочка, о составляющих компонентах которой не известно никому. В конце концов, ничто человеческое ему не чуждо. Он понимал и то, что придется ехать в Хогвартс, но вот так просто от него Министерство не отделается. Ему нужно было, чтобы все трое мужчин были с ним в школе.
Северус Снейп также предавался разным мыслям и строил планы. Особого желания возвращаться к преподаванию у него не было, но тут дело было в Гарри - ради него он пойдет на такой шаг. В отличие от многих людей зельевар провел аналогии со многими событиями, произошедшими с момента заключения мальчика в Азкабан. История поменяла направление, именно, тогда и привела к тому, что они имеют сейчас. Слова Вестника все время сидели у него в голове. Если вдруг что-то произойдет с Драко, то Гарри может закрыться, перестать быть тем ребенком, который сейчас был перед ним. А с ними он и был форменным ребенком, мальчишкой, зачастую поступающий не как пятнадцатилетний парень, надо сказать, красивый парень, а как маленький ребенок, но у которого по странному стечению обстоятельств оказались знания и опыт мудрых старцев. Северус не хотел бы, чтобы Гарри потерял эту свою способность - быть ребенком. Он видел, что собой представляет Судья в пятнадцатилетнем теле. Зрелище не для слабонервных. Но Гарри продолжал его удивлять с каждой минутой все больше и больше. И эта маленькая легенда с таурином и живой цветок, ставший его частью – что еще преподнесет им судьба?
Драко же был полностью поглощен своим беспокойством за Гарри в данный момент. Он чувствовал все изменения, которые происходят с его маленьким братом. Ему хотелось его приобнять и прижать к себе, успокоить, а еще лучше оградить от всего мира и всех тех уродов, которые до сих пор не могут успокоиться, даже испоганив жизнь Гарри дальше некуда. Он боялся того, что этот маленький дар, который был вручен ему, у него же и отберут. Для него он был маленьким мальчиком, а не всесильным Судьей или магическим мессией. Ему было приятно сидеть на шкуре перед камином и, обняв сидящего в его объятиях Гарри, рассказывать ему легенды семьи Малфоев или какие-нибудь истории, но сейчас по большей части рассказывал во время таких посиделок Гарри. У него в голове было столько разнообразной информации. Грейнджер бы обзавидовалась, узнай, что в голове у Гарри собралась самая древняя библиотека знаний, аналогов которой в мире просто нет. Его поражало, что юноша так спокойно все это держит в себе. Казалось бы, столько информации, можно просто сойти с ума. Драко искоса взглянул на раздраженную мордашку Гарри и улыбнулся. Тому явно хотелось оказаться где-нибудь совершенно в другом месте, но точно не здесь.
Люциус все это время наблюдал за своими сыновьями. Его радовало то, что эти двое так быстро нашли общий язык и понимали друг друга с полуслова, а то и с полувзгляда. Жизнь научила его не проявлять свои чувства на людях, это могло стоить ему и его семье жизни. Что, в конце концов, и стало причиной смерти Нарциссы. По сути, никто и понятия не имел, как на самом деле выглядел Малфои в жизни, которую скрывают от всех. В какой-то момент истинные чувства прорвались наружу, и случилась беда. Люциус никогда не простит себе того, что стал причиной смерти своей жены. Мужчина вздрогнул, когда почувствовал, что его ладонь сжали. Он настолько ушел в себя, что не заметил того момента, когда Гарри обратил все свое внимание на него. Люциус посмотрел в обеспокоенные зеленые глаза и улыбнулся одними краешками губ, поскольку они как раз входили в Министерство, а тут никому не стоит знать, что Малфоям тоже свойство быть людьми.
У регистратуры, где обычно проверяют палочки и выдают жетоны, их уже ждали Эрни и Луна, оба в своих мантиях невыразимцев.
- Привет, Гарри, - улыбнулся Эрни. Он впервые видел юношу, хотя Луна и делилась с ним своими наблюдениями. А также тем, что ей удалось узнать от Малфоев, Снейпа и самого Гарри. Естественно, она получила на это их одобрение. Эрни был ее другом очень долгое время и единственный, кто не боялся послать всех и заявить о своей вере в Гарри в открытую.
- Привет, - скривился Гарри, бросая ну очень раздраженные взгляды вокруг, на людей, пришедших поглазеть на него. Слухами земля полниться, а то, что никто не смог удержать информацию в пределах одного отдела, не делала министерству чести. Отдел тайн вот уже пять лет существовал сам по себе, полностью спонсируя себя сам. Министр пытался как-то воздействовать на эту ситуацию, но его довольно-таки не мягко послали куда подальше.
- Ну, готов к труду и обороне? – насмешливо поинтересовалась Луна.
- Ага, - скривился Гарри. – Но я бы лучше посидел у себя дома. – И чего они все так уставились? В зоопарке что ли?
- Хмых, - Эрни попытался подавить смешок. «Да, Луна права, этот Гарри сильно отличается от того, которого все помнят. Это даже к лучшему. Никто не сможет им манипулировать», - подумал про себя молодой человек, и только после этого обратил внимание на других людей. – Добрый день, лорд Малфой, профессор Снейп, Драко, - склонил он голову.
- Мистер МакМиллан, - хором ответили ему трое мужчин.
- Ох, только не надо изображать из себя светских львов, - закатил глаза Гарри. – От этого оскомину набивает на зубах. Фальшью несет за версту.
- Гарри, - зашипел Северус. Эрни и Луна рассмеялись.
- Ты изменился, и к лучшему, - сказал невыразимец. Гарри посмотрел на него, приподнял бровь, затем хмыкнул, выражая свое мнение, только вот какое, никто не понял. И тут, наконец, подал голос регистратор.
- Ваши палочки, господа.
Гарри склонил голову на бок и пристально посмотрел на молодого человека. У того на лице было выражение крайней раздражительности. Гарри хмыкнул и положил на специальную подставку свою новую палочку. Глаза молодого человека поползли вверх. Никаких данных магический опознаватель не дал, словно в палочке не было ничего магического, или опознаватель просто не смог расшифровать, что уже есть. Молодой человек переводил взгляд с подростка на его палочку.
- Не все в этой жизни дается легко, - философски заметил Гарри и забрал свою палочку. С другими таких проблем не было.
- Ээээ, я не могу его пропустить в Министерство, - регистратор выбежал из-за своей стойки и перекрыл движение Гарри. Это было почти незаметно, никто и не понял, что же произошло, но молодой человек отошел в сторону. Его руки слегка тряслись, а в глазах было смешанное выражение благоговения и ужаса. Драко резко, за плечи, развернул к себе Гарри и заглянул в его глаза. Он уже видел такое, поэтому и не боялся.
- Вернись, - прошептал он.
- А я и не уходил, - так же тихо произнес Гарри. Его глаза стали нормальными, как у пятнадцатилетнего подростка. Мудрость веков и какая-то жуткая бездна, в которую угораздило заглянуть регистратора, исчезли.
- Мы вас проводим до отдела образования, - сказал Эрни, бросив ничего на регистратора взгляд, который тому обещал быстрое и малоприятное увольнение.
- Благодарю, мистер МакМиллан, - кивнул головой Люциус. Они все вместе решительно двинулись в сторону лифтов. Разговор шел довольно непринужденный и на обычные ничего не значащие темы. Наконец, они добрались туда, куда и лежал их путь. Эрни зашел в отдел, посмотреть, готово ли там все для экзамена, а заодно проверить, не много ли лишнего народу там собралось. Гарри отошел к нише и сел на небольшую скамеечку. Его настроение снова резко упало вниз. К нему присоединилась Луна.
- Чего голову повесил? – улыбнулась она подростку.
- Все это, - Гарри обвел рукой прилегающую территорию, - не стоит и выеденного яйца. Это же детский сад.
- Я с тобой согласна, но и жить взаперти ты тоже не можешь, - сказала Луна.
- Почему? Я же не живу только в четырех стенах, - Гарри пожал плечами.
- Хмм, - Луна скептически нахмурилась. В какой-то степени подросток был прав. Территория поместья Малфоев была полностью защищена, никто, кроме тех, кого допустят Малфои в свои владения, туда не войдет. Хотя она предполагала, что, скорее всего, кого туда захочет допустить Гарри. Она была уверена, что вся защита на малфоевском поместье была завязана именно на подростка.
- Я, конечно, все понимаю, но почему они не могут оставить меня в покое? – сейчас Гарри был похож на обиженного ребенка.
- Жизнь не всегда такая, как нам хотелось бы. Сейчас, когда сам Темный лорд признал, что именно ты являешься Мессией света…, - девушка многозначительно замолчала.
- А мне до этого нет никакого дела, - упрямо заявил Гарри, на что девушка только улыбнулась.
- Мистер Поттер, прошу вас пройти для сдачи экзамена, - на него смотрела женщина лет под пятьдесят, наверное, немного неопрятного вида и чем-то напоминающую Амбридж, о которой ему рассказал Драко, когда делился своими воспоминаниями о последних трех школьных годах. Гарри же не отреагировал на слова женщины, продолжая свой разговор с Луной, которая немного удивленно посмотрела на Гарри. Женщина явно начала раздражаться. – Мистер Поттер.
Реакция та же, то есть никакой. Гарри продолжал ее игнорировать.
- МИСТЕР ПОТТЕР! – на грани визга воскликнула женщина. Гарри даже не вздрогнул, продолжая что-то тихо говорить рассказывать Луне, которая уже еле сдерживала улыбку. Снейп скривил губы в язвительной усмешке. Люциус и Драко же стояли с надменным видом, но внутри они оба аплодировали новому члену своей семьи. Никому из них даже не нужно было понимать, что тут происходит. Гарри игнорировал любое упоминание о том, что он является Поттером, поскольку по закону был вообще-то Поттером-Малфоем, а значит, в основном его должны называть Малфоем.
- МИСТЕР ПОТТЕР!!! – визг прорвался наружу. Гарри медленно повернулся и посмотрел на женщину.
- Ну, и зачем так орать? – поинтересовался он совершенно спокойным голосом. Женщина аж захлебнулась слюной от такой наглости. – Так трудно понять, что здесь нет такого человека, когда вам еще в первый раз не ответили?
Драко отвернулся и всеми силами пытался удержать смех в себе. У Северуса и Люциуса в глазах черти плясами, хорошо хоть видели только свои. Женщина открывала и закрывала безмолвно рот, как выброшенная на сушу рыбешка
- Но вы мистер Поттер, - наконец, пропищала она. Гарри приподнял бровь и скептически на нее посмотрел. Взгляд был такой, словно он посмотрел на сумасшедшую.
- Неужели? – выдал Гарри. Глаза женщины заметались, она никак не могла сфокусировать свое сознание на происходящем.
- Мисс Рейн, вас просили привести на экзамен мистера Поттера, - из дверей вышел дородный мужчина. Он был раздражен.
- Но он утверждает, что он не Поттер, - промямлила женщина. Драко не выдержал, но закомуфлировал смех под кашель. Луна хмыкнула и опустила голову, чтобы скрыть усмешку, появившуюся на лице. Гарри же был абсолютно спокоен.
- Что это значит? – мужчина уставился на подростка.
- Что именно? – переспросил Гарри.
- Мистер Поттер, у меня нет времени на все эти игры, - раздражение прорвалось наружу.
Мистеру Поттеру вообще-то двадцать пять лет, и ему точно нечего делать на экзамене в Министерстве. Боюсь, мистеру Поттеру плевать на магический мир с большой колокольни, и ему прекрасно живется в маггловском мире, поскольку он навряд ли желает общаться с миром, который отправил его на десять лет в Азкабан, не удосужившись выяснить все, что произошло в конце его четвертого курса и на третьем задании Тримудрого турнира, - выдал Гарри абсолютно спокойным голосом.
- Мистер Поттер, - опешил мужчина.
- Здесь нет никакого мистера Поттера, сэр, - глаза подростка опасно блеснули. – И почему все кажется, что я это он? Мы даже не похожи.
- Эээ, тогда кто вы? – мужчина уже даже не знал, что и сказать.
- Странно, - Гарри вытащил из кармана письмо, где его вызывали на экзамен. – По-моему тут ясно написано. Мистер Гарольд Джеймс Александр Малфой приглашается на сдачу экзаменов в Министерство для оценки уровня его знаний и дальнейшего зачисления в школу магии и волшебства Хогвартс, - Драко отошел подальше, чтобы никто не слышал, как он давиться от смеха. Гарри удалось уесть чиновников всего парой фраз. Северус и Люциус еще держались, но тоже были на грани. Им нравилось. Как мальчик поставил на место этих двоих, и, похоже, на этом останавливаться не собирался. Мужчина несколько минут смотрел на подростка, потом все-таки взял себя в руки.
- Мистер Малфой, прошу вас пройти в кабинет, и мы сможем начать ваше тестирование.
- Без профессора Снейпа я туда не пойду, - скучающим тоном заявил подросток. Луна фыркнула, скрывая смех.
- Это ваш экзамен…, - мужчина снова начал раздражаться.
- Это я вам нужен, а не вы мне, - пожал плечами мальчик. – Я и без палочки смогу жить вполне припеваючи.
Мужчина в изумлении уставился на Гарри. Не каждый день можно услышать, что подростку все равно, будет он пользоваться магией или нет. Откуда ему было знать, что Гарри имел в виду совсем другое. Одеть на него ограничитель магии они все равно не смогут, вернее, он не сработает. А так, он же спокойно может пользоваться магией и без палочки. Именно это и поняли остальные, кто был в курсе того, что представляет собой этот необычный подросток.
- Эээ, - мужчина повернулся к Снейпу. У него были конкретные указания на счет мальчика, и их следовало претворить в жизнь. – Мистер Снейп, не могли бы вы пройти с нами и присутствовать на экзамене?
- С удовольствием, - скривился Снейп. Мужчина передернул плечами, развернулся и устремился в недра отдела образования. Гарри продолжал сидеть, как ни в чем не бывало. Чиновник явно что-то почувствовал, поэтому вернулся и посмотрел на Гарри. – Мистер Малфой, будьте добры, следовать за мной.
Он, не торопясь, поднялся со скамейки, затем подошел к Снейпу и уже вместе с ним последовал внутрь. Люциус и Драко вместе с Луной отправились в Атриум в кафе. Все что нужно им потом расскажут. Хотя оба Малфоя и беспокоились.
Гарри в сопровождении Северуса вошел в просторный кабинет. На подоконнике расположился Эрни. Он решил присутствовать на экзамене, и проследить за его «чистотой». В кабинете стоял длинный стол, за которым сидело десять человек. В трех метрах перед ними стояла парта, за которой, как понял Гарри, должен сидеть он.
- Мистер Потт… Малфой, присаживайтесь, - указал на парту мужчина. Гарри оглядел каждого из присутствующих прищуренным взглядом. Он сразу определил, кого этот взгляд привел в замешательство и даже страх. «Опять потерял над собой контроль», - пнул себя мысленно Гарри. Он сел за стол, а Снейп отошел к Эрни, где расположился в трансфигурированном кресле. Гарри посмотрел на разложенные на столе тесты и хмыкнул.
- У вас есть по сорок минут на каждый тест, затем будет практическое задание, - объявила председатель комиссии. – Приступайте, мистер По… Малфой, - тут же исправилась она.
Гарри придвинул к себе первый лист и пробежал по нему глазами. Ответы на все вопросы он знал, даже более чем. Он обмакнул перо в чернила и быстро стал писать. Прошло минут пятнадцать, как первый тест был отложен в сторону и придвинут второй. В глазах членов комиссии появилось удивление. Сидящий с краю встал со своего места и подошел к Гарри, взял написанный тест и вернулся на место. Это бы тест по трансфигурации. Он сразу же перекочевал к тому, кто отвечал за его проверку. Худощавый старик напялил на нос очки и стал проверять ответы. Через две минуты он поверх очков уставился на Гарри, которому было абсолютно все равно, что происходит вокруг. Писал он невероятно быстро, отвечал емко, но кратко, так чтобы не возникало никаких дополнительных вопросов. Старик вернулся к проверке. Когда Гарри отложил в сторону очередной тест, старик ставил красными чернилами на первой странице теста сверху справа оценку: «Превосходно».
- Вы уверены? – прошептала председатель комиссии, кивнув на оценку.
- Бесподобные ответы, - произнес старик, возвращая все свое внимание мальчику. Пять тестов были написаны чуть более чем за час. Комиссия была в шоке. Снейп же стоял и ухмылялся.
- Профессор Снейп, вы являетесь непревзойденным мастером зелий в Европе, а, может быть, и в мире. Не могли бы вы проверить работу по зельям и выставить оценку? – председатель комиссии подобострастно посмотрела на Снейпа. Тот пожал плечами, подошел, взял тест и стал быстро его просматривать. По мере того как он читал вопросы, он все больше хмурился. Часть вопросов вообще не входила в планы школьной программы. Он поднял голову и посмотрел на членов комиссии, но от комментария удержался. Работа Гарри была хороша, и можно было спокойно ставить превосходно, если бы он не знал, что Гарри способен на большее, но экзаменаторам этого знать не следовало.
- Возможно, я буду слишком предвзят, - протянул он работу зельеведу в комиссии. – На мой взгляд, это Превосходно. Но вам, наверное, лучше знать.
Пока шла проверка теста, Гарри разрешили приступить к практической части по зельям. Ему предстояло сварить четыре зелья, по одному на каждый пройденный им курс в Хогвартсе. Комиссия была в некотором шоке, когда мальчик поставил на огонь сразу четыре котла. Он не собирался тратить здесь больше времени, чем следовало, а те четыре зелья, что ему задали, вполне можно было варить за один заход. Членов комиссии просветили на счет уровня знаний мальчика, и сказано было, что они посредственные, но то, это совсем не стыковалось с тем, что они сейчас видели. Гарри Поттер работал споро, ответил на вопросы, которые в школе даже не изучались. Он был намного выше уровнем знаний, чем посредственность.
Ровно через час на столе стояли четыре готовых зелья, и лишь одно из них было по цвету чуть светлее, чем того требовалось, но и это было более чем выше ожидаемого. Тут уж не поспоришь.
- Мистер Малфой, будьте добры показать нам чары Патронуса, - председатель комиссии строго смотрела на мальчика. Это требование было выставлено самим Дамблдором. Все знали, что еще в тринадцать лет мальчик мог его вызывать, да еще и телесного. Все было сделано для того, чтобы доказать мальчишке, что он не всемогущ. Азкабан должен был сделать так, чтобы уже никогда Гарри Поттер не смог вызвать Патронуса. Бывали исключения, но не для пятнадцатилетнего подростка, которого предали все, кто должен был защищать.
Гарри закрыл глаза. Он понял, чего добиваются эти люди. У него должно было остаться никаких счастливых мыслей для того, чтобы совершить это волшебство. Но как же они были неправы. Перед глазами появилось воспоминание. Они с Драко сидят на шкуре у камина и читают древний фолиант. На губах юноши проступила улыбка, светлая, чистая, что заставила всех взрослых замереть и затаить дыхание.
- Экспекто Патронум, - тихо, одними губами произнес мальчик. Из его палочки вырвался ослепительный серебряный вихрь, покружил по кабинету и стал…
- Лили, - выдохнул шокированный Снейп.
- Мама, - прошептал Гарри. Женщина казалась осязаемой, настоящей, а не серебряной, как должно было быть. Ее рыжие волосы развевались, словно ее обдувал теплый ветерок. Она смотрела на Гарри и улыбалась, а в следующее мгновение за ее спиной раскрылись удивительные серебряные крылья, еще секунду и на ее месте появился ворон, сотканный из серебра. Он сначала подлетел к Снейпу, коснулся его лица крылом, а затем стремился к Гарри, улегся ему на плечо и головкой потерся о щеку подростка, и только после этого растаял. В кабинете стояла оглушительная тишина. У этого мальчика был странный Патронус, двойной, как могли видеть все присутствующие, и совершенно не был тем, какой был у Гарри Поттера.
- Эээ, превосходно, мистер… Малфой, - старик встал со своего места и стал аплодировать, его примеру последовало еще несколько человек. Дальше экзамен шел уже под эгидой Гарри. Члены комиссии пребывали в таком шоке, задавали совсем уж нелепые вопросы, которые ничего сложного для подростка не составляли. Выяснилось на экзамене и то, что мальчик знает невербальную магию.
- Вы пока передохните, мы через час вас вызовем и огласим результаты экзамена, - растеряно произнесла председатель комиссии, отпуская Гарри и Снейпа. Время им нужно было, чтобы прийти к заключению, что делать. Поскольку мальчик явно знал материал не только первых четырех курсов, но и пятого, и шестого, и седьмого.
- Я не сомневаюсь, что он спокойно бы сейчас сдал ТРИТОНЫ, - заявил старик, когда дверь за подростком закрылась.
Гарри и Снейп в сопровождении Эрни спустились в атриум и нашли в кафе двух Малфоев и Лавгуд, мило беседующих на отвлеченные темы.
- Что? – сразу же вскинулся Драко, увидев их.
- Все сдал, ввел в ступор всю комиссию и наш тоже, - усмехнулся Эрни.
- Чем? – Люциус насторожился.
- Они потребовали продемонстрировать им Патронуса, - сказал Северус. – Вот Гарри его и продемонтрировал.
- И что странного было в его олене? – недоуменно спросила Луна. Она слишком долго копалась в истории Гарри, чтобы не знать этого факта.
- Ну, хотя бы то, что это не олень, - хмыкнул Снейп. – И он не только телесный, он еще и реальный и осязаемый.
- Эээ, Гарри, ты кто? – Луна ошарашено посмотрела на мальчика.
- Я это я, - усмехнулся тот в ответ.
Они еще долго просто разговаривали, обсуждали сам экзамен и интересовались мнением Гарри по нему, пока их не нашел очередной чиновник, и не пригласил обратно в отдел образования. Там их уже ждали, причем тут был даже Дамблдор и сам министр.
- Что же, мы должны вас поздравить мистер П… Малфой, - председатель комиссии запнулась на имени. Директор нахмурился. Он не думал, что Гарри откажется от своего имени, но, похоже, все было совсем не так, как он себе представлял. Да и выглядел этот мальчик совсем не как Гарри Поттер, что ему еще больше не импонировало. Тем временем председатель экзаменационной комиссии продолжила. – Вы направляетесь на пятый курс в Хогвартс, на факультет Гриффиндор.
- С чего бы это? – фыркнул Гарри, прервав женщину.
- Что? – не поняла та.
- С какого перепугу я должен идти учиться на Гриффиндор? – задал вопрос Гарри.
- Но вы там и учились, - недоуменно произнесла женщина.
- Да ну? И где документы это подтверждающие? – насмешливо поинтересовался подросток. Взрослые не вмешивались.
- Мистер Поттер, всем известно, что вы учились на факультете Гриффиндор, - строго заявил директор.
- Мистер Поттер, может быть, и учился на факультете Гриффиндор, но мистеру Поттеру сейчас двадцать пять лет. И я понятия не имею, куда этот мистер Поттер исчез. Моя фамилия – Малфой, и я точно не учился в Хогвартсе, - он говорил спокойно и только под конец у него в голосе появилась издевка. Дамблдор сжал губы. «Мальчишка совсем обнаглел. Я его пообломаю в Хогвартсе», - подумал он.
- Мой сын должен пройти распределение, как все, об этом мы уже договорились, не так ли? – Люциус посмотрел на главу отдела образования и министра. Тем пришлось кивнуть, признавая этот факт.
- Я не поеду в Хогвартс, - заявил Гарри.
- Что? – взвизгнул министр.
- Я не поеду в Хогвартс, - повторил Гарри
- У тебя нет выхода, иначе твою палочку сломают, а на тебя наденут ограничитель магии, - постарался выступить в роли сердобольного деда Дамблдор, но тут произошло нечто странное. Гарри смотрел на него сто странной усмешкой, словно говорил, что это не имеет никакого значения.
- Вам так надо, чтобы я учился в Хогвартсе? – усмешка стала ядовитой. – В таком случае, там будут работать профессор Снейп.
- Он уже там работает, Гарри, - перебил его Дамблдор.
- Мистер Малфой, - тут же поправил его подросток. – Да, но у профессора теперь есть ученик, это мой брат, да и отец может преподавать.
- Ты предлагаешь мне…, - начал Дамблдор, но споткнулся о колючий взгляд юноши.
- Я не предлагаю, - сказал он со странной интонацией в голосе. – Это я вам нужен, а не вы мне. Когда решите, пришлите сову, она сможет пролететь через барьер, а нам пора, господа.
Под недоуменные и шокированные взгляды чиновников, министра и директора Малфой и Снейп удалились. Они без проблем прошли на площадку аппарации и исчезли, прекрасно представляя, какой шум после их эффектного ухода начался в Министерстве. И знали они еще и то, что если не сегодня к ночи, то завтра утром им точно придет сова, где будет указано, какие должности займут двое Малфоев. Почему-то никто не сомневался, что что-нибудь найдут и для Драко.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:39 | Сообщение # 17
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 16. Очередная ошибка Сириуса Блека.
- Гарри, - Снейп встал в позу и гневно воззрился на подростка, который прямо из Министерства аппарировал их домой. – Что все это значит?
- Ничего, - беспечно отозвался мальчик, невинно глядя в глаза зельевару.
- Ты угрожал министерским служащим, - Люциус был внешне спокоен, но даже его пробрала маленькая речь его приемного сына.
- Спорим, часа через два тут уже будет сова, которая принесет письмо, где будет сказано, что они согласны со всеми условиями, которые я выдвинул, - насмешливо сказал подросток.
- Ужас, а не ребенок, - закатил глаза Северус.
- Ничего такого, но это действительно так. Им нужен я, а не они мне. Если я им очень нужен, то они пойдут на что угодно, чтобы меня получить. Если они умны, а надо признать, что директор хоть и совершает ошибки, но все просчитывает до мелочей и прекрасно знает, чего хочет добиться, то просчитают всю выгоду, имея нас четверых прямо под своим носом, - Гарри словно бы читал лекцию для несмышленышей. – Не вина директора, что он выбирал не те фигуры для своей игры в бога. Он ошибся с Волдемортом, затем со мной. Мы оказались орешками с собственными амбициями и мыслями. Просто не известно, что бы из нас вышло, если бы не манипуляции директора. Возможно, Волдеморт был бы прекрасным министром или ученым, а я жил бы со своими родителями и вообще мог бы быть твоим сыном, - Гарри пристально посмотрел на зельевара.
- Почему ты так решил? – удивленно спросил Снейп.
- Эээ, ты извини, но у меня бывают вспышки, когда я не могу контролировать себя и вижу ваши воспоминания, - вот тут Гарри действительно стал выглядеть виноватым. Несколько секунд было тихо, а затем трое мужчин разразились хохотом. Только с Гарри могло такое приключиться, больше ни с кем.
- Ох, сын, одни сюрпризы с тобой, - сквозь смех сказал Люциус, прижав паренька к себе. Тот расслабился в его объятиях, потом поднял голову и заглянул своему приемному отцу в глаза. Люциус вздохнул и произнес. – Спрашивай.
- А почему я тебя помню другим? Надменным, с вечно кривой улыбкой, брезгливым выражением на лице, словно вам запах не нравиться, - Гарри все время перескакивал с "ты" на "вы" и выглядел смущенным.
- Игра на публику в основном. Только в этом доме, вернее, в том, который был раньше, я мог позволить себе показать свою любовь к семье и быть человеком, - сказал Малфой. – Служение Темному лорду, затем шпионаж в пользу светлой стороны не давали мне отдыха, надо было держать постоянный контроль над чувствами и эмоциями, чтобы никто не мог ничего узнать.
- В школе я думал, что ты наказываешь Драко по каждой мелочи. Ну, например, он улыбнулся чему-то открыто, а ты в него..., - Гарри прикусил губу. Драко не выдержал и согнулся пополам от смеха.
- Ты думал, что мой отец, - Драко перевел дух, затем исправился, - наш отец меня Круцио пытает по каждой мелочи?
- Ага, - кивнул Гарри.
- Какой же ты еще ребенок, хотя и имеешь в своей головке знания древних, недоступные более некому, - Северус потрепал его по волосам.
- Почему никому? С вами я с удовольствием поделюсь, - удивился подросток.
- Знаете, а не пора ли нам что-нибудь перекусить? – предложил Люциус.
- Почему бы и нет, - согласился Северус.
Они прошли в малую столовую. Люциус хлопнул в ладоши и с хлопком появился Сириус. Малфой-старший прищурился и оглядел немного потрепанного мужчину. В доме в их отсутствие явно что-то произошло. Гарри оглядел его с ног до головы и легко, незаметно, проник в голову своего крестного. Этого все равно никто отменить не мог.
"Ретроспектива.
Сириус сидел в своей коморке. Он знал, что в доме остались только домовики да он. Где находится Ремус, он понятия не имел. Постепенно новая жизнь стала его угнетать все сильнее. Рано или поздно должен был случиться взрыв. Только вот о его последствиях он не задумывался. По-видимому, главный домовой эльф Малфоев долго думал на эту тему и решил преподать урок своему подчиненному, самому низшему из них.
Сириус вздрогнул, когда раздался громкий хлопок и перед ним предстали пять эльфов в чистеньких, обернутых вокруг тела, то ли платках, то ли еще в чем-то. Только это уже могло говорить, что перед ним стоят не просто обычные домовики. Это была высшая каста, те, кто следил за остальными и проверял, как выполняется работа по дому. Сами они никогда не прислуживали и не занимались уборкой. Они следили за защитой дома и руководили процессом в целом.
- Ты не выполняешь своих обязанностей, - заявил тот, что стоял впереди всех. – Ты здесь никто и должен это понимать. Но раз ты сам не хочешь этого делать, придется тебя вразумить.
- Я выполняю свои обязанности, - хмуро сказал Сириус.
- Не сметь со мной пререкаться. Ты более не человек, пока так не решит юный хозяин, - эльф аж зашипел. – Ты не имеешь права разговаривать, пока тебе не прикажут. С этой секунды ты будешь выполнять самую грязную работу в доме, и только ты будешь обслуживать семью хозяина за столом, если в доме не будет гостей. А теперь ты пойдешь и займешься уборными. Чтобы через три часа все на втором этаже были убраны. С этой секунды твоя сила домовика ограничена. Ты сможешь лишь мгновенно откликаться на зов и перемещаться в пределах дома. Марш убираться, - Сириуса вынесло из коморки и выкинуло в одной из уборных на пол. Кажется, его жизнь становилась с каждой минутой все хуже и хуже.
Конец ретроспективы"
- И чем же ты умудрился разозлить домовиков? – Гарри склонил голову на бок.
- В каком смысле? – Драко удивленно посмотрел на братишку.
- Ну, они ему тут устроили небольшую лекцию о его обязанностях, а также он теперь единственный, кто будет обслуживать нас за столом, - сказал Гарри. – А то означает, если он не будет справляться, его накажут сами же эльфы, не считая хозяев.
Сириус боялся дышать. Все превращалось в настоящий кошмар, не иначе. Драко наблюдал за юношей, пытаясь понять, почему тот легко отнесся к Ремусу, и так жесток к Сириусу. Он понимал разницу между этими двоими, но также чувствовал, что Гарри усугубляет ситуацию со своим крестным.
- Он сам себе выбрал наказание, - раздался тихий шепот за его спиной. Драко резко обернулся и посмотрел на Вестника, который появился незаметно для всех. – Сириус Блек сам решил пройти через это.
- Гарри не может его простить, - покачал головой Драко.
- Дело не в том, что Гарри не может его простить, дело в том, готов ли Сириус Блек простить себя сам, - Вестник посмотрел прямо в глаза молодому человеку, который нахмурился на сказанное. Старик ухмыльнулся. – Как только Сириус Блек все осознает, сможет примириться со своим выбором, и честно признать свои ошибки, или же наоборот сломается, все закончится.
- Это жестоко, - покачал головой Драко.
- Дело не в жестокости, а в восприятии мира, мой юный друг. Твой брат не совсем человек, и человеком его заставляешь быть ты, твой отец и твой крестный. Убери одно звено, и он станет жестче, убери еще одно – появиться жестокость, убери третье – и этот мир ужаснется тому, что создал собственными руками. Если рядом с ним не будет вас, а особенно тебя, суд будет страшным, под него попадут все, за любую провинность, за малейшее слово. Наказание будет жестоким. Магический мир превратиться в государство страха и полного контроля, когда даже думать будет опасно.
- То есть от подобной участи его удерживаем только мы? – Драко и Вестник даже не заметили, что их диалог стал причиной тишины и у него появились слушатели. Сириус пытался сдержать дрожь. Ему стало страшно от того, во что превратился его крестник. К сожалению, он не задумался над тем, что услышал, вернее, не правильно задумался и сделал неверные выводы. Вестник был прав, Сириус сможет освободиться от своей участи только тогда, когда примет этот мир таким, какой он есть, в том числе и своего крестника и причины, приведшие к подобной ситуации вообще. Гарри же неявно наблюдал за ним и видел все чувства, которые охватили мужчину. Подросток сжал зубы, предательские слезы стали подкатывать к глазам, в горле застрял комок. Он знал и чувствовал, что является человеком, а не монстром, которого нарисовало воображение Сириуса. Стало больно, очень. Он резко развернулся и вылетел из столовой. Снейп проводил его взглядом и повернулся к Сириусу, нисколько не сомневаясь, кто виноват в том, что у мальчика в глазах застыла боль.
- Будь моя воля, я бы отдал тебя в какой-нибудь дом, где к домовикам относятся, как к грязи и издеваются над ними почем зря, лишь бы ты был подальше от Гарри, - процедил сквозь зубы зельевар. – Ты не понимаешь, что причиняешь ему боль своими мыслями, которые только дурак не может прочить на твоей лице.
- Боль? Он не может ее чувствовать, если он сказал правду, - Сириус зло мотнул в сторону Вестника. В следующее мгновение он оказался на полу, а из уголка рта текла струйка крови и, кажется, челюсть, была сломана. Драко махал правой кистью. Удар был настолько сильным, что он повредил кулак.
- Силенцио, - палочка Люциуса была направлена на мужчину. – С этой минуты ты становишься бессловесной тварью. Мы не пытались тебя унижать больше, чем ты того заслуживал. Теперь к тебе никто не будет относиться как к человеку. Любая твоя провинность или невнимательность будет караться. Гарри сказал, что ты не имеешь права на свое имя, и назвал тебя Сири, любовно уменьшив твое имя, но в этом доме так тебя не будет называть никто, пока ты не заработаешь такое право, тварь. Рулли, - позвал он, гневно глядя на Сириуса. Тут же появился тот эльф, который пытался вразумить мужчину сегодня.
- Хозяин, - поклонился домовик.
- Десять ударов кнутом, после чего отправь его на работы, - бросил Люциус. – Пусть сегодня кто-нибудь другой прислужить за столом и найдите моего младшего сына.
- Будет сделано, хозяин, - после чего раздался хлопок и Рулли вместе с Сириусом исчезли.
- Идиот, - наконец, подал голос Драко. – Я тут ему пытаюсь посочувствовать, даже с Гарри хотел поговорить, а он...
- Успокойся, - Вестник положил руку на плечо молодого человека.
- Вы ведь специально все это сказали в его присутствии, - Северус укоризненно посмотрел на старца. Тот в ответ только улыбнулся. – Зачем?
- Если бы он узнал об этом потом, имея весь тот багаж, который есть у него сейчас, я имею в виду влияние политической обстановки в стране, расстановку сил... Что, по-вашему, случилось бы? – Вестник пристально посмотрел на трех мужчин.
- Судя по только что виденной мной реакции..., - начал Драко.
- Он снова бы от меня отвернулся, - мрачно закончил за него Гарри, входя в гостиную. Люциус подошел к юноше, и обнял его, прижав к себе.
- Гарри, ты не монстр, и мы не позволим тебе им стать. В этом ты можешь быть уверен, сын, - тихо произнес Люциус.
- Спасибо, папа, - прошептал парень, но его прервал собственный же живот, выдав трель, обозначавшую, что пора бы его уже чем-нибудь заполнить. Это немного разрядило обстановку.
Стол уже был накрыт и эльфы подобострастно смотрели на хозяев, готовые прислужить по первому зову. Гарри сел за стол, оглядел всех и нахмурился.
-А где этот? – неопределенно мотнул он головой.
- На конюшне, получает свое наказание, - спокойно произнес Люциус, кладя на колени салфетку. Гарри недоуменно посмотрел на него.
- Не понял.
- Десять ударов кнутом за неповиновение и неподобающее поведение в отношении своих хозяев, - Люциус поднял голову и посмотрел в зеленые глаза, ожидая реакции. Юноша нахмурился.
- То есть, Люпин будет за этим делом наблюдать? – наконец, спросил он. Теперь уже мужчины на него смотрели с недоумением.
- А ты хотел бы уберечь оборотня от подобного зрелища? – Драко задал вопрос тихо. Гарри скривился, но кивнул. – Почему?
- Драко, зачем тебе это? – юноша явно не хотел отвечать на вопрос.
- Гарри, я ведь понимаю, что Люпина ты не столько наказал, сколько освободил. Наказанием для него стало то, что Блек оказался в таком положении, а он не может ему помочь ничем. Я даже думаю, что именно по этой причине Люпин перебрался в конюшню, - Драко пристально следил за реакцией юноши.
- Догадываюсь, - скривился тот в ответ.
- И? – Драко вопросительно посмотрел на темноволосого паренька.
- Я не монстр, - насупился тот.
- Мы это знаем, - успокоил его Люциус.
- Я понимаю, как все это может выглядеть со стороны, но Люпин и так уже предостаточно настрадался за всю свою жизнь. Он не принял ту сущность, которую ему навязали. Он стремился остаться человеком и добился успеха. За такое нужно вознаграждать, а не судить. А этот, - Гарри замолчал и опустил взгляд в тарелку.
- Тебе больно, - констатировал Снейп.
- Да, - Гарри ответил чуть слышно. – Я думал, что они для меня ничего не значат...
- Ты начал оттаивать после десяти лет в Азкабане, а рядом с любящими тебя людьми вернулись и чувства. Гарри, для тебя не было этих десяти лет и боль, которую доставили тебе все эти люди, она с тобой и никуда не делась. Ты не успел их возненавидеть и стать по отношению к ним равнодушным. И на своем первом суде ты пошел по пути того, чтобы Сириус Блек сам себя наказал. Это не столько твое решение, сколько его. Он этого еще не понимает, и, возможно, не скоро поймет, - Вестник вздохнул. – Я позволю себе дать тебе один совет. – Постарайся пообщаться с Ремусом Люпином. Дай ему шанс.
- Я не знаю..., - начал Гарри.
- У вас здесь прекрасные лошади, покатайся, или сходи покормить их, задай ему какой-нибудь вопрос, как бы небрежно, словно, ничего в прошлом страшного не произошло. Ты же знаешь, что он сомневался в твоей виновности. Ремус Люпин умный человек, но сильно закомплексованный и боящийся что-то спросить или потребовать. Он забит тем, что сделала с ним жизнь. Он только сейчас учиться жить. Ему тяжело здесь, рядом с Блеком, который предал не только тебя, но и его, его веру в тебя, - Вестник снова вздохнул.
- Он очень хорошо справляется в конюшне и псарне, - тихо сказал Драко.
- Я знаю, - головы Гарри так и не поднял.
- Ты наблюдаешь за ним? – удивленно спросил Люциус. Гарри дернулся, затем поднял голову. Мужчинам осталось только вздохнуть – в глазах мальчика стояли слезы.
- Дай себе волю, маленький судья, не держи в себе боль, - тихо произнес Вестник и растворился. Люциус, как только первая слезинка покатилась по щеке его младшего сына, оказался рядом и обнял его. Здесь слова были не нужны. За все время, что они жили вместе, мужчины не видели столько горя, сколько сейчас мальчик выпускал из себя. Он все-таки был ребенком, которого предали, бросили и забыли, пока не стало известно, что все это ложь и чушь. Можно было бы понять, если бы за этим стояли чужие люди, но от него отказались те, кого он любил, кем дорожил в той прошлой жизни. И сейчас ему больно смотреть на этих людей, которые делали вид, словно ничего страшного не произошло, так небольшое недоразумение. Только расхлебывать все это приходится Гарри, на которого снова свалился сюрприз судьбы.
- Тшш, малыш, - Люциус пытался успокоить мальчика, рыдающего у него на плече. Боль, горечь, обида – вот, что вытекало сейчас из изумительно-зеленых глаз.
- Почему они так со мной? – сквозь рыдания спросил Гарри. – Что я им всем сделал? А Сириус? Он услышал лишь то, что хотел услышать. Как же, раз был в Азкабане, значит, монстр. Он забыл, что сам был там? Я...
- Тшш, - Люциус поднял его на руки и вынес из столовой, проклиная про себя Блека на все лады. Драко вышел вслед за ними, но не последовал в ту же сторону. Его путь лежал на конюшню.
После аппарации Сириус оказался в конюшне вместе с Рулли. Голоса все еще не было, поскольку никто не удосужился снять с него чары молчания. Их прибытие не осталось не замеченным, поскольку Люпин был тут и как раз чистил черного красавца. Ремус замер, глядя, как вслед за этими двумя прибыли еще несколько эльфов. Теперь они сноровисто растянули Сириуса на специальном, предназначенном для наказания сооружении. Люпин вздрогнул и сжал челюсти. С Сириуса сорвали его тряпку, и раздался свист кнута. Ремус удивился, когда не услышал от друга ни звука, но почти сразу понял, в чем дело. После третьего удара он вылетел из конюшни, сжимая кулаки и с какой-то безнадежностью сел на землю, облокотившись о стену сооружения. Каждый свист кнута, а затем удар о плоть отдавался в его теле дрожью, хотя и предназначалось все это не ему.
Ремус и не заметил, когда все закончилось. Он очнулся от того, что перед ним кто-то стоит. Он медленно поднял голову и увидел Драко, у которого в глазах светилось сочувствие. "Кто бы мог подумать, что ничто человеческое им не чуждо", - пронеслось в голове бывшего оборотня.
- Мне жаль, что ты стал свидетелем этого, - тихо произнес Драко.
- Неужели? – сарказма в голосе не было, только усталость.
- Блек сам виноват, - Драко отвел взгляд от лица Люпина и посмотрел в сторону парка.
- Даже так?
- Даже так, - подтвердил Драко. – Он сделал очередную ошибку, которая отдалила его от Гарри на очень значительное расстояние.
Ремус пристально уставился на молодого блондина, пытаясь разобраться в том, что из того, что он говорит правда. Драко же, не обращая на него внимание, продолжал говорить, словно это были мысли вслух.
- Никто не задумывается, насколько ему больно. Основная масса тех, кто должен был быть рядом с ним, просто отвернулась от мальчика-который-выжил-и-как-они-считали-стал-убийцей. Как легко просто выкинуть из своей жизни человека, не задумываясь над последствиями. Друзья, учителя, родные… Мне вот интересно, как можно было поверить в виновность Гарри Поттера? Ведь никогда он не давал повода к этому. Никогда и никому, но все поверили… Существует столько способов проверить палочку, но воспользовались самым простым, который не дает и пятидесяти процентов результата. Почему так? Никто не захотел слушать голоса тех, кто пытался кричать в толпе… Даже ты, Люпин, в конце концов, сдался и оставил Гарри там, в Азкабане. Есть ли у вас всех право его судить? – Драко резко повернулся и посмотрел на бывшего оборотня. Выражение лица того было запоминающимся. Он не понимал, о чем говорит Драко Малфой, но чувствовал, что это что-то очень серьезное. Драко смотрел прямо на него, словно ждал ответа на свои невысказанные вопросы. Но Ремус не знал ни вопросов, ни ответов на них.
- Я старался выяснить…, - наконец, выдавил он.
- Ты сдался, Люпин… И теперь вы все пожинаете плоды своего собственного решения. Ты тоже считаешь Гарри монстром из-за того, что он стал судьей магического мира? Ты тоже считаешь, что он хуже Темного лорда, раз ему необходимы люди, что не перестать быть человеком, не потерять свои чувства? – Драко начал злиться.
- Это то, что сказал Сириус? – тихо спросил Ремус, уже, к сожалению, зная ответ на свой вопрос. Он еще надеялся на отрицательный ответ, когда увидел глаза Драко, которые сказали ему все. – Мерлин всемогущий, - прошептал бывший оборотень.
- Ему больно, Люпин. Очень больно. Он все еще чувствует к вам привязанность, а вы продолжаете убивать в нем то, что делает его таким замечательным светлым человечком, - Драко резко развернулся и решительно пошел к замку. Метров через тридцать он обернулся. – Не соверши ошибки Блека, иначе ты потеряешь любую надежду на то, чтобы оказаться когда-нибудь рядом с Гарри.
Ремус так и остался сидеть на земле, пытаясь осмыслить все, что услышал за последние минут пятнадцать. Драко давно уже скрылся в замке, а на землю стала опускаться ночь. Ремус поднял голову и прищурился. В сторону замка, отчаянно махая крыльями, летела сова. «Судя по оперению, министерская», - сделал вывод Ремус. Нужно было подняться с холодной земли и начать жить. Только сейчас Ремус понял, как он сможет подружиться с Гарри. Его не надо было завоевывать, не надо было умолять о прощении, с ним надо было просто подружиться заново и принять таким, какой он есть.
- Я не совершу больше ошибки, - словно клятва, слова слетели с губ.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
Lash-of-MirkДата: Суббота, 28.03.2009, 12:40 | Сообщение # 18
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 17. В преддверии Хогвартса.
Гарри совершенно спокойно смотрел на лежащее перед ним письмо. Оно его не интересовало, даже если чиновники приняли все его условия, а в этом он нисколько не сомневался. Все-таки это он им был нужен, а не наоборот.
- Гарри, - в комнату вошел Драко, прошел к креслу и сел на подлокотник.
- Странное ощущение, - задумчиво произнес подросток.
- В плане чего? – не понял Драко.
- В какой-то момент мне показалось, что он все понял, что еще чуть-чуть…, - Гарри тряхнул головой, словно хотел отделаться от этих мыслей.
- Рано или поздно, - вздохнул Драко.
- Боюсь, что поздно, - прошептал Гарри.
- Не надо так, Гарри, - Драко чуть коснулся губами черноволосой макушки, подросток тут же сменил положении и сел так, чтобы прислониться спиной к молодому человеку, а голову откинуть ему на грудь.
- Это больно, для меня ведь не было этих десяти лет, совсем, - тихо произнес Гарри. – Это так странно, одновременно ничего не чувствовать и в то же время переживать все чувства такое ощущение, что во мне живет два разных человека.
- Это не разные люди, Гарри, - Драко прижал к себе юношу и вздохнул. – Это ты, просто простить всегда тяжело. Они предали, не просто предали тебя, предали твое доверие. Ты ребенок, которого они все должны были защищать, но они предпочли поверить в то, что казалось им самым простым, очевидным. Никому даже в голову не могло прийти, что четырнадцатилетний мальчик не может выполнить убивающее заклинание с первого раза. Это нереально, Гарри, но никого это не интересовало. Они все решили. Вот так просто, без попыток выяснить, что же произошло на самом деле. Так было легче, Гарри.
- Кому? – в голосе подростка послышались слезы. – Мне проще? Им проще? Они постоянно то возносили меня до небес, то низвергали в самый ад. Вот они гладят меня по головке, а через секунду выливают мне на голову горящее масло. За что? Что я им всем такого сделал, что они меня ненавидят? Я до одиннадцати лет вообще не знал, что существует магия и целый мир, о котором почти никто не знает. Я не знал, кто я…, - Гарри вдруг весь сжался и всхлипнул. Драко развернул юношу к себе лицом.
- Не надо, братишка, не плачь Они не стоят твоих слез, они их не достойны.
- Драко, я не хочу ехать в эту школу, совсем не хочу. Это противно, я не хочу. Они снова будут делать то же самое, что и тогда, - юноша уткнулся Драко в плечо и расплакался. Тому оставалось только успокаивающе поглаживать его по плечам. Они давно уже ждали подобной реакции юноши. Чувства медленно пробивались сквозь маску и росли как снежный ком при лавине. Он постепенно возвращался к тому, чтобы быть ребенком, только в отличие от всех остальных, этот ребенок был очень ранимым, но мог стать и очень жестоким, способным спрятать все свои чувства и эмоции за титановой стеной. Он много и долго копил в себе обиды и тревоги, а это страшно для любого человека, а не только для ребенка, прошедшего через ад в прямом и переносном смысле. «Если бы я мог, я оградил бы тебя от всего мира», - Драко губами прижался к виску чуть упокоившегося юноши. – «Я же знаю, что тебе тут хорош, что будь на то твоя же воля, ты никогда бы не вышел за пределы этого поместья, но они не оставят тебя в покое, пока ты жив. И ты прав, они снова начнут возносить и низвергать тебя. Но одно я могу тебе обещать, в этот раз ты будешь не один”
- Почему они не оставят меня в покое? – прошептал Гарри.
- Ты снова стал их Избранным, тем, кто способен уничтожить Темного лорда, - ответил на его вопрос Драко.
- Зачем? Я не хочу никого убивать, - устало произнес Гарри.
- Тебе расскажут, что он убил твоих родителей…, - начал Драко.
- Знаешь, – перебил его подросток. – Я ведь могу его понять, Волдеморта. Была война. Он просто пытался убрать возникшую на его пути помеху. Это как любая битва, борьба. Да, она исковеркала мне жизнь, но ведь все могло быть иначе, прими один человек совсем другое решение. Одно решение – и столько боли…
- Шшш, малыш, спи, я буду рядом, - прошептал Драко, призывая плед. Через пятнадцать минут они оба спали. В таком положении, лежащими на полу, на мягкой шкуре у камина и под легким пледом их и застали двое мужчин. Люциус и Северус перенесли молодых людей в их комнаты и уложили в кровати. Ворон тут же занял место на изголовье кровати Гарри, чтобы охранять его сон.
Утро принесло новый день и новые проблем, а может и не проблемы. Гарри встал в более хорошем настроении, чем был в предыдущий день. Они быстро привел себя в порядок и спустился на завтрак, но перед этим захватил так и не вскрытый конверт из Министерства. Его особо не интересовало, как тот оказался в спальне, главное, его не нужно было искать по всему замку, вспоминая, где он его оставил. Гарри подумал, что-либо его отец, либо крестный принесли письмо в спальню. Мальчик улыбнулся.
- Доброе утро, - вошел он в столовую.
- И тебе того же, - улыбнулся Люциус, глядя на радостное личико младшего сына. – Как спалось?
- Замечательно, - потянулся Гарри и уселся рядом с Малфоем-старшим, затем протянул ему письмо.
- Ты хочешь, чтобы его прочитал я? – удивился мужчина.
- Ну, ты же мой отец, - Гарри искоса взглянул на Люциуса, но тот увидел в его глазах безумную надежду, что его не отвергнут, когда она принял решение действительно стать Малфоем до конца. И Люциус все понял. Он притянул юношу к себе и обнял его.
- Здесь твой дом, сын, и он всегда для тебя открыт.
Гарри улыбнулся. Пустота на сердце начала медленно таять. «Мерлин, помоги мне сохранить в нем ребенка», - взмолился Люциус. Вскоре к ним присоединились Драко и Северус. До конца завтрака письмо так и пролежало не распечатанным.
- Ну, читаем? – Люциус посмотрел на Гарри, взяв конверт. Мальчик кивнул. В полной тишине был слышан только шелест бумаги. – Хмм, ты был прав, Гарри, Министерство согласилось со всеми твоими требованиями. С завтрашнего дня, а это именно тот день, когда ты должен прийти в школу, Северус восстановлен в должности преподавателя зелий, он также является мастером зелий, которому позволено вести ученика до получения мастера зелий. Драко, - Люциус посмотрел на старшего сына. – Ты официально назначен учеником Северуса, здесь даже документы все приложены. И та теперь помощник Северуса в Хогвартсе. Ну, а я назначен профессором по истории магии.
- Какое счастье, что не нужно больше слушать Биннса, он совершенно не знает, как вести урок, - заявил Гарри. Люциус взлохматил волосы подростка.
- Ну, господа, собираемся? – поинтересовался Люциус.
- Вам лучше поторопиться, - раздался со стороны окна уже знакомый всем голос Вестника.
- Отец, стоп, - Драко вдруг нахмурился. – Хогвартс открыли?
Гарри посмотрел на брата, затем на крестного и только после этого перевел взгляд на отца. Он помнил рассказы Луны и Драко о том, что Хогвартс был почти разрушен.
- Луна же говорила, что он почти восстановлен, - Гарри полувопросительно посмотрел на Драко.
- Я как-то упустил этот момент, - полурастеряно произнес молодой человек. – Мне все же интересно, что же такое было с Хогвартсом.
- Думаю, в этом нет ничего странного, - усмехнулся Северус.
- И? – Гарри заинтересовано посмотрел на крестного.
- Проблемы в Хогвартсе появились сразу, как только ты оказался в Азкабане. Кажется, сама магия воспротивилась тому, как с тобой поступили люди, которые обязаны были тебе помогать и защитить тебя, - Северус задумчиво смотрел на юношу. – Это, конечно, мое мнение…
- Оно совершенно верное, - встрял снова Вестник, подходя к столу. И только теперь на него обратили внимание – И не стоит меня игнорировать.
- А мы решили, что ты плод нашего воображения, так «часто» ты появляешься в поместье, - саркастично заметил Гарри. Старец с интересом посмотрел на молодого человека.
- Гляди-ка, уже набрался от своего Палача, - хмыкнул Вестник. У Гарри появилось острое желание показать ему язык, но он сдержал свой порыв. Похоже, для старца не стало секретом желание Гарри, уж очень ехидно улыбался. – Но я пришел сказать, что мы все будем в Хогвартсе: Палач и Хранитель будут преподавать в школе Зельеварения. Вынужден признать, что это один из самых полезных предметов, - Вестник кивнул Снейпу. – Лорд Малфой станет преподавать историю магию, что пойдет только на пользу. Давно пора было уже заменить это бестелесное чудо, которое умудрилось сделать один из самых интересных предметов в нечто невообразимо скучное. Надо сказать, что Рогнар будет выполнять при тебе роль твоего фамильяра и Защитника, поскольку он единственный, кто может годами находиться в своей аниформе, хотя, это не совсем аниформа, по крайней мере, так, как это понимают сейчас. Твои соседи по комнате будут не очень рады такому соседу, как Рогнар, но им придется с этим смириться. Ну, и последнее, перед вами новый профессор по Защите от Темных искусств, - Вестник насмешливо поклонился.
- Даааа? – Гарри скептически посмотрел на Вестника. – Неужели Дамблдор решился на то, чтобы принять в штат преподавателей кого-то, кого он не знает?
- О, неужели, мой милый мальчик…, - насмешливо начал Вестник, но был остановлен Гарри, который, скривившись, посмотрел на старца:
- Никогда меня так не называй. Лучше уж малыш, или крошка, но не мой мальчик.
Ответом на его реплику стал дружный смех.
- Мне интересно, а как вас будут там звать. Вы ведь так и не назвали нам своего имени, - отсмеявшись, спросил Драко у Вестника.
- Гелл Грин, - чуть склонил голову старец.
- Гелл Грин? – нахмурился Снейп. «Гелл Грин? Что-то знакомое… Хмм», - Северус пытался просчитать, что в этом имени ему кажется странным. – «Грин… Гелл Грин… Не может быть!» На его лице появилось удивленное выражение, и ему потребовалось довольно много времени, чтобы скрыть его, только вот все заметили и оценили выражение его лица.
- Вы всегда отличались острым умом, мистер Снейп, - Вестник снисходительно улыбнулся.
- Я чего-то не понимаю? – нахмурился Драко, Гарри также непонимающе переводил взгляд со старца на Снейпа.
- Ваш крестный только что понял, кем на самом деле является наш многоуважаемый Вестник, - усмехнулся Люциус.
- О, вы двое не зря были одними из лучших, как считал Волдеморт, его слуг, - произнес с легкой издевкой Вестник. – Он несомненно был прав.
- Эй, - Гарри помахал рукой, привлекая к себе внимание. Драко был с ним солидарен в желании понять, что же такое поняли их отец и крестный.
- О, разрешите вам представить нашего Вестника, входящего в команду Судью, - со своей неизменной язвительностью произнес Снейп, сделал небольшую паузу, а затем ехидно продолжил. – Геллерт Гриндевальд, собственной персоной.
- Простите, но Геллерта Гриндевальда убил Дамблдор, - уверено произнес Драко, Гарри кивнул, соглашаясь с ним.
- и кто вам такую ерунду сказал? – едко поинтересовался старец.
- Вообще-то это написано во всех книгах по истории, - не менее ядовито произнес в ответ Драко.
- Вы как-то в наших разговорах упомянули, что были в Азкабане. Мы тогда не придали этому значения, - начал Снейп.
- Если бы вы не придали этому значения, то сейчас и не вспомнили бы этом, - усмехнулся Вестник, усевшись, наконец-то, за стол. – Но вы правильно все поняли. Я, как и Гарри был заключенным Азкабана. Но я выбрался оттуда в тот же день, как там оказался наш маленький Судья.
- Но как это возможно? – Гарри не понимал, как такое могло произойти. Он, конечно, помнил, что Блек сбежал из тюрьмы. – Вас же должны были искать.
- Да, если бы в мою камеру кто-нибудь заглядывал. Да и после этого тоже. Никто в Азкабане не знает, кто сидел в камере 12548 на уровне 12 в секции Гамма. Для всех я какой-то безумный зельевар, который своими экспериментами погубил огромное количество людей.
- А Дамблдор? – воскликнул Гарри.
- О, он подзабыл уже о том, как на самом деле закончился наш поединок. Он слишком самоуверен. Думаю, он уверен, что ко мне был применен поцелуй дементора, как и было сказано в моем приговоре, - поделился новостями со своими слушателями Вестник.
- Они забыли привести приговор в исполнение? – удивился Драко.
- Я не ошибусь, если скажу, что дементоры вам не страшны? – раздался голос Луны Лавгуд.
- Моя прекрасная леди, - склонил голову в знак приветствия старец. – Вы совершенно правы.
- Мисс Лавгуд, рады видеть вас, но что вам привело к нам в ваш рабочий день? – поприветствовал девушку Люциус.
- Эрни и я решили, что вам не помешает кто-нибудь из нас во время вашего похода в Косой переулок, - сказала Луна. – А вы открыли мне прямой доступ в поместье, так что прийти сюда для меня не было никакой проблемы.
-Вы уже в курсе, - констатировал Снейп.
- Да, профессор, - усмехнулась девушка. – Министерские чинуши довольно долго бесновались после вашего эффектного ухода. Столько было крику и взаимных оскорблений. Но самое интересное, они довольно быстро осознали, что Гарри прав.
- Они провели закон, так что у нас все равно не было бы выбора, - скривился Драко.
- Не скажите, - покачала головой Луна. – Исходя из того, чего напридумывали там себе эти господа, вариантов у вас было множество. Один из них – запереться в поместье и жить тут до конца времен. Что, кстати, не совсем уж и плохая идея. Во-вторых, вы могли спокойно убраться куда-нибудь в Европу. Это одни из самых логичных их предположений, остальные были настолько фантастическими, что даже не стоит об этом упоминать.
- Луна, а откуда ты об этом знаешь? – Драко с интересом смотрел на девушку. – Я, конечно, понимаю, что ты сотрудник Отдела тайн…
- Именно это и дает мне возможность только знать, - усмехнулась Луна. – Дело в том, что Отдел тайн находится в нейтралитете ко всем событиям, которые происходят в мире.
- Отдел тайн существует сам по себе? – удивился Люциус. – Я об этом не знал.
- О, об этом мало кто знает, - усмехнулась Луна. – Самое интересное в этом то, что невыразимцев и других сотрудников Отдела тайн не трогает даже Волдеморт.
- С какого перепугу? – вырвалось у Гарри.
- Волдеморт не такой сумасшедший, как может показаться. За эти годы, Гарри, что-то случилось и он изменился. У него появился еще один круг, который знает его еще более близко, чем даже внутренний, - сказала Луна.
- Элита, - кивнул Драко. На вопросительный взгляд Луны он продолжил. – Панси и Блейз рассказали. Он считает Гарри своим внуком и приказал всем его не трогать. Когда у Гарри начались магические выбросы, это здорово ударило по Нему.
- Внуком? – усмехнулась Луна, вспомнив свой разговор с Эрни.
- В чем дело? – нахмурился Снейп.
- Эээ, у них, конечно, есть связь, но отнюдь не такая, - чуть помедлив, ответила девушка.
- Луна, объясни, - потребовал Драко. Следующие полчаса девушка просвещала их на счет своеобразной связи между двумя сильными магами, а также некоторые позабытые в веках законы, которые никто не изменил или не отменил.
- Но тогда получается, что он мой отец, а не…, - Гарри взглянул на Люциуса. Тот подошел ближе и положил руки на плечи подростка.
- Если Волдеморт…, - начал Драко.
- Его ввели в заблуждение, и очень даже намеренно, - покачала головой Луна. Гарри нахмурился, а затем повернулся, чтобы посмотреть на Вестника, но стул уже был пустой. Подросток больше не сомневался, кто виноват в сложившейся ситуации.
- И как он это сделал? – проворчал Гарри. Объяснять, кто и что, было не нужно, все и так поняли, поскольку тоже смотрели на пустой стул.
- Луна, вы можете прояснит ситуацию с узником Азкабана…, начал Люциус.
- Я слышала, - кивнула девушка. – Сделаю все, что в моих силах.
- Так, закончили дискуссии, - решительно остановил всех Снейп. – Пора уже в Косой за учебниками и мантиями.
Еще полчаса ушло на сборы. Вестник так и не появился, а у всех имелось к нему немало вопросов. Никто не сомневался, что именно он был виновен в том, что Волдеморт слегка неправильно интерпретировал свое родство с Гарри. Подросток собрал первым, поэтому через десять минут уже сидел в кресле в комнате своего старшего брата, ожидая, когда тот выйдет из ванной. Комната Драко почти ничем не отличалась от его собственной, если не считать цветовой гаммы.
- Ты что тут делаешь? – удивленно произнес Драко, появляясь на пороге комнаты.
- Ответь мне на один вопрос, потом я уйду, - заявил подросток.
- Ну, - Драко прошел в гардеробную и стал выбирать то, что собирается одеть. Гарри задумчиво водил по своему таурину, который испускал чуть заметный приятный аромат. Драко даже выглянул в комнату и посмотрел на задумавшегося мальчика. – Гарри?
- Почему ты не предпринимаешь ничего? – совсем по-взрослому задал вопрос Гарри.
- Относительно чего? – переспросил Драко.
- Кого, - исправил его Гарри. Драко вышел из гардеробной, на ходу застегивая рубашку.
- Я не понимаю, о чем ты, - покачал головой блондин.
- О Луне, - встав с кресла, произнес подросток. – Подумай об этом, - после чего вышел, оставив Драко в некотором замешательстве. «Откуда он… Он с каждым разом удивляет меня все больше», - покачал головой блондин. Луна ему действительно нравилась, особенная такая, какой она стала. В школе на нее смотрели как на дурочку. Никто не воспринимал ее всерьез, а все оказалось совсем не так, как все видели. Девочка оказалось умной и скрытной. Драко вышел из комнаты и направился к остальным, все еще обдумывая свои ощущения и чувства. Он знал точно, что любит отца и крестного, что Гарри для него значит еще больше, чем они и он будет защищать его всегда и ото всех. И дело было вовсе не в том, что тот был Судьей, а в том, что он был его братом, о котором он мечтал долгие годы и получил только в двадцать пять лет.
Они прошли через камин в «Дырявый котел», которым все еще владел бессменный Том. Мужчина сразу среагировал на неожиданных гостей, но не подошел. Гарри поморщился, когда на него уставилось огромное количество людей. Ему и тогда-то не нравилось такое пристальное внимание, а уж сейчас и говорить не о чем.
- Если они не прекратят, я их прокляну, - пробурчал Гарри. Снейп фыркнул, Луна улыбнулась на это, представив такой исход дела. Она не сомневалась, что проклятие было бы очень специфическим и уж точно не легко снимаемым.
Он молча прошли через бар и прошли через арку в косой переулок. Их компания привлекала внимание. Почти сразу же на их пути появился Олливандер и Гермиона Грейнджер. Их словно бы ждали.
- Добрый день, - поздоровались они.
- Мистер Олливандер, - Люциус проигнорировал Гермиону. – Вы что-то хотели.
- Необходимо подобрать палочку для Гарри, - выступила вперед Гермиона.
- А он снова стал Гарри? Не ублюдком, предателем, врагом, сволочью без стыда и совести? – Гарри говорил с таким сарказмом, что ему даже Снейп в подметки не годится. Драко сжал его руку, говоря, что он не один и за это подросток был благодарен своей семье. – Я не нуждаюсь в палочке, поскольку она у меня имеется.
- Мистер Поттер, - начал мастер палочек.
- Мистер Олливандер, я ничего не имею против вас и вашего мастерства, но у меня уже действительно есть палочка, и я больше не Поттер. Мое имя Гарольд Александр Малфой, Гарри прямо смотрел на старика. Он краем глаза увидел, какой полный ненависти взгляд, Грейнджер бросила на его семью.
- Что ж, увидимся в школе, - Гермиона резко развернулась и удалилась, явно сдерживая гнев.
- Я так понимаю, идея такой встречи принадлежала Дамблдору?! – полуутвердительно произнес Люциус. Олливандер только кивнул, не было смысла сейчас отпираться. Он был против такого обращения с мальчиком, которого предал почти весь магический мир, но что он один мог сделать.
- И что? Фоукс дал еще одно перо? – без какого-либо интереса поинтересовался Гарри.
- Да, - последовал прямой ответ.
- Да ну, - тут же с сарказмом отозвался подросток. – А Дамблдор самонадеян.
После чего подросток, потянув за собой Драко, направился вдоль улицы в магазин мадам Малкин. Они не потратили там уж так много времени, купили только самое необходимое. Учебники у Гарри уже были, но нужно было кое-что докупить из списка. Снейп ушел закупаться ингредиентами и всем необходимым для зелий, Люциус – за книгами и писчими принадлежностями. Гарри хотел, как можно меньше времени провести здесь, просто потому что ненавидел такое внимание к собственной персоне. «Если так будет и в Хогвартсе, я их всех прокляну», - мрачно решил подросток.
Они встретились на улице, рядом с кафе Фортескью, но не пошли туда, а решительно направились на выход из Косого переулка. Было видно, что их всех достало то, какими взглядами их провожают. Они прошли через камин в поместье и вздохнули свободнее. Луна тоже отправилась с ними. Кстати, именно ее присутствие удерживало людей на расстоянии от них. Вечер они все провели так, как хотелось бы каждому из них: Люциус в кабинете, Северус окопался в лаборатории, Гарри у себя в комнате устроился на подоконнике и бездумно смотрел в окно, а вот у Драко появилась компания. Он вместе с Луной прогуливался по поместью, а затем они обосновались в китайской беседке на пруду и проговорили до поздней ночи. Провожая девушку, Драко решился. Он обнял Луну за талию, притянул к себе и поцеловал. Сначала девушка замерла, а потом молодой человек почувствовал, что она ответила ему, и поцелуй углубился. Они оторвались друг от друга и несколько секунд смотрели в глаза друг друга, не отрываясь. Драко поднял руку и провел по щеке девушки, про себя подумав, что Гарри прав, и ему уже стоит думать о своей собственной жизни, не смотря на все, что происходит вокруг, а Луна ему нравилась более чем очень.
- Увидимся, - прошептала девушка, снова касаясь его губ своими, а затем быстро исчезла в камине. Драко еще долго стоял перед ним, не замечая, что за ним с улыбкой наблюдает Гарри. Когда блондин повернулся, чтобы проследовать в свою комнату, Гарри уже не было, так что он не мог узнать, что у его прощания с Луной был свидетель.
Завтра для них всех будет тяжелый день.



Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....
 
ShtormДата: Суббота, 28.03.2009, 16:33 | Сообщение # 19
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
Прекрасно, что фик появился здесь. Блин, поведение Сириуса мебя просто взбесило. Наступает два раза на одни и те же грабли, придурок. Я не понял, Грейнджер что, надеялась, что Гарри вот так все простит, и закричит на всю улицу: Привет Гермиона, я так скучал?! Ну тут они ошиблись. Надеюсь у них хватит ума не доставать Гари в Хоге, а то последствия будут непредсказуемы.
Отличный фик, отличное продолжение. Спасибо! Жду новых глав



Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
DaewenДата: Суббота, 28.03.2009, 21:33 | Сообщение # 20
тень
Сообщений: 274
« 21 »
Не представляю, как можно писать с такой скоростью...

Хотя последние фики стали какими-то однотипными. sad

 
ShtormДата: Воскресенье, 29.03.2009, 10:25 | Сообщение # 21
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
Daewen, не придирайся сильно wink tongue Это как в фигурном катаньи, все должны сделать одни и теже элементы, но чемпионом становится один (а) wink


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
DaewenДата: Четверг, 02.04.2009, 00:10 | Сообщение # 22
тень
Сообщений: 274
« 21 »
Quote (Shtorm)
не придирайся сильно

даже думаю... просто последнее время по инерции набрасываюсь на новый фик, аки голодный тигр. Но проглотить не могу(
я только высказал своё мнение.
 
RusAlexДата: Четверг, 02.04.2009, 11:01 | Сообщение # 23
Вечно идущий вверх по лестнице ведущей вниз
Сообщений: 150
« 16 »
Quote (Daewen)
Не представляю, как можно писать с такой скоростью...

Это уже выкладывалось кроме последней главы, так что ничего удивительного

Quote (Shtorm)
Блин, поведение Сириуса мебя просто взбесило. Наступает два раза на одни и те же грабли, придурок.

Он истинный гриффиндорец, что ты с него хочешь?

Quote
Я не понял, Грейнджер что, надеялась, что Гарри вот так все простит, и закричит на всю улицу: Привет Гермиона, я так скучал?! Ну тут они ошиблись.

Это и так было понятно. Только Дамб похоже мозги всем промыл настолько что все считают что Гарик измениться не может несмотря не на что... КАК же они ошибались... butcher Судья идет...

Quote
Надеюсь у них хватит ума не доставать Гари в Хоге, а то последствия будут непредсказуемы.

а вот это вряд ли ума у них похоже нет



Remember the past, live in present, think about future
 
неканонДата: Четверг, 02.04.2009, 16:33 | Сообщение # 24
Демон теней
Сообщений: 325
« 8 »
да)))))
мне аж как то жалка стало Дамба.... wacko

чую я это будет незабываемо biggrin


когда придумаю что тут написать-напишу

 
ShtormДата: Четверг, 02.04.2009, 16:34 | Сообщение # 25
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
Quote (RusAlex)
а вот это вряд ли ума у них похоже нет

Значит нам будет очень весело biggrin



Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Krissstall7171Дата: Суббота, 11.04.2009, 01:51 | Сообщение # 26
Подросток
Сообщений: 7
« 0 »
Блин, когда я читала про патронуса Гарри, то у меня появились слезы на глазах... Я именно такой себе ее и представляла...


Я не сошел с ума , мир так стар и мал
Что его делить нет больше смысла
Нет, ты возьми себе, все, что на Земле
Мне оставь простор небесной выси!
 
Lash-of-MirkДата: Воскресенье, 24.05.2009, 16:48 | Сообщение # 27
Walk with me in Hell
Сообщений: 2977
« 107 »
Глава 18. И снова Хогвартс.

«Позвольте себе быть разными!
Если вы хотите быть собой,
вы должны позволить другим людям
относиться к вам так, как они хотят.
Вы должны это отпустить»
(Анхель де Куатьэ «Об Анхеле де Куатьэ»)

Гарри стоял на дороге из Хогсмида в Замок и смотрел на Хогвартс. Для него в реале прошло всего несколько месяцев, ведь третье испытание закончилось в начале июня, а сейчас был январь, только для всего остального мира между двумя этими «точками» было долгих десять лет. Гарри вспоминал свой первый приезд сюда.

«Ретроспектива.
Они спотыкались и поскальзывались, но шли вперед, вслед за Хагридом по узкой дорожке, которая резко уходила вниз. Вокруг них была только темнота, что казалось, ты пробираешься сквозь лесную чашу. Первокурсники шли молча, только Невилл, потерявший жабу, несколько раз чихнул, и все.
- Еще несколько секунд, и вы увидите Хогвартс! – крикнул Хагрид, также стремительно двигаясь вперед. – Так, осторожнее! Все сюда! – его зычный голос был слышан всем.
- ОООООО! – понеслось со всех сторон.
Они стояли на берегу большого черного озера. А на другой его стороне, на вершине высокой скалы, стоял гигантский замок с башенками и бойницами, а его огромные окна отражали свет усыпавших небо звезд. Это было как сказка, которая наяву превращалась в реальность. И этот Замок ждал его, Гарри Поттера, чтобы стать ему самым прекрасным домом.
Конец ретроспективы».

Можно было ожидать, что после такого воспоминания у него должно было появиться желание улыбнуться, ведь это было хорошее воспоминание, но юноша только все больше мрачнел. Оказалось, что красивых, хороших воспоминаний о Ховартсе у него и нет вообще. Странно, да? Что у него вообще было хорошего в этих, устремляющихся в небеса стена. Только опасности, которые могли в любое время закончиться для него смертью. И только большое везение то и дело спасало его от неминуемой смерти, и, как ни странно, Северус Снейп. Сказка оказалась ложью.
- Я не хочу туда, - мрачно произнес юноша. Северус и Люциус переглянулись. Гарри весь вчерашний вечер, да и с утра твердил эти слова как мантру, словно они могли что-то изменить.
«Ненавижу Дамблдора», - подумал Драко. – «сколько он еще будет портить жизнь людям. Ведь если подумать, это война между Волдемортом и Дамблдором, в которую они вмешали кучу народу, при этом из-за их действий гибнут люди, а им хоть бы хны».
- Они оба рвутся к власти, Драко. – тихо произнес Гарри. – Между ними нет большой разницы, совершенно. И ты прав, они просто из собственных амбиций посадили весь магический мир в лужу.
- Вообще-то у меня блок, - произнес Драко.
- Не знаю, я просто вижу и слышу тебя, правда, не всегда, - пояснил Гарри.
- Мда, не самое лучшая способность, – проворчал Северус. – Надо научить тебя закрываться.
- Как сказать, - тут же отозвался Вестник. – Судья всегда знает, что думает подсудимый. И не беспокойся, Северус, это не всегда так. Просто Гарри нужно время, чтобы приспособиться к своим способностям. Чтение мыслей совершенно не причиняет ему вреда. Более того, это он читает мысли, а вот к нему в голову никто не сможет забраться, как бы ни старался, даже Волдеморт. Связь все еще существует, но она лишь связана с эмоциями, причем односторонняя. На этот раз страдает Волдеморт, а вот Гарри его эмоций совсем не ощущает.
- Безмерно радует, - съязвил Люциус, все еще с беспокойством глядя на младшего сына. У него на сердце было не спокойно. Он был уверен, что им придется еще пожалеть о том, что они все-таки согласились прибыть в Хогвартс. Откуда было такое ощущение? Он и сам понять не мог. Но для себя решил, что при первых же признаках опасности , он просто заберет свою семью и помчится, куда-нибудь подальше от Англии и всех ее стариков с манией величия.
Сириус стоял позади всех и со странным выражением на лице смотрел на Гарри. Он удивился, что его взяли с собой, ведь теперь все узнают, что с ним сделали.
- Никто ничего не узнает, - Гарри обернулся и бросил на него равнодушный взгляд.
- Дамблдор, как только меня увидит сразу…, - фыркнул Сириус.
- Он не увидит тебя, - произнес Гарри. – Для всего мира ты домовой эльф, а сам ты никому ничего не сможешь сказать. Так что можешь не надеяться, что кто-то признает в обычном домовом эльфе Сирии Сириуса Блека.
- Ты…, - выплюнул Сириус.
- Да, да, я помню, я – монстр, - кивнул Гарри и отвернулся, и только его родные заметили промелькнувшую в его глазах боль. Сириус еще что-то бубнил, но его никто не слушал. Даже порка ничего не вправила ему. И теперь Драко уже был согласен с Гарри, что Сириус может понять все тогда, когда будет уже слишком поздно. К сожалению, Блек оказался очень недалеким человеком, который сначала делает, а через десять лет до него доходит, то он был не прав, только Драко знал, что Гарри не будет ждать десять лет, пока до его крестного дойдет, что он снова не прав. Вопрос был только в том, когда Гарри это все надоест и он не примет насчет Блека какого-нибудь решения. Драко был уверен, что просто так он его не отпустить, скорее всего, Блек так и останется домовиком, о настоящей сущности которого кроме определенного круга людей никто не будет знать. В принципе. Он понимал, зачем Гарри попросил их взять Блека в Хогвартс. Это было своеобразным наказанием.
- Ладно, пошли уже в Хогвартс, - вздохнул Гарри. – Чем быстрее начнем, тем быстрее все это закончится.
- А ты уверен, что все закончится? – скептически поинтересовался Драко. Ему передалось настроение Гарри, который совсем не хотел идти в Хогвартс.
- Что ж, тогда вперед, - усмехнулся Северус и первым двинулся вперед в сторону замка. Гарри скривился, но тоже двинулся вперед, чуть нехотя. Ему казалось, что они слишком быстро преодолевают расстояние к месту, которое в очередной раз должно перевернуть весь его мир, снова поставив его с ног на голову, только в этот раз он все же готов отстаивать свои права, и отнюдь не так доверчив, как это было четырнадцать лет назад. Наконец, они подошли к дверям парадного входа.
- Готов? – Северус взглянул на Гарри, тот в ответ мрачно кивнул. Северус дернул за ручку, и дверь открылась. Они все вместе прошли внутрь. Гарри вздохнул: «Ну вот, опять я здесь, и снова начнется все то же, даже главные действующие лица будут те же». Они двигались по коридорам в Большой зал. Никто не сомневался, что там все ждут только их, не отрывают взглядов от дверей.
- Пфыф, - фыркнул Гарри, когда действительно при их появлении в Большом зале установилась тишина и все взоры оказались направлены на них.
- Картина маслом, - усмехнулся Вестник. – Прям бери мольберт и пиши. Как там в одном романе русского писателя…
- Гелл, заткнись, - прошипел Гарри.
- Слушаюсь, мой Судья! – фыркнул Вестник, за что заработал от Гарри мрачный взгляд. Затем юноша обратил свой взор на преподавательский стол. «О, я же говорил, герои повествования все те же», - хмыкнул он про себя мрачновато. За столом в центре сидел Дамблдор, как обычно, четыре места пустовали, это для Северуса, Люциуса, Драко и Гелла Грина. На лице у Гарри вдруг появилась такая улыбочка, что у многих появилось мысль, что, наверное, они зря вынудили Гарри Поттера вернуться в школу.
- Ну, и где шляпа? – на весь зал поинтересовался ехидным тоном Гарри.
- Гарри, ты уже проходил свое распределение, - с улыбкой поднялся со своего места Дамблдор. – Мы рады твоему возвращению в Хогвартс.
- А я нет, - громогласно заявил Гарри. Драко опустил голову, чтобы скрыть улыбку. Он сразу же разгадал задумку братишки. Тот решил с первой же минуту дать понять всем этим людям, какую головную боль они решили приобрести на свою голову.
- Гарри, - снова начал Дамблдор.
- И? – снова перебил его Гарри. Теперь уже Люциус пытался скрыть свою улыбку. Ему, правда, это удавалось лучше.
- Мистер Поттер, - со своего места поднялась женщина, которую раньше Гарри никогда не видел. – Ваше неуважением к Хогвартсу приносит вам наказание уже сейчас, а вы только переступили порог школы…
- А никто с моим желанием оказаться от ЭТОЙ ВАШЕЙ ШКОЛЫ как можно дальше, не считался, - снова перебил Гарри.
- ЧТО?! – женщина оказалась не готова к такой новости. Всем историю Гарри Поттера представили как ту, где он так рвется снова оказаться в таких любимых и родных стенах, что чуть не плакал все время, что находился у Малфоев.
- А что тут не понятного? – пожал плечами Гарри. – Я не горю желанием находится в этом месте. Мне и дома было неплохо.
- Мистер Поттер! – воскликнула профессор. – Вы просто хам и невоспитанный ребенок…
- Попрошу не высказываться подобным образом о моем сыне, - тут же вступил в дело Люциус. обжигая женщину брезгливым и высокомерным взглядом.
- С каких пор мистер Поттер ваш сын? – взвизгнула женщина.
- Опа, - даже как-то весело отреагировал Гарри. – Это что же такое делается? Неужели, решили попридержать такую информацию? Ай-яй-яй, как не хорошо.
- Гарри, - шепнул Драко.
- Я не собираюсь быть пай-мальчиком, - также шепотом ответил ему Гарри, не оборачиваясь. – В конце концов, мой первый отец и крестный были мародерами, самыми большими занозами в этой школе в свое время.
- Не приведи Мерлин, - проворчал Северус. В Большом зале все больше поднимался шум, студенты вышли из ступора и теперь обсуждали происходящее. Гриффиндорцы смотрели с осуждением, слизеринцы пока не реагировали, просто наблюдали, остальные же пытались понять, чего ждать от этого вернувшегося Поттера.
- Давайте, все успокоимся, - снова взял слово Дамблдор. – Гарри, присаживайся за вой стол…
- Это какой же? – фыркнул тот в ответ, снова перебивая директора.
- Гриффиндор, - по тону стало понятно, что директор все же разозлился.
- И что я там забыл? – Гарри склонил голову на бок и с интересом посмотерл на Дамблдора.
- Ты был туда распределен, - как душевно больному заявил директор.
- Туда, - небрежный взмах рукой в сторону гриффиндорского стола, - был распределен Гарри Джеймс Поттер.
- Совершенно верно, поэтому ты и садишься за этот стол, - кивнул с улыбкой Дамблдор.
- Да? И с чего это вдруг? – саркастично поинтересовался Гарри. Со стороны слизеринского стола раздалось несколько смешков. Для них этот день становился все интереснее, ведь никто не сомневался, что Поттер будет в Гриффиндоре, сразу же вернется под крылышко к директору, а тут вдруг такой финт. Они уже наблюдали за происходящим с явным интересом, а не с каменными лицами с легким пренебрежением.
- Гарри, - Дамблдор начал выходить из себя. – Сядь, пожалуйста, за свой стол.
- Ну, насколько, я знаю, тут еще нет моего стола, - фыркнул тот в ответ.
- Ты прошел свое распределение, Поттер, четырнадцать лет назад, - рявкнула профессор, которая уже не раз влезала «не в свое дело»
- Вот именно, - усмехнулся Гарри. – Гарри Поттер прошел свое распределение четырнадцать лет назад, и ему, насколько мне не изменяет память, сейчас двадцать пять лет. Так какого Мордреда ему делать за гриффиндорским столом? – ох, сколько яда было в словах юноши. Слизеринский стол что-то одобрительно прогудел.
- Мистер Поттер…, - снова начала женщина.
- Поттер-Малфой, вообще-то, - исправил ее Гарри. – Гарри Александр Поттер-Малфой, если быть точным.
- Это не меняет дела, - вспылила женщина.
-Вообще-то, это существенно меняет дело, - не согласился с ней Гарри. – Я ведь уже говорил, что Гарри Поттеру двадцать пять лет, не так ли? – Гарри с вопросительным выражением на лице посмотрел на слизеринцев.
- А то, - отозвался кто-то из них, решив поддержать игру Гарри.
- Вот, - протянул Гарри. – А значит ему делать в Хогвартсе нечего, даже если он по вине директора этой школы не закончил, а мне, к вашему сведению, всего пятнадцать, и значит Гарри Поттером я быть не могу.
В зале снова стало тихо. Логика представленного объяснения была железной.
- Но ты Поттер, - воскликнула профессор, имени которой Гарри пока не знал.
- С чего вы взяли? – наиграно изумленно поинтересовался Гарри. Женщина замерла и только недоуменно хлопала глазами.
- Мистер Поттер, - Дамблдор уже еле себя сдерживал.
- Нет, вы только посмотрите, а я думал, тут у всех все в порядке с головой, - всплеснул руками Гарри, вызывая не только у слизеринцев смешки. Гарри же тем времени с наигранным ужасом на лице повернулся к Люциусу. – Папа, куда ты меня привел? Это же фирменная палата для душевнобольных при Святом Мунго. Не знал, что они свое отделение перевели в стены Хогвартса.
- Мистер Поттер-Малфой, вы слишком много себе позволяете, строго произнесла профессор МакГонагалл. Гарри резко развернулся в ее сторону, уловив в ее голосе нотки одобрения. Он склонил голову на бок и несколько секунд пристально изучал своего бывшего декана.
- Простите великодушно, но мы так и будем стоять, или я могу отправляться домой? Мне все-таки там намного лучше, - произнес Гарри.
- на вашем месте я все-таки соизволил бы провести распределение этого молодого человека, иначе мы пробудем тут неизвестно сколько, - решил, наконец, вмешаться в представление Вестник.
То ли директор действительно решил, что спросить с Гарри себе дороже, то ли по какой другой причине, но он отправил Минерву за распределяющей шляпой. Пока та ходила за артефактом, четверо мужчин заняли свои места за преподавательским столом. Сириус стоял за спиной у Люциуса. Он даже посмотреть на Дамблдора не мог, магия не позволяла. Он несколько раз пытался броситься к директору, но его ноги словно приросли к полу, а голос не повиновался. Сириус с ненавистью смотрел на Гарри. Если юноша и знал о его чувствах, то не показывал вида.
- Пока мы ждем распределения, я хотел бы рассказать об изменениях в преподавательском составе, - Дамблдор усиленно стал игнорировать стоящего в пяти метрах от преподавательского стола Гарри. – Профессор Северус Снейп снова занимает должность профессора зельеварения и становится деканом Слизерина, - слизеринцы поприветствовали его, но не очень восторженно, но все же было видно, что они довольны, поскольку все знали, что он всегда был единственным человеком, который защищал студентов своего факультета, даже будучи человеком Дамблдора, как выяснилось со временем. Директор же тем временем продолжил. – Драко Малфой будет его ассистентом, а также он является учеником мастера зелий. Профессор Люциус Малфой будет у нас преподавать историю магии.
- Слава Мерлину, наконец-то, - бурно отреагировал кто-то, и зал тут же разразился аплодисментами.
- Надо же, как оказывается всех достал Биннс, - съязвил Снейп, но так, что его услышали все за профессорским столом, и только дурак не мог понять, в чей огород это был камушек.
- также, у нас, наконец-то, появился профессор ЗоТИ, - продолжил тем временем Дамблдор. – Рад вам представить профессора Гелла Грина, - аплодисменты были. Но более вялые. – С остальными профессорами вы все уже знакомы.
Как раз после этих его слов появилась МакГонагалл. Она подошла к Гарри и протянула ему шляпу. Главное тут было самому ее надеть себе на голову, ничего не поделаешь – традиция.
- Удачи, - краешками губ улыбнулась ему МакГонагалл.
Гарри хмыкнул и нахлобучил артефакт себе на голову. Со стороны профессорского стола раздались четыре характерных хмыка. Гарри не надо было оборачиваться, чтобы понять, кто оцени его действия.
«О, какая встреча», - раздался в голове Гарри чуть скрипучий голос шляпы.
«И вам здравствуйте», - отозвался мысленно Гарри.
«Да, да, я наслышана о том, что с вами приключилось, Мистер Поттер», - произнесла шляпа у него в голосе. – «Хотя теперь вас надо называть Мистер Поттер-Малфой. Но я вижу, что вы не горите желанием находиться в Хогвартсе».
«А у меня есть причины, чтобы радоваться своему возвращению в эти стены?» - немного угрюмо спросил Гарри.
2К сожалению, никаких», - отозвалась шляпа. – «Для вас, Гарри, Хогвартс стал местом опасностей и предательства, которое затем перешло на всех остальных».
«Вот и я о том же», - вздохнул Гарри.
«Ты сильно изменился», - перешла на ты шляпа. – «Ты очень сильно изменился. Мир даже представить себе не может насколько. Им еще предстоит понять. Что Избранного у них больше нет. Я вижу в твоей голове такие тайны, которые уходят в далекие времена, намного более далекие, чем те, в которых существовали основатели этой школы».
- Очень интересный набор, - вдруг перешла на рассуждения вслух шляпа. Такого никогда раньше не было, а если и было, то никто не помнил. – Ум Райнвекло, усердие Хаффлпафф, хитрость и логика Слизерина – все самое лучшее… Трудно сделать выбор, очень трудно…
- А храбрость Гриффиндора? – насмешливо поинтересовался у шляпы Гарри.
- Увы, мой друг, увы, хоть у вам и присутствуют черты, которые присущи Годрику Гриффиндору, на этом факультете Вам делать нечего, - сокрушенно выдала шляпа. Люциус и Северус в этот момент посмотрели на Дамблдора и успели заметить, что тот недоволен развитием событий.
- И? – решил подтолкнуть шляпу к решению Гарри.
- Что ж, я думаю, ты сам должен решить, за чьим столом ты будешь сидеть во время приема пищи, а жить ты можешь у своего отца, - сказала шляпа.
- Уважаемая шляпа, мы бы хотели узнать, на какой факультет вы распределили нашего нового ученика, - последние слова директор уже чуть ли не прорычал.
- НИ НА КАКОЙ, - объявила шляпа. – он может выбрать факультет, с которым будет больше общаться, за чьим столом есть и с каким ходить на занятия.
- Но, такого в Хогвартсе еще не было, - воскликнула все та же женщина, которая уже не раз вмешивалась в разговор между Дамблдором и Гарри.
- Вы будете оспаривать МОЕ РЕШЕНИЕ?! – возмутилась шляпа. – ВЫ, которые уничтожили своего Избранного своими же руками? Я СВОЕ СЛОВО СКАЗАЛА!
- Неслыханно! – женщина порывалась вскочить из-за стола, но ее схватили и удержала на месте.
- Что ж, мистер Поттер, какой факультет вы выбираете? – уже без улыбки спросил Дамблдор.
- Хмм. Я пока не решил, думаю, я сначала присмотрюсь, - задумчиво произнес Гарри. – Месяца мне должно хватить.
Драко старательно маскировал смех под кашель, на лице Люциуса то появлялась, то исчезала улыбка, а вот Снейп и Вестник не скрывали своего злорадства, правда, довольно сильно завуалированного. МакГонагалл тоже улыбнулась, самыми краешками губ. Таким этот мальчик нравился ей намного больше.
- Мудрое решение, - поддержала его шляпа.
- Хорошо, - сдался Дамблдор, понимая, что далее этот спектакль продолжать нельзя.
Гарри снял с себя шляпу, подошел к столу и положил на край.
- Удачи тебе в твоем нелегком пути, - произнесла шляпа. Гарри обернулся и посмотрел на нее долгим проницательным взглядом.
- Спасибо, - наконец, произнес он и отправился к слизеринскому столу. – Вы не против. Если я посижу за вашим столом? – поинтересовался он у старшекурсников Слизерина.
- Садись, - кивнул юноша со значком старосты на груди. Гриффиндор на все это глядел с мрачной решимостью, Райнвекло с долей любопытства, а Хаффлпаффу, в принципе, было все равно. Слизерин пока не реши, как относиться к этому юноше, который вроде и не их студент, но в то же время они были ему благодарны за хороший спектакль.
- Мы немного задержались, - встал опять Дамблдор. – Занятия начнутся через полчаса.
Гарри вздохнул. Он вернулся в школу, хотя и не горел желанием этого делать. Теперь ему предстояло разобраться, кто здесь друг, а кто враг. К сожалению, на него опять будут давить, а главное, делать это будут все те же личности. «Ладно, теперь я не один», - подумал Гарри. – «Теперь у меня за спиной семья». Гарри повернул голову и посмотрел на тех, на кого мог положиться в любую минуту, и кто его не предаст, никогда.
Дамблдор, пристально наблюдавший за Гарри, заметил, как на губах юноши заиграла искренняя теплая улыбка, с которой смотрел на Драко и Люциуса Малфоев, на Северуса Снейпа и почему-то на Гелла Грины. «Это не будет так легко, как я думал», - пронеслось у него в голове.


Наш праздник там,где солнце село,
Где в свете звезд нависла Тьма,
Где смертное бессмертно тело,
Где правит вечная Луна....

 
ShtormДата: Вторник, 26.05.2009, 02:43 | Сообщение # 28
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
Наконец-то долгожданное продолжение!!! biggrin

Это просто великолепно. Я представил, какие эмоции испытывал Гарри, перед тем, как они вошли в Хогвартс. А спектакль, который устроил Поттер, полвеселил меня от души. А решение действительно мудрое он принял. Настоящих друзей он сможет найти на всех факультетах. На его месте, исходя из того, что он несколько лет сидел за столом Гриффиндора, то сейчас он может завтракать со Слизерином, обедать с Райнвекло, ужинать с Хаффлпаффом. wink

Но чуствую, что Дамб будет не Дамбом, если какую-нибудь гадость не сделает. angry Главное чтобы потом ему очень больно сделали.
Спасибо за продолжение biggrin


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже

 
RusAlexДата: Вторник, 26.05.2009, 18:28 | Сообщение # 29
Вечно идущий вверх по лестнице ведущей вниз
Сообщений: 150
« 16 »
Shtorm, Больно то Дамбу сделают в любом случае biggrin biggrin biggrin biggrin
Кстати о птичках: Я всегда удивлялся почему Дамб такой упертый в плане Поттера?
Мой респект автору, ТАКИМ Дамба еще я нигде не видел
Мой диагноз: РЕЛИГИОЗНЫЙ ФАНАТИК(еще и сидит слишком высоко(в смысле командования людьми - фанатиков до управления допускать нельзя, они ТАКОГО наворотят...))



Remember the past, live in present, think about future
 
ShtormДата: Среда, 27.05.2009, 14:40 | Сообщение # 30
Черный дракон
Сообщений: 3246
« 196 »
RusAlex, по моему обе стороны упертые в плане Поттера: и Дамб и Волдя


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Наследник Азкабана (+31 глава от 20.08.13) (G, макси, в работе)
Страница 1 из 712367»
Поиск: