Армия Запретного леса

Понедельник, 26.06.2017, 16:58
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 1 из 212»
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Кто хочет стать миллионером? (Джен, макси. Грегори Гойл)
Кто хочет стать миллионером?
МогуДата: Вторник, 23.08.2016, 23:24 | Сообщение # 1
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Название фанфика: Кто хочет стать миллионером?
Автор: Могу (Anaheim)
Рейтинг: G
Персонажи: Грегори Гойл, Деннис Криви
Тип: джен
Жанр: приключения, история
Размер: макси
Статус: закончен
Саммари: История жизни Грегори Гойла. До, во время и после Хогвартса. Рассказана Деннису Криви в 2003 году.
Дисклеймер: Персонажи Роулинг, метод повествования В. Сваропа. Мои лишь идея, труды и научные изыскания в области Оборотного зелья ближе к концу фанфика.
Благодарности: всем прочитавшим, кто не поленится оставить пару строк в комментариях. А также Дж.К. Роулинг за ее мир и персонажей, В. Сварупу за его роман "Вопрос - Ответ". Отдельная благодарность Amargo и Джарету Минку за их фанфики "Хогвартс. Альтернативная история" и "Книга Змей", которые немного помогли мне в написании этой истории.


Сообщение отредактировал Могу - Пятница, 09.12.2016, 13:27
 
МогуДата: Вторник, 23.08.2016, 23:24 | Сообщение # 2
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Пролог
Жизнь – удивительная штука, как ни крути. Тысячи мелких случайностей и крупных событий ежедневно направляют нас, куда бы мы ни двигались. В современном мире стало практически невозможно до мелочей спланировать свой день. А иногда мы даже и представить себе не можем в начале пути, куда нас приведет эта дорога. Вот и наш герой, к которому мы вернемся чуть позже, никак не ожидал, что проведет свой вечер в полицейском департаменте, сидя за решеткой. И его трудно винить в подобной непредусмотрительности: действительно, собираясь вечером на интеллектуальное ток-шоу, обычный человек предполагает, что этот день он завершит дома или в баре, где будет либо отмечать успех, либо запивать неудачу.
Проблема заключается в том, что наш герой никогда не был обычным человеком.
***
Высокий, крепко сложенный мужчина, лет двадцати пяти на вид, сидел на длинной грязной скамейке – единственном атрибуте мебели в камере, и пытался понять, что же такого он натворил, чтобы оказаться за решеткой. Собственно говоря, причина его заключения была банальна, но для верности молодой человек решил все же внимательно рассмотреть все варианты. События последней недели быстро проносились у него в голове, однако в них не было ничего необычного. Единственным моментом, радикально отличающим эту неделю от всех предыдущих, было приглашение на известную телепередачу «Кто хочет стать миллионером?». Пару месяцев назад он подавал заявление на участие, однако, в связи с долгим отсутствием какого-либо ответа, решил, что идея провалилась.
Все шло отлично, вплоть до предпоследнего вопроса. Вначале забегали какие-то люди в аппаратной, затем перед финальным заданием прозвучал гонг, откладывающий завершение игры на следующий раз. Все это было ничего, если бы сразу после окончания съемок к нему не подошли двое охранников и, вежливо подхватив под локотки, не сопроводили до автомобиля, который доставил компанию прямо к ближайшему полицейскому отделению. Короткий разговор сопровождающего его бугая с дежурным копом – и, как результат, пустая, но не слишком комфортабельная камера на ночь оказалась в его полном распоряжении.
Итак, с событием, повлекшим помещение его под стражу, участник ток-шоу определился, оставалось лишь понять истинную причину произошедшего. С ходу придумывался всего один вариант: кто-то просто не хотел расставаться с деньгами, и поэтому его просто обвинят в мошенничестве. Шансов победить армию адвокатов медиакорпорации у простого работяги, разрывающегося между тремя работами, было не много. В голове мгновенно всплыли мамины предостережения о том, что не стоит привлекать к себе столько внимания, что в их положении это может привести к неприятностям.
Однако дело было уже сделано, а, значит, горевать о поступках уже не было смысла. Оставалось лишь встретиться с последствиями своих решений. Не желая лишний раз накручивать себя, молодой человек улегся на скамейку, немного поворочался, дабы устроиться удобнее, и попытался прикорнуть в ожидании продолжения. Уж чего-чего, а замкнутых помещений и камер маггловских органов правопорядка он не особо боялся. В конце концов, был опыт и похуже.
***
Двумя часами ранее Деннис Криви сидел в своем кабинете в Министерстве магии и решал обыкновенный маггловский кроссворд. Начальник его отдела, Артур Уизли, уже давно ушел домой. После окончания войны, шеф быстро пошел вверх по карьерной лестнице: из-за дружбы с министром магии он легко добился реформирования своего отдела. Вместо маленького отдела по борьбе с незаконным использованием изобретений магглов, Артур уже пять лет руководил одним из самых многочисленных подразделений, занимающимся всем, что хоть как-то связано с немагическим населением Великобритании: соблюдением Статута о Секретности, нелегальными действиями магов в маггловском мире и тому подобным.
Деннис работал в Министерстве уже почти три года. В последний год войны под руководством старшего брата он старательно изучал школьную программу по учебникам Колина, разумеется, делая упор на более важные в военное время дисциплины. После финальной битвы Деннис, не желая терять время, с разрешения декана сдал экзамены и перешел сразу на шестой курс, фактически заняв место своего погибшего брата. Он устроился на работу почти сразу после окончания школы, благо с его оценками были открыты почти все двери. «Выше ожидаемого» по зельям немного портило идеальный в остальном аттестат, но оно было не в силах помешать Деннису устроиться работать в Министерство. Вместе с работой пришел успех и на личном фронте: будущая миссис Криви работала в соседнем кабинете, что сперва вело в частым случайным встречам на рабочем месте, а затем уже и полноценному роману. Через полтора года состоялась свадьба, а буквально полгода назад в семействе Криви случилось первое пополнение. Рождение сына, названного в честь героически погибшего брата Денниса, Колина, вынудило Джун временно уйти с работы. Впрочем, это не сказалось на финансовом состоянии семейства – почти одновременно с рождением первенца Деннис получил очередное повышение. За три года он успел подняться от простого клерка до одного из заместителей начальника отдела. Во многом такой карьерный рост был обеспечен кропотливой работой над одним из наиболее серьезных законопроектов, ставшим впоследствии, чего уж греха таить, весьма скандальным. Далеко не всем консерваторам понравилось сотрудничество целого отдела Министерства с немагическими категориями людей, на которых не распространялся Статут, для предотвращения преступлений в маггловском мире. Речь в первую очередь шла о сквибах и ближайших родственниках магглорожденных и полукровок. Поговаривали, что именно в нем Артур видит своего приемника, однако, молодой маг сомневался, что бойкий шеф вскоре покинет свою любимую работу, все-таки для магов пятьдесят три года были далеко не предпенсионным возрастом.
Время было всего семь часов вечера, но большинство сотрудников Министерства уже покинуло свои рабочие места. Деннис не любил ночные смены, но его достаточно высокое положение в иерархии отдела требовало раз в неделю оставаться за главного в компании оперативной бригады. Смысла было немного – как правило, ночью не происходило ничего серьезного, что требовало бы нахождения на месте кого-либо из руководства отдела. Но эта ночь должна была преподнести Деннису кое-что интересное, просто он еще не знал об этом.
Тишину комнаты нарушил телефонный звонок. Все-таки работа в отделе у Артура имела свои неоспоримые преимущества: например, все сотрудники имели приличную скидку на все технические достижения Джорджа Уизли. Деннис неспешно дошел до другого конца комнаты, где висело его пальто, достал из кармана новенький мобильный телефон и ответил:
- Деннис Криви, я вас слушаю.
- Привет, Деннис, это я, Джеймс. Джеймс Стоун. Помнишь?
- Да, помню, парочка магов на конкурсе талантов на ВВС, - практически моментально вспомнил Деннис. - Привет, чем обязан?
- У нас тут снова проблема появилась. Я точно не уверен, что он ваш клиент, но не мог бы ты посмотреть? Молодой человек, без образования, почти выиграл миллион фунтов.
- Ничего не понял, давай подробнее.
- Я сегодня работаю на «Кто хочет стать миллионером?». Все шло, как положено, пока на сцену не вышел новый игрок. Он легко берет все вопросы, хотя вообще нигде не учился. Не вундеркинд, работает простым вышибалой в баре. Мы проверили данные из его анкеты – все было нормально. После того, как он взял десятый вопрос я приказал своим людям покопать на него больше информации, но все, что они смогли найти, так это незаконченное начальное образование. О нем нет вообще никаких записей с десяти до восемнадцати лет. Это странно. Ну не может он выиграть миллион. Сотни умных людей, профессоров не смогли взять главный приз, а он, у меня такое ощущение, сможет. Ему осталось всего два вопроса, приезжай, взгляни, пожалуйста. Если он жульничает, а я это не замечу, меня могут и уволить. С учетом дыр в его биографии я сразу подумал о вас… Посмотри, прошу.
- Ладно, жди, - произнес в трубку Деннис, глядя на часы в кабинете. - Минут через пять буду. Вы где обычно? Отправь кого-нибудь встретить меня на входе.
- Спасибо большое. Майкл будет тебя ждать.
Джеймс Стоун был одним из многих участников того самого проекта по контакту магического мира с магглами. Будучи старшим братом одного из магглорожденных, учившихся вместе с Деннисом в Хогвартсе, Джеймс был одним из первых, кого включили в специальные списки Министерства после одобрения законопроекта. Деннис быстро оделся и вышел из кабинета. Предупредив о своем отсутствии отдыхающих оперативников, Деннис поднялся в атриум Министерства и оттуда аппарировал к зданию телекомпании. На улице было холодно. Сильный ветер заставлял мурашки бегать по всему телу с бешеной скоростью. Похвалив себя за то, что все-таки накинул на себя теплую одежду, Деннис зашел внутрь, где его уже ждал помощник Джеймса.
- Добрый вечер, мистер Криви.
- Привет, Майкл.
- Мистер Стоун просил провести вас в студию, – показав пропуск охраннику, Майкл пропустил Денниса через турникет и повел по коридорам в сторону студии.
- Да, я в курсе ситуации. Качок-охранник, который все знает лучше остальных. Два вопроса и он – миллионер.
- Уже один. Буквально только что он взял четырнадцатый вопрос. Все, мы пришли. – Придержав для гостя дверь, ассистент пропустил его внутрь и ушел в соседнюю комнату, оставив мага со своим начальником наедине.
- Привет, Деннис, - Джеймс приподнялся из своего кресла, протягивая руку для рукопожатия. - Майкл сказал тебе последние новости?
- Еще раз привет. Да, я знаю про четырнадцатый вопрос. Давай, показывай вашего гения.
- Да вон он, сидит в центре. Мы не смогли обнаружить никакого жульничества. Ни напарника, никаких специальных сигналов, ничего.
Деннис проследил по направлению руки Джеймса. В середине зала за игровым столом сидел мужчина, явно до тридцати лет. Широкие плечи, мощные руки, квадратное лицо, коротко стриженные черные волосы, слегка отстраненный взгляд. Типичное лицо, приходящее на ум, когда вам говорят об охраннике. Однако Деннису даже не пришлось доставать специальный артефакт, изобретенный в его отделе, для обнаружения волшебника в толпе магглов. Он итак мгновенно узнал игрока, хотя и пересекался с ним крайне редко. Подавив неприятные воспоминания, Деннис принялся действовать.
- Джеймс, он из наших. Останавливай игру, давай гонг. Прикажи отвезти его в участок, я допрошу его. Мне надо заскочить на работу, так что можете начинать без меня. Особо не церемоньтесь, он не слишком хороший человек. Я буду минут через полчаса. Через пять минут позвони вот по этому номеру, - визитная карточка перекочевала в руки сотрудника телекомпании. – После звонка я смогу принять заявление и официально начать дело.
- Понял. Спасибо, давай, будем ждать тебя.
Выйдя на улицу, Деннис аппарировал обратно в Министерство. Ему нужно было быстро вернуться в отдел. Добравшись до комнаты оперативников, он попросил тех передать вызов, который будет через пару минут, ему. В ожидании звонка маг быстро заполнил бланк заявления, чтобы не терять время в дальнейшем. Дождавшись звонка от Джеймса и подтвердив, что будет на допросе через полчаса, Деннис повесил трубку и поспешил в соседнее крыло, где располагался офис главы отдела магического правопорядка. Пробежав мимо пустующего стола секретарши, Деннис постучал в дверь и, дождавшись ответа, вошел внутрь.
- Добрый вечер, Гермиона. Как обычно допоздна сидишь?
- Привет, Деннис. Да, работы под конец года навалило. А ты чего еще тут? В ночную смену сегодня?
- Да. Собственно говоря, я к тебе как раз из-за дела заглянул. Не подпишешь разрешение на применение сыворотки правды?
- Что-то серьезное? – поинтересовалась Гермиона, разглядывая полученное заявление, требующее ее подписи. - Обычно ваши преступления не требуют такого уровня допросов. Что случилось?
- Происшествие стандартное: волшебник решил подзаработать в маггловском мире. А вот подозреваемый необычный. Если докажем виновность, то это будет нарушение правил его освобождения. Еще один Пожиратель пойдет в тюрьму. Слишком мягкие им тогда приговоры подписали. Изгнание в немагический мир – и это наказание за их грехи?
- Деннис успокойся! Мы с тобой уже не раз это обсуждали, - Гермиона поднялась из-за стола и налила собеседнику воды. – Держи, выпей. Кто подозреваемый?
- Гойл-младший. Сидит сейчас в камере в полиции. Меня ждут.
- Как вышел на него?
- Один из участников программы работает в студии. Он младший брат одного магглорожденного. Позвонил, попросил проверить подозрительного участника. Я быстро съездил туда, опознал. Сказал им его забрать в участок, сам к тебе помчался. Гермиона, пожалуйста, подпиши разрешение. Это правомерное решение. Тебе ничего не грозит, даже если ничего не выгорит. Как ты там любишь говорить? «Лучше перебдеть, чем недобдеть»? Ну, так вот, это как раз такой случай!
- Ладно, давай свой бланк, - поставив подпись и печать отдела, Гермиона вернула лист подчиненному, который поблагодарив ее, рванул на склад аврората за зельем. – Погоди, там уже все закрыто. На, держи, из моих личных запасов пузырек. Завтра с утра сходишь на склад за таким же и вернешь его мне, ясно?
- Спасибо огромное. Завтра первым делом же! Ну, я побежал.
- Зайдешь завтра с пузырьком – расскажешь, чем дело обернулось, - крикнула вслед спешащему сотруднику Гермиона.
***

Несмотря на полную тишину в помещении и отсутствие прочих задержанных, толком поспать Грегори так и не дали. Пожалуй, такая тишина сыграла даже небольшую отрицательную роль: на ее фоне шаги двух конвоиров были слышны еще от самой двери, лишая заключенного лишних десяти секунд сна. К моменту, когда сотрудники полиции дошли до его камеры, Грегори уже сбросил все остатки короткого сна и сидел на той самой скамейке в полной готовности. Офицеры, не в пример аккуратней двух амбалов из студии, от хватки которых наверняка останутся синяки на плечах, сопроводили его до допросной, где и оставили наедине со стаканом воды, предварительно закрыв снаружи дверь.
Помещение представляло собой самую стандартную комнату для снятия показаний: помимо обыкновенного стола, намертво прикрученного к полу и четырех стульев, имелись только пара камер, моргающих сейчас своими красными лампочками, и большое зеркало в полстены, скорее всего открывающее прекрасный вид на процесс допроса из соседней комнаты.
Оставшиеся три стула пока что пустовали, вероятно, занимающие их люди стояли как раз в той самой соседней комнате и ждали, в надежде заставить подозреваемого понервничать. К сожалению для них, трудно нервничать в двадцать пять лет, будучи невиновным, в месте, где предел наказания – пара лет, если в восемнадцать лет ты мог попасть под серьезный срок в самой ужасной тюрьме мира. А посему, решив лишний раз не накручивать себя, Грегори подложил руки под голову и принялся досыпать прерванный сон.
Минут через двадцать послышался звук ключа, открывающего замок, и в комнату вошли двое. Первый направился к столу, заняв место с противоположной от Грегори стороны стола.
- Добрый вечер, мистер Гойл. Надеюсь, вы готовы немного пообщаться, - повернувшись ко второму человеку, он добавил. – Джеймс, будь добр, договорись, чтобы отключили камеры. В конце концов, это не допрос, а просто разбор полетов. После чего будь добр, посиди в соседней комнате, проследи, чтобы у этого разговора больше не было свидетелей. Если будут вопросы к мистеру Гойлу – можешь слать СМС-ки, ну или записать на бумажку и в конце нашей беседы мистер Гойл ответит на них.
Дождавшись, пока Джеймс выйдет, следователь принялся раскладывать на столе свои записи. Закончив это дело, он молча уставился в одну из камер, у которой через пару секунд погас огонек индикатора.
- Ну вот, я смотрю, Джеймс договорился об отключении камер, подождем еще немного, чтобы он успел зайти в соседнюю комнату и начнем. Думаю, мне стоит представиться. Хотя, раз ты сегодня строишь из себя умного человека, возможно, ты сам ответишь на вопрос, кто же я.
- Вы из руководства телекомпании? Думаю, там сильно расстроены тем, что могут лишиться круглой суммы.
- Нет, увы, на сей раз ты не угадал правильного ответа. Представитель телекомпании сейчас сидит в соседней комнате и наблюдает. Я же привет из твоего прошлого мира. Видишь ли, волшебники, пытающиеся заработать деньги, обманывая магглов – не такая уж и редкость. Меня зовут Деннис Криви, мы встречались, хотя, действительно, не слишком часто. Скорее всего, вы помните моего старшего брата, Колина. Он погиб в ТОТ день.
- Я помню вас обоих. Но я не понимаю, зачем вы здесь. Я дошел до пятнадцатого вопроса абсолютно честным способом. Возможно, мне пока что просто везло с вопросами.
- Знаешь, я просмотрел список вопросов, и это точно не тот минимум, что получает студент на выходе из Хогвартса. Но о везении мы поговорим чуть позже. Знаешь, что это такое? – Деннис аккуратно достал из своего кармана небольшой пузырек и поставил его на стол.
- В контексте ситуации догадываюсь. Но пока не снимите крышку точно сказать не смогу. Позволите? – дождавшись кивка от собеседника, Грегори открыл крышку и плавным движением руки подогнал воздух над крышкой к своему носу. – Запаха нет. Полагаю, что это все же Веритасерум. Хотите, чтобы я выпил и сказал, что отвечал на четырнадцать вопросов на передаче, основываясь исключительно на своих знаниях и полностью самостоятельно? Что не нарушал никаких правил с момента подачи заявки на участие в шоу? Давайте, я не против.
- Не спешите, мистер Гойл. Как вы можете заметить, данной дозы мне хватит минут на пять, не более. А мне бы не хотелось идти за еще одной. Поэтому мы поступим следующим образом: мы шаг за шагом разберем каждый из четырнадцати вопросов, на которые вы ответили, и убедимся, что сделали вы это, цитирую, «основываясь на ваших знаниях», – Деннис изобразил пальцами кавычки. – После этого я дам вам выпить это зелье и, скорее всего, спрошу только два вопроса: «Действительно ли вы честно заработали на шоу выигранную на данный момент сумму?» и «Что из рассказанного вами было ложью?». Вкратце я ситуацию обрисовал, думаю вам понятно, что отсутствие вранья в рассказе здорово сократит проведенное здесь время и вызовет куда меньше вопросов в дальнейшем. Вам понятно?
- Не совсем. Вы хотите, чтобы я рассказал историю своей жизни? Длинная выйдет история.
- Ну почему же, мистер Гойл. Мне нужно лишь обоснование ответов на четырнадцать вопросов, - глянув на свои часы, произнес Деннис. - Хотя знаете, я сегодня итак в ночную смену, смысла спешить мне особо нет. Почему бы не послушать и полную историю, я только «за». Ну, разумеется, если в ней будут те самые ответы, которые жаждет услышать Джеймс. Так что, если вы не против, давайте начнем…


Сообщение отредактировал Могу - Понедельник, 26.09.2016, 15:48
 
МогуДата: Четверг, 25.08.2016, 23:39 | Сообщение # 3
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 1. £ 100
Часть 1.
- Так что, если вы не против, давайте начнем. Итак, где же список вопросов, - перебирая вытащенные ранее из кейса бумаги, Деннис наконец нашел, что искал. – Первый вопрос, готов признать, действительно не сложный, впрочем, что ожидать от первых вопросов. Насколько я смог понять, они введены исключительно для разминки и не стоят много денег. Грегори, вы не против, если я буду вас так называть, нам предстоит долгий разговор. В ответ, буду не против, если вы будете звать меня просто Деннисом. Итак, вы готовы?
- Да, Деннис. Но сперва, я хотел бы сделать один телефонный звонок, если возможно. В конце концов, у меня никакой ночной смены не планировалось, и дома меня ждут. Не хотелось бы, чтобы мама волновалась.
- Хорошо. Но только на громкую связь, – достав свой мобильный из кармана, Деннис отдал его Грегу. – Я надеюсь, мы договорились? Никаких фокусов.
- Ок, - набрав номер, Грегори включил громкую связь и положил телефон на середину стола.
- Алло?
- Привет, мама, это я. Звоню с телефона друга, мой разрядился. Со мной все в порядке, звоню сказать, что сегодня приду поздно. Разговаривал с Филом, он просил выйти в ночь.
- Хорошо сынок. А как все там прошло?
- Все в порядке. Но не успел доиграть, эфир окончился. Так что я буду выступать первым на следующем шоу. Сказали, позвонят и сообщат когда эфир. Ладно, дома расскажу подробнее, утром вернусь. До скорого, люблю тебя.
- И я тебя, до встречи.
Повесив трубку, Грегори отдал телефон Деннису, отхлебнул из стакана и устроился в кресле поудобнее.
- Я готов, давай поскорее закончим с этим.
- Итак, первый вопрос…
***
Часть 2.
Как же выглядит студия одной из наиболее известных интеллектуальных телепередач нашего времени? Так же, как и площадка, где записываются шоу всех других сортов: трибуны для зрителей, в данном случае в количестве трех штук, аппаратная, несколько табло для руководства зрителями, множество камер, осветительного оборудования и непосредственно сцена. Для данного проекта центр сцены целиком занимали места игрока и ведущего.
Кресло игрока пустовало: до перерыва, который начался десять минут назад, достаточно быстро отстрелялся пенсионер из Йорка. Впрочем, отстрелялся он не слишком удачно: дойдя до девятого вопроса, он поверил мнению зала и был за свою доверчивость наказан. Кто сказал, что большинство всегда право? Сделав себе пометку не особо доверять подсказке зала, Грегори сел на диван в ожидании окончания перерыва. Волновался ли он? Безусловно. Небольшая дрожь в коленях, не слишком учащенное, но почему-то вполне себе слышимое сердцебиение, необъяснимое желание заломить себе пальцы и уже третий заход в туалет за время короткого перерыва.
На месте ведущего сидел и допивал очередную кружку чая известный британский теле- и радиоведущий Крис Таммант*.
- Крис, мы готовы начинать, - раздался голос из аппаратной. – Минутная готовность. Всем зрителям просьба занять места в зале. Запись через пятьдесят секунд.
Немногочисленные статисты, еще не вернувшиеся в зал спешно занимали свои места под плавное выключение всех световых приборов. Вскоре трибуны полностью погрузились во тьму. Единственный прожектор был направлен в центр зала, на игровой стол. На табло зажглась надпись «Тишина».
- Камеры поехали. Три, два, один, запись.
На заднем плане заиграла бессменная заставка проекта. Камера плавно наезжала на ведущего, который, не торопясь, убрал кружку с логотипом спонсора на специальную подставку.
- Дорогие друзья, вы вновь смотрите игру «Кто хочет стать миллионером?». Если вы хотите стать участником нашей программы, позвоните по телефону, указанному на экране, ответьте на вопросы отборочного тура и, надеюсь, компьютер выберет вас. Ну а сейчас, встречайте нашего второго участника – Грегори Гойл.
На табло появилась надпись «аплодисменты», вновь заиграла традиционная отбивка, помощник режиссера дал отмашку участнику на вход в игровой зал. Вскочив со своего дивана, Грегори направился в центр студии и, пожав руку ведущему, занял место игрока в не слишком комфортном кресле.
- Грегори Гойл приехал к нам из Гринвича, Чем занимаетесь, мистер Гойл?
- Являюсь охранником в одном из местных спортивных баров. По совместительству работаю курьером.
- Две работы? Сильно нужны деньги? Впрочем, о чем это я, сейчас всем нужны деньги, - первый мерзский смешок вырвался изо рта ведущего. За время предыдущего игрока Грегори насчитал тридцать два подобных невероятно выбешивающих звука.
- Да, нужны. В этом и заключается основная причина, почему я решил поучаствовать.
- Уже знаете, куда потратите деньги в случае выигрыша?
- Да.
- Надо будет передать нашим редакторам, чтобы избегали формулировок вопросов, позволяющих ответить да/нет, - второй пошел, еще и на табло появилась надпись «Смех». Удивительно, как быстро люди способны реагировать на эти команды. – Ну а если серьезно, не желаете поделиться своей целью?
- Собираюсь оплатить лечение своей матери.
- Ну что же, весьма достойная цель, удачи вам, Грегори Гойл, - видя нежелание продолжать разговор в этом направлении, ведущий решил закругляться и переходить непосредственно к игре. – Итак, мы начинаем игру «Кто хочет стать миллионером?».
Вновь раздается стандартная отбивка.
- Думаю, все уже прекрасно знают правило игры, но поскольку у меня в контракте их повторение прописано обязательным пунктом я прошу всех потерпеть минутку и дать мне заработать на ужин, - очередной смех в зале, порой забываешь, что это интеллектуальное ток-шоу. – Вас ждет пятнадцать вопросов, сперва простые, затем все сложнее и сложнее. В игре две несгораемые суммы – одна и тридцать две тысячи фунтов, соответствующие пятому и десятому вопросам. Также в игре есть три подсказки – это «пятьдесят на пятьдесят», «звонок другу» и «помощь зала». Надеюсь, все ясно, давайте не будем тянуть время и начнем. Первый вопрос и сотня фунтов: «Кто из перечисленных персонажей является символом обжорства?». Вариант А – Робин Гуд. Вариант B – Баскин Роббинс. Вариант С – Робин Бобин. И, наконец, вариант D – Робин ван Перси.

***

Часть 3.
Что первым делом люди спешат рассказать о себе при знакомстве с человеком? Не задумываясь, они представляются, кто-то полностью, кто-то ограничивается только именем. Далее , иногда, следует возраст, кто-то даже назовет дату рождения, опять же редко когда целиком, обычно просто год. Это та информация, которую мы готовы рассказать, которую не считаем через чур личной и важной. Вся дальнейшая речь тщательно сортируется и фильтруется на предмет сведений, нежелательных для ознакомления при первом знакомстве. Давайте и мы не будем отходить от установленного порядка и просто представимся.
Итак, эта история началась шестнадцатого марта тысяча девятьсот восьмидесятого года. В этот день в родильном отделении больницы Св. Мунго, в присутствии главы семейства, Генри Гойла, и, разумеется, его жены, Маргарет Гойл, на свет появился наследник рода, первый, и как впоследствии окажется, единственный ребенок в семействе. Названный в соответствии с семейной традицией Грегори Генри Гойлом, ребенок вместе с родителями через неделю был выписан из больницы.
В связи со сложной политической ситуацией в стране данное событие прошло почти незамеченным. Лишь десяток официальных писем с поздравлениями от союзных родов лежали у постели Маргарет, чье не самое выдающееся здоровье лишь ухудшилось в ходе беременности. Единственным толковым подарком был набор лечебных зелий от Северуса, пытающегося поскорее расплатиться за услугу, оказанную ему главой семейства.
В целом, рождение ребенка не сильно изменило ритм жизни семейства. Генри по-прежнему с десяти до шести работал в отделе магического транспорта, а вечерами участвовал в собраниях Пожирателей. Маргарет все также целыми днями находилась в особняке, правда, теперь все ее время занимал Грег. Хотя, надо уточнить: особняк слишком громкое слово для простого двухэтажного загородного домика, выкупленного у предыдущих хозяев за примерно годовую зарплату сотрудника Министерства. К сожалению для тогдашних молодоженов, смерть родителей не преподнесла им горы наследства. Род Гойлов уже давно вел весьма скромное существование, а гипотетическое наследство Маргарет проплыло мимо нее в сторону двух старших братьев, переселившихся десять лет назад в Италию и не особо горящих желанием иметь дела с вечно больной младшей сестренкой.
Дни текли своим чередом, постепенно чаша весов в противостоянии начала склоняться на сторону Тёмного Лорда. Он становился всё сильнее, численность его армии росла: помимо простых волшебников в неё вошли многие магические существа, большинству из которых после победы Лорда были обещаны равные с волшебниками права и пересмотр ряда дискриминирующих законов. Министерство сдавало свои позиции, и даже введение жестоких мер, таких как разрешение на использование Непростительных против Пожирателей Смерти, ужесточение методов ведения допросов, увеличение тюремных сроков по ряду нарушений, уже не приносило желаемых результатов. Участились случаи перебежчиков на сторону Волдеморта – даже в своем небольшом отделе, Генри знал, как минимум, о двух потенциальных новобранцах в ряды армии Темного Лорда.
Все изменилось в один день, тридцать первого октября тысяча девятьсот восемьдесят первого года. День начался как обычно: собравшись на работу, Генри поочередно зашел в комнаты жены и сына, поцеловал на прощание спящих членов своей семьи, вышел за ограду своего дома и аппарировал к служебному входу в Министерство. Через пару минут он уже сидел в своем рабочем кресле и неторопливо разбирался с заявкой на предоставление порталов класса A-3 для транспортировки недавно обнаруженного семейства диких драконов на территорию заповедника. За заполнением всей документации пролетело половина утра. После столь упорного труда Гойл-старший решил устроить себе небольшой перерыв.
Если вы думали, что в здании Министерства нечем себя развлечь – вы глубоко ошибались. Есть, как минимум, два помещения, где всегда можно найти что-то интересное или просто поднять себе настроение. Первое - это, разумеется, отдел магических игр и спорта. Помимо полулегального министерского тотализатора тут всегда можно было провести время за одной из представленных на специальных стендах игр. Отдельного внимания заслуживала неприметная комната в конце коридора, за которой крылась просто кладезь положительного настроения – здесь расположился сектор патентов на волшебные шутки. Вся новая продукция из «Зонко» всегда сперва появлялась в этой комнате, в количестве, превыщающем число сотрудников этого отдела в десятки раз. Имея дружеские связи, здесь можно было бесплатно найти рождественские подарки, которые еще не поступили в продажу. Этим фактом всегда и пользовались старожилы Министерства, обеспечивая своих детей эксклюзивной продукцией. Если посмотреть на неофициальную иерархию Министерства, то дружба с немногочисленными сотрудниками этого сектора, наравне со штаб-квартирой лиги квиддича ценилась немногим ниже лишь связей в административном аппарате Министерства.
Вторым местом являлся отдел регулирования магических популяций и контроля над ними. Звучит, конечно, немного жутко, но, благодаря знакомству с Уолденом Макнейром, Генри узнал много нового о возможностях данного сектора. В недрах этого отдела пряталась самая научная (ну, разумеется, после Отдела Тайн) структура Министерства – сектор изучения новых видов. Генри любил приходить сюда и любоваться творениями безумных ученых, это помогало почувствовать свою, что ли, нормальность. Если бы кто-то спросил Гойла-старшего, зачем ему это надо, тот бы вряд ли смог ответить. Он не был гигантом мысли, чтобы придумать достойный ответ, он просто знал, что после короткого пребывания в этом отделе ему обязательно становилось легче.
Прогулявшись по Министерству, Генри вернулся к своему месту почти ровно к обеду. На столе лежал всего один самолетик с напоминанием, что в шестнадцать часов состоится совещание отдела, где будет заслушан отчетом за октябрь и выработан рабочий план на ноябрь. Скука, конечно, но местами познавательная, к тому же Генри отнюдь не безосновательно надеялся, что речь может также пойти и про повышение заработных плат.
К удивлению сотрудников совещание продлилось всего полчаса, шеф явно куда-то спешил. Но настроение у него было хорошее – даже всем разрешил уйти пораньше и подготовиться к празднику. Ну, уж если руководство отпускает – грех не воспользоваться: через пятнадцать минут в портальном управлении не было ни души. Генри аппарировал к калитке своего дома и уже шел по мощеной дорожке, когда его настиг вызов Лорда. Зайдя на минуту домой, Генри захватил свою форму, отдал поручения насчет ужина домовику и аппарировал к резиденции Волдеморта. Судя, по числу аппарационных хлопков и числу уже собравшихся, явно был намечен общий сбор. Накинув на себя пожирательскую униформу, Генри подошел к своему излюбленному углу, где уже стояли Снейп, Малфой и Кребб.
- Добрый вечер, что-то случилось?
- Не знаю. Вчера к нему опять пришел кто-то, Лорд всех выгнал из зала. Никого не пускал к себе два часа. Не знаю, что они там обсуждали, но с утра Лорд выглядел очень довольным. Так что, наверное, обойдемся сегодня без коктейля из миорелаксантов на ночь, - Люциус резко замолк, когда увидел поднимающегося на импровизированную сцену Темного Лорда и держащегося позади него мага в пожирательской мантии, чье лицо было скрыто капюшоном. Склонившись вместе со всеми в поклоне, Малфой принялся слушать объявление Лорда. Рядом тихо ругнулся Снейп, не отрывающий взгляда от сопровождающего милорда таинственного мага.
- Мои верные друзья, сегодня, наконец, настал тот день, когда мы поставим наших врагов на колени. Сегодня, я уничтожу последнюю преграду к нашей победе и в течение недели мы возьмем власть над магической Британией. Я хочу, чтобы вы сейчас отправлялись по своим домам и, как следует, отдохнули, ибо завтра вы будете нужны мне в своей лучшей форме. Никакого алкоголя или ночных гуляний! Завтра с утра я вновь соберу вас всех для подробного инструктажа. Мы дождались нашего шанса и теперь не упустим его! На сегодня все.
Все собравшиеся направились к выходу из здания, лишь Снейп зачем-то остался в зале, направившись прямиком к Лорду безо всякого приглашения. Любопытство не входило в число пороков Генри, а поэтому он, не дожидаясь расправы над штатным зельеваром, аппарировал домой.
***
Причиной пробуждения Генри стало уникальное событие: ссора двух домовиков на глазах у волшебников. Что еще удивительнее, семье Гойлов принадлежал лишь один эльф. Шикнув на домовиков, чтобы те не разбудили и Маргарет, лежащую рядом, Генри спешно оделся и вышел в холл, где его ждали маленькие создания.
- Динки, что за шум?
- Простите, сэр. Я поймал нарушителя в доме. Он настаивает, что у него для вас срочное сообщение, однако, я знаю, вы не терпите, если вас будят в выходной раньше десяти.
- Спасибо, Динки, отпусти его. Кто твой хозяин, эльф?
- Здравствуйте, сэр. Минди просит прощения, но мастер Люциус просит как можно скорее быть у него дома, не заходя никуда по дороге. Это очень важно, сэр.
- Хорошо, передай своему хозяину, что я буду через десять минут, - дождавшись, пока эльф исчезнет, хозяин дома повернулся к своему эльфу. – Ты молодец, Динки, все верно сделал. Приготовь мне быстренько завтрак. Если Маргарет спросит, скажи, что я у Люциуса.
***
- Мастер Люциус, мистер Гойл прибыл, - произнес эльф, открывая перед гостем двери в кабинет хозяина, где помимо него сидел еще один гость.
- Здравствуйте, Доминик, Люциус. Что случилось? Новости от Лорда?
- Здравствуй Генри, какого Лорда, ты на метку свою давно смотрел? – Люциус достал третий бокал и налил вновь прибывшему гостю виски.
- Что с ней случилось? – Гойл-старший закатал рукав и теперь с удивлением смотрел на свое предплечье.
- Вопрос не в том, что случилось с ней, а что случилось с Лордом. Я не могу с ним связаться, что в совокупности с побледневшей меткой говорит лишь об одном – Лорд погиб.
- Погоди, с чего ты решил, что погиб? Может просто без сознания, или ранен. Метка же не исчезла полностью?
- Если он был бы ранен, то она наоборот бы активизировалась. Я потратил немалые средства, чтобы изучить, чем же нас наградил Лорд. При его ранении через нее он бы восстанавливался за наш счет. Так что, Генри, он точно погиб. В связи с этим у нас достаточно серьезные проблемы: сейчас Министерство принялось отлавливать всякую шушеру, но постепенно на допросах, поднимаясь все выше и выше по структуре нашей организации, вскоре они дойдут до кого-нибудь, кто сдаст нас. Наличие метки автоматически гарантирует нам пожизненную камеру в Азкабане.
- Мы собираемся дать бой? – молчащий до этого Доминик Кребб вступил в разговор.
- Это будет не слишком разумно. У нас у всех есть семьи, и, думаю, мы все сходимся в том, что они не заслуживают участи родных террористов. Поэтому я могу предложить вам два варианта: Первый, и я настоятельно советую вам хорошо подумать, прежде чем отказываться – уехать из страны. У меня есть знакомые, они обеспечат новыми личностями, документами и местом жительства. Но это означает, что мы больше никогда не сможем вернуться в Англию.
- Гойлы не бегут от проблем. Прости, Люциус, но на протяжении всей истории рода мы не покидали Британию. Я не могу подвести род, это больше чем я и моя семья. Если решитесь уехать, я помогу замести здесь следы, пока меня не возьмут.
-Стоп, Генри. Мы не будем разделяться. Раз ты не поедешь – мы тоже не едем. Тогда выход номер два – будем стараться объяснить метки на наших руках, давить на отсутствие моря крови на наших руках и надеяться, что мои деньги еще чего-то стоят.
- Я могу взять вину на себя, Люц, если ты пообещаешь, что позаботишься о моих жене и сыне. Тогда ты сможешь потратить деньги не впустую. Приду с повинной и скажу, что меня действительно привлекли идеи Темного Лорда. Когда же я предложил вам присоединиться, вы отказались. Но Темный Лорд не терпит отказов, и мне пришлось наложить на вас Империус.
- Отличная идея, Доминик, но лучшая ложь та, что практически полностью состоит из правды. Я втянул вас в это, мне и вытаскивать. Вы неоднократно спасали мою жизнь, Малфои ценят верность. Сейчас пойду к Миллисенте, без моих вложений она вряд ли стала бы Министром, и признаюсь в причастности к Пожирателям. Скажу, что Темному Лорду нужны были мои деньги, что он угрожал моей семье. Воспользуемся предложением Доминика, только в более мягкой форме, не стоит признаваться в применение Империуса. Скажу, что потребовал от вас возврата Долга Жизни. Таким образом, это полностью снимет с вас подозрения. Я же буду раскаиваться на всех углах, сыпать деньгами на благотворительность. Думаю, с учетом того, что на моем счету нет убитых, они ограничатся небольшим сроком.
- Но ты же не сможешь подтвердить на допросе байку про Долги Жизни. Так что нас в любом случае тоже заберут, а тебе лишь накинут за ложь в зале суда, - Генри был благодарен другу за предложение, но все же им всем придется отвечать за свои грехи.
- Думаю, что смогу. Четырех моих зуба уже десять лет как содержат капсулы с антидотом к различным вариациям Веритасерума – отец настоял из-за бизнеса. Тогда я смотрел на него, как на психа, со временем просто забыл про начинку. Пригодилось, оказывается. Четыре заряда, хватит на месяц. Сомневаюсь, что меня будут столько допрашивать.
- Люц, ты уверен?
- Да, Генри. Как никогда в жизни. Если в течение двух дней к вам не нагрянут с обыском – значит, все получилось. Если попросят пройти с ними – не сопротивляйтесь, скорее всего, просто для дачи показаний. Держитесь этой версии, если спросят – Долг Жизни я получил, спасая вас через два года после выпуска на охоте, помните? Ну, вот и представьте, что тот медведь был семейкой оборотней. Держите, это пара капсул с антидотами к сыворотке правды, если все получится – больше вам и не понадобится. Возвращайтесь к женам, мне еще надо поговорить с Нарциссой.
- Удачи Люциус. Спасибо тебе.
- Должны будете, - невесело ухмыльнулся хозяин особняка друзьям и направился объясняться с женой.
***
Люциус Малфой тогда, пожалуй, впервые в своей жизни недооценил мощь денег – все прошло еще лучше, чем он даже рассчитывал. Миллисент Багнолд, выслушав исповедь Люциуса, отправила его в кабинет Трента Миллера – следователя при аврорате, приходящегося племянником госпоже Министру. Приняв у мага заявление, Трент посоветовал езжать домой и быть готовым в течение недели примчаться в Министерство по первому зову. Дома же Люциус при помощи жены сразу принялся за выполнение своих обещаний: были написаны длинные письма и, сопровождаемые чеками на круглые суммы, были отправлены в только что созданный «Фонд помощи жертвам войны» и больницу Святого Мунго, также был заказан памятник семейству Поттеров, который планировалось установить у разрушенного дома, где и был побежден Темный Лорд. Отдельный чек был отправлен в больницу Святого Мунго на бессрочную аренду палаты для Алисы и Фрэнка Лонгботтомов, пострадавших на днях от рук сестры Нарциссы. Взнос был сделан анонимно, но, зная Августу, можно было ожидать, что та не успокоится, пока не определит, от кого пришли деньги. Анонимность взноса должна была хоть немного поднять Люциуса в глазах имеющей немалый вес в Визенгамоте Железной Леди.
Через пару дней Доминик и Генри сообщили, что Миллер снял с них показания и на их основании против обоих не будут предъявлены никакие обвинения. Сердечно благодарили и желали успехов на предстоящем слушании.
Суд над сыном серьезно ударил по Барти Краучу-старшему. Сославшись на семейные проблемы, тот взял отпуск и уже пару дней не появлялся в Министерстве. Без своего лидера многие его последователи не решались в Визенгамоте вести политику жестких судебных решений. После ряда весьма мягких приговоров стало ясно, что жажда крови в Министерстве серьезно поутихла. На следующий день Трент вызвал Малфоя в Министерство. Суд прошел на удивление спокойно. Видимо, наличие годовалых детей – серьезный козырь против Дамблдора и его партии. Будучи оправданным, Малфой еще некоторое время активно принимал участие в благотворительных мероприятиях, после чего плавно сократил свою деятельность до довоенного уровня. Все-таки денег на замаливание грехов ушло предостаточно.
***
С тех пор прошло почти пять лет. Казалось бы, жизнь в семье Гойлов снова наладилась, Генри все также работал в своем отделе, обеспечивая семью, Грегори рос умным и активным мальчишкой, однако осенью тысяча девятьсот восемьдесят шестого года произошло событие, в корне изменившее всю дальнейшую жизнь Грегори.
В тот день отец как обычно ушел на работу, мама занималась домашними делами, а юный Грег был предоставлен самому себе. Выйдя в сад, он решил немного поиграть в загонщика. Обычно, ему в этом помогал папа, левитацией направляющий мячи в сторону сына. Но отца в доступной близости не было. Зато на глаза попался чистящий небольшой пруд Динки. Дождавшись, пока эльф закончит выполнять мамино поручение, Грегори попросил существо наколдовать на противоположном конце сада мишени, а также заколдовать мяч на постоянное возвращение по направлению к бите. День был вполне удачным – в четвертом раунде противостояния с неподвижными манекенами Грегори обновил личный рекорд, поразив все десять мишеней всего за четырнадцать ударов. И это с расстояния в тридцать метров! Дождавшись, пока Динки восстановит манекены, мальчик готовился к еще одному заходу в надежде сразу же обновить свое достижение, но нечеловечески громкий крик из дома и последовавший за ним грохот помешали ему.
Добежав до дома, он увидел лежащую в позе эмбриона на полу в прихожей мать, схватившуюся за живот. Перескочив через обломки упавшего шкафа, к счастью, видимо, не задевшего женщину, Грегори подскочил к матери. Появившийся рядом Динки был тут же отправлен с сообщением к отцу. Мальчик обнял кричащую, без слов, на одном хриплом звуке, заставляющем стынуть кровь в жилах, маму, пытаясь понять, что же случилось. Слез тогда не было, они появились, лишь когда ворвавшийся в дом отец отнес супругу в спальню, где при помощи Динки, удерживающего метающуюся женщину, последовательно вколол в живот содержимое двух ампул. Постепенно крики становились все тише и через пару минут женщина заснула. Генри, глядя на плачущего в дверях сына, попросил Динки принести стакан воды со смесью успокоительного и снотворного зелий. Когда сын уснул, глава семейства отнес того в спальню и, наказав Динки сообщить ему, когда кто-нибудь в доме проснется, вернулся в Министерство, чтобы оформить на пару дней отгул.
Резко проснувшись, как после кошмара, детали которого мгновенно забылись, Грегори соскочил с кровати и со всех ног бросился в спальню родителей. Ворвавшись в нее, он застал отца, сидящего на краешке кровати и о чем-то беседующего с мамой. Маргарет Гойл при виде сына улыбнулась, так, что мальчик засомневался, не приснились ли ему те события. Но все же они были слишком реальны.
- Мама, папа, что это было? Почему ма…
- Послушай сынок, - перебил его глава семейства, встав с кровати. – Давай, не будем мешать маме отдыхать, а мы с тобой поговорим в столовой.
- Нет, Генри, я поговорю с Грегом. Он должен знать. Иди пока отдохни, сегодня был трудный день, - дождавшись, пока муж выйдет, Маргарет продолжила. – Давай, забирайся в кровать, мне надо тебе кое-что рассказать.
- Мама, почему ты кричала? – мальчик забрался под одеяло и обнял мать.
- Сынок, нам с отцом очень жаль, что ты увидел все это. Мы просто не ожидали, что оно повторится так скоро, это был первый раз. Дело в том, что твоя мама немного не здорова. Мне неприятно находиться на солнце, поэтому я так много времени провожу дома и редко играю с тобой на улице. И еще примерно раз в месяц у меня случается приступ резкой боли, как правило, в области живота, но несколько раз у меня сильно болела голова. У меня это с самого детства, и я рада, что тебя обошел стороной этот недуг. Мерлин, как я боялась, что болезнь передастся и моему ребенку. У меня никогда не было друзей: братья боялись, что я заражу их, и поэтому держались в стороне. В школе все знакомые испарились, когда узнали о моей реакции на солнечный свет. Все подумали, что я как-то связана с вампирами и тоже отвернулись от меня. Я благодарна судьбе, что она послала мне твоего отца. Он полюбил меня такой, какой я была, и сделал все, что мог, чтобы помочь меня. Но, похоже, эта болезнь неизлечима.
- Но тебе же дают лекарства? Я видел, как папа что-то вколол тебе в живот.
- Не существует лекарства, которое бы вылечило меня. Это просто особое обезболивающее. К несчастью, простые зелья не могут полностью избавить меня от боли во время приступа. Это зелье – изобретение папиного знакомого, Северуса Снейпа, оно помогает мне легче переносить приступы. Обычно я чувствую их приближение, и твой отец делает мне инъекцию заранее. Я не знаю, почему сегодня это случилось вновь, прошло всего одиннадцать дней с последнего раза.
- Тебе становится хуже? – Грегори с трудом удерживал вот-вот собирающиеся вырваться наружу слезы. Горло саднило, и в носу постепенно скапливались сопли.
- Не плачь сынок. Мы справимся, все будет хорошо.
- Кто-нибудь ищет лекарство?
- Целители не могут понять, что это за болезнь. Это затрудняет поиск лекарства. Но тот папин друг, что варит мне обезболивающие, он пытается создать зелье. Возможно, вы с ним увидитесь, он сейчас преподает зельеварение в Хогвартсе.
- Обещаю, я разберусь в зельеварении, - Грегори обнял маму. – И тогда я сделаю все, чтобы найти лекарство. Тебе не придется больше страдать.
- Я верю, что у тебя все получится Грегори, ты добьешься многого в этой жизни, - произнесла Маргарет, обнимая сына в ответ.
И никто из них не заметил появившегося буквально на миг над их головами светящегося кольца.
***
Лежа вечером в своей кровати, Грегори размышлял над своими дальнейшими действиями. До поступления в Хогвартс оставалось чуть меньше пяти лет. Мальчик трезво оценивал свои возможности и понимал, что без помощи со стороны вряд ли разберется хоть в чем-нибудь с самого нуля. Пару раз он брал наугад книги из семейной библиотеки, но после множества попыток осознать, о чем же написано внутри, всегда возвращал их на место. Не желая тратить впустую пять лет, мальчик пытался придумать какое-нибудь занятие, которое поможет ему в дальнейшем скорее освоить магические науки и приступить к созданию лекарства.
Первым порывом было попросить маму познакомить его с Северусом Снейпом. Тогда Грег мог бы, в качестве помощника зельевара, потратить эти годы на обучением азам. Но ехидный голос в голове тут же закидал его вопросами:
- Кто тебе сказал, что сопливые, ничего не умеющие дети нужны кому-то в качестве помощников? И зачем профессору Снейпу учить тебя сейчас – он, как ему и положено, займется тобой при поступлении в Хогвартс. Да и не кажется ли тебе, что напросившись в помощники, ты будешь только отвлекать мастера, из-за чего создание лекарства будет затянуто или же просто профессор не заметит какую-нибудь незначительную деталь, способную перевернуть все с ног на голову.
Грегори нечего было ответить собственному внутреннему критику. Второй вариант был далек от зеьеварения в частности и магии в целом. Он предполагал комплексный подход к обучению. Проще говоря, мальчик подумывал уговорить родителей разрешить ему учиться в маггловской школе до получения письма из Хогвартса. Отец, разумеется, будет сперва против – с его-то прошлым. Но если убедить маму, то проблема будет решена, уж ее-то пожелания он всегда выполнит. На этой оптимистической ноте Грегори заснул, отложив реализацию своих грандиозных планов на завтра.
Дождавшись с утра, когда отец аппарирует на работу, мальчик отправился на первый, так сказать почвопрощупывательный, разговор. Маргарет сидела в кресле и читала какую-то книгу, весьма древнюю на вид, стоит заметить.
- Доброе утро, мама.
- Доброе, сынок. Как спалось?
- Хорошо. Как ты себя чувствуешь? – Грегори сел за стол и принялся поглощать появившийся перед ним легкий завтрак.
- Все в порядке. Мои приступы никогда не длятся больше пары часов. Просто после обезболивающего меня тянет в сон. На следующий день все приходит в норму.
- Мама, я хотел бы кое-что с тобой обсудить, только, пожалуйста, не говори сразу нет.
- Обещаю, что не буду. Что случилось? – Маргарет отложила книгу и выпрямилась в кресле.
- Мне скучно в доме. Я хотел бы больше общаться со сверстниками, но из знакомых у меня лишь Винс и Драко, и то с последним видимся лишь на праздниках. Хотя это и к лучшему, он мне не очень нравится.
- Но тебе же нравится Винсент?
- Конечно, он мой лучший друг. Но он и единственный. С ним весело играть, но я хочу не только играться. Я долго думал вчера перед сном и… Только не сердись, пожалуйста. Мне кажется, я хотел бы попробовать сходить в маггловскую школу.
- Твоему отцу эта идея вряд ли понравится, - сказала волшебница после долгой паузы. – Да и мне, честно говоря, тоже. Но это скорее из-за эгоистических побуждений: не хочу оставаться дома одна. Я знаю, что ты пойдешь в Хогвартс, но мне хотелось бы думать, что у меня еще есть пять лет, которые я могу провести рядом с тобой.
- Но я же никуда не уеду – я видел, как дети из ближайшего поселка возвращаются домой уже днем.
- Зачем тебе это, Грегори? Чему магглы смогут научить тебя? Ты уже умеешь читать, писать и считать, а я слышали, что именно этому обучают в их школах в первые годы.
- Возможно, как я уже говорил, мне не хватает общения со сверстниками. Но скорее всего истинной причиной является надежда на получение каких-то знаний, что помогут мне в будущем. Я не уверен, что мне это надо, но я хотел бы попробовать.
 
МогуДата: Четверг, 25.08.2016, 23:39 | Сообщение # 4
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
- Ты помнишь условия нашего договора, Грег? – Генри вопросительно взглянув на сына.
- Да, папа. Никакой магии и ничего, что заставило бы вызвать тебя или маму в школу.
- Именно так. Я по-прежнему не в восторге от этого твоего желания. Я не хочу, чтобы ты забывал, кто есть на самом деле.
- Я понимаю твои опасения, папа. Но это же просто школа – всего пять часов в день, остальное время я по-прежнему буду проводить с вами. Ты даже не заметишь перемен – во время моей учебы ты будешь сидеть на работе. Все останется, как было, только я, возможно, стану чуть умнее.
- Ты итак у меня самый умный, - Генри, присев на корточки, обнял сына. – Ладно, беги к своему учителю, а то твой отец сейчас пустит слезу.
Попрощавшись с отцом, Грегори направился к стоящей на крыльце школы нарядно одетой женщине средних лет, вокруг которой постепенно собирались дети.
- Здравствуй, ты наверное Грегори? Меня зовут миссис Бартон. Сейчас мы подождем остальных, после чего я покажу вам школу и расскажу, чем мы будем заниматься.
Пять минут спустя, когда к группе присоединились двое оставшихся детей, женщина открыла входную дверь и пригласила всех следовать за ней. Экскурсия не заняла много времени: как и во многих школах в негустонаселенных городках в этой было два двухэтажных корпуса, соединенных маленьким перешейком. В одном крыле располагалась начальная школа и крупные помещения, такие как актовый и физкультурный залы, столовая и административные комнаты, в другом же находились классы для старших учеников. Помимо города, в школу также принимались дети из трех соседних поселков – но даже с этим пополнением численность параллели редко когда превышала двадцать человек. Собственно, это трудно было назвать параллелью в традиционном смысле, так как каждому возрасту соответствовал всего один класс. Проведя первоклассников по школе, миссис Бартон подвела их к своему кабинету.
- Прошу вас, проходите и занимайте любые места. В этом классе вместе со мной вы будете заниматься первые три года обучения. В классе стояло девять парт, каждая из которых была рассчитана на двух учеников. Тот факт, что в этом году в первый класс поступило лишь четырнадцать детей, предполагал наличие выбора даже у вошедших последними. Грегори был в их числе. Участвовавший в нескольких торжественных приемах он знал, что лиц женского пола следует пропускать первыми. К сожалению, подобным джентльменством страдал лишь он один, так что когда Грег зашел в класс, то возможности его выбора были весьма ограничены – одиночество на одной из двух свободных задних парт или соседство с девочкой в очках за средним столом учительского ряда.
- Ты не против, если я тут сяду? – Грегори подошел к девочке.
Получив в ответ быстрое пожимание плечами, Грег сел за парту и приготовился слушать учителя.
- Для начала, мне бы хотелось поздравить вас всех с началом обучения в нашей школе. Это важный этап в вашей жизни, и я постараюсь сделать все, что в моих силах, чтобы помочь вам его пройти. В этом году мы будем изучать основы, которые, несомненно, пригодятся вам в дальнейшем. Так, например, на математике мы будем учиться считать и решать простые примеры, а на английском языке – технике чтения и письма. Также у нас будет много творческих занятий – мы будем рисовать, делать несложные поделки, чуть позже сюда добавятся основы вышивания. Вместе с вашими родителями мы еще обсудим график выездных занятий – обычно я вожу свои классы в небольшой поход, где специально обученные люди расскажут вам о местной природе. По желанию, вы сможете записать в один из предлагаемых музыкальных классов или устроиться в спортивную секцию, но об этом вам подробнее расскажут на первых уроках физической культуры и музыки. Теперь немного о распорядке дня – наши уроки начинаются в десять часов утра. Те из вас, кто не живет в городе, по желанию могут пользоваться услугами школьного автобуса. Его расписание можно посмотреть на выходе из школы. Занятия длятся до половины второго, после чего мы дружно идем на обед в школьную столовую. После этого у нас игровой час – либо в классе, либо на улице, в зависимости от погоды. После этого вы можете отправляться домой. В наш первый год вы будете свободны от всевозможных домашних заданий. Но, разумеется, никто не будет вам запрещать потренироваться дома в пройденном материале. Ну а теперь, давайте знакомиться.
***
Первый месяц в школе прошел спокойно. С социальной точки зрения Грегори также находился в некотором промежуточном состоянии, как, впрочем, и весь класс: пока еще не успели сформироваться отдельные группы, поэтому все старались общаться со всеми. Из-за успехов в учебе мальчик достаточно тесно сошелся с соседкой по парте, которая часто ориентировалась на написанное в тетрадке соседа. Благодаря своим умениям, приобретенным до школы, Грегори мог позволить себе немного расслабиться на большинстве уроков. Некоторые трудности возникали на уроках рисования – никто из детей не мог похвастаться красивыми с точки зрения взрослого человека рисунками, но у Грегори получалось совсем из рук вон плохо. Пару раз, приходя домой, он просил маму помочь ему, но, увы, талант художника не передался мальчику. Из новых для него предметов Грегори очень понравилась музыка. На первом уроке учительница и нескольких учеников старших классов продемонстрировала игру на основных музыкальных инструментах, представив, таким образом, все имеющиеся в школе музыкальные классы. Теперь следовало дождаться ознакомительного урока физической культуры, назначенного на второе ноября, после чего до новогодних выходных нужно было решить, в какую дополнительную секцию ученик хотел пойти.
В ожидании этого предмета Грегори был в смешанных чувствах. С одной стороны, будучи крепким и достаточно сильным для своего возраста, он не опасался силовых упражнений. Но бег, гимнастика и прочие задания на ловкость и гибкость, о которых шептались девочки, заставляли с опаской относиться к уроку.
Что ж, поначалу все было неплохо: учитель рассказал о спортивных секциях, требованиях к их участникам и достижениях школьных команд на крупных соревнованиях. Затем была небольшая разминка, к концу которой у Грегори появилась небольшая отдышка. Но тренеру, видимо, это казалось несерьезной нагрузкой. У него был свой способ познакомиться с учениками и заодно посмотреть на общий уровень физической подготовки: на шестом круге бега по периметру спортивного зала дети едва волочили ноги. Грегори не был исключением - мальчик держался лишь на одном желании не стать худшим по данному предмету.
К счастью для уставших детей, после урока по расписанию стоял обед. Пришедшие в столовую дети накинулись на стаканы с любой жидкостью, встречаемой на пути, как пчелы на мед. Грегори же после часовой пытки наоборот требовалось плотно поесть, чтобы компенсировать потери. Съев свою порцию, он с удивлением обнаружил, что его одноклассники не спешат потреблять свой обед, а по-прежнему налегают на соки. Голод мальчика не был утолен, из-за чего он, немного стесняяся, вынужден был узнать у соседей по столу, будут ли они есть свои порции. В обмен на его сок и воду перед Грегори очутились еще три порции. Мальчик не замечал, что многие в столовой, не только его одноклассники, внимательно наблюдают за ним. От поглощения четвертой порции его отвлек громкий голос какого-то старшеклассника.
- Смотрите, какой у нас Робин Бобин Барабек завелся! – конец фразы уже потонул в веселом гомоне.
Грегори не сразу осознал, что большинство смеющихся смотрят на него. Среди одноклассников, правда, смысл фразы понял лишь один мальчик, который шепотом уже рассказывал суть шутки соседям по столу. Через пару минут уже и все первоклассники смеялись над ним. Положение спасла, хотя спасла уже не совсем верное слово, вернувшаяся за детьми миссис Бартон. Будучи не в курсе ситуации, она не понимала причины хохота большинства ее маленьких подопечных, поэтому и не могла прервать издевательства над одним из них.
Заходя в класс, Грегори внимательно осмотрел себя в зеркало на предмет наличия какой-либо грязи на лице и одежде. Не обнаружив ничего странного, мальчик попытался узнать у соседки, что смешного сказал тот старшеклассник, но она лишь глубже зарылась в свой дневник, пытаясь скрыть улыбку.
Оставив попытки понять причину неуемной радости сверстников в надежде, что все это вскоре прекратиться, мальчик принялся дорешивать примеры, которые остались несделанными после урока математики. К сожалению, Грегори ошибся – эта непонятная кличка словно приклеилась к нему. Одноклассники перестали использовать его настоящее имя, некоторые старшеклассники, запомнившие его в лицо, мерзко ухмылялись, когда встречали его в школе. Через пару дней Грегори это все надоело, и он решил разобраться с причинами. Придя в школу на полчаса раньше, он постучал в двери кабинета.
- Да, входите, - увидев одного из своих учеников, миссис Бартон улыбнулась. – Ты сегодня рано, Грегори.
- Здравствуйте, мисси Бартон. Я специально пришел заранее, я хотел с вами поговорить.
- Я тебе слушаю, - сказала учительница, отложив какие-то документы.
- Вы, наверное, слышали, как ребята иногда говорят «Робин Бобин»? Может быть, вы сможете мне сказать, кто это такой?
- Да, я слышала, но не могу понять, в связи с чем они так к нему прицепились. Робин Бобин – это персонаж одной из детских песенок. Мы будем их проходить во втором, может в третьем классе.
- Вы можете сказать, про что эта песенка?
- Лучше, я могу дать тебе ее прочитать, она совсем короткая, - мисси Бартон направилась к своему большому шкафу и принялась там что-то искать. – Вот, держи.
По мере прочтения к Грегори стало приходить чувство понимания ситуации. Гнев на одноклассников начал нарастать в нем, грозясь вылиться в приступ спонтанной магии. Помня о договоре с отцом, Грегори приложил все силы, чтобы успокоиться и не вызвать никаких подозрений у женщины. Поблагодарив ее за книгу, мальчик сел на свое место, достал учебник по географии родного края и принялся читать еще не рассказанные главы. Ему стоило больших трудов не сорваться в течение дня на все никак нежелающих угомониться сверстников. Грегори не хотел позволить этим детям помешать выполнению его плана, а для этого ему нужно было продумать свое поведение, благо впереди были два дня выходных.
Дома, помимо родителей, его ожидало все семейство Креббов. После обеда взрослые зачем-то удалились в кабинет Генри, в то время как дети были предоставлены сами себе. Доев свои порции десерта, друзья вышли во двор, чтобы покидать мячи. Лениво перебрасываясь квоффлом, Винсент радостно рассказывал про новую метлу, которую родители купили ему на рождественские праздники. Оказалось, даже отвлекающие чары не способны удержать скучающего дома ребенка от нахождения спрятанных подарков. Грегори же в ответ решил в общих чертах поделиться своей проблемой со сверстниками. Внимательно выслушавший его Винс не понял проблемы друга:
- Ну, ты же это, сильнее их всех. Врежь им и все. Пусть знают, зачем нужно много есть. Покажи магглам, чего стоит настоящий Гойл.
Грегори всерьез задумался над предложением Винса. Нет, конечно, он не собирался избивать всех одноклассников, ведь это повлекло бы за собой вызов родителей в школу, что нарушало условия договора. К тому же среди них были и девочки. Нет, он решил перепоручить успокоение толпы самого ярому насмешнику, стоит всего лишь на него надавить. Обрадовавшись найденному решению, Грег с легкой душой продолжил веселиться в саду своего дома.
 
katyaДата: Суббота, 27.08.2016, 22:03 | Сообщение # 5
Демон теней
Сообщений: 201
« 6 »
Интересное начало! Мне понравилось!
 
МогуДата: Воскресенье, 28.08.2016, 19:15 | Сообщение # 6
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 2. £ 200.
Часть 1.
- Ты учился в маггловской школе? Серьезно?
- Мне нет смысла врать, я верю, что во флаконе весьма качественное зелье. Или ты думаешь, что это мой хитрый план – врать вообще обо всем, чтобы в ответ на твой вопрос выдать получасовое признание в том, что все, что я говорил - вранье, таким образом, избежав других вопросов из-за закончившегося эффекта? Кажется, ты говорил, что можешь достать еще. Так что, да, я действительно отучился в начальной маггловской школе три года. Впрочем, до этого мы еще дойдем, ответ на второй вопрос как раз будет из этой оперы.
- Ладно, допустим, что с первым вопросом мы разобрались, я готов поверить, что ты действительно был весьма упитанным ребенком. Итак, - поставив галочку напротив объясненного вопроса, Деннис двинулся дальше – второй вопрос намного труднее, на мой вгляд. Насколько я помню, это не проходят в начальной школе.
- Я бы мог сказать тебе, что знаю ответ из курса зельеварения, но на самом деле ответ я узнал куда раньше – мне тогда было девять лет.
- Зельеварения? Что-то не припоминаю там ничего подобного.
- Придешь домой, открой учебник за четвертый курс и прочитай про применение печени морского змея при создании ядов.
- Я знаю про ее применение, но это не объясняет…
-Вот тебе объяснение, забудем на время про зельеварение, - перебил собеседника Грегори.
***
Часть 2.
Грегори сидел в кресле и смотрел на монитор, расположенный перед ним. В зале повисла тишина – вопрос был слишком простым для рядового англичанина, чтобы зрители пытались что-то обсудить между собой. Вероятнее всего, если бы Грегори сейчас воспользовался помощью зала, то процент правильных ответов перевалил бы за девяносто. Оставшиеся десять пребывали бы в твердой уверенности, что обжоры любят мороженое не меньше всего остального.
Волшебник же напряженно размышлял над своим ответом. Вариант с Робином Бобином казался правильным, в голове сразу всплыли картины из далекого прошлого, но иррациональный страх ошибиться на первом же вопросе делал свое дело. Грегори принялся рассуждать про себя, разбирая другие ответы. Робин ван Перси отпал сразу – охранник спортивного бара в Лондоне в две тысячи четвертом году просто не мог не знать футболиста, в этом же году перешедшего в Арсенал. Робин Гуд прочно ассоциировался с атлетичным мужчиной средних лет, одетым в зеленое трико. Образ лучника сошел с картинок детских книг из все того же далекого прошлого. Но оставался еще вариант с Баскин Роббинсом. Грегори не представлял себе, кем был этот человек, именем которого назвали крупную сеть кафе-мороженое. Ведущий, видя замешательство игрока, решил натолкнуть его на правильный ответ.
- Какие-то проблемы, Грегори?
- Есть немного. Я практически уверен в ответе С – Робин Бобин. Но меня смущает, что Баскин Роббинс в моей голове тоже тесно связан с едой. Я раздумываю, мог ли кто-нибудь назвать кафе в честь символа обжорства.
- Я просто хочу напомнить, что правильный ответ – всего лишь один. У нас не требуется искать все верные решения.
- Ну, тогда мой ответ – Робин Бобин.
На экране ответ С засветился желтым цветом, который через мгновение под аплодисменты из зала сменился на зеленый.
- Абсолютно верно! Вы выиграли сотню фунтов. Что же касается ваших сомнений – Баскин Роббинс действительно неразрывно связан с едой, но это просто название серии ресторанов, образованное из фамилий двух ее основателей – Бертона Баскина и Ирвина Роббинса. Так что такого человека просто не существовало. Что ж, первый вопрос позади. С почином вас, Грегори. Готовы продолжать?
- Разумеется.
- Тогда вот ваш второй вопрос и двести фунтов: «Какой из этих металлов является жидкостью при комнатной температуре?». Вариант А – Алюминий. Вариант B – Франций. Вариант С – Калий. И, наконец, вариант D – Ртуть.
***
Часть 3.
Понедельник – день тяжелый, это широко известный факт. Нелегко приходится всем: начиная от школьников, которых родители пытаются вырвать из объятий теплого одеяла, что для взрослых, которым после расслабляющих выходных необходимо идти на работу. Хуже всего приходится тем, кто объединяет обе эти категории – бедные родители, которые перед работой должны еще и проследить за готовностью ребенка к школе. Грегори тоже любил как следует поспать, однако, в этот понедельник мальчик сам вскочил за час до назначенного времени. Сегодня ему предстояла воплотить в жизнь план по прекращению издевательств над его аппетитом. Для этого Грегори вышел из дома пораньше, но по пути в школу слегка отклонился от исходного курса. Присев на скамейку, он ждал, пока в поле его зрения появится его одноклассник Нейтон. Не ожидая подвоха, тот направлялся в сторону школу, когда заметил сидящего на остановке товарища.
- Привет, Грегори. Чего в школу не идешь?
- Привет. Да я тебя хотел тебе кое-что показать. Отойдем, Нейтон? – Грегори широко улыбнулся максимально доброжелательной улыбкой.
- Да, конечно. Что там такое?
Отведя одноклассника на пустырь, Грегори резко повалил растерявшегося сверстника на землю и, усевшись на него сверху, зажал тому рот.
- Не кричи, Нейтон. Я просто хочу тебе кое-что сказать. Знаешь, я был очень терпелив, выслушивая ваши издевательства в течение всей прошлой недели, - Грегори немного недоговаривал, ведь про саму суть прозвища он узнал лишь в пятницу, но испуганному мальчику об этом знать было совсем ни к чему. – Но вы никак не хотели успокаиваться. Мой лучший друг посоветовал показать вам, зачем я столько ем. Вижу, ты еще не понял – он предложил мне просто избить вас, ведь я достаточно силен для этого. Но мне показалось это через чур жестоким решением, хотя что-то разумное в его словах было. Я решил, что раз ты заварил всю эту кашу, то тебе ее и расхлебывать.
- Но это же не я, это кто-то из старшеклассников! – Нейтон сбросил руку Грегори со своего рта.
- Да, но меня не слишком волнует мнение старших. Меня печалит лишь ситуация внутри нашего класса. Поэтому я просто обрисую тебе картину: я готов услышать свое прозвище еще десять раз. После этого я начну аккуратно избивать тебя, так, чтобы не оставалось следов, причем не важно, кто произнесет вслух «Робин Бобин» - достанется все равно тебе. Так что используй эти десять раз максимально разумно. Могу предложить тебе вариант, в котором ты просто убедишь остальных, что это было смешно лишь в первые дни – теперь же они сами выглядят глупо. Но может тебе придет в голову другой сценарий, я не против. Теперь, что касается твоего возможного желания рассказать о нашем разговоре миссис Бартон или своим родителям. Видишь ли, надо мной дети могут лишь смеяться, на самом деле все любят добрых толстячков. А вот стукачей не любит никто. Над тобой будут зло прикалываться, никто не захочет общаться, школа превратиться для тебя в ад. Но если и это тебя не останавливает от принятия глупого решения, вот еще довод: твой отец простой сантехник, а мой работает на Правительство. Если он услышит, что над его горячо любимым сыном кто-то издевается, он без труда обеспечит вашему семейству веселую жизнь – у тебя не будет денег даже чтобы купить себе вкусную еду, не то, что всякие игрушки и нормальную одежду. Надеюсь, мы друг друга поняли. Удачи, Нейтон. Помни, всего лишь десять раз.
Встав с ошарашенного мальчика, Грегори поднял свой рюкзак и направился в школу. Он был доволен собой. В лучшем случае все закончится в течение пары дней. В худшем – ему придется иметь дело с отцом. Вылет из школы, конечно, маячил на заднем плане, но была надежда, что Генри Гойл поймет ситуацию, в которой оказался сын, и, возможно, будет горд неотступившим сыном. В конце концов, Гойлы никому не прощали обид.
Все закончилось в течение двух суток. То ли Нейтон серьезно испугался описанных сверстником перспектив, то ли просто оказался хорошим парнем, что в принципе не мешает одно другому, но ценой его серьезных усилий волна шуток про Генри среди первоклассников сошла на нет. Ученики постарше еще некоторое время пытались продолжать, но, видя отсутствие реакции у целевой аудитории, быстро сдались. Жизнь в школе и за ее пределами стабилизировалась, не происходило никаких значимых событий, вплоть до апреля тысяча девятьсот девяностого года. Грегори доучивался в третьем классе, проводя последние месяцы в маггловской школе. Посовещавшись с родителями, Грегори решил последний год перед школой полностью уделить магическому обучению. Однако в тот день, пятого апреля, произошло второе событие из трех, круто перевернувших его жизнь.
Пару дней назад одна из одноклассниц Грегори была госпитализирована с подозрением на открытую форму туберкулеза, уникальное событие для столь небольшого городка. Органы местного управления приказали в срочном порядке провести осмотр всех школьников данного учебного заведения. И вот, как результат, детей по одному отпускали с урока в медицинский кабинет.
Грегори был в списке вторым, поэтому шел в кабинет врача, не успев разузнать у уже там побывавшей там одноклассницы, только что вернувшейся в класс, что же его ждет. В комнате обнаружилась лишь одна молодая женщина в белом халате. Попросив мальчика впихнуть какую-то палочку подмышку, она на пару минут покинула кабинет. Через пару минут от любопытства Грегори достал таинственный прибор из-под одежды. Разбившаяся тарелка в столовой, соседствующей с медицинским блоком, заставила мальчика вздрогнуть от неожиданности, вследствие чего он уронил непонятное приспособление на пол. Послышался звон стекла, на полу появились маленькие серебряные пятна. Грегори решил собрать все следы своего промаха и поместить другой прибор себе подмышку. Но серебристые шарики были просто неуловимы для рук мальчика. За этим занятием его и застала вернувшаяся врач. Увидев разбитый градусник, она быстро увела ребенка в другую комнату, а сама открыла окно, набрала банку холодной воды и при помощи лейкопластырей принялась собирать маленькие шарики и кидать их в холодную воду. Закончив с уборкой, женщина закрыла банку и убрала ее в шкаф, после чего в другую банку налила еще воды и кинула туда щепочку какого-то порошка. Вода вмиг перекрасила в темно-фиолетовый цвет. При помощи простой губки женщина тщательно обработала место падения градусника. Закончив с уборкой, врач вернулась к пациенту с новым градусником и на этот раз никуда не отходила, внимательно наблюдая за мальчиком.
- Она очень дорогая?
- Прости? – женщина не совсем поняла мальчика.
- Ну, вот эта штука, которую я разбил.
- Это градусник. Тебе родители никогда его не ставили, когда ты болел? – удивилась врач.
- Нет. Но я никогда и не болел. А что он делает? И что это за серебристые шарики?
- Он меряет температуру. Понимаешь, когда у человека существуют какие-то проблемы в организме, то у него меняется общая температура тела. Ее мы и замеряем градусником. Для каждого места, куда кладут градусник, существует свой диапазон нормальных значений. Если мы видим, что человек не вписывается в этот диапазон – значит, он нездоров, и врачи начинают более тщательно осматривать пациента. Но, - взглянув на показания только что вытащенного градусника, - тебе беспокоиться не о чем. Хотя мне сейчас нужно будет осмотреть тебя на предмет возможного отравления.
- Отравления? Но я же сегодня еще не ел в столовой.
- Я говорю про отравление парами ртути. Видишь ли, те как бы шарики – это ртуть, помещенная внутрь градусника. Сами по себе эти шарики безвредны, если трогать их руками без каких-либо ранений на них, но вот пары ртути очень опасны для человека. Поэтому надо соблюдать технику безопасности при ее сборе.
- А что такое ртуть?
- Это уникальный металл, единственный, который при нормальных условиях является жидкостью. Но об этом тебе подробнее расскажут лет через пять-шесть на уроках химии. А пока просто запомни, что если разбил градусник – сразу зови на помощь взрослого, - закончив осмотр, женщина протянула ему какую-то жидкость. – Вроде как ничего серьезного, но если сегодня у тебя поднимется температура или будешь чувствовать недомогание, не захочешь есть или во рту будет ощущаться металлический привкус – немедленно попроси родителей отвезти тебя в ближайшую больницу, понял? Это очень важно!
- Да, мэм. А что делать с этим? – Грегори помахал стаканом.
- Выпей, это для профилактики. Хуже не будет. Сядь на минутку, я сейчас напишу записку твоей учительнице, чтобы отпустила тебя домой. Будет лучше, если ты сейчас ляжешь отдохнуть, а не будешь сидеть за партой.
Поблагодарив женщину, мальчик попрощался и направился обратно в класс, где отдал своей классной руководительнице бумажку от врача и под удивленными взглядами одноклассников принялся собирать свои вещи в рюкзак. Одноклассники так и не поняли, что произошло, когда Грегори попрощался с учительницей и направился домой.
Подходя к дому, из открытого окна он услышал голос отца, беседовавшего с кем-то. Удивившись, что отец не на работе, Грегори зашел внутрь и уже собирался поздороваться, когда услышал в беседе свое имя. На цыпочках дойдя до лестницы, мальчик принялся слушать разговор, будучи готовым в любой момент бесшумно рвануть в свою комнату.
- Мы точно одни? – Грегори узнал голос Люциуса Малфоя.
- Да. Маргарет сегодня гостит у Креббов, помогает там с организацией мероприятия, а Грегори еще в школе.
- До сих пор не понимаю, зачем ты пустил сына учиться с этими магглами.
- Я догадываюсь о его мотивах. Если я прав – они являются достаточной причиной, чтобы я разрешил ему делать то, что он считает нужным для достижения цели. Извини, не хочу вдаваться в детали, это семейное дело.
- Как скажешь. Я пришел поговорить насчет метки. Вчера мне наконец пришел отчет того китайского мага, к которому я ездил полгода назад, помнишь?
- Да, ты говорил. И что он пишет?
- Говорит, что метка как бы законсервирована. В ней много энергии, но она не питается от нас, так что это осталось с момента ее постановки. Китаец утверждает, что при смерти заклинателя максимальный срок сохранения его чар – полгода. Даже если ориентироваться на то, что Темный Лорд – выдающийся волшебник, срок не мог превзойти пяти лет. Таким образом, он заключает, что маг, поставивший метку все еще жив, но не имеет доступа к ее магии. Он не может точно сказать, что это значит, потому что не видел, каким образом Темный Лорд работает с системой меток. Но сам факт того, что Лорд жив… Ты ведь понимаешь, что он, в конце концов, вернется? Он слишком много экспериментировал с магией на грани возможного.
- И что нам в таком случае делать?
- У нас особо нет выбора – мы можем лишь ждать его возвращения. Помогать в этом у меня нет ни возможностей, ни желания. Но когда он вернется, с нас будет спрошено за наши действия. Мы, конечно, в новой структуре окажемся ниже, чем честно отсидевшие, но значительно выше всех остальных, которые без тени сомнений сдавали своих товарищей.
- Люциус, ты понимаешь, что когда он вернется, нашим семьям придется доказывать лояльность и другими способами. Наши дети присоединятся к его армии. Доминику в этом плане не повезло. Как бы я не любил его сына, но Винсент, мягко говоря, туповат. Лорд не примет его в свои ряды, и Доминику серьезно достанется. С другой стороны, может это и к лучшему. Не уверен, что хочу, чтобы мой сын участвовал в войне. Если бы сейчас был восемьдесят первый год – я был бы «за». Мы тогда почти их дожали. Но какая будет ситуация, когда он вернется – не известно.
- Лорд все равно не принимал несовершеннолетних, так что семь лет в запасе у нас есть. Может до этого времени он и не объявится. А может, мы вообще зря паникуем. Поживем, увидим. Ладно, пойду к себе, ты помнишь, что завтра после работы приглашен на вечеринку в отделе международного магического сотрудничества?
- Я загляну, но надолго не останусь.
- Ну, вот и хорошо. До встречи завтра.
Услышав приближающиеся шаги, Грегори стрелой промчался по лестнице. Дождавшись, пока отец вернется в кабинет, мальчик вылез на улицу через окно в своей спальне и через пять минут зашел в дом с парадного входа. Поздоровавшись с отцом, он направился в свою комнату. Грегори было необходимо, как следует, поразмыслить над случившимся.
Пять лет назад Грегори без раздумий бы пошел по стопам отца. Кто-то скажет, что в столь юном возрасте он просто не до конца осознавал на что соглашался бы, но это было правдой лишь отчасти. Выросший на рассказах родителей и знакомый с подоплекой всей истории, Грегори без сомнений бы присоединился к числу борцов за возвращение к традиционным устоям. Но около двух лет назад в его жизни появилась великая ЦЕЛЬ, которую он не мог на время отложить, чтобы как следует навоеваться. Теперь все в его жизни, что не приближало к ЦЕЛИ, рассматривалось как малозначимое и, соответственно, не стоило пристального внимания. Борьба за власть попадала как раз в эту категорию. Отец и лорд Малфой были уверены в возращении Темного Лорда, и у Грегори не было причин не доверять их суждениям. Грегори пытался придумать, что могло бы не дать ему участвовать в военно-политических играх, при этом не сделав его мишенью, но не мог. Уже вечером, лежа в постели и вспоминая подслушанный разговор, Грегори резко вскочил в кровати – решение лежало на поверхности и было озвучено самим отцом – надо просто не подходить под критерии отбора Темного Лорда. К сожалению, единственным известным мальчику поводом для непринятия было наличие мозгов, про которое отец и говорил с другом. Однако все знакомые отца знали, что этим сын Генри не страдал. С другой стороны, взрослые были уверены, что время еще есть, а, значит, у него будет время, чтобы решить данную проблему при помощи магии – не может быть, чтобы не существовало ни одного зелья или заклинания для имитации помутнения рассудка. Отложив поиски решения данной проблемы до поступления в Хогвартс, мальчик вскоре погрузился в объятия Морфея.
С того дня прошел уже почти год. Грегори успешно закончил третий класс, после чего его отец с другом-обливиатором прошлись по всем контактировавшим с Грегори людям и вложили воспоминание о его поступлении в другое учебное заведение пансионного типа. Все документы, содержащие информацию о Грегори, были подкорректированы и возращены на свои места. Таким образом, в мире магглов остался лишь небольшой бумажный след, свидетельствующий о существовании мальчика по имени Грегори Гойл. А в это время сам мальчик последние четыре месяца постепенно осваивал теоретические материалы первого курса Хогвартса. И так бы все и продолжалось бы вплоть до первого сентября, если бы не очередное большое «но». Впоследствии родители Грегори считали это самой большой несправедливостью судьбы в жизни их ребенка, в то время как сам мальчик тихо благодарил высшие силы за такой подарок в виде решения его проблемы. Что же произошло? А случилось то, что в середине ноября тысяча девятьсот девяностого года, спускаясь на завтрак из своей комнаты, Грегори подвернул ногу, находясь на лестнице. Не удержав равновесие, мальчик кубарем скатился вниз, несколько раз приложившись головой об острые углы ступенек. Прибежавшие на шум родители, увидели потерявшего сознание сына в небольшой лужице крови, медленно растекающейся из разбитого носа и рассеченных бровей. Генри подхватил раненого сына и аппарировал в больницу Святого Мунго, где через минуту ребенка уже осматривали целители.
Очнулся Грегори уже в просторной и чистой больничной палате. Его пробуждение активировало чары в кабинете целителя, в связи с чем тот незамедлительно направился на осмотр пациента. Поздоровавшись с мальчиком, голову которого украшала плотная бинтовая повязка, целитель решил проверить сперва общее самочувствие больного.
- Доброе утро, Грегори. Меня зовут целитель Трувинг, мы находимся в больнице Святого Мунго. Ты помнишь, что произошло? – получив утвердительный кивок, сопровождавшийся гримасой боли, целитель продолжил. – Не кивай, ты получил сотрясение мозга, так что еще некоторое время резкие движения головой будут тебе неприятны. Хочу сообщить, что мы залечили все внешние повреждения, но ты проведешь еще минимум пару дней здесь, чтобы мы точно могли оценить, что все функции вернулись в норму. Ну а пока отдыхай, я сейчас позову твоих родителей. Скоро тебе принесут завтрак, может, хочешь что-то конкретное?
В ответ мальчик произнес какую-то странную фразу, чем серьезно напугал своего лечащего врача. Тот, пообещав скоро вернуться, вылетел из палаты и бросился в комнату отдыха, где находились родители его пациента. Переведя дыхание, целитель подошел к отцу и матери мальчика.
- Здравствуйте мистер и миссис Гойл. Я целитель Трувинг, и мне надо поговорить с вами о состоянии вашего сына.
- Здравствуйте, как он?
- Мы подлатали все его ранения, так что внешне он абсолютно здоров, но когда я сейчас его осматривал, он не смог четко ответить на мой вопрос. Прошу прощения за вопрос, но до инцидента Грегори умел нормально говорить?
- Да, разумеется. Что это значит, целитель?
- Нарушения речи – не редкость при серьезных повреждениях головы. Мозг – слишком тонкая материя, и, к сожалению, действие зелий на этом уровне не всегда можно предсказать на все сто процентов. Мы постараемся восстановить его речевые способности, но это может занять какое-то время. Мой прогноз – от двух недель, если сильно повезет, до пятнадцати месяцев постоянного лечения и реабилитации.
Генри обнял плачущую Маргарет, и они направились в палату сына.
В это время Грегори лежал в постели и пытался понять, почему он не мог сказать то, что хотел. Его умственные способности были в полном порядке – для проверки мальчик про себя повторил пару скороговорок и решил несколько придуманных из головы примеров. Проблема была лишь в неспособности донести до окружающих информацию. Однако при целителе он что-то говорил, а значит дело не в пропавшем голосе. Приняв сидячее положение, мальчик начал водить пальцем по одеялу, имитируя письмо – с письменной речью также проблем не наблюдалось. Оставалось надеяться, что целители смогут решить эту проблему – без разговоров жизнь казалась значительно сложнее.
Дни в больничной палате тянулись медленно. Грегори было очень неприятно видеть расстроенного отца и плачущую мать, но он ничего не мог поделать. Лечение продвигалось, но не слишком быстрыми темпами, хотя, казалось, целитель Трувинг был весьма доволен – вероятно, результаты могли бы и хуже. Мальчик прикладывал все усилия, чтобы поскорее порадовать родителей, но в какой-то момент он осознал, что судьба сделала ему невероятный подарок. Проведя много времени с Креббом, Грегори знал, как следует себя вести не самому умному ребенку. Любые изменения в его поведении можно было бы объяснить полученной травмой, а, значит, если он сможет достоверно изображать Винса, то тоже будет отбракован при приеме в ряды армии Темного Лорда. По началу, мальчик раздумывал, не притворяться ли, что он так до конца и не восстановил речевые функции, но это было бы слишком сильным ударом по родителям – с них хватит и того, что ребенок резко поглупел из-за инцидента в их доме. К тому же с таким дефектом родители могли бы не пустить его в Хогвартс, чего нельзя было допустить ни в коем случае. Слишком многие ожидания Грегори были завязаны на школу волшебства и чародейства.
Речь полностью восстановилась через шесть месяцев, хотя Грегори был переведен на амбулаторное лечение уже через семь недель после случившегося. Несмотря на выздоровление, Грегори, даже вне своей роли, с тех пор не любил длительных бесед, предпочитая общаться короткими предложениями. Родители были рады, что сын выжил и смог вернуться к нормальной жизни, хотя и были опечалены произошедшим с ним изменения. Но жизнь не стояла на месте, и до знакомства с Хогвартсом оставались считанные месяцы.
 
МогуДата: Вторник, 30.08.2016, 19:43 | Сообщение # 7
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 3. £ 300
Часть 1.
- То есть ты будешь разыгрывать тайного гения, которому все вопросы были по зубам? – Деннис с недоверием посмотрел на своего собеседника.
- Нет, конечно. Я же сразу сказал, что с вопросами мне действительно сильно повезло. Хотя некоторые, вот, например, следующий мне специально подсунули, чтобы я вылетел не сразу.
- Что значит подсунули?
- Они знали, кем я работаю и где. Это было прописано в анкете, когда я подавал заявление на участие. Неужели ты думаешь, что работник спортивного бара из Гринвича не знает ничего про футбольный клуб, стадион которого находится в соседнем районе Лондона, в двух автобусных остановках от этого самого бара? Да это же просто смешно.
Деннис повернулся лицом к зеркалу, однако, не дождавшись никаких отзывов с той стороны, вернулся обратно за стол.
- Ладно, допустим. Хотя, знаешь, давай на минуту еще вернемся к прошлому вопросу. Что ты там говорил про зельеварение?
- О, Мерлин. Вот ведь привязался, - шумно вздохнул Грегори. - Все начинается с простых водорослей, которые поглощают ртуть и ее соединения в малых количествах. Эти водоросли поедаются рыбками, которые имеют еще какие-то пути поступления ртути в организм. Происходит накопление ртути в их организме. По мере продвижения по пищевой цепи концентрация ртути в организме животного становится все более заметной. Наконец, морской змей, как вершина пирамиды подводного мира имеет специальный отдел в печени, где происходит накопление и обезвреживание ртути. Именно этот небольшой отросток печени используется в зельеварении. В мертвом организме не происходит выработка ферментов, используемых при утилизации вредных веществ, поэтому ртуть остается внутри этого мешочка в первоначальном виде, разумеется, при правильном хранении ингредиентов. Дозой, содержащейся в этом отростке, можно безо всяких зелий отравить десятки людей. Яды на основе ртути создаются же для двух различных целей: первая – усилить свойства ртути – обычно такими составами обрабатывают оружие. Даже небольшой царапины достаточно для смерти соперника. Второй является отложенное действие яда, что весьма удобно для убийства с последующим обеспечением себе алиби. Ртуть в составе зелья связывается с ингибиторами, которые разрушаются лишь под действием кишечного сока. Таким образом, смерть наступает приблизительно через пять часов после непосредственного приема яда.
- Ну, вопрос был про жидкость, а не «какие металлы используются при создании ядов?».
- Перед применением отросток аккуратно надрезается, после чего находящаяся внутри него серебристая жидкость выливается в зелье.
- Какие глубокие познания, хочешь сказать, что помнишь такие детали, хотя уже прошло пять лет, проведенных в маггловском мире?
- Разумеется, помню. Мне запрещено иметь контакты с магическим миром, но не заниматься магией на теоретическом уровне.
- И чем же ты занимаешь?
- Зельями, очевидно. Мы же только что про них говорили.
- Ты варишь? – Деннис подозрительно взглянул на собеседника.
- Мне же запрещено иметь контакты с магическим миром, как мне доставать ингредиенты? – уклонился от прямого ответа Грегори. Для полной правды еще не наступило подходящего времени. - К тому же я сказал – на теоретическом уровне. Сейчас я, в основном, занимаюсь просто расчетами.
- Для чего? – Деннис продолжал гнуть свою линию, почуяв неладное.
- Мы еще доберемся до этого. Сам же говорил, что никуда не спешишь. Идем по порядку, итак, третий, подсунутый добрыми редакторами, вопрос…
***
Часть 2.
На этот раз все было куда проще для Грегори, хотя рядовой зритель оценил бы второй вопрос как более сложный. Данная проблема весьма полно освещалась в учебниках по зельеварению, однако, даже если бы эта категория ядов и не проходилась в рамках школьной программы, Грегори смог бы ответить, опираясь на свой опыт из маглловской школы. Говорят, что люди склонны запоминать в деталях все события дня, когда произошло что-то важное. Какая-то психологическая фишка. Грегори, исходя из собственного опыта, был склонен согласиться с этим утверждением.
- Ответ D. Это ртуть.
- Вы уверены, Грегори?
- Безусловно.
- Сталкивались с этой проблемой?
- Да, в школе. Присутствовал при ликвидации последствий разбитого градусника. Врач тогда поделилась со мной, зачем столько мер предосторожности.
- Что ж, вы остановились на ответе D – ртуть, - на табло загорелся выбранный вариант. – И это абсолютно верный ответ. Поздравляю, вы выиграли 200 фунтов. Ртуть действительно является одним из двух химических элементов, которые при нормальных условиях являются жидкостями. Вторым является бром, но это неметалл, таким образом, ртуть является единственным металлом, находящимся в жидком агрегатном состоянии при комнатной температуре. Что ж, Грегори, вы немного замешкались на старте, спишем это на волнение, ведь со вторым вопросом вы разобрались безо всяких проблем. Идем дальше, третий вопрос и 300 фунтов: «Какой из перечисленных футбольных клубов имеет на своем гербе пару клепальных молотов?». Вариант А – Вест Хэм Юнайтед. Вариант B – Фулхэм. Вариант С – Астон Вилла. И, наконец, вариант D – Саутгемптон.
***
Часть 3.
Генри Гойл сидел в столовой и ждал, пока Динки приготовит ему поесть. Сын и жена еще спали, но глава семейства привык к подобному распорядку дня – он почти всегда завтракал в одиночестве, что позволяло в тишине спокойно прочитать выпуск «Ежедневного пророка», прилетающий, обычно, за двадцать минут до времени выхода из дома. Вот и сейчас Генри внимательно смотрел в окно, в ожидании почтовой совы из типографии. Птица появилась в зоне видимости точно по расписанию, однако, она была не одно - несколько правее летела другая сова. Генри практически не использовал сов для переписки: на работе вся информация передавались из рук в руки или при помощи маленьких бумажных самолетиков. Друзья и знакомые предпочитали пользоваться каминным сообщением, как более быстрой альтернативой совиной переписке. Так что Генри предположил, что вторая сова доставляла какой-нибудь каталог для его жены или что-то в таком роде. Однако, вопреки его мыслям, незнакомая сова сбросила на полу в комнате небольшой конверт и, не дожидаясь никакой оплаты, полетела обратно. Генри хватило одного взгляда на печать на конверте, чтобы понять, кому и зачем оно было адресовано. Рванув в спальню, мужчина принялся легонько тормошить свою жену.
- Маргарет, проснись, оно пришло! Вставай, Мэгги, это случилось!
Пока сонная женщина пыталась понять, что случилось, глава семейства что-то в спешке искал в кладовке, прилегающей к супружеской спальне.
- Что пришло? Генри, ты о чем?
- Письмо пришло, наш мальчик едет в Хогвартс! – Генри высунулся из хозяйственного помещения, держа в руках старую колдокамеру. Несмотря на всю напускную уверенность, родители мальчика немного волновались, примут ли их сына в школу в связи с его состоянием после падения. Так что письмо из Хогвартса стало для них не меньшей радостью, чем для любого ребенка.
Не дожидаясь, пока Маргарет встанет, Генри отнес камеру в столовую, после чего побежал обратно наверх, будить сына. В отличие от матери, мальчик проснулся практически мгновенно. В комнате бегал радостный отец, который сперва потолкал сына, затем рванул к окнам и раздернул шторы, после чего попросил Грегори спуститься в столовую и выбежал из комнаты.
Редко видя отца в столь возбужденном состоянии, Грегори поспешил встать, одеться и спуститься на первый этаж, где его ждали отец с его древней колдокамерой и мама, держащая что-то за спиной. Недоуменно взглянув на родителей, мальчик продолжил стоять в дверях, не понимая, чего от него хотят. Тишину прервала Маргарет.
- Сынок, сегодня – очень важный день в твоей жизни, ведь сегодня… - женщина сделала паузу и, подойдя к сыну, присела перед ним, протягивая какой-то конверт. – Ты получил письмо из Хогвартса, ты будешь учиться в лучшей школе волшебства.
Раздался щелчок отцовской камеры, запечатлевший лицо сына в момент получения письма. Мама в порыве чувств крепко обняла мальчика и, парой секунд спустя, к объятьям добавились крепкие мужские руки Генри. Все семейство было вместе и счастливо, на минуту позабыв про все неприятности, окружающие их. В этот момент Динки подал к столу большой праздничный торт, раздобытый в пока еще закрытом городском магазине. Все случилось так быстро, что у бедного эльфа просто не хватило времени приготовить что-либо, чтобы отпраздновать это важное событие. Так что магглы просто поздравили молодого хозяина, пусть они и не знали об этом. Скушав кусочек, отец еще раз поздравил сына и в приподнятом настроении поспешил на работу.
Погода была пасмурной, так что Маргарет по такому случаю решила выбраться из дома и вместе с новоиспеченным студентом Хогвартса посетить Косой переулок. Пока сын завтракал, женщина приоделась в прикрывающую все тело плотную мантию, перчатки и широкополую шляпу. Через пять минут при помощи портала (ну должны же семьи сотрудников портального отдела обладать какими-то привилегиями) мама с сыном стояли в тупике за «Дырявым котлом». Вытащив палочку, Маргарет несколько раз постучала ее по определенному кирпичу над мусорными баками. Кирпич, которого касалась палочка, задрожал, из-за чего его соседи задвигались, меняя своё расположение, и через несколько секунд перед волшебниками была арка. Маргарет с Генри прошли через неё и оказались в Косом переулке.
Прямо у замаскированного входа в переулок с правой стороны стоял магазин котлов, в который первым делом и направилась Маргарет, ведя за собой сына. Купив стандартный оловянный котел, на который владельцем магазина были наложены специальные уменьшающие и облегчающие чары, Гойлы покинули лавку и двинулись дальше, вверх по переулку. Посетив встретившуюся на пути аптеку, где был приобретен стандартный набор для первого курса Хогвартса, семейство продолжило свой променад. Следующей их целью стал магазин с различными инструментами, где были куплены телескоп и какие-то особенные весы, необходимые для зельеваренья. Маргарет намеренно пропустила зоомагазин, оставляя его напоследок. В книжном они задержались чуть дольше, нежели в предыдущих магазинах – оставив сына ожидать уже оплаченный заказ у кассы, женщина принялась листать каталог новинок прошлого месяца. Выбрав еще две книги вдогонку к уже сформированному заказу и оплатив их, женщина направилась к сыну, ожидающему у прилавка.
- Грегори, я хотела тебя спросить, хочешь ли ты какого-нибудь питомца с собой в школу?
- Только если сову, чтобы писать вам с папой.
- В Хогвартсе много школьных сов, которыми можно пользоваться. Так что если ты хочешь сову только ради связи с нами…
- Да, мама, тогда не надо никого.
- Хорошо, сынок. Мантии у тебя есть, все остальное мы купили, так что сейчас мы идем за волшебной палочкой, после чего порталом возвращаемся домой, согласен?
- Да, мама, пошли скорее за палочкой! – Подхватив принесенную стопку книг, связанную специальной веревкой, позволяющей не чувствовать реальный вес книг, Грегори потянул маму к лавке Олливандера, на которую давно смотрел из окна книжного магазина. В отличие от других лавок, чьи фасады сверкали пестрыми надписями и плакатами, магазин палочек располагался в весьма старом, обшарпанном здании. Надпись над входом в магазин, пару сотен лет назад бывшая золотой, нынче была грязно-серой. На витрине, на потрепанной фиолетовой подушечке лежала обычная палочка. Грегори не мог понять, почему продавец самого важного магического инструмента не хочет сделать вид своей лавки более презентабельным.
Когда они вошли внутрь, в глубине магазина зазвенел колокольчик. Помещение слегка напоминало библиотеку в маггловской школе, где тоже маленькое пространство для посетителей сопровождалось множеством бесконечно длинных рядов. Мальчик плохо представлял себе процесс изготовления палочки, но догадывался, что над заполнением всех этих стеллажей работало далеко не одно поколения мастеров. Где-то в глубине зала послышалось какое-то шебуршание, сопровождаемое голосом владельца магазина.
- Прошу прощения, одну минутку, располагайтесь, пожалуйста, я сейчас выйду.
Мама заняла единственное сидячее место в помещение. Положив связку книг рядом со стулом, мальчик остался стоять в центре, так сказать, торгового зала.
- Добрый день, миссис Гойл, рад видеть вас в добром здравии. Сосна и волос единорога, тринадцать дюймов. Надеюсь, с вашей палочкой тоже все в порядке.
- Спасибо, мистер Олливандер. Палочка по-прежнему великолепна. Я здесь по другому поводу. Сегодня мой сын получил письмо из Хогвартса.
- О, мистер Гойл, поздравляю вас с этим важным событием.
- Спасибо, сэр.
- Ну, что ж, не будем зря тратить время, давайте приступим. Вы правша, мистер Гойл?
- Да, сэр.
- Что ж, замечательно, - Олливандер скрылся в тени стеллажей, пока специальная линейка измеряла различные параметры мальчика. Вернувшийся мастер заглянул в пергамент, куда записывались результаты измерений, после чего отложил одну коробку из шести им принесенных под прилавок и принялся давать оставшиеся пять на пробу по очереди. Первые три палочки были сразу же отбракованы, четвертая дала отклик, но мастера это не удолетворило. Не став пробовать пятую палочку, он вновь пропал в глубине помещения. Вернувшись еще с тремя коробочками, Олливандер продолжил подбор. Вторая палочка из второй партии отозвалась в руках Грегори приятным покалыванием. Взмахнув палочкой, мальчик вызвал из нее сноп искр, переливающихся всеми цветами радуги.
- Замечательно, мистер Гойл, просто великолепно. Это, несомненно, то, что надо. Поздравляю вас с приобретением первой спутницы жизни, мистер Гойл. Оливковое дерево и слеза феникса, пятнадцать дюймов. Одно из моих первых творений, сделанное еще во время ученичества у моего отца. Я рад, что вам подошла эта палочка, она будет отличным помощником в вашем деле.
Грегори, смотревший прямо в глаза старого мастера заметил, как легкая пелена будто бы сошла с глаз Олливандера, когда он закончил свою речь. От этих метаморфоз становилось не по себе, в связи с чем Грегори поспешил попрощаться с мистером Олливандером, подхватить книги и выйти из этого странного магазина.
Покинувшая лавку вслед за сыном Маргарет окинула взглядом Косой переулок на предмет, не забыли ли они посетить какой-либо из магазинов, после чего обняла сына и активировала портключ.
***
Весь следующий месяц Грегори посвятил сравнению уже прочитанных им до падения материалов первого курса с нынешней программой. Стараясь, чтобы за чтением его не застали родители, мальчик брал одну из книг собой и уходил гулять по окрестностям. За время своей учебы мальчик облюбовал заброшенный пирс в двух километрах от дома, так что когда встал вопрос, где можно читать вдали от чужих глаз, Грегори не колебался. Возвращаясь с одной из таких прогулок, Грегори застал дома мистера Малфоя, беседующего с отцом. Скинув книгу в один из тайников во дворе, мальчик зашел в дом.
- Добрый вечер, мистер Малфой.
- Здравствуй, Грегори. Нам с твоим отцом сейчас надо поговорить, а после мы пригласим тебе присоединиться, ты не против?
- Нет, мистер Малфой. Я буду у себя.
Покинув взрослых, мальчик действительно направился в свою комнату. Решив, что раз его потом пригласят, то вкратце расскажут, в чем дело, мальчик отказался от подслушивания, рискуя быть пойманным: мама ходила где-то в комнате и в любой момент могла обнаружить сына за неприглядным занятием.
Через десять минут отец заглянул в его комнату, застав сына, лежащего на кровати поверх покрывала.
- Грег, мне нужно с тобой поговорить.
- Да, папа?
- Люциус попросит тебя сейчас сделать одну вещь. Прежде чем согласиться, я хочу, что ты хорошенько подумал. Если тебе покажется это плохой идеей – так и скажи, я придумаю, как вернуть свой давний долг ему другим способом. То, о чем попросит Люциус, потребует от тебя определенного поведения в школе. Если тебе кажется, что ты не готов к такому – отказывайся. Я ни в коем случае не буду давить на тебя. Ты мой сын, а это куда важнее, чем все остальное в этом мире.
- Папа, сколько ты задолжал мистеру Малфою?
- Это не деньги, сынок. Когда-то давно он спас меня от тюрьмы. Я должен ему ответную услугу. Малфои богаты, так что ему не требовалось ничего взамен долгие годы. Но то, о чем он тебя попросит, нельзя купить за деньги, по крайне мере напрямую. Поэтому Люциус изворачивается и просит у должников ответную услугу. Люциус уже был у Креббов, и Винсент согласился, но я хочу, чтобы ты подумал своей головой, хорошо?
- Обещаю, папа.
- Ну, тогда пошли, мистер Малфой ждет нас.
Пропустив сына в кабинет, Генри закрыл дверь и сел в свое кресло.
- Спасибо, что пришел, Грегори, - Люциус оценивающе посмотрел на сына своего старого друга. – Твой отец рассказал тебе, почему я пришел?
- Нет, он только сказал, что вы попросите о какой-то услуге.
- Что ж, все верно. Как ты знаешь, мой сын – твой ровесник и в этом году тоже пойдет в Хогвартс. Кстати, поздравляю тебя с зачислением туда. К моему сожалению, в вопросах воспитания я, можно сказать, потерпел неудачу. Разумеется, когда сын станет старше, он станет понимать, что значит быть наследником рода Малфоев, однако сейчас мне не удалось донести до него все аспекты его положения. Это может повлечь за собой ряд трудностей, поэтому я предпочитаю подстраховаться. Не буду утаивать от тебя, если отец вдруг не рассказал тебе – я настолько хочу подстраховать сына, что был вынужден прибегнуть к давнему долгу твоего отца передо мной. Конечно, никто не будет тебя ни к чему принуждать, но все окажутся в выигрыше, если ты согласишься. Итак, я хотел бы, чтобы ты принес мне клятву, текст которой мы сейчас все вместе согласуем. Клятва касается физической защиты моего сына в сложных ситуациях, которые могут возникнуть во время его нахождения вне моей опеки, то есть с момента его посадки на Хогвартс-экспресс и до возвращения на вокзал Кинг-Кросс.
Грегори серьезно задумался. С одной стороны, ему совсем не хотелось нянчиться со сверстником. С другой стороны, это освобождало его отца от долга. К тому же не хотелось бросать лучшего друга одного в такой ситуации. Люциус, глядя в задумчиво-отстраненное лицо Гойла-младшего, в очередной раз пожалел друга, возлагавшего до несчастного случая на сына большие надежды.
- Я согласен.
- Отлично, - Люциус достал из внутреннего кармана мантии свернутый пергамент и протянул его Генри. – Это окончательный вариант клятвы, которую давал Винсент. Прочитай, если что не устраивает – можем поменять в пределах разумного.
- Мне не нравится категоричность в тексте, - проглядев документ, заявил Генри. - Он ребенок, Люциус. Мне будет куда комфортнее, если я буду знать, что моего сына не накроет откат за нарушение, в случае если он просто физически не сможет помешать. И что это значит – «не стеснять Драко Малфоя в действиях»?
- Меняй, как тебе кажется приемлемым, я потом посмотрю. Что касается фразы, то она нужна для того, чтобы твой сын не пытался командовать моим, ссылаясь на клятву. Мне нужно, чтобы сын видел, к чему приводят те или иные его слова и поступки. Винсент и Грегори просто должны защищать его от их последствий в меру своих возможностей.
- Хорошая фраза, вот ей и смягчим категоричность твоего варианта.
Через пять минут итоговый вариант был одобрен обеими сторонами, после чего Люциус аккуратно проколол булавкой ладонь себе и Грегори. Взявшись раненой рукой за руку Люциуса Малфоя, юный волшебник принялся читать текст клятвы с пергамента, что держал перед ним его отец.
- Я, Грегори Генри Гойл, клянусь в меру своих сил и возможностей защищать Драко Люциуса Малфоя, во время его нахождения в школе чародейства и волшебства «Хогвартс» в периоды обучения, начиная с момента посадки Драко Люциуса Малфоя в Хогвартс-экспресс и заканчивая временем прибытием Драко Люциуса Малфоя обратно на вокзал Кинг-Кросс, в течение всего моего времени обучения в школе «Хогвартс».
- Я, Люциус Абрахам Малфой, принимаю твою клятву.
- Я, Генри Гарольд Гойл, свидетельствую.
Залечив раны у себя и Грегори, Люциус поблагодарил все семейство Гойлов за помощь, признал уплату долга и, покинув здание, довольный аппарировал к себе домой.
***
Утром первого сентября Грегори проснулся рано, даже слишком. Полежав десять минут в постели, он от волнения принялся проверять содержимое своего чемодана. Часы показывали всего семь часов утра. К восьми мальчик успел три раза убедиться, что ничего не забыл. От нечего делать, Грегори провел полчаса в душе, приводя себя в идеальное состояние. Проснувшиеся в девять часов родители застали одетого Грегори в столовой, склонившегося над полной тарелкой еды, десять минут назад поданной Динки. Есть мальчику совсем не хотелось. Взглянув на состояние сына, Маргарет приказала эльфу сделать пару бутербродов Грегори в дорогу и положить их в чемодан, который Грегори сам спустил на первый этаж после третьей проверки его содержимого. Дождавшись, пока родители уйдут одеваться, Грегори вызвал Динки и на прощание обнял единственного эльфа семьи Гойлов.
- Я буду скучать по твоей стряпне, Динки.
- Динки тоже будет скучать по юному хозяину, - растроганный эльф тихо плакал в плечо мальчика.
Полностью собравшись, все члены семьи взялись за позавчера зарегестрированный портал и в половину одиннадцатого оказались на перроне платформы девять и три четверти. Увидев прощающихся неподалеку Креббов, только что прибывшее семейство направилось в их сторону. Вскоре к компании присоединились и Малфои. Поговорив обо всем и ни о чем еще пять минут, родители отправили детей на поиски свободного купе. Времени до отправления поезда еще было достаточно, поэтому полностью свободный отсек был найден достаточно быстро. Закинув свои вещи и чемоданы Малфоя на грузовую полку, дети вернулись на платформу, чтобы попрощаться с родителями. Народу на платформе стало прибывать, так что, получив последние наставления и объятия, компания забралась в заранее занятое купе. Еще до отбытия к ним присоединились Панси Паркинсон и Теодор Нотт, с которыми Грег пару раз виделся на торжественных мероприятиях у Малфоев. В животе у мальчика тихо забурчало – верный признак того, что если он не покушает в течение часа, бурление станет слышным всем соседям. Развернув через полчаса после отбытия с вокзала домашние бутерброды и вежливо предложив их остальным, Грегори принялся утолять голод. К сожалению, на нервной почве пары больших бутербродов было явно недостаточно, чтобы продержаться до прибытия в Хогвартс. С другой стороны от Малфоя, зажатого между своими защитниками, тихо шуршал фольгой Кребб, также расправившийся со своими запасами. Расположившаяся напротив Гойла, Панси что-то говорила Драко, однако, Грегори не слышал что именно – после пяти минут ее голос стал сильно бить по ушам, так что мальчик постарался сосредоточиться на чем-то другом. Драко явно был натренирован и не собирался быстро сбегать с поля боя – но его сил хватило ровно на полтора часа. Захватив Грегори и Винсента, Малфой направился на поиски Гарри Поттера, пообещав девочке, что скоро вернется и все расскажет. Мальчик-который-выжил нашелся достаточно быстро. Кинув взор на сидевших на диванах пассажиров и не увидев в них угрозы для Малфоя, Грегори немного расслабился. Его внимание приковали горы еды, валяющиеся на одном из пустых сидений. От созерцания еды его отвлек повернувшийся к ним с Винсом Драко, произнесший:
- К тому же мы проголодались, а у вас тут куча еды.
Подумав, что их пригласили к столу, Грегори направился к горе шоколадок, захвативших его внимание. Но стоило ему протянуть к ней руку, как в нее что-то вцепилось. Резко отдернув пострадавшую конечность, мальчик заметил вцепившуюся в его палец крысу. От неожиданности Грегори вскрикнул и принялся размахивать рукой, пытаясь стряхнуть бешеное животное. Наконец, не выдержав резких и частых смен направлений движения, грызун расцепил зубы и по инерции влетел в оконное стекло. Винсент, выдернувший Драко в коридор, как только произошло нападение, подошел к держащемуся за палец другу.
- Грег, ты как?
- Болит, гадская крыса. Винсент, справишься один? Я пойду, найду кого постарше, чтобы залечили палец, - мальчик показал другу рану, из которой продолжала медленно вытекать кровь.
Винсент увел на удивление молчаливого Драко в сторону их купе, в то время как Грегори пошел по коридору, выискивая купе с достаточно взрослыми на вид студентами. К сожалению, в трех первых попавшихся купе сидели будущие первокурсники. Пройдя мимо, Грегори заглянул в четвертое купе, где находился лишь один студент, что-то высматривающий в небольшой картонной коробке.
- Простите, вы не можете мне помочь?
- Что? – парень повернулся лицом к первокурснику. – Что-то случилось? Да у тебя кровь идет!
- Ага. Вы не знаете какого-нибудь заклинания, чтобы это прекратилось?
- Э-э-э, прости, парень. Я не силен в этом. Но если подождешь, сейчас подойдут мои друзья, может, они чем смогут помочь. А что случилось-то?
- Крыса укусила. Выпрыгнула из ниоткуда, я не успел среагировать.
- Кто-то сказал крыса? – в двери купе стояли два одинаковых подростка с рыжими волосами. – Неужели малыш Роннинкс нашел общий язык с любимицей Билла и теперь использует ее как оружие?
- Грандиозно, братец Фред. Жаль, что крыска не достался нам, мы бы ее натренировали, как следует.
- Давай, жертва, показывай палец, залатаем, - один из близнецов достал свою палочку. – Ого, ничего себе дырища. Джордж, ты знал, что она так может?
- Ну, я видел пару раз, как она орехи грызла, зубы у Коросты, что надо. Episkey! – Джордж направил на рану палочку и произнес заклинание, после чего рана плавно затянулась, оставляя небольшой след на месте ранения. – В идеале через шесть-семь часов будет не заметно, что тут была рана.
- Спасибо. Я пойду?
- Давай. Но лучше после праздничного ужина обратись к школьной медсестре, чтобы она проверила. Мы не медики, так, просто знаем пару полезных заклинаний.
Попрощавшись с старшекурсниками, Грегори двинулся в сторону своего купе. По рассказам мамы, он знал, что скоро они должны будут уже приехать в Хогсмид, а, значит, лучше держаться знакомых лиц, чтобы не потеряться в незнакомом месте. В коридоре поезда было немноголюдно – лишь парочка сверстников стояли у окна и говорили про факультеты. Проходя мимо, Грег услышал отрывок разговора.
- Всего в школе четыре факультета. Гриффиндор – для храбрых и честных, Слизерин – для хитрых и амбициозных, Хаффлпафф – для преданных и трудолюбивых и Рейвенкло – для умных и изобретательных. Но мама говорит, что это очень утрировано. Во-первых, при распределении важно твое собственное мнение, а во-вторых, дети с возрастом меняются. Так что распределение – это лотерея. Я вот, надеюсь, что ты не перестанешь со мной общаться, если мы попадем на разные факультеты.
- Нет, конечно, но хотелось бы все-таки оказаться на одном, - явно магглорожденный мальчик в футболке «Вест Хэма» смотрел на своего первого друга в новом для него мире.
Грегори ухмыльнулся своим мыслям – мальчику явно светил Хаффлпафф при такой-то преданности. Как Грегори уяснил из разговоров в маггловской школе и нередких посиделках в гостях у друзей перед телевизором, на котором мальчики смотрели футбол, Вест Хэм относился к одним из самых отстойных клубов Лиги. Болели за него лишь выходцы из одного района Лондона, но мальчик не понимал, как можно, живя в Лондоне, добровольно выбрать Вест Хэм, если только это не семейное.
Но о данном разговоре Грегори забыл очень быстро – машинист предупредил о скором приезде в Хогсмид, и во всех купе началась суматоха. К счастью, все его соседи по поезду были одеты в мантии с самого начала, так что в конкретно данном купе все было спокойно.
Поезд постепенно сбавлял обороты и, наконец, остановился. В коридор царил беспорядок: все пытались поскорее выбраться из поезда, как будто у всех разом начался приступ клаустрофобии. Выглянув наружу, Кребб поинтересовался:
- Подождем или идем?
Драко явно не хотел ждать и пропускать вперед себя всякий сброд. Поэтому Грегори и Винсент, используя свои габариты, образовали свободную зону, в которую втиснулись все обитатели купе. Оказавшись на платформе и услышав призывы для первокурсников, парни, не меняя боевого порядка, продолжили движение к источнику звука. Им оказался какой-то мужчина, вдвое выше и по меньшей мере в пять раз шире обычного представителя сильной половины человечества. В темноте станции трудно было разглядеть его лицо, однако даже при нормальном освещении сделать это было бы совсем не просто – спутанная борода и заросли черных волос практически полностью скрывали его лицо. Дождавшись, пока все первокурсники соберутся вокруг него, мужчина повел их по узкой дорожке, ведущей вниз, к берегу большого озера, откуда открывался великолепный вид на волшебный замок. Подождав, пока все разместяться в лодочках, Хагрид во главе флотилии первокурсников взял курс на Хогвартс. Плавание проходило в почти полной тишине, прерываемой иногда вздохами восхищения, участившимися по мере приближения к замку. Лодки миновали какие-то заросли и причалили к подземной пристани, судя по всему, расположившейся под замком. Наверху толпу первокурсников встречала черноволосая волшебница с очень строгим взглядом, одетая в изумрудную мантию. Поблагодарив Хагрида, профессор МакГонагалл отвела всех детей в небольшое помещение, где оставила их на пару минут, чтобы проверить готовность остальных студентов к началу торжественной церемонии. Женщина вернулась через пару минут и, построив первокурсников в шеренгу, провела их в Большой зал. Грегори, попав в помещение, вознес хвалу Мерлину за то, что на столах отсутствовала еда – мальчик боялся, что не пережил бы распределение, если в воздухе все время витал запах еды, недосягаемой для всех первокурсников. В целом, церемония шла достаточно быстро и без каких-либо интересных событий. Из-за своей фамилии Грегори оказался в первой десятке первокурсников, опередив почти всех своих знакомых.
Последнее, что увидел Грегори, прежде чем профессор МакГонагалл опустила ему Волшебную Шляпу на голову, был ободряющий взгляд Винса, распределенного трое детей назад. А затем мир вокруг него погрузился во тьму.
- Хм, а ты любопытный тип, Грегори Гойл, - раздался у него в голове голос Шляпы. – Знаешь, я распределяла многих детей, которые считали себя настолько хитрыми, что пытались убедить меня, что настоящему слизеринцу место на другом факультете. Так сказать, волк в овечьей шкуре. Но ты один из немногих, кто наоборот хочет на Слизерин, потому что распределение в любой иной факультет вызовет лишь массу ненужных вопросов.
- Уважаемая Шляпа, прошу, отправьте меня на Слизерин.
- Видишь ли, Грегори, Слизерин не поможет тебе достичь твоей ЦЕЛИ. Я хочу предложить тебе подумать над вариантом Рейвенкло. Хотя, погоди, - Шляпа на секунду задумалась. – Тьфу, ты, ты ведь в курсе, что на тебе висит клятва?
- Да, я дал ее этим летом.
- Малфоя ждет Слизерин. Ладно, не буду портить твою жизнь. Удачи тебе, Грегори Гойл, она тебе пригодится. СЛИЗЕРИН!
Грегори снял шляпу и, вернув ее профессору МакГонагалл, направился к столу своего факультета. Слизеринцы вежливо похлопали, встречая третье пополнение своего факультета. Тарелки по-прежнему были пусты, так что Грегори с несчастным видом принялся ждать окончания распределения, оживившись лишь раз, когда приветствовал Драко, подходящего к столу. По окончании церемонии директор сказал какую-то ерунду, но Грегори было плевать – главное на столах, наконец, появилась настоящая еда. Слизеринский стол был оазисом спокойствия в океане Хогвартса. Все первокурсники знали друг друга, так что этап знакомства, который проходил за другими столами, тут был пропущен. Грегори, как и Винс, были настолько поглощены едой, что не заметили появления в полуметре от них призрака Слизерина – Кровавого Барона. Тот немного пообщался с парочкой старшекурсников и вновь отлучился из-за стола. Наевшись, Грегори заметил, что почти все уже закончили трапезу. В этот момент директор Дамблдор вновь поднялся со своего места и произнес на этот раз более информативную речь, обозначившую запрещенные для посещения части замка. Завершился ужин издевательством над чувством прекрасного – исполнением школьного гимна. Близнецы, залечившие Грегори палец, видимо, пребывали на одной с мальчиком волне – их исполнение в духе похоронного марша как нельзя лучше отображало мысли первокурсника об этой идеи.
После ужина дети отправились по своим общежитиям. В отличие от других факультетов, шествие замыкал его декан, Северус Снейп. Добравшись до гостиной, дети расположились на диванчиках и принялись слушать традиционную первосентябрьскую речь декана.
- Поздравляю всех с началом нового учебного года. Для первокурсников – меня зовут Северус Снейп, и я являюсь деканом факультета Слизерин. Я также преподаю зельеварение, так что если меня нет в моих комнатах, значит, меня стоит искать в учебном классе. Наш факультет в школе имеет не лучшую репутацию, но это не значит, что вам можно и дальше ее портить. Просто будьте готовы. Слизерин выигрывает кубок школы уже шесть лет кряду, смею надеяться, что вы не подведете и в этом году. Теперь объявление для всех, и я хочу, чтобы вы слушали очень внимательно. Кому-то из вас могло показаться забавным сходить и посмотреть из-за чего директор Дамблдор закрывает коридор на третьем этаже в этом году. Хочу вас уверить – это будет не забавно. Вы не подойдете и близко к этому коридору, если не хотите, чтобы я превратил вашу жизнь в ад, если, разумеется, вы выберетесь оттуда живыми. Надеюсь, вы все поняли. Не разочаруйте меня. На этом все. Ваши вещи уже доставлены в комнаты. Не засиживайтесь долго, завтра будет тяжелый день.
Закончив свою речь, профессор поспешил из общежития, однако Грегори смог перехватить его у самого выхода.
- Здравствуйте, сэр. Меня зовут Грегори Гойл. Вы не могли бы подсказать, как найти больничное крыло?
- Что случилось, мистер Гойл?
- В поезде меня укусила крыса. Старшекурсники залечили рану, но посоветовали после ужина обратиться к школьной медсестре, чтобы убедиться, что все в норме.
- Следуй за мной, - Северус Снейп покинул общежитие и быстрым темпом направился вдаль по коридору. Пару поворотов спустя, Грегори стоял у класса зельеваренья и ждал, пока профессор снимет все оставленные на лето охранные заклинания и откроет дверь.
Впустив первокурсника, профессор направился в кладовку и вернулся с маленькой баночкой какой-то жидкости. Отложив ее на стол, декан осмотрел палец мальчика и произнес парочку заклинаний, после чего отдал Грегори принесенную баночку.
- Ваш палец в норме, залечили его правильно. Для профилактики сегодня перед сном и завтра перед завтраком пострадавший палец опустите на пять минут в банку с зельем. После процедуры не забудь плотно закрыть банку крышкой, иначе зелье испарится. Либо утром перед завтраком, либо уже после уроков занесешь зелье обратно. Все ясно?
- Да, сэр. Спасибо за помощь.
- До общежития доберешься? Пароль помнишь?
- Да, сэр. До свиданья.
Посмотрев на закрывающуюся снаружи дверь, декан Слизерина вызвал прикрепленного к нему эльфа и попросил проследить, чтобы только что покинувший класс первоклассник успешно добрался до спальни.
 
МогуДата: Вторник, 30.08.2016, 19:44 | Сообщение # 8
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
Первая неделя обучения пронеслась очень быстро. Несмотря на то, что Грегори знал теорию большинства предметов первого курса, время, проведенное в замке, было очень информативным. За пять учебных дней первокурсников успели познакомить почти со всеми учебными дисциплинами этого года. Исключение составляли лишь полеты на метлах, которые, если верить объявлению в гостиной общежития, были назначены на следующий вторник. Урок должен был проходить вместе с первым курсом Гриффиндора, так что Грегори и Винсент готовились к выполнению своих обязательств – мозги Малфоя в присутствии представителей красного факультета сносило напрочь вместе с инстинктом самосохранения.
Грегори не ошибся – стоило преподавателю покинуть первокурсников, чтобы сопроводить пострадавшего гриффиндорца в больничное крыло, как Драко сразу стал искать неприятностей. Под молчаливое согласие друга, парни не стали помогать Малфою в воздухе – в конце концов, охраняемый чувствовал себя на метле намного уверенней своих защитников. К счастью, Драко хватило ума не сражаться в воздухе, так что он просто послал Поттера куда подальше, в самом прямом смысле этого слова, и быстро спустился на землю, откуда вместе со всеми принялся наблюдать за феерическим полетом Поттера. Последовавшие за этим разбирательства с МакГонагалл не слишком заинтересовали Грегори – в присутствии учителя вряд ли бы кто напал на Драко, так что можно было расслабиться и не ждать быстрой расправы со стороны обиженных гриффиндорцев.
Продолжение не заставило себя ждать: после обеда Драко рванул к столу красного факультета, чтобы поглумиться над, как ему казалось, поверженным врагом. На удивление Грегори, все закончилось вполне цивильно – Малфой вызвал Поттера на дуэль, выбрав Винсента своим секундантом. Оставив друзей, готовящихся к дуэли, Грегори направился в гостиную, где планировал набросать достаточные для оценки «удолетворительно» домашние задания. Устав за день, после ужина мальчик направился в свою спальню, где почти сразу уснул. Какого же было его удивление, когда, проснувшись от какого-то шума в гостиной в половине первого ночи, он застал своих друзей спящими в своих кроватях. Растолкав Винсента, Грегори смог вытянуть из сонного друга, что Малфой отменил поход на дуэль и, вроде как, обо все договорился. Успокоившись, первокурсник лег обратно в постель и принялся досыпать прерванный сон.
Как оказалось, успокоился он зря. Мягкой формулировкой произошедшего была бы «односторонняя отмена дуэли с информированием власть имеющих о планировании ее проведения». Но по сути это было трусливое уклонения от противоборства, сопряженное со стукачеством. Пожалуй, в первый раз Грегори был согласен с Поттером, подкалывающим Малфоя по этому поводу. Старшие курсы Слизерина, прознавшие про ситуацию, тоже не были довольны поведением своего первокурсника. Винсенту, как секунданту, и Грегори за компанию тоже перепала доля их недовольства. После завтрака Грегори быстро набросал письмо отцу, в котором просил передавать лорду Малфою пожелания о донесении до его сына некоторой информации, которая в будущем не делала бы его целью всего факультета, что, несомненно, усложняет выполнение обещаний, данных Винсентом и Грегори. Однако, немного поразмышляв, Грегори пришел к выводу, что это письмо по сути является таким же стукачеством. К тому же суть недовольства со стороны старших курсов Слизерина вроде бы дошла и до Малфоя, а значит можно было надеяться, что Драко вынесет для себя урок из сложившейся ситуации. Таким образом письмо так и не было отправлено, а Грегори не спеша вернулся в гостиную факультета. К сожалению, в момент принятия решения по поводу принесения клятвы Грегори, в силу своего малого жизненного опыта, не мог предвидеть главную проблему его будущего положения: из-за его взаимоотношений с Малфоем, Грегори редко воспринимался как отдельная личность, а не дополнение к Драко. Это в свою очередь повлекло проблемы с поиском новых друзей. В иерархии своего факультета он находился почти на самом дне, несмотря на тесные связи с самими Малфоями: слизеринцы уважали власть, а не тех, кто находится под этой властью. Впрочем, заводить друзей на родном факультете Грегори и не планировал – это было слишком опасно. Ему нужен был одиночка, которому бы не с кем было поделиться какой-либо информацией, полученной от Грегори. К сожалению, первокурсники из Рейвенкло в этом году были куда более социально активными, нежели обычно. Еще хуже ситуация обстояла на Хаффлпаффе: за пару недель все первокурсники стали чуть ли не лучшими друзьями навека. Пока что основным его кандидатом была Гермиона Грейнджер – магглорожденная первокурсница с Гриффиндора. Слизеринец видел, что обладающая большими знаниями девочка не смогла прижиться на факультете львов – Грегори часто видел ее в одиночестве сидящей в библиотеке Хогвартса. Пока что Грегори лишь наблюдал – он не мог позволить себе ошибиться с выбором. Где-то в начале ноября мальчик перешел к более активным действиям, однако девочка не замечала всякую бытовую помощь, оказываемую слизеринцем: он нередко придерживал ей двери, доставал нужную ей книгу с библиотечной полки, поднимал упавшие вещи, однако девочка продолжала смотреть в книги, не замечая творящегося вокруг нее. Грегори планировал перейти к следующей фазе в начале следующего месяца, однако таинственные события Хэллоуина испортили ему все планы. Слизеринец так и не узнал, что же произошло в тот вечер, если не принимать во внимание множество абсурдных слухов, распространившихся по школе на следующий день, однако кое-что действительно бросилось ему в глаза – Гермиона Грейнджер завела себе друзей на своем факультете.
***
Праздничный ужин после возвращения домой на рождественские каникулы подходил к концу. По этому случаю Динки расстарался на славу: на столе были почти все любимые блюда Грегори, словно эльф считал, что в школе мальчика не кормили, ну, или же просто хотел доказать, маленькому хозяину, что он лучше хогвартских эльфов. В любом случае, Грегори наелся, как следует. Мальчика морило в сон, но он собирался сделать сегодня еще одно дело.
- Папа, можно с тобой поговорить в кабинете? – мальчик бросил извиняющийся взгляд матери, словно прося прощение за такую секретность.
- Ладно, пошли.
В тишине дойдя до кабинета, Генри открыл дверь и, войдя внутрь, устроился в своем любимом кресле. Сын занял место напротив.
- Я хотел поговорить об учебе. Думаю, ты знаешь, что дела у меня идут не слишком хорошо. Я стараюсь, но у меня не выходит. Профессор Снейп говорит, что нужна практика.
- И что ты предлагаешь?
- Я не очень расстроен неудачами на других уроках, но мне неприятно огорчать профессора Снейпа, ведь он столько сделал для мамы. Я бы хотел, чтобы ты разрешил мне занять пустующую комнату на чердаке, я бы там практиковался.
- Только в зельях? А вдруг что-то случиться?
- Ну, ты мог бы подарить мне на Рождество или Новый Год защитную форму.
- Я подумаю. Почему ты не хотел говорить при маме?
- Когда я впервые узнал про ее болезнь, я дал ей обещание, что разберусь с зельеварением. Так что я должен приложить все силы, чтобы попытаться сдержать слово. Но если мама узнает про это, то начнет говорить, что это не обязательно, что я тогда был мал. Я должен попробовать, отец.
- Ладно, Грегори, я поговорю с твоей мамой, и мы вместе решим этот вопрос.
- Но, отец, я же…
- Я объясню твоей маме, что это для тебя важно. Она поймет и не будет пытаться тебя отговорить, обещаю тебе.
Мальчик покидал кабинет отца в смешанных чувствах. Конечно, он лукавил, когда говорил, что не разбирается в зельях – их он готовил на приличном уровне, но за десять минут до конца урока обязательно добавлял ненужный, но реакционноспособный ингредиент для изменения свойств зелья. Не настолько грубо, как Лонгботтом, завершающий почти все уроки маленькими взрывами, но достаточно, чтобы никто не догадывался о его навыках. Лаборатория нужна была ему, чтобы двигаться дальше по программе, попытаться начать изучать основы лечебных зелий. Теперь же судьба лаборатории находилась в подвешенном состоянии и зависела от того, насколько убедительным окажется папа в разговоре с мамой. Ведь как Грегори видел, его отец был не против этой затеи, но мама могла запретить в виду опасности данного мероприятия.
***
В школу Грегори возвращался, уже будучи обладателем небольшой, достаточно скромно обставленной, но зато собственной лаборатории на чердаке дома Гойлов. На каникулах Грегори при помощи Динки привел помещение в божеский вид еще до окончательного решения родителей. Пока те обсуждали перспективы подобных изменений, Грегори в своей новой комнате, не спеша, отрабатывал уже пройденные на трансфигурации и чарах заклинания, владение которыми не спешил демонстрировать на уроках. В предпоследний день каникул родители все-таки решились: Грегу было дано согласие на обустройство чердака и он, вместе с отцом совершил набег на Косой переулок, где было закуплен минимум необходимого оборудования. Мальчик понимал, что времени что-то делать на этих каникулах у него не оставалось, поэтому посещение аптеки для покупки ингредиентов было отложено до следующего возвращения домой. Весь последний день Грегори потратил на расстановку купленных инструментов в комнате, а также созданию нескольких тайников, о которых не узнали бы родители. Поскольку Грегори еще не владел необходимыми для этого чарами, то ниши создавались им вручную, палочка использовалась лишь для восстановления разрушенных предметов мебели после оборудования внутри них специальных пустот. В целом, Грегори был доволен проведенной работой.
Возвращение в школу не принесло чего-то радикально нового. Дети медленно возвращались в рабочий режим, в школе не происходило никаких таинственных событий. Немного скрасил скуку квиддич, но правильнее будет сказать, что скуку скрасили события на квиддиче: Малфой по-прежнему нарывался на ссору с младшим из братьев Уизли, однако в этот раз его охранники не успели прийти на помощь вовремя – на них по какой-то немыслимой причине набросился самый опасный взрывник Хогвартса и по совместительству рохля и мямля, Невилл Лонгботтом. Слегка опешившие от такой наглости, Винсент и Грегори пропустили пару несильных ударов от гриффиндорца, после чего показали тому настоящий расклад сил – после матча Невилл провел день в больничном крыле. Разобравшись с озверевшим сверстником, два друга оттащили Рона Уизли от Драко и в профилактических целях настучали и ему.
После этого жизнь в Хогвартсе снова потекла в своем размеренном ритме. До пасхальных каникул, на время которых Грегори пришлось остаться в школе, потому что отец повез маму на какое-то очередное обследование, в жизни Грегори не случилось вообще ничего необычного. Уроки сменялись трапезами в Большом зале, домашними заданиями в гостиной и сном в спальне. И так продолжалось вплоть до экзаменационной недели. Правда, один раз Драко успел еще раз вляпать в историю, после чего оказался на отработке в Запретном Лесу, однако в этом случае Грегори ничем не мог ему помочь – на сей раз Драко действовал один, из-за чего Грегори не мог присутствовать на отработке.
К экзаменам мальчик отнесся очень серьезно – ему было необходимо набрать баллов на нижнюю границу проходной оценки по всем предметам, так что Грегори очень внимательно подошел к вопросам оценивания студентов. Осекся он лишь один раз – удивительным образом, но его гадания на истории магии принесли удивительные плоды – Грегори умудрился получить «выше ожидаемого». К его счастью, данный предмет никем не рассматривался всерьез, так что его оплошность осталась незамеченной.
К праздничному ужину по случаю окончания учебного года первокурсники Слизерина подходили в приподнятом настроении – их факультет выиграл оба соревнования: Кубок школы и Чемпионат по квиддичу. Последнему поспособствовало разгромнейшее поражение Гриффиндора в последнем матче с Рейвенкло. Найденная в скором порядке замена Поттеру, почему-то оказавшемуся в больничном крыле, не могла ничего противопоставить ловцу Рейвенкло, который, однако, не спешил поймать снитч, позволяя своим напарникам растерзать подавленных львов. В школьном же соревновании Слизерин обходил ближайшего конкурента почти на полсотни очков, что позволяло ему выиграть школьное соревнование седьмой год подряд.
Последующие события сильно опечалили всех студентов зеленого факультета. За какие-то сомнительные достижения Гриффиндору было начислено сто семьдесят очков, что выводило его на первое место в школьном соревновании. Праздничное настроение было полностью уничтожено: слизеринцы со злостью смотрели на радующихся соперников, выпускники сокрушались о слитой победной серии на протяжении всех семи лет их обучения и тихо проклинали директора. И лишь Северус Снейп смотрел на весь зал с несвойственной ему ухмылкой, как будто знал что-то, о чем другие еще не догадывались.
Когда банкет закончился, понурые слизеринцы нерадостно возвращались в свое общежитие. Концовка года была откровенно испоганена. Рассевшись в гостиной, студенты принялись открывать заготовленные заранее бутылки, правда, не для радостных целей, как предполагалось при их закупке.
Северус Снейп ворвался в гостиную факультета, как ураган, и, направившись в центр комнаты, поставил на стол большой серебряный кубок, на котором среди множества надписей ярким огнем, будто только что отлитое, горело слово «Slytherin».
- Как бы директор Дамблдор и профессор МакГонагалл не хотели бы победы своему факультету, они не заканчивали Слизерин. Думаю, они немного расстроятся, когда узнают, что учебный год считается оконченным лишь после официального окончания прощального ужина, когда на этом кубке добавляется название факультета, выигравшего его в этом году. К их сожалению, награжденные сегодня во время банкета студенты умудрились нарушить за последние дни огромное число школьных правил, что, несомненно, является поводом для снятия баллов. Поздравляю вас, слизеринцы, с седьмой подряд победой в Кубке школы. Это мой прощальный подарок выпускникам. В следующем году такой фокус не пройдет, директора трудно поймать дважды на одном и том же, так что вам придется постараться, чтобы вновь не упустить кубок. Ну а пока, веселитесь. Интересующее вас зелье будет стоять завтра у входа в общежитие. Счастливых каникул!
Под радостные крики своих студентов Северус Снейп покинул общежитие факультета. Несмотря на появление в Хогвартсе Гарри Поттер и Темного Лорда, он вновь во всех аспектах школьной жизни обставил Минерву – год можно было уверенно записывать себе в актив.
 
МогуДата: Вторник, 30.08.2016, 19:47 | Сообщение # 9
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Дорогие читатели, несмотря на то, что этот фанфик на 99% завершен, для оставшегося 1% мне необходимо мнение читателей. Дело в том, что в 14 главе, как вы уже могли догадаться из пролога будет присутствовать сцена допроса Грегори Джеймсом Стоуном. И его вопросы - это Ваши вопросы, найденные несоответствия по тексту, которые будут нуждаться в пояснении. Все, что я хотел бы узнать сам, будет задано от лица Денниса Криви. Надеюсь, вместе мы сможем завершить этот фик. Главы по-прежнему будут выходить примерно раз в три дня вплоть до того момента в 14 главе. Далее все зависит лишь от вашей активности.
Цитата katya ()
Интересное начало! Мне понравилось!

Благодарю за отзыв. Честно говоря, мне самому больше нравится история, начинающаяся после Хогвартса, т.е. после 8 главы. Надеюсь, не разочарую Вас.
 
МогуДата: Пятница, 02.09.2016, 21:41 | Сообщение # 10
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 4. £ 500
Часть 1.
Деннис Криви сидел за столом и пристально смотрел в глаза замолчавшего собеседника.
- Я что-то не понял…
- Где здесь ответ на вопрос?
- Да.
-Можно считать, что нигде. Я действительно видел Дина Томаса в поезде не больше десяти секунд, да и вряд ли бы запомнил такие детали о его футболке. Но как я уже сказал, даже на тот момент название «Вест Хэм Юнайтед» не было для меня пустым звуком. В последующие годы я также неоднократно встречал Томаса в школе, одетого в одежду с символикой клуба, даже пару раз видел его с флагом клуба.
- Я провел с Дином достаточно времени в одной гостиной, но я не уверен, что смог бы ответить на этот вопрос. Ладно, я все равно не понял, зачем тогда ты рассказал все это?
- Не знаю, просто вспомнилось. Да и для связности повествования. Что-то из рассказанного мной пригодиться в дальнейшем, так что я просто буду отсылаться на этот рассказ – зачем скакать по годам и путать тебя. Но все это не важно.
- Почему это?
- Как я и сказал, этот вопрос не был предназначен для того, что я вспоминал что-то из моего жизненного опыта. Это был просто способ не дать мне вылететь слишком быстро, зачем – об этом спрашивай у своего знакомого, я не силен в маркетинговых штуках.
- Ладно, двигаемся дальше, - Деннис поставил галочку напротив очередного вопроса. – С Джеймсом я переговорю чуть позже. Что же, четвертый вопрос не выглядит слишком серьезным, но я все равно готов слушать твою очередную историю, и на этот раз, смею надеяться, содержащую прямой ответ на поставленный вопрос.
***
Часть 2.
Грегори сидел в кресле и ждал, когда ведущий закончит читать предлагаемые варианты. Ответ у участника был готов сразу после завершения чтения самого вопроса, и первый вариант ответа лишь подтвердил его уверенность в собственной правоте. Не видя смысла тянуть кота за яйца, Грегори без долгих раздумий дал свой ответ:
- Это вариант А – Вест Хэм.
- Вы уверены, Грегори.
- Да, на все сто процентов. Фанаты этого клуба частенько смотрят спортивные трансляции в баре, где я работаю. Когда все помещение забито людьми, одетыми в форму футбольного клуба, трудно не запомнить его эмблему.
- Что ж, раз вы уверены, мы принимаем ваш ответ, - на табло первый вариант загорелся желтым цветом. – И это абсолютно правильный ответ. Поздравляю, Грегори, вы выиграли триста фунтов. Действительно, для работника спортивного заведения это был не самый сложный вопрос. С другой стороны, сложные вопросы еще впереди, как настрой, Грегори?
- Волнуюсь немного, но в целом пока все в порядке.
- Что ж, посмотрим, что ждет тебя дальше. Четвертый вопрос и пятьсот фунтов: «Какое название носит пятая планета Солнечной системы?». Вариант А – Сатурн. Вариант B –Марс. Вариант С – Юпитер. И, наконец, вариант D – Нептун.
***
Часть 3.
Северус Снейп утомился от варки зелья. Кому сказать – не поверят. Но это действительно было так. Три дня урывочного сна между периодическими добавлениями ингредиентов и сменой температурного режима утомят любого, даже столь страстного любителя своего предмета, коим декан Слизерина являлся на все сто процентов. С другой стороны, сваренного объема зелья хватит приблизительно на полгода, так что три дня труда стоили того. Перелив еще не остывшее зелье по склянкам и наложив на них чары консервирования, профессор Снейп отправился спать.
Через восемнадцать часов крепкого сна Северус вновь почувствовал себя человеком. Сытный обед (так уж получилось, что маг проснулся во второй половине дня) только подкрепил это чувство. Сложив заполненные вчера склянки в специальный сундук, преподаватель школы чародейства и волшебства «Хогвартс» направился с ним за пределы антиаппарационного барьера, достигнув которого маг немедленно аппарировал. Спустя мгновение он уже стоял перед домом своих знакомых. На стук гостя дверь открыла хозяйка дома.
- Привет, Северус, рада тебя видеть. Заходи, не стой на пороге.
- Добрый день, Маргарет. Прекрасно выглядишь.
- О, но не льсти мне, мы не на приеме. Проходи в столовую, чаю будешь?
- Нет, спасибо. На самом деле я принес тебе свежего зелья, по моим прикидкам должно хватить где-то еще на полгода.
- Спасибо тебе огромное, Северус. Я не знаю, как и благодарить тебя за все, что ты для меня сделал.
- Не стоит, Маргарет. С главной проблемой я еще не справился, так что благодарить не за что, - Снейп недовольно поджал губы, эта неудача здорово била по его самолюбию. – Ты одна дома?
- Нет, еще Грегори, но он вроде сидит в своей комнате. Генри будет лишь через три часа, если ты хотел с ним увидеться.
- На самом деле я бы хотел поговорить с Грегори.
- Если хочешь, можешь подняться к нему. Единственная дверь на чердаке, если там нет – значит у себя в спальне, второй этаж, первая дверь направо от лестницы.
Поднявшись на чердак, Северус на секунду замер перед закрытой дверью, размышляя о необходимости стука в дверь. Поскольку это не было спальней, профессор решил, что вряд ли застанет какую-либо интимную сцену, поэтому тихонько отворил дверь и проскользнул внутрь. Он ошибся: картина был весьма интимной, но не в сексуальном значении этого слова. Северус, любивший работать в одиночестве, чувствовал себя крайне некомфортно, наблюдая за происходившим в помещении, но при этом не мог оторвать свой взор. Мальчик стоял спиной к двери и плавно нарезал какие-то ингредиенты. Профессор не видел, что именно измельчал его студент, однако запах, стоявший в комнате, подсказывал опытному зельевару, что хозяин помещения готовит не что иное, как Костерост. Отвлекшись от работающего над котлом ученика, Северус внимательно рассмотрел помещение: лаборатория, хотя и не отличалась дорогим оборудованием, более того она была обставлена лишь минимальным набором необходимых инструментов, выглядела местом, где работал человек, как минимум немного разбирающийся в основах зельеварения: вытяжка располагалось непосредственно над бурлящим зельем, сам котел стоял на стареньком, допотопном нагревательном элементе, которые, несмотря на свою полную безопасность, давно были вытеснены портативными газовыми плитами.
Очнувшись от небольшого ступора, охватившего его, Северус Снейп развернулся к двери и несколько раз постучал в нее изнутри комнаты, привлекая к себе внимание.
- Сэр? Что вы здесь делаете?
- Ваша мать сказала мне, где вас найти. На самом деле я хотел бы кое о чем поговорить с вами, однако, это, - мужчина обвел рукой комнату. – Это намного интереснее, чем я ожидал. Видите ли, мистер Гойл, в конце учебного года я поймал себя на мысли, что несколько раз в середине урока я видел ваше зелья в нормальном для той стадии состоянии, однако к концу урока ваши с мистером Креббом зелья всегда были непригодны к использованию. Тогда у меня было много работы, мне было просто не до этого, но сейчас, на летних каникулах, я немного освободил свое расписание и уделил один день поиску ответов на интересующие меня вопросы. Знаете, что я обнаружил, мистер Гойл?
- Нет, сэр.
- Что же, я расскажу. Я заметил, что практически на всех занятиях ваше зелье было вполне приличного качества вплоть до предпоследней, несколько раз даже до последней стадии. К моему сожалению, я не храню образцы зелий, которые студенты сдают после урока дольше необходимого, поэтому я не мог подтвердить свои подозрения. Однако то, что я увидел сегодня, развеяло мои сомнения. Остается лишь один вопрос: зачем? Грегори, - профессор перешел на более доверительный тон. - Ты ничего не хочешь мне рассказать?
- Хочу, сэр. Особенно вам. Но не буду, от этого зависит моя жизнь.
- Ты не доверяешь мне?
- Эту тайну я не доверю никому без веской причины.
- Клятва о неразглашении для тебя достаточно веская причина?
- Сэр, вы серьезно хотите принести какую-либо клятву какому-то ученику?
- Не какому-то, а конкретному. Ты учишься на моем факультете, твои родители – мои давние знакомые. Ты сам сказал, что хочешь поделиться. Я просто предлагаю тебе выход из сложившейся ситуации.
Мальчик сел на свой стул и задумался. Через полминуты надо было добавить очередную, уже заготовленную порцию драконьего зуба, но Грегори было не до этого. Перспектива раскрыться кому-либо настораживала. С другой стороны, профессор Снейп был весьма неплохим кандидатом, а его согласие на клятву поднимало его в глазах юного мага еще выше. Также манила возможность рассказать человеку, старающемуся помочь матери, о его способностях к зельям и надеяться, что его кандидатура на роль ученика будет рассмотрена.
От наблюдения за мальчиком профессора отвлек вид кипящей в котле жидкости, меняющей свой цвет с зеленого на бледно-желтый. Видя, что зелье сейчас пропало из зоны интересов его ученика, Северус подошел к столу, нашел ступку с уже растолченным зубом дракона, после чего аккуратно перенес ее содержимое в котел с зельем. После десяти помешиваний, Северус отошел на свое прежнее место у двери – приготовление зелья вышло на финишную прямую и финальный ингредиент следовало добавлять лишь через пятнадцать минут. Мужчина надеялся, что к этому моменту мальчик вынырнет из своих мыслей.
Грегори же и не думал выходить из своего состояния. Со стороны казалось, что он будто бы спит с открытыми глазами, однако, это было не так. В голове мальчика кружились сотни мыслей, выстраивались целые последовательности потенциальных событий, просчитывались все варианты, которые только мог узреть двенадцатилетний мозг. Через пару минут тишины профессор решил потревожить ушедшего в себя студента, но не успел – стоило ему сделать шаг в направлении Грегори, как тот поднял взгляд на мужчину и вынес свой вердикт:
- Я согласен.
Клятва была принесена, и Грегори наконец-то смог поделиться хоть с кем-нибудь своей тайной. Мальчик радовался, что смог разделить эту ношу с кем-то кому можно доверять. Но он не ожидал, что в ответ на свою исповедь получит столь резкую, негативно окрашенную реакцию.
- Глупец! – взрослый маг еле сдерживался, чтобы не сорваться. – Больше никогда не смей рассказывать эту историю, если хочешь жить! Я могу обойти данную клятву, как минимум, двумя способами без вреда для себя. Тебе просто повезло, что я не буду этого делать. Какой из тебя, к чертям, слизеринец, если ты не понимаешь простых вещей – подобные мысли не предназначены для чужих ушей!
- Я просто устал, сэр! Устал держать все в себе, мне нужно было кому-то рассказать.
- Когда-нибудь это доведет тебя до беды. И неужели ты считаешь, что сможешь противостоять Темному Лорду? Тогда ты еще глупее, чем я думаю. Он расколет тебя в мгновение ока.
- Я слышал, как мистер Малфой говорил отцу, что Лорд не принимает студентов, еще не окончивших школу. Так что у меня есть еще минимум шесть лет для защиты. Я видел в библиотеке книгу по защите разума, даже пробовал почитать, но пока что там все сложно для меня. К тому же во введении рекомендовалось не приступать к изучению этого раздела хотя бы до четырнадцати лет. Таким образом, у меня будет три года, чтобы достичь успехов в этом деле.
- Темный Лорд был величайшим легилиментом своего времени. Каких бы ты успехов не достиг за это время, он сотрет твою защиту в пыль.
- Попробовать все равно стоит. Если все получится, то, с учетом мнения обо мне, он не будет сильно выискивать что-либо в моей голове. Так что мне нужно будет лишь сдержать его, не вызывая подозрений.
- А если не получится? Что тогда? Ты можешь погибнуть, что тогда будет с твоей семьей?
- Ничего не изменится.
- Не понял?
- Оба плохих сценария, в которых либо я сам присоединяюсь к его армии, либо меня раскрывает Лорд – все они ведут к одному. Я просто не смогу достичь своей цели. Не имеет значения, убьет ли меня он лично, или я погибну в сражении – в любом случае, я не помогу маме.
- А если Лорд победит? Если ты присоединишься к нему, после победы сможешь полностью посвятить себя исследованиям.
- Даже если Темный Лорд захватит Англию, он не остановится на этом. Бесконечная война продолжится, и, в конце концов, смерть придет и за мной. В этой войне невозможно выиграть, можно лишь захватить с собой как можно больше противников.
- Разумно. Я так понимаю, на другую сторону переходить ты тоже не собираешься?
- Нет, я не хочу сражаться против друзей и родных. Как я и сказал, я хочу быть в стороне от всего этого.
- Это твой выбор, я постараюсь помочь тебе по мере сил. Но не смей кому-либо еще рассказывать обо всем этом. Это будет равносильно твоей смерти.
- Я понимаю, сэр. Спасибо вам, - пользуясь налаженным контактом, Грегори осмелился высказать свою давнюю просьбу. – Сэр, простите, не могли бы вы…
- Не мямлите, Грегори!
- Простите, сэр. Я хотел попросить вас об этом еще пять лет назад, но тогда я еще ничего не знал и был бы лишь обузой. Сэр, вы возьмете меня своим учеником? Я не первый год занимаюсь зельями, долгое время в теории, с появлением этой лаборатории теперь и на практике, так что меня не надо учить основам. Я обещал маме, что разберусь с зельями и смогу ей помочь. Но один я не справлюсь.
Теперь настала очередь Северуса зависнуть в своих размышлениях. С одной стороны, ему итак хватало забот со всеми студентами, и брать дополнительную нагрузку для более продвинутого обучения еще одного мужчине совсем не хотелось. С другой стороны, полноценное обучение личного ученика возводило его на новую ступень в мире зельеваренья. Мальчик был не глуп, и, судя по увиденному в лаборатории, весьма подготовленным. Но лучшей гарантией его упорства и прилежности служила его мотивация. Маг после откровений ученика в глубине себя давно решил, что поможет хотя бы одному своему студенту избежать войны, так что он все равно планировал тратить какое-то время на Грегори. Обучение лишь ненамного увеличивало это самое время. Как бы зельевар себя не переубеждал, он был готов ответить на просьбу ученика утвердительно.
- Я согласен. Но скажу сразу, что не потерплю лени и безответственности. Я верю, что цель поможет тебе избежать подобного, но она может сыграть и плохую шутку – так что сразу предупреждаю: не думай, что в ближайшее время будешь заниматься решением проблемы с зельем для Маргарет.
- Я знаю, сэр. Спасибо, что согласились, я не подведу вас!
***
Учебный год начинался тяжко: остаток каникул Грегори посвятил выполнению первого задания профессора Снейпа и, откровенно говоря, так увлекся, что напрочь позабыл про остальные предметы. К счастью, летние задания для выпускников первого курса были не слишком серьезными и объемными, так что Грегори, лишний раз подтвердив свою легенду, просто списал их у Малфоя.
В первые три дня второкурсники Слизерина успели побывать на всех дисциплинах, преподаваемых на курсе. Уроки оставили разное впечатление.
Первым после каникул занятием оказалась трансфигурация. Еще раз напомнив всем студентам технику безопасности, профессор МакГонагалл кратко рассказала о планах на первое полугодие, собрала домашние задания и приступила к повторению материала прошлого года, на что в ее расписании было отведено несколько занятий. Первое было посвящено отработке этой темы на новом примере: задание состояло в том, чтобы превратить навозного жука в большую пуговицу. Через пять минут после начала практики, когда лидеры класса уже отработали этот прием, профессор начертила на доске схематическое изображение декоративной пуговицы, которого должны были добиться лидирующие студенты. Закончив чертить сложные узоры, преподаватель направилась помогать отстающим, к числу которых относился и Грегори. Из-за необычайной подвижности экспериментальных животных ученикам требовалось контролировать местоположение жуков на парте во время колдовства. Грегори, пытаясь удержать исходный материал на месте, случайно перевел несколько жуков из живого состояния в неживое безо всякой трансфигурации. Последующие насекомые, увидев судьбу своих коллег, вырывались уже не столь яро, однако это не помогло мальчику справиться с заданием. Ему даже не пришлось ничего изображать – трансфигурация не была его коньком, так что с учетом двухмесячного отсутствия практики данный результат был вполне закономерным. После помощи профессора Грегори к концу занятия смог добиться требуемой формы, но пуговица по-прежнему была сделана из кожи несчастного животного. Сделав в уме пометку при возможности уделить время для восстановления прошлогодних трансфигурационных навыков, Грегори покинул аудиторию и направился на восьмой этаж, по направлению к кабинету чар.
Профессор Флитвик, следуя подобному сценарию, также сперва перечислил список чар, которые будут пройдены на втором курсе, быстренько продемонстрировал действия каждого из них, после чего рассказал о критериях сдачи практического экзамена и отдал оставшиеся двадцать минут на практику прошлогодних заклинаний. Через пару минут по учебной комнате летало множество предметов, поддерживаемых чарами левитации, а также то тут, то там вспыхивали огоньки на концах волшебных палочек. Похвалив всех за великолепные навыки в этих несложных заклинаниях, маленький профессор отпустил всех на следующий урок, попросив к следующему занятию прочитать первые две главы в учебнике.
Последним перед обедом уроком была травология. Негромко отругав профессора МакГонагалл, что явно издевалась над второкурсниками Слизерина, заставляя их бегать со второго этажа на восьмой, а затем снова вниз на первый, Грегори вместе с Винсентом двинулись вслед за Драко, о чем-то на ходу разговаривающим с Пэнси. После трансфигурации слизеринцы уже пересеклись с вернувшимися из теплиц гриффиндорцами, так что по их внешнему виду понимали, что профессор Спраут сразу возьмет быка за рога и заставит всех копаться в земле. Таким образом, работа с мандрагорами не стала для студентов зеленого факультета неожиданностью. Быстро ознакомив учеников с этим растением и показав масштаб работ, профессор раздала студентам специальные защитные наушники и дала отмашку к началу пересаживания. Сама декан Хаффлпаффа вместе со всеми приступила к работе, значительно обгоняя студентов, несмотря на то, что те работали группами по четыре человека. Мандрагоры, несмотря на свой небольшой возраст, активно сопротивлялись вынужденному переезду в новый горшок: если бы не специальные перчатки, мало кто из студентов ушел с урока без небольших повреждений в виде синяков и укусов. Помимо физического влияния на юных волшебников, растения явно не желали расставаться с насиженными местами, вцепляясь корешками в землю и препятствуя извлечению их из старых горшков. Наиболее крупные саженцы, благодаря своим размерам, не давали спокойно поместить себя в новое место: садясь корешками будто бы на шпагат на верхние края горшка, растения не позволяли протолкнуть себя внутрь, используя при первом же давлении сверху свои весьма острые зубки. В конце занятия не осталось ни одного студента зеленого факультета в чистой мантии, более того, у ряда учеников комья грязи были и на лице и даже в волосах. Кроме грязи почти все второкурсники, за исключением Грегори и Винсента, страдали от ноющей боли в мышцах рук – без должной практики и разминки немногие были способны весь урок держать относительно тяжелые саженцы на вытянутых руках.
Потратив оставшиеся до обеда полчаса на приведение себя в порядок, слизеринцы дружной толпой двинулись в сторону Большого зала. Второкурсники не стали брать с собой никаких вещей – после обеда была лишь история магии, на которой студенты обычно занимались своими делами. Поскольку домашние задания по чарам и трансфигурации не состояли в написании каких-либо работ, все отложили их выполнение до лучших времен и отправлялись в кабинет истории с намерениями хорошенько поспать после сытного обеда.
На следующий день были запланированы три остальных урока учебной программы второго курса, таким образом, в первые два дня ученики успели посетить все свои занятия: с утра первой парой стояла Защита от темных сил, далее шло сдвоенное зельеварение. После обеда было запланировано теоретическое занятие по астрономии.
Локонс, мягко говоря, разочаровал. Грегори, конечно, не рассчитывал на что-то выдающееся – в указанных учебниках второкурсник смог найти несколько серьезных ошибок в области зельеварения. Но, списав ошибки на то, что зелья находятся вне области интересов мага, Грегори ожидал увидеть детальное изучение предмета, достойное Хогвартса. Увы, первое занятие, большую часть которого студенты отвечали на дурацкие вопросы, и короткая практика, показавшая Локонса некомпетентным преподавателем, оставило неприятный осадок. Слегка потрепанные после битвы с маленькими летающими монстрами дети в не самом хорошем настроении направились в подземелья на урок к своему декану. Грегори тихонько радовался, что во время стычки с пикси не пострадали его записи, которые юный волшебник должен был отдать своему учителю – на этих листках пергамента были записаны его решения на поставленные летом профессором Снейпом задачи.
То ли сражение с пикси вымотало Драко, то ли он просто был в неподходящем настроении, но на этот раз занятие с гриффиндорцами прошло на удивление спокойно: Малфой не пытался подвести горячо любимых сверстников под снятие баллов, а лишь упорно пытался выполнить задание на приличном уровне. К слову сказать, Грегори сомневался, что у Драко это получится – еще на втором этапе тот весьма неточно следовал предложенной рецептуре. Этот промах можно было бы исправить, если в дальнейшем не следовать четко записям в учебнике, но, как назло, Драко больше ни на шаг не отклонялся от рецепта. Доведя свое зелье до конца, Грегори встретился глазами с деканом и, после того, как тот проверил его почти готовое зелье, уже хотел добавить в свой котел нейтрализатор. Однако еще до того, как он успел это сделать, готовая Заживляющая мазь почти мгновенно превратилась в полностью инертную массу. Мальчик недоуменно посмотрел на учителя и заметил в его руке волшебную палочку. Желая подтвердить свою догадку, Грегори достал из своей сумки пустую колбу и наполнил ее содержимым котла – внутри стеклянной посуды зелье вновь обрело характерные ему признаки. Это означало, что профессор Снейп действительно бросил на его котел заклинание иллюзии. Занятие подходило к концу, и студенты постепенно заканчивали свою работу, относя на стол преподавателя образцы своих зелий. Гриффиндорцы первыми покинули учебный класс, после чего зельевар предельно честно прошелся по работам учеников своего факультета, не только хваля, но и указывая тем на их ошибки. Не обошел стороной он и Грегори:
- Все свободны. Мистер Гойл, а вам, как автору самого плохого зелья, придется задержаться и помочь мне с уборкой. Свою кашу будете сами отскребать от котла.
Дождавшись, пока все однокурсники выйдут за дверь, Грегори достал свои записи и положил их на стол учителю.
- Очень хорошо, Грегори. Я посмотрю их, а ты пока приберись в классе, я не шутил насчет уборки.
Через пятнадцать минут Грегори отнес последний вычищенный котел в кладовую, после чего сел перед учителем, внимательно просматривающим последний из стопки пергаментов.
- Что ж, весьма неплохо. Все решения правильные, хотя в большинстве случаев они далеко не оптимальные. Во всех задачах требовалось создать рецепт зелья при условии замены одного из стандартных ингредиентов, и с этим ты справился. Но вот, например, в сонном зелье замену дущицы на дремоносные бобы легко компенсируется просто добавлением сушеных гусениц, а у тебя тут четыре дополнительных стадии в приготовлении зелья. Они, конечно, верные, но это просто нерациональное использование ингредиентов. В целом, очень достойная работа, я сделал тебе пометки на полях, где возможно добиться успеха при меньшем количестве изменений, подумай еще. Но я доволен, теперь будем закреплять эти навыки на материалах второго курса. Со следующего занятия во всех зельях, которые мы варим на уроках, ты должен делать как минимум два изменения относительно рецепта из учебника. Можешь проработать их заранее, можешь для тренировки в условиях ограниченного времени подумать над измененным рецептом непосредственно на уроке. Но учти, после третьей неудачи я серьезно задумаюсь над продолжением работы с тобой. А теперь ступай, обед уже начался.
Попрощавшись, Грегори покинул кабинет и направился в Большой зал. Разговор с деканом оставил двоякое впечатление – с одной стороны его работу одобрили, но она не была идеальна. Юный волшебник пообещал себе приложить максимум усилий в дальнейшем, чтобы не допустить ошибок, которые могут заставить профессора отказаться от дальнейшей работы с учеником. До начала следующего урока оставалось пятнадцать минут, так что Грегори в спешке принялся поглощать еду. Профессор Синистра в плане строгости и дисциплины не уступала своему бывшему декану, профессору МакГонагалл, так что вопрос опозданий на занятия стоял очень остро. За две минуты до начала занятия Грегори вошел в класс, где уже находились все его сокурсники. Преподавательница также сидела за своим столом. Кивнув в ответ на приветствие мальчика, Аврора Синистра поднялась со своего места, взмахом палочки закрыла дверь и начала урок.
- Добрый день, рада видеть вас всех в добром здравии, отдохнувшими после каникул. Как вы, надеюсь, помните, в прошлом году в связи с низкой нагрузкой у нас было не так много уроков, поэтому мы успели пройти лишь вводный курс лекций, где познакомились с историей астрономии, научились различать основные созвездия и ориентироваться при их помощи, изучили важные небесные явления, возникающие вследствие вращения Земли вокруг своей оси и вокруг Солнца. Этот семестр мы посвятим изучению Солнечной системы: ее составу, истории открытия планет, их классификации, взаимному влиянию и законам движения. В дальнейшем эти знания пригодятся вам во время изучения курса прорицания. В конце семестра пару занятий уделим целиком и полностью ознакомлению с ближайшим космическим телом – Луной. Влияния Луны играют огромную роль на продвинутом курсе зельеварения, который начнется с шестого курса. Таким образом, в конце пятого курса мы кратко повторим изученный материал при подготовке к СОВ.
Закончив с вводной речью, профессор погасила свет в аудитории и включила проектор, отображающий движущиеся колдографии и схемы на доску. Многие студенты наколдовали слабенькие Lumos, чтобы в темноте аудитории конспектировать лекцию. Когда все приготовления были закончены, профессор астрономии приступила к небольшой лекции.
Урок пролетел очень быстро – преподавательница знала свое дело и умела заинтересовать студентов своим предметом. Несмотря на кажущуюся простоту заявленного материала, второкурсники даже на вводном занятии узнали для себя много нового. Правда, это новое грозило им вылиться в долгие вечера над учебником по астрономии в ожидании проверочных работ. Завершая первое занятие, профессор пожелала всем успехов в новом учебном году и выразила свои ожидания:
- Я уже относительно давно преподаю в Хогвартсе и знаю, что от вас требуют на выпускных экзаменах. На часто встречающихся там темах я буду акцентировать свое внимание, но, к сожалению для себя, вынуждена констатировать, что часто студенты валятся на самых элементарных вопросах. Поэтому я хочу, чтобы вы все к следующему занятию знали очередность планет Солнечной системы. А чтобы эти знания у вас не вылетели через пару недель, я предлагаю вам в качестве домашнего задания к следующему уроку придумать для себя какую-нибудь мнемоническую шпаргалку. Ведь наверняка все знают фразу для запоминания цветов радуги? – Дождавшись кивков из аудитории, профессор продолжила. – Ну, вот по аналогии сделайте что-нибудь запоминающееся и для планет. Поверьте, вам меньше всего захочется не ответить на СОВ на этот вопрос – комиссии это очень не понравится, будьте уверены. Я понимаю, что до экзаменов вам еще далеко, но такие вещи надо запоминать с самого начала, чтобы не тратить на это время потом. Ладно, не буду вас больше задерживать, встретимся через неделю. Буду ждать ваши домашние задания.
 
МогуДата: Пятница, 02.09.2016, 21:42 | Сообщение # 11
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
Последние две недели в школе творилась какая-то чертовщина. Нападение на кошку Филча само по себе не вызвало какой-либо паники, лишь разогрело интерес учащихся. В какой-то мере, как бы цинично это не звучало, миссис Норрис послужила образовательным целям – у всех резко проявилось желание прочитать «Историю Хогвартса». Учителя с большой неохотой все же отвечали на возникшие вопросы в связи со сложившейся ситуацией. Нападение на первокурсника Гриффиндора все изменило – все достаточно разумные люди осознали уровень опасности. К сожалению для слизеринцев, это означало начало нового этапа противостояния с другими факультетами. Стоит признать, некоторые ученики зеленого факультета сыграли в этом весомую роль. У Малфоя окончательно сорвало тормоза, в связи с чем у его охранников резко возрос объем выполняемой работы. Правда, теперь помимо сверстников Драко приходилось защищать и от более взрослых агрессивно настроенных магглорожденных. Винсент и Грегори пока справлялись, что играло и негативную роль – Драко просто не замечал, сколько народу хотят отправить его в больничное крыло. Грегори мечтал об отдыхе от всего этого на каникулах, но мечтам не суждено было сбыться – родители Драко были заняты каким-то проектом, так что юноша был вынужден остаться на Рождество в Хогвартсе. Данные обещания вынуждали его охранников также остаться в школе. Мальчики уже написали домой письма, в которых объясняли, почему через полторы недели не приедут на каникулы домой. Как бы то ни было, Грегори надеялся отдохнуть на каникулах – из-за нападений в школе оставалось совсем мало учащихся, так что вероятность угрозы Драко со стороны студентах снижалась до минимума.
Но до каникул еще надо было дожить. На последнем практическом занятии по зельеварению в календарном году (единственное оставшееся занятие в декабре профессор Снейп выделил под семестровую контрольную работу) от студентов требовалось приготовить Раздувающий раствор. Грегори открыл свои записи и достаточно быстро отыскал обновленный рецепт зелья. Судя по расчетам, в данном случае ему удалось свести число отличий от оригинального рецепта к минимуму: вместо сушеных глаз рыбы-собаки юноша планировал добавить соответствующий объем рогатых слизней, и в самом конце приготовления раствора добавить листья эвкалипта. Работа продвигалась весьма успешно – из-за замены модифицированное зелье варилось на семь минут дольше стандартного, однако Грегори практически догнал остальных к концу занятия. Профессор Снейп начал ходить среди гриффиндорцев, комментируя получившиеся у них зелья, когда Грегори вышел на финишную прямую – оставалось лишь отобрать по весу необходимое число листьев эвкалипта, добавить их в зелье, два раза помешать по часовой стрелке и остановить котел на огне еще на полминуты. Таким образом, слизеринец отставал от общей группы не более чем на полторы минуты. Профессор вернулся обратно на свое место и делал какие-то записи в своем журнале. Грегори закончил взвешивать последний ингредиент и уже готовился добавить его в зелье, когда перед ним промелькнул какой-то непонятный сверток, который с типичным булькнувшим звуком погрузился в почти готовый раствор.
Грегори собирался сообщить преподавателю о случившимся, но раздавшийся взрыв нарушил его планы. Содержимое котла от взрывной волны буквально вылетело из него и обрушилось на оказавшихся в радиусе метра от эпицентра взрыва учеников. Лицо, на которое пришелся основной удар, будто бы горело – обжигающая боль от деформировавшейся кожи на пару секунд затопила сознание, однако была вытеснена другой мыслью, неожиданно пробившейся в голову через стену боли. Грегори по-прежнему сжимал в руке листья эвкалипта, что он не успел добавить в зелье. Сработай он чуть быстрее и на его месте сейчас бы лежала горстка пепла – токсичный напалм, содержащийся в листьях в больших количествах при взрыве не оставил бы шансов находившемуся прямо у котла слизеринцу. Мысли о близкой смерти ввели Грегори в ступор. Рядом бегали и кричали попавшие под действие раствора студенты, по случаю все принадлежащие зеленому факультету, но для находившегося в эпицентре юноши весь гвалт отошел на задний план, будто бы кто-то не слишком плотно, но все же прикрыл ему уши. Где-то вдалеке звучал голос зельевара, призывающего пострадавших подойти для оказания скорой помощи.
Закончив обрабатывать настоем против опухлости последнего стоящего в очереди студента, профессор Снейп обратил внимание на сидящего над почти пустым котлом Грегори, держащего в руке какие-то листья. Его лицо представляло ужасное зрелище: нос уже доставал до подбородка и медленно продолжал расти, глаза успели ненамного вылезти из орбит, лоб серьезно выпирал вперед, прямо как у больных гидроцефалией. Закончив обрабатывать повреждения неподвижно сидящего ученика, Северус Снейп обратил внимание на листья, крепко зажатые в руке пострадавшего. Заглянув в котел и вытащив оттуда кусок обгоревшей хлопушки, зельевар быстро осознал причину шокового состояния своего студента.
- Тот, кто это сделал, - прошипел преподаватель, - может распрощаться со школой.
Прозвеневший звонок спас учеников от быстрой расправы. Видя состояние профессора, все ученики поспешили покинуть аудиторию. Зельевар же направился в свою кладовку за мощнейшими успокаивающими зельями. Грегори по-прежнему сидел на своем месте, уставившись в одну точку где-то на стенке пострадавшего котла, и не оказал никакого сопротивления при попытке влить в него солидную дозу лекарств. Через пару минут микстуры начали действовать и мальчик отвлекся от мыслей о своей близкой смерти.
- Все будет в порядке, Грегори. Я пойду к директору и потребую, чтобы он разрешил допросить всех присутствующих на уроке. Тот, кто сделал это, вылетит из Хогвартса! А теперь разожми руку, отдай мне этот драклов эвкалипт. Пошли, отведу тебя в общежитие, я договорюсь о твоем отсутствии на других сегодняшних уроках – через полчаса из-за зелья тебя все равно начнет клонить в сон. Тебе надо просто отдохнуть, не думая о случившемся. Я сделаю все, чтобы такого больше не повторилось.
***
Но на этом декабрьские злоключения юного слизеринца не закончились. Из-за случившегося Грегори уже не так сильно злился на Малфоев, лишивших его Рождества в кругу семьи – слизеринец еще слегка опасался работать с зельями, так что каникулы все равно были бы весьма скучными. Случившееся буквально накануне каникул третье нападение вывело уровень тревоги учащихся на новый уровень. Дело было даже не в личности жертвы или шокирующем поведение Поттера во время Дуэльного клуба, хотя и это внесло свой небольшой вклад: проблема заключалась в том, что на этот раз пострадал призрак! Для всех не магглорожденых студентов, с детства знакомых с миром магии мгновенно дошло – в школе творится нечто невообразимое. Абсолютная устойчивость призраков к любым видам чар являлась аксиомой в волшебном мире. И сейчас данная аксиома была развенчана. Как итог на каникулах школа практически опустела – на праздничном ужине во всем Большом зале сидело чуть больше тридцати человек, и это уже с учетом преподавателей, оставшихся в школе практически в полном составе.
Главный зал Хогвартса был традиционно украшен по случаю праздника: вдоль стен стояли огромные пышные рождественские ели, щедро украшенные живыми игрушками и переливающимися шарами. Ночное небо, которое всегда можно было увидеть на потолке, на этот раз было закрыто множеством разноцветных гирлянд, соединяющих противоположные стены помещения. Отдельной похвалы заслуживали праздничные блюда – эльфы всегда всей душой отдавали себя процессу приготовлению пищи, однако, по случаю праздника они превзошли сами себя, выдав просто потрясающую на вкус еду. Все было так вкусно, что Грегори, поддерживаемый Винсентом никак не могли остановиться: порции всевозможных традиционных рождественских яств пропадали с их тарелок в рекордные сроки. Малфоя пригласил к себе в кабинет профессор Снейп, так что друзья на этот раз не были ограничены во времени, чем они и воспользовались, покинув Большой зал в последних рядах. На пути в общежитие их ждал еще один небольшой презент – на перилах аккуратно примостились еще парочка потрясающих шоколадных пироженных, которые так быстро кончились на праздничном ужине. Честно поделившись с другом, Грегори откусил солидный кусок лакомства.
Говорят, что невероятно трудно отравить профессионального зельевара. И хотя Грегори был далек от этой стадии, он со стопроцентной вероятностью мог утверждать, что это заявление далеко от правды. Никто же не считает, что оружейных дел мастера неуязвимы к колюще-режущим ранениям. Или что целители после окончания обучения приобретают иммунитет абсолютно ко всем заболеваниям. Конечно же, нет. Другое дело, что при своевременном распознавании яда зельевар способен принять подходящее противоядие, если таковой имеется под рукой. Но для определения яда тот должен иметь характерный вкус или запах, или же раннюю манифестацию признаков отравления, неспособных помешать магу принять антидот. Увы, но большинство серьезных ядов не имеют резкого уникального запаха, а одним из первых симптомов отравления является паралич, предотвращающий любые активные попытки противодействия со стороны потерпевшего. Впрочем, об этом юный слизеринец размышлял уже несколькими часами позже.
Все, что Грегори успел понять, перед тем как упасть без сознания, был факт отравления пироженного. Опознать яд или предпринять какие-либо меры для его нейтрализации уже не представлялось возможным – мальчик с разбега погрузился в царство Морфея.
Пробуждение было не из приятных. Грегори очнулся от ужасной головной боли – под черепной коробкой будто бы проходил совместный фестиваль барабанщиков и строителей с отбойными молотками. Сопровождалось все легким головокружением и чувством жажды – в общем, если бы Грегори имел такой опыт, он бы сперва подумал, что вчера что-то знатно отмечал. Однако двенадцатилетний мальчик, не привычный к такой палитре ощущений поспешил закрыть глаза и накрыться одеялом, спасаясь от яркого света, бьющего сквозь расположенное неподалеку от кровати окно. Его метания не остались незамеченными – из-за стоящей рядом ширмы, отделяющей соседнюю кровать от остального помещения, вышел декан Слизерина.
- Доброе утро, мистер Гойл.
- Здравствуйте, сэр. Где я?
- Вас можно поздравить с первым попаданием в больничное крыло. Вы спали около двадцати часов. Кто-то не слишком опытный, купившись на ваши физические размеры, решил, что двойной дозы Сонного зелья будет достаточно. Мистеру Креббу повезло чуть меньше – будучи меньше вас, он подвергся более сильному воздействию препарата, так что по моим прикидкам он проспит еще примерно четыре-пять часов.
- Кто это сделал?
- У меня есть кое-какие мысли на этот счет, но боюсь, они вам не очень понравятся. Вчера вечером, в то время, как вы с другом еще спали в кладовой кто-то, выглядящие в точности как вы посетил гостиную Слизерина. Я знаю лишь одно зелье, способное изменять внешность до такой степени.
- Оборотное зелье, я читал про него.
- Верно. Конечно, можно допустить, что это были простые чары иллюзии, но тогда их накладывал мастер уровня профессора Флитвика. Я надеюсь, мы не будем подозревать моего коллегу, к тому же я не уверен, что даже он смог бы добиться такой детализации. Так что я склонен считать, что это действительно было Оборотное зелье. А теперь к неприятной части: я сейчас перечислю ряд фактов, думаю, сделать выводы будет совсем просто. Вас накачали зельем, которое изучается на втором курсе, надеюсь, вы помните, как готовили его три занятия назад. Со всего потока приемлимое качество зелья было достигнуто у десяти человек: по четверо со Слизерина и Рейвенкло и по одному с Гриффиндора и Хаффлпаффа. Рецепт Оборотного зелья в школьной библиотеке хранится в единственной книге, которая имеется в количестве трех экземпляров, каждый из которых хранится в Запретной секции. Все три книги, если верить мадам Пинс, выданы на руки: семикурснику со Слизерина, пятикурснику с Рейвенкло и второкурснице с Гриффиндора. Рецепт Оборотного зелья достаточно сложен, кроме того для его приготовления требуется два ингредиента, хранящихся в специальной кладовой, доступ к которой открыт только на практических занятиях. В день, когда произошел инцидент с вашим зельем, вечером, во время обычной проверки, я заметил небольшую недостачу как раз этих компонентов. В тот день у меня было всего две учебные группы: второкурсники Слизерина и Гриффиндора и общая группа со всего шестого курса. Общий знаменатель, надеюсь, ясен?
- Это Гермиона, да? – Лицо слизеринца напоминало выражение на морде побитой собаки.
- Ваша несостоявшаяся подружка действительно принимала во всем этом участие. Я мог бы предположить, что все это просто совпадение, а зелье на самом деле было доставлено в Хогвартс совиной почтой, но мисс Грейнджер попалась с поличным, - зельевар махнул рукой в сторону ширмы.
- Что с ней случилось?
- Мисс Грейнджер нарушила единственное правило при работе с данным зельем. Как результат, мне в сжатые сроки надо изобрести зелье, отменяющее действие неправильного применения Оборотного.
- Я могу вам помочь?
- Почему бы и нет? Это будет ценным опытом, и даже если ничего не выйдет – мисс Грейнджер просто проведет в вотчине мадам Помфри на несколько дней больше. Думаю, ты имеешь моральное право держать судьбу ее внешнего вида в своих руках. Так сказать, расплата за ее необдуманные поступки. В конце концов, ничего опасного в ее кошачьем облике нет.
- Зачем она это сделала?
- Судя по рассказу Драко, ваши двойники пытались узнать у него про Тайную комнату. Думаю, с учетом участия мисс Грейнджер нетрудно догадаться, кто принял ваши с мистером Креббом облики. Подозреваю, что в виду взаимной неприязни и вызывающего поведения Драко был их главным подозреваемым. К сожалению, мне ясно дали понять, что дальше отработок наказания этой гриффиндорской троице не выйдут. Ладно, оставляю вас на попечение мадам Помфри, она обещала отпустить вас до обеда, если не обнаружит каких-либо осложнений. Вечером буду ждать вас у себя, у вас есть время подумать над основой будущего зелья.
***
Учебный год плавно подходил к концу. За время, прошедшее с рождественских каникул в школе случилось достаточно много событий, таких как еще одно двойное нападение в конце марта или последовавшие за ним отставка Дамблдора и арест Хагрида, однако эти события не сильно повлияли на жизнь студентов. Исключением являлось лишь беспрецедентное усиление безопасности: школьников старались не оставлять без присмотра преподавателей ни на минуту. Вот и сейчас второкурсники Слизерина покидали теплицу после очередного урока травологии в сопровождение профессора Флитвика, который должен был отвести их в свой кабинет на следующий урок. Навстречу колонне со стороны замка двигался профессор Снейп.
- Добрый день, Филиус. Если ты не против, я заберу мистера Гойла, мне надо, чтобы он помог мне донести созревшие мандрагоры до моего кабинета.
- Разумеется, Северус. Отведешь после мистера Гойла в Большой зал?
- Да, можешь не переживать, беру под свою ответственность. – Махнув рукой, приглашая следовать за собой, зельевар двинулся по направлению к теплице номер три.
Грегори стоял у самого входа в теплицу, на приличном расстоянии от разговаривающих преподавателей зельеварения и травологии, чтобы не смущать тех своим присутствием. Что-то объяснив коллеге, профессор Спраут показала рукой на ряд горшков, после чего ушла в дальний конец помещения. Слизеринец подошел к оставшемуся одному декану и через минуту уже являлся гордым носильщиком шести горшков с мандрагорами, закрепленными в специальном контейнере. Захватив оставшуюся пару горшков, Северус дал отмашку своему ученику и двинулся в сторону замка. До кабинета зелий они дошли в полной тишине, но, оказавшись на привычной территории, Грегори поспешил поинтересоваться:
- А долго настойка готовится?
- Если верить оригинальному рецепту, то три дня. Откровенно говоря, я еще никогда не варил это зелье, так что для меня все тоже в новинку. Правда, надо еще думать, что делать с привидением сэра Николаса – никогда не слышал, чтобы зелья действовали на призрака.
- Но он же сейчас более плотный, чем обыкновенное приведение – его же смогли переместить с помощью веера.
- Да, но я все равно сомневаюсь, что при попытке вылить зелье на или в него оно задержится на объекте, а не стечет на пол.
- Может тогда наоборот, призрак поместить в зелье? Ну, веером его загнать в котел. Если не сработает, то можно попробовать его обработать парами зелья – разместить его над котлом и врубить печку на полную мощность. И окружить их какой-нибудь непроницаемой защитной сферой, чтобы испарения длительное время проконтактировали с призраком. На худой конец можно будет попробовать обработать пострадавшего аэрозолем – размер частиц в нем достаточно мал, чтобы задержаться на окаменевшем призраке.
- Долго придумывал?
- Ну, честно говоря, пару недель назад стало любопытно, как вы собираетесь решить эту проблему, так что да, это не экспромт, а плод некоторых раздумий на эту тему.
- Звучит неплохо, поочередно попробуем все варианты, - профессор Снейп сделал какие-то пометки на пергаменте, после чего принялся что-то искать в своем столе. – Вот, кстати, держи аванс, - на стол с металлическим звоном приземлился небольшой кожаный мешочек. – Нашу статью вчера приняли в печать, так что наслаждайся своими первыми честно заработанными при помощи зельеварения деньгами. Я поделил аванс поровну между нами. Теперь осталось дождаться, пока Общество зельеваров все перепроверит, после чего они выкупят права на наше антиоборотное зелье, правда, этот процесс может занять некоторое время. Никогда не думал, что мисс Грейнджер принесет мне неплохую сумму. По такому случаю ей первой дам настойку.
- А зачем им выкупать права?
- Это своего рода традиция. Общество владеет правами на все существующие зелья, вне зависимости от их полезности и популярности. Они разумно подходят к вопросам оценки стоимости прав, так что никто не остается в проигрыше. Все публикации по этой тематике и права оформлены на мое имя, но я обещаю, что ты получишь половину заработанного на этом зелье. Вдобавок, когда война закончится, я добавлю тебя в соавторы на официальном уровне, раз ты не хочешь светиться до тех пор. Дополнительных денег это не принесет, но известности в профессиональных кругах добавит.
- И насколько полезным его могут посчитать? Вы же сами говорили, что Гермиона чуть ли не первая жертва со времен написания запрета на применение нечеловеческих фрагментов в Оборотном зелье?
- Как ликвидатор последствий некорректного применения зелья оно действительно не станет широко использоваться. Но на его базе смогут создать зелья для снятия ряда трансфигурационных заклинаний или для обратного превращения анимагов – сейчас существуют лишь подобные чары, но зельевары всегда любят создавать отвары, по свойствам аналогичные чарам. Так что в исследовательской деятельности оно найдет широкое применение, поверь. Карманными деньгами на все время обучения оно тебя точно обеспечит.
- Сэр, мне немного неудобно получать пятьдесят процентов. Ведь вы проделали большую часть работы.
- Перестань, Грегори. У меня достаточно денег для удовлетворения моих потребностей. У тебя же еще вся жизнь впереди, найдешь, куда потратить заработанное. Мы работали вдвоем, значит, и доход делится пополам, все справедливо. И чтобы я больше не слышал подобных разговоров.
***
Дежа вю. Вот впрочем и все краткое описание последних учебных дней. Как и в прошлом году, число баллов Гриффиндора практически удвоилось всего за один день, и вновь никто толком не мог сказать, за что же эти баллы были получены. В остальном же пир прошел весьма обыденно – Дамблдор и Хагрид заняли свои места за преподавательским столом, жертвы нападений вернулись к своим факультетам, так что в праздничном настроении все поглощали блюда и радовались досрочному окончанию года – все курсы, кроме пятого и седьмого, уезжали домой на три дня раньше запланированного – руководство школы решило отменить в этом году переводные экзамены. Получив на руки форму для посещения Хогсмида и отдав взамен декану анкету с поставленными напротив прорицания и ухода за магическими существами галочками, Грегори направился в гостиную собирать вещи. Слизеринец был доволен ситуацией с экзаменами – она позволяла ему без лишних сложностей перейти на третий курс. Стоило лишь надеяться, что он будет менее странным, чем предыдущие два.
 
МогуДата: Понедельник, 05.09.2016, 19:22 | Сообщение # 12
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 5. £ 1000
Часть 1.
Деннис смотрел прямо в глаза замолчавшему собеседнику, ожидая, что тот продолжит свой рассказ.
- И?
- Что и?
- Я же вроде ясно дал понять, нам нужны детали, доказывающие истинность твоего рассказа. Что толку, что ты говоришь, что изучал это на астрономии на втором курсе. Ты же сейчас вряд ли вспомнишь даже очередность зодиакальных созвездий, хотя это было на еще пару лет спустя.
- Мальчик-второкурскник завернул манжет. Юнец сказал ученикам названия планет.
- Что за бред?
- Почти все мнемонические фразочки вне контекста представляют собой подобную ерунду. Эту я придумал в качестве домашнего задания. Правда, до профессора Синистры дошел нерифмованный вариант, в котором Венере и Земле не досталось отдельных слов – они были обозначены единым словом «всезнающий». На самом деле мне так понравилось делать такие вещи, что тогда я придумал штук семь подобных предложений и даже одно небольшое стихотворение. Правда, большинство из них я вряд ли сходу вспомню. Но я думаю этого достаточно, чтобы снять подозрения в жульничестве на этот вопрос?
- Думаю, да. Однако меня смущает тот факт, что я никогда не слышал историй, в которых Гарри и Рон проникали в слизеринское общежитие, это уж не говоря о том, что перед этим они, чуть было, не убили студента.
- Я же говорил, что директор сказал Снейпу практически прямым текстом, что этой компании можно делать все, что вздумается, до тех пор, пока они кого-то не убьют. В тот день я впервые увидел нашего декана пьяным.
- Снейпа? Пьяным?
- Да, я зашел к нему, когда он уже изрядно выпил. Он мне что-то еще пытался сказать, насколько я понял его не совсем внятную речь, подобная ситуация случилась и с ним, и тогда Дамблдор тоже прикрыл это дело. Не знаю деталей, я поспешил убраться из его кабинета – если бы он понял, что я его таким видел, возможно, отказался бы от дальнейшей совместной работы.
- Хочешь сказать, он не помнил, что рассказал тебе?
- Скажем так, мы никогда более не затрагивали эту тему, так что я не могу с уверенностью ответить на этот вопрос.
- А что насчет Гарри, Гермионы и Рона? Хочешь сказать, что смог относительно мирно проучиться с ними столько лет, после того, как они тебя чуть не убили?
- К Гермионе я никогда не испытывал негативных чувств. Я был сильно разочарован ее участием в этой затее, но не более. Что касается этих двоих: в своей жизни крайне отрицательного отношения с моей стороны были удостоены всего лишь четыре человека. Поттер и Уизли на тот момент моей жизни заняли почетные первые два места в этом коротком списке. Драко, в силу своей несдержанности и умения находить проблемы, маячил на границе этого списка. Правда, на тот момент это было всего лишь раздражение – ненависти не было и в помине.
- А кто четвертый?
- Волдеморт, разумеется. Но он всегда был вне моей категории, так что я никогда не имел возможности выразить свое недовольство. Темный Лорд доставил достаточно неприятностей моей семье, чтобы заслужить место в этом списке.
- А что с Малфоем?
- Мы еще доберемся до этого. Пока скажу лишь, что Драко не заслужил той фамилии, что сейчас носит. Мистер Малфой любил говорить, что истинный Малфой всегда ценит верность. По этому критерию Драко впоследствии пролетел полностью.
- Ну, хорошо, допустим, что с четвертым вопросом разобрались, - очередная галочка заняла свое место напротив текста вопроса. – Переходим к вопросу номер пять. Поглядим, как у тебя с праздничными датами.
***
Часть 2.
Ведущий закончил читать вопрос и заинтересовано посмотрел на задумавшегося участника.
- Грегори, вы хорошо знакомы с Солнечной системой?
- Планеты перечислить могу. С порядком несколько сложнее, сейчас буду вспоминать.
- Что ж, не буду вам мешать.
Грегори всеми силами пытался вспомнить любую из фраз для запоминания порядка планет, придуманных им в школе, но не мог. Первые четыре планеты не вызывали сомнений – Грегори был на сто процентов уверен в расположении Меркурий, Венера, Земля, Марс. Также он помнил, что Плутон был последним. С расположением остальных планет были проблемы. Отбросив наконец попытки вспомнить порядок при помощи мнемоники, молодой человек попробовал подойти к этому вопросу со стороны придуманного им стиха. Для начала необходимо было восстановить первые две строчки, включающие информацию как раз о первых четырех планетах. Перебрав все возможные варианты рифмования первых планет с числительными, Грегори вроде бы смог восстановить начало своего стихотворения:
Меркурий – раз, Венера – два-с,
Три – Земля, четыре – Марс.
Теперь требовалось в примерно аналогичном ритме составить продолжение. Из пяти оставшихся планет более-менее рифмовались лишь две: Сатурн и Нептун. Расположив их на концах следующих строк и дополнив образовавшиеся пробелы, Грегори смог закончить еще две строчки:
Пять – Юпитер, шесть – Сатурн,
Семь – Уран, восьмой – Нептун.
Последние две строки, целиком посвященные Плутону, никак не желали всплывать в голове, но это и не требовалось – в вопросе требовалось указать лишь пятую планету. Сомнения в правильности стихотворения по-прежнему возникали, так что маг решил попробовать по вычисленному порядку для подтверждения попробовать восстановить любую из мнемонических подсказок. К сожалению, участнику на руки не выдавались письменные принадлежности и бумага, так что порядок первых букв планет приходилось держать в голове. Тут некстати со своим напускным волнением влез ведущий:
- Грегори, как у вас продвигаются дела?
- Сузил до двух вариантов. Сейчас пытаюсь исключить последний.
- Не поделитесь с нами оставшимися вариантами?
- Не хотелось бы. Если я не справлюсь сам, то буду просить помощи у зала, и я не хотел бы, чтобы мое мнение вызвало у них сомнения в их решении.
- Что ж, весьма разумно. Не волнуйтесь, у вас есть время подумать.
Отбившись от приставучего шоумена, Грегори вернулся к своим размышлениям. Еще через полминуты Грегори добился прогресса, противоположному ситуации со стихом – теперь он смог восстановить последние пять слов: «юнец сказал ученикам названия планет». Подтвердив результат двумя способами, Грегори слегка расслабился. На удивление это помогло: в голове всплыло примерное содержание начало фразы для запоминания. Полностью удостоверившись в верности своего предположения, Грегори решился:
- Это Юпитер. Ответ С.
- Вы уверены, Грегори? Не желаете последовать своему первоначальному плану и все-таки поинтересоваться мнением аудитории?
- Думаю, что нет. Мне кажется, я все верно подсчитал. Так что это мой окончательный ответ.
- Что ж, это ваш выбор, - выбранный ответ на табло зажегся желтым цветом, который не спешил сменяться на зеленый, как было в прошлые разы. Грегори успел испугаться и мысленно еще прогнать восстановленный стих, когда ведущий, удовлетворившись мучениями участника дал отмашку, сменив цвет на зеленый:
- И это правильный ответ! Действительно, планеты в Солнечной системе расположены следующим образом: Меркурий, Венера, Земля и Марс являются планетами земной группы, за ними следуют так называемые газовые гиганты: Юпитер, Сатурн, Уран и Нептун. Замыкает же ряд планет Солнечной системы Плутон. Что же, Грегори, вы перешагнули через четвертый вопрос и добрались до первой несгораемой суммы. Итак, пятый вопрос и одна тысяча фунтов: «Какого числа отмечается День дурака?» Вариант А – первое марта. Вариант B – первое апреля. Вариант С – первое мая. И, наконец, вариант D – первое июня.
***
Часть 3.
Июль подходил к концу, приближая начало нового, третьего по счету учебного года. Семейство Гойлов не имело традиции отправлять на летние каникулы в какие-либо жаркие страны и отдыхать на морских побережьях. Основной причиной тому было состояние хозяйки дома – жаркие курорты быстро, но мучительно свели бы ее в могилу. Так что это лето, как и все предыдущие Грегори проводил дома. Благо, с появлением лаборатории ему всегда было чем заняться. Вот и сейчас юноша, отдыхая от приготовления различных зелий, тренировался в наложение заклинания консервации на флаконы с недавно сваренными микстурами. Этим чарам его научил профессор Снейп за несколько недель до окончания второго курса. Грегори заканчивал запечатывать последнюю партию, когда снаружи дома раздался негромкий хлопок, слышимый и на чердаке из-за открытого окна. Генри Гойл вернулся домой на удивление поздно – рабочий день в Министерстве должен был закончиться пару часов назад. Таким образом, глава семейства подоспел аккуратно к ужину.
Спрятав закупоренные флаконы в тайники, Грегори разбросал на столе неаккуратно порезанные ингредиенты, специально сделанные для этой цели, и разлил на полу лужу липкого древесного сока. Завершили инсталляцию второпях сожженные листья бразильской гевеи, подарившие помещению неприятный запах. Все эти приготовления были предназначены для поддержания легенды не слишком успешного ученика. Скинув фартук, мальчик спустился в столовую, где уже сидели его отец и мать. Вокруг них суетился Динки, расставляя принесенные с кухни только что приготовленные блюда на столе.
- Добрый вечер. Приятного аппетита.
- Спасибо, Грегори. Присоединишься к нам с мамой?
- Да, пожалуй. Ты сегодня что-то задержался.
- Министр провел внеочередное собрание с главами отделов, после чего те доносили информацию до нас. Все это сильно затянулось.
- Что-то случилось? – Маргарет включилась в беседу.
- Да, совершен побег из Азкабана. Аврорат поставили на уши, всех остальных впрягли за компанию. Министр считает, что сбежавший, Сириус Блэк, направится в Хогвартс, так что прикладывают все усилия, чтобы поймать его до начала учебного года.
- А кто это?
- Это крайне опасный преступник, сын. Он отсидел двенадцать лет за убийство тринадцати человек, но волшебному миру он известен как человек, сдавший Поттеров Темному Лорду. Поговаривают, что он был его правой рукой, однако я никогда не встречал Блэка на собраниях Пожирателей. Хотя, вполне возможно, он был тем таинственным магом, что порой появлялся на собраниях, но всегда закрывал лицо капюшоном. Как бы то ни было, он очень опасен. Министр считает, что его целью является Поттер. Ради его защиты и поимки Блэка Фадж провел консультации с комиссией по делам Азкабана о предоставлении отряда дементоров для патрулирования прилегающих к Хогвартсу территорий.
- Они с ума сошли? Дементоры у школы, полной детей?
- Не знаю, Маргарет. В Министерстве много недовольных таким раскладом, посмотрим, что выйдет в итоге, может и отклонят эту инициативу. А может, смогут поймать Блэка до первого сентября. Но в случае, если этого не случится, я хочу, чтобы ты, Грегори, уяснил самую важную вещь – от дементора не сбежать и тебе не одолеть его с помощью магии, так что, если ты столкнешься с дементором – беги. Если бежать некуда - падай на землю животом вниз, накрой сверху голову руками и громко кричи, зовя на помощь. Ни в коем случае дементор не должен иметь доступа к твоему лицу, ты меня понял?
- Да, папа. А почему?
- В этом мире нет ничего страшнее, чем быть поцелованным дементором. Такие люди лишаются своей души, хотя и остаются физически живыми, но это не жизнь в общепринятом смысле этого слова. Подобной судьбы я не пожелал бы даже своему врагу. Я искренне надеюсь, что ничего подобного не случится, но дементоры непредсказуемы, и я хочу, чтобы ты был готов ко всему.
- Я все понял.
- Очень на это надеюсь. Маргарет, из-за этого побега на нас свалилось море работы, нужно обеспечить всех оперативников набором аварийных порталов, так что ближайшие дни я буду приходить поздно. На этом давайте закончим о грустном и спокойно насладимся ужином. Приятного всем аппетита.
***
Конец каникул, как и всегда кажется учащимся, прошел слишком быстро. Последние две недели Грегори посвятил разбору документации, присланной ему профессором Снейпом. На листах пергамента был записан готовый рецепт какого-то зелья. Преподаватель предлагал подумать над свойствами этого состава, а также над способами оптимизации процесса приготовления и устранения ряда недостатков, таких как отвратительный запах во время приготовления и вкус итогового зелья. Из-за сложности приготовления вся работа свелась к теоретическим расчетам, так что в последние недели каникул мальчик не подходил к котлу, работая исключительно за столом. Результаты вышли не самыми хорошими: юноша имел по несколько предложений для улучшения вкуса и запаха, однако вопрос оптимизации процесса остался нерешенным. Казалось, что в присланном варианте все стадии итак были сокращены до минимально возможного. С назначением зелья все тоже обстояло не слишком гладко. Сочетание основных компонентов напоминало состав зелья Ясного ума, но доза ингредиентов была значительно выше, требуемой в сравниваемом составе. Можно было бы предположить, что это зелье предназначено для особо тяжелых пациентов больницы Святого Мунго, но в таком варианте данное зелья являлось настоящим ядом для человека: скорость метаболизма в теле человека не позволяла бы достаточно быстро вывести токсические компоненты раствора. Смущало также наличие аконита, выбивающегося из общей картины. Отбросив пока аконит до лучших времен, а точнее до приезда в Хогвартс, где можно будет подробнее изучить спектр его свойств, Грегори принялся думать, кому данная концентрация не могла причинить вред. Требовалось найти кого-либо, кто в силу каких-либо обстоятельств не был способен мыслить ясно на все сто процентов. Отбросив большинство крупных волшебных существ в силу их изначальной неспособности быть гигантами мысли, Грегори сделал шаг в сторону и в своих рассуждениях наткнулся на анимагов. Подтверждение этой гипотезы вновь требовало доступа к школьной библиотеке – в доме точно не было книги, посвященной этой отрасли трансфигурации.
Таким образом, с приличным багажом планов Грегори Гойл отправлялся в школу чародейства и волшебства «Хогвартс» для обучения на третьем по счету курсе. Во время поездки в Хогвартс-экспрессе Драко в очередной раз совершил традиционный визит к Поттеру, правда, основная порция подготовленной заранее желчи была вылита на младшего Уизли. Выступление оказалось смазано наличием в купе спящего преподавателя, так что слизеринцы почти сразу были вынуждены отступить на свои позиции. Выйдя из купе, Драко некоторое время разглагольствовал на тему внешнего вида профессора, но Грегори его не слушал, а просто смотрел в окно: на улице шел сильный ливень, поезд окружило облако тумана. Состав ехал уже шесть часов, так что на улице постепенно начало темнеть, в связи с чем машинист зажег искусственное освещение во всех вагонах. По опыту путешествий на Хогвартс-экспрессе Грегори знал, что оставалось ехать примерно сорок минут. Стоило слизеринцу провести в уме эти нехитрые подсчеты, как поезд начал замедлять ход и через минуту плавного снижения скорости дернулся и остановился. Из всех купе начали выглядывать заинтересованные ученики, а троица слизеринцев так и продолжала стоять в коридоре. Внезапно погасли все лампы, и поезд погрузился во тьму. Вытащив палочку и наколдовав Lumos, Грегори начал подталкивать Драко в сторону их купе. Нехорошие предчувствия тревожили новоиспеченного третьекурсника, так что он поспешил убраться в родное купе. Сквозь запотевшие стекла юноша видел, как какие-то силуэты садятся в вагоны. Направив палочку на дальний конец коридора, Грегори увидел забравшегося в вагон гостя – одетое в рваный балахон существо висело в полуметре над полом. Лицо было надежно скрыто под капюшоном, однако из-под плаща торчали отвратительно выглядящие руки пришельца. Сложив два и два, мальчик понял, кто именно забрался на поезд. Затолкнув Драко с Винсентом в ближайшие купе, Грегори попытался заскочить вслед за ними, однако дементор быстро ликвидировал приличное расстояние и помешал слизеринцу спрятаться за дверью. Помня наставления отца, мальчик рухнул на пол лицом вниз и плотно обхватил сверху голову руками. Температура в вагоне резко упала: но, помимо дискомфорта от нахождения на ледяном полу, мальчик ощущал, как мороз пробирался и внутрь его. Грудь резко сдавило, юноша с трудом мог вздохнуть. Спиной он чувствовал, как дементор по-прежнему нависает над ним. Звуки резко утихли, будто бы кто-то прокрутил ручку громкости в крайнее левое положение. На фоне этой тишины крики, раздавшиеся в голове мальчика, звучали еще громче. В памяти резко всплыла картина из прошлого: лежащая в позе эмбриона на полу в прихожей мать, схватившаяся за живот и кричащая, без слов, на одном хриплом звуке, заставляющем стынуть кровь в жилах.
Видение пропало так же резко, как и началось. В коридоре подул теплый ветер, но юноша продолжал лежать лицом в пол, опасаясь подвоха.
- Можешь вставать, теперь тут безопасно, - подняв голову, Грегори увидел того самого профессора, что спал в купе гриффиндорцев.
- Он не вернется?
- В поезд? Нет. Но эти создания будут охранять Хогвартс, так что следует осторожнее гулять по его территории. Как себя чувствуешь?
- Не очень, сэр, - сердце и впрямь выдавало бешеный ритм.
Но эта встреча служила отличным напоминанием – после того случая мама всегда успевала вовремя принять обезболивающее, так что Грегори стал забывать степень боли, испытываемого мамой. Воспоминания, вытащенные дементором на поверхность, не давали забыть о ситуации и заставляли не расслабляться.
- Вот, держи, скушай сейчас, это поможет поскорее прийти в норму, - профессор протянул сидящему на полу мальчику кусочек, отломанный от плитки шоколада, которую мужчина держал в руках.
- Спасибо, сэр.
Попрощавшись, взрослый маг направился в голову состава, попутно заглядывая во все купе, по необходимости помогая напуганным детям. В вагонах вновь загорелся свет, и из соседнего купе высунулась голова Винса.
- Грег, все кончилось?
- Да, Винс, все в порядке, можешь отвести Драко обратно. Я еще немного посижу тут.
Глядя в спину удаляющимся друзьям, юноша посмотрел на свои руки, где в слабо подрагивающих ладонях лежал кусочек шоколада. После нашествия дементором температура в вагоне еще полностью не восстановилась, так что, несмотря на контакт с кожей, шоколад все еще не растаял. Грегори быстро запихнул угощение в рот и принялся жевать. Ледяной обруч, сдавливающий грудь, будто слегка ослабел, но не исчез полностью. Из купе, куда слизеринец затолкнул друзей, в очередной раз высунулась чья-то голова.
- Ба, смотри братец, это же наш крысиный знакомый.
- А чего ты сидишь на полу…
- … и руки дрожат?
- Познакомился с дементором. Ближе, чем хотелось бы.
- О, так это ты впихнул Малфоя к нам? Жалкое зрелище было…
- …и это при том, что дементор к нам не успел заглянуть.
- Спасибо тебе, я так понимаю, он отвлекся на тебя…
- …держи, тебе явно нужнее. Мы благодарны, - Фред и Джордж кинули свои порции лекарства от профессора Люпина в руки слизеринцу.
- Спасибо, - буркнул Грегори, запихивая кусочки шоколада в рот. – Надеюсь, у нас не будет больше подобных совместных приключений на поезде.
Испытав некоторые трудности при подъеме, слизеринец нетвердой походкой направился в сторону своего купе.
***
Третий курс отличался от первых двух наличием дополнительных предметов. В прошлом году Грегори остановил свой выбор на двух самых простых для изучения предметах: прорицаниях и уходе за магическими существами. Не случись в жизни юноши того падения, прорицания почти наверняка были бы заменены на нумерологию, имеющего очень много с маггловской математикой, к которой Грегори не испытывал негативных чувств. Однако теперь обучение этому предмету выглядело весьма странно в контексте его легенды, так что слизеринец остановил свой выбор на прорицаниях – предмете, который большинство старшекурсников считало самым простым для сдачи на экзамене.
Первый же урок прорицаний оставил смешанные чувства: с одной стороны находиться в одной комнате с сумасшедшей было, мягко говоря, странно, аромат, царящий в комнате, мешал трезво мыслить и после урока оставлял за собой легкую головную боль. С другой стороны, Грегори получил то, что и желал – предмет, не обремененный теорией, успех в котором целиком и полностью зависел от способностей к сочинительству. МакГонагалл, составляющая расписание, продолжала издеваться над слизеринцами – дообеденное расписание на понедельник включало в себя травологию, прорицания и уход за магическими существами, что подразумевало преодоление максимальных расстояний между местами проведения этих уроков в краткие сроки перемен.
Назначение Хагрида на должность преподавателя вызвало небольшие волнения в Слизерине. Старшие курсы недоумевали, почему на эту должность не пригласили профессора Граббли-Дерг, подменявшую в последнее время часто болеющего профессора Кеттлберна. Младшие же курсы, не знакомые с этими преподавателями отталкивались от личных качеств новоиспеченного профессора: способность Хагрида внятно объяснять материал на протяжении всего урока вызывала у всех большие сомнения. Подлила масло в огонь и рекомендованный учебник – с «Чудовищной книгой о чудищах» все познакомились на личном опыте. И хотя Грегори не испытывал к этому учебному пособию ненависти или страха, наоборот, побороться с книгой было весьма забавно, но все же он не видел в Рубеусе Хагриде достойного педагога.
Этот предмет, как и зелья, слизеринцы изучали в компании сверстников с Гриффиндора, которые всем курсом опаздывали к началу занятия. Новоиспеченный преподаватель стоял перед дверью своей хижины, ожидая второю половину учащихся. Когда гриффиндорцы наконец достигли цели, Хагрид повел всех вдоль опушки Запретного леса до огромного загона, огороженного деревянной оградой. Загон пока что пустовал или же был наполнен невидимыми существами. Студенты расположились по его периметру и приготовились слушать преподавателя. Просьба открыть учебники вызвала волну недоумения среди третьекурсников. Грегори не спешил хвастаться послушанием своего экземпляра – тот неоднократно проиграл в честной борьбе, после чего признал главенство юноши и более не пытался навредить ему и его вещам. Остальные не могли похвастаться подобным взаимопониманием с книгой – студенты использовали различной формы ограничители, чтобы сдержать воинственный настрой учебника: особой популярность пользовались ремни и веревки. Оказалось, книга активно поддавалась методу чистого пряника, но Грегори устраивал и его кнут в роли воспитателя. Оставив студентов наедине с млеющими от прикосновений книгами, Хагрид ушел вглубь леса за наглядным учебным пособием. Через минуту он вернулся, ведя перед собой дюжину непонятных существ: в них сочетались туловище, задние ноги и хвост от коня и передние лапы, крылья и голова от гигантского орла. Проще говоря, это был летающий конь с головой орла, у которого передние лапы имели огромные когти, по ощущениям способные создать гипотетическому противнику серьезные проблемы. На шеях существ располагались мощные кожаные ошейники. В качестве поводков выступали длинные стальные цепи, крепко удерживаемые в огромные руках лесничего.
- Знакомьтесь! Гиппогрифы! – восторженно махал рукой Хагрид. – Красавцы, а!
Вопреки распространенному мнению, зельевары способны ценить в необычных животных красоту, а не смотреть на них, как на хранилище ценных ингредиентов. К счастью для гиппогрифов, в зельеварение нашлось применение только для их перьев, так что животные не страдали от незаконного преследования жадными браконьерами. Вот и Грегори с восхищением смотрел на воплощение изящности и опасности в животном мире. Драко что-то начал активно шептать на ухо, но Грегори не мог оторвать взора от великолепных созданий. За всем этим он упустил, каким образом Поттер оказался внутри загона, однако внимательно следил за поведением животного, а чуть позже – с оттенком зависти на полет гриффиндорца. Когда осмелевшие после демонстрации ученики направились в загон, Грегори направился к понравившемуся ему животному, однако был остановлен Драко, спешившему к только что летавшему гиппогрифу. В итоге слизеринец был вынужден присматривать за Драко, однако в полглаза поглядывал за Парвати Патил, пытающейся наладить контакт с его фаворитом. Эта расфокусированность и стала причиной того, что он не успел вовремя заметить опасность. Однако он все еще мог вытащить Драко из-под удара, но, как и Кребб, заворожено следил за блеском на острых когтях гиппогрифа, не пытаясь помешать тому причинить вред Малфою. Один миг – и Драко упал на траву, схватившись за руку и что-то истошно вопя. Очнувшись от наваждения, Грегори и Винсент заслонили Драко от взбешенного животного, однако это уже и не требовалось – Хагрид достаточно оперативно вернул ошейник обратно на шею животному, после чего оттащил того к краю загону. Крепко привязав брыкающееся существо к ограде, Хагрид рванул к раненому ученику, поднял того на руки и помчался в сторону замка для оказания пострадавшему медицинской помощи.
Возвращаясь в замок, оба друга почувствовали, как что-то сильно сдавливает их головы, заставляя испытывать невыносимую боль. Испугавшись очередного покушения, Грегори успел сообщить о случившемся однокурсникам и попросить позвать декана, прежде чем упасть без чувств на каменный пол.
Очнулся слизеринец в своей комнате. На соседней кровати мирно посапывал лучший друг. Оценив обстановку, юноша попытался встать, полагая, что раз он не в Больничном крыле, значит, профессор Снейп благополучно справился с их излечением. Но острый укол боли в области виска при попытке принять вертикальное положение опроверг его гипотезу. Вероятно, его пробуждение потревожило какие-то охранные чары, из-за чего через пару минут в комнату заглянул декан Слизерина.
- Доброе утро, Грегори.
- Здравствуйте, сэр. Уже утро?
- Да, вы в очередной раз проспали почти шестнадцать часов. На этот раз, правда, одна гриффиндорка абсолютно не причем.
- Вы нашли того, кто нас отравил?
- Вас не отравили, Грегори. Вы с Винсентом испытываете классические признаки так называемого отката. Сперва я не мог понять, в чем дело, однако побывавший в школе Люциус Малфой пролил свет на причины вашего недомогания. Исходя из текста вашей клятвы, смею предположить, что вы имели возможность предотвратить инцидент на уроке ухода за магическими существами. Как бы то ни было, исходя из состояния Драко, думаю, что вы проведете в постели еще несколько дней.
- А почему мы не в больничном крыле?
- Вам не требуется лечение. Откат невозможно смягчить никакими средствами, он зависит лишь от тяжести нарушения условий клятвы. В вашем случае он напрямую зависит лишь от двух факторов: состояния подопечного и вашей возможности это предотвратить. От мелких ранений Драко вы будете испытывать лишь легкое недомогание, в таких случаях, как сейчас – проведете в кровати от пары дней до недели. К тому же, я не посчитал необходимым вводить руководство школы в курс ваших с Драко взаимоотношений. А без этого ваше с Винсентом пребывание в больничном крыле вызывало бы много вопросов.
- С Драко все будет в порядке? Мистер Малфой на нас не сильно сердился?
- Через пару дней его выпишут из больничного крыла. Отпустили бы раньше, но гиппогриф зацепил крупный нерв, их восстановление - весьма муторное дело. Что касается Люциуса, то он рвал и метал, но вас это не касалось. Он грозился судом Дамблдору, Хагриду и самому гиппогрифу. Зная Люциуса, я бы сказал, что он это так не оставит, но до вас ему сейчас нет дела, так что можешь расслабиться. Ладно, ложись, этот период лучше просто проспать. Если проснешься одновременно с Винсентом – объясни ему что к чему, я могу быть занят.
***
Как декан и предсказывал, друзья смогли покинуть свои кровати через пару дней, полностью избавившись от последствий отката. Как итог они пропустили ряд занятий, наиболее обсуждаемым из которых было первый практический урок по защите от темных сил. Студенты долго смеялись над способами унижения боггарта, но для Грегори интерес представлял непосредственно сам призрак. Самостоятельно искать встречи с непонятным созданием слизеринцу не хотелось, так что он все-таки решился на отчаянный жест: задержавшись после зельеварения, Грегори аккуратно попросил об услуге профессора Снейпа, в списке ненависти которого боггарты сейчас занимали почетное третье место, аккуратно после профессора Люпина и Невилла Лонгботтома. Уверив декана в отсутствие каких-либо скрытых намеков и сарказма, а также в искреннем желании быть подготовленным к столкновению со столь непредсказуемым противником, Грегори на удивление легко и без негатива получил согласие от преподавателя.
Путь до учительской был проделан в полной тишине, все встречающиеся по дороге студенты, видя зельевара, спешили резко изменить курс следования во избежание столкновения с профессором, который вот уже на протяжение двух дней будто сорвался с цепи. Лонгботтом, на краткий срок ставший объектом восхищения, очень скоро познал на себе непостоянство общественного мнения – студенты быстро сообразили, кто виноват в еще большем ухудшении настроения зельевара. Запечатав дверь кабинета, профессор Снейп махнул рукой на старинный шкаф, стоящий в углу обширного помещения.
- Он там, скажешь, когда будешь готов. Заклинание разучил?
- Да, сэр. Я готов, чего тянуть, я догадываюсь, во что превратится боггарт, просто хочется проверить.
- Не будь так уверен, Грегори. Боггарты очень непредсказуемы – если бы они действительно превращались в то, чего человек больше всего боится, то в девяноста процентах случаев они становились бы трупами волшебников. Люди, как правило, очень боятся своей смерти, в крайнем случае, смерти своих любимых и близких. Однако, как правило, боггарт не погружается так глубоко в сознание, он просто находит наиболее яркий, эмоционально окрашенный страх. На самом деле, это даже не всегда страшно в прямом смысле этого слова. Впрочем, ты прав, чего тянуть, сейчас и узнаем.
Зельевар достал палочку и, нацелив ее на шкаф, прошептал какое-то заклинание. Из палочки вырвался бирюзовый луч, который попал в ручку двери, отчего та повернулась на девяносто градусов, открывая створки. Из шкафа вышел Грегори Гойл и медленно двинулся к своему оригиналу. Снейп с интересом наблюдал за разворачивающейся картиной. Два юноши стояли друг напротив друга, не совершая никаких действий: настоящий волшебник не ожидал такого исхода. Мысли о том, чтобы превратить себя в посмешище не возникало – голова была забита размышлениями, почему он боится сам себя. Боггарт же с интересом наблюдал за размышляющим студентом. Изучив его, как следует, существо, не торопясь, закатало правый рукав своей мантии, явив на свет уродливую татуировку на правом предплечье, хорошую знакомую всем присутствующим в комнате.
- Сэр, вы не могли бы избавиться от боггарта, я сейчас вряд ли смогу превратить своего двойника в клоуна.
Повернувшись к шкафу спиной, Грегори дошел до ближайшего стула и, разместившись на нем, задумался. Желания подсмотреть боггарта декана не было и в помине. Тот же, быстро расправившись с существом и загнав его обратно в шкаф, сел за противоположным концом стола.
- Хочешь об этом поговорить?
- Не особо, сэр. Я не думал об этом, как о страхе, скорее, как о нежелательном повороте событий.
- Метка выглядит весьма достоверной.
- Много раз видел у отца. Не самый таинственный объект, его и в книгах по истории рисовали. Но все это не то, чего я ожидал. Я думал боггарт – как будто младший брат дементора.
- Ты с ними взаимодействовал?
- В поезде столкнулся, когда ехал сюда. Они его зачем-то остановили. Наверное, искали Блэка.
- И какую сцену увидел? Если не хочешь – не отвечай, это достаточно личная информация.
- Вспомнил тот день, когда впервые узнал, что мама больна. Она тогда не приняла лекарство вовремя, а отца не было дома.
- Сколько тебе тогда было?
- Шесть лет. Прошло достаточно много времени, кое-что забылось, так что дементор напомнил мне, ради чего я стараюсь. Это был весьма полезный опыт, хотя и крайне неприятный.
- Кстати, об этом. В этом году мы будем меньше заниматься. Директор завалил меня работой. Помнишь то зелье, материалы по которому я тебе прислал? Вот его мне надо будет регулярно варить. Сам понимаешь, это займет достаточно много времени. Ты, кстати, выяснил от чего оно?
- Я решил вопросы с запахом и вкусом, могу сегодня занести вам записи. Что касается назначения, то у меня есть одно предположение, но я планировал заглянуть в библиотеку, чтобы кое-что проверить.
- Можешь говорить свою версию, я отвечу, там ли ты ищешь.
- Мне кажется, это зелье позволяет анимагу мыслить абсолютно по-человечески, так сказать, то есть безо всяких примесей от животного в виде рефлексов и моделей поведения. Ну, или это просто серьезно недоработанное зелье для лечения тяжелобольных пациентов с психическими нарушениями.
- Первый вариант весьма близок к цели, но не точен.
- Вы дадите мне ответ?
- Пока что не могу, я связан клятвой. Придется подождать до конца учебного года. Что касается наших занятий, могу предложить тебе проработать далее зелья четвертого курса по стандартной схеме или заняться каким-то своим проектом, по желанию. Но это уже на твое усмотрение. Увы, как я уже сказал, в этом году я буду сильно загружен.
Выпроводив Грегори из учительской и закрыв ее на набор стандартных чар, декан Слизерина отправился по своим делам.
 
МогуДата: Понедельник, 05.09.2016, 19:22 | Сообщение # 13
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
Наступила зима, принеся с собой помимо морозов еще и унылое настроение. Грегори банально не знал, чем себя занять – сентябрь был потрачен на привыкание к новому графику, октябрь и ноябрь – на теоретическую модификацию рецептов зелий четвертого курса. В поисках вдохновения для нового проекта слизеринец забрел в библиотеку – не самое типичное для него место: литературу по зельям он брал в кабинете декана, по остальным предметам старался обходиться лишь рекомендованным учебником.
Захватив пособие по колдомедицине для начинающих, Грегори направился в один из дальних углов библиотеки, во избежание любопытных взглядов. Юноша, не торопясь, листал книжку в ожидании вдохновения и потрясающих идей для проекта, когда услышал шум в соседней секции, отделенной от него лишь одним деревянным стендом. Занявшие отсек студенты бросили антиподслушивающее заклинание в сторону помещения библиотеки, однако не учли, что за их спинами мог кто-то находиться – таким образом, Грегори слышал каждое слово.
- Фред, надо что-то с этим делать. Мы застряли с этим зельем.
- Значит надо выбираться. У нас не так много вариантов: можем отложить этот проект в дальний ящик и заняться чем-то более связанным с чарами и трансфигурацией, нежели с зельями, а можем попробовать привлечь Майкла. Он в отлично шарит в зельях, но в темную его использовать не получится – как только мы закончим работу, он поймет, куда ушли его советы.
- Боишься, что может настучать МакГонагалл?
- Он может. Помнишь второй курс?
- Такое не забывается. Но он один из немногих на Гриффиндоре, кто может нам помочь. Уж не к Гермионе же обращаться. Так она еще мала, не факт, что разберется. А если разберется – так на мозги начнет капать.
- Это точно. Ну что, тогда пока закрываем проект? До тех пор, пока не поймем, как нейтрализовать реакцию цветков асфодели с луговым сердечником. Без этого мы не добьемся пролонгированного эффекта при отложенном времени действия зелья.
- Решено. Значит, пока что займемся шуточными палочками, думаю, мы сможем реализовать их на чемпионате мира в достаточном количестве. Отец обещал достать хоть какие-нибудь билеты, так что мы едем. Вот, кстати, смотри, я тут набросал одну схемку, что думаешь.
На минуту за стенкой воцарилась тишина, сопровождаемая лишь шорохом бумаги. Грегори, стараясь не шуметь быстро записал себе на пергамент зельедельческую проблему близнецов, планируя подумать над ней в свободное время, после чего прильнул обратно к стеллажу, стараясь не пропустить ничего важного.
- Ого, это подслушка?
- Она самая, правда это будет весьма непросто, столько фильтрующих и защитных заклинаний на одном объекте может и не зафиксироваться. Надо тестировать наиболее магически активные составы. Но идея хороша, на каникулах займемся, надо будет сперва хотя бы оценить фронт работ.
- Ладно, пошли, у нас МакГонагалл через семь минут, лучше не опаздывать.
***
На каникулах Грегори попросил отца наложить Протеевы чары на два листа пергамента. Так что в школу юноша вернулся обладателем волшебного аналога чата. Трудности близнецов были решены достаточно быстро, теперь Грегори размышлял над способом передать его близнецам, сохраняя свое инкогнито: в связи с отсутствием занятий с профессором Снейпом слизеринец был не против порешать задачки, связанные с зельеварением, практикуясь, таким образом, в условиях не совсем стандартного применения зелий. Отдельным поводом для данного мероприятия служили деньги – исходя из подслушанного разговора, близнецы серьезно намерены заниматься предпринимательством, используя школу, как некий полигон для тестирования изделий и мониторинга потребностей. Возможность получить хотя бы небольшой, но все же доход не могла не интересовать слизеринца.
По приезду в школу Грегори запрятал один из пергаментов в небольшой тайник на втором этаже, обнаруженный им в начале второго курса. Теперь оставалась самая трудная часть – подкинуть близнецам записку о месторасположении, оставив свою личность в тайне. Не желая рисковать и подбрасывать ее в толпе, юноша решил воспользоваться помощью школьных сов. Влетевшая за ужином в Большой зал птица была единственным нарушителем спокойствия, так что, разумеется, привлекла к себе больше внимания, чем Грегори ожидал. Увидев, что они итак оказались объектом для пристального изучения со стороны большинства студентов и преподавателей, близнецы, не боясь привлечь еще больше взглядов, спокойно встали и покинули Большой зал. Ученики быстро позабыли про этот эпизод и вернулись к обсуждению проведенных каникул.
Близнецы же, следуя тщательно написанным инструкциям, смогли найти неизвестный им ранее тайник и извлечь из него пустой пергамент. Судя по полученной записке его следовало активировать в девять часов вечера при помощи пароля «сотрудничество». Проверив пергамент всевозможными чарами и не найдя ничего опасного, забрали его с собой и направились в свою комнату. До девяти часов оставалось еще около часа, но братья всегда знали, чем себя занять – в спальне их ждали прототипы по трем различным проектам.
***
В назначенный час Грегори занял укромное место в одном из всегда пустующих учебных помещений в подземельях. До отбоя оставался час, и слизеринец надеялся, что за это время сможет завершить свой диалог с близнецами.
Сняв защиту с пергамента, юноша раскатал его на парте и увидел, что близнецы уже оставили на своем экземпляре пергамента осторожное приветствие.
- Добрый вечер, Фред и Джордж. Вероятно, вас интересует, зачем я затеял все это.
- Не только это. Нас интересует кто это. Видишь ли, в нашей семье уже имеется опыт общения при помощи зачарованных предметов и в прошлый раз все закончилось весьма печально.
- К сожалению, я не горю желанием открывать вам свою личность. Но зато могу решить одну вашу проблему.
- Какую?
- В начале декабря, находясь в библиотеке, вы обсуждали возникшие проблемы с зельями. Я могу помочь вам их решить.
- В чем подвох?
- Скажем так, мне интересно решать оригинальные задачи по зельям, можете считать, что я таким образом самосовершенствуюсь. Не буду скрывать, тот факт, что вы собираетесь в дальнейшем работать в промышленных масштабах, меня весьма интересует. Думаю, не будет наглостью за мои труды попросить скромный процент от ваших доходов, в случае, разумеется, если вы сочтете мою помощь необходимой и достаточно квалифицированной.
- И какие обязательства на нас накладывает согласие?
- Пока мы будем работать на условиях устной договоренности? За исключением отсутствия попыток выяснить мои имя и фамилию - никаких. Когда вы начнете творить с прицелом на будущее, я попрошу подписать стандартный трудовой контракт, если мы все останемся довольны первым этапом сотрудничества.
- В целом, нас это устраивает. Итак, мы готовы слушать твои предложения.
- Если я верно успел записать вашу проблему, то вам надо было совместить в зелье два эффекта, а именно увеличенную длительность и отложенное время начала действия.
- Да, все так.
- Ну, тогда надо просто заменить цветки асфоделя на цветки боярышника, которые не способны провзаимодействовать с луговым сердечником. С остальными же компонентами реакция боярышника аналогична исходной, правда, слабее. Я сделал кое-какие подсчеты, и вышло, что требуется на семьдесят процентов больший объем сырья, нежели требовался в оригинальном рецепте. Для точного расчета мне нужно увидеть первый вариант рецепта, тогда смогу предоставить вам полноценный расчет, заодно проверю его верность. Ведь, как я понял из разговора в библиотеке, зельеварение – далеко не ваш конек.
- Как нам передать рецепт?
- Будет лучше просто переписать его на пергамент. Как я уже неоднократно говорил, я ценю свою приватность, так что этот способ для меня наиболее предпочтителен. В некоторых случаях, когда пергамент будет не способен выполнить свою функцию, придется воспользоваться тайником. Думаю, что на этом мы сегодня закончим, буду ждать вашего рецепта. Надеюсь, сегодня мы заложили надежный фундамент будущего сотрудничества. Спокойной ночи.
- Спокойной, таинственный компаньон. Сейчас отыщем наши записи и перепишем. Будем ждать ответа.

***
Недели сменяли друг друга, но в школьной жизни не происходило ничего значимого. Сотрудничество с близнецами, успешно продолжающее в течение трех месяцев, немного скрашивало монотонную учебу, однако слизеринцу отчаянно не хватало привычных занятий со своим деканом. На исследовательском фронте все шло неплохо – на основании работы с близнецами Грегори написал уже три статьи, посвященные различным модификациям зелий. С братьями он договорился о заключение небольшого договора, суть которого сводилась к следующему: слизеринец владел всеми правами на зелье, но гарантировал близнецам бессрочное разрешение на использование этих составов в своей продукции.
Статьи прошли через редактуру профессора Снейпа, уделившего пару дней на вычитывание материала и его проверку, выдержали проверку редколлегией журнала и теперь ждали своей очереди на публикацию. На счет декана уже пришел аванс, который он передал своему ученику. Тот пытался отдать часть учителю, но тот пошел в отказ, утверждая, что не принимал участия в исследованиях, а только проверил итог работы. В результате весьма круглая сумма была отложена в специальный фонд на дальнейшие нужды.
Наступил последний день очередной рабочей недели – Грегори поднялся в половину восьмого утра, умылся и принялся собирать свою сумку принадлежностями и учебниками, необходимыми по пятницам, когда увидел новую запись на связном пергаменте:
- Доброе утро, компаньон. Хотели первыми поздравить тебя с великим праздником.
- И вам здравствуйте. Это еще каким?
- Ну ты даешь, его даже магглы отмечают.
- Что-то не припоминаю. Может, просто плохо с утра соображаю?
- Что же, позволь просвятить тебя, о наш таинственный зельевар. Сегодня великий день, ведь ровно шестнадцать лет назад два величайших ума современности в лице твоих друзей по переписке появились на свет, чтобы сеять веселье и причинять радость.
- О, у вас День рождения? Поздравляю, я, правда, без подарка. А почему магглы отмечают ваш день рождения?
- Мы прощаем тебе твое незнание, но в качестве отработки вечером подкинем несколько задачек. Что касается магглов, то сегодня во многих странах отмечается День дурака, когда весь мир старается подшутить над ближним своим.
- У природы есть чувство юмора, не находите?
- Знаешь, внимательно послушав байки тех, кто ходит на предсказания, мы решили, что это мы выросли такими, потому что родились в этот день, а не наоборот. Впрочем, это все философская ерунда, вернемся к более земным вопросам: в честь праздника мы открываем марафон юмора, так что, если нет желания стать дегустатором пробных версий наших новых приколов, советуем воздержаться от посещения шестого этажа и активного потребления пищи во время обеда. Так, бесплатный дружеский совет.
- Спасибо, я учту. На следующий ваш день рождения обещаю исправиться и подарить вам два подарка.
- Договорились. Смотри, не забудь, ведь мы будем помнить.

***
- Ты уже догадался, Грегори, в чем именно заключалась ошибочность твоего предположения? - поинтересовался профессор Снейп, глядя на сидящего за первой партой ученика.
- В свете последних событий это было не трудно, сэр. Не анимаги, а оборотни. Что весьма логично, если учесть, что аконит и волчья ягода – это одно и то же растение.
- Не расстраивайся. Тот факт, что ты распознал суть зелья, делает тебе чести. Если тебя утешит, могу сказать, что твоя вторая версия заставила меня серьезно задуматься. Если как следует поработать, это действительно может стать неплохой стартовой площадкой для лечения пациентов с тяжелыми психическими отклонениями. Но это будет долгая работа, требующая филигранной точности – мозг не терпит небрежности, ошибка в расчетах может привести к фатальным последствиям.
- Я знаю, сэр.
- Не переживай, я не откладываю работу над зельем для твоей мамы. Я стараюсь, и вроде даже есть прогресс, но я как будто бегу марафон, передвигаясь на четвереньках – вроде и есть продвижение вперед, но до финиша еще слишком далеко. Думаю, через пару лет я смогу полноценно подключить тебя к этому исследованию. Впрочем, не будем забегать далеко вперед – тебе следует поспешить, если ты еще не собрался, поезд отходит через сорок минут.


Сообщение отредактировал Могу - Среда, 07.09.2016, 21:40
 
Al123potДата: Среда, 07.09.2016, 05:10 | Сообщение # 14
Черный дракон
Сообщений: 2773
« 698 »
Могу, очень интересный взгляд на канон, хотелось бы дальше почитать про Грегори.


"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
МогуДата: Четверг, 08.09.2016, 19:59 | Сообщение # 15
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Цитата Al123pot ()
Могу, очень интересный взгляд на канон, хотелось бы дальше почитать про Грегори.

Спасибо, что остаетесь с Грегори, он постарается не подкачать.
 
МогуДата: Четверг, 08.09.2016, 20:00 | Сообщение # 16
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 6. £ 2000
Часть 1.
- То есть ты был консультантом близнецов в области зельеварения?
- Поначалу можно выразиться и так, хотя мне ближе «партнер, специализирующийся на зельях». Позже стал не только консультантом, но до этого мы вот-вот дойдем.
- Ладно, Мерлин со всем этим, меня больше интересует вот что: когда брат летом перед моим поступлением в школу рассказывал про квиддич, он упомянул ваше трюкачество в костюмах дементоров. Ты же благополучно обошел этот момент стороной, получается, я слышу знатно приукрашенную версию?
- Разумеется, я рассказываю не все – это бы заняло слишком много времени. Что-то я просто не помню, что-то не играет особой роли в повествовании. Но раз уж ты поднял тему той ситуации, мне есть, что на это ответить. Не вижу смысла отпираться, что меня втянули в эту авантюру Малфой или Флинт – я действительно не испытываю ни малейших угрызений совести из-за того случая. Как я уже говорил, я никогда не был против по мелочам подгадить Поттеру или младшему Уизли. Но знаешь что? За тот случай с нас сняли приличное число баллов, что в дальнейшем не позволило Слизерину выиграть Кубок школы в том году. Но буквально через неделю Поттер при помощи своей волшебной мантии напал на нас и испортил выходной в Хогсмиде, хотя насколько я знаю, он даже не имел разрешения на его посещение – как итог профессор Люпин отмазал его от нашего декана и Гриффиндор не потерял ни одного балла. Не находишь тут двойных стандартов? Хотя какие, к черту, двойные стандарты, это абсолютно не равнозначные ситуации. Видишь ли, когда четыре слизеринца оказывают психологическое воздействие на игрока команды соперников, не нарушая при этом ни единого школьного правила – это карается снятием, если мне не изменяет память, пятидесяти очков и месяцем отработок. Но все в порядке, это же слизеринцы, чего еще ожидать от этих злодеев. Но когда один отважный гриффиндорец доблестно побеждает троих слизеринцев, пользуясь возможностями своей мантии-невидимки, при этом нарушив, как минимум, одно из старейших правил Хогвартса, попутно наплевав на все меры защиты, ради его же безопасности и установленные – это нормально, так этим недостойным слизеринцам и надо, пусть знают свое место и не высовываются.
- Я не это имел в виду.
- Ну уж нет, хотел всю правду-матку, держи, мне не жалко. Могу рассказать тебе про храбрую гриффиндорскую девочку, тут уж без всякого сарказма, но все же, которая вступилась за своего огромного друга, ударив нехорошо отозвавшегося о том слизеринского мальчика, имеющего достаточно обоснованные претензии к этому самому другу девочки. Тогда, кстати, нас с Винсом второй раз за год накрыло, разумеется, не так сильно, как в случае с гиппогрифом, но все же, важен сам факт. Но это все ерунда, кого волнуют драки в школе, наглый слизеринец получил по заслугам. Или вот еще, великий Гарри Поттер так хотел послушать рассказы старых друзей его отца, что не постеснялся при помощи друзей, как следует приложить школьного профессора. Но ведь нападение на преподавателя – такая мелочь, за что тут снимать баллы и ставить вопрос об отчислении? Так, что же там еще было? Ах, как можно забыть потрясающий побег гиппогрифа с его собственной казни. Ну, кого волнуют постановления суда, ведь главное, чтобы огромный друг не плакал. Не удивлюсь, если троица приложила усилия и к побегу самого Блэка. И это мы сейчас говорим про самый безобидный год. Все еще действительно хочешь, чтобы я рассказывал все?
- Я понял, не стоит. Ладно, дату рождения близнецов я чуть позже проверю, пока что будем считать, что с этим вопросом разобрались, - очередная галочка заняла свое место напротив пройденного вопроса. Как говорят магглы, едем дальше…
***
Часть 2.
- Вы когда-нибудь праздновали День дурака, Грегори?
- Непосредственно этот праздник – нет. Но так сложилось, что в этот день родились два моих весьма хороших знакомых. Их день рождения я, разумеется, отмечал.
- Сразу оба в один день?
- Именно так. Они были близнецами.
- Почему были?
- Один из них погиб при весьма печальных обстоятельствах пять лет назад.
- Очень жаль это слышать, Грегори. Таким образом, вы знаете ответ на этот вопрос?
- Да, это первое апреля. Вариант В.
На этот раз режиссеры не стали тянуть – желтый цвет на экране почти мгновенно сменился зеленым, символизируя правильный ответ.
- И это абсолютно верно! Поздравляю, Грегори, вы покорили первую из трех важных вершин в нашей игре. Теперь вы точно не покинете игровое кресло без пенни в кармане. Итак, пять вопросов позади, все подсказки целы, а настрой, надеюсь, весьма боевой. Я прав, Грегори?
- Вполне.
- Раз мы набрали неплохой ход, давай не будем снижать темп и попробуем с наскока взять и следующий, шестой по счету вопрос. Напоминаю, этот вопрос может принести тебе две тысячи фунтов.
- Я готов.
- Тогда внимание на экран! Шестой вопрос посвящен анатомии человека: «Как называются центральные зубы передней группы у взрослого человека?». Вариант А – резцы. Вариант B – моляры. Вариант С – премоляры. И, наконец, вариант D – клыки.
***
Часть 3.
Если искать в энциклопедии слово «спорт», то первым делом вы увидите следующее определение: «Спорт  — организованная по определённым правилам деятельность людей, состоящая в сопоставлении их физических или интеллектуальных способностей, а также подготовка к этой деятельности и межличностные отношения, возникающие в её процессе». Слишком заумное предложение, но зато всеобъемлющее. По сути же, спорт – безусловно, один из важнейших способов объединения людей. Еще в древние время Олимпийские игры служили причиной прекращения войн между империями. Сейчас роль спорта в жизни людей выросла еще сильнее – для многих он стал образом жизни. И речь сейчас идет не только о профессиональных спортсменах или интенсивно тренирующихся людях. Постепенно в социуме выделился отдельный класс людей, посвятивших большую часть своей жизни спорту – фанаты. Даже в волшебном мире, численность которого приблизительно в тысячу раз уступала аналогичному показателю в мире магглов, фанатское движение было неплохо развито. Но и среди магов находились те, кто будучи поклонником спорта, в данном конкретном случае – квиддича, не слишком любил смотреть матчи, предпочитая профессиональному спорту любительские игры с собственным активным участием.
К такому типу людей относил себя и Грегори Гойл. Проснувшись на следующее утро после финала чемпионата мира по квиддичу в своей постели, он, разумеется, с нетерпением ждал прибытия газет, чтобы быть в курсе событий этого матча, но при всем при этом, Грегори не жалел, что не смог сам посетить это значимое мероприятие. Спустившись в столовую, он застал отца и мать, мирно поглощающих свои порции завтрака.
- Доброе утро. Газеты еще не принесли?
- Доброе, сынок. Занимай очередь, кто первый встал того и тапки. Нам с твоей мамой тоже хочется быть в курсе того, как прошел финал, чтобы уметь поддержать беседу. Об этом матче еще, как минимум, пару недель все будут болтать на каждом углу. Так что вперед батьки не лезь, - с усмешкой произнес глава семейства. – О, а вот и почта летит.
Действительно, на горизонте появилась небольшая точка, постепенно увеличивающаяся в размерах – через минуту в летающем объекте безошибочно можно было определить сову.
Скинув доставленные газеты и дождавшись оплаты, птица молча покинула дом и отправилась обратно в типографию.
- Ну-ка, поглядим, что там к чему, - произнес Генри, раскрывая газету на нужной странице.
- Только ничего не говори, хочу сам прочитать, - произнес Грегори, но отец уже не слышал сына, погрузившись в чтение.
По мере продвижения по тексту выражение лица Гойла-старшего менялось с потрясающей скоростью – радостная ухмылка быстро уступила место тревожной гримасе, которая почти мгновенно переросла в откровенную панику. Бросив газету на стол, Генри подскочил к камину и, закинув в него щепотку Летучего порошка, четко и громко произнес «Малфой-Менор». Спустя десяток секунд в огне появилось лицо хозяина вызываемого камина.
- Доброе утро, Генри.
- Что за херня, Люц? – перебил блондина Гойл-старший.
- Генри! – Возмутилась Маргарет. – Выбирай выражения при ребенке!
Оглянувшись на жену и сына, Генри в сердцах сплюнул, а затем, отключив каминную свзяь, покинул дом и аппарировал, вероятно, для проведения беседы со старым другом тет-а-тет.
Заинтригованный поведением отца, юноша не смог ждать и, встав за спиной матери, принялся читать из-за ее плеча. Дойдя до конца, Грегори осознал, что же так напугало его отца. В конце статьи расположилась небольшая колдография Артура Уизли, отвечающего на вопросы встревоженных волшебников. Не теряя времени, юноша помчался в свою комнату, надеясь разузнать больше деталей от побывавших на финале близнецов, чей отец, видимо, был в курсе сложившийся ситуации. Достав пергамент из верхнего ящика стола, Грегори позвал близнецов, не особо надеясь на быстрый отклик. К его удивлению, ответ поступил почти мгновенно, будто бы на другом конце пергамента только и ждали его сообщения.
- Здорово, коллега.
- И вам не хворать. С вами все в порядке?
- Да, все целы, а ты как?
- Жив-здоров. Не думайте, что я помогу вам сузить круг лиц, поведав вам, был ли я на матче или нет.
- Какой хитрый, ну точно слизеринец.
- Или может просто умный рейвенкловец. А может я доверчивый хаффлпаффец, который однажды уже попался на похожую уловку и прилежно выучил сей урок.
- Ты ничего не сказал про гриффиндорцев.
- Незачем вам знать, что я порой сижу в общей гостиной и, любуясь на рыжие затылки, смеюсь над тем, что вы меня не раскусили. Ладно, пошутили и хватит, я серьезно переживаю, что там с вами произошло?
- Мерлин Всемогущий!
- Что?! Что случилось?
- Мы только что поняли, что ты наша мама! Ты разбираешься в зельях, в тайне желаешь нам успеха, волнуешься за нас, но не хочешь показать свое лицо. Все сходится!
- Клоуны…
- За это нас и любят. Ладно, слушай свою историю, зануда. Она берет свое начало примерно с середины июня, когда во время уборки в нашей комнате мама случайно обнаружила один из тайников. В общем, в нем лежали несколько прототипов и куча всякой документации: бланки заказов, рецепты зелий, схемы чар и все в таком духе. Скандал был грандиозный – все содержимое тайника была уничтожено на наших глазах. Мы, разумеется, обиделись и отправились в свою комнату ставить надежную защиту на оставшиеся восемь тайников. К счастью, родителям показалось, что мы не знаем заклинаний копирования и храним всю жизненно важные записи в единственном экземпляре. Показательное сожжение наших трудов расслабило родителей, так что вплоть до финала чемпионата мира нас оставили в покое. Для закрепления успеха мы провернули небольшой трюк: за пару дней до финала в дом приехал Билл, это наш самый старший брат, он работает ликвидатором заклятий в Гринготтсе. Выполнив за него все порученную ему хозяйственную работу, мы стали обладателями двух защитных контейнеров, оборудованными по последнему слову безопасности. Ну, это Билл так сказал, так что остановимся на варианте, что от простейших чар эти ящики действительно спасут. Погрузив в них все наши запасы, мы активировали заклинание уменьшения, присобаченное братом, после чего оставшуюся мелочевку распихали по карманам. Жаль, конечно, недополучили пару галеонов, но эти жертвы того стоили – обыск, проведенный над нами перед уходом, окончательно уверовал маму в ее победе над нами. Но Билл не подвел – его сундучки на Accio просто не реагировали. Оказавшись в лагере, мы достаточно быстро обустроились на месте, после чего планировали пойти искать какого-нибудь букмекера, но нам повезло – он сам пришел к нам. При этом оценил нашу лжеволшебную палочку в целых пять галлеонов, представляешь? Отдав ему все наши сбережения, мы с чистой совестью бросили отца возиться с обедом и отправились распространять наши товары. Не будем утомлять тебя подробностями, просто подведем итог: всего нами были заработаны девяносто четыре галлеона с небольшим. Доля от товаров с применением твоих зелий составила тридцать шесть галлеонов, таким образом, твой заработок составил двенадцать золотых.
- Деньги меня сейчас волнуют в последнюю очередь, что именно случилось после матча?
- Ну, мы вернулись в палатку, отметили победу ирландцев, наша грандиозная ставка, кстати, сыграла, так что мы выиграли около ста пятидесяти галлеонов на ней. Не успели толком уснуть, как нас разбудил шум, доносившийся из отдаленных концов лагеря – тревожные крики заполонили палаточный лагерь, быстро распространяясь из одного его конца в другой. Отец оперативно разбудил нас и, забрав Билла, Чарли и Перси, ринулся на помощь министерским сотрудникам, велев нам переждать опасность в лесу. Гарри, Рон и Гермиона отстали, так что на нашем попечении осталась лишь Джинни. Дабы не быть легкой целью, мы сперва отлевитировали ее на дерево, после чего помогли друг друга забраться к ней на ветку, где и просидели все время. Когда шум в лагере утих, мы вернулись к нашей палатке, чуть позже подошли слегка потрепанные братья, последними вернулся отец с потеряшками. Они умудрились влипнуть в очередную историю. Все, что мы поняли из разговора, Метку запустил эльф Барти Крауча, после чего тот незамедлительно его уволил. Палочку, кстати, эльф позаимствовал у Гарри еще во время матча.
- Вечно у него какие-то проблемы.
- И не говори. Ладно, отвлечемся от вчерашних событий, у нас для тебя есть новости – мы наконец-то протестировали «Гиперъязычок» на человеке. Вроде вышло весьма недурственно. Правда, отец справился с последствиями достаточно быстро. Надо какую-то защиту продумать, но это уже наша забота. К тебе вопрос таков: почему не сработал замедлитель? Эффект проявился буквально спустя минуту после употребления испытуемым конфеты.
- Я проверю расчеты, но для точного анализа мне потребуется образец конфетки. Так что по приезду в Хогвартс не забудьте ее засунуть в тайник.
- Вот и ладненько. У нас на ближайшие два года серьезные планы – надо реализовать и протестировать все наши наработки, чтобы после выпуска иметь широкий ассортимент при открытии магазина. Надо будет еще разбираться с финансовой стороной вопроса, пока что наши сбережения составляют около двухсот пятидесяти галлеонов, большую часть из которых мистер Бэгмен должен вернуть нам по ставке. Представляешь, он перепутал и оплатил наш выигрыш лепреконским золотом. Мы ему уже написали письмо с просьбой расплатиться. Пока что ждем ответа. Но даже этих двух с половиной сотен не достаточно для полноценного запуска магазина. Надо активизироваться и попробовать заработать за два года в Хогвартсе еще хотя бы пару сотен, надеясь, что за это время арендная плата и цены на ингредиенты не вырастут слишком уж сильно.

***
Почему? Почему первая гадость в учебном году обязательно приходится на тридцать первое октября? Тролль на первом курсе, первое нападение на втором, первая попытка опасного преступника пробраться в замок на третьем. А теперь вот это. Ученики Дурмстранга и Шарбатона прибыли вчера практически вовремя, устроив из своего появления целое шоу. Последовавший за этим ужин был великолепен – в честь прибытия иностранных делегаций эльфы постарались разнообразить обычное меню традиционными зарубежными блюдами. Так что слизеринец с удовольствием попробовал сперва несколько яств из французской кухни, после чего под руководством учеников Дурмстранга смог оценить великолепие традиционных блюд Восточной Европы. Но все это было слишком хорошо, а случай на втором курсе приучил Грегори, что если что-то слишком хорошо, значит, скоро случится что-то плохое. И он не прогадал – Дамблдор раскрыл личину таинственного судьи, производящего отбор участников для турнира, после чего создал возрастной рубеж на пути к Кубку огня. Грегори услышал вздох разочарования со стороны гриффиндорского стола – он даже не сомневался, что его источником послужили близнецы, также осознавшие, что пять недель напряженной работы, скорее всего, пошли псу под хвост.
Как только Дамблдор объявил первого сентября о возрастном лимите, близнецы, ведомые желанием заработать денег на магазин, поставили перед собой цель обхитрить умудренного опытом директора. Отсутствие необходимости непосредственного воздействия на Дамблдора открывало широкие перспективы для попадания в турнир – необходимо было лишь обмануть упомянутого независимого судью, осуществляющего отбор. В итоге после недели обсуждения Грегори приступил к выполнению поставленных перед зельем необходимых условий. Как результат, уже к шестнадцатому октября у близнецов на руках имелся потрясающий состав, способный влиять на сознание практически любого волшебника. Однако, тот факт, что судьей был неодушевленный предмет, уничтожил все надежды на успешное применение нового зелья. За оставшиеся до выбора участников сутки Грегори сварил наименее распространенный вариант Старящего зелья в надежде, что Дамблдор не учитывал при создании охранной линии никаких модификаций исходного зелья.
Чуда не произошло – близнецы, ночью обследовавшие возрастную линию и не сумевшие найти в ней слабого места, воспользовались зельем и переступили через барьер. Полет получился просто фееричным – Фред и Джордж вылетели из круга и, сделав невероятный кульбит, приземлились на холодный пол в трех метрах от защитной линии и, соответственно в шести от Кубка. Наблюдавший за этим представлением Грегори на секунду задумался, сработал бы их план, если близнецы, не тратя времени на празднование успешного проникновения внутрь круга, просто попытались успеть закинуть свои заявки на участие до срабатывания защитных чар, установленных директором. Но проверить эту гипотезу уже не представлялось возможным – близнецы медленно поднимались с пола, ощупывая под смех присутствующих свои только что приобретенные бороды. Как оказалось, концентрация бород в больничном крыле росла, начиная в самого утра – многие шестикурсники считали несправедливым подобное возрастное ограничение. Всех пострадавших выпустили как раз к праздничному ужину, так что они могли понаблюдать за церемонией выбора чемпионов школ. Выбор Седрика Диггори вполне устроил большинство студентов – посочувствовав семикурсникам со своих факультетов, не прошедших отбор Кубков, спустя пару секунд почти все студенты Хогвартса пришли к выводу, что Диггори заслужил чемпионства и сможет достойно представить Хогвартс в Турнире. Слизеринцы были довольны, что чемпионом не стал гриффиндорец, те, в свою очередь, радовались, что Кубок не выбрал Уоррингтона – единственного слизеринца, покусившегося на куш в тысячу галлеонов. Рейвенкловцы были довольны тем, что никто из двух враждующих факультетов не заимел чемпиона, что вызвало бы новый виток противостояния, а Хаффлпаффцы итак были просто на седьмом небе от счастья.
Грегори уже собирался забыть про Турнир вплоть до первого тура, как случился, немного-немало, логический конфуз – Турнир Трех Волшебников обзавелся четвертым участником. Если бы студентам Хогвартса за день до выбора сказали, что Хогвартс вопреки всем правилам и договоренностям заявит двух участников, и попросили бы предположить, кто же нарушит регламент соревнования, мнения учеников разделились бы поровну между близнецами Уизли и Гарри Поттерам – ведь все давно привыкли, что за всем необъяснимым и незаконным стоит кто-то из этих гриффиндорцев. Так что личность лишнего чемпиона не вызвала шока у учеников. Но сам факт выпадения его имени из кубка нарушил хрупкое единение, возникшее после выбора Диггори: слизеринцы негодовали из-за того, что вторым участником стал гриффиндорец, рейвенкловцы – из-за нарушения правил, хаффлпаффцы – из-за солидной доли внимания, отвлеченной от их успеха. Даже гриффиндорцы разбились на два лагеря – тех, кто радовался, что представитель их факультета будет защищать честь школы, и тех, кто опасался, что этот самый представитель своим поступком именно эту честь уронил с Астрономической башни.
Таким образом, Гарри Поттер вмиг стал объектом для ненависти восьмидесяти процентов учеников Хогвартса и всех приезжих гостей, которые считали эту акцию попыткой снизить шансы их школ на победу в соревновании. Такого уровня негатива в свою сторону Поттер еще не испытывал – даже на втором курсе, будучи подозреваемым в совершенных нападениях, гриффиндорец не терял поддержку такого числа людей разом. Да и тогда это были лишь подозрения, сейчас же для всех было совершенно очевидно, что Поттер непосредственно виновен в случившемся.
Грегори, никогда не отличавшийся всепрощением, когда дело касалось гриффиндорского очкарика, негодовал вместе со всеми. Но причина его недовольства заключалась в уязвленном самолюбии – не блещущий знаниями и талантами Поттер смог придумать, как обхитрить защиту вокруг Кубка, в то время как труды самого Грегори в кооперации с креативными близнецами не дали никакого эффекта. Эти мысли глубоко засели в голове у слизеринца. Извлечь их могло лишь грандиозное возмездие – подкинуть Драко идею о значках было проще простого. Распространяющая идеи равенства волшебников и домовиков Гермиона пришлась как никогда кстати. Грандиозная по масштабам акция по унижению Поттера, замаскированная под праведное негодование была поддержана абсолютным большинством учащихся. Пожалуй, Поттер смог восстановить то, что сам и нарушил – теперь единение факультетов было основано на общем враге – древний как мир сценарий. За пару дней значки были распространены по школе, однако Поттер, похоже, жил в своем мире – значки он увидел лишь на второй день, перед уроком зельеварения, традиционно совмещенном со Слизерином.
Демонстрация аксессуара прошла на «ура». Но Драко был бы не самим собой, если б не смог подгадить все своими топорными провокациями. Поттер явно был на взводе – уже привычные чистокровные замашки Малфоя стали неплохим поводом, чтобы спустить пар. Через мгновение противники стояли друг напротив друга, держа палочки готовыми к бою. Крики заклинания слились в один, лучи одновременно покинули палочки и направились навстречу друг другу. Однако своих целей они не достигли – примерно на полдороге они столкнулись и срикошетили. Последнее что успел подумать Грегори перед тем, как боль затопила его сознание, была мысль о необходимости в дальнейшем ставить щиты, будучи даже простым свидетелем дуэли.
Прибывший на место происшествия профессор Снейп отправил пострадавшего в больничное крыло. Поднимаясь по лестнице, Грегори подумал, что неплохо бы было захватить провожатого – постоянно растущие и лопающиеся нарывы на лице не позволяли все время держать глаза открытыми, что в совокупности с сильной болью серьезно тормозило продвижение слизеринца по направлению к больничному крылу. Спустя семь минут осторожного перемещения по школе Грегори добрался до больничного крыла. Распахнув дверь, юноша ввалился внутрь. Сквозь полуопущенные веки слизеринец заметил школьную целительницу, бегающую вокруг сидящей на кушетке и плачущей Гермионы. На ней отсутствовали видимые повреждения, если не брать в расчет плавно растущую верхнюю центральную пару зубов. Развернувшись на шум открывшейся двери, мадам Помфри увидела стоящего на пороге пациента и ахнула. Лицо юноши представляло собой ужасную картину. Подскочив к пострадавшему, целительница отвело того на свободную кушетку и отгородила ширмой.
- Сейчас все исправим, не переживай.
- Помогите сперва ей, - с трудом произнес Грегори.
- Там нет ничего опасного и болезненного в отличие от тебя. Там всего лишь ускорили рост верхних резцов, они даже не впиваются никуда.
- Все равно, помогите ей.
Взглянув на страдающего подростка, мадам Помфри решила, что тот просто не хочет кричать в присутствии девочки, так что смирилась с упорным пациентом и отправилась решать проблемы с зубами. Несложное контрпроклятье, и через минуту гриффиндорка покидает помещение, вытирая слезы обиды с глаз. Достав снадобье с верхней полки, мадам Помфри вернулась к оставшемуся пациенту.
-Что ж, теперь решим вопрос с тобой. Закрой глаза и не дергайся. Поначалу будет сильно жечь – терпи, тут ничем помочь не могу. Подождав, пока лекарство впитается в кожу, целительница начало планомерно обрабатывать участок за участок, аккуратно отковыривая быстро ссохшиеся под действием препарата нарывы. По завершении процедуры мадам Помфри помазала постарадавшие участки каким-то кремом, после чего его небольшую порцию переместила в маленький флакон.
- Я сейчас тебя намазала восстанавливающим кремом, но на ночь повтори еще раз. Смотри, только аккуратно, в глаза не тыкай, а то снова ко мне попадешь.
Поблагодарив целительницу и положив полученное лекарство в карман, Грегори направился в сторону класса зельеварения, чтобы забрать оставленную там сумку. В кабинете было пусто – уроки закончились еще пятнадцать минут назад. Постучав в дверь, Грегори зашел внутрь. Профессор Снейп сидел за столом и изучал какие-то записи.
- А, Грегори, проходи. Все в порядке?
- Да, мадам Помфри дала мне крем, на ночь нанесу на лицо, но, по крайней мере, сейчас не болит.
- Рад это слышать. У меня к тебе серьезный разговор, - достав палочку, профессор запечатал дверь и навесил на кабинет целую россыпь защитных чар. – Ты ведь слышал про события на финале чемпионата мира по квиддичу?
- Да, в газете читал. Но вы ведь не думаете, что…
- Думаю, - перебил Снейп. Закатав рукав, он выставил на обозрение свою Метку. – Вот, посмотри. Она стала куда ярче, чем за все время, прошедшее с момента исчезновения Темного Лорда. Он пытается вернуться, и сейчас, судя по состоянию Метки, он близок к этому. Если ты не передумал отступить от своего плана, то нужно начинать готовиться.
- Я не передумал, сэр.
- Что ж, тогда держи эту книгу, - декан протянул юноше вытащенную из верхнего ящика стола рукопись. - У тебя есть полторы недели, чтобы прочитать ее, после начнем практические занятия. Будь внимателен, это твой шанс остаться в живых. А теперь ступай, мне надо поработать. Только следи, чтобы никто не увидел эту книгу у тебя.
Грегори покинул кабинет и посмотрел на обложку издания. Большими позолоченными буквами на ней было выведено «Г. Поульссон. Окклюменция. Базовые принципы».
***
Обучение новой науке шло тяжко – на дворе стоял уже февраль месяц, а Грегори до сих пор не мог оперативно среагировать на атаки работающего в полсилы профессора Снейпа. Зельевар действовал весьма жестко, но он и предупреждал об этом еще на первой встрече. Тогда, ровно по окончании оговоренного срока, отлучившись вечером из гостиной, Грегори постучал в кабинет декана. Тот, впустив ученика, провел уже привычные действия, защищая комнату от внешнего воздействия и прослушивания.
- Садись, Грегори. Ты прочитал книгу?
- Да, сэр. Но не практиковался в упражнениях, не успел, только вчера закончил.
- Это не так важно, главное, что с теорией ты знаком. Что же, не буду врать, из-за недостатка времени нам придется отказаться от классической стратегии обучения защите разума. Для условий цейтнота куда лучше подходит более жесткий метод обучения. Поначалу это будет неприятно. Но в итоге будут возможны лишь два варианта: либо ты сможешь приспособиться к давящим условиям и суметь направить свою магию для защиты своего сознания, либо нет. В любом случае, если идти классическим путем, то для полноценного обучения потребуется около восьми лет, притом, что первые результаты появятся где-то на третий год. Время сейчас – непозволительная роскошь, таким образом, для тебя нет разницы, прочитает тебя Темный Лорд из-за того, что ты еще не дошел до методов противодействия вторжению в твое сознание, или из-за того, что ты просто не справился с поставленной задачей. В любом случае, твой единственный шанс скрыть твою тайну – освоить эту науку под жестким прессом.
- И в чем это давление будет заключаться?
- Я раз за разом буду проникать в твое сознание при помощи заклинания Legilimens. Наша задача – приучить твой мозг к симптомам такого проникновения, чтобы он был способен почти мгновенно на него среагировать. Это первый этап. Вслед за этим необходимо будет обучить тебя непосредственно твоей реакции на это вторжение. Большинство окклюментов используют одну из основных практик защиты: оборонительное сооружение, нестабильное пространство или лабиринт. Первое представляет собой мгновенное выстраивание вокруг сознания прочной линии защиты – как правило, проще всего представить это в виде прочном стены, окружающей сознание. Атакующий маг, находясь в чужом сознании, весьма ограничен в своих возможностях, поэтому снос оборонительных рубежей представляет для него непосильную задачу. Другое дело, что опытный легилимент не идет напролом – он просто находит слабое место и, собрав все свои силы, вкладывается только в одну атаку. Против такого же опытного окклюмента этот прием не сработает – тот, в отличие от новичков, не тешит себя иллюзией неприступности этих стен и поэтому всегда готов отразить любое нападение. Второй способ представляет собой достаточно креативный подход к обеспечению своей безопасности – данная защита просто не дает возможности вторгающемуся магу провести атаку – его либо затягивает в болото, либо он проваливается в зыбучие пески, либо оказывается в космосе. Я знал двоих мастеров-полукровок, которые в качестве этой защиты использовали унитаз и пылесос, соответственно. Вторгающийся маг либо сливался в канализацию, либо затягивался в пылесборник, после чего слегка униженным благополучно вылетал из интересующего его сознания. Но эти два способа не подходят тебе – они четко дают представление о степени владения окклюменцией. Поверь, ты не успеешь изучить эту науку в достаточной степени и за тридцать лет, что быть способным выдержать напор Темного Лорда. Он без проблем снесет построенную стену, он достаточно силен, чтобы выкарабкаться из ловушки, и тогда ничто не помещает ему проникнуть в твое сознание. Поэтому я вижу лишь один возможный выход – мы сосредоточимся на третьем варианте защиты, собирающем в себя все возможные отвлекающие приемы. К тому же в твоем случае это будет весьма доступно – изображать недалекого человека таким способом куда проще, чем прятать что-то важное. За доли секунды, прошедшие после нападения тебе надо будет всего лишь сформировать защитный покров из тех своих мыслей и воспоминаний, которые готов отдать на откуп нападающему. В твоем случае это будет жиденькая сеточка из воспоминаний, направленных на подавление основных инстинктов. Никаких сложных конструкций. Мастерам, использующим данный вид защиты, приходится буквально копировать практически все свои воспоминаний, удалив из них нежелательные для просмотра, и выставлять слегка неполную копию на всеобщее обозрение. Проблема заключается в том, что при нападении помимо самого копирования и удаления им необходимо аккуратно заполнить пустоты достаточно правдоподобными элементами. Такая ювелирная работа в кратчайшие сроки требует десятилетий упорной практики.
- А что будет, если Темный Лорд полезет напролом?
- Тогда ты в любом случае обречен, вне зависимости от своих умений. Тебе надо лишь надеяться, что маскировочная сетка из бесконечных воспоминаний о процессах потребления пищи и демонстрации твоей физической силы удовлетворит его более чем полностью. Ты ступил на крайне извилистую и скользкую дорогу. Любое неаккуратное движение, и ты падаешь в пропасть.
- Я не потяну вас за собой?
- Вспомни, деканом какого факультета я являюсь.
- Я понял, сэр.
- Хорошо. Давай тогда приступим, не стоит терять попусту драгоценное время, у нас его итак осталось непозволительно мало.
- Я готов.
- Тогда начинаем. Legilimens.


Сообщение отредактировал Могу - Четверг, 08.09.2016, 20:01
 
МогуДата: Четверг, 08.09.2016, 20:00 | Сообщение # 17
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
На Рождественских каникулах Грегори, наконец, реализовал задуманное еще в прошлом году мероприятие. За два дня до возвращения в школу, слизеринец предупредил родителей об уходе и направился в Косой переулок. Целью его визита служило величественное здание в дальнем конце торговой улицы – банк «Гринготтс».
Поднявшись по белым каменным ступеням и осторожно поздоровавшись с гоблином, стоящим на посту у блестящей от солнечного света бронзовой двери. Гоблин в ответ кивнул головой и открыл дверь. Войдя внутрь здания, Грегори оказался в огромном мраморном холле. Будучи в банке в первый раз, Грегори немного растерялся, не зная куда идти – по помещению передвигались десятки волшебников, на высоких стульях за длинной стойкой сидела еще сотня гоблинов – они делали какие-то записи в огромных гроссбухах, взвешивали монеты на невероятно точных весах (уж Грегори-то в этом разбирался), внимательно изучали драгоценные камни. Между стойками носились гоблины ниже рангом – они выступали в качестве курьеров, посыльных и грузчиков. Третья категория гоблинов, отличающаяся рабочей формой, сидела за длинным столом в другом конце заказала – как раз у этого стола и столпилась основная масса находившихся в банке волшебников. Время от времени эти гоблины сопровождали волшебников за массивные двери, украшенные невероятным числом сверкающих драгоценностей – за этими воротами располагался проход в святая святых – подземелья, где и располагались банковские хранилища.
Постояв несколько минут у входа и изучив обстановку, Грегори решился подойти к местному администратору – на высокой стойке, немного в стороне от главного входа скучал молодой гоблин.
- Доброе утро, не могли бы вы мне помочь?
- Здравствуйте, я вас слушаю, - гоблин с энтузиазмом принялся слушать, радуясь, что для него нашлась хоть какая-то работенка.
- Мне нужно открыть счет, но не на себя. Я могу это сделать?
- Можете, но ваше имя будет фигурировать в договоре с банком.
- А есть возможность сделать все анонимно?
- Если сумма не превышает тысячу галлеонов, я бы порекомендовал вам просто арендовать депозитную ячейку – посколько банк не взаимодействует с их содержимым напрямую и, соответственно, не несет никакой ответственности, правила аренды значительно упрощены. Однако, хочу заметить, что срок аренды не должен превышать десять лет. В случае потери ключа владельцем ячейки через оговоренный срок все содержимое ячейки переходит в собственность банка. Так что ваша анонимность сопряжена с определенными рисками.
- Благодарю вас. Не подскажите, где можно оформить аренду ячейки?
- Могу даже показать вам, если вы достаточно громко попросите меня сопроводить вас, - почему-то прошептал гоблин.
Не заметив никакого подвоха, Грегори выполнил просьбу молодого гоблина, после чего тот радостно вскочил со своего места и что-то крикнул стоящему у запасной двери гоблину. Тот с понурым видом направился к столу администратора.
- Спасибо огромное, благодаря вам я наконец-то выбрался с этого проклятого места. Четыре часа там просидел, совсем от скуки извелся. У нас тут своего рода дедовщина – всю молодежь отправляют выполнять мелкие поручения. Если хочешь чего-то добиться, надо вырывать зубами. Если хорошо себя проявишь – тебя могут заметить и принять как достойного члена Клана.
- И я помог?
- Как минимум, вы сняли меня с поста у входа – это самое гиблое место. Теперь моя очередь там снова наступит только тогда, когда все пятнадцать новичков отсидят там свою очередь. За это вам уже спасибо. Но если вы не против, я мог бы заняться оформлением для вас документов и подготовкой ячейки – я пока иду на втором месте по эффективности среди стажеров, так что данная операция накинет мне еще десяток очков в копилку. Не переживайте, все сделаю в лучшем виде.
- Да я, в общем-то, не против, даже рад, что не надо самому разбираться во всем этом.
Радостный гоблин отвел юношу в какой-то закуток, усадил на кресло и обещал через две минуты принести договор для ознакомления. Не успел слизеринец заскучать, как перед ним приземлился семистраничный договор на аренду банковской ячейки. Пока Грегори внимательно изучал контракт, активный гоблин, которого, если верить стоящей на столе табличке, звали Ульвиком, достал из стола длинный ключ и принялся что-то на нем выгравировывать. Закончили они свою работу практически одновременно: Грегори поставил роспись, предварительно убедившись, что к этому контракту имеют доступ лишь гоблины Гринготтса и ни один маг не увидит росписи истинного арендатора ячейки, а Ульвик нанес последний штрих к рунной схеме. Проследовав за гоблином в специальное хранилище, юноша наполнил вытащенную ячейку заранее отсчитанными дома четырьмя сотнями галлеонов, заработанными публикациями и продажей патентов. Запечатав ящик какой-то особой гоблинской магией, Ульвик убрал его на положенное место.
- Ну, вот и все, поздравляю вас с арендой ячейки в «Гринготтсе». Могу я еще чем-то помочь?
- Да, есть один вопрос – что будет, если кто-то украдет ключ и придет сюда?
- Из-за условий вашего договора он получит полный доступ к данной ячейке. Но вас это все равно никак не коснется – потеря ключа лишает вас шансов на получение доступа к содержимому коробки. Для вас отсутствует разница, кто в итоге получит приз – вор или «Гринготтс».
- Предпочту не отдавать деньги вору при любом случае.
- Что же, в таком случае могу предложить вам установить пароль для доступа к ячейке – он не поможет при отсутствии ключа, но затруднит злоумышленнику доступ.
- Я согласен. Что мне надо сделать?
- Вот листок пергамента, запишите на нем пароль, я подошью эту запись к тексту договора.
Отдав свернутую бумажку с паролем, Грегори затронул еще одну интересующую его тему.
- Ульвик, а вы не подскажите, «Гринготтс» оказывает консультации при составлении контрактов, не относящихся непосредственно к работе банка?
- Да, но в таком случае банк берет плату за предоставленные услуги. В зависимости от сложности контракта цена будет колебаться от трех до тридцати галлеонов.
- Вполне приемлемо. В общем, мне нужна помощь в составлении одного договора об инвестировании в бизнес.
***
К концу марта Грегори смог добиться небольшого прогресса в занятиях по окклюменции – профессор Снейп по-прежнему, не напрягаясь, читал его как открытую книгу, но теперь юноша мог безошибочно определять попытку вторжения в его сознания – проведенные эксперименты с невербальным заклинанием показали абсолютную точность фиксирования момента ментальной атаки. К сожалению, успехи на фронте создания защитного слоя были не такими впечатляющими – пару раз слизеринцу удалось провести декана, после чего тот слегка усилил напор (по его словам примерно до шестидесяти процентов его возможностей) и без проблем снес ментальную обманку. Но наметившийся прогресс не мог не радовать. Но подобная интенсивность тренировок ужасно выматывала – в результате, Грегори решил устроить себе небольшой отпуск, уделив внимание подготовке подарка на день рождения близнецам. Сам подарки были приготовлены еще на рождественских каникулах, однако требовали технической доработки.
Вечером тридцать первого марта Грегори сидел в одном из свободных помещений недалеко от гостиной Слизерина и готовился к ночной вылазке. Перед ним на столе стояли два простых маггловский баллончика, приличных размеров банка с приготовленным еще зимой зельем. На крышке, разумеется, лежало заклинание консервации. Также на краю стола лежали тюбик с волшебным клеем и множество различных трубочек разных форм и размеров.
Наполнив емкости зельем собственного приготовления, Грегори принялся накладывать на них защитные заклинания, делая баллоны невидимыми для глаз. Повязав вокруг каждый из бутылок по розовой ленточке, чтобы самому не потерять распылители, слизеринец убрал их в свою сумку. Теперь оставалось самому защитить себя от проблем: сняв обувь Грегори наложил на подошву заглущающее и очищающее проклятья. Мантия подверглась отдельным дезиллюминационным чарам, которые впоследствии слизеринец повторил и на себе.
Собрав все свои вещи в сумку, Грегори направился навстречу ночным приключениям – в гостиной считали, что он находится в больничном крыле с легким отравлением, так что вопрос с алиби был решен. По пути к Большому залу Грегори посетил тайник, в который сложил запечатанный конверт. Содержимое посылки было достаточно ценным, так что юноша наложил дополнительные охранные чары на нишу. Закончив с первой частью своего плана, слизеринец вернулся к намеченному маршруту.
В холле перед Большим залом отсутствовали портреты, что заметно упрощало Грегори задачу: можно было не таясь колдовать, не опасаясь быть услышанным. Смазав корпус баллонов клеем, слизеринец левитацией поднял их на уровень верхней стороны дверного косяка и подождал, пока клей прочно схватит поверхность. На крышке распылитель были установлены отложенные чары, идею которых Грегори позаимствовал у самих близнецов. Теперь оставалось лишь успеть их активировать до того, как кто-то зайдет на завтрак в Большой зал.
Юноша без происшествий вернулся в свою спальню и, скрывшись за пологом, развернул пергамент для связи с близнецами.
- Прием, не спите еще?
- Время детское, коллега, у нас в самом разгаре вечеринка в пижамах.
- Что ж, просто хотел поздравить вас с днем рождения. Как и обещал в том году, два подарка уже ждут вас. Один лежит в тайнике, заберите его завтра с утра. Внимательно все прочитайте, если вам не понравится – я без проблем заберу обратно.
- Почему это нам может не понравится?
- Потому что это весьма меркантильный подарок. В любом случае, мы еще обсудим его, когда вы ознакомитесь с его содержанием.
- Хорошо, а второй подарок?
- Это сюрприз, но я бы посоветовал вам двоим прийти на завтрак самыми первыми. Если не хотите подставить своих друзей, не тащите их с собой. Ничего опасного, просто они могут испортить сюрприз. Ну а пока, спокойной ночи, мне завтра рано вставать, надеюсь, вам понравятся мои приготовления.
- Спокойной ночи, с нетерпением ожидаем, чего бы ты ни приготовил для нас.

Отключив пергамент, Грегори забрался под одеяло и уснул. Установленный им магический будильник разбудил юношу ровно через шесть часов. Приняв душ, слизеринец собрал свои вещи, однако оставил их в комнате – захватив лишь дистанционный активатор чар, Грегори поспешил в сторону Большого зала. Ожидание продлилось недолго – через десять минут близнецы, последовавшие совету, первыми пришли на завтрак. Включив распылители, Грегори помчался обратно в гостиную, чтобы в составе большой слизеринской делегации прошествовать на завтрак.
Близнецы по-прежнему сидели на своих местах за гриффиндорским столом и уже заметно извелись. Раз в минуту они внимательно оглядывали Большой зал в поисках чего-то необычного. Прошло уже десять минут с тех пор, как все учащиеся спустились на завтрак, но ничего странного до сих пор не произошло. Внезапно, внимание всех студентов привлек громкий вскрик с хаффлпаффского стола и последовавший за ним смех. Волосы девочки плавно приобретали насыщенный рыжий цвет. Через мгновение эпицентром активности стал противоположный край гриффиндорского стола – на сей раз жертвой принудительной уизлизации стал семикурсник из Рейвенкло, подсевший за стол к своей девушке. В течение пяти минут рыжие волосы заполонили студенческую часть Большого зала – преподаватели предпочитали заходить через специальный вход рядом с их столом. Исключением являлась лишь профессор МакГонагалл, традиционно появляющаяся через главный вход, но ее знаменитая остроконечная шляпа спасла волосы от смены цвета, обеспечив, таким образом, дополнительное алиби баллончикам, по-прежнему висящим над входом в трапезную. Грегори, по такому случаю тоже ставший рыжим, не сомневался, что подозрение падет на еду – в конце концов, пострадали абсолютно все учащиеся, даже иностранных гостей не минула подобная участь. Близнецы веселились за своим столом, однако не забыли поблагодарить своего тайного друга. Громогласное «спасибо», разнесшееся по Большому залу поставило перед студентами еще несколько вопросов.
Эффект зелья пропал через полчаса, так что на первом пятничном уроке учащиеся сидели уже с привычным цветом волос. Грегори же сидел на трансфигурации и ухмылялся: провернуть этот фокус стоило хотя бы ради того, чтобы посмотреть, как весело Драко дуется и строит коварные планы. Дополнительным бонусом от настроения Малфоя послужил тот факт, что Грегори и Винсент были свободны до конца дня от своих обязанностей няни – Его Величеству требовалось подумать в одиночестве. Грегори воспользовался данной передышкой с пользой – после уроков он захватил пергамент из своей комнаты и поспешил в то самое помещение, где он готовился к операции.
Уголок пергамента был окрашен в красный цвет, что значило, что либо близнецы уже ознакомились с контрактом, либо просто хотели обсудить утренний розыгрыш. Как оказалось, оба предположения были истинными.
- Это было потрясно! Как ты это провернул? Мы поинтересовались у домовиков, они говорят, что с едой все было в порядке.
- Оставляю вам эту задачку на самостоятельное изучение. Если через семь дней не найдете верного ответа, я расскажу в чем дело. Если найдете – то заслужите два трофея, с помощью которых все и было устроено.
- Договорились, мы закидаем тебя гениальными предположениями!
- Буду ждать. Что насчет моей посылки?
- Это нереально крутой подарок, но ты точно уверен, что хочешь этого?
- Если вы не потеряете свой настрой, то уверен. В Зонко выезжают на былой славе, но их идеи уже давно устарели. Вы – свежая струя в данной сфере, и я не против отхватить от этого неплохой кусочек. К тому же, большая часть этих денег была заработана на ваших же идеях. Что ни говорите, но зельеварение – весьма прибыльное дело.
- Что от нас требуется?
- Подписать договор, что эти деньги пойдут исключительно на развитие вашего бизнеса, и что с момента его официального открытия я, как инвестор, буду получать десять процентов от прибыли. Я также оставляю за собой право увеличить этот процент до двадцати, если мы по-прежнему будем сотрудничать в сфере зелий. Извините, парни, но я забочусь исключительно о вашем бизнесе, а не о благосостоянии прочих членов семейства Уизли.
- Мы понимаем. Все готово, мы расписались, что дальше?
- Поздравляю с приобретением стартового капитала для открытия собственного магазина приколов. Договор оставьте в нашем тайнике, эту бумагу я возьму себе, как доказательство при получении своей выручки.
- В смысле?
- Ну, вы меня никогда не видели. Так что думаю, что вам понадобится что-то более весомое, чем просто мое слово при личной встрече, что я и есть ваш инвестор.
- Логично, сейчас отнесем и также запечатаем тайник.
- В банке при попытке доступа к этой ячейке от вас потребуют пароль. Он звучит следующим образом: «Хотим себе в управляющие Ульвика».
- Странный пароль.
- Помогаю начинающему гоблину выбить себе место под Солнцем. Думаю, он вам понравится. К разговору о деньгах, как у вас дела с Бэгменом?
- Эта скотина нас избегает. Видели, как его гоблины трясли в Хогсмиде, похоже, там большая очередь к нему за расплатой. Не видать нам денег в ближайшем будущем.
- Если ничего не выйдет, расскажите об этом Ульвику. Этот проныра в лепешку расшибется, чтобы вы остались довольны, так что, вполне вероятно, что он что-нибудь придумает. И не делайте больше ставок, это до добра не доведет, у вас достаточно денег, чтобы начать зарабатывать своими талантами, а не удачей.

***
Чем более спокойный год, тем больший песец случается в конце: это правило Грегори вывел на основании четырех лет своего обучения в школе – первый и четвертый года, которые, в общем и целом, были вполне нормальными и спокойными закончились смертью, в то время, как сумасбродные второй и третий курсы разрешились достаточно мирно.
То, что случилось что-то плохое, Грегори понял во время третьего испытания, когда в течение пяти минут экраны не могли выловить чемпионов в лабиринте. Подозрения подтвердились, когда сидящий в двух рядах ниже профессор Снейп схватился за свое правой предплечье, после чего стремительно направился в сторону директора. Сидящий на трибуне напротив директор Дурмстранга тоже куда-то резко заторопился. А пять минут спустя на поляну перед лабиринтом порталом прибыли оба представителя Хогвартса. Как оказалось, живым вернулся лишь один из них.
Последовавшие за этим дни до отъезда пролетели как в тумане – профессор Снейп на следующий день уехал из Хогвартса, так что слизеринцу было не с кем обсудить тактику поведения. Освоение окклюменции проходило весьма маленькими шажками, так что Грегори был уверен в своей неспособности на данном этапе удержать свои мысли при себе.
Ситуацию спасли Поттер на пару с Драко, хотя оба и не подозревали об этом и вовсе не стремились помогать Грегори в решении его проблем. Поттер, как завелось, в конце года находил повод погрузиться в депрессию, Малфой же, как обычно, стремился оставить последнее в учебном году слово за собой. К сожалению, его полная неспособность трезво оценивать ситуацию и держать рот на замке послужили причиной очередного вооруженного конфликта. Точнее будет сказать полувооруженного, ибо никто из слизеринцев так и не успел достать своих палочек, прежде чем упасть без сознания.


Сообщение отредактировал Могу - Четверг, 08.09.2016, 20:02
 
ХеорДата: Пятница, 09.09.2016, 21:14 | Сообщение # 18
Химера
Сообщений: 493
« 68 »
Как ни странно, весьма забавно.


 
МогуДата: Воскресенье, 11.09.2016, 16:30 | Сообщение # 19
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 7. £ 4000
Часть 1.
- Так это был ты?
- Смотря про что речь.
- Тот розыгрыш с рыжими волосами. Я помню его, было весьма прикольно.
- Спасибо.
- Близнецы, кстати, в итоге угадали у тебя, как ты это провернул?
- Не совсем – они вылили на меня уйму вариантов, до которых я вряд ли бы когда-нибудь сам додумался. Некоторые из них были во истину гениальными, но это не делало их верными. Наиболее близким к истине их предположением было то, что я умудрился обработать какими-то чарами выходы из всех четырех факультетов. Действительно, тот факт, что профессор МакГонагалл оказалась неподвержена изменениям, в их глазах полностью отбросил любые вариации с чарами на пороге Большого зала.
- То есть в итоге они не угадали?
- Нет. Но я все равно подарил им обещанные трофеи. Насколько я помню, они даже стояли на витрине их магазина некоторое время.
- Что за трофеи? И как ты это все провернул?
- Я отдал им два простых маггловских газовых баллончика, которые были зафиксированы над входом в Большой зал под чарами невидимости. Через неделю клей, на который они были приделаны к косяку, практически потерял свои свойства, так что я смог без проблем замести следы своего поздравления.
- А что было внутри баллончиков?
- Одно зелье, которое я придумал в начале года и приготовил дома на рождественских каникулах. Ничего слишком сложного – просто состав, вступающий в реакцию с кератинами, которые, собственно, и образуют внешнюю оболочку волос. В зелье был добавлен ингибитор, который при контакте с жировой смазкой, выделяемой сальными железами, подвергается деградации. Таким образом, результат зелья проявлялся не сразу – скорость изменений определялась двумя факторами: временем прохождения под распыленными частицами зелья и концентрацией секрета потовых желез на поверхности кожи. Поэтому слизеринцы, одновременно прошедшие в Большой зал, испытали на себе превращения с достаточно большим временным интервалом.
- И ты это придумал в пятнадцать лет?
- В четырнадцать, если быть точным. В этом составе не было ничего сверхсложного. Да и он никому не нужен – слишком кратковременный эффект, так что я даже не патентовал его – за него я получил бы копейки, а попадись потом этот состав на глаза кому-то, кто был в тот день в Большом зале – мое прикрытие бы полностью рухнуло. По этой же причине я не пытался пропихнуть это зелье и через профессора Снейпа – вряд ли бы кто-то поверил, что злобный зельевар устраивает розыгрыши в честь дня рождения школьных балагуров. А если б поверили, было бы еще хуже – репутация декана была бы подмочена.
- Бесспорно. А что, кстати, насчет твоей доли в магазине приколов? Зачем ты вообще пошел на эту передачу, если владеешь достаточно приличным состоянием?
- Я не имею к нему доступа. Два года назад, когда маме стало хуже, я предпринял попытку добиться смягчения приговора, но в ответ получил лишь угрозы. Видишь ли, я не уверен даже, не нарушаю ли я условия своего освобождения прямо сейчас – мне запрещено иметь какие угодно контакты с волшебным миром и его представителями – таким образом, я, вроде как, сейчас не следую постановлению суда. С другой стороны, это не я искал этого контакта, а ты пришел ко мне. К тому же не просто так, а по делам Министерства. Как видишь, я пребываю в затруднительном положении.
- Данная беседа не попадает под твои рамки, можешь не волноваться. Я здесь присутствую не как представитель магического мира, а как сотрудник правительства Великобритании, решающий вопросы национальной безопасности.
- Пфф, я и есть угроза этой самой безопасности?
- Можешь не сомневаться. Любые активные действия магов в маггловском мире ставят наше существование под большим вопросом. На кону стоят жизни двенадцати тысяч подданных Ее Величества, так что, да, это вопрос необычайной важности.
- Как скажешь. В любом случае, я не ставил их жизни под угрозу, можешь не сомневаться.
- Но ты сказал, что связывался с кем-то из магов уже после твоего выдворения в мир магглов?
- Да, это так. Не волнуйся, я расскажу про это чуть позже. В любом случае, я был осторожен, и никто из магглов, не посвященных в тайну магического мира, от меня ее и не узнал.
- Что это значит?
- Увидишь. Как я уже сказал, мы обязательно до этого дойдем. Ну а пока, я надеюсь, мы разобрались с очередным вопросом?
- Я уже забыл, про что он там был? – найдя нужную бумажку, Деннис освежил вопрос в своей памяти. – Ага, про зубы. Знаешь, я уже вряд ли чему удивлюсь, так что готов допустить, что ты действительно запомнил оброненную десять лет назад фразу. В конце концов, я же все равно потом это проверю. Так что допустим, что да, разобрались. Переходим к следующему вопросу. Знаешь, я даже почти не сомневаюсь, к чему ты его привяжешь.
***
Часть 2.
- Итак, Грегори, не поделитесь с нами, когда вы последний раз были у дантиста?
- К сожалению, уже и не вспомню. Но это было приличное время назад.
- Что же, ваши зубы с моего места выглядят весьма здоровыми.
- Благодарю, я стараюсь внимательно следить за ними.
- Это очень хорошо. Как насчет ответа на вопрос? Вы знакомы с человеческой анатомией на бытовом уровне?
- Мне кажется, что я знаю правильный ответ, если только я правильно понял сам вопрос.
- Что вы считаете в нем непонятным? Может быть, мы вместе сможем разобраться с вашими трудностями? Ну, или всегда можно воспользоваться любой из трех подсказок, благо вы дошли до шестого вопроса, не потратив ни одной из них.
- В вопросе сказано «передняя группа». Думаю, логично предположить наличие задней и может быть какой-нибудь средней. Вероятно, что передняя группа должна находиться ближе всего к ротовому отверстию. С центральным расположением, вроде, все ясно. Таким образом, речь, в моем понимании, идет вот об этих зубах, - Грегори аккуратно постучал себя по парочке своих зубов. – И я точно уверен, что эти зубы называются резцами. Значит, если я ничего не напутал в терминологии, мой ответ - А. Резцы.
- Вы уверены? Всего полминуты назад вы сомневались в своей правоте.
- Я и сейчас немного сомневаюсь. Я вообще на всех вопросах слегка, но сомневался. Так что от этого никуда не деться. Но подсказки сейчас использовать не буду. Мой ответ – резцы, и он окончательный.
- Какой напор, - ухмыльнулся ведущий. – Что же, не буду отговаривать от поспешных решений, вы выглядите достаточно уверенным, чтобы не поддаться на мои уговоры, рассчитанные на выманивание у вас подсказок. Итак, ответ А, - табло в очередной раз подсветило выбранный вариант. – И это вновь абсолютно верный ответ. Действительно если идти от середины десны в любую из сторон сперва будут резцы, затем клык, после чего следуют премоляры и завершается все молярами. Итак, на вашем счету уже две тысячи фунтов. Идем дальше?
- Разумеется.
- Замечательно, в таком случае седьмой вопрос и четыре тысячи фунтов: «Какая страна считается родиной фейерверков?». Вариант А – Голландия. Вариант B – Франция. Вариант С – США. И, наконец, вариант D – Китай.
***
Часть 3.
- …там у вас творится?
- Я знаю не больше твоего, Мэгги. Он просто приказал внимательно следить за графиком работы известных сотрудников отдела тайн.
- Зачем ему это понадобилось?
- Я без понятия, но и не хочу знать. Нам сейчас не нужно лишний раз навлекать на себя его гнев лишними вопросами.
Грегори прислушался, чтобы не пропустить ничего важного из разговора родителей. Открыв глаза, он обнаружил, что лежит в своей кровати, однако юноша совсем не помнил, как здесь оказался. Родители стояли в коридоре, так что его мать заметила, что сын уже не спит.
- Наконец-то ты очнулся, мы так волновались.
- Что произошло?
- Когда вы не появились на платформе твой отец и мистер Малфой в сопровождении контролера прошлись по составу и обнаружили тебя, Винсента и Драко в ужасном состоянии. Ты помнишь, кто это сделал?
- Последнее, что помню, Драко ругался с гриффиндорцами во главе с Поттером.
- Надо положить конец этим безобразиям, Люциус не однократно говорил, что Дамблдор закрывает глаза на проделки своих дорогих львят. Порой эти шуточки выходят за всякие рамки, - Генри включился в разговор.
- А что потом случилось?
- Мы отвезли вас троих к Малфоям, их семейный врач вас осмотрел и избавил от отвратительных щупалец на лице. После этого мы разобрали вас домой. Ты пролежал без сознания почти двое суток, но Северус сказал, что это нормально. Вот, он оставил тебе пару снадобий, сказал, чтобы ты их принял, когда очнешься.
- А что насчет Диггори? Дамблдор говорил правду, когда сказал, что…
- Замолчи, - вскрикнул отец, но почти также быстро остыл. – Прости меня, Грегори, я не должен был срываться на тебя. Но я хочу, чтобы мы не обсуждали больше эту тему. Все что тебя должно сейчас волновать – это выздоровление, хорошее времяпрепровождение на каникулах, а затем плодотворная учеба с начала сентября. В этом году у тебя будет первое серьезное испытание – экзамены уровня СОВ, так что я надеюсь, что ты приложишь все свои силы, чтобы получить оценки, которые позволят тебе продолжить обучение в школе.
- Я постараюсь, отец.
- Грегори, я хочу, чтобы ты понял одну вещь. Ты обязан продолжить обучение в школе. Дополнительные два года в школе защитят тебя от неопределенности нынешней обстановки в волшебном мире. Так что, прошу, отнесись к моим словам предельно серьезно. Ну а пока отдыхай, мы с мамой оставим тебя. Поправляйся.
Родители покинули комнату сына, прикрыв за собой дверь. До Грегори донеслись лишь обрывки разговора спускающихся по лестнице отца и матери. Что же, отец недвусмысленно дал понять, что не желает сыну участи начинающего Пожирателя Смерти, подтвердив мнение Грегори, полученное более пяти лет назад во время подслушанного разговора родителя с мистером Малфоем. Таким образом, можно было не опасаться, что Грегори насильно поволокут на поклон к Темному Лорду. Тот в свою очередь, если верить услышанному, сейчас сконцентрирован на чем-то или ком-то, находящемся в самом секретном отделе Министерства Магии. Это в свою очередь давало дополнительное время на подготовку – Темный Лорд явно не планировал сейчас заниматься осмотром потенциального пополнения своей армии.
Но долго удача не могла бы благоволить Грегори, и он это понимал. Пока отец пропадал на работе дольше обычного, а мать все чаще обсуждала какие-то вопросы с матерью Винсента, юноша продолжал изо всех сил совершенствовать свои, откровенно говоря, слабые навыки в области окклюменции. Без напарника, в роли которого выступал профессор Снейп, дела продвигались еще медленнее. Поскольку некому было проверять его защиту на прочность, юноше приходилось опускать тренировку обнаружения противника, занимаясь исключительно отработкой создания защитного покрова. Частая тишина в доме и отсутствие большого домашнего задания на лето весьма способствовали методичному самосовершенствованию, но без должного учителя все это имело не слишком много смысла. Время от времени, Грегори отвлекался на решение задач, регулярно поставляемых ему близнецами – те вышли на более серьезный уровень работы – их запросы к качеству и содержанию изделий значительно выросли. Частично этому способствовало и приличное пополнение бюджета – как выяснилось, в кармане у близнецов прибавилось ровно на тысячу галлеонов. Чертов Поттер безвозмездно вложился в бизнес – благородное, но абсолютно не практичное решение. Впрочем, Грегори смотрел на это, как на компенсацию нанесенному ему урону – хотя эти деньги не попали под разделение, так как не являлись прибылью, а всего лишь инвестицией, Грегори рассчитывал, что эта тысяча галлеонов в будущем принесет ему солидный куш.
Как оказалось, близнецы не тратили время зря – помимо разработки новой продукции, они внимательно отнеслись к вопросам обустройства самого магазина. Познакомившись с Ульвиком, братья внесли свой вклад в продвижение гоблина по служебной лестнице – так, молодой стажер первым среди новичков стал личным управляющим делами одной недавно зарегестрированной фирмы. Желая отблагодарить щедрых работодателей, всего за пару дней Ульвик решил сразу две проблемы: сперва гоблин успел втиснуть новых клиентов в середину очереди на получение своей доли от продажи конфискованных вещей мистера Бэгмена, а затем подобрал два варианта для будущего помещения магазина. Располагающиеся рядом здания, принадлежавшие раннее астрономическому и зельеварным лавкам, соответственно, были готовы для приема новых постояльцев. Последовав мудрому совету своего управляющего, братья заключили договор на аренду одного из помещений на полуторагодичный срок, начиная с начала следующего календарного года – братья планировали на рождественских каникулах начать ремонтировать помещение, согласно своим планам. Оставшийся в школе год близнецы собирались серьезно посвятить тестированию своих изобретений, опросам среди школьников и изучением работы магазина «Зонко», расположенного в Хогсмиде. Второе помещение в свою собственность приобрел один мастер, планировавший открыть в нем свой магазин артефактов.
Таким образом, в школе партнеры ехали с солидным багажом планов и идей: Грегори требовалось серьезно потрудиться, чтобы доработать значительно число придуманных летом изделий, на близнецах же лежало практически все остальные заботы.
***
Локонс мог бы гордиться собой, если бы помнил хоть что-то из своей прошлой жизни. Настал тот момент, когда его, наконец, сместили с позиции самого бездарного преподавателя защиты от темных сил. Причем сделала это не абы кто, а самая что ни на есть настоящая заместительница Министра Магии. Ее урок произвел настолько сильный усыпляющий эффект, что на следующем уроке Грегори допустил серьезную оплошность. Забыв проверить, не прореагирует ли приготовленное измененным рецептом зелье со стеклом, Грегори чуть было не спалил свою мантию во время переливания состава в колбы – вовремя подоспевший профессор потушил начавшийся пожар. В свое оправдание Грегори мог заметить, что он не ожидал, что одно и то же зелье, полностью сохраняющее свои итоговые лечебные свойства, имеет отличный химический состав – что в итоге и привело к первой серьезной оплошности слизеринца на глазах учителя. Как бы то ни было, Грегори извлек урок из этой ситуации и в дальнейшем всегда внимательно относился к вопросам инертности сред, в которых содержались зелья.
К началу октября Грегори смог немного разгрести свое расписание – за пять недель, что прошли с начала учебного года, при активном участие близнецов, которые регулярно поставляли новые записи клинических испытаний, он смог доработать большую часть содержимого набора, прозванного братьями Уизли «Забастовочными завтраками». И хотя слизеринца не совсем устраивало тестирование недоработанных приколов на студентах младших курсов, он не мог не признать, что такой метод в несколько раз ускорял процесс улучшения состава товаров. Теперь на руках у близнецов были абсолютно готовые Обморочные орешки, Блевательные батончики и Кровопролитные конфеты с прилагающимися в комплекте антидотами. На завершающую стадию тестов вышли Диарейные драже и Гнойный грильяж, но слизеринец сомневался в их популярности среди студентов. В освободившееся время Грегори решил попробоваться на вакантные места загонщиков в квиддичной сборной Слизерина. Дерек и Боул выпустились в прошлом году, так что из-за проходящего турнира они не успели назначить приемников, с которыми бы занимались отдельно от общих тренировок. По такому механизму сборная факультета функционировала ни один десяток лет, но перерыв в соревнованиях нарушил сложившуюся традицию.
Отборочные соревнования были назначены на первое воскресенье октября. Через час после завтрака пять членов команды и полтора десятка претендентов собрались на квиддичном стадионе. На трибунах было немноголюдно, но все же по парочке шпионов с других факультетов присутствовало: все желали первыми узнать об изменениях в составе команды соперников. Большая часть слизеринцев нацелилась на два вакантных места охотников – для Монтегю и Пьюси это был последний год в стенах Хогвартса, и они, следуя традиции, планировали отобрать из желающих себе достойную замену на следующий год.
На два места загонщиков претендентов было значительно меньше: кроме Винсента и Грегори, стать членами сборной на данной позиции желал лишь коренастый третьекурсник Стив Ламент.
Монтегю подошел к процедуре отбора со всей тщательностью: оставив потенциальных охотников разминаться с квоффлом под руководством Пьюси и Уоррингтона, капитан команды направился к загонщикам.
- Поскольку ситуация у вас тут слегка не равная я, пожалуй, откажусь от первоначального плана, иначе вы двоем, - Монтегю кивнул на пятикурсников, - просто дружно сольете третьего. Так что будете биться один на один. Сперва Ламент и Гойл. Берите биты, седлайте метлы. Ваша задача – первыми выбить все цели соперника, не дав ему поразить ваши.
Пока претенденты взлетали в воздух, Грэхем наколдовал десять круглых тарелок, по пять на брата, которые развесил за спинами участников. Стив и Грегори зависли в воздухе на расстоянии двадцати метров друг от друг, ожидая момента, когда капитан выпустит бладжеры из специального чемоданчика. Монтегю заранее попросил мадам Хуч на время тренировки изменить настройки бладжеров, заметно сократив их радиус действия. Таким образом, тренирующиеся на другом конце поля охотники были в безопасности от сумасшедших мячей.
По взмаху палочки капитана сундук открылся, и два мяча устремились на свободу. Оба соперника кинулись им наперерез – Грегори первый успел добраться до своего и прицельно переправил его в сторону тарелок Стива. Не глядя на результат, пятикурсник резко развернулся и полетел к своим тарелкам, надеясь защитить их от удара настигшего второй бладжер Ламента. Где-то за спиной раздался звон стекла, но Грегори не отвлекался на свой первый успех – ему было важно успеть перехватить летящий в сторону его тарелок мяч. Он не успел буквально на долю секунды, но ему повезло – бладжер пролетел в десятке сантиметров от одной из тарелок. Нагнав его, Грегори со всей мочи запустил его по своей цели, не надеясь, впрочем, на успех – Стив успел занять защитную позицию возле своих тарелок и как раз в этот момент отправлял первый бладжер, размочивший счет, в сторону Грега. Оба слизеринца заняли оборонительную позицию, перебрасываясь мячами – они пытались привыкнуть к подобными условиям, так что не спешили идти на обострение ситуации. Пару раз Грегори чуть не пробивал оборону третьекурсника, однако тот был тоже хорош – он уступал более взрослому сопернику в размерах, однако каким-то невероятным образом умудрялся отправлять мячи с потрясающей силой и точностью обратно. Заигравшись, Грегори случайно разбил свою же тарелку битой, когда отбивал летящий на него бладжер, выровняв счет. Не желая проигрывать третьекурснику, Грегори решился попробовать изменить ход противостояния: отбив очередной долетевший до него мяч не в сторону соперника, а перпендикулярно вверх, пятикурсник прицельно отбил второй мяч, после чего резко рванул наверх, навстречу первому мячу – через пару секунд оба бладжера неслись на Ламента с минимальным разрывом. С трудом отбив один из них, слизеринец просто не успел справится со вторым – тот разбил вторую тарелку и улетел за спину юному загонщику. Воспользовавшись положением, Грегори не полетел защищать свои тарелки в ожидании следующего шанса – он, как сказали бы в теннисе, решил сыграть у сетки. Рванув наперез летящему к его кругляшам мячу, Гойл вновь отправил его по вражеским целям. Стив задергался – мячи летели к нему с обеих сторон. Как результат, оба мяча поразили цель, правда, Ламент успел отбить один из бладжеров в сторону тарелок противника так, что теперь Грегори пришлось спасать свои объекты от обоих мячей разом. Юноше удалось сбить оба снаряда с их курсов, но инициатива была потеряна – Стив крепко зажал противника у его тарелок, не позволяя тому перейти в контратаку. Но, похоже, что третьекурсник просто не рассчитал свои силы – с каждым новым ударом мячи отлетали все ближе, так что Грегори вновь смог переломить ситуацию – перекинув бладжер через линию обороны Ламента, он заставил того отлететь назад. Второй бладжер также был отправлен по тарелкам третьекурсника, однако Стив, летя спиной с к нему, не успел этого заметить. Когда у Ламента разбилась четвертая тарелка, Грегори решился на риск – оставив свои четыре целые тарелки на растерзание противнику, он рванул на встречу летящему обратно после удачного попадания бладжеру и с размаху с расстояния в пару метров вколотил его в оставшуюся цель. Ламент тоже не терял времени даром и успел поразить две тарелки. Довольный Монтегю дунул в свисток, завершая первый поединок со счетом пять – три. Дав участникам возможность отдохнуть, капитан отправился проверить дела у охотников, разрешив Винсу немного размяться в воздухе.
Через пару минут Грэхем вернулся, и дал отмашку Винсенту и Стиву. На этот раз поединок продлился значительно дольше – Ламент хоть и был более уставшим, но уже имел опыт такой игры, так что в первые минуты Винсенту пришлось тяжело – он проигрывал с разрывом в две тарелки. Однако, как и в прошлый раз, третьекурснику трудно было долгое время удерживать заданный темп. Его ставка на быстрый разгром соперника не оправдалась – Винсент, втянувшись в игру, начал спокойно играть от обороны, выматывая более юного оппонента. Незаметно игра переместилась к другому концу поля. Винсент методично засыпал с трудом отбивающегося паренька снаряда, постепенно выбивая одну тарелку за другой. Под конец Стив смог выбить еще одну тарелку, но Винс, не паникуя, почти сразу же добил оставшуюся цель.
Когда оба участника приземлились около Монтегю, тот уже был готов озвучить решение.
- Я думаю, все согласятся, что в третьем поединке нет смысла. Стив, спасибо за участие, ты достойно себя показал, особенно с учетом разницы в возрасте. Мне кажется, ты понял, что твоей единственной проблемой является «физика». Как только сможешь держать заданный уровень в течение более длительного времени, тогда без проблем сможешь занять место в сборной факультета. Тем более Винсент и Грегори на пару лет тебя старше, так что места загонщиков точно освободятся за два года до твоего выпуска. Думаю, парни обязательно рассмотрят твою кандидатуру – ты действительно хорошо себя зарекомендовал.
Приободрив слегка расстроенного парня, Винсент, Грегори и Грэхем направились в сторону тренировки охотников. Заняв свои места возле Малфоя, друзья принялись наблюдать за отбором. Проходил он на этот раз безо всяких нововведений. Майлз Блетчи занял свое место в воротах и поочередно испытывал навыки претендентов. Из-за большого числа желающих процедура достаточно сильно затянулась. Через два часа после начала Монтегю, посовещавшись с коллегами по нападению, огласил свой вердикт: отбор на будущий год прошли Дэн Ургхарт и Стюарт Вэйси.
Через пару дней после попадания в команду во время обсуждения с близнецами сметы закупок ингредиентов для дальнейшего испытания Жароповышающего желе и Икотных ирисек братья завели разговор с неожиданное русло.
- Как тебе, кстати, Амбридж? Полтора месяца уже прошло, можно делать выводы.
- Да никак, но я не особо переживаю, мне, в общем-то, плевать на защиту от темных сил, она не входит в мой список интересующих предметов. Так что я спокойно переношу ничего неделание на ее уроках.
- Нет желания поучиться нормальной защите?
- Да вроде не особо, итак есть чем заняться. Но готов выслушать, что вы предлагаете.
- Если хочешь, приходи во время похода в Хогсмид в «Кабанью голову». Гарри собирает всех желающих, там, правда, только организационные вопросы будем решать.
- Поттер что ли? У него учиться собрались? Не стыдно у парня, который на два курса младше чему-то учиться?
- Да вроде нет, мы, откровенно говоря, тоже никогда особо не делали упора на защиту, а она в свете последних событий весьма важна.
- Воевать что ли собрались? Ну, так бросьте это дело, раз это не ваше.
- Не получится. Семья важнее всего. Один братец уже ее бросил, мы не подведем родных.
- Ну как знаете, отговаривать не буду, своя голова у вас на плечах есть. Но я, пожалуй, откажусь от столь заманчивого предложения. Сомневаюсь, что он обучит вас чему-то, что вы еще не успели освоить к седьмому курсу.

***
Приближался первый матч сезона, в котором традиционно встречались сборные Гриффиндора и Слизерина. Грегори и Винсент без проблем влились в состав, демонстрируя высокий уровень сыгранности: до близнецов Уизли, разумеется, было далеко, но слизеринские загонщики и не играли всю жизнь бок о бок. На удивление, тайным оружием сборной Слизерина в предстоящем матче стал Рон Уизли. Понаблюдав за тренировками предстоящих соперников, слизеринцы пришли к простому выводу: Рон Уизли не выдерживает никакого давления. В связи с этим специальный творческий отряд Слизерина засел за изготовления обидных кричалок, направленных исключительно на нового вратаря сборной Гриффиндора. Студенты так увлеклись, что по результатам посиделок была рождена полноценная песня, которую ко дню матча выучил каждый слизеринец. Опыт прошлого года со значками был признан успешным, в результате чего большинство студентов Слизерина обзавелось аксессуаром с надписью «Уизли - наш король».
В день матча Грегори заметно трясло от волнения, хотя он и понимал, что загонщиков никто не осудит, если только они не начнут выбивать из игры своих напарников. Однако столкновение в первом официальном матче с близнецами Уизли было весьма серьезным испытанием. Эти двое могли бы вполне выступать на официальном уровне, если бы не нашли свое призвание в магазине волшебных приколов. Так что Грегори осознавал, что им с Винсентом придется выложиться на полную катушку, чтобы оказать достойное сопротивление рыжикам.
И вот настало время: команда покинула свою раздевалку и, держа метлы на плече, цепочкой вышла на стадион, где их встретили под бурные овации. С противоположного конца поля им навстречу шла команда Гриффиндора, которой тоже достались приветственные аплодисменты.
Рукопожатие капитанов, свисток судьи, открытый сундук с мячами – игра началась. Грегори занял свою позицию чуть выше основного уровня расположения игроков, Винсент – чуть ниже. Таким образом, они могли перебрасываться мячами, целясь по игрокам в красной форме. Уже третий удар оказался удачным – Винсент смог попасть по владеющей мячом Анджелине Джонсон, в результате чего та не удержала квоффл в руках. Близнецы же придерживались абсолютно другой тактике – они сами носились по полю, в самой гуще игроков, перехватывая бладжеры и точно отправляя их по игрокам команды соперников. В целом, новички слизеринцев успешно противостояли опытным загонщикам красной команды – под их прицельным обстрелом женская часть гриффиндорской команды часто теряла мячи, в результате чего на данный момент Блетчи пропустил всего лишь один мяч. Рон Уизли же, наоборот, полностью оправдывал возложенные на него надежды – все пять проходов к его воротам закончились голами.
Но все как всегда решили метлы. После того, как слизеринцы на последней модели «Нимбусов» уступили гриффиндорцам на втором курсе, Люциус Малфой отказался покупать своему сыну «Молнию», мотивировав это тем, что данные трудности лишь заставят его больше тренироваться и помогут стать лучше. Драко может быть и стал лучше, по крайней мере, он на равных боролся с «Молнией» Поттера, однако для ловцов важны именно доли секунды, которые и обеспечила метла гриффиндорца. Грегори и Винсент пытались остановить проход Поттера, но близнецы, смекнув, что Гарри представляет их единственную возможность выиграть этот матч, просто легли на курс соревнующихся ловцов, отбивая все мячи, летящие в их сторону как можно сильнее и дальше.
Через пару мгновений Поттер все-таки выхватил снитч у Драко из-под носа, а Винс, воспользовавшись расслабленным состоянием близнецов умудрился достать бладжером гриффиндорского ловца.
Было обидно проиграть: сборная Слизерина провела образцовый поединок, и если бы не дурацкое правило со снитчами, то от соперника не осталось бы и камня на камне. К сожалению, правила квиддича, видимо, придумывал большой мастер ловить маленькие предметы, летающие на приличной скорости, а не фанат командной игры.
Грегори приземлился на поле и направился к Винсенту, который имел не слишком приятную беседу с судьей по поводу своего последнего действия. Формально, свистка об окончании матча во время нанесения удара еще не прозвучало, так что Слизерин не мог лишиться баллов – Крэббу требовалось лишь смирно выслушать предупреждение мадам Хуч. Но их прервала драка на кромке поля – Малфой лежал на земле, а над ним стояли один из близнецов и Поттер, которые явно не собирались останавливаться на достигнутом. Слизеринцы кинулись на защиту своего ловца, однако мадам Хуч успела быстрее – ее заклинание откинуло драчунов на приличное расстояние. Под пристальным взглядом судьи и улюлюкание толпы двое членов гриффиндорской сборной направились в кабинет своего декана. Остальные члены команды потащили рвущегося в бой Фреда в сторону замка. Слизеринцы организовали доставку своего подбитого ловца в больничное крыло, после чего направились в подземелья.
Как оказалось, драка на стадионе может довести до отстранения от квиддича – именно такой вердикт был вынесен в отношении близнецов Уизли и Поттера. Узнавшие эту новость слизеринцы были довольны: теперь ослабленная сборная Гриффиндора была легким соперником для рейвенкловцев и хаффлпаффцев. Таким образом, победы над этими сборными могли принести сборной Слизерина кубок Хогвартса по квиддичу в этом году.


Сообщение отредактировал Могу - Воскресенье, 11.09.2016, 16:32
 
МогуДата: Воскресенье, 11.09.2016, 16:30 | Сообщение # 20
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
В целом, ситуация в школе была на удивление соответствующей учебному заведению – никаких покушений, опасных существ, беглых преступников. Дети учились, кстати, и в этом плане наметились улучшения – Хагрид стал лучше вести уроки, профессор Трелони была заменена на Флоренца – таинственного кентавра, пытающегося поделиться своей мудростью со студентами.
Рождественские каникулы близнецы вынуждены были потратить на семейные дела, так что обустройство магазина слегка откладывалось. Грегори взял на себя часть дел, не требующих личного присутствия – при помощи Ульвика в подвале была обустроена небольшая лаборатория по типу той, что была у Грегори на чердаке. Так же юноша, разбирающийся в ценах на ингредиенты, смог заключить от имени близнецов несколько контрактов на поставку сырья, необходимого для уже разработанных и пользующихся популярностью товаров. Последним штрихом новогодней работы Грегори стала книжка, в которой он до мельчайших деталей описывал процесс варки зелий, которые использовались близнецами при изготовлении продукции. Этот лабораторный журнал должен был стать подарком на день рождения близнецов.
Следующие три месяца пролетели необычайно быстро – Грегори был по-прежнему занят сотрудничеством с братьями Уизли, тренировками факультетской сборной по квиддичу, которая, кстати, во втором матче продемонстрировала настоящий класс, под орех разделав сборную Рейвенкло. Учебный год перевалил через экватор, так что Грегори постепенно начал готовится к грядущим экзаменам. Нагрузка немного уменьшилась в начале февраля – профессор Снейп прекратил их занятия по окклюменции, сославшись, что ему навязали еще одного ученика по этой дисциплине. Зачем Поттеру резко понадобилось уметь защищать свой разум, еще и в середине года, осталось для слизеринца загадкой. Правда, отмена уроков не сильно разгрузила юношу – Снейп настоятельно рекомендовал продолжать практиковать, и Грегори не собирался отлынивать от этого.
Идиллия, что в школе наконец-то остался лишь образовательный компонент, рухнула в середине апреля – Амбридж показалось, что ее совсем не ценят в коллективе, поэтому она приложила все силы, что занять пост еще выше. Одним ясным апрельским днем мадам Генеральный инспектор наведала в гостиную Слизерина, где в этот момент находились в основном два старших курса. В результате торговли обещаниями, Амбридж смогла убедить десять человек оказать ей услугу в виде силовой поддержки при захвате нарушающей школьный порядок группы учеников. По имеющейся у нее информации данная группа соберется сегодня на восьмом этаже замка для совершений действий, направленных против Министерства Магии. Договорившись встретиться с группой поддержки в семь часов в ее кабинете, профессор покинула помещение общежития зеленого факультета. Грегори тотчас же направился к себе в комнату, чтобы предупредить близнецов – учитывая нелюбовь инспектора к Гарри Поттеру, юноша практически не сомневался, о какой группе студентов идет речь.
В назначенный час слизеринцы собрались в кабинете защиты от темных сил. Профессор быстро распределила слизеринцев на ключевые посты и приказала задерживать всех, кто попытается преодолеть поставленные блокпосты. Захватив с собой парочку семикурсников, Амбридж двинулась на восьмой этаж. Видимо источники генерального инспектора забыли уточнить, сколько именно народу включает в себя обсуждаемая группа. Так что ушедшая наверх троица не смогла сдержать бегущую вниз толпу – студенты имели бы все шансы прорваться, если бы продолжили двигаться вместе – им требовалось всего лишь зачаровать свои лица. Однако отсутствие четкого плана подвело бунтарей – разделившись на множество маленьких групп, они стали легкой мишенью для сидящих в засаде слизеринцев. Грегори достался пост на восточной лестнице, но он не сильно стремился принимать участие в охоте – мимо него пробежали Гермиона, сестра близнецов Джинни и еще какая-то блондинка, но стоявший в нише слизеринец не спешил стрелять им в спину. Подождав еще пару минут, за которые больше никто не решил воспользоваться данным маршрутом для отступления, Грегори двинулся наверх, навстречу своим напарникам по облаве. По пути ему встретились пара парализованных пятикурсников, которых он быстро привел в чувство. В конце коридора обнаружился Драко, рассказывающий Уоррингтону, историю о том, как он поймал самого Поттера, после чего Амбридж потащила того в кабинет директора. Похоже, что Поттер был единственным, кто по-настоящему интересовал госпожу инспектора.
На следующее утро волна шокирующих слухов пронеслась по Хогвартсу. Хотя Амбридж и издала очередной декрет, назначающий ее новым директором школы, замок не признал ее прав на этот пост. Каким-то невероятным образом все подробности вчерашних вечерних событий стали достоянием общественности. Фред и Джордж сокрушались, что не заметили вовремя предупреждения (Грегори написал, что проходил мимо, когда Амбридж обсуждала детали с парочкой слизеринцев), а сам слизеринец расхлебывал последствия своего пассивного участия в облаве – все слизеринцы, оказавшие поддержку новому директору были включены в состав специальной группы учащихся, стоящих по рангу даже выше старост. Не всем подобные перемены пришлись по нраву. Так, почти сразу после вступления в ряды Инспекционной дружины, пропал капитан слизеринской команды по квиддичу, Грэхем Монтегю.
Утром близнецы вышли на связь через пергамент:
- Здорово, компаньон. Мы решили, что должны сообщить тебе первым – в связи с последними событиями мы решили не тратить свое время попусту и покинуть школу. Таким образом, мы полностью уделим все свое время нашему магазину. Перед уходом мы решили провести пару демонстраций, так сказать, для привлечения внимания к нашему товару. Так что не пропусти, сегодня после обеда ты познакомишься с величайшим достижением китайской культуры. По совместительству и нашим величайшим изобретением. Мы потратили на его разработку почти два месяца, но они того стоили. Это штука воистину крута, впрочем, сам увидишь. Кстати, не удивляйся, но мы обработали его одним твоим составом, это будет забавно. Советуем тебе быть на обеде, когда все начнется, чтобы не вызывать подозрений. Заварушка обещает быть эпичной.
Написали и тут же отключились.
Заинтригованный утренним посланием Грегори во время обеда сидел, как на иголках – любой шум воспринимался им как начало проделки близнецов. Наконец, все началось – в открытые двери Большого зала стремительно ворвался огромный золотистый дракон, разумеется, не настоящий, а состоящий из цветных искр. Сделав пару кругов под потолком, он с громким хлопком разорвался на сотню маленьких дракончиков, по своему поведению похожих на пикси – маленькие фейерверки принялись носиться по всему залу, сея настоящий хаос. Кто-то попробовал остановить беспорядки, но затормаживающие заклинания не действовали на шутихи – те, наоборот, начинали перемещаться с удвоенной скоростью. Грегори начал догадываться, о каком именно зелье шла речь. Его подозрения подтвердились, когда он перебежками перемещался в сторону кабинета чар – какой-то старшекурсник попытался применить к элементу фейерверка в форме огненного колеса заклятье исчезновения. С легким хлопком на незадачливого мага неслось уже десять колес, грозя снести его с пути. Теперь не оставалось никаких сомнений – близнецы умудрились найти применение для экспериментального зелья, преобразующего эффекты несложных заклинаний в противоположные им.
Пиротехнические изобретения продолжали носиться по школе до самого вечера, оставив сильное впечатление даже у не слишком довольных детскими развлечениями слизеринцев. К счастью для них, когда Амбридж поняла, что простыми чарами от волшебного фейерверка не избавиться, она сразу отказалась от идеи привлечь Инспекционную дружину к ликвидации последствий.
На следующий день обнаружилась пропажа: Филч обнаружил капитана слизеринской команды в мужском туалете на пятом этаже. Психическое и физическое состояние студента оставляло желать лучшего – мадам Помфри вместе с профессором Снейпом внимательно изучили пациента, после чего зельевар немедленно направился в подземелья готовить необходимые для выздоровления его студента зелья.
Через шесть дней близнецы снова вышли на связь, сообщив, что на послеобеденное время намечается вторая часть Марлезонского балета, и посоветовали посетить коридор Григория Льстивого во второй половине дня. Последовав совету, Грегори застал на шестом этаже восточного крыла огромное болото, распространившееся по всей ширине и длине упомянутого коридора. Спустившись обходными путями вниз, Грегори обнаружил близнецов в вестибюле здания, окруженных чуть ли не всей школой: большинство студентов просто наблюдало за развитие событий, однако члены Инспекционной дружины явно выполняли роль заградительного кордона. Грегори успел подойти к самой развязке: близнецы призвали свои метлы и, в последний раз прорекламировав свой магазинчик на территории школы, вылетели из распахнутых парадных дверей навстречу взрослой жизни.
На несколько дней в школе наступил настоящий бардак: побег близнецов вызвал эффект разорвавшейся бомбы. Ученики не стеснялись экспериментировать с купленными у братьев всевозможными приколами. Некоторые члены Инспекционной дружины поначалу пытались помочь Амбридж наводить порядок, но побывав в Больничном крыле хотя бы раз резко охладевали к этой идеи. К сожалению для слизеринцев, помимо еще неоправившегося капитана, факультетская сборная лишилась и второго охотника – Уоррингтон попал в больницу с серьезным кожным недугом. Наличие замен слегка скрасило ситуацию, но команде не хватало сыгранности. Вдобавок возникли проблемы с лидерством – на таком факультете как Слизерин всегда остро реагировали на освободившиеся вакантные места. Вот и сейчас лидерство пытались перетянуть на себя Пьюси и Малфой. На первых порах миролюбивый Блетчи пытался их унять, но, получив от обоих, бросил это дело. Неудивительно, что подошедшая в таком состоянии к последней игре сборная не смогла победить хаффлпаффцев. Полное отсутствие взаимопонимания среди охотников не смог компенсировать даже поймавший снитч Малфой – Хаффлпафф победил с разрывом в десять очков.
***
За две недели до начала экзаменов декан Слизерина вспомнил, что за всеми кадровыми перестановками и беспорядками, творящимися в школе, он забыл провести традиционную консультацию по выбору профессии для студентов пятого курса. Как и на распределении, Грегори шел третим в списке, сразу после Винсента и Трейси. Постучав в дверь кабинета, слизеринец вошел внутрь. Профессор зельеварения как обычно сидел за своим столом, однако на этот раз тот был покрыт толстым слоем различных пергаментов и рекламных брошюр.
- Заходи, садись, - профессор Снейп вновь запечатал кабинет десятком различных заклинаний.
- Здравствуйте, сэр.
- Что же, Грегори, думаю, мы оба прекрасно знаем, чем ты собираешься заниматься по жизни, так что давай сэкономим время и обсудим более насущные проблемы. Ты уже решил, изучение каких предметов продолжишь в следующем году?
- Если критерием отбора останутся прежними, то точно историю магии, астрономию и уход за магическими существами – по ним достаточно получить «удовлетворительно» для продолжения обучения. Скорее всего, еще травологию и, возможно, для количества – еще прорицания. Ну и, разумеется, зельеварение. Сомневаюсь, что потяну обучение трансфигурации на уровне ЖАБА. Серьезные сомнения пока что вызывают лишь чары.
- Боишься, что не потянешь программу?
- Да. Заклинания мне даются с переменным успехом, а ведь это примитив по сравнению с уровнем ЖАБА. Как бы мне не нравился стиль преподавания профессора Флитвика, но, боюсь, я не смогу поспевать за общей группой.
- Тебе это вроде никогда и не требовалось. В конце концов, можешь попробовать, если будет тяжко – откажешься от курса чар. На шестом курсе отсутствуют переводные экзамены, так что никаких проблем с переходом на седьмой курс у вас не должно возникнуть. Бросить всегда успеете, я бы посоветовал тебе попробовать. Ты все равно выбрал не самые сложные для изучения предметы, так что нагрузка не будет слишком серьезной. Единственное, я бы хотел с тобой обсудить еще один момент. Скорее всего, тебе стоит отказаться от зелий в пользу защиты от темных сил.
- Это зачем?
- Дамблдор на днях отправлял письмо Горацию Слизнорту, так что, скорее всего, именно он будет преподавать в школе.
- Но как это связано с отказом от зельеварения? – не понимая, куда клонит декан, спросил Грегори.
- Слизнорт – мой школьный учитель именно по этой дисциплине. Так что в следующем году у тебя не выйдет экспериментировать на зельях, не привлекая ненужного внимания.
- А как же вы, сэр?
- Похоже, Дамблдор решил, наконец, удовлетворить мою просьбу о переводе меня на преподавание защиты от темных сил.
- Но, сэр, эта же должность…
- Не говорите ерунды, Грегори, - перебил студента профессор Снейп. – Нельзя проклясть должность. Просто все преподаватели этого предмета настолько некомпетентны, суеверны или просто опасны для учеников, что никто из них не задерживался в школе дольше года.
- Значит, мне нужно получить «выше ожидаемого» по защите? А как же тогда с зельями? Мне же понадобится сдать по ним ЖАБА.
- Обучение не является допуском к экзамену. Сдавать его можно и не занимаясь по этому предмету, достаточно иметь на руках разрешение от действующего преподавателя этой дисциплины или от директора школы. Обещаю, у вас будет это разрешение, просто продолжите подготовку к экзамену в самостоятельном режиме. Я постараюсь дать вам мои материалы по шестому курсу.
- Спасибо, сэр.
- А теперь ступайте и позовите мисс Гринграсс.
***
Решение последовать совету декана, как и следовало ожидать, привело к дополнительным трудностям. Первый экзамен был назначен на утро понедельника и представлял собой теоретическую часть СОВ по чарам. Из-за того, что раньше Грегори относился к нему, как к ненужному предмету, не уделяя ему времени при подготовке, последние две недели слизеринец пытался наверстать упущенное. Сбившийся из-за экзаменов режим позволял юноше сохранить свою степень озабоченности грядущими экзаменами в тайне – просыпаясь в два часа ночи, он открывал «Общую теорию заклинаний» и принимался ее штудировать. За день до часа Икс прибыла комиссия из Министерства. Грегори бы и не обратил на нее внимания, если бы не сидящий рядом Малфой, хвастающийся на весь слизеринский стол своим знакомством с председательницей этой делегации.
Первый экзамен, как и все теоретические, проходил в Большом зале вместе с семикурсниками, сдающими ЖАБА по той же дисциплине. В половине десятого столпившихся в вестибюле студентов по факультетам и курсам начали приглашать внутрь – комиссия следила, чтобы вокруг каждого пятикурсника во всех четырех направлениях сидел семикурсник и наоборот. Рассадив всех студентов в «шашечном» порядке и начав отсчет времени, преподаватели разрешили студентам приступать к выполнению задания.
В целом, Грегори был доволен собой – он смог ответить на большинство вопросов, стараясь особо не блистать знаниями – размеры его ответов не превышали пары строк.
После обеда началась практическая часть экзамена. Всех студентов согнали в небольшое помещение, прилегающее к Большому залу. То самое, куда уходили чемпионы Турнира Трех Волшебников после выпадения их имен из Кубка. Примерно раз в пять минут в комнату заглядывал профессор Флитвик и приглашал четырех человек в алфавитном порядке проследовать внутрь зала. Грегори досталось необычайно сильная группа: помимо двух старост Гермионы Грейнджер и Энтони Гольдштейна, Грегори сопровождала Дафна Гринграсс – одна из лучших учениц зеленого факультета, уделяющая все свое время учебе, не тратя времени на самоутверждение. Помимо богатства, ее семья имела и значительную власть – в отличие от тех же Малфоев, Род Гринграсс на протяжении всей своей истории имел своего представителя в Визенгамоте, что накладывало на наследницу Рода большую ответственность в дальнейшем. Впрочем, до этого было еще далеко, а пока что Грегори вместе с тремя товарищами по несчастью прошел в непривычное пустое помещение Большого зала и направился к свободному преподавателю.
Профессор Тофти оказался на редкость дружелюбным экзаменатором: помимо ободряющего тона, член комиссии, видя затруднения юного мага с демонстрацией заклинания смены цвета, не стал давить и просто заменил его на другое, стараясь больше не просить продемонстрировать что-то из этого семейства чар. Несмотря на мелкие огрехи, Грегори по совокупности двух экзаменов был настроен позитивно: ему казалось, что он смог набрать баллов на необходимые для дальнейшего обучения «выше ожидаемого». На вторник была назначены аналогичные экзамены по трансфигурации, так что Грегори отменил их подготовку, сосредоточившись на травологии, которая в расписании стояла в среду. Абсолютно не расстроившись практически полностью проваленной трансфигурации, слизеринец продолжил читать рекомендованный учебник. «Тысяча магических растений», действительно, была хороша для подготовки к СОВ – помимо нового материала пятого курса, в данном учебнике приводилась краткая информации по всем ранее изученным растениям. Теоретическая часть прошла на «ура», а вот во время практики в теплицах Грегори пришлось попотеть. Переставляя очередной горшок на место, Грегори умудрился уколоться об иглы датского онгаонга, в результате чего, под конец экзамена юноша с трудом соображал, где он находится и что нужно делать, что, разумеется, сказалось на его работе.
Назначенные на четверг экзамены по защите от Темных сил серьезно волновали слизеринца: помимо необходимости показать достойный результат, он боялся, что на практическом экзамене может попасться боггарт. Грегори придумал, во что именно его преобразовать, но опасался, что люди увидят суть его страха до того, как он успеет обезвредить боггарта. К счастью, ему повезло – боггарт в их уже ставшей традиционной четверке достался Энтони Гольдштейну, а слизеринцу пришлось демонстрировать свои познания в парализующих и оглушающих чарах.
Отдохнув на выходных, в понедельник все пятикурсники сдавали зельеварения. Написав теоретическую часть, как минимум, на «выше ожидаемого» (Грегори было бы стыдно перед родителями, если бы он принес домой отвратительные оценки по зельям после того, как они устроили ему лабораторию), Грегори намеренно запорол свое зелье, чтобы отказаться от уроков со Слизнортом – профессор Снейп предупредил, что раньше новый зельевар брал и с оценками «выше ожидаемого» по СОВ. Таким образом, слизеринцу требовалось набрать еще меньший средний балл. Объяснить неудачу на практической части родителям казалось проще – во всяком случае, зелье мог запороть любой случайно добавленный лишний ингредиент, а вот плохую теоретическую базу объяснить было бы сложнее.
Последующие экзамены прошли без особых трудностей: после всех испытаний, что Хагрид устраивал ученикам на протяжении двух лет, экзамен и впрямь выглядел не слишком солидным. Астрономия и прорицания тоже были не слишком сложными, и если бы не инцидент с Хагридом и профессором МакГонагалл во время практического экзамена по астрономии, ученикам и вспомнить про него было бы нечего.
Последний день экзаменов содержал в себе лишь теоретический предмет: ученикам необходимо было подтвердить свои знания по истории магического мира. По плану Грегори нужно было получить хотя бы «удолетворительно», но слизеринец сомневался, что справился с этой задачей – как минимум, треть вопросов представляло собой что-то непонятное или мало изученное. В пятый раз пробежавшись по всем вопросам и дописав на пару еще по предложению, Грегори уже собирался сдавать работу, когда его отвлек крик с задних рядом. Сидящий неподалеку Малфой тоже обернулся и ехидно ухмыльнулся:
- Перегорел Поттер. И никаких дементоров ему не надо, на пустом месте падает в обморок.
Дождавшись пока нарушителя спокойствия выведут из зала, ученики вернулись к своим билетам. Через несколько минут экзамен подошел к концу, и радостные студенты отправились по общежитиям отсыпаться или рванули на улицу, наслаждаться долгожданной свободой.
Грегори выбрал для себя первый путь, но отоспаться ему не дали. Он уже подходил к общежитию, когда ему навстречу пробежал Малфой и велел следовать за ним – Амбридж связалась с ним и в очередной раз требовала оказать поддержку в поимке нарушителей. Амбридж обнаружилась на третьем этаже, стоя над поверженным Роном Уизли – тот лежал связанным на полу, изо рта торчал кусок какой-то тряпки.
- В мой кабинет кто-то вломился, я уже направила туда Уоррингтона и Крэбба. Милисент, прошу идти за мной в кабинет. Вы, Грегори, отнесите этого Уизли туда же. Главное, не привлекайте к себе внимания. Драко, помогите ему. Думаю, мы успеем закончить все дела к моменту вашего прихода.
Уизли пытался брыкаться, но пара ударов в корпус его угомонила. Грегори подхватил гриффиндорцы на плечо и понес в кабинет защиты от Темных сил. Драко шел чуть впереди, проверяя, чтобы на пути им не встретились преподаватели и сочувствующие старой власти студенты. Когда эта странная делегация достигла финальной точки своего маршрута, Грегори заметил еще четырех членов Инспекционной дружины: Уоррингтон крепко держал Лонгботтома, Сандра Крокетт с седьмого курса не давала вырваться Джинни Уизли, а Винс просто стоял рядом с той самой блондинкой, которая убегала в компании Гермионы и Джинни во время апрельской облавы. Та не оказывала никакого сопротивления, так что Винсент не стремился оказывать на нее никакого физического воздействия. На секунду в коридор выглянула Миллисента, приглашая всех пройти в кабинет: там обнаружились остальные члены компании. Миллисента стояла за спиной у Гермионы, направив той в спину свою палочку, а Амбридж держала на прицеле Поттера.
Грегори не мог понять, что гриффиндорцам могло понадобиться в кабинете преподавателя, однако вскоре это стало наименьший из его проблем: он перестал понимать вообще что-либо. Сперва Амбридж пыталась вытащить из Поттера признание лично, затем пыталась добиться от профессора Снейпа сыворотки правды. Все было бы ничего, если бы Поттер не принялся кричать какую-то ерунду. Грегори не понял ни слова, однако для декана Слизерина, судя по его мимолетной реакции, эти слова имели смысл. Не успел слизеринец задуматься над этим событием, как директриса принялась угрожать студенту Непростительным заклинанием. Однако это было еще не все: градус фарса подняла Грейнджер, признавшись в наличии у кучки школьников какого-то сверхсекретного оружия, которое способно уничтожить Министерство. Все это попахивало откровенным бредом, но Амбридж зацепилась за это признание мертвой хваткой. Уведя за собой Поттера и Грейнджер, она оставила слизеринцев охранять остальных пойманных нарушителей.
Грегори, наконец, смог выделить время, чтобы обдумать, что именно сообщил декану Поттер. Судя по всему, это как-то касалось их уроков окклюменции, а, значит, слизеринец не имел ни малейшего шанса разгадать этот код – для этого надо было быть посвященным в содержании их личных занятий. Погрузившись в свои мысли, Грегори не заметил, как Джинни аккуратно извлекла свою палочку из кармана мантии Миллисенты и быстрыми движениями сперва вырубила горе-охранницу, затем Уоррингтона, после чего освободила своего брата и поставила щит. Стоить признать, среагировал братец весьма быстро: слизеринцы только успели выхватить убранные палочки, как младший Уизли, подхватив выпавшее из рук падающего противника оружие, вывел из строя Крэбба. Почувствовав шанс, Полумна и Невилл также разжились палочками и спрятались за выставленным щитом. Ситуация в комнате резко измениласть: теперь численное преимущество было на стороне нарушителей. Разбившись на пары, студенты принялись поливать друг друга заклинаниями: Драко сражался с Джинни, Луна с Сандрой, против Грегори же единым фронтом выступили Рон и Невилл. Первой из противостояния выбыла единственная семикурсница, пропустив элементарный Ступефай. Студентка Рейвенкло тот час же ринулась на подмогу подруге. Достаточно ловко, для своих размеров, уворачиваясь от лучей противников Грегори в течение минуты смог лишить обоих палочек и уже собирался добивать безоружных противников, когда от отвлекщейся на секунду от своей дуэли Джинни к нему прилетел луч Обезоруживающего заклинания. Потеря палочки не ввела слизеринца в ступор, как это произошло с обоими гриффиндорцами. Не теряя времени, Грегори просто кинулся на обоих парней, повалив их на пол. Ситуацию «два на четыре» вполне еще можно было спасти: Драко держал оборону в углу кабинета, Грегори же поочередно поливал ударами обоих незадачливых бойцов. Оба уже практически не отбивались, так что Грегори уже собирался отправиться на помощь Драко, когда ситуация в очередной раз изменилась: щит Драко дал сбой, пропустив луч Летучемышинного сглаза от Джинни. Потеряв контроль над ситуацией, Драко стал легкой мишенью, чем и воспользовалась Луна, послав в Малфоя обыкновенный парализатор. У оставшегося слизеринца была всего доля секунды на принятие решения: он мог кинуться на стоящих рядом девушек так же, как поступил с лежащими на полу гриффиндорцами, или попробовать сдержать их при помощи магии. Как потом юноша оценивал свои действия, он выбрал неверно: луч Оглушающего заклинания настиг его в тот момент, когда он подобрал свою палочку с пола. Мир вокруг слизеринца погрузился в темноту.
***
Очнулся он через пару часов, когда вернувшийся в кабинет в поисках студентов профессор Снейп, сунул ему под носом противно пахнущую жидкость. Рядом от простых Энервейтов приходили в сознание те, кто при падении не ударялся головой о предметы мебели. Закончив оказывать первую медицинскую помощь, декан попросил Драко, Винсента и Грегори проследовать за ним в его кабинет. Как водится, путь проделали в полной тишине. Отворив дверь, декан пригласил студентов внутрь класса, где за партами уже сидели Теодор Нотт и Пэнси Паркинсон.
Дождавшись, пока новоприбывшие студенты займут свои места, зельевар нчал говорить:
- Завтра утром все узнают из газет, но я хотел, чтобы вы были готовы к этому заранее. То, что я сейчас скажу очень важно, так что прошу оставить свои переживания на потом. Сегодня вечером ваши отцы в компании сбежавших в середине года из Азкабана Пожирателей проникли на запрещенную территорию. При попытке их задержать они оказали вооруженное сопротивление. В результате этого, сейчас они находятся в камерах аврората, но, исходя из тяжести предъявленным им обвинений, скоро они отправятся в тюрьму. Тихо, я сказал! Вам надо знать три вещи: во-первых, они все живы. Во-вторых, Темный Лорд крайне не доволен их провалом и в качестве наказания не собирается их вытаскивать из Азкабана в ближайшее время. И, наконец, в-третьих, завтра Министерство официально признает, что Темный Лорд вернулся. В свете ареста ваших отцов на вас могут попытаться выместить свои обиды. Прошу, держитесь вместе, не ходите по школе поодиночке. Я попытаюсь вас защитить, но и я не всемогущ. Постарайтесь дожить до каникул, за лето все рассосется.
- В смысле рассосется?
- Боюсь, лето будет насыщено другими событиями, так что к началу учебного года вы вряд ли останетесь главными объектами для ненависти. Для издевательств – вполне вероятно, так что будьте к этому готовы. Хочу вас предупредить еще об одном моменте: провал ваших отцов может привести к тому, что их грехи, в глазах Темного Лорда, придется замаливать именно вам. Настоятельно рекомендую не давать ему повода оторваться на вас. Делайте все, что прикажет, и не думайте возникать. Я помогу вам справиться с этими проблемами. Пока вы в школе, ваша единственная обязанность – хорошо учиться. Пусть так и будет впредь.
Отпустив детей в гостиную, Северус Снейп налил себе выпить. Для него, как декана Слизерина, предстоящий год будет особенно сложным. Зельевар просто еще не догадывался насколько именно.
***
Профессор Снейп держал слово, предотвращая все назревающие конфликты. Но надолго бы его не хватило: Малфой вышел на тропу войны. В его последней перепалке с Поттером Грегори услышал лишь ледяную ярость. Наконец-то, действия Драко не отдавали клоунадой и позерством. Грегори тоже был бы не против пройтись по физиономии Поттера, но понимал, что сейчас подобные действия не приведут ни к чему хорошему. Впрочем, данная мистеру Малфою клятва заставляла не мешать Драко, а лишь прикрывать его, так что Грегори и Винсент были вынуждены шествовать вслед за блондином по коридору поезда.
Затея, как обычно, не увенчалась успехом – Поттер смог увернуться от первых лучей, а дальше ему на помощь пришел рейвенкловско-хаффлпаффский коллектив, разместившийся в соседнем купе. Нейтрализовав слизеринцев, те решили не останавливаться на этом, посылая все новые лучи в уже поверженных противников. Поначалу Грегори и Винсент пытались прикрыть Драко, однако после пары парализаторов уже были не способны на это. В итоге, трое слизнеподобных существ были размещены на багажной полке. Драко и Винсент, схватив в самом начале по паре Оглушающих проклятий, пребыли без сознаний, но Грегори так не повезло. Находясь под совместным действием парализатора и заклятия немоты, он испытывал мучительную боль, не имея возможности сообщить кому-либо об этом. По приезду в Лондон слизеринцы еще долго лежали в купе: встречающие их мамы Драко и Винсента долго стояли на постепенно пустеющем перроне в ожидании своих детей. И лишь когда на платформе не осталось больше никого, а юноши так и не появились, женщины забили тревогу.
В результате антигуманных экспериментов гриффиндорцев трое слизеринцев надолго оказались в больнице Святого Мунго. Драко выписали самым первым, в середине июля. Винсент и Грегори, приняв на себя основной удар, пролежали в лечебнице до начала августа. Выписавшись десятого числа последнего летнего месяца из больницы, Грегори в сопровождении Винсента и его матери направился сперва в коттедж Креббов, откуда Каминной сетью направился к себе домой.
Его мать лежала на диване. На небольшом столике перед ней стояла открытая бутылка виски, полупустой стакан и небольшая стопка свежих газет, посвященных описанию случившегося в отделе тайн и последовавших за этим событиям. Закупорив бутылку, Грегори приказал Динки прибраться в комнате, а сам в это время отнес мать в родительскую комнату и уложил на кровать под одеяло. Эффект от больничных зелий еще до конца не выветрился, так что Грегори уснул прямо в кресле, стоящем с маминой стороны двуспальной кровати.
 
МогуДата: Воскресенье, 11.09.2016, 17:23 | Сообщение # 21
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
http://clip2net.com/s/3C71NhO - добавлен список всех вопросов, которые пройдет Грегори. Кому интересно, может почувствовать себя участником проекта. В комментариях можете писать, какую сумму Вы выиграли и на каком вопросе слетели, мне будет интересно. К сожалению, для Вас подсказки не предусмотрены wink
 
МогуДата: Среда, 14.09.2016, 17:45 | Сообщение # 22
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 8. £ 8000
Часть 1.
-Опять на те же грабли?
-Да, два года подряд летние каникулы начинал в постели. Правда, в этот раз больничный затянулся. Как говорила мама Винса, мы напоминали больших жирных слизней ростом с человека. При этом с нас постоянно капала какая-то коричневая жижа. Представь сам, сколько несовместимых заклинаний по нам нанесли, чтобы добиться такого эффекта лишь простыми чарами.
-Ну, вроде вы как сами напросились.
-Да я и не спорю. Просто б снесли – я бы и слова не сказал. Но нас не просто вырубили. Из-за этих уродов почти все лето провел в больнице. А мама в этот момент была одна. Представь себе, что твою жену упекут в тюрьму, а сына – в больницу. А сам ты – владелец не самого здорового тела, на которое любой стресс оказывает не самое позитивное влияние. Не виню нападавших в одиночестве матери, в конце концов, это глупо, они не могли знать, но сам факт избиения уже поверженных… Он не настраивает на любовь к Поттеру и его компании.
-Ладно, давай оставим эту тему, не хочу тут разводить дискуссию для разрешения вопроса, кто же был прав. С близнецами и фейерверком все понятно, я и не сомневался в этом, когда только прочитал вопрос. Меня беспокоит лишь один факт. Если ты так сильно скрывал свои способности к магии, то зачем выставил их напоказ, обезоружив Рона и Невилла в кабинете Амбридж.
-Из-за реакции Снейпа. Он был обеспокоен сложившимся положением, но при этом не забрал никого из кабинета, хотя, поверь, если ему было бы надо – он бы это сделал. Таким образом, мне показалось, что он хотел, чтобы все оставались на местах, пока он с чем-то не разберется. Это если официальное объяснение. Но на самом деле оно почти сразу отошло на второй план. Мне просто представилась возможность отмутузить Рона Уизли. Естественно, что я сделал все, чтобы ее воспользоваться. Адреналин захлестнул сознание, сбив все сдерживающие факторы.
-И в итоге ты проиграл.
-Я не считаю это поражением. Меня сразили заклинанием в спину, но перед этим я достиг своей цели. Видел бы ты лица Уизли и Лонгботтома после нашей стычки.
-Гордишься?
-Не без этого. Что, не дрался никогда в школе? Не ощущал ликования, стоя над поверженным противником?
-Было не до этого. В послевоенные годы очень серьезно относились к любым конфликтам, так что я старался обходить все это стороной. Я просто учился, пытаясь отвлечься от всяких паршивых мыслей.
-Ладно, давай дальше, я устал и хочу спать. Я в отличие от тебя не готовился к ночному бодрствованию. Следующий вопрос вроде был про мосты? Ну, тогда ты, наверняка, как и я, сможешь сходу отсечь один вариант ответа.
-Сейчас посмотрю. Так, восьмой вопрос, - Деннис погрузился в чтение. – Да, могу, это точно не вариант А.
-Верно. Второй вариант был отсечен подсказкой. На третий пришлось потратить чуть больше усилий.
-Краткий пересказ будущей серии?
-Можно и так сказать. Ладно, остановились мы, значит, на моем возвращении домой после больницы…
***
Часть 2.
-Как у вас с географией, Грегори?
-Где находятся эти страны, я представляю, если вы имели в виду это. Но, если бы я не знал ответа, сомневаюсь, что их географическое положение мне бы помогло.
-Справедливо. Из ваших слов я делаю вывод, что вы знаете ответ на этот вопрос?
-Да, это последний, четвертый вариант. То есть, Китай.
-После предыдущего вопроса я уже опасаюсь вас спрашивать, уверены ли вы. Но этого требует протокол. Итак, Грегори, вы отвечаете «Китай» или, может, все-таки подумаете еще немного? Напоминаю, у вас в арсенале остались еще все три подсказки.
-Пока что приберегу их. Мой окончательный ответ – D. Китай.
-Что же, выбор сделан, теперь нам осталось узнать, правильно ли вы поступили, не послушав моих советов.
Лицо ведущего внезапно изменилось, после чего он прижал ладонь к уху и произнес:
-Повтори, я не услышал.
-Мы приостановили запись, - из аппаратной высунулась голова мужчины в наушниках. – Буквально на минуту, у нас тут техническая заминка, графика не пашет. Никуда не расходимся, сейчас все заработает.
Последняя реплика была обращена к зрителям в аудитории, часть из которых уже приподнялась со своих мест, надеясь посетить то ли уборную, то ли буфет. Через полминуты относительной тишины на большом табло пошел обратный отсчет, а человек из аппаратной успел крикнуть через весь зал:
-Крис, повтори последнюю фразу, мы потом склеим.
Цифры на табло дошли до нуля, после чего их место вновь занял вопрос. Выбранный вариант ответа еще не был обозначен желтым цветом фона.
-Что же, выбор сделан, теперь нам осталось узнать, правильно ли вы поступили, не послушав моих советов.
На этот раз, видимо, в связи со случившимся сбоем, исполнительный продюсер решил не тянуть и опробовать исправленную систему в действии – фон быстро сменился на зеленый, после чего в зале послышались стандартные аплодисменты.
-И вы, Грегори, были абсолютно правы. Прошу прощения за свои попытки вытащить подсказку, на самом деле я не знаю правильного ответа также как и вы. Вероятно, руководство боится, что однажды к нам придет какой-нибудь телепат, - рассмеялся ведущий. Публика по команде на табло одобрило шутку.
-Ну, вот и настал тот момент, когда мы планируем перейти через середину пути. Вы ответили уже на семь вопросов, как не сложно посчитать, половина от пятнадцати составляет семь с половиной. Таким образом, ответив на следующий вопрос, вы окажитесь на второй половине дороги, ведущей к нашему главному призу – миллиону фунтов. Вторая часть дистанции значительно труднее и опаснее, но кого это волнует, ведь награда того стоит. Итак, Грегори, восьмой вопрос и восемь тысяч фунтов: «Обрушение какого из этих мост произошло не в двадцатом веке?». Вариант А – Брокдейлский мост. Вариант B – Такомский мост. Вариант С – Стерлингский мост. И, наконец, вариант D – Египетский мост.
***
Часть 3.
Проснулся Грегори от легкого шороха. В полумраке комнаты он смог различить силуэт матери, старающейся бесшумно покинуть комнату, не разбудив задремавшего в кресле сына. Не видя смысла притворяться, Грегори дал знать о своем пробуждении.
- Я не сплю, мама, можешь не красться к выходу, - огонек на конце палочки выхватил из темноты его лицо, после чего устремился к потолку, даря помещению полноценное освещение.
- Я тебя разбудила?
- Ничего страшного. Раз проснулся, значит не слишком-то и хотел спать. Это все лекарства меня сморили. Казалось бы, должен был отоспаться в больнице на пару месяцев вперед. Но нет.
- Раз не хочешь спать, пошли, со мной за столом посидишь. А то я за эти два месяца привыкла к одиночеству, надо наверстывать упущенное.
Спустившись по лестнице вниз, Грегори вызвал Динки, домового эльфа Гойлов, и приказал приготовить завтрак на двух человек. Пока эльф готовил еду, Грегори старался заполнить неловкую паузу. Он не знал, стоит ли спрашивать об отце, так что решил зайти издалека:
- Что в мире произошло, пока я валялся в койке?
- Я не следила. Вот, на столе лежат газеты, можешь почитать. Я лишь пролистывала их, ища какую-нибудь информацию о судьбе твоего отца или деталях произошедшего, но они все свихнулись на этом Гарри Поттере, Избранном, как они теперь его называют. Ни одного выпуска не проходят, чтобы они не прошлись на тему его исключительности. На фоне прошлогодних статей это выглядит особенно жалко.
- Как здоровье? Мне надо научиться делать тебе инъекции?
- Все как обычно. Не волнуйся, ты все равно сейчас уедешь в школу, так что не сможешь их делать. Ничего страшного, во-первых, я и сама наловчилась ставить уколы, а, во-вторых, если что Кэтрин поможет. Мы с ней все равно много времени проводим вместе во время вашей с Винсом учебы, а сейчас, когда мы остались одни, думаю, станем еще больше. Ей тяжело дался арест мужа, первые несколько дней она провела у нас, безостановочно рыдая. Только вроде все немного поутихло, как вы вернулись из школы и сразу отправились в больницу. Столько всего сразу свалилось на нас. Не знаю, чтобы я делала без нее, а она без меня. Я, кстати, обещала к ней с утра заглянуть, так что я тебя сейчас на пару часов оставлю дома одного.
Позавтракав, Грегори захватил с собой толстую пачку газет, предложенную мамой, после чего направился в свою комнату. Разложив газеты по дате их выпуска, Грегори принялся читать напечатанные в них статьи. Мама была права: как минимум, каждая третья статья была посвящена Поттеру. Причем содержание статей было примерно одинаковым, так что все последующие статьи родилось из одной, напечатанной на четвертый день после событий в Министерстве:

ГАРРИ ПОТТЕР – ИЗБРАННЫЙ?

Не стихают слухи по поводу недавних беспорядков в Министерстве магии, во время которых снова был замечен Тот-Кого-Нельзя-Называть.
— Ни о чем не спрашивайте, нам запрещено говорить об этом, — сказал вчера вечером у выхода из Министерства сильно взволнованный Стиратель памяти, пожелавший остаться неизвестным.
Однако высокопоставленные источники в Министерстве подтверждают, что в центре беспорядков оказался легендарный Зал пророчеств.
Хотя официальные представители Министерства до сих пор отказываются даже подтвердить, что такое место существует, значительная часть волшебного сообщества убеждена, что Пожиратели смерти, отбывающие ныне срок в Азкабане за незаконное вторжение и попытку ограбления, хотели похитить некое пророчество. Никто не знает, в чем суть пророчества, но многие полагают, что оно касается Гарри Поттера — единственного человека, насколько мы знаем, сумевшего выжить после Смертоносного заклятия и, как нам стало известно, присутствовавшего в Министерстве в ночь, когда произошли беспорядки. Кое-кто даже именует Поттера «Избранным», полагая, что, согласно пророчеству, только он один способен избавить нас от Того-Кого-Нельзя-Называть.
Где сейчас находится пророчество, если оно на самом деле существует, неизвестно, однако наша редакция провела полномасштабное расследование и за прошедшие с момента описываемых событий четыря дня нами был обнаружен следующий факт: за прошедший год в Великобритании произошло слишком много событий, непосредственно связанных с самым секретным подразделением Министерства Магии. Сперва при попытке проникновения на запрещенную территорию был задержан Стержис Подмор, затем был задушен проходивший в больнице Святого Мунго курс лечения один из сотрудников отдела Тайн, в декабре в непосредственной близости от отдела был тяжело ранен сотрудник Министерства. Наконец, в середине этой недели было совершено полноценное проникновение в сам отдел, совершенное вышеупомянутыми членами группировки «Пожиратели смерти». При их задержания преступники оказали сопротивление. В ходе боевых действий погиб один из защитников Министерства, его имя пока что держится в тайне. По результатам облавы были арестованы двенадцать человек, одному удалось скрыться. Среди пойманных волшебников значатся шесть сбежавших в январе из Азкабана магов. На свободе остаются еще четверо беглецов: Амикус и Алекто Кэрроу, Беллатриса Лестрейндж и Тав Трэверс. На прошедших вчера судах над задержанными были приняты следующие решения: шестерым пойманным беглецам (подробности случившегося вы можете прочитать в специальном январском выпуске «Ежедневного пророка», целиком посвященному массовому побегу из Азкабана) срок заключения не был изменен – они по-прежнему остались с пожизненным тюремным сроком. Оставшиеся шесть магов (их биографии доступны на стр. 9) получили по четыре года тюремного заключения. За совершение предумышленного убийства после поимки Беллатриса Лестрейндж будет подвержена Поцелую дементора. Соответствующее постановление было вчера подписано главой Департамента магического правопорядка Амелией Боунс.
Исходя из вышеупомянутых событий, наш постоянный консультант в области прорицаний поведал следующую историю:
- Тот факт, что Тот-Кого-Нельзя-Называть проявил такой активный интерес к пророчеству, заведомо предполагает, что оно сбудется. На самом деле девяносто процентов всех предсказаний не сбываются по причине того, что их герои, не знакомые с содержанием, или банально, отрицающие магические возможности этих самых пророчеств, не спешат выполнять предначертанное. Но в данном случае, мы видим, что, как минимум, одна из сторон крайне заинтересована в тексте пророчества. А может быть, и обе – Гарри Поттера в атриуме Министерства видело огромное множество служащих.
В заключении хочется отметить, что пострадавшая во время описываемых событий аврор Нимафадора Тонкс по-прежнему остается в больнице Святого Мунго, впрочем, целители обещают выписать отважную защитницу правопорядка уже к концу этой недели.
Мы будем следить за событиями вокруг этой истории, но уже сейчас ясно, что возвращение Тот-Кого-Нельзя-Называть действительно состоялось. В связи с этим Министерство, помимо своей обычной деятельности, готовит выпуск образовательных брошюр «Как защитить свой дом и семью от Темных сил».


Следующая статья, приковавшая внимание мальчика, была посвящена смене министра Магии Великобритании, но для Грегори заметка не несла никакой особой информации – он ничего толком не знал про Фаджа, ничего не знал и про Скримджера. Последний, впрочем, заняв пост, развернул более активную, относительно своего предшественника, деятельность.
Далее снова шла гора повторения и производных первой заметки. Среди кучи этого хлама Грегори чуть было не пропустил информацию о том, что в следующем учебном году в школе официально будут дежурить авроры. Последняя более-менее серьезная статья была посвящена деятельности Пожирателей смерти.

ПЕРВЫЕ ПОТРЯСЕНИЯ

Не прошло и двух недель с момента вынесения приговоров пойманным Пожирателям смерти, как последовал ответ сторонников Того-Кого-Нельзя-Называть. С прискорбием, мы вынуждены сообщить об убийстве начальницы Департамента магического правопорядка Амелии Боунс. Погибшая проработала в Министерстве тридцать шесть лет, из которых последние двадцать два занимала пост главы крупнейшего подразделения. Амелия Боунс всегда добросовестно и объективно выполняла свою работу. К сожалению, вполне вероятно, что именно это и стало причиной нападения. Найденные на месте преступления следы свидетельствуют о том, что данное убийство было реакцией на подписанное лично Амелией Боунс постановление о применении Поцелуя дементора к Беллатрисе Лестрейндж. Тело главы Департамента магического правопорядка было обнаружено в ее собственной квартире в ночь на двенадцатое июля.
Второй жертвой стала Эммелина Вэнс. Доблестный аврор погибла при исполнении своих обязанностей, защищая резиденцию маггловского премьер-министра Великобритании. Ей удалось задержать атакующих и не дать им реализовать свой план по подчинению руководства немагической Британии. К сожалению, Эммелина Вэнс не дожила до прибытия подкрепления. В результате этой атаки, помимо погибшей, пострадал лишь заместитель маггловского премьер-министра. В результате поспешно выполненного заклинания подчинения Герберт Чорли в настоящий момент испытывает проблемы с психическим состоянием. Однако ведущие его целители больницы Святого Мунго настроены оптимистично. За проявленную доблесть Эммелина Вэнс была награждена орденом Мерлина первой степени посмертно.
Редакция «Ежедневного пророка» выражает свои соболезнования семьям погибших.
Помимо этих двух ужастных трагедий на этой недели произошло еще несколько пугающих событий. Во-первых, впервые объявились покинувшие десять дней назад Азкабан дементоры. Нападению подверглись пригороды Морпета - административный центр графства Нортумберленд. Нападение было отбито оперативно прибывшими силами аврората. К сожалению, данное событие не оставляет надежды на то, что дементоры решили занять выжидающую позицию.
На юго-западе страны были замечены великаны, которые во взаимодействии с Пожирателями на корню уничтожили несколько маггловских поселений в Сомерсете. Напомним, что в прошлом Тот-Кого-Нельзя-Называть и ранее привлекал великанов при проведении наиболее разрушительных операций. На данный момент подразделение Министерства Магии по регулированию магических популяций и контролю над ними продолжает поиски участвовавших в нападении великанов, но пока что безрезультатно.
Помимо взаимодействия с магическими существами, которые и ранее поддерживали Тот-Кого-Нельзя-Называть, Пожиратели Смерти, не таясь, совершают набеги на маггловские объекты. Так, два дня назад во время их нападения был разрушен Брокдейлский мост. В результате атаки были убиты тридцать семь магглов, еще пятьдесят два получили ранения различной степени тяжести. Представитель отдела магических происшествий и катастроф согласился дать нам небольшой комментарий:
- Данное происшествие имело множество свидетелей, и новости о нем быстро распространились через маггловские средства массовой информации. Таким образом, стиратели памяти остались практически без работы – им пришлось не трогать память о самих событиях, лишь удалив из них образы Пожирателей. Для магглов подобные события являются достаточно большой редкостью – их конструкции, как правило, обладают большой прочностью и стойкостью. В прессе данное крушение назвали «вторым Такомским инцидентом» в честь похожего случая, произошедшего в Америке полвека назад. Комитет по выработке объяснений для магглов воспользовался этим сравнением и, внимательно изучив детали того случая, решил принять обоснование крушения того моста как основу для раъяснения текущей ситуации.
В целом, представители Министерства сохраняют спокойствие, демонстрируя готовность противодействия нападению противников на магические и маггловские объекты. «Ежедневный пророк» будет продолжать держать вас в курсе основных событий.


Отложив эту газету, Грегори собирался приступить к следующей. Но организм вновь не дал ему осуществить задуманное. Вид мягкой кровати, занимавшей четверть общей площади личной комнаты, манил юношу. В результате, он сдался и залез под одеяло. Не прошло и минуты, как хозяин комнаты вновь погрузился в сонное царство.
Пробуждение вновь наступило вследствие шума. На сей раз им оказался весьма громкий хлопок, донесшийся с улицы. Грегори выглянул из своей комнаты, желая увидеть гостя. Им оказалась Нарцисса Малфой.
- Маргарет, добрый день, извини, что я без приглашения.
- Ничего страшного, Нарцисса, проходи, располагайся. Что-то случилось?
- Грегори дома?
- Он спит наверху у себя. Никак не может отойти от больничных лекарств.
- Это ужасно, что с ними сделали Поттер с дружками. Впрочем, хорошо, что Грегори спит, я бы хотела для начала обсудить это с тобой.
- Проходи за стол, Динки сейчас приготовит тебе чаю.
Грегори вернулся в свою комнату и принялся рыться в своем чемодане, ища прошлогодний подарок близнецов – Удлинитель ушей. Наконец, отыскав его среди кучи листов пергамента, учебников и канцелярской мелочи, Грегори вновь вышел из комнаты и расположился на лестничном пролете. Направив дальний конец шнура по направлению к двери в столовую, Грегори приложил противоположную часть устройства к левому уху и принялся слушать.
- Ну что же, о чем ты хотела поговорить?
- Скажи, ты знаешь о клятве, которую твой сын давал Люциусу перед поступлением в Хогвартс?
- Генри упоминал, так что, да, в общих чертах я представляю, о чем шла речь.
- Не одобряешь?
- Нет, конечно. Но понимаю. Мои претензии на тебя не распространяются. В основном, я высказала их Генри, как только узнала.
- Хорошо. Но я пришла не совсем из-за этого. Дело в том, что Лорд сейчас очень недоволен Люциусом, но высказать ему это напрямую не имеет возможности. Так что решил отыграться на его семье: Драко получил невыполнимое задание. Если он не справится, нас ожидают большие неприятности.
- Не нравится, куда ты ведешь.
- Ну, все не так плохо. Я смогла убедить Северуса помочь Драко, если тот не справится. Он даже дал Непреложный Обет, так что в этом плане я сделала, что могла. Я просто пришла сообщить кое-что, хотела сделать это, когда ты была у Кэтрин, чтобы не повторять два раза одно и то же, но ты к моменту моего появления пять минут, как ушла. В общем, дело в том, что данная твоим сыном клятва может втянуть его в опасные события. Я хотела бы, чтобы ты предупредила об этом Грегори. Я не хочу, чтобы на моей семье висела вина, если что-то случится. К сожалению, я не могу освободить его от данной Люциусу клятвы. Просто скажи сыну, чтобы он не пытался что-то узнать у Драко или препятствовать ему. Любое знание способно погубить его. Прости меня, что все так вышло. Я пойму, если ты разозлишься, обидишься или еще что-то. Я уже выслушала крики от Кэтрин, думаю, что стерплю и от тебя, если тебе станет легче.
- Не надо, Нарцисса. Я понимаю, что твоей вины в этом нет. Я предупрежу Грегори. А теперь, прости…
- Да, я понимаю. Я, пожалуй, пойду. Спасибо, что выслушала, - закончив речь, Нарцисса поднялась из-за стола, покинула дом и аппарировала к себе.
- Выходи, Грегори, я знаю, что ты слышал.
Застигнутый врасплох юноша, закинул подслушивающее устройство в свою комнату и покорно направился вниз. Мама сидела за столом и неспешно попивала чай с тортом.
- Садись, сынок. Ты все слышал?
- Да. Как ты узнала?
- Видела тебя на лестнице, когда Нарцисса только пришла. Подумала, что тебе будет интересно послушать, особенно когда речь касалась тебя. Раз ты все слышал, не вижу смысла повторять. Я надеюсь, что ты будешь достаточно благоразумен, чтобы не лезть в пекло. Просто будь осторожен, я не могу потерять еще и тебя.
- Я постараюсь.
- Вот и отлично. Кстати, я забыла тебе кое-что передать. Тебе письмо пришло, пока ты лежал в больнице. Думаю, ты знаешь что там.
- Результаты экзаменов?
- Я тоже так подумала, на конверте изображен герб школы. Не переживай, я не открывала. Держи письмо, - мама протянула белоснежный конверт, вытащенный из секретера, стоящего в углу комнаты.
От волнения руки юноши немного тряслись, так что он не смог аккуратно вскрыть конверт. Вытащив сложенный лист пергамента, Грегори погрузился в чтение:
СТАНДАРТЫ ОБУЧЕНИЯ ВОЛШЕБСТВУ
РЕЗУЛЬТАТЫ ЭКЗАМЕНОВ

Проходные баллы: превосходно (П)
выше ожидаемого (В)
удовлетворительно (У)
Непроходные баллы: слабо(С)
отвратительно (О)
тролль (Т)

ГРЕГОРИ ГЕНРИ ГОЙЛ ПОЛУЧИЛ СЛЕДУЮЩИЕ ОЦЕНКИ:

Астрономия (теория)…………………………....…...…..У
Астрономия (практика)……………………..….....…...У
Заклинания (теория)……………………………...…...…В
Заклинания (практика)……………………...….....……В
Защита от Темных сил (теория)……………....…….У
Защита от Темных сил (практика)………...……….В
Зельеварение (теория)………………….…….....………В
Зельеварение (практика)…………………….....………О
История магии (теория)……………..……….......…….У
Прорицания (практика)……………...……….....….....У
Травология (теория)………………….…………..….......В
Травология (практика)…………………………….........У
Трансфигурация (теория)…………...………….........О
Трансфигурация (практика)……..……………….......Т
Уход за магическими существами (практика)..У
В случае несовпадения оценок по предметам, по которым проводилось два экзамена, для определения успеваемости берется среднее значение оценок. С критериями оценок, необходимых для продолжения обучения данному предмету, можно ознакомиться в учительской комнате школы чародейства и волшебства «Хогвартс».


Грегори несколько раз пробежался глазами по оценкам и порадовался, что эту бумагу никто больше не увидит – слишком уж хорошими были оценки по некоторым предметам. Он совсем не расстроился результатам по трансфигурации – он и не собирался продолжать обучение данной науке. «Отвратительно» по зельеварению ужасно расстраивало, но Грегори понимал, что так было нужно. По остальным основным предметам он смог набрать средний балл между «удовлетворительно» и «выше ожидаемого», а по заклинаниям так и вовсе получить полноценный необходимый балл.
Оглянувшись, Грегори заметил внимательно наблюдавшую за ним из-за стола маму. Юноша сомневался, стоит ли демонстрировать свои оценки. Маргарет, видимо, поняла настроение сына.
- Не скрою, мне любопытно, но это твои оценки. Если хочешь – можешь не показывать, обижаться не стану.
Грегори поначалу хотел последовать предложенной возможности, но потом ему захотелось подарить маме хоть немного положительных эмоций. Это лето для нее выдалось сложным, и юноша не хотел лишь усугубить ситуацию, скрыв свои относительные успехи. Лист пергамента лег на столе перед мамой, и та погрузилась в изучение содержания письма. По мере прочтения на ее лице расцветала улыбка.
- Грегори, это же просто замечательно, - женщина кинулась обнимать сына.
- Мне повезло на чарах, а на зельях наоборот. Я добавил лишний ингредиент, и из-за этого моя экзаменационная работа была признана полностью негодной. Только прошу, не говори никому про мои оценки.
- Но почему, Грегори? Они же весьма неплохи. Если посчитать среднее по предметам с двумя экзаменами, то у тебя семь СОВ, это же просто замечательный результат!
- Я просто прошу тебя, не говори. Никому, даже отцу.
- Хорошо, хотя и не понимаю, зачем тебе это.
- Спасибо. Обещаю, позже я обязательно тебе расскажу.
- С нетерпением буду ждать. Ладно, забыли про этот разговор, садись кушать, ничего же, кроме чая с тортом, с момента выписки из больницы не ел.
***
Грегори сидел в купе поезда и смотрел в окно. Напротив, устроился Винсент, который листал какой-то журнал, время от времени восхищенно вздыхая. Они отъехали от Лондона уже пару часов как, а Драко так и не вернулся с собрания старост. Малфой в этом году старался вести себя тише воды, ниже травы. На вокзал он приехал за полтора часа до отправления поезда и сразу забаррикадировался в купе, что избежать скандалов и обвинений в родстве с пойманными Пожирателями. Прибывшие на платформу по той же причине в десять часов Винсент и Грегори быстро нашли Драко. Втащив свои вещи, они расположились в купе. Не выдержав пристальных взглядов от своих охранников, до сведения которых довели информацию о какой-то секретной миссии, Малфой покинул купе и отправился в комнату, где происходило совещание старост. То ли собрание сильно затянулось, то ли Драко решил где-то посидеть в одиночестве, но в купе он вернулся лишь через пять часов после отправления с платформы девять и три четверти. Разместившись на сидении, Драко обратил внимание на четвертый чемодан в купе.
- С вами еще кто-то едет?
- Да, Блейз тут был. Но его пригласил к себе новый профессор, он ушел туда уже пару часов назад точно. Может и больше.
- Чего это профессору надо от студентов в поезде?
- Не знаю, но он точно пригласил к себе еще и Поттера с Лонгботтомом.
- И тут этот урод. Встретил его, когда с мамой был в Косом переулке. Убить хотелось, совсем страх потерял, начал моей маме угрожать. Клянусь, как только представится возможность, начищу ему его наглую самодовольную рожу.
Может быть, Малфой и дальше продолжил бы свою экспрессивную речь, однако в купе заглянула Панси, решившая занять места поближе к Винсенту и Грегори – поезд должен был прибыть в Хогсмид через полчаса, а юноши обеспечивали комфортабельный проход от купе до карет. Через пять минут с посиделок вернулся Забини, но тут не обошлось без инцидентов: Блейз не мог закрыть дверь до конца, он дергал со всей силы, однако дверь будто бы натыкалась на невидимый барьер. Однако стоило Грегори встать с сидения, чтобы помочь, как Блейз, не рассчитавший силы, полетел на поднявшегося слизеринца. В ходе возникшей свалки, вызвавшей смех у Панси и Драко, Грегори, не заботясь о Забини, резко спихнул его с себя на противоположное сидение, поднялся сам и закрыл злополучную дверь.
Устроившись поудобнее на двух сидениях и устроив голову на коленях у Панси, Драко начал выспрашивать у Блейза подробности встречи с профессором Слизнортом. Новый зельевар совсем не интересовал Грегори, так что вплоть до приезда в Хогсмид он отключился от разговора в купе и погрузился в свой журнал с комиксами. Концовка разговора оторвала Грегори от его занятия – Малфой начал практически открытым текстом намекать о своей связи с Пожирателями. В принципе, слизеринец воспринял бы эти разговоры, как обычное хвастовство в стиле Драко, но, в свете предупреждения от миссис Малфой, он был готов поверить словам ее сына.
- Уже видно Хогвартс. – Малфой, довольный произведенным эффектом, решил свернуть разговор. – Пора надевать мантии.
Грегори спустил все чемоданы, чтобы слизеринцы могли переодеться. Панси же была одета в школьную форму еще к моменту прихода в купе. Когда все забрали мантии из чемоданов, Грегори аккуратно сложил чемоданы на место, где просидел всю поездку. Поезд дернулся в последний раз и затормозил. Грегори открыл дверь и вышел, образуя свободное пространство, в которое влезли Блейз и Пэнси. Винсент хотел пропустить Драко и замкнуть шествие, однако Малфой отослал защитников вперед, зачем-то уединившись в купе.
Слизеринцы заняли карету, но Грегори встал на подножку, высматривая Драко. В последний момент тот появился в поле зрения. Дождавшись блондина, Грегори тоже забрался в карету, после чего та поехала в сторону школы. В полутемноте транспортного средства юноша не сразу заметил изменений во внешности охраняемого, но, когда они заходили в школу, Грегори обратил внимание на руки Драко. Тыльная сторона ладони покраснела, а на костяшках пальцев виднелись капельки крови. Слизеринец обратил на это внимание, и Драко, наконец, не удержался и похвастался:
- Я обещал, что начищу Поттеру рожу, я это сделал. Будет знать, как вставать на пути у Малфоев.
***
На следующее утро всему шестому курсу Слизерина пришлось вставать на пару часов раньше – до завтрака у них была назначена встреча с деканом. Тот по очереди приглашал студентов в свой кабинет, где в течение порядка десяти минут решалось, какие предметы тот или иной студент будет изучать на уровне ЖАБА. Отбор происходил на базе результатов СОВ и личных интересов шестикурсников.
Как и всегда Грегори был приглашен в кабинет профессора Снейпа третьим по счету.
- Ты был неосторожен, Грегори. Садись.
- У вас есть копия моих оценок?
- Разумеется, я же твой декан.
- А у кого еще есть?
- Одна автоматически направляется в архив Министерства, но найти там что-либо нереально, так что не беспокойся, твои оценки там спрятаны надежно. Пять лет назад я слышал, как Хагрид утверждал, что на свете нет места надежнее, чем Гринготтс, ну разве что Хогвартс. С большой долей вероятности я вынужден констатировать, что архивы Министерства еще более пригодны для надежного хранения вещей. Другое дело, что найти их потом будет крайне трудно. Впрочем, я отвлекся. Вторая копия поступает в Хогвартс и распределяется между деканами, так что не переживай, эту копию никто также не увидит. Ну и третий экземпляр летит домой к ученику. За его сохранность отвечаешь ты сам, тут уж сам решай, стоит ли его кому показывать. В конце концов, это твоя жизнь на кону.
- Я показал его маме, но просил не говорить никому о моих оценках, даже отцу.
- Кажется, наши уроки окклюменции дали вам ясно понять, что разговоры бывают абсолютно лишними, когда дело касается извлечения информации.
- Остается надеяться, что Темный Лорд не будет рыться в голове моей матери в поисках оценок ее сына. Я понимаю, что это риск, но она была так расстроена всеми летними событиями. Я не мог ей отказать.
- Можете не оправдываться, Грегори. Я же сказал, вам решать, кому доверять эту информацию. Ладно, давай перейдем к делу. Итак, исходя из твоих результатов, ты можешь продолжить обучение астрономии, прорицаниям, истории магии, уходу за магическими существами и чарам. Травология и защита от Темных сил у вас стоят на грани. По защите я сделаю исключение и возьму вас, с этим проблем не будет. Что касается травологии, то надо, чтобы вы сейчас решили для себя один вопрос: хотите ли в дальнейшем работать в сфере, связанной с производством зелий. Если да, то травология вам понадобиться, а лучший способ ее изучить – получать больше практики. Школа для вас – единственный источник этой самой практики, так что в случае положительного ответа на первый вопрос, вам необходимо побеседовать с профессором Спраут по поводу продолжения занятий.
- Где я могу ее найти?
- До завтрака? Скорее всего, в теплицах. Возможно, в кабинете в здании школы. Я сейчас вам выпишу записку, в которой укажу выбранные предметы. Если профессор Спраут согласится – она сама в эту записку допишет травологию. С этим пергаментом после завтрака подойдешь к профессору МакГонагалл, у нее специально сделано окно первой парой, так что она создаст тебе расписание на этот год.
Получив пергамент, слизеринец бегом направился на улицу, к теплицам. Декан Хаффлпаффа обнаружилась во второй оранжерее, где она наблюдала за каким-то растением, делая пометки в свой журнал. Аккуратно постучав кулаком о дверной косяк, Грегори поинтересовался:
- Простите, профессор Спраут, можно с вами поговорить?
Увидев на лице преподавателя сомнения, будто она не могла решить, что же важнее, ее эксперимент или ученик школы, Грегори не стал настаивать:
- Извините, я, наверное, не вовремя.
- Нет, погодите, мистер Гойл. Я закончу через две минуты, если не спешите, можете подождать меня в офисе у входа, я скоро приду.
Дойдя до выхода из теплицы, Грегори увидел неприметную дверь, которую не замечал на протяжении пяти лет обучения. За дверью располагался полноценный кабинет, со столом, диваном и стеллажами с литературой. Несмотря на разрешение, Грегори постеснялся заходить внутрь, оставшись ждать преподавателя у входа в кабинет. Профессор Спраут уложилась в поставленные собой же рамки: через полторы минуты она уже пропускала студента в свой кабинет.
- Я слушаю вас, мистер Гойл.
- Профессор Снейп сказал обратиться к вам, если я желаю продолжать обучение травологии на шестом и седьмом курсах.
- Не совсем понимаю.
- На экзаменах я получил «выше ожидаемого» по теоретической части и «удовлетворительно» по практической. В ваших критериях указано, что вы принимаете на курсы подготовки к ЖАБА учеников с «выше ожидаемого» по СОВ.
- Признаться, я впечатлена вашими оценками, но средний балл ниже предъявляемых мной критериев отбора. Сколько у вас уже выбрано предметов?
- Шесть.
- Зачем вам тогда травология седьмым? Это очень серьезная нагрузка. Боюсь, вы просто не потяните.
- Она мне нужна. Разрешите хотя бы попробовать. Я могу вам сдать в конце этого курса экзамен.
- Но на шестом курсе нет экзаменов.
- Знаю, но так вы сможете убедиться, что я заслуживаю места на вашем курсе.
Декан Хаффлпаффа откинулась в своем кресле и задумалась. Грегори боялся все испортить, так что установился взглядом в трещину на столе и принялся ее гипнотизировать. Голос преподавателя раздался так резко, что слизеринец вздрогнул.
- Я соглашусь принять вас, мистер Гойл, но лишь при соблюдении трех условий. Вы обязуетесь ходить на все занятия – без уважительной причины после третьего прогула я исключу вас из списка студентов. Ваши письменные работы за полугодие должны иметь среднюю оценку не ниже «выше ожидаемого». И, наконец, на моих уроках есть место лишь травологии, так что любое нарушение дисциплины повлечет за собой мои раздумья на тему «оставлять ли вас в учебной группе». Все ясно?
- Да, мэм. Я понял.
- Тогда давайте сюда формуляр, я допишу в него травологию. Надеюсь, вы будете добросовестно выполнять нашу договоренность, мистер Гойл.


Сообщение отредактировал Могу - Среда, 14.09.2016, 17:47
 
МогуДата: Среда, 14.09.2016, 17:46 | Сообщение # 23
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
***
Профессор МакГонагалл задержалась в Большом зале, создавая расписания своим гриффиндорцам прямо на месте. Представители всех остальных факультетов подобной привилегии были лишены, так что к моменту возвращения декана Гриффиндора к ее кабинету около него столпились практически все студенты шестого курса трех оставшихся факультетов. В целом, очередь двигалась достаточно быстро, так что через пятнадцать минут Грегори стал обладателем своего собственного расписания на шестой курс. Первым уроком, точнее вторым, если судить по времени его проведения, была защита от Темных сил.
Как и в случае с зельеварением профессор Снейп начал свой курс с проникновенной речи, расписывающей необходимость и важность предмета. Далее последовала короткая теоретическая часть и следующая сразу за ней практика. Темой занятия были основы невербальных заклинаний и практика данного метода на примере Щитовых чар. Заслушав определение, воспроизведенное Гермионой, класс разбился на пары и принялся практиковаться. Грегори оказался в паре с Винсентом, и для обоих занятие прошло в пустую – невербальные заклинания оказались крепкими орешками, не желавшими легко сдаваться на милость студентов. Однако, трудности возникли не только у пары слизеринцев. К концу урока Снейп не выделил никого, кто смог бы невербально сотворить Щитовые чары. И в целом, первое занятие профессора Снейпа в качестве преподавателя защиты от Темных сил прошло бы нормально, если бы не Поттер. Сперва он отправил преподавателя в полет по комнате, после чего настолько откровенно нахамил профессору, что Грегори, пожалуй, поверил рассказам Драко про хамство Поттера его матери в магазине мадам Малкин. Вскоре после этого происшествия прозвенел звонок, и ученики были отпущены на перемену с наказом тренироваться в невербальных заклинаниях. Грегори задержался в классе, чтобы обсудить интересующий его вопрос.
- Я смог договорится с профессором Спраут.
- Рад это слышать, - видя, что ученик не собирался уходить, преподаватель поинтересовался. – Что-то еще, Грегори?
- Да, сэр. В этом году у нас будут занятия? И вы хотели дать мне какой-то учебник за шестой курс.
- Спасибо, что напомнил, сегодня постараюсь его найти. Что касается занятий, то да, я планировал их возобновить – в этом году мне больше не требуется обучать Поттера окклюменции. Я сообщу тебе, когда найду учебник. А теперь извини, я немного занят.
Попрощавшись с учителем, Грегори направился на улицу – следующим в расписании стоял урок ухода за магическими существами. Ученики, как обычно, собирались у хижины преподавателя, после чего вместе с ним отправлялись к специальным загонам. На этот раз перед домиком собрались лишь четверо студентов: двое из Хаффлпаффа, один из Рейвенкло и Грегори, представляющий Слизерин. Гриффиндорцы что-то опаздывали, так что Хагрид, стоящий на крыльце хижины не знал что делать: начинать урок или еще немного подождать. Из школы по направлению к студентам бежала одинокая фигура. При ближайшем рассмотрении ей оказался еще один рейвенкловец, который, запыхавшись, подбежал к ожидающим начало урока шестикурсникам.
- Извините за опоздание.
- Не страшно, мы все равно еще не начали. Ждем.
- А кого? – юноша окинул собравшихся взглядом, посчитав стоящих студентов. – Вроде же все? Мне профессор МакГонагалл сказала, что записалось всего пять человек, а я был последним в очереди. А нас тут вроде как раз пятеро.
Хагрид, видимо, не ожидавший, что его бросят представители любимого факультета, выглядел расстроенным. Впрочем, надо отдать ему должное, он быстро собрался и начал урок.
- В таком случае, начнем, - Хагрид двинулся в сторону к лесу, на ходу рассказывая материал. – Вы начинаете подготовку к ЖАБА, а, значит, на моих уроках отныне будут изучаться животные, которые в министерской классификации имеют не менее трех иксов. Техника безопасности не позволит мне привести на урок максимально опасных животных, так что их мы будем изучать лишь на теории. А вот несколько созданий с четырьмя иксами я вам обещаю. Во избежание несчастных случаев прошу внимательно слушать мои предостережения. Сегодня у нас достаточно спокойные животные, но в дальнейшем я буду вас предупреждать об опасности, когда будем изучать более серьезных магических существ. Итак, кто мне может сказать, кто эти прекрасные существа? – Хагрид махнул рукой в сторону небольшого вольера, в котором по земле быстро скользили несколько похожих на ящериц существ.
- Это саламандры?
- Именно. Замечательные, хотя и крайне редкие создания. Данные экземпляры, к сожалению, не дадут вам представлений об истинных саламандрах, однако в качестве наглядного материала сойдут. Саламандры рождают из огня, путем сложного ритуала, проводимого специалистами. Существует множество ограничений, основным из которых являются свойства огня: саламандра может родиться лишь из магического огня определенной природы. Insendio самого Альбуса Дамблдора не будет достаточным для рождения этого существа. Наиболее мощные саламандры рождаются из пойманного огня дракона, но, сами понимаете, их разведение при помощи драконов сопряжено с огромными рисками.
- А откуда появились эти саламандры?
- Их вывел я сам при помощи со стороны профессора Флитвика. У него в коллекции имеется артефакт, способный создавать пламя достаточной мощности. Эти саламандры были созданы специально для сегодняшнего урока, срок их жизни напрямую зависит от сохранности огня, из которого они были рождены. Сегодня вечером профессор Флитвик затушит то пламя, и эти существа исчезнут. Чтобы они не пропадали зря, профессор Слагхорн перед этим соберет их кровь, являющуюся ценным ингредиентом многих целительных зелий. Кровь этих существ недостаточно сильная, чтобы использоваться в реальных зельях, но для приготавливаемых вами на уроках зелий она вполне сойдет – ваши составы все равно не поступают в больницы, так что ничего страшного. Ваша задача на сегодняшнее занятие – соорудить им кормушки. Саламандры питаются огнем, так что формально, мы сегодня будем заниматься разведением костров. Я уже принес из леса достаточно хвороста для разжигания. Чтобы кровь обладала свойствами, приближенными к реальности, они должны как можно меньше контактировать с магией волшебника. Так что никаких Огненных заклинаний, осваиваем маггловские способы разведения костров. Когда закончите с этой частью, саламандры сами прибегут к нам. После того, как они насытятся, вы сможете взять их на руки – они будут неопасны после трапезы.
Урок прошел просто замечательно. В конце занятия маги не только освоили спички, но и на пару минут стали гордыми обладателями маленьких саламандр. Так, например, у Грегори существо забралось на руку и обвилось вокруг запястья, даря тепло, защищающее от не самого сильного ветра, гуляющего по границе леса.
***
- Мистер Гойл, задержитесь, поможете мне убрать оборудование, - произнес профессор Снейп, выключая свой проектор. - Остальные свободны. Надеюсь, вам хватит мозгов, чтобы освоить к следующему занятию то, что не смогли сегодня на уроке. Иначе на традиционной ноябрьской контрольной вас ждет полный провал.
Пока шестикурсники покидали аудиторию, Грегори аккуратно снимал полотно, на котором при помощи проектора демонстрировались изображения. Когда полотно было свернуто, а сам проектор убран на полку, Грегори вернулся в кабинет.
- Садись, Грегори, у меня для тебя есть одно поручение и две новости.
- Слушаю, сэр.
- Драко уже просил вас оказать какое-либо содействие в выполнении своего задания?
- Он стащил пару флаконов Оборотного зелья у Слагхорна. Сказал, что скоро нам надо будет его выпить, чтобы стоять на стреме, пока он будет чем-то заниматься.
- Зачем Оборотное? Вы же можете и так охранять его.
- Винсент тоже был недоволен. Хотя кому понравится превращаться в малолетних школьниц, что за извращенные представления о конспирации у Драко...
- Ясно, он не хочет, чтобы его деятельность связали с ним через вас. Что же, он хотя бы осторожен. Грегори, мне нужно, чтобы вы попытались разузнать детали его плана.
- Винс уже пробовал, Драко отмалчивается. Говорит, что не наше дело, от нас требуется только предупреждать его о нежданных гостях.
- Ну, вы все же попробуйте, думаю, вы сможете что-нибудь придумать. Ладно, теперь перейду к новостям: плохая заключается в том, что я не смог найти тот обещанный учебник по зельям. Я проверил все места, где он мог быть, но не нашел его. Чтобы компенсировать эту новость, мне пришлось принять одно решение. И в этом заключается хорошая новость, - профессор Снейп вытащил из-под горы бумаг на столе тонкую папку. – Здесь хранятся мои записи по тому зелью, что ежемесячно принимает ваша мама. Думаю, пришло пора тебе самому научиться варить это обезболивающее. К следующей неделе внимательно изучи все бумаги, мы встретимся, чтобы обсудить этот вопрос. А на рождественских каникулах будешь пробовать его сварить.
- Спасибо, сэр.
Грегори поспешил убрать драгоценную папку вглубь своей сумки. И он успел сделать этот вовремя: в коридоре раздались громкие голоса и через десяток секунд в кабинет ввалились Блейз Забини и Теодор Нотт, поддерживающие хромающего и стонущего Винсента.
Профессор Снейп сразу ринулся в сторону вошедших.
- Что случилось?
- Мы не знаем. Не успели отойти далеко от класса, как у него заболела нога. Мы поспешили сюда, кабинет ближе, чем больничное крыло.
- Мистер Кребб, расскажите, где болит?
- Пальцы ног, их как будто режут, - простонал Винсент.
- Seko. Seko, - двумя аккуратными заклинаниями декан разрезал ботинки своего студента. Стоило ему снять обувь с ног, как все увидели ногти, прорвавшие носки в районе всех десяти пальцев. Причем эти ногти продолжали расти. – Мистер Кребб, боль прошла?
- Да, спасибо, сэр. Что это было?
- Вас поразили одним редким заклинанием, честно говоря, не имею ни малейшего понятия, как кто-то о нем узнал. Оно заставляет ногти на ногах плавно расти примерно до двух метров в длину. Но они не могли пробиться сквозь ваши ботинки, что затормозило рост, но одновременно стало причинять боль, так как ногти буквально впивались внутрь пальца. Но не волнуйтесь, сейчас они дорастут до своего максимума, после чего также плавно уменьшатся до исходных размеров. Эту перемену можете посидеть здесь, думаю, это пройдет до звонка на урок.
Оглядев по-прежнему стоящих в классе студентов, преподаватель продолжил:
- Мистер Гойл, останьтесь, вашему другу понадобиться помощь при передвижении в первые пять минут после окончания действия заклинания, остальные могут идти на урок. Скажите профессору Синистре, что двое слизеринцев немного опоздают на ее урок по уважительной причине.
***
Время до каникул пролетело достаточно быстро, но еще быстрее прошли сами каникулы. Профессор Снейп сдержал свое обещание, так что следующая отправленная Маргарет Гойл партия лекарства была почти полностью изготовлена ее сыном, разумеется, под пристальным руководством со стороны преподавателя защиты от Темных сил. Грегори так заработался, что чуть не упустил из вида покушение на одну из Гриффиндорских охотниц, совершенное накануне каникул. Впрочем, информация об этом происшествии не сильно гуляла по Хогвартсу, а в те выходные Грегори предпочел остаться в замке и лишний раз покопаться в записях профессора Снейпа, так что не удивительно, что узнал о покушении он совершенно случайно: данная тема поднималась на одной из тренировок по квиддичу. К слову, со спортом в этом году у слизеринцев совсем не задалось: к первому матчу они подошли с двумя потерями в основном составе, так что не удивительно было разгромно проиграть сборной Гриффиндора. Следующие матчи слизеринцы провели с переменным успехом. Неизменным была лишь неспособность ловца выполнять свои функции – из-за своего задания мысли Драко были где угодно, но не на поле. В итоге слизеринцам удалось накидать квоффлов на шестнадцать и десять раз больше, чем хаффлпаффцы и рейвенкловцы, соответственно, что обеспечило победу над барсуками и поражение от воронов, отдавших чемпионство в последней игре в руки Гриффиндора.
В учебном плане немного разнообразия внесли уроки аппарации, которые вел специально приглашенный из Министерства преподаватель. Грегори посещал эти занятия вместе со всеми, однако в силу обстоятельств решил отложить сдачу экзамена еще на год: во-первых, слизеринец чувствовал, что освоил данный способ передвижения далеко не в совершенстве. А во-вторых, ему не хотелось демонстрировать какие-либо навыки в такое время. Хотя он и испытывал некую зависть, когда узнал, что Винсент с первой попытки смог сдать экзамен. Друг, кажется, сам не ожидал от себя таких успехов.
В начале мая у слизеринца состоялся странный разговор со своим деканом, смысл которого дошел до Грегори значительно позже. Декан как всегда принимал его в своем кабинете, но на этот раз перед ним стоял бокал с каким-то алкогольным напитком, к которому профессор время от времени прикладывался. Преподаватель выглядел чем-то расстроеным.
- Грядут большие перемены, Грегори. Я хочу, чтобы ты был к ним готов. В конце этого семестра, может быть, летом случится кое-что, что заставит тебя поменять мнение обо мне. Но! Но я хочу, чтобы ты знал, что я сдержу свое обещание. Никто не узнает о твоем плане от меня. Я по-прежнему буду делать все возможное, чтобы оградить тебя от настоящей войны.
- Что произойдет, сэр?
- Не перебивай. Я не могу тебе этого сказать, но ты поймешь, как только услышишь. Возможно, у меня ничего не выйдет. На этот случай я написал завещание. Ты получишь все мои наработки по зелью для твоей матери. Если меня не станет, я надеюсь, что ты сможешь его завершить. Пока что я достиг лишь стадии, когда подавляются причины болей. Но, по сути, оно не отличается от эффекта нынешнего обезболивающего, которое готовится в два раза быстрее и компоненты которого стоят примерно в пять раз дешевле. Пока что мне не удается добиться полного уничтожения причины заболевания. Помимо наработок, ты получишь рекомендательное письмо – я договорился о твоем ученичестве с одним моим знакомым, Мастером Зелий из Ньюкасла. Он обещал принять тебя, если со мной что-то случится.
Грегори хотел что-то спросить, когда один из металлических шаров на столе профессора покрылся трещинами. Зельевар кинул его на пол, после чего резко рванул за покатившимся шариком, приказав Грегори следовать за ним. Маги выбежали из кабинета из спустившись на один этаж оказались в коридоре, где когда-то давно было совершено покушение на миссис Норрис. Профессор рванул в сторону женского туалета. Грегори остался стоять снаружи, стесняясь заглянуть и узнать, что же так привлекло внимание декана. Через минуту зельевар вышли из уборной, поддерживая бледного, шатающегося Драко.
- Отведи его в больничное крыло, скажи мадам Помфри дать ему Крововосполняющее зелье и намазать раны настойкой бадьяна. А я пока что разберусь тут. Теперь я знаю, кто украл мой учебник.
Драко периодически терял сознание, так что после третьей вынужденной остановки Грегори подхватил его на руки и донес до вотчины школьной целительницы. Та без промедления выполнила все рекомендации зельевара, после чего уложила несопротивляющегося слизеринца на кровать и заставила выпить еще и снотворное зелье.
Постояв немного около койки пострадавшего, Грегори направился обратно к кабинету защиты от Темных сил. Но профессор Снейп был занят – он о чем-то спорил с Поттером. Решив не ждать окончания дебатов, слизеринец спустился в общежитие – ему было необходимо хорошо обдумать слова декана.
***
В лучших традициях первых трех курсов кульминация событий произошла ночью, когда все нормальные студенты спали. Правда, в этот раз спали лишь слизеринцы, до которых не доносились звуки происходящих в школе баталий. Как и всегда, источником информации, вплоть до официальных заявлений от школьной администрации, стали сплетни. Уже к завтраку Грегори знал, что в школе ночью побывал отряд Пожирателей Смерти. Посражавшись с находящимися в школе аврорами и группой студентов, этот отряд пополнился Драко и профессором Снейпом, после чего в полном составе покинул территорию Хогвартса. Оставалось неясной лишь цели визита Пожирателей. Точный ответ был получен на завтраке, когда профессор МакГонагалл объявила о смерти директора Дамблдора и сообщила о назначенных на послезавтра похоронах. Если верить словам Поттера, рассказывающего события роковой ночи всем желающим, то смерть директора носила насильственный характер, а в роли исполнителя выступил именно профессор защиты от Темных сил.
Если бы не разговор четырехнедельной давности, то Грегори ни за что не поверил бы в причастность декана к этим событиям. Но в начале мая профессор Снейп четко дал понять, что совершит нечто опасное, что заставит думать о нем плохо. Убийство директора четко вписывалось в данные критерии. Но Дамблдор не слишком волновал слизеринца. Важным было лишь обещание учителя сохранить тайну Грегори. С учетом самого факта того разговора, а не его содержания, юноша был уверен в намерениях уже бывшего декана. Пока что роль исполняющего обязанности декана Слизерина взял на себя профессор Слагхорн, но он не был уверен, останется ли в школе на еще один год преподавания.
Похороны должны были состояться в день отъезда учеников, так что утро перед завтраком Грегори посвятил собиранию вещей – поезд отправлялся уже через час после окончания траурной церемонии. За завтраком на весь Большой зал будто бы наложили заглушающее заклинание – никаких перешептываний и разговоров, все сидели погруженными в свои собственные мысли. Наконец, профессор МакГонагалл поднялась из-за стола.
- Пора, - сказала декан Гриффиндора. – Пожалуйста, выходите из замка и следуйте за своими деканами.
Профессор Слагхорн величественно прошествовал через Большой зал, возглавив колонну слизеринцев. К слову, надо заметить, что изрядно поредевшую колонну слизеринцев – многих родители забрали сразу после случившегося, опасаясь мести Снейпу через его бывших подопечных.
Выйдя из парадных дверей, процессия направилась к озеру, где заранее были расставлены сотни стульев, разделенных на два ряда широким проходом. Часть мест уже была занята прибывшими с утра магами, которых можно было разбить на две категории: сотрудники Министерства и друзья и коллеги директора. Слизеринцы заняли последние ряды, не рискуя лезть вперед во избежание конфликтов. Совсе недалеко от них сидел, пожалуй, самый необычный гость церемонии – небольшой великан расположился на некотором расстоянии позади от мест волшебников.
Стоило всем занять свои места, как все присутствующие услышали потрясающую музыку, доносившуюся со стороны озера. Сидящие в конце слизеринцы первыми увидели хор морского народа, состоящий из десятков русалок и тритонов. Они пели не громко, но мелодия без труда достигала даже максимально удаленных от озера гостей, рассказывая свою таинственную историю об утрате всего магического мира.
В этот момент по проходу начал свое торжественное движение Хагрид, которому доверили нести тело погибшего, завернутое в темно-фиолетовый с золотыми звездами бархат. Пройдя по проходу, Хагрид положил тело Дамблдора на мраморный стол. Далее началась официальная часть: люди поочередно произносили речи, прославляющие директора. Когда все желающие высказались, яркое белое пламя охватило стол, на котором лежал директор. Языки пламени вздымались все выше и выше, заслоняя собой тело. Белый дым винтом поднялся в небо, создавая очертания странных фигур, но буквально через пару секунд все кончилось. Там, где только что бился огонь, стояла великолепная мраморная гробница, укрывшая тело Альбуса Персиваля Вульфрика Брайана Дамблдора.
Кентавры, наблюдавшие за церемонией с кромки Запретного леса, выполнили торжественный салют, одновременно запустив в небо сотни стрел. Некоторые маги испуганно закричали, но стрелы воткнулись в землю, не долетев до толпы более пятидесяти метров. Отдав подобным образом дань великому магу, кентавры, как и морской народ, покинули торжественную церемонию, возвращаясь в свою среду обитания.
Уже сидя в купе «Хогвартс-экспресса», везущего учеников в Лондон, Грегори размышлял, что же приготовит ему следующий год. После смерти директора, Темный Лорд мог решиться и на более активные действия, что подразумевало увеличение численности его армии. Слизеринец опасался, что ему все же придется браться за палочку. С другой стороны, профессор Снейп остался в живых, а, значит, сможет ему помочь в случае чего. Решив закончить грустные раздумья на этой оптимистической ноте, Грегори уперся головой в холодное окно и задремал. До Лондона было еще пять часов пути, за которые юноша намеревался не встревать ни в какие конфликты.
 
МогуДата: Суббота, 17.09.2016, 14:14 | Сообщение # 24
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 9. £ 16000
Часть 1.
Деннис развалился на стуле и крутил карандаш, которым до этого время от времени делал пометки в свой блокнот. Интересные факты биографии Грегори Гойла, которые сотрудник Министерства планировал проверить по окончании допроса, постепенно заполняли страницы блокнота.
- Год прошел, краткий пересказ твоих размышлений при ответе на этот вопрос я услышал. Теперь хотелось бы чуть подробнее.
- В статье в «Ежедневном пророке» упоминалось крушение Брокдейлского моста. Как я только что рассказал, там упоминался и другой аналогичный случай, произошедший в Штатах около полувека назад. Я не был уверен, что Такомский мост существует, пока он не был представлен среди вариантов ответа, но я был уверен, что этот ответ не является правильным. Воспользовавшись подсказкой, мне оставалось сделать выбор между двумя вариантами, один из которых был заранее забракован. Стоит признать, мне действительно повезло, что подсказка не оставила два варианта, про которых я не знал абсолютно ничего. Впрочем, если мне не изменяют мои математические способности, вероятность данного события была равна одной шестой. Так что можно сказать, что мне бы не повезло, если они остались. А так все просто прошло без эксцессов.
- А что насчет обещанного учебника? Снейп сказал тебе, что узнал, у кого тот был. После этого он не передал его тебе?
- Нет, насколько я понял, он то ли ошибся в своих предположениях, то ли не смог найти учебник при обыске. Я ведь даже не знаю, кого из учеников он подозревал.
- Жаль. Учебник стал бы неплохим пополнением коллекции.
- Какой коллекции?
- В школе несколько пустующих помещений выделили под музей, посвященный памяти жертв той войны. Снейпу там достался приличный по размерам стенд. Думаю, столь тесно связанный с его школьными годами экспонат, был бы весьма кстати.
- А Винсенту там место нашлось?
- Точно не помню, но сильно в этом сомневаюсь. Разве что на плите с выбитыми именами погибших Пожирателей. Да и формально он не стал жертвой войны, он погиб из-за собственной оплошности.
- Я не хочу сейчас спорить, но ты не прав. Винс просто сломался. Вечные издевательства над ним в течение шести лет, тюремное заключение отца, Лонгботтом, подливший масла в огонь. Винс просто захотел мести. А я побоялся ему помешать. Ладно, как я и сказал – я не хочу спорить об этом. Винсент – моя больная тема. Давай, двигаемся дальше.
- Как скажешь. Девятый вопрос выглядит весьма серьезным. Если ты в начальной маггловской школе не успел изучить мифы Древней Греции, то я без понятия, как ты мог на него ответить. Да еще и без подсказки, как я вижу.
- Профессор Снейп как-то раз сравнил меня с ним. Это произошло в середине седьмого курса…
***
Часть 2.
- Итак, Грегори, вы и на этот раз без проблем справитесь с вопросом? Или вопросы из области истории и строительства для вас не столь очевидны?
- Правильного ответа я, к сожалению, не знаю, но кое-какие соображения по этому вопросу имею.
- Не поделитесь с нами?
- Нет, я сейчас решаю, какой подсказкой воспользоваться: «помощь зала» или «пятьдесят на пятьдесят». Но чтобы я не выбрал, я не буду оглашать свое мнение до получения результата после подсказки – не хочу сбивать аудиторию или подсказать редакторам, какой вариант можно безболезненно удалять.
- Тогда мы ждем вашего вердикта.
- Когда я садился в кресло, я планировал первой использовать «помощь зала». Но в данных обстоятельствах мне кажется разумнее просто сократить число вариантов.
- Уважаемый компьютер, пожалуйста, уберите два неправильных ответа. – На большом экране с резким звуком исчезли первый и последний варианты. – Компьютер оставил вам на выбор Такомский и Стерлингский мосты. Думаю, можно раскрыть карты, это вам помогло?
- Да, мой ответ – вариант С. В сложившейся ситуации я считаю, что это Стерлингский мост.
- Значит, Такомский вами сразу не рассматривался как возможный ответ?
- Верно. Я был достаточно уверен, что это не Брокдейлский и не Такомский мосты. Но, увы, я ничего не знал про Египетский и Стерлингский. К счастью, компьютер не убрал оба варианта, в которых я был уверен.
- Тогда не вижу смысла нагнетать обстановку. Вы выбрали вариант С. Посмотрим, чего стоит ваша уверенность. – Уже привычно загорелся выбранный ответ, в зале повисла тишина, а звукорежиссер включил нервирующий тикающий звук. – И она стоит восьми тысяч фунтов! Поздравляю вас, Грегори. Действительно, Стерлингский мост обрушился одиннадцатого сентября тысяча двести девяносто седьмого года. На этом мосту произошло одно из сражений первой войны за независимость Шотландии. Сооружение рухнуло, не выдержав большого числа солдат, пытавшихся перебраться на другую сторону реки Форт. Остальные мосты действительно были разрушены уже в двадцатом веке: Египетский мост в Санкт-Петербурге в тысяча девятьсот пятом году, Такомский мост в штате Вашингтон в тысяча девятьсот сороковом и, наконец, Брокдейлский мост в Лондоне в тысяча девятьсот девяносто шестом.
Зрители в зале продолжали хлопать, как им велели надписи на табло. Ведущий, ослепительно улыбаясь, продолжил:
- Затратив одну из трех подсказок, вы еще на один шаг приблизились к заветной цели. Но впереди еще семь вопросов. Встречайте первый из них: «Кто из перечисленных героев Троянской войны первоначально пытался избежать участия в ней?». Вариант А – Ахилл. Вариант B – Одиссей. Вариант С – Диомед. И, наконец, вариант D – Менелай.
***
Часть 3.
Первый день августа выдался на удивление жарким. Если бы не терморегулирующие чары, установленные в доме еще при его покупке, Грегори и Маргарет, сидящие за столом, обязательно взмокли. Но этого не случилось, так что волнительное ожидание проходило в достаточно комфортных условиях. Мать и сын ждали возвращения домой главы семейства, ушедшего с утра устанавливать новый порядок в магической Великобритании. С каждой минутой отсутствия последнего члена семьи в доме тревога все росла. Не успокаивали и достаточно громко тикающие часы, подобно метроному отстукивающие время.
Наконец во дворе раздался долгожданный хлопок, и через пару мгновений в дом зашел внешне целый и здоровый Генри Гойл. Обнявшись с бросившейся к нему женой, Генри повесил мантию на крючок гардероба и присоединился к сидящему за столом сыну. Маргарет по такому случаю решила сама поухаживать за мужем, подарив Динки вечер отдыха. Положив перед Генри его ужин, Маргарет тоже села за стол, уставившись на мужа в ожидании рассказа.
- Ну, как все прошло?
- Вроде без особых проблем. Как только наши люди в окружении Министра ликвидировали Скримджера, был дан сигнал захватывать отделы. К счастью, со мной работают достаточно здравомыслящие люди. Так что мое появление с парочкой подручных в родном подразделении было воспринято достаточно спокойно. Думаю, все ожидали примерно такого развития событий еще с момента гибели Дамблдора. Так что смена руководства прошла в абсолютно спокойной обстановке. Мы с бывшим шефом просто поменялись местами. На работу это никак не повлияло. Я, конечно, предложил всем несогласным с текущим положением дел мирно уйти, пообещав не преследовать их никоим образом, но, как я уже говорил, в нашем отделе собрались исключительно благоразумные маги. В целом, как я слышал чуть позже, смена власти везде прошла достаточно мирно. Разве что за исключением аврората, но и там всех недовольных быстро уволили из рядов сотрудников Министерства, а парочку магглорожденных отправили в специально созданную Комиссию по вопросам крови.
- А что потом? Ты что-то задержался, раз все прошло так гладко.
- Большие силы были направлены на захват Поттера и известных членов Дамблдорской шайки, так что до их возвращения я в составе небольшой группы контролировал, чтобы мирное положение дел в Министерстве не рухнуло в одночасье. А после еще пришлось аппарировать на вызов. Лорд был не в лучшем настроении – Поттера упустили, как и многих активистов Ордена. Серьезно досталось Роули и Долохову – они умудрились огрести от трех подростков, неожидающих нападения. В остальном же собрание прошло в достаточно конструктивном ключе, все получили задания и были свободны. Ладно, я, пожалуй, пойду наверх, сегодня был тяжелый день, я немного устал.
Глядя вслед медленно передвигающему отцу, Грегори поймал печальный взгляд матери. Прошел всего месяц с момента освобождения из Азкабана, и Генри еще не до конца восстановил свои силы. Несмотря на то, что дементоры покинули тюрьму еще год назад, Темный Лорд не спешил освобождать своих неудачливых последователей, проваливших важную миссию. Лишь в конце июня он привлек нескольких сторонников к планированию атаки на все еще функционирующий Азкабан. Для захвата Министерства требовались проверенные бойцы, пусть и серьезно напортачившие в прошлый раз. Легко расправившись с персоналом тюрьмы, Темный Лорд за один вечер удвоил численность своей армии, под завязку укомплектовавшись различными асоциальными типами.
Как оказалось на следующий после смены власти день, изменения коснулись не только административного аппарата Министерства. Сова, присланная из Хогвартса, доставила письмо, в котором, помимо традиционного списка рекомендуемой литературы, содержалось упоминание о двух изменениях. Во-первых, маггловедение теперь являлось обязательным для изучения предметов для всех курсов старше третьего. И, во-вторых, письмо было подписано новым директором «Хогвартса», коим, если верить надписи на конверте, стал Северус Снейп.
***
Первого сентября стало понятно, что это далеко не единственные изменения, произошедшие в школе в преддверии нового учебного года. Ввиду назначения профессора Снейпа директором на освободившуюся должность декана Слизерина был назначен уже имеющий подобный опыт Гораций Слагхорн, а вакантное место преподавателя защиты от Темных сил занял Амикус Кэрроу, в то время как его сестра, Алекто, стала профессором маггловедения. Стоит заметить, что это звание ей абсолютно не подходило: даже проживший в обществе магглов в течение трех лет Грегори знал о них куда больше Пожирательницы Смерти, полжизни проведшей за решеткой. Впрочем, отсутствие каких-либо знаний о мире магглов Алекто запросто компенсировала экспрессией, с которой подавала материал. В отличие от своей сестры Амикус весьма неплохо для начинающего преподавателя принялся обучать студентов защите от Темных сил, демонстрируя совершеннейших темномагических существ, вроде инферналов и големов, и средства защиты от них. На первых порах область его интересов пугала детей, но к середине октября все привыкли и даже начали получать некоторое удовольствие от изучения столь опасных существ.
Однако не все смирились с изменениями в школьной жизни. Поначалу несогласные пытались возмущаться на уроках, но достаточно скоро отказались от публичных высказываний, перейдя к подпольной деятельности. По ночам они пробирались по замку, разрисовывая стены и устанавливая неприятные проклятья на двери, ведущие в помещения ненавистных преподавателей. После того, как Кэрроу несколько раз попались в импровизированные ловушки, они решили усилить контроль над ночным Хогвартсом. Теперь старшие курсы Слизерина по ночам патрулировали школу наравне со старостами.
Долгое время это не приносило никаких плодов: диверсанты никогда не повторялись, появляясь каждый раз в абсолютно новых местах. Так продолжалось до второй недели ноября, когда, прогуливаясь по четвертому этажу, Винсент наткнулся на нарушителей спокойствия. Не ожидавший такой удачи слизеринец на пару секунд замер в ступоре. Пойманные с поличным начинающие граффитисты быстро осознали, что находятся в подавляющем большинстве, так что, не теряя времени, толпой бросились на одинокого слизеринца, не используя даже магии.
Винсента нашли утром без сознания в небольшой лужице его собственной крови. Разумеется, мадам Помфри справилась с последствиями нападения достаточно легко, но это событие зародили в душе Винса жгучую ненависть. Он с рвением взялся за ночные патрулирования, надеясь отомстить своим обидчикам. Грегори старался не оставлять друга одного, сопровождая его в ночных похождениях. Через примерно десять дней слизеринцам вновь повезло – на шестом этаже обнаружился отряд из трех живописцев. Застав их врасплох, Грегори и Винсент быстро лишили тех палочек и кинулись в рукопашную схватку. Численное преимущество не спасло нарушителей – быстро выведя из строя Майкла Корнера, Грег занялся Лонгботтомом, пока Винсент избивал Финнигана. Грегори воспринимал происходящее как простой урок, показывающий, что не стоит нападать на слизеринцев. Так что Невилл, хотя и был весь в крови, отделался максимум сломанными носом и парой ребер. Гриффиндорец лежал на спине, его глаза заливала кровь из рассеченных бровей, но тем не менее, он оставался в сознании. Для Винсента это было больше, чем простой урок. Он жаждал мести: Симус, также распластанный на полу, уже давно провалился в благодатную тьму беспамятства. Но Винсент не останавливался, он продолжал наносить удары в корпус поверженного врага. Лицо ирландца уже давно представляло настоящую кровавую кашу. Грегори резво слез с поверженного им гриффиндорца и кинулся оттаскивать друга, пока тот не перешел черту. Винсент словно не понимал, что происходит вокруг: он отчаянно пытался избить и Грегори, пока не осознал, что перед ним его приятель. Оглядев результаты своих трудов, Винс развернулся и пошел в сторону подземелий. Он не был взволнован своим поведением, он ощущал лишь полное удовлетворение от совершенного возмездия.
***
Амикус Кэрроу продержался ровно половину учебного года. В конце января его терпению пришел конец. Он действительно старался преподавать студентам что-то по-настоящему интересное, но маленькие ублюдки не ценили этого. Амикуса бесили их взгляды, полные ненависти, их ночные выходки, лишающие его полноценного восьмичасового сна. Ему просто надоело выносить все это. На первое февральское занятие он припас студентам отличный сюрприз.
Когда общий класс семикурсников пришел на очередной урок, профессор Кэрроу сидел за своим столом и непривычно улыбался. Вытянув ноги, он поигрывал своей волшебной палочкой, в ожидании готовности класса к уроку. Когда последний ученик достал все необходимое, и в классе наступила тишина, преподаватель резво вскочил со стула и встал за кафедру.
- Поздравляю вас всех, мы официально закончили преподаваемый в школе курс защиты от Темных сил. Оставшееся время предназначено для повторения пройденного материала в преддверии экзаменов, но мне кажется, что с первыми тремя курсами вы справитесь своими силами. Так что начнем с четвертого. Насколько я знаю, на нем был сделан упор в сторону заклинаний, а не работы с темными существами. Это значительно облегчает мне работу, не нужно искать пройденных вами существ. Итак, кто мне напомнит, какие чары вы проходили в самом начале четвертого курса.
В аудитории повисла тишина. Все прекрасно помнили, что фальшивый Аластор Грюм преподавал в первую очередь, но никто не хотел озвучивать правильный ответ вслух. Соврать тоже никто не спешил – было очевидно, что преподаватель знал ответ на заданный им вопрос.
- Ну, что же вы такие стеснительные? Ладно, сам отвечу. Если я правильно рассмотрел классный журнал, который мой коллега вел весьма дотошно, то первыми уроками у вас стояли занятия, посвященные Непростительным заклинаниям. Подозреваю, что данную тему вы прошли весьма поверхностно и лишь на теоретическом уровне.
- На нас накладывали Империо, - встрял в разговор Винс.
- Вот это поворот. Неужели Дамблдор разрешил? Впрочем, это не меняет темы моего урока. На вас испытывали одно из трех Непростительных, но не учили их накладывать. Думаю, пришло время ознакомиться с данным разделом защиты от Темных сил. Как бы некоторые из вас не относились к этим заклинаниям, порой они являются единственным вариантом на спасение при встрече с Темными созданиями. Им плевать на ваши детские чары и щиты – ваша жизнь будет зависеть от владениями этими чарами. Итак, два занятия мы посвятим Империо, два – Круцио. Насчет Авады мы с директором еще посовещаемся, посмотрим, как у вас пойдут дела с более безобидными проклятиями.
- Сэр, мы будем накладывать заклинания друг на друга?
- Отличный вопрос, Драко. Я все ждал, кто же задаст мне этот наводящий вопрос. И нет, вы не будете практиковаться на присутствующих здесь сокурсниках. Специально для этой цели у нас есть четверо нарушителей порядка с шестого курса.
Профессор взмахнул палочкой, открывая дверь в соседнее помещение. Оттуда друг за другом вышли четверо студентов. Казалось, они не понимают, где находятся и что происходит. Разместившись перед первыми рядами и встав лицом к классу, шестикурсники, словно по мановению волшебной палочки, резко упали на колени и уткнулись лбом в пол.
- Надеюсь, вы осознали, что сейчас ваши хулиганистые коллеги находятся под моим заклинанием. Удерживать управление сразу четырьмя магами – достаточно трудная задача. Но от вас это и не требуется. Через два занятия, я надеюсь, вы будете способны полностью контролировать одного своего сверстника. Как вы видите, мы не зря начали с Империо. Я даю возможность нарушителям школьного спокойствия понять новую политику руководства школы до того, как мы перейдем к изучению Круцио.
- А теперь начнем обучение, - профессор Кэрроу заглянул в список учеников. - Эббот, Боунс, Бут и Броклхерст, вставайте из-за столов и становитесь перед нашими сегодняшними манекенами. Сразу хочу предупредить: те, кто захочет поиграть в героев и попытается отказаться, станут мишенями на следующих занятиях, не будем зря дергать шестой курс, пускай они друг на друге невербальные порчи практикуют.
Услышав угрозу, ранее не спешившая вставать с мест четверка, нехотя, но пошла в начало класса. Встав напротив своих целей, ученики ждали дальнейших указаний.
- Замечательно. Это просто замечательно, что вы хотите учиться. Итак, сейчас наши младшие друзья находятся под моим заклинанием, но, чтобы не ломать им психику наличием сразу двух ментальных хозяев, мне придется его снять. Если эти юноши не лишены здравого смысла, они попробуют улизнуть, так что я вынужден принять некоторые меры предосторожности, - сказав это, профессор Кэрроу взмахнул палочкой, после чего ноги наказанных школьников оказались прочно забетонированы. – Думаю, этого будет достаточно. Ваша цель – заставить их произнести кодовую фразу, которую вы видите на доске. Как вы понимаете, наши друзья, стоя спиной, не способны самостоятельно узнать предложение. После каждой удачной попытки фраза будет меняться – все это нужно для чистоты эксперимента. Не хватало еще, чтобы наши живые мишени пытались жульничать, имитируя воздействие заклинания. Теперь перейдем непосредственно к самому заклинанию. Как и все Непростительные, они не требует сложных пируэтов палочкой. Достаточно лишь описать круг, после чего как бы пронзить его палочкой в центр, произнося заклинание. С теорией, я надеюсь, вы все знакомы, напомню лишь самое важное: вы должны хотеть заставить этих нарушителей выполнить ваше поручение. Теперь насчет прохождения этого урока: первая четверка практикуется в освоении этих чар. Как только кто-то из них сможет выполнить поставленную цель, я останавливаю для него секундомер. Результаты будут автоматически заноситься на пергамент, - Кэрроу наколдовал огромный лист пергамента, повесив его на одной из стен класса. На освободившееся место встает следующий по списку. Первая пятерка, кто справится быстрее остальных, получит от меня небольшой полезный подарок, но это пока, пускай, останется тайной. Это планы на сегодняшнее занятие. На следующем будем сдавать зачет: на нем я усложню задачу. Вам надо будет выполнить четыре задания: подчинить своего сверстника и заставить его выполнить сперва несложное задание, а затем что-то, противоречащее его моральным убеждениям, после этого наложить Империо на двух сверстников, и, наконец, заставить сделать их последний элемент полностью синхронно. Поскольку, как я говорил, держать под заклинанием более одного человека вам пока будет сложно, последняя пара провинившихся будет более восприимчива к внушению при помощи четко выверенной дозы специального зелья. Чем быстрее вы сдадите зачеты по Империо и Круцио, тем быстрее я освобожу вас от занятий, и вы сможете приступить к самостоятельной подготовке к экзаменам. Возможно, к этим двум заклинаниям добавится еще парочка, я еще подумаю. Мне всегда импонировало Адское пламя, но для этого мне нужно будет подготовить хорошо защищенное помещение. Впрочем, не будем забегать так далеко вперед, разберемся для начала с заклятием Подчинения. Чего вы ждете, начинайте.
***
- Мистер Кребб, мистер Гойл, следуйте за мной, - слизеринцы покидали Большой зал после завтрака, когда мимо них прошествовал директор. – С профессором Кэрроу я договорился, она знает, что вас не будет по уважительной причине.
В тишине двое слизеринцев прошествовали вслед за директором Снейпом на улицу и остановились около десятка деревянных ящиков, сложенных на траве около входа в замок. Директор повернулся к ученикам и раздал задания:
- Мистер Кребб, на вас вот эти семь правых ящиков. Их надо отнести на Астрономическую башню. Обращаю ваше внимание, что магией пользоваться нельзя, внутри очень восприимчивое к магии оборудование. Мистер Гойл, на вас вот эти четыре ящика. Отнесете их в комнату, соседнюю с моими бывшими апартаментами, после чего мне потребуется ваша помощь в сборке этого агрегата. Я освободил вас всего на один урок, так что у вас есть полтора часа, чтобы успеть выполнить задание, поторопитесь.
Когда Грегори в компании профессора начал спускаться в подземелья, директор остановил его.
- Думаю, все будет немного быстрее, если дальше я отнесу сам, а вы пока возвращайтесь за следующей коробкой, - зельевар вытащил палочку и левитацией подхватил ящик.
- А как же запрет на использование магии?
- Мне надо было занять вашего друга на полтора часа. Нам же совсем не обязательно тратить их на подобную ерунду. Но вам все равно придется тащить ящики без магии, чтобы нас не заподозрили.
Через пятнадцать минут все четыре ящика были доставлены в практически пустое помещение. Профессор палочкой убрал пыль с пары кресел и, усевшись в одно из них, предложил студенту занять оставшееся.
- Итак, Грегори, ты хотел со мной поговорить? Надеюсь, это что-то серьезное? Было не так просто ускорить доставку этой вещицы, - директор махнул рукой на коробки.
- У меня к вам сразу несколько тем для беседы. Для начала я хотел бы обсудить занятия профессора Кэрроу.
- Амикуса или Алекто?
- Амикуса. Как вы, наверное, знаете, у нас на днях состоялось первое занятие, в ходе которого нас учили применять Круцио.
- Я слышал, у тебя не очень получалось.
- Да. Но профессор Кэрроу не слишком расстроился, он обещал море практики.
- Да, Амикус был удивлен, что угроза Пыточного проклятья не слишком остудила пыл некоторых студентов. Впрочем, его устраивает любой из вариантов развития этой ситуации.
- Сэр, я просто не хочу круциатить всех подряд, от этого у меня получается практически безвредное заклинание. Но от меня не отстанут, пока я не выдам полноценное Круцио.
- Ты не обязан рисковать собой ради других. В конце концов, даже твое полноценное Пыточное все равно не причинит им невосполнимого урона. Твои лечебные зелья полностью компенсируют твою вину в этом вопросе. Но если тебе так противна сама мысль об этом, могу продемонстрировать одно редкое проклятье, Амикус его точно не распознает. По своей сути – это комбинация двух первых Непростительных. Оно сочетает в себе внешние признаки Круцио, но базируется на принципах Империо. Ты просто заставляешь свою жертву поверить, что ей больно, как от Пыточного, так что объект кричит и бьется в конвульсиях весьма натурально, - директор сделал аккуратное движение палочкой, и из нее вырвался красный луч, ударившийся в ближайшую стену.
- В чем тогда его отличие?
- Оно не так сильно перегружает твою нервную систему. Лучше уж сорванные голоса и ушибы от их припадков, чем сожженные от Круцио мозги. Но предупреждаю, это проклятье дается весьма трудно. Тебе придется много тренироваться. Когда луч заклинания станет ярко-красным, точно как у Круцио – значит, ты освоил эти чары. До этого момента не стоит демонстрировать их при Амикусе. Даже слабое Пыточное не имеет розового оттенка, так что ты можешь выдать себя с потрохами. Думаю, с этой проблемой мы покончили. Что у тебя дальше?
- Винсент. Я не знаю, что с ним делать. Он изменился за последние месяцы, я не узнаю его. Он освоил Круцио в рекордно короткие сроки, причем, судя по крикам Лонгботтома, освоил на крайне высоком уровне.
- Ваш друг познал прелесть Темных искусств. К сожалению, они не отпускают просто так. Когда-то я был таким, как мистер Кребб. Если бы не один трагический случай, возможно, я бы погрузился в эту область магии полностью. Она великолепна, позволяет почувствовать себя более сильным, желанным, но цена слишком высока. Вы не сможете отговорить свое друга, не вызывая подозрений. Остается надеяться, что произойдет что-то, что заставит его свернуть с этой скользкой дорожки. У нас осталось не так много времени, что там еще у тебя?
- Я начал готовиться к ЖАБА, из-за всех этих нововведений на мне восемь предметов и самостоятельная подготовка к зельеварению, как бонус. Но я не уверен, если во всем этом смысл? Я к тому, что если ничего не изменится, то мне все равно нельзя сдавать экзамены в полную силу. Тогда и смысла готовиться нет – мне же проще будет не притворяться.
- Смысл есть. Во-первых, это пригодится в дальнейшем, а во-вторых, мне кажется, что скоро все вновь резко встанет с ног на голову. Я не уверен, что это случится в этом году, но все же. Лучше быть готовым. Но еще важнее – выжить во всех этих событиях, так что, если в этом году в Хогвартсе случится какая-либо заварушка – прячься или беги. Это лучший рецепт выживания. – Директор откинулся в кресле и, задрав голову, уставился в девственно-чистый потолок. Замерев в своей позе секунд на тридцать, зельевар погрузился в свои размышления. - Знаешь, Грегори, в детстве я какое-то время очень увлекался древнегреческой мифологией. Так вот, там был один персонаж, история которого отдаленно напоминают мне твою. Его звали Одиссей и среди магглов он известен как великолепный стратег и военноначальник. Но даже далеко не все магглы знают, что до Троянской войны Одиссей старательно избегал участия в этой войне из-за сделанного ранее предсказания. Шутка ли, он даже притворился безумным, чтобы не уезжать со своего острова. Но его разоблачили. Мне остается лишь надеяться, что в твоей истории не будет места Паламеду.
***
 
МогуДата: Суббота, 17.09.2016, 14:14 | Сообщение # 25
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
С пасхальных каникул Драко вернулся серьезно помятым. Как оказалось, Поттер и компания все-таки попались, но с боем смогли сбежать из одного из самых защищенных поместий магической Великобритании, одолев по ходу дела всех трех Малфоев и гостившую у сестры Беллатрису Лестрейндж. Все бы, возможно, обошлось, если бы до побега Пожиратели не вызвали Темного Лорда, чтобы продемонстрировать пойманного юношу, занимающего первую строчку списка «Их разыскивает Министерство». Естественно, Лорд не обрадовался побегу своего врага из-под охраны. Драко повезло, что пасхальные каникулы кончились так вовремя – он смог избежать продолжения демонстрации недовольства Повелителя, выражаемого в порциях Пыточного проклятья, раздаваемого направо и налево.
То, что из-за Поттера ему и его родителям вновь пришлось пережить нечто ужасное, наложило свой отпечаток на Драко. Весь апрель он провел тише воды, ниже травы, готовясь к выпуску, после которого планировал положить все силы на поиск Поттера. В исправлении этой ошибки Драко видел единственный путь восстановления положения Малфоев в иерархии Пожирателей Смерти.
В целом, Грегори был доволен сложившимся положением дел – увлеченность Драко позволяла Грегори тратить свое свободное время на планомерную подготовку к экзаменам. Однако драма, развернувшаяся в школе в ночь с первого на второе мая, запустила цепь событий, приведших к третьему, и на данный момент последнему серьезному повороту в жизни Грегори Генри Гойла. Но обо всем по порядку.
Первая половина первого мая была самой обыкновенной пятницей, насколько только может быть обыкновенным день в школе чародейства и волшебства. За обедом Грегори, сидящий за столом рядом с Малфоем, заметил, как тот в какой-то момент резко схватился за свою руку в месте, где располагалась Темная Метка. Что удивительно, в это же время директор и оба новых преподавателя спешно покинули преподавательский стол. Через пару часов обнаружилась возможная причина такого поведения: по школе начал курсировать слух, что Поттера заметили в Лондоне при ограблении «Гринготтс». Вдобавок к уже нереальному сюжету, слухи пополнились маловероятными деталями: Поттер и компания, якобы, покинули банк на огромном драконе, который своим телом проложил дорогу беглецам. Если бы не поведение преподавателей, относящихся к Пожирателям, Грегори посчитал эти слухи откровенным бредом. Но директор не забегал бы просто так. В Лондоне явно что-то случилось, пусть и не настолько невероятное, но все же достаточное, чтобы заставить Лорда и его последователей поволноваться.
Следующий тревожный звонок прозвенел уже после отбоя: семикурсники готовились ко сну, когда у Драко в очередной раз наступил приступ жжения в районе Метки. Впрочем, это не было вызовом для слизеринца, так что все не обратили достаточного внимания на произошедшее – в конце концов, жжение проявлялось по несколько раз в неделю и не приводило ни к каким последствиям для учащихся школы. Но как оказалось позже, на этот раз все было не так. Примерно через пятнадцать минут в гостиную факультета ворвался декан, одетый в изумрудную пижаму. Распахнув двери в коридоры, ведущие к спальням студентов, профессор Слагхорн произнес:
- Sonorus! Внимание, все ученики должны через пять минут стоять одетыми в общей гостиной. Присутствие обязательно. При себе рекомендуется иметь палочку и любые защитные артефакты, имеющиеся у вас в наличии. Без меня стены общежития не покидать! У вас пять минут на сборы!
Разбудив своим криком студентов, декан Слизерина быстро покинул общежитие и направился в свои покои. Ему было необходимо переодеться и принять хранимую в тайнике заначку зелья Удачи. Маленькая пробирка, спрятанная под корешком древней, никому не нужной книги по истории возникновения теории взаимодействия компонентов растительного происхождения. Последняя доза, единственная сохранившаяся в течение полутора лет, дождалась своего часа: зельевар оберегал ее именно для подобного развития ситуации. Переодевшись и припрятав шестичасовую дозу в потайном кармане мантии, Гораций Слагхорн вернулся в гостиную своего факультета, где его ожидали взволнованные подопечные.
- Все здесь? – декан уточнил у старост.
- Да, сэр. Только что проверяли.
- Отлично. Я хочу, чтобы вы все крайне внимательно меня выслушали. Двадцать минут назад директор Снейп был смещен со своей должности. Тот-Кого-Нельзя-Называть мчится сюда, чтобы восстановить свою власть, но преподаватели сейчас баррикадируют школу. Будет битва, так что сейчас вы отправляетесь за мной в Большой зал, откуда последуете к зоне эвакуации. Я надеюсь, что вы все в достаточной степени слизеринцы, чтобы не пытаться геройствовать, так что вы все отправитесь в безопасное место. Хочу кое-что прояснить: сейчас вы выступаете в роли заложников, которых без проблем соглашаются отпустить. Не смейте ввязываться в стычки или хвататься за палочки. Сейчас важнее всего – оказаться за пределами замка. Смею полагать, что вам хватит ума не лишать своих друзей шанса покинуть замок в угоду вашему раздутому эго. Так что палочки в кобуру, рот на замок и шагом марш за мной.
Резко развернувшись, зельевар покинул общежитие. За ним шли ошарашенные новостями слизеринцы. Ранее они не видели своего декана в таком настроении, так что сейчас опасались нарваться на его гнев. Путь до Большого зала был проделан практически в полной тишине, лишь удары каблуков вносили некоторый разлад. Помещение быстро заполнялось народом: помимо студентов и преподавателей, у стены собиралась приличная по численности группа взрослых магов, явно давно закончивших «Хогвартс».
Профессор МакГонагалл забралась на небольшой постамент в центре зала. Разговоры в зале практически мгновенно стихли, а все взгляды устремились на преподавательницу.
- Эвакуацией будут руководить мистер Филч и мадам Помфри. Старосты, по моему сигналу вы организуете свои факультеты и в порядке доставите порученные вам группы к месту эвакуации.
- А если мы хотим остаться и принять участие в битве? – Раздалось со стороны хаффлпаффского стола.
- Совершеннолетним можно остаться, - под бурные аплодисменты произнесла профессор МакГонагалл. – Мы уже установили вокруг замка защитные заклинания, но вряд ли они продержатся долго, если мы не примем дополнительных мер. Поэтому прошу вас двигаться быстро и организованно и слушаться старост…
Последние слова профессора трансфигурации потонули в раскатах другого голоса, ранесшегося по Большому залу. Невозможно было определить, откуда он исходит: казалось, говорят сами стены древнего замка. Из-за столов раздались испуганные вскрики, те же, кто узнал обладателя этого холодного голоса, достали свои палочки и принялись озираться, пытаясь понять, откуда он доносится.
- Я знаю, что вы готовитесь к битве. Ваши усилия тщетны. Вы не можете противостоять мне. Я не хочу убивать вас. Я с большим уважением отношусь к преподавателям Хогвартса. Я не хочу проливать чистую кровь волшебников. Отдайте мне Гарри Поттера, и никто из вас не пострадает. Отдайте мне Гарри Поттера, и я оставлю школу в неприкосновенности. Отдайте мне Гарри Поттера, и вы получите награду. Даю вам на раздумье время до полуночи.
Все находящиеся в зале, словно по команде, повернули свои головы в сторону гриффиндорского стола. Грегори не стал исключением, так что ориентируясь по направлению лиц однокурсников, смог быстро найти Поттера среди множества других учеников. Когда все нашли героя взглядом, перед ними встал второй вопрос: обещания Того-Кого-Нельзя-Называть. Многие всерьез задумались над предложенным выбором, но почему-то именно представительнице факультета хитрых и осторожных хватило ума на весь зал предложить очевидное решение.
- Да он же здесь! Поттер здесь! Хватайте его! – закричала поднявшаяся из-за стола Пэнси Паркинсон.
Возможно, если бы она действовала более осторожно, то смогла бы посеять некоторые сомнения в умах многих студентов. Но в присутствии такого числа взрослых и друзей Поттера ее речь не имела ни малейшего шанса на успех. Следуя стадному инстинкту, почти все гриффиндорцы уже через пару секунд держали свои палочки направленными на слизеринцев. Вслед за ними подтянулись и представители Рейвенко и Хаффлпаффа. Благо, несмотря на возросшую опасность, другим представителям зеленого факультета хватило ума следовать указаниям декана и не обострять ситуацию.
- Благодарю вас, мисс Паркинсон, - профессор МакГонагалл поспешила успокоить толпу. – Вы первая покинете этот зал в сопровождении мистера Филча. За вами пойдут остальные ученики вашего факультета.
Слизеринцы поднялись из-за стола и направились к выходу из зала. Во главе колонны шел завхоз, замыкали шествие факультетские старосты. Винсент и Грегори держались ближе к концу, не упуская из вида шествующего позади Малфоя. Когда большая часть слизеринцев уже покинула школу через тайный вход в Выручай-комнате, Драко отозвал парней в сторону и наложил на них Маскирующие чары.
- Мы не уходим, - сказал Малфой. – Темный Лорд требовал Поттера, и мы доставим его повелителю. Это отличная возможность вернуть его расположение, утерянное после того, как Поттер с дружками засадили наших отцов в Азкабан.
Грегори хотел бы глянуть в лица друзей, но маскировка позволяла увидеть лишь сливающиеся со стенами силуэты. Он был против этой затеи, в голове сразу всплыли слова профессор Снейпа о немедленном бегстве в случае любой заварушки, но он не мог покинуть Винсента и Драко. Одного – из-за дружеских чувств, второго – из-за данной клятвы, срок которой оканчивался еще только через полтора месяца. Трое слизеринцев так и продолжали стоять в коридоре безо всякого плана, пока мимо них проходили колонны студентов, направляющихся к точке эвакуации. Драко сам точно не знал, что же им делать: отправляться бродить по замку в поисках Поттера, что было сопряжено с риском обнаружения их самих, или же оставаться на месте до тех пор, пока защитники замка не будут отвлечены на что-то более значимое. Впрочем, эти раздумья не имели смысла – Поттер с друзьями сами пришли в руки слизеринцев.
Грегори внимательно наблюдал за манипуляциями гриффиндорца – тот сперва выгнал младшую Уизли из комнаты, после чего принялся бродить вдоль стены, что-то приговария себе под нос. Когда на стене вновь проявилась дверь, гриффиндорцы вошли внутрь. Не желая упустить противников, Драко схватился за ручку двери, прежде чем она закрылась. Стараясь не шуметь, слизеринцы проникли в помещение, и направились на поиски Поттера. Гриффиндорцы как раз разделились в поисках чего-то, так что по одиночке были легкими мишенями. Слизеринцы же, все вместе, направились за своей главной целью. Впрочем, даже в такой ситуации Малфой не смог себе позволить не повыпендриваться. Вместо того, чтобы аккуратно взять Поттера и доставить того к Темному Лорду, Драко вновь решил поболтать. Удивительно, но его самодовольство оказалось заразительным – прежде молчаливый Винс разливался соловьем. Но, стоит признать, разговоры не слишком его отвлекали – когда Уизли подал голос, Винсент среагировал мгновенно. Быстрый выпад волшебной палочкой в сторону высокой стены из старой мебели и прочего хлама, отменно выполненное заклинание, и, как итог, вся куча начала опадать в соседний проход, где, судя по звукам, и находился младший брат близнецов. Поттер тоже среагировал достаточно резво: ему удалось остановить разрушения, в чем ему поспособствовал Драко, отвлекший Винсента:
- Нет! – крикнул Малфой, перехватывая руку телохранителя, собирающегося повторить заклинание. – Если ты обрушишь комнату, то мы не найдем под обломками эту диадему!
- Ну и что? Темному Лорду нужен только Поттер, а не какая-то диадема. Плевать на нее.
- Поттер пришел сюда за ней, - воскликнул Малфой, пытаясь втолковать очевидные вещи в голову своего недалекого сокурскника. –А это должно означать…
- Должно означать? – набросился Винс на Драко. – Кого тут интересуют твои рассуждения? Я не собираюсь больше выслушивать твои приказы, Драко. Твои и твоего конченого папаши. Хватит!
Грегори не рисковал встрять в препирания друзей, боясь погрязнуть в скандале. Он по-прежнему держал Поттера на прицеле, но не знал, что именно ему делать. Но скандал прервался и без помощи Грегори – Рон опять подал голос из-за стены хлама, чем вызвал приведение слизеринцев в боевое состояние. Однако оно продлилось не долго: Винсент запустил Круцио в гриффиндорца, чем начал новый виток разборок:
- Прекрати! – закричал Драко. – Темный Лорд хочет получить его живым.
- А что, я убиваю его, что ли? – завопил Винсент, отталкнув сдерживающего его Малфоя в сторону. – Хотя, если получится, я его все же убью. Темный Лорд так или иначе хочет его смерти, так не все ли равно?
Грегори, как и Драко, узнал заклинание, что только что сотворил их приятель. Луч Адского Пламени пролетел в десятке сантиметров от головы Поттера, попав в какой-то диван в конце прохода. Огонь достаточно быстро поглотил предмет мебели и перекинулся на соседние предметы. Пока что огонь был не слишком большим, но стоило Винсенту отвлечься на появление Гермионы, как он потерял контроль над своим заклинанием. Грегори единственный стоял лицом к Поттеру, так что только его ослепила яркая вспышка за спиной у гриффиндорца, означающая резкое усиление пламени. Слизеринец лишь на мгновение зажмурил глаза, но Поттеру этого хватило: меткое Обезоруживающее проклятье выбило палочку из рук Грегори. Тот бросился на ее поиски, но почти мгновенно, словно по сценарию двухлетней давности, словил Оглушающее проклятье в спину. Последним, что Грегори успел заметить, была огромная пылающая гора мусора в двадцати метрах от его падающего тела.
***
Пробуждение было бы куда более приятным, если бы нос не чувствовал запаха гари, а лицо не испытывало пробуждающие пощечины от Драко.
- Ну же, давай, очнись, Гойл! Вставай!
- Что? Что случилось? Где мы?
- Мы в коридоре замка, в котором сейчас идет сражение, пошли, надо убираться отсюда, здесь мы легкая мишень. У меня нет палочки, так что твои кулаки – мое единственное оружие. Вставай, черт бы тебя побрал.
- А куда делся Винс? – Грегори с трудом принял сидячее положение, откинувшись спиной на стену.
- Этот урод захотел убить нас всех. Мы чуть не сгорели в его огне. Повезло, что Поттер и Уизли с Грейнджер успели нас вытащить из этого костра.
- Где Винс? – закричал Грегори
- Сгорел твой Винс! Нечего играться с Адским Пламенем, если не умеешь! Хватит сопли жевать, вставай, нам надо выбираться от сюда, пока нас не прибили.
Но Грегори уже не слышал его. По-прежнему сидя на полу, он уставился взглядом на обгоревшую часть стены напротив него. Запах, стоящий в этой части коридора, помогал погрузиться в мысли: Грегори казалось, что он стоит внутри комнаты и смотрит, как его лучший друг сгорает заживо, безумно крича что-то. Реалистичность погружению придавали воспоминания криков матери, которые сопровождали эту сцену. Из пяти основных чувств человека в этой мрачной фантазии не хватало осязания и вкуса. Но и без этого, Грегори, не способный трезво рассуждать от горя, полностью погрузился в выдуманную сцену. Пару раз мимо него по коридору пробегали люди, но сфокусированный на обгоревшей стене слизеринец, не обратил на них внимание. Вид горящего друга и крики, доносящиеся отовсюду, медленно сводили юношу с ума.
В конце коридора вновь появились люди, но, как и раньше, Грегори не обращал никакого внимания на посторонние звуки. Людей было трое: Невилл Лонгботтом в компании двух взрослых совершал обход по школе в поисках раненых союзников и беглых противников.
- Кто это там сидит? – спросил один из провожатых в форме аврора.
- Это Гойл, семикурсник из Слизерина. Мерзкий тип. Его папашу уже внизу оформили, его тоже бы надо – он со своим приятелем особо активно практиковали Круцио на студентах в течение этого учебного года.
- Эй, парень, вставай, с нами пойдешь. Вставай, кому говорят, иначе силой поведем.
- Какой-то он подгорелый. Может ранен? И чего это он в стену пялится?
- Я откуда знаю, ладно, берем его за руки и тащим вниз, пусть там с ним сами разбираются.
Грегори не сопротивлялся, когда двое мужчин схватили его под локти и рывком подняли с пола. Но стоило им попытаться сдвинуть его с места, как он начал упираться, по-прежнему уставившись в какую-то точку на злосчастной стене. Двое мужчин все-таки были сильнее восемнадцатилетнего студента, так что с трудом, но все же смогли сдвинуть того с места. Грегори принялся яростно выворачиваться, стараясь вернуться на исходную позицию к своему прерванному занятию.
- Отпустите меня! – орал Грегори, пытаясь выкрутиться из крепкого захвата.
- Может, поможешь? – спросил один из мужчин у стоящего немного позади Лонгботтома. Тот достал из кармана палочку и с удовольствием запустил в брыкающегося слизеринца мощное Оглушающее. Второй раз за последний час Грегори потерял сознание, повиснув на руках у своих конвоиров.
 
МогуДата: Вторник, 20.09.2016, 17:29 | Сообщение # 26
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
Глава 10. £ 32000
Часть 1.
- Что-то я не уловил сильного сходства, чтобы вас можно было сравнить.
- Ну, думаю, директор имел в виду, что мы оба не хотели участвовать в войне и ради этого притворялись умственно неполноценными.
- Разве что это. Поскольку все остальное в ваших историях и близко не похоже. И, кстати, кто такой Паламед?
- Точно не уверен, но из контекста выходило, что он был как-то связан с разоблачением Одиссея. У меня никогда не было желания узнавать детали, я про эту историю вспомнил на ток-шоу в первый раз. До этого как-то совсем мне это было не нужным.
- А что насчет того заклинания? Быстро его освоил?
- Не особо. Как я уже неоднократно подчеркивал, я далеко не великолепный ученик в области заклинаний, особенно столь сложных. За месяц тренировок я смог добиться терпимого результата.
- То есть целый месяц ты все-таки использовал настоящее Непростительное?
- Да. Но если ты собрался мне ставить это в вину, то хочу заметить, что все без проблем кидались Империо на занятиях, считая его достаточно безобидным, и подавляющее большинство также осваивало Круцио. Да, были редкие герои, что бросались на амбразуру, отказываясь пытать сверстников, но я не мог себя вести подобным образом. К тому же, данные уроки были санкционированы тогдашним Министерством Магии, так что я не понимаю, почему данный факт стал моим основным пунктом обвинения.
- Хочешь сказать, что раз марионеточное правительство разрешило пытать детей, то ты невиновен?
- Я виновен так же, как и добрая часть нынешних сотрудников Министерства, обучавшихся в девяносто восьмом году на шестом и седьмом курсах. Знаешь, женская часть школьного коллектива освоила Непростительные на крайне высоком уровне: в отличие от отважных юношей, перспектива стать мишенью для отработки Круцио их не особо прельщала. Так что не надо делать из слизеринцев скотин, все тогда спасали свою шкуру, как могли. Однако досталось лишь нам. Помнишь, во время рассказа о третьем курсе я заговорил о двойных стандартах при снятии баллов. Так вот, это то же самое, только еще хуже. Если не веришь, поинтересуйся у Лонгботтома, сколько человек, кроме него и Терри Бута, отказались практиковаться в Пыточном проклятье и добровольно стали мишенями? Я тебе сэкономлю время – ноль. Так что не строй себе иллюзий о благородных гриффиндорцах и верных хаффлпаффцах. За редким исключением все в том году просто пытались выжить.
- Не кричи, остынь. Я тебе не обвинитель, на суде надо было эту проникновенную речь толкать.
- Не до этого было. Мне сказали не высовываться, чтобы не нарваться на серьезные проблемы. В те временами все были слишком опечалены потерями родных и близких, и запросто могли отыграться на нас. За семь лет полноценного нахождения в магическом мире я понял одну вещь, касательно нашего положения: во всех злоключениях виноваты слизеринцы. Единственным ограничительным фактором от «охоты на представителей зеленого факультета» всегда были лишь деньги. Но на момент суда все счета были заморожены, так что ничто не сдерживало агрессивно настроенную толпу.
- Вас судил Визенгамот, а не толпа.
- Состав Визенгамота практически не изменился со сменой власти. Эти самодовольные лорды готовы прогнуться под что угодно. Разумеется, после поражения Темного Лорда они с радостью были готовы судить всех, кто имел хоть какое-то отношение к произошедшим событиям, кроме самих себя. Давайте обвиним больную женщину, практически не покидающую дом, в соучастии перевороту, но при этом все дружно позабудем про великолепных членов Визенгамота, замечательно функционирующих при Пожирательском Министерстве. Но они просто делали свою работу, никакого соучастия преступлениям, совершенным в то время.
- Ладно, угомонись. Я здесь не для этого. В данный момент меня интересуют лишь твои ответы на вопросы, а не жалобы на несправедливый судебный процесс. Ты успокойся, я пока в туалет схожу.
Деннис вернулся через пять минут и застал Грегори в той же позе, что и в первый раз: подложив руки под голову, молодой человек как будто бы спал за столом. Стоило Деннису сесть на свое место, как Грегори, не меняя позы, просто открыл глаза.
- Успокоился?
- Да, все в порядке. Прости, накопилось. Давай следующий вопрос, сейчас дела побыстрее пойдут: в отличие от школьных лет, моя нынешняя жизнь не пестрит большим разнообразием, так что рассказывать особо нечего.
- Хорошо. Следующий вопрос, удивительно, в тему. Правда, это не сильно тебе должно было помочь: законы магической и маггловской Британии не слишком похожи. Для тебя тот опыт вряд ли мог оказать помощь в ответе на этот вопрос. Это как утверждать, что досконально знаешь законы любой другой страны, потому что отсидел срок в Англии.
- Да, согласен. Поэтому и я использовал свою вторую подсказку, доверившись мнению зала. Хотя, благодаря этому опыту, кое-какие соображения по этому вопросу я все-таки имел.
- Внимательно тебя слушаю…
***
Часть 2.
- Вы выглядите довольным, Грегори. Увлекались легендами и мифами Древней Греции?
- Нет, но эту историю в общих чертах знаю. Если мне не изменяет память, это был Одиссей. Из-за какого-то предсказания он не хотел уезжать на войну и притворился сошедшим с ума. Но что-то пошло не так, и ему пришлось принять участие в военных действиях.
- То есть ответ В – окончательный?
- Думаю, да. В голове что-то сработало именно на появление этого ответа, так что не хочу себя еще больше накручивать, понадеюсь, что первая реакция была верной. Я считаю, что это Одиссей.
- Что же, мы принимаем ваш вариант.
В зале повисла напряженная тишина, статисты в большинстве своем не знали верного ответа, так что были в смятении: держать руки наготове, чтобы похлопать участнику, или выпускать вздох разочарования в случае его проигрыша. Ведущий на этот раз не спешил подводить итог, несмотря на отсутствие сомнений у участника. Установленный где-то под игровым столом динамик издавал неприятный тикающий звук, знатно нервировавший и без того волнующихся участников. Наконец, выждав достаточную паузу, ведущий продолжил:
- Этим персонажем не был Менелай, так как он и был одним из инициаторов данного конфликта. Ахилл тоже не является верным ответом. А вот Дионид… - замолчав на пару секунд, Крис посеял сомнения в голове у Грегори. – Дионид тоже отправился на войну безо всяких колебаний.
К концу фразы зал взорвался аплодисментами, не давая закончить речь. Грегори не спешил радоваться, боясь сглазить вплоть до момента, пока его ответ не загорится на зеленом фоне и на компьютере не появится надпись, что он выиграл шестнадцать тысяч фунтов.
- Таким образом, это действительно Одиссей! – пытался перекричать толпу шоумен. Вариант, наконец, вспыхнул зеленым. – Браво, Грегори, мне даже нечего добавить к вашему рассказу! Вы справились с девятым вопросом и заработали уже значительную сумму. Впереди вас ожидает наша вторая несгораемая сумма в тридцать две тысячи фунтов. И, если…
- Стой, Крис, - донеслось по громкой связи. – Давай запишем выход на рекламу, пока ты не перешел к следующему вопросу. Мы пишем, начинай, когда будешь готов.
- Прошу прощения, Грегори, мы прервемся, это не займет много времени.
- Без проблем, я все понимаю.
- Замечательно. Майкл, пять секунд.
- Хорошо.
- Дорогие друзья, вы также можете принять участия в нашей игре и в случае победы получить денежный приз в тысячу фунтов. Отправьте слово «ИГРА» на короткий номер 5555 и ответьте на все вопросы нашей SMS-викторины. Тот, кто сделает это первым и получит наш приз. Также, хотим вам напомнить, что стать участником нашей передачи можно позвонив по указанному сейчас на экране номеру. Оставьте свою заявку, и, быть может, компьютер выберет именно вас. Не упустите шанс выиграть миллион в нашем шоу, звоните прямо сейчас. Звонок бесплатный. А теперь реклама на ITV1.
Сделав паузу в десять секунд и подождав, пока главная камера отъедет чуть назад, Крис принялся наговаривать послерекламный текст под плавный наезд камеры и аплодисменты зрительного зала:
- Мы вновь рады приветствовать вас на передаче «Кто хочет стать миллионером». Я Крис Таммант, напротив меня сидит Грегори Гойл, который сейчас постарается взять высоту второй несгораемой суммы. Итак, десятый вопрос и тридцать две тысячи фунтов: «Какой из перечисленных видов уголовных наказания может быть исключительно дополнительным?». Вариант А – штраф. Вариант B – ограничение свободы. Вариант С – лишение специального, воинского или почётного звания, классного чина и государственных наград. И, наконец, вариант D – лишение права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью.
***
Часть 3.
Второе за ночь пробуждение после Оглушающего было более неприятным. Виноват ли в этом Лонгботтом, вложивший всю силу в заклинание, или двое авроров, которые, возможно, простучали его головой несколько косяков и ступеней, пока тащили вниз, Грегори не знал, но в любом случае, голова болела нещадно. Открыв глаза, Грегори увидел, что он сидит на полу в одном из неиспользуемых школьных помещений. Руки были скованы за спиной, от импровизированных наручников в стену уходила прочная цепь: слизеринец попробовал освободиться, но после пары рывков бросил это бесполезное занятие. Закончив заниматься собой, Грегори наконец осмотрелся в комнате: вдоль стены в таком же положении сидели еще человек двадцать, в паре метров левее находился его отец, внимательно смотрящий на очнувшегося сына.
- Как ты, Грегори? Не ранен?
- Нет, все в порядке, только голова болит. Что случилось? Почему мы здесь?
- Ну, если коротко, то мы проиграли. Поэтому сидим тут под охраной и ждем, пока нас оформят и отправят в Азкабан. Ты-то что здесь делаешь? Вас ведь всех должны были эвакуировать…
- Малфой захотел восстановить положение семье, так что отправился на поимку Поттера. Винс его поддержал. Из-за клятвы пришлось идти с ними. В общем, меня достаточно быстро вырубили, так что я пропустил все важное. Винс погиб, так что я просто сидел посреди коридора, пока на меня не наткнулся патруль. А с вами что случилось?
- Винсент погиб? Бедная Кэт… Потерять мужа и сына в один день. Это ужасно. Надеюсь, она сможет с этим справиться.
- Дядя Доминик тоже? Что тут вообще произошло?
- Началось все еще днем, Поттер ограбил сейф Лестренджей, унес оттуда что-то, принадлежащее Лорду. Тот взбесился, раздал указания, после чего в спешке направился по своим делам. Видимо, он что-то обнаружил, так вернулся еще более злым и испуганным, чем был до ухода. Велел всем быть наготове и ждать вызова. Мне он поручил заняться порталами до Хогсмида. Около десяти вечера Метка в очередной раз активизировалась. Через десять минут все были в состоянии боевой готовности собраны на базе. Через пару минут явился и Лорд, после чего небольшими группами начали аппарировать в Хогсмид. Двое Пожирателей взяли порталы и отправились к стоянке великанов, чтобы перенести тех ближе к эпицентру будущих военных действий. Ультиматум Лорда ты, наверное, слышал. В полночь мы пошли на штурм. За час сражений мы смогли пробить защиту, ворваться в замок в нескольких местах и закрепиться там. Но Лорд вновь нас отозвал – пришлось уходить с занимаемых позиций. Он дал защитникам час на размышления и прощания с погибшими, поставив Поттеру очередной ультиматум. На этот раз мальчишка не стал прятаться за спины взрослых и пришел один на дуэль с Лордом. Дуэлью правда это было трудно назвать. Точнее подошло бы слово «расстрел». Лорд поразил Поттера Авадой, но почему-то сам при этом потерял сознание. Очнувшись, Лорд во главе своего войска направился ко входу в замок. Он долго внушал защитникам, что сопротивление бесполезно, но тут появились чертовы кентавры. Мы не заметили их вовремя, так что на нас обрушилась лавина их стрел. Мне повезло, а вот в Доминика вонзились сразу три штуки. Думаю, он умер мгновенно – одна пришлась в шею, две других – в грудь. Тут и преподаватели со студентами очнулись – битва разгорелась с новой силой. Все поспешили внутрь замка, чтобы не пасть от стрел кентавров, но в замке нас поджидала куча эльфов. Эти поганцы бросились кромсать всем конечности. Откровенно говоря, нас давили, но Темный Лорд по-прежнему был цел, так что это внушало определенный оптимизм. И тут появился Поттер.
- Стой, он же погиб, нет?
- Получается, что нет. В общем, битва как-то прекратилась сама собой. Тут уж было не важно, сколько людей ты нейтрализуешь: если победит Темный Лорд, все итак сложат палочки, а если Поттер, то тебя не спасет лишний десяток поверженных противников, их все равно еще слишком много оставалось. Короче, Поттер приказал никому не вмешивать, после чего пошла какая-то непонятная болтовня, которую понимали лишь Лорд и Поттер. Единственное, что я понял, так это то, что Северус работал на Дамблдора из-за того, что Лорд убил Лили Поттер. Оказалось, он любил ее, вот как бывает же.
- Ты не выглядишь расстроенным по этому поводу.
- Я не буду судить Северуса за предательство. Он сделал много хорошего для нашей семьи, и за это я ему благодарен. Я не знаю, как бы я поступил на его месте, так что не буду осуждать. К тому же о погибших либо хорошо, либо ничего.
- Погибших? Как? Нет!
- В отличие от меня, Лорд не был столь понимающим, так что не простил Северусу игр в двойного шпиона. Впрочем, я так понял, убил он его не только поэтому. Они с Поттером обсуждали Бузинную палочку, причем были весьма серьезны.
- Палочку из сказок Биддля?
- Ее самую. В любом случае, это не имеет для нас никакого значения. Поттер убил Темного Лорда, я, как и остальные Пожиратели, решил прекратить бессмысленное сопротивление. Так что нас всех обезоружили, связали и оставили пока здесь.
- Бежать не пробовали?
- Цепь прочная, мы без палочек, за дверью стоят пять авроров. Тут без шансов.
- И долго мы тут будем сидеть?
- Примерно раз в полчаса сюда заходит небольшой отряд сопровождения и конвоирует по пять–семь человек в Азкабан. Если верить словам авроров, то нас пока распихают по камерам, где мы будем сидеть, пока Визенгамот не будет готов рассмотреть наши дела.
- У нас все паршиво?
- У меня уж точно. На мне еще прошлый срок, побег из тюрьмы и теперь вот это. Велик шанс, что мы с тобой видимся в последний раз, сынок. Я подвел тебя с мамой, но уже вряд ли, что смогу исправить это. Позаботься о маме, если и тебя не загребут вместе со всеми.
- Хотели бы отпустить – уже сделали бы. Так что я, похоже, с тобой отправляюсь в тюрьму.
Генри хотел что-то возразить, но тут распахнулась дверь и вошли человек десять с палочками наготове. Пятеро встали по противоположной стене, направив орудия на заключенных. Оставшиеся авроры поочередно отсоединяли по одному Пожирателю за раз, прицепляя его к длиной цепи, соединяющей конвоируемых. Авроры действовали достаточно слажено и быстро: двое отсоединяли, двое заново заковывали, последний же все время держал заключенного на прицеле. Так получилось, что отец Грегори был седьмым в этой партии. Попрощавшись с сыном, он последовал на выход, ведомый общей цепью, не позволяющей отставать от предыдущего в колонне арестованного более чем на один метр.
Через полчаса пришла очередь и Грегори отправится в свою камеру предварительного заключения. За прошедшее время количество задержанный в комнате немного возросло: под охраной была доставлены первая партия легко раненных Пожирателей, которых сперва немного подлечили, чтобы те спокойно дожили до суда.
Идти в колонне было неудобно: приходилось выдерживать общий ритм, подстраиваться под коллег по несчастью. Благо, заключенных содержали на первом этаже, так что Грегори был лишен сомнительного удовольствия спускаться группой по лестнице. После небольшой прогулки по территории школы арестованные достигли границы антиаппарационного барьера школы. Авроры выстроили задержанных в круг, после чего активировали портал. Компания оказалась на берегу какого-то моря. В пятидесяти метрах от места появления находился оборудованный причал, к которому был пришвартован небольшой паром. Охранники двинулись по направлению к нему, ведя за собой преступников.
- Хей, Дэвид, это снова мы. Еще партию привели, - закричал стоящему на пирсе аврору ведущий группы.
- Этим придется подождать, паром только что вернулся с острова, так что еще три-четыре группы сможет принять. Рассаживайте пока этих, цепляйте к креслам, на пароме сейчас стажер, он их оформит. Прицепите и можете отправляться за следующей партией, на судне есть специальный отряд охраны, они присмотрят за вашими заключенными.
На пароме были четыре специальных зала для заключенных: два закрытых помещения на нижних палубах, одно под открытым небом на верхней, а также хорошо защищенная камера для транспортировки особо опасных преступников. Авроры решили разместить эту группу заключенных на нижней палубе. Грегори удалось получить место у иллюминатора. Авроры все также быстро отцепляли заключенных от общей цепи и приковывали к специальным креплениям под креслами.
Из окна был виден причал, так что Грегори был в курсе того, сколько людей оказалось на пароме: через десять минут появилась вторая группа из пяти человек, а еще через пятнадцать – третья, в которой юноша насчитал семерых магов. Последняя команда удостоилась особой охраны: их сопровождало целых десять авроров. Судя по повадкам заключенных, они вполне могли быть оборотнями, но Грегори не был уверен. Наконец, после прибытия еще двух отрядов, капитан судна дал приказ отшвартовываться.
Плавание заняло около получаса. Грегори вновь повезло оказаться с удачной стороны парома, ну или не повезло, как посмотреть. За пять минут до прибытия по его борту в поле зрения появилось величественное здание, расположенное на скалистом острове. Погода была ясной, на море был практически штиль, так что Азкабан был прекрасно виден даже с такого расстояния. Тюрьма представляла собой высокую крепостную башню треугольной формы, которую как будто оторвали от гигантского замка. По периметру острова возвышалась прочная стена, неуязвимая даже к самым мощным разрушительным заклинаниям. На дальней стороне острова был сооружен схожий пирс для обслуживания парома.
После высадки на берег толпу заключенных провели через главные ворота внутрь охраняемой территории. Тюрьма была не единственным зданием на острове: за воротами располагался местный контрольно-пропускной пункт, чуть позади стояли казармы и некоторое подобие арсенала, у противоположной стены были построены хозяйственные помещения. В правом углу, если стоять спиной к воротам располагалось местное кладбище, а перед входом в тюрьму – крупный административный корпус, куда и лежал путь заключенных. Их вновь разместили всех в одной большой комнате, по толщине двери напоминающей банковский сейф, и по одному вызывали на выход. Из-за того, что Грегори был в первой партии прибывших на паром, он также был зарегистрирован командой парома в первых рядах. В связи с этим, юношу вызвали четвертым по счету, и ему не пришлось ждать кучу времени в маленьком помещении с кучей приспешников Темного Лорда.
Выйдя за массивную дверь, Грегори оказался в маленьком помещении. Как только дверь камеры вновь закрылась, разблокировался проход вперед: юноша оказался в небольшом кабинете, где его ждали двое авроров и старичок в очках, что-то записывающий в свою толстую книгу.
- Так-так, Грегори Гойл. Вот ваш матрас и постельное белье, - пожилой маг вывалил на стол гору принадлежностей. – Теперь стой неподвижно, надо проверить тебя на наличие магических предметов, если есть, выкладывай сразу.
- Ничего нет, - Грегори послушно замер, пока старик размахивал палочкой перед ним.
- Действительно, чисто. Ладно, Крейг, отведи его в блок С, второй этаж, камеру номер шестнадцать.
***
Дни медленно сменяли друг друга, но никаких изменений в распорядке дня не наблюдалось: то ли Министерству пришлось решать множество срочных вопросов, то ли про Пожирателей просто забыли, оставив всех пожизненно гнить в тюрьме безо всякого суда. В тюрьме было… скучно. Впрочем, чего еще ожидать от нахождения в одиночке, лишенной абсолютно всех видов времяпрепровождения, кроме сна. Камера представляла собой узкое помещение площадью около восьми квадратных метров. Помимо намертво зафиксированной к полу койки, с натянутой металлической сеткой, от которой не спас выданный тонкий матрас, в камере были установлены разбитый, но исправный туалет и обыкновенный рукомойник.
Несмотря на массовое пополнение тюрьмы в последние дни, в коридоре, где сидел Грегори, больше не было ни одной занятой камеры, так что беседы с соседями откладывались на неопределенный срок. Впрочем, потребность в общении вскоре была удовлетворена: двадцать пятого мая (если новоиспеченный заключенный не ошибся в своих подсчетах) дверь камеры впервые с момента заключения открылась полностью. В помещение зашел один из охранников, второй остался в коридоре с палочкой наизготовку. Надев наручники, стража повела подсудимого в специальную комнату, где его уже ждал следователь из Департамента магического правопорядка.
- Добрый вечер, мистер Гойл. Прошу, присаживайтесь. Господа, спасибо, что проводили заключенного, через полчаса можете его забирать, думаю, для первого раза этого будет вполне достаточно.
Стража, кивнув министерскому сотруднику, покинула комнату. Мужчина же достал из своего портфеля блокнот и перо, закончив приготовления к первой беседе.
- Еще раз здравствуйте, мистер Гойл. Меня зовут Бен Симмонс. Меня направили сюда, чтобы вести ряд дел, в число которых попало и ваше.
- Здравствуйте. Вы что-то вроде адвоката?
- К сожалению для вас, нет. Я, скорее, представитель обвинения. Но и это не совсем четкая формулировка. Видите ли, совершеннолетние волшебники в суде сами выступают в роли адвокатов. Члены Визенгамота лишь выносят вердикт. Моя же роль – предоставить им список обвинений, которые предъявляются подозреваемому, и по которым и требуется вынести вердикт. Часто эту функцию брал на себя руководитель моего департамента, присутствующий в составе Визенгамота. Но в связи с последним наплывом дел было решено отделить эту часть судопроизводства в отдельную стадию. Вам понятны мои функции?
- Вроде, да.
- Замечательно. Тогда мы можем приступить к делу. Итак, на данный момент времени я буду рекомендовать выдвинуть против вас следующие обвинения: соучастие в государственном перевороте, препятствовании правосудию, многократное применение Непростительных заклинаний, покушение на жизнь студента школы, Если бы вы эвакуировались вместе с остальными студентами, обвинения были бы мягче, но у меня есть трое свидетелей того, что вы принимали участие в битве на стороне Пожирателей. Вам понятны все выдвигаемые обвинения?
- Боюсь, что нет. Мне непонятны все пункты, кроме Непростительных. Хотя и по ним есть возражения, но я пока оставлю их при себе.
- Давайте разбираться тогда. Соучастие в перевороте заключается в вашем бездействии при достаточной информированности. Вы не сообщили в Министерство про планируемый захват власти. В этот момент вы уже были совершеннолетним, таким образом, информирование органов управления являлось вашей обязанностью. Препятствование правосудию подразумевается утаивание от Министерства информации о местонахождении сбежавших из Азкабана преступников. Покушение на жизнь студента произошло в конце ноября. Я вам напомню: вы с вашим сокурсником Винсентом Креббом атаковали трех семикурсников с Гриффиндора и Рейвенкло. В ходе потасовки серьезно пострадал Симус Финниган, находившийся в коматозном состоянии на протяжении полутора недель.
-Как вы себе это представляете? Я должен был сливать планы Темного Лорда Министерству, ставя под угрозу себя и свою семью? К тому же я вроде как имею право не свидетельствовать против членов своей семьи, про остальных беглецов я ничего не знал. Симуса же отделал Винсент, я наоборот ему помешал закончить начатое. Спросите у Лонгботтома, он был в сознании. А насчет Непростительных – поговорите с директором Снейпом.
- Директор Снейп погиб во время битвы.
- Я знаю, но ведь должны сейчас делаться его портреты?
- Показания портретов не являются допустимыми уликами в ходе судебного разбирательства. Что касается мистера Лонгботтома, так я говорил с ним. К сожалению, он также был сильно избит в тот день, так что не может вспомнить детали той стычки. Помнит лишь ее участников.
- И что теперь? Я виноват в том, что никто ничего не помнит?
- Ну, формально – да. Вы ведь приложили руку, точнее кулак, к потери памяти мистером Лонгботтомом. Хотя, все это может быть не слишком важным. Видите ли, мистер Гойл, если вы начнете сопротивляться на суде, то к вам будет применена Сыворотка Правды. Но вопросы будут задавать ваши обвинители. Поверьте, я могу построить вопрос так, что вы будет выглядеть монстром при любом своем ответе. Вы ведь не хотите признаваться в том, что ваш отец после побега, наверное, рассказывал про местонахождение и других беглецов, которые не попадают под категорию ваших близких родственников, против которых вы могли не свидетельствовать. Или еще какие-нибудь грязные тайны. Поверьте, ваше упорство в этом вопрос не принесет ничего хорошего.
- Я могу подумать немного, может смогу вспомнить кого-нибудь, кто мог бы выступить свидетелем моей защиты?
- Разумеется, у вас есть время. Визенгамот для начала хочется разобраться с более серьезными делами, так что я не спешу по вашему случаю. Я буду свободен через два дня. Потратьте их с умом.
Грегори возвращался в свою камеру в смешанных чувствах. С одной стороны, он узнал, какие против него выдвинут обвинения, а, значит, мог начинать продумывать защиту. С другой стороны, следователь был прав: при правильных вопросах от него не оставят мокрого места на допросе с сывороткой. Таким образом, надо было избежать этого любой ценой. В идеале, было бы неплохо, чтобы заступился кто-то из знакомых, кого не обвиняют в связях с Пожирателями. Как герой войны, Северус Снейп был идеальным вариантом. Но правила суда касательно портретов и их показаний все испортили.
И тут Грегори осенило. В конце шестого курса профессор Снейп говорил про составленное им на всякий случай завещание, в котором упоминался и Грегори. Помимо наработок по зелью, необходимого для мамы, профессор хотел оставить рекомендательное письмо и координаты для связи со своим коллегой. Возможно, эти вещи могли служить косвенными доказательствами искреннего сотрудничества, не связанного с войной. Возможно, профессор Снейп рассказывал своему коллеге историю Грегори, хотя бы в общих чертах. Тогда того зельевара можно было бы вызвать, как свидетеля защиты. Помимо этой идеи, Грегори не смог придумать других достойных внимания способов оправдания, так что к моменту встречи со следователем, он был вооружен лишь одним возможным вариантом защиты. Беседа с мистером Симмонсом вновь прошла в той же комнате, правда, на этот раз длилась еще меньше времени.
- Добрый день, мистер Гойл. Продуктивно провели время с нашей последней встречи?
- Здравствуйте, мистер Симмонс. Ну, я смог вспомнить одного человека, кто мог бы мне помочь.
- Замечательно, и кто же он?
- Я не знаю его имени. Чтобы ответить на ваш вопрос мне нужно присутствовать на чтении завещания профессора Снейпа.
- О, замечательно, что вы упомянули, я как раз хотел поднять сегодня эту тему. Вчера сюда прилетела сова из Гринготтса с приглашением для вас на чтение завещания директора Снейпа. Я могу поинтересоваться, почему вы оказались в списке упомянутых в документе лиц?
- Профессор обучал меня некоторое время. В завещании он обещал оставить некоторые личные документы и письмо, которое я должен был передать моему потенциальному свидетелю.
- Почему он не мог передать письмо сам? И какое вы имеете к этому отношение?
- Это рекомендательное письмо. Профессор Снейп обещал посодействовать в моем дальнейшем обучении, в случае, если он к тому моменту будет не способен.
- Когда он говорил с вами?
- В конце прошлого учебного года. Незадолго до убийства Альбуса Дамблдора.
- Вы знали про это заранее?
- Нет. Профессор просто сказал, что ему предстоит выполнить нечто рискованное и крайне опасное. Он не вдавался в подробности.
- Хм, что же, если вы считаете это своим единственным вариантом защиты, я сегодня отправлю запрос в Министерство. Надейтесь, что они позволят вам под конвоем покинуть тюрьму и присутствовать на чтении последней воли директора Снейпа. Насколько я знаю гоблинов, если вы лично не появитесь в здании банка, то часть завещания, которая касается именно вас, просто не будет прочитана. Исполнение последней воли по вашему вопросу в этом случае будет отложено до вашего появления в стенах Гринготтса или же до вашей смерти, после которой все имущество будет передано во владение гоблинов.
- И что будет, если мне откажут? Я не смогу попасть в банк вовремя, допустим, отсижу положенный срок, выйду из тюрьмы и, наконец, получу доказательства своей невиновности? В чем смысл?
- Да, выйдет крайне неприятная ситуация. Директор Снейп допустил ошибку при составлении завещания. Он не назначил душеприказчика, который мог бы пойти вам навстречу и огласить имя из интересующей нас части завещания. Для гоблинов же это недопустимо, так что, повторюсь, вам стоит надеяться, что мой запрос будет удовлетворен. Не хочу кормить вас лживыми надеждами, шансы на успех этого мероприятия не слишком высоки. Министерство не обязано идти вам на встречу в этом вопросе. Люди потеряли родных совсем недавно, так что это может сказаться на итоговом решении. Вдобавок сейчас в Министерстве нет избытка свободных авроров, которые бы сопровождали вас в банк. Ваша единственная надежда – что после года правления Темного Лорда Министерство захочет провести максимально законные суды, дабы доказать свой профессионализм в глазах рядовых граждан. Я бы оценил ваши шансы примерно в двадцать – двадцать пять процентов. Посмотрим, окажусь ли я прав. Думаю, на сегодня мы закончили, я пойду составлять запрос. Держите ваши кулаки на удачу, мистер Гойл, уже вечером мы будем знать решение по вашей проблеме.
Время тянулось мучительно долго. Грегори ожидал, что мистер Симмонс сообщит ему вердикт вечером, как и обещал, но тот не спешил встречаться с заключенным. Беседа состоялась уже утром.
- Что там решили? – сразу взял быка за рога Грегори.
- Увы, чуда не случилось. Шансы были не в вашу пользу, так в итоге и сложилось. Запрос дошел до самого Министра, но дальше все пошло не так. Как мне рассказали, в его кабинете в тот момент находился еще и Гарри Поттер. Что они обсуждали, я не знаю, но его присутствие точно не сыграло вам на пользу. Возможно, будь мистер Бруствер один в помещении, вы бы имели шансы, но у мистера Поттера к вам, как я понимаю, серьезные претензии. Как итог, он сумел убедить Министра, что оказывать услуги Пожирателям – не лучшее решение в сложившейся ситуации.
- Но я же не Пожиратель! У меня нет Метки.
- Ее сейчас ни у кого нет. Точнее есть, но настолько бледная, что ее с трудом можно разглядеть, но это и не важно. Ваш отец точно обладает Меткой, а ваши действия говорили лучше любого знака на предплечье. Для широкой общественности вы виновны не меньше, чем настоящие Пожиратели.
- И что теперь будет? Сколько мне светит?
- Я не судья, так что не могу ответить за них.
- У вас же есть опыт в этом! Если меня признают виновным по всем пунктам, что мне грозит?
- Я бы сказал, что вам придется провести в тюрьме примерно пять лет, возможно, выплатить штраф в недавно образованный фонд помощи жертвам войны.
- А просто штрафом не получится обойтись?
- Не было бы Непростительных – может, и вышло бы откупиться. Но они ставят крест на ваших надеждах. То, что вы долго и упорно пытали детей, родители некоторых из которых имеют определенный вес в Визенгамоте, вряд ли сыграет вам на руку.
- Значит, мне просто необходимо получить свою часть завещанного. Есть какие-то способы обойти жесткие рамки правил гоблинов? Например, назначить кого-то представителем, подписать доверенность, отправить на чтение близкого кровного родственника.
- Последнее, может быть, и имело смутные шансы на успех, в отличие от первых двух вариантов, но у вас сейчас нет родственников на свободе.
- Как? Мама тоже здесь? Но ей же нельзя!
- Нет, ваша мама находиться просто под домашним арестом. Ее обвинения похожи на ваши за исключением пыток учеников. Так что, ей пошли на встречу, с учетом некоторых особенностей ее здоровья, о которых нам рассказал ваш отец. Но если она покинет границы вашего дома – вы рискуете встретиться с матерью здесь еще до суда. Рискнете свободой своей мамы ради своего освобождения?
- Нет. Она не вынесет местных условий. Ей нужны будут лекарства, которые вы не сможете обеспечить. Я лучше отсижу свои пять лет.
- Ваша забота о членах семьи достойна уважения. Однако ваше решение подводит черту под нашими беседами: раз вам нечего добавить, я оформляю свои рекомендации и передаю их в Визенгамот. Если что-то еще захотите добавить – передайте через охранников просьбу о встрече. В течение еще двух недель я могу вносить коррективы в свой документ. В любом случае, хочу пожелать вам удачи на судебном процессе. Прощайте, мистер Гойл.
Поднявшись из-за стола, Бен Симмонс вышел за дверь, запер ее с наружной стороны и отправился по своим делам. Грегори остался сидеть прикованным к стулу в ожидании возвращения пары охранников, которые должны были отвести его обратно в камеру.
С момента заключения прошло полтора месяца…
***
 
МогуДата: Вторник, 20.09.2016, 17:30 | Сообщение # 27
Снайпер
Сообщений: 137
« 7 »
И вновь наступила пауза длительностью в две недели. Грегори просто сидел в своей камере, отрезанный от всего мира. После случая с Сириусом Блэком было введено строгое указание, запрещающее передавать заключенным любые сведения из внешнего мира, так что Грегори не знал, прошел ли суд над его отцом, и если да, то с каким результатом. В тюремном блоке по-прежнему было тихо, так что единственным времяпрепровождением были размышления. Поначалу Грегори размышлял о предстоящем суде, но через два дня эта тема окончательно надоела. От нечего делать Грегори решил повторять материалы, готовясь к ЖАБА. Разумеется, не имея конспектов или учебников, он не мог вспомнить абсолютно все, но подобная разминка для ума занимала достаточно его времени, чтобы обезопасить его от сумасшествия на почве скуки.
Наконец, через пятнадцать дней после последней встречи со следователем, если верить перечеркнутым палочкам на стенах камеры, в судьбе Грегори наметились подвижки. Вместе с завтраком охранник принес ему весьма приличную и, что самое важное, чистую одежду, бритву и зубные принадлежности. Велев привести себя в порядок в течение полутора часов, маг удалился на дальнейший обход.
Грегори не стал тянуть и уже через двадцать минут он съел завтрак, умылся и надел чистую одежду. Стража была весьма пунктуальной, хотя Грегори и не мог этого знать: они явились ровно через обещанные девяносто минут после получения Грегори его завтрака. Тщательно обыскав заключенного, охранники опутали его грудой разнообразных наручников и повели на выход. Поскольку пассажир на этот раз был лишь один, паром был заменен на простую лодку, весла в которой управлялись не силой рук, а банальной магией. По прибытии на берег Грегори с тремя охранниками при помощи портключа переместились на какой-то склад. Судя по доносившемуся из-за дверей шуму, помещение находилось в каком-то крупном городе, вероятно, в Лондоне, раз уж единственным местом, куда могли отвести заключенного из Азкабана, было Министерство Магии. Грегори был пару раз внутри учреждения, правда, ничего, кроме отдела отца, он толком и не рассмотрел.
Один из конвоиров подошел к дальней стене ангара, после чего стукнул по одному из кирпичей своей волшебной палочкой. Стена мгновенно стала прозрачной. Сторож, стоящий за ней подошел ко входу и через специальное устройство спросил у стоящих по другую сторону стены:
- Кто вы? Представьтесь.
- Билли Килнер. Начальник смены конвоиров Азкабана. Со мной два моих подчиненных: Эндрю Мэттьюз и Джейми Ничоллс. Транспортируем Грегори Гойла на судебное заседание, назначенное на четырнадцать часов.
Сторож отошел обратно к своему столу, сверился с записями в журнале, после чего нажал на небольшую кнопку на боковой поверхности стола. Створки двери разъехались в разные стороны, пропуская гостей в буферное помещение. После того, как четверо посетителей прошли внутрь, створки вновь сомкнулись, и в считанные секунды стена приняли нормальный, непрозрачный вид.
Порывшись в столе, охранник выдал каждому по бейджику, после чего подошел к противоположной стене, вставил в специальное отверстие в стене свою волшебную палочку, после чего невербально совершил какое-то колдовство. На этот раз не было никаких замаскированных дверей. В кирпичной стене просто образовался арочный проход, идентичный тому, что был в Косом переулке.
За стеной обнаружились помещения аврората. Восп