Армия Запретного леса

Воскресенье, 21.10.2018, 10:09
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Слэш » "Художник и Дракон" !!ПРОДА!! гл 16 от 15.05.2015 (R~ГП/ДМ~AU, Школа~миди~в работе)
"Художник и Дракон" !!ПРОДА!! гл 16 от 15.05.2015
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:01 | Сообщение # 1
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »

Название: Художник и Дракон
Автор: Селена Мун (ака Мир Селены Мун)
Соавтор: lena388 (с 12-ой главы)
Бета/Гамма: до 11-ой главы - PoisonousRose, после 11-ой главы - Jane_Milano, Xenon_Remark,
Персонажи (пейринг): Гарри Поттер/Драко Малфой, Северус Снейп/Сириус Блэк, упоминается Джеймс Поттер/Лили Эванс, Люциус Малфой/Нарцисса Малфой, Ремус Люпин
Рейтинг: R
Тип (категория): слеш
Жанр: AU, Школа
Размер: миди
Статус: в работе
Каталог: наследия, плохой Дамблдор
Дисклаймер: все права на героев поттерианы принадлежат не мне, а зря...
Аннотация: К чему может привести ошибка, если принять необдуманное решение? К потере друзей. А что делать, если у тебя родились близнецы, и один из них скорее всего сквиб? Опять совершить ошибку. Но что делать, если так называемый сквиб давно был отправлен жить к маглам, а тут как назло пора выполнить договор, который заключил твой предок. Вместо любимого ребенка вписать сквиба. А вот что делать, если сквиб, не такой уж и сквиб? Что если как маг, тот кого посчитали сквибом, намного сильнее брата?
От автора: Работа по заявке Welial696.

Предупреждение: упоминание гета, OOC, AU.
Разрешение на размещение: получено.






«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:01 | Сообщение # 2
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Пролог

XVII век
Лорд Харальд Кассиус Поттер отложил перо и спокойно вздохнул. Всего несколько дней назад в его родовом имении была сыграна свадьба, которая до сих пор обсуждалась в светской хронике. Его избранницей стала юная Керридуэн Эстель Малфой. Ко всему прочему, юная Малфой была его магическим партнером. Зная, что еще не скоро появится возможность породниться с Малфоями, так как согласно Кодексу Рода теперь брачный союз между двумя семьями мог произойти не раньше чем через пять поколении или больше. Харальд решил обсудить столь щепетильный вопрос (когда семьи смогут породниться вновь) перед тем как он с супругой отправится в медовый месяц, который хотел провести на Французской Ривьере.

Результатом долгого разговора между двумя семьями было заключено соглашение, что через n-ое количество поколений, если оба рода к тому времени не угаснут, вновь будет заключен брачный союз, но уже невеста отдавалась роду Малфоев.
***
XX век
Джеймс Поттер, нарезал круги перед комнатой, в которой на данный момент находилась роженица. Огневиски у него друзья отобрали еще несколько часов назад. Так получилось, что по настоянию супруги, ее личным колдомедиком стал лучший друг детства – Северус Снейп, больше известный в определенных кругах как Ворон. Будущие мародеры еще перед поступлением на первый курс были уверены, что бедно одетый, угрюмый на вид мальчишка окажется на Слизерине. Но очевидно, что шляпа Годрика нашла в нем те качества, присущие ее создателю, и Снейп оказался на Гриффиндоре. Что касалось роженицы и по совместительству лучшей подруги детства, Лили Эванс, то она стала студенткой Рейвенкло. Знания для девочки, а потом девушки всегда были на первом месте.

Наконец-то дверь в комнату открылась, и уставший Северус показался на пороге.

- Ну, все, Сохатый, принимай сыновей.

- Сыновей?!

- Бродяга, да хоть ты объясни этому дурню с рогами, что близнецы у него.

- Близнецы, - Поттеру не хотелось даже верить в это, так как он хорошо знал, что беременность Лили протекала с осложнениями, и если бы не Ворон…. – Ворон, а как…

- Да отдыхает она, - легкая улыбка скользнула на лице мрачного зельевара. – Спасибо скажешь Марволо за зелье, все же фамильный рецепт его семьи.

- Кстати, а где он сам? – спросил Сириус Блэк, который уже как год был супругом Ворона.

- В Штатах. Преподает историю в тамошнем университете магии, контракт заканчивается через десять лет, - ответил Северус.
– Ты так и будешь стоять столбом? К жене идти не желаешь?

- А? Что? – очнулся Джеймс и лишь после этого вошел в комнату, где лежала роженица с детьми.

- А я честно говоря ни разу еще не пожалел, что ты загремел в львиное логово, - с лающим смехом признался Сириус. – Бррр, как представлю Питера, так в дрожь бросает.

- Мне лично хватило и того, когда ты в шутку решил выяснить его анимагическую форму, - вздрогнул Ремус. – Впрочем для крысы Слизерин оказался идеальным факультетом.

- Парни, - Сириус задумчиво посмотрел на друзей, - а ведь мы перед Марволо теперь в долгу.

- Скорее это Сохатый имеет перед ним Долг Жизни, - не согласился Ремус. Кстати, Джеймс, а кто будет крестными?

- Мы же обсуждали это, Рем, Ворон станет крестным наследника рода, - не понял вопроса Джеймс, выйдя не надолго к друзьям.

- Когда это обсуждалось мы еще не знали, что у Лили будут близнецы, - произнес Сириус. – Кстати, а вы что с Ли решили насчет имен?

- Старшего назовем Гарольд, в честь моего отца, а второй получит имя отца Лили - Ричард. И вообще вы меня уболтали, а меня жена ждет.

С этими словами Джеймс Поттер развернулся, и вернулся в комнату к роженице.

- Ворон, а что ты такой задумчивый? – едва скрылся Джеймс, спросил Сириус.

- Второй близнец родился с ярко выраженным наследием, - присаживаясь в кресло, вздохнул мастер зелий. – Но я подозреваю, это результат того, что Гарольд подпитывал своей магией и мать и брата.

- Думаешь, что из-за этого могут возникнуть проблемы? – Ремусу не понравился взгляд друга, которым он смотрел на комнату, из которой тот вышел.

- Возможно, так как из-за этого его магия словно уснула, а если учитывать сроки результатов проверки, то, боюсь, Джеймс может объявить малыша сквибом, - ответил Северус.

- Зная характер папаши, то ты скорее всего прав, - вымученно согласился Сириус. – Чтобы не случилось, я всегда буду рядом с его первенцем, даже если он от него отречется.

- Интересная картина вырисовывается, - усмехнулся Северус, - словно не зря мы с тобой купили дом в том же городке, где живет сестра Лили.

Сириус с Ремусом хотели еще что-то спросить, когда на пороге показался Джеймс.

- Ворон, почему ты мне не сказал, что первенец, фактически сквиб?

- Потому что у меня в этом уверенности нет, да и есть предположения, что став взрослее, он будет сильнее брата.

- Хорошо, мы подождем несколько лет, а потом посмотрим, - кивнул Джеймс.

***

Они еще не знали, что через пять лет, юный Гарольд Поттер будет вынужден покинуть Поттер-мэнор и жить у родной сестры своей матери.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:03 | Сообщение # 3
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 1

Миновало пять лет.
Еще несколько лет назад на картах можно было найти такой населенный пункт как Литтл Уингинг. Если же сейчас спросить любого прохожего, где этот город расположен в графстве Суррей, то пожмут плечами, и поинтересуются, а не ошиблись ли вы.
Все дело в том, что уже несколько лет как город был накрыт магглоотталкивающим щитом. Ну не совсем, так. Просто если маглы оказывались в городе, то долго не задерживались. Это происходило потому, что щит, к созданию которого приложили свои ручки трое из легендарной четверки Мародеров, являлся последней разработкой Отдела Тайн. Каким образом Северус, Сириус и Ремус оказались среди Невыразимцев история скромно умолчала.

Сейчас же, в городе проживали семьи волшебников, или сквибов. Но особым уважением в городе пользовались те семьи, в которых дети имели статус Обретенные. Да, их родители являлись маглами, но кроме них других людей без волшебных способностей в Литтл Уингинге нельзя было увидеть. Школу, что была тут быстро переквалифицировали в начальную школу магии, куда принимали после первого магического всплеска.

Вот и наши герои жили здесь по адресу: Тисовая улица, дом 3. В доме напротив жила Петуния Дурсль со своей семьей, мужем и… двумя сыновьями. Обычная семья, скажете вы. Все верно, если бы не одно «но». Второй ребенок в семье, в реальности, приходился племянником хозяйки дома, что было верно совершенно недолго. После того как сестра попросила позаботиться о старшем сыне, который с рождения оказался лишен магического дара, Петунии Дурсль потребовалось всего несколько дней на то, чтобы во всех документах упоминания о ее семье и племяннике исчезли. Теперь это была семья сквибов по фамилии Колубрум, скрытая еще Салазаром Слизерином - главная ветвь рода. Но об этом знал только узкий круг лиц и Отдел Тайн.

***

- Мордред, с трудом верится, что Джеймс так поступил с сыном, - Сириус все еще не мог отойти от поступка друга.

- Жаль ты не видел скандала, который ему устроила Лили после того, как он решил, что наследником рода будет брат Гарольда, - фыркнул Ремус. – Хотя, если говорить правду, что-то у Ричарда с наследием не совсем в порядке. Можете мне не верить, но мой волк испугался того, кем он является.

- По нашей с Лили линии такого наследия и быть не может, - покачала головой Петуния, изредка посматривая на черноволосого ребенка, который стоял около мольберта, и что-то пытался нарисовать. – Уже сейчас видно, что спустя несколько лет, у Анри проявится наследие нашей семьи.

- Из того что я услышал, - задумчиво произнес Вернон, - в роду вашего друга оказалась одна не очень приятная гадость. Я не помню, как именно она называется, но аукнется она очень сильно. Лучший выход для мальчика - это любым способом заблокировать наследие, пока еще есть на это время.

- Вряд ли Джеймс на это согласится, - пригубив бокал вина, покачал головой Северус. – Туни, а что за наследие у вас в роду?

- Сначала ответьте, что вы знаете о даре, известном как «Убивающие взглядом»? – попросила Петуния. – Все с вами понятно, ни черта вы не в курсе. Тогда вопрос другой. Почему во время Инквизиции маглы больше всего боялись тех, у кого были не просто зеленые глаза, а именно цвета заклятия смерти? - в ответ было молчание. - Вы что совсем историей не интересуетесь?

- Ну, в школе кроме как про восстания гоблинов мы на уроках ничего нового не узнавали, - ответил Ремус.

- Убивающие взглядом, или Басилевсы, как принято называть носителей дара, - стала рассказывать Петуния. – Это название прижилось из-за того, что сила дара сконцентрирована в глазах. Да, Басилевсы, хотя в современном мире больше бы подошло имя Василиски. Вхождение в наследие у носителей этого дара довольно специфическое, но это скорее из-за формы, в которой вынужден находиться носитель до тех пор, пока не возьмет дар под полный контроль. В истории были случаи, когда носитель такого дара оказывался заперт в животной форме только потому, что не смог контролировать дар.

- Почему-то я подозреваю, что форма у таких носителей - василиск, раз уж им дано такое прозвище, - Ремус о чем-то стал думать.

- Ты прав, - кивнула Петуния, - Анри нужно будет пробыть в шкуре василиска, пока не научится контролировать свои силы.
- Лили ведь тоже обладательница этого дара, - поинтересовался Северус.

- Да, но у нее дар спит, - ответил ему Вернон. – Мы не знаем почему так сложилось, но этот дар активен только у мальчиков. Девочки наследуют спящий ген, я бы сказал.

- Надоело, - раздался недовольный голос ребенка.

- Анри, что-то случилось? – Петуния озабоченно посмотрела на племянника.

- Не могу закончить рисунок, - вздохнул мальчик.

Сириус подошел к мольберту, и приложил руку к губам, чтобы не закричать. На картине мальчика был нарисован королевский василиск, за спиной которого расположился черный дракон. Это была точная копия картины, которую он однажды видел в Малфой-мэноре, когда навещал свою кузину.

Похоже, теперь он знает, кто магический партнер юного Басилевса.
***

В это же время в Поттер-мэноре супруга Джеймса Поттера недовольно поджала губы. Ее материнское сердце не подвело и на этот раз. Ричард, благодаря своему отцу, стал малолетним избалованным негодником. Устраивал капризы по любому поводу и чуть что бежал жаловаться отцу. Лили начала задумываться о разводе чаще и чаще, но каждый раз виноватое выражение лица Джеймса просило, вымаливало у нее прощение и она сдавалась. Все же не зря она настояла на том, чтобы крестным Гарольда с ее стороны стал Северус, а со стороны Джеймса – Сириус. Ремус от столь почетной миссии отказался. Что-то волк Луни почувствовал в Ричарде. Надо бы узнать о роде Поттеров получше. Слишком хорошо она знала, что старые семьи имеют в своих родословных таких тараканов, от которых и волосы дыбом могут встать.

Вздохнув, Лили Поттер бросила печальный взгляд в сторону окна, откуда доносились голоса Джеймса и Ричарда, которые опять проводили свободное время на поле для квиддича.

- Надо бы Гарольда навестить, - вздохнула женщина. – Да и с ребятами стоит посоветоваться. Похоже на этот раз развод все же состоится. Поттер получил то, что хотел, а именно наследника для своего рода, так что можно и разойтись. Тарри, бумаги и письменные принадлежности.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:03 | Сообщение # 4
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 2

Наступило 31 июля 1987 года. В уважаемом семействе Колубрум готовились ко дню рождения их сына Анри. Сегодня наследнику семьи исполнялось семь лет. Больше всего ребенок ждал в этот день особенную гостью – леди Лилиан Поттер. Он знал, что она его мать и если не боготворил, то любил однозначно. Она старалась хоть раз в неделю вырваться из Поттер-мэнора сюда, в город, в котором жила до замужества. Глядя на нее, Анри откладывал свое хобби в сторону и садился рядом, положив голову ей на колени. Ирония судьбы, скажет кто-то, но материнская любовь к отданному в семью сестры сыну оказалась сильнее, чем к его брату. Вот только мысли о разводе она давно оставила в прошлом. Об этом ее попросил сам Анри, как теперь в семье называли Гарольда.

Но она была не единственной волшебницей, которую ждала семья именинника. Кроме нее ожидался приезд Марволо Гонта, дяди Лили и Петунии, известного историка, который работал сейчас в Штатах. О своем родстве с ним они узнали совершенно случайно. Этому послужило то, что Анри оказался змееустом, что и послужило причиной его жизни у тетки. Джеймс, его отец, оказался на поверку упертым грифом, и узнав о том, что мальчик змееуст хотел было отречься от него. Не вышло, так как Лили поставила тогда жесткий ультиматум – если он выкинет Гарольда из Рода, то она подает на развод. Пришлось с этим смириться, так как его любовь к медноволосой ведьме оказалась сильнее.

Впрочем, мало кто знал и тот факт, что леди Поттер, втайне от всех, ненавидела одного мага намного больше, чем факт ее бракосочетания с наследником Поттеров. Им являлся директор Хогвартса Дамблдор. Еще будучи первокурсницей она поняла, что с ним нужно быть предельно осторожной, а это свойство давно уже стало чертой ее характера. Это она толкнула ее на то, чтобы изучить окклюменцию, уж очень ей не хотелось, чтобы кто-то мог читать ее как открытую книгу. Именно директор уж больно упорно настаивал на том, чтобы она обратила внимание на Поттера. Она, подумав, согласилась, но поставила условие при свидетелях, в роли которых выступили деканы Гриффиндора и Рейвенкло. Это был первый ультиматум Поттеру и ее первая, пусть и маленькая, победа. Именно тогда Поттер впервые понял, что он не просто хочет внимания от подруги Ворона, но и на самом деле влюбился в нее. Условие, что поставила ему Лили Эванс, заставило его перейти на последних двух курсах на домашнее обучение, дабы иметь время стать Мастером Артефактов, дар к чему был в роду Поттеров. В отличие от отца, который являлся Мастером Боя, второй родовой дар у Поттера так и не проявился. К окончанию седьмого курса он вернулся в стены Хогвартса, чтобы со всеми сдать выпускные экзамены и подарить Лили Эванс свой первый артефакт – брошь-лилию, которая должна защищать обладательницу от неприятных заклинаний, исключая непростительные. Приняв подарок, будущая леди Поттер поинтересовалась у главы рода Поттеров, действительно ли Джеймс сделал брошь собственными руками. Лишь получив положительный ответ от отца Джеймса она согласилась стать его супругой.

В день окончания Хогвартса два лучших ученика объявили о своей помолвке, и в соответствии с традициями, о своей свадьбе, которую сыграли в двадцатых числах октября семьдесят девятого года. Подружками невесты стали ее подруги по Хогвартсу, но одну невеста выделяла среди остальных – свою сестру Петунию, которую ей пришлось практически уламывать, пока та не ответила согласием, с условием ответить ей встречной услугой - так же побыть подружкой невесты. В отличие от сестры, Петуния Эванс сыграла свадьбу летом. Кроме этого, Лилиан Поттер, в девичестве Эванс, стала крестной матерью для своего племянника.

Стоило Лили попасть в Поттер-мэнор, как ее образованием вплотную занялась мать Джеймса. Дорея Поттер, втайне от сына, успела навести справки о будущей невестке, и то что она узнала, ей понравилось. Особенно привел в восторг волшебницу ультиматум, который поставила девушка ее сыну. Ведь в ином случае ни она, ни ее супруг уже и не знали, как приобщить сына к обучению управлением родовым даром. Так что едва Лили Эванс попала в дом будущего мужа, то мать ее нареченного сразу же взяла ее в оборот, поставив перед собой целью - сделать из простой девушки настоящую Леди, и именно с большой буквы.

Лили Поттер отложила щетку для волос в сторону и улыбнулась нахлынувшим на нее воспоминаниям. Пора было собираться навестить и сестру, и судя по всему, теперь уже бывших друзей мужа. Она вспомнила, день, когда впервые оказалась в гостях у сестры и удивилась неожиданным гостям.

POV
Тихий звук аппарации дал понять о визите гостей. Вернее одной гостьи, которую тут уже и не ожидали увидеть. Хозяйка дома Петуния Дурсль вышла из гостиной, чтобы посмотреть, кто к ней пришел, и удивилась, увидев сестру.

- Лили? Что ты тут делаешь?

- Поругалась с Джеймсом, - ответила ей сестра.

- Что же ты стоишь в коридоре, проходи в гостиную.

- Лили, - вслед за хозяйкой, в коридор вышел Сириус. – Что этот недоумок опять вытворил?

- Сири, он хочет лишить Гарри права на наследие Поттеров, - медноволосая волшебница разревелась на плече лучшего друга семьи.

- Сев, у тебя успокоительное под рукой? – через плечо бросил Сириус.

- С вами я его уже постоянно привык носить, - раздался знакомый голос, после чего показался и его обладатель. – Туни, сделай мятный чай, и придумай, чем можно ее накормить. Блэк, я Сохатого точно однажды зааважу, он ведь давал нам клятву, что Лили из-за его выходок никогда не будет плакать.

- Ты же слышал, что сказала Лили, - мрачно произнес Сириус.

Через час, когда Лили Поттер успокоилась, раздался хлопок входной двери, и через мгновение перед взором взрослых предстали двое мальчишек.

- Мама… мамочка… – черноволосый мальчик не мог поверить, что видит свою мать. Гарри казалось, что это всего лишь наваждение. Еще минута и оно пропадет, а с ним исчезнет и его мать.

- Гарри, мальчик мой, - тихо произнесло наваждение, посмотрев на ребенка изумрудными глазами.
конец POV

С того дня так и повелось, что раз в неделю Лили Поттер навещала на Тисовой улице своего сына. В тот день она и узнала о том, что ее семья, ее родители - сквибы из рода Слизерин, а Марволо Гонт, известный историк, которого считали единственным наследником одного из Основателей Хогвартса, приходится им дядей в каком-то там поколении. Зная о любви своего первенца к рисованию, Лили впервые стала восстанавливать свои связи в мире маглов. Одна из ее бывших подруг в свое время вышла замуж за ректора Французской Академии Искусств, и лишь вчера от нее пришел ответ. Гарольда готовы принять несмотря на его возраст. Кроме этого, Академия планировала устроить выставку его работ. Письмо с приглашением обучаться во Франции сейчас лежало в ее сумочке и именно оно в этом году должно стать подарком на день рождение сына. В Академию мальчика записали как Анри Эванса.
***
Едва оказавшись в доме на Тисовой, она увидела как по лестнице со второго этажа сбежал семилетний мальчик.

- Мамочка, - он обнял мать и посмотрел на нее своими изумрудными глазами.

Лили в очередной раз порадовалась, что в отличие от брата, Анри не унаследовал паршивое зрение отца. Она так и не сказала мужу, что она не маглорожденная, а потомок, и возможно наследница, величайшего мага из Хогвартской Четверки – Салазара Слизерина. Это стало ее маленькой тайной. Волшебница улыбнулась и взъерошила и без того непослушные волосы сына.
- Думаю, что мой подарок тебе понравится, - с улыбкой сказала она, доставая из сумочки обычный конверт.

- Это? – Анри посмотрел на мать.

- Да, милый, это ответ Академии, - кивнула Лили. – Ты принят, Анри.

- УРА!!! – мальчишеский голос прозвучал по всему дому.

Приближалось время вечеринки, что устроили ему и его друзьям взрослые. Когда он впервые переступил стены начальной школы магии то уже знал, что для всех будет лучше, если никто не сможет провести параллель с Поттерами. Джеймс Поттер и его сын Ричард в доме на Тисовой давно стали нежеланными гостями. Гарольд Поттер превратился в Анри Эванса для одних, и лорда Харальда Колубрум для остальных. Но никто не ожидал, что Марволо Гонт решит сделать мальчика и своим наследником, и передать ему лордство рода Слизерин в день его совершеннолетия.

Через месяц, Анри будет учиться во Франции, параллельно обучаясь в частной школе магии, о которой было известно лишь узкому кругу лиц. Домой он будет возвращаться лишь на каникулы.

***

Джеймс Поттер смотрел на Ричарда, и впервые недовольно хмурился. Его сын, наследник, вел себя хуже магла. Он уже начал жалеть, что отправил жить Гарольда к маглам, но он помнил об обещании данном сыну: Гарольд никогда не переступит порог Поттер-мэнора, и виной этому то, что его первенец являлся змееустом.

«Похоже я слишком избаловал его, и пока еще не поздно, пора исправлять это упущение», - решил для себя Поттер-старший.

- Пап, ты меня звал? – в кабинет ввалился рыжеволосый мальчишка.

- С завтрашнего дня начинается твое обучение, - не отрываясь от бумаг, произнес его отец. – На этот раз ты не сможешь использовать свои отговорки. Но в начале, мы посмотрим какой родовой дар ты унаследовал.

- Я вообще хочу выступать за Лигу Квиддича, - с вызовом посмотрел на отца Ричард.

- Этого не будет, - Джеймс Поттер внимательно посмотрел на сына. – Твоя мать права, я слишком избаловал тебя, и я же буду исправлять это. Моя ошибка лишь в том, что я обрадовался едва увидев, что ты родился с активным наследием. Раз вина моя, то я ее и заглажу. Да, вот еще что, можешь забыть о своей дружбе с Уизли, иначе отправишься вместо Хогвартса в военную академию. Магловскую.

- Но… – Ричард сделал попытку возразить.

- Я все сказал, - давая понять, что разговор окончен, Джеймс вновь занялся документами присланными из банка.

- Возьму и убегу, - бросил через плечо Ричард и, закрывая дверь, услышал слова отца.

– Тогда перестанешь быть Поттером и будешь лишен права на наследство.

- Что? – последние слова отца заставили его вернуться в кабинет.

- Ты все слышал, повторять не буду, пора учиться ответственности за свои слова и проступки, - пояснил Поттер-старший.
Со злостью хлопнув дверью, Ричард спустился в гостиную, где были его друзья, или те, кого он ими считал.

- Вечеринка окончена.

- Рич, о чем ты? – на него смотрел Рональд Уизли.

- Слышал, что я сказал, или повторить специально для тебя? – зло прищурив глаза, посмотрел на него именинник.

Едва его гости покинули особняк Поттеров, появившийся эльф заблокировал камины. Мальчишка на появление эльфа не обратил внимания. Он размышлял, как сделать так, чтобы отец забыл об этом разговоре. Он вспомнил, чего ему только стоило избавиться от близнеца, чтобы остаться единственным наследником. Раньше его капризы всегда срабатывали, но похоже не в этот раз. Он впервые пожалел, что здесь и сейчас не было Гарольда, тогда бы муштрой наследника рода отец занимался с ним, а он мог и дальше заниматься тем, что ему нравится. Но еще раз подумав, он решил, что наследством с братом он делиться не желает. Значит придется вытерпеть все, что уготовил ему отец. Он заставит его гордиться собой, как это было раньше. Но, в первую очередь, следует подумать о том, как окончательно избавиться от такого довеска, как брат-близнец.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:04 | Сообщение # 5
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 3

Фабьен Делон, один из преподавателей Академии, перечитывал письмо одной из своих учениц. Из письма следовало, что сын ее подруги гений в области искусства, но это еще требовалось проверить. Так же из письма следовало, что и мать, и сын живут в Англии. При упоминании этой страны месье Делон поморщился, у него были свои причины не любить родину, где терялись корни его матери. Уцепившись за фамилию ребенка, он только вздохнул. О Поттерах в семье говорить не любили. Вернее, в его семье не любили Джеймса Поттера, которого мать считала пешкой Дамблдора. И теперь приходится сталкиваться с этой семьей. Возраст, правда, ребенка для обучения в Академии не подходит, слишком юный. Но разве нельзя давать уроки, скажем так, в частном порядке. Тем более, судя по тому же письму, в семье Поттеров назревает конфликт. Взвесив все за и против, месье Делон направился в кабинет, писать приглашение для юного дарования.

***

На самом севере Англии, там, где проходит граница с Шотландией, расположено величайшее сооружение – Школа Магии и Чародейства Хогвартс, директором которой был, есть и будет, как надеются некоторые, Альбус Дамблдор. Несколько лет назад, когда у его протеже родились близнецы, он даже обрадовался, что один из них сквиб. Ему вспомнилось, чего стоило с помощью недомолвок увидеть в глазах Наследника Поттеров взгляд, который явно давал понять, что данный студиоз его боготворит. Но одно он точно не предусмотрел. Мисс Эванс. Сам Директор планировал свадьбу с дочерью одного из своих соратников, но как видно это была не судьба. Будущая невеста не только оказалась с норовом, но и сбежала в Гретна-Грин, где и обвенчалась со своим любовником. Ее родители даже не сразу об этом узнали. Впрочем, даже он не ожидал, что Джеймс попросит его стать крестным для Ричарда. Друзья и просто знакомые Джеймса Поттера, просто напросто отказывались находиться в одном помещении с ребенком. Никто не мог понять данного феномена. Благодаря своим шпионам, Дамблдор знал, что друзья Поттера свели свое общение с ним к самому минимуму, и во всем виноват сын Поттера-старшего. Он уже и не помнил, когда в последний раз мог нормально поспать. Для директора Хогвартса стало идеей-фикс, понять, что же унаследовал Ричард Поттер.

***

Сам же ребенок в это время вместе с отцом переступал порог волшебного банка. Ричард, несмотря на свой характер, давно успел понять, что с отцом лучше не спорить. Каприз может и выполнит, но вот расплачиваться за него придется самому мальчику. Нацепив на лицо равнодушную маску, он наблюдал, как отец разговаривал с одним из гоблинов. Ричард гордился тем, что его крестным является директор Хогвартса, не замечая взглядов родителей, которым такое внимание к сыну давно стало костью в горле. Но, когда они выбирали крестных для Гарольда и Ричарда, никто из их друзей или знакомых даже не пожелал стать крестным для Ричарда. Никто, кроме директора Хогвартса. Практически, Альбус был тем, кто потакал капризам ребенка, отмахиваясь от возмущенных возгласов тем, что пока есть время для детства, то использовать его нужно по всем направлениям, а то школа начнется, и тогда уже на игры времени не будет. Каждое раз, посещая Поттер-мэнор, Альбус приходил с подарком для Ричарда.

В ожидании отца Ричард попытался представить лицо брата, о котором родители не вспоминали, как ему казалось уже несколько лет. Он пытался представить: какими от слез будут его глаза, когда поймет, что тот никто. Но тут до Ричарда дошло, что он и сам ничего, ровным счетом ничего не может вспомнить из того, что знал о брате. Какой цвет глаз? Э… болотный? А волосы? Такие же, как у отца или, наоборот, у матери? Вопросы возникали словно горная лавина, и при этом, на них не находилось ответов.

***

Но никто в магическом мире еще не знал, какую угрозу представлял собой Ричард Поттер, в котором активными оказались гены Песочника, непонятно каким образом затесавшиеся в родословную Поттеров. Испокон веков, Песчаники, как еще называли Песочных Людей, представляли угрозу, и для магического, и для магловского мира. Таких носителей изгоняли из рода, дабы выжить (а лучше выжечь) скверну, что они несли в себе. Ричард Поттер, едва поняв, что его наследие может нести угрозу для него самого, постарался свести к минимуму все попытки раскрыть себя. Даже будучи ребенком он понимал, что как только суть его наследия станет известной для всех, смертного приговора будет не избежать. Дав себе слово в будущем любой ценой стать министром магии, мальчишка усмехнулся. Если все пойдет так, как он запланировал, то маги, а потом и маглы, станут его слугами, а он сможет провозгласить себя правителем земли. Но пока это были всего лишь мечты мальчишки, который даже не подозревал, что им не суждено будет сбыться.

***

Сириус Блэк в который раз развернул всю библиотеку Блэков, пытаясь понять, что не так с Ричардом Поттером. Если уж волк Луни испугался той сущности, что присутствовала в близнеце Анри... Иногда он радовался тому, что креснику не нужно жить рядом с братом, ведь не знаешь, как в этом случае могла бы сложиться его жизнь. В это же время в одном из фамильных сейфов его семьи сам по себе раскрылся старый фолиант, к которому давно не прикасались из-за его ветхости. Страницы раскрылись на том месте, где рассказывалось о Песочниках, и даже приводились их портреты. С одного из них, нахмурившись, и глядя на мир злым ироничным взглядом, смотрел… Ричард Поттер.

***

Лили Поттер незаметно для себя отдалялась от общения с Ричардом. Она не замечала, как ее собственная магия отторгает от нее младшего близнеца. Волшебница все чаше стала проводить свободное время в доме сестры, рядом с другим сыном, который для материнского сердца был куда дороже, хоть ритуал и показал, что ребенок родился сквибом. "Сквиб", - она усмехнулась, когда вспомнила, как на днях Анри случайно взял в руки палочку Северуса. В доме тогда поднялся настоящий ураган от всплеска магии, который выбил все стекла и практически превратил мебель в труху. Магия Анри начала выходить из спящего состояния. Лили улыбнулась, представив себе лицо Джеймса, который настолько оказался впечатлен силой Ричарда, что даже и не понял, что Гарольд оказался куда сильнее своего брата. Для себя она решила, предварительно посоветовавшись с дядей, как стала называть Марволо, что если Джеймс подтвердит отторжение от рода для Гарольда, они объявят мальчика наследником более могущественного рода. В Анри Эвансе пробуждалось наследие Певереллов, которое взрослые маги скрывали от всего магического населения. В мир пришел тот, кого принято называть Лордом Смерти. Тот, кто сможет однажды бросить вызов Песочнику, ведь Лорды Смерти, если верить старой примете, любят один раз в жизни. ВСЕ РАВНО НЕ ПОНИМАЮ КАК СВЯЗАНА ПОБЕДА НАД ПЕСОЧНИКОМ И "ЛЮБЯТ ОДИН РАЗ"

***

Петуния Дурсль сидела в кресле и медленными глотками пила кофе, а ее мысли были где-то в другом месте. Долгое время она завидовала сестре за то, что та являлась волшебницей. Но история Гарольда перевернула всю ее жизнь. Она и ее семья оказались сквибами из древнего и знаменитого на всю Англию рода. Точнее говоря, не только семья родителей, но и супруг - представитель не менее родовитой семьи. Она не заметила, как ее зависть к сестре, благодаря племяннику, сменилась на сочувствие. Довелось ей увидеть как-то и брата Анри: невоспитанного мальчишку, которого может только что хорошая розга исправить, как потом говорила она сама. Ричард кроме отвращения и презрения ничего другого у нее не вызывал. Поставив кофейную чашку на журнальный столик, хозяйка дома поднялась на чердак, где из старого пыльного сундука достала лист пергамента, закрепленного между листами стекла, так как иного способа старый манускрипт сохранить не представлялось возможным.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:04 | Сообщение # 6
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 4

Манускрипт, который из старого сундука вытащила Петуния, оказался зашифрован на мертвом языке. Становилось понятным и то, что его перевод займет несколько лет, а возможно и дольше. Но именно из него станет известной информация о Песочниках.

Зашифрованный манускрипт, расшифрованный сотрудником Отдела Тайн Северусом Снейпом, лордом Принцем, в год 1997, накануне праздника Белтайн

Я, Фарид аль Рахул, пишу это наставление для своих потомков. Лишь одну цель я преследую, оставляя для них свое послание. То что я хочу поведать, мне рассказал мой дед, а ему его, и так далее. На протяжении многих поколений это передавалось из уст в уста. Кому-то это покажется выдумкой старого человека, ибо слишком невероятной будет история.

Имя моего предка, с которым произошла эта история, в хрониках рода не сохранилось. Но даже из того, что дошло до наших дней, хватает содрогнуться от того, что произошло. Я поведаю не все, но только то, что посчитаю нужным.

Слушай ветер в горах,
Внемли водам морским.
Да услышат глухие,
Да увидят слепые.


Давно история эта произошла, никто не помнит, сколько лет миновало. Там, где сейчас пустыня, что известна простому люду как Сахара, находилось цветущее государство. Могущество его простиралось с Севера на Юг, с Запада на Восток. Главным богатством было не золото-серебро, не драгоценные каменья, а плодородие земли. Не одно поколение ее жителей радовалось восходящему Солнцу, ночному ветру. Благодать богов простирала свою длань над теми землями. Но рано или поздно всему приходит конец. Настали черные дни и для сей страны.

Никто не знает, откуда пришли они, кто отец-мать. Не существовало для них закрытых дверей. Тот, кто не посвящен в тайну, их примет как друга, а впустит в дом свой врага.

Как их тогда звали, история утаила, не раскрыла своих тайн. Но род человеческий дал им новое имя. Песочные Люди, они же Песчаники, ибо из песка произошли. Истинный возраст их не скажет уже никто, ибо могут принимать они облик как младых, так и старых. И нет иного способа бороться с ними, как использовать воду или лед. Но не следует забывать, что есть и другие вещества, что могут поспорить с водой али льдом и так же нанести урон, пусть и временный.

Причиной же того, что толкнуло написать меня сие послание потомкам стало появление на свет детей, что обладали способностью Песчаников. Семьи в которых рождались такие дети, прекращали свое существование.
И было сделано пророчество:

Не успеет декада миновать, когда рак дорогу льву уступит, придут в мир двое детей. И будет один из братьев Песчаником. И восстанет против брата еще в юности. Тьма в душе его будет скрыта Ложным Светилом. Но даже посеяв семена раздора в семье, не будет сломлен дух брата его. Будет дитя находиться под покровительством Смерти, и станет Дракон его спутником жизни. Придет час, и встрется братья. Исход битвы будет зависеть от того, встанет ли Дракон за спиной брата Песчаника. С силой Дракона можно одолеть будет Песчаных Людей. Без его покровительства, война уже проиграна. От исхода битвы будет зависеть будущее всего живого и от решения, что примет Дракон…

(тут часть рукописи обрывалась из-за отсутствия, и чем закончилась история аль Рахула осталось не известным)

***

Часть рукописи, обнаруженная в Хранилище 13, в Южной Дакоте (США) в секторе К39-3Z. После расшифровки стало понятно, что к иному источнику не имеет отношения. Условно принято считать, как вторую часть рукописи Фарида аль Рахула. Расшифровкой занимался Американский Отдел при содействии сотрудника Отдела Тайн Северуса Снейпа, лорда Принца. Датирована началом XVIII века.

Песочный Человек так же известен, как Повелитель Кошмаров. Первое упоминание датируется XII веком в хрониках Майя. Чаще всего описывают, как ребенка или подростка в возрасте от 7 до 16 лет. Завлекает в свои сети тем, что перед ликом жертвы представ в образе ребенка просит поиграть с ним. От результата игры зависит дальнейшая жизнь его жертвы. Чаще всего игра заканчивается ее смертью. Кроме того, зафиксировано несколько случаев, когда от Песчаника можно получить награду. Какой именно она является, никто не знает.

В качестве примера можно привести пустыню Атакама, расположенную на западном побережье Южной Америки. Согласно преданиям индейцев, ранее там располагалась цивилизация, которая существовала до появления в этих землях племен Майя, Ацтеков, и других народов. Существует предположение, что Песчаники, таким образом, захватывают земли для своих ареалов.

По словам представителей племен Майя, еще не придумано способа борьбы с ними. Люди, как правило, с территорий захваченных Песчаниками, совершали исход в иные земли.

***

Будучи сотрудником Отдела Тайн, Северусу Снейпу не раз приходилось сталкиваться с различными ситуациями, но история близнецов Поттеров многих в их отделе заставила пересмотреть свои взгляды на жизнь. Именно благодаря связям в Отделе, удалось сохранить в тайне магический всплеск Гарольда Поттера.

А дружба с Джеймсом Поттером помогла ему достать немного капель крови Ричарда, для своих исследований.

Работа продвигалась медленно, многих фактов для нее не хватало. Но заглянуть в старую рукопись семьи Блэк, или поинтересоваться манускриптом, который еще существует, разве что благодаря чуду, так никому в голову и не пришло.
Но основную загадку для Отдела Тайн сейчас представлял манускрипт, который передала им Петуния Дурсль, сменившая несколько лет назад имя на Глинда Колубрум. Несмотря на то, что манускрипт написан на арабском языке, при первой попытке прочесть его становилось понятным, что автор сего письма ко всему прочему ее зашифровал, дабы не было возможности перевести ее тем, кому сведения, что были в ней, могли нанести угрозу.

Невыразимцы понимали, что информация из манускрипта может стать как сенсацией, так и опасным оружием, в результате чего все работы с ним были переведены под высший уровень секретности.

***

15 августа 1987 года Анри Эванс покидал Англию на долгие десять лет, отправившись учиться во Французскую Академию Изящных Искусств, на TGV Eurostar. Во Франции ему было суждено изучать и магию, вот только не в Шармбатоне, а в небольшой частной школе. Навещать свою семью он теперь сможет лишь на каникулах, да праздниках. Вот только сам мальчик так и не вернется домой, пока его в срочном порядке не вызовет тетя. С его возвращения начнется столкновение между братьями. Противостояние, которое войдет в Историю Магии как «Война Лорда Смерти против Песочника. Возвращение Певереллов». Но сейчас, пока мальчик ехал в поезде, его мысли были далеко. Он даже не вспоминал о том, что у него есть брат-близнец, которому будет суждено войти в историю, как самому опасному существу, ибо, поняв какую угрозу несет в себе Ричард Поттер, начнется новая война.

Но для семилетнего художника существование брата осталось далеко в прошлом, как и то, что у него есть отец. Он смог понять его поступок, но так и не сумел его простить. Единственным членом семьи Поттер для него так и осталась мать - женщина не только подарившая ему жизнь, но и вставшая на его сторону, когда отец отвернулся от сына. Джеймс Поттер стал для него исключительно биологическим материалом, благодаря которому он появился на свет. Мальчик улыбнулся, вспомнив то, что на сторону матери встали и те, кого в магическом мире считали лучшими друзьями отца. Они так же не смогли простить своего друга за то, что тот отвернулся от сына, когда узнал, что тот оказался змееустом. Ведь именно это обстоятельство привело Лили Поттер в Гринготс, где она и узнала о своем родстве с последним Наследником Слизеринов.

Но своим лучшим воспоминанием Анри посчитал юного Драко Малфоя, с которым случайно столкнулся на Косой Аллее, где вместе с матерью посетил несколько магазинов перед тем, как отправиться на учебу во Францию. Вздохнув, он пожалел, что ему так и не удалось познакомиться с мальчиком, который надолго запал ему в душу. Даже имя блондина он узнал уже дома от матери и крестного с мужем.

Драко Малфой. Юный Художник знал уверенно, чей портрет станет первым, что он нарисует по заданию своего учителя. Но и кроме портрета мальчика, что так ему понравился, он собирался нарисовать портреты своей небольшой семьи, за исключением разве что Джеймса и Ричарда Поттеров. Даже став старше он так и не нарисует их портретов.

________________________________________
1) Хранилище 13, в Южной Дакоте (США) в секторе К39-3Z - стырино из одноименного сериала
2) Песочный человек.. за это спасибо комиксам Марвел за Человека Паука



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:05 | Сообщение # 7
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 5


Фонд «Серебряная Лилия», созданный леди Поттер, пользовался в магическом мире популярностью, так как его сотрудники выполняли обязанности социальных работников в мире маглов. Фонд оказался хорошо известен в обоих мирах. Основателями его официально считались Лилиан Поттер и Марволо Гонт. Организация успела раскинуть свою сеть не только по Англии, но и другим странам. Штат фонда распределялся таким образом, что треть сотрудников помогала детям, которые с рождения могли оказаться париями магического мира – являясь сквибами. Но благодаря работе фонда его сотрудники через социальную магловскую службу могли разыскивать их родственников в мире маглов. Для таких найденышей разработали несколько легенд, почему и, главное, каким образом семьи получили опекунство над маленьким ребенком. Они же помогали адаптироваться в мире неволшебников тем, кто по разным причинам лишался своей силы. Но основная работа все же в первую очередь была нацелена на поиск в магловских детских домах детей-волшебников, с последующим переводом в приют, созданный тем же фондом, но уже находившемся под контролем двух отделов министерства магии: Отделом Образования и Отделом Семьи и Брака. Если первый помогал юным волшебникам освоиться в магическом мире, то второй, взвалил на свои плечи поиск родственников в магическом мире. В этом случае для многих семей появлялся шанс на обновление застоявшейся крови. Таких детей брали в род на правах воспитанников, рассчитывая на то, что в будущем они вольются в семью через брак на их собственных отпрысках. Вместо этого оба отдела скинули на фонд обязанности следить за магическими наследиями, так как всем было хорошо известно, что сын леди Поттер появился на свет уже с активным наследием.

Лили Поттер, отложив в сторону документы, которые ей принесли на подпись, смогла впервые за целый день расслабиться. Подойдя к окну, она поморщилась. Жара стояла просто удушающая - такая погода аномальна для страны. Заклинания, которые должны помогать, слетали со скоростью ветра. Но ей не пришло в голову провести параллель между изменениями в погоде, с капризами собственного Ричарда. Должно будет пройти еще несколько лет прежде, чем будут расшифрованы рукописи прошлого.

Ричард Поттер тем временем сидел на песчаном берегу озера, чей берег когда-то покрывала разве что галька, но об этом никто уже не вспоминал. Проверка в банке показала, что родовых даров Поттер у него нет и не будет. Но он просто отказывался понимать, почему гоблины предложили заблокировать его наследие. Радовало только то, что отец не согласился на это предложение. Неприятный осадок в душе мальчишки все же остался. Стоявшая жара ему даже не мешала. Он просто жмурился от солнечных лучей, под которые подставлял свое веснушчатое лицо. На сообщение эльфа об обеде он отмахнулся и, попросив, вместо обычного приказа, собрать ему перекусить прямо на берегу озера. Умело он скрывал и свое отношение к родителям и брату. Показная гордость отца, еле уловимое презрение в глазах матери, чистая ненависть к близнецу. На отца ему было плевать с высоты Эвереста, брата мечтал увидеть мертвым, а вот насчет матери… то тут оказалось намного, намного сложнее. Где-то глубоко в душе мальчик хотел вместо презрения увидеть в ее глазах гордость. Но об этом он мог даже и не мечтать. Виновниками такого отношения к нему он считал отца и брата. Первого винил за то, что от родового поместья отлучил его близнеца, второго за то, что забрал себе любовь матери. При всем при этом он совершенно забыл, что это именно он постарался сделать так, чтобы остаться единственным наследником рода.

***

Ближе к вечеру, когда жара и зной ненадолго отступили, в небольшой ресторанчик на Бейкер-стрит вошла пара.

- Лорд Гонт, Леди Поттер, - к ним подошел метрдотель мсье Септим.

- Месье Альбер, вы все еще хозяин этого чудесного заведения? – улыбнулась Лили.

- Мадам Лилиан, вы же прекрасно осведомлены, что мои наследники в этом деле полные... Не хочется быть грубым, но это не их специальность, - покачал головой мсье Септим. – Что говорить о грустном или плохом... Пройдемте, я провожу вас к вашему столику.

- Дядя, что-то случилось? – спросила Лили, обращаясь к своему спутнику.

- Может я просто хочу отужинать со своей племянницей? – Марволо посмотрел на нее.

- Я в это поверила, если бы вы выбрали обычное летнее кафе, - покачала головой Лили. – Вас что-то беспокоит? Что-то случилось?

- Нет, не произошло, но все еще может случиться, - Марволо всегда поражало то, как ей удавалось понять других людей. – Тебе бы психологом работать, а не фонд возглавлять.

- Да, - усмешка скользнула по ее лицу, - а что насчет тебя? Ты ведь все еще связан контрактом?

- Да, еще четыре года преподавать, после чего вернусь в Англию, - кивнул Марволо. – Молодежь может нахваливать Штаты сколько угодно, но я уж по родным пенатам соскучился. Как там Анри?

- Он принят во Французскую Академию Изящных Искусств, - ответила Лили. – Правда из-за возраста с ним будут заниматься, как это обычно практикуется, в частном порядке.

- Учитель-Ученик, - понял Марволо. – Это даже лучше, чем быть в куче бездарей, которые только и пытаются поведать миру о том, что они гении. Правда, они постоянно забывают о том, что ими не рождаются, а становятся. Я так понимаю, он не только будет учиться живописи?

- Верно, - согласилась Лили. – Сириус предоставил для проживания Анри во Франции один из домов его семьи. Для обучения магии и магическим наукам мы выбрали небольшую частную школу, в которой кроме волшебного образования можно получить и магловское. Анри по окончании заведения планирует продолжить учебу в Сорбонне, параллельно обучаясь живописи у мастера. Знаешь, что он мне сказал?

- Нет, да и откуда бы? – удивился Марволо.

- "Лишь когда Учитель сочтет нужным сказать, что в изобразительном искусстве он превзошел не только его, но и мастеров прошлого, то только тогда он сможет считать себя Мастером." - Улыбнувшись, пояснила Лили, дословно повторив ответ Анри.

- Вот оно значит как? - задумался Марволо. - Что ж, будет интересно наблюдать за тем, как он развивается.

- И все же, зачем ты меня позвал? – спросила Лили.

- Ты помнишь историю со змееустостью Анри? – спросил Марволо.

- Если бы не она, мы и не узнали о нашем родстве, - произнесла Лили.

- Так вот, появились слухи, что появился Темный Лорд, но…. – Марволо замолчал.

- Что «но»? – забеспокоилась Лили.

- Уже произошло несколько нападений с его участием, и те свидетели, что остались в живых, по неизвестной причине утверждают, что видели именно меня, - вздохнул мужчина.

- Бред какой-то, - пожала плечами Лили.

- Скажи "спасибо", что на все эти нападения у меня стопроцентное алиби. Я был на другом континенте, и в те часы, когда этот Лорд совершал свои акты нападения на простых граждан, у меня шли лекции, - недовольно произнес Марволо. – Выяснить бы, какая сволочь выдает себя за наследника Слизерина. Ведь в реальности наследниками этого рода из мужчин официально признаны я и Анри. Но я не претендую на то, что бы стать главой рода, и уже подписал документы, согласно которым им станет Анри.

- Но при чем тут Темный Лорд? – Лили была явно в недоумении.

- При том, что своим последователям он объявил себя наследником Слизерина, - стукнул кулаком по столу Марволо, явно выходя из себя.

- Жаль, что мы не знаем, когда это произошло, - задумалась Лили, что-то прикидывая в голове.

- А что именно тебя интересует? – Марволо с интересом посмотрел на племянницу.

- Понимаешь, когда я узнала, что в какой-то степени могу быть твоей родственницей, то постаралась узнать об Основателе все что только возможно, - вздохнула Лили. – Так вот, твой лорд или действительно его потомок, что маловероятно, или просто дурак, который ищет славы и желает настроить магическое население против рода Слизерин. Если он на самом деле наш сородич, то скорее всего он потомок кого-то из бастардов. Если же дурак, то хотелось бы посмотреть на этого идиота, когда он лишится магии. Впрочем, даже если он бастард, то так же не застрахован от того, что бы стать маглом.

- Значит… - Марволо постучал пальцами по столу.

- О, ничего особенного, просто интересно узнать, кто в скором времени окажется в мире маглов, только потому, что позволил себе присвоить имя чужого рода, - ответила Лили.

Марволо лишь молча посмотрел на медноволосую волшебницу, понимая, что будь у нее возможность основать свой род, то она бы это сделала, выделив родовыми дарами то, что всегда нравилось леди Ровене – холодный ум и железную логику. Ну и, наверное, не нужно отбрасывать в сторону способность анализировать факты. Об этом стоило подумать и поговорить с теми, кто в этом деле разбирается. Возможно, после разговора со специалистами и после беседы с Лили, в магической Англии появится еще один род. Все может быть, но сейчас в компании своей спутницы он просто наслаждался прекрасным вечером и ужином в ресторане своего хорошего знакомого.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:05 | Сообщение # 8
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 6

Август 1987 года

Возвратившись из банка, Джеймс Поттер уединился в своем кабинете. Он был на редкость в задумчивом состоянии, так как пытался обдумать разговор, который состоялся у него с гоблинами. По их словам выходило, что Ричард не унаследовал родовые дары семьи, а наследие, которое было активным с самого рождения, посоветовали заблокировать. Получить какое-либо объяснение у него не получилось. Почему гоблины не потребовали, а просто предложили заблокировать наследие? И те взгляды, что они бросали на его наследника? Что же такого они смогли узнать о нем? Неужели это настолько опасно, что всю информацию зашифровали и засекретили?

***

Люциус Малфой, пригласив в поместье своего поверенного, пытался с его помощью разобраться в документах давностью в пару сотен лет. Причиной этого стало то, что портрет предка стал бросать заинтересованные взгляды на наследника и при этом хмурился, когда в семье упоминали за разговором Ричарда Поттера. Сложить два и два изворотливому интригану, политику и финансисту ничего не стоило. Из вырисовывающейся картины следовало, что существует какой-то договор, который связывает оба рода. Именно его в данный момент он и искал.

На интригах блондин, как говорится, съел собаку, а благодаря кузену своей супруги знал, что у Поттеров до лета восемьдесят пятого, кроме Ричарда Поттера был еще один сын, который исчез в неизвестном направлении. Чего тогда только не выдумывали газетчики, касательно этого исчезновения: и похищение ребенка, с целью продажи в восточный гарем; и даже, Мерлин упаси, что малыш умер по вине родителей. Что из этого правда, а что ложь никто не знал, вот только после пропажи одного из детей отношения четы Поттеров стали похожи на отколовшийся где-то на одном из полюсов айсберг. Одна из журналисток, охотница на сплетни и сенсации, смогла даже как-то узнать, где раз в три-четыре дня целый день пропадает леди Поттер. Оказалось, что после того, как ее отношения с супругом охладились, она стала проводить свободное время в доме своей сестры. Информацию об этом она узнала от бывшего однокурсника из Отдела Тайн. Как только об этом стало известно, дабы предотвратить утечку информации, просто напросто завербовали сию особу в свои круги, и не прогадали. Рита Скитер оказалась не то что бы незаменимым сотрудником, ей каким-то образом удавалось узнавать такие пикантные подробности, что многие семьи оказались готовы платить за её молчание, лишь бы информация не просочилась в прессу. Но более ценной информацией для Люциуса стало то, что городок Литтл Уингинг приобрел статус магического поселения наравне с Хогсмитом. Ведь это такой простор для расширения бизнеса, и теперь Малфой наводил справки, привлекал к сотрудничеству различные компании, начиная с простых фирм и магазинов, которые торговали тем, что чаще всего покупали студенты, и заканчивая заключением работ с гоблинами-строителями. Сиятельный лорд решил сделать невозможное, превратив бывший магловский городок в столицу магического мира. Но одного Литтл Уингинга явно было мало, и ему пришлось привлекать знакомых по Хогвартсу из Отдела Тайн, чтобы те помогли со сменой статуса для городов и селений. Литтл Уингинг в этом плане стал только первой ласточкой.

***

Драко Малфой терпеть не мог посещать магазины со своей матерью, так как на его памяти все заканчивалось покупкой ненужных по словам отца «тряпок», и сплетен матери с подругами, но похоже не в этот раз. Вернувшись домой, он прошел в свою комнату и, забравшись на кровать, стал вспоминать мальчишку, с которым случайно столкнулся. Драко хорошо помнил, что тот гулял по аллее вместе с Лили Поттер, которая получила возможность войти в круг аристократии. Скорее всего мальчик - один из подопечных фонда «Серебряной Лилии». Хрупкое телосложение, больше подходящее для девочки, длинные, перехваченные лентой черные, чуть волнистые волосы, миндалевидные благородного изумрудного оттенка глаза, обрамленные густыми пушистыми ресницами. Драко вздохнул от разочарования, из-за своей матери ему так и не удалось с ним познакомиться. Помнил он и то, что однажды отец обронил насчет подопечных фонда, которым управляла леди Поттер. Никто из них еще не переступил порог Хогвартса. Они продолжали свое образование в учебных заведениях созданных и контролируемых фондом. Ему оставалось попросить отца узнать о мальчике, который так ему понравился.

***

До Хогвартса оставалось еще четыре года, а Ричард уже изводил родителей тем, чтобы ему купили волшебную палочку. Лили Поттер, посмотрев на очередной каприз сына, собрала вещи, и… бросив на прощание, что Ричард теперь забота Джеймса, а она устала, и подает на развод, перебралась на неопределенный срок в дом сестры. Но даже бросив будучи раздраженной фразу о расторжении брака, она понимала, что не сможет бросить Поттеров, и если младшему в силу возраста можно было простить, то своего супруга, который чаще всего и вел себя как избалованный маменькин сынок, она извинять не собиралась. Он мог быть на людях серьезным и ответственным, но только не тогда, когда оказывался рядом с Ричардом. Иногда она просто опускала руки, не понимая, как так можно относиться к собственным детям. Она хорошо помнила мать и то, что та говорила им с сестрой.

"Родители всегда остаются ими, даже тогда, когда отрекаются от детей. Но в одном случае говорят правду. Отец может быть самым настоящим отбросом общества, а вот мать…. Мать не та, что родила, а та, что воспитала и дала ребенку путевку в жизнь. Если же, будучи замужем, вы будете вынуждены развестись, то оставьте за собой право воспитывать не того ребенка, которого считают любимцем, а того, кому мало уделялось внимания. Этим вы покажете насколько важны для него. Не стоит бороться за ребенка, который растет избалованным, ничего приятного из этого не получится, а принесет только огорчение и неприятности".

Слова, сказанные матерью в далеком прошлом, сыграли свою службу с обеими девочками из семьи Эванс.

Петуния, когда узнала, что ее Дадли будет единственным ребенком в семье, планировала выполнять любое его желание, но случайно всплывшие в памяти слова матери заставили ее отказаться от этого. Ее мать была мудрой для своего возраста женщиной, и если она сказала, что единственного ребенка в семье не стоит баловать, значит, этого она делать не будет.

Лили же пришлось выбирать между близнецами. Как и сестра, она старалась следовать заветам матери, и, поняв, что из-за Ричарда Гарольд получает внимание куда меньше, чем брат, она стала уделять старшему сыну больше времени. Но сделав выбор, Лили для себя поняла, что, выигрыш на ее стороне. Уделяя внимание Ричарду, она не замечала, как Гарольд стал все больше и чаще проводить свободное время за рисованием. Вначале это были обычные задания, которые давал им с братом учитель, вот только их техника рисования все же отличалась. Ричарду по душе больше нравилось использовать рисование на песке, которая не поддавалась его брату. Гарольд явно показывал все признаки будущего живописца. Это и послужило причиной, из-за которой потом Лили решила возобновить переписку со своей подругой, Катрин Верне - ученицей ректора Французской Академии Изящных Искусств Фабьена Делона. С ним работал супруг Катрин Жозеф Верне, преподаватель живописи как направление в авангарде.

Мсье Делон в ответном письме дал добро на разрешение приступить к занятиям в Академии. Но ввиду того, что будущий студент несколько не дотягивает согласно возраста, то ему будут преподавать уроки в частном порядке, дабы юный отрок мог параллельно получить положенное ему образование. Расписание занятий будет составлено после того, как Анри Эванс пройдет собеседование лично с ним. Уже по глазам сына, который только что оторвал свой взор от письма, она понимала, что в Хогвартсе он обучатся не будет.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 29.06.2013, 08:41 | Сообщение # 9
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Не плохое исполнение заявки, есть интересные идеи. Бетта и гамма конечно должны поправить последние главы, но всё очень не плохо. Селена_Мун, так держать! Пиши, совершенствуйся и радуй нас своим творческим ростом и новыми главами


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
котя1038Дата: Суббота, 29.06.2013, 15:25 | Сообщение # 10
Демон теней
Сообщений: 205
« 40 »
Очень интересненько)) продолжайте в том же духе и удачи Вам в написании))
 
ЭлиасДата: Суббота, 29.06.2013, 17:19 | Сообщение # 11
Искушение
Сообщений: 628
« 71 »
Понравилось. Очень интересно. Но вопросов море:
Цитата (Олюся)
Анри, как теперь в семье называли Гарольда.

По-моему, Анри это Генрих в звучании одного из французских наречий.
Марволо Гонт – а це хто? Судя по фанфику, это параллельная Волди ветвь. Вроде персонаж не "случайно проходящий", хоть и НМП, но ему оказано очень мало внимания.
Цитата (Олюся)
Лили так и не сказала мужу, что она не маглорожденная, а потомок, и возможно наследница, величайшего мага из Хогвартской Четверки – Салазара Слизерина. Это стало ее маленькой тайной
Мда, и такой бывает семейная жизнь. Наследие Слизерина это не так заразно как СПИД или Сифилис.
Цитата (Олюся)
Да, вот еще что, можешь забыть о своей дружбе с Уизли, иначе отправишься вместо Хогвартса в военную академию.
Где обоснуй? Вот так с бухты барахты? А папаня с головой дружит? Семь лет это, конечно, еще ребенок, но для воспитания не поздновато.
Цитата (Олюся)
активными оказались гены Песочника, непонятно каким образом затесавшиеся в родословную Поттеров. Испокон веков, Песчаники, как еще называли Песочных Людей, представляли угрозу, и для магического, и для магловского мира. Таких носителей изгоняли из рода, дабы выжить (а лучше выжечь) скверну, что они несли в себе
И где самое главное? Что это за песочники? Думаю стоило вставить легенду более понятную. Ладно, подождем, когда герои додумаются заглянуть у книгу Блэков.
Цитата (Олюся)
ВСЕ РАВНО НЕ ПОНИМАЮ КАК СВЯЗАНА ПОБЕДА НАД ПЕСОЧНИКОМ И "ЛЮБЯТ ОДИН РАЗ"
О, мне даже печатать это не пришлось!
Цитата (Олюся)
Вместо этого оба отдела скинули на фонд обязанности следить за магическими наследиями, так как всем было хорошо известно, что сын леди Поттер появился на свет уже с активным наследием.
И что? Если бы это оказалось чем-то из ряда вон выходящим, то за рождением близнецов следил весь магический мир.
Цитата (Олюся)
Где-то в душе Ричарда, мальчик хотел, чтобы вместо презрения, увидеть в ее глазах гордость. Но об этом он мог даже и не мечтать
А вот тут виновата мать. Каким бы не было ее предчувствие, она должна беречь, холить и лелеять свое дитя. И если ее чаду что-то угрожает - защищать его собственной жизнью. И только ей может быть дано право на смерть во спасение. А тут получается, родился у Лили магический уродец и она его презирает. А кто виноват в его рождении? Мама и папа. Наследия Поттеров в Ричарде нет, тогда это гены Лили? Как легко возненавидеть то, что не в состоянии исправить.
Цитата (Олюся)
Почему гоблины не потребовали, а просто предложили заблокировать наследие? …Неужели это настолько опасно?
Вот и мне интересно почему? Если это угроза всему миру.
Цитата (Олюся)
городок Литтл Уинг приобрел статус магического поселения
И это только потому, что в нем живет Гарри Поттер? Извиняюсь, Анри Эванс?
Цитата (Олюся)
Сиятельный лорд решил сделать не возможное, превратив бывший магловский городок в столицу магического мира
Вот так сразу перед глазами и засверкало: «Нью-Васюки»
Цитата (Олюся)
Если же, будучи замужем, вы будете вынуждены развестись, то оставьте за собой право воспитывать не того ребенка, которого считают любимцем, а того, кому мало уделялось внимания. Этим вы покажете ему, насколько важны для него.
Какая чушь! На основании прочитанного, именно Ричарду уделялось мало внимания матери. Именно за него она должна была бороться. И ни в коем случае нельзя отказываться от избалованного вниманием ребенка. Быть с ним спокойнее и строже – да, но не переключаться полностью на того, кто воспринимает тебя с радостью. Внимание должно уделяться обоим детям. Возможно, не одинаково, но обоим. А Лили обвинала Джеймса в том, что он бросил Гарри, но по сути еще до разлучения близнецов сама бросила Ричарда.
Цитата (Олюся)
Не стоит бороться за ребенка, который растет избалованным, ничего приятного из этого не получится, а принесет только огорчение и не приятности.
Родительские обязанности не сводятся только к приятностям. То, что выросло из Ричарда – полностью вина Лили. Она отвратительная и эгоистичная мать. Плохой воспитатель. Прежде чем доверять ей фонд, стоило навести порядок в своей семье. А то для других она благодетельница, а свое чадо бросила на непутевого папашу и ненавидимого ею крестного – Дамби. Вот сижу и думаю, что такой мамаше стоит оторвать первое? Голову или…




Я не знаю, но чувствую.
Я не вижу, но верую.
Если вырастут крылья за спиной,
я хочу чтобы были белыми они.
 
ОлюсяДата: Вторник, 09.07.2013, 20:52 | Сообщение # 12
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 7

В доме на Тисовой улице, в глубине чердака стояла, скрытая, на первый взгляд, тюлевой занавеской, книжная подставка, выполненная в декоративном стиле и напоминающая собой дракона, на крыльях которого лежала старая книга. Чернила уже давно высохли и мало кто мог ее прочитать. Для сестер Эванс эта книга была всего лишь фамильным наследием. Они знали, что ее нельзя ни продать, ни подарить, ее даже невозможно выкинуть. Она всегда возвращалась на свое место. Поэтому фолиант, до которого никому не было дела, находился не в библиотеке, а на чердаке, где по мнению сестер ее никто не найдет.

Скрипнула дверь, но если здесь, под крышей, кто-то и был, то все равно не смог бы увидеть вошедшего. Под тяжестью веса заскрипели доски. Чья-то рука отодвинула тюлевую занавеску. Невидимая, она дотронулась до книги. Неожиданно кто-то сдул с нее пыль, чтобы под толстым слоем увидеть обложку, на которой изображены юноша и дракон. Страницы талмуда стали переворачиваться, пока не остановились где-то посередине.

- Приближается время, когда будущее мира зависит от Лорда Смерти и его Дракона.

Кто произнес эти слова так и осталось неизвестно. Вновь скрипнула дверь, но на этот раз к ней добавился звук ключа, которым ее закрыли. Лишь книга так и осталась лежать раскрытой на своем старом месте.

Легенда

Никто не знает, когда именно появился первый Лорд Смерти. Но сквозь время дошла, то ли сказка, то ли легенда о том, кто стал первым носителем этого титула.

Это случилось в те времена, когда мир еще был молод, а боги жили среди смертных, скрывая о себе правду. Среди бессмертных оказалась девушка. Бледная под цвет алебастра кожа, грустные серые глаза, волосы подобные крылу ворона. Она оказалась той, кого простые люди стали звать смертью, ибо ее артефактом была Коса (Алебарда) Смерти. Согласно кодексу, те кто был обречен на Вечную жизнь, не имели права любить. Но так случилось, что Смерть нарушила это правило, полюбив смертного. Она обратилась к тем силам, о которых никто теперь не знает, ибо в историю они вошли как Древние. Девушка попросила у них право дать ей узнать, что такое любовь, о которой говорят смертные. И получила его. А также раз в несколько тысяч лет она имела возможность прожить жизнь простой смертной. Но ее беспокоило, кто будет выполнять ее обязанности, когда она станет человеком. Тут ее выручил собственный брат, согласившийся выполнять долг сестры в ее отсутствие.
Дабы девушка смогла узнать о жизни смертных, Древние превратили ее в ребенка, а брата обязали позаботиться о семье, в которой будет расти Селеста, такое имя получила она от Древних. Ее брат, взяв себе имя Морриган, дал Слово, что будет выполнять обязанности, что лежали на плечах его сестры, пока та не вернется к ним.


На краю одного селения, в те времена жила бездетная супружеская пара. Боги не дали им возможности познать родительское счастье, и Морриган решил для себя, что лучше родителей для той, что была самой Смертью, он не сможет найти.
Как-то утром, едва открыв дверь, они обнаружили на пороге дома колыбель, в которой лежал ребенок и письмо. В нем их просили воспитать малышку как собственную дочь и дать ей имя Селеста. Дабы девочка ни в чем не нуждалась, неизвестные родители оставили ей в качестве приданого семь кошельков с драгоценными камнями. Стоимость только одного такого камня позволила приемным родителям перебраться жить в город.


Спустя несколько лет, когда девочка подросла, пришло время искать ей спутника жизни. Приемная семья девочки уже замечала, как она бросала взгляды на юношу из благородного рода и, по словам служанок, иногда плакала в подушку, сетуя, что у нее никогда не будет возможности быть с любимым. Избранник их дочери оказался сыном главы Мастеров Кузнечного Дела, которого родители нарекли Воланд. Это был высокий и статный юноша, чей взор был подобен изумруду. Волосы, всегда убранные в высокий хвост, по словам девушек, что стайками вились рядом с юношей, не отличались от самой темной ночи, когда на небе нельзя увидеть свет звезд. Миндалевидные глаза достались ему от матери, родом из древней аристократической семьи, по законам того времени не имела прав на наследство отца, а лишь только на то, что родители давали ей в качестве приданого.

Так случилось, что Селеста, едва поняв, что ответной любви никогда не будет, слегла, тяжело заболев. Девушка таяла практически на глазах родителей. К кому они только не обращались: и к врачам, и лекарям, и знахарям. Приходили в их дом и жрецы богов. Один из них и изрек.

- Спасти вашу дочь можно только одним способом, если тот, кого она настолько сильно любит, займет ее место и добровольно сойдет в царство Смерти.

- Нет, нет… - воспротивилась Селеста. – Не желаю я ему такой судьбы, пусть я сама сойду в чертоги Смерти, и оттуда буду наблюдать за ним.

Но надо было такому случиться, что родители Воланда захотели начать переговоры с родителями Селесты о будущем союзе двух семей. Едва их сын услышал о судьбе невесты, как отправился в ее дом и, глядя в глаза, сказал: «Если ты сойдешь в Мир Мертвых, то и я последую за тобой. Ты тот свет, от которого в моей Кузнице горит огонь. Если не будет тебя, то кто зажжет его?»

И взмолился юноша к самой Смерти о просьбе, пощадить жизнь Селесты и забрать его. И пришел Морриган в Мир Смертных и увидел взором своим, как спорит Воланд с сестрою его любимой о том, кому суждено из них двоих сойти в Мир Мертвых, и не могут договориться. Улыбнулся Бог Смерти: взаимной оказалась любовь его сестры.

- Ну, и кого мне из Вас двоих забрать с собой? –дал о себе знать Морриган, не забывая о том, что сестра его не помнит, что принадлежит роду Вечных.

- Обоих, - улыбнувшись, и глядя в глаза друг друга, одновременно произнесли Селеста и Воланд.

Скользнул взгляд невесты по Морригану и, зацепившись за брошь, которая крепила собой плащ накинутый на его плечи, вспомнила о мешочках с каменьями драгоценными, что родители обнаружили вместе с ней. Стоило Селесте понять, откуда могло взяться такое сходство, как на нее нахлынули ее же воспоминания о том, кем она была, есть и будет. И предстала пред смертными Богиня Смерти. С грустью посмотрела на любимого, и протянула руку своему брату, дабы вместе с ним сойти в чертоги смерти. Но встал перед ней на колени Воланд и испросил желание, разделить судьбу любимой, у брата ее. Стали родственники и сама Селеста отговаривать его от поступка сего, но стоял на своем Воланд. Не смогли отговорить юношу от безумного поступка ни родственники, ни сама Селеста, и сошел в Мир Мертвых он вместе с девушкой.

Через несколько лет постучались в дом родителей странник и странница. Это были Воланд и Селеста, которые слегка изменили свой облик, дабы навестить близких. Не раскрывая тайны того, кем в действительности являются, поведали родителям Воланда и гостившим у них родителям Селесты о судьбе детей их. Рассказали, что родилось трое сыновей и дочь. В отличие от сестры их, что родилась Смертной, три брата появились на свет с даром жизни Вечной. Но именно ей было суждено стать первой Леди Смерти, ибо унаследовала она от отца его изумрудный взор, которому наследие матери дало возможность нести в себе смерть. Среди смертных стала дочь Селесты и Воланда известна как Хель, и получила возможность стать Вечной, лишь сойдя в обитель родителей.

Но с того времени появилось предание, что Лорды и Леди Смерти обречены страдать, ибо по воле рока полюбить они могут лишь раз и на всю оставшуюся жизнь. Умрет один, сойдет в Мир Мертвых за спутником жизни и другой.

Внезапный порыв ветра, открыл чердачное окно и, погуляв по нему, захлопнул старую книгу, до которой никому нет дела. Да и кому интересно даже просто так перелистывать фолиант, в котором хранятся самые старые легенды, о которых давно все позабыли.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Вторник, 09.07.2013, 20:52 | Сообщение # 13
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 8

Лето 1997 года, десять лет спустя

Многое изменилось за долгие десять лет. Новости из магического мира в Литл Уингинге всегда воспринимали как сплетни, а тех, кто разносил их, именовали не иначе как любителями перетряхивать грязное белье. Для некоторых это был все тот же среднестатистический город, население которого в основном работало в Лондоне, или занималось домашним хозяйством. За эти десять лет многие сотрудники Министерства Магии, да и не только его, успели купить себе жилье в этом городе. Но приобретали его в основном те, кого считали либо маглорожденными, либо просто для общения с родственниками, которые были вынуждены жить в мире маглов.

Так на одной из улиц, точнее говоря по адресу с довольно специфическим, или все же символическим названием, например, улица Дьявола. В любом случае, всю улицу, при содействии Отдела Тайн, выкупили чистокровные семьи для своих детей, дабы те имели возможность приобщиться к миру маглов. Так вот, в доме номер тринадцать по улице Дьявола поселился Драко Малфой, который, в отличие от своих одноклассников, скрывался тут от Ричарда Поттера, умудрявшегося приводить его в состояние бешенства только одним своим видом.

Вспоминая наследника Поттеров, Драко поморщился. Несмотря на то, что Джеймс Поттер старался сделать из сына наследника, но и он был вынужден признать: магия рода признает Ричарда как потомка, а доступ к родовому наследству и богатству для Ричарда останется закрыт. Вспоминая школьные слухи, наследник Малфоев улыбнулся. За характер младшего Поттера терпеть не могли не то что на собственном факультете, но и на всех остальных так же. Особенно студентов раздражало то, что будучи крестником директора Хогвартса последний покрывал все преступления Ричарда. Одну историю так вообще с трудом удалось замять даже директору, уж слишком высокое положение занимала семья одной из студенток, которая залетела от Ричарда. Правда, никто не знал, что случилось дальше, так как известно стало лишь то, что родители перевели будущую мать на домашнее обучение. Дальнейшая ее судьба, как и не рожденного ребенка, так и осталась неизвестной.

Но кроме этого, Ричард Поттер оказался превосходным актером. На глазах матери, но самое главное отца, он полностью преображался так, что о его прегрешениях как-то забывалось. В отличие от того поведения, когда младший Поттер оставался наедине с друзьями. Вспомнилось и то, что на шестнадцатилетие сына Джеймс Поттер подарил тому целый остров в архипелаге Оркнейских Островов, на который сразу же был наложен Фиделиус и куча других чар, которые не позволяли не только найти остров, но и узнать, что там происходит.

Драко не мог понять, почему его мысли крутятся вокруг столь ненавистного для него гриффиндорца. Он, как и многие парни в школе, знал, что Ричард предпочитает в постели не только девочек, но и парней. Поговаривали даже о какой-то вечеринке, которую устроит Ричард на острове, после завершения официальной части в Поттер-мэноре.

Выкинув из головы Поттера, блондин стал собираться в гости к крестному Северусу Снейпу, который давно перебрался из Паучьего Тупика жить в этот городок. Последний приглашал его на выставку, которая должна проходить прямо в городе и так как мероприятие будет закрытым, то попасть на него можно лишь по приглашению.

*****

Ричард Поттер, ставший к семнадцати годам пшеничным блондином, настолько сильно посветлели его волосы, наслаждался жизнью в том ключе, в котором видел ее сам. Своим любимым воспоминанием, которым не делился ни с кем, парень считал подлитое матери зелье. Благодаря отсутствию вкуса, цвета и запаха, а так же через небольшой промежуток времени его невозможно найти в крови, оно оказалось в списке запрещенных зелий, за хранение одного только рецепта полагался пожизненный срок Азкабана, а за приготовление можно получить и Поцелуй Дементора.

Ричард был вынужден варить его в Хогвартсе на втором курсе, и, приехав домой на каникулы, улучить мгновение, дабы подлить его матери. Побочных эффектов у зелья не имелось, а вот то, что произошло потом, заставило в начале парня пожалеть, что он сделал, но подумав, решил, что все равно подлил бы его, если не матери, то отцу точно. Из-за него у Лили испортились отношения со многими, кто был в курсе того, что у Ричарда Поттера есть брат-близнец. Привело это к тому, что Поттерам стали отказывать в приглашениях на светские рауты и вечеринки.

Едва поняв, что происходит, Джеймс Поттер чуть было не размазал наследника по стенке. Остыв, старший Поттер стал налаживать отношения по новой, стараясь не выдать сына. О втором ребенке в семье Поттеров больше не вспоминали.

*****

Отдыхая на своем острове, Ричард Поттер, считал дни до своего совершеннолетия, чтобы избавиться от родительской опеки. На наследство ему плевать, он уже знал, что то ему не светит, ведь втайне от отца решил пройти проверку у гоблинов. Остров, что тот подарил ему в прошлом году, он превратил в свою резиденцию, где предпочитал отдыхать от нотаций родителей.

Мадам Роза из Лютого переулка, знала о вкусах своего клиента и всегда подбирала КОГО? так, чтобы клиент оставался доволен. Это касалось и условии, поставленных клиентом. Те, кого она отбирает для него, не должны иметь в магическом мире корней и, самое главное, быть абсолютными маглами, а в некоторых случаях и девственно чистыми. Последнее могло дать осечку, но клиент особых условий на девственность не ставил, так как знал, что если у магов девственность ценится до самой свадьбы, то маглы могут потерять ее в любом подростковом возрасте. На сегодняшний вечер своему клиенту она подготовила воистину королевский подарок - двух девочек и одного паренька. Все трое сероглазые блондины. Как только подарки от мадам Розы попадали на остров, над ним появлялся еще один щит, который блокировал все возможные поисковые заклинания.

Приняв от мадам Розы заказ, на этот раз состоящий из трех магловских детей, Ричард Поттер улыбнулся, они заменят ему сероглазого блондина, которому он поклялся отомстить еще на пятом курсе. Сейчас же он собирался насладиться любимой игрой, жаль только что деток потом возвращать мадам Розе. Не забыть бы стереть им память о том, что здесь происходит. Ну а для начала предложить им выпить с несколькими капельками зелья, которое не только успокаивало, но и имело побочный эффект для маглов - рассеянное внимание на всем, кроме того, кто его дал.

От зелья дети не могли сфокусировать внимание на том, где находятся. Все их внимание оказалось сосредоточено на парне, который вел их в комнату, где по его словам они поиграют. Войдя внутрь помещения, которое на этот раз было оформлено Ричардом в цветах враждующего факультета (Слизерин), парень, пропустив детей вперед, закрыл за собой дверь.

****

Прошло два месяца, как из Франции вернулся племянник леди Колубрум, как в последние годы обращались к Петунии Дурсль. Сегодняшний день для нее особенный, ведь намечался закрытый светский раут с выставкой картин, где будут представлены работы Харальда. Обычно ее племянник рисовал все, что подвернется под руку, за исключением портретов. Но на этот раз что-то в мальчике изменилось. Он нарисовал целую серию картин под общим названием «Эльф и Дракон». Одна из них просто завораживала. Харальд изобразил на ней молодого эльфа, возможно, что и эльфийского принца, за спиной которого расположился огромная доисторическая рептилия. Картина напомнила хозяйке дома книгу, которую та презентовала племяннику – «Эрагон». Было еще одно полотно, которое Харальд почти никому не показывал, так как работать над ней закончил только на днях. На фоне древнего леса и ночного неба, молодой художник нарисовал спящего дракона и эльфа сидящего возле костра.

Время неумолимо приближалось к вечеру, и впервые Харальд порадовался тому, что подписывал картины не тем именем, которое получил от родителей. О них он старался не вспоминать, особенно после девяносто второго года, когда мать прекратила поддерживать отношения с семьей сестры, друзьями, и сыном. Никто не знал причин, почему леди Поттер настолько изменилась в характере, так что незаметно стало то, что ее имя, как и имена остальных Поттеров в доме стали запрещенной темой.

Выставка картин была лишь предлогом, по которой приехал молодой художник. Будь его воля, остался бы во Франции, и не вспоминал свою родину. Вернуться пришлось по той причине, что он вступал в наследие. Что-то творилось с его зрением, о чем он сразу же сообщил родной тете. В ответ получил особой конструкции очки с наказом, одевать их всегда, когда он куда-нибудь собирается идти, или ждет гостей. Лучше же, если любимый племянник будет носить их постоянно. Ответы на все вопросы он получит дома.

Приехав, Харальд и узнал, что вступает в наследие, только не Поттеров, так как отец практически провел ритуал отречения, правда, по какой-то причине не довел его до конца, но в любом случае, Поттером он не является. Наследие он принимает со стороны рода матери. Узнав о том, что дар, который в нем пробуждается, именуют как «Убивающий взглядом», он вначале перепугался, но потом смирился. Крестные подарили ему по такому случаю два костюма: первый из шкуры дракона, а второй - василиска, а потом устроили небольшую вечеринку в кругу семьи.

******.

31 июля Джеймс Поттер получил банковское извещение, в котором банк извещал его о том, что в силу вступила вторая часть завещания его предка Харальда Кассиуса Поттера. Та самая, которая на протяжении последних поколений считалась мифом. Теперь же его и семью ждали в отделении банка на ее оглашении. Кого-то ожидал шикарный подарок от предка. Настолько, что хотелось проклясть мертвого. В силу вступил договор о брачном союзе между родами Поттер и Малфой.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ЭлиасДата: Вторник, 09.07.2013, 22:27 | Сообщение # 14
Искушение
Сообщений: 628
« 71 »
Честно скажу, что читать начала только из-за СС/СБ, так как ГарриДраку ну очень не люблю. Но мне нравится. Читаю с большим удовольствием.


Я не знаю, но чувствую.
Я не вижу, но верую.
Если вырастут крылья за спиной,
я хочу чтобы были белыми они.
 
Madam_redДата: Пятница, 27.09.2013, 21:25 | Сообщение # 15
Подросток
Сообщений: 3
« 0 »
Весьма неплохо! Сюжет хорош)
 
ОлюсяДата: Суббота, 11.10.2014, 15:46 | Сообщение # 16
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 9

На следующий день после получения извещения о завещании Харальда Поттера Джеймс, Лили и Ричард отправились в банк узнавать, что же досталось их семье от предка. В банке они столкнулись с семьей Малфой, глава которой тихим шепотом крыл своего предка, который жил одновременно с Поттером. Заметив Джеймса, Люциус направился прямо к нему.
- Лорд Поттер, Леди Поттер, Наследник, - поздоровался аристократ.
- Доброго дня, Люциус, - вздохнул Джеймс. - Я так понимаю, ты здесь по той же причине, что и мы.
- Завещание Малфой-Поттер, - кивнул Люциус.
- То есть Малфой-Поттер? – опешил Джеймс. – Мне сообщили только то, что вступила в силу вторая часть завещания моего предка.
- А ты хоть сам помнишь, на ком он женился? – усмехнулся Люциус, не обратив внимания на Лили и Ричарда. – Вспомнил?! Его супругу звали Керридуэн Эстель Малфой, и она была моей двоюродной прабабкой.
- Да, что-то было в этой истории, - согласился Джеймс. – Кажется, они заключили брак во второй половине семнадцатого века.
- Верно, тогда была реставрация Стюартов и принятие Статуса Секретности, - произнес Люциус. – Джеймс, как насчет того, чтобы отправить наших дам и наследников куда-нибудь в кафе, пока будем разбираться с бумагами. Более точная дата, если не можешь вспомнить, 1676 год.
- Принимаю твое предложение, - улыбнулся Поттер.
Мало кто знал об отношениях этой парочки. Каждая их ссора не сходила со страниц газет. Лишь когда они оставались одни и начинали обсуждать новости и слухи, ходившие по министерству, то блондин сожалел лишь об одном – его оппонент был стопроцентным натуралом.
Отправив дамочек в кафе, а сыновьям вручив по небольшой сумме внеплановых карманных расходов, мужчины отправились к юристу, выяснять, что же свалилось на их головы.
*****
Завещание Харальда Кассиуса Поттера и Лирондина Элфеда Малфоя, оно же брачный договор
Мы, ниже подписавшиеся, в присутствии двух свидетелей с каждой из сторон, а так же юриста и представителей банка Гринготс заключаем данный договор. Договор, он же брачное соглашение, заключается между потомками рода Поттер и Малфой. Род Малфой выступает в качестве стороны жениха, а род Поттеров как семья невесты. Если наши расчеты верны, то брак должен быть заключен между потомками, что родятся в четвертой четверти двадцатого века.
Дальше шло перечисление приданного, что давалось за невестой, да подписи двух сторон со свидетелями.
Джеймс посмотрел на Люциуса и выразил общую мысль.
- Влипли.
- Поттер, у тебя еще одного ребенка нет случайно? – поморщился Люциус. – Ты извини, но твоего Ричарда я и близко к сыну не подпущу, проще будет заплатить виру за нарушение договора.
- Вообще-то есть, - признался Джеймс. - Но он живет среди маглов.
- Да я скорее сквиба приму в свой дом как невесту, чем твоего сыночка, - Малфлою хотелось плеваться.
- Знаю, - вздохнул Джеймс, - и ты не поверишь, но я уже не раз жалел, что его крестным является наш Светлейший. Обидно, что Гарольд с рождения оказался сквибом. Наверное, из него Наследник Рода и то лучше бы получился. Я с восемьдесят седьмого года пытаюсь вдолбить в голову Ричарда Кодекс Рода, но с тех пор, как он оказался в Хогвартсе... Да что тут говорить, ты и сам знаешь, как директор ему во всем потакает.
- Хм, а Магия Рода как отнеслась к Ричарду? – спросил Люциус.
- Как-как, - скривившись, словно проглотил лимон, произнес Джеймс, - признала как потомка и все, мне об этом поверенный рода сообщил, когда сын решил втайне от меня пройти проверку. Мордред, Люциус, я соглашусь даже вписать Гарольда в этот брачный договор, если ты окажешь мне ответную услугу.
- Какую? – это показалось интересным аристократу.
- Со слов Сириуса я хорошо помню, что твоя супруга целитель, и не просто целитель, а Темный Целитель, - Джеймс задумчиво посмотрел на Малфоя. – Так вот, перед тем как мы подпишем все эти бумажки, я хочу, чтобы она полностью обследовала Лили. С ней что-то произошло после того, как Ричард приезжал на втором курсе на каникулы. До этого она часто гостила у сестры, навещая там Гарольда. Хотя, признаюсь, я сам виноват в том, что оттолкнул от себя одного ребенка - хоть он и сквиб - только для того, чтобы приблизить другого. Гарри живет там с тех пор, как Ричард закатил в пять лет истерику. Тогда нам и стало известно, что хоть малыш и сквиб, но у него уже пробудился один из Даров, о котором наша семья всегда умалчивала - серпентарго.
- Но если мальчик змееуст, то вы должны быть потомками Слизерина, - Люциус внимательно посмотрел на Джеймса.
- А оно так и есть, - хмыкнул Поттер, - просто это наша тайна, секрет семьи, который мы не разглашаем. Мало кто знает, что Слизерин имел трех детей и одного бастарда рода. Потомка по линии бастарда ты сам хорошо знаешь, Марволо Гонт. Наша же семья - потомки его дочери, которая носила имя Белинда и была самым младшим ребенком из всех детей Салазара.
- Вот оно, значит, как, - Люциус задумался, прикидывая, какие перспективы могут возникнуть для его семьи в будущем, когда они породнятся с Поттерами. – А что насчет остальных двух?
- Ветвь второй дочери, прервалась полностью еще в пятнадцатом веке, - ответил Джеймс, - а вот что касается сына Слизерина, то где-то с середины шестнадцатого века линия скрыта, и что с ней, мы не знаем. Возможно, что где-то потомки по этой линии и живут, если только она не прервалась.
- Хорошо, я попрошу Нарциссу, чтобы она обследовала твою супругу, - наконец решился дать свое согласие Люциус, - а в качестве предлога для посещения моего дома приглашаю тебя и твою супругу на светский раут, который мы время от времени устраиваем, предварительно отправившись куда-нибудь отдохнуть.
- От имени Рода Поттер я принимаю приглашение, - кивнул Джеймс, приложив правую руку со сжатой в кулак кистью к груди в области сердца.
- Брохард, как долго может занять подготовка документов? – обратился Люциус к гоблину.
- О, лорд Малфой, ровно столько, сколько на это потребуется, - ответил гоблин, - я могу заняться документами, а потом прислать их вам в Малфой-мэнор или пригласить Вас в банк для их подписания.
- Предпочту еще раз прийти в банк, - поморщился Люциус. – Что скажешь, Джеймс?
- Соглашусь с тобой. Думаю, нашим дамам и наследникам об этом пока не стоит говорить, - согласился Джеймс.
После этого, потратив еще несколько минут на разговор с гоблином, мужчины покинули банк.
***
Едва Поттеры вернулись домой, как Ричард сразу же, даже не спрашивая разрешения отца, отправился на свой остров. Джеймс только про себя усмехнулся. Он уже давно закрывал глаза на то, что творил сын, в очередной раз жалея о том дне, когда выбрал Дамблдора в крестные наследнику. Но сейчас он имел шанс поговорить с Лили будучи уверенным, что их разговор останется в тайне.
- Лили, нам нужно поговорить, - Джеймс посмотрел на свою супругу.
- Хорошо, - кивнула Лили, явно недоумевая, о чем может пойти речь.
- Думаю, я сделал несколько лет назад большую ошибку, когда из-за каприза Ричарда отослал Гарри, - Джеймс старался подбирать слова осторожно, чтобы не разразился скандал.
- Но ты же сам тогда сказал, что ему будет лучше в мире обычных людей, - пожала плечами Лили.
- Ты помнишь причину, по которой мы отослали нашего сына? – спросил Джеймс.
- Да, кажется из-за того, что у мальчика обнаружилась способность говорить со змеями, - Лили внимательно посмотрела на супруга.
Волшебница про себя усмехнулась: она помнила о своем родстве с родом Слизерина. Благодаря Северусу она смогла стать Мастером Зелий. Эту информацию Лили не разглашала, и ей не раз это спасало жизнь. Одним таким случаем стало подлитое ей зелье, и подлил его ей именно Ричард. Вот только никто не знал о самой главной тайне Лили Поттер, которую она скрывала от всех. Благодаря своему дяде Марволо женщина имела полный иммунитет к абсолютно любым зельям, направленным на угрозу жизни. Тогда же она вместе с Марволо, едва узнав о том, что это за отрава, решила играть по своим правилам. Ее сын даже не подозревал, что зелье, которое он подлил собственной матери, на нее не подействовало.
- Сейчас я жалею, что не сказал тебе всего ни перед нашей свадьбой, ни когда у нас родились сыновья, - Джеймсу признание давалось с трудом. – Дело в том, что Гарри не единственный, кто может говорить со змеями.
- Я знаю, Марволо ведь как потомок Слизерина тоже обладает этим даром, - поморщилась Лили.
- Нет, тут иная ситуация, - покачал головой Джеймс. – Этот дар он мог унаследовать от меня, как от потомка Слизерина, что наша семья на протяжении нескольких веков тщательно скрывает. Род Поттеров всегда был Темным, а то, что нас считают Светлыми - всего лишь наша маска, уберегающая семью.
- Тогда я тоже должна сделать признание, - вздохнула Лили. – В тот год, когда ты отослал Гарри, я связалась с Марволо, и он предложил мне пройти проверку крови одним древним ритуалом его семьи. Короче, Джеймс, я тоже потомок или наследница, смотря как посмотреть, Салазара Слизерина.
- Значит, Гарри… - догадка моментально возникла в голове Джеймса. – Он не сквиб, он маг, как и мы с тобой, только его силы должны были раскрыться позднее. Если то, о чем я сейчас думаю, правда, он должен будет вступить в наследие. Мерлин нас сохрани, Гарри ведь на момент вступления в наследие должен будет неизвестно сколько времени провести в облике Василиска.
- Петуния, - побледнела Лили, - она же ничего не знает об этом. Я из ее писем знаю, что Гарри учится во Франции, в какой-то частной школе магии, так как его способности раскрылись, когда он уже жил в Литтл Уингинге. Мы должны предупредить ее о том, чего ей следует ждать.
- Тогда нам следует отправиться к ней немедленно, - кивнул Джеймс, после чего они аппарировали в Литтл Уингинг.
Примечание: С разрешения автора, я буду выкладывать продолжение к этой работе. И начиная с двенадцатой главы, активно участвовать в его написании, как соавтор.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 11.10.2014, 15:46 | Сообщение # 17
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 10

Тик-так, тик-так, тик-так…
Ричард вошел в комнату, в которой на стенах висело огромное множество разнообразных часов, однако он не обратил на них никакого внимания. Его основной целью, как обычно, стали большие напольные песочные часы, стоявшие в центре комнаты. Достав из кармана шелковый мешочек, он высыпал внутрь клепсидры очередную порцию песка.
- Кто бы мог подумать, что песчинки в этих часах, собранные мной - это время тех магловских детишек, что попадают на остров. Они даже не замечают, как теряют собственное время, ведь попадают на остров они такими юными, а возвращаю я их мадам повзрослевшими. Они не понимают того, что, проводя часы в обустроенной для игр комнате, оставляют в ней лучшие годы жизни. Чистая детская энергия времени - мой шанс получить бессмертие, и даже великий ученый Фламель перед этим окажется бессилен. Отныне и навсегда я беру себе имя Часовщик, Песочных Дел Мастер. Осталось совсем немного, и часы полностью заполнятся песком. Это будет означать мое пришествие.
Кому это говорил Ричард, так и осталось непонятным, ведь кроме него в комнате никого не было.
Покинув помещение, он отправился в большой зал, оформленный в песочном цвете, где уже собрались его друзья.
- Ричард, как долго нам осталось ждать? – спросил один из них, едва юноша вошел в помещение.
- Недолго, Альд, недолго, - улыбнулся Ричард. - Часы почти полностью заполнены.
- Наконец-то, - вздохнул другой. – Мы слишком долго шли к нашей цели.
- Самое главное, в мире нет тех, кто представлял бы для нас опасность, - подметил третий, - а ведь мы до сих пор так и не смогли разгадать, почему на нас действует их взгляд.
- Нам потребуется время, чтобы эта планета стала для нас пригодной, - произнес второй. – Она должна стать пустыней от северного до южного полюса. Сейчас у нас осталась только одна угроза – вода.
- Ну, я бы так не сказал, - произнес тот, кого Ричард назвал Альдом. – Вода все равно нам будет нужна, хотим мы этого или нет.
- Она останется только в тех местах, что люди зовут оазисами, - подметил четвертый, - а вот все остальное станет пустыней, и людям придется с этим смириться.
- Хватит, еще успеете поговорить об этом, - оборвал разговор Ричард, - мы собрались не для того, чтобы обсуждать водные ресурсы.
- Ты прав, - коротко кивнул Альд.
***
На Тополиной улице, расположенной недалеко от Тисовой, располагалась аппарационная площадка, так как над всем городом был раскинут противоаппарационный купол. Раздался хлопок и на ней появились двое. Маги из Отдела Тайн, которые несли вахту, лениво посмотрели на прибывших и вернулись к своим обязанностям. Внимание они в основном уделяли тем, кто прибывал в город впервые, а этих двоих они хорошо знали. Это была Лили Поттер, которая в последние несколько лет тут не появлялась, а во втором маге ими был опознан синьор Альфареро - любитель искусства, который иногда бывал в городе, желая приобрести работы Харальда Колубрума, также известного в узком кругу как Гарольд Джеймс Поттер.
- Леди Поттер, синьор Альфареро, - к ним подошел один из магов. – Вы к семье Колубрум?
- Да, Кондор, - ответила Лили, бросив на мужа взгляд, требующий объяснения.
Так получилось, что сотрудников Отдела Тайн за его пределом знали исключительно по прозвищам, а их настоящие имена никому не были известны.
- Вы надолго? – это была стандартная процедура, которая появилась в последние два года.
- Еще не знаю, - вздохнула Лили, - я тут по делам семьи, так как открылись некоторые обстоятельства, из-за которых я и прибыла сюда.
- Надеюсь, это не помешает приобрести мне несколько работ юного Харальда, - произнес Джеймс.
- Приятного вам пребывания в городе, - после этого маг вернулся к своим обязанностям.
Едва покинув площадку, Лили внимательно посмотрела на мужа.
- Ну, и что это за история с синьором Альфареро? – спросила она.
- Нет никакой истории, - улыбнулся Джеймс, - это просто испанский вариант нашей фамилии.
- Я не об этом, - Лили ждала объяснений от Джеймса.
- Хорошо, - вздохнул Джеймс, - я Мастер Иллюзор и ношу иллюзию еще с первого курса Хогвартса.
- То есть твой облик несколько другой? – недоуменно произнесла Лили, пока они шли к дому ее сестры.
- Да нет, такой же, правда... - Джеймс на минуту задумался и, что-то решив для себя, скинул иллюзию. На его месте стоял настоящий аристократ, чьи волосы оказались заплетены в боевую косу, в отличие от хвоста, в который собирали свои шевелюры остальные аристократы. Взгляд стал более выразительным и серьезным, а глаза приобрели миндалевидные очертания со змеиным зрачком. Тело стало более спортивным. От привычного Джеймса Поттера, которого Лили знала всю жизнь, не осталось ровным счетом ничего. Это был совсем другой человек, вернее, волшебник.
- Мерлин, - выдохнула Лили, - кажется, я влюбилась в собственного мужа как обычная школьница.
- Как насчет тебя? - Джеймс посмотрел на нее. - Ты ведь, похоже, тоже носишь иллюзию?
- Вот только я не Мастер Иллюзии, как ты, - Лили улыбнулась Джеймсу и сняла кулон, который носила с девяносто второго года, когда Ричард сделал попытку напоить ее зельем. Ее медно-рыжие волосы стали более благородного оттенка, глаза - миндалевидными, с… продолговатым зрачком, больше присущим рептилиям. Лили чуть-чуть приоткрыла свой рот и высунула оттуда раздвоенный змеиный язычок.
- Шшш-то ссска-шшше-шшшь? – спросила Лили.
- Черт подери, что у тебя за наследие? – вздрогнул Джеймс.
- Василиск, - пожала плечами Лили, надев обратно кулон, - правда я, в отличие от Гарри, позднее вступила в наследие. Помнишь мое месячное отсутствие? Меня в своем родовом поместье скрыл Марволо, дабы я могла его полностью принять.
- А твоя сестра знает об этом? – Джеймс бросил заинтересованный взгляд на Лили.
- Нет, я решила тогда, что не стоит об этом говорить, - призналась Лили, - а теперь об этом жалею.
За разговором они незаметно дошли до нужного им дома.
***
В гостиной дома на Тисовой улице обсуждали сложившуюся ситуацию. Несколько дней назад Гарри почувствовал вступление в наследие. Племянник семьи Колубрум скрылся в переделанном подвале и теперь те строили догадки, сколько времени может занять его принятие, когда их разговор оказался прерван звонком в дверь.
- Кто бы это мог быть? – задумалась хозяйка дома, в прошлом Петуния Дурсль, а сейчас леди Гвендолин Колубрум, перед тем, как открыть дверь.
- Лили? Синьор Алехандро? – если появлению Джеймса Гвендолин не удивилась, так как тот давно стал частым гостем в их доме, то появление сестры, первое за несколько лет, привело ее в замешательство. – Что же мы стоим? Проходите.
В гостях семьи Колубрум в тот день находились Северус Принц с супругом Сириусом Блэком, а так же Марволо Гонт.
- Лили, Алехандро, - мужчины были рады видеть любимую ими волшебницу и каждый из них счел своим долгом запечатлеть поцелуй на ее руке, а ее спутник удостоился крепкого рукопожатия.
- Лили, что тебя привело? – спросила у нее сестра.
- У него спросите, - состроила из себя обиженную женщину Лили и кивнула в сторону Джеймса. – Дома я этой рогатой сволочи все оленьи рога переломаю.
У всех на лице читалось полное недоумение, никто не мог понять, откуда Лили знает испанца.
- Сам скажешь? – Лили явно провоцировала Джеймса.
- Только вместе с тобой, - усмешкой на усмешку ответил Джеймс.
Кивнув друг другу, Лили сняла с себя кулон, а Джеймс, наоборот, накинул на себя иллюзию. Оба оказались довольными, как мартовские коты, объевшиеся сметаны, глядя на реакцию друзей. Прежде чем продолжить разговор, она вновь надела кулон, а ее муженек сбросил надоевшую иллюзию.
Если об особенности Лили со слов Марволо все что-то да слышали, хотя и не знали точных подробностей, то облик Джеймса их точно шокировал.
- Сохатый? – Сириус не верил своим глазам. Человек, с которым он так любил в посиделках поспорить об искусстве, оказался его лучшим другом.
- Весь мир - театр. В нем женщины, мужчины - все актеры, - процитировал Джеймс слова Шекспира.
Северус же, о чем-то думая, внезапно бросил в него заклинание, от которого Поттер не стал защищаться, так как знал, что это банальное диагностирующее, правда, показывало оно принадлежность мага к свету или тьме и лишь изредка могло указать на нейтрала, если, несмотря на свою суть, маг добровольно старался остаться в нейтралитете, чтобы сохранить семью.
- Поттер, можно спросить, - елейным голосом поинтересовался Северус, - ты когда стал темным?
- Да всегда им был, еще со времен Основателя нашего рода, который взял в жены Белинду Слизерин, - ответил Джеймс, усаживаясь в свое любимое кресло у камина.
- Теперь понятно, почему Гарольд смог принять наследие Слизеринов, - удовлетворенно произнес Марволо. – Кстати, Джеймс, Лили, приняв наследие семьи, получила имя Наэр, а ты должен знать, что с ирландского оно переводится как "змея".
- Кстати, а что случилось, что вы оба оказались тут? – спросила Гвендолин.
- Гарольд должен будет вступить в наследие, - произнес Джеймс, - но, судя по тому, что на доме стоят щиты, которые используют лишь в Отделе Тайн, могу с уверенностью сказать, что он его уже принял и теперь проходит стадию адаптации.
- Ты прав, это произошло три дня назад, - кивнул Марволо. – Но ведь ты не поэтому пришел.
- Вы правы, лорд Гонт, - вздохнул Джеймс. - Я здесь из-за завещания моего предка.
- Это которого? – спросил Сириус.
- Харальда Поттера, - коротко ответил Джеймс, явно не желая вдаваться в подробности.
- Берсека Поттера? – сглотнул Сириус. – Ты хочешь сказать, что этот боевой маг и после своей смерти никак не успокоится?
- А у меня есть еще один предок по имени Харальд? – поморщился Джеймс. – Ты же сам из темного рода, так что из хроник должен знать, что о нем рассказывали, и... о его спутнице жизни, которая мало чем в характере отличалась от своего супруга.
- И что не так с завещанием? – осведомился Марволо.
- А то, что это и не завещание вовсе, а брачный договор, - усмехнулся Поттер, - согласно которому должен быть заключен брак между наследниками родов Поттер и Малфой.
- Ну-ну, - фыркнул Северус, - я так подозреваю, что именно твой отпрыск должен войти в род Малфоев? Рад бы поздравить тебя с этим фактом, если бы не одно «но». Драко.
- А что с парнем-то не так? – Сириус посмотрел на мужа.
- Да все не так, - раздражение сквозило в голосе Мастера Зелий. – Это не парень, а какая-то девчонка. Твоя кузина до пяти лет одевала его как девчонку, а Люциусу потом все это пришлось исправлять. Несмотря на то, что Драко получил воспитание, соответствующее положению его семьи, ведет он себя, как капризная дамочка. А все благодаря Нарси, которая его совсем избаловала.
- У нее совсем крыша поехала? – опешил Сириус. – Такое воспитание… Мордред, мне жаль Люциуса. Кто бы мог подумать, что наследник Малфоев будет светлым магом.
- Он еще и Дар своей матери унаследовал, от отца разве что внешность взял, - добил Северус всех.
- Светлый Целитель, - задумался Марволо. – Северус, в библиотеке моей семьи есть книги по этому направлению. Я сделаю с них копии, так как оригиналы невозможно вынести, и ты передашь их наследнику Малфоев. Парень должен развивать Дар. Кстати, вы там расшифровали ту рукопись, что в Отдел Тайн передала Гвендолин?
- Да, но она, как оказалось, неполная. Не хватает целого куска, а может и больше, - ответил Северус. – Там говорится о некой расе, которую называют Песчаными Людьми или Песочниками. Дементоры в сравнении с ними покажутся ангелами Тьмы. Это вообще твари, каких еще поискать нужно. Паршиво то, что способ борьбы с ними мне показался малоэффективным. Водные заклинания принесут, скорее всего, лишь временный эффект, а вот как их полностью уничтожить - этого не сказано. Сама же рукопись обрывается на пророчестве, которое вызывает… даже не знаю, что именно.
- Ну, если учесть уроки прорицания в Хогвартсе, неудивительно, что мало кто верит в эту чушь, - Джеймс посмотрел на друга.
- А что именно в нем сказано? – осведомилась Лили.
И Северус дословно процитировал пророчество из рукописи.
- Хм, - задумался Марволо, - давайте разбирать его по частям. Как ты сказал, оно начинается? Не успеет декада миновать, когда рак дорогу льву уступит, придут в мир двое детей. Под это условие попадают близнецы, которые родились в течение десяти дней после смены знаков зодиака. Допустим, что это будут близнецы Джеймса и Лили. Если убрать условие, где говорится о том, что, будучи еще детьми, брат восстанет против брата, то начало пророчества можно считать выполненным. Идем дальше, полное имя наследника Малфоев – Дракон Эрван Греттир Люциус Малфой. Эрван и Греттир, так же несут в себе значение первого имени, так что мальчик Дракон трижды.
Марволо замолчал, задумчиво посмотрев на Джеймса.
- Что у нас дальше, - продолжил Марволо. – Джеймс, не смотри на меня так. Я бы не стал ассоциировать пророчество на твоих сыновей, если не завещание твоего предка. Это первое, ведь по нему выходит, что именно Гарольд должен стать спутником жизни Драко. Правда, пока не понятно, что имелось ввиду под покровительством Смерти, но, думаю, мы это со временем узнаем. Однако, если это так, то получается, что у Ричарда активен ген Песочника, а он, как сказано в рукописи, ничего хорошего в себе не несет. Это второе. Кроме того, я начинаю подозревать, что Ложное Светило – это наш Светлейший.
- А третье? – побледнела Лили.
- А третье, мы должны натаскать двух мальчишек в боевой магии, - рявкнул пожилой маг, - Если Ричард действительно Песочник, то весь магический мир оказался в одной большой луже, если только это она, а не что-нибудь посолидней. Хотя подозреваю, что опасность может оказаться намного серьезнее, чем мы себе только можем представить.
***
Никто в магическом мире не подозревал о нависшей угрозе, а для Лили и Джеймса появилась еще проблема - как скрыть от сына то, что им стало известно. Ведь они не были в курсе того, что Дамблдор знал, кем является Ричард Поттер. Он увидел в этом возможность стать Серым Кардиналом за спиной юного Поттера. Именно поэтому он не только втирался в доверие и душу ребенка, подсовывая словно случайно книги, которые добывал с величайшим трудом, но и целенаправленно толкал его в объятие Тьмы. Для того, чтобы никто не смог узнать о наследии Ричарда, он лично разыскал одного старого Мастера-Артефактора и заказал у того особый амулет, что позволял скрыть наследие. Но сам Дамблдор даже не подозревал, к чему может привести его алчность. А когда придет осознание, к чему стремится его крестник, ему самому ради «Всеобщего Блага» придется пожертвовать своей жизнью, ибо таковой окажется цена искупления, которую назначит сама магия за допущенную им ошибку.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 11.10.2014, 15:47 | Сообщение # 18
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 11

Джеймс хорошо помнил, что Нарцисса принадлежала Темному Роду, да и Малфоев тоже считали таковыми, но Драко... Как он оказался Светлым, да еще с даром Целителя? Этого Поттер понять не мог. Его размышления полностью совпадали с думами Сириуса, который смотрел на аристократа - все же Нарцисса его кузина. В отличие от Джеймса, он хорошо помнил, что его род в своих генах светлого наследия не то что не имел, ему просто неоткуда было там появиться. Ведь по одному из преданий рода, их родоначальник не человек, а существо из какого-то Темного Мира, который влюбился в земную девушку.
Марволо же таким же взглядом смотрел на племянниц, каковыми привык считать и Лили, и ее сестру. Он хорошо знал, что наследие Слизеринов у девушек всегда было спящим, доказательством этого в свое время стала Гвендолин. Неожиданно он застонал, поняв, что допустил ошибку, когда решил проверить несколько лет назад Лили, которая при их первой встрече рассказала, что у ее сына открылся дар змееуста. Он тогда просто проверил ее на принадлежность к роду Слизеринов, что и подтвердил ритуал, показав, что Лили - потомок единственного сына Салазара, и что наследие у нее от отца-сквиба. Почему же он, старый дурень, не узнал все о семье ее матери?
- Лили, можешь рассказать о семье своей матери? – попросил Марволо.
- Извини, дядя, но мы о ней ничего не знаем, - виновато посмотрела на него волшебница. – Мама была приемным ребенком в своей семье, и, насколько я помню рассказ бабушки, они удочерили ее прямо в роддоме, так как ее мать скончалась, едва разрешившись от бремени. Кто ее биологические родители, ни ей, ни нам с Гвен так и не удалось узнать, хотя мы даже нанимали лучших детективов. Единственное, что удалось узнать - это то, что когда мама попала в родильное отделение, при ней нашли кулон. Бабушка забрала его из больницы вместе с мамой, посчитав, что хоть что-то девочка должна иметь на память о своей настоящей матери.
- Я сейчас его принесу, - произнесла Гвендолин и на несколько минут покинула комнату, чтобы вернуться с красивой резной деревянной шкатулкой, которую она отдала Марволо.
Марволо достал кулон, и стал его придирчиво рассматривать. Кулон был простым, выполненным из серебра, а единственным изображением на его крышке был василиск. Вот только Марволо хорошо помнил питомца Салазара, которого при первой же возможности переправил в свое родовое поместье. Рисунок на кулоне ничего общего не имел с тем василиском, который теперь обитал во владениях Гонтов. Марволо внимательно рассматривал кулон, одновременно перенося рисунок на альбомным листок. Какая-то мысль вертелась в его голове, но все время от него ускользала.
- Что же не так в этом рисунке, - Марволо даже не заметил, как произнес это вслух.
Сириус подошел к нему и, взяв в руки иллюстрацию, так же стал его изучать. В отличие от Марволо, он уже видел похожее существо в одной из книг в Блэк-мэноре. Поэтому ему ничего не стоило понять, что данное животное к василискам не имеет никакого отношения, хотя сходно по внешним чертам - василиск и это существо принадлежат к одному семейству. Возможно, это какой-то мутант, как сказал бы один из его сыновей, подсевший на магловские комиксы. Мутация? Нет, это вряд ли.
- Кричер, - Сириус решился вызвать эльфа, чего раньше никогда не делал.
- Молодой хозяин звал Кричера, - спросил эльф, едва появившись перед ним.
- Принеси из мэнора книгу, в которой описываются все магические существа, включая те, что уже считаются вымершими, - приказал Сириус и через несколько минут беглым взглядом просматривал старый потрепанный фолиант, останавливая иногда взгляд на прилагающихся к статьям изображениях. Наконец он смог найти то, что искал: иллюстрация из книги была точной копией изображения на кулоне.
Сириус начал внимательно читать описание существа и первым, что ему бросилось в глаза то, что автор книги ни разу не назвал существо василиском. Он лишь сделал пометку о том, что с ними у него исключительно внешнее сходство. Описание данного вида было составлено по материалам группы известных палеонтологов-магов, которые специализировались на вымерших животных и растениях, с целью найти способ дать им всем новую путевку в жизнь. Палеонтологи дали ему название Raptor mons. Находка была найдена в карстовой пещере, к удивлению ученых она хорошо сохранилась благодаря микроклимату пещер, где даже летом температура оставалась ниже нулевой отметки. К сожалению, вся остальная информация - лишь догадками и предположения ученых.
Потомок рода Блэк вздохнул, и попытался вспомнить одно довольно энергоемкое заклинание, которое позволяло узнать о наследии мага в тех случаях, когда нужной информации им не находилось. Зная, что Северус всегда носит с собой портативную аптечку с зельями, он попросил своего супруга быть наготове, чтобы тот влил в него восстанавливающее зелье.
- Etiam aperire secretum hereditátem, - небесно-голубой луч сорвался с палочки Сириуса и ударил прямо в грудь Лили, - Sit veniet clam.
Тут же Сириус был подхвачен супругом и уложен на диван, стоящий в комнате. Северус сразу стал отпаивать его своими зельями. В это же время в голубом сиянии на журнальном столике появился пергамент, на котором стали проступать строки.
Имя: Лилиан Азалия Эванс, в магическом браке – Поттер
Имя Рода: Лилит Кэрридуэн Цирцея
Из Рода: Regulus lacerta
Облик: Горный Раптор.
Внешний вид: имеется схожесть с василиском, активное наследие у самок и самцов.
Рапторы – люди гор, настоящий облик которых – ящер крупных размеров (у самцов: вес достигает 110 стоунов, длина – 101 фут, или 33 ярда; у самок: вес - 78 стоунов, длина – 82 фута, или 27 ярдов). Вес и длина ящеров указаны приблизительно, так как у каждой особи свои параметры. Обладают возможностью становиться людьми и иметь от тех потомство.
Раптор Лилит: длина – 49 футов, вес – 55 стоунов.
Потомство: двое детенышей, один с активным наследием Раптора. Наследие наступает в 17 лет по возрасту людей.
- Выходит, что Гарри входит в наследие Раптора? – спросил кто-то, пытаясь переварить полученную информацию.
- Но об этой расе ничего толком-то и не известно, - нахмурился Марволо. – Нет даже документов, в которых бы имелась информация о ней.
- Кстати, Люциус, - едва придя в себя, Сириус обратился к Малфою, - как так получилось, что Драко оказался Светлым Целителем? В нашей семье светлого наследия попросту не может быть. Может, у тебя предки нагуляли где-то со светлыми?
- Скорее, практиковали введение в род магического существа, - раздался ответ Люциуса. - Светлого Эльфа, если вам так интересно. А что касается того, что нас считают Темными, то причина та же, что и у Поттеров, которых все принимают за Светлых.
- Мой сын – Раптор, - пытался прийти в себя Джеймс. – Мой нежный цветочек, любовь всей моей жизни – Раптор.
Резкая пощечина, заставила Джеймса прийти в себя и посмотреть на Лили, которая и наградила его ударом по лицу своей маленькой ладошкой.
- Может быть прекратишь маяться дурью и станешь тем, кому я отдала свое сердце? – спросила Лили.
*****
В это же время у молодого Раптора проходила самая банальная линька, во время которой он, пока шло вступление в наследие, успел сменить кожу аж три раза. Сейчас он достигал восемнадцати ярдов, а его вес уже приблизился к отметке в пять с половиной стоунов. Все время он проводил, находясь в спячке, просыпаясь только для того чтобы перекусить приличным куском сырого мяса.
В своих снах он видел юношу с серебристо-серыми глазами и волосами, подобными платине. Раптор присмотрелся и заметил, что у него слегка заостренные кончики ушей, которые выдавали в нем эльфа. Он сидел на корточках и с помощью своих сил пытался залечить рану у… единорога. Целитель, как смог понять разумом Раптор. Он не вмешивался, так как сама память подсказала ему, что это кощунство. Вылечив единорога, эльф встал и обернулся. В его глазах появился интерес к Раптору, и он смело подошел к древнему ящеру. В этот миг они оба поняли, что являются партнерами друг друга. По телу Раптора прошла волна, и через миг перед эльфом стоял хрупкого телосложения юноша с яркими изумрудными глазами.
- Ты мой, - произнес зеленоглазый, и... проснулся.
Открыв глаза, Раптор потянулся и превратился в человека. Он чувствовал в доме еще одного Раптора, самку. Призвав на помощь свои чувства, он понял, что самка Раптора является дарующей жизнь или, на языке людей, его матерью.
Юноша улыбнулся и с удовольствием покинул помещение, в котором провел несколько дней.
*****
- Может быть, прекратишь маяться дурью и станешь тем, кому я отдала свое сердце? – услышал он голос матери.
- Лили, - Раптор удивился, услышав голос отца. Но, подумав, пришел к выводу, что голос мужчины уж больно напоминает ему одного испанца, который часто бывал в доме тети и всегда щедро платил за работы Харальда.
- Мама, - юноша появился в дверях комнаты с легкой улыбкой на лице, предназначенной женщине.
- Гарольд, - волшебница обернулась и увидела своего сына, который, как и она сама, нес в себе наследие Раптора.
- Синьор Алехандро, - Гарри кивнул в сторону мужчины, рядом с которым стояла его мать.
- Вообще-то, сын, синьора Алехандро не существует в природе, - виновато произнесла Лили, - на самом деле, это Джеймс Поттер, твой отец.
- Понятно, - на лице моментально возникла ледяная маска: Гарри так и не смог простить отца за то, что тот его практически выкинул из рода.
- Темный, как и все Поттеры, - внезапно на лице Поттера-старшего появилась хорошо знакомая Лили, Сириусу и Северусу еще с Хогвартса улыбка. – Настоящий Поттер.
- Сохатый, ты это о чем? – Сириус подозрительно посмотрел на друга.
- Ты еще не восстановил свои силы, - подметил Джеймс, - так что Северус, будь другом, наложи на меня тоже заклинание, что Сириус использовал для Лили.
Северус с удовольствием выполнил просьбу друга, так как им двигал интерес, почему Поттеры притворялись Светлыми.
Имя: Джеймс Карлус Поттер, лорд Поттер
Вид: Магическое существо – Перитий.
Ведут Род: со времен Атлантиды.
Облик: Крылатый олень (более точнее: голова оленя с волчьими зубами, большими ветвистыми рогами, копыта на ногах имели твердость закаленного адаманта и остроту сколотого обсидиана)
Тип Рода: Темный, известен, как Посланник Смерти.
- Джей, это шутка? – поднял взгляд от пергамента Северус.
- Нет, - покачал головой Поттер-старший, - это реальность. Просто во время наших ночных прогулок я частично прятал некоторые детали облика под иллюзией.
- Ну, у вас и семейка, - присвистнул Сириус, - ты Перитий, твоя супруга и один из сыновей – Рапторы. Второй по нашим подозрениям так вообще Песочник. После всего, что мы узнали, я могу заявить, что и род Блэков – Светлый. Два ваших наследия, наверное, настолько темные, что с вами-то и ссориться никто не будет.
- Сейчас главное, чтобы старик не узнал обо всем этом, - нахмурился Джеймс. – У меня тоже есть подозрения насчет второго сына, но это лишь гипотеза, и она еще не доказана.
- Ты это о чем? – Марволо с подозрением посмотрел на него.
- Вспомни себя в Хогвартсе, и спроецируй все это на Ричарда, - ответил Джеймс.
- Он что, решил, раз из меня Темного Лорда не вышло, так другого найдем? – поперхнулся Марволо. – Он же крестный Ричарда, если не ошибаюсь.
- В том-то и дело, что крестный, - мрачно изрекла Лили. - Что бы Ричард не натворил, он только его слегка пожурит и выпроводит развлекаться с друзьями дальше. Мне месяца два назад Ирма, школьный библиотекарь, письмо прислала. В нем она ненавязчиво интересовалась, зачем Ричарду Альбус дал допуск в Запретную Секцию. Это несмотря на то, что Джеймс просил этого не делать. Самое интересное, что я попросила посмотреть ее, какие книги он берет. Но все дело в том, что ее ответ меня порядком удивил. Ричард ни одной книги не выносил, словно он работал с ними прямо там.
- Жаль, парня под домашний арест не посадишь, - вздохнул Марволо. - Возможно, у нас бы появился шанс исправить то, что допустил Альбус.
- Мне так вообще с трудом представляется Ричард в роли Темного Лорда, - вздрогнула Лили.
Неожиданно их привлекло сообщение хроники происшествий. В нем, молодой журналист рассказывал о том, как в Англии пропадали дети в возрасте до 11 лет, и когда их находили, врачи только разводили руками. Причиной этому было то, что все дети, которых они смогли найти, повзрослели неизвестным способом. словно за несколько дней, повзрослели не на один год. Под конец сюжета, журналист не удержался от вопроса: "Кто же виновен в том, что у наших детей забирают лучшие годы жизни?!".
- Кошмар, - поежилась Гвендолин. - Такое ощущение, что у них воровали время, но ведь это полный бред, нет даже и способа, чтобы сделать это.
- Обычному магу, возможно, это и не по силам, но вот Песочникам, мне кажется, такое провернуть ничего не стоит, - задумался Марволо. – Жаль, что нам неизвестно, как они это проворачивают, да и найденные нами рукописи умалчивают об этом. В них просто-напросто недостает информации. Джеймс, может, твоего сына проверить заклинанием, с помощью которого мы узнали о вашем с Лили наследии?
- Да? – сомнительно произнес Джеймс. – Марволо, ты вообще как все это себе представляешь? Он дома-то считай и не бывает, пропадает на острове, который я подарил на прошлое день рождение по совету Альбуса. Мне как-то был нужен Ричард, я попытался попасть на него, так там такая степень защиты от вторжения, что Отдел Тайн позавидует. Многих щитов, что раскинуты над островом, даже я не знаю. Это не говоря о куче всевозможных сигналок. Когда Ричард появился дома, то я поинтересовался у него насчет всего этого. Хочешь знать, что он мне ответил? Щиты и сигналки над островом ставили на пару Дамблдор и Грюм. Про то, что Грюм параноик, каких еще стоит поискать, не только аврорат знает, но и все министерство.
- В таком случае, условно будем считать, что Ричард является Песочником, - ответил Марволо, обведя всех серьезным взглядом, - пока не получим доказательство того, что мы все ошибались на этот счет. Так, народ, предлагаю всем немного отдохнуть, а наша следующая встреча произойдет в Малфой-мэноре - пора знакомить Гарольда с его будущим супругом.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Суббота, 11.10.2014, 15:48 | Сообщение # 19
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Примечание: Начиная с этой главы, и до самого окончания работы, написание дальнейшего продолжение будет вестись под моим авторством. Прошу не удивляться изменению стиля написания.
С уважением Лена.
Глава 12(Не бечено)

Документация записей найденного дневника принадлежащего некому по имени Мстис¬лав Малфой. Несколько листов обгоревшей тетради были найдены в остатках сожжённого дома когда-то числившегося среди богатств рода Малфой на окраине восточной Сибири. Дальнейшие подробности местонахождения данной реликвии были утаены семьей с целью сохранения полученной информации внутри узкого круга лиц, непосредственно принадлежащих к роду Малфой.
Перевод исполнила Керридуэн Эстель Малфой.
...1 мая 14... (более точная дата неизвестна)
Сегодня день был таким же как и обычно. С утра проснулся, позавтракал, ну и конечно же в который раз поссорился с отцом, стараясь отговорить его от этой затеи, но он как и обычно был непреклонен, стоя на своём, что род нужно разбавить свежей кровью. Да и глупая вера в легенды, что нечеловеческая кровь способна усилить магию рода сыграла не последнюю роль в принятии данного решения. И теперь стоя перед входом в свою гардеробную, я наследник одного из сильнейших родов Сибири, будущий глава Малфоев, должен выбрать отвечающий моему статусу наряд для встречи с будущей невестой. И с кем? С эльфом. Поправочка: Светлым эльфом. Для справки - они отличаются од домовых эльфов. Намного выше (но всё равно остаются ниже магов и магглов); кто их видел, каждый утверждал, что эти существа обладают неземной красотой; а ещё эльфы дети магии, как и все остальные магические существа. Всё их существование положено на магии, каждая клеточка тела пропитана ею. Именно по этому они редко вступают в брак с другими расами, что уж говорить о обычных людях. Всегда гордые и холодные к окружающему их миру, никто даже не ожидал, что в этому году сам владыка эльфов предложит руку и сердце своей дочери, да и никому нибудь а самому достойному магу из людей. Конечно же мой отец не мог пройти мимо и не воспользоваться настолько редким шансом ввести в свой род, мало того, что магическое существо, так ещё и принцессу светлых эльфов. Но... они всё равно остаются эльфами, а значит бедная эльфийка. Отец, вряд-ли когда нибудь увидит в ней невестку рода Малфоя. На меньшее, чем на звание матери следующего главы рода она может не рассчитывать.
Строгое "Сын" донёсшееся из коридора заставило меня поторопится и уже наконец-то выбрать, в чем же мне сегодня идти на смотрины, да и кому ещё выпадет такой шанс побывать в замке светлых? Остановив свой взор на строгих брюках серого света, и белой рубашке, после накинув сверху жилетку под стать брюкам, подхватил мантию и выбежал из комнаты. Отец уже ждал в гостиной... (дальнейшие описание происходящего невозможно разобрать)
... красавицей. (прерванная запись начиналась на этом слове) Она не была высокой. Стандартной высоты для её рода, но из-за этого она была только более изящнее и хрупче, и... казалось будто сейчас все законы гравитации просто перестанут существовать, и она взлетит. Будет парить под потолком окидывая зал своим тёплым взглядом серых, как ранний туман глаз. Её длинные волосы сотканные из сотни звёзд, будут развиваться и сверкать ярче Луны. Да что там даже ночное светило не могла сравнится с красотою эльфийской принцессы.... (На этом запись под вышеупомянутой датой заканчивается).
22 марта 1454
Мой отец кажется сошёл с ума. Он отказывается верить, что наша с Аделит дочь на девяносто процентов эльф. Он был уверен, что человеческая кровь должна быть сильнее и во всём обвиняет мою жену. Говоря, что это она, всё она, наложила на наследницу, какие-то свои чары, что бы малышка Розалит никогда не стала истинным Малфоем. И...
Он хочет, чтобы я развёлся, а эльфийка вернулась в свой дворец. Конечно же эта новость буквально поставила мою любимую на колени, заставляя её умолять моего отца не делать этого, ведь если это случится на эльфийке появится клеймо развода. Она будет опозорена перед своим родом, и уже никогда не сможет выйти замуж. Магия просто не позволит. Такова плата магических существ за безграничную магическою силу. Они способны любить и вступать в брак только один раз в жизни. Второго шанса не дано.
И что мне теперь делать? Как защитить любимую, если я даже сама себя защитить не способен? Буду перечить отец лишит наследства, и тогда у меня не будет чем содержать семью, и мы снова окажемся в беде. Соглашусь, моя любимая будет страдать, и я больше не смогу её увидеть. Никогда.
(Запись прервана)
Он не оставил мне выбора. Я знаю, что поступаю плохо оставляя дом в котором родился, где вырос и получил имя, но у меня просто нет выбора. Я не смогу отказаться от той, которую страстно полюбил всем сердцем. Да и как я смогу лишить свою маленькую Розалит материнской любви?
(Дальнейшая информация недоступна, по причине не нахождения остатков. Следующее, что удалось найти археологам семьи Малфой среди обгоревших вещей рядом с остатками дневника, это уцелевший документ о продаже небольшого участка на территории Великобритании).
***
Многоуважаемый Лорд Люциус Абраксас Малфой,
беспокоят Вас из банка Гринготсс по причине пробуждения оставленного завещания несколько веков назад Вашим предком, имя к сожалению утаено. Прошу навестить нас в ближайшее удобное для Вас время.
С уважением к Вашему роду, поверенный семьи Малфой Виндальв.
Люциус вздохнув отложил пергамент на стол. Конечно же он знал об этом завещай, каждый носивший в своём имени "Малфой", должен знать. Такова была плата его рода перед эльфами.
Желая сохранить свой брак, когда-то его предок, просил разрешения увести свою любимую из Сибири в другую страну, туда где их не найдут. Конечно же король потребовал плату, ведь буквально соглашался на конец королевского рода, так как юная Аделит была единственной наследницей короля. И как не странно именно черты эльфийки стали отличительным знаком вновь возродившегося, но уже на территории Великобритании рода Малфой. Платиновые волосы, острые скулы, и пронзительные серые глаза сохраняются в роду блондина уже несколько веков и не важно кто войдёт в род.
Переведя взгляд на чистый лист бумаги, Люциус прикидывал, что же для него будет лучше, узнать содержимое пробудившегося наследства сегодня, или же отложить на другой день. Решив, что откладывать всё равно нет смысла, и рано или поздно ему придётся навестить магический банк, и узнать что же приготовила ему судьба выбрав именно его время, для исполнения желания короля, он накинул на себя мантию и через камин отправился прямиком в Гринготсс.
***
Гоблины блондина встретили на удивление радушно, если не считать презрительного взгляда и полного игнора на вопросы Лорда, но по крайней мере первый попавшийся в поле зрения свободный гоблин ответил на приветствие и обещал лично сопровождать Люциуса в кабинет его поверенного.
- Лорд Малфой, здравия и богатства Вашему роду, - старый гоблин приветливо протянул руку, которую не медля крепко пожал блондин, с холодным равнодушием отвечая:
- Пусть золото льются в Ваших сокровищницах, уважаемый Виндальв.
- Прошу, присаживайтесь, - указывая на стул напротив предложил гоблин, - Принеси сюда малое хранилище 12, - строго бросил он до сих пор стоявшему в дверях более молодому гоблину, после чего снова обратился к блондину, - Как поживает юный наследник? - спросил он, как-то по другому глядя на Малфоя-старшого. Такой вопрос, конечно же удивил лорда, ведь как правило, сотрудники Гринготса никогда не интересовались жизнью волшебников, даже будучи с ним близко знакомыми.
- С чего вдруг Вас интересует жизнь моего сына? - не помедлил Люциус озвучить свою заинтересованность странным поведением поверенного.
- Как же? Ведь именно Ваш сын сыграет не последнюю роль в исполнение завещания, - усмехнулся гоблин демонстрируя неровный ряд пожелтевших зубов.
- Что Вы имеете ввиду? Разве... - договорить резко поднявшемуся со своего места блондину не дала открывшаяся дубовая дверь и появившийся от туда тот самый гоблин, что недавно служил провожатым для Малфоя, неся на руках довольно внушительных размеров сейф.
- Прошу, - раздражёно бросил маленький сотрудник банка, и быстро удалился из кабинета.
- Ну вот. Сейчас мы узнаем судьбу Вашего наследника, - насмешливо проговорил господин Виндальв подходя к хранилищу.
- С чего Вы взяли...?
- Шшш, не мешайте, - шикнул на него гоблин, на мгновение прервавшись от нашептывания странным языком не менее странных слов, после снова вернулся к напеванию заклинаний. Остановился он только спустя три минуты, - Довольно сложно запомнить код для столь древнего хранилища, - вздохнул он открывая толстую дверцу, и доставая от туда сверток состоящий из небольшой серебряной шкатулки, и привязанного к ней пергамента.
- Что это? - как зачарованный спросил Лорд разглядывая тончайшей работы, безусловно принадлежавшей эльфам изделие в руках гоблина.
- Ваше наследие, и одновременно наказание, - съязвил Виндальв развязывая тонкую ленту и тут же беря в руки пергамент, - Сами прочтёте, или это должен сделать я?
- Я сам, - потребовал блондин вырывая свиток из рук гоблина.
***
Я, ниже подписанный, Мстислав Малфой этим завещанием призываю всех к роду Малфой принадлежащих соблюдать данное указание, и предстать пред судом старших рода Делорен. Судить будут и судим будет младший из рода, и пусть с достойной светлых эльфов гордостью, примет он судьбу предписанную ему.
День на третий после выбора избранника в спутники жизнь, явится он должен в дом славных Долерену, что стоит на окраине Сибири.
Таков мой указ, таково желание последнего из рода Делорен, и пусть выдержит он сквозь года и века, во время назначенное не мной, должен он быть приведён в жизнь.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Четверг, 05.03.2015, 00:19 | Сообщение # 20
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 13


Люциус устало потёр переносицу и поудобнее устроился в кресле, закинув ноги на чайный столик и запрокинув голову к потолку. Ему было, о чём подумать. Недавно вернувшись из банка, блондин успел несколько раз перечитать полученное письмо, даже достал из сейфа когда-то задокументированный дневник одного из его предков. Нужно было удостовериться. И вот, спустя, можно сказать, пару часов всяких сравнений, несколько раз перечитав письмо и те пару листов, что свидетельствовали о существовании такого человека, как Мстислав Малфой, он никак не мог решить, как же поступить. С одной стороны, избранник уже был, правда, даже не подозревающий о своем назначении, с другой... Он-то и в лицо будущего зятя не видел, ему было только известно, что юный Гарри - наследник Джеймса, и, что ещё хуже, сиятельный лорд даже представить не мог, как на подобную новость отреагирует Драко. Сможет ли он ради благополучия и сохранения семьи пойти на такую жертву и жениться на совершенно незнакомом человеке? И пусть он в браке будет старшим супругом, всё равно Малфой-младший был слишком капризным и упертым, не менее, чем сам Люциус.

- Черт! - уже в который раз за сегодняшний вечер чертыхнулся блондин. Он мысленно пожалел о том, что в своё время настолько увлёкся семейными делами, что совершенно позабыл о, собственно, наследнике, не заметил, как из него вырос не достойный его рода аристократ, а французская мадемуазель, которую кроме собственной внешности и благополучия ничего не интересует. И сейчас остаётся открытым вопрос, как эту новость преподнести, чтобы в результате обойтись минимальными потерями. Нет, он, конечно, не боялся реакции сына. Пф, ещё чего. Каким бы Драко ни был, отца он уважал. Проблемы начнутся, когда он подключит к своей истерике мать. Вот этого сиятельный лорд, как бы смешно это не звучало, опасался больше всего. Нарцисса настолько любила своего ребёнка, что ради одной его улыбки готова была горы свернуть, разве какой-то там муж может стать препятствием? Люциус был уверен: стоит Драко попросить, и даже Волан-де-Морт станет белым и пушистым, лишь бы больше не испытывать на себе гнев этой женщины. Когда она хотела, или, точнее, когда ей это было выгодно, Леди Малфой могла выдвинуть такие аргумент в свою защиту (или, как в нашем случае, в защиту Драко), что любой адвокат бы позавидовал. Для неё не составит труда оспорить брачный договор, и даже больше, после ее слов он будет выглядеть не иначе как исключительный вред для семьи, и тогда уже никакие гоблины не помогу. И плевать, что из-за этого род Малфоев может лишиться своего имени и магии, если Драко будет против, ни на какую свадьбу рассчитывать не придётся. А это значит, что у блондина нет иного выбора, кроме как умолчать и, возможно, для начала даже спросить совета у самого жениха (или невесты?). Но так как тот в настоящее время отсутствует, единственным спасением из сложившейся ситуации, как ни странно, стала бывшая магла, родная тётя Гарольда, Гвендолин Колубрум, в прошлом Петунья Дурсль.

***


С леди Колубрум Люциус познакомился совершенно случайно, когда несколько лет назад она вместе с Лили и маленьким Гарри гуляла по Косому переулку. Тогда же состоялась его первая и последняя встреча с, как в последствии оказалось, будущим зятем. Мальчик ему сразу понравился. Несмотря на небольшой возраст, он вел себя как подобает подрастающему аристократу. Учтиво и со вкусом. Вежливо отвечал на задаваемые вопросы, немного язвительно задавал собственные. Люциус до сих с содроганием вспоминает ответ мальчика, когда он случайно оскорбил Петунью. Ну что поделать, маглов он как не мог терпеть, так и не может и это, наверное, уже не изменится.

"Лорд Малфой, Вы уверенны, что вправе осуждать маглорождённых, в которых Магия заложила основу для создания, позвольте заметить, нового поколения чистокровных магов, при этом не имея чистой крови у себя самого?" - в то мгновение такой ответ вызвал у блондина как минимум ступор, и как максимум шок. Как он мог знать? Верно, никак, но ведь говорил так уверенно, словно знал больше, чем полагается. Неужели полагался на детское везение и ляпнул первое пришедшее в голову?

Тогда от позорного обморока его спас весёлый смех Лили. Она мягко отругала мальчика, чтобы тот не говорил плохо о чистокровных магах, в отличии от её сестры. Та только погладила сына (Люциус тогда подумал, что Гарри сын Петуньи) по голове и, не сводя взгляда с лица блондина, сказала, что малыш начинающий художник, у него богатая фантазия, и не стоит обращать внимания на его слова. Сколько было истины в её словах, Люциус смог понять только недавно, после разговора с Джеймсом, когда выяснилось, что у того был ещё один сын, и воспитывали его в семье сестры Лили. Мальчик был магом, и очень сильным магом, раз смог рассмотреть его, Малфоя, магическое ядро и увидеть там чужеродное магам. Что не могло не радовать и было жирным плюсом в пользу Гарольда, учитывая, что в ближайшем будущем им предстоит породниться.

Больше ему не представилось шанса увидеть юного художника, поэтому не удивительно, что всё это время он считал его маглом. Однако, те слова мальчика ещё долго не могли оставить блондина в покое, так что, не выдержав, Малфой переступил через собственную гордость и отправил Петунье Дурсль письмо с искренними извинениями, просил о встрече, чтобы извиниться лично. Таким образом началась их... хоть и не дружба, но однозначно приятное общение, настолько приятное, что он имел возможность однажды навестить дом блондинки. В тот день (приблизительно в середине учебного года) он узнал, что Гарольд учится во Франции, и увы и ах, но встретиться они не смогут, однако Петунья дала ему порт-ключ в их дом, сказав, что он может навестить их в любое удобное время. До сегодняшнего дня у Люциуса и мысли не было воспользоваться им, так как воспитание Абраксаса Малфоя просто не позволяло, чтобы кто-то, тем более магл, хотя бы на мгновение подумал, что он навязывается.

***


Разглядывая небольшой кулон в виде вьющейся змеи с глазами из изумрудов, он думал, будет ли правильным использовать его сейчас. Всё-таки с Петунией он уже давно не общался. Помнит ли она его вообще или уже забыла, как о случайном знакомом?

А, была не была!

- Портус, - решительно произнёс он заклинание, покрепче сжимая кулон. Внизу живота уже привычно неприятно скрутило, к горлу подступила тошнота, а в следующее мгновение он с облегчением чувствует под ногами твёрдую поверхность.

Не смотря на то, что размеры коридора, в котором он оказался, были не самыми большими, здесь оказалось довольно просторно. Лестница, ведущая на второй этаж, за спиной дверь, шкаф для верхней одежды в углу, там же место и для обуви. Удивленно приподняв бровь, когда он заметил около двери несколько пар обуви, однозначно принадлежащих не семейству Дурсль, Люциус осторожно снял свою и положил рядом с остальными. Стараясь не шуметь, блондин подошёл к двери, ведущей в комнату, из которой доносились голоса.

- Etiam aperire secretum hereditátem, - услышал Люциус слова незнакомого заклинания, а в следующее мгновение увидел, как в грудь (его глаза округлились) Лили летит небесно-голубой луч, сорвавшийся с палочки Сириуса. - Sit veniet clam, - тихо закончил брюнет, без сил оседая на пол.

Малфой, казалось, даже забыл, как правильно надо дышать, потому что следующее потрясло его настолько, что он пожалел, что не захватил с собой успокоительное. А рассчитывать на Северуса, который в это время, не жалея своих маленьких запасов, отпаивал бессознательного Блека, не стоило.

Лили, до этого ещё окутанная голубым сиянием, взяла в руки появившийся на столе пергамент и начала в слух зачитывать его содержимое. С каждым словом, с каждым отблеском удивления в глазах присутствующих и всё шире и шире расплывающейся на лице рыжеволосой женщины улыбкой Люциус начинал сомневаться, а туда ли он вообще попал? Или, может, Петунья решила его таким образом наказать и специально отправила в гнездо, где беспрепятственно разгуливает самка Раптора.

О, об этих существах он наслышан. Не раз его в детстве грозились отправить в горы к этим людям и принести в жертву. И сейчас перед его глазами стоит женщина, которую он знает чуть ли не всю жизнь. И она так хладнокровно, в голос говорит, точнее, зачитывает о своей истинной сущности.

- Выходит, что Гарри входит в наследие Раптора? - вывел его из размышлений голос... Джеймса?

- Но об этой расе ничего толком-то и не известно, - недовольно нахмурился темноволосый мужчина. Люциус только мысленно пожал плечами, распознав в нем своего лорда, Тома Марволо. Сил удивляться уже не было. Ещё немного, и он с радостью присоединится к Сириусу на диване. – Нет даже документов, в которых бы имелась информация о ней.

- Кстати, Люциус, - едва придя в себя, обратился к новому гостю Блек, не сводя с него насмешливого взгляда, - как так получилось, что Драко оказался Светлым Целителем? В нашей семье светлого наследия попросту не может быть. Может, у тебя предки погуляли где-то со светлыми?

- Скорее, практиковали введение в род магического существа, - тихо ответил Люциус. Он бы мог съязвить, как обычно, или уйти от ответа, но совершенно не было для этого настроения, да и присутствующие здесь маги вряд ли позволят ему увильнуть от ответа или тем более соврать. - Светлого Эльфа, если вам так интересно. А что касается того, что нас считают Темными, то причина та же, что и у Поттеров, которых все принимают за Светлых.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Четверг, 05.03.2015, 00:21 | Сообщение # 21
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 14


Увлечённые разговором, маги не сразу заметили исчезновение Гарольда из комнаты, который, к слову, как только разговор пошёл о его брате, решил уйти, справедливо посчитав, что, если и будет что-то, что ему ну прям не хочу, а нужно знать, тётя Петунья знает, где его найти. А именно на заднем дворе, куда юноша собственно и направлялся. У него там было своё тайное место. Старый дуб, где за густой листвой он мог спрятаться от лишних глаз и побыть наедине.

В голове тут же всплыло воспоминание, сколько шоколада ему стоило молчание Дадли, чтобы тот "случайно" не проболтался в присутствии тёти или дяди о его существовании. Находилось то дерево как нельзя кстати в самом конце сада, куда мало того, что и добираться минут десять нужно, так ещё и лучи солнца попадали только в моменты заката, но это скорее был плюс, чем минус, что заставляло маленького Гарри частенько прибегать сюда если не по причине пейзажа, то просто чтобы полюбоваться заходящим солнцем и побыть самим с собой. Таких случаем как ни странно было неисчислимое количество раз. И когда Лили вот уже больше месяца не появлялась, именно это старое дерево стало его собеседником, и... даже когда тятя Петунья впервые рассказала о его наследии, именно это место стало тем, кому он доверил свои мысли и излил душу, оставив всё здесь без остатка. Как ни странно, но это всегда работало, и он снова мог возвращаться в дом сестры матери весёлым и беззаботным, любящим рисование мальчиком. А сейчас... Сейчас он уже смирился. Смирился с тем, каким чудовищем на деле оказался.

Юноша уверен, что в целом мире найдутся миллионы людей, мечтающих заполучить в свои руки подобную силу и ту мощь, что досталась ему. Один его глаз сродни проклятию Авады, способен убить человека на месте, если не уметь себя контролировать, а уж о наследии Слезеринов и упоминать не стоит. Родовые дары Поттеров, проснувшиеся в нём в его шестнадцатилетие, наверное, были самым безобидным, что можно найти среди всех его теперешних способностей, и то не факт, что, опять же не потеряв контроль, он не причинит вред окружающим, например, каким-нибудь боевым заклинанием или же в минуты горя не сотворит какой-нибудь артефакт массового поражения.

И зачем ему только эта сила? Чтобы исполнить это треклятое пророчество и остановить брата? Но что, если дракон, описанный в пророчестве встанет на сторону Песочника? Что тогда? Конец? И сила ему тогда даже не поможет? Смысл-то от неё тогда какой? Если всего лишь из-за решения какого-то ящера он не сможет защитить своих родных и близких? Почему в таком случае сила, доставшаяся ему по воле случая, не досталась кому-то другому, более умелому? Ему-то она не нужна, ему нужны бывалые спокойные деньки, когда о пророчестве не было известно, когда его наследие спало, и он мог спокойно наслаждаться рисованием, радуя окружающих разноцветными картинками и незамысловатыми карикатурами.

Тихое "Мяу", донёсшееся со стороны, а после и нежное прикосновение мягкой шерсти к щеке заставили парня вынырнуть из грустных мыслей и поднять голову на рыжее создание, которое так осторожно к нему ластилось, безмолвно прося поласкать себя, что Анри и сделал. Нежно улыбнувшись, он поднял кошку на уровень своих глаз, заглядывая в жёлтые глаза напротив.

- Красавица, ты случайно номером не ошиблась? Я ведь тебя и убить ненароком мог, - вздохнул юноша, усаживая прильнувшую к его животу кошку на колени и запуская в густую шевелюру животного пальцы, наконец-то обратил внимание на окружающий его мир, да так и застыл, не в силах пошевелиться.

Время-то как раз шло к закату, и солнце уже готовилось скрыться за горизонтом, окрашивая всё вокруг последними лучами в красно-золотистые цвета. Словно завороженный юный художник следил, как уходящее золото сливалось с летней зеленью листьем и сероватым цветом крыш домов, создавая совершенно новые оттенки, доселе никем неизведанные. А потерявшиеся лучи в редких проплывающих облаках только дополняли красочность картины.

Анри даже не заметил, как в его руках появились тетрадь и самый обычный карандаш. Не заметил он так же и то, что эти самые принадлежности для рисования достал буквально из ниоткуда, преобразовав их из самой обычной пролетавшей мимо пылинки.

Мягкими серыми линиями на бумаге появлялись образы, один за другим постепенно соединяясь в один единственный черно-белый рисунок. И как только на картину легла последняя деталь, юноша смог облегчено вздохнуть и уже свежим взглядом взглянуть на зарисовку. Немного нахмурившись, он внимательно всматривался в каждую деталь, с каждой секундой всё больше и больше склоняясь к мысли, что чего-то не хватает. Снова посмотрел на уже почти скрывшееся солнце, стараясь найти упущенное. И словно по мановению чьей-то руки, прежде чем последние лучи полностью исчезли, в мыслях юноши всплыл чей-то образ. А именно образ белокурого юноши, серебро глаз которого блестело пуще прежнего в красно-золотом сиянии. Стараясь не упустить наваждение, юноша с еще большей скоростью продолжил работу, стараясь зарисовать недостающий элемент.

Взглянув на своё маленькое творение, он грустно улыбнулся. Сколько раз он вспоминал того мальчика? А сколько раз он представлял себе его же взрослым юношей? Да наверное, каждую ночь он видел его во сне. И каждый раз он плавной походкой подходил к нему. Показывая тонкую талию, длинные ноги, изящными ручками дотрагивался до его лица и после растягивал тонкую линию губ в нежной улыбке. Анри уже и не вспомнит, сколько раз тонул в его серебристых омутах, хоть и не наяву, но казалось, что, утонув один раз, он уже не сможет из них вынырнуть. А сколько раз он мечтал запустить руки в мягкие белоснежные волосы, пропускать шелковистые пряди по меж пальцев? Даже сейчас он мечтал, что однажды встретит белокурого принца.

***


Резкий шорох из стороны, а после не менее резко выпрыгнувшая доселе спавшая в его руках кошка, заставили юношу сначала вздрогнуть, а потом и вовсе резко вскочить (благо ветка, на которой он сидел, была толстая и вполне позволяла свободно двигаться). От резкого движения очки, и так не слишком крепко держащиеся на носу, слетели. Мерзкое шипение кошки заставило совершенно автоматически обернуться вслед недовольному животному, и в то же мгновение, когда жёлтые глаза встретились с изумрудными, юноша почувствовал, как по телу пробежалась стая мурашек, собираясь в глазах, а точнее в зрачках, которые приняли вертикальное положение. Анри только и успел уловить, как шерсть на теле рыжего создания встала дыбом, и всё... Маленькое тельце издало последних вздох, прежде чем полностью замереть и превратиться в камень. Быстро, начиная от кончика хвоста и заканчивая концами усиков, покрываясь каменной скорлупой.

- Ого, - восхищённый голос вырвал парня из оцепенения. Быстро спрыгнув и стараясь не смотреть на неожиданного гостя, на ощупь найдя очки (дядя Том на пару с Северусом специально создал их для него, чтобы блокировать пока что не полностью взятый под контроль дар), брюнет впервые посмотрел на вновь прибывшего.

- Ди? - удивлено уставился на кузена, который с насмешкой смотрел на неожиданное творение волшебника, однако Анри видел в голубых глазах, за стеной поддельного восхищения, страх. Блондин боялся того, чего только что стал свидетелем. Да и кто бы не испугался, зная, что твой родственник в любой момент может отправить тебя на тот свет, оставив от тебя только камушек.

- Не-неплохо получилось, - что есть силы стараясь сохранить спокойный тон, юноша поднял статую на руки. - Тяжёлая. Ты действительно превратил её в камень?!

- Прекрати, - рыкнул брюнет, отворачиваясь. - От твоего поведения мне только больнее, - пытаясь удержать слёзы отчаяния, с мольбой в голосе выкрикнул он.

- Прости, - тут же попытался оправдаться Дадли, - я просто в шоке.

- Можешь рассказывать сказки своим друзьям, а не магу. Мне достаточно посмотреть на тебя, чтобы увидеть твой страх, - хмыкнул парень.

- Всё не так...

- Я не осуждаю тебя, - улыбнулся художник, наконец-то решившись посмотреть на кузена.

- Я же сказал, что не боюсь тебя, - попытался возразить юноша, однако снисходительная улыбка на лице брюнета ясно показывала, что ему не поверили и даже не собираются верить.

- Это нормально бояться чего-то столь опасного и... - договорить ему не дал неожиданно прилетевший в челюсть кулак.

- Придурок, - Дадли в одно движение оказался восседающим на Анри, - упрямый... - кулак у Большого Ди всегда был тяжёлым, поэтому неудивительно, что из нижней губы сразу же полилась кровь от удара, - ...эгоистичный... - ещё один удар, и парень был уверен - завтра под правым оком будет хороший такой фонарь, - ...излишне самостоятельный ублюдок, который, кроме своего нарисованного мира, не видит реальности, - удары лились один за другим. Дадли не жалел, полностью захваченный единственной мыслью выбить всю ту дрянь, что засела в голове его милого кузена. Очки, уже давным-давно разбитые в вдребезги, валялись где-то в стороне, а Анри только послушно принимал удары, понимая, что подобное он заслужил. Не сказать, сколько минут длилась их небольшая потасовка, в которой брюнет выступал грушей, однако, как только на полностью покрытое кровью лицо брюнета упала первая слеза, занесённая для следующего удара рука тут же оказалась перехвачена, а не совсем маленькое тело блондина подмято под брюнетом. Слезы из синих глаз текли непрерывным ручьём. - Ты хоть представляешь, как мы с мамой волновались, когда думали, что ты навсегда застрянешь в шкуре змея, сволочь неблагодарная?

- А кто просил вас волноваться? - из глубин сердца всплыла такая злость, какой ему ещё не приходилось испытывать. Волновались? Да что они вообще понимают? Они знают, что ему приходится переживать? Они даже представить себе не могли, что, будь его воля, он бы без раздумий остался в теле животного. Всё равно лучше, чем быть чудовищем с человеческим обличьем, когда никто ничего не подозревает, видя в нём безобидного художника, в любой момент может лишиться своей жизни. Почему он не может быть обычным человеком? Почему? Разве мало ему пришлось пережить?

В детстве родители отказались, отец чуть не лишил имени, а что теперь? Кому он будет нужен теперь? Кроме как для убийства собственно брата, никому...

- ...ри, - а что будет потом, когда он, подчинившись заранее предписанной судьбе, станет братоубийцей? Его тоже объявят опасным? Зачем ему такая жизнь?

- Анри... - хриплый голос, еле ворвавшийся в затуманенный разум, заставил опомнится. Глаза больше не застилала пелена ярости, и брюнет смог вернуться в реальность. А реальность его ждала такова, что он, никогда до сегодняшнего дня и мухи не обидевший, сам опустился до рукоприкладства. И теперь его кузен был не лучше его самого. Верхняя губа кровоточила, два зуба с корнями выбиты, и под левым глазом уже сверкал внушительный фонарь. Красавец, ничего не скажешь.

- Извини, - опомнившись, Анри резко поднялся на ноги, протягивая руку, за которую тут же ухватился Дадли, поднимаясь следом.

- Выпустил пар?! - хмыкнул блондин, сплёвывая кровь вместе с ещё одним зубом. Брюнет покраснел, опуская голову:

- Извини.

- Хватит извиняться, - прошипел Дадли, осторожно притронувшись к разбитой губе. То ли от негодования, то ли от боли, но блондин был явно недоволен, раз его так перекосило.

- Извини...

- Поттер... - не будь он сам избит, точно бы ещё раз набросился на недальновидного кузена.

- Я уже давно не являюсь Поттером, - огрызнулся Анри, рукавом стирая кровь с лица.

- Ошибаешься, - хмыкнул Колубрум-младший, поднимая с земли разбитые очки. - Держи. Вряд ли их получится починить, но они тебе и не нужны.

- Спасибо, Большой Ди, - забирая у кузена свою вещь. Хотя они ещё не успели стать его. Крёстный то от силы день назад ему их вручил.

- Всегда пожалуйста, - схватив брюнета, Дадли с удовольствием растрепал тому волосы, радуясь, что его обожаемый младший братик прекратил хандрить. - Я тебе, кстати, сейчас мстить буду за разбитый нос, - остановившись, неожиданно серьёзным тоном пригрозил он. Брюнет от неожиданности и сам прекратил смеяться и, удивлено подняв голову, заглянул в голубые глаза. - Тебя, братишка, женить собрались. Через неделю встречаешься с женишком своим.

- Что?



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Понедельник, 30.03.2015, 20:40 | Сообщение # 22
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 15


Тик-так, тик-так, тик-так…

Под равномерное тиканье часов Ричард Поттер, в узком кругу ныне более известный как Часовщик, с предвкушающей улыбкой на бледном, без единого намёка на естественный для юноши его возврата румянец, лице проследил за песчинками, плавно осевшими на дне клепсидры.

- Ещё немного, - подняв взгляд чуть выше, туда, где находилась оставшаяся крошечная часть того песка, что лежал в нижней части часов, прошептал юноша. Всего несколько песчинок, каждая из которых обозначала часть жизни. Казалось, что вот-вот и они упадут, полностью заполняя собой древний артефакт.

- Ты неплохо постарался, Альд, - Ричард обернулся на звук открывающейся двери. В проёме стоял темнокожий молодой парень. Хотя какой он молодой? Пусть внешне ему не дашь больше двадцати, Ричард-то знал, что этому "юноше" уже давно за сотню перевалило.

Как и его сородичи, мужчины из Северной Америки, Альд был высоким, два метра с хвостиком, и с соответствующими росту габаритами. Темнокожий, без единого волоска на голове, но с маленькими усиками вокруг пухлых губ. Чуть длинноватый нос и тёмно-карие, почти чёрные глаза, которые сейчас недовольно щурились, обещая испепелить мальца на месте.

- Если бы использовали обычных детей, то они бы уже давно были полными, - недовольно прошипел он на "как бы" друга.

- Я против, - непреклонно возразил Поттер, - и ты обещал больше не возвращаться к этой теме, - чуть сильнее сжав тонкое стекло, блондин еле сдержал себя, чтобы не врезать товарищу. И плевать, что он в разы старше его, и опыта по управлению своей силой у него больше.

- Может, тогда стоит наладить отношения с матерью? Хотя какие отношения? Она ведь не простит твои проступки, - ухмыльнулся мужчина, безжалостно пользуясь слабостью мальчишки. Да, нелюбовь Лили к своему младшему сыну была больной темой для Ричарда. Он не мог принять того факта, что эта женщина предпочла ему, почти всесильному магу какого-то сквиба, у которого даже имени рода нет.

- Альд... - прорычал юноша. Синий цвет в его глазах залился золотом, а песчинки в часах вдруг закружились вихрем. Однако темнокожий продолжал невозмутимо стоять в дверном проёме и насмешливо смотреть на мальчика. - Делай свою работу, - сквозь зубы прошипел Ричард, прикрывая глаза. Только спонтанного выброса магии ему не хватало, - и не забывай, только те, что для нас подбирает мисс Роза.

- Сиротки, бездомные, редкие вампирёныши и никаких "нормальных". Это же так плохо - отбирать деток у их родителей. Всё я помню.

- Молодец, что помнишь, - хмыкнул юноша. - Проследи, чтобы и остальные не забыли...

- Не зазнавайся, мальчишка, - вдруг прервал американец, недобро так глядя на юношу, - приказывать будешь своим магам, а не нам.

- Хм? - вопросительно изогнув светлые брови, уставился на него блондин, краем глаза отмечая, что на дно опустились ещё несколько песчинок. - Не понимаю, о чём ты. Вы мои "друзья". А как можно приказывать друзьям? - совершенно серьёзно прозвучавший вопрос ввел темнокожего в ступор. - Тем более, разве я позволил бы магам вот так беспрепятственно разгуливать в МОЁМ доме? Или позволил бы жить здесь? Поверь мне, я не настолько добр, чтобы скрывать от мира сего недоброжелателей его. Так что успокойся. Ведь это благодаря мне тебе не нужно прятаться в своих подземельях. Или предпочтёшь туда вернутся? - невинно поинтересовался юноша.

- Намёк понят, - хмыкнул Альд и, больше не говоря ни слова, быстро покинул комнату. Не сказать, что он ненавидел блондина, недолюбливал - это да, но не ненавидел. Скорее, он замечал в нём ту частицу, которой не было у него самого, ведь Ричард не побоялся своей сущности и, если бы не обстоятельства, кричал бы на каждом углу, какой он сильный, и что находится в его руках. А он боялся. Боялся, что не совладает с собой и причинит вред не только себе, но и окружающим. И пусть сейчас он добровольно калечит жизнь детям, но ведь каждый из тех, кому довелось стать жертвой его магии, и не жил вовсе, так, существовал. Без семьи, без любви... без цели.

Как и он когда-то...

Вечно молодой, обречённый хоть и не на бесконечную, но и без того длинную жизнь. А потом он случайно встретился с этим мальчишкой. Каким ветром его занесло к самим окраинам Мексики, Ричард упрямо умалчивал, однако... Не свались он буквально ему на голову, Альд бы так и не решился вылезти из своего убежища. Так что он был даже благодарен своему юному товарищу.

Но это не меняло того факта, что периодическое обострение самоуверенности выводило американца из себя, и он был бы рад прямо на месте закопать наглеца.

***


До слуха Ричарда донеслось несколько шипящих высказываний:

- Лонгвей прибыл, беги встречать, - пробурчал мужчина достаточно громко, чтобы адресат услышал, - иначе беспорядок, устроенный этим чудовищем, убирать будешь ты, - уже тише добавил он.

Впрочем, Альд преувеличил. Лонгвей не был никаким чудовищем, всего лишь подростком, лет эдак на двадцать старше самого Ричарда, но это, по мнению азиата, были незначительные мелочи, которые не мешали ему постоянно виснуть на блондине.

- Ричи, - стоило блондину появиться в гостиной, как с радостным визгом на нем повисли шесть с лишним стоун в виде худощавого тельца.

- Лонг, - скорчившись под весом паренька, прохрипел Ричард. Ему не улыбалось быть задушенным слишком энергичным Песочником, поэтому юноша постарался настойчиво, но, тем не менее, осторожно отцепить от себя явно недовольного подобным азиата, так что не удивительно, что тот уцепился в шею Поттера пуще прежнего и, довольно жмурясь, прижался к нему. - Да отцепись ты от меня уже! - не силах больше терпеть подобного издевательства, с силой оттолкнул от себя парня. Тяжело дыша и чуть ли не пар из ушей испуская, Ричард посмотрел на вполне довольного жизнью Лонгвея. Тот каждой клеточкой своего тела излучал молодость и энергичность. Даже не смотря на свой небольшой рост (на две головы ниже Ричарда), юный китаец был широк в плечах и с не менее внушительной мускулатурой, чем у Альда. Чем не брезговал пользоваться, когда желал повиснуть на своём младшем союзнике, при этом используя немалый запас сил, отчего и отцепить от бедного парня его было невозможно.

Чем было вызвано подобное обожание, история в лице самого Лонга упрямо умалчивала. А так, как он был первым, кто познакомился с Ричардом, то и свидетелей их знакомства не было.

Отбросив выбившуюся из тугого хвоста тёмную прядь длинных волос назад, Песочник, сощурив и без того узкие глаза, с твёрдым намерением снова заполучить в свои крепкие объятия младшенького пошёл в наступление.

- Ричи... - промурлыкал он, резко сорвавшись с места. Увы и ах, в руки поймал он вовсе не ловкого гриффиндорца, а не особо приятную пустоту. - Стоять! - прорычал он, резко оборачиваясь, и как раз вовремя. Возле кресла небольшим вихрем закружился золотистый песок, постепенно приобретая вполне знакомый окружающим силуэт. - Попался! - радостно возвестил парень, сжимая в объятиях тело блондина.

- Будь ты проклят, Лонг, - прорычал Часовщик, с неким сожалением усевшись на пол, тут же чувствуя, как ему на спину опускаются крепкие руки, а над ушами тихо мурлычут:

- Ты в самом деле думал убежать от своего учителя? - хотелось Ричарду ответить, да не успел. Посреди комнаты неожиданно закружил ветер, в котором спустя мгновение недовольно что-то прорычали и выбросили из него нечто, отдаленно похожее на тело человека, плотно закутанное в тёплое одеяло, только пол-лица и видно. Наверное, специально оставили, чтобы не задохнулся тот, кому не посчастливилось оказаться в коконе.

- Кто это? - спросил Ричард, поднимая глаза на хитро улыбающегося брюнета. В том, что это нечто притащили сюда именно по его инициативе, гриффиндорец не сомневался.

- ОЧЕНЬ занимательный материал.

- Опять твои исследование? - сощурил глаза. - Меня тебе что ли мало было?

- Твой случай тоже очень интересный. Всё-таки, в истории Песочников ещё не было такого, чтобы носитель силы практически потерял контроль над собой. Эх, где бы ты был, не найди я тебя тогда, а, Ричи?

- Именно поэтому я сопротивлялся твоим издевательствам, - недовольно пробурчал парень. - Но всё же. Кто это?

- Такая же, но одновременно другая.

- Другая? - не понял Поттер.

- Тысяча лет заточения в лёд даже для Песочника не может пройти бесследно.



п/б: простите, задержка проды - моя вина.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
ОлюсяДата: Среда, 15.04.2015, 20:41 | Сообщение # 23
Черный дракон

Сообщений: 2895
« 180 »
Глава 16

Примечание авторов: Христос Воскрес!!! С праздником всех!


Океан. Море. Озеро. Река. Черное, синее, зелёное, кристально чистое, огромное, глубокое, бушующие или тихое. Столько оттенков, столько определений... Для воды. Обычной воды, которая, тем не менее, несёт в себе столько тайн. Без неё не проживёт ни одна живая душа, для некоторых она ещё и дом или просто укрытые от солнечного света, от воздуха.
Ричард ненавидел воду. Стоит только прикоснуться к кристальной поверхности, как тело пробивает дрожь, а пальцам становится неприятно. Нет, она не была для него опасна. Это было бы смешно, если бы его практически бессмертное существо могла убить какая-то вода. Он просто в ней не нуждался. В горле не сохло, тело не изнывало от недостатка. Поэтому юный Песочник не понимал и не принимал самого факта существования того, что он не может уничтожить.
Вода... Её нельзя высушить, из неё нельзя извлечь жизнь, только из её обитателей. Испарить, но и это малоэффективный способ от неё избавиться. На следующий день пойдёт дождь, и моря с океанами снова наполнятся до краев, и так по кругу.
- О чем задумался, Часовщик? - бархатный, холодный, практически неживой голос ворвался в думы юноши, отрывая его от созерцания бегающих по глади воды бликов. Сегодня море на удивление спокойное, так почему бы не полюбоваться им?
- О нашем предназначении, - усмехнулся Ричард, даже не думая оборачиваться к собеседнику. - Какова истинная причина нашего существования? Какой прок от этой силы, если мы даже не способны превратить в песок нечто настолько элементарное, как вода, - опустившись на корточки и опустив руку в воду, погружая её в промокший песок, тихо проговорил юноша. - Как мы можем называться бессмертными, если существует некто, кто способен нас убить? - проследив, как сквозь пальцы уходит вода, блондин повернул голову. Тепло улыбаясь и скрестив руки за спиной, стояла молодая девушка лет двадцати на вид. На её утончённом лице отражалось сострадание и понимание. И Ричард, возможно, поверил бы, если бы не одно "но"... В нежных на вид голубых глазах застыли льдинки. Не живые, хрустально чистые, от одного взгляда в эти прекрасные глаза становилось холодно. Да что там, даже воздух с появлением девушки похолодел.
- Я ещё не умею это контролировать, - как бы оправдываясь, виновато опустила девушка голову. Сколько в этом на первый взгляд невинном жесте было фальши. Словно кукла. Да, именно кукла. Даже красота девушки, которую не мог не признать блондин, была кукольной. Смазливое лицо, блеск равнодушных глаз в обрамлении длинных ресниц, пухлые как самое сочное яблоко алые губы и улыбка, как дополнение внешнего вида. Платиновые коротко стриженые волосы не скрывали изящную шейку, вниз за которой следовала спортивная фигура. Идеальная, если бы не "мёртвая".
- Что ты здесь делаешь? Сомневаюсь, что Лонг добровольно отпустил свой подопытный материал гулять в одиночестве, - Поттер вернулся к прерванному занятию. И снова ловил взглядом солнечных зайчиков.
- Часовщик, ты спрашивал о нашей природе. Думаю, я смогу тебе ответить.
- Да неужели? - изогнув в показном удивлении бровь, Ричард вновь посмотрел на свою собеседницу. - И что же "кукла"... - так про себя прозвал её парень, - ...которая более тысячи лет провела запечатанной в лёд, может знать о современном мире? Ну давай, попробуй заинтересовать меня.
- Время течёт, мир меняется, всё меняется, но цель, с которой рождается Песочник, никогда не изменится.
- Продолжай...
- Мы другие, Часовщик, - усмехнулась блондинка. - Мы не люди, но и каким-нибудь существом нас назвать нельзя, мы не живые, но всё равно зависимы от кислорода... Мы не подвластны времени, но не вечны. Мы созданы для уничтожения, для нас не существует другой цели.
- С чего ты это взяла? - недоуменно спросил парень, не до конца понимая смысла сказанного. Девушка, склонив голову немного вбок, внимательно посмотрела на вмиг насторожившегося неожиданным вниманием гриффиндорца.
- Ты не помнишь... - хмыкнула она. - Я не могу назвать причины, но... Почему-то "он" не вложил в тебя знания. Впрочем, точно так же, как и твои друзья не помнят.
- Объясни, - потребовал Часовщик, поднимаясь на ноги, продолжая в упор смотреть на собеседницу. - Что за память? Чья? И кто это "ОН"?
- Он - это наш создатель. Тот, кто пожелал наказать неверных и показать, что не стоит идти против его воли. Говоря современным языком - Бог.
- Что..?
- Более двух тысяч лет назад, когда на землю взошёл сын его, и когда воротился в дом его, решил Отец Великий покарать неслужителей, тех, что обратились к дьяволу и предались пороку. Создания, подобные человеку, с силой дарованной и благословенной, но угрожающей и уничтожающей, должны были покарать, даровать прощение и возвратить заблудшие души на путь истинный... - Ричард удивленно смотрел на девушку, которая, сложив руки в молитвенном жесте, нежно говорила и... О, Мерлин. Впервые с момента её пробуждения в её словах были эмоции. Такого обожания и восхищения он даже от поклонников Дамблдора не слышал.
- Ты где подобной фигни набралась? - решил всё же вмешаться в десятиминутный монолог парень. Ему уже порядком надоело слушать эту чушь о каком-то там благе и прощении, наравне со смертью и наказанием неверных.
- Это моя память, - совершенно спокойно ответила девушка, вмиг прекратив качаться из стороны в сторону и улыбаться в стиле "я сошла с ума".
- И? Где в этой памяти обещанные мне объяснения? - спросил вконец раздражённый, но всё еще сдерживающийся парень.
- Мм? - непонимающе уставилась на него собеседница, и во взгляде её прямо читалось "А я по-твоему сейчас что рассказывала?"
- Ладно, спрошу по-другому, - чуть ли не шипя, прошептал Ричард. Любопытства, впрочем, как и у всех гриффиндорцев, у него было с избытком, а эта девчонка, по словам Лонгвея, была одной из первых Песочников. - Ты можешь повторить то, что недавно говорила, только на понятном мне языке? Если нет, то, боюсь, придётся искать переводчика, иначе я ни слова не пойму.
- Конечно, - с готовностью ответила Песочник и, опустившись на землю, притянула колени к груди и монотонным голосом продолжила: - Если говорить, как ты выразился, понятным языком, то наше существование действительно берет начало со времён рождения сына Божьего. В мире его, кажется, Иисусом из Назарета называют.
- Это персонаж христианской веры. Ему маглы поклоняются. Маги же привыкли доверять фактам, так что о нём только из магловедения и знаем.
- Д-да, - неуверенно проговорила девушка, поудобнее устроив подбородок на сложенных на коленях руках, - но он действительно существовал. Мне ваш учёный рассказал, что упоминания о нём можно найти только в "Библии"...
- А ещё в разных историях, придуманных маглами, сказках, мифах, легендах и прочей фигне. Давай дальше.
- А ты нетерпелив, - усмехнулась собеседница.
- Ошибаешься. Ждать я умею, и уж терпения мне точно не занимать. Но вот Лонг подобным качеством не обладает, и пока он не вернулся с новой "куклой", мне бы хотелось узнать твою версию этой истории.
- А что, существуют и другие? - удивилась девушка.
- А ты думала, наше существование на протяжении тысячи лет осталось незамеченным? Конечно же Песочников пытались ловить и изучать. Более того, существует несколько задокументированных фактов их деятельности, а особо деятельные даже строили свои версии нашего появления и природы наших способностей.
- Как интересно... - глаза блондинки заблестели неподдельным интересом. Неужели гиперактивный азиат оказался прав насчет того, что эта... "кукла" просто перележала во льду, и нужно время, чтобы не только тело, но и сердце и эмоции девушки оттаяли?
- Я тебе потом книжку дам, почитаешь, - раздражённо рыкнул на неё юноша. И почему именно ему приходится возиться с ней? А всё потому что брюнет мелкий сказал своей "подопечной", что, в случае чего, она обязательно должна пойти к нему, и ни в коем случае не к кому-нибудь ещё. Хотя учитывая, что и обитало их в доме не так уж много, а половина так вообще по заданиям разбежались, выбор единственной девушки на острове всё равно был невелик. "Будь ты проклят, Лонгвей" - Ричард мысленно закопал коротышку в его же собственный песок.
- Я не умею, - жалостливо проныла она.
- Что...? - не сразу понял юноша. - Читать не умеешь? - получив утвердительный кивок, со вдохом продолжил: - Научишься. Альд научит.
- Правда? - ну точно тает. Ещё чуть-чуть, и этот детский восторг в голубых глазах будет настоящим.
- Правда. Продолжай, - потребовал он, тоже опустившись рядом с ней на землю в ожидании продолжения рассказа. Заняться всё еще нечем, а её слова могут оказаться правдой.
- К моменту, когда Иисуса распяли на Голгофе, я и другие уже были созданы. Отец был недоволен, что его сына предали, и уже тогда хотел отправить Карателей (как он сам нас нарёк) к людям, но Иисус пожелал возродиться и дать человечеству ещё один шанс. И "казнь" пришлось отложить ещё на тысячу лет, так как люди, если и ослушивались слова Божьего, то прегрешения эти были мелкими и почти незначительными. Но вот потом наступил перелом. Войны, великие войны. Люди перестали верить в Бога, возомнили себя всесильными. Взять хотя бы Юлия Цезаря или вашу Моргану. Они поставили себя на один уровень с Создателем, пали к ногам Дьявола, и это Богу не понравилось. Тогда-то и стало понятно, что человечество вконец погрузилось во тьму, а нам было велено очистить Землю.
Семь уголочков мира, на каждый - один Каратель. С того момента для нас закрылись двери во дворец Творца. Мы были обречены вечно скитаться по Земле, умирая, тут же перерождаясь, и так по кругу; быть её стражами, чтобы больше не допускать подобного. Но, помимо этого, было принято решение, что родимся мы обычными людьми. Поэтому, оборвав с нами все связи, оставив только память, Отец не учёл, что мы можем привязаться к своим семьям. Как было со мной... Меня направили на Антарктиду, тогда ещё прекрасный остров, его же именем я и названа. У меня была сестра-близнец, которую я очень любила, и хотя я помнила, что мне нужно сделать, я не могла позволить ей умереть. Поэтому попыталась забыть о "наказании" и просто наслаждалась жизнью. Долгой жизнью, настолько долгой, что я могла себе позволить дожидаться старости сестрёнки, а уже потом вместе со всеми даровать ей прощение.
До меня доходили слухи, что Африка смог осуществить свою миссию только наполовину, потом неизвестный его убил. Знала, что Южная Америка полностью осушила тогда ещё неизвестную за океаном землю, как и почувствовала смерть Европы и Азии ещё до того, как их память пробудилась. И по-настоящему испугалась, когда поняла, что Северная Америка не была убита, но её силы были запечатаны.
Кроме меня никого не осталось. Слова о том, что мы неуязвимы, были ложью. Может, нас нельзя убить мечом, даже магия против нас - ничто, но мы не бессмертны. Кто-то может нас убить, а люди способны удержать данную нам власть. И даже не смотря на то, что я знала, что убитые снова родились, я так же знала, что умирали они ещё в утробе новой матери, и так несколько раз, пока не наступил мой день. Нам с сестрой тогда было чуть за сорок, когда на нашу землю неожиданно ступили маги. Они в совершенстве владели стихией воды и по неизвестным причинам начали покрывать всё льдом. Деревья, дома, реки - всё в один миг превратилось в один огромный айсберг... И моя сестра тоже. Они забрали последнего родного человека, последнее, что удерживало меня от разрушений. Ярость, что родилась во мне, вылилась полным обращением половины острова в песок. Жизни магов я забирала по крупице, медленно высасывая из них энергию, при этом чувствуя, как сила наполняет тело, возвращая мне потерянные годы.
У времени не было власти надо мной - я упивалась этой истиной. Я думала, что раз я ему не подвластна, то почему бы мне не подчинить время себе?! Почему-то была странная уверенность, что раз я смогла вернуть себе молодость, забрав время жизни, отведенное магам, то смогу и вернуть свою сестру, забрав её у прошлого. Так появился артефакт, которым ты сейчас владеешь, Часовщик. Я не успела им воспользоваться, - девушка странно улыбнулась, на мгновение запнувшись. - На меня напали маги, которые смогли убежать. Я не могла превратить воду в песок, и они воспользовались этим преимуществом, заточив меня в ледяную тюрьму. Последнее, что я помню, прежде чем провалиться в забытье, это довольная рожа того, кто убил мою сестру, - блондинка замолчала, выжидающе уставившись на своего визави.
- Говоришь, существует кто-то, кто способен убить Песочника? - не отрывая взгляда от морской глади, шепотом спросил юноша, пытаясь переварить услышанное, которое явное не спешило укладываться в его блондинистой голове. Да и разве это возможно?
- Да, но, думаю, раз вы смогли родиться, значит, с ним что-то случилось, - неуверенно подтвердила блондинка.
- Посланник Смерти...
- Что? - на Ричарда уставились непонимающие голубые глаза.
- Историки, ученые да разные археологи, будь то маглы или маги, утверждают, что убить Песочника способен лишь Посланник Смерти. Мол, мы такие чудовища, порождения тьмы, взбунтовались против его величества Бога Смерти, и его доверенное лицо на нас охотится, - склонив голову, улыбнулся парень, осознавая глупость сказанных им слов, однако девушка смотрела на него совершенно спокойно, а в следующее мгновение в её глазах отразился такой страх, что гриффиндорцу захотелось надавать себе тумаков за то, что напугал это прелестное создание. - Да ладно, ты же в это не веришь? - нервно улыбнувшись похлопал он... Антарктиду (так вроде она представилась) по плечу.
- Не верю, - активно замотала та головой и тут же резко поднялась, выкрикивая: - А вдруг он действительно существу...? Ой! - пискнула блондинка, скривившись.
- Неудобно? - наблюдая за тем, как девушка пытается оттянуть ткань джинсов от коленок, спросил блондин.
- Неудобно, - прохныкала девушка. "Затекли" - понял Ричард, когда она начала растирать колени. - Эти...
- Джинсы, - подсказал он.
- Джинсы, - повторила Песочник, пробуя слово на вкус, - немного жмут, и двигаться неудобно.
- Не жмут, это точно. Макс неплохо разбирается в моде. К тому же, он снимал с тебя мерки. Просто они заужены, а ты довольно долго сидела в одной позе, вот ноги и затекли. Сейчас пройдёт.
- Всё равно неудобно... - в уголках глаз неожиданно выступили маленькие капельки слёз, что заставило Ричарда замереть. Только не женские слёзы!
- Ей, не реви, - попытался он успокоить девушку. - Я попрошу достать для тебя платье. Хоть в нём и не повоюешь, но ты мне нравишься, да и историю интересную рассказала...
- Это не просто история, это мои воспоминания, - возмутилась блондинка, рукой смахивая с лица непрошеные слёзы.
- Ладно-ладно, я понял. Не история, только не реви, - "Ненавижу женские слёзы" - про себя добавил юноша.
- Ты мне не поверил, да? - Антарктида понимающе хмыкнула, даже не пытаясь скрыть разочарования в голосе.
- Ну почему же...? Очень даже интересно было тебя слушать...
- Ладно, забудь, - неожиданно строго, возвращаясь к прежней холодной манере, потребовала девушка. - Ты ведь собираешься выступить против магов?
- Да-а, были подобные планы...
- Тогда я с тобой, - во взгляде напротив, который мгновение назад был наполнен тоской и грустью, сейчас отражалась жажда убийства. "Да" - гриффиндорец мысленно ухмыльнулся, - "То, что нужно."
- Даже если придётся сражаться против таинственного "убийцы"? - всё же уточнил брюнет. Вдруг страх перед этим мифическим существом, способным "развеять" песок, окажется сильнее, чем желание отомстить за сестру?
- Я... - как и ожидалось, девушка замялась, но уже в следующее мгновение на её лицо вернулась прежняя уверенность. - Даже если придётся пойти против самого Дьявола.
- Ну тогда не смею возразить даме.



«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
VeronicaДата: Среда, 03.05.2017, 19:44 | Сообщение # 24
Подросток
Сообщений: 9
« 0 »
Уважаемый автор!!!!Когда будет продолжение этого Восхитительного произведения??????


Panova
 
Форум » Хранилище свитков » Слэш » "Художник и Дракон" !!ПРОДА!! гл 16 от 15.05.2015 (R~ГП/ДМ~AU, Школа~миди~в работе)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: