Армия Запретного леса

Четверг, 29.09.2022, 08:58
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен продлен на 2022 год! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен продлен на 2022 год!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Слэш » Как карта ляжет (ГП/ДМ, NC-17, ООС, AU, миди, в работе)
Как карта ляжет
alexz105Дата: Вторник, 08.02.2022, 16:56 | Сообщение # 1
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Автор: alexz105
Бета: Daylis Dervent
Персонажи: Гарри Поттер/Драко Малфой, Альбус Дамблдор, Северус Снейп, Гермиона Грейнджер/Блейз Забини, Рон Уизли
Рейтинг: NC-17
Жанр: Юмор, Первый раз, Романтика, AU
Размер: Миди | 11 Кб
Статус: В процессе
События: Шестой курс, Тайный план Дамблдора
Предупреждения: ООС, AU, Нецензурная лексика, Гет)
Дисклаймер: Все принадлежит Ро
Аннотация:«I solemnly swear that I am up to no good».
"Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю."
Вот что на самом деле написано на карте Мародеров.
Потому что одними только добрыми намерениями вымощена дорога лишь Туда-Куда-Все-Знают.
"Шалость удалась" - это только для тех, кто любим и любит, и готов бороться за свою любовь в независимости от того,
"Как карта ляжет".



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Вторник, 08.02.2022, 16:57 | Сообщение # 2
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Альбуса Дамблдора

«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.




В кабинете директора Хогвартса полыхнуло багровое пламя. Дамблдор отпустил Фоукса и устало сел за стол в свое кресло.

Словно по мановению волшебной палочки на столе появились стакан с чаем и вазочка с лимонными дольками.

Директор Хогвартса слегка поддернул рукава своей мантии, с неудовольствием осмотрел почерневшую кисть левой руки и взялся за чашку.

— Оказывается, в те годы я многого не понимал, — пробормотал он, хрустя конфеткой.

Закончив чаепитие, Дамблдор вытащил из кармана и положил перед собой сложенный плотный лист пергамента. Неторопливо извлек палочку и провел над листом. Над пергаментом поднялось небольшое белое облачко, в котором стремительно побежали буквы, складываясь в слова.

— I solemnly swear that I am up to no good, — прочитал директор, — что надо понимать, как "Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю". У Джеймса всегда было хорошее чувство юмора, но никакого таланта к рифмованию. Впрочем, этого от него никто и не требовал.

Директор коснулся пергамента палочкой и произнес добытый пароль.

Карта развернулась и представилась от имени создателей:

«Господа Лунатик, Бродяга, Сохатый и Хвост, поставщики вспомогательных средств для волшебников-шалунов, с гордостью представляют своё новое изобретение — Карту Мародёров».

— Изобретение, — грустно усмехнулся Дамблдор. — Они так и не разобрались до конца в магии этой карты. Джеймсу в юности не хватало скромности, а Сириусу — терпения, Люпину — уверенности в себе, а Питеру не хватало всего сразу — скромности, терпения и уверенности в себе. Вообще непонятно, как он затесался в компанию этих башибузуков. Впрочем, каждому из Мародеров было приятно видеть в Петтигрю гротескное отражение своих собственных недостатков, а когда они стали постарше, Поттер с Сириусом и вовсе приспособили недомерка для осуществления своих пубертатных фантазий. Эх, молодо-зелено...

То ли от избытка чувств, то ли от воспоминаний он подвигал бородой и замолчал, погрузившись в размышления.

— Впрочем, ладно, — спохватился он через некоторое время, — пора приниматься за дело. Пока наш драгоценный декан Слизерина не поплатился головой из-за опрометчиво принесенного Непреложного Обета, попробуем убедить младшего Малфоя свернуть с гибельного пути, на который его направил Том Реддл.

Дамблдор нашел на карте Малфоя в Выручай-комнате на восьмом этаже и удовлетворенно кивнул, потом обнаружил Поттера в спальне Гриффиндора и коснулся его имени палочкой.

— Гарри, просыпайся! Гарри, вставай! Малфой в Выручай-комнате творит темные дела!



Гарри бежит по ночному Хогвартсу и слышит топот преследующего его Снейпа. Ноги словно ватные и не слушаются, а позади все ближе и ближе дыхание зельевара. Вот в плечо его вцепилась рука и, дернув, заставила остановиться. Он поворачивается, чтобы наградить зельевара презрительным и гневным взглядом, но видит перед собой образину Филча, обрамленную нечистыми патлами. Завхоз кривит губы и голосом Дамблдора кричит ему в лицо:

"Малфой в Выручай-комнате творит темные дела!"

Филч хватает его в охапку и забрасывает прямо на восьмой этаж. Гарри вжимает голову в плечи, чтобы уберечь ее, когда будет пробивать каменные перекрытия Хогвартса, и стремительно летит вверх!

Хрясь!

Очумело мотая головой, Поттер понял, что лежит на полу рядом с кроватью.

Фу, ты, дементоры корявые, приснится же!

Гарри бросил на кровать смятое в гармошку одеяло, хотел улечься сам, но понял, что сна у него ни в одном глазу.

Сходить отлить, что ли? Или не только отлить? Увеличившийся в размерах орган недвусмысленно требовал внимания владельца.

Поттер нащупал босой ногой фланелевые тапочки, и тут его словно подушкой по голове ударило:

"Малфой в Выручай-комнате творит темные дела!"

Он еще с минуту соображал, бессмысленно таращась в темноту, а потом начал лихорадочно одеваться.

Спустя несколько минут под неодобрительные замечания Полной Дамы Гарри выскочил из гриффиндорской гостиной и направился к главной лестнице, ведущей на верхние этажи.



Малфой обессиленно ткнулся лбом в прохладную шершавую панель створки Исчезательного шкафа.

Столько усилий и никакого толку.

Нектере Гармония Пасус, блин!

Сначала предметы, помещенные в шкаф, не желали исчезать, потом начали исчезать, но не возвращались. Месяц ушел, пока вернулось первое яблоко в обугленно-запеченном состоянии. К концу еще одного месяца обугленность яблок ушла, но запечённость осталась.

Сегодня с какой-то безумной надеждой и исступлением Малфой запихал в шкаф живую птичку малиновку, но обратно получил этот символ английского Рождества в сильно зажаренном виде. Рядом с птичкой лежал полусгоревший пергамент, исписанный размашистым почерком тети Беллы. Впрочем, разобрать можно было только два слова: "придурок" и "задница".

Малфой стоял, проклиная свое невезение, которое в последнее время можно было назвать уже фамильным.



Дамблдор ткнул палочкой в карту и попал точно в дверь Выручай-комнаты.



Они встретились у шкафа, и, по крайней мере, один из них точно был не рад этой встрече. Точнее, не рады были оба.

— Малфой!

— Поттер!

Два старых противника и врага жгли друг друга взглядами.

Первым открыл рот Малфой. "Шпионишь по ночам, Шрамолобый?" — хотел сказать он...

Дамблдор ткнул палочкой в фамилию Малфоя. Губы его почти беззвучно шевельнулись.

— Помочь пришел, Поттер? — спросил он вдруг.

Поттер открыл рот для ответа. "Темным делишкам я не помощник", — хотел сказать он.

Дамблдор ткнул палочкой в фамилию Поттера. Губы его опять шевельнулись.

— А чем ты занят, Малфой? — и сам изумился своему вопросу.

"Не твое дело, Шрамолобый!" — хотел отбрить тот, но губы директора вновь шевельнулись и вместо этого у Драко вырвалось:

— Спасаю жизнь отца и матери.

Поттер опешил. Первый раз за все годы Малфой ответил на его несколько странный для их общения вопрос. Спасает отца и мать? Ч-ч-черт. И как на такой ответ реагировать? При таком повороте разговора у него куда-то пропали вся злость и агрессия. Но и молчать было глупо.

"Отца спасаешь от дементоров, а мать от скуки мэнора?" — из последних сил хотел съязвить Поттер, но опять незримо вмешался директор.

— И что ты должен для этого сделать?

Малфой уже вообще не понимал, что происходит.

Обычно после такой встречи и обменом парой реплик следовала хор-р-рошая драка на кулаках или дуэль на палочках, пока один из них не вырубится от заклятия. А это что за светская беседа старых приятелей?

"Отвали ты от меня, придурок гриффиндорский!" — хотел заорать Малфой, но вместо этого у него против воли вырвалось:

— Убить Дамблдора! — и застонал от осознания своей идиотской откровенности.

"Я чувствовал это! — стукнуло в голове Поттера. — Я это спинным мозгом чувствовал! Понятно теперь, чем хорьку пригрозили и кто пригрозил. А делать-то что?"

— Ну ты попал, Малфой! Ничего себе выбор — стать убийцей или погибнут родители...

Дамблдор сидел, напряженно вслушиваясь в диалог. В последнюю фразу Поттера он уже не вмешивался.

— Пошел ты, Поттер, — почти простонал Малфой.

Лицо его задрожало, он не выдержал и, опустившись на пол, прижал ладони к лицу. Плечи его затряслись.

"Вот черт!"

Поттер растерянно стоял рядом с Малфоем, которого била истерика, и не знал, что делать. Самым правильным было бы просто уйти, но почему-то он не мог этого сделать.

Поттер присел на корточки рядом с Драко и попробовал заглянуть ему в лицо.

— Да погоди ты. Может быть... может, можно еще что-то придумать?

— От-ва-ли, — прерывающимся голосом пробормотал Малфой.

Предельное напряжение, длящееся уже несколько месяцев, настолько вымотало его, что, выплескивая эмоции рыданиями, он никак не мог остановиться.

— Вставай, пошли. Вставай, Малфой. Выйдем и сразу же вернемся сюда...

В этот момент Дамблдор понял, что задумал Поттер, но выходить из Выручай-комнаты с риском, что их застукает завхоз или дежурный преподаватель, было неразумно. Директор ткнул палочкой в контур Выручай-комнаты.

Поттер не успел договорить, как свет погас и через мгновение снова зажегся.

Все вокруг разительно изменилось.

Исчезло нагромождение вещей, и затхлая атмосфера затоваренной свалки уступила место спокойному уюту небольшой гостиной с креслами и камином.

— Та-а-ак, — протянул Поттер, не зная, что и подумать.

Творилась какая-то чертовщина.

Весь этот неожиданный разговор с Малфоем, его истерика и неожиданно раскрывшаяся правда о ситуации, в которую попал хорек, выбили его из привычной колеи.

И это было неприятно.

Он был твердо уверен, что Малфой — отъявленный негодяй, готовый на любое злодейство, и носит на предплечье знак доверия Волдеморта.

А сейчас этот "отъявленный негодяй" давился рыданиями на полу грязного склада... то есть, уже на ковре гостиной, интерьер которой был немного странным...

Поттер оглянулся по сторонам.

Действительно, дизайн гостиной вызывал некоторые вопросы.

Стены были обиты серебристо-зеленым шелком. Диван вызывающе сверкал багровым гобеленом с золотым орнаментом. Кресла затейливо отсвечивали всеми оттенками зелени на фоне серебристого камина, и все это стояло на карминном паркете с золотистым ковром.

У Поттера даже немного зарябило в глазах.

Впрочем, надо было что-то делать с Малфоем.

Недолго думая, Гарри подхватил Драко под мышки и сгрузил его в одно из кресел.

Малфой на несколько мгновений оторвал руки от лица, покрасневшие глаза его окинули изменившуюся обстановку и снова спрятались под ладонями.

Поттер приметил в углу высокий шкафчик со стеклянными дверцами. За ними поблескивали гранями какие-то бутылки или графины.

Он подскочил и схватил первую попавшуюся бутылку.

— Анапнео!

Струя жидкости полилась в бокал.

— Попей воды, Малфой, помогает.

Поттер настойчиво совал бокал в руки Драко. Тот неохотно взял и, отведя глаза, сделал глоток.

— Кха-а-а... — Малфой чуть не подавился и начал кашлять и отплевываться. Бокал из его рук выпал, и Поттер отработанным хватом ловца поймал его в десяти дюймах от пола.

— Ты чего? — удивился он и сам сделал глоток.

— Кха-а-а...

Поттер и Малфой с вытаращенными глазами смотрели друг на друга, давясь и перхая горлом.

Малфой откашлялся первым и сдавленным голосом произнес:

— Ну ты и дебил, Поттер! — потом посмотрел на покрасневшую физиономию Гарри, смахнул с ресниц последние слезы и невольно усмехнулся. — Редкостный дебил!



Дамблдор откинулся в кресле и потянулся за очередной чашкой чая.

Редактировать— Ну, дело сделано, — удовлетворенно кивнул он сам себе, — стоило старым врагам без хамства и агрессии поговорить пять минут, как они заново увидели друг друга. Друзьями они, конечно, не станут, но у Поттера будет одной заботой меньше, а Драко не придется разрывать свою душу. Ведь признаться в подготовке убийства — это все равно, что отказаться от него.

Дамблдор ткнул палочкой в карту.

— Шалость удалась!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Среда, 09.02.2022, 23:45 | Сообщение # 3
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Северуса Снейпа


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.




Утром в кабинете директора Хогвартса появился Снейп для еженедельного осмотра руки Дамблдора. Зельевар долго и пристально рассматривал изуродованную заклятием кисть, а потом с недоверием взглянул на директора.

— Хм. Альбус, только не говорите мне, что рука сама начала выздоравливать. Такие заклятия не лечатся и со временем становятся только сильнее.

— Ты прав, Северус. Николас Фламель сказал мне то же самое. Ну просто слово в слово.

Снейп с подозрением уставился на Дамблдора.

— Уж не хотите ли вы мне сказать, что этот древний скупердяй поделился с вами Эликсиром Жизни?

— Ну, у него, в общем-то, и не было выбора. Но эту занимательную историю я расскажу тебе как-нибудь в следующий раз.

Снейп поднялся и, холодно глядя на Дамблдора, произнес:

— У меня и в мыслях не было интересоваться вашими секретами, директор.

— Не обижайся, мальчик мой. Присядь. Взамен я расскажу тебе другую историю. И обещаю, что она тебе понравится.

И Дамблдор рассказал "своему мальчику", как он "одолжил на время" карту Мародеров у Поттера, тщательно изучил ее свойства, раздобыл пароль и устроил беседу между Малфоем и Поттером, в ходе которой Драко признался в том, какое поручение дал ему Волдеморт.

— И они не подрались и не искалечили друг друга? — с недоверием поинтересовался Снейп.

— Нет. Мне даже кажется, что они уже никогда не будут враждовать, как раньше.

— Факультеты им этого не простят, — задумчиво уронил зельевар.

— Что ты имеешь в виду?

— Гриффиндор не простит Поттеру равнодушия к Малфою, как и Слизерин не простит, что Малфой оставил в покое золотого мальчика.

— Ты так считаешь? — заинтересовался директор. — Не простят им равнодушия друг к другу? Ты думаешь?

— Уверен.

— Богатая мысль, Северус. Я подумаю над этим на досуге.

И Дамблдор вдруг заторопился, хотя еще минуту назад разговаривал совершенно спокойно.

— Мне сейчас надо срочно покинуть Хогвартс. Передай Минерве, что меня не будет пару дней, Северус. Пусть она ненадолго заменит меня.

— Профессор Макгонагалл никогда не простит мне того, что я передал ей ваше распоряжение. Она возненавидит меня еще сильнее.

— Не преувеличивай, мальчик мой, не преувеличивай. Противоположности сходятся, как известно.

С этими словами он накинул на плечи дорожную мантию, забрался в камин, улыбнулся Снейпу, и всплеск зеленого пламени унес его в неизвестном направлении.

Зельевар пожал плечами и повернулся к двери. Тут взгляд его упал на стол директора. Там лежала забытая Дамблдором карта Мародеров.

— Значит, противоположности сходятся? — прищурился Снейп.

Несколькими пассами над столом он просмотрел имеющиеся на нем следы магии, удовлетворенно кивнул и сунул карту в карман мантии.



Добравшись до своего кабинета, Снейп, не теряя времени, активировал карту добытым в кабинете директора паролем:

— Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю!

Из уст зельевара подобное обещание прозвучало двусмысленно и с оттенком угрозы.

Он нашел на карте Малфоя и ткнул палочкой...



Малфой и Забини сидели рядом. Тот, кто пытался подойти к ним или устроиться поблизости, сразу сталкивался с колючим взглядом серебряного принца и спешил отвалить от греха.

— Ты выдал Поттеру какую-то тайну? Зачем?

— Я сам не знаю. Вырвалось как-то.

Блейз оглянулся по сторонам.

— Надеюсь, эта тайна не связана с Тем...

— Связана, — обрубил Малфой.

Он посмотрел на напрягшегося друга и злым шепотом добавил:

— Беги, Блейз, не стесняйся. Я сейчас для всех слизеринцев очень опасный приятель. Поэтому беги без оглядки.

Малфой презрительно искривил губы, хотел встать и гордо уйти от перепуганного друга. Но Забини схватил его за рукав.

— Постой. Кто тебе сказал, что я собираюсь бежать? Мы дружим с детства. Ты убежал бы, если бы со мной случилась беда?

Драко нервно выдернул рукав мантии.

— Если бы ты своим длинным языком выдал тайное поручение Лорда? Не знаю, Блейз.

Они помолчали. Забини вздыхал, но уходить от Малфоя не собирался.

— Расскажи, как это произошло?

— Ну-у-у, Поттер приперся ночью, когда я был занят... делом.

— Трахался? — с предвкушением перебил Блейз.

— Да иди ты! — отмахнулся Малфой, но, припомнив свою затянувшуюся возню со шкафом, пожал плечами. — Хотя можно и так сказать. Так вот, — продолжил он, — Поттер приперся и начал задавать неправильные вопросы.

— Они были глупые? Или он тебя советами достал?

— Нет, вопросы были... конкретные...

— И ты ему честно ответил? Почему?

— Сам не знаю. Словно меня заставило что-то.

— Это Сыворотка Правды! — чуть не выкрикнул Забини.

— Да тише ты! — встревоженно оглянулся Малфой. — Откуда у Поттера сыворотка? Да и не пил я ничего после Большого зала.

Они начали вдвоем вспоминать, не подходил ли кто к Драко за ужином, но так ничего и не вспомнили.

— Значит, ты проболтался ему, а что потом было?

— Потом...

Рассказывать Забини о том, что все это происходило в Выручай-комнате, у Малфоя не было никакого желания, тем более, что комната той ночью тоже вела себя странно. Дала Поттеру войти, изменила обстановку, когда они были внутри...

— Потом мы с Поттером пили огневиски и ржали друг над другом, как два идиота.

Блейз так обалдел, что даже не спросил, откуда взялось огневиски.

— Смеялись друг над другом? Надеюсь, твое остроумие было на высоте.

— Не так, Блейз. Мы не издевались друг над другом. Мы просто смеялись.

— Просто? Ни хуя себе, просто? Да вы друг другу и двух слов без оскорблений сказать не можете!

— Я тоже так думал, — вздохнул Драко.

Блейз во все глаза смотрел на друга.

— И ты ни разу не оскорбил его?

— Я ругался, но не обидно.

— И он тебе не ответил?

— Ни разу.

Блейз откинулся на спинку дивана, подпер голову рукой и недоумевающе пожал плечами.

— Переселение душ — не меньше.

Снейп выслушал беседу друзей, и в голову ему пришла светлая мысль. Хм, светлая... Ну, не совсем. Он еще раз ткнул палочкой в фамилию Малфоя на карте, и губы его почти беззвучно шевельнулись.

В слизеринских подземельях встрепенулся Драко.

— Что ты там говорил о Сыворотке правды?

— Ну, действие ее очень похожее. И не хочешь, а правду скажешь.

— Точно! Мне нужна Сыворотка правды, Блейз. Поможешь мне сегодня ночью?

Забини, памятуя о сомнениях Малфоя в свой адрес, без колебаний кивнул головой. И тут же деловито поинтересовался:

— В кладовую зелий хочешь пробраться? А Снейп нас не поймает?

Драко сделал жест, означающий, что его это не очень беспокоит.

Снейп усмехнулся:

— Тот редкий случай, когда я буду даже помогать ограбить собственную кладовую. Прав Забини, переселение душ — не меньше...

Драко поднялся с дивана, и тут Забини сообразил, что он не все понял из рассказа друга.

— Э-э-э, а куда делась та... тот... этот... ну, с кем ты трахался? Я так понял, что ты, наконец, девственность потерял?

— Завидуй молча, Блейз. Не твое дело, с кем я там трахался.

— Надеюсь, не с Поттером, — хохотнул Забини.

Драко оставалось только покрутить пальцем у виска.



* * *



На следующий день после уроков Гарри зашел в спальню и рухнул на свою кровать. Принять горизонтальное положение после целого дня занятий было более чем приятно. Перевернувшись набок, он заметил на полу рядом с кроватью две пустые обертки от шоколадных лягушек.

"Опять Симусу сладости из дома прислали", — подумал Поттер и наладился подремать до ужина.

И тут из гостиной раздался чей-то вопль и перебранка на повышенных тонах.

Гарри узнал голос Рона, и сонливость соскочила с него.

"Что там случилось?"

Поттер вздохнул и пошел выручать друга из неведомой ссоры.



Малфой протянул записку Забини.

— Отдай своему шпиону, пусть сейчас же передаст ее Поттеру.

— Ты думаешь, он придет?

— Уверен! — отрезал Драко, хотя в глубине души ни в чем он не был уверен.



Снейп понял, что ему опять предстоит не спать половину ночи. Вчера он усиленно делал вид, что по каким-то делам ушел в Запретный лес. Ему пришлось ждать почти три часа, пока Драко со своим дружком взломают защиту на кладовой зелий. Если бы он эту защиту снял, то слизеринцы сразу поняли бы, что их затея раскрыта, и ничего трогать бы не стали. А просидев полночи на Астрономической башне, Снейп вернулся к себе и обнаружил то, что и ожидал — флакончик с Сывороткой Правды исчез из кладовой.

Теперь надо было ждать, пока Драко им распорядится, и, зная нетерпеливость крестника, можно было не сомневаться, что на завтра тот ничего откладывать не станет.

Снейп открыл карту и превратился в слух.



— Ты пришел, Поттер, — Малфой не спрашивал, а констатировал.

Но Поттер кивнул головой и ответил:

— Да.

Драко бросил победоносный взгляд на ширму, за которой прятался Забини, и предложил:

— Присаживайся, поговорим.

Поттер, как заведенный, снова кивнул:

— Да.

Улыбка на лице Драко стала шире его достаточно впалых щек.

— Что ты заладил — да и да. Мы просто спокойно побеседуем, — Малфой просто цвел от удовольствия.

— Да.

— Ну ладно. Скажи мне, Поттер, ты хочешь ударить меня по лицу?

— Да.

— За то, что я издеваюсь над твоими друзьями?

— Да.

— А за то, что я издеваюсь над тобой?

— Нет.

Драко немного притормозил, соображая. И действительно, Поттер взрывался только из-за своих родителей, грязнокровки и рыжего Уизли. Если оскорбляли его самого, то он мог огрызнуться, но в драку не лез. Значит, не врет. Ура! Сыворотка работает!

— Расскажи мне, Поттер, кому ты рассказал о поручении, которое дал мне Лорд.

— Никому, — равнодушию гриффиндорца могли позавидовать работники отдела контроля за правонарушениями несовершеннолетних.

— Дамблдору?

— Нет.

— Друзьям?

— Нет.

— Своим из этого... Ордена Феникса?

— Нет.

Малфой перевел дух. Осталось только стереть память шрамолобому, и все вернется на круги своя.

Он нацелил палочку в лицо Поттеру.

Снейп поспешно ткнул палочкой в фамилию Малфоя на карте, и губы его почти беззвучно шевельнулись.

— Окулюс Репаро! — выпалил Малфой и замер. Что это с ним случилось?

Поттер снял очки, осмотрел их и надел снова.

— Спасибо, Малфой, так стало лучше.

Драко откинулся на спинку кресла. Опять чертовщина какая-то.

"Хотел ведь произнести "Обливиэйт", а... М-да, дело нечисто. Или это Выручай-комната хамит?"

Повторять попытку стирания памяти Малфой не решился. Оставалось лишь потешиться поттеровскими откровениями и валить отсюда, пока декан их не хватился. Вдруг Снейп заметил, что охранные чары взламывали?

— Поттер, а ты уже трахался?

— Нет.

Забини за ширмой поощряюще хихикнул.

— Понятно. А дрочишь по ночам?

— Да.

— Часто?

— Да.

Малфой внутренне взвыл от восторга. Какие золотые россыпи интимных сведений об Избранном! Их хватит, чтобы травить его до самого конца учебного года, да еще и на следующий останется.

— А у тебя член большой?

Забини за ширмой уже почти хрюкал от смеха.

— Да.

Что бы еще спросить? Драко чувствовал себя, как кладоискатель, открывший сундук с драгоценностями.

— А кого бы ты хотел оттрахать, Поттер?

И расплылся в улыбке, предвкушая услышать непристойную тайну врага.

И громом среди ясного неба обрушился ответ:

— А вот это не твоего ума дело, Малфой.

Драко рывком отодвинулся от гриффиндорца и вскочил на ноги.

— Что? Отвечай на вопрос!

— И не подумаю. Ты решил, что я съел шоколадные лягушки с Сывороткой Правды, которые ты умудрился подкинуть ко мне на кровать. Но их съел Рон.

Хрюканье за ширмой смолкло, как по команде. Малфой в растерянности смотрел на Поттера.

— Уизли? Он съел обе лягушки, которые лежали на ТВОЕЙ постели?

— Ага.

— Ты их ему отдал?

— Нет.

— Ну и крыса же у тебя в друзьях!

— Полегче.

— Ни один слизеринец не взял бы ничего с чужой постели. А твой Уизел сожрал ОБЕ шоколадные лягушки!

— Просто Рон, когда видит сладкое, теряет голову и тянет его в рот.

Малфой уже немного оправился от неожиданности и мрачно буркнул:

— Лучше бы ты ему в рот что-нибудь другое засунул. Больше пользы было бы.

Поттер поморщился, давая понять, что эту тему обсуждать не намерен.

— Кто там у тебя за ширмой? Забини?

Блейз, видя, что раскрыт, вылез из-за ширмы, держа палочку наизготовку.

— Здраствуй, Забини, пришел поржать над глупым гриффиндорцем?

Блейз нейтрально пожал плечами, ожидая, куда свернет разговор.

Малфой в раздражении кусал губы.

— Похоже, это ты решил над нами поиздеваться. Стоял и врал тут.

— Я не врал.

Блейз с Драко переглянулись.

— А зачем ты, вообще, отвечал?

— Я рассчитывал, что вы настолько увлечетесь, что проговоритесь, кто из нашего факультета на вас работает. Шоколадные лягушки в спальню ведь не сами прискакали? Но ты, Малфой, дошел до наглых вопросов быстрее, чем я рассчитывал.

М-да, пришел черед Поттера сплясать на них.

— Ладно. Надеюсь, Уизел не отравился?

— У своего шпиона спроси. Он тебе все расскажет. Может быть, все-таки скажешь, кто это?

Блейз думал, что Малфой в ответ высмеет наивного гриффиндорца, но Драко неожиданно ответил:

— Может быть, и скажу, но не сегодня, — он сверкнул глазами на Поттера, но как-то беззлобно, скорее по привычке. — Пошли, Блейз.

Они все вместе вышли из Выручай-комнаты и разошлись в разные стороны по своим факультетам.



Снейп немного посидел над картой задумавшись, а потом пожал плечами.

— В конечном итоге меня интересовало, будет ли Поттер сообщать всей школе о Драко. А раз этого не произошло и, по всей видимости, не произойдет, то... — он направил палочку в центр карты. — Шалость удалась!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 12.02.2022, 01:04 | Сообщение # 4
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Северуса Снейпа 2.0. Часть первая


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


На следующее утро уверенность Снейпа в безопасности положения Драко несколько уменьшилась.

Для гарантии он решил еще один день понаблюдать за золотым мальчиком и серебряным принцем, а также за лицами, к ним приближенными. Тем более, что Дамблдор должен был возвратиться в Хогвартс только завтра.

Снейп устроил наблюдательный пункт прямо в кабинете ЗОТИ. И все курсы, которые занимались там в этот день, недобрым словом поминали Долорес Амбридж, потому что задания на занятиях свелись исключительно к теоретическому повторению ранее пройденного материала.

А Снейп, нагло разложив карту прямо на учительском столе, наложил Заглушающее заклинание, чтобы никто, кроме него, не слышал бесед поднадзорных студентов, и приступил к наблюдению.

Первая пара и у Слизерина, и у Гриффиндора была пустая, и Снейп не без оснований предполагал, что услышит много интересного.

Первыми привлекли к себе его внимание Малфой, Забини и некий гриффиндорец, что было довольно странно. Факультеты Слизерин и Гриффиндор почти не общались между собой.

Сначала Снейп встревожился, не началась ли там драка, но, ткнув палочкой в странную троицу, услышал их беседу.

— Что там учудил ваш Уизли?

— А вы еще не знаете?

— Рассказывай, пока тебя там не хватились. Поттер пронюхал, что кто-то рассказывает нам о ваших делишках.

— Ну, в общем, значит, так...

Если отбросить всякие "ну, в общем, он такой, она такая, ну значит так, ващще" и прочее, то рассказ гриффиндорца свелся к тому, что Уизли, нахлебавшись какой-то дряни, стал давать странные ответы на самые обычные вопросы однокурсников и в результате попал под перекрестный допрос Гермионы Грейнджер и Лаванды Браун. И наоткровенничал такого, что хоть Основателей выноси!

"И Гермиона-то ему надоела, и он ее терпит только потому, что у нее списать можно. И Поттер, мудак, задолбал его своей избранностью. С ним водиться — на всю жизнь девственником останешься. И вообще, самые крутые буфера на курсе у Лаванды. И да, крошка, я вдул бы тебе с удовольствием! А ты, заучка, иди лесом, желательно, Запретным. Перси говорит, что если с тобой связаться, то от предательства крови уже и кровью не отмоешься. И как же вы меня задолбали все, львята зассанные. Я вас всех променял бы на пару галеонов и кастрюлю с сосисками..."

— Чем дело закончилось? — деловито спросил Малфой, отсмеявшись.

— Грейнджер долбанула рыжего каким-то фолиантом по башке, так что чуть не вышибла ему остатки мозгов. Поттер всех растолкал и помог ей выбраться из толпы, которая собралась на вопли Уизли. Рыжего куда-то увела Лаванда, а потом щебетала в спальне, что Уизли всему надо учить, потому что он даже целоваться не умеет.

— Грейнджер не научила? — в голосе Забини не было даже намека на шутливость.

— Я свечку не держал, — нагловато хохотнул гриффиндорец.

— Ладно, держи, — очевидно, Драко что-то сунул в руку своему шпиону. — Будут новости, приходи.

— Маловато будет.

— Перебьешься, здесь тебе не Гринготтс. Приходи с новостями чаще — получать будешь больше.

Снейп видел на карте, что гриффиндорец отошел от слизеринцев и направился в сторону Большого зала.

— Что с тобой, Блейз? Классная история, а ты хмуришься. За Уизела переживаешь?

После паузы раздался ровный голос Забини:

— Нет, Драко, за Уизли я не переживаю... Получается, гриффиндорское трио распалось?

— Хм... Поттера я изучил хорошо, такого он Уизелу не простит. Да и грязнокровка... Ты чего морщишься?

— Да, так.

— Грейнджер ему не простит... а если и простит, то не скоро.

На этом разговор закончился, и Снейп отвлекся от карты, чтобы размяться, поощрить слизеринцев и снять со второго курса Гриффиндора полсотни баллов.



* * *



Во время обеда Снейп приглядывал за Малфоем и Забини. Наблюдения заставили его задуматься. Времени до возвращения директора оставалось все меньше, и зельевар рискнул попробовать сложить из обломков дружбы гриффиндорцев, смятения Драко и неожиданного благородства Забини совершенно новый паззл, заранее предвкушая неудовольствие и растерянность Альбуса Дамблдора.

Забегая вперед, нужно отметить, что Северус в очередной раз недооценил своего хитромудрого белобородого патрона.

Как бы там ни было, после окончания занятий Снейп засел за карту с твердым намерением привести тех-кого-надо туда-куда-надо и столкнуть их в какой надо ситуации...



Забини, если бы его спросили, не смог бы ответить, почему он решил, что Грейнджер сейчас в библиотеке.

Внутренний голос подсказал.

Понял?

Не забивая себе голову вопросами, как и почему, он немедленно отправился во владения мадам Пинс.

Грейнджер действительно была там. Она явно сторонилась остальных студентов и забилась в самый уголок читального зала. Несмотря на то, что в скандал с Уизли были посвящены только гриффиндорцы, ей казалось, что все без исключения в курсе того, что Рон оказался двуличным гадом, выставил ее полной дурой, и теперь за ее спиной все потешаются над ней и показывают пальцем.

Впрочем, душевные переживания не повлияли на размеры стопки книг перед Грейнджер, из чего Блейз заключил, что потрясение, испытанное девушкой, носит больше механический характер. Под механическим характером он понимал уязвленное самолюбие и разрушенное дружеское чувство, которое успело изрядно закостенеть за годы учебы. Романтические переживания девушки он в расчет не принимал, потому что где Уизли и где романтика?

— Привет.

Гермиона оглянулась на него, чуть болезненно сморщилась, отвернулась и после паузы нехотя ответила:

— Здравствуй, Забини.

— О-о-о! Ты помнишь мое имя? Я польщен.

Она ничего не ответила, приняв его приветствие за рутинную слизеринскую подколку.

— Трансфигурация?

Опять пауза и равнодушный ответ, чтобы отстали:

— Нумерология.

— Интересный предмет. Профессор Вектор знает свое дело.

Грейнджер оторвалась от учебника.

— Откуда ты знаешь? Ты же не ходишь на факультатив.

— Мне рассказывали.

— Кто? Я никого не видела на нумерологии с вашего факультета.

— Мой домашний преподаватель. Когда-то давно профессор Вектор была его любимой ученицей.

Гермиона отложила книгу и внимательнее посмотрела на Забини.

Тот с независимым видом придвинул стул к Гермионе и уселся рядом с ней.

— Что тут у тебя? О-о, расходящиеся последовательности? Мне больше нравится арифмантика вероятностей.

Гермиона немного растерялась, не зная, как реагировать на вмешательство в свои занятия малознакомого слизеринца. Он с первого взгляда правильно определил раздел нумерологии, на котором был открыт учебник, но ее не оставляла настороженность и опасения, что этот подкат к ней имеет целью очередную насмешку от слизеринского факультета. Она решила копнуть немного глубже.

— Домашний преподаватель? Забини, ты же целый учебный год находишься в Хогвартсе.

— Блейз, к вашему сведению. Для таких занятий есть летние каникулы.

— А почему не занимаешься на факультативе у Вектор? — высказанное как бы между делом предложение называть Забини по имени показалось девушке неуместным.

— Понимаешь, — тут он немного замялся, опасаясь задеть опасную струну, — есть разделы нумерологии, которые очень тесно связаны с родовой магией. Этому нельзя научиться здесь. Для этого нужно обучаться дома, чтобы преподаватель мог ознакомиться и увязать темы с родовыми артефактами.

Гермиона прикусила губу. Слизеринец прошелся в опасной близости от ее немагического происхождения, но, надо отдать должное, сделал это довольно деликатно... и вообще, он же отвечал на ее вопрос. Она немного расслабилась. Некоторая напряженность еще оставалась, но, судя по всему, походя брошенная насмешка или грубость ей уже не грозила.

Не давая рассеяться позитивной атмосфере, Забини ткнул в параграф учебника и заявил:

— Когда я с преподавателем проходил эту тему, произошел забавный случай...

Спустя пять минут Гермиона уже несмело улыбалась, а Блейз, поймав кураж от внимания благодарной и умной слушательницы, в лицах представлял свои злоключения при изучении этой мудреной науки. Остальные студенты и особенно студентки уже с откровенным любопытством посматривали на необычную пару. И в этот момент в читальный зал вошел Поттер. Он поискал глазами Гермиону, обнаружил ее в обществе слизеринца и нахмурился, поигрывая палочкой. Читальный зал заметно притих. До многих уже докатились невнятные и сильно искаженные слухи о гриффиндорском скандале, и невольные зрители спрашивали себя, не являются ли они свидетелями его продолжения?

Сквозь тишину голос Забини для ушей Поттера стал разборчивее.

— И тут она ему говорит: "Все прекрасно, но не делится пополам!"

Поттер уже сделал шаг, чтобы избавить подругу от хитроватого слизеринца, но тут Гермиона так искренне и весело рассмеялась, что Гарри притормозил, еще несколько мгновений постоял, раздумывая, а потом сунул палочку в нарукавный карман и, ни на кого не обращая внимания, покинул читальный зал библиотеки.



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Воскресенье, 13.02.2022, 00:12 | Сообщение # 5
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Северуса Снейпа 2.0. Часть вторая


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Последние студенты уже покидали библиотеку, когда Гермиона очнулась и сообразила, как много времени она провела здесь в обществе Забини.

Впрочем, это время не пропало даром. Они разобрали текущую тему в учебнике и даже здорово продвинулись в следующей. Кстати, слизеринец сообщил, что рад возможности позаниматься и освежить в памяти некоторые моменты из этих вычислений. Они спокойно и почти дружески общались, но Блейзом для Гермионы он пока еще не стал.

И тут произошло что-то странное, то, что Забини потом никак не мог себе объяснить. Словно его толкнуло.

К слову — этот, с позволения сказать, "толчок" стоил профессору Снейпу изрядного ментального напряжения.

Они уже поднялись на ноги, как вдруг под влиянием импульса (толчка, ага) Блейз вдруг притянул к себе девушку и впился в ее губы поцелуем!

Первое, что он увидел, когда пришел в себя после короткого помутнения сознания, были огромные, в пол-лица, глаза девушки. Мгновенно осознав свою дурацкую поспешность, которая, как он был уверен, все испортила, он отпрянул и в растерянности замер перед ошеломленной Гермионой.

Но вот в глазах девушки появилось понимание произошедшего, потом возмущение и злость, затем она переложила палочку из правой руки в левую, прицелилась взглядом, отступила на шаг и влепила незадачливому ухажеру звонкую пощечину.

Хлесь!

Голова Забини покорно мотнулась. Он не схватился за скулу и не стал корчить оскорбленную мину, а просто стоял в растерянности, и на щеке его, как на фотобумаге, проявлялся отпечаток крепкой ладони девушки.

На глазах у Гермионы выступили слезы. Она поспешно взмахнула палочкой, разгоняя по своим стеллажам фолианты и учебники со стола, и, не взглянув больше на слизеринца, выбежала из читального зала библиотеки.

Блейз потер пострадавшую щеку ладонью и нехотя побрел в подземелье своего факультета.



— Неплохо, — Снейп удовлетворенно покивал головой. — Всю эту арифмантику и незатейливые рассказы Забини она, может быть, и забудет, но его поцелуй — никогда. А остальное зависит уже не от меня.



По дороге Блейзу встретился Колин Криви. Они с Забини время от времени немного общались на тему колдографий. Криви находился в состоянии радостного обалдения и испытывал настоятельную потребность поделиться новостями, которые поразили его воображение. На своем факультете он уже всех задолбал своими рассказами и был рад найти в слизеринце хоть и не очень восторженного, но терпеливого слушателя.

— Представляешь? — начал он традиционно. — Близнецы Уизли продвигают идею колдовидео! И такого колдовидео нет даже у маглов, несмотря на все их технические штучки.

— И что же в нем особенного? — равнодушно спросил Блейз.

Сейчас ему было плевать и на Криви, и на близнецов Уизли, и на их колдовидео. Он никак не мог понять, что его сподвигло в самом конце запороть такое прекрасное общение с Грейнджер. Ну и дурак же он. Теперь она его к себе и близко не подпустит. И не оправдаться. Одно хорошо в обоих смыслах — в библиотеке они оставались одни. Нет свидетелей, ни его поцелуя, ни ее пощечины...

Тут он выпал из прострации и услышал концовку восторженного рассказа Криви.

— Представляешь? На экране бьют главного героя, и ты вместе с ним испытываешь свирепый удар по морде!

Блейз вздохнул и похлопал гриффиндорца по плечу.

— Колин, у меня это только что было, причем без всякого кино!



* * *



Северус Снейп взглядом шарил по карте в поисках следующих действующих лиц. Нашел и задумался, под каким предлогом устроить им встречу.

Драко нарезал круги над стадионом. Темнеющее небо нависало над ним, скрадывая расстояния, и ему казалось, что поле накрыто огромным темным куполом.

Полетав по кругу для разминки, он стал выполнять резкие наборы высоты и пикирование почти до земли. Начало его маневра напоминало финт Вронски, но при приближении к земле резкий петлевой уход вверх у него раз за разом не получался. Поэтому Малфой не рисковал выполнять этот маневр ниже пяти ярдов от земли.

— Как же он наклоняет метлу, когда выходит из пике?

После очередного неудачного маневра он услышал насмешливый голос Поттера.

— Что, Малфой, не получается?

Он хотел добавить, что хорьку надо чаще тренироваться, а не сидеть в Выручай-комнате в обнимку с Исчезательным шкафом. Но...

Снейп поспешно ткнул палочкой в фамилию гриффиндорца, и губы его почти беззвучно шевельнулись.

— Просто ты неправильно делаешь.

И замер, озадаченный собственными словами.

У Малфоя на языке замерзли слова язвительного ответа. Он развернулся и рассмотрел гриффиндорца на фоне угловой башни стадиона.

— Ну так покажи, как правильно.

Поттеру не очень-то хотелось обучать своим секретам ловца команды, которая всегда была главным конкурентом в борьбе за кубок. Но замечание о том, что хорек делает финт неправильно, как бы подразумевало, что он готов показать, как делать правильно.

Гарри пожал плечами, вытащил из кармана мантии шоколадную лягушку, размахнувшись, метнул ее в воздух и нырнул следом за ней в крутое пике. Он специально не стал торопиться и рассчитал так, что схватил лягушку буквально в футе от земли, закрутил диагональную спираль и взмыл обратно к верхушке башни.

Малфой перевел дух. Вот черт. Такое он видел только на чемпионате мира в исполнении Виктора Крама. Поттер и раньше выполнял подобный трюк, но никогда Драко не видел такого опасного сближения с землей на огромной скорости.

— Зрелищно! — признал Малфой. — А практическое применение у этого финта, кроме квиддича, есть?

Драко по привычке попытался приправить свою похвалу здоровым слизеринским сарказмом. Правда, сделал он это гораздо деликатнее, чем обычно.

— Конечно, есть! — лицо Поттера было серьезно. — Во время первого задания Тримудрого турнира я с помощью этого финта ушел от хвостороги.

— Погоди... разве она разбилась о землю? В пост-релизе было сказано, что она сшибла навес моста и повредила себе крыло.

— Ты читал пост-релиз? — удивился Поттер.

Он хотел подколоть слизеринца и сказать, что польщен его вниманием, но вместо этого (по известным Северусу Снейпу причинам) вдруг выпалил:

— М-да, Малфой, ты явно ко мне неравнодушен.

— Так же, как и ты ко мне! — неуверенно огрызнулся тот.

Они помолчали, почувствовав какую-то неловкость.

— Так при чем тут финт Вронски? — пересилил себя Драко. Заканчивать разговор ему почему-то не хотелось.

— Видишь ли, — с некоторым облегчением ответил Поттер, — этот финт можно выполнить как относительно горизонтальной поверхности, так и относительно вертикальной. Техника выполнения практически не меняется. Надо лишь выдержать минимальную дистанцию при выходе и не сбиться с направлением финта.

— Вертикальной? — недоверчиво переспросил Малфой. — Стены, что ли? Так ты заставил хвосторогу врезаться в мост, а сам ушел финтом вверх?

— Повезло, что не перепутал верх и низ, — кивнул Поттер. — Если честно, то я в тот момент здорово паниковал.

— Чертов везучий ублюдок.

— Это комплимент?

Они оба рассмеялись.

— Научишь? — вдруг легко и просто вырвалось у Малфоя.

— Можно попробовать. Только не сегодня.

— Почему?

Поттер показал на небо.

— Стемнело уже. А для выполнения этого финта очень важен глазомер.

Малфой преувеличенно серьезно кивнул.

— Я закажу себе очки, такие же, как у тебя.

По дороге к замку они договорились встретиться на поле завтра сразу после занятий.

Малфой уже повернул в сторону подземелий, как вдруг Поттер немного удивленно пожал плечами и сказал ему вслед:

— Хм, Малфой, а ты нормальный.

Драко притормозил на мгновенье и бросил через плечо:

— Тебе показалось.



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 19.02.2022, 01:25 | Сообщение # 6
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Драко Малфой и Карта Мародеров


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.




Криви уже хотел улизнуть, чтобы найти новую жертву, готовую выслушать его рассказ о близнецово-уизлевском колдовидео, как Блейз сообразил, что Колин может быть ему полезен, и придержал вертлявого гриффиндорца за рукав мантии. Несколько вводных и промежуточных фраз помогли ему повернуть разговор в нужное русло.

— Я слышал, что Уизли рассорился с Поттером и Грейнджер?

Криви с недоверием уставился на него.

— От кого ты это мог слышать, если даже я об этом никому не проболтался?

— Легилименция, друг мой, — решил пустить пыль в глаза Забини, — всего лишь легилименция.

В глазах Криви разгорелся огонек восхищения и интереса.

— Круто! Давай, я твой снимок сделаю. И подпись внизу: "Берегись его взгляда!".

— Я не стремлюсь к популярности, — скромно отказался Блейз, уже прикидывая, как можно приподняться в глазах студентов стараниями болтливого Колина. От его взгляда парни будут опускать глаза. а девчонки падать навзничь... хм, кроме Грейнджер, конечно. Она навзничь падать не будет. Не тот она парень...

К счастью, Блейз сообразил, что его могут легко и просто разоблачить, а потому не стоит корчить из себя читателя мыслей. А Колин пусть болтает, ему и так верят через раз.

— Не говори никому, Колин, а то я могу про тебя рассказать много интересного.

Колин смутился и покраснел.

— А я что... а я ничего. Ты не думай, я писаться перестал еще год назад...

— Да не собираюсь я всем докладывать, как ты писаешься или дрочишь по ночам! Расскажи мне про вашу троицу друзей.

У Криви отлегло от сердца, или от чего там еще у него могло отлечь.

— Была троица, да вся вышла. Гарри и Гермиона глядят на Рона, как на пустое место.

— А друг на друга?

Криви с недоумением уставился на Забини.

— Что — друг на друга?

— Друг на друга они как смотрят?

— Ну... они же не ругались. Как раньше смотрели, так и сейчас смотрят.

Блейз потерял терпение.

— Ты можешь внятно ответить? Чувства есть между ними?

— Забини, ты достал! Так бы и сказал, что интересуешься Поттером, а то ходит вокруг да около.

Блейз обалдел.

— Маловато шансов у тебя, Забини. Поттер на Седрика Диггори заглядывался, да на Виктора Крама, а где уж тебе... К тому же ты еще и слизеринец, и приятель Малфоя. Маловато шансов. Можно сказать, нет совсем.

Блейз понял, что если он сейчас начнет горячо разубеждать Колина, то будет только хуже.

И Криви продолжал:

— Поттер на Гермиону, как на девушку, и не глядит. И ни на кого не глядит. Последние свидания с Чжоу у него были почти год назад, и с тех пор — как отрезало.

— Откуда ты все это знаешь?

— Такое наше дело репортерское. Все знать и все примечать. Поттер, может быть, еще и сам о себе не все знает и понимает, а мне со стороны уже видно.

Забини вытер вспотевший лоб.

— А Гермиона?

— В пассивном поиске, — отрезал Колин.

— Как это?

— Она Рону отставку дала и теперь комплексовать будет полгода, а то и больше. Она для других сильная, а для самой себя слабая. И Поттер ей ничем помочь не сможет. А жаль. Такая пара могла бы получиться! У меня снимки бы с руками отрывали.

— Та-а-ак... — в голову Блейза пришла новая идея. — Колин, можешь сделать мне несколько снимков Грейнджер?

— Непристойных?

— Слушай, Криви, кажется, пришла твоя очередь без всякого кино испытать свирепый удар по морде! Снимки должны быть красивыми. Грейнджер — девушка с характером? Вот и покажи в колдографиях ее характер.

— Повозиться придется...

— Я думаю, пара галеонов добавит тебе энтузиазма?

— Еще бы! У меня как раз пленка заканчивается.

— Договорились. Сроку тебе — три дня.



* * *



Малфой устало плюхнулся в кресло у камина. Все тело приятно ныло. Все-таки первая серьезная тренировка после долгого перерыва.

Он не заметил, как слегка задремал, согретый теплом огня. Разбудили его возбужденные восклицания младшекурсников, затеявших какой-то спор. Он хотел цыкнуть на них, но содержание спора привлекло его внимание, и вся сонливость разом слетела.

— Говорю я вам, что Снейп общался со своей возлюбленной!

— Я видел, что он какой-то большой пергамент рассматривал и губами шевелил. С чего ты взял, что он с женщиной разговаривал?

— Лучше смотреть надо было! Он сделал жест, словно руками обнимает кого-то, и губами сделал вот так!

Малфой живо приподнялся, чтобы разглядеть пантомиму юного рассказчика. Хм, если тот верно показывает, то придумать другой смысл таким телодвижениям довольно трудно.

— Этого я не видел, — разочарованно уступил его оппонент, — а жаль.

— Вот бы еще раз посмотреть! — мечтательно протянул рассказчик и испуганно осекся.

Перед ним стоял староста факультета — Драко Малфой — и его палочка была нацелена ему прямо в лоб. В другой руке он держал фиал голубоватого стекла.

— Воспоминание давай, — коротко приказал Малфой.

Младшекурсник с готовностью подставил висок.

— И остальные, те, кто видел необычные занятия профессора Снейпа, тоже готовьте воспоминания!

Спустя пару минут фиал наполнился, и перед Драко встала новая проблема. Как просмотреть? В мэнор не сгоняешь, не те времена. Остается Омут Памяти в кабинете директора, но как до него добраться?

Малфой быстро разыскал Забини и тоном, не терпящим возражений, объявил тому, что они должны вместе отправиться по неотложному делу.



По дороге к кабинету директора от Малфоя не укрылось подавленное настроение приятеля и его слегка припухшая левая щека.

Блейз был явно не в настроении рассказывать Драко все подробности своего неудачного ухаживания, но и оставить его расспросы без ответа было бы не по-товарищески.

— В общем, у меня было свидание с девчонкой. Я поторопился и схлопотал по физиономии.

Несмотря на серьезный настрой, Малфой слегка подколол Забини, рассчитывая выяснить, на кого нацелился его приятель. Но в этом вопросе тот продемонстрировал непоколебимую скрытность. Что и понятно, принимая во внимание, что Блейз был прекрасно осведомлен об отношении Драко к гриффиндорской заучке.

Не добившись ответа, Малфой поставил в памяти зарубочку и сосредоточился на главной цели их вылазки.



Подбор пароля к горгулье результата не дал, и Драко был готов отступиться, но в этот момент в проходе послышались чьи-то шаги.

Малфой с Забини быстро отбежали и с трудом втиснулись в узкую дверцу чулана в десяти шагах от входа в кабинет. Маленькая щель в неплотно притворенной двери дала им минимальный обзор коридора.

Когда из-за поворота появился Снейп, Драко сразу заметил, что из кармана его мантии торчит полоска пергамента. Значит, Снейп, пользуясь отсутствием директора, взял у него какой-то артефакт, а теперь несет, чтобы положить обратно.

— Эликсир Жизни!

М-да, такой пароль им и за всю ночь в голову не пришел бы.

Снейп пробыл в кабинете директора не больше пяти минут, но слизеринцам, дышавшим пылью чуланчика, это показалось целой вечностью.

— Выходим, — скомандовал Малфой, когда шаги декана затихли в отдалении. — Я зайду в кабинет, а ты здесь побудь. Если кого-нибудь услышишь — дай знать.

— Давай вместе зайдем.

— Нельзя. Если портреты проснутся, то все Дамблдору доложат.

Забини, скрепя сердце, согласился, хотя стоять на стреме считал ниже своего достоинства даже по просьбе Малфоя.

Драко тихо пробрался в кабинет, убедился, что портреты храпят, и тихо прошел к Омуту Памяти...



Из всего увиденного Малфой выделил главное: Снейп не просто наблюдал в карте за какими-то людьми, но в некоторые моменты активно управлял ими, заставляя их говорить или делать что-то такое, чего они сами не собирались. Бормотание зельевара было еле слышным, но в одном из воспоминаний он точно расслышал слово "арифмантика", в другом "нумерология", в третьем "квиддич". Какая-то догадка брезжила на краю его сознания, но следовало торопиться, и Малфой послал ее куда подальше. Еще раз повторив, каким паролем следует открывать карту, а каким — закрывать, Малфой решил, что увидел достаточно.

Вытащив из Омута палочкой просмотренные воспоминания, он прокрался к выходу, но притормозил, осматриваясь по сторонам.

"Куда Снейп положил пергамент? Да вот же он! Прямо на столе директора лежит". Сунув плотно сложенный пергамент в карман, Драко покинул кабинет Дамблдора...



Оказавшись в гостиной факультета, Малфой поблагодарил Забини, но извинился, что пока ничего объяснять не будет. Дескать, не его это тайна.

Драко почти не кривил душой — тайна действительно была не его. Она была вообще неизвестно чья. Может быть, директора, а может быть, кого-то другого, но решение воспользоваться новыми возможностями не подлежало даже малейшему сомнению.

Чтобы оправдаться перед самим собой, Драко уговорил себя, что собирается следить с помощью карты за врагами Темного Лорда. Впрочем, отмазка была так себе. Какая там слежка в пользу Лорда, если он сам выдал тайну Повелителя?

Или он следит, чтобы заслужить прощение?

Эта мысль приободрила его. Для начала он решил проверить пергамент на защитную магию.

— Специалис Ревелио!

По краю карты побежала бегущая строка:

"Господа Сохатый, Бродяга, Лунатик и Хвост выражают почтение младшему отпрыску рода Малфоев и рекомендуют ему не лезть не в свои дела, пока благородный недоросль не получил как следует по ебальнику!"

— Уп-с, — Драко потер подбородок, — как-то это непохоже на древний и могучий артефакт.

И, не дожидаясь очередного оскорбления, произнес пароль:

— Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю!

Карта развернулась, и Драко ахнул от восхищения. Весь Хогвартс, этаж за этажом, коридор за коридором, лестница за лестницей, появился на карте, испещренной движущимися или стоящими на месте именами и фамилиями преподавателей и студентов.

Минут пять он наблюдал и осваивался с картой, потом вспомнил, ради чего, или точнее, ради кого он стащил этот артефакт.

— Вот ты где, Поттер.

Фамилия гриффиндорца красовалась в спальне и была неподвижна. Драко ждал-ждал, а потом не выдержал, ткнул палочкой в Поттера и недовольно прошипел:

— Вставай, придурок. Чего разлегся?

К его немалому удивлению, фамилия Поттера пришла в движение и направилась... в туалет.

— Твоего дракла мать! Ему поссать приспичило, а я обрадовался.

Поттер недолго зависал в туалете и вернулся в постель. Драко уже собирался разочарованно свернуть карту, чтобы вернуться к этому занятию завтра поутру, как вдруг точка вновь задвигалась, на этот раз в сторону двери.

Малфой, затаив дыхание, проследил, как Поттер вышел за пределы своего факультета и направился вверх по лестницам. Он одолел еще только пятый этаж, а Драко уже начал лихорадочно собираться, не отрывая взгляда от карты.

Вот Поттер застыл на восьмом этаже.

— Выручай-комната! — выдохнул Малфой, собрал карту и выскочил за дверь слизеринской гостиной...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 19.02.2022, 01:26 | Сообщение # 7
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Беллатрисы Лестрейндж


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.



Гермиона встретила Криви у входа в гостиную Гриффиндора.

Колин приветливо кивнул девушке и начал ходить вокруг нее, время от времени прикладывая к правому глазу пальцы рук, сложенные в рамку.

— Ты чего, Криви?

— Да так, не обращай внимания. Панорамированием занимаюсь, — мутно объяснил он.

— Откуда идешь?

— Забини пристал, расскажи ему о колдовидео — и все тут, — пожаловался Колин, продолжая свою пристрелку, — ну просто как банный лист! Еле от него отвязался.

Криви надеялся, что Гермиона начнет его расспрашивать о гениальном изобретении близнецов, но она вдруг смутилась и даже слегка покраснела.

— О! Тебе идет прилив крови к щекам, Гермиона. Это у тебя из-за месячных?

— Криви, ты обалдел, что ли, такие вещи спрашивать?

— А я что, а я ничего. Просто спросил, интересно же.

— О подобной ерунде ты и с Забини общался?

— Не. Он только Поттером интересуется.

— В каком смысле?

— Ну, в каком... в этом самом. Хочет стать его бойфрендом.

Гермиона чуть не выпала в осадок.

— Ты серьезно?

Колин для значительности понизил голос и, глядя девушке в глаза, покивал головой.

— Это не я, это Забини серьезно. Он на Поттера заглядывается с тех пор, как того Седрик с Крамом бортанули.

— Ч-чего? — аж начала заикаться девушка.

— Люблю его, говорит! — вдохновенно продолжал Криви. — Пусть Поттер меня хоть по морде бьет, лишь бы не отталкивал. Такие вот дела.

"Такие дела" пришлись Гермионе явно не по вкусу.

— Ты не свистишь, по своему обыкновению? — с подозрением поинтересовалась она у Колина.

Тот сделал честные глаза, прижал руку к футляру с запасным аккумулятором, который висел у него на шее, и истово заверил:

— Зачем мне врать? За что купил, за то и продаю!

И, весьма довольный собой, юркнул в проем гостиной Гриффиндора, засранец...



Малфой шагнул на свет из ниши, в которой укрывался, наблюдая за мучениями гриффиндорца.

— Поттер, бродишь по ночам?

— И тебе добрый вечер, Малфой. И почему я не удивлен нашей встрече? А ты что тут делаешь?

Драко сделал вид, что не слышит.

— Кого выслеживаешь, Поттер? Чего вынюхиваешь?

Гарри поморщился:

— Вечер вопросов без ответов. Ладно, я отвечу первым. Я здесь брожу, чтобы найти в Выручай-комнате тот шкаф, у которого ты возился. Хочу понять, как ты собирался убить директора этим шкафом.

— Откровенно. Чему я обязан таким доверием?

— Ты ведь признался мне, что тебе поручено убить директора, чтобы я тебе помог, верно?

Малфой на мгновение онемел. Помог убить директора? Или...

Это просто охренеть можно! Ну как земля носит таких прекраснодушных дебилов?

— Мда, Поттер, я и так последние полгода с ума схожу, но с твоей помощью чокнусь окончательно. Чтобы ты отвязался от меня, готов признаться, что собирался столкнуть этот шкаф Дамблдору на голову, когда он будет подниматься по лестнице. Веришь?

— Не держи меня за идиота.

— Я бы и рад, но за кого мне тебя держать?

— Я хочу помочь.

— Поттер, не ври хотя бы сам себе. Ты хочешь спасти своего драгоценного Дамблдора. А меня и мою семью ты ненавидишь, и тебе плевать, что Темный Лорд запытает их до смерти из-за того, что я предал и не исполнил его приказ.

— А ты его предал?

Малфой прекрасно понял, какой смысл Поттер вложил в свой вопрос. Но неужели он думает, что получит честный ответ? Тем более, что Драко пока и сам не знал точного ответа.

— Ладно. Проехали, — примирительно кивнул Поттер. — Разберешься в себе, тогда и скажешь.

"Блин. С Поттером надо быть настороже. Не такой уж он и дебил, каким иногда кажется".

— Открывай, — приглашающе кивнул Гарри. — Я уже два раза пробовал, но на тот склад барахла попасть не могу.

— Надо очень хотеть что-то спрятать там, — сухо ответил Драко, — тогда и откроется.

Он закрыл глаза, сосредотачиваясь.

— Хм. У тебя получилось. Пошли?

Драко был совершенно не уверен, что делает правильно, но почти через силу кивнул и шагнул на порог Выручай-комнаты...



Они стояли рядом с Исчезательным шкафом. Поттер в прошлый раз не присматривался к этому одру, но теперь его внешний вид пробудил в нем какое-то смутное воспоминание.

— Погоди... погоди... Малфой! Ты что, притащил это из Лютного переулка?

Драко бросил на Гарри затравленный взгляд и еле заметно отрицательно помотал головой.

— Не ври! Я видел тебя и Горбина в его лавке у этого шкафа.

— Не у этого.

Поттер с недоверием посмотрел на Малфоя, обошел вокруг шкафа и потянул на себя скрипучую дверцу.

— Ничего себе! Да здесь целый отряд уместится, — и замолчал, соображая. — Малфой, будет лучше, если ты сам расскажешь мне все. Ты видишь, что я не побежал докладывать директору.

— Его в школе не было, — возразил Драко.

— Я этого не знал, — пожал плечами Гарри, — но неужели ты думаешь, что я не нашел бы способа сообщить, кому следует, о твоих делах?

Драко молчал. Противоречивые чувства боролись в нем. Когда Поттер упомянул о целом отряде в шкафу, до него впервые со всей ясностью дошло, какую страшную штуку он задумал и был готов выполнить, если бы удалось починить Исчезательный шкаф до ночной встречи с Поттером. Убийство Дамблдора — это персональное поручение Темного Лорда. А отряд Упивающихся зачем? Его под ручки держать? Не-е-ет. Упивающиеся должны были оставить о себе такую память, чтобы никому и в голову не пришло сопротивляться им при следующем визите.

А что для этого нужно?

Гора трупов школьников, чтобы запугать оставшихся в живых и деморализовать преподавателей, не сумевших защитить своих учеников. Вот что нужно Лорду.

Малфоя передернуло.

Тем временем Поттер, не дождавшись ответа Малфоя, забрался в шкаф и начал обследовать его изнутри.

Словно что-то толкнуло Малфоя. Он подскочил и захлопнул дверцу. Оставалось лишь произнести заклинание — и в лавке Горбина из второго шкафа вывалится зажаренное тело Избранного! Драко поднял палочку.

— Малфой, открой! Что за дурацкие шутки?

Драко навалился всем телом на дверцу. По лбу его катились крупные капли пота, а руки мелко и противно дрожали.

— Нектере... Гармония... — в ушах его зазвенело. — Блядь, Поттер, какая ты сволочь!

Он на ватных ногах шагнул от шкафа и тяжело облокотился на какую-то конторку.

— Не могу...

Позади скрипнула дверца.

— Ты чего, Малфой? С тобой все в порядке?

"Если бы со мной все было в порядке, Поттер, то с тобой бы сейчас было совсем не в порядке".

— Отстань.

— Не злись и рассказывай. Ты же понимаешь, что я сюда ночью к тебе не на свидание пришел.

"А жаль", — почему-то мелькнуло в голове у Малфоя. Мелькнуло и пропало.

— Это Исчезательный шкаф. В лавке у Горбина еще один, такой же. Тот исправный, а этот был сломан, и я его чиню.

— Зачем?

— А ты не понимаешь? В лавке Горбина поселилась моя тетка — Беллатриса Лестрейндж. Знакомое имя?

Пальцы Поттера сжались в кулак и побелели.

— Она торопит меня и каждый день угрожает, что попросит, чтобы мою мать скормили Нагайне, и она сама лично отправит моему отцу порцию смертельного яда в Азкабан. И я знаю, что это не пустые угрозы.

Драко выдохся и опустил голову.

"Только не разрыдайся, мудак! — предупредил он сам себя. — Поплакал разок Поттеру в жилетку, и хватит".

— С-с-сука, — то ли на человеческом языке, то ли на парселтанге прошипел Поттер. — Крови ей мало? Будет ей кровь! Рассказывай, Малфой.

Драко вздохнул и довольно подробно изложил свой дебют в карьере мастера по починке магической мебели.

Когда в рассказе впервые прозвучало заклинание, Поттер бросил на Малфоя странный взгляд.

"Сообразил, что я пытался его убить", — понял Малфой.

"Он не смог меня убить", — понял Поттер.

— Хорошо. Давай я попробую починить.

Драко смотрел на него, как на чокнутого.

— Если у тебя получится, то она тут же перенесется сюда!

— Зачем?

— Проверить, что все готово, и...

— Говори, раз начал.

— Она принесет сюда Руку Славы и порошок Перуанской Тьмы, — нехотя закончил Малфой.

— Вот и отлично. Давно хотел обзавестись парой темномагических артефактов.

Малфой окончательно укрепился в подозрении, что у Поттера поехала крыша.

Тем временем Поттер приступил к ремонту.

Полсотни раз повторенное заклинание Гармония Нектере Пасус с разными интонациями и движениями палочки никакого видимого результата не принесли.

Поттер разозлился.

— Фините Инкантатем!

И тут Исчезательный Шкаф ощутимо вздрогнул и на мгновение окутался зеленоватым свечением.

— Та-а-ак, — Поттер отступил на шаг.

— Чертов Поттер! И где ты был раньше? — встрепенулся Малфой. — Получается, шкаф был не сломан, а кем-то заколдован, чтобы им не могли воспользоваться случайно!

— Погоди, Малфой! Лестрейндж уже узнала, что Исчезательный Шкаф можно использовать?

— Боюсь, что да.

— Стой здесь! И лицо сделай попроще.

С этими словами Поттер скрылся за Исчезательным Шкафом.

И вовремя.

Дверца скрипнула, и из нее показался изогнутый конец волшебной палочки.

— Ты здесь, Драко?

— Да, тетя. Вы принесли руку и порошок?

Драко очень хотелось, чтобы Беллатриса поскорее вернулась в "Горбин и Бэрк".

— Я все принесла, Драко. Но тебе это не понадобится. Экспеллиармус!

Коварная тетка подхватила палочку Малфоя и издевательски улыбнулась ему.

— Наш глупенький Драко слишком доверчивый, у-тю-тю-тю-тю, — разговаривая, как с малышом, Беллатриса взмахнула палочкой, и у Драко подкосились ноги. Он упал перед теткой на колени.

— Вот так-то лучше, — злорадно усмехнулась она, — наконец-то я сделаю то, о чем мечтала все тринадцать лет в Азкабане. Секо! Петрификус тоталус!

По щеке ошеломленного и окаменевшего Малфоя потекла кровь.

— Не зря я три месяца по ночам ждала в этой вонючей лавке. И вот я в Хогвартсе, и цель моя, как никогда, близка.

Она положила палочку Драко на конторку и как бы между делом сообщила:

— Ты сейчас умрешь, Драко. Хотя тебе стоит узнать перед смертью, что никакой ты не Драко, и тем более, не Малфой.

Она обернулась к нему и расхохоталась своим пронзительным истерическим смехом.

— Подумайте только! Отец Люциуса заболел драконьей оспой через пару месяцев после родов невестки и умудрился заразить ее и новорожденного внука! Мою сестру Люциус сумел спасти, а вот ребенок был обречен. И он умер, не прожив и трех месяцев. Но изворотливый Люц сразу понял, что остался без наследника, и состояние Малфоев после его смерти отойдет наследникам Блэков или Лестрейнджей. Помешанный на верности роду, этот ублюдок не мог вынести такого унижения и решился на обман. Он истратил треть состояния, но смог найти похожего малыша только в семье магглов. И он убил их ночью, забрал ребенка с собой и положил его в родовую люльку Малфоев. А трупик своего сына тайно подложил в гроб своего отца!

Истеричный рассказ Беллатриссы вновь прервал пронзительный хохот.

— И вот драгоценный сынок с прекрасными магическими способностями, но грязной маггловской кровью получает прекрасное домашнее образование и в одиннадцать лет поступает в Хогвартс. И никто даже не догадывается о подмене. Люциус успешно преодолевает все препятствия. Родовые артефакты, нежелающие признавать маггловского подкидыша, спешно заменяются на подделки, специальные темномагические заклинания следят, чтобы формирующаяся внешность приемыша имела фамильные черты. А чего только стоило Люцу справится с волосами лженаследника, когда в девять лет им вдруг вздумалось потемнеть! И афера Люциуса так и осталась бы неразоблаченной, если бы не было у его жены умной сестры, которая заметила то, чего не замечали все остальные.

Она вновь разразилась торжествующим смехом.

— Да, это я нашла детектива, который раскрыл похищение младенца и убийство его родителей, произошедшее шестнадцать лет тому назад. Это я наняла некроманта, который обследовал родовой склеп Малфоев и подтвердил, что истинный наследник рода давно истлел в гробнице своего деда. Это я нашла колдомедика, который готовил запрещенные зелья для волос юного лжеДрако. И сегодня я избавлю древний благородный род от этого мерзкого обременения!

Беллатриса твердой рукой направила палочку в грудь потрясенного, обездвиженного Драко.

— Авада...

— Круцио! Инкарцеро!

Непростительное заклинание из палочки Поттера ударило Беллатрису в спину и швырнуло на землю. Опутанная магическими путами, она громко выла, извиваясь на полу, а Поттер с совершенно искаженным лицом держал и держал на злодейке пыточное заклятие. И окаменевший Драко смотрел на Поттера остановившимся взглядом поверх извивающегося тела Лестрейндж.



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 21.02.2022, 21:30 | Сообщение # 8
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Беллатриса Лестрейндж и Сыворотка Правды


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Уже поздно вечером запыхавшаяся Гермиона нашла Забини, а точнее, встретила его из засады, которую устроила неподалеку от входа в слизеринское подземелье.

— Здравствуй, Забини.

Блейз шарахнулся от темной тени с густой гривой волос, которая, как показалось, выпрыгнула перед ним из темноты. Затылок его с глухим стуком ударился об стену.

— И тебе не хворать, Грейнджер. — Забини с некоторой опаской смотрел на девушку.

Чего это она пришла после той пощечины в библиотеке? Уж не желает ли она добавить ему по физиономии?

Для симметрии.

— Забини, нам надо переговорить.

Блейз несколько беспомощно огляделся по сторонам.

— Здесь?

— Нет. Тут неподалеку есть пустующий класс. Не возражаешь, если мы зайдем туда?

"Там она сможет запинать меня без свидетелей", — мрачно предположил Забини, но согласно кивнул.

Пустующий кабинет оказался заброшенным, пыльным и затхлым.

Как только за ними закрылась дверь, Блейз открыл рот, чтобы попытаться объясниться:

— Понимаешь...

— Ни слова больше, Забини, — перебила его девушка, — я знаю все.

— Знаешь все? — пролепетал Блейз, не зная, куда девать глаза.

Как она могла узнать, что Блейз уже второй год вздыхает по ней? Как она могла узнать, что является главным действующим лицом его ночных фантазий во сне и наяву, над последствиями которых по утрам приходится долго и тщательно махать волшебной палочкой?

Это просто невозможно!

— Да, Забини, я знаю все. Но тебе абсолютно нечего стесняться.

— Д-да?

— Конечно. Быть в меньшинстве — это не значит быть хуже всех остальных.

Блейз не понял, что она имела в виду, но на всякий случай кивнул головой.

— Очень хорошо, что ты это понимаешь. Правда, я не уверена, как к этому отнесется Гарри.

Она многозначительно замолчала.

— А это может стать серьезным препятствием? — осторожно уточнил Забини.

— А как же! Такие вещи подразумевают общее согласие и готовность жертвовать личным для другого человека.

Блейз почувствовал, что не совсем понимает Грейнджер.

— Для какого человека? — еще осторожнее уточнил он.

— Для своей второй половинки, — уверенно ответила Грейнджер и так ласково улыбнулась Блейзу, что у того по спине побежали мурашки удовольствия.

— Так можно считать, что прошлое забыто и теперь все хорошо? — воодушевился он.

— Тут многое будет зависеть от тебя, Блейз. Ты должен понимать, что неподготовленного человека можно отпугнуть, если проявить ненужную торопливость.

Она назвала его по имени! Блейз был так приятно потрясен, что совершенно перестал анализировать то, что говорит Гермиона.

— Вот, например, ты поцеловал меня, чтобы привлечь к себе внимание и заручиться моей благосклонностью к твоему... м-м-м... увлечению. Ведь так?

Забини с готовностью кивнул головой.

— Но вместо этого ты, наоборот, настроил меня против себя, потому что был необдуманно поспешен. Понимаешь?

Блейз опять кивнул.

— И только случайность помогла мне понять твои мотивы и побуждения. Не повтори такую ошибку второй раз.

"Значит, целоваться она пока не хочет, — понял Забини. — Но какая она красивая, когда говорит увлеченно! Щеки раскраснелись, глаза горят, губы... черт, сейчас я плюну на осторожность и точно поцелую ее. Будь что будет! И пусть она потом хоть рожу мне расцарапает!"

— Поэтому будь нежен, осторожен и терпелив. Человеку, чтобы привыкнуть к необычным отношениям, требуется время.

"Необычные отношения? — подумал Блейз, машинально кивая. — Впрочем, что это я, отношения между слизеринцем и гриффиндоркой действительно по-другому и не назовешь".

— Ты можешь рассчитывать на мое понимание в плане твоей влюбленности, Блейз.

Забини опять не совсем понял Грейнджер, но остатки его разума уже утонули в ее карих глазах.

— Будь умницей, Блейз.

Девушка порывисто чмокнула парня в щеку, улыбнулась и выскочила из кабинета.

— Охренеть! — высказался Блейз, прижимая ладонь к щеке, которой с разницей в сутки достались и пощечина, и поцелуй...

* * *

Стоило Поттеру снять заклинание с Лестрейндж, как она начала извиваться с удвоенной силой. Из-под веревок доносилось ее невнятное бормотание. И Гарри с ужасом видел, что магические путы на негодяйке истончаются на глазах. Стало ясно, что Беллатриса без палочки умудряется скинуть связывающие путы и вот-вот освободится. Она уже приподнялась на коленках, упираясь руками в пол. Ну не испытывать же на ней свою способность применять смертельное заклятье? Тем более, что убивать ее не входило в планы Поттера .

Гарри затравленно огляделся по сторонам, подскочил к ближайшей куче вещей, выхватил из нее что-то, напоминающее биту загонщика, и от души врезал Беллатрисе по затылку.

Лестрейндж ничком повалилась на пол и затихла.

— Блин! Я ее убил, что ли?

Поттер растерянно оглянулся на Малфоя, увидел его остановившийся взгляд и сообразил, что заклятие окаменения с него еще не снято.

— Фините Инкантатем!

Поттер уже убедился, что это заклинание может снять почти все знакомые ему чары, хотя полной уверенности у него не было. Тем не менее, отменяющие чары сработали, Малфой мешком осел, и голова его глухо стукнула по каменному полу.

Поттер заметался между ним и Беллатрисой.

— Кривой дементор! Мне срочно нужна помощь! — крикнул он растерянно.

Словно эхо его крика отразилось от высокого потолка знакомым курлыканьем.

— Фоукс! Фоукс! — крикнул радостно Гарри. Огненно-красная птица спланировала вниз, сделала круг и исчезла в языке пламени.

— Инкарцеро! — он обновил путы на Беллатрисе, потом подхватил Малфоя под мышки и в темпе потащил за ближайшую кучу мебели и хлама.

Фоукс не мог появиться случайно. Гарри почему-то не хотелось, чтобы Дамблдор узнал о занятиях Малфоя в Выручай-комнате. И сейчас надо было срочно спрятать слизеринца, пока тот не придет в себя и не сможет стоять на ногах самостоятельно.

Малфой на ощупь оказался более худым, чем казался в мантии (примечание автора, который сам балдеет от изысканности этой фразы). Затащив его в небольшой проход между кучами вещей, Поттер решил, что более укромного места ему уже не найти, и загородился от шкафа какой-то ширмой, разрисованной огнедышащими драконами.

И вовремя.

Раздался сдвоенный хлопок.

— Аластор! Это же Беллатриса Лестрейндж!

Поттер узнал голос Дамблдора.

— Разорви меня горгулья! — хриплый голос Грюма спутать с чьим-либо еще было невозможно. — Как она сюда попала и кто ее так отделал?

Гарри пальцем проделал дырку в ширме и приник к ней.

Дамблдор и Грюм стояли над бесчувственным телом Лестрейндж и оглядывались по сторонам.

— Я уверен, что несколько минут назад здесь был Поттер. Фоукс видел его.

— Мальчишка успел убежать, — констатировал Грозный Глаз. — Неужели он в одиночку справился с этой мерзавкой?

— Ему кто-то помог. Но Фоукс не опознал второго студента. Он мог быть под маскировочными чарами.

— Зачем?

— Об этом потом. Сейчас надо привести в чувство Лестрейндж и допросить ее.

— И что дальше? Дементоры Азкабана ненадежны. В министерстве полно предателей. Даже казармы аврората перестали быть надежным убежищем.

— Погоди, Аластор. Давай убедимся, что нам есть кого запирать. Сними с нее заклятие, которое наложил Поттер, и свяжи ее своим. Это будет надежнее. А я попрошу Снейпа доставить сюда Сыворотку Правды.

"Только Снейпа здесь и не хватало".

Гарри начал очень сомневаться, что ему удастся сохранить в тайне свое присутствие в компании с Малфоем. Хотя странно, что Грозный Глаз Грюм не увидел его сквозь эту жалкую тряпку.

Кстати, о Малфое. Он очнулся и сидел на полу, неловко подогнув ноги под себя и закрыв лицо ладонями. Гарри посетило ощущение дежавю. Нагнувшись к Малфою, он силой отнял его руки и поймал совершенно отчаянный взгляд.

— Тихо! — приложив палец к губам, прошептал Гарри.

Выражение лица Малфоя не изменилось. Гарри так и не понял, услышал его хорё... то есть, Малфой, или нет.

Тем временем действующих лиц добавилось.

— Вы вызывали меня, директор?

— Да, Северус. Вы принесли то, что я просил?

— Да, директор. Усовершенствованный рецепт. Не более двух капель.

— Отдайте зелье Аластору и уходите, пока Беллатриса не пришла в себя. Не нужно, чтобы она вас видела.

— Как скажете, директор.

Послышались звуки шагов, какой-то возни, и заклинание, произнесенное Грюмом.

— Энервейт!

Поттер вновь поспешно приник к дырке в ширме. Дамблдор и Грюм стояли перед связанной Лестрейндж, а та с ненавистью переводила взгляд с одного на другого и морщилась, видимо, от боли в затылке.

Дамблдор начал допрос. Как ни странно, но даже сыворотка Снейпа не помогла выяснить местонахождение Волдеморта. Он собирал своих слуг через метку в замках своих приспешников, но никогда не находился в одном месте больше двух-трех часов. Куда он исчезал и откуда появлялся — не знали даже самые ближайшие сторонники, к коим Лестрейндж с гордостью себя причисляла.

Грюм был разочарован.

Тема допроса переместилась на дела Хогвартса. Беллатриса рассказала о своем проникновении в школу через Исчезательный шкаф, и даже горько посетовала, что не успела убить Дамблдора и десяток студентов, чтобы, как она выразилась, "другим было неповадно".

— Тебе поручили убить Гарри Поттера? — прервал ее откровения Дамблдор.

Беллатриса разразилась своим истерическим хохотом.

— Не-е-ет! Темный Лорд бережет Поттера для себя. Он сам разделается с мальчишкой, несмотря на всякие идиотские пророчества.

Гарри видел, как напряглось лицо директора.

— При чем здесь пророчество?

— То, что Темный Лорд не смог лично увидеть в пророчестве, ему удалось прочитать в министерстве в мозгах мальчишки . Для Лорда содержание пророчества уже не секрет. Он интересовался лишь тем, какой именно силы Поттера он не знает.

— Он выяснил это?

— Да-а-а! Я помогла ему. Теперь Темный Лорд знает тайну рождения матери Поттера.

— Что он узнал о Лили Эванс?

— Никакая она не Эванс. И вы это знаете не хуже меня. Ну какую древнюю и могучую защитную магию могла дать своему сыну мать Поттера, если бы была грязнокровкой? Ха-ха-ха-ха-ха! Вы прекрасно знаете, что эта защитная магия могла быть только родовой. А это значит, что мать Поттера и сам щенок являются чистокровными и принадлежат к родовой аристократии! И неизвестной Лорду силой является именно эта родовая магия, которая всплесками уже проявлялась в Поттере раньше, и может проявиться еще сильнее в будущем! И Темный Лорд уже вычислил, что это магия рода...

— Силенцио!

— Альбус, почему ты не дал ей назвать род? — раздраженно рявкнул Грюм.

— Нельзя, Аластор! Просто поверь мне, что это грозит огромной опасностью.

— Кому? Поттеру? Он и так у тебя агнец на заклание!

— Молчи! Ни слова больше!

Они замолчали.

Потрясенный Гарри видел, что губы Беллатрисы еще шевелятся, не издавая ни звука.

— Забирай ее, Аластор. Придется ей посидеть в твоем сундуке. А я запечатаю Исчезательный шкаф, чтобы никакие нежеланные гости не могли проникнуть в Хогвартс этим путем...

* * *

Спустя пять минут в Выручай-комнате оставались только Поттер и Малфой.

Парни сидели на полу и смотрели друг на друга.

В глазах Малфоя плескалось отчаяние пополам с болью.

В глазах Поттера застыла смесь изумления и недоверия.

Он с трудом проглотил комок в горле и севшим голосом произнес:

— Вот это компот, Драко. Мы с тобой, что?.. Поменялись местами?



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 26.02.2022, 01:13 | Сообщение # 9
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 01


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.

Они выбрались из Выручай-комнаты только поздней ночью.
Малфой долго искал свою палочку, ругаясь сквозь зубы. И нашел ее на конторке. Палочка была прикрыта ярко-алым пером.
Воистину, хочешь спрятать — положи на видное место.
Поттера сразу посетили весьма конкретные подозрения. На конторку палочку положила Лестрейндж, а вот прикрыть ее (палочку) пером Фоукса мог только Дамблдор. И сделал он это для того, чтобы Грюм не смог проверить, кто был с Гарри в Выручай-комнате. Не исключено, что перо феникса может быть преградой для магического глаза Грюма.
Да и ширма, за которой они укрывались, тоже могла быть совсем не простой.
Малфой сразу повернул к своим подземельям. Поттер сделал было шаг за ним, но слизеринец обернулся и недвусмысленно наставил на него палочку.
— Отвали, Поттер, не до тебя.
Гарри пожал плечами.
— И вообще... — Малфой замолчал, пытаясь мысленно сформулировать продолжение.
— Не собираюсь я никому говорить, — устало махнул рукой Поттер, — иди уже.
Малфой несколько мгновений пытливо вглядывался в его лицо, а потом сунул палочку в карман мантии, повернулся и побрел в свои подземелья.
Гарри смотрел на его опущенную голову и поникшие плечи.
Это Малфой?
Позвольте не поверить. Это мог бы быть Рон Уизли, получивший бладжером по голове, или Дин Томас, схлопотавший по морде от очередной девчонки, но такой походки никак не могло быть у серебряного принца Слизерина!
"Кривой дементор! — подумал Гарри. — Даже не знаю, что и подумать. Зря я его одного отпустил".
<empty-line>
Поттер брел по Запретному лесу. Его не интересовали ночная тьма и страшноватые шорохи. Огонек на конце палочки разгонял мрак, а буря мыслей в голове заглушала любые внешние звуки.
Поэтому он даже не удивился, когда на его пути выросла огромная тень.
— Здравствуй, Флоренц, — рассеянно кивнул он и направился дальше, куда ноги несли.
— Гарри, лес — не самое безопасное место для тебя.
— А для тебя?
— Звезды предсказали, что я встречу тебя этой ночью, поэтому я покинул табун.
Поттер выпал из своей прострации и оживился.
— Слушай, Флоренц, вот ты постоянно ссылаешься на предсказания звезд. А ты можешь по звездам определить чистокровность мага?
Кентавр долго молчал, а потом вздохнул:
— Зачем тебе это, Гарри?
— Спрашиваю — значит, надо. Ты ответишь или нет? — упрямо вскинул голову Поттер, глядя прямо в глаза Флоренцу. Огонек на кончике его палочки вспыхнул ярче.
— Да. Мы отличаем магов разного происхождения, но не делим их на первый и второй сорт.
— Это вам звезды подсказывают? — недоверчиво спросил Гарри.
— Нет, — покачал кентавр головой, — звезды тут ни при чем. Волшебники разного происхождения отличаются цветом ауры.
— Ауры?
— Это невидимый ореол, который окружает каждое живое существо. Вы не видите его, но он постоянно с каждым из вас.
— Расскажешь?
— Только при условии, что ты немедленно покинешь лес.
— Ладно.
— Тогда залезай ко мне на спину. Я донесу тебя до опушки, а по дороге расскажу то, что ты можешь узнать только от нашего народа.
Гарри вдруг почувствовал, что устал неимоверно. Поэтому с благодарностью забрался на Флоренца и обхватил руками его мощный торс.
И Флоренц ему рассказал...
<i>"На заре цивилизации людей кентавры были уже вполне развитым народом, прекрасно владеющим магией. Они с недоумением и презрением смотрели на неуклюжих прародителей людей с их полуживотными и варварскими ухватками. Ауры у них у всех были одного уныло-желтого оттенка и отличались друг от друга лишь интенсивностью свечения. Кентавры очень долго не принимали людей всерьез, и так прошла бездна времени, как вдруг среди монотонной массы людских аур начали появляться оранжевые, а потом и ярко-красные. Это удивило кентавров, и они начали присматриваться к носителям необычных ореолов. Очень скоро они поняли, что накопленная за века энергия вызвала к жизни носителей магии в племени людей. Их неуверенное овладевание этими силами вначале вызывало улыбку, но время шло, носителей красной ауры становилось все больше, их магия становилась все искуснее и изощреннее, и вскоре кентавры заметили появление нового цвета — ярко-синего. Не составило труда выяснить, что это результат природной селекции..."</i>
В этом месте Поттер единственный раз возмущенно прервал рассказ Флоренца:
— Слушай, мы же не овцы!
— Я сказал — природная селекция. Ваши немагические людские особи называют этот процесс естественным отбором.
Гарри не нашел, что возразить, и Флоренц продолжил рассказ...
<i>"Синие ауры появлялись после нескольких поколений браков между магами с красными аурами. И то не всегда. Если в эту цепочку попадал маг с желтой или оранжевой аурой, то синих аур в потомстве не возникало. Сделать выводы было несложно. Ты спросишь меня, почему так происходит, но мы не знаем ответа на этот вопрос. Звезды учат нас слушать и понимать их, а не задавать вопросы".</i>
Поттер подавленно молчал.
— Ты ведь не случайно спросил, Гарри?
— Не случайно. Получается, что ты... что вы... в общем...
— Да, Гарри, мы видим твою синюю ауру.
— Флоренц! Почему ты молчал?
— Но ты меня и не спрашивал.
— Значит, у немагов ауры желтые?
— Да.
— У маглорожденных оранжевые, а у полукровок красные?
— Да, Гарри. Ты все правильно понял.
Кентавр вышел из последних кустов на опушку запретного леса. Перед ними редкими огоньками обозначился замок Хогвартса.
— Нам пора прощаться, Гарри. Ты в безопасности, а я не хочу, чтобы меня увидели с тобой. В табуне не поощряют общение с магами.
Гарри покусал губы и решился.
— Послушай, — начал он, — в школе есть один студент... м-м-м... он староста Слизерина... у него такие серебристо-белые волосы...
— Я знаю старосту Малфоя, — спокойно кивнул Флоренц, — он иногда приходит на мои занятия, чтобы присмотреть за своим факультетом.
— Не мог бы ты мне сказать... я хотел бы знать...
— Цвет его ауры?
— Я думаю, что она оранжевая... Да?
— Она красная, Гарри.
Флоренц поклонился и пропал в подлеске Запретного леса.
— Я уже ничего не понимаю, — пожал плечами Поттер и побрел к замку.
<empty-line>
Заснуть Драко и не пытался.
Он сел у камина, отгородился парой кресел, чтобы его не увидел кто-нибудь из студентов, случайно заглянувший в гостиную. В голове его тяжело ворочались воспоминания, и наплывали одна на другую картины из детства...
<i>"Вот ему еще лет пять или шесть. Отец наказал тростью домовика Риппи, который недосмотрел, когда Драко на прогулке полез в лужу. Из глаз домовика текут слезы. а Драко жалеет его и гладит по ушастой голове. Входит отец. Глаза у него злые, и Драко весь сжимается, предчувствуя что-то плохое.</i>
<i>— Магловская жалость!</i>
<i>От пинка отца Риппи отлетает в другой конец комнаты.</i>
<i>— Ты Малфой, Драко! — почти шипит отец ему в лицо. — Ты не должен жалеть рабов. Они — грязь под нашими ногами!"</i>
<i>"Ему лет восемь. Зима. Его в первый раз взяли на парфорсную охоту. Отец верхом на хантере. На нем алый френч, белые лосины, черные лакированные ботфорты и бархатное жокейское кепи. Мама очень красивая и тоже верхом, на ней синяя амазонка. А сам Драко запакован в теплый серый камзольчик. Он верхом на пони и страшно горд этим обстоятельством.</i>
<i>Тетя Белла тоже в алом френче, как и другие охотники. Остальные дамы смотрят на нее неодобрительно, но тете на это наплевать. В верховой езде она любому мужчине даст сто очков форы. </i>
<i>Вокруг них пешие и конные егеря, своры гончих, домовики с напитками и угощением... Глаза разбегаются. Долгие скачки по заснеженным полям и перелескам. Оглушительный лай собак, настигших добычу. Одобрительные возгласы охотников. И тетя Белла, перерезающая горло оленю с огромными ветвистыми рогами... и алая кровь на ослепительно белом снегу. Драко белеет лицом и падает с пони в глубокий колючий снег... Разъяренное лицо отца, встряхивающего его за шиворот.</i>
<i>— Как ты смеешь позорить меня, отродье!.."</i>
<i>Он стоит перед отцом у кареты, запряженной фестралами. На запятках кареты привязана поклажа. Это его вещи. Он уезжает в Хогвартс.</i>
<i>— Мистер Крэбб проводит тебя до Хогвартс-экспресса. Его сын Винсент тоже едет в школу. Ты должен помнить, что ты Малфой! Выбирай себе друзей только из чистокровных семей. Никаких дружеских отношений с грязнокровками! Ты понял, Драко?</i>
<i>— Да отец. Я ненавижу грязнокровок и тех, кто предает чистую кровь!</i>
<i>Губы отца изгибаются в холодной усмешке.</i>
<i>— Все-таки я выбил из тебя простецкую дурь.</i>
<i>И, увидев в глазах сына недоумение, поправился:</i>
<i>— Ты чистокровный маг в двенадцатом поколении, ты — Малфой! И я требую, чтобы ты помнил об этом всегда!"</i>
Драко откинулся и в тоске прижался затылком к спинке кресла.
— Молодец, папа... Отродье, простецкая дурь... грязь под ногами... дрессировал меня, как охотничьего пса. А мама... мама ничего не знала. Неужели она не чувствовала, что держит на руках чужого ребенка?
Он невольно сравнил в памяти, как толстуха Уизли хлопотала над своими рыжими недоумками на перроне Кинг-Кросса — и как его собственная мать холодно и чопорно целовала Драко в лоб два-три раза в год. Она знала, что он не родной, или инстинктивно чувствовала это? Или боялась выражать материнскую нежность при отце? Или она холодна от природы, как психованная тетя Белла, которая громогласно заявляла, что ненавидит всех детей без исключения? Они родные сестры, как-никак...
Драко почувствовал, что его мозг сейчас вскипит от всех этих мыслей. Первый раз за все время своды подземелья давили на его плечи. Поняв, что не может здесь дальше оставаться, Малфой вышел из гостиной факультета. В тот момент он не мог знать, что нога его больше никогда не переступит этот порог...
<empty-line>
Гарри не успел войти в Больничное крыло, как его окликнула мадам Помфри.
— Что случилось, Поттер?
Гарри и сам не знал, что с ним случилось. Ему решительно не хотелось идти в общежитие факультета, в душную спальню, и до утра слушать, как храпят, сопят и пукают во сне однокурсники. Поэтому он решил сослаться на нездоровье и провести остаток ночи в Больничном крыле. Здесь хотя бы никого нет, тихо и спокойно.
— Плохо чувствую себя, мадам Помфри, — пожаловался Гарри, — и голова болит.
— У тебя голова болит случайно не из-за Драко Малфоя? — с подозрением спросила школьная целительница.
Поттер растерянно промолчал, но потом отрицательно покачал головой.
— Синяков и шишек нет? Порезы и ожоги? Нет? Вывихи, выбитые зубы? Кости целы? — продолжила допрос Помфри. — Ладно, иди ложись в палату. Вторая дверь направо. Я сейчас зелье принесу.
Гарри только похлопал глазами в недоумении.
— Не притворяйся мне здесь невинной овечкой. Знаю я ваши головные боли. Они, что у тебя, что у Малфоя — одинаковые. Марш в постель!
Что означала эта эскапада обычно флегматичной целительницы — Поттер так и не понял. И при чем здесь Малфой, он тоже не понял. Конечно, ему не раз приходилось одновременно с хорьком посещать Больничное крыло после особо жарких рукопашных сражений, но сейчас ночь, вообще-то. И спят они с Малфоем на разных факультетах, в разных концах замка. Если только...
Поттер прошел к двери своей палаты. Перед тем, как войти, он посмотрел на двери других палат. Все они были закрыты, кроме одной. Гарри на цыпочках подкрался к ней и тихонько приоткрыл. Постоял с минуту, таращась в полумрак, а потом прикрыл дверь и растерянно пробормотал себе под нос:
— М-да, Малфой. От тебя, как от судьбы — не уйдешь...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Воскресенье, 27.02.2022, 22:41 | Сообщение # 10
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 02


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Утром Гермиона столкнулась на лестнице с Забини.
— Привет, ты куда?
— Э-э-э... хотел переговорить с Поттером.
— Что? Вот так сразу? — возмутилась Гермиона. — Ты так ничего и не понял из того, что я тебе говорила?
— Ну, почему? Ты сказала, что от разговора с Поттером многое зависит, что надо... это... обеспечить общее согласие и готовность жертвовать... э-э-э... личным для другого человека. Вот.
— Потрясающая память, Блейз, — с сарказмом отозвалась девушка, — только ты не дал себе труда подумать, что до "общего согласия" у вас еще очень далеко. Ты еще не сыграл вступление, а уже хочешь начинать финал.
— Вступление? — растерялся Забини. — Это ты о прелюдии? Или я чего-то не понимаю?
— Какая прелюдия, Блейз? Ты о чем вообще? Гарри еще ничего не знает о твоих чувствах, а ты хочешь вывалить на него такое признание? Сразу могу сказать, что Гарри тебя не поймет, решит, что ты издеваешься над ним, и расквасит тебе нос!
— Сурово он относится к дружбе, — покачал головой Забини.
— Ну, насколько я знаю, речь идет не только о дружбе, — лукаво и поощрительно улыбнулась девушка.
Теплая волна окатила Блейза с ног до головы, особо задержавшись где-то в животе. Какая она милая, когда улыбается ему.
— Гермиона, — немного запнулся Забини, — я ведь могу тебя так называть?
— Можешь, — кивнула она.
— Гермиона, как я рад, что ты меня так понимаешь.
— Блейз я уже сказала тебе, что ты всегда найдешь во мне понимание и сочувствие к твоей влюбленности. Чувства меньшинств надо защищать, даже если отношение к ним неоднозначное.
Остатки сознательной умственной деятельности Забини вновь царапнула некоторая странность формулировки, но основная часть его сознания, утонувшая в ласковом взгляде Гермионы, напрочь проигнорировала этот сигнальчик.
— Так что мне делать дальше?
Находясь в некоторой эйфории, Блейз был готов по приказу Гермионы спрыгнуть с лестницы (с Амортизирующими чарами, разумеется) или совершить еще какое-нибудь сумасбродство. Но этого не потребовалось.
— Иди к своему Малфою и постарайся сделать так, чтобы он в течение дня не задирал Поттера. Потому что, если ваш староста испортит Гарри настроение, то твои шансы обратить на себя его внимание окажутся совершенно бесполезны.
Опять что-то резануло слух Блейза, и он уже собирался понять, что именно, но тут Гермиона после недолгих колебаний сунула руку в карман мантии и вытащила подозрительно блестящий галеон. Она коснулась монеты палочкой, прошептала какое-то заклинание и протянула Забини.
— Что это?
— Средство связи. Это зачарованный галеон. Фальшивый, естественно. Если тебе потребуется предупредить меня о чем-нибудь, то достаточно прошептать над ним слова — и на моей монете появится твое сообщение.
— Здорово, — признал Забини. — Протеевы чары? Ты сильная ведьма, Гермиона.
— Я уже от кого-то это слышала, — улыбнулась девушка
"Здорово! Она уже кокетничает со мной", — подумал Блейз, преисполняясь радужных надежд.
Ему всего-то надо переговорить с Поттером и убедить его в искренности своих чувств к Гермионе. И есть надежда, что тогда она оттает окончательно.
— Так, Забини, — Гермиона сменила тон на командный и деловой, — не вздумай показывать или рассказывать кому-нибудь о галеоне. Особенно своим слизеринцам. Следи за поведением Малфоя и без моей команды к Поттеру не лезь, а то все испортишь. Понял?
Не дожидаясь ответа, Грейнджер кивнула Забини и направилась в Большой зал.
— Понял, — похлопал глазами Блейз.
Ему трудно было привыкнуть к такому общению, но был в нем определенный шарм и новизна.
М-да, девушку он себе выбрал непростую. Оставалось добиться, чтобы она приняла его внимание и ухаживания. И со своим факультетом ссориться нельзя. Поттер Поттером, но есть ведь еще и Малфой, ненавидящий грязнокровок. И выйти из этой истории без потерь будет очень сложно. Видимо, начинать надо именно с Драко.
Из-за ближайшей колонны с независимым видом вылез Криви и, сделав вид, что не заметил Забини, направился прочь, на ходу что-то подкручивая в своей чертовой камере.
— Колин!
Тот вздрогнул и бегом припустил по коридору. Блейз выхватил палочку, но доморощенный фоторепортер уже успел свернуть и скрылся из вида.
— Клянусь гульфиком Мерлина! Этот проныра у меня схлопочет. Интересно, что он успел наснимать?..
<empty-line>
После завтрака растерянный Забини и не менее растерянная Грейнджер вновь столкнулись на лестнице.
Оба заговорили одновременно.
— У нас Малфой пропал...
— Гарри куда-то подевался...
<empty-line>
* * *
<empty-line>
Гарри с третьего раза попал камушком по выступу у Гремучей Ивы.
— Теперь можно идти?
— А ты не передумал, Малфой?
— Не передумал. А ты, раз согласился, так не пяться назад.
— От кого я слышу...
— Поттер, теряем время.
Гарри вздохнул и сделал знак Малфою идти за собой. Вся эта затея ему решительно не нравилась. Но в одном Малфой прав. Он сам предложил хорьку такой вариант...
<empty-line>
Утром Гарри проснулся от прикосновения чего-то твердого к своему горлу.
Разлепив глаза, он обнаружил Малфоя, который сидел на краю его постели. Конец палочки слизеринца утыкался ему прямо в кадык.
— Убить собрался или пугаешь? — хриплым спросонья голосом поинтересовался Гарри.
— Глотку хотел тебе заткнуть, если заорешь, когда проснешься, — тихо ответил Малфой и палочку убрал.
— А чего мне орать? Ты совсем не страшный. — Гарри захотелось пошутить над Драко. — И даже симпатичный, когда в домашней пижаме.
— Поттер, ублюдок, — огрызнулся Малфой, но при этом заметно порозовел. — Хватит трепаться, я не за этим пришел.
Гарри потянулся за своими очками и палочкой.
Напялив очки, он еще раз критически оглядел Малфоя с головы до ног и уточнил:
— Насчет симпатичного я, конечно, погорячился. Но терпеть можно.
— Все? Закончил словоблудие? Надо поговорить.
Поттер спустил ноги на пол. Одеяло соскользнуло с его плеч. В отличие от Малфоя, ночной пижамы на нем не было. На нем вообще ничего не было, кроме скромных боксеров. Малфой невольно пробежал взглядом по экстерьеру гриффиндорца.
— Ну, чего ты замолчал? Говори, что хотел.
Драко замялся. Даже и непонятно, с чего начать. Впрочем, Поттер всегда выражал свои мысли достаточно прямо. Не стоит с ним ходить вокруг да около.
— Расскажи мне о маглах! — выпалил он.
Гарри чуть не подавился зевком. Ни хрена себе, просьбочка! Как это он себе представляет? И зачем это Малфою?
— Вообще-то в школе есть предмет — Магловедение называется.
— Поттер, не заставляй меня сомневаться в твоих, хоть и очень скромных, но имеющихся умственных способностях. Как ты себе это представляешь? Записаться на курс посреди учебного года? На курс, который, как ты, может быть, заметил, не пользуется особой популярностью у слизеринцев? Да и не нужны мне сведения о маглах из учебника министерства.
Гарри сообразил, что нужно хорьку. Но как это устроить? Если для Малфоя пойти на официальный курс лекций уже — проблема, то другой вариант ему и вовсе покажется бредовым.
— Ну, чего ты замолчал?
— Есть хороший вариант, да только он тебе не подойдет.
— Говори, — насторожился Малфой, — я сам решу, что мне подойдет, а что не подойдет.
— Тебе надо попасть в мир маглов и пожить там недельку-другую.
Гарри ожидал, что Малфой пошлет его подальше, но, к его удивлению, тот задумался.
— А как это сделать?
"Ну, дела-а-а... Леса текут, моря горят, мышка в камне утонула... Это точно Малфой? Что-то с ним не так".
Не понимая, как вести себя, Гарри неопределенно пожал плечами.
— Ну-у, ты-то сам как попадаешь в мир маглов? — не отставал Малфой.
— Ну, как-как, — опять пожал плечами Поттер, — еду на Хогвартс-экспрессе в Лондон, потом дядя везет меня в Литтл-Уингинг.
И прикусил язык. Не стоило сообщать Малфою название городка.
— И все? — разочарованно спросил Драко. — И других вариантов нет?
— Ну-у-у... — Гарри поймал себя на том, что в стопицотый раз пожал плечами, и пообещал себе больше так не делать. — Один раз я добирался до школы через "Дырявый котел".
— Как?
— "Ночным Рыцарем" до Косого переулка, потом от "Дырявого котла" до Хогсмита, а здесь пешком.
— Дай угадаю. Это было на третьем курсе?
— Откуда ты знаешь?
— Мой отец... — Драко запнулся. — В общем, я слышал, что ты что-то натворил у маглов, а трусливый Фадж тебя прикрыл.
Малфой, разумеется, не стал рассказывать, что узнал об этом, подслушав разговор Люциуса с кем-то из министерских работников.
— А ты, оказывается, хорошо осведомлен о моих делах, — удивленно произнес Гарри, одновременно следя за тем, чтобы не пожимать плечами. — А я думал, что вызываю у тебя приступы ярости только при личных встречах.
— Отвали, Поттер, — огрызнулся Драко, — ты слишком высокого мнения о своей особе.
Они помолчали. Поттер решил, что вопросы у Малфоя закончились, и потянулся за джинсами.
Он как раз прыгал на одной ноге, пытаясь протолкнуть вторую в штанину, как вдруг Малфой прервал затянувшуюся паузу.
— Поехали к твоим маглам-родственникам.
— Что?! — Поттер потерял равновесие и грохнулся бы на пол, но Драко вскочил и схватил его за плечи.
Малфой ощутил подушечками пальцев упругость кожи Поттера, ощутимо перекатывающиеся под ней мускулы, и почувствовал запах его тела — чуть терпкий аромат с какой-то фруктовой ноткой.
— Стой на ногах, придурок! — почти испуганно воскликнул он.
Поттер так и застыл на одной ноге, держа в руках штаны. Он почувствовал крепкие пальцы и теплые ладони Малфоя у себя на плечах, и его обдало каким-то полузабытым ароматом, то ли парного молока, то ли свежего сливочного масла.
— Извини, Малфой, — выдавил он из себя.
Пальцы на его плечах разжались. Малфой отодвинулся. Поттер, наконец, попал в штанину и выпрямился, застегивая гульфик.
Оба испытали какое-то смутное сожаление, в котором не признались бы никому и под пыткой.
— Я езжу туда только на каникулах. Не думаю, что они будут рады мне. Не говоря уже о тебе.
— Твои родственники любят деньги?
Поттер с удивлением посмотрел в прищуренные глаза Малфоя и хотел пожать плечами, но вовремя спохватился и кивнул.
— Тогда вопрос их гостеприимства я беру на себя.
— Малфой, у них же магловские деньги.
— Обменяем в Лютном, — парировал Драко.
— Но обычные деньги на проезд тоже нужны, — напомнил Поттер.
— Хватит и на проезд, — сбить Драко с его намерений, по всей видимости, не представлялось возможным.
Поттер понял это и начал размышлять не "контра", а "про".
"Навестить Дурслей, чтобы расспросить Петунию, было бы неплохо. Если Малфой задобрит Вернона подношением, то можно рассчитывать хоть и на настороженный, но в целом благосклонный прием. И, возможно, удастся выяснить что-нибудь о матери у ее сестры... Или сводной сестры..." — поправил он себя.
— Погоди, — сообразил он об еще одном препятствии, — но нас же хватятся. Учебный год в самом разгаре.
— Плевать, — отмахнулся Малфой. — Попроси Дамблдора, чтобы всем сказали, что мы оба в Мунго после магической дуэли.
Пришла очередь Поттера смотреть на Драко, как на помешанного. Хотя... Если разобраться... Если через Гермиону предупредить Дамблдора, то не исключено, что все обойдется тихо. Конечно, и у директора, и у подруги будет к нему много вопросов, но почему-то сейчас это его не очень беспокоило.
— Я попрошу Гермиону, чтобы она меня прикрыла. Мне надо найти ее немедленно.
— Стой! Отсюда мы выйдем только вместе и только в Хогсмит.
— Ты чего-то боишься?
— Скажем так, опасаюсь.
— А почему Волдеморт выбрал именно тебя.
— А ты не догадываешься? Вряд ли Беллатриса не поделилась с Темным Лордом своим... расследованием.
— Ты хочешь сказать, что тебя им не жалко?
Драко промолчал, но скривился весьма выразительно.
— Ладно, — сдался Поттер, — как мы выйдем за ворота? — кисло поинтересовался он.
— Как ты раньше выходил, так и сейчас выйдем.
— Ну ты и наглый, Малфой! — почти восхитился Поттер...
<empty-line>
Они выбрались из подземного хода. Драко осмотрелся по сторонам.
— Визжащая хижина?
— Ума палата дороже злата, — проворчал в ответ Гарри. — Пошли в Хогсмит.
— Подожди, надо почиститься. Я не собираюсь показываться на людях в таком виде.
Драко начал накладывать Очищающие чары на себя, а потом и на Поттера, к удивлению последнего.
— Какое уважение к моим родственникам, — подпустил шпильку Гарри.
— Плевал я на твоих родственников, — невозмутимо отозвался Драко. — Я не могу показаться в Лютном переулке в испачканной одежде, да еще и в обществе чумазого голодранца.
"Неисправимый наглец", — мысленно вздохнул Гарри и толкнул входную дверь хижины...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 07.03.2022, 23:33 | Сообщение # 11
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 03


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Забини почувствовал жжение в паху, сунул руку в карман и чуть не заорал.
Галеон в кармане раскалился так, что, казалось, штаны сейчас задымятся. В воздухе отчетливо запахло глаженным бельем.
— Ну, Гермиона, красного колпака тебе за пазуху!
Не вынимая руки из кармана, он оттянул его как можно дальше от самой дорогой части тела и не совсем понимал, что делать дальше.
Впрочем, жар от галеона несколько спал, и его удалось извлечь из кармана. Теперь Забини подбрасывал его с руки на руку, как печеную картошку.
— Блин, ты скоро остынешь?
Наконец, удалось рассмотреть монету. По ободку ее бежали строчки:
"Жду тебя у входа в директорскую башню. Г."
"Г."!
Класс!
Грейнджер позвала его на свидание.
Смело, очень смело. Обычно девушку надо уговаривать о встрече, а тут все наоборот. Забини потер обожженный участок тела всего в двух дюймах от... и подскочил к зеркалу.
Хм-м-м-м, неплохо. Слегка небрежно уложенные волосы по последней моде, томный и нежный взгляд, мужественный (с натяжкой) профиль.
Годится.
Блейз бросил на свое отражение последний взгляд и выскочил из спальни.

Взъерошенный вид Гермионы дал понять Забини, что позвали его не на свидание. Но выходить из образа было уже поздно.
— Что-то случилось? — глухим мужественным голосом поинтересовался Блейз, с грозным видом осматриваясь по сторонам.
— У меня письмо, которое надо передать Дамблдору.
— ?
— Тут такое дело, — начала объяснять девушка, — я получила два письма. Одно адресовано мне, а второе директору.
— ?
— Не удивляйся, что я тебя позвала. Эти письма написал Гарри. И там есть о Малфое.
— О-о! Дашь прочитать?
— Нет. Но могу пересказать основное. Он пишет, что они вместе с Малфоем временно покинули школу. Что причину этого он может рассказать только директору и просит передать ему второе письмо. И просит прикрыть его и Драко на время их отсутствия.
— Он назвал его в письме — Драко?!
— Хм-м, да.
— Что еще было в письме?
— Практически ничего. Написал, что целует меня и просит помочь.
— Что-о-о? Он свалил с Малфоем, которого называет по имени, и в письме целует тебя?
— В щечку, — тихо и застенчиво добавила девушка, но Блейз ее уже не слышал.
Чертов Поттер передает Грейнджер в письме поцелуи!
— Блейз, ты не злись так. На тебе просто лица нет. Ну с чего ты взял, что Поттером движут романтические чувства?
— А какие, по-твоему?
— Ну-у-у, мало ли. Знакомство длиной столько лет, даже с негативным подтекстом, иногда связывает людей странными привязанностями.
— Да уж куда странней, — с сарказмом прошипел Забини.
— Я вижу, что ты ревнуешь, но ведь у тебя нет уверенности, что твоя ревность обоснована?
— Ты опять о дружбе?
— Ну-у-у, в общем, да.
Тут Блейз решил, что пора объясниться.
— Мне мало дружбы, Гермиона! Я тебе честно говорю, что хочу серьезных отношений. И я очень рассчитываю на взаимность.
Девушка мило улыбнулась.
— Как мне нравится твоя горячность, Блейз. Я думаю, что со временем у тебя все получится.
Забини медленно остывал и корил себя за поспешность. Конечно, Гермиона еще не готова к его излияниям, но она только что однозначно дала ему понять, что у него есть шансы, и немалые. Это уже что-то.
— Ладно, извини, — пробормотал он на тон ниже.
— Пустяки. Ты был очень убедителен. Думаю, в разговоре с Гарри такой тон был бы для тебя довольно уместен.
— Он любит бьющие в глаза эмоции?
— А кто их не любит?
Дракон в душе Блейза свернулся комочком и замурлыкал.
— Ты пойдешь со мной к директору?
Счастливый Блейз только молча кивнул.

Директор с интересом оглядел странную пару, заявившуюся к нему в кабинет на ночь глядя. Глаза его смеялись.
Впрочем, смешинки в глазах сменились льдинками, как только он ознакомился с письмом Поттера. В задумчивости он походил по кабинету, а потом попросил у Гермионы письмо, которое адресовано ей. После прочтения второго письма настроение его не улучшилось.
— Кто-нибудь знает об этих письмах?
— Н-нет.
— Блейз и Гермиона, обращаюсь к вам с большой просьбой. Если вам дороги жизни ваших друзей и однокурсников, то никто не должен узнать об этих письмах. Их не было. Понятно?
— Хорошо, профессор Дамблдор.
— Объявляю вам официально, что Гарри Поттер и Драко Малфой в нарушение школьных правил устроили магическую дуэль, в результате которой пострадали оба. Так как последствия данной дуэли невозможно излечить в условиях Больничного крыла Хогвартса, оба дуэлянта отправлены в клинику святого Мунго на срок не менее двух недель. Остальные новости читайте в журнале "Пророк".
Посмотрев на студентов и оценив, прониклись ли они его речью, Дамблдор кивнул на дверь.
Гермиона с Блейзом переглянулись и покорно направились к выходу.
— Забини, подожди минутку, — директор пошарил в ящике стола. — Вот, возьми. В отсутствие Малфоя прошу тебя исполнять обязанности старосты факультета Слизерин.

* * *

Драко Малфой развалился в кресле на колесиках. От резких рывков и торможений "Ночного Рыцаря" кресло моталось по всему салону, время от времени врезаясь в перегородку, отделявшую кабину водителя от салона. Стен Шанпайк виртуозно уворачивался от опасного снаряда, а Поттер присел на ступеньку лестницы, ведущей в верхний салон, и, вцепившись в поручни, с усмешкой наблюдал за развлечениями Драко.
Наконец, кондуктор под скрип тормозов увернулся от кресла в последний раз и объявил:
— "Дырявый Котел"!
— Приехали.
Паб был почти безлюден, и через него ребятам удалось проскочить незамеченными.
— Ты помнишь, какой кирпич?
— Кажется, этот.
Спустя минуту они уже шагали по Косому переулку, поглубже надвинув капюшоны. Потом быстро свернули в Лютный и остановились.
— Ты здесь хорошо ориентируешься? — прищурился Поттер.
— Нормально. Сейчас зайдем к меняле, потом в обменный трансбутик.
— Обменный... что?
— Бутик. Магазин трансодежды <i>(от автора: опять интересно, что подумали читатели?).</i>
— Что такое трансодежда?
— Универсальные шмотки, которые можно носить в магическом и магловском мире.
— Малфой, откуда ты все это знаешь?
— Мой отец... короче, Люциус здесь пару раз покупал вещи. И я был с ним.
— И что это за вещи?
— Скоро увидишь.
В лавке у менялы Поттер в первый раз в жизни увидел Сквозной кошелек. Его впечатлило, когда Драко высыпал из него кучку галеонов, которая по размерам была больше кошелька раз в пять. В обмен Малфой получил пачку банкнот, которые меняла назвал почему-то "котлетой".
Магазин трансодежды удивил Гарри еще больше.
Ведь странно примерять мантию, которая по щелчку превращается в стильный костюм-тройку или в спортивную куртку с теплой подкладкой и капюшоном.
— Сколько я тебе должен? — поинтересовался Гарри, когда они вышли из бутика.
Малфой искоса посмотрел на него и хмыкнул:
— Я знаю, что ты не нищий, Поттер. Но это моя затея, а значит, и мои расходы.
— Ладно. Потом сочтемся, — решил не париться Гарри. — Куда теперь? К Дурслям?
— Погоди. Нельзя являться с пустыми руками. Пошли поищем магловский магазин.
Поттер пожал плечами.
— Откуда я знаю, где здесь магазины.
— А на чем ездят маглы по городу?
— На машинах или на автобусах, или вызывают такси.
— Такси?
— Машина с водителем. Возят, куда скажешь, за деньги.
— Ага. Надвинь-ка капюшон. Бармен! — крикнул Малфой требовательно.
— Слушаю.
— Такси вызвать можешь?
— Конечно, мистер...
<empty-line>
Водитель слегка охнул, когда они выскочили на тротуар как будто из стены дома.
— Куда поедем, молодые люди?
— Есть неподалеку большой магазин?
— Как не быть. Ближайший неплохой маркет на Кинг-Уильям. Устроит?
— Вполне.
— Поехали.

В маркете Поттер еще раз удивился поведению Малфоя.
Он не корчил высокомерные рожи, а очень внимательно присматривался к витринам, продавцам, посетителям, словно впитывая в себя их разговоры, жесты, предпочтения и капризы.
Это наблюдение продолжалось минут пятнадцать, а потом Малфой начал свой первый шопинг в мире маглов.
В результате они вылезли из маркета с четырьмя огромными пакетами в руках. В дополнение на кисти Малфоя болталась вместительная спортивная сумка, содержимое которой Драко набил как-то незаметно для Поттера.
— Куда теперь? Доберемся обратно до Косого переулка и вызовем "Рыцаря"?
Гарри отрицательно помотал головой.
— Если мы хотим, чтобы никто не узнал, куда мы поехали, то добираться надо на рейсовом автобусе.
— Хм. Соображаешь, — снисходительно кивнул Малфой. — А такси туда ездит?
— Сейчас узнаем.
Они сели в такси.
— В пригород отвезете?
— Какой район?
— Тандридж, Литл-Унигинг.
— А-а-а, в Суррее. Недешево выйдет. Около сорока фунтов.
— Поехали! — высокомерно заявил Малфой и с царственным видом откинулся на сиденье.
<empty-line>
Вернон Дурсль распахнул дверь и оторопел.
— Какого дьяв...
— Здравствуйте, мистер Дурсль, — Малфой немедленно вылез из-за спины Гарри. — Это моему неуемному любопытству вы обязаны нашим нежданным визитом. Я хотел познакомиться с опекунами своего друга, которые дали ему в жизни так много.
— Э-э-э... — выдавил из себя удивленный Вернон.
— Позвольте пожать вашу руку, сэр. Это большая честь для меня!
— Э-э-э... рад приветствовать вас, мистер...
— Блэк, сэр. К вашим услугам, сэр.
Явно не понимая, как себя вести, Вернон схватился за палочку-выручалочку.
— Петуния! У нас гости.
Тетя показалась за его спиной мгновенно. Поттер не сомневался, что она подслушивала из прихожей.
И неудивительно. Чей-либо визит был для этой семейки нешуточным событием.
— Миссис Дурсль, — широко улыбнулся Малфой, — ваш племянник многое рассказывал мне о вашей доброте и благонравии.
"Эй, — подумал Поттер, — не зарывайся, Драко. Какое еще, к лысому дементору, благонравие?"
Впрочем, миссис Дурсль расплылась в неуверенной улыбке и даже слегка присела, словно делая книксен.
"Охренеть можно!" — обалдел Гарри.
— Позвольте в качестве небольшого презента подарить вам вот эти коллекционные саженцы розы "Эрик Таберли".
Глаза Петунии распахнулись до полуторного размера.
— Ну что вы, что вы! Как можно... Они же такие дорогие.
— Ну что вы, право, это безделица.
Вернону ничего не оставалось, как распахнуть двери пошире, приглашая гостей войти.
Впрочем, он оказался верен себе, оттолкнув Гарри, чтобы первым мог войти приятный молодой человек, который непонятно по какому недоразумению оказался другом их непутевого племянника...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 07.03.2022, 23:35 | Сообщение # 12
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 04


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


На визите к директору приключения Гермионы и Блейза не закончились.
Остановившись у поворота к Гриффиндорской башне, Гермиона нерешительно спросила:
— А ты очень торопишься, Забини?
Тот чуть не рассмеялся. Отличный вопрос в час ночи.
— Куда мне торопиться, вся ночь впереди.
— Понимаешь, у меня есть еще одно письмо. И его надо сегодня отнести адресату.
— Никаких проблем. И кто адресат? — галантность Забини не знала границ.
— Грозный Глаз Грюм.
Твердая решимость сопровождать Грейнджер хоть к дементору в лапы немного пошатнулась.
К дементору еще туда-сюда, а вот к Грюму...
Но лицо терять нельзя.
— Давай письмо, отнесу.
— Нет. Я не собиралась просить тебя отнести, но если ты проводишь меня...
— Конечно, провожу, — Блейз выставил локоть, предлагая Гермионе взять его под руку.
— Нет, Блейз, так будет очень... очень двусмысленно. Мы просто пойдем рядом. Ты теперь староста, и будет выглядеть так, словно у нас межфакультетский патруль.
"Лучше бы у нас был межфакультетский поцелуй", — вздохнул про себя Блейз и пошел рядом с девушкой, стараясь не коснуться ее плечом или рукой. А если и удастся коснуться, то так, чтобы это выглядело естественно.
Случай не заставил себя ждать.
Какая-то летучая мышь чиркнула Гермиону крылом по голове, и та, вздрогнув, невольно прижалась к Блейзу.
— Ох!
— Разлеталась тут, мерзавка, — Забини голосом, полным счастья, то ли ругнул, то ли похвалил мышку .
— Никак не могу привыкнуть, — стала оправдываться Гермиона. — Извини, Блейз.
— Гермиона, мое плечо всегда к твоим услугам. Можешь пользоваться им без расписания, — галантно отозвался Забини, не отказав себе в удовольствии прижать ее локоть к своему боку.
Когда они дошли до двери в комнату Грюма, Блейз немного отстал и подождал девушку за углом. О чем она разговаривала со старым аврором, он не слышал. Грюм наверняка наложил на дверь заглушающие чары.
По дороге обратно к факультету львов они мило поболтали, и Гермиона уже не переживала по поводу того, что держит Блейза под руку, а часы на башне тем временем пробили четверть третьего.
Забравшись в гостиную через ворчащий портрет Полной Дамы, Гермиона с удивлением покрутила головой.
— Никогда бы не подумала, что среди слизеринцев может оказаться такой парень. Даже жалко, что он гей. Остается утешаться мыслью, что Гарри достанется отличный бойфренд...



* * *


Наблюдая, как Малфой нагло и напористо очаровывает его родственников, Гарри твердо решил не говорить хорьку о том, что тот полукровка. Пусть как следует примерит на себя прелести жизни маглорожденного волшебника в магическом и немагическом мире.
В назидание.
Пока Петуния хлопотала над ужином, Малфой наповал сразил дядю Вернона большой бутылкой пятнадцатилетнего скотча "Glenfiddich", преподнесенной в качестве презента. Дурсль даже слегка вспотел от удовольствия и тут же припрятал подарок в буфет. Гарри с некоторым сожалением проводил скотч взглядом, и это не укрылось от внимательного взгляда Малфоя. Но он промолчал, лишь незаметно усмехнувшись уголком губ.
Ужин прошел в чинно-благородной атмосфере взаимного уважения и натужного дружелюбия. Даже Дадли пытался любезно улыбаться, что на его малоподвижном от обжорства лице выглядело совершенно неуместно и даже мучительно.
Вопреки ожиданиям Поттера, Драко вовсе не стремился стать душой общества на этом ужине, но отпускал уместные остроты и направлял разговор в нужное русло, тема которого была близка и понятна семейству Дурслей.
Шло обсуждение соседей.
Затравку теме дал Малфой, сокрушенно пожаловавшись на своих придуманных соседей по улице, которые страдают неуемным любопытством и суют нос не в свои дела.
Ох, как близко к сердцу Петуния и Вернон приняли жалобы приятного гостя и начали рассказывать о своих соседях такие страсти-мордасти, что Поттер, который знал всех соседей как приличных людей, с трудом удерживался, чтобы не начать корчить рожи.
Вернон даже сходил за початой бутылочкой какого-то бренди и налил себе глоток, "чтобы успокоить нервы". Впрочем, он вопросительно взглянул на Малфоя, но тот сделал отстраняющий жест и пояснил, что ему еще нет семнадцати лет.
Дядя удивленно поднял брови, и Гарри немедленно вмешался.
— Мистер Блэк, — он с иронией перевел взгляд на Драко, но тот и бровью не повел, — оговорился, он хотел сказать, что ему нет еще восемнадцати.
— Совершенно верно, — кивнул "мистер Блэк" и извинительно улыбнулся.
В общем, Дурсли получили немалое удовольствие, перемыв косточки всем соседям в радиусе двух кварталов, а Драко составил для себя довольно полное представление о складе мышления типичных британских обывателей немагического мира.
В конце ужина Гарри решил, что пора решать жилищную проблему.
— Дядя, если вы не возражаете, мы хотели бы несколько дней погостить у вас.
— Конечно, я мог бы остановиться в гостинице, — тут же с милой улыбкой встрял Малфой.
— Ну что вы, что вы, — тут же закудахтала Петуния, — вы можете разместиться в гостевой спальне на втором этаже. Правда, Вернон?
Слегка захмелевшему Дурслю предложение супруги показалось не слишком обременительным.
— Ну разумеется, Петуния, постели нашему гостю.
Тетя захлопотала и ушла вверх по лестнице со стопкой белья, а Вернон жестом пригласил Драко к сигарному столику.
— Располагайтесь, мистер Блэк. — любезно пригласил он и приказным тоном обратился к Поттеру: — Подвинь второе кресло ближе к камину.
Гарри с постным лицом выполнил указание, а Драко улыбнулся, сделал жест, словно откидывая в стороны фалды невидимого фрака, и церемонно уселся в предложенное кресло.
Впрочем, связного разговора уже не получилось. Дурсль заметно осовел от бренди и плотного ужина, а потому ограничился небольшим путаным рассказом о достоинствах дрелей, которые изготавливает его предприятие. Тут появилась Петуния и сообщила, что гость может идти отдыхать.
Драко и Поттер подхватили свою поклажу и дружно направились на второй этаж. По слегка разочарованному выражению лица тети можно было понять, что она надеялась, что племянник помоет посуду...


Гарри не успел плюхнуться на свою кровать, как раздался стук в дверь.
— Открыто.
Вошел Малфой и внимательно осмотрел комнату.
— Мда-а-а, домовики живут просторнее.
— Позубоскалить пришел?
— Нет, мой визит имеет конкретную цель.
— Какую же?
Малфой вытащил из пакета бутылку и поставил ее на письменный стол.
— Что это?
— Лагавулин. Двадцатипятилетний.
Гарри с опаской потянул на себя бутылку. Тяжеленькая и прикладистая. Сама в руку ложится.
— Ты пьешь немагический алкоголь?
— Оказывается, не только я. Я видел такую бутылку у... короче, видел. И знаю, что этот виски ценится наравне с Огденским. В общем, предлагаю тебе дижестив.
— Диже... чего?
— Дижестив — это крепкий напиток, который употребляют после обильного ужина.
Гарри пожал плечами. Дижестив так дижестив.
Малфой воспринял молчание как согласие и выставил на стол два бокала с толстыми донышками.
— Ого, какие увесистые? Откуда они у тебя?
— В одной упаковке с бутылкой были. Называются — тумблеры. Оказывается, маглы — предусмотрительные люди. Купил упаковку — и пей, где хочешь. У нас так не принято.
Гарри хотел поинтересоваться, у кого это — у нас, но решил промолчать. Зачем портить настроение хорьку, оно и так, судя по всему, не очень веселое.
Малфой налил в каждый тумблер на треть.
Гарри взял свой бокал и принюхался. Аромат был приятный и немного тягучий.
— До дна! — изрек Драко и опрокинул виски в рот.
Гарри понял, что это тост.
— До дна, — пробормотал он и последовал примеру Малфоя.
Опять, как тогда в подземелье, они некоторое время хватали воздух ртами и смотрели друг на друга вытаращенными глазами.
— Хм. Это получше будет, чем то, что мы пили в Выручай-комнате, — признал Гарри, отдышавшись. Он почувствовал, как виски мягко стукнул его по затылку.
— Не помню, — отмахнулся Драко, — не отвлекайся.
И снова наполнил тумблеры на треть.
— А мы так не слишком...
— Поттер, — перебил его Малфой, — не будь занудой! До дна!
— До дна, — пожал плечами Гарри и вслед за Драко опрокинул бокал в рот.
Как ни странно, вторая порция пошла легче.
Драко с важным видом вытащил из пакета продолговатый патрончик.
— Что это?
— Это? — Драко свернул у патрончика верхушку и вытащил из него толстую сигару с уже обрезанным кончиком. — Это гавана. Лучшие сигары в мире. Их делают вручную весьма пикантным способом.
Он зажег огонек на конце палочки и прикурил.
Сладковатое облачко дыма окутало его.
— Малфой, ты что творишь? Нельзя колдовать!
— Кто толком не умеет, тому нельзя, а кто умеет, тому можно. Интересно, Поттер?
Произнеся эту малопонятную фразу, Малфой непринужденно завалился на кровать Гарри.
Тот усмехнулся и присел рядом.
— Рассказывай.
Из рассказа Малфоя Поттер вынес твердое убеждение, что в министерстве сидят одни тупорылые сволочи. Оказывается, существовало простое заклинание, которое прятало колдовство несовершеннолетних. Но в учебниках его не было. Его накладывали на свои дома состоятельные маги и учили своих детишек колдовству лет с пяти-семи. А родители остальных детей, зная, что их чада обвешаны магическими следилками министерства, прятали свои палочки от детей, чтобы их семьи не оштрафовали.
— Научишь?
— Не вопрос, — махнул рукой Малфой и налил по третьей.
Потом по четвертой.
Потом по пятой... или по шестой?
Вот дальше Гарри помнил неотчетливо и под пыткой не мог бы сказать, кому из них пришла в голову победительная мысль выпить на брудершафт. Но мысль пришла. И они выпили!
И впились в губы друг другу братским поцелуем, который вроде бы очень затянулся, а может, и не очень...
Дальше и вовсе пошло фрагментами.
Вот они дружно вытаскивают из спальни сонного Дадли и вливают в него полстакана виски...
Вот кузен хвастает своими крутыми друзьями, которые могут запросто оформить что-то там очень важное и очень бумажное...
Залитый водой кафель и толстая задница Дадли, заснувшего с головой в унитазе...
Вот они с Драко стоят на четвереньках напротив друг друга и, вытаращив глаза, повторяют: "Чистая кровь! Чистая кровь! Чистая кровь!.."
Вот Малфой показывает Поттеру, как танцевать мужской Моррис Данс. И они танцуют, используя вместо белых платков наволочки от подушек. Бубенцов на ногах у них нет, а то, что Драко пытался трансфигурировать, больше похоже на серебристых лягушек, но это все такие мелочи! Кажется у них классно получается. Как здорово вот так беззаботно танцевать и танцевать...
А вот они снова целуются прямо на ковре, не потому, что не могут доползти до кровати, а потому, что им очень некогда. Надо успеть так много.
Поттер смутно помнил, что задавался вопросом, правильно ли они делают?
Да кому какое дело, сэр-р-ры мои, до двух воспитанных молодых людей, которые сочли уместным слиться в братском поцелуе?
Вспомнить бы еще, кто из них это сказал...

...

А поутру они проснулись...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 07.03.2022, 23:39 | Сообщение # 13
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 05


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Поттер с трудом поднял голову, огляделся по сторонам и опять понурился.
— А я думал, что проснулся, — проворчал он разочарованно, но через мгновение встрепенулся.
— Что-о-о?
Кровать, на которой он лежал, занимала всю площадь комнаты. Она аккуратно повторяла все ниши и выступы стен и вплотную примыкала к двери. С учетом того, что дверь открывалась внутрь, выглядело это совершенно идиотски.
Тело Поттера лежало головой к двери. И это было именно тело — потому что сам Гарри его толком не чувствовал. Подчинялась ему только голова, но и она при каждом движении посылала ему совершенно неожиданные сигналы, от головокружения до ощущения падения, сопровождавшегося приступом тошноты.
С большим трудом он повернулся на бок.
— Ни хрена себе! — ломающимся голосом прокомментировал он наличие на кровати тела Малфоя, которое лежало под прямым углом к его собственному.
Он потер ногу об ногу, чтобы определить, в носках он или нет. И не определил.
— Сдаюсь, — пробормотал он себе под нос и позвал: — Драко! Помоги мне.
Малфой зашевелился, слабо застонал и снова затих.
— Ну, Драко, помоги. Я не чувствую рук и ног.
Малфой поднял припухшее лицо. В глазах его колыхалось что-то мутное.
— Отвали, Поттер, не до тебя.
— Посмотри, что у меня с ногами?
Малфой снова уронил голову на простыню и с ноткой возмущения проворчал:
— Сейчас я все брошу и буду смотреть, что там с твоими ногами.
Он еще что-то ворчал, но Гарри уже не слушал. Он наконец сумел приподнять свою верхнюю часть туловища и с удивлением рассматривал толстый пестрый шланг, которым были обвиты его ноги. Откуда он мог взяться и зачем им связали его ноги? Или он сам себя связал?
— Малфой, откуда шланг на моих ногах?
— Как же ты достал! — простонал Драко в простыню. — Это не шланг, это змея.
— Что?! Помоги мне освободиться от нее. Мне не дотянуться до палочки!
— Сам позвал, сам и освобождайся, — непонятно ответил Драко. Отрывать голову от простыни он решительно не собирался.
— Сам позвал? — растерялся Гарри.
— Да замолчишь ты, змееуст хренов? Голова раскалывается!

Руки и ноги они в конце концов распутали. И даже с кроватью почти справились. Почти, потому что она уменьшилась, но так и осталась неправильной формы с уступами. Гарри накидал на нее вещей и сверху прикрыл одеялом от срама. Змея заползла на шкаф и оттуда с любопытством наблюдала за Поттером и Малфоем, которые пытались навести порядок.
В дверь непривычно деликатно постучались.
— Кто еще?
В комнату боком влез Дадли. Лицо его было искажено страдальческой гримасой.
— Понятно, — вздохнул Малфой. — Заходи, еблан. И ты, Поттер, прекрати суетиться. Я начинаю прием.
Он пошарил в кармане и вытащил пузырек синего стекла.
— Как там тебя... Дадли? Рот открой и высунь язык.
Толстяк повиновался. Малфой капнул ему в пасть пару капель и взмахом руки показал на дверь. Дадли быстро ретировался.
— Твоя очередь, Поттер.
— Меня зовут Гарри, Драко.
— Значит, помнишь, Гарри, — вздохнул Малфой.
— А ты надеялся, что я забуду?
Драко еще раз вздохнул.
— Я и сам не знаю, на что я надеялся. Открывай рот, зелье выдыхается...

После медикаментозного улучшения самочувствия Поттер обратил внимание на пузырек с зельем и бутылку.
Вторую.
Ее Драко открыл, когда они уже были изрядно пьяными, причем Гарри протестовал, но Малфой его не послушал.
Так вот Гарри запомнил немного початую бутылку, а сейчас в ней оставалось не больше половины.
Хм. Кстати, о половине. В пузырьке с зельем тоже оставалось не больше половины. А они сейчас истратили на круг капель десять-двенадцать. Что-то не стыкуется.
Малфой заметил интерес Поттера к пузырьку, но истолковал его по-своему.
— Можешь не спрашивать. Да, это зелье готовил Снейп.
— Часто балуешься виски, Драко? Твой декан потакает твоим сомнительным привычкам? — внешне нейтрально поинтересовался Поттер.
— Нет у меня никаких сомнительных привычек, — покачал головой Малфой. — Я это зелье прихватил, когда Сыворотку правды у Снейпа взял. На всякий случай.
— Ага, ага. Надо понимать, что случаи разные бывают, — скулы у Гарри заходили ходуном.
Он подскочил к Малфою и схватил того за грудки.
— Меня подпаивал, а сам зелье втихаря принимал? Зачем ты это сделал, Драко? Зачем все эти танцы, брудершафты, объятия и поцелуи на ковре?
Взбешенный взгляд зеленых глаз столкнулся с непокорным блеском серых, в глубине которых скрывалась затаенная грусть. Малфой не пытался освободиться или оторвать от себя руки Поттера. Вместо этого он закинул руки на шею Гарри и притянул его лицо к своему.
— Затем! — выдохнул он в приоткрытый рот Гарри и припал к нему губами.
Малфой был готов к тому, что Поттер начнет возмущенно отталкивать его, широко распахнув глаза, но... гриффиндорец вдруг изумленно моргнул и закрыл их.
Великая Моргана! Какие же у него теплые, нежные и в то же время подвижные и чувственные губы! Как пробегает по ним легкая дрожь, отзывающаяся в Драко теплой волной, пронизывающей его от макушки до кончиков пальцев, проваливающейся все ниже и ниже до самого паха, отзывающегося сладкой судорогой...
Великий Мерлин! Взволнованное дыхание Драко без следа смыло злость и раздражение с души Гарри. Неведомый ранее жар бросился ему в лицо, по груди и животу побежали мурашки, бедра самовольно подались вперед и вжались в живот Малфоя.
"Только не открывать глаза, только не открывать глаза", — как заклинание, твердил про себя Гарри.
"Какие у него красивые ресницы, — бессвязные мысли проносились в сознании Драко, заслоненные восхитительным ощущением губ Поттера. — Оказывается, я хотел этого всегда... целовать или оскорблять, чтобы задеть его чувства... обнимать или бить, чтобы ощутить его тело... О, Моргана! Я точно схожу с ума. Поттер, что ты сотворил со мной..."
Гарри осознал, что он все еще держит Драко за ворот, расцепил руки и, обняв его за плечи, прижался всем телом. Драко тут же положил руки ему на поясницу и подался навстречу.
Если это и было безумие, то безумны были оба. И эта мысль странным образом мирила разум Поттера с происходящим. А чувства его, взбаламученные совершенно новыми и волнующими ощущениями, не протестовали, а толкали его все дальше по тропинке, которая обещала так много. В его жизни не было ничего похожего, и вся шелуха воспоминаний о дружеских чмоканьях Гермионы в щечку и скаутских поцелуях с Чжоу осыпалась как прошлогодняя листва, оставляя под собой обнаженную душу, впервые испытавшую нежность чувственного прикосновения к другому человеку. Человеку, который сейчас так же безумен и так же счастлив, как он сам.
Их поцелуй длился и длился, но никто из них не был готов к чему-то большему. Никто из них не знал, что делать дальше и что сказать другому так, чтобы не спугнуть, не обидеть и не оскорбить.
Гарри первым ослабил хватку на плечах Драко. Оба немного отодвинулись, разрывая поцелуй. Малфой вздохнул и убрал руки с поясницы Гарри.
— Вот зачем, — словно продолжая разговор, произнес Малфой и немного виновато посмотрел на Поттера.
Тот чуть не задохнулся от такого красноречивого взгляда. Словно Драко сказал ему:
"Я действительно затеял это, Гарри, но без твоей помощи больше ничего сделать не смогу".
— Спасибо за лечение, — невпопад ответил Поттер и тут же сообразил, что изрек некую двусмысленность.
— Всегда пожалуйста, — ответил Малфой и отвернулся.

Неловкое молчание длилось недолго. Надо было решать, чем они займутся дальше. Поэтому, слово за слово, они начали общаться. Сначала с некоторой неловкостью, а потом все спокойнее, словно по молчаливому согласию вместе решили сначала обдумать все то новое, что происходит между ними. Помощь пришла с неожиданной стороны. В дверь снова постучали, и Дадли сообщил, что их зовут на завтрак.
Драко заскочил в свою спальню и к завтраку явился с тортиком в прозрачном контейнере. Петуния и Вернон отнеслись к этому весьма благосклонно, а вот Дадли почему-то занервничал. Более того, он категорически отказался от предложенного кусочка и очень настороженно наблюдал за родителями, поглощавшими торт, словно ожидая, что с ними случится что-то нехорошее. Петуния была так обеспокоена из-за странного поведения Дадли, что, пощупав его вспотевший похмельный лоб, немедленно отправила в кровать. Дадли ушел, но Гарри видел, что он несколько раз выглядывал с лестницы и кидал настороженные взгляды на Вернона и Петунию.
После завтрака Драко, посмеиваясь, рассказал Гарри, что тот сам виноват в страхах кузена.
Оказывается, во время вечерней попойки поддавший Дадли стал расспрашивать Поттера о той злополучной ночи, когда Хагрид явился за Гарри в рыбачью хижину на острове. Его интересовал "огромный волосатый колдун", который наколдовал ему дополнительную часть тела. Поттер, поймавший хмельной кураж, под веселую руку поведал кузену, что свинячий хвост появился у Дадли не из-за колдовства, а потому что торт был зачарован, чтобы его не съел никто, кроме Гарри.
"Еще раз съешь заколдованный торт, Дадли, и получишь, кроме хвоста, свинячий пятачок и свинячий член крендельком!" — пригрозил Гарри испуганному кузену.
— Так он опасался, что у Петунии появится пятачок, а у Вернона свинячий хрен? — сообразил Поттер, и они долго ухохатывались над Дадли, расцвечивая тему своей неуемной фантазией.

— Мистер Вернон, я хотел посоветоваться с вами, как с человеком, имеющим огромный жизненный опыт и острый практический ум.
Наверное, райская музыка звучала бы для Вернона не так сладко, как учтивые речи приятеля племянника.
— Да, мистер Блэк, я с удовольствием помогу вам советом, если вы посвятите меня в суть вашей проблемы, — важности физиономии дядюшки мог позавидовать спикер парламента.
Гарри чуть не прыснул, но удержался. На фоне серьезных лиц собеседников это было бы неуместно.
— Видите ли, сэр. Я рано потерял родителей и был усыновлен очень достойными людьми, которые увезли меня за границу. — Глаза Драко сузились. — Прошло время, и я вернулся сюда, на свою родину.
Дурсль одобрительно кивнул.
— Я хотел бы выяснить подробности о своих родителях и своем происхождении. Мне известно лишь, что они были достойными людьми.
— Хм-м-м... Но ваши усыновители, мистер Блэк... Неужели они не осведомлены об этих подробностях?
— Они... — Драко запнулся. — Они умерли, сэр. И я не нашел никаких следов об интересующем меня вопросе в их старой переписке.
Гарри внутренне сжался. Малфой, конечно, играл, но только наполовину. Гарри чувствовал, что Драко нелегко дается этот разговор, хотя наверняка он готовился к нему заранее.
— М-да, непростое дело, — глубокомысленно изрек Вернон, — очень непростое.
— Вы можете мне что-нибудь посоветовать, сэр?
— Думаю, что смогу. Петуния! — позвал Дурсль. — Принеси сюда нашу записную книжку!
Вошла тетя, держа в руках пухлый блокнот в потрепанном красном переплете.
— Сейчас, мистер Блэк.
Вернон листал блокнот, разыскивая какую-то запись.
— Вот. Это телефон частного детектива. Берет он достаточно дорого, но практически не знает неудач. Зовут его мистер Адамс. Он проживает в Лондоне. Как-то раз моя фирма пользовалась его услугами, когда наши конкуренты незаконно пытались использовать один из ключевых патентов. Он очень быстро собрал информацию и отработал свой гонорар безупречно.
Драко с Гарри переглянулись. Привлекать сыщика было небезопасно, но всегда можно подправить ему память, если что.
Вернон по-своему истолковал заминку.
— Вы ведь располагаете средствами, мистер Блэк?
— Разумеется, сэр. И я с благодарностью воспользуюсь вашей рекомендацией, если вы возьметесь представить меня мистеру Адамсу.
— Сегодня воскресенье, — снисходительно покивал Вернон, — но я могу позвонить ему завтра, и вы договоритесь о встрече.
— Я тоже хотел бы переговорить с детективом, — выпалил вдруг Поттер.
— Гарри, — поморщился Дурсль, — с твоим рождением и родителями все и так ясно. К тому же где ты возьмешь деньги на оплату его услуг?
— Я окажу мистеру Поттеру любую, — Драко выделил слово "любую", — помощь, которую он готов от меня принять.
Дурсли с недоумением переглянулись.
— С моим рождением действительно все ясно, — медленно добавил Гарри, внимательно наблюдая за родственниками, — а вот с рождением моей мамы связана какая-то тайна.
На этот раз дядя Вернон равнодушно пожал плечами, а тетя Петуния встревоженно вздрогнула и побледнела...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Четверг, 10.03.2022, 23:22 | Сообщение # 14
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 06


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.



Утром Забини получил посылку. Это был довольно толстый пакет.

Уже догадываясь, что это такое, Блейз уединился в заброшенном классе (ага, в том самом) и вскрыл его. На пол высыпались колдографии. Чертыхаясь, Забини присел, чтобы собрать их.

Вот первая. На ней Грейнджер что-то втолковывает Невиллу Лонгботтому. Вторая, третья... Блейз не заметил, как перестал собирать, а начал рассматривать. Великий Мерлин, какая же она разная.

На снимках Гермиона была сосредоточенная, задумчивая, улыбающаяся, разъяренная, грызущая яблоко, делающая выговор первокурснику, презрительно глядящая куда-то вдаль (Блейз предположил, что она в Большом зале смотрит на стол слизеринцев), читающая книгу, жующая кончик пера, облизывающая губы после тыквенного сока. С ума сойти!

Забини поймал себя на том, что стоит на четвереньках над фотографиями и улыбается, как придурок.

М-да-а-а, у поганца Криви был настоящий талант фотографа и репортера. Это надо же — в двух десятках листков фотобумаги отразить целую человеческую душу!

Круто!

Забини сложил снимки обратно в пакет и спрятал на груди. Он решил, что должен немедленно встретиться с Гермионой. Почему это, пока этот чертов Поттер вместе с Малфоем бродит неизвестно где, он должен отказывать себе в общении с понравившейся девушкой? С очень понравившейся...

Забини выскочил из класса и направился к башне Гриффиндора.

— Куда спешишь, Блейз?

Кребб с Гойлом заступили ему дорогу.

— Какое ваше дело?

— Эта... поговорить надо, — выдавил из себя Кребб.

— Срочно?

Гойл оглянулся по сторонам и заговорщицки кивнул.

— Давай, к окну отойдем.

Устроились у окна так, чтобы им все было видно и никто не мог подслушать.

— Ну?

— Тут такое дело, — начал Гойл хрипловатым баском, — Малфой пропал.

— Что значит — пропал? Он же в Мунго.

— Нету его там.

— Откуда знаете? — забеспокоился Забини.

— Те, кому положено, те знают. И кому надо рассказали.

Эту путаную речь надо было понимать так, что шпионы Лорда проверили Мунго и Малфоя там не нашли.

— Странное дело, — Забини сделал вид, что удивлен и озадачен.

— И Поттера в Мунго нет, — совсем тихо прохрипел Гойл.

— Получается, Дамблдор нам врет. Да только всех не обманешь, — криво усмехнулся Крэбб.

— Ладно, понял. А вам-то какое до этого дело? Сюзерена потеряли?

— Да мы... да нет... наоборот, отдыхаем от его заданий.

Гойл потрогал свою ширинку, словно проверяя, на месте его причиндалы или нет. Блейз вспомнил, что эти двуногие диваны жаловались, что Малфой поит их Оборотным зельем с волосами девчонок-первоклашек, и чуть не заржал. У Драко своеобразное чувство юмора, но в фантазии ему не откажешь. В извращенной, конечно.

— Так чего вам от меня надо?

— Ты это... мы в субботу в Хогсмит пойдем, а вернемся как бы и не мы... Так ты это... если чего заметишь, то не цепляйся, а то с тебя станется. Так и Аваду в лоб недолго схлопотать.

Забини все понял и помрачнел. Под видом этих дебилов в школу попытаются проникнуть два Пожирателя. И Моргана знает, чем это все закончится.

— Ладно, парни, — сказал он примирительно, — я все понял. Получили поручение — выполняйте, а я мешать не буду. Только вы этим своим... преемникам объясните, что к чему.

— Они все знают, — отмахнулся Гойл, — сами недавно закончили.

Крэбб с Гойлом потопали в гостиную.

Забини призадумался. Надо что-то предпринять. Но что?

Впрочем, одно дело надо сделать точно...



Через полчаса он осторожно выглядывал из-за угла рядом со входом в гостиную Гриффиндора.

Вот из ниши за портретом вылезла Гермиона и начала озираться по сторонам.

— Я здесь! — громким шепотом позвал ее Забини.

Они зашли в глухой коридорчик. По раннему времени в нем еще никто не целовался.

— Что случилось? — девушка морщилась и потирала бок. — Я даже обожглась.

— Извини. Вот это письмо надо отправить Малфою.

— И при чем здесь я?

— Ну, он же с Поттером, вот я и подумал...

Гермиона взяла из его рук запечатанный свиток.

— Что здесь?

— Сообщение для Малфоя. Важное.

Грейнджер подумала и сунула свиток обратно в руки Забини.

— Я не могу.

Поймав его вопросительный взгляд, девушка пояснила:

— Гарри доверяет мне, и я не могу отправлять ему или через него то, что я не проверила сама.

Забини вздохнул.

— Читай. Но если содержание письма узнает кто-нибудь, кроме тебя, то за мою голову не дадут и кната.

Он распечатал свиток и отдал Гермионе. Та быстро пробежала его глазами, потом перечитала еще раз, а потом еще раз по слогам, словно уча наизусть.

— Чудовищно. Пожиратели в школе, полной студентов.

Она посмотрела Забини в глаза.

— Если их поймают, то заподозрят тебя?

Блейз молча кивнул.

— А если они сами себя выдадут?

— Свидетели нужны.

— Из слизеринцев?

— Да.

— Какие же вы все-таки... — с досадой начала девушка, но, посмотрев на расстроенного Забини, оборвала себя. — Ладно. Письмо я отправлю. И есть еще несколько дней, чтобы подумать, что можно предпринять.

— Думаешь, нам легко? — с обидой отозвался Блейз.

— Ладно... извини.

В этот момент в коридоре раздались шаги, и из-за поворота показалась Лаванда Браун, тащившая за руку Рона Уизли.

— Ой! — взвизгнула Лаванда. — Занято!

— Я же говорил тебе... — начал Рон и замолчал.

Блейз и Гермиона разговаривали тихо, а потому стояли близко друг к другу. При виде гриффиндорцев Блейз отступил от девушки на шаг и спрятал пергамент за пазуху.

Рон недобро прищурился на него.

— Пошли, — дернула его за руку Браун.

— Я пойду, Гермиона, — кивнул Забини, даже не отдавая себе отчета в том, что назвал Грейнджер по имени.

Зато Рон все прекрасно услышал и сделал логичные для своего понимания выводы.

— Погоди-ка, — вырвал он руку у Лаванды. — Ты что тут делаешь, змееныш?

— Отстань от него, Рон!

Но тот уже не слушал. С налившимися кровью глазами он шагнул к Забини и врезал ему кулаком в челюсть.

— Протего Максима!

Рона смело заклинанием Гермионы и вместе с Лавандой отшвырнуло к портрету Полной Дамы, которая оглушительно закричала.

На шум сбежались студенты. А чуть позже и Макгонагалл пожаловала.

Впрочем, еще до ее прихода Гермиона незаметно вытащила у лежащего в нокауте Забини пергамент и сунула его в карман мантии, чтобы никто не заметил.

Забини отправили в Больничное крыло, у дверей которого сразу встал караул слизеринцев, не пуская никого с других факультетов.

Гермиона переживала за Блейза, но решила, что в данный момент помочь ему ничем не сможет, а вот письмо для Малфоя надо срочно отправить Гарри. И пусть он решает, что делать дальше.

Она поспешила в совятню, где в секретном уголочке сидела Букля.

Вытащив из кармана пергамент, девушка удивилась его толщине. Впрочем, оказалось, что, кроме письма, к ней попал довольно толстый пакет. Письмо перекочевало на лапу Букли, а пакет Гермиона убрала обратно в карман, намереваясь при первом же удобном случае отдать его Блейзу.



* * *



В понедельник они встретились с частным детективом.

Неизвестно, что ему наплел Вернон Дурсль, но мистер Адамс не стал заставлять клиентов тащиться в Лондон, а решил сам приехать к ним в Литл-Уингинг.

Встреча состоялась на троих. Вернон только представил их друг другу и удалился под предлогом неотложных дел по работе.

Мистер Адамс оказался очень внимательным и дотошным собеседником. Впрочем, они сразу договорились отвечать только на те вопросы, на которые готовы отвечать.

Детектив, не моргнув глазом, проглотил шитую белыми нитками историю Малфоя, уточнил дату рождения, составил словесный портрет усыновителя (Люциуса Малфоя, естественно) и сообщил, что возьмется за это дело при размере гонорара... он написал на салфетке несколько цифр и показал Малфою.

Драко согласно кивнул головой.

— Аванс? — предложил он.

— Позже, — отказался мистер Адамс. — Сначала я наведу первичные справки. А вот после этого мне потребуется смазка для языков.

Детектив довольно цинично усмехнулся.

— Это все?

— Нет, сэр. У моего друга есть к вам пожелания. Выслушайте его, я заранее согласен на сумму гонорара, которая потребуется для решения его проблем.

— С вами приятно иметь дело, мистер Блэк, — наклонил голову детектив.

Малфой вышел.

Гарри собрался с мыслями и начал излагать мистеру Адамсу свои затруднения и вопросы...



Остаток понедельника мог пройти скучновато, но они сообщили Дурслям, что хотят прогуляться и осмотреть окрестности. И вряд ли вернутся раньше вечера.

Кажется, больше всего этому известию обрадовалась Петуния. Она поглядывала на Вернона, словно ей не терпелось что-то рассказать ему.

И Гарри с Драко пошли бродить по городку. На Поттера нахлынула ностальгия. Хорошо ли, плохо ли, но здесь прошло десять лет его детства и еще пять летних каникул его отрочества.

Гарри увлеченно показывал с улицы, к какому окну дома Дурслей причалил летающий фордик "Англия" с братьями Уизли. Показывал спортивную площадку, на которой на них с Дадли напали дементоры. Пытался в лицах изображать, как спасался от погони хулиганов и очутился на коньке крыши школы. В юмористических тонах рассказал, как запихал Дадличку в террариум с удавом.

Малфой во время его рассказов то хмурился, то улыбался, а подчас откровенно ржал над странными, смешными, а порой и страшноватыми приключениями Поттера в мире маглов.

Оба старательно пытались не замечать, что идут, стоят и сидят, почти касаясь друг друга плечами. Что их руки все чаще встречаются в, казалось бы, случайных прикосновениях. Что стоит одному из них чуть оступиться или споткнуться, как второй немедленно поддерживает его под руку или за плечи. И не торопится отстраняться, когда неловкость преодолена. У обоих было ощущение какой-то общей ноши, хрупкой и невесомой, которую они несли осторожно и бережно, чтобы не нарушить, не потерять и, не дай Мерлин с Морганой, не уронить под ноги.

Проголодавшись, они доехали на такси до Гилфорда и забрались в кофейню "Эсквайрс Кофе", которая по дневному времени была почти пуста. По молчаливому согласию выбрали столик в углу подальше от огромных окон и заказали кофе с пирожными. Заказывал Гарри, потому что принести им меню никто не догадался, а идти к стойке и разглядывать ценники не захотелось.

— Э-э-э... Два бисквита "Виктория" и два трайфла с джемом, пожалуйста... и два кофе.

На этом Гарри почти исчерпал свои познания в десертах. Дурсли не баловали его походами в кафешки. Просто пару раз ему доставалось то, что не сумели затолкать в Дадличку.

Впрочем, Драко с интересом съел принесенные сладости. Кофе он признал довольно средним, бисквит удостоился его одобрения, а трайфл было решено повторить.

Незаметно за окном стемнело, и на улице зажглись фонари. В кофейне ровным фоном гудели голоса, звякала посуда и ворчали кофеварки под тихий аккомпанемент холодильных витрин.

— Мороженое будешь?

Гарри было не совсем удобно предлагать сладости, зная, что рассчитываться будет Драко. Но ему хотелось, чтобы тот попробовал его любимое лакомство.

— Можно, — кивнул Малфой.

Позвали официантку.

— Пломбир "Салеп с фисташками", две порции... если можно, — слегка запинаясь, заказал Поттер.

Официантка — молоденькая девушка арабской внешности со странной понимающей улыбкой — посмотрела на юношей и кивнула.

— Сейчас принесу.

— Что такое салеп, Гарри? — насторожился Малфой.

— Это корень какой-то. Вкусный. А что?

— Эта магла так странно на нас посмотрела, словно ты заказал что-то двусмысленное.

— Тебе не показалось?

— Мне редко кажется.

Впрочем, больше ничего настораживающего в поведении официантки не обнаружилось. Она принесла заказ и по просьбе Поттера подготовила им счет.

Мороженое Драко понравилось, и они съели лакомство с большим удовольствием...

А потом был темный салон такси. Яркие лучи встречных машин выхватывали из сумрака слившиеся в поцелуе силуэты. Водитель время от времени посматривал на самозабвенно целующуюся пару на заднем сиденье, и на лице его проступало недоумение пополам с сочувственным любопытством.

Но время поездки оказалось слишком коротким. Авто затормозило на Тисовой улице, Драко протянул банкноту, а таксист, отсчитывая сдачу, по-доброму усмехнулся.

— Приятно было на вас посмотреть, молодые люди...

Гарри смутился, а Драко окаменел лицом от бестактности магла.

— Только из-за вашей одежды я так и не понял, кто из вас девчонка? По-моему, это ты, брюнеточка, — кивнул он остолбеневшему Поттеру, подмигнул возмущенному Малфою и уехал, помаргивая красными сигналами перед поворотом на автостраду.

— Что это было? — только и смог произнести ему вслед Гарри.

— Да ну его, — отвернулся Малфой, почувствовав, как загорелись щеки, — пошли, Гарри...



Уже поздно вечером, раскрыв принесенный Дадли толковый словарь, обалдевший Драко прочитал:

"Салеп получают измельчением высушенных корневищ горных орхидей Orchis mascula и Orchis militaris. Корни эти своими очертаниями напоминают мужские половые органы, поэтому эта орхидея, как и напиток из нее, издавна считается в Турции мощным афродизиаком".

— Ты чем меня накормил, Поттер?!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Пятница, 18.03.2022, 20:30 | Сообщение # 15
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Гарри Поттер и Драко Малфой. Эпизод 07


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.




Гарри прочитал письмо, принесенное Буклей, и задумался.

Еще совсем недавно подобное послание подбросило бы его в воздух, как шутиху близнецов Уизли. Он начал бы сломя голову ломиться в Хогвартс, и не было бы для него дела важнее, чем оказаться в школе в тот день, когда туда проникнут Пожиратели, дабы... дабы...

— А на хрена мне там появляться? — спросил он сам себя. — В очередной раз подставить мой знаменитый шрам под Аваду?

Гарри сел обратно на стул, с которого вскочил, дочитывая письмо.

— У меня еще тут есть дела незаконченные, между прочим, — медленно произнес он, пытаясь разобраться в своих чувствах.

Ему ясно было, что что-то в нем самом изменилось. Что-то ушло безвозвратно, а что-то пришло взамен, но это что-то было еще непривычным, еще не прижившимся в его натуре, еще не вступившим в набор повседневных привычек.

Что же это было?

Первая мысль, что это трусость, была немедленно отметена. С негодованием.

Он не побоялся бы хоть сейчас сразиться с Волдемортом, заявись тот сдуру в Литтл-Уингинг.

Это осторожность? Но что вызвало ее к жизни? Непонятно.

Размышляя о своем странном поведении, Поттер вдруг осознал, что уже знает, как должен поступить.

Он, фигурально выражаясь, немедленно ощупал свое решение и чуть ли не обгрыз его со всех сторон.

В сухом остатке было: он не вернется в Хогвартс и не пустит туда Драко, он предупредит Дамблдора о планируемом проникновении Пожирателей, он заберет из Хогвартса Гермиону, и еще он должен срочно...

Гарри тут же сел и написал два письма, одно Гермионе, и второе — директору. Безжалостно отправил уставшую Буклю обратно в Хогвартс и стал ждать ответы.



Гермиона была очень удивлена, когда директор, получив письмо от Гарри, попросил ее подождать, пока он напишет ответ. Дамблдор присел за стол, а ей сделал приглашающий жест, разрешая девушке осмотреть кабинет директора.

Раньше она никогда не бывала дальше порога. Как-то так получалось, что в кабинете директора не раз бывал Поттер, и даже Рон Уизли, а ей в этом не везло. Она — то сама лежала в Больничном крыле, то сидела у чьей-нибудь постели там же.

И вот пришел ее час. Девушка решила не терять времени даром и сразу двинулась в обход владений директора.

Дамблдор тем временем развил бурную деятельность. Он переговорил с Грозным Глазом Грюмом, с Кингсли Шеклболтом, и даже с Ремусом Люпином. Потом написал короткую записку, вложил ее вместе с каким-то артефактом в мешочек и позвал Гермиону.

— Мисс Грейнджер, надеюсь, вы успели утолить свое любопытство?

— Да, профессор Дамблдор. Это просто чудесно! Здесь столько интереснейших вещей. А феникс — просто прелесть! Он подарил мне перо.

— Что? — Брови директора взлетели на полфута выше очков-половинок. — Фоукс дал вам свое перо? Очень любопытно. Он редко балует студентов такими подарками. Используйте его с умом, мисс Грейнджер.

Гермиона кивнула, мысленно дав себе слово немедленно прочитать все о свойствах пера феникса.

— Выслушайте меня внимательно, Гермиона, — улыбнулся Дамблдор своей отработанной мудрой улыбкой. — Срочно отправьте мое письмо Гарри. Надеюсь, его сова еще в состоянии летать. И незаметно соберите свои самые необходимые вещи. Возможно, вам нужно будет на несколько дней уехать из школы.

Гермиона в недоумении уставилась на директора.

— Надеюсь, вы понимаете, что все это для вашей безопасности. Кстати, можете взять с собой в компанию кого-нибудь из студентов.

— Кого-то одного? — уточнила она.

— Только одного, — кивнул Дамблдор, — и пусть он держит язык за зубами. Этим секретом делиться нельзя ни с кем.

Гермиона поняла, что директор имеет в виду Рона. Видимо, всеведущий директор из-за своего отъезда пропустил их окончательную ссору.

Впрочем, разрешение есть, а как им воспользоваться — у нее есть время подумать.

— А куда...

— Гермиона, вы все узнаете в свое время. Могу сказать лишь, что ваш отъезд должен быть для всех тайной, поэтому нельзя пользоваться каминной сетью или другим легальным средством передвижения. Но я обдумаю эту задачу. А сейчас идите, Гарри должен получить мое письмо как можно скорее...



В комнату вошел Драко.

— Собирайся.

Поттер с удивлением осмотрел наряд Драко. Ну просто образец стиля. Денди в элитном клубе, да и только.

— Куда принарядился?

— Собирайся, говорю. Такси подъедет через пятнадцать минут.

Гарри пожал плечами. Вряд ли ответ Дамблдора прибудет раньше вечера. Путь не близкий, да и Букля не железная.

— Как одеваться?

— Прилично.

— Э-э-э...

Драко понял, что надо брать процесс в свои руки. Иначе они вообще никуда не уедут.

Весь гардероб Поттера был перерыт снизу доверху и оставлен в покое с приговором "на помойку!".

Кое-как из своих вещей и трансшмоток, купленных в Лютном переулке, Драко удалось слепить образ Поттера, который устроил его на оценку "удовлетворительно, но ниже ожидаемого".

— Ну, хотя бы так, — вздохнул он с безнадежностью в голосе.

Поттер, вспотевший и злой, осмотрел себя в зеркале.

— На хрена тебе это понадобилось?

— Приятно хоть раз в жизни попытаться сделать из обезьяны человека.

— Получилось? — Поттер был обозлен и не скрывал этого.

— Нет, — признался Драко и поторопил: — Ладно, пошли, человекообразный, пока такси не уехало.

Он сел на заднее сиденье с видом юного пэра из палаты лордов. На коленях у него был небольшой кожаный саквояж. С другой стороны на сиденье плюхнулся сердитый Поттер. Он по внешнему виду тянул в лучшем случае на охранника. Или привратника.

— Куда едем-то? — буркнул он нелюбезно.

— Тут недалеко. Ехать примерно час. Располагайся.

Машина тронулась...



— Где это мы? Что это за город?

— Ты на въезде табличку не видел?

Гарри заткнулся. Да, он не видел табличку — а почему, спрашивается?

Потому что Драко смотрел в окошко на пейзажи, а он смотрел на Драко. Вот только объяснять это совершенно не хотелось.

— Пошли.

Гарри пожал плечами и вместе с Малфоем вышел из машины.

Монументальная стеклянная вертушка пропустила их в просторный холл, весь заставленный кадками с экзотическими растениями.

— Мы что, в ботанический сад приехали? — усмехнулся Гарри.

— Лучше, — лаконично ответил Драко и направился к стеклянной стойке в глубине холла.



— Мистер Поттер, ваш бэйдж, пожалуйста. Мистер Блэк, это ваш бэйдж. Стюард проводит вас, господа. Мы очень надеемся, что вы не пожалеете о том, что выбрали наш спа-курорт.

— И мы очень надеемся, — высокомерно кивнул Драко служащему, который смотрел на молодых людей уж очень радушным взглядом и с преувеличенно приветливым видом.

Стюард провел их боковым проходом вниз по лестнице к одной из немногочисленных дверей и поклонился. Глазки его перебегали с одного юноши на другого, ни на мгновение не останавливаясь.

— В терме есть все, что может потребоваться вам для отдыха. Все принадлежности в шкафчиках. Напитки и уместные блюда вашего заказа в холодильнике и баре.

Поттеру стало интересно, что это за "уместные блюда". К чему, собственно говоря, они должны быть уместными?

Но не спрашивать же служителя. Драко вон и так поглядывает на него юмористически.

Стюард распахнул перед ними двери так называемого "терма". Оттуда пахнуло морем, но не прохладным и свежим, а теплым и густым, словно настоянным на некоем экстракте морской воды.

Малфой выразительно перекосил брови, и Гарри первым ступил на порог непонятного помещения.

— Благодарю вас, — небрежно кивнул Драко.

Поттер заметил, что банкнота из его руки почти волшебным способом переползла в перчатку стюарда.

— Благодарю вас, сэр! Кнопка вызова на столе, и, пока вы ее не нажмете, никто не нарушит вашего уединения.

Драко с высокомерным видом кивнул и шагнул вслед за Поттером. Дверь за ними защелкнулась.

— Вот ведь гомики, — полушепотом пробормотал стюард, рассматривая на просвет банкноту достоинством в десять фунтов стерлингов, — с жиру бесятся, детки толстосумов.

И присел за столик в пяти шагах от входа в терму, в ожидании вызова от клиентов...



— Это что, бассейн, что ли?

Поттер с удивлением разглядывал роскошную гостиную с широким выходом к ровной глади воды, обрамленной бортами из полированного камня.

— Правильно Снейп говорит, — вздохнул Малфой, — ты не чувствуешь тонких нюансов, а сразу выбираешь наиболее простую, можно сказать, вульгарную версию.

— Простой и вульгарный — это почти одно и то же, — буркнул Гарри, озираясь по сторонам.

Малфой неторопливо раздевался.

— Мне надоел ужасный душ твоих родственников. Непонятно, из какой лужи туда подают воду. У меня уже кожа шелушиться стала, чешусь весь. — Драко остался в одном нижнем белье. — Это геотермальный курорт, Поттер. Знаменитый римский Бат в современном магловском исполнении.

— А сохранился тот... древний?

Драко аккуратно повесил одежду на плечики и убрал в шкаф.

— Да. Но там сейчас музей.

Сообщив эту сногсшибательную новость, Драко просто и буднично стащил с себя трусы и направился к бассейну, над которым курился пар.

Гарри ошарашенно проводил его взглядом.

Кожа у него, видите ли, шелушится. Что-то незаметно. Вон какая белая и нежно-розовая на ягодицах...

Тут Поттер почувствовал, что сам сейчас начнет чесаться. Его бросило в жар, и щеки запылали.

Недолго думая, он тоже начал раздеваться, как попало накидывая одежду на диванчик, перед которым стоял.

И затормозил, добравшись до трусов. Нерешительно потеребил резинку на бедрах и посмотрел в сторону бассейна.

Драко уже не было видно, лишь бегущая рябь свидетельствовала о том, что он уже наслаждается в воде.

Поттер подкрался поближе и заглянул в бассейн. Тот был накрыт каменным куполом, в воду вели каменные ступеньки.

Драко лежал в воде на спине, раскинув руки и ноги в виде звезды. Эта картина заворожила Поттера. Не отрывая взгляда от Малфоя, Гарри вступил в воду. Драко услышал плеск и сообщил на всю терму:

— Сначала прими душ и прочитай табличку. Грамотный?

Поттер отшатнулся назад и действительно обнаружил на стене табличку, которая предупреждала, что перед входом в воды геотермального источника следует принять душ и иметь в виду, что терма — это место, свободное от одежды.

Поттер понял, что трусы обречены, и отважно стянул их с задницы.

Спустя несколько минут они беззаботно плескались в теплой, почти горячей воде. Вода была непривычно плотная, вязкая, и ощутимо выталкивала тело на поверхность. Лежать на ней было сплошное удовольствие. По бортам бассейна поднимались буруны из невидимых отверстий, и мириадами всплывали пузырьки, приятно щекоча кожу.

— Драко, твоя затея наверняка стоит драклову тучу фунтов!

— Если деньги становятся посредниками для здоровья и удовольствия, то не стоит с ними считаться, — изрек Малфой и попытался нырнуть. Но не тут-то было.

Поттер смотрел, как непослушная вода раз за разом выталкивает развлекающегося Малфоя на поверхность попой кверху, и почувствовал прилив крови к причинному месту.

"Вот, дьявол, у меня встает, что ли? — запаниковал Гарри. — Встает на Драко? Если заметит — сгорю от стыда".

Поттер сам попробовал нырять, чтобы отвлечься. Впрочем, примерно с таким же успехом, что и Малфой.

Вдруг над их головами мягко ударил гонг.

— Что это? — насторожился Поттер.

— Если читаешь предупреждения, то читай все и до конца, — наставительно произнес Драко.

— А?

— Находиться в этой воде дольше двадцати минут не рекомендуется. Вместо пользы может получиться вред. Выходим.

И поплыл к ступенькам, умник.

А как тут выходить, если член к животу прилип и отлипать не собирается?

Гарри греб к ступенькам, не зная, что предпринять. Избавиться от возбуждения никак не получалось.

Малфой спокойно вышел из воды. Гарри начал подниматься вслед за ним и притормозил, когда над водой показался верх живота. Делать-то что?

Драко потряс головой, вытряхивая воду из уха (Гарри невольно залюбовался стройными линиями его тела), а потом спокойно повернулся к Поттеру.

Тот лишь судорожно вздохнул при виде достоинства Малфоя, дерзко и недвусмысленно уставившегося в купол термы.

Драко, глядя Поттеру в глаза, слегка развел руками, как бы говоря: "Ничего не могу поделать". Заодно он отметил, что Поттер хоть и пониже его ростом, но пошире в плечах. Классическая мужская "рюмочка" — плечи-бедра — у него была заметнее.

— Выходи, Гарри, чего уж там...

Как только не осталось выбора, Поттер почувствовал облегчение. Что, он трусливее Малфоя?

Гарри выпрямил спину, с гордым видом поднялся по ступенькам и, остановившись в пяти шагах от Драко, заявил:

— Палочки вверх! Я вызываю вас на магическую дуэль, сударь!

Драко надменно выпятил грудь.

— Я к вашим услугам, сэр!

Поттер в два прыжка покрыл разделяющее их расстояние, юноши столкнулись грудь в грудь и слились в жадном поцелуе. Руки их переплелись, и животы соприкоснулись, обмениваясь первым горячим желанием. Их "палочки" тоже переплелись бы, но были слишком тверды для этого.

Это было уже не пьяное чмоканье и не робкое исследование губ в такси, они целовались страстно и самозабвенно, слившись губами и переплетаясь языками во рту, который у каждого стал общим на двоих...

Обнимая Драко за шею, Гарри почувствовал, что кожа его становится сухой и шершавой. Он разорвал поцелуй, задыхаясь.

— Сударь, — немного невнятно заявил он, — мы не выявили победителя на суше, пора продолжить дуэль на море!

И увлек Малфоя под струи душа. Их было два, и ничто не мешало им комфортно смыть с себя минеральную воду терма, но это им и в голову не пришло. Они вжимались друг в друга, пытаясь вдвоем уместиться под тугими струями, и закончилось это веселым боданием лбами и шлепками ладонями по голым плечам и спине. Драко был немного выше ростом и ожидаемо вышел победителем из этой корриды, а Поттер сделал вид, что страшно рассержен, и, дернув Малфоя на себя, поставил ему подножку. Они так и повалились на пол, дурачась и щекоча друг друга, а веселые струи воды били по их разгоряченным телам и блестящими струйками стекали на обсидиановые плиты пола...



Как они очутились на просторных лежанках у бассейна, Гарри не рассказал бы и под пыткой.

Оказались — и все.

Драко лежал на спине, закинув руки за голову, а Поттер пристроился щекой на его левом плече.

Они отдыхали.

Рядом валялись полотенца, которые Драко достал из какой-то ниши после "битвы на море".

Побежденных не было. Оба чувствовали себя победителями и были благодарны друг другу за свою победу.

— Ушатал я тебя, Гарри, — с удовольствием прошептал Малфой. — Кто кричал, что кусаться нечестно?

— Ой, уморил! — лениво возразил Поттер. — А кто орал, что не потерпит засосов на своей... хм... спине?

— Ты щекочешься, как девчонка.

— А ты... а ты... а за ухо?

— Ай, оставь ухо в покое. Ему и так досталось от твоего локтя.

— Извините, сэр. Не раскидывайте свои уши где попало, а то вам их оттопчут.

— Грубиян, — констатировал Драко со вздохом и погладил Гарри по щеке.

— Уже можно мурлыкать? За ушком почешешь?

— Можно и за ушком...

— Мур-р-р-р...

Голова Гарри была наклонена вдоль живота Малфоя, поэтому он сразу заметил, что член у того оживает. Нечто подобное немедленно стало происходить с его собственным. Поддавшись импульсу, Гарри протянул руку и накрыл ладонью член Драко.

— Хр-р-р-р, — негромко зарычал тот, чуть дернулся и замер. В этом чувствовалось и поощрение, и надежда на продолжение.

Поттер представил, что сделал бы со своим собственным, и крепко сжал упругий орган в ладони.

— Потер-р-р-р... что ты твор-р-ришь, — почти простонал Драко и толкнулся бедрами в его руку.

Гарри приподнялся на локте и положил голову Малфою на живот в поисках более удобной позы. Драко не возражал и только тихонько шипел сквозь зубы.

По-хозяйски зажатый в кулаке орган обжигал ладонь Поттера и жадно пульсировал. Он жаждал разрядки, и не стоило мучить его владельца ожиданием.

Гарри представил, что это его собственный член, и начал ритмично скользить по нему, наращивая темп. Показалась скользкая от смазки головка, то выглядывающая на свет, то прячущаяся обратно в складки крайней плоти. Драко вцепился одной рукой в плечо Поттера, шаря другой по лежанке, словно в поисках чего-то. Он задыхался, и его прерывистое дыхание с шумом прорывалось сквозь стиснутые зубы.

Завороженный зрелищем, Гарри опустил голову еще ниже и, улучив момент, когда головка выскользнет наружу, лизнул ее языком.

— А-а-а-а, — выгнулся дугой Драко, вцепившись обеими руками в волосы Поттера, и из пульсирующего члена в лицо Гарри плеснула сперма. Раз, и еще раз, и еще раз.

Малфой обмяк и распластался на лежанке, тяжело дыша.

Гарри приподнялся на локте, с некоторой растерянностью коснулся своей щеки и губ, залитых спермой Драко. Он не знал, как вести себя дальше, не понимал, правильно ли он сделал, не знал, что подумает об этом Драко, когда придет в себя, и чувствовал себя странно и неловко.

Но Драко не дал его неловкости развиться до степени болезненной. Он рывком опрокинул Поттера на себя и осыпал его лицо поцелуями. Гарри счастливо прятал глаза и подставлял губы.

Прошло не так много времени, и он почувствовал, что рука Драко скользнула к его члену, который еще не успел потерять боевую форму.

— Закрой глаза, Гарри, — хрипло прошептал ему Малфой, — я еще никогда не делал так...

И Гарри закрыл глаза, отдаваясь на милость Драко и растворяясь в нежности его рук, его губ, его языка, ласкающего орган, который раньше знал только потную подростковую ладошку и представления не имел, какими пронзительными и сладостными могут быть прикосновения любимого человека...



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Понедельник, 21.03.2022, 00:34 | Сообщение # 16
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Драко Малфоя и Гарри Поттера


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Грейнджер назначила встречу Забини на семь утра. Она знала, что слизеринца еще вчера отпустили из Больничного крыла.

Он пришел, отсвечивая фиолетово-пурпурным фингалом и зевая во весь рот, что твоя хвосторога.

— Как твой синяк?

— Дышит свежим воздухом, — улыбнулся Забини.

— Блейз, завтра, как только студенты отправятся в Хогсмит, я заберу тебя отсюда.

Забини проглотил зевок и почему-то представил, как его сгибают в бараний рог, засовывают в чемодан и с размаху закидывают на багажную полку Хогвартс-экспресса.

— Заберешь? — переспросил он.

— Ну-у... нам нужно уехать из школы на несколько дней.

Блейзу и самому хотелось исчезнуть из Хогвартса на ближайшие выходные.

— И куда ты меня повезешь? — как-то почти по-детски спросил он.

— Надеюсь, что навстречу твоему счастью, — улыбнулась девушка и почему-то вздохнула, словно с затаенной грустью.

— Тогда я готов хоть сейчас, — галантно приосанился слизеринец.

— Завтра. Как только студенты отправятся в Хогсмит, — повторила Гермиона. — И собери незаметно самые необходимые вещи. Мешок с Незримым расширением у тебя есть, или дать?

— Обижаешь, — пожал плечами Забини, — у меня двадцатифутовый саквояж Ковертли! Что угодно поместится.

— Вот и соберись, как следует, Блейз. Как только твой галеон нагреется, приходи к статуе горбуньи на пятом этаже. Знаешь, где это?

— Ну, да.

— И учти, Забини, что никто не должен знать об этом. Это очень важно! А сейчас иди. В оставшееся время нельзя, чтобы нас видели вместе.

Блейз уже ушел, когда Гермиона спохватилась.

— Я же забыла отдать ему, — она вытащила из кармана пачку, попавшую к ней вместе с письмом для Малфоя. — Интересно, что это может быть?

Девушка нерешительно потеребила корешок пачки, но потом тряхнула волосами и решительно сунула ее в карман.

— Ты не будешь смотреть чужие бумаги, Гермиона, — сделала она замечание самой себе, — это не твой секрет. И вообще, может быть, Забини приготовил это для Гарри.

Грейнджер вспомнила о просьбе директора и направилась в гостиную Гриффиндора. Чтобы выполнить поручение Дамблдора, следовало действовать быстро и решительно.



Грейнджер ворвалась в спальню мальчиков без стука и без объявления войны.

— Всем привет и с добрым утром!

Лонгботтом застыл у своей кровати в штанах с обнаженным торсом, а Симус чуть не подавился зевком. Только Рон Уизли не видел нежданной гостьи, потому что стоял на четвереньках с головой под кроватью в поисках второго носка. В комнату смотрела только задница Уизли, но глаз на ней по понятным причинам не было.

Гермиона по вещам вычислила кровать Гарри, забрала подушку и подошла к окну. Некоторое время она внимательно рассматривала наволочку, потом сняла что-то с нее и затолкала в приготовленный флакончик. Бросила подушку обратно на кровать Поттера и, сопровождаемая изумленными взглядами парней, направилась к выходу.

— Мужественно выглядишь, Невилл. — заметила она на ходу. — Привет, Симус, скажи Рону, что у него трусы надеты на левую сторону, и их надо срочно постирать!

Дверь за девушкой захлопнулась.

На лице Лонгботтома сияла горделивая улыбка, Симус удивленно хлопал ресницами, а Рон Уизли вылез из-под кровати и крутил головой по сторонам, пытаясь понять, что это было.





Гарри сладко потянулся и сел в постели. Все тело немного ломило, как после хор-р-рошей тренировки по квиддичу. Ох, и накувыркались они вчера с Малфоем. То есть, с Драко. Гарри начал вспоминать, как они ласкались на лежанке, а потом кормили друг друга какими-то вкусностями, название которых он, хоть убей, не помнит. Как Драко заснул в такси, положив ему голову на плечо, а он перебирал белые пряди волос, вдыхая их чуть терпкий морской аромат, и ладонь его тихонько гладила ширинку Малфоя...

Стоп!

Гарри подхватился и направился в душ. В кабинке он рассмотрел свой напряженный орган, раздумывая, что бы такое с ним сделать. Снять напряжение, что ли?

— Хорошего помаленьку, — наконец решил он и включил холодную воду.



После душа он еще раз перечитал послание директора.

Вчера вечером Гарри был слишком счастлив, утомлен и благодушен. Поэтому прочитал ответ директора по диагонали и сразу завалился спать. Сейчас пришло время прочитать еще раз и внимательно. Гарри вытащил пергамент из-под подушки, надел очки и погрузился в чтение.

В целом ответ директора его устроил. Он даже удивился, что его требования приняты почти без возражений. Хотя такая покладистость Дамблдора настораживала.



За завтраком Вернон сообщил, что мистер Адамс прислал письмо, и протянул конверт "мистеру Блэку".

Тот спокойно поблагодарил, убрал конверт в карман и продолжил завтрак. А вот Поттеру кусок не лез в горло. Гадая, что решил сообщить им детектив, он с трудом дождался конца завтрака и поспешил на второй этаж.

— Особых новостей нет, — сообщил Драко разочарованному Поттеру. — Адамс пишет, что расследование продвигается, что нужен аванс, что он на днях побеспокоит нас своим визитом и рекомендует нам обзавестись для связи...

Драко еще раз заглянул в текст письма.

— ...мобильными телефонами. В постскриптуме он написал свой номер.

Гарри почесал затылок, чем вызвал у Малфоя легкую гримасу неудовольствия.

— Кажется, это совсем не дешевое приобретение.

Впрочем, оказалось, что это приобретение не столь дорогое, сколь весьма труднодоступное из-за отсутствия у них магловских документов. Осторожные расспросы тети подтвердили эти опасения. Любому ребенку в магловском мире полагалось иметь: карту здоровья, свидетельство о рождении из роддома или справку медицинской службы графства, и документ о регистрации.

— Ты же понимаешь, Гарри, что мы не могли получить на тебя документы, потому что нам задали бы вопросы, на которые мы не знали, что отвечать, — объяснила Петуния, недовольно кривя рот. — Твоему дяде пришлось обратиться к людям, которые решают эти вопросы не совсем законным путем. Так у нас появилась справка, по которой тебя приняли в школу, но у нас не было уверенности, что она поможет с документами, когда ты достигнешь совершеннолетия.

— А где эта справка, тетя?

— В школе. Я же уже сказала.

Гарри понял, что в мире маглов документов у него нет.

У Драко ситуация была еще хуже. Если даже найдутся его родственники, то трудно ожидать, что документы о его рождении кто-то из них хранил целых шестнадцать лет.

Ситуация складывалась опасная. Как поведет себя детектив, когда поймет, что его клиенты не имеют никаких документов, кроме пачки банкнот?

— Что там твой Дадли по пьяни бубнил о каких-то крутых знакомых? — вспомнил Малфой.

— А я помню? — огрызнулся Гарри. — Что-то бубнил, кажется.

— Тащи его.

— Ты уверен?

— Тащи. Вдруг он не врет?

Поттер пожал плечами и пошел за кузеном.



— Дадли, что тебе нужно для счастья?

— Сто фунтов.

— Хм. А для полного счастья?

— Э-э-э... двести фунтов.

— Какой милый у тебя кузен, Гарри, — повернулся к нему Малфой.

— Сам не нарадуюсь, — в тон ему ответил Поттер.

В общем, Дадли пообещали, что обеспечат его полным счастьем, если на столе у Малфоя будут лежать два мобильных телефона, оформленных по всем магловским правилам.

Говорят, что алчность и жадность человеческая способны творить чудеса.

Не врут.

Уже через пару часов Поттер и Малфой под руководством Дадли осваивали премудрости пользования новенькими мобильниками Nokia...



После обеда Гарри без стука открыл дверь в спальню Драко.

Тот сидел за столом перед развернутым пергаментом.

— Заходи, не стой на пороге, — проворчал Малфой, что-то разглядывая. — Удивительно, но она работает даже на таком расстоянии.

Гарри подошел к столу и глазам своим не поверил.

— Откуда у тебя моя карта, Драко?

— Твоя? — искренне удивился Малфой.

— Моя. Откуда она у тебя?

Драко пожал плечами и рассказал, при каких обстоятельствах к нему попала карта.

— Погоди, — наморщил лоб Поттер, — ты хочешь сказать, что карта не только показывает обитателей Хогвартса, но еще и позволяет слушать их разговоры?

— Мне кажется, что с ее помощью в эти разговоры даже можно вмешиваться.

— Точно знаешь?

Малфой помедлил и кивнул.

— Мне это не нравится, — вырвалось у Поттера.

Он смотрел на Малфоя уж очень пристальным взглядом.

— Меня словно кто-то толкнул в ту ночь, когда мы встретились в Выручай-комнате, — медленно начал он, глядя Малфою в глаза. — Когда я проснулся, я уже был уверен, что ты находишься именно там. Это ведь немного странно, Драко?

— А то, что ты вошел в комнату, когда там находился я, это не странно?

— А потом твоя затея с сывороткой правды. Это зачем?

— Должен же я был знать, чего от тебя ожидать?

— А наша случайная встреча на стадионе? — Гарри выделил слово "случайная".

Малфой нахмурился.

— К чему ты клонишь, Гарри? Ты меня в чем-то подозреваешь?

Гарри кусал губы.

— Скажи мне, ты пользовался этой картой, чтобы мы... мы... случайно встретились?

Малфой, глядя Поттеру в глаза, кивнул.

— Один раз. В тот вечер, когда мы починили Исчезательный шкаф.

— И все? Только один раз, честно?

— Да.

Гарри выдохнул с облегчением, шагнул и присел рядом с Малфоем. Тот положил ему руку на плечо и слегка сжал.

— А почему для тебя это так важно, Гарри?

Поттер поморщился, но ответил:

— Я не терплю, когда мной манипулируют. Если я доверяю человеку, то я доверяю человеку. И он должен мне доверять. И врать ему я никогда не буду.

Откровенная и немного сумбурная речь Поттера привела Малфоя в некоторое смятение.

Да, его тянуло к гриффиндорцу, он сделал навстречу ему много мелких и незаметных шагов, чтобы они стали ближе друг другу.

Да, ему нравится Гарри, и он совершенно не тяготится его обществом, хоть они и совершенно разные по характеру люди, но... но то, что говорил сейчас Поттер, означало, что он относится к их общению гораздо серьезнее. Не как к временному попутчику, с которым можно приятно провести время, а как к другу, как к партнеру, как к близкому человеку, наконец.

"Великая Моргана! Оказывается, я для него не случайный бойфренд и не легкое увлечение избранного героя. Он воспринимает все, что происходит между нами, так серьезно? Но я еще сам не знаю, кто он для меня. Я этого сам еще не знаю!"

Он украдкой взглянул на Поттера. Сидит серьезный, глаза больные. Вот черт.

— Ты не переживай, Гарри, — первый раз в жизни Драко с трудом подбирал слова, — не манипулировал я тобой... Я сам не понял, как получилось, что мы враждовали пять лет, а потом вдруг все старое закончилось, а новое только началось... За две недели разве такие завалы разгребешь... И я не удивляюсь, что ты не доверяешь мне, потому что я сам еще...

Поттер вдруг повернулся и положил подбородок на плечо Драко. Тот запнулся и скомкал конец фразы.

— Как-то так.

Малфой почувствовал на своей щеке дыхание Гарри и замер, наслаждаясь этой безыскусной близостью, в которой нет ни капли вожделения, но сердце согрето теплом и нежностью.



Дурсль ходил по гостиной, потирая руки и раздраженно крутя головой.

— Мы можем просто не открывать дверь, — страдальческим тоном предложила Петуния.

— Да? Тогда эти сумасшедшие полезут в окно!

— Вернон, но что ты предлагаешь? Письмо этого их... Дамблдора составлено довольно учтиво...

— Во-о-от! Именно это меня и тревожит, Петунья. С чего это вдруг после стольких лет этим нищебродам потребовалось разговаривать с нами? Не нравится мне все это. Очень не нравится.

— Что же делать? Ты же знаешь, что вызывать полицию нельзя. И даже если мы немедленно уедем, то они все равно найдут нас.

— Знаю, Петуния, знаю. Потому и нервничаю...

В прихожей раздался звонок. Дурсли переглянулись.

— Ну вот, пожаловали.

Они обменялись тревожными взглядами, и Вернон отправился открывать...



Вернон с подозрением осмотрел Люпина и шагнул в сторону, сделав приглашающий жест. Видимо, новенький твидовый пиджак гостя убедил Дурсля, что перед ним не голодранец.



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 26.03.2022, 21:28 | Сообщение # 17
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Шалость Драко Малфоя и Гарри Поттера 2.0


«I solemnly swear that I am up to no good».

Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


Гарри в окошко увидел спину уходящего Люпина и удовлетворенно кивнул головой.

— Что делает оборотень в доме твоих опекунов? — раздался голос Драко у него над ухом.

— Т-с-с-с! Потише. Тетя и дядя и так напуганы, а твои откровения их вообще убьют.

— Я вижу, что ты не удивлен...

Гарри повернулся к Малфою. Тот увидел, что Поттер весь светится, и оборвал себя на полуслове.

— Все будет хорошо, — раздельно произнес Гарри и чмокнул Драко.

— Отстань, щекотно, — сморщился тот и потер нос. — У тебя от меня секреты?

— Нет. Но если ты потерпишь, то будет небольшой сюрприз.

— Я никогда не отличался любопытством, — пожал плечами Малфой.

— Ты? Ну, уморил, — рассмеялся Поттер.

— Смейся, смейся, — проворчал Малфой чуть обиженно.

Гарри отошел от окна и взмахом палочки задернул шторы.

— Вот как? Ты уже можешь колдовать без магического прикрытия?

— Могу.

— А я?

— А ты не можешь. Маленький еще.

— Что? Я старше тебя на пятьдесят шесть дней, Гарри!

— Смотри-ка, подсчитал, — явно дурачился Поттер. — Но, видишь ли, дело в том, что у меня есть могущественный покровитель. А у тебя есть?

— Был, — отрезал Малфой и отвернулся, закусив губу.

— Ч-ч-черт... — спохватился Гарри. — Извини, Драко.

— Да ничего. Не стесняйся, я привыкну.

Малфой повернулся и вышел из спальни.

Гарри выскочил вслед за ним.

— Драко, подожди...

И столкнулся в коридоре с дядей.

Вернон слегка запыхался от подъема по лестнице.

— Гарри, Гарри! Когда вы уезжаете?

Малфой обернулся и с изумлением посмотрел на Поттера.

Тот почему-то покраснел и замялся.

Все понятно. Дверь за Драко с треском захлопнулась...



* * *



Пора, наконец уделить внимание одному весьма существенному персонажу, который еще не выходил на сцену в этой истории, а находился как бы на заднем плане.



Волдеморт стоял в огромном зале и смотрел куда-то поверх голов двух своих слуг.

— Все, что вы услышите сейчас — тайна, которая, кроме вас, неизвестна никому. Вы понимаете меня?

— Да, милорд, — дуэтом выдохнули Пожиратели.

— Я окажу вам высочайшее доверие, которого вы еще не достойны.

Один из приспешников открыл рот, но Темный Лорд знаком велел ему молчать.

— А не достойны вы, потому что слишком недолго служите мне. Но в ближайшие дни для вас все может измениться, и вы сможете занять достойные места в числе моих приближенных. Надо лишь точно выполнить мое поручение... или... или умереть.

Оба Пожирателя молча отвесили повелителю глубокий поклон.

— Пока не поздно, вы можете отказаться, — обманчиво спокойным тоном предложил Волдеморт. — Если есть сомнения в своих силах, то можете признаться прямо сейчас. И вернетесь в свои отряды для обычной службы в числе других моих сторонников. Разрешаю вам признаться в своем страхе.

Лорд сделал паузу. Пожиратели молчали. То ли они действительно преданы ему, то ли совсем не идиоты и понимают, что после отказа проживут не больше пяти минут, да и те в мучениях.

Что ж, мальчишки ведут себя правильно, можно изложить им поручение.

— Завтра после обеда студенты Хогвартса придут в Хогсмит. В "Кабаньей голове" вас будут ждать два студента из преданных мне семей. Вы должны знать обоих, хоть они и младше вас на несколько лет. Там же будет Роули, который снабдит вас запасом Оборотного зелья и передаст зелья и артефакты. Вы должны под видом этих двух слизеринцев проникнуть в Хогвартс. Пока все ясно?

— Да, милорд, — недружно кивнули Пожиратели.

— Учтите, что хоть Роули и будет вашим руководителем, но сути моего поручения он не знает. Вы не должны ему ничего рассказывать.

— Да, милорд.

— А теперь я расскажу вам о вашем поручении...

Волдеморт взмахнул палочкой, окружая себя и Пожирателей заклинанием Недоступности.



* * *



Во время сборов Малфой мрачно молчал. Гарри посматривал на него с извиняющимся видом, но Драко демонстрировал полную неприступность.

Уже подходя к такси, Малфой не выдержал.

— Надеюсь, там, куда мы направляемся, душ получше, чем у твоих опекунов?

Гарри про себя вздохнул с облегчением. А то он уже стал переживать, что Малфой обиделся всерьез и с минуты на минуту пошлет его куда подальше.

— Не хуже, — решил ничего не уточнять Поттер.

— Ну давай, рули. Жду сюрприза, — Малфой откинулся на сиденье, держа на коленях свой неизменный саквояж.

Гарри сел рядом и попробовал поцеловать Драко, но тот закрылся ладонью и отстранился:

— Ты хочешь перепугать всех таксистов в Лондоне?

Здоровенный детина за рулем лишь ухмыльнулся.

— Не беспокойтесь, мистер. Я каждую ночь вашего брата на Руперт-стрит вожу.

— Моего брата? — не понял Малфой. — Или вы о чем... Поттер, мы едем на Руперт-стрит? — обращение по фамилии свидетельствовало, что Драко разозлился не на шутку.

— Нет, конечно, — поспешил успокоить его Гарри и сунул водителю бумажку. — Вот по этому адресу, пожалуйста.

Водитель глянул, флегматично кивнул, и машина тронулась.



Когда дома разъехались и показалась дверь с молотком в виде змеи, Малфой повернулся к Поттеру.

— Это что? Дом Блэков? Какого дементора мы сюда приперлись?

— Это мой дом, Драко, — ответил Поттер и шагнул на порог.

Малфой замолчал, хотя по его лицу было видно, что у него вертится на языке миллион вопросов.

В прихожей Гарри пропустил Драко вперед, обернулся к закрывшейся двери и наставил на нее палочку.

— Фиделио!

Словно золотистое покрывало проявилось на мгновенье на двери, пылью осыпалось вниз и вновь взмыло вверх, мгновенно сменив цвет на серебристый. Продержалось несколько мгновений и растаяло, словно впитавшись в дверь и стены дома.

Хлоп, хлоп, хлоп.

Малфой за спиной Поттера неторопливо похлопал. Гарри оглянулся, боясь увидеть на лице Драко усмешку, но тот был серьезен.

— Шестикурсник, владеющий заклинанием высшей защиты. Впечатляет.

— Правда?

— А зачем мне врать? Я Фиделиусом не владею, хоть и начал обучаться магии на десять лет раньше тебя. Ты чертовски сильный волшебник, Гарри.

— Да ладно тебе, — смутился Поттер, — какая там сила.

— Ты ведь и заклинанием Патронуса овладел в тринадцать лет.

— Откуда знаешь?

— Мой шпион рассказал. У вас же секретов от студентов своего факультета нет. А гриффиндорцы разные бывают.

— Как и слизеринцы?

Малфой пожал плечами, давая понять, что давать такие очевидные ответы не собирается.

— А кто шпион? — не отставал Поттер. — Ты обещал сказать.

— Когда-нибудь расскажу. Но пока он еще может мне пригодиться.

— Зачем?

— Чтобы за тобой присматривал, когда в Хогвартс вернемся. А то там желающих строить тебе глазки пруд пруди.

Неприятные мысли о гриффиндорском шпионе мгновенно вылетели из головы Поттера.

Гарри шагнул к Драко и прижался к нему.

— Неужели ревнуешь? — шепнул он севшим голосом, подставив губы Малфою.

— Размечтался, — высокомерно ответил Драко и тут же впился в них поцелуем.

Минут через десять они с трудом оторвались друг от друга.

— Ты из меня веревки вьешь, — шепнул Драко.

— Я? Да я ради того, чтобы у нас был свой дом, целый Орден Феникса отсюда выставил!

— Что? — опешил Малфой. — Орден Дамблдора? Здесь, в доме Блэков?

— Ну да. Их сюда Сириус пустил еще два года тому назад. А дом этот мне завещал. И теперь я их отсюда... переселил.

— Куда?

— А ты не догадался? В дом Дурслей в Литтл-Уингинге. Пусть там заседают.

Ошеломленное лицо Малфоя было ему ответом.

— Дядя страшно расстроен провалом консерваторов на выборах и говорит, что после избрания чертяки Блэра обвалился рынок электроинструмента, и теперь ему никакие масонские ложи колдунов не страшны. К тому же Дамблдор обещал Дурслям очень солидную плату за аренду их дома.

— И где твои опекуны будут жить?

— На Майорке. Должны улететь сегодня вечером. Дадли себе ружье для подводной охоты купил. Может, подстрелит кого-нибудь.

Малфой только покрутил головой.

— Ну, ты даешь! А я гадаю, какого дементора Люпин к твоим опекунам притащился, — рассмеялся он. — Давай, показывай свои владения. Я об этом доме только по рассказам знаю.



В воспоминаниях Поттера дом на площади Гриммо был древним, мрачным и зловещим, как подземелье из сказок о гоблинах. Сириус метался по его лестницам и комнатам, как яркая птица, попавшая в паутину акромантулов, не в силах жить здесь и не в силах вырваться отсюда. И в плане Гарри это обстоятельство было самым спорным и слабым местом. Сможет ли он здесь жить даже в компании с Драко? Или древний дом, заполненный темной магией по самый чердак, обманет его ожидания и сделает жизнь невыносимой, как сделал невыносимой жизнь Сириуса? И понравится ли Драко столь мрачное жилище? Как-то не верится, что особняк Малфоев столь же мрачен и архаичен.

Гарри и Малфой, держась за руки, шагнули к лестнице.

Штора с портрета старухи Вальбурги резко отдернулась в сторону.

— Ой, блин, — заранее сморщился Поттер, ожидая гневных воплей.

— Здравствуйте, бабушка, — раздался вдруг над ухом Гарри голос Малфоя.

— Э-э... здрасте, — неуверенно последовал его примеру Поттер.

Старуха на портрете некоторое время молчала, разглядывая молодых людей, а потом с достоинством кивнула. Штора портрета с треском задернулась.

— Я думал, она сейчас скандал устроит, — с облегчением выдохнул Гарри.

— Между прочим, я все слышу, мистер Поттер-Блэк! — приглушенно раздалось из-за шторы.

Поттер схватил ухмыляющегося Малфоя за руку и потащил на кухню...

— Какая-то она странная сегодня, — заявил Гарри, прикрыв дверь.

— Почему? — удивился Драко.

И Поттер рассказал ему, каким он всегда видел этот дом, как ему было неуютно здесь, несмотря на довольно многолюдную компанию друзей и знакомых.

— Тебе было неуютно из-за своих друзей. Если бы их здесь не было, то дом был бы уютнее.

— Не понимаю, — насторожился Гарри.

Малфой заглянул в пару шкафчиков, нашел початую бутылку Огденского и протянул Поттеру. Дескать, хозяйничай.

После этого уселся и, наблюдая, как Гарри ставит на стол бокалы и какую-то вазочку с шоколадом, развил свою мысль.

— Вот скажи, если у тебя были такие плохие воспоминания, то зачем ты приехал сюда и меня притащил?

— Ну, не знаю. Как-то потянуло, и здесь мы с тобой вдвоем, и...

— И ты здесь хозяин, Гарри! Вот в чем дело. У тебя наконец-то появилось что-то свое. То, что принадлежит только тебе, и то, чем ты хочешь распоряжаться сам. Так?

— Ну, не знаю...

— Поттер, ты ради этого выставил из своего дома самого Дамблдора, на которого чуть ли не молился все эти годы!

Гарри плюхнулся на стул, раздумывая.

— А знаешь, Драко... Ты, наверное, прав.

— Наливай!

Гарри налил в бокалы на три пальца и пододвинул один к Малфою.

— С новосельем, Гарри!



Запасы шоколада в вазочке довольно быстро иссякли. А вот огневиски было еще много.

— Насчет питания ты, разумеется, не подумал, — констатировал Малфой.

— Я думал, мы сходим куда-нибудь поужинаем, — возразил Поттер.

— Можно и сходить. Как я понял, в Лондоне кафе или паб почти на каждом углу.

Из коридора за дверью вдруг раздалось:

— Бдыщ! Бдыщ! Та-та-та-та-та! Получи, железная морда! Бах! Бах! Иди полетай, урод! Мы всего лишь на восьмидесятом этаже! Хрясь! Ду-дут! А-а-а-а... Нейтрон Кикер, берегись! Та-та-та-та-та!..

Гарри рывком распахнул дверь. В коридоре обнаружилась тщедушная фигурка Кикимера, сжимающего в обеих руках кочергу, словно он стрелял из нее по невидимым врагам.

Увидев Поттера и Малфоя, Кикимер выронил свое оружие, вытаращил глаза и поклонился до самой земли.

— О, великий Джеймс Хоулет! Какая честь, что ты почтил своим вниманием отчий дом! Твой ничтожный слуга Кикер счастлив приветствовать тебя.

— Как ты назвал меня?

— Не сочти за дерзость, господин. Конечно, тебе больше к лицу боевое имя Росомаха!

Это прозвище показалось Поттеру отдаленно знакомым.

— Что?

— Твой домовик бредит? — вмешался Малфой.

— О, великий день! — возопил Кикимер, переведя взгляд на Драко. — Великий Парралакс! Неужели ты стал другом Джеймса Хоулета? Какой дуэт героев! Истинных темных героев Вселенной и ее окрестностей!

— О, черт! — хлопнул себя по лбу Поттер. — Это все Фред с Джорджем! Они оставили в комнате пачку комиксов, и Кикимер до них добрался!

Домовик с обожанием смотрел на своих кумиров и не понял ни слова из того, что выкрикнул Гарри Поттер.




Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
alexz105Дата: Суббота, 26.03.2022, 21:31 | Сообщение # 18
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Трио умерло. Будет ли квартет?


«I solemnly swear that I am up to no good».
Я обещаю, что ничего хорошего не замышляю.


На удивление, жизнь в доме Блэков наладилась довольно быстро.

Кикимер, хоть и чудил без баяна, величая Поттера и Малфоя именами своих любимых героев из комиксов, но обязанности слуги исполнял с невиданным рвением. Себя он называл Нейтроном Кикером или просто старым Кикером.

Гарри он упорно называл Росомахой или Джеймсом Хоулеттом, а иногда Логаном.

А Драко — Парралаксом или Спектром, поминая при этом какой-то зеленый фонарь.

В тот вечер, отстрелявшись в коридоре из кочерги, Кикимер очень быстро приготовил ужин. А пока два новоявленных героя ели, навел идеальный порядок в двух спальнях на втором этаже.

Гарри заикнулся было, что раньше он спал на третьем этаже. Но Кикимер посуровел и категорически заявил, что благородный хозяин дома должен спать на хозяйском втором этаже. А третий этаж предназначен для дальних родственников, гостей и прочих там джокеров и желтых ублюдков!

А как же Драко?

Кикимер в тот вечер был непотопляем и тут же заявил, что благородный Парралакс имеет честь быть ближайшим другом и соратником великого Джеймса Хоулетта, а потому должен проживать как можно ближе к нему.

Гарри, потешаясь про себя, попытался опровергнуть бредни Кикимера, пытаясь доказать тому, что все, что пишут и рисуют в комиксах — это выдумка.

К его удивлению, домовик горячо поддержал это мнение, называя сочинителей комиксов бездарными придурками, которые придумывают всякую чушь. Но дело, видите ли, в том, что приключения выдуманы, а герои — настоящие!

Гарри с Драко переглянулись, потом посмотрели в свои опустевшие тарелки, и их посетило сомнение, правильно ли они сделали, что съели стряпню сбрендившего домовика?

— Ну, и почему же я — Джеймс Хоулетт? — спросил Гарри с изрядной долей сарказма.

В ответ Кикимер заявил, что главными особенностями высокочтимого Росомахи являются способность восстанавливаться и фантастическая живучесть. Разве хозяин (домовик низко поклонился Гарри) не выжил после Убивающего Заклятия?

Поттер был сражен и не нашелся, что возразить.

— Кикимер, — спросил Драко, который с возрастающим интересом слушал старого домовика, — а я чему обязан, что ты называешь меня Парралаксом?

За ответом на этот вопрос Кикимер тоже в карман не полез. Оказывается, достопочтимый Парралакс питается страхами героев. Стоило ему подружиться с Джеймсом Хоулеттом (Кикимер ткнул пальцем в сторону Поттера), как тот волшебно преобразился. Вы только посмотрите, какую силу и уверенность излучает хозяин, когда его друг рядом! Он избавлен от всех своих страхов и неуверенности.

Драко тоже был сражен. И не потому, что поверил в свое геройское перевоплощение. Просто ему в голову пришла мысль, что, несмотря на фантасмагоричное восприятие окружающего мира, а может быть, и благодаря ему, Кикимер рассмотрел в них какие-то новые черты, которые им самим еще незаметны.

— Бред какой-то, — неуверенно улыбнулся Поттер.

— Как знать... — возразил Малфой. — Найди мне комикс про этого... Парралакса.

— Хочешь познакомиться со своим прототипом? — рассмеялся Гарри. — Тогда и я почитаю о Росомахе.



Они сидели в креслах у камина и просматривали стопки комиксов, когда раздался вызов на мобильный телефон Малфоя. Тот осторожно извлек аппарат из кармана, тщательно прицелился и нажал зеленую кнопку.

— Алло, мистер Адамс?

В трубке неразличимо для уха Поттера забормотал голос детектива.

— Хорошо. Завтра в двенадцать. Где?

Драко повернулся к Гарри, отодвинув трубку в сторону.

— Где тут можно встретиться с Адамсом?

Гарри на мгновение замялся, а потом вспомнил:

— У входа на стацию Каледониан-роуд. А там найдем какое-нибудь кафе...

— Каледониан-роуд знаете?

Адамс что-то ответил. Малфой нехотя улыбнулся.

— Да, не самый престижный район Лондона, мистер Адамс, но нас устраивает... Хорошего вечера, мистер Адамс.

И старательно ткнул пальцем в красную кнопку.

— Он что-то раскопал? Ты ему только вчера передал аванс.

— Говорит, что надо встретиться и обсудить вопросы не по телефону. Видимо, магловская связь не так приватна, как хотелось бы.

— Если кто-то изобрел ее, то нашлись и те, кто придумали, как ее прослушивать.

— Какой ты умный, Гарри, я потрясен твоей проницательностью!

— Издеваешься? Я тебе сейчас покажу, мистер Парралакс!

Спустя пять секунд они уже катались по ковру, отчаянно щекоча и щипая друг друга. В пылу борьбы они даже не заметили, как в камине вдруг погас огонь. К тому же их поединок плавно перешел в поцелуй. Лишь ослепительная зеленоватая вспышка заставила их оторваться от губ друг друга и уставиться на камин.

У камина, отряхивая пепел, стояли Гермиона и Блейз Забини.

Девушка с некоторой растерянностью смотрела на распростертых на полу парней, сжимающих друг друга в объятиях. Лицо Забини и вовсе можно было использовать в качестве наглядного пособия мимического искусства в разделе "Обалдение".

— Тебе помочь, Гарри? — Гермиона решила, что они дерутся, и выхватила палочку. — Он тебя укусил?

— Нет, это я его укусил, — отозвался Поттер с пола, принимая сидячее положение. — Здравствуй, Гермиона. Привет, Забини.

Блейз, видимо, еще не обрел дар речи, потому что в ответ только молча кивнул.

— Та-а-ак, — протянул Малфой, рассматривая гостей, — судя по тому, что ты не удивлен, данный визит был запланирован.

— Насчет Гермионы — да. А что с ней будет твой дружок — для меня некоторая неожиданность, — отозвался Гарри, пытаясь придать своей шевелюре подобие прически.

— А кого ты ожидал увидеть?

— Никого не ожидал. Кикимер!

Тишина.

— То есть, Кикер!

Хлопок возвестил появление домовика.

— Это мисс Грейнджер и мистер Забини. Позаботься о наших гостях. Угости ужином и приготовь им спальни... — Гарри переглянулся с Драко. — Приготовь им спальни на третьем этаже.

Кикимер вытянул губы дудкой и наставил указательный палец на Гермиону.

— Да-а-а, старый Кикер видит мисс Грей-Саммерс. Она уже бывала в этом доме. А это... — палец перенацелился на Забини, и губы домовика почти беззвучно шевельнулись.

— Что? — переспросил Малфой. — Как ты его назвал?

Глаза домовика широко раскрылись и как-то плутовски скосились.

— Кикер узнал Локи, хе-хе-хе...

Гермиона и Блейз с недоумением, граничившим с неловкостью, переводили взгляд с Кикимера на Гарри и обратно. Поттер за спиной домовика покрутил пальцем у виска и сделал пренебрежительный жест, предлагая гостям не обращать внимания на его причуды.



Вечером обитатели дома разбились на пары в разных комнатах.

В спальне Малфоя Забини, мучительно подбирая слова, пытался объяснить свое появление на Гриммо в компании с Грейнджер, которую Драко вечно третировал и оскорблял из-за магловского происхождения.

К его удивлению, Малфой проявил полное равнодушие к этому факту. Он только уточнил, нравится ли Блейзу Гермиона, и, получив утвердительный ответ, спокойно перевел разговор на другую тему.

Рассказ Забини о готовящемся проникновении Пожирателей обеспокоил Малфоя.

— Добро пожаловать, Забини, в ряды предателей Темного Лорда!

— Ну, как-то так, — уныло согласился Блейз.

— А вот эти два идиота — Кребб и Гойл — за свое согласие могут в Азкабан попасть.

— Вряд ли они вернутся в Хогвартс.

— Это понятно. Но если миссия Пожирателей провалится, то их ждет пытка. Будут выяснять, кому они проговорились, и узнают про тебя. И все это ради Грейнджер?

— Ну да, — уныло кивнул Блейз.

— Ты серьезно болен, Забини.

Блейз и не пытался возражать. Ну да, он болен Гермионой.

Тут он вспомнил картину на ковре, которая открылась его взору после первого же шага из камина.

— А ты здоров, Драко?

Малфой искоса глянул на приятеля.

— Я тоже занемог, Блейз. И болезнь та же, что и у тебя.

— Ты один болеешь? Или вы вдвоем? — не удержался Забини.

— Не знаю...



Гермиона вполне ожидаемо потребовала от Гарри объяснений, что здесь происходит и каковы его дальнейшие планы.

Гарри наотрез отказался обсуждать свои взаимоотношения с Малфоем. Впрочем, увидев сцену у камина, Грейнджер и так сообразила, что к чему, и лишь переживала о том, что зря привела Забини, которого здесь не ждет ничего, кроме горького разочарования. Девушка мысленно решила, что приложит все силы, чтобы отвлечь Блейза от душевных страданий и скрасить ему горькую пилюлю.

— Ну, хорошо, говорить о Малфое...

Гарри поморщился.

— Ладно, о Драко, — поправилась Гермиона, — говорить ты не хочешь. Расскажи тогда, о чем вы договорились с Дамблдором.

Эта тема Поттеру тоже не очень нравилась, но он понимал, что после того, как Гермиона безропотно (!) выполнила все поручения директора, она потребует объяснений.

— Ну, мы договорились, что я, ты и Драко пока побудем здесь на Гриммо, — Поттер постарался быть максимально краток.

— Все? — с непередаваемым выражением лица спросила Гермиона.

— В общем, да.

— Ты меня за дуру держишь, Гарри? — взорвалась девушка. — Ни с того ни с сего ты связываешься с Малфоем. Да-да, не кривись, именно с Малфоем — этим хорьком, ненавидящим все нечистокровное. Самое странное, что он не протестует. Вы сбегаете из Хогвартса, шляетесь неизвестно где. Ты делаешь из меня почтальона, который носит твои письма Дамблдору и Грюму. Потом директор сообщает мне, что я должна бросить учебу и уехать из школы. Я тащу сюда влюбленного в тебя Забини, чтобы он не подставился под Пожирателей. Тащусь сама, поменяв по дороге три транспорта, не считая каминной сети, а ты встречаешь меня, лежа на ковре в объятиях хорька, поручаешь заботам свихнувшегося домовика, а потом заявляешь, что все это ради внеочередных каникул? Не охренел ли ты, Поттер?!

Гарри даже отшатнулся от взбешенной подруги.

— Рассказывай быстро, во что ты вляпался?

Гарри вздохнул, поняв, что подруга от него не отстанет.

— В чистую кровь.

— Что-о-о?

— Ладно, слушай...

Рассказ занял почти полчаса. Закончив его, Гарри сидел, опустив глаза.

— Чистокровный Поттер и грязнокровка Малфой, — пробормотала Гермиона. Выслушивание рассказа Поттера обошлось ей в три изгрызенных ногтя. — Звучит как издевка.

— Издевка судьбы, — вздохнул Гарри, не поднимая глаз.

— И ты решил, что изменившееся качество твоей крови испортит нашу дружбу?

— Ну-у-у... я опасался.

— За себя или за меня?

— За обоих.

Они помолчали.

Гарри, наконец, посмотрел на Гермиону. Её лицо было задумчивым. Вся агрессия испарилась, как будто ее и не было.

— Ладно, Гарри, за себя я уверена, а ты в себе обязательно разберешься.

Лицо Поттера просветлело.

— А с Малфоем... то есть, с Драко у тебя серьезно?

— Не знаю... мне хорошо с ним... он совсем не такой, каким казался все эти годы... Мы словно узнаем друг друга заново.

Гермиона не смогла удержаться, чтобы не задать еще один непростой вопрос.

— Ты только не обижайся, но ответь, если захочешь: у вас уже заходило дальше поцелуев?

Гарри сделал над собой усилие и кивнул головой.

— Далеко?

Поттер покраснел.

— Не очень далеко, если я правильно понял твой вопрос.

— Извини, я не должна лезть в твою личную жизнь. Просто хотела понять, насколько тебе дорог Мал... Драко.

— Очень.

На этом их приватная беседа закончилась. Только намного позже Гарри вспомнил ее оговорку насчет Забини.

Блейз влюблен в него? Только этого не хватало!



Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
LordДата: Среда, 21.09.2022, 23:15 | Сообщение # 19
Самая страшная вещь в мире - правда
Сообщений: 2740
« 188 »
Я еще не читал, только шапку увидел, но скажи - ты пишешь это на спор? Тебя заставили? Пытают? Держат в заложниках? XD


"Ну нельзя быть таким тупым, Доктор!"(с) Шерлок Холмс.
 
alexz105Дата: Четверг, 22.09.2022, 17:55 | Сообщение # 20
Альфин - темный слепок души
Сообщений: 1617
« 556 »
Lord, да не бери в голову. Просто дурью маюсь.


Главное - это твёрдо знать, чего ты хочешь от других. С собой всегда успеешь определиться.
 
Форум » Хранилище свитков » Слэш » Как карта ляжет (ГП/ДМ, NC-17, ООС, AU, миди, в работе)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: