Армия Запретного леса

Среда, 30.09.2020, 12:46
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » "Другая История (Попаденец из далекого прошлого в тело ГП)" (Гет, Джен, Юмор ( добавлен эпилог, фанфик закончен))
"Другая История (Попаденец из далекого прошлого в тело ГП)"
ShtormДата: Понедельник, 03.11.2014, 06:38 | Сообщение # 61
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Вот это да. Очень даже замечательный фанф


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
kovalДата: Вторник, 04.11.2014, 12:30 | Сообщение # 62
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 45. Луна.

Почему-то именно в этом году мы не могли найти свободное купе. Причем искали его мы с Невиллом. Гермиона стала старостой Гриффиндора, поэтому находилась в специальном вагоне, причем ее мы загрузили первой, а потом направились с Сириусом к другому вагону.

На перроне мы встретили семью Уизли. Моли сразу же подскочила к нам.

— Гарри, что произошло? Почему ты не ответил на приглашение провести у нас остаток лета? Рон говорит, что ты отдалился от нашей семьи, завел какие-то шашни с представителями Слизерина…

— Молли, извини, но это я виноват в том, что Гарри провел это лето исключительно со мной, — прервал женщину Сириус. – Я хотел больше времени провести с крестником. По-моему, это нормальное желание, не находишь? Что касается слизеринцев, Регулус тоже учился на этом факультете, и что, мне нужно отречься от брата?

— Сириус, ты не правильно меня понял...

— Я понял тебя абсолютно правильно, и я предоставляю Гарри возможность поступать так, как он считает нужным, чтобы он избежал тех ошибок, которые в свое время совершил я сам.

— Но… Хорошо, а что ты ответил Альбусу насчет его просьбы?

— А разве он вам не сказал? Я ответил – нет. Нет, я больше в эти игры не играю, — Сириус покачал головой. Я удивленно посмотрел на него. В последнее время он был собран и целеустремленно готовился вместе с Люпином к поездке в поселки оборотней. Места, где волки живут обособлены. Они практически не контактируют с людьми, выбираясь только для того, чтобы заработать денег, выполняя кратковременные контракты. Сейчас же крестный больше напоминал того несколько потерявшегося неврастеника, с которым я когда-то познакомился. Я просто не мог не восхититься его игрой на публику.

— И чем ты собираешься заниматься? – поджав губы, продолжала свой допрос Молли.

— Сейчас провожу Гарри, и отправлюсь в путешествие. Я никогда не был на материке, думаю, мне будет полезно поваляться на пляжах и побродить по старым улочкам. Мой целитель сказал, что мен будет полезно развеяться, — о как, оказывается, Сириус от целителя не вылазит. Нужно будет уточнить, может быть, целитель живет вместе с нами? Чтобы не попасть в неудобное положение, если вдруг кто-нибудь поинтересуется. И потом, разве Турция не находится на материке? Что-то Сириуса заносит.

— Крестный, — я привлек внимание Блэка, пока он не заврался. – Поезд уже скоро отходит. Мне как-то не хотелось бы его догонять.

— Да-да, пошли, я тебе помогу сундук занести. До свиданья, Молли, — и Сириус подхватил мой багаж и направился к входу в один из вагонов.

— Гарри, идите сюда, — раздался голос Невилла, который стоял возле соседнего вагона и махал рукой. Рядом с ним стояла представительная пожилая дама.

Сириус тут же изменил направление и направился к Лонгботтомам.

— Здравствуйте, Августа, — раскланялся он с дамой и просто закинул мой сундук в вагон. Помог нечего сказать. Я переглянулся с Невиллом и хихикнул.

— Ты хорошо выглядишь, Блэк. Вижу, что ты пришел к согласию сам с собой. Когда-то ты доставил много переживаний своей матери.

— Я исправился, — Сириус ослепительно улыбнулся даме, — рад буду видеть вас в своем доме. Думаю, маме тоже будет приятно встретиться с кем-то, кто более близок ей по духу, чем мы.

— Вальбурга все-таки оставила волшебный портрет? – крестный кивнул. – Я с удовольствием навещу вас. Признаюсь, мы с твоей матерью не ладили в свое время, но две старые перечницы всегда смогут найти общий язык.

— Бабушка, мы опоздаем, — привлек внимание Августы Невилл.

— Значит, ты и есть Гарри Поттер? – она повернулась ко мне, а я наклонил голову в знак приветствия. – Ты не похож на Джеймса, не понимаю, почему все решили, что ты его копия? Волосы только, да телосложение. Поттеры все мелкими были, — я прикусил губу, чтобы не рассмеяться. Они с Вальбургой точно общий язык найдут.

Невилл без личных разговоров потащил меня в вагон, помахав Августе на прощанье.

— Уф, мне даже жаль твоего крестного. Бабушка любого может довести до белого каления.

— А мне она понравилась, — я все еще улыбался.

— Ты странный. И нравятся тебе странные люди: Снейп, Малфой, Гермиона, моя бабушка, я сам, наконец, — Невилл покачал головой, и, подхватив свой сундук, направился из тамбура в вагон.

Я поспешил за ним, пытаясь понять, что Невилл имел в виду, говоря о моей странности.

— Кстати, а где Малфой? – я догнал Невилла, и заглянул в очередное купе. Несколько девичьих лиц повернулись в мою сторону, и, узнав меня, девушки захихикали. – Извините, — пробормотал я, захлопнув дверь.

— Он старостой Слизерина назначен. А у нас Рон.

— Понятно, — я кивнул и мы, пройдя мимо очередного переполненного купе, вошли в следующий вагон.

В первом же купе, куда мы заглянули, оказалась белокурая девушка, сидевшая в одиночестве.

— Извини, ты здесь одна? – девушка оторвалась от чтения какого-то журнала и кивнула, — можно мы здесь разместимся, а то что-то свободного купе, похоже, в этом поезде больше нет.

— Конечно, проходите, — она отложила журнал на сиденье, и внимательно посмотрела на меня. – А я тебя знаю, ты – Гарри Поттер, — ее голос звучал несколько рассеянно, а еще я заметил, что девушка пытается не смотреть мне в глаза.

— Все знают, что я – Гарри Поттер, а вот я такой осведомленностью насчет тебя похвастаться не могу. Я размесился на соседнем сиденье. Невилл плюхнулся рядом.

— Я Полумна Лавгут, можно просто Луна. Я на четвертом курсе учусь в Ровенкло, — сказав это, девушка как будто потеряла к нам интерес и снова уткнулась в журнал.

— Ты в курсе, что держишь журнал неправильно, — вдруг спросил Невилл.

— Я правильно его держу, а вокруг тебя много мозгошмыгов летает, тебе нужно как-то прогнать их.

— Что? О чем ты говоришь? – Невилл озадаченно уставился на девушку, а у меня вдруг появилась какая-то странная мысль.

— Скажи, Луна, а кто из преподавателей тебе нравится больше других? – мысль не давала мне покоя, и почему-то мне было просто необходимо выяснить подробности.

— Это, наверное, покажется вам странным, но уроки у профессора Снейпа мне нравятся больше всего, хотя его сложно назвать приятным человеком.

— А почему?

— Почему его нельзя назвать приятным человеком? Это у меня спрашивает Гарри Поттер?

— Нет, почему тебе нравятся зелья?

— Я не говорила, что мне нравятся зелья, я говорила, то люблю посещать уроки профессора Снейпа, — девушка посмотрела на меня и быстро отвела взгляд.

— И что именно тебе нравится на уроках профессора? – я практически уверился в своих подозрениях, но нужно было убедиться.

— Там тихо.

— Понятно, — я улыбнулся и сосредоточился на окклюменции.

— О, а твои мозгошмыги спрятались, — Луна улыбнулась.

— Я с ними договорился, — в этот момент дверь в купе распахнулась и на пороге появилась раздраженная Гермиона.

— Рон, я тебя по-хорошему прошу, оставь меня в покое! – увидев меня, девушка выдохнула с облегчением и просто упала рядом, сжав мою руку своей.

— Уизли, ты или заходи, или подвинься, — из-за спины рыжего, раздался голос Малфоя. Рон что-то неразборчиво пробурчав, отошел от двери, окинув нас всех неприязненным взглядом.

— Нашли где расположиться, с Полуумной Лавгут, — и Уизли быстро пошел дальше по коридору, размахивая руками. Я нахмурился, но увидев промелькнувшую жалость в глазах севшего рядом с Луной Драко, я решил прояснить ситуацию ребятам, потому что они явно не понимали с чем имеют дело.

— Луна, извини, но я сейчас немного поколдую, нам нужно кое-что между собой прояснить. Драко перебирайся сюда, — встал, освобождая свое место, и устраиваясь прямо на полу. Затем, убедившись, что Луна пожала плечами и снова подняла свой журнал, я достал палочку и создал зону неслышимости.

— Хорошие чары, старые? – деловито поинтересовалась Гермиона.

— Как не странно, но нет. Мне их профессор Снейп показал, подозреваю, что он сам их и создал. Единственный минус – их легко обнаружить, но для вот таких случаев подойдет. Собственно, зачем я их наложил. Почему Луну называют полуумной?

— Об этом все в курсе: все эти мозгошмыги, серьги в виде редисок, вид, будто она заблудилась на этой планете… — начал Драко. Иногда его осведомленность о многих учениках меня пугала. Думаю, что именно этого Малфоя ждет большое будущее, если все пойдет как надо, и он не будет ввязан ни в чью междоусобицу.

— За всех не говори, я вот, например, не знаю, — перебил Драко Невилл.

— Я тоже не в курсе, — я задумался, интересно, почему наставники это глумление допускают? – Ладно, а все курсу известно, что эта девочка уникальна? Что все ее мозгошмыги произошли от того, что она врожденный легилимент?

— Как это? – Гермиона нахмурилась.

— Так. Она… э-э-э, — я, наконец, нашел слово, которое могло соответствовать Луне. Правда, оно было взято мной из маггловского лексикона, но, надеюсь, ребята меня пойдут. – В общем, грубо говоря, она как антенна, настроенная на других людей. Но, судя по всему, защите ее никто не учил. Девушка живет в постоянном шуме. Заткнуть мысли людей невозможно. Отсюда все эти мозгошмыги, чтобы с ума действительно не сойти.

— Значит, она абсолютно нормальная, только обладает уникальными магическими способностями? – Драко посмотрел на Луну с куда большей благосклонностью и явной заинтересованностью.

— Конечно она нормальная. Никто не позволил бы ей учиться в такой большой школе как Хогвартс в ином случае. Сумасшедшие это даже не оборотни, их раз в месяц не спрячешь, одной Пресвятой деве известно, что может придти им в голову в следующий момент.

— Понятно, почему ей на уроках Снейпа нравится, — хмыкнул Невилл. – На этих уроках ученики думают чаще всего только об уроках, а самого Снейпа она не слышит.

— Да, скорее всего, так оно и есть. Гермиона, что у тебя с Роном произошло?

— Уизли оценил ее новую прическу, и общее более ухоженное состояние и решил возобновить отношения на несколько другой основе, — ответил, вместо поджавшей губы почти как Вальбурга Гермионы, Драко.

— Так, с этим после разберемся, — я невольно нахмурился, — пора возвращаться к нашей очаровательной спутнице.

— Гарри, я тут подумал, нам нужно окклюменцию изучать, — вдруг пришел к какому-то выводу Невилл.

— Я плохо владею легилименцией, но я давно хотел попросить профессора Снейпа позаниматься с нами индивидуально, только постоянно забывал у него спросить. Теперь уже не забуду, да и насчет Луны нужно будет спросить. Хотя этой проблемой должен ее декан заниматься, но раз уж все пущено на самотек… попробовать-то попросить можно, а то девчонка окончательно в мир мозгошмыгов уйдет. Не хотелось бы, девушка-то по виду славная.

Я убрал заклятье и кивком предложил Драко убраться с моего места.

Тот усмехнулся и, встав, послал Гермионе воздушный поцелуй, за что получил удар по ноге от девушки. Я же ограничился тем, что показал ему кулак.

— Они меня не ценят, видишь, Луна? – Малфой сел снова рядом с Полумной и, немного придвинувшись, начал рассказывать ей про то, какие мы все плохие.

— Ты же на самом деле так не думаешь, — девушка нерешительно улыбнулась парню. Казалось, она была удивлена тем, что с ней вообще начали разговаривать, да еще и на такие странные темы.

— Не думаю, — согласился Малфой, — но это не мешает вот этим личностям не ценить такого замечательного парня как я.

— Скромность всегда отличала Малфоя и была самой первой его добродетелью, которая бросилась мне в глаза с первого взгляда на него, — Гермиона привалилась ко мне, а я обнял ее за плечи. – Ты, Луна, не обращай на этого клоуна внимания. А ты, Малфой, перестань пудрить девушке мозги и пошли выполнять наши обязанности старост, — она неохотно поднялась и направилась к выходу из купе.

— Вот видишь? Я даже не преувеличивал, — Драко встал и одернул мантию. – Но, я еще сюда вернусь.

— Луна прониклась и уже подумывает о том, чтобы сменить купе. Пошли уже, — старосты вышли в коридор, а сидящая напротив нас девушка улыбнулась на этот раз совершенно искренне.
 
kovalДата: Среда, 05.11.2014, 20:46 | Сообщение # 63
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 46. Тренировки

Я что-то упускал, точнее, что-то забыл, и из-за моей забывчивости никак не получалось выстроить стройную картину произошедшего.

Значит так: Альбус Дамблдор закончил Хогвартс, где был очень популярен, и у него было много друзей с разных факультетов. Сейчас нельзя было сказать наверняка, случайно или намеренно, но все эти друзья представляли собой отпрысков обеспеченных и родовитых семей. Как Альбус учился в школе, было неизвестно: его личное дело было уничтожено, а современников, учившихся вместе с ним, практически не осталось в живых. Хотя, скорее всего – это неважно. Затем было знакомство с Гриндевальдом, и смерть матери. Или вначале была смерть матери? Батильда говорила, что Альбус чувствовал себя одиноким, когда в его жизни появился Гриндевальд. Что я забыл? Что? Это важно, я чувствую, но вспомнить не могу.

Девичьи руки обняли меня сзади за плечи.

— Опять думаешь?

— Приходится, — я сжал маленькую ладошку, — иди ко мне.

— После таких провокационных предложений ты будешь вынужден на мне жениться, — Гермиона тихо рассмеялась. Она все еще думала, что такие разговоры – это шутка.

— Да я и не против, — я вытащил девушку из-за своей спины и подтащив к дивану усадил рядом с собой. Она некоторое время сопротивлялась, а затем затихла, положив голову мне на плечо. – Ты в последнее время носишь именно эту прическу.

— Она мне нравится, правда, у меня никак не получается уложиться в три шпильки, чтобы ее закрепить.

— В каждом деле должен быть опыт, — я поднял вверх указательный палец, а Гермиона снова рассмеялась. – Скоро мне на отработку идти.

— Странно, что ты один туда ходишь, нам тоже нужно чему-нибудь научиться, особенно учитывая наличие такого замечательного преподавателя, как Амбридж. Не понимаю, как ты ее терпишь, все эти: «Мистер Поттер, вы что-то имеете против проводимых занятий?».

— Я не обращаю на эти провокации внимания, к тому же, у нее нет ничего, что могло бы поставить под сомнение мою лояльность.

— Но она ничему нас не учит, — немного капризно произнесла девушка. Это было так забавно, что я невольно хмыкнул.

— Можно подумать, другие профессора нас чему-то учили.

— Но в этом году СОВ! – вскрикнула Гермиона

— Я помогу тебе, если ты только об экзаменах переживаешь. Я их уже один раз сдавал.

— Все равно, она меня очень сильно раздражает.

— Не обращай внимания.

— Тебе легко говорить, ты непробиваемый.

— Это плохо? – я обнял ее за плечи.

— Это непривычно.

— Ты ошибаешься, я очень несдержанный и вспыльчивый, но у меня есть мозг, который утверждает, что в ситуации с профессором Амбридж, лучше придерживаться нейтралитета, зачем нагнетать обстановку? К тому же… — я замолчал, и задумался.

— Что? – девушка сбросила туфли, и забралась на диван с ногами.

— Понимаешь, это вопрос умения использовать все сказанное человеком против него самого, инквизиторы владели подобным искусством в совершенстве, но и нам немного перепало, как метод изучения потенциального врага. От Амбридж очень легко избавиться, и, если она продолжит свою недальновидную политику, я, пожалуй, воспользуюсь полученными когда-то, хоть и обрывочными, но знаниями, о которых здесь, похоже, мало кто имеет представление.

— Это звучит нереально, как можно повернуть все ее разговоры против нее самой?

— Гермиона, давай ты оставишь это мне, — я улыбнулся. – Лучше скажи, как тебе удалось такую походку за такое короткое время развить?

— Вот об этом не спрашивай, — девушка закатила глаза, – пятнадцатисантиметровая шпилька, как оказалась, творит чудеса. Чтобы не навернуться, особенно с лестницы, приходилось просто чудеса эквилибристики демонстрировать, зато результат мне нравится. Сейчас с такой осанкой мне подходят практически все наряды.

— А вы не лишены тщеславия, мисс Грейнджер, — поддразнил я девушку. – Рон опять пытался навязать тебе свое присутствие?

— Ерунда, когда ты уходишь, со мной всегда рядом находится Невилл.

— Если Уизли не успокоится, придется что-то делать.

— Гарри, Рон не выходит за пределы попыток каких-то дремучих ухаживаний, так что, я прошу тебя, прояви чудеса своей выдержки, которые ты демонстрируешь в присутствии Амбридж.

— То, что ты просишь, не вяжется с моим представлением о поведении мужчины, — ответил я довольно сухо. – Так что мне нужен только повод. Я никому не позволю так открыто оказывать знаки внимания моей девушке.

— А я твоя девушка? – Гермиона выпрямилась и заглянула мне в глаза.

— Если только ты сама этого хочешь.

— Гарри, — она не ответила, но снова устроилась поудобней, избрав сейчас в качестве подушки мою грудь. – А у тебя была девушка?

Я прекрасно понял, что она имела в виду прошлое моей сущности. Про Гарри Поттера она и так знала практически все.

— Нет. Невесты у меня не было.

— А…

— Тсс, — я приложил палец к ее губам. – Мне было не шестнадцать лет, когда я попал сюда, — я наклонился к ее уху и теперь говорил шепотом. – Никогда не задавай такие вопросы мужчине. Что бы ни было прежде, нужно сосредоточиться на том, чтобы в будущем оставалась только ты одна.

— Ты шовинист.

— Я мужчина, — я осторожно отодвинул девушку и поднялся. Нужно было идти на занятие к профессору Снейпу.

* * *

Вообще, на этот раз нарваться на эту самую отработку было до неприличия просто. Профессор Амбридж решила, во что бы то ни стало, оставить меня после уроков. Зачем ей это понадобилось, оставалось только догадываться, но повод она нашла совершенно смешной:

— Мистер Поттер, вы не законспектировали второй параграф, — профессор догнала меня уже в коридоре, после окончания урока чтения, в который превратился урок ЗОТИ. Я попытался указать ей на то, что она не давала задание что-то конспектировать. – Вы еще и пререкаетесь? Сегодня в семь часов в моем кабинете на отработке мы поучимся с вами вежливости.

— Это совершенно невозможно, Долорес, — холодный голос наставника заставил ее подпрыгнуть. – Поттер хамит не только вам. Но, так уж получилось, что передо мной он проштрафился раньше, так что сегодняшний вечер он проведет именно у меня.

— Тогда завтра…

— И завтра, и послезавтра, Поттер ангажирован на чистку котлов до конца месяца. Но это в том случае, если он будет в последующем хорошо себя вести.

— Я это так не оставлю, Северус!

— Я не понял, Долорес, вы сейчас возмущены тем, что я так сурово наказал Поттера, или вас возмущает мягкость наказания? – он выжидающе посмотрел на покрасневшую Амбридж. Женщина пыталась подобрать достойный ответ, но почему-то не могла. Вообще это было бесперспективно. Переспорить наставника на моей памяти не мог никто. Разве что директор, пользуясь своим авторитетом, просто иногда его затыкал.

Таким образом, каждый вечер я направлялся в подземелья, чтобы затем спуститься в ритуальный зал. Занимались мы дуэлингом, и только им.

В первый же вечер профессор, войдя внутрь, снял с себя мантию, оставшись только в рубашке и брюках.

— Гарри, я отдал медальон неуравновешенному, как и его хозяин, эльфу Блэка. Он пустой. Значит первая часть ритуала прошла успешно. Все крестражи освобождены и сейчас Лорд обладает тем, что осталось от его души в полном объеме. Змея, правда, сдохла. Не выдержала операцию изъятия из нее осколка души.

— Лорд заключил один из осколков в змею?

— Получается, что да. Он рвал и метал, подозревал диверсию. Досталось всем, — наставник поежился. Значит, ему досталось не меньше, чем другим. – Но дело не в этом. Сколько тебе понадобиться времени, чтобы осуществить второй этап, и избавить, наконец, этот мир от Темного Лорда?

— Я могу подготовить все здесь. Мне нужно будет только встретиться с ним. Нужен будет зрительный контакт не менее десяти секунд. А потом не менее двух минут до того времени как заклинание подействует. Это ритуалистика, а она не мгновенного действия, — я пожал плечами, как будто извиняясь.

— Я примерно так и думал. Причем, ты не можешь уйти в эти две минуты, нужно будет убедиться, что все прошло как надо. А кроме тебя сделать это будет некому. Поэтому наша задача дать тебе эти две минуты, чтобы ты выжил. Я знаю любимые заклятья Лорда. Сам я тебе помочь не смогу, — он дотронулся до предплечья. Понятно, метка. – Но я могу потренировать тебя, чтобы ты знал, с чем имеешь дело. Это помещение экранировано от защиты Хогвартса?

— Не полностью. На совсем уж темное извращение чары среагируют, но те, что называют непростительными, скорее всего, пропустят.

— Ну, Аваду я использовать не буду, но ты не должен ее исключать, а все остальное относится к условно темным. Приступим.

* * *

Сегодня было третье занятие. Процесс несколько тормозился тем, что когда я применял какое-нибудь неизвестное профессору заклятье, чаще всего из разряда стихийных, он прекращал дуэль и требовал от меня полный и подробный отчет по данному заклятью. Надо отдать ему должное, если мне встречалось что-то незнакомое, то процесс повторялся, только на этот раз объяснял он.

Вообще, такой способ подачи информации меня более чем устраивал. Я выпускал пар, который скапливался во мне из-за постоянных и необоснованных нападок Амбридж, чем дальше, тем мне все более сложно было называть эту женщину профессором, а также из-за повышенной заинтересованности Роном Гермионой.

— Акселитус, — щит, который до этого сдерживал летящие в меня заклятья, с негромким звоном рухнул, не выдержав нагрузки, а увернуться я не успел.

Упав на пол, я хватал ртом воздух, пытаясь протолкнуть в горевшие легкие хоть немного кислорода.

— Фините, — наставник подошел ко мне и протянул флакон с восстанавливающим зельем. Он начал приносить с собой различные зелья, чтобы ситуации подобные этой не повторялись. – Ты слишком рассчитываешь на свой щит. Он мощный, но у каждого щита есть свой предел. Никогда не забывай об этом.

Я кивнул и поднялся. Выиграть у профессора мне удавалось один раз из четырех попыток, но я считал, что это неплохой результат. К тому же, мы не использовали по настоящему смертельные заклятья, так что точную статистику назвать было сложно. Но в скорости он меня обыгрывал на раз.

— На сегодня хватит, — профессор поднял мантию и одним движением палочки застегнул весь бесконечный ряд пуговиц.

— Профессор, а не могли бы такие же отработки получить Невилл, Гермиона и Драко? И еще, не могли бы вы позаниматься с Луной?

— Насчет первой троицы – нет проблем, заработать отработку Лонгботтому гораздо проще, чем чихнуть. Что касается Лавгуд, мой ответ нет. Я не могу вмешиваться в подобные дела студентки не моего факультета, это вопрос этики, но я могу поговорить с Филиусом, чтобы он, наконец, занялся девочкой.

— Ну, хоть так, — я надел свою мантию, и мы вышли из комнаты.

Когда мы уже приближались к кабинету зельеварения, то увидели Луну, которая целенаправленно куда-то шла. Она нас не замечала, а я вдруг увидел, что она босиком.

— Это должно быть здесь, — пробормотала девушка и подошла к одной из ниш. Пошарив в ней рукой, она вытащила свои ботинки. – Ну вот, я так и знала, что нарглы меня не обманывают. – Она быстро надела ботинки, улыбаясь при этом.

Я замер, и украдкой посмотрел на наставника. Тот прищурившись смотрел на Луну. В его взгляде не было жалости. Только плохо скрываемое бешенство.

— Лавгуд! – рявкнул профессор, а девушка вздрогнула и удивленно посмотрела на нас, только заметив, что находится в коридоре не одна. Я в последнее время практически постоянно применял окклюменцию, а для наставника жить в окклюминационном вакууме было так же естественно, как дышать, так что девушка просто нас не «слышала». – Быстро в мой кабинет!

Луна немного испуганно посмотрела на профессора и быстро пошла за ним, а я улыбнулся. Этика или нет, но профессор, скорее всего, займется ею. Как же удачно сегодня все сложилось.

Я направился к выходу из подземелий, когда невдалеке раздался вскрик, неразборчивая ругань и четко слышимый звук пощечины.
 
БарсикДата: Четверг, 06.11.2014, 04:32 | Сообщение # 64
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Бедная Амбридж мне её почти жалко smile хотя и не сильно smile
Автору большое спасибо за продолжение !!!!
 
kovalДата: Четверг, 06.11.2014, 22:38 | Сообщение # 65
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 47. Шутка




Как же глупо получилось, Пресвятая дева. Я разглядывал в зеркальце впечатляющий по своим размерам синяк, украшающий левую половину моего лица, и мог только чертыхаться сквозь зубы, пока Гермиона делала мне примочки с настойкой бадьяна. Самое паршивое заключалось в том, что этот синяк нельзя было свести магией из-за того, что он при помощи магии был получен.

— Придурки, — процедил я сквозь зубы, бросая злобные взгляды на близнецов.

— Тебе нужно было сначала все проверить, прежде чем выбегать в коридор, — Гермиона снова приложила марлевый тампон смоченный настойкой к моему лицу.

— Ты кричала, к тому же, звук пощечины…

— Сколько раз мне еще извиниться, особенно перед Малфоем? Это произошло случайно!

— Я знаю, видел последствия, — я хихикнул и тут же ойкнул, поборов желание схватиться за щеку.

— Это не смешно, между прочим!

— Я знаю, но это действительно смешно, — Гермиона нахмурилась, а я поморщился, когда она отняла руку от моей щеки.

— Больно? — девушка сразу же перестала хмуриться и снова потянулась к настойке.

— Больно, — я закатил глаза и начал тщательно симулировать адскую боль. Хотя на самом деле было скорее обидно.




* * *




Вскрик, глухая ругань и звук пощечины, который сложно было с чем-то перепутать, заставили меня побежать в направлении этих звуков. Я узнал голос Гермионы, поэтому за пару секунд навоображал себе невесть что. Зная, что сегодня очередь старост Гриффиндора патрулировать коридоры нижних этажей Хогвартса, первая мысль была о том, что Рон решил перейти от «дремучих ухаживаний» к конкретным действиям. Наверное, я еще не совсем остыл от схваток с наставником, потому что бросился вперед не раздумывая. Я буквально взлетел по лестнице, ведущей вверх, и завернул за угол, попав в небольшой узкий «тамбур», который дальше расширялся, образуя коридор первого этажа. В этом «тамбуре», прислонившись к стене и цепляясь за держатель факела, стояла Гермиона, а на полу лежал Драко и, ругаясь, пытался встать, но у него ничего не получалось. Через секунду я понял, почему Малфой не может подняться.

Пол в коридоре был покрыт тонким слоем магического льда. Он был очень скользкий, в чем я убедился сразу же, как только наступил на это безобразие. Пол ушел из-под ног, и я, не сумев хоть как-то сгруппироваться, упал, приложившись головой о гладкую, но не ставшую от этого менее твердой, поверхность.

— В нашем полку прибыло, — простонал Драко, прекратив все попытки встать. Теперь он просто лежал, раскинув руки и разглядывая потолок.

— Что случилось? — я с трудом поднял голову и заметил, что, похоже, рассек бровь, так как кровь капала на лед довольно бодро. Боли я не чувствовал, но головокружение было настолько сильным, что Гермиона у меня в глазах двоилась.

— Фред с Джорджем заявились в гостиную и начали хвастаться, что устроили слизеринцам сюрприз. Еще они говорили, что было бы очень здорово, если бы декан Слизерина попался в эту ловушку. Я пошла проверить, по дороге встретила Малфоя, он тоже сегодня дежурил только на более высоких этажах. Я даже представить себе не могла, что шалости могут перерасти в подобную мерзкую отвратительную шутку!

— Не ори, Грейнджер, в отличие от нас ты стоишь на ногах, — Драко продолжал говорить, обращаясь к потолку. — Если ты сейчас аккуратно пройдешь в какую-нибудь сторону, то сможешь позвать на помощь одного из преподавателей. Хотя нет, стой на месте, иначе мы будем валяться втроем.

— Мы можем колдовать? — я слегка приподнялся на руках, которые тут же поехали в разные стороны и огляделся. Полоса льда была неширокой, но с высоты нашего положения казалась непреодолимой.

— В этом и состоит фокус, что нет, — Гермиона чуть не плакала, остро ощущая свою беспомощность, а мне захотелось удавить всех Уизли, которых я только знал. — Это похоже на те чары, что были в погребе, только ограниченные самим льдом.

— То есть, пока мы находимся на этом проклятом льду, мы беспомощнее маггловского младенца?

— Очень точное определение, Гарри, — Драко потянуло на философию. — Только у младенца есть перед нами преимущество: он может закричать и к нему тут же прибежит мамочка. Мы такой роскоши лишены, к тому же уже был отбой, а слизеринцы очень законопослушные, после отбоя никто не выходит из гостиной.

— И почему же? — скептично поинтересовалась Гермиона, крепче вцепляясь в держатель.

— Ой, Грейнджер, ты же нашего декана знаешь. Я однажды, на первом курсе, почему-то решил, что личное знакомство с «дядей Севом» дает мне негласное разрешение на некоторые вольности. В итоге я патрулировал Запретный лес ночью с Поттером, а потом перечистил дюжину котлов, в награду, так сказать.

— За что? Ты же отработал свое наказание, — Гермиона смотрела на меня, закусив губу. Видимо кровь, которая продолжала капать с моего лица очень ей не нравилась.

— За глупость и за то, что попался, — отрезал Драко. — Но, я говорил это к тому, что мы имеем все шансы здесь заночевать.

— Луна!

— Что Луна?

— Луна сейчас находится в кабинете профессора. Видимо, Уизли решили так пошутить уже после того как она спустилась в подземелья. Наверняка профессор Снейп ее проводит, да и не станет задерживать долго. Но даже если Луна пойдет одна, нужно как-то ее предупредить, чтобы она на этот каток не угодила.

— Ничего, она за милю услышит истеричные вопли, которые сейчас вертятся в наших головах и будет действовать осторожно, — неуверенно предположила Гермиона.

— Мы сейчас об одной и той же Луне говорим? — Драко перевернулся на бок. Все-таки лед был холодный, и лежать на нем в одном положении долго просто не представлялось возможным.

— Вы мне лучше скажите, кто кого ударил? Я слышал звук, похожий на пощечину, тогда и поспешил сюда, — я попытался встать на четвереньки и попытаться передвигаться таким образом, но ничего не получилось, я все равно скользил по гладкой поверхности. Тогда я попробовал ползти — результат был тот же, я просто барахтался на одном месте.

— О, я понял ход твоих мыслей, но, уверяю, я был с твоей подружкой вежлив и тактичен до тошноты. Я прекрасно помню, как ты фехтуешь, и получить полметра железа в свое тело я совершенно не намерен. А вот тебе стоит подумать, прежде чем продолжать отношения с этой ведьмой, которая любит руки распускать.

— Малфой, может, хватит? Я уже извинилась, — на глазах Гермионы все-таки показались слезы. — Гарри, мы ждали какую-то гадость, но не думали, что она будет настолько масштабной, поэтому шли мы медленно, и не упали сразу. Этот лед, он был невидимый, и стал заметным только тогда, когда мы на него наступили. Мы сразу же поехали, и я закричала, а потом, пытаясь сохранить равновесие случайно, слышишь, Малфой, случайно махнула рукой, ну, и попала Драко по лицу.

— Пока ты махала руками, пытаясь ухватиться за воздух, я практически обрел то самое вожделенное равновесие, и практически уже стоял у стены! А вот когда ты мне зарядила пощечину, я упал!

Я перевернулся на спину и вытер кровь рукой.

— Гарри, у тебя все лицо в крови, — жалобно протянула Гермиона и уже захотела отпустить свою опору, но я покачал головой.

— Это не страшно, — в голове шумело, — я убью Уизли!

— Я тебе помогу, — процедил Драко.

— Меня интересует только один вопрос: где Рон? Вы должны были патрулировать вместе. Почему ты сейчас здесь, его я что-то не наблюдаю, — я обращался к Гермионе, пытаясь побороть злость на рыжее семейство.

— Он не захотел идти, — тихо сказала Гермиона.

— Я убью Уизли, — сказал я в потолок.

— Я тебе помогу, — решительно повторила слова Драко Гермиона.

— Пока мы здесь лежим, может, ты мне скажешь, Драко, что Амбридж от меня надо?

— О, отец писал мне про эту дамочку. Ее прислало Министерство. Понимаешь, сейчас там идет практически война между нашим директором и министром Фаджем. Причем, директор без зазрения совести говорит всем, что Гарри Поттер, безусловно, примет его сторону в любом споре. А так как Гарри Поттер весьма знаменитая личность, то сможет набрать сторонников, не выходя из класса. Так что Амбридж выполняет здесь несколько функций: ищет компромат на директора, пытается очернить Гари Поттера, который никак не хочет очерняться, — Драко хихикнул, — а также пытается еще больше снизить качество получаемого образования. Хотя, куда уж хуже?

— Я не понимаю, как ученики Хогвартса учатся дальше, после окончания школы? — я решил прояснить все вопросы, на которые у меня не было ответов, пока было столько свободного времени.

— Никак. Насколько я знаю, только школа Авроров чему-то дополнительно учит. Остальные сразу же устраиваются на работу, согласно оценкам, полученным за ЖАБА и СОВ. Уже в процессе работы, кто поумнее чего-нибудь выучит, а нет, так и остается бестолочью. Самые продвинутые ищут Мастера и проходят у него ученичество, но это сейчас редкость. Во-первых, Мастера очень неохотно берут учеников, а во-вторых, сами бывшие ученики не хотят учиться дальше.

— А ты? Что ты планируешь делать после школы?

— Как это что? Я надеюсь, что вся эта заваруха с Темным Лордом к тому времени завершится, а потом пойду учеником. У меня есть знакомый Мастер, который не откажется меня учить, — Драко недолго подумал, — я надеюсь, по крайней мере, на это.

Мы замолчали. Я почувствовал, что начинаю замерзать. Начало клонить в сон.

— Гарри, Гермиона, что вы здесь делаете? — голос Луны вывел нас из дремы. Девушка стояла на самой границе ледовой ловушки и с удивлением нас рассматривала.

— А где: «Драко, ты тоже здесь, в этой странной компании в таком унизительном положении, но я рада тебя видеть»? — Малфой встрепенулся и теперь смотрел на Луну, неудобно вывернув шею.

— Луна, только не наступай на эту блестящую дрянь, на которой мы находимся, — предупредила девушку Гермиона.

— Мне позвать профессора Снейпа, или подождем профессора Флитвика? Профессор Снейп связался с ним через камин и попросил меня встретить, у него самого какой-то эксперимент начал нуждаться в его присутствии. Мы немного задержались, он мне сначала лекцию долго читал, только я не поняла, кого он ругает: меня, моего папу, или профессора Флитвика. А потом мы немного позанимались окклюменцией.

— Ну и как, мозгошмыгов меньше стало?

— Меньше, — Луна хихикнула. — Когда людей мало, например, как сейчас, я практически не слышу этот бесконечный гомон.

— Это хорошо, интересно, а когда профессор Флитвик…

— Мерлин великий, кто это здесь устроил? — декан Луны быстро семенил по коридору, направляясь к нам. — Добротные чары, но очень-очень злая шутка. Так кто это сделал?

Мы переглянулись и промолчали.

— Мы не знаем. Гермиона и Драко патрулировали коридоры, а я возвращался с отработки у профессора Снейпа, когда мы попали в эту ловушку, — я, наконец, решился высказаться за всех.

Профессор тем временем делал сложные пассы палочкой и быстро перебирал отменяющие заклятья. Буквально через минуту я почувствовал под спиной не холодную гладкость льда, а не менее холодную шероховатость камня.

— Если узнаете, кто этот шутник, немедленно мне сообщите, — профессор говорил, пытаясь привести в порядок мое лицо. — Извините, мистер Поттер, кровь я остановил, но вот синяк должен сойти самостоятельно. Слишком много времени вы провели в зоне воздействия чар, с помощью которого вам и был нанесен этот урон.

— Ничего страшного, профессор, — я попытался улыбнуться и скривился. Лицо начинало болеть. — Если мы узнаем, кто виноват, то обязательно вам сообщим.




* * *




Я в очередной раз злобно посмотрел на близнецов. Их шутки перестали казаться мне забавными уже давно. Но конкретно эта оказалась последней каплей. С ними нужно что-то делать. Что если в эту их ловушку попались бы первокурсники? Травм у детей было бы гораздо больше, чем получили мы. И я не нахожу это смешным.

— Тебе не кажется, что Малфой пытается заигрывать с Луной? — Гермиона легонько провела рукой по моему синяку.

Я лежал на диване, а моя голова покоилась на коленях у девушки, и мне совершенно не хотелось вставать, но нужно было уже ложиться спать.

Как оказалось, мы провели на льду чуть больше получаса, которые показались нам вечностью. Пока я смывал кровь, Гермиона успела сбегать в Больничное крыло и взять настойку бадьяна, которой сейчас и обрабатывала мое ранение.

— Нет, не кажется. Он на самом деле пытается заигрывать, и, кстати, получается у него довольно неплохо. А почему бы и нет? Она хорошенькая, умненькая, и чистокровная. То есть сочетает в себе все те качества, которые не идут в разрез с тем, что Драко внушали с раннего детства. Сейчас все зависит от самой Луны.

— Ты же просто так эту шутку не оставишь?

— Я еще не знаю. То, что я хочу сделать сейчас, не совместимо с жизнью шутников. Мне нужно успокоиться и подумать.
 
БарсикДата: Пятница, 07.11.2014, 11:03 | Сообщение # 66
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Автору большое спасибо !!!
Какой у вас добрый и выдержанный ГГ smile я бы наверно уже убил бы шутников, ну по паре синяков на всю морду точно для начала выписал (им давно пора получить ответку за своё поведение) ИМХО
 
kovalДата: Суббота, 08.11.2014, 17:41 | Сообщение # 67
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 48. Контракт

Я сидел в гостиной и штудировал сборник законов, пытаясь подвести мою «шутку» над близнецами под законное основание. Точнее, я выяснял, не понесу ли я наказание, если вдруг мое участие в данном мероприятии все-таки откроется.

Представители семьи Уизли в тот момент настолько сильно засели у меня в мозге, что я просто не мог ни о чем больше думать, только о том, как бы проучить близнецов, чье поведение с каждым днем становилось все более вызывающим. Гермиона ничего не могла с ними поделать, а Рон даже не пытался. Нашему же декану было традиционно плевать на то, что делается внутри факультета.

Вначале я хотел подстроить близнецам что-то вроде той ледовой ловушки, в которую мы угодили с Гермионой и Драко, но меня останавливало то, что подобные шутки были далеко не безобидные, а причинять кому бы то ни было реальный физический вред мне не хотелось. Однако оставлять все на своих местах я не намеревался, особенно после того, как Фред с Джорджем начали испытывать свои изобретения на учениках младших курсов. Хотя они клялись, что до этого испытали их на себе, но вряд ли им пришло в голову, что масса здорового взрослого парня несколько больше, чем масса первокурсника, и то, что они сами перенесли безболезненно, для малышей может закончиться более трагично.

Я достаточно успокоился и начал соображать более адекватно, когда мне в голову пришла мысль, что необязательно как-то пошучивать над близнецами, чтобы проучить. Нужно просто заставить их выполнять нелюбимую работу в нелюбимом месте. Подтолкнуло меня к этому письмо от Перси, который сдержанно выражал свое одобрение выбранной мною политики невмешательства в дела Министерства и директора Дамблдора. Самое смешное заключалось в том, что мне были глубоко безразличны дела как директора, так и министра Фаджа, а Амбридж, я ее уже не мог называть «профессор», вызывала у меня стойкое несварение. Маниакальное желание этой дамочки выставить меня неуравновешенным идиотом дошло до той точки, после которой обычно следовал взрыв. Именно этот взрыв был контролируемым, и к нему у меня практически все было готово. Но нейтрализацию Долорес Амбридж я решил осуществить после Уизли, тем более это действо предполагало определенную долю скандала и шумихи на самых разных уровнях.

* * *

Меня временно перестал заботить Темный Лорд и предстоящая встреча с ним, что не могло не отразиться на результативности проводимых дуэльных практик.

— Формидо, — я снова пропустил заклятье, и меня охватила паника, но я успел выпустить ответное заклятье.

— Фрезомилле.

Наставник отвел плеть в сторону, и стоящий на траектории полета плети Невилл едва успел пригнуться.

— Секо, — я почувствовал, как острое лезвие полоснуло меня по ноге. Профессор успел в последний момент отвести удар, который принес бы мне гораздо больший урон.

Я поднял руки, показывая, что не могу продолжать схватку.

— Что с тобой? – наставник нахмурился и подошел ко мне, проводя палочкой вдоль пореза, залечивая нанесенную им же рану.

— Не знаю, не могу сосредоточиться.

— Это я вижу. Но, поверь, Темного Лорда твое плохое самочувствие вряд ли остановит.

— Я знаю, — повернувшись к наставнику спиной, я подошел к Гермионе, которая в последнее время не смотрела на мои занятия, которые нередко заканчивались незначительными ранениями.

Краем уха я слышал, как профессор принялся распекать занимающихся в паре Невилла и Драко.

— Ты сегодня патрулируешь? – я сел рядом с читающей какую-то книгу девушкой. Она уже закончила свою тренировку, которую проводила по очереди то с Малфоем, то с Лонгботтомом.

— Да. Надеюсь, Рон сегодня соизволит составить мне компанию.

— Пусть только попробует не составить, — процедил я сквозь зубы.

— Ты не слишком жестко поговорил с ним?

— Нормально, — Рон был выше меня, но это не помешало мне применить прием все той же инквизиции.

Святоши, которые не могли воздействовать на магов «словом божьим», разработали в свое время много приемов физического воздействия, направленных на то, чтобы маг не смог практически ничего им противопоставить. Мы не просто так изучали маггловское оружие и приемы его применения. Это была не блажь, это был один из способов выживания. Те чары, которые были на погребе, и на льду, лишающие магов их основного оружия – магии, были как раз и вычленены из одной весьма распространенной молитвы святых отцов. Это был лишь фрагмент, и то его действие я ощутил на себе дважды уже в этом мире, не скажу, что это действие мне понравилось. То, что делала «молитва» в изначальном виде, я даже не хочу себе представлять.

К одним из способов воздействия относился хитро вывернутый воротник рубашки, который врезался в шею и перекрывал доступ кислорода к мозгу. Причем рыцари церкви умели так скрутить одним движением кружевное жабо, что могли задушить, если вдруг проявляли излишнее рвение. Анатомия у нас с магглами одна, и лишенный воздуха мозг не мог вспомнить ни одного заклятья, чтобы хоть как-то выбраться, и это было страшно. Именно эти приемы послужили причиной к повсеместному распространению мантий, лишенных каких-либо намеков на воротник, одеваемых на практически голый торс. Сейчас же о подобных мелочах забыли, а рубашки обзавелись прекрасными жесткими воротничками, которым я и воспользовался, пытаясь донести до нашего старосты, что его обязанности никто не отменял, и что желательно их выполнять в полном объеме.

— Ты псих, — Рон упал на колени после воспитательной беседы и пытался восстановить сбившееся дыхание.

— Я знаю, — подражая наставнику, констатировал я. – Рон, лучше не зли меня, я в последнее время и так на взводе. Надеюсь, мы друг друга поняли.

Не знаю, понял меня тогда бывший друг Гарри Поттера, но он хотя бы делал вид, что занимается обязанностями старосты. Не понимаю, как Поттер терпел его постоянные истерики?

Но все это не касалось близнецов, на них Рон повлиять никак не мог. Но, письмо Перси натолкнуло меня на мысль, как избавить школу от этой постоянной угрозы, а заодно направить энергию близнецов в более мирное русло. Оставалось только, как следует все подготовить.

— Гермиона, мне нужны подписи Фреда и Джорджа, ты не могла бы их раздобыть?

— Зачем?

— Это пока нечеткий и неоформленный план, но, когда он будет готов к реализации, я тебя посвящу в детали, — я улыбнулся.

— Надеюсь, это будет не опасно?

— Нет, это совершенно невинная шутка. Так что насчет подписей?

— Я подумаю, что можно будет сделать.

* * *

— Вот, все подписи учащихся факультета Гриффиндор, — передо мной опустился пергамент, а Гермиона села рядом и поинтересовалась, — зачем тебе они?

— Я кое-что придумал. Надеюсь, это заставит Фреда и Джорджа надолго забыть о своих розыгрышах. Не до шуток им скоро станет.

Я отложил книгу. Вроде ничего слишком противозаконного я не делал, да и если делал, то доказать это было практически невозможно.

Достав из конверта два незаполненных бланка приема на работу, которые мне, по моей просьбе, прислал Перси, я тщательно проверил наличие всех полагающихся печатей и удовлетворенно кивнул. Взяв перо, я тщательно каллиграфическим почерком заполнил графы обозначающие Отдел Министерства.

— Отдел Борьбы с домашними вредителями, подотдел борьбы с садовыми гномами и пикси? – Гермиона уставилась на меня. – Что это?

Я, не обращая на нее внимания, продолжал заполнять бланки.

— Должность – помощник штатного ликвидатора? Гарри, объясни мне, что все это значит и где ты взял эти бланки?

— Перси прислал. Я очень витиевато и вежливо попросил его прислать мне парочку для ознакомления, потому что я подумываю о том, чтобы после окончания школы приступить к работе в Министерстве.

— А ты хочешь работать в Министерстве?

— Конечно, нет, но мне нужны были бланки, — я все так же тщательно вывел в соответствующей графе имена наших шутников. «Фредерик Уизли» и «Джордж Уизли» легли на пергамент. – Так, теперь, главное подписи не перепутать. Как, кстати, тебе удалось заполучить их?

— Сказала, что профессор МакГонагалл попросила для личных дел, — пожала плечами Гермиона. – Ты не думаешь, что это незаконно?

— Нет, не думаю, потому что это незаконно. Но я не могу ждать пока они кого-нибудь ненароком не убьют. К тому же никто их там держать не будет, когда первый шок пройдет, они всегда могут вернуться в школу. Понимаешь, они совершеннолетние, и могут сами выбирать свою дальнейшую дорогу.

Я аккуратно подцепил заклинанием подпись Джорджа и перенес ее на пергамент, затем, то же самое сделал с подписью Фреда.

— Готово, теперь нужно убрать все следы моего присутствия в данном деле, — я применил несколько заклятий подряд, которые исключали возможность выявить составителя контрактов, а также стирали мою магическую подпись и путали поисковые заклятья, способные все-таки вычислить шутника. — Теперь все это нужно отправить Перси. Думаю, он будет рад узнать, что братишки взялись за ум, и уже завтра примчится, решив все формальности.

Я отправил письмо, с заполненными бланками не указав имя отправителя. Дождавшись возвращения с дежурства Гермионы и раздраженного Рона, я ушел спать, с нетерпением ожидая завтрашнего дня.

Завтрак проходил в полусонном молчании, как обычно. Близнецы о чем-то перешептывались, а я пытался вычислить, сколько потребуется времени их брату, чтобы явиться в школу с радостной новостью. Подозреваю, что к обеду он управится.

Однако, я недооценил Перси. Завтрак подходил к концу, когда он ворвался в Большой зал, бросился к близнецам, фонтанируя энергией, и принялся пожимать им руки.

— Я так рад, что вы взялись за ум, молодцы! Правда, выбранный вами Отдел несколько, эм… ну, ладно, я понимаю, что все это только начало, к тому же с вашими оценками рассчитывать на что-то большее сразу глупо. Будем считать, что это стартовая площадка, через годик можно подумать и о повышении и переводе куда-нибудь в другое место.

— Стоп! – Фред вырвал руку из хватки Перси. – О чем ты говоришь?!

— Я говорю, что рад, что вы решили бросить школу и пойти работать в Министерство. Конечно, было бы лучше, если бы вы все-таки закончили Хогвартс, но и так тоже очень хорошо. Все равно толку от вашего окончания не было бы. Так что, собирайтесь, я утрясу все формальности с директором и профессором МакГонагалл.

— Нет, подожди, я не понимаю, о чем ты сейчас говоришь? – Джордж потряс головой, пытаясь собраться с мыслями. – О какой работе ты сейчас говоришь?!

— Вот, заключенный вами годичный контракт на работу, а вы шутники, делаете вид, что ничего не понимаете, — Перси визгливо рассмеялся и, погрозив братьям пальцем, направился к столу преподавателей, где все наставники с удивлением смотрели на разворачивавшуюся перед их глазами сцену.

— Это не смешно, — прошептала Гермиона, ткнув меня локтем в бок. Я же с нескрываемым удовольствием наблюдал за растерянными и непонимающими, что происходит близнецами.

— А, по-моему, смешно, — я посмотрел на девушку, — во всяком случае, гораздо смешнее и безопаснее, чем кровяные конфеты.

— Мистер Уизли, и, мистер Уизли, — к нашему столу подошла растерянная профессор МакГонагалл. – Это так неожиданно, но, безусловно, это ваше право. Я понимаю, некоторые затруднения вашей семьи толкнули вас на принятие столь ответственного решения.

— Персиваль, что происходит? – Амбридж подбежала к Перси, и принялась жадно выспрашивать у него подробности.

До нас доносились лишь обрывки речи Перси, но мне доставляло удовольствие смотреть на перекошенное лицо женщины.

— … безусловно, министр одобрил… нет, мама еще не знает, но не думаю, что она будет слишком возражать…

Тем временем все еще ничего не понимающих близнецов оттащили в спальню, собирать вещи, а я снова повернулся к Гермионе.

— Теперь что-то нужно будет сделать с Амбридж и заняться уже нашими непосредственными делами.
 
KoraanДата: Суббота, 08.11.2014, 19:33 | Сообщение # 68
Высший друид
Сообщений: 918
« 109 »
Да уж... Так над близнецами еще никто не издевался.
А ведь он их от исключения спас, если подумать. Везучие...



При плохой игре нужно иметь хорошую мину. И лучше не одну.

 
turpotaДата: Суббота, 08.11.2014, 19:54 | Сообщение # 69
Высший друид
Сообщений: 875
« 358 »
Цитата koval ()
Отдел Борьбы с домашними вредителями
- да уж.., вредитель вредителя за версту учует.



Цель оправдывает средства.

************************

 
БарсикДата: Суббота, 08.11.2014, 20:07 | Сообщение # 70
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Автору браво !!! Туда этих двух "шутников" может быть там им хоть чуть чуть ума вложат !! smile
 
ShtormДата: Воскресенье, 09.11.2014, 09:33 | Сообщение # 71
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Шикарная подстава для близнецов)))


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
kovalДата: Воскресенье, 09.11.2014, 13:31 | Сообщение # 72
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 49. Долорес Амбридж

Наставник сидел за столом в комнате в «Трех метлах» и разглядывал меня.

— Перси далеко не дурак. Был бы дураком, не поднялся бы так высоко за столь короткий срок.

— Я знаю, — я пожал плечами, — он никогда не поверил бы, что Фред с Джорджем сами выбрали себе такую работу и то, что он организовал их перевод из школы так быстро, подтверждает мои догадки, так же как и это. – Я достал из кармана пергамент, на котором было написано только одно слово «Спасибо». — Да и самим Уизли никто не поверит, если они начнут качать права и говорить, что ни на какую работу не устраивались. Скорее сочтут, что это они решили поиграть в такие игры, возможно, подшутить над Перси.

— Вот это точно. Я сам так думал, пока ты мне не признался. Все-таки сказка о мальчике, свистке и волках очень правильная. Слишком часто они зло подшучивали над самим Перси, забыв, что, не смотря на амбиции он их родной брат. Ладно, Мерлин с ними с Уизли. Меня больше беспокоит то, что ты устроил с Амбридж. Не думаешь же ты, что эту дамочку ждут серьезные неприятности?

— Здесь все будет зависеть от ее истинных мотивов. То, что ее ждет допрос с применением и веритасерума и приглашением вас в качестве легилимента, так же ясно, как и то, что в школу она больше не вернется, независимо от результатов допроса. В Министерстве тоже не идиоты работают, никому не нужно распускание слухов. Вон, на Сириуса посмотрите, до сих пор существуют люди, которые не верят в его невиновность, а здесь такой скандал. Если она на самом деле преданна министру, как и утверждает, то ее просто потихоньку переведут в какой-нибудь заштатный отдел, начальником над близнецами поставят, а потом так же незаметно уберут из Министерства навсегда. Ну, а если она хоть в чем-то виновата, хоть немного, то, думаю, ее ждет публичная порка. Министерство сейчас в очень невыгодном положении находится, чтобы пускать такие дела на самотек.

— Я иногда думаю, что Шляпа сошла с ума уже очень давно, и ты ошибся факультетом, — наставник покачал головой.

— Нет, я типичный гриффиндорец. В любом другом случае, я не поддался бы эмоциям и не допустил бы подобной публичности. Я довольно тщеславен, вот в чем проблема. Если моя встреча с Темным Лордом станет достоянием общественности, то я не собираюсь изображать из себя скромника, и буду пользоваться славой Героя, как сейчас я иногда пользуюсь известностью Поттера.

— Зато честно, — профессор посмотрел на дверь, — где черти носят Блэка? Я не могу весь день ждать его здесь. В конце концов, у меня есть собственные дела. У меня через час назначена встреча, и я не хотел бы опоздать.

— Как и у меня, — я подумал, что через час встречу внизу Гермиону, и мы проведем остаток дня только вдвоем. Но это произойдет, только если Сириус придет вовремя.

* * *

Амбридж вывела меня из себя уже на следующий день после торжественного отбытия близнецов из школы. Весь урок я только и слышал:

— Мистер Поттер, почему вы не читаете?

— Я уже прочитал, профессор.

— А…

— Я законспектировал, вот мой конспект.

— Почему вы со мной пререкаетесь? Отработка…

— Я все еще отрабатываю у профессора Снейпа. А скажите, почему вы так хотите заполучить меня к себе вечером? Вы не преследуете какие-то свои не совсем приличные цели? – я просто уже не сдержался.

— Да как вы смеете, мистер Поттер?! Я поговорю с профессором Снейпом, думаю, он пойдет мне навстречу. К тому же министр поручил мне провести проверку на соответствие занимаемой должности всех профессоров.

Вот как? Похоже, или сам министр, или еще помощница окончательно решили развалить школу. Интересно, они выслуживаются перед кем-то или это их собственная инициатива?

С каменным выражением лица я встал и вышел из кабинета, не обращая внимания на вопли Амбридж, раздавшиеся у меня за спиной.

Письма были уже готовы давно, оставалось только их отослать. Я невольно поежился, не сделаю ли я только хуже? Хотя, куда уж хуже-то?

Поднявшись в совятню, я отправил два письма примерно одного содержания: «В школе раскрыт заговор против министра, просьба явиться к завтраку, дабы вместе разоблачить злодея». Одно письмо было адресовано Рите Скиттер, а другое непосредственно министру. Оставалось надеяться, что имя Гарри Поттера хоть что-то значит, и вышеупомянутые лица прибудут хотя бы из любопытства. Ну, журналистка-то точно придет, хотя бы про сумасшедшего Поттера написать. В идеале, конечно, явятся все, но будем исходить из того, что придет только Рита. Мне нужен был скандал. Как-то по-другому бороться с представителем правительства – это только нарываться на неприятности, которые могут просто поглотить. А мне еще с Лордом встречаться, выяснять, что движет директором. У меня нет времени на то, чтобы бесперспективно бодаться с системой, да еще и с неясным исходом. Они хотят заговор внутри школы, они его получат, кто будет виноват, что исход немного отличается от того, на который министр рассчитывал? В этом свете моя шутка над близнецами должна будет сыграть не последнюю роль. Как удачно получилось с Перси.

Утром завтрак проходил в штатном режиме. Амбридж злобно смотрела на меня, наставник хмурился, видимо, они схлестнулись из-за меня. Я повернулся к столу преподавателей и улыбнулся раздувшейся Амбридж.

Как и накануне дверь открылась в тот самый момент, когда большинство учеников уже начали вставать из-за столов. Вошедшая компания заставила всех опуститься на свои места. Министр, пара авроров, Рита Скиттер и маленький человечек обвешанный колдокамерами. Что, так не терпится прижать директора, да, министр? Даже против присутствия скандально известной журналистки не возражаете? Ну-ну.

Министр, оглядевшись, сразу же направился ко мне. Сердце колотилось как перед боем, а к горлу подступила тошнота. Начинается, главное не переиграть. Все сидящие за гриффиндорским столом неуверенно переглянулись. Гермиона взволновано ухватила меня за руку, я пожал ее пальчики и одобряюще улыбнулся. Никто не был в курсе, я никому ничего не сказал. За преподавательским столом началось какое-то шевеление, и недоуменные возгласы. Директор нахмурился, поднялся из-за стола и направился в нашу сторону.

— Мистер Поттер, я получил ваше письмо. У вас есть, что мне рассказать? – Фадж только что не подпрыгивал от нетерпения.

— Да, министр, здравствуйте Рита, господа, — я встал и коротко наклонил голову. Затем, направил на горло палочку. – Сонорус, — все, сейчас меня не заткнут, — я хочу поведать о назревающем заговоре против существующей власти со стороны… — я сделал театральную паузу, — преподавателя ЗОТИ Долорес Амбридж.

— Что?! – у министра глаза на лоб полезли, а я, уже не обращая на него внимания, продолжал говорить.

— Пользуясь тем, что правительство направило мисс Амбридж в школу Хогвартс для того, чтобы правильно повлиять на неокрепшие умы юного поколения, она вместо того, чтобы следовать принятому курсу, практически сразу же начала выявлять студентов, которых, в связи с их неустоявшейся жизненной и политической позицией можно обманом привлечь к действиям против существующей власти.

— Мистер Поттер, это очень громкое заявление, — перо Риты что-то строчило с ошеломляющей скоростью, — вы можете привести доказательства?

— Конечно, возьмем хотя бы меня. Я постоянно подвергался прессингу со стороны мисс Амбридж. Когда я открыто заявил, что на данном этапе моей жизни меня не интересует политика, но я в целом доволен тем, как ведет дела Ксеноформус Фадж…

— Корнелиус, — шепнула Гермиона.

— Неважно, — не сбавляя ритма, ответил я. Самое главное состояло в том, чтобы не дать опомниться самой Амбридж, которая пока хватала ртом воздух, держась за сердце. – В общем, я заявил, что не имею претензий к министерству, после чего, мне просто не давали свободно вздохнуть. Меня постоянно провоцировали на признание существующей власти неспособной справляться с возложенными на нее обязанностями. Доходило до того, что та, которая призвана доносить до студентов истину и воспитывать в них правильную гражданскую позицию, опускалась до ничем не прикрытых угроз тем, кто пытался робко возражать против ее амбиций. Причем эти угрозы были адресованы как в адрес студентов, так и преподавателей, которые за многие годы своего нелегкого труда никогда не были замечены в какой-то нелояльности и не выражали своих политических взглядов, предоставляя студентам самостоятельно разбираться в реалиях этого мира.

Я перевел дух, всю эту чушь, что я сейчас нес, я вычитал в маггловской газете. Там был раздел, посвященный выборам кого-то куда-то, и я просто вызубрил основные тезисы кандидатов. Судя по глазам министра, он понимал разве что каждое третье слово, но сама речь произвела на него впечатление.

— Мистер Поттер, что вы такое говорите? – Амбридж немного пришла в себя и пыталась теперь оправдаться. Ну, и как вам в шкуре оправдывающейся стороны, мадам? Я знаю, что вам, скорее всего, ничего не будет, но впредь вы будете более аккуратно действовать.

— Я говорю то, что я наблюдал уже на протяжении двух месяцев. И я говорю не только от своего имени. Практически каждый ученик, присутствующий здесь, может подтвердить мои слова, — из-за столов всех факультетов, даже со стороны Слизерина, со студентами которого Амбридж вела себя достаточно лояльно, послышались одобрительные выкрики. Да, профессора Амбридж, мягко говоря, недолюбливали в Хогвартсе.

— Вы все неправильно поняли, мистер Поттер, я всегда действовала исключительно в интересах министерства. Корнелиус, не слушайте этого мальчишку!

— Правда? А почему тогда всем присутствующим здесь ученикам и преподавателям казалось, что вы действуете исключительно в своих собственных интересах? Моей гражданской обязанностью было сообщить о столь вопиющем использовании служебного положения в своих собственных целях. У меня нет доказательств, но, судя по моим наблюдениям, Долорес Амбридж готовила смещение существующей власти, и занималась в школе набором рекрутов в свою собственную армию. А это означает, что тихого смещения во время очередных выборов не планировалось, а назревал вооруженный переворот.

Я протянул руку и взял со стола стакан, чтобы глотнуть воды.

— Вы… вы… — давай, профессор Амбридж, опровергни мои слова. Теперь нужно было завершить все так, чтобы министр принял самое правильное решение в данной ситуации.

Я бросил взгляд на Риту, она уже не отрывала взгляда от пергамента, а фотограф быстро делал снимки всех присутствующих в большом зале.

— Более того, когда Фред и Джордж Уизли выразили свое желание служить на благо общества в министерстве, под вашим чутким руководством, господин министр, — простите меня близнецы, надеюсь, что вы оцените, и не будете меня сильно бить. Вы, в общем-то, неплохие ребята, нужно было только мозги вам слегка вправить, — мисс Амбридж первой высказала свое несогласие с их позицией. Она практически в открытую, невзирая на присутствие в зале вашего секретаря, пыталась помешать близнецам исполнить их долг, который велели им исполнить их совесть и заверенный вами контракт.

— Долорес, я всегда подозревал, что за твоим чрезмерным рвением кроется что-то большее, — наконец, отмер министр.

— Корнелиус, неужели ты веришь россказням и надумкам этого неуравновешенного мальчишки?! – завопила Амбридж. Конечно, нет, мисс. Министр на самом деле так не думает, но здесь присутствует пресса, в лице журналистки, которая постарается раздуть эти надумки в такую статью, что, если министр сейчас не отреагирует, то у нее вполне может получиться, что это он во всем виноват. А что? Корнелиус Фадж – новый Темный Лорд, набирающий собственную армию, и мечтающий стать императором. Вот настоящий Темный Лорд удивится.

— Долорес, я сейчас не в состоянии разбираться. Я вижу только кхм… напуганных детей, которые боятся сказать лишнее слово. Я благодарю мистера Поттера за то, что он не побоялся. В ходе проводимых следственных действий мы разберемся, что здесь имело место быть: действительно оправданные подозрения мистера Поттера или злоупотребление данной вам власти, — молодец министр, не зря министром стал, вовремя сориентировался. – Господа, проводите Долорес Амбридж в камеру предварительного заключения в отделе правопорядка до выяснения всех обстоятельств.

Министр быстро откланялся и направился к выходу, но был вынужден остановиться и раскланяться перед студентами, которые овациями провожали авроров, уводящих вопящую Амбридж.

* * *

Дверь открылась, и в комнату ввалился Блэк. Он был весел, слегка возбужден, а его глаз украшал впечатляющий кровоподтек.

— Оборотни сидят ровно и слушают, что им говорит Ремус. Не знаю, правда, может они уснули, Люпин же не умеет громко говорить. Его полная трансформация в новолуние произвела неизгладимое впечатление, как и погрызенный Сивый, который бежал. Ремус оторвался на своем обидчике по— полной. Это же Сивый его покусал в детстве.

— Синяк у тебя откуда? Тебя самого не покусали? – наставник с любопытством разглядывал крестного.

— Нет, а синяк, это другое, — Сириус смутился. – Я решил за Эммелиной слегка приударить, но она не поняла, и ударила меня по-настоящему. Какая женщина, — он мечтательно закатил глаза.

— Блэк, если будешь руки распускать, то только подбитым глазом не отделаешься, — тихо проговорил профессор.

— О, а вы что… — Сириус присвистнул, — понял, отстал.

— Вы мне лучше скажите, какая связь между дедом Джеймса Поттера, твоим дедом, и прадедом Невилла? – вклинился в их разговор я.

— Никакой, — быстро ответил крестный. – Если не считать связью то, что они все родились в один год.

Я встал и направился к двери. Это может значить многое, а может не значить ничего. Сириус начал удовлетворять свое любопытство, приставая к наставнику с расспросами и давая параллельно советы. Надеюсь, они не убьют друг друга.
 
БарсикДата: Воскресенье, 09.11.2014, 20:54 | Сообщение # 73
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Автору большое спасибо !! Вкусная глава !! smile
 
kovalДата: Среда, 12.11.2014, 21:34 | Сообщение # 74
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 50. Усталость




— Ну, ты мне и удружил, Гарри, — наставник перебирал бумаги, готовясь к занятию ЗОТИ у старших курсов.

— Вы у всех будете вести эти занятия? — я сидел в кабинете профессора и смотрел, как он разбирается с планами уроков.

— Нет, я не двужильный, чтобы все на себя взвалить. Я буду вести только у тех, кто сдает в этом году СОВ и ЖАБА.

— А остальные?

— Мне это безразлично, лично я предложил Альбусу агитировать Блэка. После тех клоунов, что были до этого дня, это не самый худший вариант.

— А он согласится? Сириус же страдает от последствий, проведенных в Азкабане лет.

— Вот пусть и развеется. Правда, я иногда не знаю, что хуже: Азкабан или преподавание.

— А что происходит у Темного Лорда? — я решил сменить тему разговора.

— Понятия не имею. Меня не вызывали уже очень давно, но Люциус говорит, что что-то планируется, вот только что, никто не знает. Лорд планирует провернуть какое-то дело один.

— А что с Батильдой? Сириус сходил к ней, удостоверился, что все в порядке?

— Да, сходил. Ничего со старушкой не произошло, просто она сейчас чаще «гостит» у своих родственников, благо их много, чем проводит время дома. Это правильно, она уже очень стара. А почему ты так настойчиво пытаешься узнать о ней?

— Я близок к тому, чтобы понять поведение директора, но мне не хватает нескольких данных. Может быть, вы знаете?

— Смотря что, — профессор чертыхнулся и испепелил какой-то пергамент.

— Когда умерла мать Дамблдора, когда умерла его сестра, и когда он познакомился с Гриндевальдом?

— Могу сказать только насчет матери, сразу после окончания Альбусом Хогвартса.

— Это примерно…

— Примерно в 1888-1890 годах, сказать более точно не могу. К Николасу Фламелю он попал приблизительно в 1925 году, значит, где-то в тот промежуток времени и произошли события, о которых ты спрашиваешь. Но, тебе лучше спросить у Аберфорда.

— А он жив? — невольно вырвалось у меня.

— Конечно, он владелец «Кабаньей головы».

— Значит, следующий поход в Хогсмид только после Рождественских каникул, — я поморщился, ненавижу ждать.

— А что конкретно ты выяснил? — профессор немного рассеянно посмотрел на меня.

— Не хочу говорить, это только гипотеза. Просто вертится что-то в голове, а что, не могу понять. Надеюсь, что встреча с Аберфордом внесет ясность в мои догадки.

— Ну, понятно, а сейчас иди, не мешай мне. Нужно еще планы грамотно составить, чтобы вас к экзаменам подготовить.

Я ушел. До Нового года ни о каких тренировках нечего было даже думать. А еще я устал. Я устал постоянно взвешивать каждое свое слово, устал притворяться тем, кем я на самом деле не являюсь.

Я пошел в ритуальный зал и начал чертить пентаграмму, надеясь, что на мой зов ответит мой старый знакомый. Агалиарепт появился в центре пентаграммы, сосредоточенно грызя яблоко. Сейчас он как никогда напоминал человека.

— Ты хочешь что-то узнать? — немного лениво спросил демон.

— А ты ответишь? Причем честно? — я нахмурившись смотрел на него. Демон выглядел стройным невысоким белокурым юношей. Очень хрупким на вид и, что уж тут говорить, необыкновенно красивым.

— Не пялься на меня так, — Агалиарепт изящно потянулся. — Почему людские умы представляют нас чем-то отвратительным и обязательно с рогами?

— Не знаю, но ты сам никогда не пытался развеять это предположение. Что это — такая иллюзия?

— Нет. Это мой истинный облик. Вы люди рисуете ангелов очень похожими на оригиналы, но при этом забываете, что мы когда-то были одними из них. И почему я, являясь фактически братом Михаила, должен внешне сильно от него отличаться? — демон тряхнул белокурыми волосами.

— Если бы вы являлись в своих истинных обличьях постоянно, вам без труда удалось бы собрать свою паству.

— Не-е-ет, — протянул демон. — Так скучно и неспортивно. К тому же так забавно, когда появляешься перед человеком именно в том виде, в котором он тебя заранее представляет. Кстати, как ты узнал, что это именно я?

— По яблоку, — я коротко ответил, стараясь не смотреть на такого непривычного для меня демона.

— О, я знал, что в этих яблоках что-то есть. И это что-то когда-нибудь меня подведет.

— Почему ты решил явить мне свой истинный облик?

— Понятия не имею, — пожал плечами Агалиарепт, пожав плечами. — Скучно. Вас людей даже соблазнять ничем не нужно, вы сами гоните себя прямо в пропасть, приближая апокалипсис. Так что ты хотел у меня спросить?

— Ты знаешь, что, — буркнул я, разглядывая свои руки.

— Знаю, — кивнул демон. — Читать в душах и помыслах людей является одной из моих профессиональных обязанностей. Я пожалуй отвечу. Иногда, когда совсем плохо, нужно как-то заглушить свою боль. Когда обвиняешь себя в страшном грехе, иногда даже сильный человек проявляет слабость. И тогда он находит себе некоего козла отпущения, некий объект, на который он складывает определенную меру ответственности. Немного позже, когда боль притупится, можно начать извлекать из созданной ситуации определенную выгоду, причем в прямом смысле этого слова, только вот остановиться уже никак невозможно.

— Ты говоришь загадками.

— Я демон, ты не забыл?

— Нет, не забыл.

— Ты все поймешь, причем очень скоро. Ты уже практически все понял, просто не можешь поверить. Все, отправляй меня назад, мне нельзя долго здесь находиться.

— Почему ты мне помогаешь? — невольно вырвалось у меня.

— Мне скучно, а ты забавный. Почему-то в твоем присутствии я начинаю вспоминать, что не всегда был демоном. Это странное чувство, но оно похоже на адреналиновый всплеск у людей, довольно волнующие ощущения.

Я принялся читать изгнание, недоуменно глядя на генерала. Значит, я ему с самого начала показался «забавным», потому что, кроме него редко кто отвечал на мои вызовы, как будто, он всегда опережал других. Перед тем как исчезнуть, демон крикнул.

— Когда придет время, скажешь ему, что все было зря, и что та Авада была не его. Он поймет, о чем ты говоришь.

Я еще долго стоял и смотрел на то место, где совсем недавно находился демон безумно похожий на ангела. Впервые я задумался, а собственно почему? Почему они на это пошли, почему они взбунтовались, ведь они не могли не знать, что никогда не смогут одержать победу над своим Создателем. И внезапно я понял: они просто хотели, чтобы их услышали. Что уж теперешние демоны требовали — неважно, они просто хотели, чтобы их услышали. Но этого не произошло, и их скинули с небес в Ад. Каково им пришлось? Как они выживали в столь неприветливом месте, так сильно отличающемся от небесных кущ? Что пришлось им сделать, чтобы возглавить Преисподнюю, через что они прошли? Боюсь, эти вопросы навсегда останутся для меня без ответов, потому что задать их я никогда не рискну. Может поэтому я выбрал профессию демонолога, потому что демоны гораздо честнее людей? Они не скрывают своих намерений, и если лгут, то не скрывают своей сущности, как бы указывая, что ты действуешь на свой страх и риск, связываясь с ними.

Я потряс головой. Похоже, я скоро свихнусь. Мне нужно отдохнуть. Просто ненадолго стать самим собой. Поттера все равно многие считают ненормальным, так что, надеюсь, никто не обратит на еще одну странность в его поведении внимания.

Совершенно вышел я из себя на занятии по трансфигурации. Что странно, обычно этот предмет доносился до нас предельно четко, и доступно, но все несоответствия, которые маги напридумывали себе, уже сидели у меня в печенках, причем настолько, что я не сдержался.

— Профессор, разрешите задать вопрос, — я поднял руку, чтобы привлечь к себе внимание.

— Конечно, мистер Поттер, спрашивайте.

— Вы только что утверждали, что, когда идет превращение живого в неживое и наоборот, предмет принимает свойства того предмета, которым завершилось превращение?

— Да, именно так.

— Но ведь это невозможно. Если из крысы сделать бокал — этот бокал не перестанет оставаться живым, и, разбив его, мы просто убьем крысу. То же самое и при обратном превращении. Если бокал превратить в крысу, то она не станет от этого живой. Ей не нужны будут ни пища, ни даже воздух и потребности к размножению данная крыса не будет иметь.

— С чего вы это взяли, мистер Поттер? — профессор МакГонагалл невольно нахмурилась.

— А это не я взял. Это доказал один ученый, давно причем, его имя было Ганс Шрендаль.

— Я не совсем понимаю, о чем вы говорите.

— Понимаете, профессор. Просто выбранный курс преподавания за последние пару столетий укрепил многих в мысли, что многие учения нужно запретить, из-за личности ученых. Мол, темные маги они и все такое. Вот только, в связи с такой политикой, маги теряют многие уникальные знания. Почему вы так тщательно стараетесь не замечать, что магический мир превращается в какое-то болото?

— Мистер Поттер, объяснитесь!

— А что я должен объяснять? То, что Ганс Шрендаль был некромантом, именно поэтому все его изыскания были в итоге уничтожены? Это я должен объяснять? Только вот, объясните мне, пожалуйста, связь между его основной профессией, и его изысканиями в трансфигурации? Лично я никакой связи не вижу. Но вся эта истерия, связанная с вдруг потемневшими искусствами, заставила, причем на законодательном уровне, уничтожить все эти труды, объявив их практически вне закона. И чем тогда нынешние профессора отличаются от покинувшей нас мисс Амбридж?

— Мистер Поттер, да что вы вообще знаете о Темной магии, чтобы бросаться такими заявлениями? — вспылила профессор.

— Я знаю, что по настоящему Темная магия требует жертву. Если жертвы нет, то это все надуманное. Вы что думаете, что применяя ту же трансфигурацию невозможно никого убить? Я вас огорчу. Согласно законам Шренделя, это сделать даже легче, чем воспользоваться Авадой, для которой все-таки мотивация нужна. Всего-то превратить соперника в стеклянный предмет и разбить его.

— Мистер Поттер!

— Извините меня, профессор, я неважно себя чувствую. Я, пожалуй, пойду, и да, я все это знаю, потому что в Запретной секции что-то уцелело, а вы сами дали мне разрешение там копаться, когда я к Турниру готовился.

— Я вынуждена назначить вам отработку, мистер Поттер.

— Это ваше право, — я запихал учебники в сумку и ушел с урока.

Как же я устал, а еще я стал замечать, что у меня начинает сильно болеть голова, особенно по вечерам. Подозреваю, что это как-то связанно с Темным Лордом. Он все-таки для ритуала возрождения кровь этого тела использовал, а это уже ритуалистика, черт его знает, как этот обряд на нас двоих повлиял.
 
kovalДата: Воскресенье, 16.11.2014, 13:37 | Сообщение # 75
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 51. Магическая Сорбона




Директор сидел за столом и внимательно смотрел на меня.

— Гарри, ты очень изменился за последнее время, — наконец, решил он нарушить молчание, которое установилось в кабинете, куда меня пригласили письмом сегодня за завтраком, в последнюю неделю перед Рождеством.

— Наверное, это случилось потому, что я немного повзрослел, — я старался не смотреть на директора и не до конца понимал, зачем он вообще меня вызвал. В последнее время у меня все чаще болела голова, и настроение от этого почему-то не улучшалось.

— Да, скорее всего, ты прав, мой мальчик, — Дамблдор продолжал рассматривать меня с каким-то нездоровым интересом. — Профессор МакГонагалл поставила меня в известность, что в тебе взыграл дух бунтарства, что ты стал подвергать сомнению все те положения, которые стараются донести до вас преподаватели. Не поделишься со стариком, на чем основана твоя уверенность в том, что прав именно ты, а не твои профессора. Я в курсе, что ты приводил пример запрещенных исследований, которые случайно попали тебе в руки. Почему ты думаешь, что правы именно те ученые, записи которых были запрещены, а не те, по трудам которых происходит обучение сейчас.

— Я могу ответить, — я упрямо стиснул зубы. Директор просто виртуозно владел словом, и, если бы я не знал точно, то, скорее всего, начал бы сомневаться в своей правоте. — Те исследования были основаны на множестве экспериментов, и внушительной доказательной базе. А то, что написано в наших учебниках, представлено в виде аксиом, в которые просто нужно верить. Но, простите, господин директор, та же трансфигурация — это что слово божье, принимающееся именно так, а не иначе, и основанное просто на вере?

— Гарри, положение вещей, подобное существующему, сложилось уже давно. Я сам учился на этих аксиомах и преподавал их, и до сих пор ничего противоречащего данным правилам лично я не находил, — мягко улыбнулся директор.

— Хорошо, но я на уроке говорил вовсе не об каких-то там законах, я говорил, что магами отвергнута доказательная база, созданная многими учеными просто из-за предрассудков, связанных с их непосредственной деятельностью.

— Ты не совсем прав, мой мальчик, — директор нахмурился. — Никто не ущемляет гения тех ученых, о которых ты говоришь, но приверженность к Темной магии…

— Бросьте, — фыркнул я. — Я слишком долго провел в маггловском мире, чтобы не понимать разницы между мифическими Темными магами и простыми предубеждениями.

— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.

— Вы слишком умны, чтобы чего-то не понимать, — возразил я. — Это таким как Уизли и Малфои можно наплести о страшной и ужасной Темной магии, и они поверят, потому что захотят поверить. Примут по-разному, это так, но поверят. Но это же глупо, каждое заклинание, способное при преступных намерениях нанести вред человеку причислять к темным. Так можно абсолютно все перевести в разряд тьмы. Абсолютно любые заклинания при неправильном использовании могут нанести вред, и даже убить.

Я замолчал, директор тоже не открывал рта, наверное, думал как себя вести с вышедшим из-под контроля Поттером.




* * *




— Я все время думаю над твоими словами, которые ты на трансфигурации сказал, — Гермиона задумчиво перебирала какие-то бумаги, книги и газеты, причем среди всего этого я заметил что-то напоминающее маггловские учебники. — Это действительно как-то глупо, магглы редко так поступают. Вот возьмем, например, Роберта Оппенгеймера.

— Кто это?

— Это маггловский ученый, у него было довольно много трудов, по физике. Их почему-то не изъяли из учебников только потому, что их создатель создал еще и страшнейшее оружие, которое только может вообще придумать человечество. Когда было применено это оружие в Японии, уже среди магических источников я обнаружила, что на протяжении нескольких дней в зоне поражения не действовала магия. Японские маги выдвинули теорию, что это произошло потому, что количество энергии, которое выделилось при взрыве, просто заблокировало все проявления других энергетических составляющих как маггловских, так и магических. Я очень подробно изучала этот вопрос, Гарри, мне было интересно, чем же таким пригрозили Ассамблее магглы, что маги заключили этот унизительный договор, — она задумчиво полистала учебник. Я плохо понимал, о чем она говорит, но суть улавливал. — То, что при большом скоплении магической энергии не работает маггловская электроника, известно всем, но не каждый задает себе вопрос почему? А вот японские маги задали и выяснили, что энергия используемая магами и та, что используется магглами просто разная, у нее разная полярность, разная частота, много чего еще, я не разбираюсь во всем этом, но основное поняла даже я: электроника здесь не работает, потому что она просто использует другую энергию. Только вот магглы постоянно совершенствуют свои творения, и я не уверена, что у каких-нибудь тайных спецслужб уже не разработано что-то, что можно использовать даже в Хогвартсе.

— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, к тому же этот вопрос очень спорный, но одно я понял совершенно точно. Магов зачем-то учат относиться к магглам с презрением и ставить себя выше, чем они, причем абсолютно на пустом месте. Такое чувство, что маги постарше хотят хоть как-то объяснить деградацию и абсолютную изолированность магического мира, и может быть, действительно скрыть то, что тебе удалось откопать. Одни эти убогие россказни про Великую инквизицию чего стоят, — я закрыл глаза.

— А чем тебе не нравятся рассказы про инквизицию?

— Я говорю о том, что мне ближе, но… Хочешь убедиться, что многое из того, о чем учат на истории магии просто сказки? — Гермиона кивнула, не сводя с меня настороженного взгляда. Я чуть было не подался порыву и не пошел на попятную, но, затем, решил, что ей будет полезно подвергать некоторые вещи сомнению. — Подойди к камину и сунь руку в огонь. Не хочешь? Правильно делаешь, что не хочешь, потому что обожжешься. И как тогда воспринимать сказки про ведьм, которые любили гореть в огне инквизиции? Что-то я не припомню идиотов, которые залазили бы в камин, предварительно не кинув в огонь порох.

— Но…

— Гермиона, можно ведь уйти в спорах совсем далеко. Например, тот же огонь когда-то считали священным божественным даром, подаренный людям Прометеем. Почему мы думаем, что это неправда? Если исходить из этого, любой огонь несет в себе божественную сущность, а кто такие маги, чтобы не подчиняться чему-то имеющему более древние и величественные корни?

— Зачем все это делается? — Гермиона смотрела на пламя.

— Я уже ответил на этот вопрос, Ассамблее так проще. Я внимательно читал договор, там нет ни слова о принижении магов, то есть, магглы настояли на том, чтобы убрать из обучения в Школах! определенных предметов. Как они объясняли, чтобы девственные детские умы не пошли по дорожке, ведущей к конфликту из-за своей неопытности. В договоре нет ни слова о том, чтобы маги не смогли продолжить постшкольное обучение по интересующим их предметам.

— Им просто в голову не могло придти, что у магов нет постшкольного обучения, — в голосе Гермионы звучала горечь. — А существующему правительству не нужны новаторы, достаточно исполнителей, таких как Перси, который с энтузиазмом будет толщину котлов измерять. Понятно теперь, почему все, что можно отнести прогрессом объявили вне закона. Но ведь это же тупик, эта политика ведет в никуда.

— А где ты видела представителей власти, которая заботится о будущем? Нет, бывают самородки, но их настолько мало, что их имена остаются в веках, — я притянул девушку к себе. — Теперь понятно абсолютно точно, гибель магических родов никак не связана с политикой всемирной Ассамблеи магов. Но, зато у меня появилась мысль. Я собираюсь победить Темного Лорда. Причем, собираюсь сделать это настолько громко, насколько вообще возможно. Чтобы о Гарри Поттере знали абсолютно все. Я дам столько интервью, на сколько у Риты чернил хватит, но добьюсь того, чтобы любые действия Гарри Поттера рассматривались сквозь призму обожания толпы.

— Зачем? — девушка изумленно смотрела на меня.

— У меня есть деньги, причем доход постоянно растет. Да и когда я преодолею все препоны, меценаты найдутся, — я зарылся лицом в пышные каштановые волосы, которые Гермиона распустила сегодня вечером. — Помнишь, во Франции мы посетили студенческий городок. Я думаю, пора уже основаться магической Сорбоне. Мы не будем нарушать договор, вот еще. Не хочу, чтобы нас уничтожили. Но постшкольное образование должно начать развиваться. Да, придется действовать с нуля. Но для этого мне и нужна будет шумиха вокруг моего имени. Особенно с точки зрения безопасности. Просто Гарри Поттера легко устранить, а вот Гарри Поттера Национального Героя попробуй, убери тихо, чтобы волну не поднять, так что время у меня будет, во всяком случае, сначала. А потом что-то запрещать будет уже глупо.






* * *




— Я так понимаю, что разговор с тобой, мой мальчик, именно сейчас совершенно ни к чему не приведет, — наконец, отмер директор. — Мы вернемся к этому разговору позже. — Конечно, вернемся. Только, я надеюсь, говорить буду я, причем вооружившись фактами.

— Понимаю, господин директор, вы считаете меня слишком юным или не способным понять прописные истины.

— Я этого не говорил, но в одном ты прав, ты слишком юн, Гарри, чтобы считать свое мнение исключительно верным. Это называется юношеским максимализмом. Но я хотел поговорить с тобой не только об этом, — он замолчал, встал из-за стола и подошел к окну.

— О чем же вы хотели со мной поговорить, господин директор?

— Я хотел поговорить с тобой о нескольких вещах, Гарри. Я прошу тебя поговорить с Сириусом, который не хочет меня слушать, о том, чтобы он принял мое приглашение преподавать ЗОТИ хотя бы до конца этого года. Профессор Снейп слишком устает, чтобы наваливать на него два предмета у всех курсов, факультет за который он отвечает, да и другие обязанности.

— Почему вы думаете, что мне удастся его убедить? — я так удивился, что посмотрел на директора.

— Что-то мне говорит, что у тебя есть на это шанс.

— Хорошо, я поговорю с крестным. Что-то еще?

— Да. Артур Уизли при выполнении секретного поручения, получил ранение, и сейчас находится в больнице имени Святого Мунго в тяжелом состоянии.

— Я могу спросить, что произошло?

— Его укусила змея Волдеморта.

— Ну и что? Она же не ядовитая. Это же анаконда, как мне говорили.

— Она очень сильно разорвала ему сосуды на шее, задела гортань, плечо, видимо Артур пытался отстраниться. Вдобавок ко всему, похоже, Волдеморт все-таки какой-то яд умудрился в слюну Нагайны добавить, уж не знаю каким образом, не спрашивай. Яд не смертелен, просто не дает крови как следует сворачиваться, а учитывая глубину ран…

— Понятно, я сочувствую Уизли, но меня это каким образом касается?

— Ты в последнее время очень отдалился от этого достойного всяческого уважения семейства, поэтому я просто хочу тебя предупредить, чтобы не возникло недопонимания. Сириус очень неохотно, к слову, разрешил Молли, Джинни и Рону пожить на Гриммо, так как оттуда куда ближе до больницы, чем из Норы. Я надеюсь, ты не будешь против, если они составят вам компанию в Рождество. Ты ведь намериваешься провести каникулы у крестного? — я кивнул.

— Это дом Сириуса, и только ему решать, кого он хочет видеть у себя в качестве гостей. А где же все-таки мистер Уизли умудрился столкнуться со змеей Лорда?

— Неважно, Гарри. Это действительно было секретное задание, — ну неважно, так неважно. У Тонкс выпытаю.

— Это все? Я могу идти?

— Конечно, мой мальчик, иди. Но мы еще вернемся к нашему разговору.
 
БарсикДата: Воскресенье, 16.11.2014, 21:21 | Сообщение # 76
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Вкусная глава !! smile
ДДД как всегда туманно говорлив !! smile
 
kovalДата: Вторник, 18.11.2014, 19:59 | Сообщение # 77
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 52. Уизли

Я сижу в своей комнате в особняке Блэков и пытаюсь понять следующее: каким образом Нагайна ожила? Она ведь того, приказала долго жить и не следовать ее примеру. Как-то в кабинете директора я уцепился за саму мысль о миссии Артура Уизли, и упустил из виду такие детали. Почему директор мне солгал? То, что Артур находится в тяжелом состоянии в больнице, основанной отцом, это точно. А вот характер его повреждений вызывает у меня какие-то сомнения. Ну да ладно, поедем навестить его, посмотрим.

Сириус разрешил пожить Молли у него дома именно по той причине, что от Норы добираться до больницы слишком долго. Нет, миссис Уизли могла и аппарировать, но тройная аппарация с детьми, которые не имели об этом сложном деле ни малейшего представления, могла бы оказаться небезопасной, а кроме как через парадный вход в больницу простые посетители попасть не могли. Камины были заблокированы, ими могли пользоваться только целители, когда нужно было доставить больного в больницу. Блокировка каминов была необходима, чтобы не создать затор, и не мешать целителям оказывать помощь тому, кто действительно в ней нуждался. Даже сам персонал больницы обязан был пользоваться любым другим входом, кроме камина, чтобы попасть на работу. Так что поселиться где-нибудь в Лондоне для семьи Уизли было целесообразно. Но так как у них не хватило бы денег на то, чтобы снять номер в гостинице или квартиру, Молли была вынуждена обратиться к Сириусу.

Конечно был еще один вариант: воспользоваться гостеприимством старшего сына. Однако крохотная квартирка Билла не могла вместить все семейство, к тому же, как мне шепотом сказала Джинни, к Биллу очень часто начала заходить в гости Флер Делакур, чтобы практиковать английский. Молли не хотела препятствовать этой связи, потому что понимала, у ее детей не так уж и много шансов найти себе хорошую партию. Пусть лучше это будет французская полукровка, чем вообще никто.

Мы все ждали скандала Молли Уизли и Вальбурги с каким-то нездоровым интересом. Не дождались и даже были как-то немного разочарованы.

* * *

В день прибытия миссис Блэк с неодобрением смотрела на стоящую перед ней женщину, детей Сириус отправил располагаться в комнатах, от греха подальше, и тихонько присел на первую ступеньку лестницы, готовясь к тому, чтобы утихомирить двух разъяренных леди. Но ничего не произошло. Молли довольно долго стояла перед портретом и рассматривала нарисованную на нем Вальбургу. Наконец, миссис Блэк не выдержала и процедила сквозь стиснутые зубы.

— Да, я думала, что мой сын так неудачно пошутил про то, что наш дом будет принимать предательницу крови.

— Я всего лишь хотела любить и быть любимой. Неужели это столь страшное преступление? Разве вы сами не вышли замуж наперекор своей семье?

— О, здесь нужно внести поправку, семья Блэков всегда находится в центре различных скандалов. По-моему, если скандалов, связанных с нашим именем не будет в течение года, это будет означать только одно – род пресекся. Но, милочка, не путай скандал, разной степени грандиозности с предательством. Да, когда я и моя сестра выходили замуж, наша репутация была, так сказать, немного подмоченной, но мы никого не предавали! – Вальбурга слегка повысила голос.

— Я тоже! Мы с Тео всегда были чужими друг другу, он ни разу не посмотрел на меня как на девушку, как на женщину. Всегда эта полупрезрительная ухмылка, ледяной взгляд…

— Одно то, что он не попытался быстро объявить всем, что бросил тебя уже давно и позволил тебе носить обручальное кольцо только из чувства сострадания, говорит о том, что ты была Нотту небезразлична. То, что он понесся сломя голову выяснять подробности твоего позора у твоих братьев, говорит о том, что он не мог даже думать о последствиях, настолько его захватила ярость. Его никто не осуждает. Практически все магические рода знают правду. Тео был в своем праве.

— Над домом висела Метка, — упрямо проговорила Молли. – Я слышала, что Тот-Кого-нельзя-называть убил моих братьев лично.

— Это что, повод для гордости? – усмехнулась Вальбурга.

— Нет, но…

— Так проще, не так ли? Проще свалить вину на Темного Лорда, только чтобы не чувствовать себя виноватой. По-твоему ему делать было нечего, только за твоими братьями гоняться?

— Я не понимаю, братья состояли в Ордене Феникса и это значит…

— Ничего это не значит. Весь этот Орден – это некая пикантность, такова была мода среди молодежи того времени: или ты носишь метку или состоишь в Ордене. Вот Сириус тоже там состоял и что? Двенадцать лет Азкабана за преступление, которого он не совершал, вот все, чего он добился, участвуя в этих посиделках.

— Вы неправы, — тихо проговорила Молли. – Орден борется против Лорда.

— Правда? И каким образом, не поведаешь? Я все равно никому ничего не смогу рассказать, потому что застряла в этой картине. Что такого сделал Орден тогда и что он сделал сейчас, чтобы Темный Лорд все бросил и начал гоняться за его членами?

— Мы… они…

— Ни-че-го. Ни они, ни вы не делаете ничего! Тех, кто действительно бросил вызов Темному Лорду на пальцах можно посчитать, и среди них, как-то так получилось, большинство почему-то носит Метку. Мои несчастные сыновья очень хорошее доказательство моих слов. Так что, не смотря на Метку, которую в принципе может повесить каждый, кто знает заклятье, Темный Лорд никакого отношения к смерти Прюэтов не имеет. Зачем ты так сделала? Кто тебя надоумил выскочить замуж, не разорвав перед этим помолвку? Ты могла приложить немного усилий и сделать так, чтобы Тео сам тебя бросил. Поверь, если женщина чего-то слишком сильно хочет, то она обречена на успех, необходимо всего лишь приложить некоторые усилия.

— Альбус всегда нас учил, чтобы действовали так, как нам подскажет сердце.

— И твое сердце с подачи Дамблдора приняло такое глупое решение?

— Миссис Блэк…

— Уйди, я не хочу с тобой разговаривать. Я тоже в юности действовала по зову сердца, как и все Блэки. За исключением, пожалуй, Беллатрикс. Я ни одного дня не пожалела, что связала свою жизнь с Орионом. Да, мы с сестрой пошли ва-банк и предпочли пикантный скандал, чтобы быть рядом с теми, с кем мы хотели быть, не дожидаясь того момента, когда нам подберут женихов. Я не хочу слушать оправдание глупой курицы, которая вместо того, чтобы подумать, решила, что действовать так, как советует ей один человек, единственно правильно.

— Молли, пойдем, я покажу тебе твою комнату, — Сириус вскочил и подбежал к красной от злости и унижения женщине.

— Я могу помочь по хозяйству, — миссис Уизли взглянула на крестного.

— Спасибо, не стоит. Кикимер вполне справляется со своими обязанностями.

— Миссис Уизли, — я вышел из темного коридорчика, где до сих пор стоял, прислонившись к стене, и оставался незамеченным. Она посмотрела на меня. – Скажите, пожалуйста, что произошло с мистером Уизли?

— На него напала змея, и раны все никак не заживают. Особенно одна на плече.

— Почему на плече? – я невольно нахмурился. Может быть, Артур успел заслониться от нападения?

— Самая глубокая, да и считай единственная рана – на плече. Все осложняется тем, что кровь никак не удается остановить. Он просто скоро умрет от кровотечения, — Молли всхлипнула и быстро начала подниматься по лестнице.

* * *

Меня отвлек от размышлений стук в дверь. Не успел я пригласить стучащегося войти, как дверь открылась, и на пороге оказались Рон и Джинни. Довольно бесцеремонно войдя в комнату, они сели и уставились на меня. Я же в свою очередь поднялся с постели, на которой я до этого момента валялся и сел в последнее свободное кресло.

— Гарри, — Джинни внимательно смотрела на меня, — как ты думаешь, папа выздоровеет?

— Я не знаю, — наверное, нужно было говорить, что конечно выздоровеет. Что не нужно волноваться и все будет хорошо, но я не мог. Артур действительно мог изойти кровью, если все то, о чем говорила Молли – правда. Я просто не имел права вселять в них ложную надежду, пусть лучше потихоньку готовятся к неизбежному.

— Почему вообще так произошло? – Рон сжал кулаки. На него произошедшее с отцом повлияло как-то положительно. Он выглядел более собранным что ли?

— Директор Дамблдор сказал мне, что ваш отец выполнял какое-то задание, во время которого и был ранен. Это просто чудо, что его нашли вовремя и сейчас есть шанс его спасти.

— Нам не говорят, что произошло. Мама считает, что мы слишком маленькие, но, Гарри, какая разница сколько нам лет? Разве мы не вправе узнать, почему умирает наш отец? – Джинни всхлипнула. – Когда приедет Гермиона?

— Почему ты спросила? – я слегка насторожился.

— Да только слепой не видит, как вы друг на друга смотрите. Она просто светится вся, когда ты рядом, такая красивая становится, — сквозь слезы улыбнулась девушка. – Мне просто тяжело сейчас одной. Вы парни, мама все равно ничего не скажет. Мне не с кем даже поговорить.

Я сочувственно посмотрел на нее. Я не могу представить, как ей сейчас приходится, я сам никогда не был в подобной ситуации. Понятно, что Джинни нужна подруга, чтобы посплетничать, просто поговорить. Ну не к Вальбурге же ее посылать.

— Она приедет сразу после Рождества. Отпразднует с родителями и приедет.

Джинни кивнула и снова захлюпала носом.

— Это будет самое грустное Рождество. Мама места себе не находит, почти все время в больнице проводит. Нас с собой не берет. Скорее всего, и Рождество она в палате встречать будет с папой вместе, а мы вот здесь.

— Джинни, прекрати, — немного прикрикнул Рон на сестру. – Не тебе одной плохо. Билл тоже в больнице каждый день и Фред с Джорджем сразу после работы туда бегут. Даже этот козел Перси постоянно в больницу мотается, а Чарли не может приехать, у них какой-то аврал приключился, так сов уже загонял. Всем нам плохо, так давайте сядем кружком и выть начнем. Все равно ничего нельзя сделать, только ждать.

Я с удивлением смотрел на Рона. Ничего себе, а парень действительно повзрослел в эту неделю, с тех самых пор, когда стало известно, что его отец борется со смертью.

— Это самое паршивое, когда ничего не можешь сделать, — прошептала Джинни, — как же я ненавижу ждать.

— Гарри, — Рон был серьезен, даже как-то слишком серьезен. – Перед тем, как мы сюда переехали, со мной разговаривал директор. Он долго и нудно что-то рассказывал, про любовь, про дружбу, я половины не понял, я в то время только об отце думал. Так вот, под конец своей речи директор прямо-таки настаивал на том, чтобы я с тобой помирился.

— Но, Рон, мы же не ссорились.

— Я пытался ему это объяснить, но он меня все время перебивал и продолжал свою речь толкать. Я пытался, правда. Я говорил, что просто нам стали нравиться разные вещи, что у нас осталось не так уж много общего, что тебе интереснее проводить время с Гермионой, Невиллом и Малфоем, и недавно присоединившейся к вашей компании Лавгуд, но он как будто не слышал.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Я понимаю, что это только совпадение, но для чего-то директор хочет, чтобы я постоянно находился рядом с тобой, и он… Я его боюсь, понимаешь, он ведь для того, чтобы нас сблизить, ранение моего отца использовал.

— Давай сделаем следующим образом, Рон, — я, нахмурившись, барабанил пальцами по подлокотнику. Я понимаю, зачем директору нужно, чтобы все было как раньше. Старшие Уизли состоят в Ордене, младший находится рядом со мной, очень много вариантов для манипулирования, только вот ничего у вас, директор, не выйдет. – Давай сделаем вид, что все нормально, что за эти каникулы мы сблизились, практически как раньше. Чтобы все это закрепить, я выпрошу у твоей мамы разрешение навестить вашего отца. В больницу сходим вместе. В школе тебе придется потерпеть какое-то время Невилла, Драко и Луну, но это не смертельно, потерпишь.

— А что будет дальше?

— Не знаю, поживем-увидим.
 
kovalДата: Среда, 19.11.2014, 12:53 | Сообщение # 78
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 53. Несчастный случай

Целителям, наконец, удалось выделить яд, который не давал крови Артура сворачиваться. Они заявили, что прямого противоядия к данному веществу нет, но они сейчас знают, как на него можно воздействовать опосредованно, что в итоге привело к частичному заживлению. Та рана, которую намеренно держали открытой, чтобы кровь выходила все-таки наружу, уже практически не кровоточила, но целитель занимающийся мистером Уизли сказал, что Артур проведет в больнице еще недели две. То есть до нашего отъезда в школу, вернуться домой у него не получится.

Накануне Рождества нам разрешили его навестить. Мистер Уизли был очень бледен, цветом лица практически не отличался от белья, которым была застлана постель, но полон оптимизма. Джинни подлетела к улыбающемуся отцу и разревелась, уткнувшись ему в грудь. Рон присел на край постели и неуклюже поглаживал Артура по здоровой руке. Я же деликатно стоял в сторонке и не мешал детям предаваться радости от того, что их отец выжил.

Добирались мы до больницы на такси, а обратно меня, Джинни и Рона должен был доставить специально зарегистрированный для этой цели портключ. Чтобы его зарегистрировать, Сириусу пришлось целый день провести в Министерстве, где он обошел не менее дюжины кабинетов. Понятно теперь, почему маги предпочитают создавать неофициальные порключи. Пока ты его зарегистрируешь, он тебе уже может и не понадобиться.

* * *

Молли больше не сталкивалась с миссис Блэк. Она вообще практически все время проводила в больнице, появляясь дома только перед сном, и коротко доложив нам о состоянии Артура. Сириус также где-то пропадал целыми днями, вместе с Люпином. Так что мы были предоставлены практически сами себе. От нечего делать мы играли с Роном в волшебные шахматы, а Джинни взяла на себя роль болельщицы, причем в каждой партии она болела то за брата, то за меня.

— А ты лучше стал играть, — вдруг улыбнулся Рон, когда первую партию мы закончили вничью. – Помнится, ты коня от ферзя с трудом отличал совсем недавно.

— Совсем недавно ты сам считал, что нет бога, кроме квиддича и «Пушки Педдл» его пророков, — хихикнул я.

— Аминь, — торжественно произнесла Джинни, и мы расхохотались.

— И над чем вы так весело смеетесь? – в комнату вошла Тонкс, упала в кресло.

— Да так, вспоминаем о нашей прошедшей юности, — с пафосом произнесла младшая Уизли.

— А, ну, бывает, наверное, — пробормотала Тонкс. – Гарри, а где черти носят твоего крестного и его дружка? У меня есть новости нужно пошептаться, а их нет.

— Не знаю, с утра куда-то убежали, даже не позавтракали. Им-то ничего, где-нибудь перекусят, а нам пришлось весь завтрак терпеть нытье Кикимера, что его никто не любит и не ценить до такой степени, что брезгует его стряпней.

— Да, этот эльф кого угодно доведет. Он, кстати, гораздо лучше выглядит. Весь такой отутюженный с медальоном на шее. Просто франт, — Тонкс хихикнула.

— Тонкс, отвечай нам прямо и не увиливай, где мистер Уизли получил свои ранения? – вдруг рявкнул я. Девушка вздрогнула и удивлено посмотрела на меня.

— Да, все там же. Я же говорила тебе о задании, порученном Дамблдором Ордену.

— Постой, они что, до сих пор караулят Отдел Тайн?

— Да, — просто ответила девушка.

— Но, зачем?

— Видимо есть резон, если на Артура напали, — слегка нахмурилась Тонкс.

— А вот я сейчас в этом сомневаюсь, — пробормотал я, рассматривая доску. – Тонкс, у меня появилось ощущение, что на мистера Уизли вообще никто не нападал. По крайней мере, змеи там точно не было.

— Я не понимаю, а откуда тогда раны?

— Черт его знает, нужно с самим Артуром поговорить, просто, это же Отдел Тайн. Сотрудники могли что-нибудь нахимичить, и уйти, поставив полог, они же не в курсе, что их Отдел кто-то караулит.

— А почему ты пришел к такому выводу? – Тонкс задумчиво разглядывала доску, на которой еще стояли несколько фигур.

— Из-за змеи. Артур, судя по всему, описал Нагайну, а ее там совершенно точно не могло быть.

— Почему?

— Потому что она сдохла, — медленно и довольно растеряно проговорил я. – Сириус говорил, а ему Люпин сказал об этом. Это же все знают. Лорд по слухам такую истерику закатил, что всем было весело.

— Представь себе, Гарри, что о таких подробностях знают не все, — Тонкс говорила задумчиво. – Я скажу больше, то о чем ты мне поведал – лично для меня новость. И, похоже, не только я не в курсе таких интимных подробностей из жизни Лорда. Почему-то Орден не был поставлен в известность. Наоборот, Альбус призывал остерегаться эту тварь. А как давно она отошла в мир иной?

— В начале лета, — я понял, что, не подумав, сморозил глупость, и теперь взвешивал каждое свое слово.

— То есть, вы хотите сказать, что Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно вернулся?! – иногда рыжие думают удивительно синхронно, но когда они орут в голос, то могут оглушить.

— Э, да. А вы что не знали?

— Представь себе, нет! – Джинни грозно сверкала на меня глазами. – То есть слухи слухами, и что Орден Феникса снова действует, мы как бы догадывались, но вот ничего конкретного нам никто не говорил! Гарри, тебе не кажется, что это подло, то, что люди ничего не знают о грозящей им опасности?

— Нет, не кажется, — я отвечал довольно резко. – Обычным людям и так ничего не грозит. Те, кому необходимо знать о таких вещах – в курсе. И если они предпочитают молчать, то, значит, они понимают, к чему это молчание может привести. И я не собираюсь никому облегчать его работу, потому что заботится о благополучии граждан, это прямая обязанность существующего правительства. И если правительство не справляется с возложенным на него долгом, то кто в этом виноват? Гарри Поттер? Вот еще. Я знаю, что мне придется однажды встретиться с Лордом лицом к лицу, об этом говорится в пророчестве, которое, кстати, зачем-то охраняет Орден. Не понимаю, правда, зачем. Вряд ли Лорд изменит свои планы, если узнает пророчество до конца. Так вот, мне предстоит с ним встретится, это как бы предопределено. Но больше я ничего делать не собираюсь. Мне безразлично, каким образом министр будет выкручиваться, когда о возрождении Лорда станет известно всем. А это скоро будет известно, потому что это не тот факт, который можно долго держать в тайне.

— Я не понимаю тебя, Гарри, ты очень изменился, — Джинни внимательно смотрела на меня и пыталась, видимо, что-то понять по выражению моего лица.

— Все меняются под влиянием различных обстоятельств.

— Хватит, — вдруг хлопнул по столу Рон. – Я знать не хочу ни о каких подробностях. Джинни, если Гарри не бежит давать интервью во все газеты, то это его дело, а наше дело по возможности не мешать.

Он встал из-за стола и вышел из комнаты. Да, рыжий действительно резко повзрослел. И он мне таким нравится. Не знаю, станем ли мы друзьями, слишком разные у нас взгляды на жизнь, но вот нормально общаться мы точно сможем.

— Я попробую разузнать, что случилось в Отделе Тайн, в тот день, когда ранили Артура, у меня есть знакомые среди невыразимцев, — Тонкс быстро выпорхнула из комнаты, оставив меня с Джинни наедине.

— Что происходит, Гарри? – она выглядела немного испуганной.

— Неважно. Тебя и твою семью это что-то не коснется, если не будете лезть на рожон. С вас уже нечего взять, — добавил я с какой-то горечью. – Давай лучше сыграем, — и я принялся расставлять на доске фигуры.

Тонкс вернулась этим же вечером, причем она была чем-то весьма озабочена. Сириус еще не вернулся, поэтому она не стала долго задерживаться.

— Я поговорила с нужными людьми, и вот что получается. Перед самым концом рабочего дня, кто-то вылил перед дверью эликсир потайных грез. То есть у вдыхающего данный эликсир во время сна могут начаться галлюцинации, которые очень сложно осознать явью. Обычно, когда люди его вдыхают, они готовятся увидеть что-нибудь очень приятное, и они это видят. Но, Артур готовился к возможному нападению, и он не знал, что дышит этой дрянью. Сами сотрудники убирать ничего не стали, потому что эликсир очень летучий, и чтобы полностью избавится от него, нужно было надолго задержаться. Они же не догадывались, что кто-то находится под этой дверью. За ночь все пары должны были выветриться или нейтрализоваться, эликсир очень недолговечен.

— Поэтому сотрудники просто закрыли дверь и пошли спать. А Артур подсознательно боялся нападения именно змеи, вот она и напала на него.

— Да, похоже, что так оно и есть.

— Но откуда тогда рана?

— Знаешь, а ведь получается, что это был всего лишь несчастный случай, — вдруг пробормотала Тонкс.

— Почему?

— Там на стене висят несколько древних мечей и секир. Лезвие одной из этих секир покрыто ядом, который использовался в средние века, чтобы уж наверняка отправить соперника к праотцам. Противоядия к нему так и не было найдено, представляешь.

— Понятно, Артур увидел атакующую змею, вскочил и напоролся на это лезвие. Но, разве можно такие вещи хранить в открытом доступе?

— Конечно, нет. Там висит предупреждающая записка, но после этого случая, все эти опасные железки убрали под непрекращающиеся вопли начальника отдела. Кстати, Артуру лучше подольше поболеть, потому что, брызжущий слюной, глава невыразимцев грозит начать внутреннее расследование, чтобы выяснить, а что именно забыл Уизли под дверьми его отдела.

— Это никак нельзя замять? – я понизил голос до шепота.

— Альбус Дамблдор пытается, но, по-моему, его вмешательство только подливает масло в огонь. Видишь ли, если бы Артур просто шел по коридору и наткнулся бы на злополучную секиру, это было бы одно, но, чтобы подействовал эликсир, человек должен спать. А это уже немного другое.

— Мда, не везет Уизли в последнее время. С их положением меньше всего нужно, чтобы глава семьи лишился работы, — я покачал головой. – Куда он пойдет, если его выкинут?

— Не знаю, — развела руками Тонкс. – Может еще удастся все утрясти.

* * *

Я еще пару минут постоял рядом с постелью Артура, кивнул ему, когда он поднял на меня взгляд и слабо улыбнулся, и вышел из палаты. Им нужно сейчас побыть одним. Затем, я решительно отправился исследовать больницу, которую основал отец.

Размеры клиники поражали просто. Народу было столько, что я невольно присвистнул. Да, мой сейф никогда не оскудеет.

На четвертом этаже на одной из стен я увидел небольшой портрет основателя больницы. В отличие от огромного и неживого портрета, висящего в холе, этот был волшебный.

Отец на нем постригал розовые кусты, и тихонько напевал себе под нос какую-то песенку. И невольно подошел поближе и прислушался.

— «Кто это?» — король у вассала спросил, и указал перстом, — эта пошловатая песенка про любовные похождения Генриха IV была моей любимой, я просто не мог заснуть, пока мне ее не кто-нибудь из родителей не пел.

— И отвечает вассал: «Сир, робкая эта – невеста моя», — я не удержался и слегка напел вместе с изображенным на картине отцом.

Он резко развернулся и быстро подошел к самому краю рамы. С минуту он меня рассматривал, а затем протянул слегка дрожащую руку, как будто хотел дотронуться до меня.

— Гарри, мой Гарри, — прошептал он.

Я почувствовал, что еще немного и разревусь как пятилетний малыш.

С трудом взяв себя в руки, я покачал головой и охрипшим голосом проговорил.

— Вы ошиблись, мистер Бонам, я не ваш Гарри, — и, резко развернувшись, я бросился по коридору прочь.
 
kovalДата: Пятница, 21.11.2014, 20:10 | Сообщение # 79
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 54. Аберфорд

Аберфорд швырнул на стол бутылку со сливочным пивом, и сел напротив меня.

— Вот мрази, сбежали все-таки, — он отбросил в сторону газету, где были напечатаны колдографии покинувших Азкабан, причем по собственной воле, пожирателей. – Как им это удалось?

Я пожал плечами. Как-то удалось. Хотя теперь становится понятно, чем таким тайным был занят Лорд, что даже те из его слуг, кто был на свободе, не знали о планах своего господина. Лично для меня это событие ничего особо не меняло, а вот Невилл как с цепи сорвался. Он постоянно требовал от меня дополнительных тренировок и все новых боевых заклятий. То, чем он сейчас владел, причем довольно прилично, далеко выходило за школьную программу, и я бы на месте Лейстренджей не попадался ему под горячую руку. А вот для Уизли этот побег оказался благом. Все срочно забыли, что против Артура началось-таки служебное разбирательство, но, в связи с форс-мажором, дело спустилось на тормозах.

Я чувствовал, что моя встреча с Темным Лордом не за горами, и мне необходимо было как можно скорее обезвредить директора. Потому что выполнять отведенную мне роль в его грандиозных планах я был совершенно не намерен, какими бы эти планы не являлись.

— Спрашивай, — пробурчал хозяин «Кабаньей головы», опрокидывая в рот порцию огневиски.

— Почему вы решили, что я хочу что-то спросить?

— А для чего ты еще сюда заявился, тратя на мое сомнительное заведение время, которое мог провести со своей девчонкой?

— Логично, — я хмыкнул и собрался с мыслями. Нужно было спросить так, чтобы этот Дамблдор ответил, но как это сделать? Хотя, почему бы не спросить прямо? Если трактирщик не захочет делиться своими воспоминаниями, то он никогда не заговорит, а если решит все же рассказать, то совершенно незачем ходить вокруг да около. – Почему вы развязали драку со своим братом прямо на похоронах своей сестры? – Я выпалил эту фразу на одном дыхании и занялся очень важным делом, а именно – открыванием бутылки с пивом.

— Полагаю, что причины тебе известны? Смерть нашей сестры Арианы. Это можно назвать несчастным случаем, так как никаких преступных намерений никто из нас не имел, — Аберфорд вздохнул. – Нет смысла утаивать то, что было предано огласке практически сразу. Я орал тогда достаточно громко, чтобы этим делом заинтересовался Аврорат. В общем, нас тогда здорово помотали, Альбус даже пару недель просидел в Азкабане, но потом выяснилось, что никто из нас не виноват: Ариана просто очень сильно испугалась, и, отшатнувшись от какого-то проклятья, упала и ударилась затылком о каминную полку.

— А директор Дамблдор об этом знает? – я смотрел на старика, который задумчиво разглядывал огневиски в своем бокале.

— Понятия не имею, когда его освободили, он малость тронулся, потом, правда, пришел вроде в норму, но вот насколько – не знаю, мы практически не общаемся с этого времени.

— Я так и не услышал причину конфликта, и состав участников, — помимо воли в моем голосе прозвучали металлические нотки.

— Это я закатил скандал, когда к нам снова заявился Гелерт. Когда они познакомились, Альбус практически перестал обращать на нас с Арианой внимание, вот я и взбесился, — старик снова замолчал.

— Почему вы со мной так откровенны?

— Наверное, в жизни каждого человека наступает момент для исповеди. Тем более что практически никто никогда не интересовался подробностями. Так почему бы и не пооткровенничать?

— Ну, хорошо. А что было дальше? После того как выяснилось, что произошедшее с Арианой – несчастный случай.

— Потом Альбус заплатил просто гигантский штраф, который полностью нас разорил.

— Но почему только штраф? Ведь вы употребляли Непростительные?

— Это они после войны стали так называться, а до этого времени таких ограничений не было. Потому формулировка была следующей: «Неосторожное воздействие опасных заклинаний, приведшее к смерти несовершеннолетней». Гелерт тогда деру дал, никто ведь не знал, что послужило смертью Арианы, а мы остались практически в нищете. У нас только дом остался, да и то пустой наполовину. Альбус попытался устроиться на работу, но кто его с таким волчьим билетом возьмет? Тем более что особых талантов у него тогда не было.

— Как это не было? Разве директор не был лучшим учеником своего выпуска? – я невольно нахмурился.

— Кто тебе такое сказал? – Аберфорд залпом допил огневиски и поставил бокал на стол. – Он всегда был хорош в трансфигурации, да очень хорош. Немного разбирался в зельях, и, пожалуй, что все.

— Но…

— Что «но»? Где ты читал хоть что-нибудь о том, что он этакий гений? Везде только его успехи в изучении крови дракона описываются, насколько я знаю, а кровь он вместе с Николасом Фламелем изучал, когда в учениках у того бегал. А вот когда у Диппета покойного проблемы с нехваткой преподавателей случилась, тогда-то он и вспомнил про Альбуса, и предложил ему место преподавателя трансфигурации. Ну, а когда братишка дружка бывшего обезвредил, вот тогда к нему пришли и слава и почет и все, что к нему прилагается. А когда вся эта заваруха с Поттерами случилась, Альбус предложил дом твоим родителям продать, мне все равно было, я там жить не мог, в Лондоне перебивался в «Флориш и Блотс», а потом долю свою за дом получил, взял, да и кабак этот купил, чтобы было, где старость коротать.

— А долго директор на работу устраивался?

— Нет, я же говорю, он как пришибленный в эти дни был, по приятелям пошел, а там что-то не срослось, бесился из-за этого сильно. А потом ответ от Фламеля пришел, так он, вроде, успокоился немного.

— А не срослось, потому что у приятелей дети или родились или вот-вот должны были родиться, и им, мягко говоря, было не до Альбуса, — пробормотал я. На душе было мерзко, и хотелось банально напиться. Но я пересилил этот порыв, все-таки этому телу еще нет шестнадцати, и оно крепче сливочного пива ничего в себя не принимало, так что, как я отреагирую на прием алкоголя, только Пресвятой Деве известно. Поэтому я решил откланяться и вернуться в «Три метлы» к, ожидающей меня там, Гермионе.

Сириус дал себя уговорить занять пост преподавателя ЗОТИ, так что в Хогвартс мы явились уже все вместе. Как прошла оставшаяся часть каникул я плохо помню. Все время я проводил с Гермионой, причем, преимущественно ничего не делая, просто сидел на полу, навалившись спиной на ее ноги, и думал, очень много думал.

Сириус успел отметиться на новом рабочем месте тем, что уговорил профессора Снейпа отпраздновать день рожденья. Как ему это удалось, остается загадкой, но три пьяных тела: крестный пригласил на день рожденья наставника Люпина, правда забыл именинника об этом предупредить, слоняющихся по коридору восьмого этажа и орущие какие-то пиратские песни – это было мощно. Что эта развеселая компания делала на восьмом этаже, удалось выяснить, только когда туда ворвалась профессор МакГонагалл. Причем ворвалась она туда не одна, а волоча меня за собой, вытащив предварительно из постели. Это был первый раз, когда она появилась в помещение факультета.

Оказалось, что господа наставники, и один оборотень решили вспомнить молодость и целенаправленно искали вход в Выручай-комнату. Зачем они это делали, не удалось выяснить, похоже, они сами не знали. К счастью, поиски им не удались. То ли не там искали, то ли комната оказалась гораздо умней, чем я всегда думал, и просто не открылась перед пьяными рожами. Нам с большим трудом удалось развести профессора Снейпа и Сириуса по их комнатам, а Люпина запихать в камин и передать из рук в руки Тонкс, которая приняла приглашение Сириуса пожить немного в его доме, «последить за хозяйством», пока он сам будет отсутствовать, потому что «на волка никакой надежды в этом плане нет». Кто будет следить за самой Тонкс, которая теперь жила под одной крышей с взрослым оборотнем, никого, похоже, не волновало. Когда я заикнулся на эту тему, крестный только махнул рукой и заявил:

— Она аврор, если что, отобьется, — и ушел, оставив меня смотреть ему вслед с отвисшей челюстью. Хотя, я так и не понял, кто от кого должен отбиться, если что?

Закончился день рожденья наставника тем, что на следующий день сразу два преподавателя были не в состоянии проводить занятия, поэтому все те несчастные курсы, у которых были зелья и ЗОТИ получили внеплановую контрольную. Это было сделано, чтобы не они одни в этот день мучились, не иначе.

После того как мы разволокли по кроватям наставника и крестного, профессор МакГонагалл еще задержала меня на несколько минут, прежде чем отправить спать.

— Гарри, напиши мне, пожалуйста, список литературы по трансфигурации, содержащий ту информацию, о которой ты говорил, — садясь на стул в своем кабинете и кутаясь в шаль, попросила наставница.

— Зачем, — я оторопело смотрел на нее.

— Я долго думала. В общем, то, что мы учим, действительно в большинстве своем бездоказательно. Я не могу сейчас согласиться со всеми твоими доводами, но я хотела бы увидеть альтернативные источники. И, да, Гарри, мне безразлично, кем был тот, кто все это написал. Хоть предыдущим Темным Лордом.

Я тогда молча взял пергамент и написал то, что она просила. До сих пор я пребываю в состоянии какого-то крайнего изумления, но посмотрим, во что все это выльется. Одно я понял, наставница просила меня написать список, чтобы не искать литературу самостоятельно. То ли не хотела этим заниматься, то ли не хотела привлекать внимания, не знаю, а спрашивать я не стал.

Сегодня за завтраком пришло письмо из Гринготса с просьбой явиться, как только смогу.

Войдя в «Три метлы», я, не раздеваясь, подошел к столику, за которым сидела Гермиона, и, наклонившись, прошептал ей на ушко:

— Давай, сегодня будем нарушать все известные правила и отправимся в Лондон.

— Каким образом? – она посмотрела на меня удивленно, но я успел заметить искорку заинтересованности в ее глазах.

— Аппарируем.

— И что мы будем там делать? – она уже стояла на ногах и натягивала мантию.

— Предаваться грехопадению? – я ухмыльнулся, увидев, как у нее округлились глаза. – Я имел в виду грех чревоугодия, в Фортескью, а почему ты так покраснела? Ты подумала о чем-то еще?

Гермиона промолчала, но румянец все еще держался на ее щеках, когда мы забежали в какую-то подворотню и я притянул ее к себе для аппарации.

— Прежде чем в кафе идти, давай зайдем в банк. Гоблины хотят мне что-то сказать.

Девушка просто кивнула и ничего не ответила, но все еще продолжала держать меня за руку. Это было очень приятное чувство, и я почувствовал, что противный комок постепенно уходит из груди.

В банке нас препроводили к управляющему, который вручил мне ключ от сейфа Поттеров.

— Прошло уже больше года, — я усмехнулся и спрятал ключ в карман.

— Вынужденная задержка. Счета объединить?

— Нет, не стоит. На мой основной счет у меня большие планы. Поэтому я бы хотел, чтобы два процента от общей ежемесячной суммы поступлений переводилось на этот счет, — я похлопал по карману. Гоблин понимающе кивнул.

— Не хотели бы чего-нибудь еще?

— Да, я хотел бы попросить вас заняться продажей дома в Годриковой впадине. Только, вначале пусть его осмотрят маггловские специалисты по взрывным устройствам, а то были прецеденты. И еще. Я хотел бы приобрести новый дом, желательно в Уэльсе.

— Хорошо, мы подберем варианты. Что-то еще?

— Я не знаю, возможно ли это сделать, — я замялся. – Вы не могли бы узнать, можно ли частному лицу приобрести магический портрет Мунго Бонама, который висит на четвертом этаже в больнице?

— Хм, это будет сложно и дорого, но, когда есть деньги, то нет ничего невозможного. Мы попробуем это выяснить. В случае успеха, куда доставить портрет?

— В мой новоприобретенный дом.
 
БарсикДата: Суббота, 22.11.2014, 09:51 | Сообщение # 80
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Интересное продолжение !! Автору спасибо !!
Яд не дающий крови свернуться, магический ибо не вышел с кровью, очень быстро Артура нашли похоже cool
 
kovalДата: Суббота, 22.11.2014, 23:38 | Сообщение # 81
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 55. Предложение

Экзамены СОВ приближались как-то очень стремительно. Я все эти месяцы ожидал каких-либо действий от директора, но их не последовало. Должно быть Альбус Дамблдор был чем-то очень занят, поэтому не проявлял ко мне никакого интереса. Как и к тому, что мы с Роном изображали что-то отдаленно похожее на приятельские отношения. Проявлялось это следующим образом: на занятия и с занятий мы ходили втроем, как Поттер в старые времена, в Большом зале сидели рядом, и Рон не вскидывался, когда ко мне подходил в перерывах Драко, или подбегала Луна.

С Луной вообще все было практически нормально. Она уже не выглядела настолько оторванной от этой жизни как раньше, и довольно благосклонно принимала попытки ухаживаний за ней Малфоя. Которые, на мой взгляд, были далеки от совершенства.

* * *

Активно Драко решил действовать в День Всех Влюбленных. В замке творилось что-то невообразимое, все эти валентинки, хихикающие девчонки, в общем, мы решили все же отпраздновать этот праздник в тесном дружеском кругу в ритуальном зале. Пока мужская часть нашей группы в лице трех парней: меня, Невилла и Драко, готовила что-то вроде пикника на полу перед статуей Салазара, Гермиона куда-то умчалась и привела с собой Луну, которая здесь еще не была.

— Как твои мозгошмыги? – поприветствовал девушку Драко.

Гермиона закатила глаза и покачала головой.

— Малфой, ты все-таки придурок, — простонала она и села рядом со мной.

— Конечно, придурок, — Невилл соскочил с покрывала и быстро подошел к Луне. – Не обращай на него внимания, пойдем, — и он галантно подал девушке руку.

— Мозгошмыги, нормально, — с безмятежной улыбкой сообщила Луна, устраиваясь между Невиллом и Драко, и развернувшись к последнему. – Только они не мои, а обычно других людей. И, знаешь, несмотря на все усилия профессора Снейпа, от твоих мозгошмыгов мне похоже никак не отделаться.

— Это почему? – Малфой наклонил голову набок и пристально рассматривал сидящую рядом девушку.

— Ты так громко думаешь, что тебя даже не легилимент может услышать, — Луна опять слегка улыбнулась.

— И о чем же я так громко думаю? – почти прошептал Драко.

— О, это даже я скажу, — Гермиона откинулась спиной на мою грудь, а я просто не знал, куда деть руки. В конце концов, я плюнул на приличия и положил их девушке на талию, притягивая еще ближе к себе. – Ты сидишь и размышляешь, почему тебя сегодня завалили валентинками, а вот единственная девушка, которая тебе хоть немного нравится, предпочитает чужих мозгошмыгов.

Драко слегка покраснел, похоже, Гермиона попала в точку, а Луна слегка откинув голову назад, тихонько засмеялась. Потом она сунула руку в карман и достала два простых бумажных сердечка, вырезанных из бархатной бумаги и протянула их парням.

— Гарри, извини, но тебе я ничего не подарю, подозреваю, что такие подарки могут расстраивать Гермиону. А вот вам держите, валентинки. Ты доволен, Драко?

— Я был бы доволен, если бы ты сказала: «Извини, Невилл, но я тебе ничего не подарю, потому что это может расстроить этого прекрасного юношу – Драко Малфоя».

Я не выдержал и хихикнул, настал черед Луны мило покраснеть.

— Малфой, тебе не кажется, что ты слишком наседаешь на девушку? А где цветы, конфеты и дурные стихи собственного сочинения? – Невилл слегка отстранился от Луны и, вытащив из кармана мантии маленький букетик хризантем, протянул его уже просто зардевшейся девушке. Затем попросту лег на бок, подставив под голову руку. – Извини, но конфеты и стихи будут в следующий раз, — он продолжал издеваться над Драко.

— Луна, моя милая, драгоценная Луна, — растягивая слова, произнес Малфой, — если в тебе есть хоть капля человеколюбия, ты сейчас скажешь: «Невилл, я терпеть не могу стихи, особенно плохие, а на хризантемы у меня аллергия»…

— А может, ты мне позволишь сказать самой? Невилл, — Луна повернулась к Лонгботтому, — я очень люблю стихи и с удовольствием послушаю, а за цветы огромное спасибо, мне еще никто никогда не дарил цветов, — с этими словами она потянулась и чмокнула Невилла в щеку.

— Эй, полегче, — вскинулся Драко.

— Хочешь, я тебе сейчас укажу на твои ошибки? – посмеиваясь, спросил я у Малфоя. Он напряженно кивнул, и я продолжил. – Во-первых, ты должен был додуматься сам приготовить скромный подарок. Во-вторых, ты не должен так откровенно демонстрировать свои намерения. Ну и, в-третьих…

— В-третьих, я сам разберусь, — буркнул Драко и переместился поближе к Луне. – Луна, ты же накоротке с моими мозгошмыгами, поэтому знаешь, что они довольно неровно дышать начинают в твоем присутствии. Насчет цветов – я пока просто не знаю, какие ты предпочитаешь, а от моих стихов начинает тошнить меня самого, да-да, я пытался что-то накропать, поэтому плюнь на Лонгботтома и соглашайся пойти со мной в Хогсмид в следующие выходные. Ну, каков будет твой положительный ответ?

— Драко, ты просто неподражаем, — снова рассмеялась Луна, — наверное, только ты способен перевести комплименты в нечто, напоминающее хамство. Но, как ни странно, мне нравится подобная откровенность, поэтому мой положительный ответ – да.

— Нет, так не честно, всех двух лучших девушек прибрали к рукам эти два откровенных хама, а такому видному парню как я, опять придется начинать поиск той единственной, — говоря это, Невилл улыбался, а под конец уже откровенно смеялся.

Вечер удался, мы много разговаривали, много смеялись и ели конфеты с фруктами, а когда настала пора расходиться, Гермиона встала и кивнула друзьям.

— Вы идите, мы здесь приберем и тоже пойдем.

Они как-то понимающе переглянулись и, загадочно улыбаясь, вышли из зала.

— Зачем ты их отправила? – я быстро убрал мусор и свернул покрывало, которое решил оставить здесь.

— Ты что, правда, не понимаешь? – она подошла ко мне совсем близко и, положив руки мне на плечи, зажмурилась.

Я не удержался. Я целовал ее сначала нежно, затем все более откровенно. Когда Гермиона запрокинула голову, подставляя под мои губы шею, я опомнился и с трудом отстранился.

— Почему? – у нее на глазах блеснули слезы.

— Потому что, если я сейчас не остановлюсь, то ты уже не сможешь меня остановить.

— А если я не хочу тебя останавливать?

— Чары, помнишь? Это будет забавно, если чары контроля приведут сюда наставника, — Гермиона вздрогнула, видимо представив себе эту пикантную ситуацию, а я мягко отстранил девушку от себя и нетвердой походкой подошел к пожарному водоему, опустился на колени и просто сунул голову в воду. Немного полегчало. – К тому же твой первый раз должен произойти никак не на грязном полу.

— Хорошо, я все поняла, каюсь, забыла, — Гермиона плеснула себе на лицо водой и протерла шею. – Гарри, ты только не бросай меня, ладно, — как-то тоскливо протянула она.

— Гермиона, — я подошел к девушке, но от объятий воздержался, так как меня все еще немного потряхивало, — когда я говорил, что готов на тебе жениться, то я не шутил. Поверь, это вполне обдуманное решение, мне ведь не пятнадцать лет на самом деле, — я выдохнул. – Главное, чтобы ты не передумала.

— Не передумаю, не надейся, — прошептала девушка, и, развернувшись, побежала из зала. Я немного замешкался, а потом негромко рассмеялся. Какой потрясающий вечер.

* * *

Чем ближе подступали экзамены, тем чаще у меня начинала болеть голова. А также мне почти каждую ночь стали сниться какие-то неясные сны, наполненные смутной тревогой.

Сегодняшняя ночь не была исключением. Поняв, что мне срочно нужно с кем-то посоветоваться, я на уроке зелий опрокинул в почти готовое зелье порядочное количество крови дракона. Зелье угрожающе забурлило, а наставник, убрав его одним движением палочки, понимающе кивнул и рявкнул.

— Поттер, отработка!

Сириусу я не хотел ничего пока говорить, не хотел понапрасну расстраивать. Может быть, все эти сны и не значат ничего.

На отработку я пришел заранее. Наставник сидел за столом в своем кабинете и перебирал бумаги, в которых я узнал те самые свитки, которые он забрал из дома Поттеров. Кивнув мне на стул, он еще некоторое время рассматривал пергаменты, затем, глубоко вздохнув, отодвинул их в сторону.

— Я уже хотел сам тебе назначить отработку, придравшись к какой-нибудь мелочи, молодец, что догадался. Скажи мне, как твое самочувствие в последнее время?

— У меня часто болит голова и еще сны, они какие-то на грани кошмаров.

— Темный Лорд пытается на основе собственной крови спроецировать тебе навеянный сон, — профессор Снейп нахмурился и забарабанил пальцами по столу.

— Зачем? – вырвалось у меня.

— Он хочет, чтобы в определенный день ты забрал пророчество из Отдела Тайн.

— Далось ему это пророчество.

— Похоже, что ему просто нечем пока заняться. Его верные слуги после Азкабана еще не пришли в себя настолько, чтобы их можно было использовать для проведения различных акций устрашения, вот Лорд и пытается хоть что-то делать.

— Он сам будет присутствовать при передаче пророчества?

— Полагаю, что, да.

— Тогда, я приду, раз меня столь настойчиво приглашают, — я пожал плечами. – Это даже хорошо, чем скорее все закончится, тем лучше будет для всех.

— Я тоже так думаю. Люк скажет, на какое время конкретно будет назначена акция. Думаю, нам имеет смысл подготовиться. Против Темного Лорда я не смогу пойти, сам понимаешь. Но его визит ожидается в самом конце, а против наших недавних узников, да с поддержкой Люка…

Понимаю, не до конца пришедшие в себя узники против Мастера боевых искусств, это неспортивно, к тому же, может так случиться, что мне не удастся справиться с Лордом, или он вообще не придет, а так подставляться, не стоит.

Я так и сказал наставнику. Тот задумчиво посмотрел на меня, затем произнес.

— Вот что. Поговорим с Блэком. Он скоро на стены лезть будет от бесконечных эссе, и хихиканий старшекурсниц. Пусть своего волка берет и страхует тебя. Я тоже там буду, но постараюсь не высовываться. А там будем действовать по обстоятельствам.

— Как он, кстати, справляется?

— К моему небывалому удивлению, да. Только, если честно, твой крестный меня уже достал бесконечными консультациями. Особенно касательно учебных планов, — наставник скривился, а я хихикнул. Тут мне в голову пришла одна мысль, которую я не преминул озвучить.

— Мне нужен план Отдела. С четкими указаниями особо опасных мест.

Профессор кивнул.

— Там, по сути, только одно опасное место, зал смерти, с аркой смерти посредине.

— Ничего себе, — присвистнул я.

— План мы составим, не беспокойся, а также…

Профессора прервал хлопок. Перед нами появился какой-то домовик и, поклонившись мне, проговорил.

— Директор приглашает пройти к нему в кабинет сэра Гарри Поттера. Пароль «Белый шоколад», — еще раз поклонившись, эльф исчез.

Я невольно вздрогнул. Вот оно, то чего я ждал на протяжении последних нескольких месяцев.

Наставник быстро встал из-за стола и подошел к камину. Бросив в огонь порох, он дождался, когда цвет огня изменится, и сунул в него голову. Я подошел поближе, чтобы расслышать, что и кому он говорит.

— Блэк, немедленно бросай все свои дела и подходи к горгулье, там встретимся.

После этого он вынырнул из камина, подошел к столу и собрал пергаменты. Затем он повернулся ко мне и кивнул на дверь.

— Пошли. Пора уже заканчивать с этим делом.
 
БарсикДата: Воскресенье, 23.11.2014, 01:25 | Сообщение # 82
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Интрига закрутилась и понеслось !!!
Ждем продолжения !!! smile
 
kovalДата: Понедельник, 24.11.2014, 01:22 | Сообщение # 83
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 56. Точки над i

Когда мы вошли в кабинет, директор только удивленно приподнял брови и произнес:

— Хм, неожиданно. Я просил придти Гарри, а здесь такое сопровождение. Северус, Сириус, что привело вас сюда?

— Хотели полюбоваться своим директором до того момента, когда он опять исчезнет приблизительно на полгода, бросив школу на деканов факультетов, — любезно пояснил профессор Снейп. Понятно теперь, почему директор вызвал меня только сейчас, его просто не было все это время в школе. А я думал, что его отсутствие в Большом зале объясняется тем, что он предпочитает кушать в уединении. Но мне простительно не знать такие вещи, не так уж часто я вообще видел Альбуса Дамблдора воочию за время моей учебы.

— Северус, прекрати паясничать, я спрашиваю серьезно, — директор нахмурился.

Сириус все это время недоуменно переводил взгляд с наставника на директора и обратно, мы ему не рассказали о наших подозрениях, поэтому он не понимал, зачем его вообще сюда притащили.

— А если серьезно, Альбус, вы сейчас дадите слово мага, что не будете нас перебивать, во время нашего, прямо скажу, нелегкого разговора. Вы не будете пытаться влиять на нашу память и восприятие и вообще пытаться применить магию. В противном случае, я вынужден буду защищаться, и пытаться защитить находящегося здесь ребенка. Блэк тоже не будет стоять, сложа руки, и даже, если вы одержите безоговорочную победу, что более чем вероятно, скрыть все, что произойдет, вам не удастся. Возникнет шумиха, совершенно ненужные домыслы, вопросы, а зачем вам это, тем более в такое нелегкое для всех нас время? К тому же, я успел подстраховаться на случай вашего неадекватного поведения.

— Интересно, и о чем же таком важном вы хотите поговорить со мной, что ты, Северус, пошел на прямой шантаж? Присаживайтесь. Давайте послушаем, что вы можете мне сказать.

— Слово, Альбус.

— Я даю слово мага, — поморщившись произнес директор. Вокруг него вспыхнул красноватый свет, означавший, что слово принято. Это была не клятва, нет. Маг вполне мог нарушить данное слово, но последствия отката были все же весьма болезненные, чтобы без особой причины подвергаться наказанию. Может быть, поэтому слово мага давалось даже реже, чем приносился непреложный обет? Из-за ощущения, что это не смертельно?

Мы сели в удобные кресла, и профессор Снейп кивнул мне.

— Начинай, Поттер. Ты, похоже, разобрался во всем лучше нас, а мы будем прояснять совсем уж темные моменты, по мере возможности, конечно.

— Я не знаю с чего начать, — тихо пробормотал я.

— Жил когда-то на свете? – усмехнулся директор.

— Жил когда-то на свете мальчик, звали его Альбус Дамблдор, — с вызовом взглянув на директора, начал я. — Наверное, он был неплохим мальчиком, но когда он попал в школу, в числе его друзей стали числиться ребята из старинных магических родов. Альбус к этим родам не принадлежал, иначе его отца не упекли бы в Азкабан на пожизненное заключение из-за неправомерных действий против магглов. – Я все эти месяцы очень тщательно готовился к этому разговору, настолько тщательно, что изучил все, что только мог найти про Дамблдоров, включая старые выпуски «Пророка», где это происшествие долго оставалось на первой полосе. — Это еще до большой войны было, так что, если бы Дамблдоры состояли в этом узком круге привилегированных, то его бы слегка пожурили, да штраф заставили заплатить и отпустили бы с богом. Но произошло то, что произошло. Альбус неплохо учился, звезд с неба не хватал, и был просто гением в трансфигурации. И еще, те самые, которые из родовитых, приняли его в свою компанию практически как равного. Он часто гостил у своих друзей, у него даже были собственные комнаты в их домах. Я пока все правильно говорю?

— Я не понимаю, что в этом во всем особенного? – благосклонно улыбнулся директор.

— Да, в этом всем ничего особенного действительно нет. Все началось немного позже, когда Альбус закончил школу. Так случилось, что умирает мать Альбуса. Я не знаю подробностей, да это и неважно. Альбус оказался в довольно затруднительном положении: у него на руках, как у старшего и уже совершеннолетнего оказываются малолетние брат и сестра.

— Сестра? – вырвалось у Сириуса. А сам директор как-то вдруг напрягся.

— Да, крестный, сестра. И если с братом проблем не было, так как тот уже учился в Хогвартсе, то вот с сестрой дела обстояли несколько более серьезно. У нее были некоторые нарушения в психике, и очень мощные неконтролируемые магические всплески. Поэтому кто-то всегда должен был находиться с ней рядом. Вы не скажете, господин директор, с какого именно момента вы начали чувствовать себя как в тюрьме? Вы были фактически привязаны к дому. Никуда не могли выйти. Сердобольная соседка, прекрасно понимая, что подобная ноша слишком тяжела для такого юного парня, решила разбавить его общество своим племянником. Которого звали Геларт Гриндевальд.

Я остановился и оглянулся на крестного и профессора Снейпа. Сириус, не мигая, смотрел на директора, а наставник разглядывал собственные ногти. Я вздохнул и продолжил.

— Между молодыми людьми сразу же возникла дружба, тем более, что и интересы у них оказались достаточно общие. Если судить по постулатам самого Гриндевальда, ненависть к магглам была там не на последнем месте, кстати. Я не знаю, что произошло дальше, но итогом была безобразная ссора с применением всех непростительных, какие только были известны, и в результате этой ссоры случайно погибает сестра Альбуса Ариана. Геларт срывается в бега, а вот у Альбуса начинаются уже серьезные неприятности. Дело начинают всесторонне расследовать, да так, что сам Альбус на некоторое время становится гостем Азкабана. Что случилось за это время в его голове можно только гадать, но подозреваю, что там было и бесконечное чувство вины, и злость на предательство друга, и даже мелькало небольшое такое чувство облегчения за то, что он уже не привязан к дому как раньше. А затем на этот клубок противоречивых чувств набросились дементоры. Когда Альбус вышел из тюрьмы, у него появилась навязчивая идея, но она еще тогда не нашла свою цель. Огромный штраф поставил Дамблдоров на грань полной нищеты, и Альбус был вынужден искать работу. Он начал с того, что решился встретиться со своими друзьями, в домах которых он был принят, но они не слушали его. Все как один они или ожидали появления на свет наследника, или наследник уже родился, но только что состоявшиеся или будущие отцы ни о чем другом, кроме своих чад не могли говорить в первые минуты встречи со старым приятелем. Но Альбусу хватило этих нескольких минут. Его мании и чувству вины был предан вектор, который был направлен на бывших друзей и их отпрысков, которые посмели встать между бывшими друзьями и проблемами самого Альбуса.

— Но, постой, ты сейчас говоришь такие вещи, которые позволяют заподозрить директора в сумасшествии? – Сириус вскочил на ноги и уставился на меня.

— Нет-нет, что ты, — я замахал руками. – Директор не сумасшедший, у магглов это называется пограничным состоянием, и проявляется наличием мании. – Я очень тщательно проговорил заумные термины, в нюансы которых вникал в последний месяц, когда тоже заподозрил директора в сумасшествии.

— К сожалению, маги не умеют лечить психические отклонения, и специалистов в данной области у нас также нет, — раздался задумчивый голос наставника. – Но, думаю, в данном конкретном случае дыма без огня не было. Вся семья Дамблдоров была с небольшими отклонениями в психике. Особенно это отразилось на Ариане. Те мальчишки не делали ничего такого, что могло бы угрожать здоровью девочки. Они просто кричали: «Ведьма!», и, кажется, кидали в нее куски земли, возможно камни, подражая, видимо героям книг, популярных в то время. Но Ариане этого хватило, чтобы ее болезнь проявилась в полной мере. Да и Аберфорда трудно назвать совершенно здоровым. Так что, скорее всего здесь имела место быть какая-то семейная предрасположенность, но продолжай.

Директор откинулся на спинку кресла и смотрел на меня холодным немигающим взглядом. Я поежился, но продолжил говорить.

— Итак, цель была выбрана. Но пришлось отвлечься на дальнейшее обучение и поиск работы. Думаю, задержка исполнения приговора, который вынес Альбус своим бывшим друзьям, еще больше разогрела этот огонь. Устроившись в Хогвартс, Альбус, наконец, принялся осуществлять свой план. Добраться до самих дружков оказалось довольно просто: придти в гости и слегка поколдовать над метлой, или, проходя мимо столика, сыпануть яд в любимую табакерку, а затем уже из газет узнать о трагической случайности. С детьми бывших друзей, в принципе, мог пройти тот же номер, и он проходил, а вот дальше – внуки и правнуки бывших друзей были уже недоступны для Альбуса Дамблдора. Ведь в то время целью Альбуса стало не просто избавиться от «виновных в его трагедии личностей», а полностью стереть с лица земли рода, к которым они принадлежали.

— Мерлин, Мерлин, — повторял Сириус, закрыв лицо ладонями.

— Но, к такому варианту событий Альбус был готов. Он вовремя заметил очень перспективного ученика, который назывался в то время Том Риддл, и начал готовить из него оружие своей дальнейшей мести. Я, правда, не совсем понимаю, почему была устроена дуэль с Гриндевальдом, ведь этот бывший друг выпадал из целей Альбуса. Подозреваю, что здесь все дело в какой-нибудь книге или артефакте. Не поделитесь, господин директор? – я нагло уставился на Дамблдора. Тот вдруг расслабился и ухмыльнулся. Сейчас он совершенно не напоминал добродушного старика, которым всегда пытался казаться.

— Почему бы и нет? Вы такую огромную работу проделали, что можно вас и поощрить. Все равно все это недоказуемо, — наставник неопределенно хмыкнул, а я подумал, что так оно и есть, но я знал, что профессор просчитывает каждый свой шаг, поэтому надеялся, что у него есть какие-нибудь козыри. Тем временем, директор достал палочку и положил ее на стол. — Ты был прав, мой мальчик, в нашей схватке с Гелартом призом был вот этот артефакт.

— И что это? – без особого любопытства поинтересовался профессор Снейп.

— Это Бузинная палочка! Один из Даров Смерти! – патетично воскликнул директор.

— А, ну, понятно, я могу продолжать? – я спокойно посмотрел на директора, но он меня перебил.

— Ничего тебе не понятно, Гарри. Ты рос среди магглов и не знаешь… — тут директор схватился за голову, предупреждение о нарушении слова весьма болезненные, я всегда это знал.

— Почему же не знаю, — я пожал плечами. – Читать-то я умею. Только вот задумайтесь на мгновение, господин директор, если бы это была действительно такая могущественная палочка, то почему за ней тянется такой длинный след очень частых смен хозяина? Не понимаете? Хорошо, вернемся к теме, которая вам ближе, Гриндевальду она как сильно помогла, прежде чем к вам попасть? – директор уставился на меня, а я спокойно продолжил. – Знаете, какая у этой палочки действительно хорошая особенность? Она универсальная. Всем известно, что палочка выбирает хозяина, а этой палочке все равно, кто ее владелец. Вот поэтому иногда, когда у человека не было его родной, подходящей ему палочки, ему и казалось, что он становится лучшим волшебником, чем был, заполучив Бузинную. Но это происходило только потому, что палочка ему подошла, вот и все.

— Этого не может быть, — директор на мгновение начал выглядеть совсем безумным, но потом успокоился и снова откинулся на спинку кресла.

— Ну не может, так не может, не будем спорить, это несущественно. Вернемся к будущему Лорду. Быстро поняв, что у этого мальчика большой потенциал, директор начал готовить свое оружие. Одни поездки в подвергающийся бомбардировкам Лондон чего стоят. Потом, возможно, что-то еще произошло, из-за чего профессор Дамблдор мог многозначительно поглядывать на Тома, как бы говоря, а я все знаю.

— И я даже могу сказать, что. Смерть Миртл. Это приведение не заткнешь, если спросить о ее смерти. Она четко говорит, что умерла мгновенно. А от яда акромантула, которого вместе с Хагридом обвинили в смерти девочки, умирают обычно очень долго и мучительно. Перепутать причину смерти практически невозможно, если только маги не отупели до такой степени, или же, это было сделано специально, — наставник выглядел спокойным. Директор совершенно взял себя в руки и смотрел на нас с откровенной насмешкой.

— Все шло хорошо до того момента, пока директор не понял, что его, казалось бы такой ручной зверек сорвался с поводка. Но и это ничуть не мешало планам директора. Срочно был создан Орден Феникса, в котором, как ни странно, костяк состоял как раз из внуков и правнуков тех бывших друзей. А остальные щеголяли с меткой. И пророчество было произнесено так кстати, и так кстати подвернулся под руку ничего не понимающий, случайно это пророчество услышавший Северус Снейп. Вот что вам мешало стереть ему память, прежде чем отправить восвояси? Обливиейт позабыли? Вы ведь знали, что он будет вынужден рассказать про то, что слышал. А ведь так хорошо получилось: и Поттеры, и Лонгботтомы, и многие другие вмиг стали связаны этим проклятым пророчеством. А уж, когда Северус Снейп пришел к вам сам, это был просто праздник, не так ли?

— Это вы меня вытащили из тюрьмы? – наконец, решил задать интересующий его вопрос Сириус. – А еще навещали периодически, и стирали память? Нет, не отвечайте, и так все понятно.

— И что теперь? – директор расплылся в улыбке, — что вы будете делать?

— Все просто, Альбус, мы будем вас шантажировать, — наставник поднялся из кресла и подошел к столу. – Я не знаю, когда вам пришла в голову гениальная мысль о том, что на своей праведной, с вашей точки зрения, мести можно еще и наживаться, но вы сами себя перехитрили. Когда вы просто подсовывали бумаги на подпись своим отчаявшимся жертвам, это было аморально, но законно, с точки зрения этого самого закона. А вот, когда вы на такие мелочи, как добровольное согласие перестали обращать внимание… Вот здесь некоторые копии, вы ведь не будете возражать, если я не скажу вам, где находятся оригиналы, документов подтверждающих эти незаконные сделки со счетами тех же Поттеров, Блэков и многих других. Я понимаю, что все это не смертельно, но очень неприятно. Все эти разбирательства, суды, возможно кратковременное заключение в Азкабан, — при этих словах директор вздрогнул и уставился на профессора.

— Что ты хочешь, Северус? – наконец, сдавлено пробормотал директор.

— Я хочу, чтобы вы по окончании этого учебного года подали в отставку. Пора уже отдохнуть, Альбус. Да, и вы забудете о своих грандиозных планах.

— Хорошо, я выполню эту просьбу, — через некоторое время произнес директор. – Скажи мне только одно, где я ошибся в отношении тебя?

— Вы неверно истолковали перерождение моего Патронуса, Альбус, — и наставник, развернувшись, вышел из кабинета.
 
kovalДата: Понедельник, 24.11.2014, 14:50 | Сообщение # 84
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Глава 57. Все только начинается

В тот вечер я догнал профессора Снейпа уже практически у его кабинета. Следом за мной бежал Сириус. Не сговариваясь, мы втроем зашли в комнату и крестный сразу же набросился на наставника.

— Ты в своем уме? Ты что не представляешь, что сейчас будет? Директор же просто так не успокоится!

Я, в принципе, разделял мнение Сириуса, но и мотивы профессора мне были понятны.

— Успокойся, — наставник устало сел за стол.

— Как я могу успокоиться, если моей жизни и жизни Гарри угрожает опасность?!

— Я сказал, не ори. Ты что же думал, что вашей жизни без этого демарша ничего не угрожает? Не заставляй меня думать о тебе хуже, чем я уже думаю.

— Профессор прав, Сириус. Скажу больше, именно сейчас я с уверенностью могу сказать, что в Министерстве все пройдет как надо, и с тобой, например, не произойдет несчастный случай.

— Почему ты так думаешь? – с сомнением произнес крестный, наморщив лоб.

— Потому что директор слишком умен, чтобы не понимать, что именно сейчас ему нужно избавляться от нас всех одновременно, а я как ни крути, ему нужен. Пророчество, чтоб его. Да и профессор Снейп тоже пока очень даже необходим.

— Вэнс! – внезапно воскликнул Сириус. – Ее-то не нужно к нам привязывать, а то, что бумаги попали к нам через нее, поймет даже идиот.

— Конечно, — ядовито буркнул наставник, — ты же понял. Я хочу попросить тебя, — в его тоне появились очень непривычные просительные интонации, — Тонкс не могла бы…

— Да, сейчас, — Сириус взмахнул палочкой, вызывая Патронус. Большой призрачный пес подбежал к хозяину, и тот, наклонившись, что-то нашептал ему. Когда собака исчезла, крестный вновь повернулся к наставнику и спросил. – Еще есть какие-нибудь причины, почему мы не уничтожили эту гадину?

— А за что? За махинации с бумагами? Обратно в Азкабан захотелось? – зло проговорил профессор. – Поттер прав, до конца учебного года, Альбус не будет ничего предпринимать. Ему нужно все тщательно обдумать, взвесить и составить очередной гениальный план по нашей ликвидации, а Люк говорит, что, скорее всего, операция будет назначена на начало июня.

— Так, стоп. Какая операция?

Пока профессор объяснял крестному, что нам предстоит сделать, я опустился на стул и слегка задремал. Все-таки бессонные ночи давали о себе знать. Проснулся я от вопля Сириуса:

— Не пущу! Ни за что! Делайте, что хотите, но Гарри туда не пойдет!

-Сириус, — я открыл глаза и посмотрел на мечущегося крестного, — пойми, мне все равно придется встретиться с ним. Так давай уж, сделаем так, чтобы эта встреча была подготовленной, а не спонтанной.

— Что от меня требуется? – остановившись, Сириус посмотрел на меня очень тяжелым взглядом. Я невольно поежился.

— От тебя потребуется план Отдела Тайн, и страховка Поттера. От меня там толку мало будет. Да и еще, ты спрашивал, почему Альбус все еще на свободе? А что случится, если мы потерпим поражение в Министерстве. Вот, чисто гипотетически, представь это?

— Лорд почувствует вкус победы, и начнет творить дела пострашнее, чем попытка выкрасть старое пророчество, — неохотно проговорил Сириус.

— Альбус нужен нам в качестве гарантии, — профессор устало закрыл глаза. – Темный Лорд боится его, и это факт.

— Знаешь, я понимаю Лорда, я тоже боюсь нашего директора, — с невеселым смешком заметил Сириус.

На этой, далеко не радужной ноте, мы разошлись.

На следующий день директор снова куда-то исчез, а я начал усиленно готовиться к встречи с Темным Лордом.

Заклинание изгнания я заранее приготовил и с трудом привязал его к обычной десертной ложке, которую стащил со стола в Большом зале. Теперь мне нужно было только бросить ее в непосредственной близости от объекта и прошептать слово-ключ. А вот про то, что будет потом, я старался не думать. В этот день у меня с утра было какое-то странное предчувствие, как будто именно сегодня что-то должно случиться. К тому же на меня напала непонятная сонливость, и я, закончив писать ответы на экзамене по истории, опустил голову на парту и закрыл глаза.

Перед моими глазами пронеслись коридоры, которые я уже успел изучить на плане Отдела принесенного откуда-то Сириусом. Затем был какой-то большой зал с полками, заполненными шариками с пророчествами, а между полками, мне показали самого Лорда и почему-то Сириуса, которого усиленно пытали и требовали взять шарик. Я резко открыл глаза, и огляделся. Все еще трудились над вопросами. Подняв руку, я привлек к себе внимание экзаменатора.

— Что вам, мистер Поттер? – древний старичок подбежал ко мне довольно прытко.

— Я закончил, можно сдать пергамент и выйти?

— Вы уверены, мистер Поттер?

— Да. Если я чего-то не знаю, то смысла сидеть не вижу, к тому же, в таком случае появляется нехорошая потребность просто у кого-нибудь списать, — я улыбнулся. Я уже сдавал СОВ, конечно, учить пришлось, ведь та же история не стоит на месте, но я точно помню, что подобные ответы почему-то нравятся экзаменаторам.

— Ну, что же, не будем вводить вас в искушение, мистер Поттер, — хихикнул старичок и протянул руку, в которую тут же влетел пергамент с моими ответами.

Все еще улыбаясь я вышел из зала. В коридоре мою улыбку как будто стерли. Я побежал в кабинет профессора Снейпа, где абсолютно точно находился Сириус.

Буквально ворвавшись в кабинет я с минуту не мог отдышаться. Наставник с крестным оторвались от изучения плана и посмотрели на меня.

— Похоже, ты уже в курсе, что день икс настал, — в голосе профессора помимо его воли звучало беспокойство.

— Что у Лорда с логикой? – наконец, выпалил я.

— А что ни так?

— Во-первых, зачем мне показывать самого себя, заставляющего другого взять пророчество, если он сам якобы там, а посторонний все равно не сможет этого сделать? Вы же сами говорили, что там такая оригинальная защита стоит.

— А во-вторых?

— А во-вторых, он показал мне, что пытает Сириуса.

— Ну, это то, как раз логично. Единственный родной тебе человек…

— Но он здесь работает в школе!

— А откуда Темный Лорд это знает? – наставник улыбнулся краешками губ.

— Ему что никто не сказал? – профессор покачал головой. – А почему?

— Потому что он не спрашивал.

— Э-э-э…

— Не забивай голову. Время у тебя есть. Темный Лорд ожидает, что ты сейчас мечешься пытаясь понять, правда это или нет. К тому же тебе нужно будет придумать способ добраться до Министерства.

— Чтобы найти хладный труп?

— Я же сказал, не забивай голову. Блэк, а вот тебе пора выдвигаться, — Сириус все это время напряженно молчавший, кивнул и направился к камину.

— С директором проблем не будет? – меня почему-то напрягало его отсутствие.

— Не знаю, Гарри. Насчет Альбуса ничего нельзя сказать заранее.

— Я пойду через камин? – он кивнул. – Что мне сейчас делать?

— Успокоиться, сосредоточиться и поесть.

— Не могу, меня тошнит, — выдал я, сползая по стене, у которой стоял на пол. – Я даже перед кладбищем так не волновался, хотя меня там никто не страховал.

— Это нормально, Гарри. И все же поешь.

Я поел, не чувствуя вкуса. Потом пошел переодеться. Школьная мантия была слишком неудобной, а мне предстояло много бегать. В гостиной я столкнулся с встревоженной Гермионой.

— Что случилось?

— Ничего, все нормально. Я говорил тебе когда-нибудь, как сильно я тебя люблю? – она покачала головой, а я с силой прижал ее к себе и, быстро выпустив из объятий, вышел из гостиной.

У камина в кабинете наставника я на секунду замер, потом встряхнул головой и, швырнув в огонь порох, сделал шаг.

Первое, что мне бросилось в глаза – это пустота. Огромный холл был пуст. Не было ни охраны, ни сотрудников, вообще никого. Мельком взглянув на безвкусный фонтан я, ориентируясь на план, который выучил наизусть, направился к лифтам. Меня трясло, и не успокаивала даже мысль, что где-то там, в Отделе Тайн, уже ждут Сириус с Люпином.

Когда я вошел в темную вращающуюся комнату, то на мгновение замер, затем уверенно закрыл дверь. Комната начала вращаться. Как мне сказал Сириус, дверь выхода всегда находилась за спиной, после окончания вращения. Чтобы пройти к залу пророчеств, мне нужно было миновать комнату времени, а она должна была находиться по правую руку четвертой от входной двери, после первого вращения.

Отсчитав нужную мне дверь, я задержал дыхание, как перед прыжком в воду и шагнул в комнату времени. Увиденное меня буквально заворожило. Увидев огромную чашу наполненную песком времени, который использовался для создания хроноворотов, я воровато оглянулся, и насыпал немного песка в колбу, одну из нескольких, стоящих тут же на столе. Затем сунул колбу в карман, предварительно, в который раз убедившись, что ложка находится на месте.

После этого маленького воровства, я решительно направился к двери, ведущей в зал пророчеств.

Следуя известным мне ориентирам, я подошел к ряду, отмеченному цифрой девяносто семь, и быстро отыскал шарик с надписью:

«С.П.Т. — А.П.В.Б.Д.

Темный Лорд и (?)Гарри Поттер»

Что означал знак вопроса, было, в принципе, понятно.

Протянув руку, я решительно снял шарик с полки.

— Прекрасно, Поттер, а теперь медленно повернись и отдай его мне, — голос Люциуса Малфоя у меня за спиной, не был неожиданным, но я все же вздрогнул. По предварительной договоренности, для того, чтобы пожиратели вызвали Лорда, пророчество, во что бы то ни стало, должно было оставаться у меня.

Что мне было делать, я не знал. Эту часть плана мы как-то забыли проговорить.

Я медленно обвел взглядом пожирателей. Прямо передо мной протягивая руку, стоял Люк, как его называл наставник. За его спиной столпились, я пригляделся, одиннадцать человек. В голове мелькнула веселая мысль, а не переоценивает ли меня Лорд? Послать по душу пятнадцатилетнего мальчишки двенадцать опытных головорезов. Что же делать? Думай, Гарри, думай.

Наконец, я решил потянуть время, начав говорить какую-нибудь глупость, и только открыл рот, как за спиной у пожирателей раздалось дружное:

— Редукто!

Когда начали сыпаться шарики и зашатались стеллажи, я юркнул между отвлекшихся на шум пожирателей и побежал к выходу. В последний момент мне показалось, что Люк специально толкнул плечом стоящий рядом с ним стеллаж, сделав вид, что оступился. В дверях стояли Гермиона, Драко и Невилл. Пролетев мимо них, я схватил девушку за руку и потащил к выходу, на ходу прорычав:

— Убью!

Сейчас самое главное было выбраться из Отдела Тайн. Отделов в Министерстве было много, а вот Зал Смерти только здесь. Еще не хватало в него попасть.

Вывалившись во вращающуюся комнату, я резко захлопнул дверь. Комната начала вращаться, когда она остановилась, я услышал напряженный голос Невилла.

— Куда теперь?

— Назад, — сквозь зубы процедил я, — выход всегда за спиной.

Очутившись в коридоре, я, не выпуская из руки ручку Гермионы, побежал к лифтам. Мне нужен был простор, да и героев этих следовало как можно скорее куда-нибудь отправить. Хотя, вариантов особых не было. Все камины в Хогвартсе запаролены, оставался только дом Сириуса. Мы успели заскочить в лифт, когда за спиной послышался топот и ругань вырвавшихся пожирателей.

Не знаю, то ли лифты передвигались с разной скоростью, то ли кто-то из пожирателей знал, как их ускорить, но в холл мы выскочили одновременно.

Толкнув Гермиону за спину, я вытащил палочку.

— Отдай пророчество, Поттер, и никто не пострадает, — переводя дыхание, проговорил Люциус, усиленно делая вид, что не замечает стоявшего рядом со мной Драко.

— Да, что ты с ним разговариваешь, Люциус, — визгливо воскликнула из-за спины Малфоя женщина, как я заметил, единственная женщина в этой компании. – Круц…

Она не успела договорить, потому что из палочки Драко вылетела идеальная водная плеть и наотмашь хлестнула пожирательницу. Женщина упала, и удивленно посмотрела на Малфоя-младшего.

— Драко? За кого ты выступаешь?! – сорвавшись на визг, закричала она.

— За себя, тетя, конечно, за себя, — тетя? Значит это Беллатрикс Лейстрендж.

Невилл тоже это понял, и выступил вперед оскалившись. И в это время произошло несколько вещей одновременно. За спиной у пожирателей послышался топот, и в холл выскочили: Сириус, Люпин, Тонкс и как-то очутившийся между ними Кингсли, а в другом конце огромного зала из камина величественно вышел Темный Лорд собственной персоной. Моя группа поддержки сразу же ввязалась в бой. Надо отдать пожирателям должное, отреагировали они мгновенно. Развернувшись к новым противникам, тут же начали выкрикивать заклятья. А мне резко стало не до них. Повернувшись к Гермионе, я шепнул:

— Спрячься где-нибудь, не мешай им, — и направился прямиком к своей основной цели.

Когда до Лорда оставалось не больше пары десятка шагов, я остановился. Где-то за спиной шел бой, но к нам никто не приближался. Вероятно, пожиратели не посмели вмешиваться, а те, кто им противостоял, были сильно заняты, чтобы отвлекаться еще и на меня.

— Гарри Поттер, — Лорд тоже остановился и, наклонив голову набок, принялся рассматривать меня. – У тебя есть то, что принадлежит мне.

— Да? Вот это? – я вытащил шарик и поднял его на уровень глаз. — А мне, почему-то казалось, что эта вещь принадлежи нам обоим. По крайней мере, здесь написано два имени, а кроме того, имя Альбуса Дамблдора и кого-то еще, скорее всего, прорицателя.

— Гарри Поттер, ты невежлив. Но, у меня нет времени учить тебя вежливости, поэтому, просто отдай мне пророчество, — и Лорд протянул руку.

Мне было необходимо, чтобы он хоть ненадолго отвлекся. Поэтому я не придумал ничего другого, как швырнуть шарик на пол. Он падал долго, судя по моим ощущениям, а, когда упал, то разлетелся стеклянными брызгами, оставив два прозрачных силуэта, в одном из которых я узнал директора, а во втором преподавателя прорицания. Она что-то говорила, я не расслышал из-за шума за спиной, а потом фигуры растаяли.

— Нет! Что ты наделал, глупый мальчишка?! – Лорд быстрым движением направил на меня палочку, а я выругался сквозь зубы: хотел отвлечь его, а сам пропустил подходящий момент.

Что бы не хотел послать в меня Лорд, сделать это он не успел, потому что прямо перед ним, в яркой вспышке света, появился Альбус Дамблдор. Он стоял от меня достаточно далеко и что он говорил Лорду, я не расслышал. Но судя по тому, что в дальнейшем с обеих сторон практически одновременно полетели проклятья, ничего хорошего директор своему бывшему ученику не сказал.

Заклятья оба использовали неслабые, но полноценно я смог насладиться только после того, как с трудом поднялся с пола, куда меня швырнуло волной отразившейся от мощного щита огненной стены. Как-то отстраненно я подумал о том, что подвернул ногу, и теперь бегать не смогу. Я не понимал мотивов директора, но то, что ничего хорошего от его появления мне ожидать не приходится, это было очевидно. Внезапно я вспомнил, что на шантаж наставника, директор ответил положительно, но не уточнил к какой именно части «просьбы» был дан этот ответ.

Тем не менее, я решил воспользоваться этим шансом и поковылял к дуэлянтам. Со стороны их поединок был необычайно зрелищным, но присмотревшись, я отметил, что заклятья Лорда куда более изощренны, хотя у директора фантасмагоричнее. Чего он хотел этим добиться, было непонятно, но то, что, ни одно из его заклятий не было опасно для соперника, лично мне было очевидно. Внезапно я понял, чего добивался директор, и меня прошиб холодный пот. Я заспешил, потому что, похоже, директор скоро просто вынудит Лорда сбежать. И вряд ли он будет его останавливать. И тогда за жизнь многих находящихся в зале людей, я не дам и кната. Рванув из кармана ложку, я даже не заметил, что вместе с ней выхватил колбу с песком времени.

Я решил, что, если я отвлеку именно директора, и брошу ложку с подвешенным на ней заклинанием в его сторону, то Лорд ничего не заподозрит. Расстояние между дуэлянтами было небольшим, так что его должно хватить, к тому же у заклятья изгнания был один вектор, направленный на Лорда.

— Господин директор, — я остановился достаточно близко, чтобы попасть, куда нужно при броске и закричал, обращая на себя его внимание. Директор, направив на Лорда очередную красочную гадость, обернулся и оскалился в совершенно безумной улыбке. – Ариану никто не убивал, — я кричал, стараясь перекричать шум битвы, — она сама упала и ударилась головой! Все это есть в отчетах Аврората! – В какой-то момент злое торжество в его глазах сменилось недоумением, а затем в них промелькнула боль. Однако я не стал ждать, пока он опомнится, а просто швырнул в его направлении предметы, которые я зажимал в руках, выдохнув слово-ключ. Оставалось продержаться две минуты.

Я попал прямо в Дамблдора. Ложка, ударившись об него, отскочила именно в том направлении, в которое мне и было нужно, а вот колба открылась, и весь песок высыпался на директора. А в следующее мгновение в него попало очередное заклятье, выпущенное Лордом.

Сначала ничего не происходило, а затем песок времени обильно засветился и вспыхнул, с директором начали происходить какие-то метаморфозы: то он мгновенно молодел, то старел еще больше, чем сейчас. Сколько это продолжалось, трудно сказать, наверное, меньше двух минут, потому что Лорд, опустив палочку, заворожено смотрел на директора, забыв про все остальные свои дела. Когда песок перестал светиться, директор замер, а затем упал на пол, глядя на нас невидящими мертвыми глазами. В этот момент мы словно очнулись и вскинули палочки. Краем глаза я заметил, что в зале стало более многолюдно, мелькнул котелок министра, еще какие-то люди, а потом мне стало не до них. Я едва успел выставить щит, принявший на себя какую-то фиолетовую гадость, и выпустил Каллерето Лоно, который также успешно отразил Лорд. Увидев, что народу в зале стало больше, он, похоже, хотел уже плюнуть на меня и аппарировать, но тут сработало изгнание.

Я подходил к двум погибшим магам, подволакивая поврежденную ногу. Совершенно точно зная, что Лорда заждались в Аду, я неуклюже опустился на колени перед телом директора, и перекрестил его.

— Сохрани, Господь, твою душу, — прошептал я, и, поднявшись, побрел в сторону друзей, которые выглядели изрядно потрепанными.

Рядом с опутанным веревками дюжим пожирателем, я с удивлением обнаружил близнецов Уизли. Один из них, по-моему, Джордж, перевязывал руку брата куском тряпки, которую оторвал от собственной мантии.

— Вы откуда здесь? – равнодушно спросил я.

— Да задержались за отчетом, уже шли к каминам, а здесь такое, — Фред поморщился, видимо ему было больно, а перевязка доставляла еще большую боль. Крови не было, значит, рука повреждена чем-то другим.

— Вы уж извините меня, — я смотрел прямо и не пытался лебезить, просто облегчал душу.

— Да, ладно, — махнул рукой Джордж, — мы тебя уже простили. Сначала злились, все думали, как тебе отомстить, а потом ничего втянулись. Все равно школу бросать хотели, а так какая-никакая, а работа. Вот денег подкопим и магазин откроем, да, Фред? – Фред только кивнул и закрыл глаза, а я пошел дальше.

Невилл выглядел относительно целым, а вот рядом с Драко на коленях стоял наставник и что-то шептал, направив палочку на длинную резаную рану на груди парня.

— На него сразу трое навалились, а отец не смог прикрыть сразу в схватке завяз, — прошептал Невилл.

Я кивнул и прошел мимо. Жив, значит, ничего страшного не произошло, очнется – героем будет.

Сириус, Люпин, Тонкс – все были живы, а я никак не мог найти Гермиону.

Она подлетела ко мне, когда я уже начал паниковать. Вцепилась в плечи и разревелась, уткнувшись мне в грудь. Я неловко гладил ее по волосам, отмечая, что они с одной стороны гораздо короче, чем с другой. Внезапно я услышал голос Люциуса.

— Поттер! – я обернулся. Рядом с ним стоял Аврор и пытался надеть наручники. – Помнишь кладбище? – я кивнул, поморщившись, вспомнив боль в отбитой печени.

— Что я должен сделать?

— Вытаскивать меня, что же еще? Да, Блэку скажи, чтобы тоже подключался. Не хочу, чтобы кто-то из вас был мне что-то должен.

Я в очередной раз кивнул, а Люциус протянул руки Аврору.

— Все закончилось, да? – Гермиона подняла на меня заплаканные глаза.

— Нет, малыш, все только начинается.
 
kovalДата: Вторник, 25.11.2014, 01:24 | Сообщение # 85
Химера
Сообщений: 369
« 68 »
Вместо эпилога.

Прошло уже шесть лет с той безумной авантюры в Министерстве. Как я и предполагал, меня сделали национальным героем, на основании того, что все видели, как Темный Лорд убил Великого Дамблдора, а я в свою очередь упокоил самого Лорда. В детали никто не вдавался, а я молчал, и вообще, победителей не судят.

Уже шесть лет моя физиономия не слезает со страниц печатных изданий, а моей свадьбе посветили целый разворот. Пришлось устраивать ее настолько пышной, насколько выдержала Гермиона. Еще немного, и она бы просто сбежала из-под венца, но мы справились. Так что я теперь солидный женатый и очень счастливый мужчина, а очень скоро стану не менее счастливым отцом.

Я рассмеялся своим мыслям и отбросил очередной выпуск «Пророка», на первой странице которого мне руку с энтузиазмом жал Николас Фламель, которого я уговорил преподавать в моей строящейся Академии. Точнее университет наш, столько народу вложило в него свои силы и средства, что мне становится плохо от мысли, что что-то может не получиться.

— Ты неплохо поработал, я горжусь тобой, сынок, — я посмотрел на портрет отца, висящий над камином.

— Ты на меня не злишься? – в который раз спросил я.

— За то, что не могу покинуть твой дом? Ну, иногда мне бывает скучно, но, нет, я не злюсь, — отец улыбнулся и, повернувшись к очередному розовому кусту, щелкнул ножницами.

В этот момент раздался гул в камине, и в комнате появился Северус Снейп. Уже четыре года я обращаюсь к нему, как к другу, хотя, в первое время несколько тяготился этим. Его появление поставило меня в тупик. Северус всегда предупреждает о своем визите, и появление его вот так заставило меня напрячься. Неужели что-то случилось?

— Я сегодня сделал Вэнс предложение, а она взяла и согласилась. Что мне делать? – он выглядел настолько растерянным, что я не выдержал и рассмеялся.

— Жениться, что тебе еще остается делать?

— Это эпидемия какая-то. Вначале ты, потом Драко, даже этот облезлый оборотень сумел окрутить Тонкс, — Северус подошел к бару и плеснул себе немного коньяка. Насчет Люпина я могу поспорить, кто еще кого окрутил, а в остальном он прав. – Один только Блэк еще держится, но и он, скорее всего, скоро капитулирует.

Мда, избранницей Сириуса оказалась Пенелопа Кристалл, которую он увел у Перси. Причем сделал крестный это совершенно неосознанно. Просто на каком-то очередном приеме в Министерстве он немного выпил и решил слегка приударить за симпатичной девчонкой, и в итоге приударяет уже три года. Кричит, что он закоренелый холостяк, но, думаю, Вальбурга его скоро дожмет. Она уже планирует и прорабатывает все детали предстоящих свадебных торжеств с племянницами.

Северус тем временем подошел к столику, на котором были разбросаны планы будущего учебного заведения.

— Почему именно поместье Лестрейнджей? – я невольно нахмурился.

Все те пожиратели, которые были в тот день в Министерстве, кроме Люциуса, подверглись поцелую дементора. Среди них оказались все три оставшихся в живых Лестрейнджа. Даже таким образом безумный план директора Дамблдора продолжал осуществляться. Поэтому я приложил все усилия, на какие только был способен, но добился частичной реабилитации для остальных. Пожизненное заключение заменили на десятилетнее, так что скоро они выйдут на свободу. С ними будет сложно, но Люк обещал помочь в реабилитации бывших приятелей. Остальных вообще не преследовали. А вот недвижимость казненных пустили с молотка, чем я и воспользовался.

— Потому что они занимались магией, далекой от разрешенной. Там такая защита стоит, ничего практически переделывать не нужно. Как директор МакГонагалл?

— Блэк говорит, что Минерва справляется, но роль директора ее тяготит, поэтому она постоянно намекает Сириусу на свое кресло. Тот пока отбрыкивается, но думаю, что этот вопрос, как и вопрос с его женитьбой, практически решенный. Почему все-таки ты настаиваешь, чтобы именно я возглавил Академию?

— Ты лучше всех нас разбираешься в административных делах учебных заведений, а ректор – это, прежде всего, хозяйственник, а потом уже наставник. Но так как преподавателей не хватает, придется тебе тоже молодость вспомнить и муштровать студентов.

— Я уже вешаюсь от этих бесконечных заявлений о приеме. Даже не подозревал, что их так много будет, — Северус вздохнул, — нужно какие-то экзамены вступительные организовать. Ладно, пойду, у меня два бездельника ученичка, Драко и Невилл, оставлены один на один с веритасерумом. Да, передай Блэку, что пусть перестанет наведываться к Малфоям, Драко я ему не отдам, и Невилла, кстати, тоже. Сам говорил, преподавателей мало, а эти двое все-таки скоро будут звание Мастеров защищать, — с этими словами он исчез в камине.

Я подошел к окну и посмотрел на сад. Как много сделано, а как много еще предстоит сделать. Министерство пока не поняло, чего именно мы хотим добиться, а когда поймет, нас ждут непростые времена. Но я верю, у нас все получится, ведь, как я сказал тогда Гермионе, все только начинается.
 
БарсикДата: Вторник, 25.11.2014, 08:39 | Сообщение # 86
Химера
Сообщений: 433
« 24 »
Хорошее конец !! smile
Душевный !! smile
 
ShtormДата: Вторник, 25.11.2014, 15:13 | Сообщение # 87
Черный дракон
Сообщений: 3259
« 204 »
Ой, все только начинается? - Я заинтригован


Друзья, давайте будем жить
И склизких бабочек душить.
Всем остальным дадим по роже,
Ведь жизнь и смерть - одно и тоже
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » "Другая История (Попаденец из далекого прошлого в тело ГП)" (Гет, Джен, Юмор ( добавлен эпилог, фанфик закончен))
  • Страница 3 из 3
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
Поиск: