Армия Запретного леса

Понедельник, 24.02.2020, 14:20
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Олюся, Rubliowskii  
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » Безмолвие (ГП/ТР NC-17 роман, закончен)
Безмолвие
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:11 | Сообщение # 1
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Название: Безмолвие
Автор: Squirrel1289
Жанр: АU, Роман/Ангст
Пейринг: ГП/ТР (Волдеморт).
Рейтинг: NC-17
Размер: Макси ( все три части – это макси, а каждая по отдельности миди)
Саммари: Что делать, если ты больше никому не веришь, если хочешь жить, но не знаешь как… Если тебя предали твои друзья, но не забыли про тебя твои враги. Если ты стал трофеем в жестокой войне тьмы и света… А так ли темна тьма и настолько ли хорош свет, как ты привык думать долгие годы? Что если долгие годы из тебя делали всего лишь игрушку… А может у них получилось?
Примечание: Захотелось мне как-то написать что-нибудь жестокое, но видно писать Ангстовые фики мне не дано. Нет все они конечно начинаются очень даже кроваво, по большей части, но вот где-то уже на пятой главе все переходит во флафно-розовые пузыри… И в конечном итоге все мои письменные наработки, на которые я потратила уйму времени отправляются, так сказать в стол, чтобы не отправить и этот фик в стол, я пожалуй начну его выкладывать, может кому понравится. Для осуществления своей мечты выбрала самый жуткий пейринг.



Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

Сообщение отредактировал Squirrel - Пятница, 10.07.2009, 09:32
 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:12 | Сообщение # 2
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Часть I Участь пленника Волдеморта.

Одинокая мальчишеская фигура неровным шагом шла вдоль красивого озера. Мальчик был одет в потертые грязно-голубые джинсы и белую футболку, которая была велика ему на несколько размеров.. Ноги мальчика заплетались, руки были засунуты в карманы, а голова низко склонена. Черные, как смоль волосы были взлохмачены так, как будто их ни разу в жизни не причесывали. Мальчик не дошел нескольких шагов до кромки воды и уселся на землю, притянув к себе колени и кладя на них голову. Его изумрудные глаза блеснули в свете заката, а на лице парня отразилось вселенское горе.
Гарри Поттер, а это был именно он: герой магического мира, Мальчик-который-выжил зажмурился на секунду и потер руками лицо, как будто стирая слезы, но слез у него не было, лишь отчаяние, боль в сердце и бесконечная ненависть ко всем, кого он раньше считал друзьями, кому доверял, ради кого был готов на все.
Еще вчера с утра Гарри не мог даже предположить, что уже сегодня вся его обычная жизнь, ну может быть не совсем обычная, но это не важно… рухнет, не оставив после себя ничего кроме желания умереть. Еще сегодня с утра, Гарри думал, что хуже смерти Сириуса и глупого пророчества, произнесенного старухой Трелони быть не может… Надо же было так ошибиться? Всего час назад смерть Сириуса и пророчество отошли на задний план, уступив место предательству… Предательству со стороны тех, кому верил как себе.
Гарри совершенно не помни как забрел в этот коридор, что на третьем этаже. Он только знал, что после первого курса его все обходили стороной, хотя Пушка там уже и не было, но люди по-прежнему предпочитали ходить другими путями.
Гарри не снимая мантии невидимки забился в одну из ниш за доспехами, надеясь, что никому не придет в голову поискать его здесь. Сначала Гарри сидел и вспоминал: Сириуса, свою жизнь, такую далекую от идеала, пророчество, практически подписавшее ему смертный приговор. Гарри не заметил как задремал, ибо бессонная ночь давала о себе знать.
Разбудили мальчика приглушенные, но отчетливые голоса, в которых Гарри и узнал голоса профессора Дамблдора и Гермионы.
- Гермиона, зачем ты захотела встретиться? – тихо спросил Дамблдор.
- Профессор, я просто решила узнать как у вас прошел разговор с Поттером, - тяжело вздохнув ответила Гермиона Грейнджер. От звука своего имени Гарри окончательно проснулся: «С каких это пор Гермиона называет меня по фамилии?» - подумал мальчик и уже хотел было вылезти из-за своего убежища и спросить об этом на прямую, но следующая фраза повергла его в такой шок, что конечности отказались двигаться напрочь, а легкие как будто сжала невидимая рука, перекрывая тем самым весь кислород:
- О, моя девочка, это было что-то… Я конечно всегда знал, что все Поттеры неуравновешенные, но этот переплюнул всех! Даже своего папашу и блохастого крестного-уголовника вместе взятых! – сообщил Гермионе Дамблдор. Глаза Гарри с каждой фразой все больше и больше лезли на лоб, - От моего кабинета практически ничего не осталось! – и более тихо, но Гарри все равно расслышал, - Не могу дождаться, когда он наконец отправится на тот свет, вместе со своим постоянным нытьем и сумасшедшими выходками.
- Как я вас понимаю, профессор Дамблдор, Рон так вообще жалуется мне каждый день и говорит, что еще немного и он не выдержит и столкнет Поттера с лестницы, - как-то заискивающе, сказала Гермиона. – Я тоже уже устала… Вот в данный момент он куда-то пропал, а Рон, Невилл и Джинни его ищут. Я уже приблизительно представляя, что будет сегодня вечером…
- Они могут погубить наше дело, Гермиона, - задумчиво обронил директор. Гарри, все еще не веря в то, что происходит, аккуратно выглянул из-за доспехов. В тайне надеясь, что это лишь глупая шутка, но нет… И Альбус Дамблдор, и Гермиона Грейнджер были вполне реальными. Они оба стояли в пол оборота в тени стены. Гарри прикрыл глаза на секунду, но ничего не исчезло, все было правдой. А Дамблдор тем временем продолжил, - Присмотри за ними, чтобы они в своей ненависти не наделали глупостей. Не хотелось бы терять все, когда до финишной прямой осталось всего ничего.
- Конечно, профессор. Я слишком много потратила сил, чтобы потерять все… Но Поттер такой тугодум… А что с нашим планом, сэр?
- Все как и договаривались. Поттер отправляется к маглам… Петуния уже получила указания, как она, ее муж и сын должны вести себя с мальчишкой, - Дамблдор замолчал, а потом продолжил, - Письма ему не пишите…
- И не собирались, - фыркнула Гермиона, директор покивал.
- Ему я тоже запрещу вам писать. Полная изоляция и ненависть родственников…
- А Ремус Люпин? Он же ясно дал понять, что не бросит Гарри…
- Ремус Люпин вряд ли вернется с задания, на которое он отправился по моей просьбе, а если даже и вернется, в чем я конечно сомневаюсь, то будет уже слишком поздно. – Гарри вздрогнул и чуть не раскрыл себя. Но ни Дамблдор, ни Грейнджер, к его счастью ничего не заметили.
- Хорошо, что Блэк так удачно свалился в арку, - мило улыбаясь, сказала Гермиона.
- Да и так удачно разбилось пророчество, что его никто не услышал.
- А про что оно на самом деле, профессор?
- Начинается оно также как я и рассказывал, но заканчивается оно совсем по-другому: Ни один не сможет жить если умрет другой. Никто из них не сможет убить другого, - Дамблдор погладил свою бороду, - Поэтому Нэвилл, а не Поттер должен его убить
- Я тоже так считаю директор, - кивнула Гермиона, - Невилл настоящий герой, а Поттер лишь глупая подделка… Кстати Джинни просила узнать: успеет ли она выйти замуж за Поттера, чтобы потом получить все его наследство и титул?
Дамблдор звонко рассмеялся:
- Специально для Джиневры, я что-нибудь придумаю! – Дамблдор достал из кармана свои часы и открыл крышечку на них, - Что ж, Гермиона, мне пора, через двадцать минут у меня встреча с министром. Будут еще какие-то вопросы, придете с Роном в мой кабинет. Вы же с ним старосты, поэтому, если кого встретите, вопросов возникнуть не должно
- Да-да, конечно, профессор, - Грэйнджер встряхнула своей шевелюрой, - Я тоже пойду… Нужно найти Поттера и успокоить Рона.
- Передавай Рону и остальным мой привет… И терпение, дети мои, терпение. Терпение – это самое главное! – Дамблдор блеснул своими очками половинками в свете факелов и растворился в темноте. Гарри же откинулся спиной на стену, крепко закусив свою губу, поэтому мальчик и не заметил, как Гермиона аккуратно развернула карту мародеров, нашла на ней нужную точку и грустно улыбнулась, двинулась вперед, прошептав одними губами:
- Прости, я сделала все, что смогла, надеюсь ты слышал все, Гарри… Прости, - Гермиона Грейнджер смахнула рукой набежавшие слезы. Играя практически все время, что она находилась в Хогвартсе, последняя игра оказалась для нее самой тяжелой и далась ей с огромным трудом. Несмотря ни на что, она до конца осталась верна только Гарри, своему лучшему, да и пожалуй единственному другу, если конечно не считать тех лицемеров, которые спокойно предают и жаждут лишь денег( Уизли) и власти(Лонгдотом).
Ничто не было способно заставить Гермиону предать, изменить человеку, который был ей дороже жизни, который не раз спасал эту самую ее жизнь. Но Гарри об этом так никогда и не узнает, не получит он и предсмертной записки Гермионы… Только через некоторое время ему расскажут, что труп вечной всезнайки Хогвартса будет найден на полу дома ее родителей, в ванной. У девушки будут в нескольких местах перерезаны вены на руках, а на белом кафельном полу кровью будет недописанное слово «Прости»
Не узнает Гарри, что Сириус выживет, пока они не окажутся по разные стороны баррикад, лицом к лицу…
Не увидит Гарри, как семья Уизли распадется на лагеря и будет погибать практически по одиночке.
Не увидит, как из Невилла Лонгботома будут готовить миссию света и как многие будут с отчаянием за этим наблюдать.
Не знал Гарри и того, что все, что произошло сегодня, через несколько недель уже не будет иметь никакого значения. Но это все будет позже, не сейчас… А сейчас Гарри с большим трудом выбрался из ниши и поплелся не разбирая дороги все дальше и дальше.
Ни вечером, ни ночью Гарри так и не вернулся в гостиную Гриффиндора, предпочитая переночевать подальше от своих бывших друзей. Устроился он в Выручай-комнате и до рассвета так и не сомкнул глаз, пытаясь осмыслить все произошедшее.
На следующий день был назначен отъезд из Хогвартса. На завтрак Гарри заставил себя идти с огромным трудом. Очередная прощальная речь лицимера-директора, которую Гарри прослушал в пол-уха. Грейнджер к парню не лезла, впрочем директора она тоже не слушала, она лишь сидела низко опустив голову и думала о чем-то своем. Уизли пытался шутить, но все его попытки зачахли в зародыше. Только сейчас, узнав всю правду, Гарри стал замечать в глазах Рона презрительные огоньки, которые появлялись всякий раз, когда Рон думал, что Поттер на него не смотрит. Гарри с раздражением гонял еду по тарелке, пытаясь не замечать этого презрения, а также старался не замечать милую улыбку младшей Уизли, ее пылкие, но какие-то неправдоподобные взгляды. Сидя в компании бывших друзей, Гарри усиленно пытался подавить тошноту и не показать свою ненависть.
В поезде продолжилось все тоже самое, за исключением того, что там не было Дамблдора и Драко Малфоя некому было сдерживать. Слизеринский принц и его верные телохранители поставили перед собой цель достать слишком тихих сегодня гриффиндорцев, а именно золотую троицу. Какого же было их удивление, когда лежащий в купе на сидении Поттер открыл свои глаза, посмотрел на них совершенно пустым ничего не выражающим взглядом, скривил губы в издевательской улыбке и отвернулся к стенке, спокойно подставив свою спину врагу, предоставив всем остальным грифам без него упражняться в остроумии. Грейнджер также не прореагировала на слизеринцев, лишь еще больше уткнулась в книгу, Рон и Джинни попытались что-то ответить, но их потуги были смешны. Слизеринцы немного помялись на пороге и плюнув ушли.
Гарри же притворился, что спит, хотя сам усиленно слушал тихие разговоры, которыми обменивались Рон и Джинни, а иногда и Гермиона. Ничего важного из этих разговоров он не вынес.
На платформе Гарри сквозь зубы попрощался со всеми своими одноклассниками, и с отстраненным видом стал понаблюдал за потугами Грюма и мистера Уизли приструнить Дурслей. В глазах Гарри это по крайней мере выглядело смешно, учитывая, что Дамблдор уже дал все указания, но все же это было грустно.. Все это лицемерие было в сто раз хуже дяди Вернона и неизвестности судьбы. Уже идя за Дурслями, Гарри не выдержал и посмотрел назад, кидая на всех презрительный взгляд. Многих он тогда видел в последний раз…
Этот прощальный взгляд не укрылся от Гермионы, но он ее не расстроил, а наоборот даже обрадовал, не укрылся он и от Вернона Дурсля, но мужчина не придал ему значения.

Тисовая улица за этот год ни капельки не изменилась, но вот жизнь на ней для Гарри превратилась в абсолютный кромешный ад. Если и раньше в доме у родственников Поттеру жилось плохо, то сейчас стало практически не выносимо. Работать этим летом Гарри заставили еще больше, а вот кормить отказывались, впрочем мальчик и не особо хотел. Единственное, что останавливало Дурслей от рукоприкладства – это слишком хилый и болезненный вид Поттера. Гарри долго истерически смеялся в подушку, когда подслушал вечерний разговор тети Петунии и дяди Вернона.
- Дорогой, ты больше его не бей, - взволнованно попросила женщина своего мужа.
- Но, Пети, эти сумасшедшие раз…
- Вернон, на то они и сумасшедшие! – оборвала Петуния, - Ты можешь случайно убить Поттера… А по мимо этих уродов, есть еще и наша полиция! Ты так орал на мальчишку сегодня утром, что, наверное, уже все соседи в курсе наших проблем!
- Но…
- Вернон!
- Хорошо, Пети, - согласился Дурсль, - Я больше не буду бить мальчишку, но от всего другого он не освобождается!

По мимо Дурслей, спокойно Гарри не давали жить еще и постоянные кошмары. Причем сейчас мальчик бы многое отдал, чтобы увидеть кошмары про кладбище, но они как назло не снились. Зато снился Сириус, падающий в арку, умирающий Ремус, темный коридор третьего этажа и тихий разговор Грейнджер с Дамблдором. Почти каждую ночь Гарри снова и снова слышал пророчество. Это было все ночью, а днем… Днем было еще страшнее, так как понимание произошедшего не отпускало парня… Ежедневный пророк, который Гарри в отличие от писем бывших друзей получал регулярно и без задержек, продолжал поливать его тоннами грязи. Гарри казалось, что его голова разрывается на части, голод, сковавший желудок мальчика железной хваткой, стал постоянным спутником. Гарри медленно, но верно сходил с ума. По началу он вынашивал планы мести и придумывал всевозможные попытки побега, но постепенно Гарри стал понимать, что он один, ему никто не поможет и бежать ему не куда. Через неделю Поттер перестал спать, через еще несколько дней он перестал говорить, а через еще одну, отказался даже от той еды, которую ему иногда выделяли Дурсли. От того Гарри Поттера осталась лишь тень, которая пугала и его родственников, и всех обитателей Тисовой улицы.

По вечерам, когда огромный список дел подходил к концу, а силы практически были на исходе, Гарри заплетающимися ногами бродил по темным улицам. Об осторожности он даже не задумывался, палочку Гарри засовывал за пояс и не всегда даже мог достать ее с первого раза, болевшими от постоянного труда руками. Каким-то седьмым чувством, Поттер понимал, что хорошо это все не закончится, но менять ничего не собирался.
«Будь, что будет, - отстраненно подумал Гарри и сел прямо на землю, привалившись к дереву, - Хуже уже все равно быть не может…». Поттер усмехнулся и прикрыл глаза, его мысли как всегда потекли в одном направлении: Гарри по двадцать раз на дню, осмысливал подслушанный разговор и, уже наверно по инерции, он внутренне метался как раненый зверь в клетке. Теперь уже не только во сне, но и на яву, его постоянно преследовали картины жуткой смерти Ремуса, которые благодаря воображению мальчика с каждым разом становились все страшнее и страшнее, заставляя кулаки нервно сжиматься, а тело сотрясаться мелкой дрожью. Но Гарри не гнал эти видения, не боролся с ними, он впитывал их как губка, виня себя и в смерти Сириуса, и Ремуса, и даже в том, что был так слеп, что не видел предательства у себя под носом, что слишком беспечно всем доверял.
Гарри настолько погрузился в размышления, что даже не обратил внимания на хлопки аппарации, которые раздались со всех сторон и только через несколько секунд, Поттер понял, что это пришли по его душу. Он медленно открыл глаза и увидел множество людей в черных мантиях и масках, которые окружили его плотным кругом. Множество палочек было направлено на него, Гарри тяжело вздохнул и тратя последние силы попытался подняться, опираясь рукой о землю. Бесполезно… Рука не выдержала веса мальчика и Гарри свалился окончательно.
«Замечательно… здесь куча упивающихся, а я валяюсь на земле и даже не могу подняться… Господи, за что?» - пронеслась в голове парня мысль.
- Поттер, ты на столько обленился, что даже не способен встать перед противником и хотя бы для очистки совести поднять палочку? – раздался язвительный голос, который Гарри узнает из тысячи. Снейп… Гарри с тоской посмотрел в темно-синее небо, на котором уже загорались звезды.
- Северус, он кажется и говорить разучился! – Люциус Малфой… А почему про его освобождение из Азкабана не писали в газетах? – Поттер, может ты все-таки встанешь?
«Встать? Знал бы как, давно бы встал!» - зло подумал Гарри, но в слух ничего не сказал, лишь еще раз осмотрел присутствующих. По нестройным рядам упивающихся смертью прошел взволнованный шепот. К Гарри кто-то подошел… Снейп… Еще один предатель… Поразвилось как змей в болоте. Интересно, а я успею достать палочку и шибануть его Авадой?
В этот момент профессор зельеварения, а также двойной агент по совместительству, резко наклонился и схватил Поттера за плечо, насильно ставя того на ноги, и одновременно Снейп вытащил у него из-за пояса волшебную палочку. Гарри с тоской в глазах проследил за тем как она исчезла в кармане профессора.
- Лорд будет доволен, - захохотал Малфой и тоже подошел к Гарри, - Уходи! – приказ для всех, снова послышались хлопки и все, кроме Снейпа, Гарри и Малфоя исчезли, оставляя после себя гробовую тишину. – Снейп, доставишь нашего героя в замок? Или мне самому? – Гарри с интересом посмотрел на мужчин, которые стянули маски и теперь пытались убить друг друга взглядом.
- Я сам, Малфой, - наконец скривился Снейп и тут же в районе пупка Гарри почувствовал рывок.
Приземление было не из мягких, Гарри мешком свалился на холодный мраморный пол, больно приложившись об него затылком и спиной. Отовсюду слышался смех, Гарри крепко закусил губу и сел. Все те же люди в масках, а на троне, стоящем на помосте сидит он: Лорд Волдеморт. Сейчас великий темный маг не был похож на зеленую рептилию, скорее наоборот он был очень симпатичным, если не сказать, что красивым. На вид ему было лет двадцать пять – тридцать, волосы темно-каштановые, почти черные, слегка вьющиеся на концах, прямой нос, правильный овал лица, единственное, что портило весь вид – это красные огоньки в темных глазах. В руках Волдеморт небрежно крутил свою палочку. Но вот он вскидывает руку и в Гарри летит заклинание:
- Круцио! – Боль, бесконечная, адская, разрывающая изнутри… Затылок опять встречается с полом, сотни звездочек появляются перед глазами парня. Из закушенной губы течет кровь… Гарри не кричит, не стонет, он молча терпит. Но вот все прекращается. Том Реддл встает из кресла и медленно подходит к мальчику. – Строишь из себя героя? Похвально, Поттер, похвально. Или просто такие гриффиндорцы как ты никогда не кричат? – издевательски спрашивает Лорд. Отовсюду слышится гогот. – Молчать! Ну так что Поттер, тебя старикашка не научил отвечать на поставленные вопросы? – Гарри смотрел на нависшего над ним Темного Лорда и молчал.
- Мой Лорд, мальчишка еще ни слова не сказал, - доложил Малфой, - Он только смотрит и молчит, как будто даже не понимает, где он находится и что происходит…
- Интересно, - протянул Волдеморт и провел кончиком палочки по лицу Гарри, - А может он считает, что общаться с нами ниже его достоинства? Раз уж так считает, то покажем ему как он не прав, - какой-то звериный оскал появился на красивом лице, - Каждый может применить к Поттеру любое заклинание, но только одно… И не калечьте его особо… Вдруг пригодится, - громко объявил маг и плавной походкой двинулся к своему трону, уже предвкушая зрелище. Гарри покрутил головой, в его зеленых глазах мелькнул страх, когда упивающиеся обступили его полукругом, - Макнейр, ты что ли начни, - приказал Реддл.
- Благодарю, мой Лорд, - кивнул первый слева и уже через секунду в Гарри полетело заклинание, - Секо!
Боль затопила сознание Гарри из раны на груди хлынула кровь, но не дав опомниться его настигло следующее заклинание очень похожее на Круцио… Гарри терпел, молча плача… Пять… Шесть заклинаний боли, выворачивающих и дробящих кости, но седьмое, горячей волной обжигающее внутренности изнутри, мальчик выдержать не смог, и он закричал, срывая голос и теряя сознание. Но видно развлекаться с полутрупом упивающимся не нравилось, поэтому Гарри привели в чувства и немного подлечили раны из которых особенно сильно текла кровь. А потом, потом все началось с начала.
- Ладно, все, хватит, - остановил пытку Волдеморт, - На твое счастье Поттер, что сегодня здесь собрался только ближний круг. Все могут быть свободны, кроме Северуса, Люциуса и Рудольфуса.
Гарри вздохнул от облегчения, когда упивающиеся, целую на прощание край мантии своего господина стали медленно покидать зал, слишком многие из ближнего круга были изобретательны на заклятия.
Лорд спустился с помоста и нагнулся над мальчиком. Глаза Гарри испуганно расширились, вдруг Волдеморт хочет еще что-нибудь испробовать на нем. Том ухмыльнулся мальчику и погладил его по голове, незаметно срезая прядь волос.
- Тебе страшно, Поттер… Правильно, бойся. Твоя жизнь очень быстро превратится в Ад, - шепнул маг, Гарри очень захотелось сказать Реддлу, что он уже родился в Аду, но промолчал, - Скоро ты будешь молить о смерти, но ты ее не дождешься… Никто, слышишь, никто тебе не поможет, - еще тише прошептал Лорд, так что его расслышал только Гарри. - Люциус, Рудольфус, отнесите нашего пленника на нижний ярус камер и заприте его там получше. – Распорядился Лорд. Мужчины синхронно поклонились и подхватили Гарри под руки, таща из зала словно мешок. – Северус, а к тебе у меня дело.
- Я к вашим услугам, - поклонился Снейп.
- Мой скользкий друг, как ты только что видел: единственная надежда магического мира отправилась в наш подвал…
- Да, мой Лорд, - Северус опять поклонился.
- Я давно сомневаюсь в тебе, Северус…
- Мой Л… - слизеринец не договорил, так как был остановлен повелительным жестом.
- Не стоит, Северус… Я дам тебе последний шанс, шанс, который окончательно покажет на чьей ты стороне… Докажешь, что ты по-прежнему достоин быть моей правой рукой… Что достоин жизни.
- Да, мой Лорд. Я хочу доказать, что я верен только вам и никому больше.
- Ну и отлично, мой скользкий друг… Твое задание будет заключаться вот в этом, - и Лорд протянул зельевару срезанные волосы.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:13 | Сообщение # 3
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Гарри долго волокли по лестницам и бесконечным переходам, пока наконец не уперлись в железную дверь.
- Тебе повезло, Поттер, на этом этаже у нас содержатся особые гости, - хмыкнул Малфой, открывая дверь и заталкивая обессиленного мальчика в камеру, освещенную только одним факелом. Окон в этом помещении не было, поэтому жутко пахло сыростью. В самом дальнем углу лежал грязный матрас, в другом стояло ведро, - Твои апартаменты, золотой мальчик.
Два злобных смешка и Гарри летит на середину комнаты, больно ударившись о какую-то железную цепь. Рудольфус Лестранг широким шагом подошел к Гарри и, схватив конец цепи, застегнул его вокруг ноги мальчика, подергав ее для надежности.
- А это тебе украшение, - оба мужчины опять захохотали, - Не скучай, - сказал они на прощание и вышли за дверь, оставив парня одного, почти в кромешной темноте.
Как только оба мага вышли, Гарри почти по-пластунски пополз к двери, каждое движение сопровождалось жуткой болью в животе, голове и почему-то в глазах. Но до двери мальчик так и не дополз, цепь была очень коротка. Гарри готов был завыть, когда ему не хватило около пятнадцати сантиметров, чтобы хотя бы дотронуться до железного монстра, именуемого дверью. Назад сил ползти уже не было, Гарри свернулся клубочком прямо на холодном полу, тихо оплакивая свою дурацкую, похожую на самый плохой фильм ужасов, жизнь. Сейчас парню казалось, что он снова ребенок, что его опять заперли в чулане и сейчас придет злой как черт дядя Вернон, чтобы отчитать его или даже побить. Лучше бы Гарри не вспоминал как его били в детстве, ибо боль от заклинаний была в сто раз хуже и на мальчика тяжелой лавиной нахлынуло понимание всего происходящего, необратимость и неизвестность полностью затопили его сознание. Только сейчас Гарри стал осознавать, что ему больше не выбраться на белый свет, никогда больше не увидеть солнца и звезд, неба и облаков, а в конце его ждет смерть, скорее всего мучительная и жестокая.

И понеслись однообразные серые дни: каждое утро у Гарри начиналось с ведра ледяной воды, которое на него обязательно кто-то выливал, при этом будили Гарри просто так и в разное время, иногда его, мокрого и трясущегося от холода тащили в зал собраний, приковывая там на цепь, и заставляли слушать бесконечные отчеты о чьих-то смертях, о каких-то нападениях, а после этого Гарри награждали очередной порцией пыток и насмешек. Это привело лишь к двум вещам: Гарри больше не плакал и не кричал, голос был окончательно сорван, а слезы просто закончились. Единственный раз, когда Гарри сорвался, когда Волдеморт громко зачитал ему статью под названием: «Мальчик-который-выжил окончательно сошел с ума». Единственное, что Гарри понял из этой статьи, так это то, что кто-то с его внешностью и его палочкой применил убийственное проклятие к двум старшим Дурслям на глазах у Дадли… И обвиняют в этом его. Осознав, что его теперь все считают жестоким убийцей, который не остановится ни перед чем, Гарри заплакал как дитя прямо на глазах у Волдеморта и упивающихся. Добился Гарри этим только трех вещей: в этот день его больше не пытали, не зачитывали статьи из Ежедневного пророка и еще Гарри очень часто стал ловить на себе странный взгляд Реддла, в котором была заинтересованность и еще что-то, от чего у мальчика по всему телу бегали мурашки.
Где-то через две недели плена, Гарри все чаще стал ловить себя на мысли, что жить то ему в общем и не зачем, а выносить бесконечные пытки уже просто невозможно. Гарри все чаще стал задумываться, что даже если ему когда-нибудь повезет и он выберется отсюда, то там, на свободе, в лучшем случае он умрет, а в худшем его запрут в Азкабане. Доведя этими мыслями себя до отчаяния, Гарри с разбегу попытался разбить себе голову об стену, но все оказалось безуспешным, шишку он конечно себе набил, но толку от этого было ноль. Поттер снова, как у Дурслей попытался довести себя до истощения и тихо скончаться от голода, но на третий день такой своеобразной диеты один из Лестрангов забил тревогу и донес Лорду, тот в свою очередь приказал напоить Гарри питательным зельем для поддержания жизни. И как Поттер ни дрался, ни кусался, ни изворачивался, его все же напоили этим зельем, а после еще и силой накормили. Но Гарри сдаваться не собирался и попытался разозлить Волдеморта и упивающихся, в расчете на то, что они его за пытают до смерти. Поэтому, когда его в очередной раз притащили на собрание, и Малфой, застегивая цепь, на секунду потерял бдительность, Гарри со всей силы вцепился в горло блондина и попытался того задушить. Люциуса конечно же спасли, а Гарри подвергли всевозможным пыткам, но вот долгожданная смерть приходить не собиралась. Результат всего этого был один: на собрания Гарри больше не водили, предпочитая мучить прямо в камере. Чаще всего его стали подвешивать за руки к потолку и избивать до потери сознания, пытаясь выбить из Гарри крики, но тот лишь тихо завывал, когда его стегали кнутом по голой спине, тихо скулил, когда кто-то из Упсов выкручивал ему руки и бил по ребрам. Гарри лишь хрипел, когда разошедшийся Макнейр стаскивал с него одежду. Кусался и выкручивался, когда руки министерского палача стали нагло и грубо ощупывать его тело. Гарри впервые был благодарен Снейпу, когда тот и Волдеморт появились так вовремя. Снейп тогда сразу выволок ничего не соображающего Макнейра из камеры, а вот Реддл остался и, облокотившись на стену, с неприкрытым интересом рассматривал его. Гарри тщетно пытался прикрыться остатками своей одежды, но темный Лорд остановил его одним единственным взмахом руки.
- А ты красив, Поттер, - протянул Волдеморт, - Очень красив, - мужчина оттолкнулся от стены и Гарри в страхе зажмурился, ожидая нападения, но ничего не произошло, лишь щелкнул замок железной двери. Открыв один глаз Гарри убедился, что он снова был в камере один.
Всю следующую неделю Гарри не покидал страх, что кто-нибудь придет и закончит начатое Макнейром. Парень стал бояться абсолютно всего: упивающихся, шорохов, тишины и темноты. Все время, что он был один или не подвешен к потолку, Гарри сидел забившись в угол. Гарри полностью прекратил все свои попытки умереть, поняв, что такой роскоши ему никогда не получить.
Однажды Снейп, лечивший его после зверств Малфоя и двух Лестрангов невзначай обронил несколько странных фраз:
- Поттер, заканчивайте оплакивать себя и вытащите наконец свою слизеринскую натуру, - тихо прошипел зельевар, обрабатывая рваную рану на руке мальчика, - В этом мире всем приходится чем-то жертвовать…
Гарри сначала не понял к чему это Снейп так разболтался и, что он пытался донести до него. Смысл дошел до Гарри только через неделю, когда Эйвери и Малфой снова познакомили его с кнутом. Оба мага избили его так сильно, что на голом теле не было ни одного живого места. Из особенно глубоких ран сочилась кровь, кровоподтеки и синяки покрывали всю грудную клетку. Малфой и Эйвери оставили Гарри болтаться на цепях и ушли. Руки у мальчика занемели и причиняли жуткую боль, от кровопотери кружилась голова. Очень хотелось пить. Сознание постепенно ускользало и наконец оставило Гарри в покое, дав ему провалиться в спасительную темноту. Неизвестно сколько мальчик был без сознания, но очнулся он от звука очищающего заклинания, которое произнес кто-то стоящий у двери. Гарри завертелся, еще больше раздирая цепями руки, но из-за темноты никого не увидел, лишь почувствовал за своей спиной еле уловимое движение. Сердце мальчика испуганно замерло, дыхание перехватило. Снова заклинание, заживляющее раны нанесенные кнутом и Гарри совсем близко почувствовал чужое дыхание, которое взъерошило ему волосы на голове, а потом прохладная рука легла на бедро Поттера, нежно поглаживая. Гарри перестал дышать совсем, страх сдавил его желудок и легкие железными тисками. Гарри закусил губу, чтобы не заорать в голос, когда вторая рука ночного гостя пробежалась по животу, затем груди, легко ущипнула сосок и наконец замерла. Не разжимая своеобразных объятий мужчина, а это был именно представитель мужского пола, с силой прижался к спине мальчика. Поттер задрожал еще сильнее, почувствовав чужое возбуждение, которое прижималось к его не защищенной пятой точке. Снова еле разборчивое заклинание и к Гарри уже прижимается абсолютно голое тело.
«Все, Гарри, последняя стадия. Сейчас тебя изнасилуют и окончательно унизят…», - пронеслось в голове мальчика, - «Я не закричу, не заплачу, не заговорю и не буду умолять меня не трогать, я не сдамся…» - как мантру повторял про себя Гарри, пытаясь отвлечься от руки, которая настойчиво гладила его член, и если он пытался не сдаваться, то его тело думало абсолютно по-другому, получая почти райское наслаждение и предавая своего хозяина. Голова Гарри затуманилась и он расслабился, совсем забыв о том, где находится, по рукам тут же прошло покалывание, от которого потемнело в глазах. Гарри дернулся, сильнее прижимаясь к незнакомцу. Мужчина низко застонал.
- У тебя руки болят, - не вопрос, а утверждение. Гарри попытался догадаться кому принадлежит этот до боли знакомый голос, - Я могу тебе помочь… За отдельную, так сказать, плату, - одна рука мужчины слегка сжала ягодицы Поттера, - Вот за эту…
«Как будто если я откажусь, то он этого не получит», - как-то зло подумал Гарри, уже зная, что за его спиной стоит сам Лорд Волдеморт, ведь только он может говорить с такими шепящими нотками.
- Ну что, ты согласен… Гарри? – имя было произнесено нежно с каким-то придыханием, а рука с каждым словом двигалась все выше по напряженным рукам парня, - Ты хочешь, чтобы я освободил тебя? Тебе ведь больно, Гарри? Сколько ты еще сможешь провисеть здесь? А нужно ведь только попросить…
Гарри зубами стал терзать свою губу, боль в руках уже была невыносимой, плечи и спина уже ничего не чувствовали. Здравый смысл не переставая твердил согласись, терять тебе уже нечего, спаси хоть остатки жизни, а сердце, настойчиво просило спасти остатки гордости. Наконец Гарри решился послать все доводы сердца куда подальше и резко кивнул, не зная поймет ли его правильно Реддл и увидит ли он этот кивок.
Увидел, понял…
- Ну вот и хорошо, - дыхание мужчины снова опалило Гарри затылок. Замок щелкнул и мальчик кулем свалился на подставленные руки, тихо застонав от боли. Руки заботливо положили Гарри на магически расширенный матрас и стали растирать затекшее тело, восстанавливая кровообращение. Гарри с непониманием смотрел как Волдеморт, темный маг, которого боятся все без исключения, осторожно залечивает синяки и ссадины, шепча что-то очень похожее на, - Сладкий… Мой… Ты ведь не будешь делать глупостей? – последняя фраза прозвучала более громко. Гарри отрицательно покачал головой и во все глаза уставился на темного мага, пытаясь понять что же ему ждать от жизни.
До думать Гарри так и не успел, настойчивые губы впились в его порабощающим поцелуем. Подчиняя и как бы заявляя свои права, руки Тома Реддла скользили по телу парня, заставляя его гореть и плавиться.
На ласки Гарри не отвечал, но и не сопротивлялся. Мужчина тихо рычал, все настойчивей пытаясь сорвать с губ парня стон, но тот упрямо молчал, лежа как кукла и не шевелясь, Том злился, а Гарри с трудом сдерживал контроль, который медленно уступал какому-то странному чувству восторга.
Пальцы мужчины осторожно погладили внутреннюю сторону бедра Гарри, губы прошлись по полувставшему члену, срывая с губ Гарри судорожный вздох.
- Все-таки не железный, - усмехнулся Том и вобрал в себя плоть полностью, заставив Гарри буквально взвыть и застонать в голос.
Такого Гарри еще никогда не чувствовал, волны наслаждения окутывали его измученное пытками тело, сделав его член центром вселенной. С восторгом ловя эти чувства, Гарри даже не заметил как в него проник палец, смазанный чем-то скользким и слегка прохладным. Но мальчик не мог не заметить боли, когда к первому присоединился второй. Гарри испуганно охнул и дернулся, но был пригвожден сильной рукой к матрасу. Мужчина выпустил изо рта член парня и поменял местоположение. Не вытаскивая пальцев, он развернул Гарри спиной и похлопывая его по бедрам приказал встать на колени. Парень захныкал, но подчинился, вставая в унизительную позу. Он послушно прогнулся в пояснице и положил свою голову на сложенные руки. Развел ноги шире, мысленно прося всех святых о быстрой, а еще лучше о мгновенной смерти. А в душе радуясь, что этого с ним не проделали в зале собраний на виду у всех.
«Все еще впереди,» - подсказал ему проклятый внутренний голос.
Собрав остатки мужества Гарри терпел, стараясь не замечать хриплого дыхания за спиной и стараясь не думать о том, что будет дальше. Возбуждение пропало полностью, оставив после себя чувства неудовлетворенности. В этот момент уже три пальца нащупали какую-то точку, Гарри охнул, опять окунувшись в наслаждение. Мужчина за его спиной тихо рассмеялся и снова надавил на точку.
- Нравится? Уверяю продолжение понравится тебе еще больше, - прижавшись к спине парня, прошептал Том на ухо. Лизнув мочку уха он резко вытащил пальцы и приставил головку своего члена к анусу Гарри, и, не дав мальчику опомниться, сразу же вошел в его тело до самого основания.
В глазах Гарри потемнело от боли, из закушенной губы по подбородку потекла кровь, спина покрылась холодным потом.
- Какой же ты тесный, какой сладкий, - как заведенный стал повторять Реддл, начиная двигаться, резко входя и выходя.
Гарри хрипел, пытаясь заставить себя расслабиться, в надежде, что станет легче. Вдруг судорожные движения насильника замедлились, его рука неуверенно прошлась по спине всхлипывающего мальчика.
- А если так? – тихо спросил мужчина, не известно к кому обращаясь, и резко поменял угол вторжения, попадая по простате мальчика. Гарри закричал, Том хмыкнул и снова начал убыстрять темп, вдалбливаясь в тело пленника, Гарри бесстыдно подавался на встречу мужчине. Вся камера наполнилась стонами наслаждения.
Гарри не выдержал первым с громким криком он кончил, последний раз насадившись на член, его внутренние мышцы сократились и Том тут же с рычанием последовал за ним, заполняя Гарри спермой и наваливаясь на него всем телом.
Последнее, что Гарри услышал засыпая:
- Мой… Только мой…

Проснулся Поттер все там же и совершенно один. В помещении все также тускло горел факел. Гарри так и пролежал уставившись в потолок и ни разу не пошевелившись. Для него все произошедшее было неописуемо тяжелым ударом. Мысли роились в голове как пчелы в улье, одна была хуже другой, практически убивая его изнутри. Гарри не понимал как это все могло с ним произойти, как он мог опуститься до того, чтобы переспать с мужчиной. Мальчик не мог понять почему он, практически всю свою жизнь терпевший боль, так быстро сдался и стал готов практически на все, лишь бы его не пытали снова. Гарри то бледнел, то краснел, то зеленел, вспоминая подробности прихода темного мага, все больше Гарри сосредотачивался на мысли о том, что Реддл ушел, оставив его одного. Почему-то от этой мысли было больнее, чем от круциатуса, а обида стала прогрессирующим чувством.
Гарри так бы и корил себя, проклиная всех и все на свете, но пришел Снейп с завтраком.
Профессор зельеварения как всегда приготовился впихивать в юношу еду силой, но Гарри его удивил, беря ложку и начиная есть.
- Поттер, вы никак пришли в себя и наконец взялись за ум? – не скрывая своего удивления спросил зельевар. Гарри ничего не ответил и продолжил есть, даже не посмотрев на Снейпа, - Или вы придумали новый способ суицида? – это Северус произнес с язвительными нотками, но Гарри и на это не отреагировал, - Поттер?! Вы еще долго собираетесь молчать?
Гарри с трудом подавил в себе желание одеть тарелку с овсяной кашей на голову профессора. Говорить парень ни с кем не собирался, да он уже и стал сомневаться, что это у него получится, сорванные постоянными криками связки казалось атрофировались и были не в состоянии производить ничего, кроме криков и хрипов.
Гарри вздохнул и отодвинул от себя поднос, сворачиваясь клубочком на матрасе и снова погружаясь в свои мысли. Снейп злобно что-то прошипел и ушел, громко хлопнув дверью и демонстративно долго закрывая замки.
Выбравшись из подвала, зельевар отправился на поиски своего господина, который нашелся у себя в кабинете. Когда Снейп протиснулся в помещение, темный Лорд даже не повернулся к нему, продолжая смотреть в окно.
- Мой Лорд? – тихо позвал Снейп, подходя к магу ближе и приклоняя колено.
- Как там Поттер? – голос Волдеморта слегка дрогнул.
- Сегодня решил поесть сам, - доложил Снейп, - Но по-прежнему молчит. На меня вообще не реагирует.
- И? – Том резко развернулся и посмотрел на своего слугу.
- Это слегка пугает, мой Лорд… Я считаю, что он сошел с ума.
- Встань, Северус, - сказал Реддл, обходя мужчину и присаживаясь на диван, - Садись рядом.
Северус настороженно посмотрел на своего господина, но все же сел на диван, напряженно смотря на Реддла и пытаясь понять что же тот задумал.
- Что там на собраниях в Ордене? – устало спросил маг.
- Ничего особенно важного… Орден раскололся на два лагеря, - Брови Реддла удивленно взлетели вверх. Северус поспешил объяснить, - Это из-за Грейнджер и Поттера. Я краем уха слышал, что некоторые в Ордене считают, что и Грейнджер, и Поттер что-то узнали, поэтому первая теперь в могиле, а мальчишка в бегах. Но таких людей мало: близнецы Уизли, Нимфадора Тонкс и еще пару человек. Также непонятные слухи ходят вокруг пропажи оборотня, многие считают, что он уже мертв, - Северус на секунду замолчал, но потом продолжил, - Блэк вернулся из Арки…
- Правда?
- Да, мой Лорд, он сейчас в коме. Дамблдор какими-то обходными путями сумел доказать его невиновность, но в закрытом порядке, в газетах об этом не сообщали…
- Интересно… Это все? – Северус кивнул, - А что про Поттера говорят на вражеской территории? – Реддл даже напрягся ожидая ответа зельевара.
- Если его поймают, его ждет суд, а затем либо поцелуй дементора, либо смертная казнь, - тихо сказал Снейп, отводя свой взгляд от темного Лорда. Именно поэтому он не видел, как Реддл слегка побелел. – Я думаю этого не стоит рассказывать Поттеру, он уже и так напоминает психа. Но это только мое мнение, простите.
- Нет ты прав… Мы не будем ему этого сообщать. Северус предупреди всех Упсов, а в особенности Малфоя и Макнейра, чтобы они даже не смели приближаться к камере Поттера. – Вдруг сказал Реддл, отворачиваясь к окну.
- Конечно, мой Лорд, - потрясенно ответил Снейп и, поклонившись, стремительно вышел за дверь.
Том крепко зажмурил глаза, стараясь отогнать от себя все мысли, но этому помешала змея, скользнувшая по ноге Реддла, и устроившаяся у него на коленях.
- У вас слишком много чувств, господин? Что произошло? – прошипела змея.
- Нагини… Ты как всегда не вовремя, - зло ответил Лорд, пытаясь спихнуть с себя непрошенную гостью.
- Вас что-то гложет, господин. Расскажите мне…
- Сгинь, - попросил Реддл, зная, что это не даст никакого результата. Эта змея могла быть очень настырной.
- Это из-за того яркоглазого человеческого ребенка?
- Он не ребенок! – зашипел Том, вдруг почувствовав себя не в своей тарелке.
- Он пахнет как ребенок…А еще обреченностью…Расскажите мне, господин, почему вы о нем постоянно думаете?
- Это не твое дело, - отрезал Том, наконец скидывая змею на диван и вставая, - Ты все равно меня не поймешь. Ты умна, но ты всего лишь змея, тебе не понять человеческие чувств…Не понять, когда чувства возникают из ниоткуда, портя твою жизнь, заставляя мучиться.
- Как под круциатусом?
- Хуже…
Том сел за рабочий стол и стал бестолково перекладывать бумаги, постоянно возвращаясь мыслями к ночи, проведенной с Гарри, вспоминая все изгибы тела мальчишки, яркие зеленые глаза, все то удовольствие, которое он получил. Реддл не помнил, когда сведенное болезненной судорогой лицо перестало приносить наслаждение, а пронзительные мальчишеские крики от пыточных проклятий перестали ласкать уши. Том не помнил, когда ненависть к Поттеру была вытеснена жалостью. Но зато он прекрасно помнил ту ночь, когда впервые во сне увидел себя и Поттера. Мальчишка плавился в его объятиях, даря наслаждение и спокойствие. С тех самых пор при мысли о Потере, Том практически мгновенно возбуждался, а так как все мысли мага были именно о Мальчике-который-выжил, у Реддла появилось стойкое желание сделать Поттера своим. Что в общем и произошло в конце концов, и что делать дальше Лорд Судеб Волдеморт не знал.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:14 | Сообщение # 4
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Прошла неделя с прихода Темного Лорда, однообразная и одинокая неделя. Реддл больше так и не пришел ни разу, кроме Снейпа в камеру к Гарри вообще больше никто не заходил, на собрания, которые проходили не реже четырех раз в неделю, мальчика тоже больше не отводили. Кормить парня стали намного лучше, поэтому Гарри даже немного поправился, но вот его психическое состояние оставляло желать лучшего. Каждую ночь Гарри мучился кошмарами, снова и снова проходя через самые ужасные моменты жизни.
Наконец еще через несколько дней снова пришел Снейп.
- Лорд хочет тебя видеть! – угрюмо сказал зельевар. Гарри встрепенулся, - Сегодня собрание ближнего круга, - Снейп применил к Гарри очищающие чары и помог переодеться в черную мантию, видно из коллекции зельевара, - Мне жаль тебя, Поттер, но кажется это твои последние часы жизни, - зельевар старался не смотреть на мальчика, которому ничем не мог помочь. – Если у меня будет возможность я постараюсь облегчить твою участь… Гарри, - тихо сказал мужчина, помогая застегнуть последнюю пуговицу на мантии. Его черные глаза встретились с глазами Поттера, но Гарри почти сразу же зажмурился и отвернулся. Северус Снейп покачал головой и поставил парня на ноги, крепко вцепившись в его плечо.
Это был самый долгий путь на верх для Гарри. Поттер шел заплетающейся походкой, то и дело спотыкаясь.
«Так наверное идут смертники на свою казнь», - грустно подумал мальчик. В том, что на верху его ждет смерть он не сомневался.

Когда Гарри и Снейп наконец вышли на свет, мальчик зажмурил глаза и застонал от боли: его глаза абсолютно отвыкли от яркого света. Поттер практически на ощупь двигался в перед и если бы не Снейп, то он давно бы упал. Так же на ощупь Гарри понял, что зельевар посадил его на обычное место: недалеко от трона Волдеморта. На руки парня как всегда была одета цепь. Гарри потихоньку стал открывать глаза, постепенно привыкая к свету и осматриваясь. Сегодня действительно было собрание только близкого круга.. Все упивающиеся стояли на коленях и преданно смотрели на своего господина, который в свою очередь восседал на своем троне и раздавал всем провинившимся круциатусы. Рядовые вопросы уже остались позади и Гарри с дрожью ждал, когда же про него вспомнят, но на него даже никто ни разу не посмотрел.
Гарри старался не вникать в суть разговоров Лорда и упивающихся, но только услышав знакомую фамилию тут же встрепенулся.
- Северус, что там с Лонгботомом? – с насмешкой в голосе спросил темный Лорд. Гарри настороженно стал слушать ответ зельевара, практически не дыша.
- Его готовят, мой Лорд… Хотя я считаю, что толку от него не будет никакого.
- Ты прав, мой скользкий друг… Все слышали? Дамблдор совсем выжил из ума! Потеряв одного героя, он тут же находит второго! – голос Реддла разнесся по высоким сводам зала, - Неужели он думает, что какие-то мальчишки могут противостоять мне? – по залу разнесся шумок, - Это был риторический вопрос… Все могут быть свободны. – Упивающиеся вставали с колен и, недоуменно поглядывая на Лорда, двигались к выходу.
- А Поттер? – спросил Снейп, странным взглядом поглядывая на мальчика, который сейчас сидел низко опустив голову.
- А с Поттером я еще не закончил, - хмыкнул Темный Лорд, тоже смотря на парня.
Гарри настороженно слушал затихающие шаги, а затем скрип закрывающейся двери.
- Ну что, Поттер, ты все слышал? – Гарри молчал, - Ты случайно не оглох? Хотя нет ты прекрасно все слышишь, только не говоришь, - Реддл неслышно подошел к Гарри, - Но тебе ведь это и не нужно? – Гарри пораженно смотрел, как маг расстегнул наручники, освобождая его руки, и неспешной походкой вернулся на свой трон. Том ухмыльнулся и окинул фигуру мальчика раздевающим взглядом, с весельем наблюдая как бледные щеки Поттера заливаются лихорадочным румянцем, - Ползи ко мне, Гарри… Раз ты у нас все равно молчишь, то твой рот можно занять более полезной работой, - Гарри покраснел еще сильнее, - Давай, иди сюда, - голос темного мага стал еще настойчивей. Гарри нервно покусал свою губу и не спеша пополз, проклиная себя и Волдеморта, и вот он уже достиг ноги Реддла.
- Ты быстро, - Том помог Поттеру устроиться между его ног и даже расстегнул ширинку на брюках, - Зубы держи при себе. Понял?
Гарри кивнул, трясясь от страха и почему-то нетерпения. Он придвинулся ближе и слегка наклонился, находя рукой уже стоящий член мужчины, который при ближайшем рассмотрении оказался просто огромным.
- Давай, мой хороший. Где твоя гриффиндорская смелость… Не бойся, - Том погрузил свою руку в волосы парня, заставляя его склониться еще ниже. Гарри облизнул губы и посмотрел на мужчину, чувствуя как тот напрягся и задышал чуть громче.
Гарри тщетно попытался припомнить как это с ним делал сам Лорд, но все мысли вымело из головы, поэтому Гарри решил действовать по наитию и медленно облизал головку, слизывая выступившую каплю.
- Бери глубже, - сбившимся дыханием посоветовал Реддл. Гарри послушно открыл рот пошире и втянул в себя больше плоти, впихивая ее в горло практически до основания. Помогая себе рукой и с трудом подавляя рвотный позыв, он стал неумело, но с пылом сосать под тихие выкрики: «Да, мой хороший» и «Еще». Постепенно Гарри даже стало это нравиться, его собственный член тоже стал твердеть, принося болезненные ощущения.
Разрядка темного мага наступила для Гарри неожиданно, а рука в волосах не дала ему отстраниться. Горячая тягучая жидкость ударила Гарри в горло, мальчик стал судорожно глотать.
- Ну ничего, потренируешься и в следующий раз получится лучше, - хмыкнул Волдеморт, смотря на запыхавшегося мальчика, который лежал у его ног.
«Прекрасное создание, хрупкое, нежное и отзывчивое и такое беззащитное…» - пронеслось в голове у Темного Лорда. Он внимательным взглядом изучал каждую черточку на лице парня, пытаясь найти хоть какие-то изъяны, но их не было, даже нелепые очки, сейчас висящие на кончике носа Гарри, не портили его, а наоборот придавали какой-то шарм. Мужчина нагнулся и расстегнул мантию на мальчике, под которой больше не было никакой одежды. У Тома мгновенно перехватило дыхание от вида обнаженной, бледноватой кожи, ничем не защищенной, такой открытой и прекрасной.
Том наклонился еще ниже и прошелся кончиками пальцев по груди юноши, слегка ущипнул сосок, пощекотал бок, одновременно с удовольствием наблюдая, как лицо Гарри заливается краской, а и так неровное дыхание еще больше учащается. Том аккуратно прошелся рукой по скуле парня и тихо прошептал:
- Поттер, ты тут лежишь у моих ног, как развратная шлюшка, бесстыдно предлагающая себя, - Гарри вздрогнул от таких слов и мгновенно побледнел, - Мальчику очень захотелось оказаться подальше отсюда, скрыться, спрятаться, забиться в самый темный угол и никогда больше оттуда не вылезать. Реддл тихо засмеялся и продолжил, - Это место как будто специально создано для тебя, Поттер, - рука Тома крепко стиснула член парня, заставляя Гарри охнуть и слегка прогнуться, - Такой отзывчивый…
Том встал из своего кресла и присел рядом с Гарри на корточки, подсунув свои руку под тело парня и с легкостью отрывая его от пола и крепко прижимая к себе.
- Поттер, ты весишь как дитя, - известил темный маг парня и в этот же момент Гарри почувствовал как их втягивает в воронку трансгрессии.

Появились они в огромной ванне красивого бежевого цвета. Сама же ванна, была больше похожая на бассейн, была встроена в пол, множество краников поблескивали в свете свечей, вырезанные на стенах русалки во всех глаза пялились на прибывших волшебниках, махая своими хвостами.
Темный Лорд опустил свою ношу на деревянную скамейку, одним единственным взмахом палочки оставив мальчика полностью обнаженным. Гарри снова зарделся и попытался прикрыться руками, но один единственный суровый взгляд Реддла, свел все его попытки на нет.
- Ох, Поттер, и чего я с тобой вожусь? – покачал головой мужчина, - Отдать тебя моим Упсам и забыть о тебе как о страшном сне. А они меня между прочим уже замучили своими просьбами дать развлечься с бывшим героем магического мира.
В глазах Гарри промелькнула тень страха, но мальчик быстро подавил в себе это непрошенное чувство, чтобы не доставить Реддлу удовольствие. Поттер сполз со скамейки на пол, вставая на колени перед Волдемортом, на его лице отразилось все то отчаяние, вся та боль, что испытывал мальчик. Гарри покорно опустил голову и уставился в пол. Мужчина зарычал:
- Иди наполни ванну, - наконец услышал Гарри приказание. Закусив губу парень стал быстренько откручивать серебряные краники. Том быстренько разделся и залез в уже наполненную на половину ванну.
- Иди сюда, - поманил он пальцем бывшего героя, который пристроился на холодном кафельном полу, смешно съежившись. Гарри шумно сглотнул, но все же аккуратно спустился в ванну и держась за бортик пошел к Тому, стараясь изо всех сил спрятать неизвестно откуда взявшиеся нетерпение и возбуждение.
- Боишься, Поттер? – ухмыльнулся Том, не верно расценив загнанный взгляд парня. Темный маг резко дернул мальчика на себя, крепко прижимая к своему телу и усаживая на колени, лицом к лицу. – Правильно бойся… Не хочешь оказаться наедине с моими Упсами, значит будешь слушаться. А я так люблю покорных маленьких игрушек, - руки мужчины по-хозяйски сжали ягодицы парня, притягивая того еще ближе. Реддл впился в рот парня настойчивым поцелуем, зубами терзая губы. Одна рука темного Лорда по-прежнему лежала на попе парня, а другая зарылась в волосы. Вода в ванной уже достигла плеч парня, поэтому когда Том резко дернул Гарри за волосы, открывая себе доступ к тонкой беззащитной шейке, почти вся голова мальчика погрузилась в воду, заставляя того запаниковать и резко дернуться в грубых сильных объятиях темного мага. Пена попала Гарри в глаза, рот наполнился сладковатой водой. Том резко притянул к себе Поттера, который сильно кашлял, пытаясь избавиться от воды, - Глупый мальчишка, - прошипел том, - Утопиться захотел? Не поможет! Даже и не пробуй! Понял?! – Гарри заглянул в глаза темного мага и кивнул.
Больше Темный Лорд к парню не лез, лишь помог тому вымыться и вытереться, а за тем за руку, обнаженного, потащил к единственной двери, которая как оказалось вела в спальню в светло-зеленых тонах. Кровать в комнате была просто огромная и занимала больше полвины свободного места. В углу у большого окна стоял высокий шкаф светлого дерева, такого же цвета были тумбочки, стоящие по бокам от кровати. Так же в комнате еще стояли два кресла и журнальный столик, на котором стопками лежали книги. Пол был полностью застелен пушистым ковром, в котором утопали ноги.
Гарри рассматривал комнату с открытым ртом.
«А где черные занавески и черные покрывала? Где черепа врагов навешанные на стены? Ну не такая комната должна быть у Волдеморта!» - все еще не отойдя от шока, подумал Поттер. Мужчина же не теряя времени уверенно подтолкнул Гарри к уже разобранной кровати и даже помог ему на нее забраться.
Мальчик снова покраснел, только сейчас заметив, что Том тоже был полностью обнаженным и уже возбужденным.
- Поттер, ты краснеешь как девственница в первую брачную ночь, - не удержавшись сказал Реддл, - А скажи-ка мне: я у тебя был первым? – Том оперся руками о кровать, - Черт, кивни что ли, если да, немая рыба! – Гарри посмотрел в красноватые глаза мага и кивнул, сразу же отворачиваясь к окну, но от Поттера все же не укрылась самодовольная улыбка мужчины, правда эта улыбка была какой-то корявой и не уместной. – Чтож отлично! – хмыкнул Том и резко повалился на парня всем своим телом, раздвигая ноги мальчика коленом. Быстрое заклинание смазки, причем беспалочковое, и вот уже первый палец проникает в расслабленное тело парня, затем второй, третий. Гарри громко стонет, насаживаясь на них, его голова запрокинута и открывает доступ к шее, чем Том сразу же и пользуется, покусывая и оставляя свои метки. Гарри закидывает свои руки себе за голову и хватается за изголовье кровати, когда пальцы заменяет член мага. Том закидывает ноги Гарри себе на плечи и резко входит в парня всем своим членом до упора, сразу же попадая по простате. Гарри кричит и мечется на шелковых простынях, впиваясь зубами в свою руку при каждом приносящем наслаждение движении. Том стонет сцепив зубы, все убыстряя и убыстряя ритм, не заботясь о мальчике, он со всей силы входит в такое желанное и отзывчивое тело, оставляя на нем свои метки от зубов. Наконец рука Тома находит член парня, зажатый между телами. Пару сильных движений и Гарри с криком изливается себе на живот. Стенки его канала сжались, утягивая Тома в продолжительный оргазм, от которого перед глазами темного мага запрыгали яркие звездочки. Темный Лорд в изнеможении свалился на парня и легко поцеловал в уголок губ. Гарри лежал тихо позволяя покрывать свое лицо легкими успокаивающими поцелуями. Наконец Реддл разжал свои объятия и скатился с парня. Слова очищающего заклинания, стук волшебной палочки о какую-то твердую поверхность и Гарри снова заключен в плен рук, которые крепко прижимают к горячему телу.
- Не делай глупостей, я сплю чутко, - прошептал Том на ухо Гарри. Теплое одеяло накрыло их сверху. Одну ногу Реддл закинул Гарри на бедро, рука уверенно легла на талия мальчика, пальцы Тома переплелись с пальцами Гарри. – Спи, Поттер…
Гарри решил не спорить и закрыл глаза, отбывая в царство Морфея. Том же еще долго лежал без сна, наслаждаясь близостью тела Гарри.
- Что же ты со мной делаешь, Поттер? – тихо произнес он засыпая.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:15 | Сообщение # 5
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Утро для Гарри началось с яркого луча солнца, светящего прямо в лицо. Мальчик лежал на кровати минут пять, вслушиваясь в тишину и пытаясь определить один ли он в помещении. Наконец Гарри открыл глаза и сел, тяжелое одеяло сползло, оголяя его до пояса. Поттер мгновенно покраснел, как только понял, что он лежит в кровати Волдеморта, совершенно обнаженный. Гарри потянулся, разминая затекшие после сна мышцы, и опрокинулся на подушки. Сердце в груди странно сжималось, в горле застрял комок. На Гарри девятым валом сначала нахлынула необъяснимая радость, которая впрочем очень быстро сменилась непониманием, а затем и страхом, причем Гарри абсолютно не понимал чего он боится. Мальчик так и лежал уставившись в белый потолок, когда раздался еле слышный скрип двери, а потом насмешливый тихий голос вырвал Гарри из раздумий.
- Я вижу ты уже проснулся, - не вопрос, а утверждение. Гарри побелел и резко сел, уставившись во все глаза на хозяина комнаты, который стоял у двери, прислонившись к косяку, - Я думал ты поспишь подольше, - Реддл уверенным шагом пересек комнату и сел к Гарри на кровать, тут же стягивая с парня одеяло, в которое тот пытался закутаться. Поттер крепко сцепил зубы и крепко сжал кулаки, чтобы не выдать дрожание рук, позволил себя оголить. Он не моргая смотрел на темного мага, - Иди сюда, - Том похлопал ладонями по своим бедрам, указывая Гарри куда именно ему нужно приземлиться. Гарри нервно сглотнул и посмотрел в глаза Реддла, - Ну? – Гарри с силой втянул в себя воздух и, пересилив себя, быстренько подполз к взрослому магу и устроился у него на коленях лицом к лицу. Губы Поттера тут же были захвачены в плен, - М… м… Поттер… от тебя прям невозможно оторваться.
Гарри тут же снова покраснел и попытался отвернуться или на крайний случай спрятать лицо низко опустив голову. Но все его попытки были предотвращены руками и губами Реддла.
- Не вырывайся, Поттер, - прошептал Том, прикусывая мочку уха парня, - Это уже бессмысленно, - руки Реддла скользнула по спине Гарри, придвигая мальчика еще ближе, и опустилась на ягодицы, крепко сжимая. Поттер еле слышно пискнул и неровно задышал, наслаждаясь властными руками, так беспощадно лапавшими его, зубами, которые терзали попеременно то его губы, то шею, мягкими губами и шершавым языком, которые успокаивали и зализывали укусы. Гарри уже был возбужден, но Том как будто специально даже не пытался потрогать его там, где Гарри больше всего ждал. Поттер тяжело и рвано дышал, утопая в ласках, и пытался потереться о Тома, но Реддл не давал ему такой возможности.
Гарри не знал куда ему деть свои руки, пристраивая их то там, то здесь. Наконец он решился на отчаянный шаг и скользнул своей ладонью сначала под расстегнутую мантию, а затем, аккуратно вытащив заправленную в брюки рубашку, робко прошелся пальчиками по голой спине. С губ Тома сорвался легкий, как перышко, стон. Ободренный такой реакцией, Гарри более смело погладил поясницу старшего мага. Вторую руку Гарри пристроил в районе паха мужчины, слегка потерев, за что тут же был вознагражден еще одним стоном.
- Смелее… Гарри, - прошипел Том, побуждая парня к действиям, снова приникая поцелуем к уже распухшим и покрасневшим губам.
Гарри слегка переместился на коленях мага, от чего тот снова зашипел, и ловко справился с застежкой на брюках Реддла. Так как нижнего белья Том не носил, мальчик тут же погладил уже стоящий член темного мага, затем сжал и подвигал рукой туда сюда. Гарри с широко распахнутыми глазами наблюдал за своими действием, готовый уже кончить только от этого зрелища. Том с рычанием резко прижал Поттера к себе, впиваясь зубами в плечо мальчика. Их члены и рука парня были крепко зажаты между их телами. Том до боли сжал ягодицы Гарри, побуждая того к движению. Мальчик захныкал, почувствовав приятное трение и стал двигаться еще быстрее.
- Ох… Поттер! – сквозь зубы прохрипел Реддл, вжимая еще сильнее в себя. Гарри издал тихий всхлип и стал бурно кончать, безвольно обвисая на мужчине. Реддл сделал еще несколько движений и последовал за Гарри, без сил растягиваясь на кровати, по-прежнему обнимая гриффиндорца и выписывая кончиками пальцев узоры на его спине.
- Поттер…
Гарри открыл мутные глаза и посмотрел на темного мага. Тот ухмыльнулся и, подтянув парня повыше, снова впился в его губы поцелуем, как бы говоря, что все, что произошло несколько минут назад, еще не конец. Но планам темного мага не было суждено сбыться: в дверь громко постучали.
- Мой Лорд, вы здесь?! – в голосе человека, стоящего за дверью была паника.
- Черт…, - застонал Реддл, - никакой личной жизни, - и спихнув Гарри с себя, Том быстренько встал и привел себя в порядок. – Иду! – крикнул он и застегнул брюки. Затем Реддл чмокнул Поттера в щеку и прошептал на ухо, - никуда не уходи… У меня на тебя еще большие планы, - И быстро вышел за дверь.
Последнее, что услышал Гарри, прежде чем дверь захлопнулась с громким щелчком, было:
- Люц, надеюсь у тебя действительно что-то важное…
Гарри немного выждал, слез с кровати и подошел к двери, через которую только что ушел Реддл, на всякий случай подергав ручку. Дверь была заперта. Поттер тяжело вздохнул и поплелся в сторону ванной, надеясь что она будет открыта.

- Что произошло, Люциус? – спросил Реддл зло, как только оба мага оказались в кабинете.
- Мой Лорд… Я не уследил… Я провалил ваше задание, - залепетал блондин.
- Ну?!
- Дамблдор побывал в доме Гонтов… Защита сломана, кольцо исчезло… - еле слышно прошептал Малфой.
- Когда?!
- Недели три назад, точнее сказать не могу. Следы его магии уже очень не четкие…
- И ты сообщаешь об этом только сейчас?! – заорал Волдеморт, в уме уже мысленно что-то просчитывая.
- Простите, мой Лорд… Простите, - Люциус бухнулся на колени, - Накажите меня…
- Срочно найди мне Снейпа и Рудольфуса, - прошипел Реддл и, вырвав края своей мантии из трясущихся рук блондина, устало сел в кресло и прикрыл глаза, пытаясь успокоиться и привести нервы в порядок. Все элементы головоломки, мучавшей его почти месяц, наконец встали на место. Хорукс уничтожен… Еще один из четырех оставшихся, - Том крепко сжал зубы, чтобы не заорать во весь голос. В голове у мужчины по прежнему не укладывалось, что Дамблдор все же догадался о причинах его бессмертия, что так легко смог уничтожить кольцо и при этом не погибнуть.
- Осталось три, - прошептал Реддл, - Моя душа собрана уже на половину. Отсюда скорее всего и возникшие так неожиданно чувства к Поттеру… Черт! Черт! Черт! – Том схватил чернильницу и со всей силы швырнул ее в стену, - Этого не должно было случиться! Не должно!
В дверь снова постучали. Волдеморт взмахнул палочкой и убрал следы своего бешенства как раз вовремя, так как через несколько секунд в кабинет вошел Рудольфус Лестранг.
- Мой Лорд, вы звали? – мужчина почтительно склонил голову.
- Да, Рудольфус, у меня есть к тебе дело, - Реддл посмотрел на своего слугу, который после его слов весь буквально превратился в слух. Что уж говорить: Упсы, в особенности те, что сбежали из Азкабана, уже засиделись без дел. Никаких нападений, никаких вылазок, да и Поттера теперь запрещено трогать. Так что было абсолютно нормально, что каждый из них при слове «дело» мгновенно оживлялся и готов был бежать сломя голову в любом направлении.
- Что я должен делать? – Рудольфус изо всех сил пытался скрыть свой интерес.
- Ты должен принести мне кое-какую вещь из твоего фамильного сейфа, - распорядился Реддл, - Надеюсь ты понимаешь какую?
- Да мой Лорд, - Лестранг снова склонился в почтительном поклоне.
- С собой возьмешь брата и Малфоя. И, Рудольфус, как только появится Снейп, то пусть зайдет ко мне… У меня есть к нему много вопросов.
- Да, милорд, - Рудольфус еще раз поклонился и быстренько ретировал. Дверь со щелчком закрылась. Реддл тут же встал изо стола и стал мерить шагами кабинет.
- Господин, вы больше ничем бросаться не будете? - из под шкафа наполовину выползла Нагини и стала наблюдать за Реддлом.
- Все слышала? – тут же спросил Том, и нагнувшись вытащил змею и переложил ее на свой письменный стол. – Ни на кого нельзя положиться… Не удивлюсь, если они потеряют еще один хорукс. А Малфой уже вообще потерял аж целых два!
- Вам служат идиоты, господин, - ответила Нагини, сворачиваясь компактными кольцами. – Но даже в этом есть свои преимущества… С каждым уничтоженным сосудом, ваша душа становится цельнее…
- И моя гибель все ближе…
- В вашем возрасте бояться смерти глупо, - Реддлу даже показалось, что змея фыркнула, - Конец рано или поздно все равно придет.
- Не дождешься, - хмыкнул Волдеморт и сел на диван, - В конце концов я всегда могу снова поместить в тебя кусочек своей души. – Если бы Нагини была человеком, то она бы вздрогнула. – Знаешь, это так странно, вновь чувствовать. – Том стал задумчиво то сжимать, то разжимать ладонь, смотря как напрягаются мышцы на руке.
Змея стала издавать странные звуки, очень похожие на смех.
- Что вы теперь будете делать? – наконец спросила Нагини.
- Сначала потрясу Снейпа, - немного помедлив, сказал Реддл. – Если кольцо Гонтов действительно забрал Дамблдор, в чем я впрочем не сомневаюсь, тогда это путешествие для него не прошло бесследно. Я свои вещи охранять умею. Малфой же должен был только проверять сохранность чар, но он и здесь оплошал. Думая мне придется его жестоко наказать…
Волдеморт замолчал, Нагини тоже не пыталась вставить свою реплику, понимая, что ее хозяину нужно подумать в тишине. Том уже хотел вернуться в свою спальню, к Гарри, когда в дверь снова постучали, и после короткого «Войдите» в дверь проскользнул Снейп с белым, почти зеленым лицом. Руки же у профессора нервно тряслись.
- Кажется нашего зельевара уже успели запугать, - обратился Том к дремавшей Нагини, которая что-то пробурчала и спрятала свою голову под верхнее кольцо своего скользкого тела.
Волдеморт покачал головой и повернулся к Снейпу, который усиленно пытался понять почему он впал в немилость, и главное, что ему за это будет. Северус в уме уже придумал сто и одно оправдание к тому или иному поступку, но к такому вопросу он точно не был готов:
- Скажи-ка мне, мой скользкий друг, не происходило ли ничего странного в последнее время в Ордене Феникса? – Том решил попробовать начать из далека.
- Нет, мой Лорд, пока ничего нового, - Северус для убедительности слегка покачал головой.
- Ты уверен? И никто не просил у тебя никаких восстанавливающих и лечебных зелий?
- Нет, мой Лорд, - Снейп слегка приободрился.
- Может быть в поведении директора или еще кого-нибудь из Ордена, ты усмотрел что-то странное? – Реддл прищурил глаза и в упор посмотрел на ужас хогвартсовских подземелий, который сейчас жался к стене и прокручивал все возможные варианты ответа.
- Они все себя ведут странно в последнее время, - наконец сказал Снейп, - Как я уже вам говорил: они постоянно ругаются друг с другом, даже про меня забывают. Блэк уже пару раз приходил в себя и звал Поттера и Люпина, но если с Поттером все ясно, то вот оборотень исчез в неизвестном направлении. Его все чаще и чаще называют предателем. О войне все забыли напрочь… Вчера после собрания, как только я вернулся в Хогвартс, Дамблдор пригласил меня в свой кабинет, где попросил меня с начала учебного года обучать Лонгботама легелименции и боевой магии, - Волдеморт после такой новости громко захохотал.
- Да уж, странности действительно есть… Продолжай, Северус.
- Это все, мой Лорд, - сказал зельевар, - Больше мне нечего добавить… Вы же знаете, что срочные новости я сообщаю вам практически сразу и в первую очередь… Я верен только вам, милорд. – Северус уверенно посмотрел в глаза своего Лорда, снимая блоки со своих мыслей и воспоминаний, впервые за двадцать лет.
Том тут же скользнул в сознание зельевара, как страницы книг листая воспоминания. Снейп ничего не пытался скрыть, понимая, что только полное подчинение даст ему пожить еще немного. Он не пытался скрыть ни свои метания из стороны в сторону, которые закончились не так давно, ни свою жалость к Поттеру, ни презрение к директору, который в последнее время перестал быть для него авторитетом. Северус не скрывал и свои чувства, свою любовь и ненависть к единственному человеку, которого он одновременно хотел зацеловать до смерти и убить авадой в лоб, жестоко попытав перед этим. Все было как на ладони.
Реддл ни в чем не мог упрекнуть своего слугу, все было чисто, даже слишком, если учитывать черные дыры в воспоминаниях.
Наконец, прервав зрительный контакт, Том отошел подальше от мужчины и отвернулся к окну.
- Тебе очень хорошо подчистили память, Северус… Причем не один раз. И если ты еще не сошел с ума, от такого количества стираний, то только потому, что над твоей памятью поработал профессионал.
- Но… - Снейп просто не верил своим ушам.
- Кажется тебе абсолютно престали доверять в логове огненной птички, - произнес Том задумчиво, - Думаю нам пора начинать действовать. Тем более теперь, когда Поттер больше не опасен, из Лонгботома вряд ли получится хоть какой-нибудь тол, а Дамблдор слишком занят улаживанием конфликтов в Ордене.
- Что же вы предлагаете, мой Лорд? – поинтересовался Снейп.
- Можно конечно напасть на Хогсмид или косой переулок. В целях устрашения. Правда есть еще поезд, но в нем будет достаточно много детей упивающихся, - Северус нервно сглотнул. До первого сентября оставалось не слишком много времени, - Но у меня есть идеи получше. Поэтому в место акции устрашения, мы сделаем отвлекающий маневр, который даст нам возможность в рекордные сроки захватить более важный объект…
- Какой, мой Лорд?
- Узнаешь позже. Дамблдору можешь об этом доложить, - Реддл сел за свой стол и, чуть-чуть подвинув Нагини, взял чистый листок. Затем чертыхнулся: вспомнив, что чернильницу он разбил, поэтому наколдовал новую чернильницу с фиолетовыми чернилами, - Черт! Ну ладно хоть не красные, и то хорошо. У меня есть к тебе еще одна просьба, Северус, - Том черкнул несколько слов на клочке бумажки, а затем протянул ее зельевару. – Ты должен достать мне вот это! – Северус прочитал и резко выдохнул, поняв о чем идет речь.
- Это для Поттера? – поинтересовался зельевар
- Да, - коротко ответил Волдеморт, - Постарайся достать побыстрее.
- Конечно, милорд, - кивнул Снейп, пряча бумажку в карман мантии. – Но вам не кажется что это слишком? – Северус никак не мог понять поступков Волдеморта, - Поттер и так ни на что не способен…
- Ты сомневаешься в моих поступках, Северус? – приподняв бровь, спросил Реддл, - И я кажется не спрашивал твоего мнения… Но все же я тебе отвечу: это для его же блага. – Том сам не понимал зачем ему все это понадобилось. Просто захотелось получить хоть какую-то уверенность, что Поттер не сбежит при первой возможности и не всадит ему нож в спину. – Северус, ты можешь идти. Если усмотришь что-то странное, доложишь мне немедленно. Кстати, на счет того человека, от которого у тебя башню сносит, - Северус оторвал взгляд от пола и посмотрел на Волдеморта, - Будешь мне и дальше также предан, как сейчас. Он будет принадлежать тебе.
Северус кивнул, все еще пребывая в прострации, и вышел.
- Видишь какие дела творятся, Нагини? – змея снова промолчала. Реддл вздохнул и аппарировал в кухню, чтобы попросить эльфов накрыть обед в спальне.

Перед тем как вернуться в спальню, Том сначала заскочил в кухню и приказал эльфам подать обед на двоих в комнату. Переместившись в спальню, Реддл застал Гарри сидящем на диване, почти с головой завернувшегося в простынь и читающего одну из книг по темной магии, которые в огромном количестве обычно лежали у Тома на журнальном столике.
При хлопке аппарации Поттер вздрогнул и расширенными глазами, выглядывающими из-под стекол очков.
- Поттер и книга по темной магии, - протянул Том, - Неужели эти вещи совместимы? И что мы читаем? – Гарри как всегда отвечать не пожелал, поэтому вопрос повис в воздухе. Реддл протянул руку и быстро взглянул на обложку, злорадно хмыкнув: еще бы светлый герой, на которого когда-то делал ставки Дамблдор, увлеченно зачитывался единственной в своем экземпляре книгой под названием «Три заклятия власти. Вся правда о них». Еще раз ухмыльнувшись, Том скользнул по книге чуть выше и слегка пощекотал запястье мальчика, заставив того тяжело задышать. – Ты можешь читать любую книгу, которую ты здесь найдешь, - милостиво разрешил темный маг, продолжая поглаживать руку парня. Их глаза встретились, но не надолго: Гарри покраснел как помидор и резко склонив голову уставился на свою вторую руку, которая продолжала стискивать книгу.
Мужчина еще раз сжал тонкую ручку и отошел к кровати. Одним взмахом палочки приводя разобранную кровать в порядок, затем маг подошел к шкафу и достал оттуда черную мантию. Уменьшив ее в размерах, он кинул ее Гарри.
- Оденься, - приказал Реддл, - сейчас подадут обед. – Гарри покраснел еще больше, став почти малиновым, и под пристальным взглядом Тома, быстренько стащил с себя простыню и завернулся в предложенную одежду, застегиваясь на все пуговицы.
Сервированный на две персоны столик появился по середине комнаты неожиданно. Том взмахом палочки сдвинул журнальный столик к стене, а на его место тут же встал другой. Чтобы не смущать Гарри, сидящего на диване, еще больше, Мужчина наколдовал себе удобное темно-зеленое кресло.
- Вина? – спросил Том, протягивая Гарри уже наполненный фужер. Поттер судорожно вздохнул, но взял его, чуть не расплескав, так как его руки ходили ходуном.
- Осторожней, Гарри. Ты же не хочешь вылить все на себя? – в глазах Тома мелькнули веселые искорки, - Ведь тогда тебе придется ходить либо в мокрой мантии, либо вообще без всего. Попробуй салат, я думаю тебе понравится. Именно такой чаще всего дают в Хогвартсе. – Гарри уставился на еду. Том вздохнул и быстро наложил мальчику в тарелку всего понемногу, затем отобрав бокал он сунул вместо него вилку. – Надеюсь как обращаться с вилкой ты знаешь?
Гарри кивнул и уткнулся в свою тарелку. Дальше обед пошел в полной тишине. А после Том ушел, оставив Гарри наедине с книгами и с собой, на прощание запечатлев на губах парня легкий поцелуй и пробормотав что-то очень похожее на: «Я бы рад остаться с тобой, Поттер, чтобы развеять твое одиночество, но этот мир ждать меня не будет.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:15 | Сообщение # 6
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Вот уже несколько часов подряд Гарри сидел на широком подоконнике и с тоской разглядывал хмурое небо. Впервые за все прошедшее время, после того дня, когда его жизнь рухнула, очень хотелось узнать какое же сейчас число, а главное наступил ли уже сентябрь или еще нет. Хотя если посмотреть на хмурое серое небо, на непрекращающийся дождь, на какую-то пожухшую траву, сразу становилось ясно: осень не за горами, а значит он в цитадели Волдеморта уже довольно давно: где-то около двух месяцев. Это достаточно большой срок, чтобы сойти сума, но Гарри не чувствовал себя сумасшедшим, уставшим да, в какой-то степени обреченным, но ни в коем случае не сошедшим с ума. Да он не говорил и говорить не собирался, но это скорее уже стало своеобразным бойкотом себе, ну или просто прихотью.
«Ни один не сможет жить если умрет другой. Никто из них не сможет убить другого» - Только сейчас слова правильного окончания пророчества всплыли в памяти Гарри. Только сейчас Гарри стал понимать всю иронию и смысл игры Дамблдора и остальных. Все медленно, но верно становилось на свои законные места, единственное чего Гарри до сих пор не понимал, почему же Дамблдор, ну или кто-то еще, кто был посвящен в тайну истинного героя, просто не убили Гарри, раз уж они так хотели от него избавиться? Ведь это так просто: швырнуть Авадой, задушить ночью подушкой, столкнуть в конце концов с лестницы. Зачем все делать так сложно? Хотя если подумать, то убить его пытались, чужими руками, но пытались. Достаточно вспомнить первый курс и чертова Квиррела. Почти сразу напрашивается вопрос: неужели Дамблдор, который кажется знает о каждой мелочи, происходящей в школе. У которого сплошные шпионы на каждом шагу, начиная с многочисленных портретов и заканчивая кошкой Филча, не знал, что трое студентов шастают по школе в поисках приключений. Неужели он великий волшебник, который знает множество заклинаний высшей магии, причем как светлой, так и темной, мог поставить такие глупые, не эффективные охранные заклинания, которые три первокурсника прошли в рекордные сроки, причем серьезно пострадал только Гарри. Ну ладно испытание с зельями действительно было сложным, можно было запросто нарваться на яд, а Грейнджер видно тогда еще ничего не знала, ведь они были совсем детьми, поэтому дала ему правильную склянку. Но вот летающие ключи и дьявольские силки, которые так элементарно боятся света и с которыми может справится первоклассник (за исключением Уизли конечно). Если Дамблдор действительно хотел защитить философский камень, то достаточно было бы посадить какой-нибудь ядовитый плющ, которого очень сложно уничтожить, но очень легко с помощью него скончаться в очень страшных муках.
А с тайной комнатой: неужели великий волшебник не учуял присутствия темной магии, которая скорее всего была в огромных количествах вокруг Джиневры Уизли. А то, что в том дневнике было полно темной магии, Гарри не секунды не сомневался, достаточно было подержать дневничок несколько секунд, чтобы почувствовать то странное возбуждение и необъяснимую силу, которую Гарри в последний раз чувствовал, когда читал книги Волдеморта, а еще такие необъяснимые чувства он ощущал, когда они разгребали завалы в доме Сириуса. Там было много темных вещей, да что уж говорить: там все было пропитано черной магией.
Третий курс можно конечно опустить, если бы не история с маховиком.
«Ведь мы с Грейнджер, опять с ней, мы могли погибнуть там в прошлом: мы могли нарваться на дементоров или еще хуже столкнуться с Люпином и наши хладные разодранные трупы скорее всего бы даже не нашли. Нет конечно бы это меня не остановило, но так просто и легко отправить нас, тринадцатилетних детей, туда, было действительно ненормально» - Гарри прикусил свою нижнюю губу, вспоминая четвертый год.
Аластор Грюм – достаточно близкий друг и товарищ Дамблдора. Они знакомы не один год, вместе воевали. Ну не ужели директор не смог разглядеть за год фальшивку, ну не мог же Барти Крауч настолько знать Грюма, чтобы ни разу не ошибиться? Где вообще был Дамблдор, когда на территории Хогвартса творилось черти что?
Последний пятый год оказался самым трудным для Гарри. Нападки Амбридж, издевательства слизеринцев, копающийся в его мозгах Снейп, смерть Сириуса и предательство друзей.
Гарри стер холодной рукой набежавшие слезы и уткнулся в свои острые коленки. Думать о прошлом учебном годе не хотелось, поэтому мальчик решил подумать о своем заточении. Не вовремя пришла мысль, что он не видел Реддла со вчерашнего дня. Нет он конечно знал, что ночью Том был с ним. Сквозь сон он чувствовал крепкие объятия мужчины, но когда утром Гарри проснулся, в комнате он уже был один. Завтракать и обедать ему тоже пришлось в одиночестве. Почему-то впервые за долгие месяцы заключения, захотелось выйти на улицу, но Поттер знал, что вряд ли ему позволят такую вольность.
Он здесь пленник и игрушка. И больше никто.
«Смирись, Поттер!» - подсказал мальчику внутренний голосок, который как всегда появился не очень вовремя, или наоборот как раз когда надо…

Через несколько дней Северус наконец достал то, что просил его найти Темный Лорд. Зельевар тут же поспешил разыскивать своего господина, который нашелся в своей спальне в компании обнаженного и громко стонущего под прикосновениями Поттера. Снейп увидел мальчишку только мельком, но этого вполне хватило, чтобы понять, что юный гриффендорец точно не страдает, а наоборот даже получает удовольствие.
- Надеюсь, Северус, ты вытащил меня из кровати по делу? – прошипел Реддл.
- Я принес то, что вы просили, мой Лорд, - Северус протянул своему господину черный бархатный футляр с латунным замочком. Прежде чем взять его, Том помахал палочкой, проверяя на наличие каких-нибудь заклятий. Убедившись, что все чисто, он аккуратно взял его и открыл. Замочек тихо щелкнул и крышечка была откинута. Том тут же уставился на украшение, лежащее на бархатной черной мягкой подушечке.
- Красивая вещь не правда ли, мой скользкий друг? – тихо спросил Реддл. Пальцы мужчины аккуратно прошлись по резным змейкам, из которых состояло украшение, прощупывая каждый вставленный камешек, - Белое золото и изумруды… У тебя хороший вкус Северус. Как раз под цвет глаз Поттера.
- Это то, мой Лорд? – поинтересовался Снейп.
- Да, Северус, ты хорошо потрудился, такую вещицу поистине достать трудно. Как ты думаешь Поттеру понравится?
- Это сделает его зависимым от вас и ограничит его свободу… Но лучше так, чем подземелья и пытки, - Зельевар отвел свой взгляд немного в сторону, - Только я до сих пор не могу понять, зачем вам это нужно милорд? Поттер еще сущий ребенок…
- Я бы так не сказал, - хмыкнул Том и резко захлопнул футляр, - Я не могу поставить ему черную метку, так как это действие с его стороны должно быть добровольным. А также я не хочу, чтобы он был упивающимся, думаю он тоже не хочет, поэтому я надену на него эту игрушку. Никакого вреда она ему не принесет, - «Ну если только слегка унизит его» - отстраненно подумал Реддл, но его это не особо заботило, - Ты можешь идти, Северус, а то вдруг ты опоздаешь на банкет по поводу начала учебного года. И постарайся не опаздывать на собрание и не забудь прихватить младшего Малфоя. У меня есть для него задание. Люциусу ни слова!
Северус удивился, но виду не подал:
- Хорошо, мой Лорд. Как скажете, - и откланявшись, скрылся в темном коридоре.

Том проводил Снейпа внимательным взглядом и, удовлетворенно хмыкнув, открыл дверь в свои покои, хотя в последнее время они стали общие для него и для Поттера, что впрочем абсолютно устраивало темного мага.
- Вот я и вернулся, моя маленькая змейка. Надеюсь нас больше никто не отвлечет, - Том хитро посмотрел на парня, не оставляющего попыток прикрыться уголком покрывала. – От столь занимательного занятия, - продолжил Том, вгоняя Гарри в краску еще больше. Плавной походкой Реддл подошел к кровати и облокотился на ее столбик, - Ты выглядишь очень мило, когда краснеешь, - заметил мужчина и, отложив коробочку, которую до селе держал в руках, присел на край кровати и нежно, но настойчиво потянул парня за ногу, принуждая его подползти поближе.
- У меня есть кое-что для тебя, Гарри, - Том кивнул на коробочку и кивнул, - Открой ее. – Гарри с опаской посмотрел сначала на Реддла, потом на коробочку. В благородство темных магов Гарри не верил, а уж ждать чего-то хорошего от Волдеморта – это вообще сверх неосмотрительность. Но чтобы не злить мужчину, Поттер с настороженностью взял коробочку и щелкнул замком, ожидая какого-нибудь подвоха и даже неминуемой смерти. Но ничего не случилось: крышечка с легким щелчком открылась, открывая Гарри обозрение на золотое ожерелье с ярко выделяющимися изумрудами.
Поттер судорожно вздохнул. Он узнал эту вещь, когда-то он уже видел такую на картинке в книге, которую он читал в доме Блэков, точнее ее читала Грэйнджер, а он лишь просматривал картинки и подписи к ним. Впервые за несколько месяцев Гарри захотелось что-нибудь сказать, а еще лучше громко прокричать, но голос ему изменил и Гарри издал лишь жалкий хрип.
- Кажется, ты понял что это такое. И для чего оно нужно. – Том не спрашивал, он утверждал. – Тогда, я думаю, ты согласишься, что эта вещь, будет прекрасно смотреться на твоей тоненькой шейке. Но как ты знаешь, ну или догадываешься, эта вещица не только для красоты, Гарри… У нее есть еще несколько так сказать функций. – Гарри прямо посмотрел в глаза темного Лорда и стал ждать подробностей, ибо просматривая книгу, мальчик не заострял свое внимание на свойствах того или иного темного или светлого артефакта. Единственное, что Гарри помнил об этом ожерелье, было то, что оно считается темным и официально запрещено министерством еще несколько столетий назад. – Первое такое ожерелье было создано очень давно, Поттер. Где-то около восьми веков назад, имя создателя так никто никогда и не узнал… Я не буду тебе рассказывать всю историю, Гарри, я думаю тебе это не интересно… Оно носит очень красивое название: «Игра любви». Чаще всего его применяли к неверным женам, - Реддл хохотнул и аккуратно вынул украшение, изумруды блеснули на свету, каким-то яростным блеском. – А знаешь, Гарри, его ведь запретили, когда женщины стали иметь власть в обществе, - в комнате повисло молчание. Реддл молча изучал черную макушку парня, а Гарри… А Гарри просто молчал, низко склонив голову, чтобы Том не видел слез, набежавших на глаза, - Хотя, Гарри, я думаю ты можешь поблагодарить Северуса… Не знаю где уж он достал это ожерелье, но оно не выглядит женским…
- Позволь мне надеть его на тебя, - рука Тома прошлась по талии юноши, а затем мужчина резко притянул парня к себе, от чего Гарри оказался лежащим спиной на коленях мага. Голова неудобно свешивалась в пустоту, открывая шею. Гарри быстро понял, что его ответа не требуется, все равно все будет по воле Волдеморта. Руки Тома слегка погладили шейку Гарри и вот уже цепочка холодной змеей скользнула на свое положенное место, - Лежи смирно! – руки мага крепко сжали запястья Поттера. Гарри дернулся, ничего не понимая, но тут на него накатила обжигающая боль. Ожерелье сильно нагрелось и стало сужаться, превращаясь в ошейник, крепко обхватывающий основание его шеи, впиваясь в кожу и начиная душить. Гарри захрипел и попытался вырвать свои руки, чтобы прекратить агонию. – Тихо, тихо… Сейчас пройдет, - Том крепче сжал Гарри и попытался его успокоить. И действительно, боль вскоре стала отступать, оставляя после себя неприятный зуд, удушье прошло. Гарри перестал вырываться и лишь безумными глазами смотрел на… своего, теперь уже бывшего, врага… своего любовника… своего господина. – Теперь ты принадлежишь только мне, Поттер… Ты никогда не сможешь уйти от меня без моего разрешения, ты никогда не сможешь причинить мне вред или убить меня. К тебе больше никто не сможет прикоснуться, кроме меня, - рука Реддла двинулась вниз и легла на промежность парня, - И самое главное – мой приказ для тебя должен быть законом. Или же этот… ошейник убьет тебя. А в случае, если ты попытаешься мне изменить, то и того идиота, который посмеет прикоснуться к тебе.
Гарри прикрыл глаза, сердце защемило от боли. Нет, конечно Гарри, всегда знал, что он лишь игрушка в руках темного мага, но мальчику почему-то очень хотелось верить, что его может хоть кто-то любить, пусть это будет даже лорд Волдеморт, но ошейник сейчас плотно обхватывающий его шею говорил об обратном: его сделали обычным рабом, быстренько указав ему его место. Он здесь пленник, враг, не больше… За неповиновение его накажут, если его раньше не убьет ошейник. Темный Лорд может отдать ему любой приказ и ему придется его исполнить… Другого ничего не будет. Это был конец, финиш… Почти смерть. Смерть личности.
- Можешь подойти к зеркалу, - разрешил Том, когда Гарри стал аккуратно ощупывать шею. Гарри помедлил несколько секунд и встал как будто с трудом. К зеркалу, висящему рядом со шкафом, Гарри подходил с неуверенностью. Увидеть свое отражение он боялся, но этот момент пришел. Гарри не отрываясь смотрел на ошейник, который врезался в нежную кожу как влитой. По краям ошейника кожа покраснела как будто ее долго чесали, сдирая почти до крови, - Это скоро пройдет, Гарри, - Том подошел к парню и нежно погладил поврежденные участки шеи, затем видно посчитав, что простого поглаживания мало, Том начал покрывать раздраженные участки кожи легкими поцелуями, иногда проходясь кончиком языка по самой кромке ошейника. Боль постепенно стала перебиваться возбуждением и вот уже через несколько минут, Гарри тихонько начал постанывать, теснее прижимаясь спиной к груди Реддла. Руки Тома уже вовсю гуляли по телу парня, то крепко сжимая, то слегка поглаживая. – Пойдем в кровать, мой сладкий, - прошипел Том, - У нас есть еще несколько часов, до того как начнется собрание. Правда видит Мерлин, я бы остался с тобой в этой спальне навечно.

В зале собраний Гарри и Темный Лорд появились, когда все уже собрались. Медленные, тягучие разговоры, а кое-где наоборот жаркие споры сразу же стихли. Северус Снейп нервно осмотрел фигуру, плетущегося за Реддлом Поттера, который шел низко опустив голову и то и дело спотыкался о длинные полы своей мантии. Зельевар всеми силами пытался увидеть надел ли Том на Гарри ошейник или все же нет, но отросшие волосы полностью закрывали обзор. Драко Малфой, стоящий рядом с профессором и сразу же узнавший Поттера, раскрыл глаза от удивления. В общем такое выражение лица было у многих в зале. Практически все упивающиеся, кто не входил в ближний круг, уже давно думали, что Поттер мертв, но опровержение их мыслей, сейчас спокойно устроилось на полу рядом с троном их господина, по-прежнему низко опустив голову.
Темный Лорд что-то тихо у него спросил, в ответ на это Гарри лишь покачал головой.
Северус Снейп громко сглотнул, он не мог поверить, что его пятилетнее хогвартсовское наказание может так спокойно вести себя, как безвольный раб сидеть у ног господина. Волдеморт усевшись в кресло, перегнулся через подлокотник и опять что-то сказал Гарри. Парень вздрогнул и наконец поднял голову, встречаясь с глазами темного мага, затем осторожно кивнул и снова уставился в пол. Но этих нескольких секунд хватило Северусу, чтобы увидеть ошейник, который крепко обхватывал шею мальчишки, готовый принести пареньку большие страдания, за малейшее не повиновение. От тяжких дум, зельевара оторвал тихий, но настойчивый голос Драко Малфоя:
- Северус, это что Поттер? – Снейп посмотрел на своего крестника, отмечая про себя, что он такой же мальчишка как и Гарри, но какие же они разные. Разные хотя бы потому, что у Поттера никогда не было выбора, что юный гриффиндорец никогда бы не согласился добровольно служить кому-то, а Драко наоборот жаждет всеми фибрами души стать такими же как его отец или крестный. Нет Северус ничего не имел против Волдеморта или упивающихся, его выбор был сознательный и тогда двадцать лет назад и сейчас. Зельевар уже давно запутался в смыслах служения кому-то, но он не раз приходил к выводу, что лучше быть с Лордом, чем со старым интриганом Дамблдором, здесь, на темной стороне, по крайней мере не добивают своих и здесь все открыто как в книге.
- Да, это Поттер, - наконец кивнул зельевар, - И убери это удивленное выражение со своего лица, пока его твой отец не увидел. Он и так зол, что ты решил стать упивающимся, даже не спросив его мнения. – Драко снова посмотрел на Поттера, по-прежнему ничего не понимая.
- Но как же… - за последние несколько месяцев вышло столько номеров газет, в которых на первых страницах говорилось чуть ли не о том, что Поттер в десять раз круче Темного Лорда. Что на самом деле он жестокий хладнокровный убийца с черным юмором и такой же черной душой.
- Сколько раз тебе говорили и я, и твой отец, - прошипел Снейп, смотря как Гарри вздрагивает, когда темный Лорд начинает пытать круциатусом провинившегося Руквуда. – Верить тому, что пишет бульварная пресса, сверх идиотизм. Поттер, здесь далеко не на курорте…
- Мерлин, спасибо тебе, все-таки ты есть, - довольно пропел блондинчик, - Это самое лучшее, чего я только мог желать для золотого мальчика Гриффиндора.
От противного сладкого тона Драко, Снейпа передернуло, захотелось съездить по белобрысой прилизанной голове своего крестника, который благодаря своей слепой ненависти, не видит очевидных вещей и не понимает страданий Поттера.
- Твой отец воспитал себе достойного преемника, Драко, - прошептал Снейп, - Но что уж поделать единожды Малфой всегда Малфой. Мне жаль тебя.
- С каких это пор ты, крестный, так беспокоишься о Потере? - Драко нехорошо прищурился, - Раньше я за тобой такого не замечал.
- Это не твое дело, Драко, - смотря как Бэла, горячо доносит на своего же мужа и брата, видно в надежде на то, что ее снова вернут в ближний круг, из которого она вылетела после событий в министерстве, но в отличие от Люциуса, которого Лорд простил почти сразу и даже помог тому выбраться из Азкабана, Бэлу Волдеморт прощать, кажется, и не собирался. Тем более фанатичность этой женщины уже не раз ставила под удар все их нелегкое дело: Беллатрикс просто не могла держать себя в руках, совершая при этом много ошибок.
- А если я Лорду доложу, о твоей жалости к Поттеру? – на лице Драко появилась ухмылка.
- Дорасти сначала, Драко, - не поддался на провокацию Северус и, хмуро посмотрев на парня, стал продвигаться поближе к Лорду и к Гарри.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:16 | Сообщение # 7
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
РОV Гарри

Том говорил, что будет пытать упивающихся и чтобы я не нервничал по этому поводу, но на деле это оказалось еще страшнее, чем на словах. Нет мне не было жалко их, некоторым я бы даже пожелал загнуться в самых страшных муках, но сами пыточные заклятия пугали меня. Я каждую секунду, как оказался в этом зале снова ждал подвоха. Вот Том закончит пытать провинившихся слуг и прикажет им же начать пытать меня.
Со своего места я прекрасно видел направленные на меня кровожадные взгляды некоторых упивающихся и тщетно пытался взять себя в руки, чтобы не вздрагивать каждую секунду.
В дурацкие отчеты и раболепствующий лепет я даже не вслушивался, мне было не особо интересно, что там происходит за чертой этого дома. Очень хотелось спать, а еще в голове постоянно возникал один и тот же вопрос: ну откуда у Тома столько сил, что после трех бурных часов, что они провели в постели, а потом и в ванной, у него еще есть силы кого-то пытать и даже говорить. Вот у меня этих сил не было, признаюсь сразу. Но это мало кого интересует.
Не выдерживаю и приваливаюсь головой к трону и зеваю, Том мгновенно поворачивает ко мне голову и в его глазах появляются веселые искорки. Снова утыкаюсь в пол, но он кажется все равно заметил как я покраснел, а мои губы сложились в застенчивую улыбку. На полу, лобызая мантию Тома ползает Белла, что-то там верещит.
Противно... Это единственное чувство, которое возникает у меня в душе при виде этой женщины. Может потому, что от ее или не от ее руки Сириуса ждал один единственный конец.
А вон Снейп, движется через толпу, лавирую между людьми, его лицо больше похоже на маску, а в глазах жалость, направленная на меня. Мне почему-то сразу захотелось придушить его, а за одно и заорать: «Не смейте меня жалеть!». Но я как всегда молчу… Молчать проще, никто ничего не ждет от тебя в ответ, никто не стремится навязать свое мнение.
Провожу рукой по ошейнику, кожа на шее стала очень чувствительной, а боль уже прошла, что не может не радовать. Снова смотрю на Тома, опять хочется улыбнуться, но я сдерживаюсь, не нужно этого никому видеть, пусть считают его жестоким гадом, который без проблем указывает места своим врагам и слугам, но я то знаю, что он может быть если не добрым, то по крайней мере нормальным. А уж его методы сначала кнутом, потом пряником вообще не обыкновенны. Снова улыбаюсь, да что ж со мной такое. Это же не нормально! Впрочем Том Реддл сначала причиняющий боль, а потом заботливо обрабатывающий зельями дело своих же рук – это тоже не нормально, но все именно так и было.
Черт! Снейп стал совсем близко от меня, ему тут что медом намазано что ли? О, наконец Том обратил на него внимания и на меня заодно. Рука темного мага свесилась с подлокотника и растрепала мне волосы и опустилась на шею, поглаживая.
Теперь я усиленно делаю вид, что мне все равно, но я этим наслаждаюсь. Мне нравятся эти легкие касания. Черт, да это настолько приятно, что мне даже становится плевать на ошейник. Эта вещица конечно обидна и унизительно, но если это залог моей спокойной жизни, залог того, что я кому-то нужен, даже в качестве игрушки, то я смирюсь с этим. Ведь выбора у меня все равно нет и не будет: светлым я как кость в горле, ну а темным в большинстве случаев я пустое место, про которое пока кто-нибудь не напомнит, никто и не вспомнит.
Глупо… Проще было бы конечно с разбегу разбить голову о кафель в ванной, но так кому от этого легче будет. Уж точно не эльфам, которые потом будут эту ванну отмывать.
От таких скорбных мыслей меня вырвал голос… моего господина, который объявил громко навесь зал, что сегодня в их ряды вступит еще один человек. Я сел равнее и с интересом стал смотреть в толпу. Снейп встал еще ближе ко мне и уставился на меня в упор. Взгляд как рентген… И чего он пытается увидеть? Закатываю глаза и отворачиваюсь, неловко ерзая на месте. Только сейчас понимаю, что у меня отмерзла попа, да и вообще я начал замерзать, в последнее время я практически отвык от холода, который пробирал меня до мозга костей в подземельях. Я стойко терплю и смотрю на человека, который стоит на коленях перед Томом, низко опустив голову, хотя я даже и не видя его лица везде узнаю его – Драко Малфой. Хоть что-то неизменно в этом мире.
Стало очень грустно и я отвернулся, пытаясь отрешиться от реальности, чтобы не слышать уверенного голоса блондина, который произносит клятву верности, чтобы не видеть взглядов Снейпа, которому видно уж очень хочется понять о чем думает бывший герой, сидя у ног Волдеморта в ошейнике, который явно показывает кому принадлежит его жизнь.
А метку оказывается ставить больно, по крайней мере Малфой не удержался и застонал. Интересно, а ему было также больно как мне, когда Том застегнул ошейник или не много лучше? А впрочем… не важно…
Двое одетых в темные мантии с капюшонами притаскивают какой-то полутруп и бросают к ногам блондина. Я приблизительно догадываюсь, что будет дальше, поэтому пытаюсь отползти подальше, в душе желая спрятать за троном. Видеть убийства я не желаю, может потому что хочу сохранить хоть что-то человеческое и о Малфое, и о Реддле, но рука Тома быстро находит мое плече и пригвождает меня к месту. Я закрываю глаза, ведь приказа оставить их открытыми не было, но все же замечаю, что хорек нервничает. Звучат слова смертельного заклинания, а зеленая вспышка видна даже через опущенные веки, а может это просто мое воображение? Открываю глаза и сразу же натыкаюсь на труп, его лицо почему-то смутно знакомо, а потом я вспоминаю этого мужчину: его я часто видел перед собраниями ордене, прошлым летом. Стыдно сказать, но вся жалость почему-то исчезла оставив отвращения и нахлынувшие горькие воспоминания.
Драко Малфой тихо пробормотал слова благодарности и шатающейся походкой отправился назад в строй и встал позади своего отца, который покачал головой. Да уж легко хорьку далось убийство…
Собрание продолжилось, Том начал рассказывать о своих больших планах. Труп так и остался лежать на полу. Пожалуй мне нравится его подход к делам: устрашение и психологическое давление, но вот никак не могу понять зачем же ему магловское министерство? Чтоб Дамблдора что ли позлить? Вздыхаю и снова зеваю, под пораженным взглядом зельевара. Я играю с огнем, Том может разозлиться и тогда я легко не отделаюсь.
Еще пару круциатусов для Беллы и еще нескольких упивающихся, видно для профилактики, и наконец Том всех распускает, приказывая остаться только младшему Малфою. Наконец труп убирают и я даже вздыхаю облегченно, но тут же настораживаюсь. Откуда-то появилась не обоснованная ревность, наверное я совсем сошел с ума: ревновать Темного Лорда к хорьку. Это же не мылимо, хотя если посмотреть как преданно Малфой смотрит в рот Тому, мысли становятся очень даже обоснованными.
Ненавижу себя за это, но ничего не могу поделать, поэтому придвигаюсь ближе и практически прижимаюсь к ноге Волдеморта, в тайне надеюсь, что хотя бы мои глаза не выдают моих тайных желаний, неизвестно откуда взявшихся. Так бы и сидел, прижавшись к нему и наслаждаясь неизвестно чем, и плевать на то, что обо мне подумает хорек, я все равно конченный человек, так что уж теперь из себя строить? Но мой слух уловил знакомую фамилию и я пораженно открыл рот, понимая, что Том приказал Малфою убить Дамблдора или хотя бы ослабить его. Не могу сказать, что мне стало жаль хорька, но все же задание было изначально провальным. Малфой, кажется, понял то же самое, потому что когда ему наконец приказали убраться с глаз долой, он выглядел настолько несчастным, что мне даже захотелось пожелать ему удачи, но я как всегда промолчал.
Конец РОV Гарри.

Как только за Малфоем захлопнулась дверь, Том тут же погрузил свою руку в волосы парня и слегка потянул за них побуждая того подняться. Гарри с радостью встал с пола и уставился на мага, слегка прищурив глаза. Том ухмыльнулся и дернул парня за руку, от чего тот, не удержавшись, свалился прямо в крепкие объятия мужчины. Гарри поерзал немного и наконец устроился на коленях Темного Лорда, лицом к тому. Мантия парня задралась оголяя ноги чуть выше колен. Свои руки Гарри пристроил на плечи мужчине.
- Знаешь, Поттер, напомни мне в следующий раз десять раз подумать, прежде чем взять с собой на собрание, - на лице Тома появилась ухмылка, - То ты зеваешь, - легкий поцелуй в уголок рта Гарри, - То забавно улыбаешься, - Том слегка прикусил нижнюю губу мальчика, - То мило краснеешь. Вот прям как сейчас, - руки Реддла скользнули по ногам мальчика вверх. Все сонное состояние Поттера как рукой сняло. Дыхание Гарри стало более прерывистым, в горле пересохло, глаза потемнели и уже без всякого стеснения мальчик покрепче прижался к Тому, целуя того в губы.
Гарри не знал, что с ним происходило, нет он конечно пытался проявить инициативу в их, таких странных, отношениях, но сейчас как будто весь мир клином сошелся на Томе Реддле, сейчас ему действительно было нужно, как глоток воды в жаркие дни, как воздух. Парню было без разницы, что он сидит на коленях Волдеморта и чуть ли не мурлычет от жарких прикосновений мага, от его рук, проникающих под мантию, от грубых поцелуев, снова и снова заявляющих права на свою собственность. Гарри чувствовал себя защищенным и нужным.
Руки… Поцелуи-укусы. Мантия летит в неизвестном направлении, но холода Гарри не ощущает, лишь всепоглощающий жар сжигает его изнутри. Два громких стона, когда Том наконец проникает в тело Гарри.
Темный маг уже не способен себя контролировать, его пальцы впиваются в нежную кожу, оставляя синяки на бедрах парня, зубы ставят яркие засосы на шее.
Пик наслаждения настигает их почти одновременно. С губ Тома срывается тихое:
- Малыш…
Гарри в последний раз издает громкий стон, его глаза закатываются и он отключается, доверчиво прижавшись к своему любовнику. Он уже не чувствует ни тяжелого дыхания в его макушку, ни рук которые все еще тискают его тело, ни затягивающей турбины аппарации.

Проснулся Гарри как обычно в спальне, Тома уже не было, но кровать все еще хранила тепло его тела, а на подушке была вмятина от его головы. Гарри немного перекатился и уткнулся в эту самую подушку, вдыхая ее запах.
Провалявшись в кровати еще около получаса, Гарри наконец встал. В начале парень проскользнул в ванну, это стало таким своеобразным утренним ритуалом, которому мальчик посвящал не меньше часа, так как за все годы своей жизни, он впервые мог себе позволить такое. Дурсли никогда не давали ему мыться столько сколько он захочет, а если он случайно превышал лимит отведенного ему времени, то они чуть ли не всем семейством выстраивались за дверью и громко кричали, перебивая друг друга, что он наглый мальчишка, что он в доме не один и, что ему лучше открыть дверь и выместись из ванной по хорошему. В Хогвартсе с этим было чуть лучше: лимит времени был немножко длиннее, но в школе были лишь душевые кабинки, а ванна для старост была лишь для избранных, хотя старосты иногда давали пароли для своих друзей, но ни Уизли, ни Грейнджер никогда для Гарри этого не делали.
После горячей ванны, Гарри как всегда подергал ручку двери ведущей в коридор, проверяя закрыта ли та. Гарри не знал зачем он это делает, может просто надеялся, что Том когда-нибудь забудет ее закрыть и тогда он сможет выйти наружу и пройтись по коридорам этого безусловно старинного дома, а может даже он найдет выход на улицу и сможет погулять по тому парку, который хорошо виден из окна. Но Том никогда не забывал запирать дверь, видно думая, что Гарри попробует сбежать и хотя покинуть границу поместья без разрешения хозяина было нельзя, эта предосторожность с дверью все равно присутствовала… Но не сегодня: Гарри резко дернул дверь и она поддалась. От неожиданности и удивления парень чуть не упал, но быстро придя в себя, он тут же выглянул в коридор, там было пусто. Затем Гарри закрыл дверь, чтобы через несколько секунд снова ее приоткрыть и убедиться, что это не глюки. Нет, дверь действительно была не заперта, Гарри в припрыжку помчался к шкафу с одеждой и выхватил оттуда первую попавшуюся мантию и не обращая внимания на то, что она ему велика, да и в росте не особо подходит, бодренько отправился к выходу из комнату, сердце радостно подпрыгивало в груди, а Гарри подпрыгивал от нетерпения вместе с ним в унисон, радости мальчика не было предела, когда он наконец прошагал несколько метров по коридору и его ничто и никто не остановило. Дойдя до конца коридора Гарри обнаружил библиотеку, которая была, даже больше чем в Хогвартсе и книжные стеллажи в ней были метр метр-полтора выше чем в школе.
- А ты быстро нашел выход из комнаты, - раздался за спиной парня, совершенно не удивленный голос Реддла. Гарри резко развернулся и испуганно замер, думая о том, что ему сейчас будет за такой своевольный поступок, но Том тем временем спокойно продолжил:
- И ты довольно быстро нашел библиотеку, - мужчина прошел мимо Гарри и провел пальцем по нескольким корешкам книг, - Надеюсь у тебя не возникло идеи прочитать их всех? Потому что даже если читать их всю жизнь не прерываясь не на секунду, времени все равно не хватит… Мне бы не хотелось, чтобы ты провел здесь всю свою жизнь, читая эти пыльные фолианты. – Том отошел от полок и притянул Гарри к себе поближе, доставая из складок мантии свою волшебную палочку и взмахнув ею, уменьшил размеры мантии Гарри, - Я попрошу Северуса, как только он придет, купить тебе одежду, а то каждый раз уменьшать мантии мне уже надоело, учитывая, что даже мои чары рассеиваются слишком быстро. – Том рукой приподнял голову Гарри за подбородок и с наслаждением поцеловал, - А теперь если ты хочешь, то мы пойдем с тобой завтракать, - Гарри кивнул и, привстав на цыпочки чмокнул мужчину в щеку, покраснев при этом.

После завтрака, на котором Том кормил Гарри сочными кусочками персиков, они отправились в кабинет мужчины. Реддл бесцеремонно подвинул Нагини на край дивана, а на освободившееся место, усадил Гарри. Змея окинула недовольным взглядом нарушителей своего спокойствия и прошипела про то, что она их когда-нибудь покусает, и, что это будет самый лучший поступок в ее жизни. Гарри от такого монолога тихо засмеялся.
- Малыш, раз уж ты у нас не говоришь по-английски, может сможешь сказать что-нибудь на Серпентарго? – поинтересовался Том. Гарри подумал несколько секунд и покачал головой: сдавать этот маленький бой так сразу он не собирался.
- Не можешь или не хочешь? – продолжил допытываться Реддл. Для верности Гарри пожал плечами. – Ну ладно. Я сделаю вид, что меня это полностью устраивает, хотя это иногда и безумно раздражает. Я бы конечно мог приказать тебе начать говорить, - Гарри вздрогнул, его рука тут же невзначай легла на ошейник, напоминая мальчику, какую власть над ним имеет Том и, что мужчина может отдать любой приказ и Гарри исполнит его. Настроение парня как-то сразу поползло к нули, а богатое воображение стало рисовать не лицеприятные картинки. Видя, что Гарри расстроился, Том мысленно пнул себя, - Я не буду этого делать, Гарри. Конечно, ты в это наверное слабо веришь, но я не хочу строить наши отношения на насилии… Я понимаю, что тебе не нравится этот ошейник, но и ты пойми меня. Я не могу дать тебе возможность сбежать… Да и некуда тебе бежать, Гарри. Там, за чертой поместья, тебя ждет смертная казнь. Ты меня понимаешь? – Гарри в упор посмотрел на мага, сидящего за письменным столом, и кивнул, - Ну вот и отлично, - Реддл улыбнулся, - А теперь… Как ты думаешь, Малфой младший справится с моим заданием? Удастся ли ему убить директора? – Гари тут же отрицательно покачал головой. Нагини, которая оказывается не спала, а все внимательно слушала, тоже решила выдать свое мнение.
- Хозяин, вы дурак…
Гарри истинно наслаждался всем происходящим. Диван в кабинете Тома был очень мягким и удобным, тяжесть змеи, которая устроилась на животе и груди Гарри, приятно успокаивала, а шуршащие бумаги, с которыми работал Том, убаюкивали. Иногда все это разбавлялось тихим шелестом Серпентарго, когда Том советовался со своей змеей, которая ехидно шипела ему в ответ очередную гадость, тогда темный маг начинал злиться и говорит, что спустит ее, Нагини, на ингредиенты.
После обеда Гарри было позволено в сопровождении змеи погулять по дому. Правда Том предупредил, что помимо них в поместье еще живут постоянно некоторое количество упивающихся, которым конечно строго на строго запрещено даже приближаться к Поттеру, но мало ли что. Поэтому Том посоветовал не ходить в западное крыло дома, а также держаться подальше от подвалов и темниц. Впрочем, Гарри не особо жаждал с кем-нибудь встретиться, поэтому он полностью доверился Нагини, которая, сопровождая каждую свою фразу ехидным комментарием в адрес кого-либо, провела его по дому, заводя в особо интересные помещения как то: оранжерея, бирюзовая гостиная с балконом, а самое главное кухня, где заботливые эльфы по второму разу накормили мальчика и вручили ему еще и на дорожку. Гарри прекрасно провел время: Нагини оказалась очень интересной и веселой рассказчицей. Змея, казалось, знала обо всем, что происходило или происходит вокруг, по началу, она пыталась разговорить парня, но как и Том, потерпела в этом полное фиаско, Гарри лишь иногда улыбался и кивал, соглашаясь или не соглашаясь с ней.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:16 | Сообщение # 8
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
После этого дня Том теперь почти никогда не запирал дверь, только если ему нужно было уйти. Гарри был рад и тому, что ему все остальное время позволялось проводить время как он хочет и где хочет, и эта его свобода ограничивалась лишь несколькими, ничего не значащими пунктами. Пару раз Том выводил его на улицу и они неспешным шагом гуляли по ухоженным дорожкам парка. Обычно в такие периоды мужчина старался не затрагивать темы войны, предпочитая им тихие монологи о погоде и книгах. Иногда от него даже можно было услышать веселые рассказы об упивающихся. Скажи Гарри кто-нибудь год назад, что он будет ходить с Волдемортом по осеннему парку в обнимку и с улыбкой на лице будет слушать, что вытворяет Люциус Малфой, когда выпьет лишнего, он послал бы этого человека в Святой Мунго или еще лучше к магловскому психоаналитику. Но факт, был фактом – это действительно все было на самом деле.
Гарри очень быстро стал неотъемлемой частью всего дома. Он, почти не нервничая, проходил мимо упивающихся, когда они все же встречались на пути. Гарри даже почти привык к их, ничем неприкрытым, насмешкам в его адрес, когда Тома не было с ним рядом. Но все же почти все из упсов очень быстро были отучены над ним смеяться, так как Нагини почти всегда сопровождала его. И она, в отличие от Гарри, всегда доносила Тому каждое слово его не слишком умных слуг. Гарри, по мере своих возможностей, всегда старался избегать столкновений, поэтому чаще всего прятался либо в библиотеке, либо на кухне, среди эльфов, которые поили его чаем и кормили пирожками с вареньем. Но чаще всего Гарри проводил свое время в кабинете Тома на диване, в обнимку со змеей.
Каждую субботу и воскресенье в поместье приходил Снейп и запирался в лаборатории. Поначалу Гарри его опасался, но потом быстро привык к внимательным и все примечающим взглядам зельевара. А когда профессор принес для него нормальную одежду, среди которой Гарри нашел и зеленый шелковый нашейный платок, он готов был его даже расцеловать. А когда Снейп еще и доказал Тому, что Гарри будет чувствовать себя намного лучше, если ошейник будет спрятан. Реддл тогда достаточно быстро сдался и сказал Гарри, что он может носить шейный платок сколько ему влезет, но в спальне он эту вещицу видеть не желает. С тех пор Гарри даже полюбил профессора и с радостью ждал каждого его прихода, чтобы проскользнуть за ним в лабораторию и устроиться в самом темном углу, вдыхая пары очередного зелья. Поначалу Снейп даже не обращал внимания на нежданного гостя в его лаборатории, а потом постепенно привык, учитывая, что Гарри даже под злобными взглядами оставался сидеть на месте. А в последнее время даже решил дать Гарри работу.

Ретроспектива:
- Поттер, нечего тут рассиживаться, - проходя мимо него, холодно сказал Снейп. Гарри уставился на профессора, уже готовый совершить марш-бросок до двери, - Возьми нож и нарежь мне эти коренья кубиками, - Гарри перевел взгляд на огромною гору каких-то корешков, - Что-то не понятно? Или ваш мозг окончательно атрофировался?
Поттер отрицательно замотал головой, правда профессор не особо понял на какой вопрос этот ответ.
Уже через несколько минут, Гарри, высунув язык от усердия, старательно кромсал корни.
- Поттер, вот можете же, когда хотите, - удовлетворенно протянул зельевар, рассматривая почти идеальную работу. Гарри зарделся.
Часа через два к ним заглянул Том, но забрав какие-то флакончики с зельями сразу же ретировался, так как видеть как Гарри, через стол, метко швыряет в котел с кровевостонавливающим зельем какую-то гадость, он не мог. Только на последок посоветовал Северусу проверить все зелья (а то мало ли что в них могло попасть с легкой руки Гарри).
Зельевар тогда ответил, что у него все под контролем. При этом он отодвинул подальше от Гарри все котлы, просто на всякий случай.
- Поттер! Добавить ингредиенты в котел – это не сыграть в квиддич. Тем более вы всю жизнь были ловцом, а не нападающим! – проворчал Северус, - Сколько вы добавили сушеных гусениц? – Гарри тут же показал десять пальцев, а затем еще два, - Двенадцать… Что ж, мне остается только надеяться, что понятие двенадцать у меня, ничем не отличается от ваших двенадцати.
Конец Ретроспективы.

Так прошло почти два месяца. Гарри по-прежнему молчал, но в его глазах появились веселые искорки жизни. Парень с радостью помогал Северусу, выполняя его точные указания, но когда зельевар пытался поговорить с ним о войне и всей ситуации в мире в целом, Гарри, не прощаясь, тут же уходил. Почти такая же ситуация была и с Томом, но в этом случае, Гарри предпочитал отвлекать мужчину. На собрании же парень просто отключался от реальности, старательно пропуская мимо ушей всю информацию. Не слышать, не видеть и ничего не знать – именно это Гарри считал главной формулой своего спокойствия.

Вот уже несколько часов Гарри не находил себе места. Он то мерил шагами комнату, то подлетал к окну и всматривался в кромешную темноту, то хватал какую-нибудь книгу и начинал бесцельно пролистывать ее. Иногда он подлетал к запертой двери, прикладывал к ней свое ухо и вслушивался в тишину, пытаясь услышать хоть какие-то звуки: голоса или даже шаги. Том ушел совсем недавно, но Гарри казалось, что прошло уже слишком много времени, чтобы не беспокоиться. Поттер не понимал откуда взялся этот бессмысленный и ничем не оправданный страх, что Тома могут убить, что он может не вернуться. И что тогда будет с ним, с Гарри?
Нагини тоже не было, темный маг взял ее с собой в так называемый рейд, хотя это проще можно было назвать кровавой бойней, потому что с Темным Лордом отправились лучшие… В Ордене же лучших не так много, но а вдруг? На периферии сознания возникла мысль, что Лонгботома действительно может оказаться героем магического мира и выполнить свое предназначение.
Гарри снова подлетел к двери и опять прислушался: гробовая тишина. Впрочем ничего удивительного: в этом крыле дома мало кто бывает. Гарри сполз на пол по закрытой двери и застонал.
«Чертов Орден… Чертова война! Чертов Том, ну почему ты ушел бросив меня здесь?» - чуть ли не плача подумал Гарри. Парень конечно понимал, что несмотря ни на что, Темный Лорд еще не скоро сможет ему доверять и хоть во что-то его ставить. Но вот так уйти черти куда, заперев его в комнате и заставить ждать, было неправильно, несправедливо.
Гарри наверное задремал, потому что он не услышал шагов в коридоре, не услышал как щелкнул замок. И проснулся только тогда, когда дверь распахнулась и он на половину вывалился в коридор, больно ударившись затылком о пол.
- Поттер! Тебе что в комнате больше места не нашлось, кроме как сидеть на пороге! – воскликнул Том и подхватил парня на руки, поднимая с пола. Гарри тут же пришел в себя и крепко вцепился в мужчину, больше не сдерживаясь и начиная всхлипывать. Нервы окончательно сдали, - Ну ты чего, малыш? – Том сел вместе со своей ношей на кровать.
«Не бросил… Не бросил», - думал про себя Гарри, крепко обнимая мужчину за шею.
- Поттер, ты меня пугаешь, - усмехнулся Реддл, - Я даже не думал, что ты по мне так скучать будешь? Или может ты просто испугался, что я тебя тут брошу и ты умрешь в страшных муках от голода? Ну так не стоило… Я слишком нравится эта спальня, чтобы устраивать из нее склеп для тебя.
Гарри оторвался от шеи мужчины и зло посмотрел на него, одновременно слезая с его колен на кровать и отворачиваясь к окну. Слова Тома, показались Гарри обидными и жестокими.
- Это еще, что такое? – грозно спросил Том, - Ну ка иди сюда, - мужчина положил руку на плечо мальчика и попытался его развернуть к себе, но Гарри резким движением скинул ее и отполз чуть дальше, - Поттер, я ведь могу и приказать тебе… И тогда тебе скорее всего будет больно. – по голосу Тома, Гарри понял, что тот не шутит, поэтому ему ничего не оставалось как переползти обратно на колени к магу. – Ну вот, другое дело, малыш. Не стоит испытывать мое терпение, когда я встретился поголовно со всем Орденом. Я между прочим очень устал… Да-да, вот так, малыш, - Том лег на спину. Гарри оседлал его бедра и стал расстегивать множество пуговиц на мантии мужчины. – Знаешь, Гарри, иногда мне кажется, что если бы у твоего любимого директора была бы возможность выставить против меня детей, он бы сделал это… Ох… Сделай так еще, маленький, - Гарри послушно стал выцеловывать какие-то только ему известные узоры на груди Тома, облизывая ухе затвердевшие соски мага. – А..а…м… На чем я остановился? – Гарри не ответил, а сполз еще ниже по ногам мужчины, покусывая живот того. – Гарри! Ты мне совсем не даешь сосредоточиться! Нет-нет, продолжай, не останавливайся! – Гарри ухмыльнулся и стал медленно расстегивать брюки своего любовника, а Том, получивший небольшую передышку, от свалившегося на него потока ласк, продолжил, - Короче, Дамблдор выставил против меня и моих упивающихся, заметь: я брал с собой только тех, кто воевал еще в первую войну, практически детей, по крайней мере мало кто из орденовцев или Авроров были способны на что-нибудь серьезное… Ты что остановился? – Гарри тут же вернулся к прерванному занятию, крепко сжимая рукой уже стоящий член мужчины и облизывая губы одновременно. Все мысли Тома улетели в неизвестном направлении, когда Гарри стал покрывать поцелуями его член, то облизывая, то дуя на головку. – Малыш! Если ты сейчас же не возьмешь его в рот, я… - Договорить Том не успел, потому что Гарри не стал ждать объяснений того, что с ним сделают, с удовольствием втянул не маленький орган мужчины в рот. Том дернулся и застонал. Гарри не понадобилось много времени, чтобы довести мужчину до оргазма.
- Поттер, ты талант! – отдышавшись, прохрипел Том. Гарри улыбнулся и нарочито медленно облизался, по телу темного Лорда от такого зрелища снова прокатилась волна возбуждения. С рычанием, он резко дернул Гарри и подмял под себе, впиваясь в губы парня страстным глубоким поцелуем. Гарри не раздумывая стал отвечать. – На тебе слишком много одежды.
Впрочем одет еще Гарри был не долго, Том как будто обезумел, вырывая с корнем пуговицы и срывая с Гарри рубашку. Никаких прелюдий и ласк парню сегодня не досталось, но Поттер не жаловался, понимая, что сам спровоцировал мужчину на грубость. Но лучше так, чем слушать рассказы про Орден, Дамблдора и Авроров. Так по крайней мере не нужно «держать лицо», чтобы случайно не выдать своей ненависти, своего страха и паники. Гарри уже давно решил, что то, что произошло от него никогда никто не узнает. Он будет хранить эту тайну столько сколько это нужно, пока не появится уж очень большая необходимость открыть секрет, ну или пока вся правда не выйдет наружу еще по чьей-нибудь вине.
А война? Гарри решил послать ее ко всем чертям… Не его это была битва и не его судьба, свой вклад в жизнь магического мира он уже внес, и ничего хорошего от этого не получил. Мстить за свою загубленную жизнь Поттеру тоже не хотелось, да и не такая уж она у него загубленная, во всем всегда нужно искать свои плюсы. И Гарри их нашел: если бы не предательство друзей, он бы не попал к Тому и никогда бы не познал… Нет, не любви. Скорее чувства защищенности, граничащего с безумием. Пусть и слабой, но все же уверенности, в завтрашнем дне. Все это должно быть не правильным, но именно прижимаясь спиной к груди Тома и ощущая горячие руки на своем теле, сердце Гарри заходилось в бешеном сумасшедшем ритме безграничной радости. Мало кто может похвастаться тем, что нашел свое место в жизни, а Гарри нашел... В объятиях Лорда Волдеморта, таких правильных и неправильных одновременно, но таких нужных его почти убитой душе. И плевать на то, что Том это вряд ли оценит и поймет, главное, что они вместе. Ведь пророчества не лгут…


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:18 | Сообщение # 9
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Часть II Снова в плену.

Глава 1

Гарри еле-еле сполз с кровати, разминая затекшие после неудобного лежания мышцы. Все было хорошо и все кости были на месте, но вот то, что Том даже во сне собственнически наваливался на хрупкое тело мальчика, вдавливая того в кровать, доставляло определенные не удобства. Гарри пару раз прогнулся назад и несколько раз вперед, разминая позвоночник.
- Гарри, милый, не советую тебе так делать, - раздался хриплый голос с кровати. Гарри ухмыльнулся и резко развернулся. На лице мальчика появилось задорное выражение: брови в немом вопросе взлетели вверх, а на губах появилась еле заметная улыбка, - Ну что ты так на меня смотришь, змей искуситель? Знаешь же как я люблю некоторые части твоего тела… - Гарри сделал вид, что задумался, а потом решил подлить масла в огонь и нарочито медленно облизнул свои губу, доводя этим незатейливым движением Тома до состояния прострации. А затем звонко засмеялся и очень быстро исчез в ванной.
Том от такого нахальства мигом пришел в себя и мгновенно слетел с кровати и кинулся за ним.
Гарри он нашел в душе. Мальчик нежился под горячими струями воды, зазывно улыбаясь и гладя себе по груди.
- Ох, Поттер. И когда ты успел стать таким…. развратным? – прижимая мальчика спиной к стене, спросил Том. Опытные руки мага тут же стали умело шарить по юному телу, сжимая, щипая и поглаживая. Гарри ухватился руками за шею Тома и прижался к нему еще сильнее, тихонько постанывая от наслаждения. Том подхватил Гарри под попу и приподнял чуть выше, вжимая мальчика еще сильнее в сену, помогая ему зацепиться за его талию ногами, чтобы было удобнее. Пальцами он уже подготавливал своего юного любовника, а его губы терзали и так уже искусанную шейку. Член Гарри терся между телами, доставляя неудобства. Гарри уже не терпелось почувствовать крупный член своего любовника у себя внутри, почувствовать как растягиваются мышцы при вторжении, даже ощутить легкую боль и жжение как символ принадлежности.
Наконец Том сжалился и вошел в мальчика одним быстрым и стремительным толчком, сражу же насаживая почти безвольное тело до основания. Два стона в унисон: один радостный и какой-то облегченный, а другой яростный и довольный. Гарри понадобилось лишь несколько движений вверх вниз, чтобы кончит, заливая все свободное пространство между двумя разгоряченными телами.
Том яростно продолжил вбиваться в гостеприимное тело, которое сейчас лужицей распласталось по стене. Голова Гарри моталась из стороны в сторону, с губ срывались беспомощные всхлипы. Гарри резко сжал внутренние мышцы. Том охнул и в последний раз войдя особенно глубоко, кончил с именем любовника на устах:
- Гарри… - руки волшебника отпустили бедра парня, позволяя его ногам соскользнуть с его талии. Но ноги Гарри отказались его держать: мальчик плавно осел на пол и прижался горячим лицом к кафельной стене. Сверху по-прежнему лилась вода, ударяя горячими струями по чувствительным телам. Том тоже прижимался лицом к стене, пытаясь хоть немного отдышаться и прийти в норму.

Именно так начинался почти каждый день в самой большой спальне цитадели Волдеморта. Гарри нравилось упиваться такой маленькой властью, дразня темного мага, провоцируя его на действия. Гарри обожал секс с Томом, получая от него не только физическое наслаждение, а даже какое-то душевное спокойствие. В объятиях Реддла Гарри забывал обо всем: о жизни до плена и даже о тех глупых вырезках из газет, которые Снейп так и старается ему подсунуть, неизвестно чего добиваясь. То ли пытаясь вывести Гарри из состояния странной эйфории, то ли хочет заставить его действовать и вступить в войну. Причем в своем стремлении зельевар не придерживался никакой логики, подкладывая в книги по зельеварению то статьи про жестокость Тома, то статьи в которых прямо указывалось на то, что Орден не лучше. Гарри уже забыл, когда его стали привлекать эти глупые газетные вырезки, но он тайком стал прочитывать их, впитывая в себя информацию о магическом мире. Так Гарри узнал, что магловское министерство уже давно находится в руках Тома, а магическое держится на последнем издыхании: многие отделы уже закрылись, люди увольняются и просто бегут из страны, которая медленно тонет из-за войны и бездарного руководства. Хогвартс стал неким оплотом света – единственное место которое можно считать безопасным. Так же Гарри узнал, что за его голову назначена огромная награда, а его самого ждет смертная казнь от Авады, так как дементоры уже давно перешли на сторону Волдеморта.
Гарри сам себе не мог в этом признаться, но его все больше и больше затягивала жажда информации. Гарри стал более внимательным на собраниях, слушая отчеты, под пристальным взглядом Снейпа, который казалось видел абсолютно все и в кое-то веки был доволен. Том этого ничего не видел, ну или делал вид, что не видел. Иногда он задерживал заинтересованные взгляды на Гарри, который прищурившись, пытался проделать в Снейпе дырку одним лишь взглядом. Но Том даже и не пытался разузнать что-то ни у того, ни у другого. Темному магу было достаточно того, что его мальчик стал чаще смеяться и улыбаться, что он оживленно носился по замку, между библиотекой и лабораторией, в которую он мог теперь заходить даже в отсутствии Тома или Северуса.
Гарри постепенно перестал вздрагивать, когда Том насылал на кого-нибудь пыточные проклятия, хотя Том ему ясно дал понять, что если ему надоест сидеть возле его трона и смотреть как его упивающиеся пытают очередных авроров, попавшихся по глупости, то он может спокойно уйти. Гарри так обычно и делал, до того дня как на полу в центе зала не оказался два до боли знакомых человека с рыжими головами. Первым был Персиваль Уизли – эгоистичный придурок, который так же как его семья безумно хотел денег. Только вот он, по крайней мере, добивался их сам, трудясь на благо министра и все министерства. Гарри он никогда не нравился, да и он сам ему тоже. Но Перси никогда не скрывал своего отношения к Гарри, никогда не притворялся и не строил из себя друга. Другим пленником оказалась Джинни Уизли, которая неизвестно как вообще оказалась здесь. Ведь чисто теоретически она должна быть в Хогвартсе и грызть гранит науки. Гарри повернул голову и посмотрел на Тома, вопросительно вздернув бровь. Если Том и был удивлен абсолютным спокойствие своего любовника, то не подал виду. Но раз Гарри интересно как они сюда попали, то почему бы не ответить?
- Мои дорогие преданные мне слуги. Эти двое представителей предателей крови были пойманы вчера… Они так неосторожно затеяли скандал рядом с могилой своего безвременно павшего в бою отца, что не заметили как оказались у нас в гостях. – Ото всюду послышался гогот. Том же смотрел на своего мальчика, ища в его глазах боль и страх, но там этого не было. Лишь задумчивое выражение на его лице доказывало, что он вообще хоть что-то услышал.
А Гарри даже и не знал какие чувства он испытывал смотря на двух рыжим, но мальчик был с точностью уверен, что жалкое состояние Джинни Уизли доставляло ему странное удовлетворение. В душе Гарри росло злорадство.
Поттер опустил глаза, когда столкнулся с ненавистным взглядом Перси. Мальчику почему-то стало не по себе от взгляда рыжего, парню же видно досталось по полной. Скорее всего упивающиеся, а может даже сам Том лично, выбивал из него информацию. Нет Гарри не жаль было ни одного из пленников, это чувство даже бы казалось безумным после того, что они все сделали с его жизнью. Уизли – люди, которых он считал своей семьей, которых любил, и которые так легко предавали его изо дня в день.
Гарри встретился глазами с младшей Уизли: вот уж кто испытывал ничем не прикрытую лютую ненависть. Гарри наградил ее таким же взглядом, наслаждаясь сменившим ненависть страхом.
Гарри встал, поняв, что на сегодня с него хватит, потому что желание причинить боль стало невыносимым, слишком ярким, слишком не правильным. Вся выдержка Поттера и желание не вмешиваться в войну, не выбирать сторону и не мстить своим теперь уже врагам летели к чертям, теперь уже окончательно. И ни Том, ни Снейп здесь были не причем. Просто вдруг Гарри начал понимать каких желаний, преследующих его с июня, он не хотел признавать.
Когда Гарри почти подошел к задней двери вокруг как будто включили звук. По рядам пожирателей прошелся еле слышный шепот, разбавляемый кое-где тихим злорадным смехом.
Гарри захотелось закричать, заорать во все горло, что они слишком жалки, чтобы хоть что-то понять, но он лишь молчаливо обвел тяжелым взглядом всех присутствующих, не забывая и Тома.
- Предатель! – завизжала Джинни, - Ты предал в… - договорить ей не дал Снейп, наградив ее «силенцио». Теперь Гарри захотелось засмеяться… Снейп в последнее время слишком оберегает его, как заботливый отец или даже мамаша бережет свое дитя. Рассказывает какие-то истории, пытаясь разговорить и вытянуть на беседу, но Гарри пока не сдается. Хоть и подсовывает статьи, то уж точно не кровавые хроники, а скорее политические рассказики, а потом долго смотрит на Гарри, пытаясь выявить его состояние после прочитанного. Разрешает готовить зелья и даже дает некоторые уроки по ним.
Гарри прикрыл глаза и нажал на ручку двери, выходя из зала.
Мальчик очень быстро добежал до спальни, по дороге его все время преследовали крики пленных, но сердце так ни разу и не дрогнуло. Видно желание причинять боль передается половым путем. Или Том все таки полностью переделал его, сделал таким как он сам. Ни души, ни сердца… холодный расчет и желание отомстить. Гарри понял чего он теперь хочет, чего жаждет… Так наверно сходят с ума, без возвратно, когда где-то в груди что-то сжимается и прыгает в предвкушении, когда перед своими глазами ты видишь смерть своих врагов.

Гарри понадобилось совсем не много, чтобы составить план своих действий. Совсем не много, чтобы укрепиться в своих желаниях и поставить себе цель в жизни. Снова цель – только теперь это не борьба с Волдемортом. Уж что-что, а с Томом Гарри воевать не хотел. Но не только потому, что тот был сильнее или лучше, а просто чувства преданности и радости преследовали Гарри всякий раз как его темный любовник появлялся в поле его зрения. Гарри обожал сидеть с мужчиной у камина устроившись головой у него на коленях, прижиматься к нему ночью, чувствовать как горячие руки гладят его тело, даря наслаждение. Если бы Гарри смог бы любить, то свою любовь он подарил бы Тому, не раздумывая и не сомневаясь ни на секунду. Но любить он не мог, не получалось. Да и Тому наверно не нужна была его любовь, наверное. Лишь секс, да желание, чтобы он, Гарри, всегда был рядом.
Говорить Гарри по-прежнему не желал, даже то, что Том месяц назад отдал ему его палочку, не повлияло на его желание молчать. Гарри тогда палочку отправил куда-то в угол и полез целоваться. Том тогда от такого обалдел, но быстро взял все в свои руки, повалив Гарри на свой рабочий стол, скидывая бесконечное количество папок, и беспалочковой магией запирая открытую настежь дверь.
Гарри улыбнулся, вспоминая с каким остервенением Том тогда стаскивал с него штаны. Волшебная палочка так до сих пор и лежала в кабинете темного мага. Том положил ее в нижний ящик своего стола, не скрывая этого от Гарри, зная, что ошейник не позволит Поттеру применить магию против него.
Гарри этим же вечером, пока Том не вернулся со своего собрания, которое наверное стало больше похоже на встречу чокнутых мясников. По крайней мере так было всегда, когда собирался весь ближний круг во главе с Макнейером и обоими Лестранжами. Гарри не раз испытывал на себе их силу проклятий. Извращенные мозги упивающихся, особенно этих, всегда придумывали что-то особенное: слишком болезненное и жестокое. И эти пытки не прекращались, какими бы они не были, пока Волдеморт не подавал свой голос, сурово говоря: «Хватит. А то вы его угробите». Так было почти со всеми пленниками, но если в зале присутствовал Гарри, Темный Лорд заканчивал все намного быстрее, переживая за состояние своего мальчика. Поэтому сейчас, проникая в кабинет Тома, Гарри не завидовал двум Уизли, на которых сейчас отрываются пожиратели.
Волшебная палочка лежала на месте, ожидая своего хозяина, который наконец проснулся от долгого сна и наконец решил начать совершать свое возмездие.
Тепло пробежало по руке Поттера, когда наконец его пальцы сомкнулись на основании волшебной палочки.
Гарри знал, что он поступает правильно. Каждый должен получить в этой жизни по заслугам. Вот только Гарри не знал за какие заслуги ему все свалилось на голову. За что страдал он все это время7 Гарри подвинул немного зеленый шарфик, который плотно обхватывал шею, и потрогал тонкий ошейник. Поттер никогда не признался в этом ни кому, но он просто обожал – это чувство принадлежности кому-то. Наверное его психика была повреждена еще в детстве, но иногда он ловил себя на мысли, что ему нравится во веем подчиняться Тому, ждать от него приказов и указаний, потому что это дарило чувство защищенности.
«Сходить с ума… Так во всем», - фыркнул про себя Гарри и широким шагом отправился в библиотеку к разделу по невербальной магии. Проще было конечно заново научиться говорить, но, когда он, Поттер, искал слишком легкие пути?

Пропажу палочки Том заметил не сразу, но вот Гарри практикующегося в невербальном «ступефае» на вазах заметить было не очень трудно. Учитывая, что у Гарри ничего не получалось и он бил многострадальные расписные вазочки в ручную, создавая грохот по всему дому, на который сбегались абсолютно все: начиная с табуна эльфов и заканчивая Томом, который лишь качал головой, восстанавливал осколки и спрашивал не нужна ли Гарри помощь?
Гарри упрямо вздергивал подбородок и уходил в спальню, прячась от всего мира.
Том не понимал, что творится с его мальчиком. Но Том нервничал. Мужчина боялся, что на Гарри так резко повлияло появление его друзей здесь. Том даже подумывал, пока они рыжие еще живы отпустить их на все четыре стороны, чтобы его малыш снова стал спокойным, чтобы Гарри перестали мучить ночные кошмары, которые снова возобновились после достаточно долгого перерыва.

- Гарри? Успокойся…, - тихо попросил Том, вытаскивая из руки Гарри волшебную палочку, - Ты скоро от этого дома ничего не оставишь, - Гарри задышал еще тяжелее. Невербальная магия отнимала у него много сил, но заклинания медленно, но верно стали получаться. Вазы послушно разбивались, предметы парили, а красный луч экспеллиармуса радовал глаза.
- Ты и так очень быстро учишься… И не смотри так на меня, я говорю чистую правду, - Том вздохнул и наконец решился, - Ну хочешь я отпущу твоих друзей? Да-да они еще живы… Гарри? Я сделаю это для тебя… Я понимаю как тебе тяжело. Я даже представляю как ты ненавидишь меня. И я бы никогда в этом не признался, но меньше всего я хочу, чтобы ты ненавидел меня. – Глаза в глаза… Гарри не понимал смысл этих откровений, - Я сам не заметил, как ты, Гарри, стал неотъемлемой частью моей жизни. Но мы были всегда по разные стороны баррикад, и этого ничего не изменит, как бы мне не хотелось, - Том замолчал и отошел от Гарри, облокачиваясь на стену, - от этого мне с каждым днем становится все труднее. Даже с ошейником, который ты так старательно прячешь ничего не изменит… ты не сможешь пойти против меня, но при этом он не удержит тебя около меня… И от этого почему-то больно. Я бы желал никогда не испытывать никаких чувств, но это не зависит от меня. Мне лишь хочется знать есть ли у меня шанс быть прощенным тобой. И я даже могу ради тебя отпустить рыжих Уизли. Если это сделает тебя хоть капельку счастливым, то я это сделаю.
Гарри не верил своим ушам: Том Реддл – самый темный маг за историю всего двадцатого века, который во много раз превзошел Гриндевальда, почти признался ему, Гарри, в любви, по крайней мере он сказал, что он ему не безразличен.
Гарри широко улыбнулся и в мгновении ока прижался к своему любовнику. Пришло время поставить все точки над i. Пора открыть свои тайны хоть кому-то. Гарри приподнял голову и заглянул в карие глаза мага, в которых уже почти никогда не было красных искорок. Рукой мальчик показал сначала на свою голову, а потом дотронулся до волшебной палочки, которую Том впопыхах запихнул за пояс брюк, традиционной мантии на мужчине сегодня не было.
Том первые десять секунд не понимал, что от него хочет Гарри и почему мальчик то бледнел, то краснел, как будто боролся со своими внутренними демонами, то проигрывая, то выигрывая.
- Ты хочешь, чтобы я применил легелименцию? – догадался Реддл. Гарри порывисто кивнул и немного расслабился, успокаиваясь. – Это может быть больно… - Гарри снова кивнул, - Я… Просто сосредоточься на том, что хочешь мне показать, Гарри. Я не хочу причинить тебе боль. – Гарри вздохнул, мысленно воспроизводя у себя в памяти воспоминание о разговоре Дамблдора с Грейнджер, стараясь передать свои чувства и эмоции. Как бы Гарри не старался собраться и настроиться, заклятие «легелименс» прозвучало для него неожиданно. Голову пронзила боль и замелькали картинки воспоминаний. Гарри постарался сосредоточиться на одном. Чуть освещенный коридор, темная ниша за доспехами. Неспешный разговор, который больно ранит в сердце. Обидные слова, убивающие изнутри.
Сколько раз Гарри видел это во сне. Сколько раз это почти преследовало его наяву. Воспоминание затмившее абсолютно все. Непередаваемая боль и отчаяние.
Как только воспоминание закончилось Том вынырнул из памяти Гарри, тяжело дыша и не веря тому, что увидел. Все это казалось таким нереальным, неправильным.
Гарри на негнущихся ногах с трудом дошел до кровати и повалился на нее, уже не сдерживая слез, переходящих в рыдания. Напряжение нескольких дней дало о себе знать. Держаться не было больше сил, все снова летело к чертям.
Том не знал как реагировать на правду. Такого он точно не ожидал. Все что угодно, но не это.
Том постоял еще несколько секунд и стремительно подошел к кровати, усаживаясь на нее и притягивая к себе плачущего мальчика, который безвольной куклой теперь лежал на его коленях.
- Тише, Гарри… Тише, малыш, - тихо шептал маг, укачивая мальчика, который постепенно успокаивался и засыпал, - Я с тобой… Я тебя не брошу, - но Гарри уже этого не слышал. Его истощенное нервами и кошмарами сознание отпустило его в царство Морфея.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:18 | Сообщение # 10
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 2

С того вечера все кардинально изменилось: Том стремился во всем поддержать Гарри, помогая ему с освоением невербальной магии. Темный Лорд постоянно наблюдал за изменениями настроения Гарри. Двое рыжих были убиты на следующий же день. Том даже предложил Гарри сделать это, но тот отказался, предпочитая постоять в сторонке. Тогда Том лично убил их. И в первые его переполняло чувство ликования не из-за того, что он отнял у кого-то жизнь, а потому что сделал это для кого-то. Для Гарри… Чтобы увидеть на таком уже ставшим родным лице, благодарность, смешанную с удовлетворением.

Война тем временем принимала свои обороты. Списки погибших в газетах увеличивались, семьи то и дело не дожидались кого-то домой. При этом война шла не только между Лордом и Дамблдором, Лордом и министерством, но и между директором и Фаджем. Никто не хотел уступать. Людей бросали в битву как разменные монеты. Всюду было предательство и отчаяние. Светлые волшебники с каждым днем все больше разочаровывались, исчезали последние надежды. А министерство и Дамблдор лишь тащили каждый на себя канат правления. Школа была превращена в лагерь для беженцев, а Гримволд Плэйс по-прежнему звучал один и тот же вопрос: что нам делать? Орденовцы ждали указаний от Дамблдора, а тот наоборот пытался спихнуть все на своих заместителей, в лице Грюма и Макгонагл. Семья Уизли изрядно поредела: Артур погиб вовремя нападения на Косую аллею, а изуродованные тела Джинни и Перси были найдены спустя несколько дней на пороге Норы. Молли Уизли почти сошла с ума. Она то впадала в депрессию, забившись в угол, то наоборот начинала кричать и тогда ее даже приходилось связывать, чтобы женщина не покалечила других и себя за одно. Старшие дети – Билл и Чарли - плюнули на сумасшедшую мать и полностью посвятили себя борьбе, которая больше была похожа на личную месть. Близнецы тоже отделились от остатков своей семьи. Нет они безумно страдали и из-за смерти отца, и брата, и сестры, и из-за болезни матери, но Фред и Джордж не зря считались гениями. Близнецы почти сразу заподозрили, что что-то не то творится в Ордене, да и в их семье. А началось все со смерти Гермионы. Смерть девочки безусловно стала ударом для многих, но больше все поразило как она умерла. Близнецы тогда подслушали разговор между младшими братом и сестрой, а также прибывшем в дом Блэков Невиллом Лонгботомом.
Очень странно было слушать оскорбления из уст Рона в адрес его лучшей подруги, но еще страшнее было то пренебрежение с которым запершаяся троица относилась к Гарри.
Тем же вечером грянул еще один гром: Гарри Поттер убил своих дядю и тетю заклинанием авада кедавра и скрылся в неизвестном направлении. Нет как раз направление ордену и было известно. Гарри оказался предателем, который уже давно служит Волдеморту.
За один день мир перевернулся на голову, а дальше все покатилось по наклонной.
Через несколько дней при странных обстоятельствах пропал Ремус Люпин… Он просто исчез в одно из полнолуний, не вернувшись обратно из леса. Его пробовали искать, но все было безрезультатно. Зато Сириус Блэк как-то выбрался из-за арки, правда его здоровье оставляло желать лучшего, но он был жив и даже практически здоров. Весть о том, что его любимый крестник оказался убийцей и предателем, он воспринял плохо, но все же поверил. Ведь Дамблдор верил в это. А вот исчезновение последнего друга была для него ударом. Всегда не унывающий Сириус теперь день изо дня напивался и громко вещал, что он сделает со всеми упивающими и их Лордом. Разговор про Гарри он старался избегать, но внутри у него постоянно переворачивалось что-то, причиняя боль и страдание.
Так постепенно орденовцы впадали в отчаяние, аврорат редел, многие отделы министерства закрывались за ненадобность.
Многим стало казаться, что Поттер был их талисманом. С исчезновением которого и исчезла та удача, на которой держался волшебный мир. А теперь пришли темные времена, пережить которые смогут только самые хитрые, сильные или просто отчаянные.
А в Хогвартсе по-прежнему готовили Невилла Лонгботома, результаты которого буквально убивали его учителей. Но Дамблдор продолжал твердить, что он научится, что он сможет, что он надежда, последняя и самая надежная. Но мало, кто верил в это. Минерва Макгонагл, которая уже все давно поняла, лишь качала головой и снова и снова вдалбливала в голову героя знания. Аластор Грюм, который продолжал доверять Дамблдору, но однако это доверие не мешало ему оскорблять Лонгботома, называя бездарем.
Среди всего этого почти все забыли о Снейпе, который стараясь быть не особо заметным, собирал информацию для Темного Лорда. Северус иногда поражался с какой беспечностью ему верит Дамблдор. Даже то, что его доклады о лагере Волдемора стали в два раза короче, не повлияло на доверие директора. Тем более других желающих шпионить не наблюдалось, как в общем и не было еще одно такого прекрасного дуэлянта, который в силу некоторых причин абсолютно не сможет отказаться от обучения Невилла Лонгботома.

Гарри трудился изо всех сил, стремясь достичь своей цели, отвлекаясь лишь тогда, когда в поле его зрения оказывался Том. Делать что-то при своем любовнике, при этом оставаясь внимательным и сосредоточенным, было невозможно. А Том этим умело пользовался, отвлекая парня от учебы и затаскивая его в постель или на ближайший диван. И отпускал только тогда, когда уже и он, и Гарри были не в состоянии даже пошевелиться, но в силу таких вот причин, идти куда-то и еще что-то делать юноша был не в состоянии.
Вот и сейчас Гарри лежал поперек Тома, придавив своим весом ноги мага, и делал вид, что дремал, пристроившись головой под рукой мужчины.
- Гарри? Ты спишь? – тихо спросил Том, поглаживая Гарри по голове, перебирая его волосы.
- Ммм, - промычал Гарри. И не понятно было, что он имел в виду.
- Так ты спишь? Гарри? – Том медленно обвел пальцем припухшие от поцелуев губ парня. Поттер поморщился и открыл глаза, - О, проснулся, - Том резко сел и потянул Гарри на себя, чтобы потом устроить его голову у себя на груди. – У меня есть к тебе предложение… - Гарри с трудом сделал вид, что ему интересно, но глаза так и готовы были закрыться. – Хочешь я возьму тебя завтра с собой? – Поттер насторожился и резко сел, ничего не понимающим взглядом уставившись на мага, - Ты же помнишь про завтрашнюю атаку на министерство?
Гарри помнил… И ему было страшно отпускать Тома туда. Страх за то, что он не вернется с каждым разом становился все сильнее и сильнее, поглощая Гарри изнутри. Страшно было ждать, сидя в комнате в неизвестности, думая: а вернется ли он? И каким вернется… Но помимо того, что Том может неожиданно погибнуть, у Гарри был еще один страх, что он вернется другим, таким как был раньше до встречи с ним, с Гарри.
- Ну так ты хочешь? Ты бы смог проверить свои знания и возможности так сказать на практике… Но если ты не хочешь, я пойму и даже не буду тебя уговаривать, - Гарри своей ладошкой прикрыл рот Тома, призывая его к молчанию. Реддл поцеловал любимую ладонь и заключил ее в свои руки, - Так ты хочешь?
Гарри выждал еще несколько секунд и кивнул, его зеленые глаза странно заблестели, а свободная рука прошлась по груди мужчины, явно напоминая, что он уже пришел в норму и даже рассчитывает на продолжение.

- Мой Лорд? – Северус подошел к Темному Лорду и Гарри за несколько минут до общего сбора. – Вы просили меня подойти после собрания.
- Да, Северус… У меня к тебе будет просьба, - слово «просьба» из уст Темного Лорда звучало очень странно, - Так как не нам будет в плюс, если ты будешь швыряться по орденовцам и аврорам, и тебя именно в этот момент кто-то узнает…
- Я могу наложить на себя отвлекающие чары…
- Которые слетят через пять минут, - резко оборвал своего слугу Темный Лорд, - Ты слишком ценен для меня, Северус. Поэтому ты будешь присматривать за Гарри и стоять вмести с ним рядом со мной.
- Может не стоит брать Поттера? – Северус не хотел возражать своему господину, но и рисковать Поттером, которого теперь можно сказать ненавидят две стороны, было по его мнению нецелесообразно. Но нельзя было показывать, что он волнуется за мальчишку. – Он может попытаться сбежать…
- Вот для этого ты и идешь, мой скользкий друг, - усмехнулся лорд, - Я просто хочу показать Поттеру, как погибают его бывшие соратники… Гарри, держись поближе к Северусу. И не дай Мерлин, тебе выкинуть какой-нибудь фокус. Ошейник, все еще по-прежнему на тебе. Накажу за глупость – мало не покажется.
Гарри улыбнулся, низко опустив голову. В гневе Том действительно страшен (для его пятой точки).
- Поттер! За мной! – скомандовал Снейп, тяжело вздыхая. – И за какие же грехи вы свалились на мою голову? – Гарри снова улыбнулся, пряча улыбку в теплом зеленом шарфе, которым он, по совету Тома, обмотался практически до носа. Под этим шарфом у него еще был шейный платок, который полностью закрывал ошейник. Капюшон теплой мантии был надвинут на глаза, точно также как и у Снейпа и остальных пожирателей. Кое на ком были серебряные маски, но сражаться в них было неудобно, потому таких было меньшинство.
Гарри неспешным взглядом обводил толпу пожирателей, которые слушали последние наставления Тома. Кто-то был напряжен и нервно сжимал волшебную палочку, кто-то наоборот слишком расслаблен.
Девиз нынешнего сражения: «Взять министерство любой ценой».

Вспышки заклинаний, кругом огонь, крики… Наверное так выглядит настоящая магическая война.
Гарри стоял немного позади Тома, сзади он чувствовал близко стоящего Снейпа. Падающие тела: знакомые и незнакомые. Авроры, упивающиеся, просто служащие министерства, задержавшиеся допоздна на работе, орденовцы. Да-да орденовцы, прибывшие слишком быстро – еще одно доказательство для Тома, что на его корабле завелась крыса.
Северус уже сражается во всю с каким-то аврором, который видно любой ценой решил добраться и убить лично каждого упивающегося, Том уже где-то впереди, не переставая швыряется заклинаниями, помогая своим слугам. На следующем собрании это с рук им не сойдет…
Гарри отбивается от заклинаний, возводя невербальные щиты. И даже помогает Снейпу сшибить его противника. Атриум министерства превратился в кровавое болото.
Северуса сшибает каким-то заклинанием в спину, Гарри поворачивается в сторону противника и видит Нимфадору Тонкс, которая быстро идет к ним. Вспышка заклинания и она падает.
- Поттер, не спите, - хрипло говорит Снейп, опуская палочку, - Да не убил я ее… Не смотрите так на меня… Лучше помогите подняться! – Сделать Гарри этого уже не успевает, раздается треск и взрывается фонтан. Взрывной волной многих откидывает назад. Его затылок встречается со стеной, голова как будто раскалывается как арбуз. Капюшон слетает, но Гарри не обращает на это внимания, как и на боль в прочем тоже. Главное это найти Тома и раненого Снейпа. Всюду тела: кто-то стеклянными глазами смотрит в потолок, кто-то истекает кровью, Гарри перепрыгивает через всех, несясь вперед, всматриваясь в лица лежащих и все еще дерущихся. Братья Лестранги стоят спиной к спине и с задорными улыбками отбиваются от заклинаний своих противников.
Наконец глаза парня натыкаются на Снейпа. Капюшон с него тоже слетел, лицо покрыто кровью, но он дышит, что практически невозможно с такой-то раной на голове.
Гарри наклоняется, обшаривая карманы зельевара: нужно найти портал и уходить отсюда. Том наверняка уже на высших этажах и его не найти. Наконец портал находится во внутреннем кармане мантии зельевара.
- Поттер, встань! Именем министерства ты арестован! – Гарри вздрагивает, чувствуя спиной тяжелый взгляд и даже палочку, направленную в спину, - Встань и повернись. Медленно! – Гарри сразу понял, что не успеет исчезнуть с порталом, не получив при этом Аваду в спину.
Гарри медленно поднялся не выпуская портала: тяжелый медальон с цепочкой. Также медленно он повернулся к противнику лицом.
Аластор Грюм стоял в полной боевой готовности, но вся поза выдавала его триумф.
Профессор Снейп очнулся, пытаясь дотянуться до волшебной палочки, которая откатилась чуть в сторону. Кажется старый аврор не узнал его за слоем копоти, грязи и крови.
- Ну вот ты и попался, Поттер… Брось, то, что у тебя в руке, - Гарри не на секунду прикрыл глаза, собираясь с силами. Невербальная беспалочковая магия – это был предел совершенства, но это был единственный шанс для профессора.
«Портус» - прошептал Гарри, чувствуя как магия бежит по его пальцам, наполняя украшение. И одновременно с этим его рука разжимается, отпуская портал, который падает на грудь Снейпа и зельевар мгновенно исчезает.
- Ах ты! Ступефай! – Гарри отклоняется в строну, пропуская луч заклинания. В голове все звенит от большого количества растраченной магии. Главное добраться до палочки Снейпа, которая откатилась еще дальше. Где была его собственная Гарри не знал, кажется он ее потерял в момент столкновения со стеной. Грюм уже не скупится на более сложные заклинания: по плечу проходит Секо, оставляя глубокую кровавую рану. В этот момент Рабастан Лестранг падает навзничь, а Рудольфус ранит своего противника и добивает Авадой противника брата. А через секунду от зеленого луча падает и старый аврор.
Гарри поднимается с пола и достаточно быстро идет к братьям.
Снова Треск… Гарри еле успевает увернуться от падающего фрагмента потолка, снова падая и теряя из виду братьев, которых, кажется, завалило.
Сил больше нету, дрожь в коленях не дает подняться, палочка Снейпа сломана. Пыль и что-то еще застилают глаза. Где-то вдали:
- Уходим! – кажется это голос Тома. По крайней мере он жив, Гарри улыбается, шепча про себя:
«Главное, чтобы Том был жив…»
- Трусы! Они сбежали! Ненавижу! – еще один знакомый голос. У Гарри перехватывает дыхание: это как весточка с того света. Гарри с трудом снова сел, вглядываясь в даль.
Сириус… Да это был он и с ним рядом кто-то еще. Пока они его не видели, но это было ненадолго. Вот Сириус поворачивается и упирается в него взглядом: непонимание, сменяется горечью, а горечь ненавистью.
- Поттер, - сквозь зубы. Его спутник, оказавшийся Биллом Уизли, резко повернулся.
Гарри закрыл глаза, чувствуя горячие дорожки слез. Слезы боли и отчаяния… Слезы от чувства нового предательства и понимания того, что его крестный оказался таким же предателем как все остальные.
Душа юноши, буквально разрывалась на кусочки под взглядом голубых глаз его крестного. Взгляда полного ненависти…
Вспышка заклинания и темнота. Не сталось ничего. Конец всего.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:20 | Сообщение # 11
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 3

Вся битва в министерстве магии изначально была провальной: их там ждали, причем ждал не один отряд Авроров, а целое полчище этих блюстителей порядка. Даже те, кто уже давно вышел в отставку по состоянию здоровья, но по-прежнему оставались в резерве, были там. Члены Ордена, почти в полном составе, засевшие то тут, то там. Все настроенные на битву, битву до конца. Любой ценой удержать министерство – и они это сделали.
Том крепко сжимал кулаки, вышагивая из угла в угол. Хотелось кричать, рвать и метать. А еще лучше добить всех, кто умудрился выжить в министерской мясорубке.
Но это была слишком непозволительная роскошь, немаленькая армия Волдеморта и так изрядно поредела, лишившись лучших. Том раз за разом возвращался мыслями к тому моменту, когда шатающийся из стороны в сторону Розье, тихим, почти неживым голосом называл имена тех, кто не вернулся, кто или погиб или кого завалил рухнувший потолок, погребая еще живых людей под обломками.
Но не это выбило Тома из колеи, не то, что за один час он потерял лучших, с кем был еще в первой волне, а то, что пропал Гарри. Его мальчик…
Многие не сомневались, что Поттер сбежал и уже сейчас валяется в ногах старого интригана, вымаливая прощение. Некоторые, в основном изрядно поредевший ближний круг, уже похоронили мальчишку. Ведь вовремя трансгрессирующий Макнейр видел, как и его, и братьев Лестрангов засыпало камнями с потолка, о чем он быстро и доложил. В прочем это были его последние слова, потому что Том покарал его своим излюбленным способом – Авадой кедаврой со словами о том, что никто ему не позволял бросать своих.
Но ни одна смерть не могла вернуть Реддлу его Гарри, сейчас его главной целью было поставить серьезно раненого Снейпа на ноги, хотя его уж очень хотелось добить за невыполненный приказ, за то, что Гарри сейчас неизвестно где.
В то, что Поттер предал его Том не верил и другим не дал на этом зациклиться, но думать, что он мертв, было еще больнее.

- Профессор, тело Грюма было найдено под обломками. Помочь ему уже нельзя. Его шибанули авадой, - доложил на ухо директору Кингсли Бруствер, - люди в панике. Этот бой унес жизни слишком многих. Министерство буквально разворочено и испещрено взрывными заклятиями.
- Кингсли ты знаешь, что делать, – вздохнул директор. - Кто убил Алостора?
- Рудольфус Лестранг. Он и его брат уже пойманы. Их ожидает суд.
- Кто еще?
- Пара упсов из самого низшего круга – новички, одним словом. Они все сейчас в камерах министерства. Суд будет сразу же, как только немного восстановят хотя бы атриум. Я не докладывал министру, что Поттер был пойман, - Кингсли заглянул в глаза директора, ожидая согласного кивка.
- Ты молодец. Все правильно, мой мальчик. Отправляйся в министерство. Через час общий сбор в штабе, – распорядился Дамблдор. - Предупреди всех, кого увидишь.

Штаб Ордена Феникса буквально жужжал, как растревоженный улей. Кто-то рыдал, кто-то бился в истерике, некоторые самостоятельно перебинтовывали себе ту или иную раненую часть тела, ругаясь нецензурными выражениями.
Но, не смотря на потери, в доме царила и атмосфера эйфории: они справились, они смогли впервые за эти несколько месяцев серьезной войны отбить атаку Волдеморта. Удержать министерство и даже захватить кучу людей врага, один из которых был разыскиваемым по всей Великобритании особо опасным преступником – Гарри Поттером, который был пойман на месте битвы рядом с трупом Алостора Грюма.
Пойманный лично своим крестным и Биллом Уизли. Теперь он лежал в одной из полупустых комнат на втором этаже с кучей охранных заклинаний и ограничений. Без сознания и без какой-либо возможности выбраться оттуда.
- Что мы будем делать с Поттером? – задал интересующий всех вопрос какой-то аврор.
- Перерезать ему глотку и дело с концом! – ответил сидящий в углу мужчина, промывая царапины на своей руке.
- Тебя забыли спросить, Джонатан, - резко одернул его Сириус, который казалось не знал, что делать, то ли предаться вместе со всеми эйфории, то ли пойти и повеситься, чтобы потом предстать перед Джеймсом Поттером и, ползая перед ним на коленях, просить прощение за все: за свою глупость, из-за которой попал в Азкабан и не смог вырастить Гарри нормальным, за свою беспечность и самолюбие, за которыми он не видел, что творится с его крестником. Ведь, может быть, еще несколько лет назад еще можно было бы воспитать из Гарри нормального человека, а не упивающегося смертью, приближенного Волдеморта. Просить прощение за то, что не послушал своего сердца и притащил Гарри сюда на растерзание аврорам, Дамблдору и всем остальным, кто имеет огромный зуб на Темного лорда, на упивающихся и теперь буквально готовы на части разодрать пленников, убивая их медленно, казня за каждую смерть того или иного близкого, - Сейчас придет профессор Дамблдор и все решит, - и больше не произнося не слова, Сириус встал и вышел из кухни, оставляя галдящий народ наедине со своими планами мести.
Самому же Сириусу мстить никому не хотелось, вся его горячность и стремление быть во всем первым сначала медленно убивалась Азкабаном. Но ни что не могло сломить Блэка так, как это сделала сначала весть о предательстве Гарри, а потом и пропажа последнего друга. Сейчас Сириус постоянно ощущал пустоту, какой не было даже в тюрьме.
Ступеньки заканчивались, а ноги автоматически несли бывшего узника к комнате в конце темного коридора. Рука с волшебной палочкой быстро снимает наружные охранные заклятия. Старинный большой ключ выужен из кармана. Щелчок замка как громовой раскат в тишине второго этажа. Скрип тяжелой двери.
Сириус держит палочку наготове просто по привычке, его худосочная фигура напряжена как будто он ожидает нападения. Но его предполагаемый противник, уже очнувшийся, не спешит нападать. Он лишь сильнее пытается забиться в угол, с вызовом смотря на когда-то родного человека. Его глаза светятся шальным блеском, а руки крепко держат за концы шарф слизеринских цветов.
- Гарри…

Темнота медленно отступала. Закрытые глаза дали слуху обостриться, а от холода пола не спасала даже теплая мантия, в которую его так заботливо закутал Том перед отправлением.
«Том!» - Гарри резко сел и распахнул глаза, озираясь по сторонам. Светлое небольшое помещение, голые стены. Никакой мебели, да и вообще ничего не было. Но все смутно знакомое: и стены, и тяжелая дверь почти черного дерева, и даже пол с крупными паркетными досками.
Площадь Гриммо, 12… Проклятый дом семейства Блэков. Штаб ордена Феникса. Гарри сжал кулаки с такой силой, что ногти проткнули нежную кожу ладоней до крови. Не вовремя пришла мысль, что Тому очень нравилось, когда Гарри царапал его спину этими ногтями на пике удовольствия.
«Том» - почти обреченная мысль. Гарри не выдержал и застонал. Если раньше ему казалось, что хуже уже точно не будет, ибо все, что можно уже произошло с ним, то теперь эти мысли никуда не годились. Ни предательство, ни плен, ни издевательства и пытки были страшны, а незнание того, что с твоим любимым и дорогим человеком. Не ранен ли он, думает ли он о нем… Верит ли…
Верит… А если нет? А если Том только будет рад избавиться от него или еще хуже подумает, что он предатель, что он перебежчик.
Понимание этого невыносимо скрутило внутренности Гарри.
Он, не вставая, отполз в угол. По опыту, конечно, зная, что там не спрячешься, но тройная опора дает хоть слабую, но уверенность.
Рука Гарри пробралась под два шарфа и легла на ошейник, чувствуя теплый металл, каждый изгиб, каждый выступающий камешек. Вещь, дающая надежду, что где-то он нужен, как раб, почти как вещь, но нужен.
«Том…»
Горячие слезы жгут глаза. Гарри думал, что он разучился плакать… Но нет. Гарри резкими движениями вытирает щеки, часто-часто моргая. Нельзя плакать, нельзя показывать слабость. Он не сдался в цитадели Волдеморта, он сумел там выжить и даже получить дом. Он не сдастся и здесь. Выберется любой ценой, только для того, что бы найти Тома и сказать ему как же он его все-таки любит, сказать, что кроме него ему больше никто не нужен. Сказать… Наверно это уже не реально… Голос, не раз сорванный криками боли. Снейп не единожды пичкал его зельями, значит было, что лечить.
Снейп… Северус… Ради него Гарри пожертвовал собой, но по-другому было нельзя: зельевар стал вторым человеком после Тома, за которого Гарри бы отдал все.
«Жив ли он? Надеюсь, Том его хотя бы не убил за проваленное задание?» - подумал Гарри.
Мальчик затянул потуже шарф и плотнее закутался в мантию, прикрывая глаза: просто чтобы на секунду представить, что он находится в объятиях любимого, что этой битвы не было. Что Снейп сейчас кошеварит в своей лаборатории, создавая очередное невкусное произведение искусства, что братья Лестранги ругаются где-то в гостиной по поводу очередного квиддичного матча, который в свете войны в Англии теперь проводятся в другой части света. Что Нагини спит где-нибудь на столе Тома на очередном плане захвата Хогвартса, который Том бросил впопыхах, чтобы насладиться несколькими минутами, которые плавно перетекают в часы, а потом и в ночь с Гарри.
Гарри даже заулыбался, представляя, как Том, ругаясь на парселтанге, стаскивает с него уж очень узкие джинсы, которые Гарри с огромным трудом на себя напялил. Как горячие руки мага непристойно ощупываю его, не обращая внимания на нелепые попытки Гарри вырваться. Это лишь игра, небольшая прелюдия недоступности.
Гарри почти чувствует язык Тома на своей шее, чуть выше ошейника. Гарри любил все это, принимая правила игры. Наверное, они с Томом и правда были похожи в чем-то. Только одно у них было явное отличие: Том любил подчинять, ему нравилось властвовать, быть главным во всем, чувствовать свое превосходство. Именно поэтому он и напялил на Гарри ошейник. Единственное чего он не учел, что Гарри получал от власти не меньшее удовольствие. Видно сказывалось не слишком нормальное детство, но Гарри с удовольствием принимал власть более сильного и умело мог играть этим, иногда осознанно провоцируя Темного лорда на близость. Это тоже был вид власти: немного другой, даже неправильный, зато какой сладкий…
Из почти живых видений Гарри вырвали шаги с другой стороны двери, еле слышные слова заклинаний, щелчок замка как вердикт, который не подлежит обжалованию. Противный скрип двери, какой-то слишком ненатуральный, как будто сама смерть сейчас войдет в эту дверь.
Гарри крепко хватается за концы шарфа, будто пытаясь задушиться. Его глаза широко распахнуты, но свет мешает разглядеть пришедшего.
Шаг… Действительно как будто смерть пришла. Паника отступает, оставляя место лишь ненависти, чувство предательства захлестывает с новой силой.
- Гарри… - Сириус Блэк входит в комнату, но к крестнику не приближается.
Гарри же смотрит на когда-то любимого крестного, который сейчас стоит в боевой позе аврора, видно ожидая нападения. От него? А не смешно ли это. Ведь это он, Гарри, заперт в абсолютно пустом помещении, ведь это у него нет волшебной палочки, ведь это он находится в стане врага, среди людей, обрекших его почти на верную смерть. Среди людей, которые ни чем не отличаются от упивающихся смертью. Таких же беспринципных и не менее жестоких. Здесь будет не лучше, чем в первые месяцы у Волдеморта, если, конечно, не будет хуже. Ведь он, Гарри, как трофей, как жертвенный ягненок.

- Гарри, - Сириус делает неспешный шаг по направлению к крестнику. Гарри еще больше вжимается в стенку, в надежде слиться с ней. Было ли ему страшно? Нет… Это чувство практически полностью атрофировалось в нем. Но вот мурашки пробежались по спине Гарри, а лоб покрылся холодной испариной. В его голове билась только одна мысль: Сириус мертв, а это враг, который пришел убить, замучив до смерти. Захотелось заорать: «не подходи», но голос снова подвел мальчика, и он издал лишь слабые хрипы.
Сириус сделал еще шаг, подходя ближе. Слишком близко, чтобы вынести его присутствие… Слишком близко, чтобы попытаться сбежать.
Гарри сам не понимая, что он делает: резко вскочил, сбивая с ног мужчину. Эффект неожиданности принес свои плоды: Сириус Блэк не удержался на ногах. Его палочка выпала из руки и откатилась немного в сторону. Гарри почти автоматически схватил ее и кинулся бежать, благо дверь бывший заключенный закрыть не потрудился.
Главное выбраться… Почти каждый участок дома Гари помнил наизусть, каждый камень, каждый выступ, хоть он и провел в этом доме совсем немного времени, но даже этого ему хватило, чтобы изучить его.
Темный коридор и еле освещенная лестница. Отрубленные головы эльфов по всему периметру. Один лестничный пролет и вот уже дверь близко. Чей-то громкий крик и заклятие экспеллиармус. И в который раз за вечер голова Гарри повстречалась с твердой поверхностью, разнося иглы боли по всему телу.
- Куда-то собрался, Поттер? – Гарри с трудом открыл глаза и встретился взглядом с расплывчатым Альбусом Дамблдором. - Кто открыл дверь?!
- Сириус пошел к нему, профессор Дамблдор, - сказал кто-то справа. Гарри с трудом повернул голову и увидел близко стоящего к нему мужчину лет сорока пяти, чье лицо было ему знакомо еще с фотографии, которую ему когда-то показывал Грюм.
- Кто-нибудь сходите посмотрите, что с ним, - распорядился директор.
- Не надо, профессор, со мной все в порядке, - Сириус Блэк осторожно спускался по лестнице, держась рукой за плечо. - Я немного потерял бдительность.
Кто-то усмехнулся. Гарри попытался осмотреться, но, кажется, этот удар не прошел бесследно: перед глазами все плыло, поэтому видеть он мог только Дамблдора, хотя видеть его было последнее, что он хотел, и еще нескольких человек. Затылок мальчика болел немилосердно и Гарри подозревал, что в его голове вполне могла образоваться трещина.
- Сириус – это было сверхнеосмотрительно с твоей стороны, - директор покачал головой. Его волшебная палочка по-прежнему была направлена на Гарри, и с ее кончика в любой момент могло сорваться очередное заклятие. – Поттер, вставай. Медленно и без резких движений. Никто не расстроится, если я приведу твой смертный приговор в исполнение незамедлительно! – Отовсюду послышались смешки.
Гарри, тратя последние силы, медленно поднялся, пытаясь держать спину гордо, а голову ровно. На его лицо была надета маска безразличности, которой он научился у Тома. Главное для него сейчас было не показать, как ему страшно находиться среди этих людей, как ему противно даже слышать их голоса.
Еле слышное заклинание пут и вот уже его руки связанны за спиной. Веревки больно врезаются в запястья, раня нежную кожу.
- Вперед! – Гарри пошел, с трудом сгибая ноги в коленях и получая от каждого шага новый разряд боли. Лестница, по которой он при попытке побега пробежал за несколько секунд, теперь казалась просто бесконечной.
Снова та пустая комната, так похожая на тюремную камеру и камеру в цитадели Волдеморта. И никаких различий между ними нет.
- Посиди пока здесь, а потом мы решим, что с тобой делать, - голос Дамблдора бил как набатом. - Мне жаль, что ты пошел по такому неправильному пути… - И тяжелая дверь захлопнулась, отрезая звуки.

- Профессор Дамблдор… Что мы будем делать с Поттером? – тихо озвучил мучавший всех вопрос Билл Уизли. - Он может знать планы Того-Кого-Нельзя-Называть…
Директор молчал, задумчиво поглаживая бороду и соображая какие выгоды можно извлечь из поимки Поттера или их там просто нет и проще отдать мальчишку на растерзание сначала министру, а потом и аврорам.
- Сомневаюсь, мой мальчик, - наконец ответил старик, - Волдеморт не привык никому доверять…
- Но…
- Мы безусловно используем на нем зелье правды, как только найдем Северуса Снейпа…
- Этот предатель еще не появился? – хрипло спросил Сириус, который, казалось, только при имени своего старого школьного врага немного оживился и в его глазах появилась какая-то осознанность происходящего. Сириус до сих пор не мог забыть выходки своего крестника, проклиная его за нее, но в душе мага по-прежнему были ростки неправильности происходящего. Что-то в Гарри не давало ему назвать его убийцей, увидеть в нем настоящего предателя.
- Ну, зачем же так, Сириус, мальчик мой? - продолжил тем временем директор. - Северус наш единственный шпион в стане врага. Его работа просто неоценима для Ордена. Ему и так последнее время приходиться трудно. Информация достается с таким трудом.
- Вы слишком наивны, директор, - еле слышно прорычал анимаг.
- Ты что-то сказал, мой мальчик?
- Нет-нет… вам показалось. – Сириус попытался улыбнуться, но его улыбка вышла какой-то слишком кривой.
- Да, бывает… - согласился директор. - Что ж, мои дорогие, - несколько человек заерзали на стульях. Как говориться расслабились немного, теперь пора и поработать. - Сегодня, благодаря нашим умениям и сплоченности, мы сумели отразить атаку пожирателей.
- Да какие там умения, директор! Они почти нас смели. Те, кто были в атриуме все мертвы…
- Мы, безусловно, не забудем их подвиг, Джонатан, но нам нужно двигаться дальше…
- Нам нужно публично казнить Поттера! Чтобы эти твари-пожиратели…
- Джонатан! – Дамблдор немного повысил голос. - Нам всем сейчас тяжело, мой мальчик, но давай не будем спешить. Казнить Поттера мы всегда успеем! Главное – это то, что нам это принесет…


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:21 | Сообщение # 12
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 4

- Снейп! Я влил в тебя чертову кучу зелий! – Темный Лорд бушевал, бегая вокруг кровати своего преданного слуги и единственного человека, кого сейчас он хотел бы видеть в добром здравии и желательно готовым к действиям. – Ты будешь приходить в себя?! – Тело на кровати ответить не пожелало, но дыхание мужчины стало более спокойным и размеренным.
- Мой Лорд, - в комнату заглянул парень лет двадцати пяти, которого видно выбрали посыльным к Волдеморту, - Вам нужно отдо… - Договорить он не успел, так как в него полетела пустая бутылочка из-под зелья, да с такой силой, что Тому позавидовал бы любой метатель ядра. Паренек ойкнул и скрылся за дверью, предпочитая не ждать зеленого луча.
- Снейп! Очнись, а! Я ведь тебя везде достану, - Том присел на край кровати и прикрыл глаза рукой. - Убил бы тебя… Прям вот так, не приходящего в сознание скормил Нагайне! Я тебе жизнь Поттера доверил! А ты…
- Милорд? – хрипло произнес больной, смотря на своего господина с удивительно неповторимым выражением лица, которое ну никак не совмещалось с Северусом Снейпом. Впрочем, как и не совмещалось поведение Тома Реддла с печально известной тягой Волдеморта к садизму.

То, что поздний вечер сменился ночью, а ночь утром, Гарри чувствовал лишь каким-то седьмым чувством. За все это время он ни разу не сомкнул глаз, боясь, что его просто убьют во сне. А так хоть была какая-то уверенность, что он сможет пережить остаток этого дня и начало следующего.
В принципе Гарри вообще не понимал, почему его не убили сразу… Или они действительно хотят передать его в руки правосудия на радость министерству и на потеху гражданам магической Англии. Почерпнуть в голове Гарри великие планы было не возможно, и Дамблдор наверняка это уже понял. Поттер действительно был рад, что Том лично поставил ему блоки на некоторые участки памяти, точнее на промежуток, начинающийся с похода в министерство. Делая это, они оба преследовали лишь одну цель: прекращение ночных кошмаров, ночь за ночью преследовавших парня.
Был, правда, еще один способ выяснить великие планы Лорда Волдеморта: напоить Гарри веритасерумом. Но Гарри прекрасно знал, что это не сработает, ибо Снейп уже пробовал, дабы заставить его говорить, но потерпел полное фиаско, не добившись от Гарри ни звука. Именно после этого случая зельевар наконец успокоился и понял, что пока Поттер сам не захочет, он не заговорит, а он не хочет. Гарри усмехнулся, вспоминая то, что сказал ему тогда зельевар: «Я поражен вашим упрямством и силой воли, Поттер. Но когда же до вашего ущербного мозга дойдет, что вы можете навсегда остаться немым?» Гарри это было неинтересно, и он упрямо продолжал гнуть свою линию стойкого молчания. И ни что не могло свернуть его с этого вектора. Ведь именно этим он доказывал, что хоть капля его жизни остается его собственной. И ни Тому, ни Снейпу, ни тем более Дамблдору не подчинить его.
Конечно, есть еще один способ добыть информацию: так сказать выпытать ее. И Гарри прекрасно осознавал, что многие в Ордене именно этого и хотят. И даже не ради информации, а просто, чтобы показать свое превосходство. Но в этом мире, наверное, не осталось ни одного проклятия, которого Гарри бы не попробовал на себе.
Вот такие скорбные и расчетливые мысли крутились в голове Гарри Поттера, не то чтобы они были так важны и неотложны…. Просто они помогали не думать о других, более болезненных, чем пыточное проклятие, вещах.
За ним пришли где-то, по внутренним ощущениям Гарри, уже после обеда. Сначала под огромным конвоем сопроводили в туалет, где его не пожелали даже на несколько минут оставить одного и продолжали держать под прицелами палочек. Если Гарри был бы прежним, он, конечно же, сначала бы смутился, а потом покрылся бы краской стыда и унижения, но он уже не был тем ребенком. Несколько прошедших месяцев научили его и наглости, и уверенности в себе, и даже осознанию превосходства над другими. А показывать, что ему страшно, что он мучается чувством неизвестности, парень не собирался. Решив про себя, что ни за что не покажет своего истинного состояния, ничем не выдаст своих чувств, оставаясь лишь бездушной куклой.
Таким же конвоем Гарри сопроводили вниз, знакомыми коридорами и лестницей. Поттер был рад, что его тюремщики сохраняют гробовое молчание, чуть ли не до треска сжимая основания волшебных палочек.
До боли знакомая кухня, куча народа с непроницаемыми лицами или, наоборот, с выражениями, по которым легко можно прочитать все те чувства, что хозяин лица испытывает. Все смотрят на него, видно ожидая, что Гарри от их взглядов упадет замертво. Гарри даже ощутил иронию от того, что, когда-то он всеми силами стремился попасть на собрание Ордена Феникса, и вот теперь его мечта сбылась, но в весьма извращенном виде.
Мальчика усадили на стул и скрутили руки за спиной, связав их для надежности магловским способом. Гарри с удивлением заметил, что его конвоиры, да и вообще все присутствующие заметно расслабились, когда он потерял почти все способности двигаться. Двигать же головой, Гарри после вчерашних ударов о стены было трудно и больно.
- Ну… - первым нарушил молчание мужчина, сидящий рядом с Дамблдором. Гарри его не знал, да и не видел никогда, хотя уже то, что он сидел рядом с директором, говорило о его важности в Ордене. – Мне уже можно начинать?
- Да, Патрик, можешь приступать, - директор кивнул, внимательно рассматривая свои руки. Мужчина встал и направился к Гарри, ни на секунду не сводя с него своего довольного взгляда, от которого у мальчика бежали мурашки по коже.
- Мистер Гарри Джеймс Поттер, вы знаете, почему вы оказались здесь? – холодный, официальный тон, по которому Гарри понял, что перед ним стоит аврор, причем не последний в министерстве. - Вы знаете, в чем вас обвиняют? – Гарри приподнял бровь на манер Снейпа, в остальном впрочем, оставаясь безучастным. – Ваше чистосердечное признание и раскаяние может сыграть не последнюю роль на суде.
«Так… Кажется, они решили сначала попробовать со мной договориться, а точнее действовать по правилам», - подумал Гарри, особо не вслушиваясь в тот бред, который нес аврор. - «Смягчат приговор они… А то как же! Если бы я был в министерстве и дело со мной вели бы люди преданные министру, я бы еще понял, но, когда верная собачка Дамблдора делает такие предложения, как по-хорошему сдать своих, так сказать, пособников и, глядишь, будет тебе счастье». В такие моменты волей-неволей начинаешь задумываться: а нормальные ли они? Или у них у всех помешательство на почве затянувшейся войны.
Гарри не знал, что думать по этому поводу. Пропуская болтовню аврора мимо ушей, он в упор смотрел на своего крестного, который уже не знал, куда ему спрятаться от колючего взгляда крестника.
- Вам понятны ваши права, мистер Поттер? – Гарри равнодушно посмотрел на аврора и вернулся к созерцанию Сириуса Блэка. - Вы будете с нами сотрудничать?
Гарри отрицательно покачал головой.
- Вас ждет смертная казнь, но как я уже сказал…
Гарри улыбнулся, опуская голову, чтобы длинные волосы могли ее скрыть.
- Вы отказываетесь сотрудничать с нами? – утвердительный кивок.
«Плевать на все! Никакие слова, ни какие действия не заставят меня предать Тома. Пусть даже после этих мирных переговоров, они замучают меня до полусмерти…»
Краем глаза, Гарри видел как Дамблдор не дал Сириусу вскочить, как Билл Уизли крепко сжал в замок свои ладони, а Нимфадора Тонкс поменяла ярко-розовый цвет волос на черный, а все остальные стали перешептываться.
- Что мы вообще с ним церемонимся… Он-то с нашими вряд ли так носится, скорее сразу же запытывает до смерти под руководством своего хозяина! – брошенная сквозь зубы фраза, имела намного больший результат, чем все сказанное выше.
Гарри содрогнулся всем телом и дернулся в своих путах. Горло мальчика, казалось, сдавила невидимая рука, а ошейник на шее будто уменьшился в размере, перекрывая кислород. И хоть обмотанный в несколько слоев шарф никому бы не дал увидеть клеймо Темного Лорда, Гарри мгновенно занервничал, чувствуя захлестывающие волны паники.
- Гарри, почему ты предал нас? Почему ты предал меня, своих друзей, своих родителей? – Сириус нарушил наступившее молчание. - Да Джеймс и Лили наверно в гробу переворачиваются…
- Сириус, не надо, - попросила Тонкс. - Ты видишь: ему же все равно! Ему же плевать на всех! – Девушка тоже вскочила. Ее волосы стали менять по несколько оттенков в секунду, сигнализируя о взрывоопасном состоянии метоморфини.
- Тихо! – Дамблдор наконец подал голос. - Нимфадора, сядь! Сириус, ты тоже или я буду вынужден удалить тебя. Давайте сейчас оставим все личное и, наконец, приступим к делу!
- Альбус, но мальчишка отказался… - напомнил аврор. Дамблдор прервал мужчину взмахом руки.
- Мистер Поттер, вы очень изменились за эти несколько месяцев. Или вся ваша прошлая жизнь была лишь маской? – мерцание голубых глаз, уже выводило Гарри из себя. – Тогда ты талантливый актер, Гарри… Ты всегда был упрям, но сейчас это не сыграет тебе на руку. Подумай еще раз, - Дамблдор подошел ближе, - здесь сидит не так много людей и практически у каждого есть свои счеты к упивающимся смертью в общем и к тебе в частности. Неужели тебе не страшно?
«Страшно? Мне очень страшно, директор… Но это не значит, что я сдамся под вашим натиском, снова становясь послушной марионеткой на веревочках.»
- Неужели ты не понимаешь, что присоединился к убийцам и они сделали из тебя такого же убийцу…
«А вот и нет, директор. Первым убийцу из меня сделали вы… Выставив одиннадцатилетнего ребенка против взрослого мага…»
- Неужели тебе не жалко своих друзей? Мистер Рональд Уизли потерял в эту войну практически всю свою семью… Разве он заслужил это? Ты можешь помочь нам. И жертв будет меньше. Вернись на правильную тропу…
Гарри посмотрел прямо в глаза директору и резко качнул головой из стороны в сторону, подводя черту под всем разговором.
- Что ж, мистер Поттер! Вы пожалеете об этом! – из голоса Дамблдора исчезли все добрые и спокойные нотки. - Мы дали вам почти сказочный шанс. Уведите его и заприте! Еды не давать!

Минуты превратились в часы, часы в дни… Гарри уже не помнил, сколько он не ел, но по приблизительным подсчетам где-то дня два. На удивление Гарри сжалился над ним никто иной как Билл Уизли, который был приставлен к нему бессменным конвоиром. Во время одного из визитов Гарри в туалет, старший из сыновей Уизли сунул парню в карман завернутый в газету хлеб.
По началу Гарри побоялся его есть, боясь быть отравленным, но потом здравый смысл и чувство голода все же пересилили.
На следующий день, Билл попытался с ним заговорить, но Гарри проигнорировал его попытки. Но новую порцию хлеба все равно получил.
- Они долго умирали? Джинни и Перси? – спросил Билл еще через день. Гарри тогда очень удивился, но виду не подал. Почему-то ему стало жалко Билла. Ведь лично он ничего не сделал Гарри. Да и они не были настолько дружны, чтобы Гарри смел обвинять его в предательстве. Он был всего лишь сыном своих родителей. Он был Уизли. А Уизли – это как клан. Пока они вместе они целы, но стоит им разделиться и их постигают несчастья.
- Ты не знаешь? Или не хочешь говорить? – Гарри покачал головой и пошел вперед. Дамблдор наложил на него какое-то ограничивающее заклинание, которое позволяло ему делать только маленькие шаги.
Гарри зашел в свою комнату, хотя легче ее было назвать камерой, и опять забился в угол, ставший уже родным.
На удивление, Билл зашел вместе с ним.
- Сегодня будет собрание. Они, скорее всего, напоят тебя веритасерумом, - поведал рыжий, опираясь на косяк. - Профессор всегда добивается своего… - Гарри приподнял голову и посмотрел на парня. – Знаешь, ведь это я нашел их на крыльце. Для меня это не было ударом. В принципе Джин и Перси сами были виноваты, но в душе я до последнего надеялся, что мы успеем их спасти… Мама после их смерти совсем сошла с ума, а близнецы уехали. И я уже оставил попытки найти их, - глаза Билла предательски заблестели. – Но, кажется, тебе все равно, - Билл сжал руки в кулаки и стремительно вышел запирая дверь.

Билл Уизли уже перестал понимать смысл войны между магами. Он не знал, за что погибают дети, умирают женщины и старики, волшебники и маглы, темные и светлые. Но то, что в этой войне нет правых и виноватых, он знал с самого начала. Каждая сторона несла потери и стремилась к своей цели. И только недавно Билл понял, что путь светлой стороны практически ни капельки не отличался от пути Волдеморта и его приспешников. Началось все, пожалуй, со смерти его отца, Артура Уизли, которого Дамблдор без каких либо угрызений совести раз за разом посылал на самые опасные задания, из которых возвращались единицы, самые живучие и везучие. Артур Уизли не относился ни к тем ни к другим, поэтому очень скоро его настигла смерть от шальной авады.
Вторым ударом для Билла стало то, что его брат и сестра были схвачены пожирателями и… Их никто не отправился спасать, закрыв на это глаза и заранее признав их мертвыми, даже Чарли пытался делать вид, что ничего не происходило. Рон, конечно же, порывался отправиться их спасать, но в душе он всегда был трусом. А потом это и не понадобилось, когда Билл нашел на крыльце Норы тела Джинни и Перси. И опять же никто ничего не сказал, даже похорон устраивать не стали, потому что, по словам Дамблдора, на это просто не было времени. Билл до сих пор проклинал себя за то, что его сестра и брат были просто закопаны в землю и забыты.
Их рыжее семейство разваливалось на глазах: близнецы сбежали, и в Ордене поговаривали, что они, скорее всего, тоже были похищены, Молли медленно сходила с ума, и все, что ей смогли предложить – это место в психиатрическом отделении святого Мунго. Жизнь потеряла всякие краски, превратившись в унылые серые будни, в которых не было места радости и счастью. Жизнь, где добро и зло стали неразличимыми, где все шагают по головам друг друга, пытаясь выжить любой ценой.
Последним нормальным человеком в этом мире для Билла был, как ни странно, Сириус Блэк. Но сейчас, видя, каким взглядом он смотрит на своего крестника, как и в прошлый раз прикрученного к стулу, понимал, что большего человека подвластного чужому мнению и настолько преданного Дамблдору просто не найти.

POV Снейпа

Я смотрел на Гарри и испытывал неподдельное чувство ненависти ко всем орденовцам в общем и к отельным лицам в частности. Мне даже казалось, что за то время, что Гарри провел в темнице Волдеморта, он и то выглядел лучше. Сейчас же от привычного, улыбающегося почти незаметной улыбкой парня почти ничего не осталось.
Осунувшееся бледно-зеленое лицо, грязные волосы, закрывающие глаза. Когда Гарри связывали, я ясно видел, что у него дрожат руки, а губы плотно сжаты, как будто он из последних сил терпит сильнейшую боль.
Хотя то, что Гарри еще не пытали физически, мне было доподлинно известно. Пытки круциатусами не входили в методы Ордена феникса. Зачем насылать заклинание, если можно замучить простым психическим давлением? Не далее как полчаса назад на мне самом испытывали такие же методы, пытаясь узнать, где я пропадал эти четыре дня и многое другое, сводящееся к тому, что я жалкий трус, не участвующий в битве за министерство.
Мне, честно, их домыслы были, как мертвому припарка, единственное, что я желал – это поскорей увидеть Гарри.
Наконец меня оставили в покое и привели его. Нет… Привели не то слово – приволокли, как преступника, как врага, которого боятся, которого ненавидят и презирают.
Я видел его глаза, когда он заметил меня. Такой бури эмоций в глазах Поттера я не видел давно. Там было все и радость, и надежда, и бесконечное счастье. В сердце у меня что-то сжалось, сковывая дыхание. Я на секунду представил, как буду вечером показывать эти воспоминания Тому, и понял, что об этом лучше не думать.
Дамблдор приказал мне дать Гарри принесенной мной веритасерум.
Раз, два, три, четыре… Четыре капли… Доза с которой Гарри без сомнения справится, но которая не вызовет подозрений. Я отхожу подальше, рукой предлагая аврору преступить к допросу.
Я вижу, как Гарри морщится, но вот звучит первый вопрос.
- Ваше имя.
Я с волнением слежу за каждой мимикой лица мальчика. Молчание, сведенные в одну линию брови и внутренняя борьба с собой на лице Гарри. Он справится, я знаю: желание сохранить хоть частичку себя сильнее какого-то зелья, даже если это зелье приготовлено мной. Вот еще секунда и на лице парня расцветает еле заметная улыбка.
- Что за черт! Ваше имя! – но Гарри молчит.
- Снейп, предатель! Ты что ему дал?! – аврор разворачивается ко мне и тянется за волшебной палочкой. Я с трудом, но остаюсь невозмутимым.
- Как и просили – веритасерум! – снисходительно отвечаю я.
- Но почему он тогда молчит?! – выкрикивает метоморфиня.
- Откуда мне знать, мисс Тонкс? – я саркастично приподнимаю бровь, краем глаза видя, что Гарри кажется вовсю веселится.
- Дай сюда свое зелье! – командует аврор, протягивая руку.
- С чего бы это? Это зелье нынче дорогое, - я тяжко вздыхаю.
- Северус, мой мальчик, дай Патрику зелье, пусть он проверит его состав, - встревает Дамблдор. - Я уверен, что это всего лишь какая-то ошибка. Может ты его просто неправильно приготовил…
- Если бы я его неправильно приготовил, Поттер был бы ужу мертв, - ворчу я, но смиренно отдаю почти кровную бутылочку веритасерума. Если они ее конфискуют – придется готовить новое.
Почти всей толпой изучают зелье – и приходят к дружному выводу, что это действительно зелье правды. Я стараюсь ни на кого не смотреть, предоставляя им право делать все, что они хотят.
Наконец они напоили зельем Тонкс и пришли к выводу, что оно прекрасно работает.
- Если вы дадите Поттеру еще одну дозу, - как бы невзначай говорю я. - Он загнется здесь же от интоксикации. Я думаю, всем здесь известно, как умирают жертвы передозировки этим зельем?
- Туда ему и дорога, - еле слышно, но вполне отчетливо говорит Блэк.
Мне хочется подойти и врезать ему чем-то тяжелым по голове, но Гарри, кажется, вообще не обращает ни на кого внимания, изучая пол.
Я вытащу тебя, Гарри, я клянусь тебе на долго ты здесь не останешься…
Дамблдор, кажется, понял, что его идеальный план по выпытыванию информации вылетел в трубу и теперь сидит задумчивый и какой-то слишком грустный.
- Мистер Поттер, если вы не заговорите, мы будем вынуждены применить к вам более действенные способы развязывания языка, – голос директора звучит слишком обыденно, но каждый в помещении знает, что это означает.
Кто-то злорадно хмыкает, кто-то утыкается взглядом в стол или еще куда-то. Я же готов зарычать: я до сих пор помню, как лечил Гарри после пыток, но тогда это было совсем по-другому, тогда я не знал этого мальчика до такой степени, чтобы воспринимать его боль как свою. Да и одно дело, когда тебя пытают враги и совсем другое, когда заклинание произносит дорогой тебе человек.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:22 | Сообщение # 13
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 5

- Милорд, - тихо позвал Северус, впрочем, он даже и не делал попыток приблизиться к мужчине, который сейчас сидел в кресле, отчаянно вцепившись себе в волосы и крепко сжав зубы.
- Они издеваются над ним, морят голодом и унижают! - сквозь зубы прорычал Волдеморт. - Только я могу делать это! Больше никто и ничего не смеет с ним делать! Он мой!
- Да, мой Лорд.
- Я не знаю, что ты сделаешь Снейп, но Гарри должен оказаться со мной не позднее Нового года. Ты виноват в том, что не усмотрел за ним, тебе и расхлебывать. Не думаю, что ты хочешь познать силу моего гнева.
- Я все понял, - Северус поклонился.
- Как я понимаю, никто не узнал про ошейник?
- Нет, господин, Поттер хорошо прячет его, - Снейп заглянул в глаза Волдеморту. - У меня есть кое-какие идеи. Насколько я понял, очень многие хотят осудить Поттера по всем правилам. Я не знаю, сколько Дамблдор будет его держать в штабе, но, в конце концов, его передадут в министерство. И, так как он считается опасным преступником, суд будет проведен незамедлительно.
- Мне бы не хотелось, чтобы все зашло так далеко, - отрезал темный маг, - но это может сыграть нам на руку. - Том задумчиво покрутил в руке свою волшебную палочку.
- Я рассчитываю на тебя, Северус. Надеюсь, ты преуспеешь в этом больше, чем в попытках заставить Гарри говорить. В противном же случае ты знаешь, что будет. Ради Поттера я не остановлюсь ни перед чем, даже если для его спасения придется стереть с лица земли всех магов.
- Мне все понятно, мой Лорд. - Снейп еще раз поклонился и еле слышно вышел из кабинета своего господина, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Гарри потерялся во времени, в днях. Он плохо представлял, хотя бы приблизительно, сколько он находится в штабе Ордена Феникса. Но если следить по внутренним чувствам, то Гарри знал, что допрашивали его в одно и то же время. Ну, или пытались допрашивать. Пытки Авроров хоть и были болезненными, но им явно не хватало изощренности упивающихся, в особенности, таких как Малфой или Макнейр. Да что там говорить, даже Том во время бурной неконтролируемой страсти мог приложить его об стенку намного сильнее. А пыточные его мучители не накладывали явно из принципа. И Гарри был этому рад. Но было кое-что, что разительно отличалось от плена у Волдеморта: здесь его хорошо знали. И те, кто его действительно знал, мастерски наносили удары.
Одно единственное слово Сириуса про своих друзей, заставляло Гарри чуть ли не выть. Пару раз захаживал Дамблдор, гладил свою бороду, оценивающе смотря на Гарри, затем переводил взгляд на одного из мучителей Поттера и получал в ответ качание головой.
После очередного такого визита к нему привели мадам Помфри. Медсестра, качая головой, выставила всех из комнаты, не дав никому сказать ни слова, и приступила к осмотру пациента. Видно для нее было без разницы кто перед ней - ребенок или хладнокровный убийца. Если кому-то была нужна помощь, эта женщина была способна наплевать на все принципы.
И конечно, в результате осмотра она не могла не наткнуться на такой сильный артефакт как "Игра любви". Как ведьма образованная и явно не маглорожденная, мадам Помфри быстро поняла, что это такое, по крайней мере, об этом сказало просто непередаваемое выражение ее лица.
- Мистер Поттер, вы знаете, что на вас надето? - в голосе ее была жалость и еще что-то, чего мальчик не понял. Гарри пожал плечами и отвернулся в другую сторону, чтобы не видеть женщины. - Вы из-за этого не можете говорить? Вам был отдан приказ?
Гарри покачал головой и потянулся к шарфу, чтобы снова обмотать свою шею. Нельзя было сказать, что он стеснялся ошейника. Нет. Он его даже любил: ведь его на него надел Том. Но для Гарри это было что-то личное, что-то, во что он не хотел посвящать остальных, пряча под шарфами и воротниками. Это было только его и Тома.
- Мистер Поттер... Гарри... Тебе не нужно его скрывать, мы попробуем найти способ снять его. Он, наверное, причиняет тебе боль?
Гарри снова покачал головой. Никакой боли не было, только неприятное сжимающее чувство вокруг горла, когда до него дотрагивались. А когда били, то наоборот ошейник нес чувство успокоения.
- Я вынуждена рассказать об этом профессору Дамблдору! - женщина направилась к двери. Гарри неловко вскочил и схватил ее за руку в попытке остановить.
- Прости, но так нужно, - и вышла, оставляя Гарри снова одного.

POV Гарри

Как глупо было рассчитывать на то, что ордену будет все равно. Им было не только не наплевать на это - им было очень интересно. Они даже попытались снять ошейник и снимали его до тех пор, пока я не сдал позиции боли и не заорал дурникой, умудрившись разбудить даже портрет мамаши Сириуса, который был на первом этаже.
- Профессор! Я сказала вам про ошейник не для того, чтобы вы мучили мальчика! - мадам Помфри вливала мне в рот очередное зелье.
- Его нужно снять. Скорее всего, из-за него Поттер не может говорить! - директор снова направил на меня палочку, но между ним и мной неожиданно встал аврор. - Патрик, отойди.
- Альбус, прекрати. Я понимаю, что тебе нужна информация, но разве ошейник не указывает на то, что мальчишка, что-то вроде прислуги у Того-Кого-Нельзя-Называть, я бы даже сказал сексуальная игрушка... Ему наверняка ничего неизвестно, также как и остальным пленникам, пойманным в министерстве, - аврор на секунду замолчал. - Мальчишка должен понести наказание по справедливости, по суду, а если мы сами займемся его линчеванием, то чем же мы будем отличаться от таких, как он?
В комнате повисла тишина, прерываемая лишь моим тяжелым дыханием. Перед глазами у меня все плыло, но это не мешало мне воспринимать информацию.
Я провел рукой по шее, чувствуя что-то липкое при ближайшем рассмотрении оказавшемся кровью. Мадам Помфри снова закудахтала. Меня это стало порядком раздражать.
- Мистер Поттер, если мы дадим вам бумагу и перо, вы будете отвечать? - спросил аврор. Я ухмыльнулся и отрицательно покачал головой, понимая, что играю с огнем.
Но я не отступлю, не предам...
Я сел прямо, облокотившись на стену, и обвел всех тяжелым, по крайней мере, я надеюсь, взглядом, давая понять, что готов к очередному раунду допроса.
Конец POV

Но его не последовало: Дамблдор с несвойственной его возрасту горячностью вышел из комнаты, громко хлопнув дверью. Правда, вместо него в помещение просочился Сириус Блэк, пугая своей странной бледностью. Взгляд анимага был направлен на Гарри, а точнее на ошейник, крепко обхватывающий шею мальчика, и на воспаленную кожу вокруг него.
Гарри приподнял руку и погладил металл. На ум мальчика пришли совсем не уместные воспоминания о том, как Том любил ласкать языком кожу вокруг ошейника.
- Мистер Поттер, в ближайшие несколько дней я собираюсь настаивать на суде. И вряд ли вот эта вещица на вас, станет смягчающим обстоятельством. Тем более вы ничего не можете сказать в свое оправдание. Вы будете подвержены поцелую дементора, как и все ваши сообщники, которые были пойманы в министерстве, - аврор на секунду замялся, но затем снова продолжил. - У вас нет метки, что, конечно, странно, но это тоже рассматриваться не будет, так как есть свидетели и убийства ваших дяди с тетей, и свидетели, которые видели вас в эпицентре битвы в Министерстве. Также, по словам пойманных упивающихся, вы входите во внутренний круг Того-Кого-Нельзя-Называть и являетесь чуть ли не его доверенным лицом.
- Вы закончили? - мадам Помфри посмотрела на аврора. - Мне нужно позаботиться о моем пациенте. Я, конечно, понимаю, что вы никогда не испытывали сострадания к заключенным, но перед вами все же ребенок, которому нужна помощь!
- Я уже ухожу, мадам, - аврор в защитном жесте выставил руку. - Это всего лишь стандартная процедура. Пойдем, Сириус.
- Я пока здесь, - покачал головой анимаг, - для охраны...
- Вы здесь мне абсолютно не нужны, мистер Блэк! - взъярилась медсестра.
- Извините, но это приказ профессора Дамблдора. Он просил ни на секунду не оставлять пленника одного, - холодно ответил мужчина и, наколдовав себе стул, устроился около двери.
Пленник... Гарри бы никогда не хотел услышать снова это слово, особенно из уст когда-то любимого крестного, самого родного человека на земле. Но, видно, судьба все-таки есть, и она имеет свойство повторяться. Видно, никогда ему, Гарри Поттеру, не будет суждено жить своей жизнью, вечно кто-то будет удерживать его свободу, пытаясь заставить плясать под свою дудку.
Гарри вообще чувствовал себя переходящим знаменем, которое каждый пытается получить в свое безграничное пользование.
Гарри все понимал и прекрасно знал, что с ним считаться никто не будет. Можно было, конечно, написать или даже попробовать заговорить, чтобы обелить себя в глазах Ордена, в глазах Сириуса, который жестко смотрит на него и ни на секунду не расслабляет пальцы руки, в которой сжимает волшебную палочку, как будто боится, что Гарри вскочит и переубивает всех голыми руками. Но зачем претворяться? Зачем пытаться сказать, что ты не желаешь никому зла, если в мыслях ты с наслаждением представляешь мертвые тела всех своих бывших друзей, если ты желаешь собственноручно убить тех, кто когда-то посмел с тобой играть. Зачем претворяться и пытаться что-то изменить, если ты уже нашел новый смысл существования, которому может, конечно, и плевать на тебя, но ты знаешь, что без него тебе жить незачем.
Гарри бы посмеялся, если бы полгода назад ему сказали бы, что он будет думать о Волдеморте, как о смысле всей жизни. Но все-таки это было именно так...
Мадам Помфри, наконец, закончила осмотр и смазала и залечила все раны, которые нанесли Гарри во время допроса. Когда боль в шее прошла, Гарри даже обрадовался, что эта женщина придерживается мнения: что врач - он везде врач, и помочь он обязан любому в независимости от ситуации.
- Мистер Поттер, это выпьете часов через пять, - женщина протянула мальчику флакон, но ее рука была перехвачена Сириусом. - Мистер Блэк, не мешайте мне выполнять мою работу!
- Вы уже выполнили свою работу - оказали первую помощь. Все остальное не должно вас касаться! - ответил Блэк, отправляя зелье в карман своей мантии.
- Здесь врач я! И я буду решать, как лечить своего пациента!
- Мадам Помфри, своих пациентов вы будете лечить в больничном крыле.
- Когда же вы стали настолько жестоким, мистер Блэк? - покачала головой женщина и вышла из комнаты, хлопнув напоследок дверью. Сириус снова сел на свой стул и уставился на Гарри.
Мальчик прикрыл глаза, чтобы хоть немного избавиться от назойливого взгляда, его мысли снова вернулись к Тому и анализу ситуации. Парень не знал, что его ждет через несколько дней, но очень хотелось верить, что Том не допустит поцелуя, хотя бы потому, что Гарри был его любовником несколько месяцев.
Но что может быть в голове у Темного Лорда, никто не знает. Может, он даже сейчас радуется, что наконец избавился от Поттера.
"Нет, об этом думать нельзя!" - Гарри для верности потряс головой, прогоняя назойливый внутренний голосок, который, не переставая, нашептывал ему, что он никому не нужен, что все только вздохнут с облегчением, когда дементор сделает свое любимое дело, завершив тем самым его жалкое существование.
Гарри приоткрыл один глаз и посмотрел на своего охранника, который сегодня был странно молчаливым: обычно Сириус комментировал каждый его вздох.
- Гарри, - ну надо же снова "Гарри"... Мальчик сжал кулаки, впиваясь отросшими ногтями в кожу ладоней. - Почему ты стал таким?..
"Нет. Это почему ты стал таким, Сириус? Когда абсолютно чужие тебе люди, которые засадили тебя за решетку на долгие двенадцать лет, стали для тебя важнее крестника, почти сына? Когда ты стал верить во все подряд, забыв, как подставили тебя?"
- Знаешь, твой отец мечтал, что когда-нибудь ты станешь аврором, как мы с ним. И вот, что получилось. Ты ведь не магическое общество предал, ты предал своих родителей, меня. Я... Ты уже не тот Гарри, которому я присылал письма. Ты преступник, который заслуживает смерти, - сердце Гарри пропустило несколько ударов, а в уголках глаз предательски защипало.
"Может мне и правда стоило умереть, ведь было столько попыток. И я ни одной не воспользовался, дотянув до этого момента, когда сердце сжимает ледяная рука окружающей ненависти, а предательские слезы застилают глаза. В такой момент сам себя начинаешь ненавидеть и презирать за свои слабости", - Гарри из последних сил отвернулся от своего крестного, давая понять, что его монолог ему не интересен.

Рождество медленно, но верно приближалось. Казалось, что оно пыталось внести оживление в мир магов, но все было бесполезно: веселиться никому не хотелось, да и какое веселье, если война, если, что ни день, то чья-то смерть. Причем такое состояние было с обеих сторон: одни нападали, не думая о празднике, другие защищались.
Том чувствовал, что он срывается, мстя всем подряд: на собраниях он буквально выворачивал душу из упсов, рьяно ища предателя, а в том, что предатель имелся, он был уверен, как и в том, что он был из ближнего круга.
Вот и сейчас Том изучал свой внутренний круг, который изрядно поредел после битвы в министерстве: Лорду поистине было тяжело узнать о том, что братьям Лестрангам было уже не помочь.
- Среди нас есть шпион, - осматривая стоящих на коленях упивающихся, сказал Темный Лорд. Кто-то вздрогнул, кто-то поежился. Малфой побелел, наверное, вспомнил, что бывает с крысами, которые заводятся среди упивающихся.
- Вы уверены, милорд? - спросил Алекс Коннер, молодой, но очень талантливый маг, который заменил в рядах упсов своего больного и старого отца. В нем Том не сомневался: во-первых, тот был как открытая книга - все его эмоции отражались на лице. Вот и сейчас он был искренне и непосредственно по-детски удивлен.
"Прям как Гарри..." - грустно подумал мужчина, вспоминая зеленые глаза, по которым можно было прочесть абсолютно все.
А во-вторых, Алекс не стал бы так рисковать: у него больной отец, младшая сестра и невеста, которые в первую очередь пострадают, если он попробует изменить сторону.
"Жаль, что не у всех упсов есть такие привязки к стороне - было бы намного проще".
- Ты сомневаешься во мне, Коннер? - Том крутанул в руке волшебную палочку и наставил ее острием на парня. Тот испуганно сглотнул и покосился на усмехнувшегося Снейпа.
- Простите, милорд, - парень покорно склонил голову.
- Да, я уверен, что у нас завелась крыса - и это далеко не покойный Петтигрю, - спокойно продолжил Том. - Нас кто-то банально сдал орденовцам, потому что в министерстве их было как собак не резанных, так же как и авроров.
- Как мы будем искать шпиона? - озвучил Малфой интересующий всех вопрос.
- Ты смел, Люциус.. Но я тебе отвечу. Я бы конечно мог всех вас перетряхнуть, но я почти уверен, что после этого от вас останутся лишь пускающие пузыри психи. - Почти половина упсов вздрогнула, даже Макнейер заметно позеленел. - Но я не буду этого делать, потому что кто бы это ни был - он ошибется рано или поздно, и тогда я покараю его. Темная сторона - это навсегда! Для тех, кто забыл: вам нет пути назад. Я примерно подозреваю, что одному из вас, или не одному, мог наобещать старикашка, но верить ему - значит проиграть! - Волдеморт встал, взмахнув краями мантии. - Можете быть свободны, пока я вас не призову.
И с хлопком, Том трансгрессировал.

- Что вы задумали, милорд? - спросил Снейп, когда он и Том устроились в кабинете последнего на очередное заседание.
- Буду выделять информацию частями, а там посмотрим, кто проколется. Чуть дольше, чем пытки, но более рационально, - пожал плечами темный маг.
- Вы думаете, что кто-то проколется?
- Я уверен, Северус. Если посмотреть, то доверять я могу только трем из всего ближнего круга. Это ты, Макнейер, потому что такой псих как он, просто не мог заинтересовать старика и...
- Малфой?
- Нет. Алекс Коннер. Ладно, что там в ордене? Как Гарри?
- Я видел его еще только один раз, но выглядел он более или менее хорошо. Они обнаружили ошейник и сделали вывод, что вы просто запретили ему говорить. С тех пор они его почти не трогают, что не может не утешать. Краем уха я слышал, что суд над ним собираются провести уже в этом году. То есть осталось всего несколько дней.
- У тебя есть план?
- Да, милорд, - кивнул Снейп, - предлагаю штурмом взять зал суда. Не в пример проще, чем попытка захватить штаб ордена Феникса, так как сработает эффект неожиданности.
- Суд будет закрытый?
- Конечно. Как бы светлой стороне не хотелось выставить наши грехи, сейчас не то время, чтобы проводить откртые заседания.
- Откуда знаешь, что Гарри будут судить до Нового года?
- Дамблдор хочет, чтобы я свидетельствовал против Гарри. Старая кошка почему-то отказалась, поэтому...
- Понятно. Но после этого ты потеряешь доверие Дамблдора.
- Выбирать не приходится. Либо я, либо Поттер. Другого выхода нет. Вот только, что мы будем делать со шпионом? Мы не успеем найти его за несколько дней.
- Предоставь это мне. Тебе лишь надо переманить на нашу сторону старшего Уизли и Блэка, - отрезал Том.
Темный маг нагнулся и достал из-под стола чашу. Палочкой подцепил из своей головы светящиеся ленточки воспоминаний.
- Снейп, то, что я покажу тебе сейчас ни в коем случае не должно выйти на всеобщее обозрение, но частично ты можешь показать это Блэку просто, чтобы его мозги встали на место, если это конечно возможно.
Снейп, как завороженный, смотрел на плавающие в чаше воспоминания.
- Это воспоминания Гарри. Не думаю, что он будет счастлив от того, что я показал их кому-то еще, но выхода и здесь у нас нет. Ненавижу эту ситуацию... Ладно, ты смотри кино. Не буду тебе мешать, - Темный Лорд встал из-за стола и покинул кабинет. Северус приблизительно знал, куда лежит путь его господина: к бару в гостиной. Обычно Том напивался прямо у себя в кабинете, но сейчас при Снейпе этого делать не хотелось.
Зельевар проводил взглядом лорда, вздохнул поглубже и нырнул в воспоминания.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:23 | Сообщение # 14
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 6

Двадцать четвертое декабря ознаменовалось днем прибытия нового золотого мальчика в штаб Ордена феникса. Так же с ним приехала его свита, состоящая из нескольких гриффиндорцев.
Рональд Уизли, который сейчас больше походил на изваяние из белого мрамора, неизменно стоял по правую руку от нынешнего героя. Невооруженным глазом можно было засечь все изменения, произошедшие с ним с лета: рыжие веснушки ярко выделялись на абсолютно белом, осунувшимся лице с впалыми щеками. Казалось, что всегда веселого и довольно яркого парня настигла не излечимая болезнь. Его глаза казались пустыми и ничего не выражающими, а весь его вид лишился той горячности, которая раньше вела его по жизни. Он перестал быть тем, кем был, после смерти Гермионы Грейнджер, а дальнейшие события навсегда лишили его сна, да и вообще жизни, покоя и неведения, свойственного детям. В отличие от многих, Рон понимал мотивы девушки и именно после ее поступка, он стал задумываться над тем, что они совершили. Нет, парень не жалел Гарри, он жалел о том, что не смог распознать странное поведение Гермионы, не смог остановить ее самоубийство, по его мнению бессмысленное и бесполезное.
А что до Поттера, так тот всегда был для Рона пустым местом, которое всегда портило жизнь себе и окружающим. Глупое существо, возомнившее себя героем, победителем, но причиняющее своими поступками один лишь вред. Другое дело - Невилл - истинный герой пророчества, не совершающий ошибок, слушающийся взрослых и как результат - идеальный боец, которого не стыдно будет выставить светлой стороне для полной победы над злом. Он был бы прекрасным другом, если бы Рону нужны были друзья... Но парень никогда не стремился ставить кого-то выше себя, даже гибель Джинни и Перси не заставила его проронить ни одной единственной слезы. Рон считал, что они сами были виноваты, но это не значило, что он не будет мстить за них. Будет. И первым в списке на месть был Гарри Поттер, который отнял у него любимую девушку и почти всю семью, не идеальную, но все же семью. За несколько месяцев не прекращающейся войны младший Уизли далеко зашел в своей ненависти, тайком изучая запрещенную литературу, изводя себя ночными вылазками в запретную секцию, где он, как в былые времена Гермиона, погружался в старинные тексты с ужасающими заклинаниями, леденящими душу и кровь. А в редкие часы сна он видел как наяву смерть своих врагов, их страдания, представлял ужас в их глазах. Рональд разрушал себя намеренно и целенаправленно, становясь монстром с верой в то, что он поступает правильно. В его голове отчетливо были видны лишь две мысли: месть и желание доказать, что он лучший. Ни Поттер, ни Лонгботом, а он, готовый на все, как машина для убийств, но до поры до времени он играл преданного соратника, готового в любой момент подставить свое плечо. А уж играть милого и доброго мальчика без всяких задних мыслей, он умел хорошо.
Вторым ярым прихвостнем нынешнего героя был Симус Финиган, в одночасье ставший сиротой, как и многие другие в Хогвартсе. Его родители были убиты во время нападения на поселок, в котором они жили. Мать парня, как добропорядочная ведьма, полезла в самую гущу событий, за что и схлопотала авадой в лоб. Смерть его отца была бы еще более бессмысленной, если бы он не был маглом. Кто-то же из своих, из ордена или Авроров, видно для устрашения, произнес сильнейшее взрывающее проклятие, не разобравшись где свои, где чужие, а где просто жертвы.
Были еще двое Колин и Дэнис Криви, как их окрестили в школе - вечные папарацци золотого мальчика, причем не важно какого. Их родители совсем недавно вступили в орден, поэтому не было ничего удивительного, что их прячут наравне с героем пророчества.
И последним в этой разношерстной компании, объединяемой общим факультетом и чем-то наподобие дружбы, был Дин Томас. Его родители покинули страну еще полгода назад, но он ехать отказался, сказав, что пока не отомстит за свою погибшую любовь, коей являлась Джинни Уизли, из Англии он ни ногой. Кому собирался мстить Дин, особо никто не понимал, хотя все были уверены, что в своих бедах он винит Гарри Поттера.
Вот такая странная компания и появилась на площади Гриммо 12. Вместе они держали в страхе полхогвартса. Сопротивляться им могли не многие, и в основном старшие курсы слизерина, хотя именно на них было и больше всего нападок.
Казалось, Хогвартс тоже был подчинен законам войны и как бы учителя ни старались сдерживать буйство слизеринцев и гриффиндорцев - это было бесполезно. Война она везде одинаковая.
Поэтому школа вздохнула свободно, когда бунтари разъехались на каникулы, давая небольшую передышку.

Северус Снейп, чертыхаясь, спешил в штаб Ордена Феникса. Сегодня он банально опаздывал, что случалось в его жизни очень редко, все случаи можно было пересчитать по пальцам. Сегодня день зельевара вообще не задался с самого утра, а все из-за того, что он проспал. Сначала он пропустил время добавления в готовящееся зелье очередного ингредиента, и зелье было безвозвратно испорчено. Потом он пропустил завтрак, не в состоянии оторвать голову от подушки. К тому моменту, когда он вспомнил, что сегодня у него назначен урок с Лонгботомом, на часах уже был второй час дня. Не то, чтобы Северус хотел проводить очередную тренировку: урок с Лонгботомом не был для него особо радостным событием, но на нем можно было вдоволь поиздеваться над парнем, а после попробовать пробраться к Гарри. Еще зельевару нужно было успеть прочистить мозги Блэку до начала собрания и, желательно, до того момента, когда в доме яблоку будет негде упасть и повсюду будут сновать знакомые и незнакомые лица с подозрением косящиеся на него. Также профессору нужно было прощупать почву, чтобы окончательно понять: стоит ли пытаться перетянуть старшего Уизли на их сторону или же это была всего лишь игра воображения профессора и на самом деле Билл Уизли также предан Дамблдору, как и его двое живых братьев. Но даже если это все-таки игра воображения, то попытаться все равно стоило: Волдеморт не простит, если будет упущен такой ценный кадр.
- Лонгботом! Вы почему еще не в тренировочном зале! - вываливаясь из камина, зашипел Северус Снейп, с ненавистью глядя на не самых лучших представителей своих учеников, расположившихся в гостиной. - Или вам нужно особое приглашение? - вздернутая бровь, кажется, уже не пугает никого в школе, но вот ядовитая полуулыбка на бледноватых губах зельевара, заставляет вздрогнуть любого, даже такого самоуверенного типа как Лонгботом.
- Профессор Снейп, - золотой мальчик делает наглые попытки умоляюще заглянуть профессору в глаза, хотя всем прекрасно видно, что в душе парень обзывает зельевара самыми что ни наесть непечатными словами. – Может, мы сегодня не будем заниматься. Все-таки праздник... Хотя вы вряд ли имеете понятие об этом, - последняя фраза была сказана чуть тише, но ее расслышали все. Денис и Колин синхронно захихикали, стараясь скрыть свой смех ладонями. Рон Уизли фыркнул, но остальные остались безучастны, явно подумав о том, что хоть зельевар им и не нравится, но каникулы когда-нибудь закончатся и им придется снова идти в школу, в которой зельевара они видят чаще, чем всех остальных учителей вместе взятых.
- Лонгботом! Марш в тренировочную! - скривившись, как от зубной боли, сказал зельевар. - Или вы Темному Лорду тоже скажете, а давайте отложим на потом? - и резко взмахнув полами мантии, Северус Снейп скрылся в темном коридоре.
Голова мужчины раскалывалась, а перед глазами мелькали черные мушки. А тупость Лонгботама и его неспособность к магии не прибавляли хорошего самочувствия. Все часы, угробленные на это подобие героя, были абсолютно напрасными. Казалось, что в голову парня одно влетало, другое вылетало, и это при том, что Снейп гонял его пока только по школьной программе, что Поттер знал в совершенстве уже на четвертом курсе. Зельевару даже не нужно было претворяться, что он ничему не учит парня, учитывая, что у Лонгботома из тридцати щитов разной силы и направления более или менее получались только три. К тому же магическим истощением он не страдал и по теории чистокровности должен был обладать достаточно большой силой, приравненной к силе Малфоев или даже Паркинсонов. Снейп не раз просматривал книги по родословной и понимал, что род парня еще не должен был выродиться и не требовал вливания свежей маглорожденной крови. Но результат был на лицо: обладая достаточно большой латентной силой, парень абсолютно не мог подчинить ее себе, и вряд ли сможет. Скорее всего, эта сила, на которую так рьяно ставит Дамблдор перейдет его потомкам и развеется через несколько веков окончательно. А директор, видно не читал книг по родословным чистокровных, раз на что-то надеется.
Когда Северус был молод, он не понимал, как великий чистокровный род насчитывающий кучу веков идеальных волшебников, смог допустить, чтобы Джеймс Поттер женился на маглорожденной. И хоть Лили Эванс и была сильнейшей ведьмой на потоке, оставляя позади всех остальных девушек курса, ее кровь не была чиста. Только несколько лет назад Снейп понял, что это был тактический ход старшего Поттера, который знал, что постоянные скрещивания чистокровных приводят к вырождению рода, а значит и к исчезновению магической силы. Соединение крови чистокровного и сильной маглорожденной привело к появлению Гарри Поттера, по истине сильного магически, а главное, способного пользоваться своей силой, в отличие от Лонгботома, которому еще только предстояло родить сильного наследника. Огромная, но не поддающаяся контролю сила, может даже способная победить Темного Лорда, была абсолютно бесполезна. Было неизвестно, сколько пройдет еще поколений, прежде, чем она найдет для себя достойного наследника. Как нашла себе наследника сила Слизеринов, которая была практически бесполезна много поколений, переходя от одного мага к другому, чтобы наконец обрести достойного хозяина в Томе Риддле, полукровке, способного не только удержать ее, но и подчинить. То же самое и с Поттером, почти один в один.
- Лонгботом, вы бесполезны, - выдал зельевар, поняв, что его очередная попытка хоть как-то заставить парня сотворить более или менее нормальное заклинание, провалилась.
- Так считаете только вы, - наглая ухмылка появилась на потном лице парня. - Вы не умеете учить. Я скажу директору, что вы только издеваетесь надо мной, не пытаясь обучить меня чему-то. И он мне поверит!
- Вперед! - фыркнул зельевар. - Вас никто не держит. Идите, жалуйтесь, но от этого вы не станете умнее... вы бесполезный мальчишка.
- Поттеру вы тоже так говорили...
- Поттер, в отличие от вас, хотя бы понимал разницу между защитой и нападением. - Лонгботом вызывал в зельеваре лишь отвращение, поэтому он не намерен был щадить его самолюбие. - У вас нет силы, способной победить темного Лорда, потому что он в отличие от вас совершенствуется, и не только телом, - Снейп окинул ядовитым взглядом накачанную фигуру парня. Она была настолько тяжелой и неповоротливой, что даже попытки научить парня уворачиваться от заклинаний потерпели полное поражение. Ни изворотливости, ни силы, лишь куча неизвестно откуда взявшихся нахальства и амбиций, и как следствие всего этого - ни капли мозгов и никакого понимания, что его тоже не пожалеют, выставят как Поттера на передовую, где его и убьют.
- О, да, профессор, я же забыл: вы о Том-кого-Нельзя-Называть знаете все. Ведь вы его преданный слуга, вам нравится ползать перед ним на коленях...
- Замолчите! Что вам, мальчишке, знать об этом? Урок окончен! - зельевар отошел к окну. - И запомните, Лонгботом, не только сила правит этим миром. По крайней мере, иногда смирение приносит намного больший результат, чем накачанные мускулы. Вы свободны. - Северус Снейп оперся руками об подоконник, пытаясь успокоить себя и случайно не рассмеяться. Дамблдор проиграл и проиграл он еще полгода назад. И ни из-за кого-нибудь, а из-за обычной грязнокровки, которая отказалась вести друга на смерть и сделала попытки все исправить. Правильный ход, который повернул историю и вывел ее на новый виток, на дорогу к новому существованию.

Темный Лорд не спал уже две ночи, но в отличие от зельевара, он не мог заснуть и к утру. Все мысли мага занимали поиски предателя. Уж сколько раз были переписаны все имена пожирателей ближнего круга, но разгадка так и не приходила.
Паркинсоны.
Гойл.
Кребб.
Нотт.
Малфой.
Коннер.
Макнейр.
Флинт.
Лоренс.
Снейп.
Не так много их осталось. Правда была еще возможность, что предатель погиб во время битвы, но это скорее из области фантастики, чем реальности. Ведь все они были из слизерина, а значит нашли бы любой способ, чтобы выжить.
Перо с зелеными чернилами аккуратно зачеркивает сначала имя Снейпа, чуть погодя Макнейра, дальше Нотта. Его темный Лорд проверил сывороткой правды, пока тот докладывал ему очередные новости. Можно было конечно проверить так всех, но это подняло бы панику и спугнуло крысу. При таком раскладе предатель, конечно, был бы известен, но скорее всего, был бы мгновенно мертв или же сбежал бы. Такой расклад Волдеморта не устраивал: он лично хотел замучить его до смерти, а потом прирезать, смывая предательство кровью, как и положено.
Рука зачеркивает имя Лоренс, на лице мужчины появляется брезгливое выражение. Виторио Лоренс была даже похлеще чокнутой Беллатрисс, которой не посчастливилось нарваться на взрывающее проклятие. Ее фанатичная преданность, передающаяся, видно, из поколения в поколения, была лишь головной болью, но никак не проблемой.
Имена Крэбба и Гойла, тоже были вычеркнуты без всяких раздумий. Их мозги бы просто взорвались, если бы эти два увальня решили бы подумать и поискать новую сторону.
- Кому-то не дано думать, - вслух сказал Лорд, зачеркивая еще одно имя: Август Флинт, который отличался не только полным отсутствием мозгов, но и любовью к пыткам. Вряд ли Дамблдор позволил ему бы этим заниматься.
Осталось всего лишь четыре имени, они были тут же выписаны отдельно: Паркинсон и его жена, Коннер и Малфой. Немного подумав, Лорд сначала вычеркнул миссис Паркинсон, которая просто не могла вынашивать в своей забитой черти чем голове, коварные планы. А вот с Паркинсоном обстояли дела еще лучше: тот о нападении узнал всего лишь за час и весь этот час обсуждал это с коллегами, так сказать.
Оставшиеся два имени выглядели неутешительно. С одной стороны умный, но совершенно открытый Коннер, истинно верящий в правильность своих действий и всегда внушающий доверие, а с другой Малфой - скользкий змей, знающий себе цену, опасный и осторожный, но в то же время проверенный годами службы. Но его поведение в последние дни, не может не настораживать.
Том зарычал и отбросил от себя перо, единственным взмахом палочки уничтожая все следы своих мыслей. Выбрать одного из двух и не ошибиться, потому что от этого зависела жизнь Гарри. Можно было, конечно, убить сразу обоих...
- Так и сделаю, если до вечера не определюсь, - вздохнул Том. - Жизнь Гарри важнее.

Северус Снейп тенью проскользнул на второй этаж, стремительным, но бесшумным шагом дошел до нужной двери, отточенными движениями снял заклинания и отпер дверь, проскользнув внутрь. Мальчик в комнате спал, свернувшись калачиком, иногда вздрагивая во сне. Его губы были прокусаны в нескольких местах, видно в попытке справиться с кошмарами. Волосы еще больше взлохмачены, чем обычно.
Весь тот вес, который мальчик набрал в доме Тома, исчез, снова оставляя болезненную худобу и нездоровый цвет лица.
Снейп присел рядом с парнем на корточки и погладил его по растрепанным волосам. Видимых повреждений заметно не было, что не могло не радовать.
- Поттер... Гарри, - позвал зельевар. Мальчик вздрогнул, тут же выныривая из сна, и открыл глаза. Пара настороженных секунд, показавшихся зельевару вечностью, а потом осторожные объятия. Снейп сначала растерялся, чувствуя, как мальчик прижимается к нему, но потом усмехнулся и тоже приобнял парня. - Я тоже по вас скучал, Поттер. - Взмах палочкой, проверяющий комнату на подслушивающее заклинание, а затем мощное силенцио.
- Гарри, у меня мало времени, - отстраняя от себя парня, сказал зельевар. - Мы с милордом проработали план, как вытащить тебя отсюда. К сожалению, мы сможем осуществить его только на твоем суде. Ты понимаешь, о чем я говорю?
Резкий кивок.
- Будь готов, понял. Единственное, что тебе нужно будет сделать - это бежать ко мне, пока остальные будут отвлекать орден и авроров. Все будет в порядке, просто будь внимателен и насторожен. Милорд не позволит, чтобы с тобой что-нибудь случилось. Так что не бойся и держись, осталось совсем немного. Поттер, ну кивни хоть, а то я подумаю, что тебе все мозги тут вышибли и что ты теперь не только разговаривать не можешь, но и думать.
Гарри грустно улыбнулся и кивнул.
- Все, что не убивает нас, делает сильнее, Поттер. Милорд любит тебя. Как это ни странно звучит, это действительно так. И он сделает все, чтобы ты целехонький снова лежал в его постели...
В этот момент не вовремя, а может и наоборот, дверь в комнату резко распахнулась, и в нее ввалился Блэк, бормоча что-то про молодежь. Сириус не сразу заметил своего школьного врага, и этого времени профессору хватило, чтобы выхватить палочку, запечатать дверь мощным заклинанием и припереть анимага к стенке.
- Снейп! Что ты тут делаешь? - закричал мужчина, смотря, как его палочка перекачивает в карман зельевара.
- Блэк, ты не вовремя, но впрочем у тебя это так всегда, - зельевар еще сильнее ткнул кончиком своей волшебной палочки в сонную артерию мужчины, от чего у того перехватило дыхание.
- Ты пытаешься помочь ему сбежать!
- Ага, конечно. Из дома, где полно народу, а на всех каминах стоят оповещающие чары. Я уж молчу про дверь, из которой выйти, да и войти, могут только избранные... Блэк, ты тупица.
- Сюда сейчас кто-нибудь придет, и тогда...
- Не пудри мне мозги. Сюда никто, кроме тебя и старшего Уизли не заходит, не считая допросов, которые, как я знаю, прекратились.
- Это он тебе сказал!
- Придурок, Поттер не говорит уже полгода! У него тяжелая психологическая и физическая травма! - не выдержал Снейп. Гарри вздрогнул и посмотрел на зельевара. - Пока ты валялся в отключке, твоего крестника пытали всеми мыслимыми и немыслимыми способами. У него голос сорван от постоянных криков.
- Ты врешь...
- Ну да, конечно. Блэк, ты всегда был тварью, но я никогда не думал, что ты сможешь променять сына лучшего друга, своего крестника, на какого-то старикашку. Как ты вообще можешь верить в то, что Поттер предал вас?
- Так сказал Дамблдор... Я уверен, что все, что сказал директор, правда, потому что это логично.
- Поттер, сядьте и не мычите, - Гарри покорно вернулся на место, но его лицо, казалось, побелело еще больше. - Я покажу тебе правду, Блэк. Правду, от которой можно сойти с ума.
Черные глаза встретились с синими, приоткрывая завесу действительности.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 15.03.2009, 15:23 | Сообщение # 15
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 7

"Малфой или Коннер... Кто же из них?" - думал Темный Лорд, шагая по темным переходам своего дома. Мысли о предательстве этих двух людей даже вытеснили тревожные мысли о Гарри, правда не до конца.
Немного впереди мелькнула тень, и послышались шаги. Том замер, настороженно всматриваясь в темноту. Обычно в этой части дома никто кроме него, Гарри и нескольких упивающихся, у которых были неотложные вести, не ходили. Здесь всегда было пусто и почти всегда темно.
Взмах палочкой, и один за другим на стенах зажигаются факелы, освещая коридор. Тень резко развернулась к свету.
- Коннер? Ты что здесь делаешь? - Том по-прежнему не опускал волшебную палочку, всматриваясь в лицо своего слуги.
"Все-таки он..."
- Милорд. - Улыбка в тридцать два зуба. - Я хотел увидеть вас. - Шаг в сторону к мужчине, еще один, более осторожный. И вот парень уже стоит впритык к лорду.
- Зачем? - мальчишка облизывает губы, отточенным, каким-то развратным движением.
- Я хочу вам кое-что сказать, милорд, - парень придвигается еще ближе, хотя куда уж ближе. – Я... - глаза парня горят в свете факелов, лицо покраснело, - я люблю вас.
Последняя мысль темного лорда, перед тем как горячие губы впились в его рот, была: "Все-таки Малфой".
Парень был красив: с тонкими чертами, с длинными светлыми волосами и необыкновенными голубыми глазами. Его было удобно прижимать к стенке, не наклоняясь при этом, потому что, в отличие от Гарри, он был почти одного роста с Томом. Его фигура была приятна на ощупь, а губы были умелыми и как будто выпивали душу через поцелуй.
Но чего-то не хватало.
Том уже почти потерял контроль, готовый трахнуть этого парня прямо здесь у стены, готов был завладеть этим так удачно подвернувшимся умелым телом, но тут перед глазами мага встал Гарри, с его непосредственным детским выражением лица и абсолютно взрослыми, но, тем не менее, невинными глазами. Эти глаза с грустью смотрели на Тома, а на губах мальчика появилась грустная улыбка. Гарри из видений Тома вздохнул и развернулся, уходя вдаль. Мужчине захотелось закричать «стой!», но сил не было. Его возбуждение от ощущения тела рядом быстро спало, не оставляя и следа.
Том открыл глаза и резко отошел от Алекса.
- Не делай больше так, - зарычал мужчина, застегивая свою мантию на все пуговицы. - Я не накажу тебя за твое своеволие, но впредь я это терпеть не намерен.
- Но Вам же понравилось, - парнишка картинно надул губки. - Чем я хуже Поттера?
- Не думаю, что я обязан отвечать на твои вопросы, Алекс, - покачал головой Том. - Уходи.
- Вы любите его... Поттера?
- Это не твое дело!
- Простите. Простите меня, милорд, - Алекс свалился на колени, покорно склоняя голову. - Простите. - Заклинание беспалочковой легелименции. И вот воспоминания видны как на ладони. Обычные картинки жизни, которые показывают умыслы, чувства и стремления.
"Чист, абсолютно, - подумал маг. - Все-таки блондин, хотя было бы проще, если предателем оказался Алекс".
- Исчезни с глаз моих, - прорычал Темный маг и, резко развернувшись, ушел в противоположную сторону.
Нужно было найти Люциуса и спросить с него ответы на многочисленные вопросы, хотя Том и так уже прекрасно понимал мотивы своего когда-то лучшего слуги.

Чужие воспоминания проносились быстро, как картинки в кино, куда Сириус с Джеймсом бегали по молодости. Но если в кинотеатре на все смотришь со стороны, то когда в твоем мозгу проносится целый ворох картинок, то ты как будто находишься внутри них, не сторонний наблюдатель, а почти участник. Ты пытаешься закричать, остановить все это или хотя бы закрыть глаза, но это бесполезно. Тебе кажется, что ты даже чувствуешь боль, лежащего на полу истерзанного человека. Тебе хочется закричать, хочется закрыть такого знакомого зеленоглазого мальчика от очередного заклинания, но в очередной раз остаешься лишь наблюдателем. Ты видишь искусанные в кровь губы и слышишь жалкие хрипы и смех, леденящий душу. Он слышится отовсюду из воспоминания в воспоминание. И напоследок, когда ты уже почти не дышишь, когда уже почти теряешь сознание от вида искаженного в муках лица своего крестника, освещенный зал и смех сменяется темным коридором и всего двумя голосами: давно уже мертвой девочки и старика, который в последнее время стал для тебя царем и богом. Тихий разговор, который убивает тебя еще больше, чем все предыдущее, который ужасает тебя и отдается эхом в голове.
Все прекращается так же резко, как начинается, твое тело безвольно падает на пол, а твой школьный враг отходит от тебя. На его лице появляется какое-то усталое выражение.
- Вот, что было с твоим крестником, Блэк, пока ты строил из себя героя и рвался в бой. Нельзя винить человека в том, что он пережил.
- Это не правда... Не правда...
- Ты живешь в своем выдуманном мире, глупая псина! Не пора ли поумнеть? Всю жизнь сын твоего друга жил в своеобразном аду, несравнимом с твоим заключением в Азкабане. Ведь ты не был ребенком, Блэк...
- Директор не мог...
- Наш директор - сумасшедший манипулятор, который когда-то в молодости решил поиграть, а теперь пытается уничтожить творение дел своих! Он сломал кучу жизней и столько же сломает!
- Не смей! Это не правда!
- А что тогда, по-твоему, правда? - устало спросил Снейп. - Нелепица о предательстве? Ты видел, что творилось с Поттером.
- Но Дурсли... Сестра Лили и ее муж. Мальчик, Дадли, кажется, видел Гарри, - Сириус посмотрел сначала на Поттера, который сейчас сидел, напряженно выпрямив спину и закрыв глаза.
- Их убил я, - Гарри вздрогнул, но глаз не открыл. Снейп тоже посмотрел на мальчика, но потом продолжил. - Это был приказ, который я не смел нарушить. Но этим тварям определенно место в аду. Представь, Блэк, меня даже совесть не мучает от их убийства.
В комнате повисло молчание, казалось, что даже никто из троих не смеет дышать.
- Что аргументы закончились? - усмехнулся зельевар.
- У тебя нет совести, - невпопад заявил анимаг.
- И я этому несказанно рад, - язвительно сказал зельевар. Мальчик, сидящий в углу, громко фыркнул, но его глаза по-прежнему оставались грустными. В них по-прежнему можно было разглядеть боль, страх и отчаяние.
- Гарри... - Сириус нервно сглотнул, не в силах продолжить дальше. - Я... Я не уверен, что готов поверить во все, что показал Снейп... Директор не мог так поступить...
- Ты тупица, Блэк, - зарычал зельевар. - Поттер не может говорить, но поверь, то, что он пережил, сидя в той нише, было намного болезненней для него, чем все те пытки...
- Ты тоже его пытал!
- Я же его и лечил после! У многих из нас нет выбора, есть только приказ! А ты... В общем, не важно, - Северус напряженно сжал губы. - Гарри даже не сопротивлялся, когда мы его нашли. Он даже встать был не в состоянии. Не знаю, хочет ли он жить сейчас, но тогда не хотел...
- Зачем ты мне это говоришь? Хочешь на совесть мою надавить?
- Твоя совесть бесследно пропала еще раньше, чем моя, - резко сказал Снейп. - Я хочу, чтобы ты помог своему крестнику, а потом катись на все четыре стороны!
В комнате повисло гробовое молчание.
- Его ждет поцелуй дементора, Блэк. А он ни в чем не виноват, может только в том, что так глупо попался ордену. И не рычите, Поттер. Я, конечно, не жалуюсь, что вы меня спасли, но от этого мне не легче.
- Ты хочешь вернуть его к Волдеморту? - Сириус заглянул в глаза своего школьного врага.
- Да.
- Но Гарри опять будут пытать!
- Не мели чепухи, Блэк. Единственное, что ждет Поттера - это секс-марафон недельки так на две без перерыва, - зельевар с удовольствием наблюдал как глаза анимага, почти вываливаются из глазниц, а на лице появляется обалдевшее выражение.
- Но...
- Тебе рассказать, как это происходит между мальчиками или начнем с азов, так сказать с пестиков и тычинок? - и хоть ситуация не располагала к юмору, профессор буквально наслаждался покрасневшим лицом мужчины, - Ах, да, ты же сто процентный натурал.
- Заткнись! Гарри не мог с этой тварью...
- О, Блэк, мне жаль тебя разочаровывать, но это именно так. Поттер не устоял перед красотой нашего Лорда. Ведь так Гарри?
Парень улыбнулся, замечая веселые искры в глазах мужчины, который был ему другом, почти отцом, самым дорогим человеком, после Тома.
- Так ты поможешь сыну своего лучшего друга? Или мне наложить на тебя мощный обливейт, который с моей подачи сделает тебя растением?
- Что нужно делать? - тихо спросил Сириус, - Что ж я делаю... Мерлин, помоги.

День Билла Уизли не задался с самого утра: он посетил мать в больнице, где врачи сказали ему, что новое лекарство, которое недавно стали ей давать и на какое он угробил почти все сбережения, не помогло, а даже ухудшило состояние Молли Уизли. После посещения больницы Билл решил пообщаться со своим младшим братом и может даже попытаться найти поддержку у него, но Рон оказался равнодушен к его метаниям и лишь посоветовал заняться делом.
Билл не понимал, что происходит с его братом и когда он стал настолько равнодушным к людям, но понимал, что бороться с этим он не будет. Как и не будет больше пытаться вылечить мать.
Мир, казалось, сошел с ума, и он этого не понимал. Не понимал, когда все повернулось с ног на голову.
Сегодня случайно он узнал, что министерство во главе с Дамблдором распорядилось арестовывать жен и детей предполагаемых упивающихся. А тех, у кого были черные метки, казнить на месте. Те, кто хотя бы каким-то боком был близок к списку, так называемому "фактор риска", был ли он дядей или третьей женой двоюродного дедушки подвергались проверке и записывались в список постоянного контроля. Если их заметят за малейшим нарушением или, не дай Мерлин, за общением с особо опасным преступником - это Азкабан без суда и следствия.
Этот глупый закон, уничтожающий почти всю популяцию магов, пока еще не был достоянием общественности, но его отголоски уже проносились по всей Англии, Шотландии и даже Ирландии и Франции. Маги в спешном порядке покидали континент, мчась навстречу неизвестности, но свободе. Впрочем, Дамблдор последнее время просит помощи у других стран, поэтому свободу они найдут, скорее всего, только на Южном полюсе. Билл почти со смехом припомнил, что там живут только странные существа, называемые пингвинами. Хотя маг на то и маг - он способен приспособиться в любом месте земного шара.
Билл никогда не ратовал за объединение с маглами, да что уж там говорить: по работе он много раз общался с ними и читал много книг. И что уж там говорить он ох как не хотел быть сожженным на костре инквизиции, а именно это и произойдет с волшебниками, потому что маглов больше и они являются без сомнения весомой, а главное неконтролируемой силой. Старший Уизли никогда не понимал восхищения отца ими, не понимал он и стремлений Дамблдора налаживать с ними контакт. Одно дело маглорожденные и совсем другое обычные люди, которыми движет зависть.
В четыре часа дня Билл должен был сменить Сириуса на посту охраны. На самом деле Поттера охраняли только они, по словам Дамблдора, самые свободные.
Рыжий парень подошел к двери и подергал ручку: дверь была заперта, но никаких заклинаний снаружи не было наложено, значит, ее заперли изнутри. Парня пробрала дрожь испуга: неизвестно, что взбрело Блэку в голову и что он может сделать с Поттером. Не то, чтобы Биллу было жалко мальчика, но мало ли какие сдвиги произошли у Блэка после Азкабана и арки.
- Сириус, - тихо, но твердо позвал Уизли. - Сириус, я знаю, что ты там, открой.
Билл огляделся по сторонам, радуясь, что здесь нет портретов и его никто не сможет увидеть, а в доме в это время не так много народу и на второй этаж они не заглядывают. Но его можно было увидеть с лестницы, поэтому нужно было либо срочно исчезнуть отсюда, не привлекая внимания к двери, либо открыть ее.
- Сириус! Не смей ничего с ним делать! Открой немедленно! - замок в двери щелкнул и Билл ввалился в комнату, попадая под прицел сразу двух палочек.

- Блэк, закрой дверь, - профессор зельеварения строго посмотрел на анимага. - Так-так-так, мистер Уизли, вы вовремя...
- Профессор Снейп? - Билл нервно сглотнул. - Вам нельзя здесь находиться... Или вам директор разрешил? - Билл перевел взгляд на Поттера, который сидел по-турецки и рассматривал стену напротив, пугающим взглядом. Затем Билл посмотрел на Сириуса, который был странно бледен и, казалось, что прямо сейчас он свалится в обморок, но, однако, он с упорством накладывал сложнейшие запечатывающие и заглушающие чары на дверь. Затем рыжий снова посмотрел на зельевара, который смотрел на него со странной улыбкой, пугающей еще больше, чем взгляд Поттера.
- Знаете, Уизли, на ловца и зверь бежит... Вас только и ждали.
- Что происходит? Сириус? - Билл нервного сглотнул, каким-то седьмым чувством понимая, что ничего хорошего не будет.
- Сюда может еще кто-нибудь заглянуть? - спросил профессор.
- Сюда больше никто не заходит, Снейп, с тех пор как директор понял, что от Гарри информации не добьешься, - сказал Сириус. Снейп кивнул.
- Отбери у него палочку, - Сириус хотел что-то сказать, но покорно подошел к Уизли и протянул руку.
- Билл, пожалуйста...
- Ты, что спелся с ним? - кивок на зельевара. - Решил нас всех продать? - но в голосе парня не было горячности, лишь усталость и какая-то обреченность.
- Прости, я должен помочь Гарри. Я клялся Джеймсу, но нарушил клятву, теперь я могу все исправить.
- Раньше ты думал по-другому, - отдавая волшебную палочку, сказал парень. - Ну что, профессор, убьете меня? Или тоже решили меня доставить в плен к Волдеморту на потеху? Хотите истребить всех Уизли?
- Да, бы была моя воля, - холодно кивнул зельевар не поддаваясь на провокации парня. - Я вообще считаю, что Темный Лорд слишком мягко обошелся с вашими сестрой и братом.
- Что они вам сделали?! За что их нужно было убивать?!
- Лично мне ничего.
- Как они умерли? - спросил Билл. - Они мучились?
- Ваша сестра да, брат нет, - Гарри Поттер как будто очнулся и посмотрел на зельевара. Он не знал в подробностях, как Том разобрался с Джинни и Перси, только знал, что он был жесток, в прочем как всегда, ведь Том ничего не делает наполовину. - Темный лорд убил их лично.
- Что вы хотите от меня? - лицо Билла было бледным, а в уголках глаз собрались слезы.
- Темный Лорд хочет вашего с ним сотрудничества.
- И вы думаете, я соглашусь, после того, что вы мне сказали?! - Билл засмеялся и привалился к стене.
- Конечно.
- Не знал, что вы настолько глупы, профессор. Вам лучше убить меня, потому что, если я выйду отсюда, мертвы будете вы.
- Гарри, я могу показать ему воспоминания того дня? - тихо спросил Снейп у мальчика и получил в ответ утвердительный кивок. - Спасибо, Гарри.

Билл понимал, что все, что он увидел, правда, потому что все мгновенно встало на место, но понимание того, что твоя семья оказалась не самой лучшей доставляло даже большую боль, чем смерть отца, Джинни и Перси.
"Близнецы что-то знали, - понял парень. - Эти их странные взгляды и как вердикт - побег".
Но понимать одно, а признать это совсем другое.
- Откуда мне знать, что это настоящее воспоминание? - спросил Билл. - Вы ведь мастер оклюменции, профессор.
- Вам ли, лучшему ученику Хогвартса, не знать, что воспоминания подделать нельзя? Тем более вам не кажется, Уизли, что если это и подделка, то уж слишком изощренная?
- Не каждый день узнаешь, что твоя семья... такая. Знаете, ведь мама всегда хотела денег, и Рон, и Джинни, и Перси... Я тоже хотел. Всегда, с самого детства. Я не понимал отца, который говорил, что деньги не главное. Раньше я думал: ну как же не главное, если мы из года в год еле сводим концы с концами, а с рождением детей денег переставало хватать даже на еду. Я помню те времена, когда ни я, ни Чарли еще не работали, и мы жили только на скудную зарплату папы. Я не понимал, почему мой отец отказывается от должностей в более оплачиваемых отделах и почему продолжает возиться со своими магловскими изобретениями вместо того, чтобы найти подработку...
В комнате стало тихо.
- Гарри, прости мою семью, - прошептал рыжий, обращаясь к мальчику, который, казалось, был безучастным, но, тем не менее, ловил каждое слово. - Прости, если сможешь... Если бы я только знал.
- Успокойтесь, Уизли. Вы ничего не знали, как и многие остальные, - прошипел Снейп, видя, как Гарри низко опустил голову. - У вас есть шанс все исправить. Помогите нам вытащить Гарри, а там поступайте, как хотите, - Северус решил пойти ва-банк, понимая, что парень будет сомневаться в своих действиях.
- И вы меня так просто отпустите? Или ваш господин резко подобрел в последнее время?
- Темный Лорд умеет быть не только мстительным, но и благодарным, - таинственно произнес зельевар. – Но, все же, я вам предлагаю найти более правильную сторону, чем сторона директора. Или же советую свалить в неизвестном направлении, как это сделали два ваших брата, но не факт, что война не настигнет вас. Вы ведь это понимаете?
- Лучше, чем вы себе можете представить, профессор, - дерзко ответил Билл. - Я помогу вам, но не потому, что у меня нет выхода и я считаю это правильным, а потому что моя семья наделала много ошибок, за которые кому-то придется платить. Но не думайте, что я паду ниц перед тем, кто разрушил мою, хоть и не очень хорошую, но все же семью.
- Упаси Мерлин, я от вас этого и не прошу, - хмыкнул зельевар, мысленно корректируя свой план.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Вторник, 17.03.2009, 16:43 | Сообщение # 16
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Моя бета не откликается, поэтому выкладываю не беченую... Для тех кто ждет. Тапками меня не колотить я от этого писать по-русски не научусь biggrin

Глава 8

- Северус, может быть ты прекратишь ходить из угла в угол. Это раздражает! – прошипел Темный Лорд, смотря на своего преданного слугу, который был бледнее чем обычно, если это конечно возможно.
- Простите, милорд. Я просто нервничаю, - Северус присел на краешек дивана и уставился на свои руки.
- Но вот я же не нервничаю…
- Вы сгрызли уже все перо и не написали ни строчки, мой Лорд, - осторожно сказал зельевар. Темный Лорд посмотрел на перо в своей руке, затем на пергамент закапанный чернилами и тяжело вздохнул, одним взмахом палочки сжигая и пергамент и перо.
- А у тебя глаз дергается, - почти по-мальчишески мстительно, сказал Том. – Осталось всего несколько часов… Ты передал Дамблдору, что я просил?
- Конечно, милорд. Я сказал, что сегодня вы собираетесь устроить нападение на ту деревушку но вы мне не сказали во сколько, так как подозреваете в предательстве. Директор повелся. Он уже назначил дежурства там, спровадив туда пол-ордена. Если Люциус действительно предатель, мы это выясним, так как кроме меня об этом знает только он и вы. Суд назначен на два часа раньше… Если произойдут какие-то изменения Сириус со мной свяжется.
- Уже Сириус? А где же «Блэк» произнесенное сквозь зубы? – подколол Том.
- Когда я называю его по имени, он бесится еще больше, - ухмыльнулся зельевар, - Мой Лорд все будет так как мы и запланировали… Нам остается только ждать.
- Вот это самое и ужасное… Ладно иди куда ты там хотел, - Темный Лорд встал изо стола и подошел к окну, - Если вдруг что, ты знаешь где меня искать.
Снейп встал, быстро поклонился и стремительно вылетел из кабинета, спеша в штаб ордена, наверное уже в последний раз. После сегодняшней диверсии у зельевара будет только один хозяин в любом случае, что не могло не радовать. Все-таки жизнь на два фронта, жутко напряжная штука.
Северус даже в шутку думал, что ели у них все получится и Поттер уже сегодня будет спать в кроватке Лорда, то он, Северус Снейп будет отмечать этот день с большим размахом, чем отмечается рождество в Хогвартсе.
От почти радужных мыслей Снейпа отвлек голос Люциуса Малфоя, который только что вышел из камина.
- Друг мой, ты ужасно выглядишь! – с неизменной ухмылкой поведал блондин, - У тебя выражение лица как будто умерла твоя любимая тетушка при этом не оставив тебе наследства!
- Зато ты больно радостный. И у меня нет родственников, Люциус, - прорычал зельевар.
- О, да… Как я мог забыть… Так что случилось, Северус? – голос Малфоя стал серьезным.
- Если бы я знал… У меня такое чувство, что все вокруг что-то замышляют, а меня забыли поставить в известность, - соврал зельевар, прямо смотря в глаза «другу». – Ты ничего не знаешь?
- Так я тебе и сказал… - хмыкнул блондин и шепотом добавил, - Темный Лорд тебе не доверяет. И, по-моему правильно делает. Ведь ты всегда был перебежчиком, Северус.
- Ты…
- Таким как нам, Сев, всегда лучше там, где мы правим миром.
- Я не понимаю тебя, - поморщился Северус, - Мне до твоей логики, как до Китая и обратно. – и не прощаясь, зельевар шагнул в камин, четко произнося адрес своих апартаментов в Хогвартсе.

В штабе в утро 28 декабря было тихо как в склепе, но, казалось, что даже воздух замер в ожидании чего-то.
Вот уже несколько дней бравая команда Гриффиндора под предводительством нового золотого мальчика пыталась проникнуть на второй этаж, но все их попытки пресекались на корню, то Сириусом, то Биллом.
Но сегодня оба мужчины заперлись в комнате хозяина дома и кажется распивали уже неизвестно какую бутылку огневиски.
- Ребят, может не надо, - зашептал младший Криви, которого оставили стоять на стреме, на случай если Сириусу или Биллу приспичит выйти из комнаты.
- Тебе, что не интересно? – довольно громко сказал Лонгботом.
- Невилл, потише, - Рон поморщился, удобнее перехватывая волшебную палочку.
- Сам заткнись. – Зашипел золотой мальчик, - Я вообще не понимаю как мне, герою пророчества, посмели запретить что-то делать. Я еще директору пожалуюсь…
- И пошлет он тебя куда подальше, - фыркнул Рон, - делать ему больше нечего как с твоими проблемами разбираться.
- Ты последнее время ведешь себя странно, Рон, - влез в разговор Симус Финиган, - Постоянно куда-то пропадаешь…
- Не ваше дело куда я хожу, - отрезал рыжий и снова двинулся вперед, дергая за ручку каждую дверь и заглядывая внутрь.
- Но мы твои друзья, - напомнил Колин. За что получил хмурый и недружелюбный взгляд, который заметил Лонгботом.
Невилл схватил рыжего за руку, останавливая его.
- Рон…
- Слушай, Нев, давай сначала узнаем, что они прячут здесь, а потом будем выяснять кто прав, кто неправ, а кто вообще в пролете. – Рон выдернул свою руку из хватки золотого мальчика и пошел дальше в след за Колином, который уже ушел вперед. Дин и Симус немного погодя двинулись за рыжим.
- Невилл, ты идешь? – тихо спросил Дин. Но тот ничего не сказал, лишь быстрым шагом пошел за ушедшими вперед парнями.
В коридоре было темно, поэтому никто не увидел его злого взгляда и покрасневшего лица.
- Эта дверь заперта, - сказал Колин, дергая ручку. Рон быстро подошел и осторожно оттолкнул парня.
- Здесь стоит магическая защита, - поведал рыжий.
- Да, точно, - немного раздраженно сказал золотой мальчик, вставая рядом с Роном, - Я попробую снять, - но ни через пять минут, ни через десять – золотой мальчик гриффиндора так и не понял как снять заклинания не разрушая при этом саму дверь и комнату за ней, - Наверное ее ставил Дамблдор, я не знаю как ее снять, - наконец сказал Лонгботтом.
- Ее ставил мой брат, - покачал головой Рон, - Я видел… Отойди, - велел он Невиллу.
- Тебе нельзя пользоваться волшебной палочкой, - встрял Дин.
- Можно, мне директор еще летом разрешение выдал.
- И ты молчал!
Рон усмехнулся и посмотрел на дверь. Чары на ней действительно были сложными, не зря же Билл работает в Гринготсе. Рону потребовалось еще десять минут, чтобы понять как расплести сложные связки заклинаний и угробить на это кучу магических сил.
- Ты где этому научился? – обалдело спросил Невилл, которому до такого уровня нужно было еще пахать и пахать.
- По книгам… Тем более я знаю примерный список запечатывающих заклинаний, которыми пользуется мой брат. Если бы дверь запирал Сириус, то все было бы сложнее, ибо он не предсказуем. – Рон устало привалился к стене. В последнее время он очень много практиковался в любых видах магии, но все заклинания отнимали у него очень много сил, делая его на несколько часов почти сквибом.
Иногда Рон не понимал, почему огромная сила дается тем, кто не способен ее воспроизвести в правильное русло. Он знал, что именно этим страдала Гермиона, которая стремилась к знаниям, но не все знания были для нее. Из-за недостатка сил ей приходилось от многого отказываться. Тогда Рон этого не понимал, но столкнувшись с этим поставил это на первое место своего существования.
«Поттеру была дана сила, но она не нужна была ему, Невиллу дана сила, но он не может ее контролировать, а мне…» - подумал Рон, отклеиваясь от стены и чувствуя с каким трудом дается каждый шаг.
- Ну кто хочет открыть? – весело, но через силу спросил рыжий.
- А ты точно все снял? Первого кто войдет не убьет никаким проклятием? – отодвигаясь подальше спросил Симус.
- Вы гриффиндорцы или как? – приподняв брови спросил Рон и дернул ручку распахивая дверь в таинственную комнату. – Поттер?!

Все утро Сириуса преследовало какое-то странное чувство: чувство недосказанности и даже какой-то обреченности, как будто его поставили перед фактом и оставили наедине с собой, со своими воспоминаниями, внутренними кошмарами и демонами. В голове бывшего заключенного самой страшной тюрьмы для волшебников все встало с ног на голову, при этом не удержалось в таком положении и перемешалось.
Сириус не понимал зачем нужно снова отправлять Гарри к Волдеморту, если его там пытают и истязают, используют как сексуальную игрушку, уж не лучше ли при таком раскладе получить поцелуй дементора? Ведь это почти смерть, а значит избавление… Ему самому иногда хотелось, чтобы тогда на том фарсе суда ему бы вынесли смертный приговор, а не пожизненное заключение, чтобы не чувствовать, не знать, не бояться и больше никуда не спешить.
Сириус оторвал взгляд от полупустого стакана с огневиски и посмотрел на своего собутыльника. К его удивлению Билл был спокоен, как никогда не был за все их знакомство. Во взгляде его голубых глаз была непреклонная решимость, а в движениях не наблюдалось никакой нервозности. Не знай Сириус точно, что перед ним сидит гриффиндорец, подумал бы, что Билл принадлежит к представителям змеиного факультета, отличающихся своей непреступной холодностью и уверенностью.
- Ты на удивленнее спокоен, Билл. Хотя это тебе предстоит продать остатки своей семьи неизвестно за что, - Сириус хотел сказать это спокойно, но у его голос выдал его внутреннюю дрожь и даже еле скрываемую злость на то, что его загнали в угол.
- Я знаю за что я их продаю, Сириус, - тихо сказал Билл и отставил свой стакан, - Может тебе это трудно понять, но я не вижу другого шанса их спасти.
- Однако ты все же предашь их…
- Из двух зол мы всегда выбираем меньшее. Я уже похоронил больше родных и друзей, чем их осталось. И если единственный шанс, что их не тронут и они переживут эту войну в том, чтобы я упал на колени перед Волдемортом, то я упаду. Это игра Блэк, всего лишь игра…
- Но Дамблдор…
- Старый дурак, который теряет свою власть. Я склонен поверит Снейпу и рискнуть, чем быть просто разменной монетой! У нас нет пути назад… Это как замкнутый круг, мне жаль, что ты этого не понимаешь…
- Снейп…
- Перегрызет глотку и тебе и мне за Гарри и своего господина, - жестоко ответил Билл, - Раньше надо было думать об этом. Ты думаешь директор нас спасет, если мы сделаем шаг назад? Или ты хочешь оказаться на месте Ремуса Люпина? Ты до сих пор веришь, что он жив? Тебе никто не говорил, но его директор лично отослал на задание с которого он так и не вернулся… И не вернется, Сириус, скорее всего его задрали такие же как он оборотни…
- Не говори так! – Сириус вскочил.
- В стаях не любят перебежчиков и тех, кто отрекается от своей сущности… Оборотни никому не подчиняются и никогда не подчинятся. Так что давай закроем эту тему Блэк и просто подождем прихода Снейпа. А если у тебя снова появились сомнения, то выход у тебя один – скорее сдохнуть.
В комнате наступила тишина, прерываемая лишь тяжелым сопением анимага, которого уже в какой уже раз поставили на место.
Билл задремал, прислонившись к шкафу, под шуршание бумаг, которые перерывал Сириус, кажется это были чудом уцелевшие письма. Но внезапно тишину дома пронзил крик, громкие нелексические выражения. Дом тряхнуло, с потолка посыпалась штукатурка. К тому моменту, когда Билл и Сириус вывалились в коридор крик повторился еще несколько раз и все стихло.

Северус Снейп понял, что что-то не так сразу же как только вышел из камина в штабе. Где-то были повалены веще, на полу валялись ошметки штукатурки. Портрет мамаши Блэк был открыт, но самой женщины не было.
Со второго этажа послышался грохот, чьи-то всхлипы, резкие голоса.
- Нужно позвать директора, - голос Лонгботама звучал жалобно, как будто он только что прекратил плакать.
- Заткнись1 Кто вас просил туда лезть! Кто?! – Билл был зол. У него перед глазами до сих пор стояла самая ужасная картина в его жизни: Гарри Поттер, в порванной мантии и забившийся в угол, Невилл Лонгботом с головой в крови, казалось, что даже с его волос капала кровь. Родной брат в ожогах и задыхающийся. Братья криви без сознания. И Дин с Симусом с глазами в которых плескался ужас.
Не Билл, не Сириус не ожидали такого, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что так сработала магия ошейника Гарри.
- Что вы хотели сделать?! – отойдя немного от шока, спросил Сириус. Он попытался подойти к Гарри и проверить жив ли тот, но сильное силовое поле не дало ему подойти к мальчику. – Черт!
- Заткнитесь все! – не выдержал Билл, - я был о вас лучшего мнения!
- Почему ты нам не сказал, что вы здесь Поттера держите? – тяжело дыша спросил Рон. Ему досталось наверное больше всех, но он не стонал так как Колин и не ревел как Невилл.
- Это был приказ Дамблдора, - все повернули головы и наткнулись взглядом на Снейпа, который не обращая внимания ни на кого попробовал подойти к Гарри, но купол и его не пустил. – Блэк, Уизли уведите этих идиотов.
- Что с ним? – тихо спросил Билл, кивнув на Гарри.
- Лучше спросите, что с ним сделал ваш брат, что магия ошейника сработала. Даже авроры ее не активизировали, хотя вряд ли все авроры такие извращенцы как ваш брат и его друзья. Не правда ли Уизли, Лонгботом? На мальчиков потянуло?
- Замолчите, - Рон с трудом встал, - Он – это ничто…
- Однако это ничто хорошо вас отделало Уизли, - усмехнулся зельевар, хотя его глаза были полны тревоги, направленной на Гарри, - Билл, уведи их…
- Он предатель, он не заслуживает ничего кроме смерти, - Рон попытался еще что-то сказать, но был остановлен суровым взглядом брата.
- Нужно хотя бы проявлять уважение к тому, кому осталось жить несколько часов, - прорычал Снейп, опускаясь на колени, - Вон! Блэк, запри дверь… Гарри, Гарри, опусти купол, я хочу тебе помочь. Здесь только я и Блэк, больше никто к тебе не приблизится.
Мальчик в углу зашевелился и открыл испуганные глаза, полные боли и отчаяния. Только сейчас зельевар заметил, что руки Гарри стискивают ошейник, а полуразорванная рубашка пропиталась кровью. Кровь медленными струями текла по рукам мальчика и по голой груди.
- Твари, - прошептал Снейп. Он знал про магию ошейника, знал, что к Гарри никто не сможет прикоснуться, если мысли прикосавшегося будут иметь сексуальный окрас, но то, что носящий ошейник при этом тоже пострадает зельевар не догадывался.
Дом снова ощутимо дрогнул и зельевар почувствовал, что силовое поле исчезло, пропуская мужчину.
Гарри застонал, его глаза закатились и он стал заваливаться на бок, руки его упали, открывая кровавую рану вокруг ошейника, который был почти не виден из-за крови.
Зельевар не дал упасть Гарри, поймав его и уложив осторожно на матрас.
- Снейп, что с ним? – каким-то безжизненным голосом спросил Сириус, смотря как дрожь проходит по бессознательному телу мальчика.
- А, ты не видишь, Блэк? – скосив глаза на анимага, ответил вопросом на вопрос Северус, - Это магия ошейника, не очень удачная, но почти идеальная для защиты собственности от посягательств на нее.
- Собственности?
- Гарри принадлежит Темному Лорду, - Северус взмахнул палочкой произнося диагностирующее заклинание. Кровь он уже остановил и даже напоил Гарри кровевостонавливающим, которое всегда носил с собой просто на всякий случай. – Это как приговор и гарантия в одном флаконе… Мерлин! Они к нему круциатус применили! Чертовы светлые маги!
- Но Гарри не кричал…
- Он уже давно не кричит, Блэк. Он почти всегда все пытки выносил молча, - зельевар отточенными движениями наносил заживляющую мазь на шею Гарри.
- Ребята не могли…
- Ага, конечно, и насиловать они его не хотели. Посиди с ним, - приказал Снейп, - Надеюсь хоть это ты в состоянии сделать?
- Ты куда?
- Пойду разберусь с этими неудавшимися насильниками. – на лице мужчины появилось такое зверское выражение, что Сириус подавил в себе все вопросы, которые хотели уже сорваться с его языка, - Приберись здесь немного.

Билл залечил все раны парней и теперь нервно поглядывал на часы. До прихода Дамблдора оставалось совсем немного времени. Наконец в гостиную бесшумно проскользнул Снейп и также бесшумно прикрыл дверь.
- Билл иди разберись с портретами. Кто был, кто видел, никаких следов остаться не должно, - старший рыжий кивнул и вышел, кинув последний взгляд на брата и его друзей. Он понимал, что Снейп не может по-другому, потому что на карте стояло слишком много и он был рад, что ему не придется делать этого самому.
- Вы назначите нам отработку, профессор? – язвительно спросил Рон, переглядываясь с остальными.
- Нет мистер Уизли… Я бы не хотел этого делать но… Обливейт! Вы играли в карты с самого утра, никуда не выходили и не отлучались из гостиной. – Северус наслаждался стеклянными глазами парней, мечтая их убить и сделать их глазенки такими до тех пор пока не истлеют их бренные тела.
- Профессор, - Билл заглянул в гостиную, стараясь не смотреть на неестественно прямые спины ребят, которые еще не отошли от заклинания, - Вас Сириус зовет.
- Ты все сделал?
- Да… Вы им полностью память стерли?
- Только сегодняшнее утро, Уизли, - прошипел зельевар, одарив парня уничтожающим взглядом, - С ними все будет в порядке… А теперь улыбнитесь одной из своих самых идиотских улыбок и идите к ним. Ведите себя естественно и держитесь подальше от директора, не хватало, чтобы он к вам в голову залез.
- И без вас знаю, - огрызнулся Билл.
- Очень на это надеюсь, - хмыкнул Снейп и почти бегом пошел на второй этаж, узнавать какие же проблемы там возникли у Блэка.

Когда будет следующая глава не знаю. У автора началась промежуточная зачетная неделя а ее музе нажно завершить три масштабных проекта wacko Поэтому все ждем...


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 22.03.2009, 11:09 | Сообщение # 17
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 9

Жизнь - это игра. Гарри понял это уже давно. А еще он понял, что выигрывают в этой далеко не детской игре сильнейшие... Коим он не оказался. Да-да, несмотря на всю свою внутреннею силу, и не только магическую, он оказался полностью беспомощным и слабым в играх двух великих магов. Переходящий трофей, без права голоса и собственного мнения, хотя возможно Том и выслушает Гарри, но, скорее всего, сделает все по-своему. Да и что Гарри мог посоветовать своему господину, если он сам уже давно запутался и в себе, и в происходящем, и конца и края этому нет и не будет.
Вот и сейчас, лежа на жестком матрасе, не в состоянии шевелиться после круциатуса и того зелья, что ему дал Северус, Гарри не был уверен в том, как для него обернется сегодняшний день. За все эти дни полного бездействия и замкнутого пространства Гарри не раз посещали вопросы о вечном. Что было, что есть, что будет? Резонные вопросы на предполагаемом пороге конца. Вопросы, заставляющие сходить сума, до боли стискивать зубы. Вопросы, которые заводят в тупик, издеваясь и смеясь.
Гарри был бы и рад поверить, что он кому-то нужен. Нет, он даже верил, но как-то с опаской, ожидая подвоха. Все-таки Волдеморт далеко не ангел, даже наоборот. Чего ждать от него? Нет, не так, чего ждать от Тома? Действительно ли он готов рискнуть всем для него, какого-то мальчишки, или это такая извращенная месть за все, что было раньше? Гарри казалось, что он мечется в клетке. От него никогда ничего не зависело, его всегда вели в правильном русле и теперь снова от него ничего не зависело. Единственная надежда была на Северуса Снейпа. Если бы у Гарри были силы, он бы рассмеялся, но вряд ли бы это был приятный смех.
"Если выберусь из этого ада и завтра открою глаза уже в доме Тома, то попробую снова научиться говорить", - решил про себя Гарри. - "А еще зацелую Тома до потери сознания... Если он, конечно, позволит".
В представлении парня возник голый Том, развалившийся на их огромной кровати, с налитым кровью членом, с немного похабной ухмылкой на губах и горящими глазами. Идеальный рельеф мышц, до которых тощему Гарри было как до Луны, бархатистая кожа. Измученное скорбными мыслями воображение парня разыгралось не на шутку, подсовывая все новые и новые сексуальные картинки с участием его любовника. Том в душе, Том на диване... Гарри почувствовал, как тяжестью наливается низ живота, и тут же постарался выкинуть из головы результаты своей извращенной фантазии, потому что это точно было не то место, где нужно думать о голых телах. На смену возбуждению быстро пришло липкое чувство страха надвигающейся неизбежности.
Только сейчас Гарри начал осознавать, что его будущее зависит не от приговора судьи, а от слова Тома Риддла... Снова его жизнь зависит от желания темного мага, который либо оставит его подыхать, несмотря на то, что было, либо заберет... домой. Дом... То, ради чего Гарри готов на все...
Гарри нервно хохотнул. У него никогда не было дома, места, куда он хотел бы попасть всегда и остаться на веки, место, которое дает уверенность и чувство тепла в сердце при одной только мысли. Раньше похожие ассоциации возникали у мальчика при мысли о Хогвартсе.
"Твой дом там, где тебе хорошо, где тебя ждут... Где есть тот, кого ты любишь... и где любят тебя, - Гарри грустно улыбнулся, понимая, что по последнему пункту он тычет пальцем в небо, но ему хотелось верить в лучшее. - Я вернусь домой... Вернусь", - пронеслось в его голове.

Гарри почти не помнил, как его доставили в зал суда. Он с трудом подавлял себя, чтобы не сорваться и не закричать. Его магия билась внутри него, требуя выхода, но Гарри боролся, приказывая себе успокоиться и при этом с трудом удерживая абсолютно нейтральное выражение лица. Гарри старался реже кидать взгляды на Снейпа, чтобы не вызвать подозрения Авроров. Каждый шаг давался ему с трудом, все-таки кормить его нормально не начали, хотя Билл старался давать ему еду хотя бы раз в день. Если честно, то на месте Билла Гарри виделся какой-то святой.
Зал суда никак не изменился с лета перед пятым курсом, а вот состав Визенгамота изрядно поредел, а на месте главного судьи сидел не Фадж, а Дамблдор. Сам же министр пристроился рядом с директором Хогвартса и отдавал какие-то важные указания своему новому секретарю. На месте Перси Уизли был другой парень, несомненно, такой же молодой, перспективный и преданный министру. Гарри не мог сказать, что ему жаль рыжего, скорее ему было жалко Билла, который опустил свою голову и сжал кулаки. Рыжий, не оглядываясь, отделился от их группы и сел поближе к двери, еле уловимым взглядом пройдясь по настенным часам и рукой поправив кобуру с волшебной палочкой.
Гарри попытался поймать взгляд Северуса, но тот быстрым шагом подошел к Дамблдору, а смотреть в ту сторону парню не хотелось.
Гарри посадили на "почетное" место в центре зала. Цепи звякнули и обвились вокруг запястий.
- Альбус, что здесь делает собака? - услышал Гарри голос министра, подавляя в себе желание оглянуться и увидеть своего крестного.
- Это мой пес, - подал голос Билл.
- Да, Корнелиус, это просто собака, - директор улыбнулся. Гарри постарался не передернуть плечами. - Давай уже начнем, - продолжил Дамблдор, вставая. - Так как все собрались... Судебное заседание объявляется открытым, - удар молотком и все замерло, убивая своей тишиной. Гарри закусил губу и, наконец, смог поймать взгляд зельевара. Еле заметный ободряющий кивок помог Гарри. Он выпрямил спину и ничего не выражающим взглядом посмотрел на Дамблдора и Фаджа, полностью готовый к фарсу под названием "суд". Гарри почти не обращал внимания на всех тех свидетелей, которые добросовестно поливали его грязью, некоторых он даже в лицо никогда не видел, ну или просто никогда лично не общался. Парень также не слушал хорошо отрепетированное оханье некоторых представителей Визенгамота. Он ждал, неуловимого знака, который подаст зельевар. Совсем немного осталось и скоро он либо будет с Томом, либо на том свете, причем даже последнее было намного лучше, чем находиться в обществе этих людей.
Последним выступал Снейп, кажется, Дамблдор оставил его на закуску, чтоб уж совсем добить Гарри. Но то, что он бездарный в зельевареньи и нахал, для Гарри не было новостью. За то время, что он провел в лаборатории со Снейпом в цитадели Тома, Северус говорил ему и не такое. Но Гарри бы почти уверен, что Снейп не думает так о нем.
Когда Снейп закончил говорить, встал, поклонившись Визенгамоту, и направился на свое место, Гарри со своего почетного стула прекрасно видел еле заметный кивок и сложенные галочкой пальцы правой руки, затерявшиеся в складках мантии.
Гарри подавил в себе желание оглянуться и вместо этого сел еще прямее, хотя куда уж прямее.
Со своего места встал Фадж, вместе с этим раздался грохот вышибаемой двери. Северус, резко развернулся и швырнул что-то в сторону обвинителей: помещение тут же стало заволакивать каким-то сиреневым туманом. Билл, не медля ни секунды, перемахнул через стол, за которым сидел. Почти не видя ничего, Гарри на слух определил щелчок наручников. Почему-то закружилась голова. Сиреневый туман прорезала зеленая вспышка.
- Поттер! - голос Снейпа, прорезал остальные крики. Гарри развернулся на голос и оказался в чьих-то объятьях, теряя сознание. Кажется, этот туман все-таки не был таким безобидным, каким казался на вид.
- Уходим! - чей-то крик сквозь кашель поставил точку в коротком сражении. - Северус, быстрее!

Гарри медленно приходил в себя: голова раскалывалась и, казалось, что все тело медленно разваливается на отдельные частички.
- Ты не мог предупредить его, чтобы он не дышал! - Гарри узнал голос своего любовника и всю боль и неприятные ощущения как ветром сдуло.
- Я не думал, что туман распространится так быстро, - недовольно прорычал Снейп, который видно уже в уме просчитывал свои ошибки.
- Это можно было предположить, учитывая, что большая половина Визенгамота отключилась сразу же после первого вздоха...
- Простите, милорд, мне некогда было тестировать его. - Голос Северуса был немного раздраженным, но он тут же взял себя в руки, вспомнив с кем разговаривает. - Зато не многие успели создать заклятие головного пузыря, да и Поттер не так сильно пострадал... Вы быстро его нашли...
- Да, ты же был занят, - саркастично протянул Лорд.
- Я не думал, что эта тварь окажется такой шустрой и сообразительной... Видно у Блэков это наследственное, но передается исключительно по женской линии.
- Да, на счет Блэков, куда Нотт дел наших помощников, ты же ходил проверять?
- Он их запер в одной из комнат в западном крыле... Их палочки у меня, - стук деревяшки о стеклянный столик, который стоял в спальне Тома и Гарри. - Кстати, Поттер уже не спит, - добавил зельевар.
- Я знаю, - усмехнулся Том. Кровать немного промялась под весом мужчины и Гарри почувствовал теплую руку на своей щеке, другая же рука темного мага погладила запястье парня. - Ты хорошо себя чувствуешь, Гарри? - еле заметный кивок и рука мальчика перехватывает ладонь своего любовника, которую узнает и среди тысячи. - Северус, ты можешь быть свободен. Думаю, Гарри поблагодарит тебя позже...
- Вот так всегда, - Гарри даже не открывая глаз, понял, что зельевар усмехнулся.
- Блэка запрешь в камере рядом с Малфоем. Пусть посидит, отдохнет, ему не повредит. Если Нотт и остальные будут спрашивать что-то про тех, кто еще отдыхает в темнице, не говори. Мне еще слухов тут не хватало, - распорядился Том, продолжая поглаживать щеку Гарри, его пальцы прошлись по губам парня и он почувствовал бархатный язычок, который стеснительно скользнул по его пальцам. - Уизли пусть остается в комнате, часа через два... нет, три приведешь ко мне в кабинет.
- Да, милорд... Поттер, подождите хотя бы, пока я уйду отсюда, - напоследок сказал он, заметив, как одной рукой Гарри расстегивает манжет на рукаве рубашки Тома. И еще отвесив небольшой поклон Тому, стремительно вышел, оставляя вновь воссоединенных любовников одних.
- Гарри, милый... Тебе лучше отпустить мою руку, - вкрадчивым голосом попросил Том. Гарри тут же дернулся и распахнул глаза, испуганно посмотрев на своего любимого. - Успокойся, я не это имел ввиду. Если ты хочешь, то можешь не отпускать... Просто я так рад тебя видеть, что твои пальчики и твой язычок никак не помогают держать себя в руках, а только раззадоривают. А ты болен...
Гарри резко помотал головой и тут же застонал от пронзившей голову боли.
- Тихо, не шевелись... Ты глотнул немного того сиреневого тумана, а он вреден. Говорить, как я заметил, ты по-прежнему не научился? Ну, ничего... Что-нибудь придумаем. Нет, Гарри, я тебя только раздену, а потом ты примешь ванну с какими-нибудь расслабляющими травками, - тут же улыбнувшись, сказал Том, глядя, как щеки его мальчика покрылись румянцем, а зеленые глаза заблестели от того, что он начал расстегивать на нем рубашку, иногда задевая кончиками пальцев кожу. Гарри закусил губу, чтобы не застонать в голос, но на сей раз от накатывающего возбуждения. Все-таки мысли мыслями, а реально чувствовать на себе такие родные руки – совсем другое, даже ноющая боль в голове не была способна помешать.
- Ну-ну, Гарри... А мне с тебя еще штаны снять надо, - Том окинул голого по пояс мальчика плотоядным взглядом, немного задержавшись на месте, где штаны парня встали домиком. - Ты ведешь себя совсем неподобающе больному.
"А ты совсем не похож на доктора", - подумал Гарри.
- Ты хочешь, чтобы я вернул Снейпа? - Гарри тут же отрицательно покачал головой, приподнимая бедра и давая мужчине стянуть с себя штаны. - Полежи здесь немного... Я включу воду в ванной.
Том вернулся быстро, уже на половину раздетый, последняя одежда с Гарри была удалена, а сильные руки мага подхватили парня, прижимая к голой груди.
- Ты стал еще легче, - прорычал Том. - Убью их всех! - И только лохматая голова, прижимающаяся к плечу темного мага, не дала ему сорваться и побежать мстить всем подряд.
"Гарри нужна горячая ванна, хорошая еда, лечебный сон и поддержка, а все враги подождут!" - мысленно сказал себе Том, шагая в ванную. - "Я еще предъявлю им всем счет".

Гарри нежился в объятьях Тома, чувствуя, как губка скользит по его груди, приятный аромат мыла нежно щекотал ноздри мальчика, а ощущение груди Тома у себя за спиной успокаивало.
Гарри не мог не чувствовать возбуждение мужчины, недвусмысленно упирающееся в его бедро. Он даже попытался потереться, чтобы почувствовать скольжение твердого члена между ягодицами, но был остановлен.
- Не дразнись... - Гарри протестующее застонал и притянул руку мага к своему паху, показывая чего он желает. Том фыркнул, обхватывая рукой его член, и притянул Гарри еще ближе к себе. Гарри застонал. - Поттер, ты что там, в плену, только об этом и мечтал? - Том усмехнулся, но тут же застонал, потому что Гарри просунул руку себе за спину и сжал его член. Ни тому, ни другому не понадобилось много времени, чтобы кончить, излившись в руки друг другу.
- Гарри, как же мне тебя не хватало... Больше никуда тебя не отпущу, чтобы ни случилось.
Гарри радостно вздохнул, больше ему ничего знать и не хотелось. Все вернулось на круги своя, как будто не было этих нескольких недель унижений, боли и сомнений. Не было этого провального рейда в министерстве и страха от того, что больше не увидишь того, кто дорог. Он снова был там, где хотел быть и абсолютно не важно, что было прежде, ведь в такое время, в какое живут они, нужно думать только о сегодняшнем дне.
Том тоже впервые за все время исчезновения Гарри, чувствовал себя счастливым, потому что его мальчик был с ним и сейчас мирно лежал в его объятиях, моргая сонными глазами. Они были вместе, а остальное было неважно...

Конец второй части.

Ну вот smile Я дописала еще одну часть... Для тех кто хочет еще: дл тех будет третья часть biggrin Или не надо? cool Жду отзывы...


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Четверг, 26.03.2009, 12:30 | Сообщение # 18
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
ЧастьIII Возмездие

Глава 1

- Профессор Снейп, что меня ждет? - тихо спросил Билл Уизли, когда зельевар пришел за ним, чтобы сопроводить к Лорду
- Понятия не имею, Уизли, - хмыкнул зельевар. - Хотя уже то, что вы не сидите в соседней камере рядом с Блэком уже говорит о многом.
- Вы обманули Сириуса...
- Всего лишь не договорил, - резко ответил Северус. – Вы, гриффиндорцы, глупы и самоотверженны. Вы считаете, что этот мир не проживет без вас...
- Гарри тоже гриффиндорец...
- От этого и все его беды, - хмыкнул зельевар. - Нам сюда.
Билл почти не запомнил бесконечные петляющие коридоры, казалось, что Снейп специально ведет его так, в целях еще большего устрашения.
- Билл, мой вам совет: не показывайте своей страха. Темный Лорд умеет быть благодарным. Мы пришли, - Снейп постучал в дубовую дверь, одну из многих, но именно из-под этой двери пробивался свет, и медленно приоткрыл. Биллу захотелось кинуться назад, пока они не вошли, и нестись сломя голову подальше отсюда. Нестись пока не закончится воздух и не остановится сердце, но поборов это чувство, парень шагнул в ярко освещенную комнату.
До этого момента Билл никогда не видел Волдеморта, но по рассказам знающих, он выстроил приблизительную картину внешнего вида мага, чье имя вот уже двадцать лет держит в страхе не только магический мир Англии.
Но, увидев сидящего в кресле за столом привлекательно, даже красивого мужчину, Билл растерялся. Без мантии, в полурасстегнутой белой рубашке с закатанными до локтей рукавами великий Темный Лорд выглядел настолько обыденно, что даже стало обидно. Вполне обычный человек с растрепанными волосами, немного усталый. Единственное, что было необычного - это красные огоньки в глубине карих глаз.
- Присаживайтесь, мистер Уизли, - Темный Лорд махнул в сторону кресла напротив его стола и сложил руки домиком. - Северус, ты останешься?
- Простите, милорд, но я поставил вариться зелье, буквально через пятнадцать минут мне надо добавить в него следующий ингредиент.
- Тогда иди, придешь, когда освободишься, - разрешил Темный Лорд.
- Спасибо, милорд, - Снейп зыркнул на Билла и стремительно вышел.
- Что ж, мистер Уизли... или я могу вас называть Биллом?
"Мерлин великий, куда же я попал?" - буквально завопило сознание Билла.

Гарри проснулся, когда за окном уже был глубокий вечер, а может и ночь. Он огляделся по сторонам, с радостью примечая, что в спальне ничего не изменилось. Мальчик опять ухнул в горы подушек на кровати, с удовольствием потягиваясь и впервые за несколько недель искренне улыбаясь. Его душа и сердце буквально пели в унисон, переполненные счастьем. Единственное но: Тома не было рядом. Больше всего Гарри, пока был в плену, мечтал проснуться в руках своего Лорда. Нет, он понимал, что у Тома очень много дел и такое возможно довольно редко, поэтому Гарри, немного поразмыслив, решил, что раз Том не смог побыть с ним, значит, он придет к нему сам, ведь мужчина никогда не запрещал ему присутствовать при любых разговорах, при решении любых вопросов.
Не раздумывая ни секунды, Гарри подбежал к шкафу с одеждой и накинул на себя первую попавшуюся мантию, решив не усложнять себе жизнь штанами и рубашками. Натянув себе на ноги теплые носки, мальчик ускоренным шагом вышел в коридор и прислушался к темноте, просто так на всякий случай. Своей волшебной палочки у него теперь не было: Гарри, конечно, знал, что Дамблдор ее ломать бы не стал, просто потому, что она бесценна, но вряд ли он ее хоть когда-нибудь еще возьмет в руки.
Пробираться в кромешной темноте к заветной цели было очень трудно, поэтому, когда вдалеке показалась полоска света, Гарри облегченно вздохнул.
Подойдя к двери Гарри в нерешительности замер, потеряв всю уверенность, что у него была. Мальчик так бы и мялся на пороге, но замок в двери плавно щелкнул, ручка под действием магии медленно опустилась и дверь со скрипом отворилась. Яркий свет помещения почти ослепил Поттера, и он зажмурился, смешно помотав головой.
- Заходи, Гарри. - Гарри открыл один глаз и посмотрел на своего любовника, который с видом короля восседал за огромным письменным столом. Парень, сидящий напротив Темного Лорда, резко обернулся и посмотрел на Гарри, залившегося предательским румянцем.
Гарри судорожным движением одернул рукава мантии и прошмыгнул к дивану, устраиваясь на нем по-турецки, натянув мантию на коленки, от чего он стал больше похож на бесформенный стог сена.
- Вы все поняли, Билл? - Гарри сразу понял, что Том спешно решил завершить разговор. Глаза мужчины с приходом Гарри загорелись еще больше, а неловкие движения мальчика и мелькнувшие голые коленки никак не способствовали продолжению дел.
- Да. - Гарри отметил то, что Билл замялся, не зная как обращаться к Тому, ведь упивающимся он еще не был, уж в этом Гарри был абсолютно уверен: Том из всего любил делать шоу, а уж публичное принятие метки вообще было его коньком.
"Темные Лорды они и в Африке Темные Лорды", - почти весело подумал мальчик.
- Что ж, - Том хлопнул в ладони, вызывая эльфа, - Тинки, отведи нашего гостя в его комнату, - велел он ушастому созданию. Билл неловко встал, также неловко кивнул головой.
- До свидания, - дверь закрылась, и в замке тут же повернулся ключ, запирая кабинет изнутри. Том резко отодвинул кресло и встал, подходя к дивану и останавливаясь от него в одном шаге.
- Ты мог бы подождать меня в комнате, - сказал Том, присаживаясь рядом с Гарри. - Тебе нужно отдыхать. - Гарри отрицательно помотал головой и заглянул в глаза своего любовника, вспоминая каждую черточку, каждую мимическую морщинку на таком родном и любимом лице. Гарри поднял руку и провел пальчиками по щеке мужчины, его сердце трепетало в грудной клетке, а дыхание сбилось.
Том резко схватил руку мальчика и поднес ее к своим губам.
- Ты меня провоцируешь? - прошипел он почти на змеином. - Ты играешь с огнем, Гарри, - Том притянул парня к себе, с удобствами устраивая его на своих коленях. Мантия задралась, оголяя ноги Гарри, чем Том тут же воспользовался, почти нежно стиснув их, но Гарри был уверен, что синяки все равно будут.
- Из-за тебя мне пришлось буквально выгнать мистера Уизли... А еще ты заслуживаешь наказания за свою беспечность, - Том стал покрывать шею мальчика поцелуями-укусами.
Гарри застонал, откидывая голову. Его руки с трудом, но все же расстегнули до конца рубашку на любовнике и теперь его пальцы исследовали каждый миллиметр кожи груди Тома.
Губы, руки, трение о грубую ткань брюк Тома... Гарри буквально парил в небесах, чуть ли не плача от бесконечного счастья от близкого присутствия любимого, от того, что их страсть никуда не делась. И они оба по-прежнему хотят друг друга до болезненного изнеможения, до того, когда все доводы разума остаются далеко за горизонтом.
Том опрокинул Гарри на диван и, быстро расстегнув брюки, навалился сверху, продолжая целовать и терзать шею и грудь парня, оставляя красные отметины.
Гарри почувствовал немного прохладные, смазанные пальцы, кружащие вокруг входа в его тело, но они не спешили проникнуть в него, дразня.
Гарри недовольно застонал, призывая к действию.
- Сейчас... Мы же никуда не спешим, - короткий поцелуй в угол губ. - Ты даже не представляешь, сколько раз за последние несколько недель мечтал тебя увидеть вот таким... Возбужденным, горячим, бесстыдно раскинувшимся на этом диване. - Серия медленных тягучих поцелуев над ошейником. - Я мечтал дразнить тебя, в очередной раз довести до изнеможения. Ты мой, Гарри... Когда-нибудь ты подтвердишь это вслух... Больше ничей, только мой. Только я имею право ласкать тебя, только я буду делать с тобой, что захочу.
Гарри почти не слышал, что говорил Том, но тихие вкрадчивые, показательно спокойные фразы гипнотизировали его, возбуждали еще больше. Но ему дано было только ждать, когда мужчина сжалится над ним.
Гарри подался вперед, насаживаясь на проникнувшие в него пальцы, не в силах больше ждать, его руки обхватили шею мужчины.
Почти болезненный поцелуй на грани потери сознания от нехватки кислорода. Быстро исчезнувшие пальцы и болезненное проникновение, такое желанное, такое нужное и правильное.
Боль немного отрезвила Гарри, но лишь для того, чтобы он снова ухнул в наслаждение.
Резкие толчки, руки до синяков сжимающие бедра - в такие моменты Том никогда не был нежным, он брал с силой, свойственной ему - Темному Лорду. Это было его право, и Гарри принимал то, что он ему давал.
Гарри застонал, запрокидывая голову. Его изрядно выросшие волосы разметались по обивке дивана, глаза блестели шальным блеском, а руки судорожно вцеплялись в рубашку Тома.
Гарри как всегда не выдержал первым, изливаясь себе на живот. Том успел сделать еще несколько толчков, прежде чем кончить глубоко внутри любовника и со стоном повалиться на него.
- Люблю тебя, - прошептал мужчина, но Гарри уже спал, даже во сне продолжая улыбаться и немного тяжеловато сопеть через нос. - Эх, Поттер... - Том устало рассмеялся и с трудом сполз с Гарри. - Нашел время спать. - Гарри вздохнул и свернулся калачиком, причмокнув опухшими после поцелуев губами. - Вот, что значит - совесть не мучает, - Том поправил одежду и склонился над Гарри. Стараясь его не разбудить, он застегнул на нем мантию и подхватил на руки, надеясь, что в темном коридоре он ни на кого не наткнется.

Гарри ко всему приходилось привыкать снова: к распорядку дня, по которому ему разрешается спать, сколько он хочет, к прогулкам по морозному парку, к расшаркивающимся перед ним эльфам, доброжелательным и не очень пожирателям смерти, к язвительному шипению Нагини, которая была очень рада снова видеть его, а может она радовалась тому, что Том перестал быть слишком нервным, к темным и запутанным коридорам. А главное к некоторой вседозволенности, которой так не хватало, пока он сидел в маленькой комнатке на площади Гриммо. Том не ограничивал его в движениях и лишь просил предупреждать о том, куда он направляется.
В первое же свое утро Гарри в первую очередь нашел Северуса Снейпа и долго висел на его шее, выказывая свою безграничную благодарность. И Гарри был почти уверен, что хоть профессор и пытался его отцепить почти сразу, то он точно был польщенным. Гарри обрадовался, когда ощутил ответное короткое, но крепкое объятие, также он был рад услышать язвительное:
- Ну теперь, Поттер, вам точно придется выпотрошить всех жаб из последних двух бочек... Ну и, конечно же, те червяки в банках на третьей полки с краю так и жаждут пообщаться с вами.
Вторым, что сделал Гарри, было посещение темницы. Камеру Сириуса он нашел быстро - это была та камера, в которой он сам провел несколько недель.
Крестный Гарри был бледен, но держался молодцом, хотя замкнутое пространство убивало его. Гарри водрузил принесенный поднос с едой рядом с дверью и уже хотел уйти, понимая, что если Том застанет его здесь, ничего хорошего из этого не получится, но Сириус окликнул его.
- Гарри. - Парень обернулся и замер как вкопанный: в глазах анимага блестели непролитые слезы. - Побудь со мной, пожалуйста, - голос мужчины был настолько полон отчаяния, что Гарри вздрогнул. - Прошу тебя, Гарри.
Сжав зубы, чтобы не закричать, Гарри сел рядом с дверью, подтянув колени к животу и проверив волшебную палочку в кармане, которую ему во временное пользование выдал Том, до тех пор, пока у них не появится возможность приобрести новую у какого-нибудь нелегального мастера волшебных палочек.
- Гарри... Пока у меня есть возможность, я хочу попросить у тебя прощения. Если бы я мог все изменить... Но теперь уже поздно... Я просто не хочу умирать, не извинившись перед тобой, - голос Сириуса дрожал и, в конце концов, мужчина закашлялся. Гарри пододвинул к нему поднос, на котором помимо еды, была еще и вода в керамическом кувшине с забавными узорами. - Я не заслужил, - мужчина потряс головой. Гарри громко фыркнул и встал, отворачиваясь
- Гарри... - Плечи парня дрогнули, но он уверенно открыл дверь и вышел, запирая ее на засов и накладывая заклинание. Его путь лежал в кабинет, где обычно находился Том.

- Гарри, ты понимаешь, чего ты просишь? - Том был немного раздосадован. Нет, он, конечно, не собирался убивать Блэка, он даже знал, что с ним сделает, но он не ожидал, что Гарри буквально на коленях будет просить не убивать этого предателя. Том еще раз взглянул на листок, где Гарри кривоватым почерком описал свою просьбу, затем на мальчика, который с низко склоненной головой сидел на диване, боясь оторвать взгляд от своих коленей. - Он предал тебя, а ты печешься о его жизни. Бессмысленной, между прочим. - Гарри вздрогнул. - Посмотри на меня! - Гарри еще ниже опустил голову, буквально сгибая спину в три погибели.
- Поттер! Посмотри на меня! - Гарри оторвал взгляд от коленей и отвернулся к окну. Темный Лорд подошел к нему и поддел пальцами его подбородок и повернул его лицо к себе. - Ну?
Гарри на манер Снейпа вздернул бровь, не понимая вопроса.
- Один твой довод, Гарри, в пользу Блэка... И он будет жив. Но я все же советую тебе хорошо подумать. И не смотри так на меня, твой взгляд побитого щенка практически на меня не действует, - Том покачал головой и снова сел в свое кресло. - Так почему я должен дать ему шанс, Гарри? Напиши-ка мне несколько слов по этому поводу, немой ты мой, - Гарри слегка порозовел и, встав, схватил пергамент со стола. Зачеркнул свое предыдущее предложение и, немного послюнявив кончик пера, за что получил недовольный взгляд Тома, вывел:
"Потому что он мой крестный".
- Поттер, это я и без тебя знаю, - фыркнул Темный Лорд, откидываясь на спинку кресла.
Гарри нахмурился, но уже через минуту написал:
"Он моя последняя связь с родителями".
- Не, не прокатит, - Том ухмыльнулся и покачал головой для убедительности.
"Потому что ты добрый!"
- Это я то? Ты адресом ошибся, милый. Если у меня и есть доброта, то ее хватит только на тебя.
На сей раз пауза затянулась минут на пять. Том уже углубился в очередной свиток с какими-то схемами, когда Гарри пододвинул к нему пергамент.
"Я сделаю тебе минет... И... *клякса* Исполню твою самую большую сексуальную мечту..."
Том оторвал глаза от пергамента и посмотрел на своего любовника, который в данный момент напоминал переспелый помидор.
- Я подумаю, - протянул Том, уже представляя Гарри, привязанного за руки и за ноги к столбикам кровати. Картина была настолько возбуждающей, что мужчина с ненавистью посмотрел на свиток в своей руке.
"Так... Нужно гнать отсюда Поттера, а то я опять ничего не успею", - почти с отчаянием подумал маг.
- Значит так, Гарри, - Том решил подвести итог. - Я рассмотрю все твои доводы... И позже приму решение. Ты меня понял? - Стоящий рядом с ним мальчик покорно кивнул. Том притянул его за руку к себе и запечатлел на его губах целомудренный поцелуй. - А теперь марш отсюда! А то твой полуголый вид... - Гарри снова покраснел и сделал нелепую попытку одернуть довольно короткую футболку и одновременно подтянуть джинсы, которые стали ему несколько великоваты, - мешает мне работать. - Гарри кивнул, быстро склонившись, украл еще один поцелуй, и сразу же отпрыгнул подальше.
Уже у двери его догнал голос Тома:
- В следующий раз, когда тебя понесет в темницу, возьми с собой Нагини... Нечего там одному шастать. И не забудь, что сегодня собрание. Я бы хотел, чтобы ты присутствовал.
Гарри кивнул с мимолетной улыбкой на губах и скрылся в коридоре, осторожно прикрыв за собой дверь.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Четверг, 02.04.2009, 08:55 | Сообщение # 19
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 2

До боли трудно чувствовать себя проигравшим, еще больнее знать, что тебя разоблачили и у тебя больше нет ни единого шанса оправдаться, и единственное, что тебя ждет - это довольно нескорая и мучительная смерть. Предательство - оно всегда останется предательством, в расплату за него могут потребовать любую цену и в любой момент.
Люциус Малфой не думал об этом. Нет, не потому, что думал, что это обойдет стороной, а потому что у него не было другого выхода, не было выбора.
Иногда мы слишком поздно понимаем ценность жизни наших родных и любимых, тех для кого будет не жалко корчиться в предсмертных муках и для кого не пожалеешь ничего. Вот у Люциуса все было точно также: он слишком поздно осознал на какой эшафот ведет свою семью в общем и сына в частности. Он слишком поздно осознал, что из его сына сделали смертника и спокойно кинули в стан врага.
Почти с паникой, больше похожей на сумасшествие, несвойственное Малфоям, Люциус кинулся к Дамблдору и стал просить его помочь Драко, спасти его от смерти и от всеобщего позора.
Но даже светлые до мозга костей, ничего не делают просто так. И Люциус, ненавидя себя, пошел на сознательное предательство своего господина.
Глупо конечно было надеяться на то, что за нервными переживаниями по поводу похищения Орденом Поттера, Темный Лорд не заметит появления крысы в довольно сплоченном коллективе пожирателей смерти.
Однажды пожиратель - навеки пожиратель. Вот всеми известная истина, которую Люциус нарушил.
Это был конец. Конец для Малфоев.

В зал собраний Гарри проскользнул, как обычно прячась за широкой спиной Тома, который в свою очередь кидал злобные взгляды на особенно глазастых. Но даже это не спасло его от особо пристальных любопытных взглядов. Не поднимая головы, Гарри спокойно уселся на пол, спиной облокотившись на трон Темного Лорда.
Гарри, немного нервничая, осмотрел зал, примечая кто присутствует, а кто нет... К удивлению парня, в зале был только ближний круг и человек шесть из второго, так же на обычном месте не стоял Снейп, и почему-то не было Малфоя.
Гарри откинул голову назад и посмотрел на Тома, который тоже не спешил начать, чего-то ожидая.
"Опять что-то задумал", - фыркнул про себя Гарри. - "Ну не может без театральных эффектов... Из всего шоу сделает..."
В этот момент дверь распахнулась, и Снейп с видом короля вступил в зал. С ним рядом шел человек в мантии с капюшоном. За ними шли еще двое, которые в свою очередь вели двух связанных мужчин. Первый из них был Сириусом Блэком, а вторым, к удивлению Гарри, был Люциус Малфой.
Гарри снова перевел взгляд на Тома, задавая немой вопрос, но тот лишь ухмыльнулся и прошипел на змеином:
- Скоро все узнаешь...
Пленников кинули на пол. Сириус тут же попытался встать, что у него вполне получилось, в отличие от Малфоя, которого хватило только на то, чтобы принять сидячее положение.
- Круцио! - вспышка хорошо знакомого Гарри заклинания, почти ослепила его. Мальчик с замершим сердцем наблюдал, как луч приблизился к его крестному и врезался в его грудь. Сириус держался секунды две, но потом закричал. Том довольно быстро опустил палочку, прерывая заклинание, и посмотрел на Гарри.
- Я тебе обещал, что не буду убивать его, но ни на что большее мы не договаривались, - прошипел мужчина, еле уловимым движением стирая слезу с щеки мальчика. - Но и это решение я могу в любой момент поменять. - Гарри сжался под взглядом красно-карих глаз, все прекрасно понимая. Он взял себя в руки и отвернулся к стене, закрывая свои глаза и чувствуя себя предателем, хотя, видит Мерлин, от него снова ничего не зависело.
Том хотел отомстить Блэку. Мечтал выпотрошить его собственными руками, но Гарри, его доброе маленькое солнышко, вряд ли бы принял такое. Том не понимал как после всего, что сделала эта тварь, после того как она предала, хотя должна была защищать до последнего вздоха, ее еще можно было жалеть.
Том оглядел своих преданных слуг, которые, кажется, не особо воспринимали происходящее, за исключением некоторых, которые были вместе с ним в министерстве. Про Малфоя же вообще знали только несколько человек, но они не рискнули болтать об этом на всех углах. Том еще раз посмотрел на бледного Гарри и быстро спустился с помоста, на котором стоял трон, и подошел к тяжело дышащему анимагу.
- Что, убьешь меня? - прохрипел Сириус, приподнимаясь на локтях и смотря в темно красные глаза Темного Лорда.
- А твой крестник на порядок сильнее тебя, Блэк... Он от первого круциатуса так не раскисал, - вскользь заметил Том.
- Как будто здесь кому-то важно ору ли я или серенады пою... Результат от этого не изменится.
- Интересно все гриффиндорцы так категоричны? – усмехаясь, спросил Лорд. Кто-то хихикнул. - Мне нет прока от твоего убийства, Блэк... Я бы, конечно, мог отдать тебя вот им. Думаю, мои верные слуги нашли бы тысячу и одно применение тебе... Но... Тогда куда же мне Малфоя девать?
- А вы отдайте нам двоих, мой лорд, - ухмыляясь, сказал Нотт, рядом с ним загоготал Флинт, помимо Снейпа, только эти двое были еще в курсе происходящего.
- Круцио, - Том как-то лениво наслал пыточное на него, но это было практически бесполезно: Нотт никогда не вопил. - А не жирно тебе будет?
- Простите, мой Лорд, - стирая кровь с губ, ответил тот.
- На чем я остановился? - задумчиво спросил Том. – А! Так вот... Северус, подойди. Как я и обещал: можешь забирать своего Блэка! Я никогда ничего не забываю, Северус. И я никогда не скуплюсь на благодарность. Так что, дарю! - Том услышал, как за его спиной охнул Гарри, увидел, как побелел Блэк, как веселые искорки заплясали в глазах Снейпа. - Делай с ним, что хочешь, только не убивай.
- Я благодарю Вас, мой Лорд, - Снейп поклонился, все еще не веря, что такое возможно, что Блэк теперь полностью его и он может сделать с ним все, что пожелает...
- Лучше смерть! - вдруг заорал Сириус.
- Заткнись, придурок, - прошипел зельевар, направляя волшебную палочку на своего школьного врага. - Встань!
- Да пошел ты! - заорал Сириус, вскакивая.
- Ступефай!
Гарри вздрогнул, видя, как его крестный свалился на руки Снейпа без сознания. Зельевар кинул быстрый взгляд на Тома и, получив кивок в ответ, трансгрессировал.
Гарри снова поймал взгляд своего любовника:
"Зачем?" - спрашивали его глаза, догадываясь какой будет ответ.
"Потому что я Темный Лорд... И всегда им буду", - прочитал Гарри ответ в насмешливых, горящих пламенем глазах.
- Здесь стало заметно тише, - скучающим тоном, заметил Том, снова усаживаясь на свой трон и запуская руку в волосы Гарри. - Ну что, Люциус, ты остался один? Знаешь, мой скользкий предатель, я все думал, как ты мог опуститься до такого... Но потом вспомнил твоего сына Драко. Не слишком ли высокая цена?
- Я не мог по-другому, - прошептал Люциус, но в зале была очень хорошая акустика, поэтому не услышавших не осталось. - Вы отдали моему сыну невыполнимый приказ...
- А ты не думал, Малфой, что это была проверка на вшивость как раз для таких, как ты? - Темный Лорд отстраненно обвел взглядом зал. - Неужели ты думаешь, что я доверил бы жизнь старика какому-то мальчишке, когда я сам имею на него немалый зуб?
- Но...
- Так глупо попасться, Люц.. Это удар по чести Малфоев, не правда ли?
- Но вы же...
- Я доверял тебе, Малфой, но дети - это всегда слабые места! Сколько раз я в этом убеждался. Но ты все равно разочаровал меня, Люциус... Дамблдор - это не тот союзник, который будет благодарен тебе, и он уж точно не тот человек, кто поможет твоему сыну. Мне жаль тебя разочаровывать, Люц, но ты сделал чертовски неверный ход, за который теперь расплатишься не только ты... Гарри, ты можешь быть свободен, - Люциус вздрогнул: каждый в этом зале знал, почему и когда Лорд отпускает Поттера. Все знали, что за уходом мальчишки, начнется для кого-то самая приятная часть собрания, а для кого-то она станет самыми худшими минутами в жизни. Эти слова обычно разделяли более или менее мирную часть собрания с настоящим ужасом.
- Иди, Гарри. - Том кивнул на заднюю дверь.
Гарри покорно встал и, кинув последний взгляд на блондина, подозревая, что больше он его никогда не увидит, быстро выбежал из зала, пока Том не передумал и не заставил его не только смотреть на пытки, но и поучаствовать в них.
Жалко ли ему было Малфоя, Гарри точно не знал. Но одно ему было понятно: Том многим может дать не только второй шанс, но даже и третий, но видно в критериях Темного Лорда есть такие поступки, которые не подвергаются прощению... Люциус же можно сказать сорвал захват министерства магии, если бы все тогда пошло нормально, возможно, война уже пошла бы на убыль, ведь Том превосходный политик, и он прекрасно умеет не только убивать, но и убеждать. А теперь... теперь же непонятно, сколько продлится эта кровавая бойня, пока у темной стороны появятся шансы снова рискнуть и занять важные позиции. Гарри знал, что в этой войне не выживут одиночки, в этой войне нет сильных и слабых сторон. Пока, по крайней мере. Все может измениться со смертью директора, тогда у светлой стороны не останется надежд.
"Власть принадлежит тем, кто в состоянии ее удержать!" - подумал Гарри, заходя в их с Томом комнату. - "Это уже давно не моя война... Мне только осталось подчиняться Тому и надеяться, что, если... нет, не так... когда он выиграет, в новом мире найдется место для меня".

- Поттер, ты чего такой хмурый? - Снейп сунул мне какие-то корешки, которые я тут же начал мелко нарезать кружочками. - Надеюсь, ты не за своего пустоголового крестного переживаешь? - Зельевар с прищуром посмотрел на мальчика, который остался безучастным к его вопросам. - Я ему ничего пока не сделал...
Гарри вскинул голову и посмотрел на мужчину, даже не пытаясь скрыть волнения.
- Гарри, ты иногда бываешь слишком добрым. - Гарри положил нож на разделочную доску и взял пергамент рядом с собой, быстро написал несколько слов, затем сунул Снейпу под нос. - Ты не хочешь, чтобы он страдал? Что ж... Не могу сказать, что я тебя не понимаю. Знаешь, Гарри, когда я был приблизительно в твоем возрасте, я влюбился. Не ухмыляйся, я знаю, кем ты меня иногда считаешь. - Северус ссыпал в котел очередной ингредиент и продолжил. - Моя любовь с первых же дней была безответной и обреченной на полный провал, но в душе я всегда верил, что когда-нибудь мы будем вместе... Предвещая твой вопрос: это была не твоя мама. Нет, я ее тоже конечно любил, но как сестру, как прекрасную во всех смыслах женщину. Она была чем-то недосягаемым для многих, включая твоего отца. Я не уверен, что об этом стоит говорит, но она любила одного единственного человека на земле - тебя, своего сына.
Гарри слушал затаив дыхание, как будто зная, что это будет единственная правда о жизни его родителей.
- Многие не понимали, зачем она так спешно вышла замуж за твоего отца. Я честно тоже не понимал тогда, не сейчас... Ситуация тогда в волшебном мире была ужасная, все спешили жить, пока была возможность. Жестокие гонения маглорожденных не только Темным Лордом, но и самим министерством. Дамблдор тогда еще не имел такой власти, как сейчас, поэтому многим приходилось скрываться в магловском мире. Лили никогда не хотела прятаться, она неожиданно приняла предложение Джеймса, а потом вступила вместе с ним в Орден. Несколько лет мы не общались, потому что, если бы нас увидели вместе, ни к чему хорошему это бы не привело. Она единственная знала о моих чувствах... Чувствах к Сириусу Блэку, - Снейп горько улыбнулся. - К моему заклятому школьному врагу, - Гарри подошел к зельевару и сжал его руку. - Ты, наверное, меня сейчас ненавидишь? - Гарри помотал головой, но зельевар этого не увидел. - Я долгое, очень долгое время не мог простить Блэка, но не за то, что он был таким дерьмом, не за то, что он издевался надо мной, а за то, что он предал и подвел к смерти самого лучшего, самого чистого человека на земле. А Джеймса, твоего отца, я буду ненавидеть всегда, Гарри, уж прости меня, но он отвечал за вас, он должен был просчитывать все наперед и не быть чертовым гриффиндорцем, спасающим весь мир, когда у него были жена и сын! - Гарри всхлипнул и прижался к зельевару, который, казалось, безвозвратно ушел в свои тяжелые воспоминания. - Твой отец сумел испортить все, что было можно... - закончил мужчина, понижая голос почти до шепота.
Гарри не знал, сколько они простояли вот так: он, запутывавшийся в себе мальчик со своей страшной неопределенной судьбой, и мужчина, который слишком много видел на земле, слишком много терял и практически ничего не нашел. Гарри почему-то чувствовал, что профессору сейчас нужна поддержка, участие.
- Поттер, можете отпустить меня, - немного хрипло, сказал зельевар. - Я уже пришел в себя. Не хватало, чтобы сюда кто-нибудь вошел. - Гарри тут же смутился и отскочил от мужчины, возвращаясь к брошенным корешкам. - Это только между нами, Поттер.
Гарри кивнул, по-прежнему не поднимая глаз.
- Вы не похожи на своего отца, может только внешне немного. У вас душа и сердце Лили, такие же чистые и ничем не запятнанные. Даже купаясь в этой грязи, вы остались человеком, а это много значит...

Гарри все еще не мог прийти в себя после разговора с зельеваром. Мальчик с трудом натянул улыбку, когда за ним зашел Том. Тот же, заметив странное состояние своего любимого и списав его на волнение за крестного, нежно обнял и ни о чем не спрашивал. Гарри это было на руку. Парню иногда казалось, что Том и Волдеморт - это два разных человека. Один понимающий и даже милый, и лишь избранным позволено узнать эту личину, а другой - сама жестокость и страх.
Однажды Том сказал Гарри, что настоящего властителя отличает политика маленького добра и большого зла, что только в таком случае настоящий политик может удержать власть. Если бы Гарри мог говорить, то он тогда обязательно спросил бы, как с ним поступит Том, если он будет мешать ему? Что с ним будет, когда он перестанет быть любимой игрушкой и станет помехой?
Но сейчас, как обычно, прижимаясь к груди Тома и слушая стук его сердца, Гарри постарался выкинуть из головы все мысли, чтобы еще больше не накручивать себя. Просто не думать, не видеть, не слышать, не знать... И тогда, может быть, у него появится шанс.

- Блэк, ты ведешь себя как ребенок, - с тяжелым вздохом сказал Снейп, устраиваясь на кровати и стараясь не смотреть на мужчину, который съежился на широком подоконнике.
- А ты!.. Ты насильник!
- Я к тебе и пальцем не прикоснулся, - прорычал зельевар, резко садясь. - Ты просто не знаешь, что такое насилие, глупый пес!
- Зато я знаю, как ты на меня смотришь! Думаешь, я ничего не знаю? Ты меня курса с пятого глазами пожираешь! - закричал в ответ анимаг. - Извращенец проклятый! - добавил Сириус, с тревогой замечая, как меняется лицо его школьного врага. - Все вы тут...
- Не советую тебе заканчивать это, Блэк. Я-то еще стерплю, но не Темный Лорд...
- Может, я хочу умереть! - Блэк вскочил на ноги и яростно сверкнул своими глазами. – Может, меня ничего не держит на этом свете! Даже Гарри оказался...
- Ты не хочешь закончить это предложение, Блэк, - Сириус не заметил, как Снейп очутился рядом с ним, сдавливая его горло рукой и прижимая его тело к стене. - Ты можешь оскорблять меня, даже Лорда, если у тебя напрочь отсутствует чувство самосохранения, но не Поттера, Блэк. Когда он просил Лорда сохранить тебе жизнь, он искренне верил, что вы сможете быть если не семьей, то хотя бы не чужими друг другу людьми.
- А разве не ты меня просил у своего хваленого Лорда? - немного задыхаясь, спросил Сириус. Он хотел ударить своими словами побольнее, чтобы достать неприступного Северуса Снейпа окончательно, чтобы тому было невыносимо больно, но анимаг не учел одного: здесь он был пленником, а зельевар был его господином...


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

Сообщение отредактировал Squirrel - Четверг, 02.04.2009, 09:00
 
SquirrelДата: Вторник, 21.04.2009, 08:37 | Сообщение # 20
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 3

Снейп сжал горло анимага, перекрывая ему доступ кислорода. Его колено протиснулось между ног задыхающегося мужчины.
Блэк дернулся, пытаясь вырваться, но хватка Северуса, казалось, стала еще сильнее. Сириус, чувствуя, что сознание ускользает от него, заглянул в глаза зельевара. Глубокие черные омуты полные ненависти и чего-то еще, что напугало Сириуса еще больше, чем желание убить на лице его бывшего врага.
Ладонь зельевара дрогнула и разжалась, а сам он отступил почти с паникой.
Сириус зашелся в истошном кашле, не видя смятения Северуса, который неосознанно закрыл свое лицо руками.
- Прости, Блэк, ты меня вывел... - сказал Снейп очень тихо, но анимаг его расслышал.
- Да... ты... не извиняйся, Снейп, - отрывисто и с тяжелым дыханием ответил Блэк, сползая по стене. На его молочно-белой коже уже стали проступать синяки. - Тебе теперь все можно делать со мной... - Сириус почти сразу понял, что последнюю фразу произносить не стоило. Он с опаской глянул на зельевара, который выпрямил до этого сгорбленную спину и сжал руки в кулаки.
В комнате повисло напряженное молчание, которое пугало своей неестественной тишиной. Неправильное и страшное.
- Снейп? - тихо позвал Блэк. – Я... Слушай... извини, а? Не то чтобы я не хотел тебя обидеть...
- Блэк, лучше заткни свой рот, - прошипел в ответ Снейп. - Я тебя и с первого раза понял, и больше я ничего не желаю знать. - Зельевар подобрал с пола упавшую мантию и накинул ее себе на плечи. - А теперь я тебя покину, - добавил он и быстрым шагом направился к двери.
- Ты куда?! - воскликнул Сириус, который совсем не желал завершать их так называемый разговор.
- Туда, где я смогу заснуть, не опасаясь быть задушенным подушкой, - язвительно ответил Снейп.
- На такое способны только Слизеринцы! - оскорбился Сириус.
- Предпочитаем честные бои, Блэк? - вздернутая бровь и кривая усмешка буквально заставили Сириуса содрогнуться. - Ну конечно... Гриффиндорец, - последнее слово Северус буквально выплюнул, - все такие честные, белые и пушистые. Только вот на самом деле среди всего красного факультета честных и правильных единицы. Вы все думаете, что несете свет и благо, а на самом деле только разрушаете. Молчи, Блэк. Я знаю, что ты хочешь сказать. Но я тебе уже говорил - не приплетай сюда Гарри. В конце концов, ты взрослый, а он, несмотря ни на что, все еще ребенок. Отвечай за себя сам, а о Поттере есть кому позаботиться, уж поверь мне. - Снейп молча наблюдал за Блэком, за тем как анимаг нервно вздрагивает от каждого слова, произнесенного им. - Я завтра же с утра скажу Лорду, что возвращаю ему его щедрый подарок. В конце концов, какая разница я или Нотт? Ну или еще кто-то из упивающихся. - Северусу было больно от своих слов, от взгляда в расширившиеся от ужаса глаза Сириуса Блэка. Мужчина на секунду зажмурился и вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь, которая тут же автоматически захлопнулась, приглушая душераздирающий крик:
- Нет! Снейп!
Северус прислонился к стене, восстанавливая немного сбившееся дыхание.
"Нельзя получить сердце того, кто не хочет быть твоим..." - с грустью, граничащей с отчаянием, подумал Снейп.

- Гарри, с каких это пор ты увлекся медициной? - Том присел на подлокотник кресла, на котором сидел Гарри и заглянул в книгу, в которой еще с порога признал подробный справочник по медицине. - "Заболевание горла, разрывы голосовых связок, обожженные трахеи как следствие заклинания или ядов". - Прочитал мужчин вслух. Гарри как будто постарался стать меньше и компактнее. - Гарри, эти зелья не помогут. Первым тебя уже поил Северус, а второе излечивает лишь последствия от отравления ядами... Но меня радует, что ты этим заинтересовался, - Том подхватил Гарри и пересадил к себе на колени, зарываясь носом в волосы парня. - Я скажу Северусу, и он поможет нам найти решение твоей проблемы. Мы что-нибудь придумаем, - прошептал маг, целуя шею мальчику чуть повыше ошейника. - Главное, что у тебя появилось желание... Желание жить и идти вперед. - Каждое слово Тома сопровождалось короткими, но нежными поцелуями, а руки темного мага медленно скользили под рубашкой парня, гладя живот и грудь.
Гарри таял под натиском своего Темного Лорда, снова забывая о своих сомнениях и неуверенности.
"В нашей постели политики не будет!" - про себя решил Гарри, изворачиваясь в руках мужчины и приникая к его губам в глубоком поцелуе, полном желания, любви и преданности. Мальчику лишь оставалось надеяться на то, что Том также не будет смешивать такие разные вещи... По крайней мере, пока это возможно.

- Профессор Дамблдор!
- Нимфадора. - Девушка поморщилась. - Вас, наконец, отпустили из больницы? Я очень рад. У нас сейчас каждый на счету.
- Снейп у вас тоже был на счету, - фыркнула девушка.
- Вынужден признать, что я ошибся... Северус всегда был превосходным оклюментом, - Дамблдор немного устало вздохнул. Его самого только недавно выпустили из Святого Мунго. Все колдомедики единогласно признали, что тот, кто создал ту отраву, которой отравился почти весь Визенгамот, определенно был гением. Дамблдор до сих пор с дрожью вспоминал слова главного медика: "Еще бы минут пять, и мы не спасли бы даже вас, профессор". Пошатнувшееся после уничтожения кольца Гонтов здоровье директора, стало еще хуже. Колдомедики ничего не могли сделать, кроме как поддерживать его жизнь с помощью огромного количества лечебных зелий. Но это было полбеды - к своему довольно плачевному и неутешительному состоянию Альбус Дамблдор уже привык. Совсем другим делом было то, что информация о том, что они поймали главного преступника после Темного Лорда и при этом умудрились упустить его, как-то просочилась в прессу, и это стало даже хуже, чем постоянные проигрыши на арене битвы. Вера многих людей в министерство в который раз уже пошатнулась, перестали они и безгранично верить директору.
Дамблдор чувствовал, что его медленно затягивает в какую-то ловушку, что осталось совсем немного и вот она захлопнется... Он до сих пор с трудом понимал, как его угораздило так просчитаться, как он не смог увидеть, что Снейп заделался в перебежчики. Да еще и старший Малфой пропал, кинув на него своего запутавшегося отпрыска.
- Что-нибудь известно о Сириусе и старшем Билле? - прервала молчание Нимфадора. Она знала, что в Ордене ходят слухи, будто они предали, но Тонкс в этом сомневалась.
- Эти двое нас предали, - Директор снова вздохнул: огромное количество нерешенных проблем переполняли его голову, вызывая мигрень. - Билл Уизли прислал своему брату письмо, в котором известил его о смене стороны... Боюсь, что из всех Уизли преданным нашему делу остался только Рон...
- А Чарли? Он же...
- Исчез за несколько часов до суда над Поттером... Скорее всего он не знает, что с его старшим братом.
- А Сириус? - Тонкс нервно сглотнула.
- Его, скорее всего, захватили в плен... Мне жаль Нимфадора, но скорее всего семейство Блэков уменьшилось или уменьшиться на еще одного члена.
- Блэки никогда не были семьей, - девушка нашла в себе силы ухмыльнуться.
- Я рад, что вы так думаете... Но теперь к делу. Я вынужден вас попросить обучать Невилла Лонгботома.
- Меня?!
- Больше некого. Время идет, битва близка, а мальчик еще не готов.
- Близка?
- Волдеморт активно собирает силы, - грустно сказал директор. - Любое промедление может стоить слишком многим жизни.
- Вы думаете, Невилл справится? - спросила девушка неуверенно: она видела, присутствовала на нескольких занятиях Лонгботома и Снейпа, и у нее создалось не очень хорошее впечатление о возможностях гриффиндорца.
- Он должен справиться, - категорично заявил директор. - И вы его подготовите, Нимфадора.
- Конечно, профессор. Когда мне приступать?
- Завтра и приступите. - Тонкс каким-то седьмым чувством поняла, что разговор окончен и поднялась на ноги. - Удачи вам.
- Спасибо, профессор. До свидания, - девушка скосила глаза на портреты директоров, которые настороженно смотрели на нее и, наконец, вышла, осторожно прикрывая за собой дверь.
Как только директор остался один, он вызвал эльфа и приказал:
- Сообщи Драко Малфою, что я жду его у себя в кабинете. - И как только эльф исчез, добавил в тишине: - Пора делать ход.

- Милорд, вы заняты? - Северус заглянул в кабинет к Темному Лорду.
Мужчина чувствовал, что не сможет дальше откладывать разговор по поводу дальнейшей судьбы Блэка. Видит Мерлин, он сделал все возможное, а получил от этого лишь головную боль. Как бы зельевару не хотелось сохранить зловредную собачонку целой и невредимой, но у всего был свой предел, своя черта... Даже у любви... Вот только как потом все это объяснить Поттеру, который верит, что его крестный в хороших руках и ему почти ничего не грозит.
- Заходи Северус, - маг оторвался от бумаг и поднял голову. - Я сейчас как раз жду Уизли. Думаю, тебе тоже будет интересно, чего он добился.
- Добился?
- Я заслал его к гоблинам. Не хочу сказать, что я ищу в них союзников, но мне бы был выгоден их нейтралитет в войне.
- Думаю это вполне возможно, милорд.
- Ты Гарри не видел? Я бы хотел, чтобы ты снова его осмотрел. Кажется, мой мальчик снова хочет общения, - Северус вздрогнул и с удивлением посмотрел на Темного Лорда, который с мечтательным выражением смотрел в пространство.
- Поверьте, милорд, молчаливый Поттер - это лучший Поттер, - усмехнулся зельевар. - Начнет говорить, потом не остановится.
- Все же я попробую рискнуть, - Том тоже усмехнулся. В этот момент в кабинет ввалился рыжий молодой человек.
- Уизли, вы бы хоть думали, куда так бесцеремонно вваливаетесь! - язвительно сообщил Снейп, - Так и Аваду схлопотать промеж глаз можно!
- Простите! Мой Лорд! Профессор Снейп! - Билл поспешно склонил голову и замер, ожидая либо наказания, либо еще чего-то.
- Северус, не пугай мистера Уизли своим плохим настроением, - протянул Темный Лорд. - Что там у тебя Билл?
- Гоблины готовы с нами сотрудничать, - на одном дыхании выпалил парень, пока Темный Лорд не передумал и не наградил его круциатусом. - Это было трудно, но все же они согласились. Они не будут вмешиваться в войну, так как для них это не выгодно, но, если вы, милорд, гарантируете сохранение их прав, они перестанут поддерживать Орден.
Том и Северус переглянулись: Биллу Уизли удалось то, что не удавалось никому за всю историю двух магических войн. Гоблины - это деньги, а деньги это сила. Заставить гоблинов перекрыть почти в прямом смысле силу противоборствующей стороне многого стоит.
- Это... Это замечательная новость, - проговорил Том. - Совет гоблинов согласен подписать договор?
- Да, - коротко ответил Билл, открывая свое сознание. Оклюменция никогда не была его коньком, но щиты у него были вполне крепкие. - Они согласны по всем пунктам. Это было трудно, но даже гоблины смогли увидеть выгоду в союзе с вами, мой Лорд. - Билл снова коротко поклонился, когда мужчины по очереди закончили листать его воспоминания о разговоре с советом гоблинов.
- Отлично! Не сможем взять силой! Возьмем измором! - громко объявил темный маг. - Уильям, ты хорошо поработал. И награда будет соответствующая.
- Спасибо, мой Лорд! Я могу идти?
- Может, ты хочешь попросить меня о чем-то особенном?
- Ни как нет, милорд... Я оставляю все на ваше усмотрение, - Билл прекрасно помнил, что Снейп говорил ему: "никогда не проси ничего открыто".
- Что ж, иди. Если встретишь Гарри, скажи ему, чтобы он пришел сюда, - распорядился Том и, как только за молодым человеком закрылась дверь, сообщил Снейпу: - Толковый парень.
- Все Уизли всегда были довольно умны, мой Лорд. Вот только не все были способны пользоваться своими мозгами, - ответил Северус. - Но весть о сотрудничестве с нами гоблинов действительно лучшая за все последнее время. Особенно теперь, когда у нас нет шпиона в Ордене.
- Есть, нет... Рисковать тобой, Северус, я все равно не буду. Орден уже проиграл, осталось совсем чуть-чуть: Дамблдор умирает, а без твоих зелий ему вообще крышка, в самом ордене пташки раздор, маги уже ни верят, что война закончится. Это все нам на руку. Или ты вдруг с какого-то перепугу поверил, что Лонгботом может быть реальной силой против меня?
- Нет, милорд, ни в коем случае. - Северус посмотрел в глаза Тома.
- Ладно. Оставим эту тему. Ты хотел со мной о чем-то поговорить? - Том сложил руки домиком и уставился на зельевара. Тот замялся и не спешил объяснить причину своего прихода. Казалось 6ы - вот оно! Скажи все как есть и больше никакого Блэка и головной боли от его непроходимой тупости, но что тогда будет с этой шавкой?
- Ни о чем, милорд, - наконец тихо сказал Северус, но он все же понимал, что так быстро не отделается.
- Ты уверен?
- Да.
- Тогда хорошо, что ты пришел. У тебя есть какие-нибудь идеи на счет того, как вернуть Гарри голос?
- Да. Можно попробовать еще пару зелий. И еще бы найти квалифицированного врача.
- Вот и займись этим, - распорядился Том. - Только ордену не попадись. И министерству.
- Конечно, милорд. Вы уже решили, что будете делать с Люциусом?
- Пока нет... Есть идеи? Проще, конечно, его убить, а точнее добить, но нам от этого никакой выгоды.
- У меня есть пара идей, как можно проникнуть в Хогвартс. Для этого нам, правда, нужен Драко Малфой.
- Ты думаешь, что мальчишка пойдет на контакт с нами? - спросил Темный маг заинтересованно.
- Ради отца мальчишка пойдет на многое, - коротко ответил Северус, - у них это семейное.
- Предлагаешь рискнуть? - Том задумчиво посмотрел на зельевара, который за последнее время стал не только верным советником, но и хорошим другом.
- Нам не выманить сейчас Дамблдора из Хогвартса, вы же сами говорили, милорд. И у нас сейчас нет времени ждать, когда он умрет самостоятельно. А в Хогвартсе есть такая вещь, как исчезательный шкаф.
- Мне нужно подумать, Северус. У нас больше нет прав на ошибки. И времени тоже нет.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Вторник, 05.05.2009, 22:13 | Сообщение # 21
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 4

"Драко, твой отец пропал. Мне жаль... Но я почти уверен, что он мертв", - слова директора все еще звучали в голове парня. Драко больше не желал ничего слышать. Он помнил, что соглашался на что-то, что директор поил его чаем и успокаивал, говорил, что все будет хорошо, что главное - это не отчаиваться и постараться идти вперед.
Драко хотелось закричать! Проорать на весь Хогвартс, что все бесполезно, что ничего не будет!
Но он молчал, пустыми глазами смотря на директора, который обещал помочь и не помог, а теперь он смеет еще говорить о долге.
"Малфои никому ничего не должны..." - сцепив зубы, мысленно сказал Драко и, отводя глаза, кивнул на очередную, хорошо завуалированную, просьбу директора. - "Главное не сорваться".
Драко не помнил, как добрался до гостиной Слизерина, но его буквально окатило холодом, когда черную метку на руке опалило болью. Эту боль Драко бы ни с чем не перепутал: так работает только вызов Темного властелина.

Гарри, оглядываясь из стороны в сторону, проскользнул в коридор, где была комната Северуса Снейпа. Мальчик умело и почти без проблем снял охранные заклинания: новая волшебная палочка, сделанная на заказ, работала чуть хуже, чем его первая, но зато она слушалась. На большее сейчас все равно рассчитывать было нельзя. Том по этому поводу сказал, что, скорее всего, ему теперь нужна палочка с абсолютно другими компонентами, которую ему нужно будет выбрать лично, но для этого нужно подождать.
Гарри наконец снял все охранные чары, называя Снейпа про себя еще одним параноиком: только Том может наложить еще больше, и проскользнул в комнату. За ним медленно плыл поднос с едой.
- Гарри? - мальчик посмотрел на мужчину, который в скрюченном состоянии лежал на кровати. - Что ты здесь делаешь?
"Меня попросили принести тебе обед", - вывел Гарри волшебной палочкой, используя невербальное заклинание, которое показал ему Том, чтобы буквы ярко светились.
Гарри водрузил поднос на прикроватную тумбочку и сел в кресло, оглядываясь.
Не очень большая комната, довольно темная и, конечно же, в слизеринских цветах. Гарри с трудом подавил в себе улыбку. Но его всегда поражало, что принадлежность к какому-то факультету определяет любовь к определенной цветовой гамме.
Вот у Тома явный сдвиг на серо-зеленых оттенках, но Гарри не думал, что у Снейпа то же самое.
"Интересно, тут Сириус еще с ума не сошел?" - мальчик повернулся к крестному, который тоже смотрел на него со смесью непонимания и удивления.
"Почему ты не ешь? - снова написал Гарри. - Это не отравлено... "- Гарри не особенно приятно было думать, что крестный сомневается в нем, но другой причины странного поведения анимага придумать не мог.
- Лучше бы было отравлено, - проворчал мужчина, притягивая поднос с едой к себе.
"Глупо на это рассчитывать, - осторожно вывел Гарри. - Но тебе лучше не злить профессора".
- Поздно, - покачал головой Блэк. - Кому меня теперь переподарят?
"Я об этом ничего не знаю, - Гарри нахмурился. Он видел, что Снейп не в духе, но даже не подумал связать это с Сириусом. - Профессор никогда не делает ничего просто так".
- И давно ты стал таким лояльным к Снейпу? - Гарри уже тихо ненавидел какую-то злую иронию в голосе Сириуса.
"Он мне не раз спасал жизнь, - Гарри несмотря ни на что сохранил полную невозмутимость. - Он мне помог не погибнуть здесь..."
- Ну и кто ты теперь? Раб? - Гарри неосознанно дотронулся до шеи, которую по-прежнему охватывал ошейник. За последнее время он почти перестал его прятать под шарфами и воротами рубашек. Эта чисто слизеринская вещица также стала частью его жизнью, как регулярный секс с Томом. Это было залогом его неприкосновенности с любой стороны.
"Мне есть для кого жить", - вывел Гарри и поднялся.
- Гарри... Я не хотел тебя снова обидеть... Я... Черт! Просто я не могу смириться, что мой крестник стал подстилкой... - Гарри остановил крестного жестом. - Прости.
"Я люблю Тома, - прочитал Сириус. - И мне не важно, кто он!"
- Блэк, ты тупица, - послышался усталый голос от двери. Мальчик и мужчина синхронно повернули головы и посмотрели на Северуса Снейпа, который вольготно привалился к косяку. Глаза зельевара устало посмотрели на мальчика, а потом зло на анимага. - Гарри, ты можешь идти. Я тут сам разберусь...
"Не обижайте его", - прочитали взрослые маги.
- Иди лучше милорда успокой, а то у него жажда действий разыгралась... - Гарри ухмыльнулся и, не прощаясь, быстро вышел, чуть ли не в припрыжку. Ни Северус, не Сириус не сомневались: как только Гарри окажется подальше от комнаты зельевара - он сорвется на бег.
- Ты не сказал Волдеморту о своем желании избавиться от меня? - Северус поморщился и устроился в кресле, в котором до этого сидел Поттер.
- Это сделать никогда не поздно, Блэк, - на манер Малфоев протянул зельевар. - Еще раз скажешь что-нибудь не то своему крестнику и отправишься на ингредиенты. Я думал вы сможете нормально пообщаться, но ты как всегда все испортил.
- Как будто можно разговаривать с тем, кто может лишь писать короткие предложения...
- Ничего, Блэк, привыкнешь. И будешь молчать по поводу этого.
- А также мило и доброжелательно улыбаться или...
- Или Азкабан покажется тебе раем, - коротко сказал Снейп. - И я не шучу, Блэк... Ясно?
- Яснее некуда. Может мне тебя еще и господином называть? - Сириус со злобой посмотрел на зельевара.
- Заметь. Я этого не говорил - ты сам предложил.
- Ненавижу!
- Взаимно, - прорычал Северус, а про себя добавил: и по-прежнему люблю...

- Гарри! Мы со Снейпом такое придумали! - Гарри улыбнулся: Том иногда кажется таким ребенком. Мальчик не спеша подошел к своему возлюбленному и, немного подумав, бесцеремонно плюхнулся к нему на колени, крепко обнимая за шею. - Соскучился? - Том сразу же отбросил перо и отодвинул какие-то чертежи. Его руки тут же скользнули Гарри под рубашку, а губы накрыли рот парня, втягивая в поцелуй.
Битва языков, неспешные движения рук.
- В спальню! - почти прорычал Том и, резко встав, не отпуская Гарри трансгрессировал.
Том почти швырнул Гарри на кровать и навалился всем своим весом сверху, вдавливаясь своей эрекцией в горячее тело под ним.
Гарри застонал. Его щеки раскраснелись, а губы припухли от поцелуев. Волосы стояли дыбом и напоминали живописное воронье гнездо.
Том впивался укусами в шею мальчика, оставляя свои метки. Руки мага пытались расстегнуть пуговицы на рубашке Гарри, но потерпев в этом полное поражение, Том просто разорвал ее. Пуговицы посыпались в разные стороны.
- Мой хороший, - шептал Том, покрывая засосами грудь парня. - Жили бы одни - заставил бы ходить голым. Чтоб ничего не мешало, - руки мужчины нетерпеливо расправились с брюками Гарри. - Хочешь? - Том сжал эрекцию парня. Гарри всхлипнул. - Раздень меня, - мужчина скатился с мальчика.
Гарри тут же кинулся исполнять приказ, с радостью расстегивая каждую пуговку на рубашке своего любовника, неспешно оглаживая руками его грудь, прикусывая соски, при этом почти мурлыча от наслаждения.
Так, не спеша покрывая поцелуями каждый миллиметр голой гладкой кожи, Гарри добрался до брюк Тома.
Выпустив на волю член мужчины, Гарри неспешно облизал его по всей немаленькой длине.
Почувствовав руку у себя в волосах, мальчик быстро понял, что от него хочет Том и, улыбнувшись, стал вбирать в себя горячую шелковую плоть, вслушиваясь в тяжелое дыхание мага.
- Гарри... Иди сюда. - Поттер запротестовал, но все же оторвался, приподнимая голову и расфокусированным взглядом заглядывая в лицо своего любовника.
Том притянул его к себе, вовлекая в поцелуй.
- Ложись, - Том подтолкнул своего мальчика, почти с благоговением смотря как он устраивается на животе на кровать широко раскинув руки и ноги. Мужчина быстро стянул с себя одежду и лег сверху, целуя спину, гладя ягодицы.
Гарри плыл на волнах наслаждения, мечтая лишь о том, чтобы пальцы были заменены чем-то другим, более объемным и невообразимо желанным.
- Сейчас-сейчас, - быстрый поцелуй между лопаток и Том резко притягивает к себе Гарри, одним резким движением проникая на всю длину.
Вся нежность слетела с мага мгновенно, но Гарри только этого и ждал: жестких болезненных толчков на грани сознания, переходящих в сладостную муку еще большего желания, рук, которые оставляют синяки.
Жестокость и нежность, безграничное счастье и отчаянные движения... Только в постели Том соединял две свои натуры, только здесь он становился таким, какой он есть на самом деле. И другого Гарри было не нужно...

- Я люблю тебя, Поттер, - Гарри приоткрыл один глаз и приподнял голову с плеча мага, вглядываясь в лицо своего любимого. - Глупо?
Гарри покачал головой и снова лег, поэтому Том не видел, как его мальчик зажмурился от счастья.
- И без тебя знаю, что глупо, - вздохнул Том, зарываясь в волосы любовника, - но по-другому не могу...
В комнате повисло молчание, прерываемое лишь сопением Гарри.
- Гарри! Ну напиши хоть, что-нибудь, а? - Гарри снова приподнялся и оглядел комнату, пытаясь определить, куда же свалилась его волшебная палочка в порыве страсти. - Черт! Когда же Снейп приготовит это чертово зелье! - с тяжелым вздохом прорычал Том и попытался встать, но тут же был пригвожден рукой обратно.
Гарри оседлал бедра любимого и наградил его глубоким поцелуем, а затем спустился ниже.
Лихо улыбнувшись, он медленно стал выводить языком на груди Тома три заветных слова:
" Я люблю тебя".

- Поттер! Не испорть зелье! Иначе останешься немым на всю жизнь! - прошипел Снейп, отнимая у него корешок какой-то травы – Гарри даже не пытался запомнить ее зубодробительное название – и нож. - Это нужно резать кубиками. Это зелье для тебя последний шанс! А вот это, - зельевар потряс остатками корешка, - можно срывать лишь раз в сто лет в полнолуние!
Гарри смутился и покраснел, отводя глаза в сторону.
Все утро мальчик был рассеян, а все его мысли крутились вокруг вчерашней ночи. Гарри одновременно и хотелось верить, что Том не соврал, но в душе у него произрастали ростки сомнения и неверия в такое.
Да и то, что он проснулся совсем один, не добавляло ему уверенности. Гарри было порывался сходить в кабинет Тома, но по дороге его перехватил зельевар, сказав, что Том занят и ему не до Гарри сейчас. Чем был таким занят Темный Лорд, Снейп не сказал.
Гарри не мог найти себе места и постоянно смотрел на дверь лаборатории, ожидая, что вот она откроется и войдет Том, но время на часах уже перевалило за двенадцать, а его так и не было.
- Все, Поттер, надоел! - Снейп не выдержал. - Иди отсюда, пока что-нибудь не взорвал... - Гарри понуро склонил голову, но все же спешно вышел, пока его снова не запрягли к нарезке очередного ингредиента кружочками или треугольничками.

Драко терпел боль в метке весь вечер. Он даже делал попытки улыбаться сквозь стиснутые зубы и не вздрагивать от особенно сильной боли. К ночи бесконечный зуд и жжение резко прекратились, и младший Малфой получил несколько часов передышки и возможности подумать, что же ему делать.
Одно Драко знал точно - пойти к Волдеморту - значит найти верную смерть в адских муках и бесконечной предсмертной агонии. Он один раз уже видел, как мучили предателя, тогда Драко еще не принял метку, но он ясно понимал, что его ничего хорошего не ждет, чтобы там не говорил Дамблдор о шпионаже и всем остальном. Идти же к директору за помощью – дело еще более провальное.
Уже под утро боль разгорелась с новой силой. Кожа вокруг метки воспалилась и начала странно синеть.
К завтраку Драко полностью осознал, что ему не выжить: либо он сдается и идет на поклон к Лорду, на коленях вымаливая прощение за все ошибки, что совершил он сам, его отец и родственники до седьмого колена, либо... загинается от боли и ждет, когда его сердце просто лопнет не в состоянии перенести болевой шок. Был правда еще один вариант: выпить яду. Но это как ни крути было недостойно наследника великого рода Малфоев. Из курса истории своей семьи Драко знал, что в его роду всех самоубийц проклинали. Его самого, конечно, было проклинать некому, но... Драко не мог пойти против своих устоев из-за желания легкой смерти.
"Никогда никому не давай шанса обозвать себя трусом, сын", - Драко с болью вспомнил слова отца, которые тот любил повторять.
"А кто же тогда ты, папа? Ты со своими перебежками нас обоих загнал в угол, где только трусами нас и посчитают...", - Драко смахнул набежавшие слезы, три раза глубоко вздохнул и неустойчивой, слегка шатающейся походкой вышел из своей комнаты.
В гостиной Слизерина было еще тихо: змейки досыпали последние несколько минут, чтобы потом торопливо и, переругиваясь между собой, направиться на завтрак.
Из-за войны многие дети остались в школе на зимние каникулы: кто-то потому, что им больше некуда было ехать, кто-то даже не знал живы ли его родители, ну а кто-то просто скрывался в надежде, что за толстыми стенами Хогвартса он или она сможет переждать бурю, под названием Вторая Магическая Война. Были, правда, и те, кого не выпускал лично директор, но на Драко это не распространялось.
Поэтому Драко спокойно вышел из подземелий, почти мгновенно прошел холл и вышел на улицу, вдыхая морозный воздух и с какой-то ощутимой тоской смотря на тусклое зимнее солнце, еле пробивающееся из-за серых бесформенных облаков.
Снег скрипел под ногами парня. От холода, казалось, даже жгучая боль в метке сдала свои позиции. Драко кутался в мантию и шел вперед, понимая, что еще чуть-чуть и назад снова не будет пути, как тогда перед принятием метки. Но тогда... Тогда с ним был отец, который крепко сжимал его плечо.
Осталась позади хижина Хагрида, и вот Драко уже стоит за воротами школы, последний раз оглядывается по сторонам и сосредотачивается на непрекращающимся призыве темного Властелина.

Том со вздохом отложил от себя схему территории Хогвартса: мужчина вот уже несколько часов пытался найти лазейку в обороне школы на тот случай, если ее придется брать штурмом, чего магу, конечно, не хотелось бы. Был, разумеется, еще вариант Северуса насчет исчезательного шкафа, но, если Малфой не откликнется на призыв, то у них ничего не получится, ведь шкаф нужно было еще починить, а из детей пожирателей в школе оставались единицы, да и те под тотальным контролем Дамблдора. А вот Малфой, если брать в расчет воспоминания Люциуса, вполне свободен в своих перемещениях.
Еще вчера Том был уверен, что это лучший план, но сейчас...
- Мерлин всех задери, - прорычал Том, - как я мог докатиться до того, чтобы делать ставку на какого-то мальчишку?..
Постепенно мысли волшебника переключились с Драко Малфоя на Гарри Поттера, который в данный момент творит очередное зелье в компании Снейпа. У Тома перед глазами так и стоял гриффиндорец, неаккуратно кромсающий какой-нибудь ингредиент под непрекращающееся ворчание зельевара. Впрочем, это, так сказать видение, вскоре было вытеснено совсем другой картиной: абсолютно голый, несколько худой мальчишка, раскинувшийся на огромной кровати на покрывале слизеринских цветов. Яркие, немного припухлые от поцелуев губы, завораживающие огромные зеленые глаза полные страсти и желания...
Том потряс головой, отгоняя очень реальное видение. Но от накатившего волной возбуждения избавиться было не так легко.
Том снова зарычал и уже хотел бросить всю работу и пойти вытащить своего мальчика из темной, пропахшей травами лаборатории, когда в дверь осторожно постучали, и в кабинет заглянул Билл Уизли.
- Мой Лорд, можно? – Том коротко кивнул. – Вот... - Билл открыл пошире дверь и Тому открылся обзор на бледного, осунувшегося и испуганного Малфоя. - Вы просили привести, если появится. Еле спас его от расправы, - Билл замялся и подтолкнул Драко, буквально запихивая его в помещение.
- Я уж и не ожидал вас увидеть, мистер Малфой, - Темный Лорд усмехнулся, смотря на парня, который изо всех сил старался не показать своего страха и держать голову прямо. - Уильям, ты можешь быть пока свободен. Зайди к профессору Снейпу в лабораторию и передай ему, что план вступил в действие. Он поймет.
- Да, мой Лорд, - Билл чуть поклонился, отводя взгляд от Драко и смотря на Лорда.
- Пусть Поттера он захватит с собой.
- Я все передам...
- Свободен. - Как только за Биллом закрылась дверь, Том продолжил: - Ну а к вам, мистер Драко Малфой, у меня особый разговор. Я могу называть тебя Драко?
Парень ошарашено кивнул.
- Тогда присаживайся, Драко. Разговор будет долгим.

- Гарри? - Билл резко остановился, преграждая дорогу Гарри, который крался по полутемному коридору. - Если ты к милорду, то он немного занят.
Мальчик приподнял бровь, задавая немой вопрос.
- Я только что привел к нему Малфоя, - Гарри еще раз приподнял бровь, но уже удивленно, так как он знал, что Люциуса Малфоя уже не допрашивают, его вообще не трогают, оставив сходить с ума в нижних камерах подвала. – Тот, который младший, - видя непонимание Гарри, пояснил Билл. - Так что пока не заходи.
Гарри как-то нервно посмотрел на дверь за спиной Билла и кивнул, резко разворачиваясь.
На душе у парня по-прежнему было неспокойно, а стойкое чувство того, что Том специально избегает его не проходило.
Гарри расстроено вздохнул и лишь понадеялся, что Том не заменит его белобрысым красавчиком Малфоем. Хотя это идея слишком ненормальная, но если подумать...
Гарри нервно сжал руки в кулаки, чувствуя, как ревность затопляет его. Как сердце испуганно ежится от одной мысли, что Том может найти кого-то еще.
- Гарри! Ты куда так летишь? - Билл с трудом догнал парня и положил ему руку на плечо. - Все в порядке?
Гарри коротко кивнул и с трудом выдавил из себя еле заметную улыбку.
- Ну, тогда пойдем к профессору Снейпу. Мне надо ему кое-что передать.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Понедельник, 25.05.2009, 18:21 | Сообщение # 22
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 5

Гарри не находил себе места, слоняясь из угла в угол. Профессор Снейп, что-то шептал на ухо Биллу, и тот кивал как болванчик и иногда что-то также тихо говорил.
Затем рыжий быстро вышел и растворился в темном коридоре.
- Поттер, пойдемте. Мантию захватите, там может быть холодно. - Гарри был удивлен, но виду не подал. Быстро натянув мантию, мальчик подошел к профессору. - Мы идем в темницу, на нижний уровень. Не отставайте, пожалуйста.
Глаза Гарри расширились, ему вдруг стало страшно. Он хотел было разузнать у профессора, зачем они туда идут, но тот уже вышел, и ему оставалось только быстренько последовать за ним.
- Постойте здесь, - коротко сказал Снейп и быстрым шагом поднялся по лестнице.
Вернулся он минут через десять в компании Тома и Драко, которого Темный Лорд придерживал за плечо. Гарри попытался поймать взгляд Тома, но тот на него даже внимания не обратил, продолжая что-то шипеть Снейпу.
Гарри перевел взгляд на блондина, но в ответ получил лишь яростный взгляд.
- Поттер, не тормози, - Снейп подтолкнул мальчика вперед. Гарри покорно пошел за Томом, стараясь даже тише дышать, чтобы не привлекать к себе внимание. Смотреть же на то, как Том держит, хоть и за плечо, хорька было невыносимо.
Гарри шел вперед, радуясь, что с каждым уровнем становится все темнее и никто не сможет увидеть его закушенной губы, блестящих глаз, которыми он часто моргал, чтобы прогнать слезы. Он не понимал чем заслужил это пренебрежение, что он сделал не так, что его любимый теперь смотрит на него как на пустое место, точнее вообще не замечает, как будто его не существует и никогда не существовало.
"А не запрут ли меня сейчас в одной из этих камер?" - Гарри старался идти подальше от бесконечных железных дверей.
Снейп когда-то говорил, что в первую магическую они все были забиты, сейчас же они были пусты.
Мальчик не заметил в темноте ямку в полу. Его нога подвернулась, и он с грохотом свалился на пол.
- Гарри!
- Поттер!

Том почти мгновенно оказался рядом с упавшим мальчиком.
- Где болит? - Том заботливо погладил ногу Гарри. - Здесь?
- Поттер...
- Северус, возьми мистера Малфоя, и идите вперед, - перебил Том зельевара. - Я тут сам разберусь.
- Да, милорд, - Снейп схватил Малфоя за локоть, уводя дальше.
- Гарри, ну ты чего? - мужчина услышал еле слышный всхлип Поттера. - Не хочешь идти? Давай я тебя назад отведу... Только не расстраивайся ты так. - Том стер рукой слезы со щек парня. - Давай помогу подняться.
Том подхватил парня на руки: Гарри так и не смог набрать нужного веса, как бы ни Том, ни Снейп не старались.
- Я отнесу тебя в комнату, - тихо сказал Том, но Гарри потряс головой и повернул голову в сторону, куда отправились Северус и Малфой. - Там не будет ничего хорошего, Гарри... А тебе ведь не нравится вид крови. - Гарри снова потряс головой и попытался выкрутиться из рук Тома, чтобы встать на пол, но мужчина в ответ лишь сильнее прижал его к своему телу. - Вот неугомонный, - Том подавил в себе улыбку и, поудобнее перехватив парня, быстрым и уверенным шагом пошел дальше.

Драко Малфой находился в некой прострации, плетясь за Снейпом. Из слов Темного Лорда блондин понял, что его убивать пока никто не собирается. Ключевое слово, конечно, во все этом было "пока", но парень надеялся, что он успеет приспособиться и хоть как-то зацепиться за эту жизнь.
Еще Драко понял, что его отец тоже пока жив. Это одновременно и радовало, и пугало: мало ли, что Люциус подумает про своего сына.
Не радовало блондина и присутствие Поттера, который недоверчиво глазел по сторонам своими зелеными глазищами, которые были еле видны из-за длинной челки. Казалось, что бывший гриффиндорец пытается прожечь в нем дыру и единственное, что его от этого останавливало - это Темный Лорд.
Когда Поттер споткнулся и свалился на пол, Драко уже готов был засмеяться и проехаться по неуклюжести бывшего гриффиндорца, но одного яростного взгляда Снейпа хватило, чтобы заткнуться и не лезть. Как оказалось не зря, так как вместо того, чтобы наградить Поттера круцио или еще лучше Авадой, великий маг Волдеморт чуть ли не рыдал над ним.
Еще больше Драко удивился, когда Темный Лорд отослал их со Снейпом вперед, а сам остался с гриффиндорцем.
Малфой-младший хотел спросить, что вообще происходит, но снова был осажден:
- Мистер Малфой, что бы вы ни видели, что бы вы ни слышали, все это должно остаться невысказанным. Это правило одинаковое для всех, кто носит метку.
- И для Поттера?
- У Поттера нет метки и не будет! И прошу тебя запомнить, Драко, будь с ним вежливым, не нарывайся на конфликт. Гарри ответить тебе, конечно, не сможет...
- Почему? - не понял Драко.
- Он нем. Но... Но это не значит, что здесь не найдётся тех, кто сможет его защитить. Да и сам он пользуется невербальными не хуже Лорда, если не лучше. И не задавай глупых вопросов. Чем меньше ты привлекаешь к себе внимания, тем дольше проживешь...
- Профессор? - Драко вздрогнул, когда в свете Люмоса увидел Билла Уизли, который отлепился от стены и теперь шел им на встречу. - Мерлиновы штаны, как же здесь темно!
- Мистер Уизли, а вы не пробовали применить заклинание света? - с усмешкой спросил зельевар.
- Да руки отсохнут держать волшебную палочку... Пока вас дождешься... А где милорд? - Уизли огляделся по сторонам и уставился на Драко и Снейпа, как будто ожидая, что они достанут Темного Лорда из кармана.
- Поттер свалился по дороге, видно вы, гриффиндорцы, не привыкли к темноте подземелий...
- Ну конечно! Мы привыкли к башне полной света, а не к змеиным норам полных ловушек, - Драко пораженно смотрел, как Билл Уизли и Северус Снейп спокойно и даже с нотками веселья перекидываются обычными ничего не значащими фразами, как старые друзья или очень хорошие знакомые. - Так что нам, гриффиндорцам, не понять истинной романтики темных затхлых коридоров.
- Только этим мы и отличаемся, мистер Уизли, - из темноты вышел Темный Лорд, обнимая Гарри Поттера, который в свою очередь повис на его шее. - Прошу нас простить, мы с мистером Поттером немного задержались, - как ни в чем не бывало сказал Волдеморт. - Билл, Северус, Драко, вперед.
Драко, стараясь побороть в себе желание оглянуться, шел за Уизли. Спиной блондин чувствовал несколько взглядов, но ему пришлось сделать вид, что его это не беспокоит.
Наконец они подошли к двери, и Билл стал спешно снимать охранные чары.
Темный Лорд что-то прошептал на ухо Поттеру и тот довольно громко хмыкнул.
- Прошу, - Билл немного отошел, пропуская Лорда и Поттера вперед, затем зашел сам.
- Пойдемте, мистер Малфой, ты же хотел увидеть своего отца, - Драко посмотрел на Северуса Снейпа и нашел в себе силы кивнуть и одновременно шагнуть вперед в камеру, освещенную несколькими факелами.

Гарри конечно знал, что Люциус Малфой не на курорте, да и свое заключение в этих подвалах Гарри помнил еще очень хорошо, но даже по этим меркам старший блондин выглядел отвратно.
- Отец, - Гарри обернулся на еле слышный шепот Драко Малфоя. Не то чтобы ему было жалко хоть кого-нибудь из Малфоев, но он понимал слизеринского хорька: упивающиеся смертью никогда не знают меры в пытках. Тот же Люциус измывался над ним, Гарри, а вот теперь оказался в таком же положении - положении пленника, от которого могут избавиться в любой момент.
Гарри вздохнул и, немного прихрамывая, отошел к стене. Парень примерно догадывался, что сейчас будет и ему хотелось оказаться немного подальше от всего этого. Не видеть, как его Том превращается в Волдеморта, как Северус Снейп забывает, что перед ним его бывший, но все же друг, а рядом его крестник. Даже Билл может стать настоящим монстром, если того требует приказ. Гарри уже несколько раз видел, насколько рыжий может быть хладнокровным. Гриффиндорская горячность вытравляется войной.
Это такая своеобразная изнанка каждой стороны. Ведь правильно говорят, что добрая сторона эта та сторона, которая вышла победителем. А так все стороны абсолютно одинаковые, когда на карте стоит все. Благородные герои - это миф или детские сказки. Герои вырастают и становятся такими же, как все, когда их идеалы серьезно подорваны. Гарри это проверил на своем личном опыте.
- Как видишь, Драко, твой отец жив, - протянул Темный Лорд, - и его дальнейшее существование в этом бренном мире зависит только от тебя. - Гарри подавил в себе желание усмехнуться. На месте Малфоя он бы не стал верить словам Волдеморта, Тома Риддла да, но не Волдеморта, который никогда не перестанет по-слизерински искать свою выгоду. Таковой была изнанка его возлюбленного. Иногда Гарри даже почти забывал, что Том существует только для него и еще может быть для Северуса, при котором тот уже не раз терял маску чудовища. Для остальных существует лишь один темный лорд - Лорд Волдеморт.
- Драко, зачем ты пришел? - Люциусу было трудно говорить: его голос был сорван.
- Твой сын хочет спасти тебя, мой скользкий предатель, - Темный Лорд покрутил в руке палочку и направил ее на пленника. - Благородно с его стороны, не находишь?
- Зачем тебе мой сын? - Малфой закашлялся и сплюнул на пол кровь. - Хочешь его трахать также, как трахаешь Поттера? - Налитые кровью от лопнувших сосудов глаза старшего Малфоя смотрели только на Волдеморта. Гарри тоже немного отлепился от стены и посмотрел на мага, желая увидеть лицо Тома и убедиться, что Малфой не попал в точку, но тот стоял к нему в пол-оборота, и его лица не было видно.
- Слишком грубо... Я не трахаюсь - я занимаюсь сексом, Люциус.
- Только притронься к нему...
- Или что? Ты убьешь меня, Люц? - Гарри услышал усмешку мага. - Не в том ты положении, чтобы диктовать мне свои условия и выказывать претензии... Ты потерял это право, переметнувшись к старикашке.
- У меня никогда не было этого права... У меня даже нет права на смерть...
- Значит, не заслужил. Зато твой сын может вполне выбить для тебя это право, - Волдеморт повернулся и посмотрел на младшего блондина, который с расширенными от ужаса глазами смотрел то на своего отца, то на самого Темного Лорда. - Одно твое слово, Драко, и твоя судьба, и судьба твоего отца, будет решена.
- Какие у меня есть гарантии, что вы не убьете моего отца сразу же, как только я выйду отсюда? - Драко дрожал от страха, в его глазах отражалась паника, но ни один мускул не дрогнул на его лице.
- Слово слизеринца конечно не такое крепкое, как слово гриффиндорца, но я все же обещаю тебе, - Гарри услышал, как хихикнул Билл и как зашипел на рыжего зельевар.
- Драко, нет...
- Нерушимую клятву я, конечно, давать тебе не буду...
- Выбор ведь у меня не большой? - Гарри видел, как грустная улыбка мелькнула на губах хорька.
- Но он есть.
- Я согласен.
- Нет! - Люциус Малфой дернулся, закрывая лицо руками. – Нет...
- Прости, отец.
- Что ж, отлично, - Том потер руки друг о друга и покосился на Гарри, который по-прежнему подпирал стенку. В глазах парня маг заметил какую-то обреченную пустоту. - Да, кстати, Малфой, а с чего ты взял, что я буду трахать твоего сына? У меня и в мыслях такого не было... Думаю тебе пора лечиться, Люц. Северус, мистер Малфой-младший может пообщаться со своим отцом, так что оставляю все на вас с Биллом. - Уизли и Снейп почти синхронно кивнули. - И об этом никто ничего не должен знать... Гарри, пойдем. - Том подхватил ошарашенного парня и вышел с ним из камеры.

- Тебе нужно больше есть. Ты выглядишь как скелет, - Том пододвинул к Гарри поднос со сладостями и горячим чаем. - И у тебя появляются странные нехорошие мысли, а их нужно искоренять сладкими пирожными. И не косись так на меня, я тебе не налью. - Том сделал глоток виски и с усмешкой посмотрел на парня, который косился на огромную тарелку с эклерами. - Хотя было бы любопытно узнать, как ты будешь выглядеть, когда пьян.
Гарри нахмурился. И написал в воздухе волшебной палочкой.
"Я бы стал к тебе приставать".
- Да? Нужно будет как-нибудь напоить тебе, но не сейчас... Те зелья, что дает тебе Снейп, не совмещаются с алкоголем, так что ешь пирожные и пей чай.
"Расскажи мне, что ты задумал".
- Я хочу захватить мир, ну или хотел... Сейчас мне уже достаточно и Англии. Вот представь, Гарри, - Том улыбнулся одними глазами, в которых последнее время все реже и реже можно было увидеть красненькие огоньки, - стану я министром магии... Буду носить котелки и с важным видом выступать на трибунах, - Гарри представил Тома, пудрящего мозги восторженным журналистам, и фыркнул, разбрызгивая чай. - Вот-вот... Из Снейпа, я думаю, получится хороший директор Хогвартса. Мир изменится... Он уже сейчас меняется.
Гарри в миг погрустнел и опустил глаза в стол.
"А я?"
- Что ты? - Том прекрасно понял, из-за чего его мальчик расстроился. - Гарри, о чем ты там думаешь? Ну-ка прекрати! Ты никуда от меня не денешься, - Том встал и пересел на подлокотник кресла Гарри. - Ты навсегда мой, чтобы ни случилось.
"Я твой раб..."
- Я тебя люблю и жду не дождусь, когда ты сможешь говорить и произнесешь те же слова для меня. Когда война закончится, а я обещаю тебе, что она закончится очень быстро... Между мной и тобой ничего не изменится. Нет, вру, изменится, - Том выдернул Гарри из кресла и усадил к себе на колени. - Первый закон, который я введу - это будет разрешение однополых браков среди волшебников. Я не спрашиваю у тебя сейчас, согласишься ли ты выйти за меня, я хочу услышать, а не прочитать твой ответ, но просто имей в виду, ты от меня не отделаешься, никогда и ни за что.
Гарри не верил своим ушам: может его немота прогрессирует и теперь и его уши улавливают искаженную информацию, но серьезное лицо Тома доказало, что он не шутит.
- Дошло, наконец? - Том усмехнулся. - Поттер он и в Африке – Поттер... Больше не смей сомневаться, Гарри. Как только Хогвартс будет захвачен, министерство сдастся - отдельно от Дамблдора, Фадж не способен даже речь без заикания толкнуть. А для захвата Хогвартса мне нужен Драко Малфой...
"Ты убьешь Люциуса?"
- Гарри, я не такой гад... Ну, почти не такой. Я умею быть благородным и благодарным, - Том задумался на несколько секунд. - И от того, как у Драко пойдут дела, зависит моя благодарность.
Том сделал вид, что не заметил веселых смешинок в глазах Гарри. Да и зачем тратить время на выяснение отношений, если можно провести его с большей пользой.

Дела у Драко Малфоя шли неважно... И хоть Дамблдор пока продолжать был в священном неведении, лучше от этого не становилось. Починить шкаф оказалось даже труднее, чем блондин думал с самого начала. Не помогало слизеринцу и то, что на него буквально объявили охоту гриффиндорцы то ли во главе с Невиллом Лонгботомом, то ли с Уизли. В иерархии гриффиндорцев блондин не разбирался. Без Снейпа школа превращалась в бедлам, гриффиндорцы только что на шею учителям не залазили, всех же остальных учеников, кто так или иначе попал в немилость к краснознаменным, можно сказать, сживали со свету.
Авроры постоянно проверяли учеников Слизерина, да и Когтеврана с Пуффендуем на наличие метки. Казалось, что этим здоровым как на подбор амбалам просто нечем заняться. Газеты доходили до школы все реже и реже, ученики стали чувствовать себя как в вакууме. Драко по своим каналам узнал, что прессу в школе запретил лично Дамблдор, так как статьи, печатающиеся не только в Ежедневном Пророке, но и даже в женских журналах, открытым или слегка завуалированным текстом позорили всю светлую сторону во главе с директором и Фаджем. Это даже было удивительно, что жалкие газетенки, наконец, пишут правду, а не жалкий вымысел, настроченный Ритой Скитер.
Но Драко это тоже было на руку: пока Дамблдор разбирался с газетами, провокационными письмами, которые ходили по всей стране, с народом, который все чаще выказывал свое недовольство и даже с аврорами, которые сделали из школы военный полигон для своих тренировок, он тем временем вкладывал все свои силы в починку шкафа. Теперь парень старался не только для Волдеморта и спасения жизни своего отца, но и для себя... Пока Дамблдор занят, его не посещают идеи воспитать нового шпиона на темной стороне.
Еще Драко жутко напрягал младший Уизли, который в последнее время постоянно что-то вынюхивал и буквально не спускал глаз со слизеринского принца. Поначалу Драко ему хамил, грубил, но тем самым еще больше привлекал внимание к своей персоне, что заставляло блондина нервничать.
Дело сдвинулось с мертвой точки где-то через месяц. Это была первая личная победа младшего Малфоя и он неосознанно потерял бдительность, забывая, что находится под пристальным вниманием почти круглые сутки.
Рональд Уизли ждал, что Драко Малфой проколется, ошибется... Ждал с несвойственной гриффиндорцам терпеливостью, когда его враг допустит хоть малейшую ошибку.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Воскресенье, 28.06.2009, 17:47 | Сообщение # 23
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 6

Драко ликовал – стадия завершения его кропотливого труда была совсем не за горами. Все это было личной победой для блондина: он смог, он сделал, еще раз подтвердив, что Малфои не сдаются без боя, что они смогут уцепиться за крепкие выступы и удержаться, а потом и выбраться. Главное - нужно вовремя оказаться на стороне победителей, а в том, что победит Темный Лорд, Драко даже не думал сомневаться, ведь остался всего один шаг, и страна падет, лишенная сильного лидера, коим является директор. Если бы все было немного по-другому, то место Дамблдора наверняка занял бы Поттер, но извечный враг Драко был теперь не более, чем игрушкой в руках темного властелина. Малфой не особо понимал, какие чувства связывают Волдеморта и Поттера, да и чувства ли это, но своими словами Северус Снейп дал понять Драко, что Поттер не будет сидеть в сторонке, терпеливо ожидая победы своего любовника.
- И здесь он меня обскакал, - ни раздражения, ни злости, просто констатация факта.
Драко скользнул в нишу, избегая столкновения с миссис Норрис, которая патрулировала восьмой этаж. Младший Малфой надеялся, что сегодня он полностью закончит ремонт, осталось лишь проверить - и все.
Драко почти подошел к двери в Выручай комнату, когда к его шее сзади прижался кончик волшебной палочки.
- Вот я тебя и поймал, хорек, - тихий, но полный злобы голос, который Драко узнает и во сне, кошмарном сне: слишком часто он в частности и слизеринцы в общем слышали его. Этот голос мог быть разным: таким вот, как сейчас, или полным ликования и дьявольской радости. Именно из нежелания натолкнуться на хозяина этого голоса, слизеринцы в последнее время ходили исключительно стайками, первокурсники любого факультета, кроме гриффиндора, только завидев этого человека прятались по углам или за спины старших товарищей. Драко наверное был единственным, кто продолжал давать отпор этому человеку и его бравой команде.
- Поздравляю, Уизли… Только вот мы вроде не играли в догонялки. – Драко оставался абсолютно спокойным, понимая, что против такого психа, которым за последнее время стал младший Уизли, ничего не поможет.
- Заткнись, Малфой! – Драко болезненно поморщился, когда Уизли сильнее вдавил в его шею кончик волшебной палочки. – Я убью тебя.
- Не сомневаюсь, - Драко не сдержался и фыркнул, - И ведь тебя даже не посадят. Ты так и будешь строить из себя крутого героя, который обижает маленьких детей.
- Пасть закрой и открывай!
- Что открывать? – Драко немного повернул голову, стараясь разглядеть Уизела, но с оружием у горла это было не так просто.
- Не прикидывайся идиотом…
- Это ты у нас идиотом прикидывался целых пять лет, а я честно не понимаю, что ты от меня хочешь. – Драко скользнул рукой по складкам мантии.
- Не это ищешь? – Уизли припечатал Драко спиной к стене и помахал волшебной палочкой из темного дерева перед носом блондина. Драко подавил в себе стон отчаяния.
- Ты еще и вор, Уизел…
- Я выясню, что ты каждый вечер делаешь в Выручай-комнате, даже если мне придется за пытать тебя до смерти.
- Я не сомневаюсь в этом, - Драко скривился, - Ну давай, начинай. Только с чего ты взял, что мне есть, что тебе сказать? Ты ведь никто, Уизел… Последний сын в огромной семье.
- Что ты можешь об этом знать?! – глаза рыжего нехорошо вспыхнули, а рука дрогнула, и Драко понял, что движется по правильному пути: нужно лишь разозлить его.
- Да уж, что я могу знать о передающейся по наследству магии. Уизел, а ты когда-нибудь узнавал, как рождаются грязнокровки? Или ты только заклинания массовых убийств изучаешь? Ты знаешь, как твоя грязнокровка… Пардон, мертвая грязнокровка. Ты знаешь, что такие маги появляются на свет только путем накопления семейной магии? На тебя просто волшебства не хватило, Уизел.
- Чушь…
- Не чушь, у тебя всегда были огромные проблемы с заклинаниями. Ведь правда, Уизли?
- Нет, - но Драко уловил нотки неуверенности. – Не смей называть Гермиону грязнокровкой…
- Да ей уже все равно, - Драко усмехнулся, - Она уже сдохла ради каких-то высших идеалов…
- ЕЕ УБИЛ ПОТТЕР! – Палочка ткнулась сильнее и из нее посыпались искры, обжигая Драко кожу.
- Не Поттер… Вы, Уизли, сами ищите себе проблемы, а потом виноватых, - последние слова Драко буквально прошептал, с насмешкой смотря в глаза Уизли и испытывая почти ненормальный интерес к тому: хватит ли у рыжего смелости произнести самые страшные слова.
- Ав… - Драко не стал ждать конца заклинания обезумевшего гриффиндорца и, собрав все силы, резко оттолкнул его от себя, всаживая ему чуть выше сердца подаренный когда-то отцом кинжал. Одновременно с этим, Драко другой рукой выбил волшебную палочку из руки Уизли.
Рональд Уизли мешком повалился на пол. Драко подобрал обе палочки: и свою, и гриффиндорца, и наложил на Рона петрификус.
- Никогда не теряй бдительности, придурок! – фыркнул Драко, - Так, кажется, говорил Грюм? Правда, ему это тоже не помогло.
Драко прошел три раза мимо двери и, озираясь по сторонам, отлеветировал тело своего несостоявшегося убийцы внутрь.
Дверь с легким хлопком захлопнулась.
- Хорошее ты место выбрал для моего убийства, - Драко уложил парня на диван, связал и только потом снял заклинание оцепенения, - Ни портретов, ни доспехов, даже миссис Норрис…
- Ты не сможешь меня убить… - тяжело дыша прохрипел Уизли. Его глаза испуганно бегали.
- О, не волнуйся, от этой раны ты не умрешь.
- Меня будут искать! Тебя…
- А с чего ты взял, что я выйду за эту дверь, Уизли? – Драко усмехнулся, - Ты мне даже план не поломал, просто несколько подкорректировал его. А теперь… Силенцио. Чтобы не болтал, мне надо поработать. – Драко, больше не глядя на Уизли, подошел к шкафу. Нужно было все-таки поторопиться, а то Уизли и правда подохнет. Нести труп Волдеморту как-то было не особо эстетично. Но час у Драко точно был. Бить он умел и знал куда, чтобы либо сразу убить, либо просто ранить. А если кинжал не вытаскивать из раны, то жертва даже кровью не истечет.
- Терпи, Уизли, мне чуть-чуть осталось, - Драко не сдержался и захихикал. – Жизнь определенно налаживается…

Том ожидал всего что угодно, когда Снейп лично выдернул его из теплой кроватки с теплым телом рядом. Гарри, который спал очень чутко, тут же распахнул свои зеленые озера и недовольно потянулся, вглядываясь в темное окно, в котором не было даже намека на утро.
- Северус, - Том произнес заклинание времени, - Ночь же… Я вроде ничего не назначал, на это время суток. – Том растрепал волосы Гарри, который зевнул и снова улегся спать, обняв вместо Тома его подушку. Мужчина тяжело вздохнул.
- Милорд, простите…
- Ближе к делу.
- Прибыл Драко, - Том моргнул, вспоминая, что младший Малфой даже сов отправить с территории Хогвартса не мог, а теперь прибыл сам.
- С Хогвартса сняли охрану? – Том моргнул, - А почему я об этом так поздно узнаю? – рука мага скользнула по одеяло и погладила поясницу Гарри, который издал какой-то непонятный звук и откатился в сторону.
- Драко шкаф починил, - немного раздраженно ответил Снейп. Том резко отдернул руку и сел прямо. Гарри зашевелился и тоже сел, расширенными глазами посмотрев на зельевара. – Он младшего Уизли с собой притащил…
Гарри нервно сглотнул и посмотрел на Тома, который, казалось, не отошел еще от удивления и сидел истуканом.
- Правда починил? – даже Темные Лорды плохо соображают со сна. Северус кивнул, - Гарри, одевайся! - И, совершенно не стесняясь зельевара, выскочил из кровати, натягивая на себя штаны, которые валялись рядом с кроватью.
- Я подожду снаружи, - сказал Снейп и скрылся за дверью.
- Гарри, это великий день! – услышал Северус напоследок, прежде чем дверь захлопнулась.

Билл не знал, что ему делать: его брат лежал без сознания на диване в кабинете Темного Лорда. Рану Билл ему обработал и перевязал – это, пожалуй, было единственным, что он мог сделать для него. Драко сидел рядом на стуле и недовольно морщился, иногда поглядывая на Билла.
- Лорд, скорее всего, прикажет убить его, - тихо сказал блондин, обращаясь в пустоту.
- Я знаю… - Билл стукнул кулаком об стену, - Я всегда это знал, но не думал, что этот момент настанет так скоро. – Молодой человек медленно сполз по стене и уставился на Драко.
- Я не мог по-другому, - покачал головой Малфой, как будто оправдываясь, - Ты мало похож на Уизли…
- Наверное… Но Рон все-таки мой брат.
- А остальные твои братья?
- Я даже не знаю, где они, - Билл грустно улыбнулся, - Без Гарри пропала наша удача, которая была у нашей семьи на протяжении пяти лет. Близнецы уехали в неизвестном направлении, ни с кем не попрощавшись… Впрочем, сейчас я их понимаю. Перси погиб из-за своей глупости, утянув с собой Джин. Чарли… Я не знаю, где он, но все же надеюсь, что у него хватило мозгов уехать. А Рон… Рон всегда был другим. Самый младший.
- Самый слабый…
- Возможно. Никто никогда не проверял его на уровень магии. Из него бы получился обычный рядовой маг, но Рон всегда хотел большего. С самого детства, но при этом не стремился к этому. Теперь он вырос… Я бы хотел, чтобы все было по-другому.
- Все этого хотят, Билл, - Драко встал со стула и опустился на пол рядом с парнем, - Главное, чтобы хуже не стало.
- Хуже уже просто быть не может, - Билл с грустной улыбкой посмотрел на Драко.
- Может, - покачал головой в ответ блондин.

Человек почти перестает бояться, когда ему уже нечего терять, но все же он готов руками и ногами вцепиться в свою жизнь, хотя и понимает, что жить ему незачем, что это лишь еще одно испытание, которое неминуемо рано или поздно приведет к смерти, может быть еще более страшной, чем она могла бы быть. Боялся ли Гарри смерти? Нет. Никогда, но и умирать ему просто так не хотелось. Слишком это был легкий выбор. Он до сих пор помнил, как спорил с самим же собой за право сначала шагнуть в черную воду озера, что близ Хогвартса, затем раз за разом он все с большим трудом отодвигал от себя колющие и режущие предметы, раз за разом уговаривая себя, что это не выход, что есть те, кто заслуживают смерти больше. В плену, каждый раз чувствуя физическую боль, разрывающую из нутрии и смешивающуюся с душевной болью, которая в миллионы раз была сильнее, он мечтал нарваться на аваду, но снова и снова оставался жив на зло себе.
В конце концов в его душе не осталось ни малейшей крупицы страха, ни желания жить, ни даже желания умереть. В цитадели Волдеморта было много таких. Это отчасти помогало не сжигать остатки души темной магией и двигаться к цели, без жалости шагая вперед, и не отступать с намеченного пути.
Гарри было все еще неприятно наблюдать за мучениями пленных, но он спокойно выносил это. Ему лишь не нравилось, когда Том пытал кого-то и когда он пытался поручить этому ему. Он не любил, когда его чуткий, нежный любовник на его глазах превращался в монстра.
Гарри не жалел ни одного убитого: ни Авроров, ни тем более самоуверенных орденовцев. Не было жалко ему ни своих бывших друзей, не было ему сейчас жалко и Рона.
Его бывший лучший друг. Вечный предатель. Вечный искатель лучшего. Завидующий всему и ничему. Человек, который изнасиловал бы его, если бы смог.
Гарри потрогал рукой ошейник. Парень почти полюбил эту вещь. Он не прятал ее больше под шейными платками и водолазками, не стеснялся, когда Том гладил и целовал его шею по краям ошейника. Не обращал внимание, когда люди смотрели на него во все глаза, догадываясь, что это за вещь. Все это было неважно для Гарри. Он был готов носить все что угодно, делать все, что пожелает его господин, лишь бы быть с ним, засыпать и просыпаться в его кровати, обнимать ночью, прижимаясь к его теплому телу. Чувствовать руку Тома, вот прям как сейчас, на своем плече и верить, что на чужой крови все же можно построить свое счастье.
- Это самая лучшая новость за последнее время! – Том даже не пытался скрыть своей радости. Впрочем Гарри его прекрасно понимал: даже самым наитемнейшим магам может надоесть бесконечное состояние войны.
А еще Гарри знал, что Том все это делает только для него. Поттер не особо понимал, откуда пришла эта уверенность и вера, но сомневаться в любимом человеке ему не хотелось.
Поттер занял свое любимое место на подоконнике, с которого можно было спокойно наблюдать за происходящим в кабинете Тома. От парня не ускользнули ни грустный взгляд Билла, ни немного нервное состояние Малфоя, того и гляди в обморок грохнется то ли от усталости, то ли еще от чего. Снейп был как всегда непробиваемо спокоен, хотя Гарри доподлинно знал, с каким трудом зельевару дается это спокойствие. На Рона Уизли, лежащего без сознания, Гарри старался не смотреть.
- Это еще один шаг к победе! Драко, Дамблдор ничего не заподозрил?
- Вряд ли… Он в школе бывает слишком редко… Но вот пропажа Уизли... – все посмотрели на младшего Уизли, и даже Гарри кинул на него быстрый взгляд, - Я не мог его оставить там, он проследил за мной… А Обливиейт бы засекли авроры. Пришлось притащить с собой. Но шкаф полностью готов…
- Отлично, Драко, - Том сложил руки в замок, - Тогда отведи мистера Уизли на нижний уровень… Он нам еще пригодиться.
На последних словах Билл Уизли побледнел, но не произнес ни слова, лишь бросил беглый взгляд на брата.

Сириус Блэк лежал поперек кровати и пялился в потолок. Последнее время он все чаще стал не понимать окружающий мир, да и обитателей этого мира тоже. Сириусу все чаще стало казаться, что его загоняют в какой-то тупик, закрытое пространство, из которого нельзя выбраться без потерь. Его разрывали на части противоречивые чувства, не давая даже спокойно дышать. Приблизительно что-то такое было с ним в Азкабане, но там лишь нужно было выбрать между жизнью и сумасшествием. Там все было намного проще… главное, это ни на секунду не отпускать чувство вины и желание отомстить. Помнить о том, кто виноват, и о том, кого нужно спасти. Именно это раз за разом вытаскивало Сириуса из пучины сумасшествия. Именно это отпугивало дементоров, которые не могли понять желания выжить для кого-то, а так же непоколебимую уверенность в чувстве мести.
Да… там все было проще. Настолько проще, насколько это вообще возможно было в той ситуации.
Сейчас же Сириус абсолютно запутался, разрываясь на части от своих мыслей, в которых то и дело появлялось лица Дамблдора и Волдеморта, Гарри… А главное Снейпа.
Его, ярого гриффиндорца, не отпускала вина предательства… Предательства делу, которому он был верен с семнадцати лет, с тех пор как попал в Орден Феникса. Его ночами преследовали лица Лили и Джеймса, Ремуса и многих других. Они обвиняли его, укоризненно смотря на него своими мертвыми стеклянным глазами. Сириус просыпался в холодном поту, ненавидя себя и боясь снова заснуть.
Но за ночью неизбежно приходило утро, и ночной кошмар неизбежно превращался в дневной, наполненный счастливыми глазами Лили и еле заметной, но радостной улыбкой Джеймса на лице Гарри.
Мальчик неизменно приходил к нему каждое утро, довольно улыбаясь и лохматя волосы таким знакомым с детства жестом. Сириусу казалось, что если он моргнет, то это исчезнет, превращаясь в кошмар наяву. Но нет… Гарри искренне дарил свои неунывающие улыбки и радостно мчался вперед на зов Волдеморта или Снейпа.
Снейп… Отдельная страница в жизни Сириуса, не похожая на остальные, но одновременно такая нужная, пронизывающая чуть ли не все островки его души. Сириус одновременно и презирал этого человека, сравнивая его с червяком, и ненавидел, проклиная и желая убить, и одновременно желал его видеть, слышать его голос, даже в минуты гнева не переходящий на крик.
Сириус боялся даже себе признаться в том, что он ждет его по вечерам, начинает волноваться, когда тот вскакивает среди ночи с кровати и, накинув только мантию, исчезает иногда до утра, а иногда и на целый день.
Иногда Блэку хотелось спросить, где тот пропадает, чтобы хоть немного успокоиться, но он всякий раз останавливал себя, понимая, что так он может навлечь подозрения… Снейп и так был слишком нестабилен в своем поведении. И скандалы между ними обычно ничем хорошим для Сириуса не заканчивались.
После одной из их потасовок, Снейп заставил Сириуса называть его «хозяин», подкрепляя это тем, что никогда не поздно будет отдать его на растерзание другим упивающимся смертью. Сириус наступил себе на горло, но стал так называть его, ненавидя и презирая уже не только Снейпа, но и себя. Но по-другому было нельзя: Снейп был не тем человеком, который бы просто так разбрасывался словами. Но прошло несколько дней, и Сириус снова сорвался, забывая все наказы, что он мысленно давал себе.
Сириус не знал, что предпримет его давнишний школьный враг, но самым страшным, наверное, был бы для него ошейник. Сириус доподлинно знал, что такого он точно не переживет, не вынесет, не примет. Наверное, Снейп это понял, потому что его ход был полностью противоположен: он заставил Сириуса спать в кровати голым.
Все бы ничего, если бы кровать не была у них одна на двоих. Выбор, впрочем, был не велик. Спать на полу же в чем мать родила, Сириус не готов был рискнуть.
В процессе вот таких вот изысканий, Сириус как-то перестал чувствовать отвращение, выяснил, что прижиматься ночью к чужому телу в поисках тепла совсем не странно, а то, что это тело мужское, было как-то не важно. А то, что это Снейп, уже особо и не заботило Сириуса, учитывая, что объятьях зельевара кошмары хоть и ненадолго, но отступают, давая возможность хоть немного поспать. Даже упирающаяся в бедро Сириуса эрекция Снейпа вызывала лишь нездоровый румянец на щеках Блэка, да его тихое ворчание о слизеринцах-извращенцах, что не особо волновало Сириуса, пока Снейп спокойно уходил в ванную, не требуя ничего.
- Блэк, ты чего поперек кровати развалился, - Сириус резко откинул голову назад и встретился с глазами зельевара, который как всегда бесшумно вошел.
- Ты давно здесь стоишь? – удивленно спросил Сириус, немного сдвигаясь.
- Достаточно, чтобы увидеть напряженную работу мысли на твоем лице. – рыкнул зельевар, - Двигайся еще. Я спать хочу!
- Что-то случилось? – Сириус все же подвинулся, освобождая место и садясь по-турецки на своей стороне кровати.
- Не твое дело. Ложись давай! – Северус завернулся в одеяло и прошептал заклинание, гасящее свет. Сириус еще немного посидел и, скинув с себя халат, тоже забрался под одеяло, но продолжая держаться на приличном расстоянии от слизеринца, не зная, как себя вести.
Северус решил все сам: притянув его за талию к себе и устроив у себя под боком.
- Милорд прав… Жизнь налаживается, - в темноту тихо сказал зельевар, продолжая прижимать к себе гриффиндорца.
Сириус хотел что-нибудь сказать или даже вырваться из собственнических объятий Снейпа, но тот уже заснул, размеренно дыша в его затылок.
- Дурдом какой-то, - прошептал Блэк, немного приподнимаясь на локте и заглядывая в лицо Снейпу, на котором сон разгладил все морщинки.
Сириус отвел прядь волос с лица зельевара и, плюнув на все, устроился головой на его плече, обнимая в ответ.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Пятница, 10.07.2009, 09:28 | Сообщение # 24
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Последующие главы не бече))) Но так как я уезжаю и не могу оставить народ без проды на целый месяц, поэтму я их выкладываю)))

Глава 7

- Поттер, зелье почти готово… Еще два дня и можно будет пить, - Северус Снейп навис над котлом, в котором настаивалось зелье мутно синего цвета, - Консистенция и цвет идеальны. Так что можешь доложить милорду, что все нормально… А то он нервничает больше всех.
Гарри слегка порозовел и, не поднимая головы, продолжил кромсать червяков.
Последние несколько дней он со Снейпом практически не вылезали из лаборатории в массовом количестве пополняя полки с лечебными зельями. Гарри даже не спрашивал зачем нужно столько, и так было все понятно без слов. Как было понятно и то, зачем было увеличено количество собраний и число присутствующих на них.
Том стал довольно редким гостем в их спальне, поэтому Гарри ночевал на диване в его кабинете, засыпая под шелест бумаги и неяркий свет лампы, под тихий скрип пера и под ветер, завывающий за окном. Иногда среди ночи в дверь почти беззвука стучали или наоборот врывались, сообщая последние новости, и Том, чтобы не тревожить сон своего мальчика выходил в коридор, а возвращаясь поправлял на нем одеяло и убирал волосы, спадающие на лицо, тихо вздыхая.
Гарри чувствовал эту атмосферу всеобщей осторожности и собранности, поддаваясь ей. Он тихо передвигался по дому, почти незаметный в тусклом свете факелов, неизменно сидел около трона Тома, настороженно следя за окружающими, он реже стал бывать у Сириуса, предпочитая штудировать книги в библиотеке, пока туда летучей мышью не врывался кто-нибудь и голосом нетерпящим никаких возражений отправлял его к Тому или Снейпу, чаще всего конечно к последнему, потому что даже Снейп признавал, что если ему нужно срочно уйти, то варящееся зелье можно оставить только на одного представителя человекоподобных обезьян – Гарри Поттера, который хоть что-то понимал в этой тонкой науке и даже сдал СОВы по зельеваренью на отлично.
Пару раз Гарри спускался в темницу, но останавливался в нескольких метрах, закрывал глаза на секунду замирая, и поворачивал назад, понимая, что вряд ли он получит ответы на свои вопросы от Рона Уизли. Да и вряд ли у него найдутся хоть когда-нибудь силы, что задать единственно важный вопрос: за что? Проще было запереть все мысли об этом на семь замков в глубинах памяти и шагать вперед. Это было именно то, что хотел от него Том, методично истребляя всех тех, кто предал его когда-то. Тех кто должен был дружить, защищать и шагать рядом, прикрывая спину и протягивая руку помощи, когда это было больше всего нужно.

- Гарри, проснись, - Том с сожалением потряс своего мальчика за плечо, вытаскивая его из сна, - Северус потише.
Гарри сонно похлопал глазами, смотря на Тома и задавая немой вопрос.
- Поттер! Ты должен разлить по бутылкам кровевостанавливающее зелье, срочно, - Снейп, схватил в охапку свитки.
- Гарри, поспеши, - Том накинул на его плечи мантию и подтолкнул к двери, - Билла раскрыли… У нас есть только несколько часов до утра. – Гарри охнул и стал быстро застегивать мантию и спринтерским бегом кинулся в лабораторию.
- Кровевостанавливающее, Поттер! – донеслось ему в след. – И проверь свое зелье!
Гарри кивнул сам себе и побежал еще быстрее, ловко лавирую в извилистом коридоре.
Билла раскрыли… Это означало только одно: кто-то догадался, что Рон Уизли это на самом деле его брат, которому было приказано тянуть время.
На первом этаже уже собралось приличное количество пожирателей смерти, а значит Том уже применил вызов и теперь все лишь время считанных часов.
Гарри влетел в лабораторию и в шоке замер, увидев там Билла, перебирающего зелья и держащегося рукой за живот. Лицо у парня тоже было все в крови как и рубашка и как Гарри подозревал и брошенная у входа в лабораторию мантия.
- Черт! – прошипел молодой человек и покачнулся. Гарри поспешил подойти к нему, - о, Гарри… Где тут заживляющее? И кровевостанавливающее? Ой… - Билл снова покачнулся и сильнее прижал руку к животу. – Снейп сказал… что все пузырьки подписаны… Но такой почерк хуже египетских иероглифов.
Гарри немного нервно улыбнулся и ловким движением выудил из кучи бутылочек нужную, в которой бултыхалось заживляющее зелье. Продолжая поддерживать парня, он призвал стул и помог Биллу усесться и даже отвинтил пробку.
- Спасибо, друг. Ты спас мне жизнь, - Билл выпил зелье, - Бр-р… Ничего ужасней я в жизни не пил, но колдомедики почему-то говорят, что чем противнее, тем зелье сильнее. А кровевостанавливающее? – Гарри ткнул пальцем в котел, - О, прям с огонька… Мне везет.
Что случилось?
Гарри аккуратно вывел надпись волшебной палочкой у себя над головой.
- Я ошибся… Кто же знал, что этот Финиган таким пронырливым окажется. Пришлось их устранить.
Ты убил их?
Рука Гарри немного дрогнула, благо черпак был пустой.
- Обижаешь, дружище. – Билл сонно моргнул, - Оглушил, связал и притащил сюда. Снейп их в темницу отволок.
И Лонгботома?
- Ага… Вот так, по нелепой оплошности, светлая сторона лишилась своего избранного героя еще до начала великой битвы… Может это и к лучшему. – Билл взял протянутое зелье и быстро выпил, - Правда я сомневаюсь, что здесь их ждет лучшая участь.
Тебе надо переодеться.
Гарри закупорил последнюю бутылочку и взмахом палочки убрал котел.
- Ты прекрасно пользуешься невербальными…
Мальчик пожал плечами и подошел к зелью над которым они со Снейпом бились целый месяц.
- Одну порцию, Поттер. И возьми мерный стакан, - Гарри развернулся и посмотрел на профессора, который вошел в лабораторию, - Мистер Уизли, идите переоденьтесь и не пачкайте пол своей кровью.
Гарри аккуратно снял с полки один из мерных стаканчиков и осторожно наполнил его, всматриваясь в синеватое зелье.
- Поттер, это не вино, чтобы искать в нем Итину! Пейте быстрее и помогите мне! Раз уж мистер Уизли даже не в состоянии подняться.
Гарри нервно сглотнул и снова посмотрел на зелье.
Это была его единственная надежда приобрести голос снова, восстановить разорванные криками связки и убрать те нарушения, которые мешают ему говорить. Если оно не поможет, то не поможет уже ничего.
Гарри зажмурил глаза и опрокинул содержимое стаканчика в себя, задыхаясь от жжения в горле.
- Ммм…
- Терпи! – Зельевар встал с ним рядом, поддерживая, - Терпи, Гарри… Сейчас пройдет.
По щекам парня полились невольные слезы, а зубы намертво вцепились в губу, прокусывая ее насквозь.
- Профессор, обязательно ему было пить это зелье прямо сейчас? – спросил Билл немного взволнованно.
- Уизли, вообще-то никто не думал, что ты дело завалишь и нам придется в такой спешке переделывать давно разработанный план! – Снейп чувствовал как внутри него нарастает напряжение, - Гарри дыши только носом и рот не открывай.
Мальчик кивнул и с трудом дошел до стула в углу.
- Как только придешь в норму, сложи все зелья с этой полки в коробку. Уильям тебе поможет, - распорядился зельевар, - А мне нужно идти.

- Это похоже на какой-то фарс, - Том присел на подоконник, - Я ожидал чего угодно, но точно не таких поспешных событий. Как будто все против нас.
- Вы связались уже с Драко, милорд? – тихо спросил Снейп, неосознанно дергая рукава своей мантии.
- Он только что ушел. Дамблдора в школе нет, но он точно должен появиться в ней к утру.
Настенные часы пробили шесть утра. И Том, и Северус посмотрели на них со странной смесью чувств.
- Это день решит все, став либо концом, либо началом, - Том усмехнулся и выпрямился. Из его глаз мгновенно исчезла некая растерянность, а на ее место пришла какое-то дьявольское чувство превосходства. Снейп видел еле заметный отблеск цвета крови в глубине этих глаз и вот уже перед ним стоит великий Лорд Волдеморт. Личность которую боятся и уважают, личность, в которой заключается спасение или погибель многих магов.
- Собирай всех, Северус… - Том еще раз глянул на часы, а потом перевел взгляд на зельевара, - И распорядись, что или Билл, или Драко ни на шаг не отходили от Гарри.
- Вы хотите взять Поттера с собой? – спросил Северус удивленно, - В прошлый раз…
- Я помню, что было в прошлый раз… И как бы я не хотел спрятать его от всего этого, я не могу списать со счетов, что Гарри сильный маг и равного ему найти очень трудно. Если быть объективным, то я считаю, что Гарри по мощи равен Дамблдору в годы войны с Гриндевальдом. Возможно даже, что спустя несколько лет он встанет вровень со мной.
Снейп довольно шумно сглотнул и поклонившись вышел.
В голове зельевара не укладывалось то, что, если бы не Дамблдор, Гарри вполне мог когда-нибудь выиграть войну для светлой стороны.
Но если бы, да кабы… Вернуть уже все равно ничего нельзя, да и ненужно этого.

Гарри аккуратно складывал зелья, держа рот на замке и кивая в такт рассказа Билла, который уже успел переодеться в принесенную Драко одежду.
Малфой-младший тоже был в лаборатории и молчаливо снимал зелья с полок и ставил их рядом с Гарри.
Руки блондина немного подрагивали, а он сам был бледен, иногда вздрагивая, когда Билл переходил в своем рассказе на более высокие тона.
На попытку Гарри узнать, что он здесь делает, дан был лишь один ответ:
- Профессор приказал, Поттер.
Короткий простой ответ, который ровным счетом ничего не объяснял.
Может профессор боится, что зелье сработает как-нибудь неправильно?
Гарри сложил последние бутылочки, накинул мантию и поднял со стола коробку.
- Гарри может я возьму? – Билл тоже поднялся. Его еще немного шатало от слабости. И Драко, тут же заметив это, протянул ему укрепляющее зелье.
- Ты на ногах еле стоишь, - без эмоционально пробормотал Драко, - Поттер, дай мне коробку.
Гарри покосился на блондина, подмечая, что их весовые категории если и отличаются, то ненамного. И то, только потому, что Драко был выше Гарри на полголовы.
Мальчик усмехнулся и покачал головой, не спеша идя к выходу. Коробка и правда была немного тяжела и к ней нельзя было применить облегчающие вес чары. Но доверять ее никому Гарри не собирался.

В зале собраний было не протолкнуться, но пропихиваться через толпу народа, которые были еще более возбужденными, чем обычно, Гарри было ненужно. Следовавшие за ним по пятам Билл и Драко с раскрытыми от удивления ртами, пораженно осматривали потайной ход, в который привел их Гарри. Мальчик последний раз дернул за подсвечник, который висел на стене и они оказались в небольшой комнатке с огромным окном и как бы в противовес – маленькой дверью.
- Поттер ты куда нас завел? – прошипел Драко. – Нам нужно в зал собраний!
Мальчик бросил раздраженный взгляд на слизеринца и дернул ручку двери, выходя.
Драко и Билл переглянулись и последовали за ним.
- Мы вышли с другой стороны, - пораженно воскликнул Драко и встал рядом с Гарри в тени колонны, - Поттер, мог бы и сразу сказать!
Гарри приложил указательный палец к своим губам и шикнул, призывая Малфоя к порядку.
Гарри поставил коробку с зельями у своих ног и уселся прямо на пол, внимательно вслушиваясь в тихий голос Тома, который вводил в курс дела упивающихся. Хотя Гарри это было и ненужно. Мальчик мог вспомнить малейшие детали за несколько секунд.
Но посвящены в этот план был только он и профессор, все остальные знали либо чуть больше всеобщей массы, либо чуть меньше.
Гарри знал, что Том опасается нового предательства, потому распределяет информацию дозировано. И поэтому никто не выйдет из этого помещения, пока он не позволит.

Северус Снейп, спрятавшись в тени, цепким взглядом следил за всеми, иногда посматривая на старомодные часы, цепочка которых была намотана на его руку. От зельевара не ускользнуло появление Гарри, Драко и Билла, и он неспешно двинулся к ним.
- Основным отрядом руководят Флинт и Коннер, - чуть громче сказал Темный Лорд, - Это не обсуждается. Паркинсон и Нотт вторым отрядом… Все должны ждать моего знака. Если вдруг найдется еще одна крыса, убивать без промедления. Особых психов предупреждаю! Детей не убивать, а только глушить!
- Но они же такие же… - начал Нотт, за что тут же схлопотал круцио.
- Нотт, ты решил по обсуждать мой приказ? – прошипел Том, с его волшебной палочки посыпались искры.
- Простите, милорд.
Акция устрашения сработала как всегда безупречно и в зале стало очень тихо.
- Северус, сколько у нас еще время? – Том без труда нашел глазами зельевара.
- Час, милорд.
- Алекс, покажи место расположение и выдай порталы. И помните, мы делаем то, что уже давно было пора сделать. Пора доказать, что ни магия, ни мир не делятся на черное и белое. Мир магов и маглов должны оставаться разделенные чертой. Нас нельзя объединить и примерить. Как нельзя найти перемирия нам и светлым магам.
В зале стало еще тише, все как будто даже перестали дышать.
- Нет добра и зла… Есть лишь борьба за жизнь…

«Нет добра и зла. Есть лишь борьба за жизнь».
Гарри посмотрел на Тома, который что-то объяснял Биллу.
Неважно чем закончится сегодня все: окончательной победой или проигрышем.
Будет один победитель и будет один проигравший.
- Гарри, по возможности держись ко мне поближе, - голос Тома отвлек мальчика от нерадостных мыслей. – Я бы с удовольствием оставил тебя здесь, но я знаю, что не смогу тебя удержать таким способом… Поэтому я лишь прошу не лезть в самое пекло. Дамблдор – это мое дело.
Гарри кивнул и улыбнулся уголком губ, притягивая Тома поближе.
- Я люблю тебя, - прошептал мужчина ему на ухо и поцеловал в висок.
Но Гарри этого было мало. Не стесняясь никого, он обхватил мужчину руками за шею и крепко поцеловал.
- Пора, - тихо сказал Снейп, нарушая мимолетную идиллию.
Гарри отстранился от любимого и проверил наличие волшебной палочки.
Дверь в шкаф сейчас казалась дверью в ад, дверью в неизвестность.
- Какое-то у нас слишком скорбное настроение, - фыркнул Билл и больше не раздумывая полез первым.
- За то у тебя, Уизли, слишком веселое, - фыркнул Драко и тут же отправился за ним.
- Мальчишки…


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Пятница, 10.07.2009, 09:29 | Сообщение # 25
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 8

В старых книгах Хогвартса бесчисленное количество глав посвящено битвам, которые когда-либо происходили на территории теперешней школы. Дети нынешнего времени редко увлекаются историей магии, ее историческими основами, предпочитая теории практику. Во времена же, когда Альбус Дамблдор сам был учеником, во времена, когда все жили не в меньшем страхе, чем сейчас, но боясь не Темных магов, а чего-то абстрактного, неизведанного, история всегда стояла на первом месте, помогая избежать ошибок прошлого.
Альбус до сих пор помнил почти заученные наизусть тексты старый, уже в те годы, потрепанных и зачитанных до дыр книг. Директор и сейчас мог перечислить бесконечные войны и сражения за право быть господствующей расой. Сражения и борьба за правое дело, которые не всегда заканчивались победой света. Сколько раз за все время существования защита Хогвартса падала, ставя обитателей замка под удар, сколько раз она держалась из последних сил, подпитываемая изнутри во время бесконечных осад.
Но все это было лишь историей на станицах самопишущейся книги, которая была стара также как сам Хогвартс и, которая и поныне хранилась в кабинете директора.
Альбус Дамблдор надеялся, что никогда, на своем веку, ему не придется испытать падение защиты, которая укреплялась веками и поддерживалась лично им. Он верил, что не услышит звона и грохота, сотрясающего каменные стены. Не услышит визга детей, которые со страхом жаться к друг другу и искать защиту у своих учителей. Не увидит растерянности на лицах своих подчиненных, а уж тем более приглашенных для охраны школы авроров.
- Альбус, что происходит?! – профессор гербалогии не удержалась на ногах и свалилась на пол. И в эту же секунду все мгновенно прекратилось, оставляя лишь странный звон, да плач некоторых совсем маленьких учеников школы.
Дамблдор потряс головой, пытаясь выкинуть звон из ушей, но он, казалось, стал только сильнее.
- Альбус! – мгновенно стало тихо, даже дети замолчали, смотря на директора.
- Всем оставаться на своих местах, - Дамблдор достал волшебную палочку из складок мантии и выпрямился, смотря на дверь в Большой зал. – Ничего страшного не произошло…
- И ты веришь в это старик? Или это способ самоуспокоения?
- Том…

- Ты помнишь мое имя данное мне при рождения… Я польщен, - Риддл покачал головой, указывая палочкой прямо на директора. – Советую всем опустить оружие… Или… Вот эта девочка, - Том немного дернул головой, указывая на девушку, которую держал Билл, одетый в черную мантию с глубоким капюшоном. В тоже самое были одеты Гарри, который стоял за спиной Темного Лорда и внимательно следил за холлом. – Останется без своей миленькой белокурой головки. – А мои приспешники, убьют тех, кто не успел дойти сюда.
- Том… Не нужно этого делать… Здесь дети, - Дамблдор кивнул аврорам и они немного опустили палочки, продолжая следить за медленными перемещениями Темного Лорда.
- Ты задумался о детях, старик? Ну, как говорят маглы… Лучше поздно, чем никогда.
- Тебе не удастся захватить Хогвартс.
- Я уже это сделал. Замок полностью под моим контролем. Или ты думаешь, что эта кучка авроров способно что-то сделать мне? Да они дрожат от страха сильнее, чем дети, - Том усмехнулся и резко взмахнул палочкой, отодвигая столы и учеников к стенкам зала и тут же навешивая заградительный барьер, который не даст им выйти. – Гарри, подойди сюда! – резко сказал он.
Гарри, услышав свое имя, вздрогнул, но помня, что Том не любит ждать, спешно покинул свой наблюдательный пост.
- Я забочусь о детях, Дамблдор… - Том стащил капюшон с головы своего мальчика, - По крайней мере об одном. О том, которого ты раз за разом отправлял на смерть. Чем твои методы лучше моих, Дамблдор?
- Мы идем к разным целям, - тихо ответил директор, смотря только на Гарри Поттера, который даже ни разу не дрогнул, продолжая крепко держать волшебную палочку.
- Итог все равно одинаков: власть.
В зал вошли еще трое упивающихся смертью, но все поняли, что на самом деле в школе их полно.
- Отпусти детей, Том! Ты ничего не добьешься, убив их!
- Кто сказал, что я буду убивать всех? Мне нужен только ты и твои певчие птички.
- Ты не понимаешь, что творишь…
- В первую очередь я совершаю месть!
То что произошло в следующий момент было вполне ожидаемо: только довольно быстрая реакция директора спасла его от неминуемой смерти.
Зеленый луч авады стал сигнальной ракетой для всех остальных: дети за прозрачными стенами закричали, а все остальные бросились в бой.
Вспышки заклятий с огромной скоростью носились по залу, ища свою жертву. Гарри дрался сразу с двумя аврорами, пока одного на себя не перетянул появившийся как из-под земли Снейп. Рядом носился Билл, перекидываясь заклинаниями с Нимфадорой Тонкс. Гарри заметил также Нота и младшего Малфоя, все остальное смешалось в кашу.
Вот Снейп ломает об колено палочки Авроров и выбрасывает обломки.
Не убивать… Гарри помнит это наставление Тома… Мы должны придти к власти без лишней крови…
Гарри оглядывается в поисках Тома и мгновенно находит его: на постаменте, где когда-то стоял преподавательский стол (сейчас он был расколот и его обломки валялись то тут, то там в зале). Дамблдор держится довольно хорошо, но видно, что он слабеет с каждым произнесенным заклинанием. Том же наоборот становится веселее. Гарри замирает, смотря на его задорную улыбку… Не усмешку, не ухмылку, а именно улыбку…
- Поттер, сзади! – Гарри резко отпрыгивает пропуская в миллиметре от себя зеленый луч. Как в замедленной съемке он слышит голос зельевара выкрикивающий смертельное. Вот Том оборачивается. На секунду их глаза встречаются и он падает, пропуская заклинание Дамблдора.
Гарри перестает дышать.
«Том…»
- Том… - звук на выдохе режет горло, - ТОМ! – связки как будто рвутся на части пронзая тело Гарри адской болью. Голос скрипучий и неестественный. Гарри бежит к своему любовнику и ему кажется, что он преодолевает километры и никогда не добежит.
Резкий взмах палочкой и шепот смертельного заклятия.
Гарри уже знает, что попадет, но глаза закрывает только тогда, когда тело директора, неловко дернувшись, падает на пол в нескольких шагах от Тома.
Последние метры до любимого, Гарри прополз на коленях и без сил упал рядом с ним.
Все остальное было уже неинтересно… Спасительная темнота забрала к себе мальчика, закрывая от него мир.

Профессор Снейп стер кровь с лица, связал оглушенного аврора и поспешил к тому месту, где разыгралась основная драма.
С первого взгляда на остекленевшие глаза директора, было понятно, что он мертв.
Снейп опустился на колени перед Темным Лордом и Поттером. Но если пульс первого хоть и бился довольно медленно, но был и видимых повреждений не было, то состояние Поттера вызывало серьезное опасение. Изо рта парня маленькой струйкой стекала кровь, а лицо было бледно серого цвета.
- Что там, профессор, - мужчина обернулся и встретился глазами с Биллом Уизли, который еле-еле стоял на ногах.
- Сними заклятие с милорда. Я не могу понять что за заклятие на него наложено, - распорядился Снейп и подхватил Поттера на руки, - Драко, ты в состоянии стоять? – блондин кивнул, перематывая руку куском оторванной от своей мантии ткани.
- Следи в оба.
Несясь по коридорам в сторону больничного крыла, зельевар надеялся, что там будут нужные зелья, потому что в его коробке был лишь необходимый минимум и Драко уже скорее всего раздает его раненым.
Лазарет был пуст, но в кабинете мадам Помфри были явные следы борьбы.
Зельевар положил свою ношу на ближайшую кровать и стал спешно рыться в зельях. Горло парня распухло и приобрело синюшный оттенок. С каждой минутой Гарри было все труднее дышать. Ошейник плотно обхватывал горло парня, с каждой минутой все больше перекрывая доступ кислорода. По его краям кожа кровоточила все сильнее и сильнее.
- Что за глупый мальчишка! – прорычал Снейп, разжимая парню зубы и вливая зелье в рот, - Я же просил рот не открывать! Никаких мозгов как не было так и не будет…
Отек немного спал и Гарри задышал ровнее, дав зельевару вздохнуть с облегчением.

- Милорд? – Билл вздохнул, помогая мужчине сесть.
- Такое ощущение, что я побывал в аду, - Том потряс головой, - Что это было?
- Заклятие вечного кошмара, - усмехнулся Билл, - Снимается обычным Фините.
- Если конечно знаешь, что это именно то проклятие и того, кто его наложил. – Добавил Том.
- Да, пришлось потрясти палочку Дамблдора.
- Он мертв?
- Гарри его убил.
- А где Гарри? – Том мгновенно вскочил на ноги, оглядываясь вокруг: казалось, что ничего не изменилось… Только вот людей в капюшонах в зале прибавилось и теперь они разводили детей по гостиным под чутким руководством Драко.
- Профессор унес его… - Билл не успел договорить, а Том уже бежал прочь из зала, - В больничное крыло!
- Уизли, ты за главного! – крикнул в ответ великий Темный Лорд и прибавил скорость.
Знакомые с детства коридоры и перешептывающиеся портреты. Каменный пол и гулкий звук шагов. Бесконечные двери кабинетов и скрип передвигающихся лестниц.
Том боялся, что перепутал направления или больничное крыло перенесли в другое место.
Но вот: знакомая дверь, распахнутая настежь, стройные ряды кроватей и Гарри с бледным, почти прозрачным лицом с кровавыми разводами. Снейп, который ватным тампоном пытается хоть чуть-чуть смыть кровь с развороченного горла.
Зельевар поднял голову и встретился глазами со своим господином.
- Уизли справился быстрее, чем я думал…
- Оставь свой сарказм, - Том поморщился и быстро преодолел расстояние до кровати. – Что с Гарри?
- Слишком много болтал… Мой Лорд, ошейник нужно снять, хотя бы на время, - тихо начал профессор, - Если горло плохо заживет, а он опять начнет говорить… Второго такого приступа Гарри не пережить, он просто задохнется. Но я что-нибудь придумаю, если вы… - Том зло сверкну глазами и присел на кровать Гарри, взяв того за руку.
Темный маг неспешно провел указательным пальцем по металлу и произнес несколько слов на латыни.
Послышался легкий щелчок и Снейп аккуратно снял украшение, стараясь поменьше тревожить пораненную кожу.
- Спасибо, милорд…
- Северус, иногда мне хочется тебя заавадить.
- Я знаю… Мне нужно пойти в лабораторию, приготовить несколько зелий.
- Иди… И проследи, чтобы некоторые не наделали глупостей. Смерть Дамблдора – это еще не конец.
- Нужно настроить защиту замка… министерство может прислать Авроров.
- Я займусь этим.

Несколько часов ушло у Тома на то, чтобы навесить на замок защитные чары, еще несколько часов было потрачено на то, чтобы объяснить обитателям замка, что пока они ведут себя смирно их жизням ничего не угрожает.
Те, кто Были особенно против новой власти в Хогвартсе, были заперты, все же остальные, особенно гриффиндорцы, находились под тотальным контролем.
На тело Дамблдора наложили сохраняющие чары и оставили в одном из кабинетов нижнего этажа, наложив кучу охранных чар.
Преподавателей, на всякий случай, заперли по несколько человек, отобрав волшебные палочки.
Плененные авроры были отправлены в цитадель к остальным пленникам.
Спустя полдня авроры прибывшие из министерства попытались проникнуть на территорию школы, но были побеждены карательным отрядом во главе с Алексом Коннером и вечно спорящим с ним, Ноттом.
Мадам Помфри была освобождена и вернулась в свое больничное крыло. Она иногда вздрагивала, когда видела Темного Лорда, сидящего на кровати Гарри Поттера и держащего мальчика за руку, но после трех часов наблюдения неизменной картины, перестала даже бояться проходить мимо и поить мальчика зельями.
Том не мог проводить много времени с Гарри, но он надеялся застать тот момент, когда его любимый откроет глаза и улыбнется своей еле заметной, но такой искренней улыбкой.

- Мой Лорд, до министра дошло ваше письмо о том, что Дамблдор убит. – Том посмотрел на Снейпа, который принес ему весть, - Его труп нашли в кабинете. Он покончил с собой. Это уже просочилось в прессу.
- Видишь, Северус. Наши враги сами расчищают нам дорогу. Смерть Дамблдора тоже просочилась в прессу?
- Да. Изъять номер Ежедневного пророка уже невозможно.
- Нам это и не нужно. Делай все по плану, Северус. И подключи Люциуса Малфоя… Если он конечно согласиться. Осталось совсем чуть-чуть.
Снейп кивнул и вышел, снова оставляя Тома и Гарри наедине.
Только сейчас мужчина заметил, что глаза его мальчика открыты, а на лице прослеживается работа мысли.
- Том… - голос хриплый и очень тихий.
- Тебе нельзя еще говорить, Гарри. Профессор и так тебя еле спас. – Том попытался скрыть свою радость, так как не престало Темным Лордам поддаваться буйным желаниям, если двери открыты на распашку, а в кабинете за стенкой гремит какой-то посудой женщина.
Гарри трогательно свел брови и сжал руку, в которой маг держал его ладонь. На большее сил у него не было… Да и зачем, если и так все было понятно с полуслова, с полу звука, с еле заметного жеста и ответной улыбки.
Том поднес ладонь мальчика к своим губам, целуя каждый пальчик.
- Я…
- Молчи… - Но Гарри в ответ немного потряс головой и вздохнул через нос, как будто набираясь сил.
- Я… люблю тебя… - короткое предложение далось ему с трудом. В горле опять что-то заболело, но Гарри был счастлив, что смог произнести то, что давно уже было на его сердце и чего он долгое время не мог сказать.
- Глупый ты, - Том нагнулся и поцеловал краешек губ мальчика, - Но за это я тебя тоже люблю.


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
SquirrelДата: Пятница, 10.07.2009, 09:30 | Сообщение # 26
Посвященный
Сообщений: 47
« 9 »
Глава 9 Вместо эпилога.

POV Гарри

Иногда мне не верится, что со дня битвы в Хогвартсе прошло уже чуть больше полугода. Много за это время изменилось всего. Было и плохое, было и хорошее… И страшное, и смешное. Почти доводящее до отчаяния и погружающее в нирвану блаженства.
Но на сколько бы не были эти полгода запоминающимися, в памяти, наверное, на всегда останутся яркими воспоминания именно о битве в Хогвартсе, времени, когда я мог потерять единственное дорогое в моей жизни.
Я до сих пор иногда резко выныриваю из сна, в котором раз за разом вижу старика… Зеленый луч, вместо того фиолетового, который пропустил Том по моей вине. Я каждый раз пытаюсь успеть вовремя, но падаю не добегая и просыпаюсь в холодном поту. В таких случаях я почти всегда бужу любимого, чтобы убедиться, что он жив, что это всего лишь кошмарный сон – мое проклятие, которое не хочет оставить меня.
Том меня понимает и не ругается, даже, если на следующее утро ему предстоит важная встреча, на которой ну никак нельзя клевать носом. Его объятья дарят мне успокоение также как в дни войны… И я в который раз убеждаюсь, что я на своем месте, по-другому просто быть не может.
Наверное, так считают многие, по крайней мере профессор Снейп точно так думает. Мне кажется, что за многие годы своей жизни он впервые счастлив… Хотя его характер ни капельки не улучшился, только он теперь носит звание не летучей мыши подземелий, а злобного директора Хогвартса.
Но, наверное, ученики все-таки преувеличивают, ну или Снейп слишком хороший актер. Хотя вполне возможно, что он просто разделяет дом и работу. В этом я его понимаю: попробуй вести себя по-свински с Сириусом и проблем не оберешься.
Сириус… Наши отношения так и не стали прежними. Между нами все также есть какая-то стена, которую не ему, ни мне не преодолеть. Он по-прежнему дорог, но я уже не олицетворяю его как отца. Скорее эту позицию прочно занял зельевар, которому есть дело до всего, что происходит в моей жизни. Именно он настоял на моем окончании Хогвартса хотя бы экстерном, именно он не дает Тому приревновать меня настолько, что история Отелло и Дездемоны на фоне нашей показалась бы комедией. А Сириус… Сириус – это просто человек, с которым связаны не очень хорошие, но нужные воспоминания. Он та соломинка, которое соединяет «до» и «после».
Может быть я слишком жесток к нему? А может это действительно правильный путь? Ответа я не знаю, да и вряд ли когда-нибудь найду его.
Но все же я рад за Сириуса… Он жив, он счастлив, даже когда ругается со Снейпом по поводу извечного вопроса «ну и кто сегодня сверху?». Иногда Сириус выигрывает спор и отвоевывает себе право хотя бы на одну ночь быть активом, но это бывает редко.
Я тоже как-то попытался предложить Тому поменяться ролями, но в ответ мне предложили занять место министра магии, пока мой любимый съездит в отпуск.
На такое я пойти не мог… Как представил себе, что Том уедет в теплые страны, а я буду разгребать бесконечные бумажки и делать вид, что хоть что-то понимаю в политике…
Нет… Пусть Том сидит в своем министерском кресле и раздает приказы, у него это всегда хорошо получалось. Тем более я не могу не принимать в расчет, что за полгода Англия стала жить лучше, чем за все остальное время ее существования.
Пусть Том иногда был слишком жесток и категоричен, но это помогло восстановить мир после войны и помогало не допустить бунта сейчас.
Все двигалось и будет двигаться своим чередом, иногда подталкиваемое рукой моего мужа и его верных слуг, которых в прессе деликатно называют «доверенные лица».
В число таких лиц входит и Люциус Малфой, который полностью осознал свои ошибки и теперь трудится на благо своей страны и своего министра, чтобы снова завоевать его расположение.
Я правда не думаю, что у него это когда-нибудь получится: Том никогда не сможет до конца доверять тому, кто его когда-то уже предал. Но почему бы не пробовать? Тем более, что Люциус действительно незаменимый член нашего общества.
Другое дело Драко… Его никогда особо не интересовала политика, поэтому он со спокойной душой свалил из Англии вместе с Биллом. Не думаю, что они когда-нибудь вернуться сюда… В страну, где все пропитано воспоминаниями и кровью.
Они иногда присылают мне открытки с коротенькими записочками на обороте. А Люциус мне однажды показал их фотографии, которые они делали на разных концах света. На этих фотках, кстати, невооруженным глазом видно, что этих двух связывает намного больше, чем просто дружба… Особенно, когда сфотографированный Билл пытается схватить своего партнера по кадру за задницу. В такие моменты, Люциус обычно бледнеет и шипит что-то о наследниках. Том на это смеется и предлагает старшему блондину жениться на молодой и родить еще десять маленьких блондинчиков.
Я же, радуюсь за Билла… Он действительно выглядит счастливым, хотя ему многое пришлось пережить после войны.
Я иногда закрываю глаза и вспоминаю… Те несколько дней, полного отсутствия власти после смерти Фаджа. Именно за эти несколько дней Том прибрал всю власть к своим рукам. Маги, которые остались без двух своих лидеров, приняли его с молчанием и покорностью, заранее соглашаясь на все, потому что другого пути просто не было.
Были конечно и те, кто отказывался подчиняться, но все их попытки пресекались на корню.
На многих, кто были не согласны с новой властью были одеты ограничивающие магию браслеты. Но это пожалуй было везеньем… Особо сопротивляющихся орденовцев лишали магии полностью. Такие покидали магический мир…
Том не был жесток или не справедлив. Он не казнил не угодных и не отправлял их в Азкабан. Он давал шанс начать все сначала в мире магии или за его чертой.
Я никогда не задумывался о том, было ли это правильно, но я был согласен с Томом, что так действительно лучше… и даже проще.
А так больше ничего особо и не изменилось… Хогвартс по-прежнему принимал всех, факультеты по-прежнему враждовали и играли в квиддич. И только иногда в гостиных слизерина и гриффиндора звучали имена бывших учеников… Да маглорожденные подвергались проверке на уровень магии. Может быть поэтому их в Хогвартсе стало намного меньше? Потому что среди них волшебники с нормальным уровнем магии – это действительно большая редкость. Но это не значит, что таких детей не принимали в другие школы.
Невилл Лонгботом… Человек, который пытался всем доказать, что он имеет право играть с судьбой. Его участь оказалась незавидной даже по меркам многих. Полное лишение магии, стирание памяти и пожизненное место в больнице Святого Мунго.
Для Тома это решение было еще одним доказательством его безграничной власти.
Та же участь постигла Рона Уизли.
Билл с большим трудом пережил это, но он понимал, что это была месть, без которой невозможно было обойтись. Близнецы, которые прислали Биллу письмо после войны по этому поводу ничего не сказали. Но это было их право…
Нимфадора Тонкс была второй и последней погибшей при взятии Хогвартса. Профессор Снейп до сих пор не может простить себе, что не сдержался тогда, но изменить уже ничего нельзя.
В моей же жизни особых перемен не произошло. Только теперь у меня появился собственный стол в приемной министра, крутящийся стул и море цветочков на подставках. Нагайна спит на веселеньком диване в голубой горошек и пугает посетителей, которые должны пройти мимо нас на прием к Тому.
Ошейник, который я носил долгое время, я больше так никогда и не увидел. Том даже не помышлял о том, чтобы снова мне надеть его. Да и зачем, если я и так безоговорочно принадлежу ему.. Разумом, телом и душой.
А вскоре на безымянном пальце у меня появилось кольцо. Вполне обычное, если бы оно не было сделано в виде двух переплетенных змей, которые держали изумруд. Никаких чар на колечке не было, за исключением того, что оно отказывалось сниматься даже в ванной.
Немного неудобно, но зато я его никогда не потеряю…
Об этом ли я всегда мечтал? Наверное, ответ все-таки больше положительный, чем отрицательный.
Пусть проблемами мира сего занимаются те, кому это положено по статусу, а я буду кормить Нагайну мышами, прямо перед ждущими аудиенции у министра посетителями, поливать цветочки, которые профессор почти каждый месяц остригает на ингредиенты и валяться у Тома в кабинете на неприлично огромном диване.
Может мне когда-то это конечно и надоест, но я думаю мой Темный Лорд не позволит мне заскучать и придумает что-нибудь еще.
А вот как раз и он…
- Опять в облаках витаешь?
- Ага… Хочешь виноградинку? – с улыбкой предлагаю я, но глазами настороженно слежу за маленькой бутылочкой, которую Том осторожно держит в руках. – Это что?
- Северус только что принес по каминной сети, - сказал мой любимы так, как будто по меньшей мере получил мешок золота.
- И что это за зелье? – настороженно спросил я, на всякий случай прикидывая успею ли я смыться.
- А это, мой сладкий мальчик, проект века…
- Не нравится мне что-то цвет этого проекта.
- Да? – Том внимательно посмотрел на бутылочку, - Ну тогда тебе придется пить его с закрытыми глазами… Но чего только не сделаешь ради прогресса в зельеварении.
- Я не желаю быть подопытным кроликом профессора, - категорично заявил я, откатываясь на стуле к стене.
Том медленно обошел мой стол и навис надо мной.
- Предлагаю согласиться по-хорошему, любимый… Ведь дети – это взаимное решение.
Черт! Кажется я влип! И почему же я не убил профессора вовремя, когда еще только узнал, что он готовит зелье мужской беременности.
- Я еще слишком молод! – вставил я последний аргумент, надеясь на совесть моего любовника.
Я конечно не особо верил, что именно это зелье сработает. Снейп уже таких два сварил, а толку ноль, но рисковать мне как-то не хотелось.
Но Вот как объяснишь это Тому? Когда тебя хватают и перекидывают через плечо и как невинную жертву варвара тащат в свое логово.
- Ааааа! Я против! Отдай мою палочку! Убери руки! Аааа! Я не буду это пить!
Что ж… Голосить можно до бесконечности…
Все-таки я убью Снейпа… И Сириуса, которому срочно захотелось сыночка или дочку, но обязательно от своего мужа директора Хогвартса – Северуса Снейпа.
- Может хоть на диван перейдем? – сдастся – это не значит проиграть! – А то мне что-то в спину впивается. И попить дай, а то у этого зелья жутко противный вкус…
Я никогда не сдамся Том Реддл, но я всегда подыграю тебе, потому что ты всегда мне будешь нужен… Даже больше воздуха.

The end


Никогда не бойся делать то, что ты не умеешь. Помни, ковчег был построен любителем. Профессионалы построили "Титаник"

 
Форум » Хранилище свитков » Архив фанфиков категории Слеш. » Безмолвие (ГП/ТР NC-17 роман, закончен)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск: