Армия Запретного леса

Воскресенье, 22.04.2018, 23:15
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » "Через пять рук, шестому на поруки" (~ГП/СкМ; ДП-м/СкМ~миди~NC-17~замёрз)
"Через пять рук, шестому на поруки"
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 18:41 | Сообщение # 1
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Название фанфика: Через пять рук, шестому на поруки
Автор: Vavilon V
Бета : kalinka
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Гарри Поттер/Скорпиус Малфой, Джеймс Поттер-м/Скорпиус Малфой
Тип: слэш
Жанр: Драмма
Размер: макси
Статус: в процессе
Саммари: "Меня отправляют в пасть ко льву! К охотнику на моего отца!"
Предупреждения: AU, любовный треугольник
Диклеймер: Денежной выгоды не извлекаю, на героев не претендую.
Разрешение на размещение: получено




Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)


Сообщение отредактировал Rubliowskii - Суббота, 04.05.2013, 00:21
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 18:45 | Сообщение # 2
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Пролог

Дом первый.

— Доброе утро, Дем, твоя жена дома? — голос моего отца совершенно не выдает волнения. Знали бы в этом доме, как второпях собирал важные вещи мой отец, бегая в одних пижамных штанах по мэнору. Наверное, хорошо бы посмеялись — не каждый день холеный аристократ такое устраивает. Вот к чему ведут облавы в бизнесе.
— Дома, дома… А чем мы обязаны в столь ранний час? — заспанный Дем Корр, приятель моего отца (через миссис Корр) потягивается. Не люблю этого козла, но выбора не остается. Отец не может меня забрать с собой. Приходится спихивать меня кому-нибудь из тех, кому фамилия Малфой может хоть сколько-нибудь доверять (а таких немного).
— Да так, у нас небольшая просьба, — отец хитро улыбнулся.
— А, ну раз так, — он потер глаза. — Ой, а чего это вы на пороге до сих пор? А ну, заходите-заходите.

Мистер Дем пропускает нас в узкий коридорчик. Мерлин, за что мне здесь придется жить?! Что такого плохого я сделал?!

— Панси! Панси! — хрипло зовет свою жену, потуже затягивая халат в цветочек. — Панси-и-и-и!
— Да? Что случилось? — доносится сверху.
— К тебе Драко Малфой!

После небольшой заминки последовал усталый крик «сейчас спущусь», а после этого, видно, произнесенное шепотом, но донесшееся до нас «Да что у него случилось? Опять шило в жопе?» весьма прозаично. Нам и так втроем в коридоре было немного неуютно, после шепота стало совсем неудобно.

Миссис Корр, в девичестве мисс Паркинсон — давнишняя подруга моего отца (были даже слухи, что они встречались — фууу). Спускается, как королева, в цветочном халате. Видимо, это у них семейное.

— Утро доброе, Драко. Что случилось?

В ответ на ее вопрос отец просто кивает в сторону гостиной, и они уединяются, оставив меня с мистером Корром наедине. Дем Корр бросает на меня хмурый взгляд.

— Кофе? Завтрак? — скорее из вежливости.
— Нет, спасибо.
— А я, пожалуй, поем… — бубнит он и исчезает за боковой дверью. Я остаюсь один — очень тактично, ничего не скажешь.

Обои в свете персикового маразма и фарфоровые фигурки на маленьких столиках. В меня закрадывается сомнение, что здесь обитает домовик. Я всего лишь второй раз в этом доме, и тут странная тишина. Замечательно.

«Ты сума сошел?!» — доносится из-за закрытых дверей гостиной. Я подхожу ближе и начинаю улавливать больше фраз:

— … «…надо уехать… опасно брать… подозрения…»
— … «…. Идиот! … говорила… Поттер узнает!…»
— … «… пожалуйста!... вернусь… безопасно…»

Хм-м-м, не имеет смысла слушать, я и так знаю, что происходит — спасибо папочкиной жажде к наживе. У него нелегальные поставки самоуничтожающихся портключей. И сегодня ночью, папин «коллега» навестил нас, запыхавшийся и с потным лбом, сказал, что министерство, аврорат, в лице мистера Поттера, начало капать это дело. Отец испугался — чуть удар не хватил — и отправил мою mama в тот же час, с парой кофточек в виде багажа, отдыхать во Францию через один из злополучных портключей. Немного погодя, присев и подумав, он решил, что покидать со мной страну нельзя — чтобы вывезти детей младше восемнадцати (я уже не ребенок!) нужно разрешение министерства, получаемое за срок в неделю. А если отец, воспользовавшись своим портключем, поспешно увезет меня — это будет расцениваться не то, как побег, не то, как кража. И это привлечет излишнее внимание. Отцу с матерью (на нее оформлены некоторые договора на деньги в банке — мой папа хитрый жук, не хотел привлекать внимание гоблинов своим отчего-то большим заработком)оставаться в Лондоне никак нельзя по причине безопасности — если и накроют, то их уже нет в стране. В общем, после тяжелых раздумий папа пришел к выводу, что меня надо оставить в Лондоне у друзей; если станет не безопасно, меня в ту же минуту заберут к себе родители под охрану законом Франции.

Дверь открылась и на пороге предстает бледная Панси Паркинсон и румяный Драко Малфой.

— Скорпиус, — отец хватает меня за плечи и извиняющимся тоном говорит: — Я уезжаю, ненадолго, ты остаешься здесь. Слышишь меня? Мы вернемся и заберем тебя.

Да уж, хорошо летние каникулы начинаются! Сегодня только шестое июня, а от меня уже устали — шучу, конечно.

— Да я все понимаю, пап. Не маленький уже. — Закатываю глаза. — Обещаю вести себя хорошо.

Он отпускает мои плечи и вместо этого уже ерошит мои волосы — прическу портит своей пятерней –пытаюсь увернуться, бесполезно.

— Симми!

Наш домовик появляется по одному папиному слову.

— Да, сэр, — раскланивается, он у нас знает свое место.
— Вещи Скорпиуса, сюда — живо!

Исчезает, и через секунду раздается уже третий хлопок — Симми с двумя большими чемоданами.

— Всю тут, сэр.
— Хорошо. Знай, на тебе остается весь Мэнор до нашего возвращения. Понял? — ненавижу этот взгляд отца — строго-поучительный.
— Конечно, сэр. Буду следить. — Домовик поспешно кивает.
— Иди.

Симми на прощание кивает и с щелчком пальцев исчезает — удивительная у них магия.

— Скорпи… — Он снова хватает меня за плечи уже более фиксированной хваткой — Ты понима…
— Пап, не начинай, а? — Все будет хорошо.

Он хотел было что-то сказать, уже даже рот открыл, чтобы начать причитать, но в последний момент лишь улыбнулся и сжал меня в крепких объятиях. О, мои ребра!

— Мы вернемся, это ненадолго. — Шепчет и отпускает меня, наконец. И повернувшись к Панси Корр добавляет: — Спасибо.

А дальше сказка малого ребенка начинает оживать — папа достает из кармана зажигалку — портключ, он не курит — и с извиняющимся взглядом, адресованным скорее мне, чем его подруге, исчезает, как домовик пятью минутами ранее.

Мой отец очень привязан ко мне, и чего греха таить — я тоже к нему привязан. Но я уже взрослый, справлюсь.

Ну, вот так утром я и остаюсь в тесном коридоре, с двумя сумками рядом перед кислой на вид Панси Паркинсон. Эх, ничего, бывают и хуже ситуации.

* * *

Выпив кофе на светлой, но вовсе не просторной кухне, и уже полностью смирившись со свой участью, я пошел в комнату, которую чета Корр выделила мне сразу после расставания с моим отцом.

Идя через злополучную гостиную, вижу, как миссис Панси с кем-то возбужденно разговаривает по каминной сети. Останавливаюсь и прислушиваюсь к оживленному диалогу.

— Нет, ну представляешь? Что теперь делать? — Кудахчет миссис Корр. — А ведь мы с Демом завтра на отдых улетаем.
— Куда это? — удивляется собеседница.
— Ой, ну я тебе говорила, что мы собираемся в Бразилию. Так мы и делали заказ на завтра, уже все документы оформлены. Что теперь будет? Ну не отменять же, в самом деле.
— Перенеси или оформи бумаги на него.
— Да ты что! Без отца и матери? Кто за него поручится?
— А что ты сразу Драко не сказала-то? Он бы дал…
— Да он торопился! И я бы не смогла его уговорить оформить бумаги. Беда-беда.
— Не знаю, подруга, влипла ты, конечно…
— Слушай, может, возьмешь его себе? — в голосе столько мольбы. Похоже, в этом доме я — обуза.
— К нам? Ну. Право, не знаю, Билли в последнее время стал злющим, не думаю, что ему понравится эта идея.
— Ну, пожалуйста! Не к кому больше обратиться! Ты же знаешь, как я хотела поехать отдыхать! — миссис Корр падает на колени перед камином и делает вид, что молится. — П-о-ж-а-л-у-й-с-т-а.
— Ладно-ладно… с тебя маска, как вернешься…

Меня только что обменяли на сувенир.

* * *

Дом второй.

С багажом этим же утром меня сплавляют к семейству Беггеров. Ладно, хоть у Корров позавтракал, а у этих дом большой. И даже домовик есть!

Меррил Беггер (та самая собеседница) приятная женщина, не старше тридцати лет, со строгим каре из каштановых волос и красивыми щиколотками. Муж — Билли Беггер — колючий на вид, не добрый на первый взгляд мужчина средних лет. Увидав меня, он лишь хмуро поджал губы.

Меня отправили в свою на время комнату и наказали дождаться обеда.

С безразличным видом я уже начал вытаскивать разные фигни, помогающие скоротать время, как снизу начали доноситься крики и ор. Постоянные обрывки фраз, кто козел, а кто дура. Хлопок. И с силой моя дверь открывается — на пороге красный мистер Билли, а позади него заплаканная миссис Меррил.

— Ты поживешь у Инингоффов, — произносит зло Билли Беггер.

И для них я обуза.

* * *

Дом третий.

В обеденное время меня, как безродного щенка, подкидывают к так называемым Инингоффам. Три стука в железную дверь, один взгляд на прощание.

Дверь открывается, и меня с тяжелым багажом приглашает в дом уж совсем молодой парень. Не старше двадцати пяти, такого «мистером» язык не повернется назвать.

— Скорпиус?
— Ага.
— Я Рик, так и зови, — мы пожимаем руки. — Кто же твой отец, Скорпиус? И где он? — голос грудной, как у сытого кота. Глаза насмешливые, волосы рыжие — ну точно кот.
— Драко Малфой, — с гордостью говорю. — Он сей…

Лицо Рика перекашивается, и он, перебивая меня, орет:

— Дорогая, свяжись с Гарольдом Бином!

Он не добро на меня поглядывает, пока из-за соседней двери слышатся обрывки разговора — видимо, и здесь я ни к месту. Спасибо, папочка.

* * *

Дом четветый.

Дом Гарольда Бина — дом нашего домовика под лестницей. Темно и сыро. Стены обветшали и так грозно поскрипывают, будто скоро все обвалится. Меня начало мутить от запахов в первую же секунду пребывания здесь. Самое богатое в этом доме — я и мои вещи.

Сам же Гарольд Бин — старый хрыщ со скупыми замашками. Он приютил меня, брызжа слюной во все стороны от негодования. Будто я действительно мешок с дерьмом в его саду.

По-крайней мере он не стал меня выгонять с порога, выделил мне хилую комнатушку (метр на метр), в которой только чемоданы на кровати смогли разместиться. Он покормил меня горькой вареной картошкой и напоил сильно заваренным чаем — один вкус заварки чего стоит.

По углам этой хибары паутина, а кресло в странных пятнах. Мрак. Меня передергивает от всего здесь, и от мистера Бина тоже. У старика проблемы с памятью (он три раза мне представлялся), и с деньгами.

Когда вечером мы разместились возле камина (больше в доме ничего не греет), он начал вслух считать убыток от меня. И, конечно же, пришел к выводу, что я слишком дорог. Мои слова, что я могу заплатить за проживание он то ли пропустил мимо ушей, то ли еще и глухой ко всему.

Так или иначе, прям в кресле он за подсчетом денег так рассвирепел на меня, что начал кричать своим гнусавым голосом:

— Ах ты, маленькая пакость! Обанкротить меня решил! А ну вали домой!

От этого я пришел просто в ужас. И начал оправдываться. На что он — видимо, забыв, как я здесь оказался, — начал выпихивать меня за дверь.

Я боялся к нему прикасаться, к тому же он оказался невероятно крепким, в общем, после небольшого конфликта я оказался под дверью этого жуткого дома. Без багажа. Начал стучать в дверь, старый маразматик открыл и видимо все вспомнил, потому что впустил меня обратно. Но недолго мне пришлось испытывать облегчение: он впихнул меня без моих вещей в камин и дал скупую щепотку летучего пороха.

— Повторяй за мной щенок: Улица Брауса,
— Улица Брауса, — забубнил я, понимая, что меня снова, как обузу, перекидывают на чужие плечи.
— Дом 32.
— Дом 32.
— Семейство Уизли.
— Семейство Уизли.

ЧТО?! НЕТ!

Но поздно — перед глазами уже летят выходы из каминов.

* * *

Дом пятый.

Я вываливаюсь весь в саже на милый лиловый коврик.

Женщина в кресле с вьющимися каштановыми волосами с испугом смотрит на меня.

— Ты кто, мальчик?
— Я… я от мистера Гарольда Бина… — Я в очень плохой ситуации. П-а-п-а!
— Что случилось? Ему нужно в больницу?! — она еще больше пугается.
— Нет, нет! — Размахиваю руками. — Просто мои отец уехал, а меня оставил мистеру и миссис Корр, но они, в общем, я оказался у мистера Бина, а он, видимо, забыл это и отправил меня вам. Мне нужно пожить где-нибудь, пока мой отец не вернется… просто…
— Подожди-ка, — лицо выражает муку — силится что-то вспомнить. — Ты же сын Драко Малфоя. Скорпиус?
— Да! — Это же хорошо, что она меня узнала? Враждебности, вроде, нет. Может, и к лучшему, что я оказался здесь. Да, очень близко к Главе Авроотата, но не под самым же носом. Не думаю, что мы пересечемся.
— Хм-м-м, — она начинает хмурить брови. — А где отец?
— Он… он решил отдохнуть… ну… там второй медовый месяц…

На мой бред она еще больше начинает хмуриться. Наконец, что-то решив для себя, говорит:

— Я Гермиона… Уизли
— Очень приятно.
— Ага… Рон! Рон!

В маленькую гостиную входит долговязый рыжий мужчина и, когда его взгляд находит меня, он останавливается в шоке.

Мистер Рон Уизли — заместитель начальника Ароотата. Чудесно, знал бы папочка, где я.

— Что он тут делает? — немного на повышенных тонах.
— Рон, ему негде жить, Малфои уехали… а его оставили… я тебе потом расскажу.
— Всегда знал, что из хорька хреновый родитель будет, — подойдя ближе. — Он не будет тут жить.

Что? Хорька? Почему не буду?

— Мистер Уизли…
— Помолчи, — бросает мне, — Гермиона, зачем он нам?
— Но, Рон, ему некуда пойти!
— Я не буду у себя оставлять его сына! К тому же у нас просто нет места для него! У нас очень маленький дом ,и ты, кажется, забыла — ТРИ! — Он начинает трясти перед носом жены тремя оттопыренными пальцами. — ТРИ ребенка! Тут и без него сумасшедший дом.

Миссис Уизли задумалась.

— Давай отдадим его Гарри, у него дом большой, да и Альбусу тоже пятнадцать, ровесники.

Что?! Нет, нет, нет!

— Пожалуйста, только не туда.

Они не обращают на меня внимания.

— Не хочется гадить Гарри, но и оставлять его нельзя у нас. Ладно, я свяжусь по камину с Джинни, а ты иди, уложи Хьюго, он спать не хочет.

Миссис Уизли кивнула и вышла.

— Подождите, пожалуйста, мистер Уизли, только не к ним! Я прошу…
— Не волнуйся Малфой, там ты будешь в безопасности, а то ишь чего удумал хорек. Сына бросить! — он отвел меня от камина, и уже через пару секунд там парила голова жены начальника Авроотата.
— Джинни, привет!
— Что-то случилось, Рон?
— Ты представляешь — Драко Малфой сына бросил одного в Лондоне!
— Да?! — она начинает лупиться на меня. — Какой кошмар! Бедный мальчик! Ужас-ужас.
— Короче, он тут к нам попал, но ты же понимаешь, у нас дети маленькие да и дом крошечный. Может, заберете его себе?
— Ой, ну я не знаю, как Гарри…
— Да ладно, все хорошо будет. Тебе пятнадцать? — он внезапно поворачивается ко мне. Я киваю. — Он ровесник Ала, подружатся.

Мерлин, хоть бы она не согласилась.

— Узнаешь, каково когда у тебя трое детей. — Продолжал заискивающе. — Ну, Джинни, ты же моя сестра — выручай.
— Ладно-ладно, все равно в доме как-то пусто. Джеймс пропадает постоянно куда-то, а Ал стал замкнутым. Ладно, отправляй его к нам.
— Спасибо, сестрица, век не забуду, — на радостях восклицает мистер Уизли.
— Не забудь, не забудь, — говорит и пропадает.

Мистер Уизли подходит ко мне все еще с дурацкой улыбочкой.

— Ну, все, я договорился, поживешь у моего лучшего друга. Везунчик.

Мерлин, папочка, мамочка, помогите кто-нибудь! Меня отправляют в пасть ко льву! К охотнику на моего отца!



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)


Сообщение отредактировал Арман - Четверг, 02.05.2013, 18:52
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 19:13 | Сообщение # 3
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 1

В очередном слое сажи вываливаюсь (в прямом смысле слова) на дубовый пол, покрытый коричневым ковром с длинным ворсом. Гостиная большая и уютная. Она мягкая и простая — вот чего не хватает в Мэноре.

— Скорпиус? — рыжая с конопушками. Думаю, лет двадцать назад она была весьма красивой — очень открытое, привлекательное детское лицо.
— Да, — пытаюсь отряхнуться, да бесполезно, тут только вода может помочь. Безумный день.
— И когда же вернется твой отец? — зрит в корень.
— Я… думаю… через месяц. — Надо хоть что-то сказать. А то еще подумает чего.
— Ну ладно, — она расцветает в добродушной улыбке. — Месяц, так месяц. Тогда предлагаю сейчас дать тебе комнату, ты приведешь себя в порядок, а потом спустишься на ужин, и я познакомлю тебя с Алом. Как тебе?

Я киваю. Слава Мерлину! Кажется, отсюда меня не будут передавать другим на поруки.

— Тогда идем, — мы поднимаемся на второй этаж. — Дом у нас, как видишь, не маленький. — Да, судя по размеру комнат, она права. — Есть сад, большая веранда, игровая, неплохая библиотека, — глядит на меня, — загляни обязательно.
— Хорошо. — Я не верю своему счастью!
— Вот и твоя теперешняя комната, — открывает четвертую дверь от лестницы. — Она удобная, и рядом с комнатой Ала.

Комната, как весь дом, светлая и уютная. Мягкая широкая кровать, комод, даже картина с абстрактными формами и шикарное окно.

— Спасибо вам большое, миссис Поттер, — ком застревает в горле, — что приютили.

Она поглаживает меня по голове.

— Приводи себя в порядок и спускайся к ужину. Вещей у тебя с собой нет?
— Нет, просто Гарольд Бин, он…
— А, ну все понятно… тогда я что-нибудь придумаю.

Она уходит и мягко закрывает за собой дверь.

Таким грязным я не решаюсь плюхнуться на кровать или присесть на бежевое кресло, поэтому сразу заглядываю за небольшую дверь сбоку — ванная комната.

Без промедления раздеваюсь, кидаю все на пол и встаю под горячие струи воды. Хочу быть чистым, все с себя смыть.

* * *

Хорошенько помывшись и переведя дух, выхожу из ванной, обернув полотенце вокруг бёдер.

На кровати лежат чистые вещи — легкие домашние штаны, и простая кофта. Не думая, кому это всё может принадлежать — одеваюсь. Довольно мило, по размеру.

Ноги в тапочки, и я выхожу из комнаты. Осторожно спускаюсь вниз и, положившись на интуицию, отправляюсь на поиски обеденного зала.

Впрочем, долго блуждать не приходится — я слышу голоса из открытой двери.

Просторно, уютно, в центре массивный стол, можно подумать, что в этом особняке живет семья из сорока человек, а за столом только двое — миссис Поттер и…

— Ты как раз вовремя, Скорпиус, — она приветливо улыбается и кивает в сторону темноволосого хмурого парня. — Это мой сын — Альбус.

Тот даже не поднимает на меня взгляд. Видел я его в Хогвартсе, серьезный, тихий парень. Нет никакого выпендрежа или еще чего. Обычный, ничем не напоминает ни своего отца, ни мать. Про таких говорят «в себя пошел».

Я присаживаюсь напротив Альбуса, и миссис Поттер хлопает в ладоши — на столе появляется еда. Мерлин, какой же я голодный! Съесть все!

— Думаю, мы можем приступать к трапезе.
— А разве все дома? — сглатываю слюну, когда Альбус накладывает себе порцию рагу. Очень аппетитно.
— Нет, но, боюсь, не дождемся, — она тоже начинает нагружать еду в свою тарелку. — Гарри вернется ближе к ночи, а Джеймс… всегда опаздывает.
— Да, папа вчера вечером уехал по делам, но сегодня будет уже дома, — открывает рот Альбус и впивается в меня необычным взглядом, — так что ешь.

Мне трижды говорить не надо. Мясное рагу и немного салата, не прилично обжираться в гостях.

Все принялись за еду, поэтому повисло молчание. В этом доме очень, очень пусто. Как в Мэноре. Похоже, я здесь помру от скуки.

* * *

Только моя тарелка опустела — я старался есть медленно, — как в зал ворвался парень. В нем я уже могу признать сына «того самого Героя». Черт-те что на голове, шальная улыбка...

— Мам, Ал, привет… — взгляд останавливается на мне.
— Скорпиус. — представляюсь я.
— Да я знаю! Не ожидал тебя здесь увидеть. — Восхищенно.

Конечно, он знает. Если с Алом мы никогда не общались и не пересекались, то с Джеймсом… Этот козел, когда учился на третьем курсе, во всю мне раздавал подзатыльники. А я ведь был тогда только первогодкой! Да о чем это я? Думаю, только на шестом курсе мне от него прилетать не будет — он уже взрослый. Этот год был его последним в Хогвартсе. Думал, больше его не увижу.

Не могу сказать, что мы общались или там еще чего, но мне каждый год в течение пяти лет, хоть раз в неделю мне от него что-нибудь да прилетало. Особенно, когда он стал старостой… Причем, я не видел особой ненависти или еще чего. Скорее — просто по приколу, он вообще приколист редкостный.

— Джеймс, будешь кушать?
— Не, мам, я поел, — он улетучивается.
— А ты, Альбус, чаю?
— Чуть позже, — встает из-за стола. — Пойдем, покажу тебе тут все.

* * *

Краткая экскурсия по дому закончилась, и мы разлеглись на ковре возле камина с волшебными шахматами под ночь. Миссис Поттер в кресле с чаем, Джеймс так и не появлялся. Семейная идиллия.

А Альбус оказался интересным парнем, правда, немного забитым каким-то или вечно уставшим, что идет в разрез с его громкой фамилией.

— Твой неверный ход, и будет шах и мат, — подстрекаю Ала.
— Надо подумать, — задумчиво потирает переносицу. — А если…

Звук захлопывающейся входной двери.

— Папа вернулся! — Альбус вскакивает и бежит в коридор, миссис Поттер тоже. А мне что, одному тут оставаться?

Немного страшно, но я все равно иду к национальному герою. Никогда не видел его вживую — папа всегда его избегал.

— Отец, — Джеймс похлопывает отца по спине, — как все прошло?

Теперь я могу его разглядеть. Джеймс — это лишь слабый отголосок силы отца. Мистер Поттер — это властный человек.

Между нами разница года в двадцать два, но, кажется, меньше. Я все-таки ожидал мужика под сорок лет, с сединой в висках (он важной работы) и пузом (от важности положения), но ничего такого и в помине нет. Наверное, встретив его на улице, мне бы и в голову не пришло, что у него есть жена и двое детей.

Взгляд насмешливый, но добрый, по мне даже не скользит. Вообще есть в нем что-то притягательное.

— Вполне, вполне, — голос грубый. — Я так устал, — тянет.
— Дорогой, а у нас гости, — миссис Поттер показывает на меня. — Ты не против, если Скорпиус останется у нас на месяц?

Никакого удивления, только мимолетный взгляд на меня.

— Да, пусть.

И это все. Дальше он с подначками на вопросы поднимается с Джеймсом наверх (последний, кстати, по дороге обернулся и мне подмигнул). Миссис Поттер сразу же куда-то ушла, а Альбус зевнул.

— Я спать, — и пошел по стопам отца.

У меня внутри мерзкое чувство, такое бывает, когда для кого-то важного ты пустое место.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 19:27 | Сообщение # 4
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 2.

— Доброе утро…

Что? Кто? Где?

— Утро… Просыпайся… — кто-то ласково проводит рукой по волосам. Мама?

Открываю заспанные глаза, — на моей кровати сидит Джеймс.

— Доброе… — зеваю и потягиваюсь.
— Мама зовет на завтрак, — он прищуривается и будто тянется ко мне, но останавливает себя на полпути. — Уже девять, вставай, — и уходит.

Я проспал. И что это было только что? Наверное, показалось.

* * *

На завтраке не могу нормально поесть — Альбус очень хмур, Джеймс не отрывает от меня лукавого взгляда, а мистер Поттер… даже не смотрит на меня, беззаботно беседуя со своей женой.

Я пытаюсь с ним завести разговор, поборов не свойственную мне робость, но это приводит только к неловкости и моим порозовевшим щекам (да что со мной?!).

— У вас очень ответственная работа. Это тяжело, — Мерлин, мой голос как у пташки!
— Не жалуюсь, Скорпиус, — отвечает он нехотя, с ленцой, поглядывая при этом в окно.
— Я думаю, быть аврором почетно, — я пытаюсь ухватиться за него, не желая прерывать беседу в зачатке.
— Ммм… — отпивает кофе. — Дорогая, что там с приглашениями?

И все! Он отделался от меня! Откровенно не желая со мной разговаривать! Я, конечно, сам виноват — поджав губы, весь остаток завтрака я думаю, что взял неправильную тему (кто разговаривает о работе в выходной!), но можно же было проявить хоть чуточку внимания!

Может, все дело в моем отце? Но дети не должны отвечать за ошибки родителей. И он, как взрослый человек, должен это понимать. Наверное, я просто ему не нравлюсь.

Хотя Джеймс усиленно зазывает меня полетать с ним на метлах, я выбираю прогулку с Альбусом по Диагон Аллее (Алу нужна книга о ведьминских охотах на людей).

— Смотри! — показываю пальцем на украшенный прилавок. — Появились новые взрывашки!
— Аа… — отмахивается. — На самом деле они уже давно есть. Если хочешь, как придем домой — поделюсь.

Дальше мы идем уже молча, пробираясь сквозь субботнюю толпу, пока не заходим в книжный. Альбус решает не спрашивать книгу, а идет искать ее сам, что вполне в его характере. Мне же, как лицу, незаинтересованному в этом деле (ненавижу читать!), приходится просто таскаться за ним по зигзагообразному маршруту.

— Альбус… — тяну я, буквально умирая от скуки.
— Что? — он отрывает взгляд от раскрытой чудовищных размеров книги.
— Тебе повезло, — и к чему я это?! Видимо, настало время пороть чушь.
— Почему?
— Хорошая мама, заботливый брат…
— Ты его не знаешь, — прерывает и отмахивается.
— Кого? Джеймса? — вот уж я удивлен. — Ну как сказать, он очень заботливо меня сегодня разбудил и…
— Это он с тобой такой классный.
— Почему?
— Ты ему нравишься, так что будь с ним аккуратнее… Хмм, вот в этой есть приблизительно то, что мне нужно, — он вертит в руках книжонку «Охота! Охота!»
— Нравлюсь?! — чего-чего?!
— Ага, ну вот нравишься.
— Это в смысле? Как человек или…
— Или.
— Он что, запал на меня?! — не сдерживаю эмоций.
— Да-да-да. Он голубой, — он просматривает еще несколько книг, как ни в чем не бывало. — Ладно, эту куплю.
— И ты так спокойно об этом говоришь? — начинаю отходить от шока. Ну да, я слышал, геи бывают. — Почему ты думаешь, что он запал на меня?
— Ты давно ему нравишься, он рассказывал мне. Да и дома он раньше никогда не завтракал, а уж покататься на метлах… это что-то немыслимое, — в его голосе звучит обычная братская обида.
— Тридцать четыре сикля, — говорит продавец, и Альбус расплачивается.
— И ты к этому нормально относишься? — выходим из магазина.
— Ну да… — он еще что-то бормочет, но из-за шума толпы его не слышно.

Не знаю почему, но известие о нетрадиционности как-то меня будоражит, находит отклик внутри меня. Хотя я и не по этой части. Может, я просто не пробовал? Мерлин, о чем я думаю!

— А как родители к этому отнеслись? — снова появляется шанс задать вопрос.
— Нормально.
— И даже отец? — властный мистер Поттер ничего не имеет против?
— А что мой отец? — угроза в голосе?
— Ну, он такой…
— Какой?

А вот и вправду — какой? Почему я постоянно оглядываюсь на него? Вот почему? Кто он для меня? Тупик.

Еще один наплыв прохожих, и мы вынуждены разминуться на время.

— Ну так что? — Альбус все же возвращается к теме.

Что, что? Не знаю я.

— А откуда у тебя новые взрывашки?...

* * *

К вечеру я окончательно убеждаюсь в совсем не дружеских чувствах Джеймса к моей персоне. Причем я не могу сказать, что мне это противно или вселяет отвращение. Это скорее странно волнительно, необычно.

Джеймс постоянно уделяет мне внимание, многозначительно смотрит, ходит за мной волчонком. И это все на зависть Альбусу, который ревнует — то ли брата ко мне, то ли меня к брату. Наверное, последнее предположение слишком странное, но мне кажется это вероятным, так как у Альбуса нет друзей.

Я никогда не задумывался об отношениях с мужчиной, с парнем. У меня было много девчонок, хотя это не вселяло мне огромной радости. Вообще не понимаю, почему люди уделяют так много времени плотским утехам и любовным разговорам. Удовольствие так себе. Магия притяжения исчезает после первой пробы.

А тут что-то необычное, так что я не хочу отказываться от замысловатых улыбок и ужимок Джеймса, но и на серьезное я не настроен. Мне просто приятно, а дальше видно будет.

А еще… есть что-то притягивающее в Джеймсе, что-то определенно влекущее меня. Жаль только, я пока не могу понять, что именно.

Мистера Поттера не видел ни разу после завтрака.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 19:29 | Сообщение # 5
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 3

Тело ноет, а в голове странная тяжесть… Сколько я уже сплю?

Не разлепляя глаз, встаю с теплой постельки и бреду в ванную. Холодный душ освежает, махровое полотенце придает контрастности. Подхожу к большому зеркалу в ванной — выгляжу уже не как мишка после спячки. Лицо не опухло, глаза не мутные.

Пока одевался в новую одежду, глянул на часы: маленькая стрелочка уверенно остановилась на двенадцати, и я неуверенно выхожу из комнаты. Третий день моей жизни здесь. Воскресенье. Сегодня мистер Поттер наверняка будет с семьей весь день. И со мной. Почему я об этом думаю?

Спускаюсь вниз по лестнице и застаю вот такую картину в гостиной: Альбус читает ту самую книгу, что вчера притащил из магазина. «Охота! Охота!»? Джеймс развалился рядом с братом на ковре, а мистер Поттер устроился на диване с утренней газетой в руках. Еще не прочитал?

Только я думаю, куда податься и что надо сказать — то ли «Доброе утро» (но уже не утро), то ли «Добрый день» (и подчеркнуть какая я соня) — как Джеймс уже заметил меня.

— Пойдем погуляем?
— Что? Куда? — теряюсь.
— Ну, может, сходим в парк аттракционов?

Предложение интересное, конечно. Но я хочу быть дома.

— Нет, спасибо. Никуда не хочу.

Джеймс поджал губы и спрятал взгляд. Воцарилась тишина, прерываемая лишь шелестом газеты — мистер Поттер задумчиво листает на очередную сводку. Даже глаз на меня не поднял.

Присаживаюсь на другой конец дивана. И только собираюсь заговорить, еще не зная, о чём, как в гостиную вошла миссис Поттер. Она, если выражаться метафорами, впорхнула, как бабочка, и выглядит, как бабочка. Пестрое, крылатое платье сидит неплохо, туфли придают элегантности, а длинные серьги, что она надевает — дополнительное чувство полета. У меня есть вкус.

— Так, и все сидим. — Надевая вторую серебристую сережку, она окинула всех проницательным взглядом. — Я иду на обед у Фланфафоф по поводу цветочной галереи. Нужно подобрать несколько цветов для сада.

Она подошла к зеркалу и несколько раз крутанулась перед ним.

— Альбус, пойдешь со мной? — она все еще не отрывала от себя восхищенного взгляда.

Альбус кивнул и без промедлений пошел переодеваться.

— Джеймс?
— Ага, только если Скорпиус присоединится. Без него будет скучно, — он подарил мне ласковую улыбку.
— Скорпиус, составишь компанию? — она замерла и поправила помаду на губах. — Поверь, там чудесно! Все сделано под настоящую природу. Будет что-то вроде пикника… только масштабнее и галантнее.

Галантнее?

— Эмм, да, — голос звучит неуверенно, и я не тороплюсь подниматься.
— А ты, дорогой?

И я невольно затаил дыхание. Путь от гортани до легких внезапно сжала рука. Боюсь пошевелиться. Почему?!

Мистер Поттер откладывает газету и опускает руки на спинку дивана, будто обнимая кого-то невидимого. И медлит. Он медлит. Складывается впечатление, что он хочет проверить, сколько я смогу не дышать. Но не может же так быть, верно? Я для него пустое место.

— Нууу, — зевает и потягивается. Все еще медлит. Напряжение во всем моем теле. Напряжение в доме. — Нет, не хочу.
— Ладно, тогда вы идите и одевайтесь, — протараторила миссис Уизли-Поттер, кивая на нас. — Джеймс, подбери что-нибудь из одежды Ала.

Джеймс встает и, задорно глядя на меня, кивает в сторону лестницы. Мое тело же не двигается. Не хочу!

— А можно я тоже останусь дома? — вопрос из глубины души, иначе никак. Откуда он взялся?
— Эм, ну, конечно, Скорпиус. Если хочешь, то можешь остаться. — Она удивленно посмотрела на меня. — Альбус!
— Мам, я тоже не пойду, — протянул Джеймс.

Миссис Уизли-Поттер пожала плечами и пробубнила что-то вроде «ну, конечно, как всегда»

Альбус в классических штанах и тонкой серой кофте спустился по лестнице с лицом полным ожидания.

— Ну?
— Не иду, — быстро проговорил я и поднял руки, мол, ничего не знаю, ничего не хочу.
— Я тоже не иду, — хмыкнул Джеймс.

Альбус сразу сник и цинично обвел нас с ним взглядом.

— Что и следовало ожидать, — буркнул он.
— Хорошо выглядишь, — миссис Поттер приобняла Альбуса и чмокнула его в лоб, — пойдём, милый.

Они вышли через парадную. Напоследок миссис Поттер сказала, что будут к вечеру уж точно.

Почему я остался? Чувствую себя неловко. Джеймс явно ожидает, что я придумаю себе дело, чтобы заняться тем же самым. А я жду… ?

Просто сижу, стараясь никуда не смотреть, и делаю вид, что расслабляюсь. Дом наполнился щебетанием птиц из сада.

— Кхм, — кашлянул мистер Поттер и поднялся.
— Пап, ты куда? — спросил Джеймс в след медленно уходящему отцу.
— Пойду на балконе посижу.

Балкон. Балкон в их с женой комнате, как и другие, выходят в сад.

Когда мистер Поттер поднимается наверх, вскакиваю с пятой точки и резко направляюсь в сад. Стоп. Зачем мне туда?

— Зачем тебе туда? — Джеймс уже рядом со мной.
— Подышать свежим воздухом. — Вру, не задумываясь.
— Может, я тебя накормлю? Ты же не завтракал.
— Нет, я не хочу есть. Я хочу в сад.

«Чтобы он меня заметил» — мысль, и щеки предательски розовеют.[b]



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 19:30 | Сообщение # 6
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 4.

Мы выходим в солнечный сад и у меня есть выбор: сесть на скамейку или прямо на зеленую полянку. Выбираю второе, так как с балкона скамейку плохо видно — чертов куст ужасно разросся.

Плюхаюсь на сочную траву, не заботясь о чужой одежде, — на все есть магия. Джеймс садится рядом, украдкой поглядывая на отца. Да, я знаю, отличный обзор для мистера Поттера. Мистера. Поттера.

— Как спаслось?
— Нормально. А тебе? — я тоже изредка поглядываю на его отца. Он не отрывается от вида неба над головой. Черт, оно тоже интереснее меня?
— Не хватало тепла, — Джеймс протягивает руку и едва касается моей щеки. Я отскакиваю.
— Ты чего? — удивленно впиваюсь в него взглядом. Не то чтобы не ожидал, но вот прямо так? Отец же рядом!
— Давай сходим куда-нибудь? Вдвоем, — пододвигается ближе. И это на третий день?! Он торопит события, я не такой.
— А почему вдвоем? — повышаю голос, чтобы до балкона моя реплика точно долетела. Строю из себя дурачка и хлопаю глазами.

Мистер Поттер полон безмятежности и не замечает нас.

— А зачем нам кто-то еще? Нам будет хорошо вместе, — он, может, подхватил игру, а может действительно настолько заинтересован, что отвечает в тон, — его слова звучат так же громко, как и мои.
— Я так не думаю, — для убедительности качаю головой. Еще чего! Я только на свидание с гомиком не ходил! Джеймс прикольный, но не настолько, чтобы я его хотел.
— Скорпиус, поверь, нам будет классно вместе. Просто погуляем, — он облизывает губы. — Ну давай, это не страшно…

В беспокойстве смотрю на мистера Поттера. Черт, вот скотина бездушная! Ой.

Ну почему ему наплевать, что его собственный сын клеит парня? Какому нормальному родителю будет все равно?! Мой отец мне бы уже всыпал по первое число.

Меня разбирает непонятная обида, и поэтому (только поэтому!) я ляпаю, точнее, почти ору:

— Да! Давай сходим на свидание!

Джеймс загорается от счастья, а я чувствую острое, как язычок пламени, внимание мистера Поттера.

Резко поворачиваю голову и убеждаюсь в своих словах — внимательный, насмешливый, яркий взгляд. С вызовом, который я принимаю.

* * *

После весьма трусливого побега (мои расшатавшиеся нервы не выдержали пристального внимания — за что боролся, на то и…) я восстанавливаю дыхание в своей комнате. Черт. На что я подписался?! Зачем мне это свидание? Мерлин, у меня свидание с парнем! И ладно бы с просто парнем, так нет же! Это же Джеймс. Тот самый задиристый Джеймс, который в школе меня постоянно подначивал. Он же… брат моего друга, что честен со мной, сын прекрасной матери, что приютила меня, сын человека, которого… который... Это же сын Гарри Поттера! Великого Гарри Поттера, что бесит отца и заставляет его драть когти в безумной спешке.

Папа…

Подхожу к зеркалу во весь рост и наблюдаю скорбную мину на лице. Доигрался. Зачем мне все это? Но отказаться? Отступить? Проиграть? Вот уж нет.

Я пойду на это чертово свидание и докажу мистеру Поттеру, что… Просто докажу!

* * *

Вечер подкрадывается незаметно. Из-за дурацкой неинтересной книги поглядываю в окно. Темнеет.

Из комнаты я так и не выходил весь день, даже не знаю, вернулся ли Ал с матерью, и где сейчас мистер Поттер. Мне неловко выходить из комнаты, но на свидание пойду. Как-нибудь.

Джеймс периодически стучался в закрытую дверь, но я говорил, что хочу одиночества. Пусть знает, какой я вредный и любящий поразмыслить в одиночку. Потому что, когда люди говорят о том, что предпочитают толпе себя, это всегда выглядит самодостаточно и утонченно. По правде говоря, я не люблю быть один — это утомляет, да и глупости лезут в голову с поразительной быстротой.

Вот помню, когда был в мэноре, ушел к себе в комнату подумать о безответной любви. Через день оказалось, что любовь ответна. И вот к черту были эти муки-размышления? Так вот, думал я, значит, мысли расплывались, охватывали предельный спектр и методично превращались в кашу. В итоге я обнаружил себя задремавшим и с обрывками фантазий на тему приведений в старинных замках: "Они ненавидят людей? Если бы они могли их есть, они бы ели?"

Так что на собственном опыте я осознал — хуже размышлений может быть только не способность к ним.

— Скорпиус… — послышался тихий стук, ладошки сразу вспотели. Это мистер Поттер?! — Уже семь. Мы идем?

Я вздохнул.

Ну да, дурень. Вот мистер Поттер обеспокоился твоим отсутствием и САМ к тебе пришел. Этот вариант попроще. Это почти Гарри Поттер, но не он.

— Да. Идем…
— Может, ты откроешь дверь? — он еще немного потоптался. — У тебя вообще все в порядке?
— Ага, я сейчас выйду.
— Ну окей, — отошел. Тишина, потом шаги — вернулся. — Там твои вещи принесли.

Мир уже не кажется таким ужасным. Я отбросил книгу и подскочил к двери, отпирая.

— А кто вернул?
— Уизли заходили, видимо, они и забрали у хрыча.
— Классно, — Джеймс продолжал смотреть на меня. — Не принесешь?
— Сам хотел предложить. Я мигом, — и он быстро удалился.

Я распахнул дверь и плюхнулся в кресло. Нет бы домовика попросить притащить вещи, а он сам вместо этого пошел. У меня вырвался ехидный смешок.

Джеймс действительно быстро принес в комнату мои чемоданы. Немаленькие чемоданы. Сам. Без магии? Или?..

— Спасибо, но может не надо было напрягаться, а просто приказать домовикам?
— Мне не трудно, Скорпиус, даже приятно, ради тебя… — он лукаво улыбнулся. — Ну?
— Дай мне десять минут — переоденусь и пойдем.
— Ладно, — автоматически поправил волосы. — Буду ждать внизу. С нетерпением.

И Джеймс удалился, прикрыв за собой дверь.

Ну вот. Я открыл один из чемоданов, обдумывая, что же одеть. Наверное, лучше выглядеть просто, я же не хочу ничего с Джеймсом.

А как бы отреагировал мистер Поттер, если бы я и его сын прямо у него на глазах?..



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 20:03 | Сообщение # 7
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 5

Спускаюсь по лестнице, в ногах слабость, а в горле все пересыхает, когда я вижу Джеймса. Он одет немного небрежно, но видно, что старался. Белая не классическая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и джинсы.

— Отлично выглядишь, — делает комплимент.

Мерлин, я же так девчонкам всегда говорю. Даже как-то стыдно стало. Я не девушка, чтобы так со мной.

— Спасибо, — голос подвел. — Куда пойдем?
— Куда пожелаешь, — пытается взять мою руку, а с лица не сходит улыбочка.

Никуда, но если надо, то туда, где риск наткнуться на знакомых сводится к минимуму. И где вообще людей мало.

* * *

Парк. Темнота. Деревья. Полная луна как бы говорит мне: "Ты и он…"

Мы проходим мимо небольших компашек с пивом, тусклых фонарей, хриплого смеха, ярых споров. И, ясное дело, парк маггловский, небольшой, и вообще не центральный. Хорошо, что на нас не обращают внимания, да и Джеймс меня не обнимает. А то, что тут магглы, пережить можно. Хоть я и не в восторге, отец так вообще бы пришел в ярость, но сейчас у меня проблема поактуальнее — парень. Который серьезно вздумал стать мои парнем.

Я вежливо намекал целых десять минут, что мы здесь просто гуляем, и мне, мол, ничего не нужно от него, а согласился я потому, что… эм… ну не суть, в общем. Объяснение моему странному поведению оставим на потом (а лучше на никогда).

И вот терпению пришел конец.

— Джеймс, я… Ты только не злись, ведь я... понимаешь…
— Ты быстро с Алом спелся, круто, — он перебивает меня снова.
— Спасибо, так…
— У него мало друзей, хотя парень он славный, — витает в темном небе.

Ау! Я здесь! И я хочу сказать!

— Джеймс, ты классный. Не думал, что скажу такое, но…
— Скорпиус, хватит. Не думай об этом.

Что? О чем? Да он даст мне сказать сегодня нормально?

— Пойми, не важен пол или возраст, совершенно не важно социальное положение, да и привычки тоже... Все это мелочи, если речь идет об этом.
— О чем об этом? — подозрительно, однако.
— О любви, дурачок, — хватает мою руку и крепко сжимает. — Не важно, какая она, если это любовь.

Люб… люб… любовь? Что?! Какая любовь еще тут?

— Джеймс, подожди… — мотаю головой, но руку не хочется вырывать. Уж слишком сильная хватка и горячая ладонь. Приятно знать, что ты кому-то нужен.

Он смотрит на меня, и улыбается так… нежно? Черт. От этой мягкости язык прилипает к небу намертво.

— А почему ты думаешь… Ну, то есть, когда ты понял что я тебе нравлюсь? — только и могу выдавить из себя. На самом деле, мне сейчас очень хотелось бы быть в любом другом месте. Например, дома, в своей кровати, накрывшись одеялом с головой или вообще под землей. Но я в парке, и тут стало еще темнее.
— Ты мне всегда нравился. Увидел и сразу понравился, так бывает.
— А почему ты только прикалывывался надо мной?
— А если бы я подошел к тебе и признался, ты бы меня понял правильно?

Я покачал головой.

— Ну вот. Я не думал, что смогу когда-нибудь побыть с тобой. А тут ты в моем доме, совсем близко. Я решил не упускать шанс.
— Если бы я тебе сильно нравился, ты бы еще в школе начал ко мне приставать, не боясь осуждения.
— Я боялся твоего осуждения, Скорпиус, — сказал и рассмеялся. — Сначала пытаешься меня отшить, а потом жалуешься, что я раньше не был настойчив.

Лицо покрылось пятнами стыда. И правда, чего это я.

— Ты… ну, про отшить… Думаешь, я пытаюсь тебя отшить?
— Да, чувствую. Потому что ты боишься.
— Извини, ты хороший, но я не могу.

Джеймс хмыкает и отпускает мою руку, отчего мне становится холодно и неуютно. Я ежусь.

— Мы разговаривали с отцом на эту тему.

В груди что-то резко сжалось, и тело покрылось мурашками. Они разговаривали обо мне. Гарри Поттер говорил обо мне!

А почему нет? Я живу в его доме, я человек. Почему обо мне не поговорить? Что-то с ним моя самооценка упала резко. Да кто он такой вообще? Я же… Он же… мистер Поттер. Так, все, успокаиваюсь!

— И что он сказал? — Мерлин, голос дал петуха!
— Ты чего так разнервничался?

Ну вот, уже Джеймс заметил мою реакцию на его отца. Не удивительно.

— Просто важно его мнение.
— Тебе важно мнение моего отца? — пауза. — Не думай о нем. Он, конечно, не очень тебя балует вниманием, но это оттого, что он занятой вечно.
— Ммм, понятно.
— Ну и тебя он не очень любит, — шепотом.
— Как? — Да что у меня с голосом?!
— Да не заморачивайся! — отмахивается.
— Нет, подожди. Почему твой папа меня не любит?
— А он обязан? — искренне удивляется и добавляет с напущенной подозрительностью. — Скорпиус, да что с тобой? Ты в него не влюбился часом?
— Нет, — это прозвучало настолько холодно и быстро, что даже мне смешно стало от фальши. А уж Джеймсу… Прямо расхохотался.
— Нет так нет.
— Так о чем вы говорили?
— Ну, отец просто считает, что ты мне не пара, — беспечно пожимает плечами.
— Это еще почему? Что во мне не так?
— Эгоистичен, капризен, очень прилипчив и наверняка надоедлив. Вероятно, коварен, и совершенно точно привереда, — загибает пальцы, цитируя «папочку». — Да забей, блин. Для папы вообще идеальных людей не бывает.
— Но я же…
— …такой симпатичный! — хохотнул. — Расслабься, он просто тебя не знает, как знаю я.

Я схватил Джеймса за руку и мне снова стало хорошо и уютно, будто не было удара под дых.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 20:05 | Сообщение # 8
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 6

Возвращаемся домой в полночь, нас встречает полумрак и тишина дома.

Копошимся в коридоре, я прохожу внутрь, стараясь не шуметь, в отличие от того же Джеймса, который вышагивает, как на параде.

— Да никто еще не спит, — говорит в полный голос.

Киваю, хотя в темноте он наверняка этого не видит, и все равно как можно тише поднимаюсь по лестнице.

— Пока! — шепчу напоследок.

Не знаю, сказал ли он мне что-нибудь в ответ, так как я очень быстро скрылся в своей комнате. Слава Мерлину!

Безумно хочется спать, я очень устал. И мысли о Джеймсе… С ним уютно, давно я не чувствовал хоть какой-то заботы, и в то же время с ним как на иголках, я ведь вижу его совсем не дружеские чувства. И не братские. Мое положение в этом доме постоянно приводит лишь к одному результату — раздражению.

Все слишком мило и тепло на уровне корки и холодно в сердцевине.

Не принимая душ, чищу зубы и укладываюсь в постель. И начинается…

В одном боку колет, в другом ноет, спине неудобно, в животе жмет. Беспокойство тоже начинает одолевать меня — что делать с Джеймсом?! Я, мало того, что не отшил его, так еще и подкрепил надежду. Это все мистер Поттер виноват! Как он посмел так говорить обо мне?! Если он совсем не знает меня. Грубиян.

Проблемы с Джеймсом перекочевывают на задний план, как только в голове селится злость на мистера Поттера. К которому я так хорошо относился. Которого я…

Понятное дело, тут уже не до сна, меня разбирает злость и детская обида.

Поднимаюсь с кровати, открываю дверь и, не надевая тапок, босиком выхожу из комнаты в коридор.

Одному мне невыносимо, нужно с кем-нибудь поговорить. С миссис Поттер? Ну да. С Джеймсом? У него есть свой интерес. Сразу к Мистеру Поттеру? Хочется. Очень. Но я же с ним буду истерить, как девчонка, — обидел ведь.

Направляюсь в комнату Альбуса, и тут до меня долетают голоса. Один из говорящих — мистер Поттер. Точно.

На цыпочках подкрадываюсь к приоткрытой дубовой двери.

— …опять дома?

Мистер Поттер. Становится немного страшно, я оглядываюсь по сторонам. Лишь бы меня, шпиона, никто тут не заметил.

— Ага, — это уже Джеймс.
— А как же тренировки? Сдался он тебе!

Мне захотелось чуть больше открыть дверь, чтобы впервые увидеть свободно болтающего отца Альбуса, но тогда придется подтолкнуть дверь. А это опасно.

Приходится тупо прижимать ухо к едва прикрытой двери. Полноценного «шоу» не будет, довольствуемся только озвучкой.

— Пап, ну нравится. Не трогай его. А тренировки… Наладится со Скорпиусом — вернусь к занятиям.
— Твое дело, — недовольно. — Но с такими темпами у тебя пузо отрастет, — нифига себе, он еще и поддевать умеет! Хотя… ожидаемо. Плохой мистер Поттер.
— Ой, прекрати, не появится. И раз уж зашла об этом речь — мне до твоей фигуры все равно не дотянуть.
— Не подлизывайся. Это все потому, что я работаю над собой. Чего и тебе желаю.

Слышатся приближающиеся шаги, и я сразу же даю деру. Залетаю в ближайшую комнату. Оглядываюсь и понимаю, что мне везет, как сукиному сыну, — я на месте.

— Что? — в полутьме с кровати раздается голос Альбуса.
— Я к тебе. Не спится, — иду к нему по мягкому ковру.
— Ааа... А что случилось? — зевает и выползает на одеяло.

«Я был с Джеймсом на свидании, пока ты там в галерее цветочки нюхал да разглядывал. А он ко мне приставал! И я, кажется, не могу его отвадить».

Но вместо всего этого я плюхаюсь рядом с ним и начинаю совсем другую чушь нести:

— Твой отец про меня гадости говорит! — хочется зажать себе рот рукой или побиться головой о стену.
— Эээ... Ты пришел ко мне ночью, чтобы сказать, что мой папа... Что? Гадости? — протирает глаза.
— Да! — меня не остановить, я слишком обижен, ведь я так раним. — Он сказал Джеймсу, что я эгоист, прилипала, надоеда, сама коварность, привереда полная и… еще я капризист!
— Тише ты! Если не хочешь, чтобы Джеймс здесь нарисовался, он же полуночник, — затихает и обдумывает мои слова. — Капризист? — недоверчиво.
— Ну... капризен, в общем, — щеки заливает краска. «Капризист», блин. Мне только словари лексические составлять.
— А тебе не все равно?
— Нет. Альбус, твой отец обо мне плохого мнения, хотя даже не разговаривал со мной ни разу. Это нечестно!
— У меня уже голова кружится, Скорпиус, я не врубаюсь, — проводит рукой по волосам. — Ну не его ты любимчик, чего заводиться— то? Он ничего дурного тебе не…
— Альбус, — прерываю его. — Почему он так со мной?

И вот тут понимаю, что действительно ляпнул лишнего. Будто под хмелем и разбалтываю то, что до языка доходит, а разум не успевает догнать.

В оцепенении смотрю, как рот Альбуса удивленно открывается, а на лице появляется выражение замешательства. Это длится максимум две секунды, но для меня время растягивается как в омнинокле в замедленной съемке.

— Устал. Спать хочу, — вылетаю за дверь, как будто одеяло на кровати было раскаленной сковородкой и ошпарило мне зад.

Прислоняюсь к ближайшей стенке и перевожу дух. Надеюсь, Альбус не пойдет за мной, а еще что он не настолько умный, чтобы догадаться… о чем?

Стоп, чего я испугался? Черт, я перестаю себя понимать. Ну и пофиг, утро вечера мудренее. Нужно поспать. Глядишь, утром уже туман развеется.

Перестав размышлять, делаю шаг по коридору и застываю. Шум воды.

В этом доме практически у каждой комнаты своя ванная комната, а сейчас кто-то пользуется «общей».

Любопытство — это моя сильная, ну и она же слабая сторона. Мне просто стало интересно, поэтому я, словно кошка, подхожу к двери и приоткрываю ее немного… просовываю голову в проем… взгляд выхватывает: вода по сильным рукам, вода по красивой спине… объект разворачивается, и вода льется по накаченному прессу… Меня самого с силой хватают, дергают назад и закрывают дверь перед моим носом.

— Папа любит здесь вечером душ принимать. Так что, если слышишь шум воды, советую не заглядывать, а то тебя превратно понять могут, — снисходительно улыбается.
— Я... — теряюсь, но быстро беру себя в руки. — Мне просто интересно стало, кто это в нее мыться ходит.

Разворачиваюсь и с невозмутимым видом ухожу, хотя от стука сердца даже уши заложило.

Также уверенно захожу в свою комнату, ложусь в кровать, накрываюсь одеялом с головой. И стараюсь медленно, медленно расслабится. Во мне будто пружина сжалась.

«Успокойся, Скорпиус, не думай, не надо», — мантра действует, и меня отпускает. Засыпаю.

Только сейчас я понял: самое интересное в этом доме происходит во время подготовки ко сну.

Кстати, о сне…

«Эгоистичен, капризен, очень прилипчив и наверняка надоедлив. Вероятно, коварен, и совершенно точно привереда», — говорит мне мистер Поттер.

Мистер Поттер с голым торсом говорит мне…



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 20:18 | Сообщение # 9
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 7

Просыпаюсь от невероятной жары в комнате. Температура накалились до предела, да еще и в глаза светит раннее солнце (так и не закрыл вчера шторы). Какой уж тут сон?

Вставать не хочется — делать-то нечего, поэтому решаю валятся и дремать в постели до очумения.

Уже отбрасываю одеяло и утыкаюсь носом в подушку, как вдруг слышу тихий звук открываемой двери. Интересно.

Приближающиеся шаги… Кто-то замирает подле меня. Стараюсь выглядеть бревном, не дрогнуть, не выдать себя.

Кто-то таинственный выдыхает сквозь зубы и присаживается на кровать. Тишина. И когда я уже злюсь (зачем притворялся спящим?!), слышу еще один громкий выдох прямо над головой, и почти сразу же после этого чувствую твердую руку в волосах. Кто-то гладит меня по голове, при этом сопя так яростно, будто самоудовлетворяется!

Рука наконец оставляет волосы и спускается ниже. Гость поглаживает мои плечи, лопатки, спину и, к моему ужасу, едва ощутимо дотрагивается до задницы! Естественно, сдержать эмоции не получается, и я дергаюсь, давая понять, что может и сплю, но не крепко.

Утренний лапатель, видимо, пугается, руку тут же убирает, а через секунду слышу хлопок двери. И теперь уже я выдыхаю сквозь зубы.

Да уж, чудно начинается денек, ничего не скажешь!

* * *

Пока завтракаю, в упор смотрю на Джеймса, пытаясь донести мысль: «Я знаю, что ты делал утром, маньяк». Но он остается настолько невозмутимым, что с каждым прожеванным кусочком омлета я все больше и больше сомневаюсь, что это был именно он.

Осматриваю всех сидящих за столом… Миссис Уизли-Поттер весело щебечет о чем-то — не она, рука была не нежная. Альбус молча жует, у него явный недосып — не он, рука была не легкая. Мистер Поттер поддакивает жене…

Крепкая рука… Мистер Поттер гладил меня?!

Я в шоке от этой лихой мысли, жар поднимается от пяток до живота и разливается лавой в груди.

Не могу перестать на него пялиться — в этом доме я начинаю чувствовать себя заложником эмоций. Так что до самого конца приема пищи сижу, как дурак, ну или как очередной его фанат. Признаться, фанатеть есть от чего!

Он трогал меня. Значит, я ему не противен! И даже более того! Мистер Поттер пришел в мою комнату, чтобы пощупать меня. Видимо, я ему нравлюсь. Мистер Поттер, весь такой офигенный, хочет меня. Мистер Поттер хочет меня.

— Ну что, проведем день вместе? — Джеймс подсаживается ко мне (я, как идиот, остался сидеть за столом по окончании завтрака).

Пожимаю плечами и намереваюсь согласится…

— И, кстати... у тебя такие мягкие волосы! — улыбается мне.

Так это был все же он?! Вот маньячина! Какой похотливый, фу. Как ему не стыдно вообще? Лучше бы промолчал, и я бы и дальше считал, что это был его отец.

Блин, мистер Поттер не хочет меня.

— Скорп, я хотел… — вернулся Альбус.
— Извини, Джеймс, я хотел с Альбусом пообщаться, — резко поднимаюсь, хватаю Альбуса за рукав и тяну к выходу.
— Куда идем?
— В твою комнату, Ал, ты что-то хотел, кажется.
— А, да! Хотел.

* * *

— Так в чем дело? — падаю на его кровать и перебираю макулатуру, что разбросана на ней.

«Мифы о вампирах», «Как отвадиться от вейл», «Четыре года изгнания зверей»… Сплошная муть.

— Я вчера уснуть не мог, — выхватывает из моих рук «И смех, и грех» и садится рядом. — Все думал и думал.
— О чем?
— Ты сказал, что мой отец к тебе плохо относится.
— Ну сказал и сказал. Глупости, — переворачиваюсь на живот, лишь бы лица моего он не видел. Не глупости это. Не глупости.
— Да странно, что ты об этом думал…
— Не думаю, не думал. Это все? — злит уже.
— Скорпиус, ты что-то скрываешь?
— Да с чего ты взял?! — сажусь в позу лотоса. Спокойствия мне, только спокойствия.
— Не с пустого места! Ты… ты…
— Что я? Ну что? Не мямли! — в ход пошла жестикуляция.
— Ты постоянно смотришь на моего отца! Зачем? Что он тебе сделал?

Мне становится как-то жалко друга, у него вид побитого щенка. Хотя ни в чем не виноват, это я идиотизм где-то подхватил.

— Ничего он мне не сделал, — хочется извиниться, но я никогда этого не делал, так что... — И я просто не привык, что меня с ходу игнорируют, да и плохо отзываются.

— Извини, Скорпиус. Наверное, я не то подумал…

Мне становится еще противнее, но иду на попятную:

— Забыли. Я пойду, пожалуй.

Выхожу из комнаты и сталкиваюсь с миссис Уизли-Поттер.

— О, Скорпиус. Как дела?

Счастливая. Видимо, только что проводила мужа на работу.

— Нормально.
— Эй, я же вижу, что не все в порядке, — хватает меня за подбородок и присматривается к моему, вероятно недовольному, лицу.
— Нет, все хорошо…
— Хм... — поджимает губы. — Не поможешь мне? Хочу протереть сервиз на кухне.
— Помогу. Но у вас же есть домовики, и магией можно за пару минут…
— Да ну их, наводить порядок вручную приятнее.

* * *

Стою на табурете (он не шаткий, но все равно какой-то ненадежный) и вытаскиваю поочередно блюдца, чашки да тарелки. Отдаю их миссис Уизли-Поттер, которая их протирает.

Мы перебрасываемся фразами о менталитете, школьном образовании, новых концертах… В общем, болтаем ни о чем. И вот речь неожиданно зашла про квиддич.

— Да почти все в школе мечтают стать профессиональными игроками. Хотя я — нет.
— Серьезно? Удивительно, — откладывает тарелку. — Я мечтала… и Гарри мечтал, правда недолго.
— Мистер Поттер хотел играть в квиддич? — чуть не роняю блюдце.
— Да, но потом решил стать аврором.
— А вы… Вы со школы любили друг друга? — интересно просто.
— Я да! — хихикает. — А он… на шестом курсе обратил на меня внимание.
— И вы сразу поженились после школы?
— Практически. После войны.
— Ммм... Очень романтично, — хочу выть на луну.
— Не волнуйся, Скорпиус, ты хороший мальчик, уверена, и у тебя будет удивительная любовь.

Сердце сжимается, но я лишь передаю очередную тарелку такой сияющей миссис Уизли-Поттер.

— Надеюсь.

Тема какая-то обидная, и я не решаюсь ее продолжать. Но обязательно в скором времени я порасспрашиваю жену мистера Поттера поподробнее о… нем. Обязательно.

* * *

Разбором сервизов дело не заканчивается. Целый день мы убираемся и наводим порядок в доме. Хоть я и устал, но плюсы были очевидны: я не в обществе Джеймса (который вообще как сквозь землю провалился), не надо увертываться от вопросов Альбуса, ну и, конечно же, самое очевидное преимущество — время летит незаметно. Как птицы на юг.

Я жду мистера Поттера. Пока его жена попой кверху ковыряется в саду — я жду его прихода. Когда его жена вытирает пыль со шкафов — я рядом и жду его. И даже когда его жена залезает в кладовку и начинает выкидывать разнообразный хлам, я верчу в руках прикольные старперские штуки и, плесенью покрываясь, все жду его.

Но его нет ни к обеду, ни к послеобеденному чаю, ни к ужину… А когда он приходит, мы в подвале, я лишь слышу вопли объявившегося Джеймса, что «папка вернулся». Не такой уж он и крутой. Джеймс, в смысле.

Вот и награда за ожидание.

Когда мы заканчиваем, уже полночь. Вот и прошел день пустых бесед да чистоты.

* * *

— Доброй ночи, Скорпиус, — миссис Уизли-Поттер улыбается и идет к себе. А я остаюсь в коридоре один на один с шумом воды из ванной комнаты.
— Доброй…

Стою, как громом пораженный, хочется к себе, но тело не слушается и не собирается слушаться. Я знаю, кто душ принимает, и от этого только сильнее хочется туда. Если и не войти, то хотя бы тихо подкрасться да подглянуть.

Мнусь, как идиот, не зная что делать. То ли в комнату спать, то ли сделать то, что желается.

Чертыхнувшись про себя, подхожу к гребаной двери и уже хватаюсь за ручку, как улавливаю шаги на лестнице. Блин, Джеймс.

Вот все и решила судьба без моего участия.

— О, Скорпиус, спать?
— Ага, — понуро прохожу мимо него. Настроение испортилось.
— Как маленький, — хмыкает. — У меня есть предложение поинтереснее.

Ммм... ну продолжай.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 21:10 | Сообщение # 10
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 8

От предстоящего кошмара даже не встаю к завтраку. Вместо этого до обеда яростно соплю в подушку и жалею себя.

Мне так не хватает родителей... Хочу, чтобы меня забрали домой, в родной мэнор. В гостях у семьи Поттеров чувствую себя неловко, а если говорить начистоту, я чувствую себя котенком. Они меня будто бы подобрали, а у меня вроде как есть когти, но они тут то ли бесполезны, то ли просто никого не пугают.

Но воспоминания о доме и общая скукотища, что здесь царит, не главные причины жалости к себе. Скорее уж, это хитрость Джеймса.

Вчера он надул меня в маггловский покер. Развел, как мальчишку, а я поддался. Черт! А говорят, слизеринцы всех хитрей. Они, видимо, Джеймса не знают.

Короче, проиграл я ему взрослый поцелуй и теперь содрогаюсь от мысли, что мне придется пережить. Ведь, как говорит Джеймс, карточный долг — это святое. Кошмар. Вот же ужас!

Не могу сказать, что ненавижу теперь его, чего уж тут — я сам виноват. Но, если бы я знал, что он хочет меня просто развести! Хотя… Все-таки предполагал, что "поинтереснее" обернется приставаниями. Но я же хотел просто хвостом покрутить, а потом оставить его ни с чем!

Так или иначе, к обеду я твердо говорю себе: «Соберись, тряпка!» и все-таки спускаюсь.

Джеймса нет, с Альбусом мы не общаемся, так что, дабы избежать «страстного» поцелуя (на тот случай, если Джеймс свалится с небес да падет ниц передо мной), я перекусываю тем, что домовики мне быстро состряпали, и нахожу миссис Уизли-Поттер, которая сейчас в саду. Не одна. В обществе фиалок и какой-то грымзы с красными губами и невероятно-синими глазами. Она будто ими улыбается. Сама весит, как три меня, лицо немного карикатурное, но из-за цвета глаз она кажется очень живой.

— О, Скорпиус, познакомься — это моя подруга, миссис Лана Рихманд, — небрежно машет в ее сторону и дает мне знак присесть рядом.
— Очень приятно...
— Это Скорпиус, — перебивает меня миссис Уизли-Поттер. — Помнишь, я тебе рассказывала?
— А, подкидыш, — мнение о ней резко портится. — Хорошенький, — улучшается.
— Да, Скорпиус у нас похититель женских сердец.

Я немного смущаюсь ради приличия. А когда миссис Рихманд перестает меня сверлить взглядом, наконец, выдыхаю. Ох уже это навязчивое внимание. Как меня все хотят!

— И когда же ты вернешься?
— Ой, и не знаю даже. Думаю, через пару недель, может быть, — отпивает холодный чай. — Пока не очень хочется, Лана, ты же понимаешь…
— Ну конечно, я понимаю! — фыркает. — Но и ты пойми, лето, сезон переломов и всяких внезапностей. Ученики не в школах… Нагрузка на Мунго большая. Маленькие бестолочи! — улыбается мне.
— Вы колдомедик? — искренне удивляюсь. Я-то подумал, что она безработная и сидит на крепкой шее своего мужа, который полностью ее содержит.
— Да, Скорпиус, работаю вот ради здоровья других.
— А почему вы сейчас дома?
— Захотелось отдохнуть. Работа тяжелая.

Ага, вот так и знал! Хмыкаю.

— Слушай, Джинни, — подает голос подруга. — Вы же были в Бразилии с Гарри? Я вот думаю со своим съездить как-нибудь.
— О, да! Там чудесно! — загорается. — Нам было так весело… Жаль, давно из Англии не выбирались.
— Да уж, вы засиделись. А что так?
— У него работа, ты же понимаешь — начальник как-никак…

Подруга взрывается смехом.

— Ну, знаешь ли… Он начальник уже давно, а дома появляется с каждым месяцем все реже.
— На что ты намекаешь?

Впервые вижу миссис Уизли не в добром расположении духа, а, можно даже сказать, в тревожном. Без улыбки, без игривости, без легкости, что ей так присущи.

— Да не намекаю, просто… мой персик всегда говорит: «Я дома часто, потому что я всегда туда стремлюсь». А ведь он эксперт по проведению мероприятий в других странах и…
— Хочешь сказать, что Гарри не появляется дома допоздна, потому что ему все это опостылело?
— Не принимай в штыки, может я и не права, но тебе лучше задуматься над этим. Я бы уже давно "караул!" кричала.

Миссис Уизли-Поттер не двигается, разве что сжимает руки в кулаки так, что костяшки пальцев белеют. Она бросает на меня колючий взгляд, в котором я читаю, что мне лучше удалиться. И, чтобы не портить с ней отношения, я так и делаю. Хотя, признаться, весь этот разговор о мистере Поттере меня взбудоражил. А вдруг эта Лана права? Может, он дома так редко — а ведь действительно уходит довольно-таки рано, а появляется очень поздно (даже по меркам начальника) — просто потому, что ему не хочется возвращаться домой?

Остаток дня я провожу у себя в комнате, перечитывая старые письма и посматривая в окно. А еще я из последних сил сдерживаюсь, чтобы не пойти к Альбусу. Пусть сам ко мне придет.

* * *

После девяти, когда я спускаюсь в гостиную, там никого нет.

Располагаюсь на диване и таращусь в огонь. Как же мне скучно!

Лучше бы уж я продолжал скучать! Чувствую внезапно теплую руку на плече. Становится страшно, и я оберачиваюсь.

— Привет, Скорпи, — обольстительно улыбается. — Скучал без меня?
— О да! Сильно! Думал уже пойти вешаться, — скидываю его руку с плеча. Жарко.
— Какой ты жесткий, — перепрыгивает через спинку и садится совсем близко ко мне.
— Ладно, время не детское, я спать, пожалуй, — последний шанс отмазаться.
— Хэй, это нечестно! Кое-кто вчера проиграл и обязан…

Во мне резко прибавляется смелости. Захотелось сделать дело и свалить.

— Окей, давай.

Показалось на момент, что он струсит и отступит, а я, весь такой храбрый, над ним посмеюсь. Как бы не так! Я уже чувствую его губы на своих. Вот что не говори, а все равно это неожиданно, хоть и согласился сам.

Губы Джеймса, более жесткие, нежели девчачьи, немного обветренные, и с таким странным привкусом… Голова немного кружится, как у пятнадцатилетки, но все дело в том, что это так необычно... и приятно? Вот уж не знаю, хорошо ли, но тошноты я не ощущаю, даже как-то упоительно чувствовать себя поддавшимся. А именно это я и делаю — немного приоткрываю губы, пропуская нетерпеливый мокрый язык… Голова действительно дает сбой, унося меня куда-то, как…

Покашливание.

— А вот раньше дети прятались, прежде чем предаваться утехам, — холодный голос.

Я тут же отскакиваю от Джеймса.

Мистер Поттер. Но как? Через камин? Он же никогда так не возвращался домой. Черт! Черт! Хочется расплакаться. Теперь мистер Поттер будет думать, что я еще и шлюха! Ненавижу.

— Пап, ты так рано? — вот идиот, ничего другого не придумал!
— Да вот, освободился, — я пытаюсь отыскать эмоции, но вижу лишь иронию в его взгляде на Джеймса. На меня даже не смотрит.

А мне стыдно. Я весь красный, и меня трясет, кажется.

— Ммм... понятно, — поворачивается ко мне. — Папа прав. Может, наверх?
— Да пошел ты!

Вскакиваю и несусь к себе в комнату на всех парах.

Переодеться и под одеяло. Как же мне стыдно! Я шлюха.

Еще один повод мистеру Поттеру меня не любить.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Четверг, 02.05.2013, 21:16 | Сообщение # 11
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 9

Кое-как заснув накануне, в среду я не поднимаюсь с постели. Ой, ну вру конечно. Хотя мне бы хотелось никуда не ходить и ничего не делать, а полностью проникнуться жалостью к себе.

В эту среду, в первую среду в этом доме, я никого не хочу видеть. Ни добрую миссис Уизли, ни предателя Джеймса (взял и так подставил!), ни Альбуса, с которым я поссорился, и теперь мне его не хватает (а гордость не позволяет подойти первым), ни тем более мистера Поттера. Такое чувство, будто я обмазан помоями. Ну как я могу показаться ему на глаза?

Но запереться и чахнуть в одиночестве не получается. Приходится спускаться для приема пищи и оправдываться, что, мол, просто хочу побыть один. Миссис Уизли думает, что я заболел, но я быстро развеиваю это предположение, и она все же с беспокойством во взгляде отправляется (хорошо, что меня не прихватила) в Мунго, хотя отпуск у нее и подойдет к концу совсем не скоро. Она так… на проверку — это ее слова.

С мистером Поттером я умудряюсь не пересечься. Все просто — завтракает позже, на обед не приходит, ужинает раньше. Гениально!

Джеймс, паскуда и совратитель, выставляющий меня в дурном свете, вообще ко мне не лезет. Говорит ласково «Доброе утро» и улыбается мимолетно, чтобы сразу же упорхнуть. На тренировки? Что он там тренирует?

Ну а Альбус… Он приходит ко мне уже в четверг, в три часа ночи, скребясь в дверь так тихо, что я пугаюсь. А вдруг это галлюцинации от хандры или призраки, которые, возможно, все-таки могут пожирать людей?

Открыв дверь (руки дрожат совсем немного — не считается за трусость), мы пересекаемся понимающими взглядами, и он молча входит. Также без слов он просто ложится на другую половину кровати, и мы быстро засыпаем.

Ночью ощущение спокойствия.

Вот и помирились, слава Мерлину!

* * *

Ах, как же хорошо проснуться поздним утром! По-царски потянуться и нащупать рукой мягкое тело. Испуг на мгновение, и я вспоминаю, что это Альбус. Всего лишь Ал.

— Доб… — зевает, — утро.
— Ага, — отвечаю, а голос хриплый спросонья.
— Ты… извини, что я подумал… ну, тогда, — во взгляде появляется чувство вины. Черт, Ал, ну нельзя же быть такой лапочкой! Да что же это такое! Я рядом с ним темный омут. Ой, а что там про тихий омут и чертей? Нет, ну это точно не про него, не про моего нормального, настоящего друга.
— Да брось, сам виноват. Забыли все.

Он улыбается.

— Тогда пойду умоюсь, что ли... И потом приду, окей? — поднимается с постели. Ну и тельце, он еще хрупче меня!
— Давай, я тоже приведу себя в порядок.

Уходит, но я так и не поднимаюсь с кровати. Лежу да лежу. Что сегодня? Однозначно по-прежнему постараюсь не выходить из комнаты.

* * *

Поступаю так, как обещал, разве что со мной еще Ал. Весь день болтаем ни о чем, смеемся, шутим. Я даже забываю о дурных ситуациях и «домогательствах». На время. На четверг.

А еще все не совсем гладко под вечер. Когда темы для простых бесед заканчиваются, и мы просто валяемся на постели, Альбус в очередной раз заводит разговор, только пришибленным голосом:

— Что у тебя с Джеймсом? — я не удивлен, в общем-то.
— А что?
— Ну, он просто сказал, что вы вроде как сладкая парочка…
— Брехня, — выпаливаю. — Хм… а если… Ты был бы против?
— Я? — удивляется. — Нет, нет. Это даже хорошо…

Приподнимаюсь в полулежачую позу. Что это значит?!

— Почему это хорошо?
— Э-э-э… — начинает краснеть, это плохой знак. Значит, буду слушать ложь. — Вы подходите друг другу, и он тебя любит… и…
«… и так я буду думать, что мой отец в безопасности от тебя», — фыркаю от собственных мыслей. Мне наплевать на мистера Поттера.

Потому что ему наплевать на меня.

— Я не гей, блин. Успокойся.

Альбус садится на кровати.

— Но ты же с ним целовался. — говорит таким тоном, будто поцеловаться разок означает состариться вместе.
— И что? Это не значит, что я гей. Это значит молодость и игры на желание.
— Скорпиус, ты целовался с парнем! — выпучивает на меня глаза.

Целовался. И? Неужели простой поцелуй, который мне был слегка приятен, что-то может означать? Глупый Альбус, какой же ты еще маленький!

— Не тупи! А то я и тебя чмокну!

Он краснеет и я, воспользовавшись заминкой, выхватываю подушку и бью ею.

— Идиот! — вопит от мнимого негодования и незамедлительно вооружается другой подушкой.

Битва!

* * *

Поздно вечером Альбус уходит к себе. И мне становится не по себе.

Я даже не ложусь спать, просто сижу в кресле, а потом выхожу из комнаты. Почему бы не поспать с Алом? В прямом смысле, просто поспать в кровати Ала, как он в моей.

Почти дохожу до его комнаты, и тут накатывает. Видимо, до этого я был в вакуумной прострации, потому что не слышал шума воды.

Опять эта касатка душ принимает. Я и забыл о его предпочтениях. Естественно, я, как тугодум, останавливаюсь в пустом коридоре.

Просто загляну, проверить. Может, мне показалось, что он по-мужски великолепен, наверняка и у него есть недостатки. Излишняя волосатость? Кривые ноги? Большая попа? Мало ли.

Тихо открываю дверь и чуть не чихаю — сильно концентрированный запах ромашки бьет в нос. А еще чувствую каплю пота на виске — ну и жарень! Пар валит облачками в коридор.

И ничего не видно. Вздыхаю и закрываю дверь. Мда, теперь с грязной душой к Альбусу.

Шаг и…

— Скорпиус!

Оглядываюсь на криво-улыбающегося Джеймса. Он же не видел, да?

— Чего тебе?
— Да хватит уже… — ломается. — Извини, что так получилось.
— Да все нормально, просто перед отцом твоим стыдно, — странно, что я так рассудителен сейчас. — И не дави не меня. Мне не нравятся твои приставания.

Поднимает руки в защитном жесте.

— Прав-прав! А теперь мир?
— Мир.

Пожимаем руки.

— Может партейку, а?
— Джеймс! — кривлюсь в отвращении. — Я кому это…
— Так-так, голубки, идите заигрывать в комнате. Я скоро ослепну!

Что я там про «рассудителен» лепетал? Спокойствие как ветром сдуло. Как я не заметил открывающуюся дверь? Какая-то прострация!

Поворачиваю голову: мистер Поттер мокрый и голый. А, ну и с синим полотенцем на бедрах. Опускаю глаза — нельзя же так откровенно пялиться!

— Па-а-ап! — Джеймс закрывает лицо рукой.
— М-мы не заигрываем! — черт, я заикнулся! — Я не голубой!

Мистер Поттер внимательно смотрит на меня. Выдерживаю взгляд.

— Скорп, пошли…
— Я не голубой, — повторяю.

И происходит ошеломляющая вещь! Мистер Поттер ухмыляется, глаза теплеют, и он влажной рукой проводит по моим волосам. Как ребенка гладит. Рука массивная, крепкая…

— Ну конечно ты не голубой, — переводит взгляд на Джеймса и собирается что-то сказать, но в итоге открывает рот лишь для «кхм» и проходит к себе.
— Скорп…

Делаю жест «молчать и не продолжать».

— Я спать! — тоже ухожу, только уже к себе.

* * *

А перед сном, когда я уже прикрываю глаза, делаю выводы. Во-первых, нужно быть аккуратным, если собираюсь подглядывать. Вдруг Джеймс сегодня заметил? Во-вторых, я собираюсь подглядывать. И в-третьих, голый (почти) мистер Поттер вблизи еще лучше. И он великолепен.

* * *

Сказал — сделал. Я и ночи представления не пропускаю.

Как ни странно, и в пятницу, и в субботу в его душевой нет столько пара. Нет, он есть, конечно, но не так много, как в четверг. Я многое могу разглядеть. И его совсем не короткие ноги, и идеальные бедра, и никакой излишней волосатости у него нет… и член у него большой.

За последний вывод мне особенно стыдно.

Но (сам не знаю, почему) мне нравится мой грязный секретик, так нравится… что я посвящаю ему пятнадцать минут и воскресенье, и в понедельник, вторник… Дни летят… а я все подглядываю ночами.

И иногда я возбуждаюсь, за что мне неимоверно стыдно! Я чувствую себя маньяком, извращенцем. Но эти чувства быстро проходят — подрочил в своей ванной — и хорошо! Подрочил без фантазий о мистере Поттере — просто очаровательно, правда… невозможно. Но я стараюсь представлять что-нибудь абстрактное, непонятное…

«Открываю дверь, из нее клочьями валит белый пар. Вдыхаю уже пресытивший меня ромашковый аромат и захожу, закрывая дверь на замок (понятия не имею, есть там вообще хотя бы простая щеколда?), прямо в одежде встаю рядом с ним под горячую воду. Он ничего не говорит и даже не смотрит, а я распускаю руки тем временем. Пусть не смотрит, пусть чувствует. Глажу его кожу (не знаю, но мне кажется она очень нежная), трогаю накачанный живот и прижимаюсь с возбужденным всхлипом. Немного потереться через мою мокрую одежду, еще раз издать судорожный вздох и кончить в промокшие штаны так же сладко как кончил в реальности». Можно считать это «без конкретики»?

Вот такие дела… И теперь его фраза «Ну конечно ты не голубой» мне кажется чистой воды издевательством. Будто он знает, как я дрочу на него. Мерлин, я даже не хочу об этом думать лишний раз.

Он для меня недосягаем. А я не гей.

У меня даже мысли не возникают, насколько ужасную вещь я совершаю постоянно! Я возбуждаюсь, подглядывая за женатым мужчиной, у которого двое детей (которые при этом мои друзья, кстати), мужчиной, что хоть и косвенный, но охотник за моим отцом! За мужчиной, что так нелестно обо мне отзывается. Черт, я подглядываю за мужчиной! Какой кошмар!

Я все осознаю, понимаю свои ошибки и зарекаюсь никогда так не делать больше! Жаль, что происходит это только сегодня, в четверг, на четырнадцатый день моего пребывания здесь. Когда я уже дрожу и молюсь, потому что за грязным секретиком меня застукали… Я в полной ж…



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Пятница, 03.05.2013, 08:12 | Сообщение # 12
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 10

Все как обычно в этот вечер. Начало не всегда предвещает беду, бывают исключения, бывают попадания, а иногда бывают просто попадосы…

Якобы ухожу спать, а потом вдруг «вспоминаю», что хотел взять у Альбуса книгу, и с этим ежевечерним алиби я снова выхожу из отданной мне комнаты и осторожно иду по тихому коридору.

Воровато оглядываясь, подхожу к двери, приоткрываю и снова попадаю под магическое влияние тела под водой — прямо гипноз!

Все хорошо, как всегда, — мистер Поттер уже смывает шампунь с головы, чувствую — надо уходить, но ноги как приклеенные, и я думаю: «Да ладно, раньше до самой крайней, опасной минуты оставался, а теперь вдруг трушу!» Возбуждение притупляет чувство риска, хотя и подбрасывает уровень адреналина и страха до звезд. Да черт, до второй вселенной.

Остаюсь и через секунду чувствую свою смерть. В буквальном смысле! Мне кажется, что все, это конец, это смерть! Наследник великого рода Малфоев умер за подглядыванием!

И я уверен, оглушающее «Сэ-э-эр!» мне будет сниться в кошмарах до самого конца моей извращенной жизни. Кто бы мог подумать, что во мне такое есть? Но дело не в этом, а совсем в другом.

— Сэ-э-эр! — подлетает и с дрожью захлопывает дверь. Думаю, даже слишком громко.

Я вижу рядом с собой самые большие глаза в мире — глаза домовика, одного из тех, что прислуживают в этом доме.

— Тихо! — шикаю на него и пытаюсь сообразить, что делать. Но все как в пелене, под ней, в ней, с ней…
— Сэр! Вам нельзя тут находиться! — ушастая зараза, держа в руках синее банное полотенце, тянется снова к ручке закрытой двери и продолжает умничать. — Сэр, это личное…

Дальше я слушать не могу, срываюсь с места, точнее, мои ноги меня несут (ну не могут же они меня бросить!)

Залетаю в комнату. Меня колотит так сильно, что я лопатками бьюсь о дверь. Губы дрожат, зубы не перестают стучать, а руки… Все это похоже на приступ эпилепсии, не хватает только пены изо рта.

С ужасом осознаю, что произошло, и насколько я был беспечен. И эти вопросы… Ну нафига я это делал? Зачем?! Что теперь будет?

Домовик кричал так, что мистер Поттер наверняка уже все знает, да и хлопнувшая дверь... Как же мне выкрутиться? Меня вышвырнут из этого дома, как щенка. Может, написать отцу? Это ведь экстренная ситуация, меня нужно забрать из Лондона даже ценой нарушения закона. Черт, а куда писать?! Где он? Где мои родители?

А каким я теперь буду выглядеть в глазах мистера Поттера? Мерлин мой! А что скажет добрая миссис Уизли?! Альбус?! Джеймс?! Какой позор, чистый позор!

Не дай Мерлин еще до моего отца это дело докатится! Его же приступ хватит!

А если мистер Поттер расскажет газетчикам? Репортеры раздуют все до... чего? До совращения женатого мужчины?! Мать моя женщина! Я погибаю.

Заберите меня домой, пожалуйста, я никогда так не скучал по родным стенам.

Шок начинает сходить на «нет», понемногу оставляя мое клокочущее сердце, и я дохожу на негнущихся ногах до кровати. Ложусь и жду одного из двух — либо меня сморит сон, либо в мою комнату войдут разбираться.

Мерлин, пошли мне, пожалуйста, первый вариант.

* * *

Пятница встречает плохой погодой. За окном дожди и вставшее солнце застилают мрачные, тяжелые от накопившейся воды тучи. Лето.

Когда отрываю голову от подушки и потираю глаза, понимаю, что, судя по ощущениям опухшести, дождь если и лил ночью, то не на улице. Неужели я плакал? Наверное, всего лишь парочка слез.

На плечи ложится бетонная плитка усталости и напоминания о моих проблемах. Но я собираюсь. Да, возможно, вполне вероятно даже, что ночью во сне у меня была истерика. Нервный срыв. Мне страшно, я совсем один в этом городе.

Умываюсь, переодеваюсь заторможенно. Я уже ничего не могу ни поменять, ни изменить. Если мистер Поттер — трепло, он рассказал. Не думаю, что в газету (вот я с перепугу напридумывал!) Мда, фантазер я еще тот. Хватит уже думать об этой скале, у него своя жизнь, у меня своя. В его жизнь не вписывается малолетка, не понимающий сам себя. А в мою не входит бесчувственный старикан с манией величия! Чурбан!

Во мне наконец проснулась стойкость, и я в преспокойном расположении духа выхожу из комнаты. Может, сегодня мой последний завтрак здесь? Нужно насладиться.

Но с грустью замечаю, что за столом сидят почти все, но отсутствует тот, кому я хотел посмотреть в глаза. Ирония, блин.

А еще мне кажется, что за одну ночь я повзрослел на пять лет. Но это так, мое внутреннее ощущение, которое к миру сейчас не имеет отношения.

За столом царит мрачная атмосфера, слышны лишь звуки дождя и приема пищи. Не понимаю, они знают и меня презирают? Или это все разыгравшаяся погода? Из-за чего вселенская печаль?

Встаю из-за стола раньше других, но запираться в комнате, надувшись, не хочется. Мерным шагом подхожу к стеклянной двери, выходящей на задний двор и открываю ее. Меня просто окатывает свежим, чудесным воздухом, с ног до головы прощупывает ветерок, и на лицо попадают капли.

— Ты чего такой? Случилось чего? — даже не оборачиваясь, узнаю по голосу Джеймса. По интонации.
— Да нет… — вздыхаю. — Это все погода.
— Ага, всю ночь лил, и сейчас не прекращается, — становится рядом и вытягивает руку под моросящий дождик.

Мы еще долго так стоим с ощущением полного спокойствия. Равнодушие ко всему не покидает меня.

Похоже, сейчас в этом доме никто не знает, какую детскую глупость я творил. Секретик…

* * *

К вечеру погода не утихомиривается.

Лежу на диване, покачивая в такт напольным часам ногой и листая скучный «Пророк» у камина. Тоска завладела мной. Квиддичная сводка прочитана, и только я переворачиваю страницу, как из камина выходит мистер Поттер.

Дыхание не учащается. С немного напускным равнодушием оглядываю его высокую фигуру. Не дано мне больше его голым увидеть. Может, воспоминания в думоотвод слить? Зачем только?

Утыкаюсь в газету, чтобы больше не поднять через силу пристыженный взгляд. Но и этого мне не дано.

— Ты чего здесь? Скучно? — в голосе проскальзывает какая-то ирония. Или я не умею уже рационально мыслить и все неверно истолковываю. Помешательство в моей голове, а в его голосе все же ирония.
— Немного. Вы рано, — голос не дрогнул, не споткнулся. Я не заикнулся и не покраснел. Будто барьер между ним и мной разрушился. Какая-то преграда между нами разлетелась, как желтые листья разлетаются с деревев осенью.
— Оставил работу на сотрудников, не все же мне сверхурочно вкалывать, — и не уходит. — Ужина еще не было?

Будто он не знает!

— Ммм… — перелистываю страницу и лениво поднимаю, наконец, взгляд. Не могу же пялиться в статьи вечно, когда он соизволил со мной поразговаривать. — Нет, не было. Вы голодный?
— Подобно зверю, — он облизывается и принимается разминать рукой шею.

С языка уже готова слететь фраза с предложением легкого массажа, но я вовремя понимаю, что рехнулся. То подглядывания, то массаж, еще подумает, что я в него втюрился! А я не влюбился, я просто чокнулся.

— Ваша жена, — почему так строю фразу? — на кухне. И возвращаюсь к буквам, которые пляшут в глазах.

Над головой раздается хмыканье, не раздраженное, а будто… с признанием уважения? И он твердым шагом покидает гостиную. А я перевожу дух — все же страх перед ним имеет место быть, но я неплохо держался.

И не понимаю. Мистер Поттер верно знает, но не говорит со мной о произошедшем. А еще, похоже, он никому ничего не говорит. Может, решил не уделять этому лишнего внимания? Ему наплевать или это… часть чего-то большего?

Мистер Поттер ведет игру? Или же (что невероятно, конечно) инцидент остался незамеченным?



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Пятница, 03.05.2013, 08:14 | Сообщение # 13
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 11

К субботнему обеду меня поджидает сюрприз. Дом Поттеров посетила чета Уизли. Но сюрприз не в этом, а в руках Гермионы Уизли — письмо.

Добродушно мне улыбнувшись после быстрого расспроса — «Как у тебя дела? Все ли хорошо?» — она отдает мне конверт без подписи.

— Это мне передал Гарольд.

Кто это? А-а-а, тот старикан, что выкинул меня когда-то. Но больше неприятных воспоминаний о нем меня интересовало письмо. Точно от родителей, больше не от кого.

— Спасибо, — бурчу под нос и, не отрывая взгляда от конверта, быстро ухожу к себе.

Так-так, что же пишет мне отец? Когда они вернутся? Дай Мерлин, скоро совсем.

На пергаменте ровным почерком выведены четыре предложения, которые пока лишь мельтешили, не давая возможности быть прочитанными. Я пробегаюсь глазами по листу еще раз и, наконец, могу начать читать.

«Скорпиус, отдых у нас на славу, возвращаться пока не хочется. Надеюсь, ты сможешь потерпеть еще немного без нас. Скоро все будет хорошо!
Надеемся также, Панси добра к тебе.
Целуем, родители.
13 июня»


О да! Все отлично, терпеть могу, а ответить на письмо не могу. Панси обо мне не вспоминает, а этот Гарольд, старый маразматик, мог бы письмо пораньше отдать.

Целую, ваш сын-творящий-незнамо-что.

Как же хочется, чтобы они вернулись, но, видимо, происходящему конца и края не видно. Мистер Поттер не перестает копать это дело. Черт. Я становлюсь заложником этого дома.

* * *

После обеда взрослые исчезают в неизвестном направлении: мистер Поттер, его жена, мистер Уизли и Гермиона Уизли — отвязная компания старперов. Завидую я недолго — возвращается Джеймс и вытаскивает нас с Алом в Лондон. Мы немного поболтались по городу, пока нам не всучили флаеры — на окраине встал цирк уродов — куда мы незамедлительно и выдвигаемся. Ал хочет узнать побольше, находя их уникальными, я — отвлечься и просто поглазеть, а Джеймс — поржать над чмошниками (именно так и выразился).

Стоянка цирка огромная и с куполом со звездным небом. Специальное затемнение, и романтический полумрак царит везде. Народу скопилось не одна тысяча, все веселятся. Впрочем, и меня покидает равнодушное настроение.

Джеймс покупает нам всем ваты сладкой, ярко-зеленого цвета мне, синей себе и серой с иллюзией мерзких червяков Альбусу, который злится, но не отказывается. А по мне так у него самая прикольная. Интересно, такая же на вкус, как и у нас? Но просить дать попробовать я не рискую, неприлично как-то.

После женщины с рогами и тремя ногами я уже не думаю о приличиях. Хохочу без умолку над каждой ерундой, будь то человек-слизняк или жирная баба с бубенотами на лице, что не выводятся никакими способами, или поскользнувшийся ребенок (он заплакал, но я хохочу, как и Джеймс). А вот Альбус смотрит на нас осуждающе и лишь иногда улыбается, а в остальном ему жалко всех этих выродков (как назвал их Джеймс).

Спорить никто не собирается и, насмотревшись на некрасивых, уродливых недолюдей, сидящих за решетками или просто в кругу себе подобных, мы сваливаем.

День катится к вечеру, закат пожирает небо.

* * *

— Аха-ха-ха, б-е-е-е… Я человек-баран, бе-е-е-е, — начинаю я капать на нервы Альбусу.

Джеймс звонко смеется и скидывает ботинки.

— Хватит, Скорпиус, это не смешно, — возмущается Альбус. — Представь, если бы ты родился с отклонениями…
— Хватит, Скорпиус, это не смешно, — передразнивает Джеймс, опираясь на мое плечо. — Ал, забей, Скорпиус красавчик, такова судьба! — А потом улыбается и ржет, иногда издавая «бе-е-е-е, бе-е-е-е».

Мы чуть не валимся со смеху прямо в коридоре, и лишь услышав, как Альбус, пробурчав «Моральные уроды», и, видимо, свалив, мы заметили, что в темноте одни.

— Эй, ты назвал меня красавчиком? — перед уходом из цирка мы позволили себя немного выпить пива. Я и Джеймс. Сказывается.
— Да.

Его глаза так близко, и губы — в интимной близости. И я хочу подшутить над этим фактом и ловко выкрутиться, но не успеваю, или не так уж и хочу успеть?

Холодные губы прикасаются к моим и тут же исчезают. Джеймс внимательно смотрит на меня — решусь ли?

Думаю, ничего страшного, если я поцелуюсь с ним еще разок. Когда-то мы уже это делали, почему сейчас не повторить? Тем более, момент подходящий, и мне еще вчера было так одиноко.

Подаюсь ему навстречу и оказываюсь в плену крепких рук и горячего поцелуя. Это все еще так необычно — чувствовать мужскую плоскую грудь вместо пышной женской, но необычно — не значит неприятно.

Я просто отдаюсь поцелую, а потом мелким прикасаниям губами, что Джеймс оставляет по всему моему лицу.

Открываю ему доступ к шее, это приятно — то, как он ласкает ее. Сначала языком, потом едва прикусывает, снова зализывает… то ли это пиво, то ли мне и вправду нравится ощущать себя в чужих руках… Не разберешь.

Он отлепляется от меня только тогда, когда раздается топот и входная дверь открывается — в нее вваливается мистер Уизли. Весьма поддатый мистер Уизли.

— О, а вы чего тут? — миссис Уизли тоже пьяна, судя по нарушенной координации движений, но именно она взмахом палочки избавляется от темноты и врубает свет.

Мы молчим, и тут раздается дикий ржач — это мистер Поттер в приступе смеха. Он поднимает на нас совершенно стеклянные глаза.

— А я знаю, чего они тут! — наконец выговаривает, и я немного смущаюсь. — О да… Я знаю, каков мой Джеймс, — пьяно хихикает, — и я знаю, каков его Скорпиус.

«Его», «его», «его», «его», «его», «его». ЕГО!

Покрываюсь красными пятнами, если и был алкоголь в моей крови, его точно больше нет.

Почему он так сказал? Почему он сказал так, будто я принадлежу Джеймсу?!

И, однозначно, он знает про мой секрет, что, казалось бы, остался в прошлом. Надеюсь, сейчас он о нем не растреплет.

Все непонимающе оглядываются, не могут взять в толк слова мистера Поттера, поэтому все замирают в замешательстве.

— Я к себе, доброй ночи, — в этот раз нет желания выгораживать себя.

Что-то типа «Я не голубой», «Я не ребенок», «Я не принадлежу Джеймсу», «Вы скотски пьяны, мистер Поттер».

А Джеймс плохо на меня влияет — смеюсь над ущербными, целуюсь с парнем. Но даже в этом меня всегда одергивает мистер Поттер. Хочет он этого или нет, но он имеет на меня влияние, как и Джеймс. Подозревает ли мистер Поттер об этом?



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Пятница, 03.05.2013, 08:16 | Сообщение # 14
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 12

— Да ладно, если ты обладатель хорошей интуиции, то почему бы и нет?

Нет, ну правда, почему нет? Я ведь дело говорю.

— Ага, а если ты еще знаешь тайные приемчики… — Джеймс в своем репертуаре. Я уже давно понял, что хитрости ему не занимать.
— Джеймс, одно дело интуиция, и совсем другое — жульничество. Играть нужно честно, по правилам…
— Ой, Ал, с такими принципами в жизни ничего не добьешься, хотя… в твоем случае отец постарается…
— Ты так говоришь, будто мы не родные братья.

Альбус насупливается, игра набирает совсем не дружественные обороты.

— А ты ноешь все время о родственных чувствах. Мир не такой радужный и добрый, и, знаешь, розовые пони рядом не бегают.
— Дж... — я хочу прекратить эту перепалку, свидетелем которой я стал, но Альбус вскакивает и принимает нападающую позу.
— Да когда ты таким стал? И что я тебе сделал?
— О! Я всегда таким был. Ты? Да что ты можешь мне сделать, Альбус? Сделай хоть что-нибудь себе!

Альбус качает головой.

— Ты дурак. Большой дурак, сам себе на уме. Ты никогда не был мне хорошим братом.

Когда Альбус уходит из комнаты, Джеймс шепчет: «Был… лет семь назад». Но, думаю, только я это и услышал.

— Знаешь… я, наверное, тоже к себе пойду.
— Останься, Скорпиус, а то я совсем загрущу, — печально улыбается. — Давай потреплемся?

Это всего лишь ночь воскресенья, которое только вступило в силу. Два часа ночи, мистер Поттер уже спит со своей женой, Альбус ушел думать, пьяный мистер Уизли давно дома, тоже с женой. А я в комнате Джеймса. Лежу рядом с ним, на его кровати. И возле меня покрывало еще примято и хранит тепло братца его. Что Джеймс за человек такой? Добрый вроде, веселый, но в душе темное пятно. Словно клякса на белоснежном холсте. Это кто-то постарался? Или так и было?

— Ты Ала обидел.
— И что? Не впервой.
— Да ну тебя. Я ухожу.
— Ну не надо. Давай поболтаем лучше. Смотри, какое небо! — машет рукой в сторону окна. — Или ты меня боишься?
— Нет, но… Альбус хороший, а ты…
— Плохой? — смеется. — Да знаю я, что слишком резок с братом, но… он закрылся в своем сказочном мирке, и не выбирается из этой норки. Так нельзя.
— Возможно. Только если бы ты подал ему руку…
— Ты не понимаешь. А я не знаю, как тебе объяснить.
— Ты начни, главное.
— Это давно было. В первый раз… — замолкает, — тогда это произошло в первый раз… Нет, давай с самого начала расскажу. Я просто хочу, чтобы и ты меня понял.

Киваю, хотя он не видит.

Мы лежим почти голова к голове и смотрим в потолок. Так удобно, доверительно.

— Альбус погряз в этой сказке о добром мире и идеальной семье с подачи моей матери. Иногда я ее за это ненавижу.

У меня чуть глаза на лоб не полезли! Что он несет?!

Лишь шумно сглатываю на такое откровение. Я ожидал чего угодно, но не этого.

— На самом деле, все очень плохо. Отец ей постоянно изменяет, причем не с женщинами. На работе у него в подчинении мальчики-авроры, и он с ними регулярно спит. Мать знает, я знаю. А Алу нельзя такое говорить.

Как моргать? Как закрыть рот?

— Отец не уходит из семьи из жалости, — Джеймс резко нависает надо мной с совершенно безумным взглядом и ставит руки около моей головы.

В свете ночи выглядит мрачно, а после этих слов…

— Вот такая вот семейка. Представляешь, у меня отец почти педофил, да еще и гей… Ну, что скажешь теперь? Хочешь его? По-прежнему хочешь его, а? Иди, он тебя оттрахает, ты в его вкусе.

От его улыбки мне становится плохо. Кружится голова, все слишком быстро, нереально. Неужели это все правда?!

— Я… мне… я…

Джеймс начинает ржать и кататься по покрывалу, безумие продолжается. А потом БАХ — падает от смеха на пол, но ржет только еще заливистее.

— Э-э-э… Джеймс?
— А-ха-ха, Скорпиус… ахах-ахах… черт… ахаха, ты бы видел… ахаха-ах… свое лицо! — задыхается и вытирает выступившие слезы.

Не понял.

— Ой, блин. Черт, — поднимается и снова ложится рядом.
— Ты наврал?
— Ага, такое лицо было! Умора! — все еще посмеивается.

Вот бы ему врезать! Гад! Я же поверил!

— Идиот! Придурок, Джеймс, это уже не смешно!

После злости приходит чувство успокоения. Это всего лишь шутка! Дурацкая шутка. Фуф. Но такими вещами не шутят.

— Ладно, ладно, не обижайся, я за это тебе правду расскажу.

Мы устраиваемся снова не те же места, где были до этого идиотства полнейшего.

— На самом деле я начал я правильно. Когда Алу было десять лет, отец пришел домой и с порога заявил, что уходит. Подает на развод и уходит.

Вот теперь он точно не врет, надеюсь. Невольно затаиваю дыхание.

— Это был удар. Честно. Настолько неожиданно… У нас такая крепкая семья была, а тут… В общем, мать в слезы, я в шоке, брат ничего не понимает. Это был первый раз.

Умолкает. В его исполнении это трагическая пауза.

— В тот же вечер, правда, выяснилось, что он был под действием дикого количества каких-то феромонов. Короче, мутная история, там девка одна, стажерка, влюбилась в него и решила увести из семьи. Соблазнить моего отца нереально…

ПРОДОЛЖАЙ!

-… и она решила ему мозги запудрить. Получилось, только обман быстрее сошел на «нет», чем ожидалось, ее вытурили из министерства, а вот туча над домом все равно образовалась. Я пережил это более спокойно, а вот мать… решила сделать себя лучшей женой на свете. Она не была такой раньше… сейчас это уже перебор. Если он захочет, он же все равно уйдет. Я ей говорил, но она боится. Этот иррациональный страх… он же и у Альбуса. До смерти боится, что его бросят. Бросит отец, бросит мать, брошу я… Идиот маленький.

Он хихикает. Как можно в этом находить юмор?

— Теперь вот он боится, что тебя потеряет. И никак ему не втолковать, что люди приходят и уходят, это естественно. Он должен уметь переживать потери. Как он будет жить без этого навыка?
— А..
— Подожди, я не закончил. Так вот, в отце моем некоторые что-то находят, хотя я не знаю, что именно, да и неважно, и… в общем, единственным разом это не ограничилось. Правда, зайти так далеко никто не смог. Но отец иногда влюблялся, правда, искусственно. Но это сильно подкашивало из раза в раз отношения в этом доме. Мамин рассудок, в конце концов. Это как будто все та же туча иногда молнии бросает. Туча… как же ты достала!
— Тяжело…
— Да… Нет, отец, конечно, никуда не уйдет, он любит мою маму, да и семьей дорожит, но эти покушения… покушения на нашу семью меня злят, а Альбуса и маму загоняют в тупики. Тупые люди, которые думают, что могут взять и разрушить нас. Семейные узы… слишком крепки. Их нужно беречь. А я… люблю Альбуса… Альбус… мой… Альбус…

Он вошел в какой-то транс.

— Джеймс?

На мой зов он вздрагивает и отворачивается, чтобы я не видел его лица.

— Иди спать. Поздно уже.
— Да, доброй ночи.

Что из этого правда? Есть ли правда в шутках? А хоть хоть толика правдивости в «не шутках»?

— Доброй… Представлений не будет… вечерами…

О чем он? Я что-то упустил.

— … в коридоре… — догоняет меня шепот на выходе.

Хлопаю дверью.

Что это все значит?!



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Пятница, 03.05.2013, 08:18 | Сообщение # 15
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 13
п/а: Отдельная и особая благодарность Кошке Маришке — спасибо, дорогая, что побетила немножко :3


Воскресенье! День, когда я просыпаюсь в восемь, заряженный утренней энергией. Все процедуры после сна на скорую руку, завтрак за пять минут (чуть не подавился от спешки), и дикое удовольствие — к одиннадцати ни миссис Уизли-Поттер, ни самого мистера Поттера.

Правда, уже к двенадцати Джинни Уизли спускается и, покачав головой, сразу же удаляется в сад.

Джеймс пропал, что иногда случается, а Альбус вместе со мной развалился на ковре в гостиной.

— Может, в Лондон?
— Не хочется.

В принципе, это его нежелание вызывает недовольство, но зато это удобный случай порасспрашивать. Только вот как начать? И что именно в словах Джеймса вчера меня насторожило?

— М-м-м, Ал...
— Да?
— Послушай, а ты, ну то есть твой… м-м… Ну… хочешь сок?
— Э-э-э… нет, спасибо.
— А я, пожалуй, схожу на кухню.

Молодец, Скорпиус, такими темпами ты его быстро расколешь и все узнаешь. Черт, черт, черт.

— Сэр?

Два больших лиловых глаза уставились на меня.

— Мне бы стаканчик сока.
— Какого, сэр?
— Яблочного.

Ушастый домовик открывает холодильник, берет стакан… Это он? Был тогда?

Я помню все настолько смутно, точнее, кроме страха и прилива крови к ушам, я вообще ничего не помню. Этот тот самый домовик, что застукал меня и заорал?

— Как тебя звать?
— Ру, сэр.
— Ру, а… это был ты? Или ты не знаешь, кто это был? — Да как же спросить?!
— Извините, сэр, у меня нет времени, я обещал хозяйке, что отнесу антипохмельное господину.
— Я отнесу!
— Но, сэр!

Хватаю стакан в его руке, но Ру не собирается его отдавать.

— Отдай, я сам отнесу, — тяну, стараясь не расплескать.
— Сэр, — пищит домовик и тянет на себя.
— Это приказ!

Ру резко отпускает, и я чудом не обливаюсь целебным раствором.

И, когда я поднимаюсь по лестнице, до меня доходит: «На кой черт я это делаю?!»

Нелепо торчу перед дверью. Глубокий вдох, открываю.

Красивая спальня. Много картин, все бежево-синее, на полу шкура медведя, которая несколько выбивается из образа, но придает пикантности. На таком ковре только спать, но облом, рядом большая кровать, а на ней… куча разбросанных подушек. А в этих подушках, под синим одеялом, тело — мистер Поттер, вероятно.

Только я на цыпочках подхожу к постели, как из-под одеяла выныривает сильная рука и отбрасывает преграду. Между мной и телом мистера Поттера.

Спина — загорелая, расслабленная, но не потерявшая рельеф. Сонное, будто измученное лицо в профиль. Нахмуренное.

— Мистер Поттер? — вроде говорю как обычно, но выходит шепотом. С каким-то благоговением. Поразительно, как он на меня влияет.

«…постоянно изменяет, причем не с женщинами. На работе у него в подчинении мальчики-авроры, и он с ними регулярно спит…»

— Мистер Поттер, проснитесь, — еще тише. Нет, ну так я его точно не разбужу!

Подхожу ближе.

«Представляешь, у меня отец почти педофил, да еще и гей…»

Черт, Джеймс, может, ты специально это сказал? Из головы не выходят эти компрометирующие фразочки. Такими не разбрасываются… Как только надумал такое?

А мистер Поттер, не подозревая о моей «болезни», мило сопит. Хм, настолько мило… а может он вправду извращенец?

«Ну, что скажешь теперь? Хочешь его? По-прежнему хочешь его, а? Иди, он тебя оттрахает, ты в его вкусе».

Дже-е-еймс, убить тебя. Ведь именно ты причина того, что я непозволительно близко сейчас к твоему отцу. Ты виноват, что я провожу дрожащей от волнения рукой по линии его позвоночника. Я чувствую бархатную кожу, и прилив невероятного по силе возбуждения. Видимо еще от страха быть застуканным мистером Поттером. Во второй раз?

Я слегка наклоняюсь над ним и дую, воображая, что прямо сейчас рассекаю кожу и получаю кровоточащие царапины. Да, царапины бы только разукрасили его спину.

Немного отодвигаюсь, чтобы перевести дыхание, и наклонится еще ближе, чем в раз предыдущий.

Приятно, провожу рукой по плечу и тут же потираюсь о него же щекой, как котенок. Черт, как хорошо, и как страшно! Если он сейчас очухается, как я смогу оправдаться? Да как я перед собой могу оправдаться? Что я делаю, зачем я делаю?

Вдыхаю, запах его тела, сильный, мускусный… я действительно вполне уже возбужден. Так и хочется нырнуть к нему под бок и накрыть нас одеялом. Хотелось, чтобы он прижал меня к себе, и мы так спали, спали… пока он не разбудил бы меня ласковым поцелуем. Хм, интересно, а ощущения от поцелуя с ним, разнятся от ощущения поцелуя с его сыном? Мерлин, какой разврат.

Это магия, это не я. Может меня очаровали?! Человек не может так… так… не может! Это чудеса! Он же старый и… старый, он же женат!

Мозг вернулся, но не тут-то было. Рука, таким же выученным, движением как до этого откидывало одеяло, схватила меня за локоть…

Допрыгался, Скорпиус, надышался, налапался, доигрался.

Я ничего не ощущаю. Ни озноба, ни страха, ни пола, ни сердца.

— Что ты делаешь? — вполне себе такой проснувшийся голос.

Молчу. Да что я могу сказать? По папе соскучился, отеческой ласки не хватает? Ага.

Рывок и я перелетаю через мистера Поттера и оказываюсь лежащим лицом к нему, на его одеяле. Неудобно — ткань скомкана подо мной.

— Скорпиус — глаза холодные, колючие — Скорпиус…
— Я…
— Тс-с-с… — прикладывает палец к моим губам — ответь, Скорпиус — ему определенно нравится мое имя. — Ты соскучился по отцу, не так ли?

Киваю.

— Драко Малфой, твой отец, любит тебя?

Еще раз киваю.

— Он правильно воспитывает тебя? Объясняет, что хорошо, а что плохо?

Конечно, я киваю, потому что этому голосу не поддакнуть невозможно.

— Тогда какого черта, ты ластишься ко мне? — наконец убирает палец, но снова заговаривает сам, не давая мне и слова вставить. — Хочешь к отцу, ищи отца. Я не твой папочка.

Пристыженный я поднимаюсь с постели и топаю к двери. Поскорей бы уйти отсюда, но вопреки своему желанию останавливаюсь у самой двери и оборачиваюсь.

— А я и не вижу в вас своего «папочку».

Он внимательно смотрит на меня, качает головой, демонстрируя тем самым сожаление от услышанных слов, и произносит:

— Давай забудем сказанную тобой фразу. Лучше я буду сваливать вину на «отец, я скучаю», чем на то, что ты влюбился в меня.

Краснею, но он видимо считает, что недостаточно — яичницу пока не поджарить.

— Забудь обо мне, я тебе не по зубам.

И вопреки своим же словам он встает и совершенно голый шествует мимо меня в ванную. Нормально, дьявол его разбери.

Сначала «я тебе не по зубам», а потом показать себя во всей красе.

Когда он запирает за собой дверь (будто думает, что я могу вломиться к нему и наброситься на «бедную овечку») выхожу из комнаты.

Еще один барьер между ним и мной сломлен. Чувствую это, как и свои вновь ощущаемые ноги и пульс. Между нами минус одна стена. Но еще остается большая пропасть.

А какой ценой?... Яркие моменты унижения, и горького стыда… когда же вы исчезните из моей жизни?



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Суббота, 19.10.2013, 23:02 | Сообщение # 16
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Джеймс пропал. Может, и к лучшему... или худшему. Мне не до этого — однозначно. Хоть и интересно.

Нет, конечно, в розыск не объявили, но факт его отсутствия в доме ощутим.

Ни к ужину, ни к ночи не появляется — гулена Джеймс.

Я хотел уже было спросить, куда он делся, но все так молчат, как на поминках. Даже весьма улыбчивая, обладающая внутренней лучезарностью миссис Уизли, соблюдает тишину.

А мистер Поттер, тот самый мистер Поттер со стальными нервами и большим… ой, в общем, мистер Поттер... Да что я заладил?! Поттер, Поттер, мистер, мистер, тьфу, этот козел посматривает на меня и прячет, но как-то показушно, извращенную усмешку.

Меньше пошлости, мистер Поттер! Вы мне до лампочки, да.

Тролль вас за*би!

Я буквально вылетаю лопнувшим шариком из-за стола — какие уж тут расспросы, где Джеймс, с которым я целовался...

Я уже переодеваюсь в пижаму, когда внутри меня растет непонятная тревожность. Сначала я подумал, что это желудок устраивает болезненный переворот, но все сменяется ощущением тревоги, и я решаю выйти в коридор. Ну а дальше…

— … не смогли, но пару улик оставили, может в следующий раз…

Закусываю губу и на цыпочках подбираюсь к лестнице. А голос такой мелодичный, может даже жеманный, почти женский.

Кажется, говорящий улыбается — угадывается по интонации.

— … а там закроем дело, и можно Вицну давать отпуск…

Вицну? Какое дело?

Спускаюсь. Ну жутко интересно же! Дела мистера Поттера — прямо тайник с сокровищами пиратов!

— Эй, эй, тормозите гиппогрифов, какой отпуск? Я все равно не подпишу.

О, вот и сам извращенец нарисовался. Точно, достало меня называть его Поттером, да еще и мистером, будет извращенцем. Хех, мистер Извращенец.

Хм, а может, это я извращенец? Ай, он, он, Он! Я уверен, за его стеклянным взглядом прячется похоть. Какой извра-ще-нец. М-м, как эротично.

Ступни леденеют (дурацкая привычка выходить босиком), а пол даже без чар подогрева, безобразие! Какие вольности у здешних домовиков!

А-а, ведь надо еще домовиков допросить, да и к Алу заскочить.

— Ну мистер Поттер, не будьте таким строгим…

Копошение.

Черт, как интересно! Что там за шуршание?! Оступаюсь и чуть ли не скатываюсь с лестницы кубарем. Зато я могу наклониться и теперь рассмотреть положение: полумрак, Извращенец в ночных штанах стоит полубоком и незнакомый человек. Ну как человек… парень, молодой, улыбается будто в «глянец» колдографируется, сам в дорожном плаще, по которому стекают капли. Дождь был? Не заметил такой непогоды.

— … вам не идет такое каменное выражение лица…

А время-то не детское, ползем к часу ночи. И на «неотложный» разговор это не похоже. Зачем этот недоаврор вообще приперся? Малолетка.

— … улыбнитесь. Хм, а на работе вы выглядите добрее, милее…

Да что он себе позволяет?! Жополиз-аврор, я думал, таких на службу не берут.

Извращенец, однако, заливается смехом, будто доволен, и чешет плечо, выговаривая:

— Завтра поговорим, и об отпуске тоже.

И ВСЕ?! Да он должен был его кастрировать за такие вещи! Или хотя бы парочку проклятий в лобешник этого недоумка!

Что за снисхождение? Как Извращенец такое ему позволяет? За какие такие заслуги? Фу!

— Уже спать? Хотя да, время-то ночное, я, наверное, не должен уделять такое внимание своему делу.

— Все ты должен, но уже правда поздновато, спать хочется.

Ты? Забываю о примерзших к лестнице ступнях, околевших щиколотках — мне хочется спуститься и устроить истерику. Расцарапать этому парню лицо за такое фривольное поведение и наорать на извращенца (а за каким это кактусом он в разврат ударился?!)

Эту всю обстановочку можно назвать «нерабочей». Где там, блин, спящая жена мистера Извращенца? Она должна следить за своим весьма и весьма похотливым мужем и его весьма и весьма двусмысленным поведением его подчиненного.

Какой разврат, фу, где авроры нравственности?

— Тогда сладкой ночки, не скучайте. А потом этот «улыбающийся» передает конверт в руки Извращенца, и в самый момент передачи наклоняется, что-то шепча.

Как подозрительно! Ух, как подозрительно!

Дверь захлопывается, а мистер Извращенец лишь выдыхает, чтобы расплыться в улыбке блаженного.

Моральные уроды, ни стыда ни совести! Надо миссис Уизли все рассказать.

Ловить и слышать больше нечего, поэтому я с весьма спутанным, но возмущенным сознанием делаю пару шагов наверх.

Но, оказывается, нельзя уйти незамеченным от застуканного мистера Извращенца.

— Подслушивать нехорошо, не учили разве, а, Скорпиус?

Извращенец быстро оказывается позади меня, и мне хочется сжаться в комочек, но не бывать этому.

— Говорить о работе в такое время тоже не хорошо, до сих пор это тайна для вас? А ведь вы уже большой мальчик, — и голос не дрогнул, и губа не задрожала! Вот какой я! Да!

— Общаться, не смотря в глаза собеседнику, — дурной тон, знал, Скорпиус?

Хмурюсь, но все же разворачиваюсь. А Извращенец понимает, что лицом к лицу с ним я могу попасть под его «чары грозности».

Напыщенный мистер Извращенец, ну какой же он сейчас самодовольный!

— Мне не трудно развернуться, только это глупо ради пары фраз.

— Пара фраз?

— Да, вы же больше мне ничего не скажите.

— О, с чего такой вывод, малыш?

Малыш?! Вот хам.

— Не малыш, а вывод… А я наблюдательный, знаете ли.

— Ага, и любящий подглядывать. Чрезвычайно любопытный малыш Скорпи.

— Взрослый человек, а так себе ведете.

Он смеется и делает еще пару шагов по лестнице.

Мы стоим теперь на одной ступеньке, и, видимо, все с расчетом, ведь теперь он конкретно выше меня.

— Как так? Что тебя смутило? Скорпи или малыш? Может, малыш Скорпи? Но так ведь и есть, — пожимает плечами, — прими правду, ребенок.

— Мне пятнадцать, я не малыш и ребенок, и меня не зовут «Скорпи», я Скорпиус Малфой.

— Как разошелся-то ровесник моего сына! Когда в спальне слюни пускал, тоже звался Скорпиусом Малфоем? Да, поведение достойно рода.

— Вы сами сказали, что я по папочке соскучился, так что не так? Или эта отмазка вас не прельщает больше?

— Какие слова, скрой свой гонор, ты не смеешь так разговаривать со мной, мальчиш-плохиш.

— Что? Мальчиш-плохиш? Как умно! Ха-ха, в духе старпера-крутого-начальника! И вообще, тот парень мог так с вами разговаривать, а он всего на пару лет старше меня!

Опа, кажется, я перегнул. Черт, губы Извращенца сжимаются в полоску, а глаза приобретают грозный отлив. Ну пипец.

— «На пару лет» — это пять лет, а разговаривал он со мной не в такой манере, а в…

— Да он вам жопу лизал, вот! А вы велись, как маленький, и подыгрывали! — мда, видимо, хорошо меня зацепило, раз я так разошелся.

— Не говори ерунды. И вообще спать иди, — показывает всем своим видом раздражение.

— А вы меня не прогоняйте, я вам не раб! И пойду-ка я лучше жене вашей расскажу об увиденном, так сказать, поведаю интересную историю.

Вот теперь-то он точно не прекратит наше продолжительное общение.

— Мальчик, не забывай, в чьем доме ты живешь, и не запугивай. Ты ничего особенного не видел.

— А вот и видел…

Мне еще много чего хочется добавить, но сформулировать не получается даже в голове.

— Ох, смотрю фантазия твоя работает на убой. Мечтай поменьше, — с видимой иронией. Черт, а он стоит так близко, я могу различить зеленую радужку. Так, точно, нужно же мечтать поменьше.

— Ага, ну как же, одно то, что он вам конверт передал, да еще как передал!

— Это отчет разведывательных групп, хоть я и не обязан отчитываться.

— Угу, разведывательных, верю, я же такой наивный!

Мне нравится вести с ним беседу.

— И вовсе не «типа». Доброй ночи, малыш.

Вот Извращенец! И малыш, опять малыш, фу.

А еще, кажется (или вовсе не кажется), что он был осведомлен с самого начала, что я подслушиваю и подглядываю.

— Я Скорпиус… А вы ведь знали что я на лестнице!

Улыбается и зарывает пятерню в волосы.

— И когда вы заметили?

— С самого начала, малыш-плохиш, ты подкрадываться не умеешь, стучишь своими костями о пол.

— Эй! У меня просто ноги заледенели, а так, не надо на костлявость намекать, я вполне себе в теле…

— Да-да, доброй уже, — поднимается на две ступеньки.

— А чего это вы от меня сбегаете?

— Ты замерз, а я спать хочу, да и не дело в пролетах с малолетками разговаривать, вдруг кто компромат собирает?

Смеется, извращенец. Но мне не хочется, чтобы он уходил.

Что делать? Что сказать?

— Ладно, малыш — это понятно. А плохиш почему?

— Вредный, капризный, плаксивый, истеричный, злобный, лезешь куда не надо. Достаточно? — и все равно уходит.

Поднимаюсь вслед за ним и вижу, как он открывает дверь в спальню, свою спальню. И его жены тоже.

— А Джеймс когда вернется?

— Завтра ночью.

Вот так вот. Получается, в этом доме я могу разговаривать лишь с Извращенцем, чтобы не навлечь на себя подозрения Извращенца.

Хоть он и считает меня вредным, истеричным, злобным… Мудак, он меня совсем не знает!

Я еще покажу! Я обязательно докажу, что я не такой!

* * *
Тяжело просто дышать, а уж о двигаться даже речи нет.

Очень жарко, воздух будто душит, тело начинает ломить.

Ночь, но краски сгущаются еще больше, в комнате очень темно, когда я с усилием открываю глаза.

Плотный черный цвет окутывает помещение.

Влажно. Одеяло так активно греет, что я покрываюсь испариной по всему телу. Становится очень влажно.

Чья-то твердая рука ложится на мой рот. В первые секунды я не могу дышать, но дальше успокаиваюсь — я ведь в доме властного, сильного человека. Он меня спасет.

Если эта рука не его.

Когда вторая рука забирается под одеяло и трогает через влажную ткань бедро, до меня доходит ясно — дело принимает эротический оборот. И в ответ на это я лишь приоткрываю рот, чтобы кончиком языка пощекотать ладонь.

Черт, как же душно.

В темноте раздается смешок, а дальше… к моей спине прижимается что-то еще более жаркое чем я, и что-то еще большее чем я.

Мистер Извращенец?

Выворачиваю руку и сам принимаюсь щупать чужое бедро. Пижамные штаны, сильные мышцы, ну точно мистер Извращенец — пришел меня полапать, козел!

Пытаюсь вырваться, хотя бы для приличия, но получается что-то вроде извиваний с приглушенными стонами.

Я достаточно сейчас сексуально привлекателен? А то, похоже, вот-вот будет мой первый опыт, и надо, чтобы он удался… Черт! О чем вообще я думаю? Как правильно отдаться?!

Какой позор, но, видимо, не окончательный, ведь чужая рука без особых прелюдий оказывается у меня в пижамных штанах.

О, Мерлин, я горю и истекаю во всех смыслах.

Черт, и даже бороться за невинность сил нет. Да и желанием я не таким сгораю.

Дрочка — не такая, как я люблю, слишком интенсивная. А еще… как же невероятно приятно и необычно ощущать чужую сильную руку. И это дыхание в шею, от удовольствия чуть ли не хнычу. Слишком резко, часто застывает, убыстряется, сжимается… тело начинает дрожать, и вторая рука, сжимающая до этого рот, спускается вниз и обхватывает живот.

Меня прижимает к мучителю спиной, и я могу лишь вцепиться зубами в подушку.

И, кажется, мои вкусы меняются — уж очень меня устраивает эта рука.

Подаюсь навстречу и слышу крик. Вскакиваю. И тут до меня доходит, черт возьми, что я не мог вскочить, если бы был в чьих-то объятиях.

Оглядываюсь: смятая постель, раскиданные подушки, в штанах мокро, а в комнате уже не так темно.

Мне нужно в душ, а это был лишь сон позорного характера.

Стыдоба! Нужно ее срочно смыть.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Суббота, 19.10.2013, 23:03 | Сообщение # 17
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 8. (По новой нумерации) (Продолжение)

— Да, еще в том году таких ветров не было, — голос чуть хриплый, а сам я немного вялый.

— Угу, ну ничего, переживем еще десять дней, — Альбус берет «коня» и ставит его рядом со «слоном».

Партию мы уже не разыгрываем, а так, лишь перебираем фигуры, да и я иногда пальцем их выбиваю, чтобы посмотреть, как далеко я могу запульнуть. Пешки летят лучше всех.

— Десять дней? Почему?

— Уезжаем. А, ты не знаешь… — подбрасывает «короля», — мама вчера сказала, что мы едем отдыхать… через десять дней.

— Я думал, она на работу выходит? Разве нет?

Пожимает плечами и переоценивает ловкость рук — с очередным подбрасыванием «король» ударяет его по колену.

— Эм, мама очень хочет уехать, поэтому выбила для себя несколько дней… а с завтрашнего дня уже в Мунго будет работать.

А, заменила дни. Хм.

— А отец?

— Отец? Не знаю… — замолкает, — они вчера ругались сильно, я слышал… пока вроде никакой конкретики. Но мама сказала, что поедет с ним или без него.

— Ясно. А… я? — беру черного «слона» и выбиваю им четыре пешки на поле.

— Пока ты у нас, ты с нами, — собирает фигуры, чтобы снова расставить на правильные позиции.

— А документы?

— Не волнуйся, папа за минуту все уладит, он же начальник.

Ну да! Как я могу забыть! Крутой мистер Поттер, отъявленный извращенец.

Блин, надеюсь, он с нами поедет, без него я потеряю львиную долю эмоций и впечатлений. А главное — я потеряю Его.

— А куда?

— У мамы спроси.

Разговор зашел в тупик, но нельзя допускать тишины со стороны Альбуса. Да и выяснить многое нужно.

— У тебя есть школьный лучший друг?

— Что? — теряется. — Нет, а зачем?

— Как это зачем?! Чтобы было весело. Учиться — это такая скукота, серость, дни блевотные… фу.

— Мне нравится учиться… — почесывает затылок ферзем.

— А кем ты хочешь стать?

— Колдомедиком, я хочу помогать людям, хочу избавлять их от болезней и горестей.

Мда, а вот и розовые пони, про которых говорил Джеймс.

— Круто, светлая мечта… А Джеймс? Он на кого?

— Джеймс? Он аврор, на побегушках у папы. И тренируется.

— То есть они вместе в министерстве? — во дела! Везет Джеймсу.

— Ну, я бы не сказал, что вместе, но да… пересекаются. А что?

— Да нет, ничего… Джеймс, значит, хочет быть похожим на отца?

— Это факт, — видно, что слова эти Альбусу даются с натяжкой, будто костью в горле застревают.

— А ты? Твой отец достойный пример.

— А я не такой. Я не храбрый и не отчаянный. И у меня нет этого природного шарма… — к чему это вообще? — И почему ты всегда говоришь «отец, отец», а не мистер Поттер?

— А большая разница?

— Просто странно это.

— Да что странного, Альбус? Странно, что ты такой замкнутый и в облаках витаешь, — ай, дипломатичность как волной смыло. — Джеймс сказал, что это после той ситуации.

— Какой еще ситуации? — глаза округляются, и он с видом очумелой совы смотрит на меня.

— Ну, про отца твоего, ухода его из семьи, феромоны, стажерку… — я все запомнил, я вообще все запоминаю относительно мистера Извращенца. Как бы не назвать его извращенцем вслух.

— Что-о? Ты его слушай меньше.

— То есть не было ничего? — как так?! Мне не нравится это «что-о».

— Я не услышал ничего знакомого… Мой отец никогда из семьи не уходил, — говорит с такой же уверенностью, как и Джеймс. Вот только для Альбуса это немного нетипично.

Вот блять! Врун, Джеймс, какой же врун. Лжец! Мудак сраный, ну нахрена он мне врет? Нахрена говорит такие вещи?! Сука.

Пыхчу от злости и ненависти, ну вот нельзя ему верить! Нельзя! Он только лапшу на уши вешает! Вот появись сегодня ночью, я тебе задам!

— А почему ты тогда такой? — прихожу в себя, но, чтобы сделать это, приходится сжать в руке «короля» — до боли и белых пальцев.

— Характер. А что Джеймс тебе наговорил еще?

— Да ерунду, похоже, всякую. Сначала шутил, что твой от… что мистер Поттер почти педофил, который спит со своими подчиненными, а потом, что твоего отца все время очаровывают и он…

— Придурок! А я тебе говорил, что брат у меня не такой уж и замечательный.

— Блин, нафига он мне это наплел? Не понимаю…

— Я тоже не понимаю, но это Джеймс, если он так делает, значит так удобно ему.

Засранец.

Переворачиваю шахматное поле, и фигурки разлетаются в разные стороны.

Вот же засранец!

* * *
Короче, в этом доме пора всех вывести на чистую воду. Я окончательно запутался, ничего не понимаю ни рассудком, ни сердцем. А значит, пришло время расследования. Экспедиции. Выяснений. Короче, пора все расставить по своим местам и разобраться в происходящем и, наверное, в себе. Но это потом, о последнем и думать не хочется.

В пять вечера, через пару часов после окончания игры в шахматы и через полчаса после разговора о джеймсовой лапше, висящей на моих нежных ушках, у Альбуса назначен визит к колдомедику — проверка какая-то, Альбус, оказывается, шибко мнительный.

Мой друг уже утопал, мистер Извращенeц где-то шляется с жеманными и сладкоголосыми недоаврорами, а миссиc Уизли разбирает кухонные салфетки.

— О, Скорпиус, как дела?

— Отлично, а как у Вас? — сажусь за столик и беру в руки зеленое, наверняка сочное, яблоко из вазы.

— Очень даже хорошо…

— А как вы с мистером Поттером познакомились? — приступим к расследованию!

Откусываю яблоко со смачным звуком.

— Ох, — мечтательно прикрывает глаза, — когда он впервые поехал в Хогвартс, а я провожала братьев.

— Вам было десять, не так ли?

Да, рано она встретила своего «героя», точнее, просто Героя. Для всех.

— Да… Хочешь поболтать?

Киваю и откусываю еще один кусок. Люблю яблоки, особенно зеленые, спелые, с кислинкой.

— Тогда пошли в сад.

* * *
— Ого, я читал, что он выиграл, но не знал, что такой ценой! — цокаю языком и все-таки откидываюсь на спинку садового стула.

— Да, четвертый курс был сложный у него… Как, в общем, и другие — каждый раз испытания. Пятый курс… собрания ОД, ох, много рассказывать!

— Вы тщательно следили за его жизнью.

Как, видимо, и мой отец тоже. Вот ему повезло! Хотя, насколько я знаю, они не дружили. А вообще, отец ненавидит говорить про Гарри Поттера. Лишь обмолвился пару раз, что он везучая заноза в волшебном мире.

А мне он внушает трепет.

— Конечно! Я люблю его с первого взгляда!

— Ясно… А он был такой же? Ну, в молодости?

— Он не так стар, как ты думаешь, — легко смеется. — Он был похожим на Джеймса, только более серьезным, но совершенно точно был таким же непоседливым! Все время во что-нибудь впутывался. Джеймс весь в него.

Да уж, Джеймс пошел в него, но ему явно чего-то недостает. Какого-то качества, что является главным «ингредиентом». Это чувствуется, уж я-то разницу вижу.

— А вы говорили, что он хотел стать профессиональным игроком в квиддич?

— Было дело… но это еще до войны.

— До войны? А война? Как прошла война?

— С потерями. Тяжело.. Но! Мы победили! Добро восторжествовало, мир залился теплым светом победы. Все хорошо.

И этим «все хорошо» она будто поставила точку. Хм.

Значит так, что я имею по разным версиям? Первая, Джеймса: мистер Извращенец — извращенец, а еще его уводили из семьи. Вторая, Альбуса: мистер Извращенец — добрый отец семейства, который всегда был верным защитником фамильной чести и геройской доблести. Третья, миссис Уизли: все хорошо. Четвертая, моя: все недоговаривают и скрывают, врут.

Или хотят солгать, а может, просто верят лжи. Но тут что-то нечисто, правда, я чувствую.

* * *
Уже слегка за полночь, я жду Джеймса на диване в гостиной, чтобы устроить ему «разборки». Но, видно, в эту ночь ему не до меня.

Они входят вместе. Джеймс, мистер Извращенец и тот ночной «недоаврор» с подхалимской, сияющей, как всегда, улыбкой.

Не обращая на меня внимания, не бросая даже мимолетного взгляда, они останавливаются на середине и о чем-то шепчутся, пока «недоаврор» не хохочет и не хлопает мистера Извращенца по плечу. Хлопает… Гладит, скорее. А у меня скулы сводит.

— Завтра рано утром, полчаса — и мы на месте, — с обычной громкостью говорит мистер Поттер.

— Да, вернется к вечеру? — Джеймс мнется с ноги на ногу и совсем спиной ко мне разворачивается.

— Думаю… — мистер Извращенец тоже меня не замечает, может, виной тому темнота? Камин я не разжигал.

— Ладно, я, пожалуй, побегу. Джеймс, — подхалим пожимает руку, — мистер Поттер…

Они тоже обмениваются рукопожатиями, но я-то вижу, как этот «недоаврор» подмигивает! Он ему подмигивает!

— … если послать один отряд к берегу, а второй пустить в ближайшие пролеты…

А я не слушаю, что-то это не интересно. Я имею ввиду все эти дела аврорские. А вот сравнить их можно.

Джеймс в черном плаще и мистер Поттер — тоже в дорожном плаще, но шире в плечах, выше ростом. У Джеймса живая мимика, он часто взмахивает руками, и речь у него более эмоциональная. Мистер Поттер спокойнее, руки держит в карманах плаща, а сам неотрывно смотрит на сына. Иногда он улыбается, но как-то не по-доброму. С иронией, а может, просто невинная насмешка, или все-таки ядовитая. Немного хищная, как и лицо в целом.

И в темноте я могу разглядеть, как Джеймс от сотрясаний воздуха иногда разворачивается ко мне боком, как маниакально горят его глаза.

Нет, они все-таки очень разные. Только миссис Уизли и Альбусу кажется, что один — отражение другого. Нет. Один из них лишь тень, даже подобие тени.

Они заканчивают разговор и уходят, и я следую их примеру — спать пора.

* * *
Джеймс и мистер Поттер. Меня тянет к последнему, просто невероятно, но в тоже время Джеймс более доступный. Тот, кто мне «по зубам», тот, кто любит меня, тот, кто не женат, тот, у кого нет детей. Тот, кто лжет мне намеренно, потому что «удобно и выгодно». Мистер Поттер — тот, кто пренебрегает мной, не любит меня, отталкивает меня, у кого есть семья, двое сыновей. Мистер Поттер — темная лошадка, сильная, манящая. И я тянусь к нему.

Невероятно, просто невероятно, что со мной происходит. Почему я?

Кажется, пора задуматься о моей ориентации. И серьезно так задуматься!

Забери меня, отец, пока я не влип окончательно… Или уже поздно?



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
АрманДата: Суббота, 19.10.2013, 23:04 | Сообщение # 18
Странник
Сообщений: 538
« 64 »
Глава 9.

Если так подумать, то мне не хватает опытности. Да, черт возьми, мне вообще ее очень и очень не достает! Я заблудился на дороге жизни.

За завтраком часть семьи, состоящая из Альбуса, миссис Уизли и меня, конечно же, обсуждает поездку. Ну, что я могу сказать… Серьезный настрой миссис Уизли угадывается сквозь добрую улыбку и сталью отливает в теплых глазах.

Италия. До поездки десять дней, считая это утро. Сам отпуск на восемь дней. О мистере Поттере: «Он занят, но постарается вырваться, чтобы провести время со своей семьей» (авторство, конечно же, его жены). Джеймс вообще-то тоже под вопросом, но, в отличие от отца, он уже изъявил бешеное желание поехать и меня прихватить с собой хоть в чемодане.

А я… Нет, отдохнуть — это, конечно, здорово, и наверняка забавно будет посмотреть, как Альбус обгорит, а Джеймс будет периодически скрываться с глаз (гу-ле-на!), но… Нет, не хочу это произносить.

Днем мы с Альбусом выходим в город — торчать в доме вдвоем откровенно скучно, а миссис Уизли вышла на работу.

Сначала мы просто шатаемся по улочкам и лавочкам, но потом все же уходим подальше от шумихи.

— Знаешь, тут недалеко живет Эмма… — мечтательно протягивает Альбус.

— Эмма? Кто такая эта Эмма?

— Она наша сокурсница, — мечтательность из голоса не уходит, — только с Хаффлпаффа.

— Я с ней не знаком.

И лица вспомнить не могу — вероятно, серая мышка.

— Это здорово.

— Почему?

— Потому что теперь я знаю, что она точно хорошая девчонка, если с таким, как ты, не водится, — смеется, а я в шоке… Невероятно! Он пошутил!

— Ты с ней, похоже, не особо общаешься, раз делаешь выводы из таких фактов… Но знаешь, где живет… Нравится тебе?

Кивает и отворачивается.

— Пора обратно, а то к ужину не вернемся.

— Ка-а-ак? Может, все-таки попробуем к ней завалиться? Вдруг на чай пригласит?

— Да иди ты… — Альбус явно не рад. — Домой пора.

Я все-таки следую за ним, но не спросить не могу.

— А почему ты с ней не познакомился?

— Ну, если честно… то спасибо Джеймсу, он столько раз меня перед ней дураком выставлял… Она на меня и не посмотрит.

— Мда, а я думал, он только меня дебилом в чужих глазах делать любит. — Ох уж этот Джеймс.

— Да он идиот.

Сближаюсь с Альбусом и закидываю свою руку ему на плечо.

— Давай так пойдем, товарищ мой по джеймсовым розыгрышам и приколам.

Он смеется и… у него классный смех!

* * *
— Ага, а у меня был перец во всех учебниках. Заколдованный, между прочим!

— Ну… Он как-то на меня заклинание чесотки метнул! Все так смеялись, бр-р! — меня аж передергивает от воспоминаний о чужих насмехающихся ртах.

— У меня тоже такое было! Я два часа не мог перестать чесаться, пока Помфри пыталась помочь…

— Два часа? Ого! А мне она сразу помогла… Видимо, на тебе он использовал усовершенствованное заклинание!

Вот в таком духе и проходит наша беседа, пока мы идем домой. В гостиной обнаруживается виновник наших бед.

— Ну и где вы были? — окидывает нас взглядом с головы до пят. — И чего ты вы такие веселые? На стриптиз ходили? Кто вас пропустил?

— Глупости не говори, Джеймс, — усмиряет брата Ал.

— Ой, ой, и правда, какой вам стриптиз, — хохочет, — наелись сладкого в кафе-мороженом, где вам подарили по шарику, вот вы и светитесь.

— А где шарики тогда? — настроение не то чтобы упало, но как-то перестало быть воодушевленным.

— Держась за руки, вы загадали желание и отпустили их вверх для исполнения мечты… — шутит-смеется. — Скорпиус, скажи-ка мне, что ты загадал?

— Отстань… — хочется уйти, Джеймс слишком злой.

— М-м, наверное, стать таким же большим, как я! А ты, Альбус… избавить мир от насилия и болезней!

Мы с Альбусом одновременно кривимся, но продолжаем стоять, как истуканы. Джеймс поднимается с дивана и быстро оказывается за нашими спинами.

— Ладно, голубки, я сегодня натрахался, спать хочу, — Альбус закатывает глаза на эту реплику, — так что пойду, пожалуй, а тебя, Ал, мать ждет в библиотеке, — видимо, атата хочет сделать.

И довольно быстро, прежде чем уйти, Джеймс отвешивает подзатыльник Альбусу, а я получаю поцелуй в затылок.

И с истеричным смехом он взбегает вверх по лестнице. И это до него я должен дорасти? Да никогда!

* * *
Друг общается с матерью, Джеймс, по всей видимости, спит, а я немного голоден. Логично, что я оказываюсь на кухне, сам не помня, как шел сюда.

Нет, по шкафчикам с едой я, пожалуй, лазить не буду, могу и ужина дождаться, но вот уже пять минут пялюсь на приоткрытую дверцу буфета под самым потолком. Вот кто не закрыл, а? Домовиков позвать или… Сам я не дотянусь, но вот если поставить стул и встать на него...

В общем, стоя на стуле на самых носочках, немного пыхтя, тянусь к верхнему незакрытому шкафчику. Потолки, как в мэноре, на них только любоваться!

И все равно не получается — чтобы дотянуться, мне нужно встать одной ногой на металлический прутик в спинке стула, а второй опереться на ручку одного из нижних шкафчиков. Так я оказываюсь в очень неустойчивом положении, зато дотягиваюсь!

Вдруг меня обхватывают за талию крепкие руки, я вздрагиваю от неожиданности.

Джеймс или мистер Извращенец?

— Я даже не хочу спрашивать, почему ты делаешь это сам, — голос глубокий, низкий… Мистер Поттер простудил горло?

— Просто потому, что я могу сделать это сам.

— Но ты ее так и не смог закрыть до конца, Скорпиус, — ехидно так.

— Мне почти удалось! Если бы вы не пришли и не…

— …и не предотвратил твое падение и встречу головы с полом, то у меня были бы крупные неприятности! — прерывает он.

— Почему это?

— Ты знаешь, сколько потребуется бумаг, чтобы доказать, что твои мозги на полу — следствие того, что у тебя было не все в порядке с головой?

Я вообще-то спрашивал, почему я обязательно должен был упасть и расквасить себя башку. И, черт, я не псих, у меня нет таких проблем!

— У меня все в порядке с головой. Отпустите меня, наконец! Что вы там держитесь?

Он еще сильнее сжимает меня, до выдоха со свистом.

— Отпустить, чтобы ты потерял равновесие и упал? Для чего я тебя спас тогда?

— О, так вы меня спасли? Как принцессу? — что я несу?

— Ты ассоциируешь себя с девушкой, Скорпиус? Это Джеймс тебя надоумил?

— Не нужно придавать такое значение шуткам, — я пробую хотя бы хихикнуть, но что-то даже простой вдох не выходит!

И неудобно разговаривать, когда он сзади и сжимает тебя похуже тисков. Ох уж этот мистер Поттер.

— Так тебя отпустить, Скорпиус?

— Ну конечно же! Мне не нравится торчать в таком положении.

Секунд десять ничего не происходит, а потом я чувствую, что мистер Поттер лишь приблизился еще больше. И где там его голова? На уровне моей попы? Замечательно! Я начинаю заливаться краской.

— Попроси.

— Что? — я, кажется, ослышался?

— Попроси меня опустить тебя на пол.

— А еще что? Я вообще-то не просил вас меня хватать, так что, будьте добры, выпустите ребенка из объятий.

И это срабатывает сразу же. Тело расслабляется, когда под ногами оказывается твердая земля, а с боков почти исчезает ощущение чужих рук — необычно это, держало в напряжении не хуже высоты.

— Спасибо, мистер Поттер.

— А вот попросить отпустить язык не повернулся? — он обхватывает себя за предплечья, и тихо добавляет: — И про возраст напомнить всегда рад.

— Что вы там бубните? — Ну вот что? Что я могу сказать на замечание о возрасте? Подождите, пока я дорасту до ваших лет? — Я уже ответил, что спасать себя я не просил, так что вы просто лапали меня.

Он с минуту смотрит на меня, не мигая, а потом на всю кухню раздается красивейший, искренний смех.

— Только не говори, что ты не шутишь… А-ха-ха… Скорпиус!

— Только не говорите, что я не прав. И просто прошу вас, не трогайте меня больше.

У него вторая волна смеха, а у меня… отличное настроение! Конечно же, я подыгрываю ему, но выгляжу при этом предельно серьезно.

— Я никогда тебя не трогал! — продолжает улыбаться.

Вот! Вот как к нему можно подобраться! Через наивность, детскость… Через мой главный недостаток.

— Врете. Вы меня сейчас трогали.

— Папа? Папа тебя трогал?

Мы оборачиваемся — с сонным измученным лицом в дверях стоит Джеймс.

— Тебе послышалось, — мистер Извращенец выходит с кухни, а сын преданно семенит за ним.

И все же я слышу негромкое «Ты его трогал?»

Нет, нет, меня это не касается.

* * *
Больше ничего запоминающегося не происходит. Разве что мистер Поттер показушно динамит меня, как в первые дни. Отврат.

Я засыпаю в кровати Альбуса, пока он пересказывает недавно прочтенную книгу.

Ах да! До поездки девять дней.

* * *
Самое ужасное, бабское, удивительно приторное имя на земле — Мишель. Если бы меня таким именем назвали родители, я бы удавился, когда еще и на ногах стоять бы не умел. М-и-ш-е-л-ь. Безвкусное, непоэтичное, простецкое имя. Дурной тон представляться именем Ми-шель. Короче, убейся, Мишель! Фу! И это я к тому, что одного вечно улыбающегося недоаврора зовут именно так.

Утром завожу о нем разговор с Альбусом.

— Авроры иногда приходят сюда, я видел, — я как раз возвращаюсь с зубной щеткой в комнату Ала.

— Что? Обычно отец не разрешает… А, наверное, Мишель.

— Мишель? — переспросил я, хотя расслышал. — Гм, а почему ему можно?

— Он стал помощником отца недавно. Прикольный парень.

Мишель, оказывается, нередкий гость в этом доме. Печально.

А еще Джеймс сегодня дома, о чем он кричит до самого обеда, а мистер Поттер… выстраивает по новой между нами одну из разрушенных до этого стен. Он со мной не разговаривает, взгляд снова либо отвлеченный, либо поверх моей головы. Он много общается с женой и уделяет Алу больше времени, чем обычно. А вот с Джеймсом они так не подначивают друг друга. Бывает, пересекутся взглядами, но промолчат. Поссорились?

Прежде чем мистер Извращенец уходит на работу (к Мишелю!), миссис Уизли целует его в губы (довольно показушно, кстати, и без страсти) и говорит: «Едешь или нет, а бумаги на Скорпиуса сегодня сделай».

* * *
— Ну, Скорпиус, что случилось? — Джеймс не отлипает от меня битый час! Даже в комнату мою без стеснения заперся.

— Ничего, отстань уже, — отодвигаюсь от него, а он все равно придвигается и обхватывает мою руку.

— В чем дело, сладкий? Скажи, и, если что, я перестану надоедать… — напевает елейным голоском.

— Врать меньше надо было.

— Врать? — о, нормальный голос вернулся. — Скорпиус, посмотри на меня.

Джеймс садится впереди меня, и заглядывает мне в глаза. Серьезный.

— А что, нет, что ли? Ты наврал про отца, про семью, про уход из этой семьи. Я одного не могу понять — зачем?

Жует губы и отпускает меня.

— А, так вот в чем дело. Но я не врал, Скорпиус.

— Ага, ага, ты пошутил, очень смешно!

— Мерлин, не кипятись, а? Ты усвой, что в этом доме никто тебе правду не расскажет, кроме меня, — ложится на спину. — Матери с какой стати тебе говорить? Альбусу… Альбус — это отдельная личность, он мало что знает, он еще маленький.

— Хочешь сказать, что ты один говоришь верно?

— Да, я не считаю, что мне нужно что-то скрывать, и я умею принимать мир таким, какой он есть. Не окружая себя иллюзиями, — в словах плещется праведный гнев.

— Но…

— Никаких «но», я, может, и злобненький немного, и приставучий, но я хорошо к тебе отношусь. Если бы я шутил или врал, я бы тебе рассказал через пять минут.

Слова настолько искренние, громкие, их нельзя не услышать, им нельзя не внять.

— Все равно настроение испорчено.

— Ну, я знаю, как тебе его поднять, — Джеймс поднимается и обхватывает меня руками так, чтобы шепнуть в самое ухо: — Сходим в Министерство? Увидишь, где ошиваются Авроры и мой отец.

Как тут устоять? И Джеймс снова хороший.

* * *
Мы добираемся быстро, спасибо Джеймсу, и впускают нас безо всяких заминок (и тут спасибо Джеймсу).

— Кто-то на заданиях, многие сидят по кабинетам. О! — показывает рукой на компанию из трех авроров. — Эти только что вернулись, бытовое дело.

Он здоровается с этими ребятами, у одного из которых обгорелая дыра в плаще, а другой, кажется, и вовсе ранен.

— Как видишь, женщин здесь не очень много, опасно все-таки.

— А твой отец где? — интересно же.

— Дальше по коридору. Давай мы зайдем к нему, а потом я тебя свожу на учебный полигон.

Я киваю, он берет меня за руку — сразу к отцу… которого не оказалась на месте.

— Мишель? — да, тот самый паренек просматривает какие-то папки, стоя у стола. — А где отец?

— Он на проверке… А что такое? — и, заметив меня, он расплывается в улыбке. — Привет, Скорпиус, я Мишель, приятно познакомится.

Ох, не нравится мне он!

— А откуда ты, Мишель, знаешь мое имя?

Помощник мистера Извращенца смущается, но заглянувший и позвавший аврор его спас.

— Упс, мне пора! Пока, Скорпиус, до встречи, Джеймс… — приглаживая на ходу волосы, он отправляется за дверь.

— Слащавый парень, — озвучиваю свои мысли.

— Кто бы говорил! — Джеймс хохочет и сам подходит к столу.

Нет, все-таки не похоже, чтобы здесь сидел мистер Извращенец, как-то слишком бездушно тут, нет почерка. И я замечаю дубовую дверь, видимо, за ней и…

— Я не смогу вывести тебя на учебную без разрешения отца.

— Жалко…

— Не парься, устрою завтра показное шоу, — улыбается.

* * *
Мы решаем немного прогуляться, Джеймс угощает меня мороженным и ужасно смеется, когда мне подают розовый шарик. Домой приходим, опоздав на ужин. От ходьбы у меня чуток «тянет» ноги.

Хороший день, добрый, да и Джеймс был ласковым и теплым, в отличие от хмурого-ночью-вернувшегося Извращенца.

До поездки восемь дней.



Моя выкладка еще не означает моего одобрения фанфику.
Мой дневник на лиру - старый
Мой нынешний дневник на лиру - Gardien ~~~~~ Сейчас в работе: Голос... (оридж)
 
ОлюсяДата: Среда, 04.02.2015, 22:00 | Сообщение # 19
Черный дракон

Сообщений: 2894
« 180 »
Тема закрыта и перенесена в архив до появления проды и/или автора


«Человек — звучит гордо!» М. Горький

Я на Ли.Ру Я на Дайри
 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » "Через пять рук, шестому на поруки" (~ГП/СкМ; ДП-м/СкМ~миди~NC-17~замёрз)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: