Армия Запретного леса

Суббота, 28.11.2020, 22:07
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости и пользователи. Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума! Домен и хостинг на 2020 год имеет место быть!
Не теряйте бдительности, увидел спам - пиши администратору!
И посторонней рекламе в темах не место!

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
  • Страница 1 из 3
  • 1
  • 2
  • 3
  • »
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Превратности жизни: Альтернативная реальность (AU/Angst/Drama/Romance/Времена Мародеров)
Превратности жизни: Альтернативная реальность
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 22:51 | Сообщение # 1
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Название фанфика: Превратности жизни: Альтернативная реальность
Автор: Сьёфн
Пейринг:
Джеймс Поттер/Нарцисса Малфой
Северус Снейп/Лили Эванс
Сириус Блэк/Новый Женский Персонаж
Беллатриса Лестрейндж/Родольфус Лестрейндж
Люциус Малфой/Новый Женский Персонаж
Ремус Люпин/Новый Женский Персонаж
Питер Петтигрю/Новый Женский Персонаж
Рейтинг: R
Жанр: AU/Angst/Drama/Romance
Размер: Макси
Статус: Закончен
События: Времена Мародеров, Смерть главных героев, Особо жестокие сцены, Тайный план Дамблдора, Много оригинальных героев, Нестандартный пейринг, Темная сторона
Саммари: Нарцисса Блэк влюблена в Джеймса Поттера, но тот любит Лили Эванс. Но разве это преграда для решительной девушки? Она подстраивает так, что Лили разочаровывается в Джеймсе. И вот назло Джеймсу Лили Эванс начинает встречаться со Снейпом, а тот, чтобы удержать любимую порывает с пожирателями смерти и в открытую становится на сторону Дамблдора. Нарцисса тоже не теряется и завоевывает Поттера. И вот реальность изменена. Что же будет дальше? Чей же ребенок станет Избранным и кого выберет Волан-де-Морт. А ведь есть еще древнее пророчество семьи Блэков… Фанфик охватывает период с сентября 1977 года по ноябрь 1981 года.
Предупреждение:Нарцисса младше Джеймса на год. Фанфик в процессе редактирования, т.ч. встречаются ошибки и опечатки=)
Ссылка на оригинал
Разрешение на выкладывание: Есть






Сообщение отредактировал DarkFace - Вторник, 17.12.2013, 00:17
 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 22:54 | Сообщение # 2
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Книга 1. Нарцисса Блэк. Первая любовь

Любовь как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца.

В. Гюго.

Впервые Нарцисса увидела его летом 1972 года на вокзале, где они встречали из школы Беллу и Андромеду. Вся семья была сердита на Сириуса из-за их с Джеймсом последней выходки, которую они учинили перед выпускным балом. А Сириусу было наплевать на мнение семьи. Он стоял и весело смеялся вместе со своими друзьями-гриффиндорцами. Нарцисса, единственная из своей семьи, подошла к нему поздороваться. Он шутливо представил её своим друзьям. Увидев сияющие карие глаза Джеймса, Нарцисса влюбилась окончательно и бесповоротно. Сириус, смеясь, рассказывал ей об их выходке.

Люциусу Малфою тогда сильно досталось. Он учился на седьмом курсе, был старостой и весь год снимал с них очки. Иногда справедливо, иногда нет. Но перед самым окончанием учебного года, он снял с Джеймса и Сириуса по сто очков за безобидную ночную прогулку по школе. Гриффиндор лидировал по очкам, но, благодаря снятым в последнюю неделю, баллам выиграл Слизерин. И они решили ему отомстить. Подвесили перед выходом из гостиной Слизерина большое ведро с чернилами. В подземельях обычно светло, но они потушили парочку факелов, и в полутьме никто не заметил ведра. Слизеринцы спокойно входили и выходили. А когда Люциус вышел в праздничной мантии и под ручку со своей невестой, они опрокинули ведро прямо на них. Чернила были несмываемые. Так, что выпускной прошел без Люциуса.

Андромеда, которая училась на одном курсе с ним, потом рассказывала, что вид у Люциуса был ужасный: волосы не белые, а черные, лицо в чернильных потеках.

Вернувшись домой, Нарцисса погрузилась в детские мечты о Джеймсе. С тех пор он в мыслях всегда был рядом с ней.

Проходили дни, недели, месяцы, годы. Её любовь к Джеймсу не проходила, а становилась все крепче. Скоро Нарцисса превратилась в одну из первых красавиц школы. У неё было много поклонников. Но он по-прежнему равнодушно проходил мимо. Иногда они даже разговаривали. Джеймс, улыбаясь, спрашивал как её дела. Она что-то отвечала, глядя ему прямо в глаза, пытаясь рассмотреть там не веселое и равнодушное любопытство, а большое, светлое чувство под названием любовь. Но, увы. Джеймс по-прежнему видел в ней только младшую сестру своего лучшего друга. И устремлял свой взгляд на рыжую Лили Эванс.

Летом перед шестым курсом Нарцисса с горечью осознала, что наступает последний учебный год Джеймса. А она ни йоту к нему не приблизилась и по-прежнему является для него младшей сестрой Сириуса. Она твердо решила в этом году изменить ситуацию к лучшему.

Когда начался учебный год, Нарцисса решила попробовать старую женскую уловку с помощью ревности вызвать любовь Джеймса. Может быть, увидев её с другим, Джеймс осознает, что любит ее, и они будут счастливы. Нарцисса мысленно перебрала своих поклонников. Стивен Уэсингтон подходил идеально: красив, богат и страстно в неё влюблен. Но, вспомнив его искреннюю улыбку, Нарцисса почувствовала угрызения совести. Нет, он слишком сильно в неё влюблен. Жестоко будет использовать его любовь. Стивен слишком скромен и серьезен для того, что она задумала. И потом он сразу предложит ей руку и сердце. А Нарцисса не хотела даже ложной помолвки. Он подумала еще немного и решила: Ричард Дэвис идеально подойдет. Семикурсник из Когтеврана давно ухаживал за ней, настало время использовать его. Вечером на ужине, Нарцисса дождалась, когда Ричард закончит есть, и поспешила к выходу, чтобы «случайно» столкнуться с ним в дверях. Дэвис не преминул заговорить с ней. В сотый раз пригласив её на свидание, он с удивлением услышал о её согласии. Обычно она отшучивалась тем, что слишком боится его многочисленных поклонниц, мол, разорвут меня из ревности.

— Где? Во сколько? — радостно спросил он.

— В восемь, возле входа в гостиную Слизерина.

— А в Хогсмид в октябре со мной пойдешь? — решил ковать железо пока горячо Ричард. Вдруг сегодня его день и она согласится.

Нарцисса в ответ потупила невинный взгляд:

— Не знаю, еще месяц до первого похода, — ответила она и подумала: «Если все пойдет, как задумано, то в Хогсмид я пойду с Джеймсом». Нарцисса не испытывала никаких угрызений совести. Ричард Дэвис был известным ловеласом и разбил немало девичьих сердец. Он быстро утешится в объятиях очередной красотки. Попрощавшись с Ричардом, Нарцисса отправилась к себе, чтобы подготовится к вечернему свиданию. Ричард смотрел, как она уходит, и думал:

«Наконец-то она сдалась. Сегодня, нет, максимум через неделю она будет моей. Впрочем, отец настаивает, чтобы я выбрал себе невесту. Нарцисса отлично подойдет не её роль: красивая, богатая, из знатной семьи и наверняка еще девственница. Пожалуй, пыл придется поумерить, а то еще испугается. Эти девственницы иногда такие пугливые. Надо написать отцу, пусть узнает подробности о её семье. Если они разорены, то можно будет не ломать с ней комедию, а сразу взять свое». Ричард слишком хорошо знал женщин, чтобы сразу поверить в то, что Нарцисса взяла и вот неожиданно в него влюбилась. Понятно, что у неё есть какая-то цель. Он не против того, чтобы его использовали, но надо знать для чего. Ричард повернулся и направился к своей гостиной, чтобы переодеться перед свиданием с Нарциссой и, заодно, отменить свидание, назначенное на вечер с Мэри Гэлиос. «Эта тоже хороша, но слишком уж доступна. В другой раз встречусь. Жаль секса сегодня не будет» — с разочарованием подумал он.

Встретились Нарцисса с Ричардом ровно в восемь.

— Ты удивительно точна. Для такой красивой девушки, это редкость, — сказал Ричард и подарил ей цветок орхидеи.

— Спасибо, красивый цветок, — поблагодарила та. Свидание началось.

Через час, сидя с Ричардом в уютном уголке, Нарцисса пыталась скрыть зевоту. «Ну и зануда! Хоть бы целоваться полез, что ли? Хоть какое-то разнообразие. А то все разговоры только о нем любимом. Да о квиддиче». Ричард уже полчаса описывал, как он поймал снитч на последней игре с Пуффендуем. «Ага. Все остальные ловцы тебе не по зубам». Регулус Блэк, её кузен, был ловцом Слизерина и уступал в мастерстве только Джеймсу Поттеру. Вспомнив о Джеймсе, Нарцисса решила действовать сама.

Ричард в эту же минуту думал: «Вот скучища! Рядом со мной самая красивая девушка Хогвартса. А я рассуждаю о квиддиче. Затащить бы её в какой-нибудь пустой кабинет и хорошенько… Но нельзя, испугается. Целоваться еще, наверное, не умеет. Может хоть на поцелуй её сегодня раскрутить, а то сидим как паиньки, чуть ли не за ручки держимся. Надо быть решительней!»

— Я хотела…

— Я хотел…, — одновременно начали они говорить и тут же оба замолчали. — Говори первая, — уступил Ричард Нарциссе.

— Знаешь, у меня плохо получается заклинание деиллюминации. Может, мы найдем укромный уголок, и ты меня потренируешь? Не хотелось бы на глазах у других. Не люблю учиться на глазах у других. И так все на нас смотрят.

— Да, конечно, — согласился Ричард, радуясь, что она первая предложила уединиться, и старательно забыв, что на шестом курсе заклятие деиллюминации еще не изучают.

В кабинете, отбросив последние сомнения, Нарцисса сказала:

— Вообще-то я отлично умею использовать это заклинание. Я хочу попросить тебя о другом. Научи меня целоваться. Я еще ни разу не целовалась.

Сказать, что Ричард обрадовался, значило бы ни сказать ничего. Мысленно он просто взлетел от радости до потолка и тут же приступил к первому уроку.

«Неплохо. Немного мокро. И того возбуждения и счастья, о котором столько говорят почему-то нет. Но лучше, видимо, Ричард не умеет. Ладно, для задуманного сойдет. Интересно, как Джеймс целуется?»

Ричард снова попытался её поцеловать, но Нарцисса, взглянув на часы, вскрикнула:

— О! Уже одиннадцатый час. Пора расходиться по своим гостиным, а то неприятности будут.

Ричард обескуражено посмотрел на неё.

— Встретимся завтра утром, вместе позавтракаем, — ослепительно улыбнулась ему Нарцисса.

— Да, конечно, — обида исчезла из его глаз, — Во сколько?

Прикинув время, когда Джеймс обычно приходит завтракать и, мысленно молясь, чтобы завтра он не проспал, Нарцисса ответила:

— В половине восьмого. Не слишком рано для тебя? — заботливо спросила она.

— В самый раз. Пообщаемся перед занятиями, — многозначительно ответил он.

С честью выдержав прощальный поцелуй, Нарцисса упорхнула к себе в спальню, предвкушая завтрашнее утро.

«Маловато в ней пыла. Другая бы от таких поцелуев сама бы на меня забралась. А эта даже не дрогнула. Завтра посмотрим». — цинично подумал Ричард и оправился к себе. «Черт, половина одиннадцатого! Лучше бы я перенес, а не отменил свидание с Мэри. Ладно, пока Нарцисса не стала моей, никаких походов на сторону».

И Ричард принялся укладываться спать, не обращая внимания на взгляды сокурсников, удивленных его непривычно ранним возвращением.

Утром Нарцисса встретилась с Ричардом в холле перед Большим залом.

— Сядем за вашим столом, — увернувшись от поцелуя, весело сказала она.

Они устроились за столом Когтеврана, точно напротив того места, где обычно сидел Джеймс и его компания. Минут через десять компания Джеймса, с ним во главе, буквально ввалилась в Большой зал. Они уселись, прямо напротив них, и представление началось.

Нарцисса обратила все свое внимание на парня, сидевшего рядом с ней.

— Ричард, — нежно улыбаясь, сказала Нарцисса.— У тебя джем остался на губах.

— Где? — спросил Ричард и сделал попытку вытереть рот салфеткой.

Но Нарцисса остановила его руку:

— Я сама уберу, — загадочно улыбаясь, ответила она. И нагнувшись к его лицу, кончиком языка слизнула невидимую капельку. Потом прикоснулась губами к его губам, они слились в страстном поцелуе. Нарцисса долго не прерывала поцелуй. Судя по внезапно установившейся тишине, их поцелуй заметили. Весь зал с замиранием следил, как гордая и неприступная Нарцисса Блэк самозабвенно целуется со школьным ловеласом Ричардом Дэвисом.

— Спасибо, милый, завтрак был чудесен, — оторвав, наконец, свои губы от губ Ричарда, поблагодарила Нарцисса. Её слова отчетливо прозвучали во все еще ошеломленно молчавшем Большом зале. Через пару минут все вернулись к завтраку и шум возобновился. Нарцисса украдкой бросила взгляд на Джеймса, тот спокойно и с аппетитом уплетал свой завтрак. «Идиот», — разозлилась Нарцисса и, не попрощавшись, вылетела из-за стола. Она совершенно не обратила внимания на сидевших рядом с Джеймсом Сириуса и в чем-то убеждавшего его Римуса Люпина. Сириус сидел, сжав кулаки, и грозно сверкая глазами. Римус тихо убеждал друга в чем-то, а тот согласно кивал глазами. Но, заметив, что Дэвис закончил завтрак и направился к выходу, Сириус, стремительно выскочив из-за стола, кинулся за ним. Римус и Питер устремились за Сириусом. Джеймс, вздохнув, не торопясь, отправился следом.

Дэвис, выйдя из Большого зала, направился, было к кабинету Трансфигурации, но его остановил Сириус Блэк.

— Ричард, нам нужно кое-что обсудить, — скалясь, сказал он. — Зайдем в этот кабинет. Он пока свободный.

Рядом с ним стояли Римус Люпин и Питер Петтигрю, и по коридору к ним спешил Джеймс Поттер.

— Давай, — спокойно ответил Дэвис.

— Что, черт побери, происходит между тобой и моей сестрой? — сразу начал Сириус, едва они вошли в кабинет.

— Это не твое дело, — начал было Ричард, но, встретив убийственный взгляд Блэка, покорно ответил. — Мы встречаемся.

— Давно? — саркастично спросил Сириус.

— Со вчерашнего дня.

— Ты можешь встречаться с кем хочешь, но мою сестру оставь в покое. Она не из тех шлюшек, с которыми ты обычно встречаешься, — сорвался Сириус.

— Я буду встречаться с ней столько, сколько захочу, — запальчиво кинул в ответ Ричард.

Удар кулака чуть не попал ему прямо в нос. Его спасла только отличная реакция игрока в квиддич. Римус тут же встал между ними, держа Сириуса. Джеймс спокойно объяснил Ричарду:

— Видишь ли, Нарцисса Блэк не та девушка, с которой ты можешь спокойно поразвлекаться, а потом бросить.

— И кто мне запретит, вы?

— Да, — просто ответил Джеймс. — Сейчас я не позволю Сириусу избить тебя, но если мы узнаем, что ты снова с ней встречаешься, то…, — он не закончил угрозу, но выразительно кивнул в сторону все еще кипящего от злости Блэка.

— Мы просто целовались, — стараясь говорить миролюбиво, но не испугано, объяснил Ричард.

— Демонстративно, на глазах у всей школы. Учитывая твою репутацию, этого достаточно, чтобы за моей сестрой закрепилась репутация шлюхи, — зло сказал Сириус.

— Я на ней женюсь, — гордо вскинув голову, ответил Дэвис.

— Дурак. Она же тебя использует, чтобы вызвать ревность у …, — уже более спокойным тоном начал Сириус и вдруг замолчал. — В общем так, если еще раз увижу рядом с сестрой, руки-ноги повыдергаю. Понял? Больше предупреждать не буду. Можешь идти, — отпустил он Ричарда.

— Герои! Четверо на одного! — съязвил тот на прощание.

Питер попытался кинуться за ним, но Джеймс удержал его:

— Пусть уходит. Кстати, мы уже на занятия опаздываем, — и первый вышел за дверь.

Питер быстро шмыгнул за ним. Оставшись вдвоем, Сириус удрученно сказал Римусу:

— Жаль, что она выбрала Джеймса. Вы были бы прекрасной парой.

— Не понимаю о чем ты, — ответил тот.

— Все ты понимаешь, — грустно усмехнулся Сириус. — Пошли что ли, а то и правда опоздаем.

— Зачем я ей такой нужен? — с горечью сказал Римус, перестав притворяться, что не понимает о чем речь.

— Ты это брось. Ты отличный парень. Тебя обязательно полюбит какая-нибудь прекрасная девушка. Римус, просто помни, что ты нормальный человек и перестань шарахаться от красоток, что тебя осаждают, — пошутил он.

Римус грустно улыбнулся, и они отправились на занятия.

Днем, встретив Ричарда в коридоре, Нарцисса ослепительно улыбнулась ему и потом с удивлением наблюдала, как первый раз в её жизни от неё испуганно убегает парень.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 22:58 | Сообщение # 3
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. Неудачная попытка


На следующий день Нарциссу в коридоре остановил Сириус.

— Поговорить надо, — сказал он очень строгим тоном.

Нарцисса удивленно уставилась на него. Она никогда не слышала у него такого тона.

— Что ты вытворяешь? Хочешь заработать репутацию первой шлюхи Хогвартса? Если ты еще раз выкинешь что-нибудь подобное, я отшлепаю тебя на глазах у всех. А потом напишу твоей матери, чтобы она немедленно забрала тебя из школы. Я не позволю тебе позорить себя.

Нарцисса обратила на Сириуса взор, полный оскорбленной невинности и пролепетала:

— Не понимаю, что я такого сделала?

— Бесполезно. На мне не сработает, — усмехнулся тот.

Отбросив уловки, Нарцисса со злостью сказала:

— По-моему, это не твое дело.

— Моё, — не согласился Сириус.— Ты моя младшая сестра и я за тебя отвечаю. И ты должна меня слушаться.

— Не должна, — запальчиво крикнула Нарцисса. — Тебя выгнали из семьи. Родители вообще запретили мне с тобой общаться, и уж тем более я не обязана тебя слушаться.

Лицо Сириуса окаменело. Он повернулся и деревянной походкой пошел прочь. Нарцисса вдруг сообразила, что ляпнула и бросилась за ним. Схватив его за руку, она попросила:

— Прости меня, Сириус. На самом деле я так не думаю, просто ты меня разозлил. Ты мой старший брат и я люблю тебя. Ну, прости меня, глупую.

Сириус развернулся и пробурчал:

— Точно, более глупой выходки трудно придумать.

Нарцисса, обрадовавшись, что он не ушел и все еще с ней разговаривает, снова попросила:

— Прости. Я не должна была говорить тебе эти слова. Ты мой самый любимый брат.

— Нарцисса, это бесполезно. Такими выходками ты его не добьешься.

— О ком ты? — довольно натурально удивилась она.

Сириус, вздохнув, ответил:

— О Джеймсе. Он любит Лили. А на твои выходки ему плевать. Ты можешь у него на глазах переспать со всей школой, ему все равно.

Сердце Нарциссы сжалось:

— Он что знает о моей любви? — упавшим голосом спросила она. — Это так очевидно?

Сириус немного помолчал, а потом соврал:

— Нет, конечно. Я просто хорошо тебя знаю. Ты ведь с первого курса в него влюблена!

— Ты ему не говорил? — уже более спокойным тоном спросила Нарцисса.

— Мы никогда об этом не говорили, — еще раз соврал Сириус, чтобы успокоить сестру.

Только он ведь все равно любит Лили Эванс.

— Я знаю, — просто ответила Нарцисса.

— Тогда почему он?

— Разве любовь выбирают? Любовь как дерево; она вырастает сама собой, пускает глубоко корни во все наше существо и нередко продолжает зеленеть и цвести даже на развалинах нашего сердца.

Сириус обнял сестру:

— Бедная ты моя сестренка. Лучше бы ты выбрала другого моего друга.

— Кого? Римуса или Питера? — спросила Нарцисса.

— Римуса, например. Он хороший парень. И его сердце свободно, — слукавил Сириус.

— Он отличный парень, — согласилась Нарцисса. — Но я люблю Джеймса. Он еще будет моим, — упрямо добавила она.

— Не будет, — покачал головой Сириус. — Я отлично знаю Джеймса. Он однолюб. И даже если Лили завтра выйдет замуж за другого, он все равно не станет твоим.

— Но почему? — глаза Нарциссы наполнились слезами. — Что со мной не так?

— С тобой все нормально. Просто он тебя не любит и все. Ты же не можешь заставить себя разлюбить его. А он не может, да и не хочет, забыть Лили. И потом Джеймс чертовски упрям, он обязательно добьется любви Лили.

Нарцисса расплакалась. Сириус тут же принялся её утешать. Он сказал ей многое, но заветные слова утешения, что Джеймс будет с ней, так и не прозвучали. Сириус редко врал сестре. И сейчас не посчитал нужным поддерживать её иллюзии. Он считал, что чем быстрей она выкинет из головы Джеймса, тем лучше будет для неё самой. Нарцисса рассталась с братом убежденная, что он все-таки не прав. Если Лили не любит Джеймса, значит, у неё есть шанс.

А на следующий день, одиноко бродя вечером по школе, она заметила Джеймса. Он куда-то торопился, и Нарцисса решила за ним проследить. Она осторожно отправилась следом и увидела, как он вошел в старый кабинет трансфигурации. Кабинетом не пользовались уже несколько лет. Филч хранил там старую школьную мебель. А школьники использовали его для тайных свиданий. Нарцисса попыталась открыть дверь. Та оказалось заперта. Но девушка упрямо решила выяснить, что происходит. Она сделала вид, что уходит, а сама притаилась невдалеке, за одной из железных статуй, что стояли во всех коридорам. Ждать ей пришлось часа полтора. Но её терпение было вознаграждено. Из открывшейся двери вышла Линда Линч и пошла в стороны своей гостиной, а через несколько минут, вышел сам Джеймс и спокойно пошел по направлению к своей гостиной. Они встречались там тайно. Это было ясно, как белый день. На следующий день Нарцисса присмотрелась к Линде. Та была чистокровной волшебницей и училась на седьмом курсе Когтеврана. Все знали, что она помолвлена с Эйвери. Летом у них была запланирована шикарная свадьба. Нарцисса твердо была намерена выяснить, чем они там занимаются. Нет, она не была наивной дурочкой. Но, тем не менее, не могла поверить, что Джеймс спит с этой красивой когтевраночкой. «Это не может быть правдой! А как же Лили? А как же я?» — думала она. И преисполнилась твердой решимости убедиться собственными глазами.

На следующий вечер, сразу после ужина Нарцисса устроилась в кабинете среди старых шкафов. И на всякий случай наложила на себя деиллюминационное заклинание, ждать пришло долго. Нарцисса уже решила, что сегодня никто не придет, как вдруг в дверь тихо вошел Джеймс. Но как только появилась Линда, Нарцисса пожалела о своем решении. Они принялись целоваться и снимать друг с друга одежду. Это было так больно, что от увиденного и от жгучей ревности Нарцисса застонала вслух. Парочка тут же разорвала объятия, и Линда стремительно вылетела из кабинета, даже не застегнув мантии. А Джеймс, держа палочку в руке, спросил: «Кто тут?»

— Это я Нарцисса. Прости, что прервала свидание, — она сняла заклинание и вышла из-за шкафа.

Джеймс, увидев её, сразу успокоился и попросил:

— Не рассказывай никому о том, что увидела. А то у Линды будут неприятности с женихом.

— А у тебя с Лили? Джеймс, зачем ты это делаешь? Я думала, ты любишь Лили Эванс? И уважала тебя за то, что не реагируешь на вешавшихся тебе на шею девиц.

— Ты еще слишком маленькая для таких разговоров.

— Мне уже 16 лет. И я уже не маленькая! Ответь, зачем ты это делаешь? Ты её любишь?

— Хорошо, я отвечу. Нет, я её не люблю и она меня тоже. Это только физиология. Мне она нравится, но люблю я Лили. И всегда буду любить!

— Зачем же ты спишь с Линдой?

— Мне нужен секс. Я знаю — это грубо и цинично, но организм требует этого. Я не железный, и не могу законсервировать себя до тех пор, пока Лили не станет моей.

— Но ведь когда любишь, нужен только один человек!

— Может у кого-то это и так. Но, видимо, я устроен по-другому. Для меня физическая сторона играет большую роль. Я не хочу, как некоторые, обслуживать сам себя в душе. Если бы я встречался с Лили, то я бы смог потерпеть и не стал бы принуждать её к сексу. Но она по-прежнему не обращает на меня внимание. И у меня уже не осталось надежды, что обратит когда-нибудь. Я для неё всего лишь самодовольный идиот, — с горечью заметил Джеймс. — Она даже этого придурка Нюниуса любит больше, чем меня.

— А Линда? Она ведь помолвлена? Как она может? Она ведь уже не девственница, что она скажет мужу в брачную ночь?

— Мисс Праведность! — разозлился вдруг Джеймс. — Что ты знаешь о её жизни, чтобы вот так осуждать. Сидишь себе в своем выдуманном мирке. Не девственница! Кто тебе сказал, что она сама выбрала себе мужа? А ты знаешь, что она на коленях умоляла родителей разорвать помолвку и позволить ей жить своей жизнью. Но её родители непреклонны.

— Тогда пусть уйдет из дома и живет самостоятельно.

— А ты смогла бы уйти из дома? Вот так? В никуда и без денег! Молчишь? Тогда не осуждай. Посмотрим, как ты запоешь, когда родители сосватают тебе какого-нибудь старого пердуна!

— Я не подчинюсь им и не выйду замуж за нелюбимого. Родители не смогут управлять моей жизнью!

— Не смогут? — цинично усмехнулся Джеймс. — Они уже ей управляют. Ты же не общаешься с Андромедой!

Сестра Нарциссы, Андромеда пять лет назад вышла замуж за магглорожденного. И родители тут же запретили сестрам общаться с сестрой. Нарциссе, оказалось, проще прекратить общение с любимой сестрой, чем спорить с ними.

— Ладно, это твое дело. Просто не суди о людях, не узнав сначала всей правды. Для Линды это просто форма протеста. Хоть так, но насолить Эйвери. Это конечно глупо, но это её выбор.

Они пару минут молчали и вдруг Нарцисса решилась. Она близко подошла к Джеймсу и поцеловала его, вложив в поцелуй всю силу своей любви и нежности. Он в первую секунду растерялся, но Нарцисса была настойчива. Она целовала его со всей страстью, которая так долго в ней копилась. И он поддался, он начал ей отвечать, вдруг с восторгом поняла Нарцисса. Он перехватил инициативу, и очень скоро она почувствовала нарастающее возбуждение. Соски вдруг напряглись, внизу живота стало непривычно тепло. Она заскользила одной рукой по его груди, а второй начала расстегивать свою одежду. Нарцисса уже расстегнула свою мантию и добралась до форменной рубашки, как вдруг Джеймс остановился и оттолкнул её.

— Нет, — тяжело дыша, сказал он.

— Но ты же хочешь меня. Я это чувствую. Я согласна стать твоей.

— Нет, — повторил Джеймс.

— Почему? — чуть не плача от досады, спросила Нарцисса.

— Потому что для меня это будет просто секс, а для тебя любовь.

Нарцисса, быстро расстегнув оставшиеся пуговицы на своей рубашке, сняла ее вместе с мантией и осталась обнаженной до пояса.

— Я согласна стать твоей безо всяких условий. Пусть только сегодня. Я хочу, чтобы ты стал у меня первым. Можешь завтра не обращать на меня внимания. Я обещаю, что это будет только одна ночь, больше я тебя никогда не побеспокою. Не буду писать, настаивать на встрече. Только один раз: здесь и сейчас, а потом я исчезну из твоей жизни навсегда.

Непроницаемый взгляд Джеймса заскользил по её телу и остановился на груди. Нарцисса казалась богиней любви. В полумраке кабинета её кожа выглядела алебастровой, но при этом светящейся каким-то теплым светом. Она была так прекрасна, что у Джеймса перехватило дыхание. Искушение было так велико, что Джеймс шагнул к Нарциссе.

Он на мгновение остановился, и вдруг мелькнуло воспоминание: любимые зеленые глаза. И Джеймс стряхнул наваждение, вызванное ослепительно прекрасным телом и сделал шаг назад.

— Нет. Я не могу и не хочу так поступать с тобой, с Лили. Этого она мне никогда не простят. Да и ты не сможешь меня простить, если я просто воспользуюсь тобой, а потом забуду. К тому есть еще Сириус. Он слишком любит тебя и вряд ли будет счастлив, узнав, что я так обошелся сего сестрой. Одевайся и уходи.

— Никто не узнает.

— Я буду знать, и не смогу смотреть в глаза лучшего друга.

— А в глаза Лили? Как ты в них смотришь? После Линды? Она у тебя первая или ты регулярно справляешь «нужду»? — разозлилась Нарцисса, поняв, что не добьется желаемого.

— Ты жестока, но это ничего не меняет. Для тебя это слишком много значит. А я не собираюсь поступать, как последняя сволочь!

— Дурак! Я же люблю тебя, уже пять лет! А ты… — Нарцисса неожиданно для самой себя набросилась на Джеймса и начала колотить кулаками по его груди. Одеться она так и не подумала. Джеймс перехватил её руки и, повернув Нарциссу, прижал к себе. И не выпускал, пока она не успокоилась. Через пять минут порыв злости прошел, и он отпустил её. Та попросила:

— Джеймс, я люблю тебя! Не отталкивай меня.

— Не унижайся. Завтра ты будешь сожалеть об этом.

«Скорей, я буду ненавидеть себя за то, что не добилась своей цели»

— Почему так? Чем Лили лучше меня?

— Ты вовсе не хуже её. Нарцисса, ты чертовски красива и достойна лучшей участи, чем девушка на одну ночь. А Лили, она просто другая. Я не знаю, почему выбрал именно её. Но только в её присутствии сердце замирает, а улыбка Лили делает меня самым счастливым человеком на земле.

Нарциссе было больно слушать эти слова, и она не удержалась от ответного удара:

— Именно потому, что ты так любишь свою несравненную Лили, ты спишь с другими девушками?

Одухотворенное лицо Поттера поскучнело и приняло презрительное выражение:

— Мне пора. Еще раз прошу тебя никому не рассказывать о нас с Линдой. До свидания.

Нарцисса словно очнулась от его жесткого тона:

— Прости, Джеймс. Просто мне очень больно. Я никому не расскажу о Вас. Обещаю,— извинилась она

Джеймс улыбнулся ей и вышел из кабинета. Оставшись одна, Нарцисса автоматически натянула рубашку и мантию и пошла к себе в спальню.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 22:58 | Сообщение # 4
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. Неожиданное решение


Придя к себе Нарцисса, Нарцисса попыталась уснуть, но не тут-то было.

«Неужели я с такой легкостью и без борьбы уступлю любимого мужчину другой».

«Но он не твой мужчина, он любит другую. Отпусти его с миром» — шептала ей совесть.

«Мне все равно. Я слишком люблю его, чтобы сдаться без борьбы. И потом, если Лили его не любит, то почему я не могу его завоевать. Если бы он хотя бы встречался с ней. То вот тогда бы это был бы не честный поступок. А так, он ведь свободен».

Когда Нарцисса устав спорить со своей совестью, наконец, уснула, то ей снился Джеймс Поттер. И во сне он признался ей в любви. Проснулась Нарцисса с твердым намерением сделать все возможное и невозможное, чтобы завоевать Джеймса Поттера.

«Но больше я не буду спелым плодом, который сам падает ему в руки. Нет, теперь Джеймсу придется меня «завоевать».

Днем она, улучив момент, осталась с Джеймсом наедине и сказала:

— Прости меня, Джеймс. Вчера я вела себя как последняя дура. Да еще навязывалась тебе. Больше этого не повторится. Я решила начать новую жизнь. Хочу попытаться построить отношения с другим парнем. Ты не против?

— Нет, конечно, этот твое дело. А ты с кем-то определенным попробовать?

— Да, со Стивеном Уэсингтоном.

— Он хороший человек, — одобрительно произнес Джеймс.

— Я тоже так думаю. До встречи, — Нарцисса попрощалась с Джеймсом и медленно пошла прочь. Тот уставился ей вслед. Даже себе Джеймс не признался бы, что почувствовал некую досаду оттого, что такая девушка, как Нарцисса, с легкостью отказалась от борьбы за него.

Вечером Нарцисса пригласила Стивена встретиться с ней, чтобы серьезно поговорить.

— Стивен, я знаю, что ты любишь меня. А я, увы, люблю другого человека. Вчера он отказался от меня и мне очень плохо. Может быть, ты сможешь помочь мне забыть его?— Нарцисса умоляющим взглядом посмотрела на него снизу вверх.

— Я люблю тебя и готов сделать что угодно, чтобы ты тоже полюбила меня, — взволнованным голосом ответил Стивен.

Нарцисса вдруг расплакалась и покачала головой:

— Нет, я не могу пойти на это. Это будет нечестно по отношению к тебе. Получится, что я использую тебя, чтобы забыть другого. А вдруг я не смогу, ты будешь страдать и потом возненавидишь меня.

Стивен нежно обнял её и привлек к себе. Нарцисса уткнулась лицом в его широкую грудь и еще сильнее заплакала.

— Мне все равно. Я же так люблю тебя. И потом, с чего ты взяла, что у нас ничего не получится. Главное — желание, а остальное приложится. А моего желания хватит на нас двоих.

Нарцисса подняла к нему заплаканное лицо и неуверенно сказала:

— Давай попробуем. Вдруг действительно получится. Но я заранее прошу простить меня, если нет. Ведь сердцу не прикажешь.

Стивен Уэсингтон еще крепче обнял её и прошептал:

— Обязательно получится. Ведь я хочу этого больше всего на свете, — потом он легкими поцелуями начал осушать её слезы, шепча ей ласковые слова любви. Нарцисса начала успокаиваться. Удивительно, но в объятиях Стивена она чувствовала себя спокойно и умиротворенно. Поздним вечером они расстались вполне довольные друг другом.

«Это конечно очень некрасиво, так использовать Стивена» — думала Нарцисса, возвращаясь к себе.

«Да, нет, это просто подло» — влезла совесть. « Он же влюблен в тебя по уши. А ты его нагло используешь».

«Но ведь я сказала ему чистую правду. И даже настаивала на том, чтобы этого не делать. Он сам с радостью вызвался использовать этот шанс. Пусть теперь пеняет на себя» — успокоила Нарцисса собственную совесть.

« Когда-нибудь ты дорого заплатишь за то, что собираешься сделать» — мстительно ответила та.

« Мерлин! Я схожу с ума! Уже сама с собой спорю. И посоветоваться не с кем».

Нарцисса вдруг представила, как она советуется с Сириусом по поводу того, как быстро и, по возможности, без потерь: разлучить Джеймса с Лили. Да тот запрет её где-нибудь до конца года, чтобы она не навредила Джеймсу и себе самой. Придется действовать в одиночку. Но один помощник ей все-таки требуется. Нарцисса, вернувшись в спальню, написала письмо Белле и, вызвав свою сову, отправила его.

Получив желанный ответ от сестры, Нарцисса перешла ко второй части плана. Из письма сестры она вытащила лист с написанным рукой Джеймса посланием. Нарцисса не была уверенна, что сможет заклинанием изменить свой почерк на почерк Джеймса, и попросила сестру написать для неё письмо. Белла с детства славилась тем, что могла воспроизвести любой почерк. Она четко и без лишних вопросов выполнила просьбу сестры. Записка выглядела настоящим посланием от Джеймса Поттера. За 5 лет Нарцисса отлично изучила почерк Джеймса.

«Линда, любимая!

Жду тебя сегодня в старом кабинете трансфигурации в 11 часов вечера»

Сначала Нарцисса хотела использовать Северуса Снейпа. Но, тщательно взвесив, поняла, что это будет намеренное убийство. Джеймс и так терпеть не может Снейпа, а, разозлившись, просто убьет его. Саму Эванс она тоже исключила, та была слишком честная, чтобы прочитать чужую записку. Нарцисса выбрала Аманду Беркли из Гриффиндора. Аманда была достаточно любопытна и отважна, чтобы с головой влезть в эту авантюру. И при этом она была влюблена в Джеймса. На 4 курсе она подлила ему любовного зелья. К несчастью для неё, Сириус силой утащил друга в больничное крыло. А потом туда попала сама Аманда. Её лицо вдруг покрылось гнойными нарывами. Она больше не пыталась использовать Любовные зелья, правда, по слухам, любить Поттера не перестала. Нарцисса сделала ставку на то, что из-за одной только ревности Аманда притащит Эванс в нужное время и место. На очередном перерыве Нарцисса находилась рядом с Амандой, незаметно наблюдая за ней. Вот Джеймс проходит мимо них. Нарцисса незаметно бросает записку на пол. А потом демонстративно поднимает её. Подождав пару секунд, пока Джеймс скроется из виду, Нарцисса обращается к Аманде:

— Ой, Джеймс Поттер обронил эту записку. А я на занятия опаздываю. Отдай ему, пожалуйста, Аманда, — и вручает, растерянной девушке, сложенный вдвое небольшой лист пергамента. Потом быстрым шагом удаляется в сторону,

Все прошло как по написанному. И теперь Нарциссе оставалось только молить провидение, чтобы Аманда проявила любопытство.

Вечером в Большом зале, она пристально наблюдала за Амандой. Взгляд Аманды то и дело обращался в сторону Поттера. «Получилось» — подумала Нарцисса. После ужина она отправилась к себе и вообще очень рано легла спать. Ей, конечно, хотелось участвовать в основном представлении, но нельзя. Она должна быть вне подозрений.

Всю ночь Нарцисса провертелась без сна. Но утром её терпение было вознаграждено. Не успела она выйти из спальни, как подружки огорошили её известиями о скандале, произошедшем поздним вечером. Все однокурсницы с восторгом обсуждали новость о том, что Лили Эванс с Амандой Беркли застукали Джеймса Поттера на «горяченьком» с Линдой Линч. Оказывается, невеста Эйвери тайно встречается с красавчиком Поттером. Слухи как всегда пронеслись с большими преувеличениями. К обеду все уже говорили о том, что Лили из ревности чуть не убила Поттера, а Линда вообще находится в больнице Святого Мунго с тяжелыми травмами. Школу лихорадило. Занятия были забыты, каждый стремился высказать свою версию событий. К вечеру стало известно, что Эйвери разорвал помолвку с Линдой и родители забирают её домой. Позже оказалось, что про разрыв — правда, остальное выдумка.

Нарцисса внешне была спокойна, как тихий омут. Но внутри всё кипело от радости, что её план удался. Она видела, как Лили демонстративно презирает Поттера. Даже если у Лили и были какие-то чувства к Джеймсу, то теперь ей будет трудно простить его. Ведь днем он неустанно повторял ей о своей любви, а по ночам спал с другими девушками. Эванс была слишком правильной девочкой, чтобы понять и простить такое вероломство.

Оставалось спокойно переждать определенное время, и можно будет приступать к следующей части плана по завоеванию Джеймса Поттера.

Ложась в тот день спать, Нарцисса вдруг подумала, что Волшебная шляпа была права, когда отправила её на Слизерин, хотя она упорно просилась на Гриффиндор.

— Ты слишком умна и хитра для Гриффиндора. Причем в тебе больше хитрости и расчетливости, чем самоотверженности и храбрости. Гораздо больше. Только в Слизерин.

Впервые за шесть лет учебы Нарцисса Блек была согласна с вердиктом шляпы. Все-таки она истинная Блек, и не остановится не перед чем при достижении поставленной цели.





Сообщение отредактировал DarkFace - Понедельник, 16.12.2013, 22:59
 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 22:59 | Сообщение # 5
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Джеймс Поттер. После скандала


Джеймс Поттер сидел в гостиной своего факультета и думал. Ужин только что начался, и гостиная была пуста. Ужинать у него не было никакого желания. Джеймс привычным жестом взъерошил волосы и уже хотел поправить очки, но тут же опустил руку. «Пора бы уже привыкнуть. Который месяц без очков хожу!» — снова подумал он. Летом к ним приехал семейный целитель и Джеймс, сильно удивившись его появлению, невольно подслушал его беседу с матерью:

— Ему необходим полный покой и никаких волнений, даже радостные переживания могут оказаться губительными. Его возраст… — в это время дверь предательски скрипнула и Дора Поттер, отворив приоткрывшую дверь, обнаружила за ней своего сына.

— Что ты здесь делаешь, Джеймс? — поинтересовалась она.

— Как раз хотел войти. Мама, что случилось? Папа серьезно болен? Давно? Почему меня не поставили в известность? Почему вы скрываете от меня? — засыпал он мать вопросами.

Мистер Грей и Дора переглянулись:

— Мы ничего не скрываем. А говорили о тебе. Ты не хочешь избавиться от очков?

— Обо мне? — удивился Джеймс.

— О тебе, — спокойно заверил его мистер Грей. — Изобретено отличное зелье. Пару недель закапываешь его в глаза, пьешь при этом восстанавливающее зелье, и очень скоро зрение полностью восстанавливается.

— А папа тоже хочет исправить зрение? — поинтересовался Джеймс.

— Нет, мы его не уговорили. Он заявил, что уже сросся со своими очками и отказался. А ты, что скажешь?

— Э…— протянул Джеймс. — Я согласен.

Целитель оказался прав, через три недели почти полного безделья, ибо он запретил Джеймсу напрягаться, очки были уже не нужны. Но осадок от подслушанного разговора все равно остался. Джеймс не поверил словам матери и стал внимательно наблюдать за отцом. И только теперь он обратил внимание, насколько стар его отец. Как он раньше этого не замечал. Почему-то считал, что его отец будет жить вечно. А ведь совсем недавно они с матерью отметили пятидесятилетие совместной жизни. Дора была младше мужа на тридцать лет. Карлус Поттер на грани своего пятидесятилетия женился на дочери своего коллеги по министерству. Несмотря на то, что брак решен между отцом Доры и Карлусом, он оказался счастливым. Единственным, что долгие годы омрачало его, было отсутствие детей. Дора никак не могла забеременеть. Целители просто разводили руками, никаких препятствий они не находили. Карлус и Дора уже смирились со своей бездетностью, когда провидение, наконец, послало им сына. Единственный сын появился у них в том возрасте, когда другие уже нянчат внучат, поэтому Джеймс был скорей любимым внуком, чем сыном. Родители исполняли все его желания. Джеймс вырос избалованным, единственным и любимым ребенком. Справедливости ради стоит отметить, что Джеймс с детства общался и магическими детьми и маггловскими, из тех, что жили рядом, поэтому начисто был лишен снобизма из-за своего аристократического, древнего рода. Единственным его существенным недостатком являлась сильная вспыльчивость. В гневе Джеймс сначала совершал поступки, а потом, к сожалению, думал. Джеймс дал себе слово постараться не совершать в этом году в школе никаких серьезных проступков, чтобы лишний раз не волновать отца.

Вернувшийся к этому времени Сириус, навещавший Анну, весело подшучивал над тем, каким красавчиком стал его лучший друг. Мол, теперь все девушки Хогвартса твои будут, а Лили вообще падет к твоим ногам, как только увидит. Джеймсу привычно парировал шуточки Бродяги, и они весело проводили каникулы.

Этим летом Джеймс познакомился с обычной маггловской девушкой из своего же городка. Они отлично проводили дни и иногда даже ночи. Девчонка была презабавная и многому научила Джеймса. До неё у Джеймса был только небольшой опыт с одной девушкой. Хотя это и опытом-то можно было назвать с натяжкой, так обжимались да щупали друг друга.

В начале июля Сириус поехал повидаться с Анной Линтон, с которой начал встречаться на шестом курсе. А Джеймс, оставшись один, отравился гулять по округе. Не пешком, конечно. Ему уже исполнилось семнадцать, и он с удовольствием пользовался магией. Обычно он накрывался мантией-невидимкой и летал на метле везде, где хотел. Часто подшучивал над магглами, то шляпу сорвет и унесет, то засвистит у кого-нибудь над ухом. Вообще, вел себя как мальчишка. И вот в один из дней он пролетал над местной речкой и увидел красивую девушку, лет 20. Спрятав метлу и мантию, он пешком вернулся к речке и познакомился с ней. Натали Бергман, оказалась немкой, отдыхающей у своего дяди в их городке. Как позже понял Джеймс из её разговора, родители буквально сослали её в глушь Англии, которую она ненавидела из-за отсутствия развлечений. В тот же день они стали любовниками. Джеймса поразила та легкость, с которой Натали переспала с ним в первый же день знакомства. Впрочем, ему было слишком хорошо, чтобы долго задаваться подобными вопросами. В конце августа Натали вернулась к себе в Германию. Она рассталась с ним с той же непринужденностью, с которой и отдавалась ему. Вспомнив о Натали, Джеймс самодовольно улыбнулся. А вот последовавшая за ней мысль о Линде заставила его нахмуриться. Теперь мысли о Линде раздражали его. Привыкший за лето к постоянной любовнице, Джеймс с легкостью поддался на соблазн. Но они оба играли в эту игру, поэтому Джеймс и был поражен тому скандалу, который прилюдно закатила Линда. Она, получив от отца письмо о расторжении помолвки, вдруг прямо за ужином громогласно обвинила Джеймса в том, что он нагло соблазнил её, бедную невинную овечку. Выпалив это довольно длинное обвинение, Линда расплакалась и убежала. Джеймсу оставалось только удивленно хлопать глазами, он-то наивно считал Линду жертвой обстоятельств. Джеймс был просто «убит» этим заявлением, тем более что Линда не была девственницей, в ней чувствовался некий опыт. Неприятно было смотреть на ухмыляющиеся лица учеников, особенно слизеринцев. Но еще неприятней была беседа с Дамблдором. Директор школы молча выслушал его сбивчатые объяснения.

— Мистер Поттер, советую вам осторожней выбирать себе поклонниц, — сказал он Джеймсу. — На ваше счастье я владею окклюменцией и успел понять, что на самом деле имела в виду мисс Линч. Иначе бы вас ждало отстранение от должности главного префекта. Вы можете спокойно идти к себе. Я ничего не буду писать вашему отцу об этом инциденте, хотя мистер Линч настоятельно попросил меня написать вашим родителям о том, что вы соблазнили его невинную дочь. Но на вашем месте я бы сам написал родителям о произошедшем. Будет только хуже, если они узнают об этом от кого-то другого.

«Проклятие Мерлина! Линда казалась мне несчастной жертвой обстоятельств. Я, вот идиот, даже защищал её перед Нарциссой» — ругая самого себя, думал Джеймс, возвращаясь в гостиную Гриффиндора.

На следующий день на завтраке при появлении Джеймса в Большом зале громкий шепот не угасал. До Джеймса доносились обрывки разговоров. Все пялились на него, как на диковинку.

— У тебя теперь репутация бабника и заядлого сердцееда, — весело заверил его Бродяга.

— И почему тебя это так веселит? — мрачно спросил Джеймс.

— А что плакать? Это не конец света, скоро все утихнет. Главное, — Сириус подмигнул Джеймсу. — не приближайся к девственницам. А еще лучше вообще к девушкам. А то тут же снова обвинят в домогательствах.

Джеймс, не ответив, принялся за завтрак. Но это было еще не самое худшее. После окончания первого занятия, он случайно задержался. Подняв голову, он увидел Мелиссу Стронж, семикурсницу из Слизерина. Она с многозначительной улыбкой приближалась к нему. Остановившись чуть ли не вплотную к нему, она протянула руку к его лицу и пальчиками нежно провела по нему. Потом жарко прошептала:

— Какой ты оказывается шалун, Джеймс Поттер. А я-то считала тебя чистеньким невинным мальчиком. У меня сейчас свободный урок. У тебя, насколько я знаю, тоже. Может, закроем дверь и отлично проведем время? — И она тесно прижалась к нему, да так что он ощутил прикосновение её груди к своей.— Ты же поможешь одинокой, насильно помолвленной девушке. А то так трудно выстоять одной в этом жестоком мире! — и она страстно присосалась к его губам.

Буквально силой оторвав от себя эту нахалку, Джеймс отскочил от неё и тут же, натолкнувшись спиной на стол, упал на пол.

— На полу нам будет удобно, — ни капли не смутившись его реакции, продолжила Мелисса.

Джеймс, стремительно вскочив с пола, отчаянно замотал головой, одновременно пытаясь обрести, наконец, голос.

— Что происходит? — наконец-то Мелисса сообразила, что что-то не в порядке. — Ты меня не хочешь? Ну, это мы сейчас поправим.

Джеймс еще отчаянней замотал головой, речь до сих пор не вернулась.

— Ты что не можешь? — округлила глаза Мелисса.

— Да! — только и смог выдохнуть Джеймс.

— А я волшебной палочкой тебе помогу! Я знаю отличное заклинание! — заверила его упрямица.

— Нет, — обретя, наконец, голос, ответил Джеймс. — Не поможет ничего.

— Это у тебя после того, как тебя с Линдой застукали? Я читала, что такое бывает! Какая жалость?!

Джеймс скорчил печальную физиономию и попросил:

— Не говори никому. Ладно?

— Конечно, Джеймс. Я никому не скажу, — пообещала она.

Довольный своей выдумкой, Джеймс помчался догонять друзей. А в обед он понял, что если девушка обещает молчать, то это еще не значит, что она сдержит свое обещание.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:00 | Сообщение # 6
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Джеймс Поттер. Драка


Войдя на обед в Большой зал, Джеймс мгновенно понял, что Мелисса не сдержала слова. В него чуть ли не в открытую тыкали пальцем и смеялись. Мысленно прокляв женское коварство, Джеймс с достоинством удалился из Большого зала. На следующем уроке Сириус поведал ему, что теперь вся школа с увлечением обсуждает его импотенцию. И кстати, с кем у него не получилось, почему-то не упоминается, просто говорят некая девушка. Сириус смеялся над незадачливым любовником. В одну неделю прослыть сначала коварным соблазнителем, а потом импотентом-неудачником — это надо суметь.

— У тебя просто черная полоса, — вечером утешал он Джеймса. — Да не расстраивайся, скоро все забудут.

— Забудут они как же! У меня сегодня уже пять человек с сочувствием поинтересовались о моем здоровье. А так как я главный префект то даже врезать никому не могу в ответ на притворное сочувствие.

— И что сделал?

— Придрался к отвратительному внешнему виду и снял с каждого спросившего по двадцать очков. Правда там и гриффиндорец один был, но мне наплевать!

— Бедный Джеймс! — театрально возвестил Питер, только что подошедший к ним.

— Если ты тоже начнешь мне сочувствовать, я забуду о дружбе и ударю, — мрачно предупредил тот.

— Мы не собираемся тебе сочувствовать. Не дождешься! — заверил его Римус, подошедший вслед за Питером.

— А Лили с ужина еще не вернулась? — поинтересовался Джеймс. — Хочу еще раз попытаться с ней поговорить. Может хоть в этот раз выслушает меня.

— По-моему, она сразу после ужина направилась к выходу из школы, — задумчиво протянул Питер.

— Отлично. Пойду, найду её. В гостиной нам все равно не дадут поговорить наедине, — и Джеймс направился к выходу. Питер, было, ринулся за ним, но Римус жестом удержал его.

Выйдя из Хогвартса, Джеймс огляделся. Было еще достаточно светло. Джеймс побежал к озеру, он знал, что у Лили есть там любимое местечко. Быстро добежав до озера, Джеймс остановился перед знакомыми кустами. Как раз за ними Лили и любила сидеть на скамеечке. Увидев рыжие волосы, Джеймс удовлетворенно улыбнулся, но, уже почти подойдя, он сообразил, что там их двое. Рядом с рыжими волосам виднелась знакомая черная шевелюра.

— Нюниус, — протянул Джеймс. — Что ты здесь делаешь?

— Поттер, — ненавистным голосом произнес Снейп. — Это ты, что здесь делаешь?

Джеймс вдруг сообразил, что, подравшись со Снейпом на глазах у Лили, он, вряд ли получит её расположение.

— Мне нужно поговорить с тобой, Лили, наедине, — многозначительно сказал он.— Пожалуйста, удели мне пару минут. А он пусть уйдет.

— Нет, я не хочу с тобой разговаривать. Уходи, — и Лили, сложив руки на груди, вызывающе отвернулась и уставилась в другую сторону.

Снейп довольно ухмыльнулся. Этого Джеймс уже не смог стерпеть.

— Что рядом с тобой делает этот чертов слизеринец? Ведь еще не давно он обзывал тебя…? Ты помнишь, как ты её называл?

— Это было еще на пятом курсе. Я уже извинился и Лили меня простила!

— Гадюка сбросила старую шкурку, но все равно осталась ядовитой. Берегись, Нюниус, я вижу тебя насквозь!

— Да что ты можешь видеть? Самодовольный эгоист! Ты думаешь только о себе! Я ХОЧУ ПОГОВОРИТЬ! Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Я…Я.. ВЕЧНО ТОЛЬКО ТЫ! Хоть бы раз в жизни подумал о других. Обо мне, например. О том, каково мне видеть твою самодовольную физиономию, — разозлилась вдруг Лили. — Уходи, теперь я прошу тебя об этом. И оставь меня, наконец, в покое!

Я значит должен уйти? А он останется? — прищурился Джеймс.

— Уйдешь ты, наконец, или будешь препираться с нами до завтра?

— Я ухожу. Но с тобой, Нюнчик, мы еще встретимся, — и Джеймс, стараясь сохранить хладнокровие, быстро пошел в сторону школы. Оглянувшись, он увидел, как рыжеволосая голова склонилась к плечу Снейпа. Джеймс просто трясло от злости и ненависти. И вся его злость была обращена только на Снейпа. И не важно, что в сложившейся ситуации виноват только он, Северусу предстояло ответить за всё, что случилось с Джеймсом.

Прикинув свои силы, он понял, что один со Снейпом не справится. Нужен еще хотя бы один, для подстраховки. Быстро вернувшись в гостиную, он отозвал Питера. Тот единственный из Мародеров теперь с удовольствием издевался над Снейпом. Римус никогда не участвовал в затеях Джеймса и Сириуса, а Сириус с тех пор как стал встречаться с Анной, стал испытывать отвращение к забавам такого рода.

Они притаились в коридоре подземелья, ожидая возвращения Снейпа. Наконец тот появился. Джеймс выступил вперед из тени.

— Что, Нюнчик, нравится отбивать чужих девушек?

— Лили никогда не была твоей девушкой, — парировал Северус. — А по части чужих девушек это только ты горазд, спать с чужими невестами. Прости, я забыл, что у тебя и с этим теперь проблемы.

Джеймс со всей силы врезал Северусу прямо по носу. Что-то хрустнуло, полилась кровь. Северус вытащил палочку, но не успел её воспользоваться. Питер не дремал, притягивающее заклинание и палочка Снейпа у него.

— Лили все равно будет со мной. Потому, что только я люблю её по настоящему, — прохрипел он.

Джеймс второй раз ударил Северуса уже в глаз. Тот покачнулся, но устоял на ногах. Третий удар снова пришелся в глаз. И тут раздались чьи-то шаги.

— Северус, ты чего застрял? — Лили быстро приближалась к ним по коридору. Было довольно темно, ибо Джеймс с Питером предварительно погасили несколько факелов. Но, подойдя ближе, Лили ахнула от ужаса и бросилась к Снейпу.

— Северус, что случилось? — увидев палочку Снейпа в руках стоящего за ним Питера и Джеймса с окровавленной рукой, она презрительно спросила. — Это все на что ты способен, Поттер? Избить беззащитного человека. Двое на одного! Если ты еще раз тронешь Северуса, я сварю такое зелье, от которого ветвистые рога навечно станут твоими спутниками по жизни. И я немедленно расскажу профессору Дамблдору об этом бесчестном поступке.

Вырвав палочку Снейпа из рук Питера, она подхватила Снейпа под руку и бережно повела его наверх к больничному крылу. Джеймс молча шел за ними. Совесть его, как ни странно не мучила, а вот злость куда-то испарилась. Он осознавал, что Лили права. Так они и дошли до больничного крыла.

Сдав Северуса на руки мадам Помфри, Лили убежала куда-то, Джеймс справедливо полагал, что к директору. Тем временем мадам Помфри обнаружила, что у Северуса сломан нос и вылечила больного одним заклинанием. И тут в палату вошел директор. Справившись у целительницы о здоровье Снейпа, выслушав её намерение оставить того до утра в больничном крыле, Дамблдор кивком пригласил Джеймса следовать за ним. Они молча дошли до кабинета директора, только войдя к себе, Дамблдор приступил к разговору.

— Я в курсе того, что произошло в подземелье. Мистер Поттер, я разочарован вашим поведением. Вы лишены 200 очков и будете сняты с должности главного префекта. Я также буду вынужден написать вашим родителям о данном проступке.

Джеймс поник головой и вдруг решился:

— Профессор Дамблдор, вы абсолютно правы: я виноват и достоин сурового наказания. Но… мой отец тяжело болен. Родители тщательно скрывают это от меня. Я случайно узнал, что любое волнение может убить отца, он слишком слаб. А позорное снятие с должности главного префекта, боюсь, именно такая серьезная причина для волнения.

— Что вы предлагаете? Вознаградить вас из-за старой дружбы с вашим отцом?

— Ни в коем случае. Я действительно виноват. Но прошу вас не снимать меня с должности, а позволить самому её покинуть, а очков пусть будет 300. На очки отцу плевать, он уже привык, что из-за меня, их постоянно снимают. А насчет должности я сам объясню ему в письме, что не справляюсь из-за большого объема занятий. А маме напишу правду, она оградит отца от лишних волнений. Пожалуйста, — Джеймс умоляюще смотрел на Дамблдора.

— Хорошо, мистер Поттер. Завтра утром за завтраком вы сами сделаете соответствующее заявление. Когда вернетесь к себе, пришлите ко мне Римуса Люпина.

— Это хороший выбор, он будет отличным старостой. Спасибо вам большое, профессор. Вы спасаете жизнь моему отцу.

— В следующий раз это может закончиться гораздо хуже, и вы сами убьете отца, — предупредил Дамблдор.

— Я постараюсь, чтобы следующего раза не было. Я осознал, что был не прав, избивая беззащитного человека. Надо было пригласить его на магическую дуэль!

— Вы хороший человек,— вздохнув, сказал директор. — Но как многие юноши горячи и вспыльчивы сверх меры. Пора бы сначала думать, а потом действовать. Можете идти.

Вернувшись, Джеймс отправил Римуса к Дамблдору. По выражению лиц своих друзей, он понял, что им уже все известно. Попросив их не разговаривать с ним сегодня, он закрыл полог над своей кроватью и лег в постель. Всю ночь Джеймс ворочался с бок на бок, но так и не уснул.

Утром за завтраком он, встав перед столом преподавателей, громко объявил, что добровольно снимает с себя обязанности главного префекта. Так как не чувствует себя достаточно достойным, чтобы и дальше выполнять свои обязанности.

Все оглушено молчали, это был первый случай в истории школы, когда главный префект добровольно отказывался от своей должности. О ночном же происшествии никто не знал, кроме участников и друзей Джеймса. Джеймс, вернувшись на свое место за столом, грустно улыбнулся Римусу, ожидая, когда Дамблдор произнесет имя нового префекта. Слова Дамблдора поразили его в самое сердце.

— Новым главным префектом назначается Северус Снейп, Слизерин, — громко возвестил Альбус Дамблдор. — Поприветствуем нового главного префекта.

Ответом ему было оглушительная тишина.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:02 | Сообщение # 7
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Северус Снейп. Перед дракой


— Новым главным префектом назначается Северус Снейп, Слизерин, — громко возвестил Альбус Дамблдор. — Поприветствуем нового главного префекта.

Ответом ему было оглушительная тишина.

За день до этого.

Утром за завтраком к Северусу прилетела красивая черная сова и принесла небольшой пакет. Удивившись неожиданной посылке, тот вскрыл её, там была книга и письмо, которое он тут же начал читать:

«Здравствуй, Северус.

Совсем недавно вышла эта книга. Увидев её, я тут же подумал о тебе. Эта книга как раз для такого отличного зельевара, как ты. Она об очень редких зельях, официально не запрещена, но лучше будет, если Дамблдор не узнает о ней. Скоро у нас будет к тебе небольшая просьба.

Абрахас писал мне, что твое желание вступить в наши ряды не угасло. Я очень рад этому, несмотря на то, что ты полукровка. Думаю, что к следующему лету ты уже будешь одним из нас.

P.S. А просьбу тебе передаст мой брат. Не думаю, что следует доверять наши тайны такой ненадежной вещи как бумага.

Люциус Малфой»

Прочитав письмо, Северус хмыкнул: «Ого, мне, полукровке, оказывают «великую честь», соглашаясь принимать мой труд. Да, я — полукровка! Но я в сто раз более сильный волшебник, чем чистокровные Мальсибер или Лейстрендж, особенно Родольфус, у него вообще, кроме ярости, никаких способностей нет. Что же им от меня нужно?». Северус оторвал взгляд от письма и взглянул в сторону Абрахаса Малфоя. Красивый самоуверенный блондин ответил ему спокойной полуулыбкой-полуухмылкой. Похоже, он ни минуту не сомневался в согласии Северуса.

Абрахас Малфой-младший был несомненным лидером Слизерина. Он мог одним взглядом превратить жизнь любого ученика в ад или наоборот избавить от проблем. Слизеринцы почти беспрекословно подчинялись этому шестикурснику. Все посвященные знали, что его старший брат на хорошем счету у Темного лорда. Абрахас не скрывал от сокурсников своих взглядов: он презирал всех магглорожденных волшебников и считал, что Хогвартс должен быть очищен от них, но при этом умело таил свои убеждения от преподавателей. Те на него просто нарадоваться не могли: умный, вежливый, общительный. Пожалуй только Дамблдор не испытывал восторга при виде Малфоя-младшего. Именно с его подачи и по его тщательно разработанным планам, слизеринцы устраивали порой довольно жестокие шутки над магглорожденными. Как-то еще в позапрошлом году один семикурсник возмутился, что какой-то молокосос им командует, ударил Малфоя и ушел. Через три дня его нашли мертвым. Как, кто и почему до сих пор никто не узнал. Все как воды в рот набрали, преподаватели так и не узнали об инциденте погибшего с Малфоем. После этого случая ни у кого больше не возникало желания возражать Малфою.

Северус ответил Малфою кивком и перевернул книгу «Зелья жрецов Египта, Индии и Мексики. Древние рецепты». Открыв её, Северус обнаружил кучу интереснейших рецептов и самых разнообразных зелий. Одно, например, превращало выпившего в зомби, готового выполнить любой приказ, вплоть до убийства.

« Какие сложные составы!» — с восторгом подумал Северус. Он обожал экспериментировать с зельями, добавлять что-то свое или вообще придумывать новые. А уж эта книга давала много пищи для размышлений и работы. Северусу уже не терпелось приняться за свои опыты, но, вздохнув, он отправился на занятия.

Услышав в обед имя Поттера, Северус, не желая никого расспрашивать, применил к соседке легкую легилименцию. Через пару минут он знал все сплетни про Поттера.

« Вот, придурок, снова вляпался! Хотя мне это только на руку» — С этими мыслями Северус помчался на следующий урок.

Вечером за ужином Северус привычно уселся таким образом, чтобы видеть Лили. Он тут же обратил внимание на то, какая она грустная. Не удержавшись, он применил к ней легкую легилименцию и выяснил, что после ужина Лили намерена погрустить в одиночестве возле озера на своем любимом месте. Быстро закончив ужин, он помчался к её любимой скамейке. Усевшись на неё, он достал учебник и «углубился в чтение».

Услышав шорох, он поднял голову и увидел прямо перед собой Лили.

— Извини, что побеспокоила, я сейчас уйду, — сухо сказала Лили.

«Даже не поздоровалась!» — мысленно отметил Северус, а вслух сказал:

— Здравствуй, Лили! Зачем же сразу уходить, мы с тобой столько лет дружили. Присаживайся, скамейка большая.

— Дружили… — с горечью произнесла Лили. — А потом ты променял нашу дружбу на Малфоя с его дружками. Забыл, как ты меня назвал?

— Лили, я еще раз прошу тебя простить меня. Я по дурости их сказал. Если бы ты только знала, как я каждый день корю себя за эти слова, — Северус смотрел прямо в глаза Лили, внутренне готовя себя к отказу. Гордость не позволяла ему умолять её о прощении. Замолчав, Северус смотрел в любимые глаза и, несмотря на неприятную ситуацию, наслаждался. Они ведь так давно не смотрели друг другу в глаза. После ссоры Лили избегала его взгляда. Он ждал её слов, как приговора.

— Хорошо, я дам тебе еще один шанс, — Лили вдруг улыбнулась и призналась. — Мне не хватало нашей дружбы. Но я должна поставить условие. Если твоя «дружба», — при этих словах Лили поморщилась. — С Малфоем и прочими пожирателями продолжится, то наша будет окончена навсегда. Северус, тебе придется сделать выбор, чью дружбу ты предпочтешь. Скажи мне кто твой друг и скажу кто ты. Я никогда не приму этих людей в качестве твоих друзей. Они так обходятся с магглорожденными.

-Твой Поттер во много раз хуже. Он с дружками тоже «шутит» над учениками.

— Во-первых, Джеймс Поттер не мой. Во-вторых, Мародеры отличаются от Малфоя с дружками тем, что они действительно шутят, без злобы. Ты единственный кто вызывает у Поттера такие отвратительные действия. Но и ты ведь не ангел. Не думай, что я не замечала твои ответные действия. Чего стоили одни только рога, которыми ты наградил Поттера и Блека на третьем курсе. Они же две недели в больничном крыле провели, и над ними потом вся школа еще полгода смеялась. Так что вы друг друга стоите. И потом я не имею ввиду, что ты должен стать ангелом и молча сносить злые шутки Мародеров, я хочу, чтобы ты перестал «дружить» с Малфоем-младшим и прочими пожирателями.

— Малфой-младший не пожиратель.

— Думаю, это только пока. Он по убеждению и по поведению уже настоящий пожиратель смерти.

Северус некоторое время молчал, а потом произнес:

— Лили, ты для меня дороже всех друзей. Я обещаю по возможности прекратить общение с Малфоем и его друзьями. Совсем их игнорировать не вполне получится. Мы же учимся и живем на одном факультете. А теперь присаживайся. Ты не замерзла? — заботливо спросил он.

Лили тепло улыбнулась ему, совсем как в былые времена и, покачав головой в ответ, села рядом.

— А Поттер? Ты сильно расстроилась из-за этой ситуации? — осмелился спросить он.

— Немного, — с заминкой ответила она. — Но давай не будем о нем говорить. Мне противно вспоминать тот вечер. Я была такой идиоткой, почти поверила ему.

— Придется, к нам идет Поттер. Думаю, он хочет поговорить с тобой, вряд ли ему нужен я, — неуклюже пошутил Северус.

Перед ними возник Джеймс Поттер. Его брови были грозно сдвинуты:

— Нюниус, — протянул Джеймс. — Что ты здесь делаешь?

— Поттер, — спокойно ответил Снейп. — Это ты, что здесь делаешь?

Джеймс похоже, сообразил, что, подравшись со Снейпом на глазах у Лили, он, вряд ли получит её расположение, и постарался «взять себя в руки».

— Мне нужно поговорить с тобой, Лили, наедине, — многозначительно сказал он.— Пожалуйста, удели мне пару минут. А он пусть уйдет.

— Нет, я не хочу с тобой разговаривать. Уходи, — и Лили, сложив руки на груди, вызывающе отвернулась и уставилась в другую сторону.

Северус не сумел сдержать ухмылки, чего Джеймс, конечно, не смог стерпеть.

— Что рядом с тобой делает этот чертов слизеринец? Ведь еще недавно он обзывал тебя…? Ты помнишь, как ты её называл?

— Это было еще на пятом курсе. Я уже извинился и Лили меня простила! — ответил Северус и вдруг подумал, с какой это стати он оправдывается перед этим придурком.

— Гадюка сбросила старую шкурку, но все равно осталась ядовитой. Берегись, Нюниус, я вижу тебя насквозь! — Джеймс все никак не мог успокоиться.

— Да что ты можешь видеть? Самодовольный эгоист! Ты думаешь только о себе! Я ХОЧУ ПОГОВОРИТЬ! Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ! Я…Я.. ВЕЧНО ТОЛЬКО ТЫ! Хоть бы раз в жизни подумал о других. Обо мне, например. О том, каково мне видеть твою самодовольную физиономию, — разозлилась вдруг Лили. — Уходи, теперь я прошу тебя об этом. И оставь меня, наконец, в покое!

— Я значит должен уйти? А он останется? — прищурился Джеймс.

— Уйдешь ты, наконец, или будешь препираться с нами до завтра? — снова не выдержала Лили.

— Я ухожу. Но с тобой, Нюнчик, мы еще встретимся, — и Джеймс быстро пошел в сторону школы. Похоже, его просто трясло от злости и ненависти.

«Он этого так просто не оставит. И без легилименции видно — будет мстить» — заключил Северус, смотря вслед уходившему Поттеру. Потом он перевел взгляд на Лили. Её губы были крепко сжаты, а лицо выражало решимость.

— Северус, поцелуй меня, — вдруг потребовала она.

Тот опешил, а потом произнес:

— Нет.

— Почему? Разве ты меня не любишь?

— Люблю, но только как друга, — соврал Северус. — А целовать не хочу потому, что это не к чему хорошему не приведет. Таким путем ты его не забудешь!

— Говорят, клин клином вышибают! И потом это ведь будет не первый наш поцелуй. Ты помнишь наш первый поцелуй?

— Помню, — тихо ответил ей Северус. — Летом после четвертого курса я устроил для тебя романтическое свидание.

— Это было так красиво, — мечтательно вспомнила Лили. — А ты после с кем-нибудь целовался? — лукаво поинтересовалась она.

— Нет, я «законсервировал» себя и покорно ждал, пока ты соизволишь вернуться ко мне, — съязвил разозленный Северус.

Лили удивленно уставилась на него. Северус тут же вспомнил, что они только что помирились и поспешно сказал:

— Лили, это очень серьезно для меня. А ты шутишь такими вещами!

— Почему же шучу, — Лили приблизила свое лицо, секунду она смотрела ему прямо в глаза, а потом осторожно прикоснулась губами к его губам. Северус был настолько ошеломлен её действиями, что сначала даже никак не отреагировал, но потом, придя в себя, ответил ей страстным поцелуем. Минут десять они целовались. Разомкнув губы, Северус откинулся на спинку скамейки, а Лили уютно устроилась у него на плече. Оба молчали. А потом Лили вдруг огорошила Северуса неожиданным вопросом:

— Как ты думаешь, Поттер будет ждать тебя в подземелье?

— Думаю, да, — Северус не удивился проницательности Лили. — Скорей всего с кем-нибудь из мародеров или все вместе.

— Все вместе — это вряд ли. Римус точно не пойдет участвовать в засаде, а Сириус с тех пор, как стал встречаться с Анной, перестал задирать людей попусту. Остается только Питер.

— Проверим? — усмехнулся Северус.

— Может не стоит, — усомнилась Лили. — Они же могут избить тебя до полусмерти, пока я подоспею.

— Это вряд ли, они просто не успеют. Я пойду первым, а через пять минут ты появишься.

— Надеюсь, что Поттер все же не пойдет на избиение беззащитного человека, это не достойно настоящего гриффиндорца и тем более главного префекта.

— Дадим ему еще немного времени на подготовку.

— А сами чем займемся? — невинно поинтересовалась Лили.

— Догадайся, — улыбнулся Северус и привлек её к себе, их губы снова слились в страстном поцелуе.

— Ты очень хорошо целуешься, — заметила Лили в коротком перерыве между поцелуями.

— Я быстро учусь, — ответил Северус, довольный её комплиментом. — Ты, кстати, тоже, — тут же заметил он.

Через полчаса Северус вошел в подземелье. Факелы горели не все. И это было первым признаком засады. «Какой же он предсказуемый, этот Поттер!» — подумал слизеринец.

Джеймс выступил вперед из тени.

— Что, Нюнчик, нравится отбивать чужих девушек?

— Лили никогда не была твоей девушкой, — парировал Северус. — А по части чужих девушек это только ты горазд, спать с чужими невестами. Прости, я забыл, что у тебя и с этим теперь проблемы.

Джеймс со всей силы врезал Северусу прямо по носу. Что-то хрустнуло, полилась кровь. Северус вытащил палочку, но не успел её воспользоваться. Питер не дремал — притягивающее заклинание, и палочка Снейпа у него.

— Лили все равно будет со мной. Потому что только я люблю её по настоящему, — прохрипел он.

Джеймс второй раз ударил Северуса уже в глаз. Тот покачнулся, но устоял на ногах. Третий удар снова пришелся в глаз. И тут раздались чьи-то шаги. Это была Лили, которая не стала дожидаться установленных пяти минут.

— Северус, ты чего застрял? — увидев, что Поттер сделал с Северусом, Лили ахнула от ужаса и бросилась к нему.

— Северус, что случилось? — увидев палочку Снейпа в руках стоящего за ним Питера и Джеймса с окровавленной рукой, она презрительно спросила. — Это все на что ты способен, Поттер? Избить беззащитного человека. Двое на одного! Если ты еще раз тронешь Северуса, я сварю такое зелье, от которого ветвистые рога навечно станут твоими спутниками по жизни. И я немедленно расскажу профессору Дамблдору об этом бесчестном поступке.

Вырвав палочку Снейпа из рук Питера, она подхватила слизеринца под руку и бережно повела его наверх к больничному крылу. Джеймс молча шел за ними. Северусу было больно, но при этом очень приятно, что Лили так за него беспокоится и защищает. Так они и дошли до больничного крыла.

Оказавшись в больничном крыле, Лили прошептала Северусу, что идет за директором.

— Не стоит, — запротестовал Северус. — Нос целительница мгновенно срастит, а так получится, что я нажаловался на Поттера.

— Не ты, а я, — справедливо заметила Лили. — Поттер виноват и должен ответить за свой проступок. В этот раз ты ничем его не спровоцировал.

И прежде чем Северус успел ей возразить, она убежала из палаты. Поттер молча стоял у входа и наблюдал, как мадам Помфри суетилась вокруг Северуса. Он не пытался уйти или извиниться, просто ждал директора. Это не могло не вызвать у Северуса легкой симпатии. Чем Поттер всегда поражал его, так это тем, что он всегда был готов ответить за свои проступки и никогда не делал попытки сбежать или переложить свою вину на другого. «А ведь он сейчас осознает, что, скорей всего, Дамблдор снимет его с должности главного префекта. И все же не уходит».

Целительница быстро вылечила разбитый нос. И тут появился директор. Переговорив с целительницей, он ушел и увел Поттера с собой, пообещав зайти позже.

Мадам Помфри, поколдовав над ним, еще пять минут, дала ему пижаму и велела переодеться и ложиться спать.

— А директор? Он же должен прийти? — запротестовал Северус.

— Ну ладно, тогда просто ложись в постель. Я зайду позже и дам тебе сонного зелья, если сам не уснешь, — с этими словами целительница оставила его одного.

Переодевшись в пижаму, Северус уютно устроился на кровати и принялся ждать директора. Но вместо него в палату вошла девушка. Откинув капюшон, она огляделась и направилась прямо к нему. Это была Нарцисса Блек.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:03 | Сообщение # 8
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Северус Снейп. Вечер в больничном крыле


Откинув капюшон, она огляделась и направилась прямо к нему. Это была Нарцисса Блек.

— Привет, Нарцисса. Какими судьбами? Заболела? — поприветствовал её Северус.

Когда Нарцисса увидела его, на её лице отразилось явное облегчение.

— Мне сказали, что Поттер избил тебя до полусмерти!

— Кто сказал? — холодно поинтересовался Северус. — И по кому ты беспокоилась больше: по мне или по Поттеру?

— По тебе тоже, — с улыбкой уклонилась от прямого ответа Нарцисса. Она присела на край кровати и спросила:

— Что произошло?

— Мы с Поттером, как всегда, кое-что не поделили.

— Или кое-кого? — проницательно заметила она. — Где он?

— У директора, думаю, в этот раз он так легко не отделается, — заметил Северус.

— Почему ты его так не любишь? — поинтересовалась Нарцисса.

— Не люблю — это мягко сказано, я его терпеть не могу: красивый, самоуверенный красавчик, без мозгов к тому же.

— Ну, мозги у него на месте, — возразила Нарцисса.

— А со всем остальным ты согласна? — рассмеялся Северус. Ему всегда было легко общаться с этой девушкой. Сейчас он даже сожалел, что они так мало общались и не успели подружиться

— Кстати, вы очень похожи, ты тоже умен, уверен в себе и нагл.

— Но при этом не красавчик, — спокойно констатировал Северус.

— Вовсе нет, — искренне запротестовала Нарцисса. — Тебе просто надо сменить прическу и …— она замялась, но все-таки закончила. — Почаще мыть голову.

— Ты хочешь сказать, что я грязнуля? — суровым тоном поинтересовался Северус. Намеки на личную гигиену были постоянным поводом для издевательств со стороны мародеров и других шутников. Впрочем, Северус умел давать отпор насмешникам, и к седьмому курсу, кроме Мародеров, других желающих пошутить над ним уже не было.

— Нет, — Нарцисса смотрела ему прямо в глаза. — Я хочу сказать, что у тебя волосы относятся к жирному типу и их нужно мыть каждый день или хотя бы через день. Особенно если учесть, что они такие длинные. Но если ты коротко подстрижешься, этого не будет заметно, да и ухаживать за ними легче. Если ты мне позволишь, то я знаю одно отличное заклинание мужской стрижки. Думаю, что Лили понравится твоя новая прическа, — лукаво заметила она в конце своей проникновенной речи.

— Давай, — спокойно произнес Северус.

Нарцисса на мгновение растерялась, а потом переспросила:

— Прямо сейчас?

— А чего тянуть? Мне встать из постели?

— Да. Тебя это не затруднит?

Не отвечая, Северус вылез из кровати и встал на свободное пространство между двумя кроватями. Нарцисса тоже встала и подошла к нему. Северус закрыл глаза и предоставил ей свободу действий, подумав, что хуже все равно не будет. Легкое движение вокруг головы и, открыв глаза, Северус увидел довольно улыбающуюся Нарциссу.

— Все. Отлично получилось. Сейчас найду зеркало и покажу, — она оглядела палату.

Северус рассмеялся и покачал головой. Про себя он произнес заклинание, которое он выучил совсем недавно. В палате возник еще один Северус. Нарцисса удивленно вскрикнула, а Северус удовлетворенно улыбнулся: новая прическа шла ему.

— Как ты это сделал? — поинтересовалась Нарцисса.

— Не ты одна хорошо владеешь невербальными заклинаниями. Это боевое заклинание, чтобы сбить врага в толку. Для дальнего боя, конечно, при ближайшем рассмотрении видно, что это фантом.

— Потом научишь? — спросила Нарцисса. — Прическа нравится?

— Да, неплохо получилось, спасибо, — Северус взмахом волшебной палочки убрал созданный фантом.

— Рада была помочь. Завтра за завтраком все просто обалдеют.

— Это вряд ли, я не слишком популярен.

— Ну, Лили точно понравится, — заметила Нарцисса и внимательно осмотрела Северуса. Короткая стрижка действительно шла ему, длинный нос короче не стал смотреться, но зато стало видно, что он имеет настоящий римский профиль. Северус был худой и немного сутулился, но зато под пижамой чувствовались мышцы. Конечно не такой мускулистый торс, как у Джеймса, но, в конце концов, Поттер был ловцом. А Северус не занимался спортом или занимался?

— Ты, случайно, не занимаешься спортом?

— Случайно занимался все лето, — вежливо съехидничал Северус. — Не один же Поттер должен мышцами играть. А видно, да?

«Доволен, как ребенок, что я заметила» — подумала Нарцисса, а вслух сказала:

— Видно. Продолжай заниматься и скоро вас с Джеймсом будет не отличить друг от друга, — она тоже позволила себе съехидничать. — Только, когда ты сутулишься, мышцы плохо видно.

— Я постараюсь не сутулиться, — миролюбиво заметил Северус. — и потом, ты так и не сказала мне, зачем пришла?

— Тебе еще и тактичности надо научиться. Я к тебе со всей душой, а ты: зачем пришла? Разве с девушкой так разговаривают? И вообще, я просто беспокоилась о тебе!

— Все со мной в порядке, можешь не беспокоиться. И за Поттера тоже, его не выгонят из школы.

— Откуда ты знаешь про Поттера? Я хорошо умею скрывать свои мысли и чувства.

«Это точно, особенно мысли. Ох уж эта врожденная защита Блеков. И откуда она только взялась! Спросить что ли?» — и Северус представил себе, как он расспрашивает Нарциссу: почему её мысли не доступны ему, как легилименту. «Ну, пока лучше не рисковать» — решил Северус, а вслух сказал:

— Тебя выдают твои глаза, когда ты на Поттера смотришь. Это ты подстроила так, чтобы Лили застукала Поттера с этой Линч? А сегодня решила, что Поттер подумал на меня и поэтому чуть не убил меня, — догадался вдруг Северус.

— Ты очень проницателен, — вздохнула та.

— Я хочу быть твоим другом, — внезапно произнес Северус

— Почему? — удивилась Нарцисса. — И потом, разве тебе не противно со мной общаться? Я же такая коварная особа!

— Что, это оказалось трудней, чем ты думала?

— Да, — согласилась Нарцисса. — Джеймс ходит такой несчастный, что у меня сердце разрывается. А вдруг я зря так поступила. Может быть, он вовсе не моя судьба и надо было пожелать им с Лили счастья и «отпустить»?

— Снявши голову — по волосам не плачут, — философски заметил Северус. — И потом если, совсем честно, то не прав в этой ситуации Поттер, никто не заставлял его, любя Лили, трахаться с Линч. Ты все лишь подтолкнула ситуацию. Рано или поздно Поттер все равно бы прокололся в чем-нибудь. Так как насчет союза между двумя умными и расчетливыми слизеринцами? — Северус протянул Нарциссе руку, пожав которую та сказала:

— Надеюсь, он перерастет в настоящую дружбу. Только давай договоримся не врать друг другу и не обижаться на правду.

— Согласен, немного искренности на нашем факультете не повредит.

— Мисс Блек, что вы здесь делаете в такое позднее время? — голос директора разнесся по огромной палате. Он стоял у входа и недоумённо смотрел на них.

— Я зашла проведать Северуса, — спокойно ответила Нарцисса.

— Откуда вы узнали о драке?

— От одного из портретов. Они вовсю болтают об этом между собой, — спокойно выдала свой источник Нарцисса.

— Мисс Блек, вам лучше пойти к себе, уже довольно поздно. Думаю, я могу рассчитывать на ваше молчание.

— Конечно. Спокойной ночи, Северус, выздоравливай. До свидания, — Нарцисса попрощалась с ними и вышла из палаты, закрыв за собой дверь.

— Красивая девушка, — заметил Дамблдор и повернулся к Северусу. — Можете лечь в постель, а я присяду на этот стул, — директор мгновенно наколдовал себе удобный стул.

— Да, — согласился Северус с директором и вернулся в постель.

Директор подождал, пока он устроится на кровати и тут же приступил к разговору.

— Я снял Поттера с должности главного префекта и предлагаю вам её занять.

— Почему мне? — от неожиданности Северус спросил первое, что пришло ему в голову

— Думаю, вы достойны этого. Вы один из самых способных учеников.

— Но я не пользуюсь всеобщей любовью? Почему же я? Или другой кандидатуры нет?

— Есть, конечно, — признал директор.— Если честно, то вы не первый кому я предложил эту должность. Первым был Римус Люпин.

— Он же оборотень! — возмутился Северус.

— Он, прежде всего, хороший человек и не виноват в своей болезни. Но он отказался от должности именно потому, что оборотень. Объяснил, что каждый месяц выпадает из школьной жизни на несколько дней и не хочет никому доставлять неприятности.

— А почему я? — настойчиво повторил свой вопрос Северус.

— Вы очень умный и способный ученик. И, если совсем уж начистоту, то я надеюсь, что это поможет вам сделать правильный выбор.

— Какой выбор?

— Наступают мрачные и тяжелые времена, Волан-де-Морт набирает силу и приспешников. И я не хочу, чтобы вы стали одним из них. Я понимаю вашу тягу к Темным искусствам. На первый взгляд они действительно очень соблазнительны и дают ложное ощущение собственной власти, но они не приведут вас к счастью.

— А вы знаете, что мне нужно для счастья? — сквозь зубы, спросил упрямый Северус.

— Об этом я могу только догадываться, но вы умеете любить: искренне и предано. А это признак хорошего человека. Вам только нужно сделать свой выбор. Выбор, каким вы хотите увидеть свое будущее: семья и любовь или власть и смерть.

— Вы слишком мрачно обрисовали будущее, разве нельзя совместить власть и любовь?

— Можно, только если вы захотите заняться политикой. А в пожирателях нет. Вспомните деревню Сент-Коул. Пожиратели сожгли всю деревню и её жителей адским огнем, людей спалили заживо. Как вы думаете после такого можно вернуться домой и заняться ЛЮБОВЬЮ с любимой женщиной?

« С Лили точно нельзя будет» — подумал Северус. При этом он тщательно скрывал свои мысли от Дамблдора. Директор был легилиментом гораздо опытней, чем он, но попытаться все равно стоило.

— Многие пожиратели имеют семьи и даже детей, — вслух сказал он.

— Чужая душа — потемки. Но вернемся к основной теме нашего разговора. Вы согласны занять должность главного префекта?

— Да, согласен.

— Отлично, за завтраком Джеймс Поттер объявит о своем уходе с должности, а я представлю вас, как нового префекта.

— О своем уходе? Разве вы его не отстраняете?

— Нет, — коротко ответил Дамблдор, но вдаваться в подробности не стал.

— Ладно, мистер Снейп, отдыхайте, завтра у вас будет тяжелый день, вас ожидает столько внимания!

Северус вдруг решился задать вопрос, который его волновал:

— А если я все же стану пожирателем смерти то, что вы сделаете? Снимите меня с должности главного префекта?

— Я не сниму вас с должности главного префекта, пока вы не нарушите установленные правила. Но если вы станете пожирателем, то вы меня очень разочаруете, и не только меня. Вы хороший человек, Северус, и мне будет искренне жаль становиться вашим противником, а не другом.

— Но я же слизеринец!

— И что? Слизерин — это всего лишь факультет, а не приговор. Выбор в жизни каждый делает сам. И ваш выбор очень скоро встанет перед вами, и от решения будет зависеть вся ваша дальнейшая жизнь, — он замолчал, а потом, пожелав спокойной ночи, удалился из палаты.

Северус устроился на кровати поудобней и приготовился уснуть. Думать о выборе ему сейчас совершенно не хотелось. Очень скоро он заснул с мечтами о Лили и блаженной улыбкой на губах.

* * *
— Новым главным префектом назначается Северус Снейп, Слизерин, — громко возвестил Альбус Дамблдор. — Поприветствуем нового главного префекта.

В большом зале воцарилась полная тишина.

И тут Абрахас Малфой встал и демонстративно захлопал. Следом за ним, один за другим начали подниматься и хлопать остальные слизеринцы. Слизеринский стол усердно хлопал и даже улюлюкал новому главному префекту. Остальные факультеты, отойдя от ступора, тоже захлопали, но скорей из вежливости, Джеймс Поттер был всеобщим любимчиком.

Северус спокойно стоял на виду у всех и уже собирался отойти к слизеринскому столу, как вдруг почувствовал, что кто-то пытается снять его ментальную защиту. Повернувшись, он бросил быстрый взгляд на директора, но тот как раз что-то объяснял профессору Макгонагалл и совсем не смотрел на него. « А ведь для легилименции необходим прямой взгляд на объект, значит не он! Но кто?». Увы, на него смотрела буквально половина школы. Меж тем незваный гость стал настойчивей, и Северус, перестав церемониться, «нагло вышиб его своей головы». « Может, зря я это сделал! Теперь ОН или ОНА будет знать о моих способностях и в следующий раз будет осторожней. Но кто же это?!» — Северус за последний год, прилично овладев легилименцией и окклюменцией, постепенно слегка исследовал всех учеников. Глубоко лезть было нельзя, почувствовали бы. Кроме Мародеров и Блеков, никто не оказал ему сопротивления. У Блеков, похоже, была врожденная ментальная защита, будто непрозрачное стекло. А вот Мародеры до сих пор оставались для него загадкой. Защиты у них не было, но при первом легком проникновении, они будто чувствовали его присутствие и мгновенно, будто закрывались в раковину, открыть которую можно было только сломав. « Или он настолько владеет окклюменцией, что, почувствовав мое присутствие, показал мне кусочек своего сознания, не пустив дальше и не обнаружив своих способностей. А это ведь высший уровень!» — подумал Северус. «Придется начинать все сначала и по возможности проверить каждого ученика, а может это преподаватель. Ведь их я не трогал!».

После одобрения Малфоя, каждый слизеринец счел своим долгом поздравить Снейпа и пожать ему руку. Спокойно выдержав волну рукопожатий и поздравлений, новый главный префект отправился на занятия. Выйдя в холл, он увидел перед собой Нарциссу. Она опоздала на завтрак, но, увидев значок главного префекта на груди Северуса, тут же все поняла.

— Поздравляю тебя, Северус, — Нарцисса радостно ему улыбнулась, обняла его и чмокнула в щеку.

И в этот момент в холл вывалились Мародеры. Сириус увидев, как сестра обнимает и целует Северуса, скривился и тут же кинулся к ним.

— Нарцисса, немедленно отойди от этого недоумка! — заорал он.

Нарцисса недоуменно подняла бровь и спокойно сказала:

— Северус — мой друг, ты имеешь что-то против?

Сириус уставился на неё грозным взглядом и приготовился к длинной речи, но тут из Большого зала вышла Анна Линтон. Мгновенно оценив ситуацию, она быстро подошла к ним и спросила:

— В чем дело?

— Она с ним целуется! — буркнул Сириус. Присутствие Анны будто затушило его злость, драться при Анне он собирался, тем более, что повод был идиотский.

— Я поздравляла Северуса, — объяснила Нарцисса своей подруге. Они с Анной дружили с прошлого года.

— О! — понимающе сказала Анна. — Кстати, я тоже хочу тебя поздравить, Северус, и с новой должностью, и с новой прической, — и она тоже чмокнула нового главного префекта в щеку и подмигнула Нарциссе.

Сириус снова начал наливаться злобой, Анна рассмеялась и, кивнув Нарциссе и Северусу, утащила своего любимого разбираться в один из боковых коридорчиков.

Когда они скрылись, Нарцисса еще раз повторила:

— Искренне поздравляю! Ну, ладно увидимся за обедом, у меня сейчас трансфигурация! Если я опоздаю, то Макгонагалл с меня шкуру спустит!

Северус улыбнулся ей в ответ и отправился на своё любимое зельеварение. Поступок Нарциссы и Анны вызвал у Северуса хорошее настроение. Особенно его удивила Анна.

« Надо будет присмотреться к ней! И потом, она ведь дружит с Нарциссой! И, может быть, у меня появится еще один друг!» — Северус вдруг сообразил, что у него в друзьях только девушки, да еще самые красивые в школе, а тут появится еще одна. « Кому рассказать — не поверят ведь!» — И Северус ускорил шаг, чтобы не опоздать к Слизнорту. Зельеварение у них совместно с Гриффиндором, а значит, сейчас он увидит Лили, ведь за завтраком её не было.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:04 | Сообщение # 9
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Сириус и Анна. Тайна Сириуса


Анна буквально силой затащила Сириуса в один из многочисленных боковых коридоров.

— С какой это стати ты целуешь этого слизеринского ублюдка? — хмуро поинтересовался тот.

Анна засмеялась и поцеловала любимого сначала в щеку, потом, покрывая его лицо поцелуями, перешла к губам. Сириус, не в силах долго сердиться на неё, расслабился и ответил на поцелуй. Но как только поцелуй прекратился, он вернулся к своему вопросу:

— Так зачем?

— Ты стоял там такой грозный и готовый наброситься на Снейпа, что я его даже пожалела.

— Пожалела? — удивился Сириус. — С чего это?

— С того! Человека сделали главным префектом, а ему даже радость разделить не с кем! Ты видел, какое выражение лица у него было, когда Дамблдор объявил о его назначении?

— Обычное высокомерное выражение! Оно у него всегда такое!

— Вовсе нет! — живо возразила Анна. — У него в глазах было что-то такое… Не могу объяснить, но… Ты же видел, что слизеринцы поздравили его только из-за Малфоя. Как по приказу! Ни один из них не обрадовался за Снейпа, только Нарцисса искренне его поздравила, а тут ты со своими криками. У твоей сестры своя голова на плечах есть. А ты-то с чего скандал такой устроил? — Анна выжидающе замолчала.

— Потому что…— Сириус замолчал, так и не придумав ничего достойного, честно закончил. — Я его терпеть не могу!

— Достойный аргумент! — вздохнула Анна. — А Нарцисса в чем провинилась? Или мне показалось, что ты на неё злишься?

— Злюсь, но давай сейчас не будем об этом. Лучше поцелуй меня еще раз! — Пара снова слилась в сладком поцелуе. Сириус заскользил руками по телу Анны, все крепче прижимая её к себе, но та вдруг мягко высвободилась из его объятий и напомнила, что им пора на занятия. Он демонстративно печально вздохнул, Анна не в силах сдержаться снова прильнула к нему и прошептала:

— Давай вечером встретимся в ванной префектов!

Сириус встрепенулся и тихо ответил:

— Но Джеймс больше не главный префект!

— Но я-то префект факультета! Так что ванная будет в нашем распоряжении. Я так соскучилась, — она очаровательно покраснела.

Сириус легко подхватил Анну на руки и закружил, но в тесном коридоре это было неудобно и грозило любимой ушибами, и он остановился. Глядя ей прямо в глаза, он вдруг закричал:

— Я люблю тебя!

Анна счастливо рассмеялась и закрыла ему рот ладошкой:

— Сумасшедший! Не кричи, еще получишь отработку, и вечернего свидания не будет.

Сириус рассмеялся.

— В восемь у ванной старост. А сейчас пошли на занятия. У меня трансфигурация со Слизерином. А у тебя?

— Зельеварение, с ними же, — Анна снова нахмурилась. — Я не буду к нему цепляться, если ОН сам не прицепится, — успокоил её Сириус. — Ну, беги, Макгонагалл не любит, когда опаздывают, а меня Слизнорт все равно простит. Он ко всем Блекам неровно дышит! — пошутил он.

Анна развернулась и быстрым шагом направилась в сторону нужного кабинета. Оставшись один, Сириус несколько раз вздохнул, пытаясь освободиться от возбуждения, вызванного поцелуями. Они с Анной не были близки с августа. «Дождаться бы вечера!» — радостно подумал он. Сириус любил Анну с прошлого года, они начали встречаться в октябре 1976 года. Он вдруг вспомнил дату их первого свидания — 15 октября. «Девушки не любят, когда об этих датах забывают. Индия Патил в прошлую пятницу устроила грандиозный скандал своему парню за то, что он забыл поздравить её. Кажется, у них была дата первого поцелуя или что-то в этом роде. Но орала она так, будто он забыл самую важную вещь на свете. Анна, конечно, орать не будет, но и ей будет приятно, если я поздравлю её. Все-таки год встречаемся! Надо будет ей что-нибудь подарить. Слава дяде Альфарду, у меня теперь есть деньги! Жизнь прекрасна!» — Сириус окончательно пришел в себя. Перспектива вечернего свидания даже заставила его забыть о Снейпе и Нарциссе.

Конечно же, Сириус опоздал на урок. Когда он вошел в класс, то все уже стояли возле котлов и готовили нужные ингредиенты.

— Сириус Блек! — возвестил профессор Слизнорт. — Почему опаздываем? — добродушно осведомился он.

— Так получилось, — неопределенно ответил тот и обезоруживающе улыбнулся профессору. — Извините, больше этого не повторится.

Слизнорт улыбнулся в ответ и проворчал:

— Приступайте к работе, мистер Блек.

Сириус проскользнул к Джеймсу, тот уже подготовил нужные ингредиенты и теперь мрачно поглядывал куда-то в сторону. Посмотрев в ту же сторону, Сириус увидел довольного Снейпа, который работал в паре с Лили Эванс. У обоих на груди сверкали значки главных префектов. Лили раскраснелась: то ли от близости огня, то ли от присутствия ненавистного Нюнчика, но выглядела она очень красивой. И Снейп просто лучился от счастья. Сириус с удивлением понял, что первый раз в жизни видит его счастливым и довольным. Впрочем, его больше волновал Джеймс, и ради него он был готов даже нарушить обещание, данное Анне. Посмотрев рецепт, он тихо сказал Джеймсу:

— Если бросить хлопушку в котел Снейпа, то от брызгов недоваренного зелья он покроется волдырями.

— Он-то покроется! Но там Лили рядом, она тоже может пострадать! — отверг предложение лучший друг.

Сириус кивнул в знак согласия. «Нет, так нет. В конце концов, нам действительно пора перестать задирать Снейпа детскими выходками. А пока лучше заняться зельем. У Сохатого мысли, похоже, заняты чем угодно, только не зельем. Вон плоды шиповника нарезал мелкими кусочками. А с них только сок требуется». И пока приятель окончательно не испортил зелье, Сириус взял инициативу в свои руки.

День прошел как обычно. Только Джеймс был мрачней тучи, но с этим Сириус ничего не мог поделать. А вот рассказывать ли другу про поступок Нарциссы, этого он до сих пор не решил. С одной стороны, Нарцисса поступила подло, но с другой, ведь поправить ничего нельзя. Да и злиться нужно скорей на Джеймса, который не хотел лишать себя секса. В общем, Сириус решил отложить решение до завтра.

После ужина, Сириус занес сумку в спальню, а потом устроился в гостиной за столом. Он решил побыстрей разделаться со срочными заданиями. До восьми вечера еще было время. Очень скоро гостиная наполнилась учениками, вернувшимися с ужина. Рядом пристроился Питер, а напротив сел Римус.

«Только Сохатого нет» — автоматически отметил Сириус, но сильно не забеспокоился. В конце концов, Джеймс взрослый человек и не нуждается в ежедневном присмотре, но тут в Сириусе заговорила совесть: « А вот если бы ты был рядом с ним вчера, то, может быть, сегодняшних последствий и не было бы!»

— Где Джеймс? — громко спросил он, отодвигая от себя учебники.

— После ужина он ушел на улицу, — ответил Римус. — Сказал, что ему нужно побыть одному! — предупредил он порыв Сириуса встать.

Сириус снова углубился в учебники, подумав, что завтра надо будет серьезно поговорить с другом.

Посмотрев в очередной раз на часы, Сириус обнаружил, что уже 19.45. Сложив учебники, он помчался на свидание с Анной. Остановившись перед дверью в ванную старост, он перевел дух. Анны еще не было, но уже через минуту она показалась в конце коридора. Войдя в комнату, Анна остановилась у большой ванны, больше напоминавшей маленький бассейн. Сириус первым делом включил воду, потом принялся расстегивать одежду, намереваясь снять с себя мантию и прочее. И только тут он обратил внимание, что Анна, как встала у стены, так там и стоит. Сириус подошел ближе и, обняв её, тихо спросил:

— Что-то случилось?

— Нет, — ответила та, но Сириус видел, что она избегает его взгляда.

— И все-таки чем ты расстроена? — настойчиво повторил он.

— Я рассказала своей лучшей подруге о свидании. А она заявила, что я зря так поступила. Мол, мужчины терпеть не могут, когда женщина им навязывается. И, вообще, самое лучшее для меня было бы молча ждать, пока ты сам проявишь инициативу. А ты теперь будешь считать меня шл… — она замолчала и подняла на Сириуса умоляющие глаза.

Тот расхохотался, но, увидев, как расстроена Анна, принял серьезный вид.

— Это все тебе Катрин сказала? — уточнил он. Анна кивнула, расстроенная его реакцией. Ей это казалось очень серьезным вопросом. Сириус крепко обнял любимую и серьезно сказал. — Анна, это все глупые предрассудки. Я очень тебя люблю и уважаю. К твоему сведению, я не решался проявить инициативу, потому что боялся обидеть тебя своей настойчивостью. Поэтому и терпел.

— Про секс она тоже говорила, — снова вздохнула Анна. — Она считает, что я слишком быстро стала с тобой спать. Нам следовало подождать до свадьбы или хотя бы до помолвки.

Сириус мысленно выругался, а вслух мягко сказал:

— Зачем ты её слушаешь? И если уж на то пошло, то зачем ты ей вообще все про нас рассказываешь? — он изо всех сил старался сдержать злость. Не хотел пугать Анну, но при случае решил поговорить с Катрин.

— Она моя лучшая подруга. Мы с первого курса всем делимся. Я ей всегда все рассказывала. А сегодня она заметила, как я счастлива и начала расспрашивать. Ну, я и поделилась. Она такая правильная.

— Ага, такая правильная, что зубы от тоски сводит, — заметил Сириус. — Она ведь не с кем не встречается? — спросил он. — Может она просто тебе завидует?

— Нет, — нахмурилась Анна. — Она просто не способна на зависть. И потом чему тут завидовать?

— Как чему? — притворно рассердился Сириус. — Конечно же, тому, что ты встречаешься с самым популярным и красивым парнем школы. К тому же я еще и богат! — с притворной скромностью заметил он.

— Ну, с этим можно поспорить. Самым красивым парнем в школе считается Стивен Уэсингтон, а самым популярным и богатым Малфой-младший. Но ты не расстраивайся, ты где-то в конце десятки лучших.

— Где-то в конце? — взревел Сириус. — Да если бы я позволил, то все девчонки бегали бы за мной хвостом.

Анна опустила глаза, скрывая улыбку, но Сириус все же заметил её попытку спрятать довольную ухмылку и мгновенно изменил тактику.

— Да, ты абсолютно права! И как это ты только со мной встречаешься. Тебе надо отбить Стивена у Нарциссы (ничего, что вы с ней подруги) или завоевать Малфоя (опять же ничего страшного, что он не «любит» магглорожденных) уверен, что с кем-то из них тебе будет комфортней, чем со мной. А я пойду и утоплюсь в этой прекрасной ванне, — закончив свою проникновенную речь, Сириус направился к ванной. Пока они разговаривались, она уже успела наполниться. Закрутив краны, он скорбно и медленно начал расстегивать мантия, всем своим видом показывая покорность судьбе. Анна, закусив губу, чтобы не расхохотаться, наблюдала за ним. Сняв мантию, Сириус принялся расстегивать рубашку, при этом он постарался напрячь мускулы, чтобы торс выглядел еще внушительней. Сняв и рубашку, Сириус исподволь посмотрел на Анну, та зачаровано наблюдала за ним. Несмотря на юность, у Сириуса было красивое тело. Худощавое, но вместе с тем красивое именно своей юностью. Оно уже начало наливаться мужской силой, но вместе с тем еще отличалось мальчишеской угловатостью. Может быть, с точки зрения идеальной красоты, оно еще и не обладало настоящими мужскими очертаниями. Но для Анны Сириус был самым красивым и идеально сложенным мужчиной на свете.

— Брюки я снимать не буду, так утоплюсь, — проворчал он.

— Сириус, я пошутила, извини. Ты самый красивый мужчина на свете! Особенно для меня!

Сириус скрестил руки на груди и упрямо молчал. Вздохнув, Анна продолжила:

— И я не буду больше рассказывать о нас Катрин. Слушать её тоже не буду. Хотя она ВСЁ обо мне знает и все равно со мной дружит! — Анна подошла к Сириусу и, пробежав пальчиками по его руке, остановила их на его груди, чуть повыше скрещенных рук.

Он, наконец, перестав сдерживаться, расхохотался и Анна тоже. Минут пять они хохотали, а потом Сириус привлек её к себе и начал целовать.

— А теперь выкладывай, что же такого страшного знает о тебе Катрин и все равно дружит с тобой? — суровым тоном приказал он.

— И не подумаю! — строптиво заявила она.

— Это почему?

— Не хочу! И потом у тебя тоже есть от меня секреты. Куда это ты исчезаешь с друзьями, причем меня с собой ни разу не взял.

— Хорошо, — спокойно согласился Сириус. — Сегодня мы обменяемся нашими секретами. Ты одна из самых дорогих и близких мне людей. Я сам не хочу ничего от тебя скрывать.

Отойдя от Анны на пару шагов, Сириус запер дверь еще одним заклинанием и превратился в большую черную собаку. Очнувшись от первого шока, она подошла к собаке и опустилась перед ней на корточки. Сириус приветливо махал хвостом и, Анна не знала, показалось или нет, даже улыбался ей. Все еще потрясенная, она ласково погладила пса по голове. Тот в ответ радостно облизал ей лицо и руки. Через пару минут Сириус вернулся в человеческий облик.

— Я предпочел показать. Теперь ты знаешь мой секрет: я — анимаг.

Анна по-прежнему потрясенно молчала, а потом вопросы посыпались из неё:

— Это ты САМ научился? Сириус — это великолепно! Но почему в школе никто об этом не знает? Как? Когда?

— На пятом курсе у меня первый раз получилось превратиться. Кроме моих друзей-мародеров никто не знает. И не должен знать, — предупредил он Анну. — Незарегистрированные анимаги — это противозаконно!

— Конечно, я никому не скажу, — заверила его Анна. — Господи, Сириус, ты такой молодец! Это ведь очень сложная магия, а уж без преподавателя вообще кажется невозможной. А почему тайком?

— Прости, Анна, но я сейчас не могу тебе всего рассказать, это ведь не только моя тайна. Она касается и других людей. И пока мне не разрешат с тобой поделиться, это останется маленьким чужим секретом.

Анна кивнула в знак согласия. Сириус снова обнял ее, и они начали целоваться. Теперь Анна охотно отвечала, но Сириус понимал, что она нарочно оттягивает неприятный момент. Поэтому он решительно отстранился от неё и мягко потребовал:

— А теперь твоя очередь!

— Сириус, может не надо! Поверь, это совсем не существенно. Так, маленький пустяк.

— Он ведь беспокоит тебя, — заметил тот. — И потом мне интересно, хотя я уверен, что это действительно окажется какой-нибудь пустяк, «но любопытство сгубило кошку».

— На первом курсе я рассказала об этом Катрин, она ужаснулась и убедила меня никому об этом не рассказывать.

— Твоя Катрин просто напыщенная дура! Если учесть её предыдущие высказывания, сомневаюсь, что это действительно так ужасно, как она считает. И в доказательство, можешь мне не рассказывать. Мне все равно, что ты такого ужасного сделала в прошлом.

Анна решительно подняла голову и сказала:

— Я ничего не сделала, дело скорей в том, что я умею, — она набрала воздуха в легкие и выпалила…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:04 | Сообщение # 10
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Сириус и Анна. Тайна Анны


Анна решительно подняла голову и сказала:

— Я ничего не сделала, дело скорей в том, что я умею, — она набрала воздуха в легкие и выпалила. — Я… я — ЗМЕЕУСТ, — запинаясь, призналась Анна, но смотреть в глаза Сириусу не решалась. Некоторое время оба молчали.

— Это все? — спросил Сириус.

— А тебе мало? Я рассказала об этом Катрин еще на первом курсе, и она посоветовала мне это скрывать, потому что это признак темных магов и значит, во мне есть злое начало!

— Какими глупостями забита голова у этой ду… Катрин! Это, конечно же, ложь! Интересно, каким образом знание парсултанга делает тебя злой? Она тебе этого не объяснила?

Анна покачала головой, а потом добавила:

— Меня шляпа хотела на Слизерин отправить!

— И что? На Слизерине учится куча народа. Кстати, Нарцисса тоже там учится, она конечно не ангел, но и не злая волшебница. Я сам этот факультет не выбрал только назло матери. А почему ты выбрала Пуффендуй? Или выбор был только Слизерин против Пуффундуя?

— Да нет. Я сама туда попросилась. Я еще в поезде познакомилась с Катрин, а её уже определили в Пуффендуй. А вообще шляпа сказала, что я подхожу на любой факультет! И я выбрала Пуффендуй. Кстати, я совершенно об этом не жалею. У нас очень дружный факультет, все друг другу помогают. Сириус, а тебе не страшно?

— Из-за чего?

— Ну, из-за парсултанга? Я встречалась на четвертом курсе с Харви Кенделом. И рассказала ему. Он стал меня бояться, и мы расстались.

Сириус расхохотался:

— Слава Мерлину, что Харви такой идиот! Анна, клянусь мне лично все равно! И не только потому, что я люблю тебя, просто я не понимаю, каким образом знание парсултанга делает человека злым. По-моему, это то же самое, что бояться человека за знание иностранного языка. Парсултанг — это язык змей, а не темных волшебников. А ты часто со змеями разговариваешь?

— Да. Даже дружу с одной из Запретного леса. На четвертом курсе нас водили туда на экскурсию, и я отстала от остальных. Она показала мне дорогу назад в школу. И теперь она иногда приползает к кромке леса, и мы с ней разговариваем.

— А это правда, что змеи слушаются змееустов? — продолжал расспрашивать Сириус.

Анна рассмеялась, видно было, что страх потерять Сириуса уже отступил, и покачала головой:

— Конечно, нет. Это то же самое, что разговаривать с людьми. Вот тебе, например, незнакомец прикажет что-то сделать, ты же не станешь этого делать. Просто проигнорируешь и все. Вот и змеи также. Вот кусать, они нас не кусают. Хотя змеи никогда не нападают первыми, только защищаются. И вообще ты не представляешь себе как это интересно. Я когда начну жить самостоятельно, то обязательно заведу себе какую-нибудь маленькую змейку. Я бы пригласила Тони, но она предпочитает жить на свободе.

— Кто это Тони? — Сириус был немного шокирован её заявлением, особенно если учесть, что он намеревался жениться на Анне после окончания школы.

— Тони — это змея, которая живет в Запретном лесу. Её настоящее имя, — Анна произнесла несколько шипящих звуков, которые Сириус не разобрал. — Но я зову её Тони, чтобы было удобней.

— А какой она породы?

— У змей это называется видом. Она — гадюка обыкновенная.

— Они же ядовитые. Думаю, тебе лучше выбрать что-нибудь более безопасное, а то вдруг она наших детей покусает? Или меня? — жалобно сказал Сириус.

— Нет, — решительно сказала Анна. — Тони никогда не укусит дорогого мне человека. Особенно, если я её попрошу, — и только тут она обратила внимание на реакцию любимого. — Что-то не так?

— Я собираюсь жениться на тебе, но жить со змеями! Бр-р-р… Меня трясет от страха. Я-то мечтаю об уютном домике с садом и парочкой детишек. Но змеи как-то плохо вписываются в эту картину. Может, ты передумаешь? Я согласен на ужика, но не на гадюку. Они же ядовитые, а вдруг я её чем-нибудь разозлю? Или наступлю случайно?

— Вот уж точно глупости, укусит? — начала возмущаться Анна. И тут до неё дошла вторая часть заявления Сириуса. — Жениться? — она поперхнулась на этом слове и замолчала.

Сириус внутренне выругал себя за несдержанность, но отступать было уже поздно:

— Ну да, пожениться. После того, как ты тоже закончишь школу. Ну, или когда тебе будет удобно. Я лично согласен на любой день и любое время года.

— Интересный способ делать предложение! — протянула Анна.

— Между прочим, ты сама виновата. Просто ошеломила меня с этими змеями!

— А кто говорил, что не боится?

— Я и не боюсь. Того, что ты разговариваешь со змеями. Я просто не хочу жить в одном доме с ядовитыми змеями! Согласен только на безобидного ужа, — припечатал Сириус.

— Придется согласиться на твои условия. Я же хочу выйти замуж, а то еще найдешь себе какую-нибудь покорную и безответную мисс. Жаль упустить такого выгодного жениха!

Оба рассмеялись и Сириус, подхватив любимую на руки, закружил её.

— Только учти, я старомодна и тебе придется повторить свое предложение, как положено: с кольцом и на коленях.

— Согласен. Теперь, когда я знаю твой ответ, мне не будет страшно, — рассмеялся Сириус и потом серьезно добавил. — Я так люблю тебя и так счастлив, но мне иногда страшно, вдруг ты меня разлюбишь и бросишь!

— Никогда! Я никогда не разлюблю тебя и уж тем более не брошу! Я просто умру без тебя, — и Анна вместо дальнейших уверений начала расстегивать свою мантию.

Сириус опустил её на пол и помог снять ей одежду. Сам он быстро снял брюки и первым прыгнул в ванную, которая благодаря магии комнаты не остыла и была такой же горячей. Раздевшись, Анна последовала за ним.

Уж простите меня, дорогие читатели, но подглядывать за двумя любящими людьми в ванной и подробно описывать, кто, куда положил руку или ногу, автор не станет. Могу только добавить, что это не первый раз и даже не десятый и у них все просто отлично. Поэтому мы на некоторое время оставим влюбленных наедине.

Выбравшись из ванны, влюбленные, смеясь и перешучиваясь, вытерли друг друга, а потом оделись. Сириус настоял, чтобы Анна высушила волосы. Пока та занималась волосами, ему пришла в голову одна идея, которую он, не задумываясь, высказал вслух:

— Анна, а ты уверенна в своих родителях?

— Что ты хочешь сказать? — нахмурилась та.

Отступать было не в привычках Сириуса, и он продолжил:

— Ну, понимаешь, парсултанг — это врожденная способность только древних магических родов. Я никогда не слышал, чтобы магглорожденные владели парсултангом.

— Значит, только чистокровные маги владеют парсултангом, — насмешливо переспросила Анна.

— Нет, полукровки тоже могут, но он передается только по наследству из поколения в поколение.

— Твой род ведь очень старинный, значит, у вас он тоже передается?

— Он передается не у всех родов, — примирительно объяснил Сириус. — Но в моем есть. Примерно раз в столетие у Блеков рождается змееуст. Последний был в прошлом столетии. Финеас Найджелус Блек. Он был самым непопулярным директором Хогвартса. Его портрет висит в кабинете Дамблдора, второй в третьем ряду справа от стола. Когда я бываю у Дамблдора, то Финеас со мной даже не здоровается. Ведь я считаюсь предателем крови.

— А в этом веке еще не было?

— Насколько мне известно, нет, хотя бабка всегда говорила, что в нашем поколении должен быть змееуст.

— Сириус, что ты пытаешься мне доказать?

— Что здесь что-то не в порядке! И если уж говорить начистоту, то я видел твоих родителей, они светловолосые и сероглазые, а у тебя черные волосы и синие глаза. И ты совсем на них не похожа. Может быть, тебя удочерили и твои настоящие родители волшебники?

— Какие глупости приходят тебе в голову, Сириус! К твоему сведению, мой ПАПА обожает фотографировать и у нас дома полно фотографий беременной мамы, а потом и меня маленькой. И мама всегда говорила, что я похожа на её отца, он умер вскоре после её рождения, а во время войны дом в Лондоне разбомбили, никто не пострадал, но ни одной фотографии дедушки не осталось. И если ты еще раз скажешь что-то подобное, я ОЧЕНЬ СИЛЬНО РАССЕРЖУСЬ, — Анна рассерженно отвернулась и продолжила сушить волосы.

Сириус тут же понял, что перегнул палку и извиняющее сказал:

— Прости меня! Мне такие глупости иногда в голову приходят. Я больше слова про это не скажу, честно!

Анна сосредоточенно продолжала сушить волосы, не обращая внимания на Сириуса и его извинения. Сириус подошел к ней и почти силой развернул ее к себе. Факел, горевший на стене, оказался прямо за Анной и, когда она повернулась, то над её головой образовалось что-то вроде нимба из огня, и тут Сириус вдруг узнал её:

— Анабелла Блек!

— Кто? — удивилась Анна.

— Ты похожа на неё! Как я сразу не вспомнил.

— Кто это?

Все свое детство, да и отрочество, Сириус был предоставлен сам себе. Домовик, приставленный к нему в качестве няньки, всегда вовремя кормил мальчика, но в остальное время мальчик играл один, ну или с сестрами Блек, когда они приезжали. Регулусом мать занималась лично и не подпускала к нему старшего брата. Она считала, что Сириус слишком испорчен и будет плохо влиять на брата. И вот на третьем этаже в почти заброшенном крыле пятилетний мальчик увидел на стене старинный портрет юной девушки. Как и почему этот портрет одиноко висел именно здесь, а не в портретной галерее Блеков, он не знал. Да его это и не интересовало. Он стал часто приходить к этому портрету и разговаривать с ним. На портрете была изображена красивая девушка с выразительными синими глазами. Она была изображена на закате солнца, которое светило ей прямо в спину, отчего над головой будто горел нимб ангела. Да и вся она напоминала сказочную принцессу. Маленький Сириус рассказывал ей о своей жизни: мелких радостях и горестях. Девушка внимательно слушала его и тоже рассказывала Сириусу о своей жизни. Но поскольку портрет сохраняет только воспоминания человека, имеющиеся на момент написания, то девушка понятия не имела о том, что с ней произошло дальше в жизни. Её звали Анабелла Блек. И портрет знал только, что настоящая Анабелла в 1792 году вышла замуж и уехала из родного дома, а через некоторое время портрет «сослали» на третий этаж. Кому не угодила настоящая Анабелла, портрет не знал. Поэтому он так и провисел полтора века на третьем этаже Блек-холла. И никто с ним не заговаривал. «Дружба» с Анабеллой продолжалась года два, пока в один прекрасный день мать не застала его перед этим портретом. Она тут же отправила мальчика в его комнату. На следующий день Сириус снова проскользнул на третий этаж, но портрета там уже не было. Следующие три месяца Сириус упорно искал «Анабеллу» по всему дому. За эти месяцы прошел день его семилетия и наступил ноябрь. Единственное место, которое Сириус еще не обследовал, было подземелье, то есть нижнее подземелье. Верхнее представляло собой огромную комнату. И в ней находился вход в нижнее подземелье. Открыть дверь проблем не составило, но вот свечи все время гасли, они даже в верхнем подземелье быстро гасли. Сириус подгадал, когда у отца будет хорошее настроение, расспросил его и узнал интереснейшую вещь: подземелья в Блек-холле заколдованы таким образом, что в них может сохраняться только магический огонь. Все свечи, факелы и прочее обязательно погаснет в ближайшие полчаса. Причем чем гаснут они по принципу: чем глубже, тем быстрее. И сам же отец, посмеявшись, сказал, что специально для подземелья держит в кабинете Руку славы. Вот её огонь сам никогда не погаснет в подземелье. И Сириус почему-то решил, что мать спрятала портрет Анабеллы именно там, в нижнем подземелье. Ему и в голову не пришло, что мать могла просто уничтожить картину.

И вот дождавшись очередного приема, Сириус решил воспользоваться им, чтобы беспрепятственно позаимствовать Руку славы. Найдя её, Сириус уже собирался покинуть кабинет, как послышались шум и звук чьих-то шагов. «Только бы не мама!» — подумал испуганный Сириус. Вальбурга была легка на тычки и подзатыльники. Могла и выпороть, если «преступление» было серьезным. Оглядевшись куда бы спрятаться, Сириус не нашел ничего лучшего, чем укрыться за портьерой. Худенький мальчик скользнул в маленькую нишу окна и замер там, стараясь дышать потише. Портьера полностью скрыла его присутствие. И тут в кабинет вошли мать с отцом.

— Как мне все это надоело! Ты проклятый кобель! Убил мою молодость и красоту! Как же я тебя ненавижу! — почти кричала Вальбурга.

— Успокойся, дорогая, а то слюной все забрызгаешь! — почти спокойно сказал Орион. — Я всего лишь был вежлив с этой бедной женщиной. И ты зря напустилась на неё!

— Неужели? — саркастично спросила мать. — Но после того, что ты устроил во время моей беременности, я абсолютно тебе не верю! И главное с кем?! Это же выходит за пределы разумного! Зачем тебе понадобилось это «страшилище»?

— Это «страшилище» очень красивая женщина!

— У тебя все женщины красивые! — ввернула жена. — Причем чем моложе женщина, тем она красивей. Именно поэтому тебя и потянуло тогда на несовершеннолетнюю.

— Мы договорились больше об этом не вспоминать! — предупреждающим тоном произнес Орион.

Но Вальбурга уже не могла или, скорей, не захотела остановиться.

— И именно поэтому ты купил девке, забеременевшей от тебя, законного мужа. Скажи, Орион, а что ты покупаешь своим девкам сейчас: мужей, драгоценности или они просто предпочитают золото. Или как эта ТВОЯ: маггловские деньги?

Отец взорвался:

— Заткнись, Вальбурга!

— Что?! — прищурилась та.

— Я сказал: заткнись! Это было всего один раз. Лишь раз я поддался искушению, и ты превратила нашу жизнь в ад. Ты каждый день орала и вопила, странно, что ребенок нормально перенес твои истерики во время беременности.

— Лучше бы он вообще не родился! Ни один из них! И сейчас ты не вылезаешь из постелей других женщин?!

— Сейчас, да, — согласился отец. — Но ты сама в этом виновата! Ты превратила нашу жизнь в череду бесконечных скандалов и упреков! Я только с другими женщинами отдыхаю и живу, а рядом с тобой я просто существую. Если бы магические браки расторгались, я бы уже давно женился на другой. Ты даже матерью являешься только для Регулуса! Что плохого тебе сделал Сириус? Ему же всего семь лет! Ладно, я плохой муж, а мальчик-то чем виноват?

— Тем, что является твоей копией! Я уже сейчас вижу в нем тебя! Он также хамит мне и не обращает внимания на мои приказы! Из него вырастет такое же дерьмо, как и ты! — под конец мать почти визжала.

И тут раздался звук пощечины.

— Как ты мне противна! Если ты сейчас же не заткнешься, я сошлю тебя в старое имение, без детей! И предупреждаю тебя: если я узнаю, что ты бьешь Сириуса, я тебя убью. Мое терпение закончилось!

— Мальчишка постоянно дерзит!

— Семилетний мальчик… — начал, было, отец, но тут же махнул рукой. — Разве такой злобной суке, как ты, это объяснишь! Пусть хоть на голове ходит, ОДИН УДАР и я с удовольствием стану вдовцом! Я пошел к гостям, а ты приведи себя в порядок и тоже возвращайся, — дверь открылась и закрылась, Орион ушел.

Поняв, что отец ушел, Сириус вообще постарался не дышать, мысленно молясь, чтобы мать ушла до того, как обнаружит его. И тут в него что-то попало, сильно ударив мальчика по плечу. Это была небольшая серебряная вазочка, отскочив от мальчика, она упала на пол. Сириус невольно вскрикнул и этим выдал свое присутствие.

— Выходи, — тут же раздался приказ матери. — Что ты здесь делаешь? — Увидев Руку славы, которую мальчик сжимал в правой руке, она усмехнулась. — Ко всему прочему, ты еще и вор!

— Я взял её взаймы! — запротестовал мальчик.

— Зачем она тебе? — Вальбурга немигающим холодным взглядом смотрела сыну прямо в глаза. — Не смей мне врать!

— Я хотела поискать «Анабеллу» в Нижнем подземелье, — признался тот.

— Ты бы её там не нашел, — начала мать, но тут же замолчала. Ей вдруг пришла отличная идея, как наказать сына, не нарушая приказа мужа. Схватив сына за руку, она почти волоком потащила его за собой. В полном молчании они спустились на два этажа, миновали длинный коридор к Верхнему подземелью, прошли и его, мать открыла дверь в Нижнее. Войдя, она тут же зажгла палочкой факел, висевший на стене.

— Я предоставляю тебе отличную возможность обыскать Нижнее подземелье. Будешь сидеть здесь неделю. Только уж прости, но я не могу поощрить воровство, — и мать забрала Руку славы, которую мальчик все еще сжимал в руке.

— Но ведь простой факел скоро погаснет! Здесь же будет совсем темно! — запротестовал мальчик.

— Да, — с видимым удовольствием подтвердила мать. — Думаю, тебе пришла пора научиться видеть в темноте, как кошке. Или ты можешь применить магию и зажигать факел или свечи. Их здесь полно, — издевательски произнесла Вальбурга и расхохоталась. Она вышла из комнаты, потом Сириус услышал, как мать заклинанием запирает дверь. Сжав зубы, чтобы не попросить о прощении, Сириус услышал как звук шагов стих, и он остался один. Обстановка была почти, как в отцовском кабинете, только мебель была очень старой, да у стены стоял узенький диванчик. Мальчик зажег свечу стоявшую на столе и, взяв её, вышел из комнаты через дверь, ведущую дальше в подземелье. И оказался в длинном коридоре с высокими сводами. Пройдя немного, Сириус увидел лишь решетки, за которыми чернели пустые комнаты. «Как в тюрьме, на картинке» — подумал мальчик. И понял, что уж здесь мать точно не стала бы прятать «Анабеллу». Скорей всего сюда не спускались очень давно. На полу был толстый слой пыли. Свеча вдруг заколебалась и потухла. Сириус вспомнил слова отца. Он даже не подозревал, что Нижнее подземелье его предки использовали, как тюрьму для врагов. Оказавшись в темноте, мальчик поспешил назад в комнату, где еще горел факел. И снова зажег свечу, факел уже начал чадить, готовый погаснуть. Сириусу вдруг нестерпимо захотелось пить. Он решил посмотреть, что есть в шкафах в комнате, но не обнаружил ничего интересного, кроме старой мантии. Он положил её на диван, чтобы укрываться в дальнейшем. А, пока поставив на стул возле дивана несколько свечей, он прилег на диван и решил зажигать очередную свечу, как только начнет гаснуть предыдущая, приняв решение не спать, ибо свечи горели недолго. Но очень скоро измученного мальчика сморил тяжелый сон. Проснувшись в полной темноте, Сириус сначала не понял, где он находится, но тут же все вспомнил. Свечи погасли, пока он спал, и зажечь было нечем, оставалось только сидеть и ждать пока его выпустят.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:06 | Сообщение # 11
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Сириус Блэк. Страшная догадка


Свечи погасли, пока он спал и зажечь было нечем, оставалось только сидеть и ждать пока его выпустят.

Сириус знал, что мать его не пожалеет и сдержит обещание, но надеялся, что отец начнет о нем беспокоится. Или ему хотя бы пришлют еду. Хотелось в туалет, не в силах больше терпеть, Сириус на ощупь выбрался в коридор темницы и облегчился. Потом вернулся и стал ждать. Но никто не появлялся. От нечего делать мальчик начал считать вслух, но он еще плохо считал и скоро сбился, поэтому он просто лежал и м думал, вскоре обессиленный мальчик снова уснул или скорей провалился в забытьи. Сколько Сириус находился в полной темноте, он не знал, но выплыв из очередного лихорадочного сна, он увидел свет такой яркий, что он буквально резал мальчику глаза. Он встал и, шатаясь от бессилия, направился к нему и тут чьи-то сильные руки подхватили его и мужской голос уверенно произнес: «Все будет хорошо!» и мальчик снова потерял сознание.

Очнувшись в следующий раз, Сириус испугался, что снова в подземелье, но тут его руку накрыла чья-то маленькая теплая рука: «Мастер Сириус, надо лежать и спать! Хозяин сказал, что вы должны только есть и спать! Сейчас я вас накормлю!»

— Кто вы? Где я? — испугался Сириус, услышав незнакомый голос.

— Сейчас позову хозяина! — пискнул домовой эльф и аппарировал. Через несколько минут в комнату вошел крупный мужчина, эльф за ним.

— Очнулся, герой!

Сириус вздохнул с облегчением: « Дядя Альфард! Что Я здесь делаю?»

— Полагаю, лежишь, а сейчас будешь есть, — добродушно подмигнул мальчику дядя.— Тинки, накорми мальчика.

— Как я здесь оказался? Я же был в подземелье!

— Тебе не повезло в том, что Орион уехал из дома сразу после приема. И повезло, что я решил навестить сестру.

— Мама, — Сириус поперхнулся на этом слове. — Сказала вам, где я?

— Дождешься от этой ведьмы! Она пояснила мне, что ты заперт в наказание. Я уже уходил, когда один из ваших домовиков рассказал мне, что ты уже третий день сидишь в Нижнем подземелье без света и еды. Мне пришлось силой забирать тебя из подземелья. Ты пробудешь здесь, пока твой отец не вернется домой.

— Крестный, а я не могу остаться у вас насовсем? Пожалуйста. Она же меня просто ненавидит и совсем не любит.

— За что она так с тобой?

— За воровство! Но клянусь, что я просто хотел позаимствовать кое-что. — И Сириус пересказал дяде Альфарду историю «Анабеллы». Зачем и как он оказался в кабинете. И что произошло, когда мать поймала его там. Пока он рассказывал свою историю, у дяди Альфарда сжимались и разжимались кулаки.

— Крестный, скажи мне, почему она меня так ненавидит? Что я ей сделал? А отец, она так орала на него!

— Ты еще маленький для таких вещей!

— А сидеть в подземелье, как в тюрьме без еды и воды, я уже большой, да?

— У твоего отца была любовная связь с одной девушкой, она даже родила от него ребенка. Когда Вальбурга узнала об этом, то её любовь превратилась в ненависть. А ты внешне просто копия отца, вот она и перенесла ненависть на тебя. Хотя она всегда была злобной.

— У меня есть брат или сестра? — Сириус растерялся и тут в комнату вошли двое: мать с поджатыми губами и отец.

— Ну, что, постреленок, исследовал подземелье? — осведомился отец. — Перепугал всю семью.

— Что? — удивились в два голоса Сириус и дядя Альфард.

— Вальбурга рассказала мне, что залез в подземелье искать свою картину, дверь захлопнулась и ты целый день провел там взаперти.

— День? — переспросил Альфард и прищурившись посмотрел прямо на сестру.

— Один день, — подтвердила сестра, смотря ему прямо в глаза.

— Это правда? — спросил Орион, увидев, как злобно смотрят друг на друга его жена и деверь.

— Конечно, правда, — ответила Вальбурга. — Или ты предпочитаешь верить семилетнему мальчику, а не мне?

— Я не тебя спрашиваю, — не отрывая напряженного взгляда от сына, рыкнул Орион на Вальбургу.

— Да, — подтвердил Сириус, опуская голову, чтобы не выдать свои чувства. Дядя Альфард потом много раз спрашивал, почему он не пожаловался на мать. Сириус так и не признался, что в тот момент ему просто стало жаль мать. Он четко помнил, что отец сказал жене и знал, что тот сдержит слово. И не хотел становиться причиной гибели Вальбурги. И именно в тот момент, он будто увидел мать впервые и понял, что больше не боится её. Она просто озлобленная обманутая женщина, именно женщина, ибо с этого дня Сириус больше никогда не называл Вальбургу матерью и больше не страдал из-за того, что не в силах полюбить собственную мать.

— Собирайся домой, немедленно! — приказала мать.

— Он еще слаб и останется здесь пока не поправиться! — властно сказал Альфард.

— Я — мать. Я лучше знаю, что нужно моему сыну.

— Готов поспорить, что нет, — громко сказал Альфард. — Или я кое-что расскажу твоему мужу, — шепнул он тихонько сестре.

— Мальчик останется здесь на неделю! — вынес свой вердикт Орион и, потрепав сына по голове, вышел. Вальбурга, даже не взглянув на сына, ушла следом. Сириус вздохнул с облегчением.

— Поешь, — предложил дядя Альфард. — А потом еще поспи. Тебе необходимо набираться сил. А завтра поговорим. И я обещаю тебе, что если эта ведьма еще раз выкинет что-нибудь подобное, я удушу её собственноручно.

— Спасибо, — поблагодарил Сириус. Успокоившись, он почувствовал непреодолимое желание уснуть, что он и сделал, едва голова коснулась подушки.

На следующий день между ними состоялся серьезный разговор.

— Я разговаривал с твоим отцом сегодня утром. Просил его разрешить, чтобы ты жил со мной. Но твой отец настаивает, чтобы его старший наследник воспитывался в Блек-Холле. Прости, я не смог его переубедить.

— Но ма… — Сириус запнулся не желая называть Вальбургу матерью.

Дядя понял его замешательство и предложил:

— Можешь называть мою сестру просто Вальбургой. Думаю, она не достойна имени мама.

— Вальбурга, вдруг она снова так поступит или придумает что-нибудь пострашнее.

— У меня есть к тебе предложение. Давай возьмем за правило разговаривать каждый вечер, если не получится лично, то через камин. Я дам тебе порошка и научу пользоваться камином.

— Но ведь у вас есть и свои дела? — смутился мальчик. Он никак не мог принять того, что есть человек, которому не безразлична его судьба.

— Ты тоже очень важен для меня, — с улыбкой ответил дядя. — И я с удовольствием буду тратить на тебя свое время.

— А почему у вас нет детей? — вдруг вырвалось у Сириуса. — Простите, у меня вырвалось.

— Нормальный вопрос для друга. Мы ведь друзья?

Сириус просто кивнул, обрадовавшись, что дядя не разозлился на него.

— Я очень любил свою жену.

— Вы были женаты? — снова вырвалось у мальчика.

— Был, очень давно 15 лет назад. Мы недолго были женаты, она… — дядя Альфард замолчал, а потом продолжил. — Миллисента погибла через два года после свадьбы.

— А почему вы больше не женились? — спросил Сириус.

— Потому, что я — однолюб. И больше не смог полюбить другую женщину. Хотя мне попадались достойные женщины. Но, увы, сердцу не прикажешь, а жениться без любви я не хотел и не хочу.

— Но вы же совсем один, то есть без детей.

— Почему без детей? — удивился Альфард. — У меня полно племенников и племянниц. Например, ты. Я люблю тебя, как собственного сына.

— А как Миллисента умерла?

— Её убили, — коротко ответил дядя Альфард. — Когда ты станешь старше, я всё тебе расскажу.

Сириус, наконец, сообразил, что его расспросы причиняют крестному боль и замолчал, и просто обнял его. Так они, дядя с племянником, и сидели, обнявшись. Старший — много переживший и рано поседевший мужчина и семилетний мальчик, волей матери рано ставший взрослым.

С этого дня они и стали близкими друзьями. Как бы дядя не был занят, он каждый вечер находил для племянника время. Именно ему Сириус рассказывал о школе и друзьях, поделился переживаниями своей первой влюбленности. Крестный даже знал о том, что Сириус стал незарегистрованным анимагом. И даже Вальбурга, не смотря на огромное желание, не смогла разбить эту дружбу. Ей оставалось только пакостить сыну по-мелкому. Отец, несмотря на слова Сириуса, все же следил, чтобы Вальбурга больше не могла мстить старшему сыну за ошибки отца.

А после пятого курса дядя Альфард умер. Просто не проснулся и все.

Сириус тяжело переживал потерю близкого человека, которого он искренне любил и который был ему ближе, чем отец или любой другой родственник. Завещание Альфарда неприятно поразило семью. Он составил его в пользу Сириуса. Завещание было признано законным и, не обращая внимание на роптание старшего поколения Блеков, Сириус вступил в права наследования. Мать попыталась забрать право распоряжаться деньгами сына, мотивируя это тем, что Сириус еще несовершеннолетний. И тогда Сириус ушел из дома, а точнее сбежал. Поттеры приняли его очень гостеприимно. И связей Карлуса Поттера, бывшего когда-то министром хватило на то, чтобы избежать насильного возвращения Сириуса в лоно семьи.

А в октябре прошлого года Сириус стал совершеннолетним по законам магического сообщества. И уже следующим летом планировал поселиться в старом доме дяди Альфарда. Он бы поселился самостоятельно уже этим летом, но Поттеры уговорили его не заводить собственный дом, все равно через два месяца назад в школу.


Все воспоминания об Анабелле Блек и связанными с ней событиями промелькнули у Сириуса в голове.

— Кто это Анабелла Блек? — еще раз спросила Анна, теребя задумавшегося Сириуса за руку.

Сириус очнулся от воспоминаний и взглянул на девушку.

— Да так, просто вспомнил, — неловко соврал он, а у самого сердце сжималось от внезапной догадки. « Неужели Анна — моя сестра? Ведь крестный не знал, какого пола был ребенок у отца! И Вальбурга упоминала маггловские деньги, которые заплатили мужу женщины родившей ребенка! И еще нежность и близость, которые я с первой минуты почувствовал по отношению к Анне. А вдруг я принял братские чувства за любовь и страсть? Что же мне теперь делать? Отец уже умер, у кого спросить? Мать никогда не скажет правду. Только обрадуется возможности насолить. Нет, Анна не может быть моей сестрой! НЕТ! Я так её люблю! Но ПАРСУЛТАНГ? Бабка всегда говорила, что именно в нашем поколении должен быть умеющий говорить со змеями! Если Анна не моя сестра, то откуда в семье обычных магглов родился змееуст? И она как две капли воды похожа на Анабеллу Блек. Даже имя Анна может быть производным от Анабеллы.»

Тут Анна дотронулась пальчиком до губ Сириуса, он отшатнулся от неё, как от прокаженной.

— Что случилось? — удивилась Анна.

— Зуб болит! — соврал Сириус.

— Давай сниму боль, — Анна потянулась за волшебной палочкой.

— Нет, — покачал головой Сириус. — Уже поздно, пошли я тебя провожу.

« Только бы сдержаться и рассказать Анне о своих подозрениях» — Сириус решил промолчать, но чем дальше они шли, тем больше он убеждался в том, что не ошибается. Анна поворачивала и наклоняла голову точь-в-точь как Анабелла. Сириус смотрел на неё и удивлялся, как он раньше её не узнал. Единственное оправдание было, что прошло больше 10 лет. Почему Сириус не рассказал Анне о своих догадках. Да потому, что они были близки много раз. Сириус представил, что будет с Анной, когда она узнает, что возможно спала с родным братом. Он не хотел видеть, как любовь в её глазах обернется ужасом. Лучше он уйдет навсегда, пусть она наивно считает, что он бросил её, испугавшись парсултанга.

Когда они дошли до дверей в гостиную Пуффендуя, он уклонился от поцелуя, пробормотав, что теперь болит вся челюсть. Анна с недоумением и обидой посмотрела на него, но Сириусу было уже все равно, ведь они больше никогда не увидятся. Развернувшись, он побежал, стремясь как можно быстрей оказаться подальше от когда-то любимой девушки.

Запыхавшись, Сириус, наконец, остановился и тут им вдруг овладела страшная ярость на судьбу, которая так безжалостно отобрала у него любимую женщину, именно в тот момент, когда они были так счастливы. Не осознавая, что он делает и, стремясь забыться, Сириус начал с силой бить кулаками об каменную стену. Только сбив костяшки пальцев почти до костей, он очнулся от сильной боли. Руки были все в крови.

«Надо пойти в больничное крыло» — отстранено подумал он. Боль была сильной, почти оглушающей, но именно это помогло Сириусу. Физическая боль на мгновение затмила душевную. Поняв, что он никого не хочет видеть, Сириус направился к выходу из школы. Выйдя из школы в темноту осенней ночи, Сириус превратился в собаку и побежал в сторону Запретного леса.

Если бы кто-нибудь в этот момент посмотрел в окно, то увидел бы большого черного пса, убегающего так стремительно, будто за ним гналась смерть. А еще через мгновение пса уже не было видно. И только ветер по прежнему кружил желтые листья.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:07 | Сообщение # 12
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Джеймс Поттер. Поиски Сириуса


Примечание автора: Анимаги превращаются без использования волшебной палочки, одежда, тоже превращается, а не разрывается. Если волшебная палочка лежит в кармане, то она при возвращении в человеческий облик, тоже там. Только Римус, оборачиваясь оборотнем, разрывает на себе одежду и при обратном превращении оказывается голым.

На следующий день Сириуса не было на занятиях и никто не знал, где он. Мародеры, находившиеся в таком же недоумении что и остальные, на всякий случай соврали, что Сириус болен и лежит в спальне. Вечером Джеймс вышел из Хогвартса и под покровом ночи отправился в Запретный лес. Недалеко от кромки леса, он превратился в оленя и побежал искать друга. Джеймс тоже не знал, что заставило друга исчезнуть, но у Сириуса была особенность: переживать свои несчастья одному. Даже многолетняя, крепкая дружба не смогла отучить Сириуса переживать свои неприятности в одиночку. Радостью он охотно делился с друзьями, а вот неприятности, по-прежнему, предпочитал переживать в одиночку. И теперь Джеймс хотел найти друга предполагая, что случилось что-то действительно страшное, поскольку Сириус не вернулся утром. Идти пришлось в одиночку: Лунатик мог становиться оборотнем только в полнолуние, а Хвост в виде крысы был бесполезен при больших расстояниях, он обычно путешествовал, крепко цепляясь когтями за шерсть оленя или собаки. Обежав все привычные и знакомые места, Джеймс, наконец, остановился. Превратившись в человека, он опустился на уже подмерзшую землю и задумался: « Где же может быть Бродяга? А вдруг он убежал куда-то далеко? Или с ним что-то случилось? Напал кто-нибудь и он лежит израненный?» Загнав плохие мысли подальше, Джеймс мысленно снова и снова перебирал места в Запретном лесу, теперь уже он решил обследовать те, в которых они бывали всего раз или два. И тут вспомнил про лесное озеро, оно было довольно далеко от Хогвартса, поэтому они были там всего пару раз. Снова превратившись в оленя, Джеймс направился уже в сторону озера. Рассвет уже занимался над лесом, когда Джеймс добрался до озера. На берегу лежал Сириус, он был в человеческом обличии. Превратившись в человека, Джеймс бросился к другу. Тот был в бессознательном состоянии. Джеймс, прикоснувшись к другу, почувствовал ледяной холод, на миг ему показалось, что тот мертв, но сомкнутые веки дрогнули от его крика.

— Жив, — обрадовался Джеймс. — Просто сильно замерз.

Вытащив из кармана волшебную палочку, он снял с себя мантию и трансфигурировал её в большое толстое одеяло. Укутав Сириуса в одеяло, он палочкой подтянул большую корягу и поджег её. Найдя еще пару коряг, он и их использовал как поленья для костра. Уже через десять минут, возле Сириуса горел большой жаркий костер, а сам он, укутанный, как в кокон в толстое одеяло продолжал лежать бессознания.

Сириус будто спал и ему снилось, что он снова в подземелье и страшно замерз, но тут пришел кто-то большой и сильный, накрыл его большим теплым одеялом.

— Оживи! — Джеймс заклинанием вернул Сириуса в сознание.

— Дядя Альфард, — пробормотал Сириус и очнулся. Он лежал на берегу озера, рядом пылал жаркий костер, а около него сидел Джеймс в одной форменной рубашке.

— Как я здесь оказался? — вырвалось у Сириуса.

— Это я у тебя должен спросить. Еле нашел тебя, слава богу, не опоздал, ты не успел совсем замерзнуть. Сириус, что произошло? Почему ты снова убежал один?

И тут Сириус все вспомнил: ванная старост, парсултанг, сходство Анны с Анабеллой Блек, страшная догадка и отчаяние, которое гнало его прочь из Хогвартса. Возвращаться он не собирался. Снова увидеть Анну — это было выше его сил. Добравшись до озера, Сириус просто свалился без сил и решил умереть на месте.

Никому другому Сириус не решился бы рассказать свою историю и показать слабость, но это был Джеймс, его лучший друг, который за последние шесть лет ни разу не предал и не подвел его. Поэтому Сириус и рассказал Джеймсу обо всем: о своих догадках и подозрениях, уже превратившихся у импульсивного Сириуса в твердую уверенность. Джеймс молча выслушал друга, в его глазах плескалось понимание и желание помочь, жалость он тщательно прятал, зная, что Сириус ненавидит, когда его жалеют и не ждет этого от Джеймса.

— Понимаешь, я с первой минуты, как увидел Анну в поезде, еще на 6 курсе, почувствовал в ней родственную душу и такую любовь, да и страсть тоже. Я и решил, что это любовь с первого взгляда. А тут такое! А это, наверное, просто братские чувства взыграли, а я принял их за любовь!

— Не с первой!

— Что? — Сириус опешил от этой фразы. Он не ожидал, что Джеймс прервет его излияния, в конце концов, он не часто делился с друзьями подробностями, а уж в такой ситуации тем более рассчитывал на долгий монолог, испытывая неистребимую потребность выговориться.

— Ты видел Анну не в первый раз в поезде! Ты, что забыл про святочный бал на пятом курсе?

Сириус с недоумением уставился на друга. Тот охотно пояснил.

— Помнишь, твоя тогдашняя подружка Клер Вэнс попросила тебя совершить что-нибудь необычное прямо там на балу. Как-то доказать свою любовь к ней. Ты еще на скорую руку состряпал громадный плакат « Я люблю Клер Вэнс» и заставил двух девчонок держать его, и вы проследовали через весь Большой зал. Так вот одна из этих девчонок и была Анна.

— Анна?

— Ну да. А вторая была …ну эта её лучшая подружка, Кармен, кажется.

— Катрин, — автоматически поправил Сириус друга.

— Ну да, она. Так что не было никакого соединения и узнавания в первую минуту. Ты еще их потом расцеловал и отправил спать.

— Теперь ясно на что намекала Анна весь сентябрь, когда отказывалась со мной встречаться. А я-то голову ломал, что на какую любвеобильность она мне постоянно намекает. И почему девчонки никогда прямо не скажут что думают!

— Ну, она, наверно, думала, что ты её узнал.

— Узнал? Я тогда в предвкушении первого секса никого, кроме Клер и не замечал.

— Вот с первым пунктом разобрались. Теперь парсултанг — это действительно серьезно, но только как доказательство, что семья Анны имеет волшебников в поколении. Она вовсе не магллорожденная, скорей всего полукровка. Или один из её предков был сквибом, перешел жить к магглам, а в Анне, его потомке, снова пробудилась волшебная сила. И скорей всего, этим предком была Анабелла Блек или кто-то из её потомков. Слишком много времени прошло с 1792 года. Надо все выяснить про Анабеллу: за кого она вышла замуж, что с ней стало в дальнейшем. Да и вообще… — он вдруг замолчал.

— Договаривай, утешитель, — пробурчал Сириус.

— Ты, по-моему, слишком уж быстро сделал выводы и поверил в то, что Анна твоя сестра. Мне кажется, что если бы Анна была твоей сестрой, то ты бы чувствовал к ней нежность, а не страсть! Да и она бы обязательно что-нибудь почувствовала. И вообще существует много способов, чтобы выяснить правду. А ты вместо того, чтобы использовать их, предпочел сбежать без объяснений. Не ожидал от тебя такой трусости!

— А ты вместо того, чтобы посочувствовать другу, начал его ругать и вообще ведешь себя как будто ты мой враг, а не лучший друг! — закричал Сириус.

Джеймс целую минуту смотрел на него, а потом… выдернул Сириуса из теплого одеяла, превратил то снова в мантию, палочкой залил костер и, сев прямо на землю, сложил руки на груди и обратился к Сириусу.

— О, Сириус! Мой лучший и любимый друг! Прости, что я высказал тебе свое мнение. В наказание я готов замерзнуть здесь вместе с тобой. Мы сейчас обнимемся: и ты будешь рассказывать мне о своих чувствах к Анне до тех пор, пока мы не умрем от холода и истощения. А я буду молчать и только сочувствовать, — и он попытался обнять Сириуса.

Тот не выдержал и вдруг расхохотался. Джеймс тоже улыбнулся.

— Ну, не надо так буквально понимать мои слова, — сказал Сириус.

— А как? Сириус, давай договоримся, что сначала мы выясняем правду, а уже потом ты начинаешь впадать в отчаяние.

— Ты считаешь, что будет повод? — спросил Сириус безнадежным голосом.

— Не знаю, — честно ответил Джеймс, перестав дурачиться. — Тебе надо быть готовым к любому исходу. Жизнь ведь не закончится, если она твоя сестра?

— Для меня закончится, — твердо сказал Сириус. — Я просто не смогу жить дальше.

— А мы? — просто спросил Джеймс. — Я, Римус, Питер, мои родители, Нарцисса. Мы же любим тебя, ты часть нашей жизнь. Я знаю, что это звучит, как в сентиментальном романе, но я не хочу терять тебя, Сириус. Ты лучшая часть моей жизни. Ты мне, как брат, которого у меня никогда не было. Как мы будем жить без тебя?

— Как-нибудь выживете, — пробурчал про себя смутившийся Сириус, а вслух сказал: — Не знаю, меня как-то больше другой вопрос занимал.

— Оно и видно! Типичный эгоист, решивший бросить всех и вся.

— Что ты предлагаешь? — устало поинтересовался Сириус.

— Я предлагаю вернуться в школу, пока нас не выгнали. Там на месте что-нибудь придумаем. Ведь даже магглы как-то определяют родство, — Джеймс встал и надел мантию, он сильно продрог на осеннем ветру. — Ты сможешь выдержать обратный путь? — с беспокойством спросил он у Сириуса.

— Думаю, да, — ответил тот. И только сейчас Джеймс обратил внимание на его сбитые кулаки. — Что ты с ними сделал?

— Ничего особенного, — пробурчал Сириус. — До Хогвартса я добегу.

Превратившись, олень и собака побежали в сторону школы. Когда они достигли привычной лужайки, на которой обычно превращались, то уже было далеко за полдень. Вернув человеческий облик, они попытались осторожно выскользнуть из Запретного леса. Но им это не удалось, у кромки леса стоял сам директор.

— Что произошло? — сурово спросил Дамблдор, но, увидев состояние Сириуса и его руки, тут же отправил того в больничное крыло. А Джеймсу приказал следовать за ним. Войдя в кабинет директора, Джеймса скромно остановился у входа.

— Садитесь, мистер Поттер, — пригласил его Дамблдор. — И рассказывайте, что произошло. Почему вы нарушили школьный запрет? Зачем самовольно покинули занятия и школу?

— Простите, профессор Дамблдор, но я не могу ничего вам рассказать. Могу только поклясться, что ни я, ни Сириус не совершили ничего предосудительно, за исключением посещения Запретного леса и пропуска одного дня занятий.

— Двух дней, — спокойно констатировал Дамблдор. — Сириуса и вчера не было на занятиях.

— Простите нас, профессор Дамблдор, я постараюсь, чтобы больше этого не повторилось, — Джеймс замолчал.

Следующие пять минут они молчали, Джеймс не знал, что Дамблдор попытался проникнуть в его мысли, но потерпел неудачу. Удивившись про себя странной ментальной защите Джеймса, он произнес:

— По сто очков с вас и с мистера Блека за нарушение школьных правил и три недели отработки по вечерам. И еще, мистер Поттер, как бы хорошо я не относился к вам, но еще одно серьезное нарушение правил и вы будете исключены из школы. Можете идти. Думаю, вы передадите мистеру Блеку о вашем наказании. Мистер Блек начнет вечерние отработки в тот же день, когда выйдет из больничного крыла, а вы с завтрашнего дня. А сейчас вам лучше пойти отдохнуть, у вас очень усталый вид, — чуть ли не заботливым тоном закончил он свою суровую речь.

Джеймс молча поднялся и пошел к двери, расспрашивать директора о способах узнавания родства ему и в голову не пришло. Тот был прав, наказав их, ведь гриффиндорец отказался сообщить причины, по которым оказался в Запретном лесу и Джеймс поспешил в больничное крыло.

Прямо перед выходом ему попалась заплаканная Анна, которая тут же потребовала объяснить, что происходит и почему Сириус не хочет её видеть.

— Я должна знать, что произошло!

Что мог сказать ей Джеймс? Это было право Сириуса рассказывать Анне о своих подозрениях и догадках. И Джеймс постарался успокоить девушку, сказав, что Сириус просто получил плохие известия из дома и очень расстроен.

— Тогда почему Нарцисса не в курсе? Она ведь тоже должна была получить это известие?

Мысленно выругавшись на себя за неудачное вранье, Джеймс тут же выкрутился, сказав, что Нарцисса еще несовершеннолетняя и ей просто не стали сообщать.

Анна молча смотрела на него. Было видно, что она не поверила ни одному его слову.

— Анна, я обещаю тебе, что заставлю Сириуса поговорить с тобой. Подожди немного. Я уверен, что скоро все прояснится.

— Не надо его заставлять, — сдавленным голосом ответила та. — Если он больше не хочет меня видеть, то это его право. А я и так догадываюсь, почему он так поступает, — девушка резко развернулась и убежала.

Джеймс вздохнул и вошел к другу. Сириус лежал на кровати, руки уже были перемотаны бинтами, а лицо выражало отчаянную решимость. Увидев, кто вошел, он успокоено откинулся на кровать.

— Здесь была Анна. Я её выгнал! — признался он Джеймсу.

— Я знаю, — ответил тот. — Ты не хочешь все ей объяснить? Она очень обижена. Правда могла бы смягчить ситуацию.

— Правда? — горько произнес Сириус. — Я знаю правду, ну или просто подозреваю её. Мне что легче? Я люблю и хочу собственную сестру! И я уже спал с ней! Когда я сейчас увидел Анну, такую несчастную, то с трудом сдержался, чтобы не прижать её к себе и не утешить. Разве это нормально? Я ведь должен испытывать к ней отвращение, а не страсть? Я не нормальный, да?

— Нет, ты абсолютно нормальный. И потом мы же договорились, что пока все точно не выяснится…

И тут в палату вошла, а точнее влетела Нарцисса. Она тут же бросилась к Сириусу.

— Слава богу! С тобой все в порядке! Как ты нас напугал! С чего это тебе приспичило удрать в Запретный лес? Что произошло? — обнимая Сириуса, она задавала вопрос за вопросом. Сириус молчал, но не вырывался из объятий сестры. — Отвечайте! Сириус! Джеймс! — обратилась она к Джеймсу.

— Думаю ей можно рассказать, — обратился тот к Сириусу.

— Нет, — возразил тот.

— Да, она из твоей семьи, по-прежнему вхожа в твой дом и вообще может что-то знать. Или ты предпочитаешь попросить о помощи Регулуса или Вальбургу?

Сириус промолчал и Джеймс коротко пересказал историю Нарциссе. Выражение Нарциссы, по мере окончания рассказа, менялось от растерянного до полного боли за брата. Но она тут же сообразила, что ей рассказали не для того, чтобы послушать её охи.

— Я не помню сам портрет, но помню, как родители обсуждали скандал, который учинила твоя мать, когда обнаружила, что ты «дружишь» с этим портретом. Она сожгла его.

— Скандала я не помню, мне казалось, что мать ничего не сделала, кроме того, что спрятала портрет. А она, оказывается, сразу его сожгла.

— Она устроила скандал прямо за семейным ужином при моих родителях. Мол, что Орион совсем не занимается детьми, а только шляется где-то. Мать тогда больше всего поразило то, что Вальбурга прямо при посторонних ругалась с мужем. Ты же знаешь, какие мои родители? Они никогда в жизни не позволят себе что-то подобное не то, что при посторонних, даже при прислуге. Так, что самого портрета больше не существует. Насчет Анабеллы можно выяснить из семейных архивов. Но домой-то до рождества не попасть. Спрашивать родителей письмом — занятие бесполезное, эта Анабелла была сестрой тогдашнего главы семейства. Вряд ли родители будут рыться ради неё в книгах. Да и вопросы у них сразу возникнут, — Нарцисса быстро перебирала вслух все возможности. Друзья внимательно её слушали и уже совсем приуныли, как вдруг. — Зелье родства! Вот что нам поможет все четко пояснить.

— Зелье родства! Разве такое существует, — спросил Джеймс.

— Да, это старинный рецепт, я читала о нем в женском журнале. Не улыбайся, Поттер, — сердито обратилась она к Джеймсу. — Да я читаю женские журналы, там всякие рецепты печатают, интересные истории про любовь. Так вот там рассказывалась история про одного мужчину, у него было 4 детей, он сварил такое зелье и проверил на своих детях и выяснилось, что трое из них не от него, — Джеймс по-прежнему скептически улыбался. — Да, Джеймс — это реальная история, но нам важна не сама история, а зелье родства.

— Может, там и рецепт был напечатан? — спросил Джеймс, пряча усмешку.

— Рецепта там точно не было, акцент истории был на том, что случилось позже.

— И что случилось дальше?

— Он убил свою жену и покончил с собой, — коротко ответила Нарцисса, Джеймс сразу перестал улыбаться. — Нам надо узнать рецепт! Думаю, это самый быстрый и надежный способ узнать правду. Но где взять его? Профессор Слизнорт наверняка слышал о нем, но он так любопытен, что обязательно потребует рассказать правду. Да еще и варить его придется. А никто из нас не является отличным зельеваром.

— Да, зельваренье не наш конек! Это только Нюнчик! — подтвердил Джеймс

— Не называй его так! — поморщилась Нарцисса. — А ведь и правда, нам может помочь Северус, он отличный зельевар. Собирает старинные рецепты. И сварить поможет! — закончила она довольно.

— Не поможет! — мрачно сказал Сириус. — Ты забыла о наших теплых отношениях. Да я и не хочу ни о чем его просить.

— Я думала, ты хочешь выяснить правду! — рассердилась слизеринка. — А ты оказывается еще ерепенишься. И потом даже если ты его и попросишь, то вряд ли он согласится. Он тебя тоже страстно «любит». Просить буду я, будто для себя. Не думаю, что он мне откажет, — с некоторым сомнением в голосе, закончила она.

— Что у тебя за тесная дружба с этим противным сл… типом? — поинтересовался Джеймс, нахмурив брови.

— Тебя это не касается, — вздернула Нарцисса голову и шуткой смягчила свой резкий ответ. — Ты что ревнуешь меня?

— Вот еще, — отрезал тот. — Терпеть его не могу! Но ты права, надо использовать лучшую возможность из имеющихся.

— Я немедленно иду искать Северуса. А ты отдыхай, — Нарцисса улыбнулась Сириусу и пошла к выходу.

— Твоя сестра молодец! В мгновение ока нашла решение и сейчас еще заставит Нюнчика сварить нам зелье. Тебе не кажется их дружба слишком подозрительной?

— Меня больше занимает другая проблема, чем дружба сестры с этим слизеринцем. А если он поможет, то я готов даже извиниться перед ним за некоторые свои шуточки. А вот ты, мне, кажется, действительно ревнуешь, — неожиданно закончил он

— Вовсе нет, — запротестовал Джеймс. — Если только к Лили, это же она сейчас встречается с Нюнчиком.

— Ага, — согласился Сириус, зная упрямство друга. Тот вряд ли даже самому себе признается, что ревнует. — Главное, чтобы он согласился, остальное сейчас не важно.

Нарцисса влетела в свою гостиную и огляделась. Несколько слизеринцев сидели в креслах перед камином, на диване в одиночестве вальяжно развалился Абрахас, но Северуса нигде не было видно. «Ужин уже закончился, Северус может быть где угодно» — подумала девушка.

— Абрахас, — обратилась она к парню на диване. — Ты случайно не знаешь где наш новый главный префект? Он мне срочно нужен.

— Случайно знаю, — презрительный тон парня резко контрастировал с его страстным, раздевающим взглядом. — Если ты меня хорошенько попросишь, то я тебе расскажу.

Слизеринцы, сидевшие рядом в креслах, громко заржали.

«Стадо глупых жеребцов», — сердито подумала Нарцисса, подойдя ближе к Абрахасу, улыбнулась ему своей самой очаровательной улыбкой и страстным шепотом попросила;

— Пожалуйста, скажи мне, где Северус.

— Он у озера, с этой своей грязнокровкой, — в тесном кругу слизеринцев, Абрахас позволял себе высказываться откровенно, не пряча свое истинное отношение к нечистокровным магам. — Пойдешь со мной в Хогсмид в эту субботу? — спросил он у Нарциссы.

— Нет, — еще раз улыбнувшись, но уже автоматически, ответила та. — Меня уже мой парень пригласил.

— Фу, Стивен прост, как стекло и скучен, как учебник. Со мной тебе будет гораздо веселее.

— Мы с тобой, похоже, читаем разные учебники! Я в своих постоянно что-то новое открываю, — Нарцисса уже больше не обращая внимания на слизеринского принца, рванула к выходу.

Уже у озера, она огляделась и увидела Северуса рядом с Лили Эванс.

— Привет, — поздоровалась она с ними, подойдя ближе. — Северус, можно с тобой поговорить? Наедине, — добавила она, глядя на Лили.

Та, фыркнув, смерила её внимательным взглядом и, тепло улыбнувшись Северусу, пошла к школе.

— Она могла бы и поздороваться, — пробурчала Нарцисса.

— А ты могла бы быть повежливей и не так напористо её выпроваживать, — ответствовал Северус.

— Пусть поревнует! — примирительно заметила та и замолчала. Она присела рядом только сейчас сообразила, что не придумала подходящую историю.

— Ну что у тебя случилось? — спросил парень.

— Ты знаешь про зелье родства? — выпалила девушка.

— Да, довольно сложное зелье.

— МНЕ очень нужно его сварить и чем быстрей, тем лучше.

— Зачем Сириусу зелье родства? — огорошил Северус Нарциссу вопросом.

— С чего ты взял, что оно нужно Сириусу? Оно нужно мне! — упрямо ответила та.

— Ну да! Сначала Сириус пропадает где-то, потом Поттер, как герой приводит приятеля из запретного леса. И тут появляешься ты. И ТЕБЕ срочно нужно зелье родства. Хочешь сказать, что Сириус не имеет к этому никакого отношения?

— А если имеет? Ты откажешься помочь? — спросила Нарцисса, начиная сердится на себя, что приступила к расспросам так резко и все выдала.

— Сириусу? — делано удивился слизеринец. — Ну что ты, я его так «люблю», что тут же побегу помогать. Стоит ему только попросить.

— А если тебя я попрошу об этом, — тихо спросила Нарцисса.

Оба замолчали, когда молчание стало просто невыносимым, Нарцисса поднялась, чтобы уйти.

— Я помогу ТЕБЕ, — вдруг сказал Северус. — Только боюсь, что быстро не получится!

— Почему? — удивилась та. — У него такой сложный рецепт или редкие ингредиенты?

— Не только, а потому, что зелье родства готовится почти три месяца.

— А купить его можно?

— Купить можно все, дело только в цене. Действие зелье длится где-то дня три, поэтому на продажу его не готовят, только по заказу.

— Что же мне теперь делать? За три месяца Сириус сойдет с ума от беспокойства! — спросила она больше саму себя, чем Северуса.

— Есть один способ, только вряд ли он понравится Сириусу, — ответил ей тот.

Нарцисса с надеждой вскинула голову и потребовала:

— Говори! Я сама могу все сделать!



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:07 | Сообщение # 13
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. Площадь Гримо


— Говори! Я сама могу все сделать! Что это за способ?

— Мой дед — маггловский доктор. Так вот у магглов родство определяют с помощью крови.

— Что для этого нужно?

— Кровь обоих и обращение в маггловскую больницу!

— Нам это вряд ли подойдет! — с сомнением в голосе ответила девушка. — Наверное, лучше все-таки сварить зелье родства.

— Это слишком долго! А почему бы не спросить у кого-нибудь, кто в курсе этой истории? Я так понимаю, Сириус подозревает, что Анна его родная сестра!

— С чего ты так решил? Может, это я подозреваю, что Джеймс мой родной брат!

— Догадался, — усмехнулся Северус. — Вряд ли Блек стал прятаться по лесам, если бы подозревал кого-нибудь другого! Да и ты бы так не нервничала! Кто может быть в курсе этой истории? — он перешел прямо к делу.

— Дяди Орион и Альфард умерли, тетя Вальбурга, может еще мои родители в курсе, — Нарцисса перебирала вслух родных. — Но они вряд ли расскажут, скорей всего, просто запретят мне обсуждать эту тему. Они, — она замялась, а потом продолжила, — слишком правильные и строгие.

— Остается только Вальбурга, — подытожил Северус. — Конечно, можно поискать еще какую-нибудь светскую сплетницу, из тех, что всегда в курсе всех сплетен и событий. Но времени прошло многовато, будет трудно это сделать. Проще расспросить мать Блека, она, наверное, в курсе.

— Да, уверенна, что она знает имя женщины, родившей от Ориона ребенка. Но она терпеть не может Сириуса и может назло подтвердить, что Анна его сестра.

— Ну, она же все-таки мать! Неужели она так поступит с собственным сыном?

— Если бы ты видел, как она с ним обращается, ты бы не удивился!

— А ты не спрашивай напрямую. Придумай что-нибудь, расспроси о её любви, браке. Женщины любят жаловаться на свою несчастную жизнь.

— Какой специалист по женщинам рядом со мной сидит, — улыбнулась Нарцисса.

— Да ну тебя, — нахмурился Северус. — Я помочь хочу, а ты шутишь?

— Спасибо за помощь, — Нарцисса еще раз улыбнулась, но уже извиняющее. — Я просто глупо пошутила.

Северус кивнул и вдруг спросил:

— А Регулус? Как она к нему относится?

— Она его просто обожает.

— Когда родилась Анна?

— В июле 1961 года.

— А Сириус с Регулусом?

— Сириус — 24 октября 1959 года, Регулус — 10 апреля 1961 года, — автоматически ответила слизеринка. И тут до неё дошло, что пытается узнать у неё Северус. — Ты имеешь в виду, что если бы дядя Орион изменил бы тете во время её второй беременности, то вряд ли бы она так любила младшего сына.

— Это вполне логично. Смотри, старшего сына она терпеть не может, а младшего любит. Только вот как второй-то сын родился при таких отношениях?

— Это-то как раз легко объяснимо. Все Блеки заключают браки по древнему магическому обряду. Обязательным условием такого брака являются совместные ночи, хотя бы раз в месяц. С целью продолжения рода. Развод тоже не допускается. Это семейная традиция.

— Ты тоже заключишь такой брак?

— Нет, — Нарцисса даже вздрогнула от такой перспективы. — Андромеда первая отказалась от такого брака. Я тоже не хочу, а вдруг муж меня разлюбит, пусть лучше уйдет к другой, чем я буду таким образом удерживать его рядом с собой.

— Даже с Поттером?

— Особенно с ним, — твердо сказала Нарцисса. — Я хочу, чтобы мой муж был со мной, потому что мы любим друг друга, а не, потому что другого выбора уже не осталось. А ты?

— Не знаю, — тихо ответил Северус. — А если это будет единственный способ удержать Лили рядом с собой?

Нарцисса ласково взъерошила парню короткие волосы:

— Она и сама захочет остаться, вот увидишь! Как она тебя приревновала сегодня, даже со мной не поздоровалась! А ведь обычно очень вежливая.

— Ладно, что сейчас об этом!

— А что придумать с тетей?

— Ну, во-первых, повод, чтобы с ней увидеться. Причем очень срочный, чтобы не ждать до рождественских каникул.

— Повод!!! Кольцо может быть таким поводом! Бабушка Ирма пообещала его мне. Это семейное кольцо Блеков. У нас много семейных драгоценностей, но это особенное. Его хозяйка обязательно счастлива в любви и передается оно только после смерти хозяйки, кольцо обретает свою силу только в день совершеннолетия. Бабушка завещала его мне, но получить его я должна только к совершеннолетию, которое, кстати, наступит уже в конце месяца. Это отличный повод. Я отправлюсь к тете за кольцом. Вся семья знает, как сильно я хочу его получить, и она тоже. Думаю, она и сама собирается его мне передать, а я сделаю вид, что мне просто не терпится его заполучить. Но как мне попасть в Блек-холл? Камин?

— Все передвижения по каминам в школе контролируются директором. Ты сможешь уговорить его разрешить тебе посетить тетку?

— Вряд ли, — с сомнением ответила девушка. — Дамблдора так легко не обманешь! А если из Хосмида в следующую субботу?

— Частные владения, вроде Блек-холла, обычно защищены паролем от доступа извне, особенно от каминов в разных барах.

— Ладно, пойду к Сириусу, может он помнит семейный пароль. Хотя его наверняка сменили после отъезда Сириуса из дома. Ну, мы вместе там что-нибудь придумаем. Спасибо за помощь!

— Не за что! Если не получится узнать у матери Блека, то я помогу сварить зелье родства. И еще, знаешь, я видел, как Абрахас вызывал к себе своего домовика. Ведь домовики могут аппарировать в школе!

— Не знала, — задумчиво сказала Нарцисса и встала.

— Удачи! — пожелал ей Северус на прощание и ободряюще улыбнулся.

— Спасибо, — слизеринка пошла к школе. Вернувшись в больничное крыло, она пересказала все, что узнала. Сириус совсем приуныл, а Джеймс напротив оживился.

— А, ведь, правда! Я еще на первом курсе вызывал к себе своего домовика. А потом об этом узнал отец и моему эльфу было строго приказано: больше не являться на мой вызов в школу.

— Нашим Вальбурга давно приказала не слушаться моих приказов.

— Это было до смерти твоего отца, — хитрым тоном заметил Джеймс. — Теперь ты глава рода и ваши домовики просто обязаны тебя слушаться. Попробуй, вызови какого-нибудь из них?

— Лотта! — позвал Сириус. Ничего не произошло. — Лотта Блек! Я приказываю тебе немедленно появиться передо мной.

Раздался негромкий хлопок и перед ними появился домовик. Точнее это была маленькая домовиха, довольно старая и одетая в синее полотенце с гербом Блеков.

— Да, хозяин, — пискнула она.

— Вальбурга дома? — спросил её Сириус.

Лота замялась, но потом ответила:

— Дома, только у себя.

— Что значит у себя? — удивился тот.

— После смерти хозяина она переехала в свой городской дом, — испуганно пискнула Лота. — Сказала, что в вашем доме жить не станет.

Сириус хлопнул себя по лбу.

— Точно, ведь Блек-холл — майоратное имение. После смерти хозяина, оно переходит к старшему наследнику, независимо от завещания. Я совсем забыл об этом.

— Ну, вот у тебя оказывается целых два дома, — улыбнулся Джеймс другу.

— Мне он совсем не нужен. Терпеть не могу этот дом! — мрачно заметил тот. — Его кстати не продать, ни подарить нельзя. Впрочем, это не важно. Ты сможешь попасть на площадь Гриммо? — спросил он Лотту.

Так отрицательно затрясла головой:

— Хозяйка запретила нам появляться там. Мы принадлежим Блек-холлу и вместе с ним перешли к вам, хозяин, — она подобострастно поклонилась Сириусу.

Тот брезгливо поморщился, но задал еще один вопрос:

— Кто-то ушел с ней?

— Кикимер, он всегда был её личным эльфом, — ответила Лотта.

— Свободна, — отпустил её Сириус.

— Спасибо, — поблагодарила эльфиху Нарцисса. Та робко ей улыбнулась и с хлопком испарилась.

— Кикимер! — позвал Сириус. Никто ни появился. — Кикимер! Силой главы рода, Я приказываю тебе принести сюда свою задницу и голову тоже, — четко повторил он.

Раздался еще один хлопок.

— Кикимер не хочет, Кикимер не будет подчиняться предателю рода, — эльф отчаянно мотал головой, но сопротивляться древней магии не мог.

— Где Вальбурга? Я приказываю тебе отвечать на мои вопросы, — жестким тоном сказал он. Кикимер, личный домовик матери всегда жутко его раздражал.

— Хозяйка в библиотеке, — вытянувшись покорно ответил тот. Но глаза сверкали такой ненавистью, что всем стало жутко.

— Ты сможешь отсюда перенести меня на площадь Гриммо? — не глядя на домовика, спросил Сириус.

— Да, — глаза Кикимера на миг радостно блеснули, Сириус не смотревший на эльфа, ничего не заметил и уже вскочил, чтобы последовать за эльфом. Но его остановил Джеймс, внимательно смотревший на Кикимера.

— Эльфы могут аппарировать вместе с людьми из Хогвартса? Все проходит нормально? — подозрительно просил он.

Эльф рассматривал пол под своими ногами, никак не реагируя на вопрос Джеймса.

— Отвечай, — рявкнул Сириус, понимая, что Джеймс не просто так спрашивает.

— Люди могут аппарировать из Хогвартса вместе с эльфами, только их половинит или они вообще умирают, — покорно ответил он.

— Откуда такие сведения? — спросил Сириус.

— Хозяин Регулус хотел аппарировать в школу со мной, но портрет мистера Блека предупредил о последствиях, — нехотя проскрипел Кикимер.

— Черт, — выругался Сириус. — Что же делать?

— Визжащая хижина, — задумчиво сказал Джеймс. — Это уже не территория Хогвартса. Только ты не пойдешь, — категорично заявил он другу. — Ты еще слаб и потом твоя мать все равно ничего тебе ни расскажет. Она же не эльф, ей не прикажешь. Нарцисса? — спросил он слизеринку, молча стоявшую рядом.

— Да, — ответила та. — У меня и повод отличный есть. Но как мы попадем в Визжащую хижину? А бушующие привидения?

— Не беспокойся, — подмигнул ей Джеймс. — Привидений я беру на себя! Ты сможешь доставить Нарциссу на площадь Гриммо? — поинтересовался он у домовика.

Тот по-прежнему не реагировал на его вопросы и Сириусу пришлось повторить вопрос.

— Да, — ответил тот, не одобрительно косясь на девушку.

— Я приказываю тебе доставить Нарциссу в дом матери, а потом обратно. И ты не должен НИКОМУ рассказывать об этом и наших расспросах. Ты просто забудешь обо всем, как только доставишь сестру обратно. Понял?

— А сейчас пусть аппарирует в Визжащую хижину и дожидается нас там, — Джеймс обратился уже прямо к Сириусу и тот все повторил Кикимеру. Домовик скривился, но ничего не ответил и тут же снова аппарировал.

— Но как мы попадем в Визжащую хижину? Ворота уже закрыты.

— По дороге расскажу. Сириус, постарайся отдохнуть, — Джеймс взял Нарциссу за руку и, кивнув другу, отправился к выходу из школы.

По дороге к Дремучей иве Джеймс кратко рассказал ей о подземном ходе и заверил, что никаких привидений там нет. На улице было совсем темно, парочка незаметно проскользнула к одиноко стоящему драчливому дереву. Нарцисса с удивлением наблюдала, как Джеймс нейтрализовал Гремучую иву. Пройдя по тесному проходу, а точнее, почти ползком миновав его, парочка вылезла уже в Визжащей хижине.

— Я вся в пыли и грязи, — как истинная женщина пожаловалась Нарцисса. Джеймс, улыбнувшись, заклинанием очистил сначала одежду девушки, а потом свою.

— Кикимер, — позвала девушка.

Перед ними возник эльф и, взяв девушку за руку, тут же аппарировал вместе с ней. Та даже не успела ничего сказать, как уже стояла в прихожей дома на площади Гриммо.

— Спасибо тебе, Кикимер, — поблагодарила девушка домовика.

— Я всего лишь выполняю приказ, — недружелюбно отозвался тот. — А вам, мисс Нарцисса, должно быть стыдно, что вы до сих пор водитесь с этим предателем.

Та, ничего не ответив, пошла к лестнице. Поднявшись на нужный этаж, она вошла в большую комнату, служившую библиотекой, и тут же прищурилась, в библиотеке горело очень много свечей и было очень светло.

Привыкнув к яркому свету, девушка увидела тетю Вальбургу, сидевшую в большом кресле перед столиком на котором стояли большой портрет дяди Ориона и бутылка с янтарным содержанием. В руке тетя держала бокал, наполненный содержимым бутылки. Нарцисса подошла поближе к ней, сюда по запаху, тетя была сильно пьяна.

— Здравствуйте, тетя Вальбурга, — поприветствовала её девушка.

— Здравствуй, Нарцисса, — ответила та, совершенно не выразив никакого удивления.

— Странно, что сегодня пришла ты? Обычно после первой бутылки приходит Орион и мы долго беседуем обо всем.

Нарцисса, конечно, удивилась словам тети, но хоть это и подло, решила воспользоваться тем, что Вальбурга пьяна и почти не отличает реальность от пьяных видений.

— Дядя Орион сегодня будет позже, — мило улыбнувшись, сказала она. — А пока вы можете мне поговорить со мной. О чем вы обычно разговариваете с дядей Орионом? — осведомилась она у тети.

— О любви, о нашей жизни. Я рассказываю ему о том, какой Регулус отличный сын. Жалко, что он один, надо было ему братика родить или сестренку. Мужчины всегда хотят больше мальчиков, они же продолжение рода. Что тольку в девочках? Вот у твоего отца три дочери. И что? Андромеда уже вышла замуж и сменила фамилию, да еще за маггла выскочила. Белла помолвлена и тоже скоро сменит фамилию. Да и ты не задержишься в Блеках! Да еще это старое пророчество! Интересно про кого из вас оно? Андромеда вышла замуж против воли родителей, Беллочка по согласию родителей помолвлена. Нарцисса, я слышала, что твои родители хотят…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:08 | Сообщение # 14
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. Исповедь Вальбурги


— О любви, о нашей жизни. Я рассказываю ему о том, какой Регулус отличный сын. Жалко, что он один, надо было ему братика родить или сестренку. Мужчины всегда хотят больше мальчиков, они же продолжение рода. Что толку в девочках? Вот у твоего отца три дочери. И что? Андромеда уже вышла замуж и сменила фамилию, да еще за маггла выскочила. Белла помолвлена и тоже скоро сменит фамилию. Да и ты не задержишься в Блеках! Да еще это старое пророчество! Интересно про кого из вас оно? Андромеда вышла замуж против воли родителей, Беллочка помолвлена по согласию родителей. Нарцисса, я слышала, что твои родители хотят…

— О, тетя… — прервала Вальбургу Нарцисса, чувствуя, что ту «уносит» куда-то в сторону от нужной темы. — Лучше расскажите мне о вашей любви!

— А, да. Знаешь, девочка моя, я вышла замуж очень поздно, ну, по тем временам, мне было уже 22 года. Всё выбирала лучшего. Я была два раза помолвлена, но каждый раз разрывала помолвку, так как разочаровывалась в своих женихах еще до брака. А потом появился Орион. Ему было уже тридцать пять лет. Это был красивый и уверенный в себе мужчина. Он как раз вернулся из-за границы, ему было пора жениться и продолжить род Блеков. И выбор пал на меня! Как же я была счастлива! Он покорил меня с первого взгляда. То есть я встречалась с ним и раньше, но последний раз я видела его еще девочкой. Он вернулся в Англию после смерти своего отца. Ему надо было принять наследство и дела отца. Между нами сразу вспыхнула большая страстная любовь. Я тут же согласилась выйти за него замуж. И уже через два месяца после его возвращения мы были женаты. А потом был самый счастливый год в моей жизни. Как же я была счастлива! Забеременела и с радостью ждала первенца. Была уверенна, что родится мальчик. У настоящего мужчины рождаются только сыновья! — с пафосом заявила она.

«Какая чушь!» — подумала Нарцисса, но вслух благоразумно промолчала, не время было спорить с тетей.

— Когда я была на шестом месяце, ко мне заявилась моя «подруга» Клементина Друббонд. Знаешь, она из тех подруг, что всегда завидуют и обожают говорить гадости под маской сочувствия! Она прямо высохла от зависти, когда я вышла замуж так удачно. Ведь она уже начала сочувствовать мне. « Ах, Вальбурга, ты так ревнива, что рядом с тобой не один приличный мужчина долго не задерживается. Неприлично устраивать такие сцены ревности. Тебе просто суждена жизнь старой девы!» — вдруг передразнила тетя кого-то, по-видимому, эту самую Клементину. Нарцисса спрятала усмешку: о ревности тети Вальбурги ходили чуть ли не легенды. И вовсе не она отказалась от двух женихов, а они расторгли помолвки, после тех сцен ревности, что закатила им молодая невеста. Но упрекать тетю в иной интерпретации её жизни было не время. «Да и у каждого своя правда жизни!» — философски подумала Нарцисса. «Я и сама, наверное, в старости буду рассказывать нашим с Джеймсом внукам, как их дедушка за мной долго бегал, да завоевывал!»

Тетя тем временем чуть не залпом допила бокал и наполнила новый. Нарцисса удивленно отметила её отработанные до автоматизма движения, но промолчала.

— Клементина поведала мне, что в свете ходят слухи о связи моего мужа с некой девицей. Ты бы видела, Нарцисса, с каким наслаждением она мне это рассказывала. Но если она рассчитывала на публичный скандал, то просчиталась. Не знаю, как мне удалось остаться спокойной до её ухода! Но когда она ушла, я немедленно расспросила обо всем мужа. И он признался мне, что все это правда и, что самое ужасное, эта женщина беременна от него. И тут моя жизнь превратилась в кошмар! Я знаю, что чертовски ревнива и у меня трудный характер. Но, клянусь младшим сыном, у меня были основания для того, чтобы стать такой … мегерой, — подобрала Вальбурга «мягкое» определение своему характеру.

— Да, это должно быть очень тяжело, узнать об измене мужа, да еще во время беременности, — согласилась Нарцисса.

— Да, я разозлилась и решила отомстить, и мстила почти 17 лет. Я превратила жизнь Ориона в кошмар! Я контролировала каждый его шаг, заставляла ежедневно извиняться за свой поступок. Постоянно упрекала и унижала его. Но мужчины не любят долгих упреков. Им нравятся нежность и ласка, а я ни разу не приласкала его. Даже наши совместные ночи! Они были для меня и счастьем, и кошмаром одновременно. Счастьем было прикасаться к нему, принимать его ласки. И кошмаром было представлять, как он также ласкает другую. Знаешь, я даже завидую Андромеде, она заключила обычный брак и может позволить себе расстаться с мужем. А я? Я не могла расстаться и не могла простить Ориона. Не могла…

— А потом? — осторожно спросила Нарцисса.

— Потом… Когда родился Сириус, я сразу возненавидела его. Он так был похож на Ориона, с самого рождения. Я честно старалась полюбить его, но так и не смогла. Но в одну из наших «обязательных» ночей я забеременела. И Орион стал снова таким нежным, носил меня на руках, я вновь была счастлива. А потом оказалось, что ему врач приказал не давать мне нервничать и ругаться, и он, поэтому стал «паинькой». А когда родился Регулус, то Орион вернулся к своим любовницам. К тому времени он уже чуть ли не в открытую встречался с другими женщинами. А потом я узнала все подробности про ту шлюху, из-за которой разрушился наш брак.

— А кто она? — мягко спросила девушка.

— Крестница нашей общей с Орионом тетки, из порядочной семьи. Орион не хотел, чтобы девушку осуждало общество из-за внебрачного ребенка, и он купил ей мужа. Маггла, конечно, эти магглы за деньги готовы на все, даже дать своё имя ублюдку! — презрительно заметила Вальбурга.

«Да у тети с логикой не все в порядке! Сначала назвала девушку шлюхой, а потом признала, что мужу пришлось купить соблазненной девушке мужа, чтобы общество её не осуждало. Ну и тип был дядя Орион!» — Нарцисса посмотрела на склоненную голову тетушки, и жалость вдруг затопила сердце девушки. Она легонько прикоснулась к её голове и погладила по голове. Но тут вдруг всплыло воспоминание из детства.

Тетя с маленькими сыновьями обедает у них в доме. Вдруг Сириус случайно роняет ложку. Тетя Вальбурга спокойно отвешивает сыну затрещину, сопровождая её словами:

— Вон из-за стола! Пока не научишься нормально вести себя за столом, будешь сидеть голодным.

Друэлла, мать Нарциссы, примиряюще говорит:

— Вальбурга, он же еще совсем маленький! В следующий раз будет осторожней. Да, Сириус? — она ласково улыбается мальчику. Тот молча встает и идет к выходу из столовой.

— Вернись и ответь тете! — приказывает Вальбурга.

Сириус поворачивается и вежливым тоном произносит:

— Простите, тетя Друэлла, я случайно уронил ложку, больше этого не повторится.

— А теперь иди! — снова приказывает мать и Сириус уходит. Нарциссе жалко брата, она видела, что он и ложки съесть не успел. Если бы она уронила ложку, то её конечно тоже бы поругали, но выставлять из-за стола голодной мама бы не стала. Она переводит взгляд с уходящего брата на тетю Вальбургу и поражается той ненависти, что пылает в её взгляде. Ненависти к родному сыну! Ненависти, которая искажает красивое лицо тети настолько, что девочка пугается и вскрикивает. Вся семья тут же повернулась к Нарциссе, девочка опустила глаза и сделала вид, что ест суп. Спустя некоторое время она снова посмотрела на тетю и увидела обычное лицо без какого-либо следа злобы и ненависти.

После обеда девочка находит брата сидевшего в саду под деревом.

— Ты есть хочешь? — спрашивает она.

Сириус отрицательно мотает головой, но девочка чувствует, что он лжет.

— А вот хочу, что-то не наелась, мне Берти сейчас принесет пирожных с чаем. Может, ты пирожное хочешь? Пошли ко мне в комнату, там чай с пирожными уже готов, — она берет брата за руку и чуть не силком тащит за собой. Тот сначала сопротивляется, но потом позволяет сестре увести себя. Очень скоро они пьют чай с пирожными и болтают.

— Твоя мама очень строгая! — осторожно замечает Нарцисса.

— Просто она меня не любит, — спокойно отвечает Сириус.

— Разве мама может не любить собственного сына? — не соглашается сестра.

— Может, — грустно говорит Сириус. — Я её тоже не люблю, Я просто жду, когда стану достаточно взрослым, чтобы уйти. Чтобы она никогда больше не смела меня унижать или бить, — он отворачивается, чтобы сестра не видела, как ему больно. Нарцисса молчит, потому что не понимает, что можно сказать в такой ситуации.

— Знаешь, а давай будем друзьями. Я даже могу присылать тебе своего домовика с пирожными, хоть каждый день!

— Давай, — соглашается Сириус. — А я всегда буду защищать тебя, ты только скажи, если тебя кто-нибудь обидит, я ему покажу! — он спохватывается. — А пирожных мне не надо, я их не очень люблю. Девочка прикасается рукой к жестким волосам брата.


И вдруг «выныривает» из воспоминаний и чувствует под рукой жестковатые волосы тети Вальбурги. Она выпаливает:

— А почему вы так полюбили Регулуса?

— Я была так одинока в то время, а Регулус был похож на моего отца. Я привязалась и полюбила сына. К тому же нельзя переносить ненависть на отца на ни в чем не повинного ребенка.

— А как же Сириус? Разве вы не перенесли на него ненависть отца? — не выдержала Нарцисса.

— Сириус всегда был противным мальчишкой и даже маленький все делал мне назло! — отрезала Вальбурга. — Да еще Орион постоянно защищал мальчишку, — ненависть исказила красивые черты лица. — А Сириус всегда был только напоминанием об измене мужа.

Жалость к тете тут же испарилась. Эта женщина переложила ненависть на мужа-кобеля на ни в чем не повинного ребенка. Девушке вдруг стало душно, так что она начала задыхаться. Она подошла к окну и, не долго думая, распахнула его. В комнату ворвался свежий осенний воздух. Нарцисса вздохнула полной грудью, пытаясь справиться с желанием высказать тете все, что она думает о ней. В жарко натопленную комнату продолжал вливаться холодный осенний воздух, но девушка этого даже не замечала, продолжая думать о своем.

«Я узнала то за чем пришла! Можно уходить, пусть тетя остается одна со своими призраками. Она это вполне заслужила» — мелькнула злая мысль. И тут…

И тут раздался холодный и абсолютно трезвый голос тети Вальбурги.

— Кто здесь? Почему в комнате так холодно? Немедленно закройте окно, — девушка повернулась на голос.

— Нарцисса? — удивилась Вальбурга. — Что ты здесь делаешь?

Девушка повернулась к тетке и, улыбаясь ей деланной «официальной» улыбкой, сказала:

— Тетя Вальбурга, вы, что забыли, что сами пригласили меня в гости: забрать бабушкино кольцо? Получив от вас сегодня письмо, я очень удивилась, но и обрадовалась тоже.

Девушка говорила громко и уверенно. Вальбурга, которая в последнее время стала забывать, что она делает в пьяном состоянии, тут же ей поверила.

— Я совсем забыла. А как ты сюда попала? — подозрительно спросила она.

— Через камин, — не моргнув глазом, соврала Нарцисса. — В письме был пароль.

— Кикимер! — позвала Вальбурга.

Хлопок и перед женщиной возник домовой эльф.

— Принеси большую черную шкатулку из моей комнаты, — приказала хозяйка.

Еще два хлопка и черная шкатулка уже у тети. Кивком она отправила слугу восвояси.

Открыв шкатулку и найдя нужную коробочку, она протянула её племяннице.

— Надеюсь, оно принесет тебе счастья, — казалось, искренне пожелала она.

Та смущенно взяла её, все-таки Нарциссе было стыдно за обман и свои мысли.

— А почему вы сами его себе не взяли? — вдруг спросила она.

— Потому что кольцо может получить новую хозяйку только после смерти предыдущей. И к тому же, чтобы оно имело полную силу, надо надеть его в день совершеннолетия. А когда мама умерла, мне было уже много лет и я давно была замужем. Вряд ли оно что-то изменило в моей жизни.

— А вам не обидно его отдавать? — осмелилась спросить Нарцисса. — Ведь его должен получить ваш старший сын, точнее его невеста.

— Сириус его точно не получит, — отрезала Вальбурга. — А если учесть дурной вкус моего старшего сына, то скорей всего его невестой станет какая-нибудь грязнокровка. А я лучше утоплю это кольцо, чем отдам грязнокровке. А так ты станешь хозяйкой кольца уже на свой день рождения. И потом Сириус ведь тебя любит, вряд ли он станет силой отбирать у тебя кольцо. А ты ведь его для себя просишь? Надеешься с его помощью получить какого-нибудь красавчика? — вдруг спросила она.

— Нет, — Нарцисса отрицательно помотала головой. — Но ведь оно приносит своей хозяйке удачу в любви и счастье?

— Приносит, — подтвердила тетя. — Во всяком случае, все его хозяйки были счастливы в браке. Но ты и сама очень красивая, — заметила она. — Ты и без кольца можешь получить любого мужчину.

« С кольцом будет надежней» — подумала девушка. «Бездействовать я не собираюсь, но вдруг…» — девушка на мгновение закрыла глаза и представила себе, как Джеймс в день её совершеннолетия падает на колени, признается ей в любви и предлагает руку и сердце. Она и сама не заметила, что её лицо приняло мечтательное выражение, но её мечты прервал голос тети.

— Надеюсь, что оно убережет тебя от семейного пророчества.

Нарцисса поморщилась, этим пророчеством им с сестрами в детстве прабабка Виолетта все уши прожужжала. Она просто обожала собирать возле себя девочек и в сотый раз пересказывать им пророчество какой-то там по счету прабабки. Прабабка прожила долгую жизнь и Нарциссе даже казалось, что она живет исключительно, чтобы убедиться, что пророчество сбудется. А сама Нарцисса и её сестры всегда считали рассказы прабабки глупой сказочкой-страшилкой. И не одна из них ни капли не боялась. Сейчас Нарцисса даже не помнила точный текст пророчества и, если совсем честно, ей было на него откровенно наплевать. Она намеревалась строить свою жизнь сама, не опираясь на чьи-то сказанные когда-то давным-давно слова.

В этот момент часы пробили полночь.

— Мне пора, — сказала девушка. — Спасибо вам, тетя, за кольцо, — злость на тетку уже прошла. « В конце концов, каждый сам выбирает свою судьбу и сам решает любить ему или ненавидеть собственного сына»

Выйдя из библиотеки, Нарцисса позвала:

— Кикимер! — хлопок и перед ней возник домовик. — Подожди, я хочу спросить: тетя Вальбурга часто так много пьет?

— Я не буду обсуждать с вами свою хозяйку, — прокаркал домовик и протянул ей руку. Та, вздохнув, приняла её и почувствовала что аппарирует. Через долгое мгновение, они оказались в Визжащей хижине.

— Спасибо, Кикимер, — поблагодарила девушка. Тот испарился, даже не ответив ей.

Оглядевшись, девушка увидела Джеймса, тот спокойно спал, вытянувшись на старом диване. Нарцисса подошла ближе и опустилась рядом на корточки. Она никогда не видела Джеймса спящим. Во сне у него было такое беззащитное выражение лица. Нарцисса не выдержала и осторожно обвела пальчиком контур лица, и тут Джеймс заворочался и пробормотал: « Лили». Сердце Нарциссы сжалось, она подскочила и, зацепившись каблуком за край мантии, споткнулась и упала прямо на Джеймса. Тот мгновенно проснулся.

— Извини, — почему-то шепотом сказала Нарцисса. — Я просто хотела тебя разбудить и споткнулась, — сочла нужным разъяснить она.

— Я понял, но ты вставать-то собираешься, я же уже проснулся, — насмешливо поинтересовался он. Девушка, сообразив, что до сих пор почти лежит на нем, тут же смутилась и вскочила.

Джеймс встал следом.

— Ну, что ты узнала правду? — нетерпеливо спросил он.

— Да, дядя Орион изменил жене во время первой беременности, так что Анна не может быть его сестрой.

— А это точно?

— Да и к тому же девушка была волшебницей, просто потом вышла за маггла, чтобы «прикрыть свой позор». А ведь родители Анны простые магглы.

Джеймс просиял и от радости подхватил девушку на руки и закружил.

— Я так и знал, — вскричал он. — Анна просто не могла оказаться его сестрой.

Нарцисса тоже и рассмеялась и подумала: « Он непременно забудет Лили, обязательно забудет. И полюбит меня! Кольцо обязательно мне поможет!» — как молитву повторила она про себя, а вслух сказала:

— Побежали к Сириусу, он, наверное, там с ума сходит, а не спит, как некоторые!

Джеймс смутился и начал оправдываться:

— Просто это уже вторая бессонная ночь. Я прилег, чтобы дождаться тебя и сам не заметил, как уснул.

Нарцисса вспомнила, что он всю предыдущую ночь искал Сириуса, и ей стало стыдно:

— Я глупо пошутила, извини. Сейчас расскажем Сириусу и ты сможешь идти отсыпаться. Но ты можешь идти и прямо сейчас, я сама расскажу брату.

— Ну, уж нет! — сказал Джеймс. — Я тоже хочу разделить радость Сириуса!

Они влетели в палату и дружно закричали:

— Все в порядке! Она не твоя сестра!

Сириус лежавший на постели подскочил. Нарцисса тут же пересказала ему почти все, что произошло у тети. Глаза Сириуса засияли от счастья.

— Правда, я так и не узнала: кто родился брат или сестра.

— Да это неважно! — ответил Сириус. — Главное, что это не Анна. Мерлин, но я же прогнал её! — расстроился он, но тут глаза его вдруг снова засияли и он спросил у сестры хитрым голосом:

— А кольцо бабки Ирмы еще у тебя?

Нарцисса минуту смотрела на брата, а потом вытащила из кармана бархатную коробочку и протянула её брату. Тот чмокнул сестру в щечку, схватил коробочку и куда-то умчался. Нарцисса, прикусив губу, смотрела ему вслед. Слезы вдруг сами навернулись на глаза, она отвернулась и быстро-быстро заморгала, надеясь остановить их. Но предательские слезы все равно потекли. Джеймс посмотрел на беззвучно вздрагивающие плечи Нарциссы и сказал:

— Не надо плакать! Они ведь будут счастливы.

— Я рада за них. Но я с детства мечтала об этом кольце. Это семейный артефакт, он приносит счастье и удачу в любви своей хозяйке. Я так хотела, чтобы оно принесло мне любовь… — Нарцисса запнулась и, не выдержав, громко разрыдалась.

Джеймс подошел и привлек девушку к себе:

— Ну, не плачь.

Но та продолжала горько плакать. И тогда Джеймс, желая только одного, чтобы её слезы не разрывали ему душу, поцеловал её. Сначала в щеку, потом еще и еще, и вдруг Нарцисса сама нашла его губы и потянулась к ним. Парочка слилась в сладком поцелуе. Несколько минут они целовались, пока Нарцисса не пришла в себя и не сообразила, что это она целует Джеймса, а он просто боится её оттолкнуть, но при этом не отвечает на её пылкие поцелуи. И нашла в себе силы оторваться от любимого.

— Извини, — пробормотала она.

— Ничего, я первый начал, — благородно взял вину на себя тот. — Просто это кольцо, — с досадой сказал он. — Сириус ведь пошел делать предложение, оно ему сейчас нужней, чем тебе.

— Боже, Джеймс, умом я все понимаю: любимый брат, кольцо, предложение, но сердцем… Просто это мечта всей моей жизни! Я с пяти лет мечтала иметь это кольцо. Каждая его владелица переживает грандиозную, страстную и самое главное, взаимную любовь.

Джеймс молча смотрел на неё, и она продолжила:

— У тебя было когда-нибудь заветное желание? Вот это кольцо и было моим вторым заветным желанием, — Нарцисса замолчала, не желая признаться, что оно должно было помочь в исполнении первого и самого заветного желания: взаимной любви Джеймса.

— Да, я все понимаю, — ответил тот. — И ты вовсе не должна оправдываться. Я же не осуждаю тебя.

— Просто мне самой стыдно, у Сириуса такая радость, а мне жалко кольца, — Нарцисса даже самой себе боялась признаться, как она рассчитывала на помощь кольца. Но только после произнесения вслух понимая, что никакое, даже самое сильное волшебное кольцо не сможет заставить мужчину искренне полюбить женщину.

— Ну, все мы люди, со своими слабостями и желаниями, особенно заветными, — он ласково улыбнулся ей. — И потом ты же отдала кольцо и не стала отпираться и врать, — он вдруг усмехнулся. — Представляю себе, что творится сейчас в гостиной Пуффендуя. Он же наверно всех перебудил.

— Да, — согласилась Нарцисса и вдруг подумала: «Да, черт с ним, с этим кольцом я и сама: красивая и умная. И без волшебства завоюю Джеймса» — от этой мысли глаза девушки засияли и она, наконец, успокоилась. — Представляешь, я себе даже платье подобрала на день рождения под цвет камня.

— А какой там камень? — поинтересовался Джеймс.

— Синий сапфир, большой и очень чистый. Само кольцо старинной гоблинской работы, — мечтательно вспомнила она. — Ладно, что теперь об этом! Надо будет Анне сказать, чтобы она одела его в день совершеннолетия, тогда оно обретет полную силу и признает её своей хозяйкой. А знаешь, что в этом забавного?

— Что?

— То, что я выпросила для себя это кольцо, но его по праву должна была получить жена Сириуса, как старшего наследника. И она его получила. Все-таки не зря мне бабушка говорила, что кольцо станет моим, только если это моя судьба. Видимо, оно выбрало себе другую хозяйку. Они ведь будут счастливы, теперь уже точно.

— Знаешь, я могу тебя утешить, — сказал Джеймс.

— Как? — улыбнулась Нарцисса.

— У Стивена очень древний род, и у него в семье, наверняка, есть парочка подобных драгоценностей для будущей невесты.

Лицо Нарциссы окаменело и превратилось в ледяную маску:

— Да, думаю, у Стивена найдется парочка необычных украшений для меня, как будущей невесты, — разозлившись на бесчувственность Джеймса, холодно ответила она. — Спасибо, что напомнил мне о парне, с которым я встречаюсь, чтобы забыть о тебе, — и она, развернувшись, направилась к выходу из больничной палаты.

Джеймс, сообразив, что ляпнул что-то не то, хотел, было броситься за ней, но, махнув рукой, вдруг сердито подумал: « А не надо было так легко от меня отказываться! А то и со мной целуется, и со Стивеном встречается!» — и только тут Джеймс сообразил, за что он злится на девушку. « Не хватало мне еще Нарциссу ревновать, хватить с меня и Лили. Но извиниться надо будет!» — и он отправился спать, ведь Сириус вряд ли быстро вернется.

* * *
Пуффендуй. Спальня девочек. 6 курс.

— Вот видишь Анна, я же говорила, что ты никому не должна рассказывать. И ты снова потеряла парня!

— Ты думаешь, что Сириус меня из-за этого бросил?

— Ну конечно. Нужна ему жена-змееуст? Все змееусты — злые, темные волшебники или волшебницы.

— Но разве я злая или темная?

— Ну, я-то это знаю, но ведь люди считают всех змееустов плохими, — рядом с Анной, по хозяйски расположившись на её кровати, лежала Катрин. У неё были темные глаза и волосы, вздернутый носик, личико миленькое, но слишком уж простенькое, «без изюминки» как бы заметил мужчина.

— Вот когда ты снова начнешь с кем-нибудь встречаться, то…

И вдруг голос Сириуса, усиленный Сонорусом разнесся по Пуффендую:

— Анна, проснись! Анна, поднимись ко мне! Я не могу спуститься в женскую спальню!

Анна, не слушая больше подругу, рванула на этот голос прямо в пижаме. Поднявшись по лестнице, она очутилась в гостиной родного факультета и увидела Сириуса, он стоял с большим букетом цветом. И он был не один, рядом с ним стоял один из семикурсников, который, по-видимому, и открыл ему вход. Но тут в гостиной начали появляться и другие пуффендуйцы, разбуженные воплями Сириуса.

— Анна, — Сириус так и не снял Сонорус с голоса.— Прости меня, пожалуйста, — он бросил букет прямо на пол и вдруг опустился на колени. — Я люблю тебя и прошу стать моей женой, — и протянул ей бархатную коробочку.

Анна взяла коробочку открыла и увидела самое красивое кольцо на свете.

— Нравится? — Сириус, наконец, снял Сонорус, но в наступившей в гостиной тишине его голос прозвучал по-прежнему очень громко.

Анна просто кивнула, не в силах сказать даже слова. Сириус вытащил кольцо из коробочки и одел любимой на палец. Гостиная взорвалась аплодисментами, и только тут Сириус сообразил, что своими воплями разбудил весь факультет. Но отступать было уже поздно и он просто привлек Анну к себе и поцеловал. Все продолжали аплодировать и никто не заметил ярость, появившуюся на лице Катрин. Она вернулась в опустевшую спальню и, схватив кувшин для воды, со всей силы запустила его в стену.

А в гостиной счастливые Анна и Сириус продолжали самозабвенно целоваться.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:09 | Сообщение # 15
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. День рождения: Утро


… Да, думаю, у Стивена найдется парочка необычных украшений для меня, как будущей невесты, — разозлившись на бесчувственность Джеймса, холодно ответила Нарцисса. — Спасибо, что напомнил мне о парне, с которым я встречаюсь, чтобы забыть о тебе, — и она, развернувшись, направилась к выходу из больничной палаты.

Но далеко уйти девушка не смогла, Джеймс ринулся к ней и, перехватив её у выхода, крепко обнял.

— Прости, просто я дурак ревнивый. Вот и ляпнул глупость, — он поднял руку и ласково провел её по щеке Нарциссы. И еле слышно прошептал. — Я люблю тебя, Нарцисса! — и припал жарким, страстным поцелуем к губам девушки. Та с радостью ответила ему не менее страстным поцелуем. Несколько минут они целовались, а потом девушка робко дотронулась до мантии парня и прошептала:

— Сириус ведь не скоро вернется?

— Какой Сириус? — почему-то мягким женским голосом спросил Джеймс. — Нарцисса, просыпайся, до завтрака осталось десять минут. Ты что собираешься проспать его?

— Ты не хочешь побыть со мной наедине? — удивилась Нарцисса. — Ты же только что признался мне в любви?

— Нарцисса! Если ты немедленно не встанешь, то я оболью тебя водой! — Джеймс заговорил другим, более твердым, женским голосом и начал её трясти. Девушка замотала головой и … проснулась.

Её держала за плечи и легонько потряхивала её подруга и соседка по спальне Диана Альдебур.

— Она, наконец, проснулась, — удовлетворенно сказала она Элизабет, девушке с мягким голосом, которая и будила её первой.

— Такой сон не дали досмотреть! — с досадой проворчала Нарцисса.

— И это вместо: спасибо девочки, а то я в день собственного рождения выглядела бы как заспанное чудовище, — рассмеялась в ответ Диана. Это была очень красивая высокая девушка. У нее были очень выразительные черты лица с не менее выразительными карими глазами, красивые каштановые волосы и точеная фигурка. При этом она обладала стервозным характером, что, впрочем, ничуть не мешало парням влюбляться в неё.

Они втроем: Нарцисса, Диана и Элизабет были знакомы с детства, дружба тоже была из детства, но чем старше они становились, тем дальше были друг от друга. Диана тоже была одной из признанных красавиц школы, что и привело в их отношениях с Нарциссой к некоему соперничеству. Дружба не прерывалась, ведь они по-прежнему жили в одной комнате, просто в отношениях пропала та доверительность, что позволяет рассказать обо всем и попросить совета. А Элизабет, Элизабет Нортон, была влюблена в Абрахаса Малфоя, который настойчиво оказывал знаки внимания Нарциссе, что и привело к некоторому охлаждению в их, ранее очень близкой, дружбе. Элизабет или Лиззи, как звали её подруги, была блондинкой, как и Нарцисса, но только глаза у неё были карими. Она обладала мягким и добрым характером. Нет, она ни в чем не упрекала Нарциссу, не делала ей гадостей, просто перестала делиться с Нарциссой самым близким и дорогим. Нарцисса в свою очередь из гордости не хотела навязываться подруге, поэтому внешне их отношения остались прежними, но прежней близости уже не было. За последний год Нарцисса очень сблизилась с Анной, с которой подружилась по просьбе Сириуса еще, когда он настойчиво завоевывал любовь девушки. Они вместе посещали клуб Слизней. Начав тесно общаться с Анной, Нарцисса очень скоро и сама привязалась к ней. Они стали близкими подругами, Анна знала о её любви к Джеймсу. Но она так и не призналась ей в своем проступке, потому что и сама считала его подлым и не хотела, чтобы подруга разочаровалась в ней.

— Спасибо, девочки, — рассмеялась Нарцисса. — Но тогда надо было разбудить меня пораньше.

— Она снова не довольна: разбудишь — плохо, не разбудишь — тоже плохо! Мисс принцесса, вы просто уже совсем обнаглели. Держи подарок, соня, — и Диана положила ей небольшой сверток. Нарцисса, развернув его, увидела зеркальце в очень красивой оправе.

— Оно волшебное, в нем любая девушка отражается красавицей, — подмигнула ей Диана.

— Спасибо, — искренне поблагодарила Нарцисса подругу.

— А это мой подарок, — и Лизи тоже вручила ей свой подарок, им оказалась старинная книга с красивой обложкой. «Рецепты и заклинания женской красоты». — Она просто стилизована под старину, но вполне современна, без этих старинных рецептов с лягушками, — пояснила она.

Нарцисса, встав, обняла обеих девушек, поблагодарила за подарки и пригласила на вечернюю вечеринку:

— Жду вас вечером в семь, в кабинете рядом с покоями Слизнорта.

— Ну да, ведь ты любимца Слизнорта. Нам простым смертным приходится довольствоваться общей гостиной Слизерина или вообще спальней, — не удержалась и подколола её Диана. Теперь получив приглашение, она совершенно успокоилась и с удовольствием позволила себе съязвить. Диане было нужно это приглашение, потому что она искала богатого жениха. Её родители, к несчастью, недавно разорились и только удачный брак мог спасти её от нищеты. Диана тщательно скрывала это от сокурсников и только Лиззи знала об этом, но в её молчании девушка была уверена. Диана знала, что на вечеринке будут вполне приличные женихи. «Может даже удастся отбить у Нарциссы Стивена. Он ей все равно ни к чему, она до сих пор сохнет по Джеймсу. Джеймса, кстати, тоже не плохо будет получить». Вообще-то у девушки был вполне реальный план. Ей хотелось влюбить в себя Регулуса Блека, он был пока свободен от обязательств и богат. А на вечеринке будет отличный повод показать себя во всей красе и поближе пообщаться с парнем.

Нарцисса, не подозревая о мыслях последней, рассмеялась и подтвердила:

— Ага, Слизнорт вообще обожает нас, Блеков. Мы для него вроде коллекции, только Сириус выпал из общей картины. Кстати, профессор Слизнорт тоже там будет, — она вернулась к своей кровати и начала разворачивать подарки, лежавшие на тумбочке. Она приблизительно знала, что пришлют ей родители и родственники. Совершеннолетие это праздник с обязательными подарками, которые, как правило, дарят близкие родственники.

— А кто тебе снился? — вдруг спросила Лиззи.

— Да так, глупости всякие, — расплывчато ответила Нарцисса и показала подругам подарок отца. Это была одна из их семейных драгоценностей: старинная золотая цепочка с красивым кулоном. — Я, пожалуй, одену это вечером. Как вы думаете, это подойдет к моему синему платью?

— Кулон с красным камнем, а платье синее. По-моему, не очень, — равнодушно ответила Диана. — Ладно, девочки, я не буду вас ждать, пойду на завтрак, мне еще домашнее задание надо повторить перед трансфигурацией.

Когда она ушла, Лиззи подбежала к Нарциссе и сказала:

— А, по-моему, оно идеально подойдет к твоему платью, ведь камень не обязательно должен быть синим, красное прекрасно сочетается с синим.

— Я знаю, — усмехнулась Нарцисса. — Просто не ожидала такого ответа от Дианы. Что это с ней?

— Просто у неё неприятности в семье, — неловко ответила Элизабет. — А что тебе еще подарили? — спросила она, делая попытку перевести тему.

— Посмотри вот, и вот, — Нарцисса показывала подруге раскрытые подарки. Та преувеличенно восхищенным тоном отвечала ей и про себя радовалась, что Нарцисса не стала настаивать на объяснении.

— А здесь что? — спросила она, указав на небольшой, еще не раскрытый, сверток.

— Не знаю, — ответила ей Нарцисса и, развернув его, увидела черную коробочку круглой формы. В ней оказалось красивое золотое колье, с большой подвеской. Подвеска была с синим сапфиром в очень изящной оправе. Сверху лежала записка:

Нарцисса!

Поздравляю тебя с днем рождения!

Прими от меня в знак извинения это колье.

P.S: Оно тоже с синим сапфиром и прекрасно подойдет к твоему платью.

И не волнуйся, ни одна миссис Поттер, ни будущая, ни настоящая, из-за этого не пострадает.

Д.П.

— Какое красивое! — теперь в голосе восхищенной Элизабет не было и капли притворства. — От кого оно? — спросила она, ибо тактично не посмотрела в записку.

Нарцисса только порадовалась, что настырная Диана уже ушла так, как та на месте Лиззи не упустила бы возможности узнать, что написано в записке

— От отца! Еще одно семейное ожерелье. Я его одену вечером. Оно очень красивое, правда?

Элизабет тактично кивнула, поняв, что подруга лжет, но ничего на это не сказала. Ведь времена, когда они ничего не скрывали друг от друга, уже миновали.

— Приводи себя в порядок. Завтрак давно уже начался, — поторопила она подругу.

Та предложила ей идти одной, но Элизабет отвергла её предложение и осталась дожидаться подругу. Быстренько умывшись и приведя себя в порядок, Нарцисса надела обычную школьную мантию и была готова. Колье она одела под мантию, спрятав, чтобы его не было видно и теперь оно приятно холодило ей шею.

— Ну, как? — спросила она подругу.

— Отлично, — честно ответила та. — Ты даже когда не красишься, самая красивая девушка в школе. А уж сейчас тем более!

— Я и сейчас почти не накрашена, — ответила Нарцисса.

— Значит это от радости, из-за папиного подарка у тебя глаза так сияют, — лукаво заметила Элизабет.

— Пошли, прорицательница, — пробурчала Нарцисса в ответ на проницательность подруги.

Они вышли из своей спальни и поторопились в Большой зал. Но их, точнее Нарциссу, остановил Абрахас Малфой.

— Привет, — он обаятельно улыбнулся девушкам. — Нарцисса, можно с тобой поговорить? Наедине? Извини, — он обратился к Элизабет.

— Да, конечно, — тут же неловко сказала та. — Я пойду завтракать.

Нарцисса проводила подругу взглядом и с досадой подумала: « А ведь у нас только начали снова налаживаться отношения!»

Абрахас молчал, но и Нарцисса и не собиралась говорить первой, ведь это он попросил о разговоре.

— Извини меня! — вдруг сказал он и обаятельно улыбнулся.

— За что? — подняв бровь, немного надменно спросила она.

— За грубость! Я просто… — он замолчал, ожидая, что девушка сама продолжит за него. Обычно девчонки легко попадались на эти «извини», стоило лишь улыбнуться пообаятельней.

— Ты просто любишь выпендриваться перед друзьями, — неожиданно резко закончила предложение Нарцисса.

— Да, — покорно согласился слизеринец, но когда до него дошло, что она сказала, запротестовал. — То есть, нет. Просто я немного грубоват.

— Совсем немного! — с усмешкой согласилась Нарцисса. — Это все, что ты хотел мне сказать? А то я уже и так опоздала на завтрак!

Абрахас с досадой отметил, что его извинения не произвели на девушку никакого впечатления.

— Да, то есть снова нет. Еще я хотел поздравить тебя с днем рождения! Вот, — он вытащил из кармана небольшую черную коробочку. — Это тебе от меня, на память.

Нарцисса приняла коробочку, открыла её и увидела феникса, точнее фигурку птицы феникс из хрусталя. Фигурка была небольшая сантиметров шесть, но выполнена была с поразительной точностью. Когда девушка осторожно вытащила ее из коробочки и поднесла к себе, то вскрикнула от удивления: феникс открыл глаза и зашевелился.

— Это волшебный «живой» феникс, — сказал Абрахас, довольный тем, что его подарок произвел впечатление на девушку. — Он даже поет, когда у него подходящее настроение. За ним нужно очень бережно ухаживать, он и летает, только не сгорает как настоящий феникс.

— Спасибо большое, но ведь это очень дорогой подарок! Не знаю, могу ли я его принять? — задумчиво сказала девушка. Ей понравился подарок, но сам Абрахас вызывал у неё большие сомнения, а вдруг он посчитает, что она ему что-то должна. Ведь феникс стоил ни малых денег. И, конечно, она благополучно забыла, что только что приняла подарок в двадцать раз превышающий стоимость феникса. Ведь он был от Джеймса.

— Конечно, можешь, — заверил её Абрахас. — Ведь наши отцы, да и семьи давно дружат. И он ни к чему тебя не обязывает! — заверил он девушку, с досадой поняв её затруднение. Ему бы конечно хотелось бы, чтобы она почувствовала себя обязанной ему. Но еще больше ему хотелось удивить и порадовать девушку.

— Спасибо, — девушка легонько поцеловала парня в щеку, и добавила. — Я приглашаю тебя сегодня вечером в семь на празднование моего дня рождения. Профессор Слизнорт разрешил нам воспользоваться кабинетом рядом с его комнатами. Только, — она запнулась, но потом все же продолжила. — Там будет и Сириус с друзьями и с Анной.

Глаза слизеринца сверкнули при имени магглорожденной, но он наигранно покорно склонил голову:

— Как ты пожелаешь! — обманчиво мягким голосом произнес он. — Обещаю, что буду ангелом.

— Отлично, — усмехнулась Нарцисса. — И, кстати, можешь прийти со своей девушкой! — добавила она.

— О, нет! — «испуганным» тоном произнес Абрахас. — Ты единственная девушка в моей жизни! — с пафосом добавил он.

— Да, конечно, — язвительно согласилась Нарцисса. — А Мелисса Стронж и другие — это типичные мужские развлечения в ожидании настоящей любви.

— О, мы ревнуем? — поинтересовался Абрахас.

— Вот еще! — фыркнула девушка. — Жду вечером, — и побежала в Большой зал. Ей надо было успеть до ухода Джеймса на занятия поговорить с ним.

Абрахас проводил девушку задумчивым взглядом и, довольно посвистывая, тоже отправился на завтрак.

Перед входом в Большой зал, Нарцисса с досадой увидела своего парня. Он стоял и, похоже, ждал её. После истории с Сириусом, Нарцисса с раздражением начала думать о Стивене. « Вот бы он заявил, что бросает меня ради какой-нибудь красотки! А я бы еще и жертвой была в глазах Джеймса!» — но вместе с тем она отлично понимала, что Стивен сам никогда не бросит её. За прошедший месяц, их отношения стали почти идеальными. Стивен был нежен, заботлив, терпеливо сносил ее «плохое» настроение. А дни с «плохим» настроением случались все чаще. Нарцисса стала замечать задумчивый взгляд Джеймса, обращенный в её сторону. «Вот если бы я сейчас была свободна, то он бы, наверняка, осмелился бы ко мне подойти». Но Стивен вел себя идеально, да еще затеял этот праздник на её день рождения. Сам договорился со Слизнортом, все организовал, правда, ему помогли Анна с Сириусом, но основную часть работы сделал он. Но чем идеальней был Стивен, тем больше раздражения испытывала Нарцисса, то есть поначалу это была вина, но постепенно она трансформировалась в раздражение. Девушка четко осознавала, что не права. Что единственная проблема Стивена в том, что он не Джеймс. Но ничего не могла поделать с собой, да и не хотела. С уверенностью юности, она предполагала, что только их любовь с Джеймсом имеет значение, а Стивен переживет все. И теперь ждала удобного случая, чтобы расстаться с парнем, Она твердо решила не морочить ему больше голову и расстаться сразу после дня рождения, на крайний срок в ноябре.

Девушка глубоко вздохнула, «нацепила» приветливую улыбку и вышла из-за угла.

— Здравствуй, любимая, — сразу бросился к ней Стивен. — С Днем рождения! Я уже боялся, что не увижу тебя до обеда.

— Здравствуй, я проспала, хорошо девочки в последнюю минуту разбудили, — Нарцисса подставила парню вместо губ щеку для поцелуя. Тот если заметил это, но виду благоразумно не подал.

— Это тебе, милая, — он протянул ей красивую черную коробочку.

«О!» — мысленно простонала та. «Похоже, это кольцо! Надеюсь, он не собирается повторить поступок Сириуса и прилюдно попросить моей руки!» Девушка мгновенно приняла решение помешать ему.

— Спасибо, любимый, но… — девушка театрально вздохнула. — Я просто умираю с голода, а звонок уже минут через 5. Можно я потом посмотрю? — она жалобно посмотрела на парня, для пущей уверенности добавив во взгляд умоляющей невинности.

— Да, конечно, — растерянно произнес тот. В его глазах мелькнула обида и понимание, что его дурачат, но тут же пропало. И когда Нарцисса посмотрела Стивену в глаза, то увидела там только всепрощающую любовь. Ей стало стыдно за обман, но вместе со стыдом, она почувствовала и злость за то, что ей приходится врать. В очередной раз, напомнив себе, что осталось недолго терпеть, она благодарно поцеловала парня в губы и побежала в Большой зал.

А Стивен стоял и смотрел ей вслед, его карие глаза стали почти черными от нахлынувших на него чувств. Он быстро повернулся и зашел в один многочисленных коридорчиков, ему нужно было успокоиться. Среди чувств нахлынувших на него основным была обида, быстро перерастающая в сильнейшую ярость. Он ведь сразу понял, чего испугалась Нарцисса. Она угадала: в коробочке было кольцо, но Стивен не собирался повторять жест Блека и публично делать предложение. Он подобрал красивое кольцо чрезвычайно похожее на семейное кольцо Блеков, только для того, чтобы порадовать девушку, расстроившуюся из-за потери оригинала. Конечно, он не отказался бы от помолвки, но чувствовал, что еще не время и Нарцисса просто откажет ему. Стивен с такой любовью и надеждой выбирал это кольцо, так ему хотелось увидеть на её лице удивление и радость, а она… « Она просто запихнула коробочку в сумку, даже не открыв! Как она может так со мной поступать? Я делаю все, что она хочет! Молча сношу её «плохое» настроение. Покорно терплю, когда она избегает моих поцелуев и прикосновений! И что? С каждым днем она все больше отдаляется от меня! А эти попытки завести разговор о прекращении наших отношений?» — Стивену уже дважды приходилось хитростью прерывать попытки Нарциссы заговорить об окончании отношений. Он уже чувствовал, что долго это не продлиться, что очень скоро девушка устанет и просто прямо заявит о разрыве. И его покорность и «ангельский» характер ничего не изменят.

«Но что можно сделать? Как все изменить?» — задумался Стивен и вспомнил вчерашний разговор в спальне.

Сокурсники весело трепались о девушках. И все слушали, уверено рассуждающего о женщинах, Ричарда Дэвиса. Впрочем, репутация Ричарда, как «покорителя» девичьих сердец, возражения не вызывала. Он утверждал, что женщину не надо слушаться, а сразу «надо брать быка за рога»

— Насиловать что ли? — брезгливо уточнил один из когтевранцев.

— Зачем насиловать? — прищурился Ричард. — Только лаской, настойчивая интимная ласка, не слушая никаких возражений типа «только после свадьбы», «мне еще рано». И поверьте, любая девственница, просто мечтает, чтобы её распечатали. Они же еще не знают, что такое секс и теряют голову почти мгновенно, стоит только приласкать.

— Но им же больно при первом разе? — спросил тот парень.

— Когда им становится больно, то уже, как правило, поздно об этом думать. Дело сделано! — он ухмыльнулся.— Остается их только снова приласкать и убедить, что в следующий раз будет намного лучше, — он уверено рассмеялся.

— А если она уже не девственница? Как ты поступаешь в таком случае?

— Видишь ли, Альберт, не девственницы мне никогда не отказывают! — гордо заметил Ричард.

— Они сразу узнают «мастера» и падают к твоим ногам, в буквальном смысле, да? — язвительно спросил Стивен хвастуна. Он сидел на кровати и занимался своими делами, но хвастливость Дэвиса раздражала его, и он позволил себе вмешаться в чужой разговор.

— Да, — резко ответил на выпад Ричард. — А тебе остается только молча завидовать. Уверен, что Нарцисса «промаринует» тебя до самой свадьбы. Если конечно свадьба с тобой входит в её планы, — он ухмыльнулся. — Я бы порекомендовал тебе воспользоваться моим советом и трахнуть её, этим ты если и не привяжешь её к себе, то хотя бы насладишься «клубничкой». А заодно и насолишь тому, для кого она себя бережет!

Стивен молча вытащил палочку и уже через секунду Ричард напоминал разноцветную клумбу. Его волосы были зеленого цвета, кожа стала красной, а из носа стремительно росли волосы желтого цвета.

— Придурок, — взревел Дэвис. — Я же пошутил, мне ведь через полчаса на свидание.

— Боюсь, что тебе придется пару недель воздерживаться, — презрительно заметил Стивен. — А если ты еще раз «пошутишь» относительно меня или Нарциссы, то эта клумба покажется тебе раем по сравнению с тем, что я с тобой сделаю! — глаза Стивена стали черными и непроницаемыми. Сокурсники испугано притихли, за шесть лет совместной жизни они отлично изучили его и знали, что у Стивена глаза чернеют только в минуту сильнейшей ярости и в этот момент ему лучше не попадаться. Вообще, Стивена на курсе уважали и одновременно боялись, он был сильным магом и умел очень многое.

А Ричард, Ричард просто упустил из виду с кем разговаривает, но не забыл свое фиаско с Нарциссой Блек, что и вышло ему боком. Стивен сказал правду, вызванная мадам Помфри подтвердила, что данное заклинание держится не менее двух недель. Ричард упросил директора отправить его домой, ибо ему не хотелось, чтобы над ним смеялась вся школа. Профессор Дамблдор, пряча усмешку в бороде, разрешил ему воспользоваться камином и отбыть домой. Стивен ожидал наказания, но его не последовало. Видимо, Дамблдор с легкостью выяснивший правду, сделал вид, что поверил в случайную шутку.

И вот теперь, стоя в коридоре и пытаясь справиться с яростью, Стивен осознал, что Ричард попал прямо в точку. Не нужен он Нарциссе и очень скоро она уйдет окончательно. Так почему бы не воспользоваться «советом» Дэвиса?

«Секс еще никому не помогал!» — заметила совесть.

«Ну, она же может и забеременеть, а кому она нужна с чужим ребенком? Ей придется смириться и выйти за тебя замуж!» — шепнул ему «внутренний бесенок».

«Ну, она же тебя не любит!» — ответила совесть. «Она просто ошиблась и ведь с самого начала предупреждала, что любит другого и что может ничего не получиться. Она ведь никогда тебя не обманывала, не врала, что любит!»

«Ну и что!» — возразил «внутренний бесенок». «Зато теперь она твоя! Ты что собираешься отдать её Поттеру? Надо использовать все средства! А сегодня как раз удобный случай: она выпьет, расслабиться, а тут ты…Ты же умеешь обращаться с женщинами! Ведь не даром отец с пятнадцати лет водил тебя по лучшим борделям!»

Стивен усмехнулся, вспомнив скандал, который устроила мать, узнав об этом.

Отец спокойно приказал ей молчать:

— Мой сын не будет дрочить по закоулкам и ванным! — добавил он. — Пусть учиться обращаться с женщинами!

— Но это же продажные женщины! Это не любовь! — простонала мать.

— Все женщины продажны! — отрезал отец. — Просто одни продаются за деньги, а другие, — при этих словах он внимательно посмотрел на жену. — За удачный брак и знатную фамилию. Тем более что мы со Стивеном всегда знаем, что женщины думают!

Мать тут же замолчала и больше не обсуждала эту тему. Впрочем, отец не был настолько циничен, чтобы «развлекаться» вместе с сыном. Если сам он и посещал проституток, то ни жена, ни сын об этом не знали.

«Да!» — решил Стивен. «Сегодня вечером Нарцисса станет моей! Хватит с меня унижений и ожиданий!» — приняв решение, когтевранец успокоился и отправился на занятия, тем более что звонок уже прозвенел.

* * *
Расставшись со Стивеном, довольная Нарцисса влетела в Большой зал. И тут же нашла глазами Джеймса, он с Мародерами сидел на своем обычном месте и девушка тут же пошла к ним.

— С днем рождения, сестренка! — Сириус вылез из-за стола и, обняв девушку, вручил ей красиво упакованный подарок. — Это тебе от всех нас!

Нарцисса сорвала обертку и вытащила из коробочки брошь. Это была красивая и изящно выполненная из полудрагоценных камней роза.

— Большое спасибо! Она очень красивая! — заметила она и тут же приколола брошь к мантии. Она поцеловала сначала Сириуса, потом Питера.

— Роза — это один из самых красивых цветов на свете. Прямо как ты! — улыбнулся ей Питер, когда она его целовала в благодарность.

— Она очень идет тебе! — тихо сказал Римус. — Извини, твоих любимых лилий не было!

— Это абсолютно не важно! — ответила девушка, целуя и его. — Я все равно буду носить её каждый день.

— Спасибо за подарок! — Нарцисса специально оставила Джемса напоследок. Она обняла по-прежнему сидевшего Джемса и поцеловала в щеку.

— Пожалуйста! Тебе оно понравилось? — тихо спросил он.

— Да! — с восторгом ответила девушка. — Я одену его вечером и ты сам увидишь! — её глаза засверкали ярче драгоценных камней.

Джеймс невольно залюбовался её красотой. Он хоть и каждый день видел девушку, но никак не мог привыкнуть к ней. А с тех пор как Джеймс обнаружил и признался самому себе, что ревнует девушку, то её присутствие стало волновать Джеймса также как и присутствие Лили. Нет, он еще не разлюбил Лили, но она по-прежнему встречалась с Нюниусом, не обращая никакого внимания на Джеймса. И любовь к Лили гасла с каждым днем, сейчас от неё оставались только еле тлеющие угольки, но Джеймс упорно «держался» за них. Он даже самому себе упорно не признавался, что ждет от Нарциссы еще одного решительного шага. «Пусть сначала бросит Стивена! А там посмотрим!»

А Нарцисса уже целовала подошедшую Анну. В этот момент она повернулась и увидела Абрахаса, стоявшего у входа.

— Ах, да! Сириус, сегодня на вечеринку придет Малфой! Он поздравил меня и подарил подарок. Мне было неловко не пригласить его, ведь все знают про вечеринку, тем более что одним больше, одним меньше ведь значения не имеет!

— Зачем ты приняла от него подарок? — сердито спросил Сириус.

— Затем, что когда тебе дарят подарок, то обычно не ловко послать человека подальше с этим подарком! — ответила ему Анна, защищая подругу, и умиротворяющее поцеловала своего парня.

— Человека — да, в разве Малфой — человек? — риторически спросил тот. — Впрочем, это же твой день рождения!

— Вот именно! — удовлетворенно заметила Нарцисса, заметив сразу нахмурившего Джеймса.

«Пусть ревнует!» — с непонятной для себя злостью подумала она. «Может хоть это заставит его действовать!»

В этот момент прозвучал звонок на урок. Все похватали свои сумки и веселой гурьбой отправились на занятия.

Начавшийся день обещал быть длинным и очень интересным!



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:10 | Сообщение # 16
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
День рождения Нарциссы. Начало


Когда после занятий Нарцисса вернулась в спальню, то обнаружила там предпраздничную суету, обе соседки усердно готовились к празднику. Нарцисса взяла полотенце и отправилась в ванную. Когда она вернулась, ей представили преобразившуюся Элизабет.

— Красиво? — с гордостью спросила Диана, видимо это была её идея: одеть подругу в одно из своих вечерних платьев.

На Лиззи было темно-красное платье с большим вырезом на груди и при этом очень короткое. Платье было красивое, но слишком уж откровенное, оно, почти полностью открывало тело девушки, даже не оставляя хоть крупицу для воображения.

— Лиззи, а тебе в нем удобно? — мягко спросила Нарцисса.

— Тебе не нравится платье? — нахмурилась Диана.

— Нравится, но на тебе! Ты носишь его уверенно и легко! А вот Лиззи, она же просто не привыкла к такому откровенному вырезу и длине.

— Ничего страшного! Пускай привыкает, у неё красивая фигура, да и грудь на высоте! А платье только подчеркивает достоинства её фигуры!

« Оно не просто их подчеркивает, оно выпирает их напоказ!» — подумала Нарцисса, но, увидев решительное выражение на лице Лиззи, решила промолчать.

— Да, с этим я согласна, оно просто кричит о сексуальности его обладательницы. Что, Лиззи, решила сразить всех наповал? Тогда держись, у тебя сегодня отбоя не будет от поклонников!

— Вот именно, не только тебе быть красавицей! Сегодня Лиззи составит тебе, да и мне тоже достойную конкуренцию! — удовлетворенно констатировала она. Сама Диана была в длинном черном платье, обтягивающем её словно вторая кожа. Нарцисса уже начала удивляться столь целомудренной длине, но тут Диана повернулась к ней спиной: её спина была обнажена полностью.

«Она не меняется!» — мысленно усмехнулась Нарцисса и принялась переодеваться.

Через полчаса Диана вышла из комнаты первой, а Нарцисса остановила Элизабет.

— Лиззи, если ты все же сомневаешься, то мы можем быстро переодеть тебя!

— Оно мне не идет? — надменно спросила та.

— Идет, но оно слишком … — в последний момент Нарцисса заменила слово «вульгарное», — слишком откровенное. А ведь обычно ты такая изысканная!

— Я пойду в нем, — Элизабет гордо вскинула голову и первая вышла из комнаты. Нарцисса пожала плечами: «Дело твое!». И в последний раз взглянула на себя в большое зеркало. «Как всегда безупречна! Держись, Джеймс!» — и, довольно улыбнувшись, отправилась следом за подругами.

Двумя часами позже стоя рядом со Стивеном Нарцисса испытывала сильное беспокойство. Во-первых, по поводу Джеймса, точнее его отсутствия на вечеринке. А во-вторых, по поводу Лиззи. Как Диана и предсказывала, куча парней крутилась вокруг Лиззи, с удовольствием заглядывая ей в вырез платья и отпуская двусмысленные шуточки. В принципе Нарциссе должно было быть все равно, ведь Лиззи сама выбрала такое платье, но она продолжала ощущать внутреннее беспокойство. В глазах подруги читалось какая-то решимость, твердое желание добиться какой-то четко поставленной цели. Оставалось только надеяться, что это не приведет к ужасным последствиям.

Нарцисса со скрытым раздражением покосилась на стоявшего неподалеку Слизнорта. Тот все-таки не упустил своего, и позволил себе пригласить на праздник почти весь клуб Слизней, начиная с четвертого курса. Поэтому народу оказалось неожиданно очень много.

Но тут в кабинет, выполнявший сегодня роль светской гостиной, вошел Джеймс, Нарцисса мгновенно выбросила из головы профессора. Поттер был не один, на его правой руке буквально повисла Луиза Гордон, с пятого курса Гриффиндора. В первую секунду Нарцисса жутко разозлилась, но потом успокоилась: « Я ведь еще со Стивеном! И Джеймс имеет право придти не один». Но она почувствовала сильное разочарование, ведь воображение уже рисовало ей, как Джеймс одиноко стоит у стены, пожирая её глазами и тяжело вздыхая. И как она благосклонно дарит ему танец, а он… «Да, дальше мечтать об этом бессмысленно, вот ведь какой! Мог бы и один прийти или вон с Алисой, она тоже одна. Но нет, выбрал красивую одинокую девушку. Интересно кого из нас, меня или Лили, он хочет позлить? А вдруг она и правда ему нравится?» — страх мгновенно закрался в сердце девушки. « Ну, уж нет! Если он начнет встречаться с ней, я сделаю все, чтобы его забыть! Сколько можно унижаться? Если он такой бабник, что не может без женщины и пары дней провести, то туда ему и дорога!»

Тем временем Джеймс со своей спутницей уже подошли к ним. Поттер вручил ей красивый букет её любимых лилий. Луиза, с которой Нарцисса была знакома по клубу Слизней, тоже поздравила именинницу и, вдобавок, расцеловала её. При этом она продолжала виснуть на Джеймсе, да так усердно, что Нарцисса вновь испытала приступ ревности. А тот, похоже, наслаждался ситуацией, слизеринка постаралась пригасить яростную ревность во взгляде и приняла равнодушный вид. По крайней мере, она надеялась, что достаточно равнодушный. « Нет, ну как она к нему льнет, просто прилипла, не оторвешь! Это просто не прилично, так вести себя в обществе!» — мысленно негодовала Нарцисса, благополучно забыв о собственном поведении. Вспомнив свое предложение Поттеру, Нарцисса вдруг улыбнулась: «В чужом глазу соринку вижу, в своем — бревна не замечаю!». Но тут же оправдала себя тем, что она никогда не навязывалась Джеймсу публично.

В этот момент Стивен тронул её за руку, девушка повернулась к нему. Тот молча указал ей взглядом на Слизнорта, стоявшего поодаль от них. Тот как раз взял бокал и, похоже, готовился провозгласить речь. «Надеюсь, она не будет длинной и занудной», — лениво подумала Нарцисса.

— Друзья мои, мы собрались здесь по поводу очень знаменательной даты, совершеннолетия всеми любимой Нарциссы. Я просто счастлив, поздравить мою любимицу со столь замечательным событием! Ведь совершеннолетие важнейшая дата в жизни любой волшебницы…

Нарцисса, продолжая улыбаться, перестала слушать пафосную речь профессора и украдкой посмотрела на Джеймса. Тот спокойно слушал речь Слизнорта, лицо его было непроницаемым, а вот рука лежала на талии Луизы, продолжавшей тесно к нему прижиматься. Нарцисса снова стиснула зубы, почувствовав очередной приступ ревности. И при этом, поражаясь своей реакции, ведь раньше она совершенно не ревновала Джеймса, даже к Лили.

— … А сейчас я хотел бы откланяться! — закончил свою речь Слизнорт, тут же раздались протестующие возгласы присутствующих. — Да, да. Именно откланяться, ибо ничто так не мешает развитию молодежной вечеринки, как присутствие преподавателя. По себе помню, — усмехнулся он и добавил. — К сожалению, праздник продлиться только до 12 часов ночи. Мне, увы, не удалось добиться разрешения от директора на больший срок. Завтра обычный учебный день и всем нужно будет присутствовать на занятиях. Так, что особо не увлекайтесь, особенно сливочным пивом! — снова усмехнулся он. Попрощавшись с именинницей, он покинул кабинет. Как только он ушел, все тут же расслабились. Сириус передал по цепочке, что желающие выпить что-нибудь покрепче сливочного пива, могут обратиться за ширму. В качестве бармена там выступал Питер, себя Сириус назначил ди-джеем, значение этого слова ему объяснила Анна. Стивен посмотрел на Нарциссу, но та покачала головой, она не собиралась сегодня пить, ей нужна трезвая голова. И пошла к Сириусу. Стивен наблюдал, как она в чем-то убеждает брата, наконец, тот согласно кивнул и куда-то отправился.

— Что ты затеяла? — с любопытством спросил он ее, когда она вновь подошла к нему.

— Да попросила его поставить одну кассету, а он её не взял, — ответила та. — Сейчас принесет и мы с тобой потанцуем, — пообещала она и тут же перевела разговор, чтобы Стивен не успел спросить, почему ей нужна именно та кассета. — Смотри, Лиззи сегодня очень популярна. Как тебе её новый стиль?

— Она сегодня просто восхитительна, — без энтузиазма в голосе согласился он.

— Тебе не нравится? — проницательно заметила Нарцисса

— Нет, — покачал головой Стивен. — Слишком откровенно. Я люблю давать волю воображению. Её прежний стиль мне нравился больше, он гораздо изысканней.

А про себя подумал: «А это стиль уличной девки, пытающейся себя выгодно продать».

— Мне тоже, — с вздохом заметила Нарцисса. — Но Лиззи не хочет слушать моих советов. Надеюсь, она не впутается сегодня в неприятности из-за своего наряда.

— Вряд ли, — успокоил её Стивен. — Мы же в школе, какие здесь могут быть неприятности!

Нарцисса снова ему улыбнулась. И тут увидела вернувшегося Сириуса. Тот подмигнул ей. Скрывшись за ширмой, он поменял кассету и громко объявил:

— Белый танец, дамы приглашают кавалеров! Но сначала предоставим право первого выбора и танца виновнице сегодняшнего торжества!

Зазвучала красивая медленная мелодия, Джеймс, спокойно стоявший у стены, встрепенулся и с надеждой посмотрел на Нарциссу. Но его мимолетной надежде было не суждено сбыться, так как раз приглашала своего парня на первый танец. Пара вышла на быстро освободившуюся середину комнаты. Нарцисса была грациозна, песня очень чувственна, а танец ему под стать. Сначала девушка намеревалась взять инициативу в свои руки, но с восторгом убедилась, что Стивен отлично танцует и способен на любую импровизацию. Он легко подхватил ритм танца, прежде она ощущала такую легкость в танце только со своими братьями, но Стивен приятно поразил девушку. И скоро девушка забыла о своем намерении поразить Поттера, понаблюдав за его реакцией, и просто увлеклась танцем. Опомнилась она только, когда песня закончилась, и грянули аплодисменты. Нарцисса кинула запоздалый взгляд в сторону Джеймса. Лицо того было абсолютно непроницаемым. « Жаль, я не видела выражение его лица, когда танцевала!» — но долго размышлять Стивен ей не дал, снова заиграла музыка, и они продолжили приятное занятие. Пока кроме них никого на импровизированном танцполе не было.

Диана стояла у стены и критически оценивала танец Нарциссы и Стивена. Увы, даже для успокоения самой себя, она не находила к чему придраться. Танец был безупречен. Не строго выверенные па, а отличная импровизация, но, тем не менее, обвинить Нарциссу в вульгарности не было повода. «А Стивен хорош! Кто бы мог подумать, что он умеет так танцевать! Черт бы ее побрал, эту Нарциссу! И что они все в ней находят? Да тело и лицо красивое! Но она же просто пустышка! Вон у Абрахаса челюсть чуть ли не до пола упала, стоит, поддерживает, бедняга. Обломись дорогой, ты не в её вкусе, ей нравятся вечно лохматые гриффиндорцы. Ага, вот и он голубчик, тоже челюсть рукой поддерживает, глазами ест эту вертихвостку. Смотри, не подавись, милый! Бедная Луиза! Зря стараешься, против Лили у тебя еще был бы шанс, та играет честно, а против Блек, я поставлю на Нарциссу! Эта умеет добиваться своего!» — с невольным уважением подумала она и продолжила изучать зал. «А у Дени, похоже, вообще встал, ого, вот это размерчик или он в брюки что-то засунул! Одно хорошо, Регулусу она сестра. По крайней мере, он спокойно стоит, не пожирая её глазами. Танец закончится, и я его приглашу на следующий. Жутко полезная вещь — эти белые танцы. А то стой и молча жди, пока нужный объект пригласит».

Когда песня закончилась, девушка направилась к Регулусу, стоявшему рядом с Абрахасом. Самодовольная улыбка скользнула по губам Малфоя и потухла, когда Диана пригласила Регулуса. « Снова обломись, дорогой, ты уже пройденный этап! И тратить на тебя время для меня не позволительная роскошь!» — цинично подумала она. Диана знала это абсолютно четко, ведь именно Абрахас в прошлом голу лишил её девственности. Она тогда предприняла попытку завоевать выгодного жениха, Малфой спокойно поддался на её призыв, переспал с ней, а потом спокойно объяснил, что жениться на ней не собирается. Впрочем, он предложил ей стать его, так сказать, официальной девушкой. «Спасибо, официальной подстилкой я не собираюсь становиться». Единственное, что порадовало её в этом романе, это его быстротечность и абсолютная секретность. Она, в принципе и не рассчитывала, что Малфой на ней жениться, когда начала с ним заигрывать. А что касается секса, то тут она сама виновата, не нужно пить в компании коварных красавчиков, впрочем, она была так пьяна, что и не почувствовала ничего. И вполне справедливо считала себя девственницей. Волшебница она, в конце концов, или нет? А то, что Абрахас не распространяется о своих победах направо и налево, было ей только на руку. И теперь она надеялась завоевать младшего Блека. Когда они начали танцевать, Диана поумерила свою прыть и исключила все провоцирующее-вульгарные па. Ведь Регулус это не Малфой, тут нужен более тонкий подход, да и цель у неё, чтобы он в неё влюбился, а не просто захотел переспать.

Сириус поставил музыку, которую попросила сестра, и вышел из-за ширмы. «Надеюсь, у нее хватит ума пригласить своего парня, а не Джеймса. Этим она легко спровоцирует Стивена на драку». Тот нравился Сириусу, он считал его лучшим вариантом их всех для сестры, кроме Джеймса конечно. Все-таки тот его лучший друг. Тем более Сириусу не хотелось видеть унижение Стивена. Тот был отличным парнем и искренне любил его сестру. Посмотрев на Джеймса Сириус, вновь ощутил угрызения совести.

« Я ведь так и не рассказал, откуда Лили так «удачно» узнала о месте его свидания с Линдой». После произошедшего, Сириус осторожно расспросил Аманду, откуда та все узнала. Аманда спокойно все поведала и даже отдала Сириусу злополучную записку. Тот даже не смог отличить подделку, а, услышав имя Нарциссы, тут же все понял. Белла, конечно, выполнила просьбу сестры, о ее таланте в этой области Сириус отлично знал. Первым его побуждением было рассказать другу об истинном виновнике произошедшего. Но он сдержал себя, ведь виновницей была его любимая сестра. Сириус намеревался сам поговорить с Нарциссой и «вправить ей мозги». Но тут произошла история с Анной, а потом он был так счастлив, что не хотел портить настроение и себе и сестре неприятным разговором. Тем более, что Нарцисса повела себя в этой истории как настоящий друг, да и кольцо отдала сразу. А ведь Сириус знал, что это кольцо значит для сестры. Но человек слаб, а Сириус хотел, чтобы они с Анной были счастливы. Они бы конечно и без этого артефакта были бы счастливы, но с ним будет надежней, так эгоистично решил Сириус. Тем более что Нарцисса так упряма, что и без кольца добьется Джеймса. Теперь Сириус был в этом уверен. Да и самая главная причина была опять же не этом, а в том, что сам Сириус не считал поступок Нарциссы таким уж ужасным и не заслуживающим прощения. Ведь никто не заставлял Джеймса спать с Линдой. Вообще, благополучно оправдывая себя и Нарциссу, Сириус молчал до тех пор, пока не стало поздно. Да и что изменила бы правда в такой ситуации? Только убила бы симпатию и доверие Джеймса к Нарциссе. И Сириус продолжал молчать, только на душе по-прежнему оставался неприятный осадок и ощущение собственного предательства. Но сейчас наблюдая за лучшим другом (тот в свою очередь смотрел на танцующую Нарциссу) он видел блеск в глазах друга. И если честно, то теперь Сириус искренне считал Нарциссу гораздо лучшей парой для Джеймса. Лили, по его мнению, очень красивая и добрая девушка, но слишком уж правильная, не способная на безумства и самое главное не способная их прощать. Ведь если бы она не устроила из этого такую трагедию все было бы нормально. Да, Джеймс был не прав, встречаясь с Линдой, но Лили ведь не встречалась с ним и измены как таковой не было. Джеймс признавался ей в любви, но при этом не врал ей, что Эванс единственная женщина в его жизни. Он просто молчал об отношениях с Линдой. Вообще, Сириус знал, что его рассуждения просто оправдывают Джеймса, но вставать на сторону Лили Сириус не собирался и искренне считал, что если бы та любила бы Джеймса, то простила бы его. Такие рассуждения и привели к тому, что чаше весов склонилась в сторону сестры. А насчет верности Джеймса своей следующей любимой можно было не сомневаться. Джеймс теперь четко осознал, что за мимолетное удовольствие можно дорого заплатить. Ведь не даром у него сейчас не было отношений ни с одной девушкой. Сириус вдруг усмехнулся: «Интересно кого из них двоих он дразнит?» Сам Сириус склонялся к мысли, что обеих. Он посмотрел на Эванс стоявшую рядом со Снейпом и Боунс. Та равнодушно наблюдала за танцем Стивена и Нарциссы. Пока Сириус предавался размышлениям первая песня закончилась и заиграла вторая. Анна подошла к нему и молча потянула за собой. Сириус улыбнулся любимой. Когда они вышли к середине комнаты, Сириус заметил и брата, тоже как раз вышедшего танцевать. Тот равнодушно скользнул по нему взглядом. «Даже не поздоровался!» — отметил про себя Сириус. «А впрочем, наплевать!» — и закружил Анну в страстном танце.

« Наплевать!» — подумал Джеймс, глядя, как Нарцисса танцует с Уэсингтоном и даже не смотрит на него. Первая песня закончилась, и Джеймс демонстративно перевел взгляд на вышедших танцевать Регулуса с Дианой. Диана тоже очень привлекательная девушка, но почему-то её красота ничего не затронула в сердце Джеймса. « Да и в теле тоже!» — с усмешкой отметил он. « Еще и, правда, стану импотентом!» — рассмеялся он мысленно. В этот момент Луиза тронула его за руку и кивком указала на танцующих.

— Извини, что пока не хочется. Но ты можешь пригласить кого-нибудь другого, я не возражаю! — ответил Джеймс на молчаливый призыв девушки.

— Нет, — кисло, улыбнувшись, ответила та.

«Ага, сейчас! Только я от тебя отойду, тут же налетит кто-нибудь, вроде Мелиссы Стронж. Не отцепишь её потом от тебя! Нет уж, дорогой, буду покорно стоять рядом» — Луиза мгновенно сменила кислую улыбку на очаровательную. «И ласково улыбаться. Ночь еще впереди! Ну, как же этот лифчик жмет! Надо было другой надеть, но этот же самый красивый в моем гардеробе. Даже поправить его нельзя. Ну, ничего, надеюсь, к концу вечера мои мучения с лихвой окупятся, когда Джеймс остолбенеет от моей красоты» — Луиза даже зажмурилась от предвкушения. « Дождаться бы окончания вечера. Впрочем, мы наверняка уйдем пораньше. И тебя, Джеймс, ждет бо-о-ольшой сюрприз!» Она тоже стала наблюдать за танцующими Блеками, те танцевали просто великолепно.

— Их, что учат так танцевать? — поинтересовалась она у Джеймса.

— Да, — ответил тот. — Родители специально нанимали учителя, правда, Сириус отказывался учиться с 11 лет, но и того, чему он научился раньше вполне достаточно.

— Да, он такой красивый и сексуальный, — с придыханием заметила она, надеясь на ревность Джеймса.

« Бесполезно!» — с досадой отметила она. « Вот чурбан бесчувственный!» — выругалась она про себя. «Ну, я не я буду, если ты не влюбишься в меня, а вот потом ты у меня попляшешь! Будешь делать все, что я захочу! А пока я буду ангелом! Очаровательным ангелом!!!» — и Луиза снова обольстительно улыбнулась. « Вот только этот проклятый лифчик перестал так жать!»

Празднование продолжало набирать обороты.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:11 | Сообщение # 17
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
День рождение Нарциссы. Раскрытие тайны Северуса


Лили стояла рядом с Северусом и своей лучшей подругой Алисой Боунс. Когда зазвучала третья песня, к ним подошел Гидеон Пруэтт и пригласил на танец Алису, та была симпатичной, круглолицей девушкой с красивыми карими глазами. Лили буквально подтолкнула сомневающуюся подругу к Гидеону.

— Как ты? — участливо поинтересовался Гидеон, когда они начали танцевать.

— Нормально. Фрэнк прислал письмо, слава богу, с ним все в порядке. Но я все же сильно испугалась за него, он же был на волоске от смерти. И с Фабианом тоже? Ранение ведь не серьезное?

Несколько дней назад было совершено очень дерзкое нападение пожирателей на маленький городок Кингсбари под Бирмингемом. Туда аппарировал отряд мракоборцев, но их было слишком мало и к тому времени, когда прибыло подкрепление, в живых осталось только двое: Фрэнк Лонгботтом и Фабиан Пруэтт. Несмотря на молодость, обоим было по 21 году, оба уже зарекомендовали себя как опытные бойцы.

— Им же просто повезло, что их не убили, хотя Фабиана ранили, — вдруг сказала Алиса.

— Я после школы иду учиться на мракоборца. А ты не передумала? — спросил Гидеон.

— Нет, — покачала головой Алиса. — Будем учиться вместе.

— Фабиан написал мне, что с тех пор как Министерство сократило сроки обучения до восьми месяцев, к ним приходят почти школьники.

— Да, это ужасно! — согласила Алиса. — Но Министерство было просто вынуждено пойти на такую меру, чтобы пополнить свои ряды. У него уже не хватает новых сил, нападения участились, теперь почти каждый месяц происходят атаки на магглов.

— Да, только в том отряде, почти половина совсем не давно закончили обучение. Фабиан пишет, что нам необходимо обучаться боевой магии уже сейчас. Чем больше мы знаем, тем больше шансов выжить, — Гидеон высказал не все, что было у него на душе, чтобы не пугать Алису. Ведь брат написал ему подробности боя. Именно на более опытных мракоборцев и были направлены все силы пожирателей при нападении. И Фрэнка спас парень из его отряда, он просто принял на себя, направленную на того аваду. Фабиан также написал ему правду, если бы вовремя не прибыло подкрепление, то и их с Фрэнком не было бы в живых. И тогда же, мракоборцы приняли решение в дальнейшем тоже пользоваться масками.

— Да, — согласилась Алиса. — Нужно тренироваться уже сейчас.

— Может, начнем,— мрачно пошутил Гидеон. — Пойдем, вызовем Малфоя с дружками на магическую дуэль и потренируемся. Он же законченный пожирателей, хоть этому и нет доказательств. Как же я ненавижу пожирателей! Убивать беззащитных людей, только потому, что они простые магглы.

— Нет, — ответила Алиса. — Это просто глупо, нас исключат из школы и будут правы. Малфой пока всего лишь школьник. Вот если мы встретимся с ним на «поле боя», то совсем другое дело.

— Женщинам не место на «поле боя», — мрачно заметил Гидеон.

— Может быть, — согласилась Алиса. — Но я не собираюсь всю войну отсиживаться где-нибудь в Министерстве. Я буду рядом с Френком.

— А твой жених всегда в гуще событий! Ты не боишься? — спросил он.

— Боюсь, — тихо призналась Алиса. — Но если все будут отсиживаться в безопасных местах, то кто будет защищать бедных магглов? Я гораздо больше боюсь остаться без Френка. А ты боишься?

— Нет, я же мужчина — гордо вскинул голову Гидеон. Но тут же признался под недоверчивым взглядом подруги. — Немного, совсем чуть-чуть. Но я предпочитаю просто жить и не думать о плохом. Но если мне все же придется умереть, то я постараюсь, — глаза его сверкнули, — захватить с собой как можно больше пожирателей.

Все это прозвучало немного пафосно, но все же Алиса восхищенно смотрела на друга и завидовала его решимости.

— Да, но, сколько из нас доживет до конца войны? — она окинула кабинет, полный танцующих, веселых людей. — Тебе этот праздник не напоминает пир во время чумы?

— Нет, я лично считаю, что нужно просто жить и наслаждаться каждой минутой. Ведь никто не знает, что его ждет завтра. Я вот, например, умирать не собираюсь! — заявил он. — У меня большие планы на будущее!

— Какие? — Алиса не могла не улыбнуться столь заразительному оптимизму Гидеона.

— Жениться и родить парочку ребятишек. А то наш род пока продолжает только старшая сестра. Может, поможешь мне невесту подобрать?

— Невесту? Надо подумать. Диана Альдебур подойдет? — она головой указала на танцующую неподалеку красавицу.

Гидеон покорно повернул голову в сторону Дианы.

— Нет, — отрицательно покачал он головой. — Слишком красивая, такая будет весь день любоваться собой.

— А тебе надо, чтобы тобой?

— Да, я разве не достаточно красив для этого?

— Достаточно, — согласилась Алиса и лукаво добавила. — А главное, очень скромен. Если ты не хочешь, чтобы жена затмевала тебя своей красотой то тебе подойдет Мелинда Уилоби.

Гидеон аж поперхнулся от её слов и отчаянно замотал головой.

— Ни за что! Я хочу, чтобы у нас были красивые дети, а с этой! — он скорчил выразительную физиономию.

— Зато они будут очень умные, ну прям, как мама и папа, — Мелинда была семикурсницей с Когтеврана и отличалась весьма своеобразной внешностью. — И она будет любить только тебя вечно и преданно.

— Нет, я лучше сам кого-нибудь подыщу! — ответил Гидеон, а про себя порадовался, что ему все же удалось отвлечь Алису от мрачных мыслей.

* * *
— Надеюсь, танцуя, Алиса хоть немного отвлечется от своих мрачных мыслей!

— Вряд ли это поможет. У неё на лице написаны все её переживания. Она по-прежнему собирается идти в мракоборцы? — спросил Северус.

— Да. Но то, что произошло просто ужасно. Убили почти всех! Слава богу, хоть Фрэнк и Фабиан выжили.

— Сами виноваты! — буркнул Северус.

— Что? — Лили не поверила собственным ушам.— Что ты такое говоришь? Их всех убили и они сами виноваты?

— Я имел в виду Министерство! Что может дать восемь месяцев учебы, да еще и после Хогвартса!

— А что плохого в школьной программе?

— Ничего плохого там нет, для мирной жизни. Но сейчас не мешало бы ввести уроки по боевой магии, увеличить количество и качество занятий по защите от Темных искусств. Ведь вчерашние школьники не могут толком защитить себя.

— Но ведь и будущих пожирателей тоже будут обучать!

— Поверь мне, Лили, пожирателей и без того обучают всему необходимому. И обучают их не защитным заклинаниям, а нападающим. К тому же есть обязательное условие для вступления в ряды пожирателей. Надо убить маггла, как минимум одного.

— Зачем? — ошарашено спросила Лили.

— Чтобы доказать свою преданность Темному лорду, а заодно и отрезать себе пути к отступлению. Ведь если ты убил человека, вряд ли даже захотев вернуться к нормальной жизни, ты выйдешь сухим из воды.

— Ты хочешь сказать, что любой пожиратель смерти обязательно убийца? Ведь их так много!

— Много «пушечного мяса». Этим вообще ничего не надо уметь или доказывать, сразу в бой. Даже если и умрут, никто не заплачет. А вот любой приближенный к Темному лорду проходит через этот обряд. Без этого дальше низшего звена у него и не продвинешься.

— И ты тоже должен был его пройти? — глядя ему прямо в глаза, спросила Лили.

Северус, не отводя своего взгляда, кивнул.

— Тогда я еще больше рада, что ты не стал пожирателем. Ты ведь им не станешь? — Она продолжала смотреть ему прямо в глаза.

— Между тобой и Темным лордом, я выбираю тебя! — успокоил он её.

Но Лили это не успокоило:

— А если я порву с тобой, ты переметнешься на темную сторону? И станешь хладнокровным убийцей? Да? — она настойчиво требовала ответа.

— Нет, — покачал головой Северус. — Ты вольна в своем выборе! Я неправильно выразился: между Волан-де-Мортом и твоей дружбой я выбрал твою дружбу. И если ты не захочешь большего, то я просто останусь твоим другом навсегда, — он нашел верные слова, напрягшая, было, Лили успокоилась и расслабилась. И вдруг поинтересовалась:

— Уже пятая песня играет, а ты до сих пор не пригласил меня танцевать!

Северус тут же смутился и опустил глаза:

— Я не умею танцевать, — виновато пояснил он. — Не только так как Блек и Уэсингтон, вообще никак не умею. Я ни разу в жизни не танцевал. Но если ты хочешь потанцевать, то можешь пригласить кого-нибудь другого. А я постою здесь.

Лили улыбнулась ему и покачала головой:

— Я не хочу танцевать с другим. Давай лучше я тебя научу.

— Здесь? — у Северуса округлились глаза. — Ни за что! — твердо сказал он. — Не хочу, чтобы все видели, как я оттаптываю тебе ноги, при этом неуклюже выплясывая. Поттер потом долго будет смеяться надо мной, — он посмотрел в сторону танцующегося Джеймса и Луизу.

— Он и сам не так уж хорошо и танцует, — спокойно заметила Лили. — А вот Луиза, что она вообще думает…

Не успела девушка продолжить, как вдруг Северус автоматически ответил на её, казалось бы, заданный вопрос:

— Ей бюстгальтер жмет, и она не может его поправить на глазах у всех.

-…, заявиться сюда в таком виде? — закончила Лили одновременно с Северусом.

И тут до неё дошло, что тот сказал, и у неё округлились глаза:

— Что? Откуда ты? О боже, — ахнула она. — Ты читаешь её мысли?

— Нет, — покачал головой Северус, но было уже поздно.

— Читаешь! — уже утвердительно сказала Лили. — Я вспомнила, ты еще на четвертом курсе начал усердно интересоваться легилименцией. А также, как ты еще на пятом курсе радовался, что тебе удалось прочитать мысли какого-то первокурсника. И многого ты достиг в легилименции за это время? — Лили снова требовательно смотрела на него.

Любого другого человека Северус тут же отшил или соврал что-нибудь, но ей не стал:

— Многого, я могу проникнуть в мысли почти любого из присутствующих, и он этого даже не почувствует.

В глазах Лили промелькнуло восхищение, которое тут же сменилось страхом и отвращением:

— Ты и мои мысли читаешь?

— Нет, — ответил Северус.

— Почему нет? Ты же прочел мысли Луизы? Чем я лучше её?

— Я предпочитаю не проникать в мысли другого человека без особой нужды. Поверь, ничего интересного там нет. И потом это же не книга, захотел — прочел. Это особое искусство. А насчет тебя? Ты думаешь, мне доставило бы удовольствие их знание? Особенно одной, той, что все время вертится в твоих глазах! Её я и без легилименции отлично понимаю!

— Что ты имеешь в виду? — занервничала Лили, она не ожидала такого отпора от Северуса.

— Поттер! Ты же любишь его, — просто ответил тот.

— С чего ты взял? Да я его терпеть не могу, — начала, было, Лили, но тут же замолчала под уверенным взглядом Снейпа.

— Не лги мне, и, главное, не лги самой себе!

Лили опустила глаза.

— Почему ты его не простила? Зачем весь этот фарс? — устало спросил Северус.

— Не могу! То есть я могу его простить, но верить больше никогда не смогу. Поттер обманул мои ожидания уже один раз. Предавший раз — предаст и второй раз!

— Расхожая фраза! — поморщился Северус. — И не всегда правдивая. Во всяком случае, в данной ситуации. Если бы ты встречалась с Поттером, а тот переспал бы в это время с Линдой, вот это было бы предательством.

— Он мне врал! — сверкнула глазами Лили. — Каждое утро он говорил мне, как он меня любит, а сам в это время спал с другой. И я не уверена, что Линда была единственной, просто именно с ней он попался. И вообще, с какой стати ты его защищаешь? Разве наша ссора не в твоих интересах?

— Не в моих! — резко ответил Северус. — Или ты думаешь, мне приятно осознавать, что любимая девушка встречается со мной просто, чтобы отомстить другому? — Северус вдруг повернулся и ринулся прочь из кабинета. Лили на минуту застыла на месте, а потом кинулась следом. Догнав Снейпа уже в коридоре, она схватила его за руку и остановила:

— Нет уж! Давай договорим!

— О чем нам еще разговаривать? — мрачно спросил Северус.

— Ты прав! — призналась Лили. — Я все еще люблю Джеймса, но ты не прав, что единственная причина, по которой я с тобой встречаюсь, это месть. Поверь, я бы ни за что не стала бы использовать твои чувства… — Лили замолчала, а потом решительно продолжила. — Ты мне тоже очень нравишься. Мне легко и спокойно с тобой. А когда ты меня целуешь, я забываю обо всем на свете, и о Джеймсе тоже. Вы оба дороги мне сейчас, но чем больше времени я провожу с тобой, тем сильней мое чувство к тебе. Я не могу уверенно назвать его любовью, это было бы ложью. Но симпатия с каждым днем все сильней, — она замолчала и опустила голову.

— И что же теперь? — спросил её Северус.

— Я бы хотела по-прежнему встречаться с тобой. Если ты не против, конечно, — торопливо заметила она. — Ты согласен еще немного потерпеть? Ведь симпатия и дружба часто перерастают в любовь.

— А если не перерастет? — дрогнувшим голосом спросил Северус.

— Перерастет, — уверенно ответила Лили. — Когда ты сейчас ушел, я вдруг поняла, как ты важен для меня. И что ты значишь для моей жизни. Я поняла, что не хочу снова потерять не только твою дружбу, но и твою любовь. Только не обижайся на меня, но ты должен знать еще одну вещь. Я хочу выйти замуж девственницей!

Северус удивленно расширил глаза:

— Зачем ты мне ЭТО говоришь?

— Затем, что если ты захочешь со мной переспать, то сначала должен будешь жениться на мне. Это очень глупо и старомодно, я знаю, но…. Впрочем, как хочешь! — она повернулась, чтобы уйти.

«Ну, уж нет!» — подумал Северус и, шагнув к ней, обнял девушку.

— Я согласен, — прошептал он ей на ухо. — А на поцелуи запрета нет?

— Нет, — обрадовано подтвердила Лили и первая потянулась к его губам. Пара слилась в сладком поцелуе.

Но тут Лили отстранилась от него:

— Мы не договорили по поводу окклюменции?

— Я обещаю, что больше никогда не буду проникать в твои мысли! — пообещал ей Северус. — Если хочешь, то могу дать непреложный обет.

— Не надо, — покачала Лили головой. — Я и так тебе верю.

В это время в коридор вывалилась какая-то парочка и, глупо хихикая, прошествовала мимо них.

— Вернемся! — предложил Северус.

— Да, — согласилась Лили. — А мысли Поттера тебе тоже доступны?

— Нет, — честно ответил тот. — Мысли Мародеров мне не доступны, даже не понимаю почему!

— Значит, Луизе бюстгальтер жмет, — Лили вдруг усмехнулась. — А о чем она еще думает?

— Думала, — поправил её Северус. — Что она думает сейчас, я не знаю. Она хочет сегодня переспать с Джеймсом, — неожиданно резко закончил он, явно ожидая её реакцию.

— Ну, удачи ей! — спокойно ответила Лили.

— Тебя это не волнует? — поинтересовался Северус.

— Немного, — честно ответила она. — Но чем раньше Джеймс начнет открыто с кем-то встречаться, тем быстрее я его забуду.

«Надеюсь!» — подумал Северус.

— Значит, ты наотрез отказываешься учиться танцевать? — спросила Лили, когда они вернулись в кабинет.

— Здесь, да! — категорично ответил Северус.

— Но учти, я все равно не отстану от тебя, пока не научу танцевать хотя бы один танец,— пошутила Лили.

В этот момент они увидели, как столкнулись две танцующие пары: Алиса с Гидеоном и Эдвард Флинт со своей девушкой. Флинт тут же что-то сказал и расхохотался, а Алиса расплакалась и убежала. Гидеон вытащил волшебную палочку и направил её на Флинта. Северус и Лили поспешили к ним. Парень на ходу вытаскивал палочку, но его помощь не потребовалась. Рядом с Флинтом уже материализовался Абрахас Малфой. Он что-то тихо сказал тому, и Эдвард покорно опустил палочку. Абрахас повелительно посмотрел ему в глаза и подошедшие Северус и Лили тоже услышали слова Флинта:

— Я извиняюсь перед тобой и мисс Боунс! Виноват, был не прав, исправлюсь! — дурашливо закончил он. Но никто из присутствующих даже не улыбнулся.

— Мне не нужны твои извинения! — запальчиво начал Гидеон, но рядом с ним уже стоял Сириус. Он, покачав головой, тихо сказал: «Не надо, он этого не стоит!»

— Ладно, — Гидеон сердито сверкнул глазами. — Но мы с тобой еще поговорим! — кинул он Флинту напоследок.

— Жду — не дождусь! — презрительно ответил тот, и конфликт был исчерпан.

Вновь заиграла музыка, присутствующие вновь занялись друг другом и перестали обращать внимание на поссорившихся, которые, впрочем, тут же ушли.

— Спасибо, — поблагодарила Нарцисса Абрахаса.

— Не за что! Это же твой праздник! — он тепло улыбнулся ей и вдруг пригласил. — Давай потанцуем!

Нарцисса согласилась, извиняющее посмотрев на Стивена, и пара закружилась в танце.

За ней пристально наблюдали две пары глаз. Первая принадлежала Стивену. Как ни странно он совершенно не ревновал Нарциссу к Малфою, потому что точно знал, что та равнодушна к этому слизеринцу. Он автоматически следил за парой глазами, мысли его были заняты предстоящим соблазнением.

В этот момент Северус уже вместе с Лили возвращавшийся на свое место, вдруг остановился, как будто его что-то толкнуло. Повернувшись, он застыл на месте, пристально глядя на Стивена. Лили, обнаружив, что он отстал, вернулась за ним и мягко тронула его за руку.

— Заснул? — пошутила она.

— Вроде того! — ответил он, а про себя подумал: «Кто бы мог подумать! А ведь с виду тихоня и паинька! Предупредить Нарциссу?» — он посмотрел на танцующую подругу. Шанс сказать ей, конечно, был, но еще раз взглянув на Стивена, Северус принял другое решение и усмехнулся. Направив в сторону Нарциссы волшебную палочку, которую он все еще держал в правой руке, Северус про себя произнес всего лишь два слова. Никто в толпе не заметил выскользнувшей из его палочки золотой искорки. Никто, кроме Лили. Когда он, наконец, повернулся к своей спутнице, то обнаружил, что та с интересом наблюдает за его действиями.

— И что это сделал? — прищурила зеленые глаза Лили.

— Ничего особенного, так маленький сюрприз для некого, очень ретивого человека, — Северус принял притворно невинный вид, но Лили ему редко удавалось провести.

— У тебя точно такой вид бывал в те часы, когда ты подстраивал мародерам какую-нибудь гадость. Точь-в-точь. Рассказывай, что ты сделал? — настойчиво потребовала Лили.

— Потом, — серьезно ответил Северус. — А сейчас, я думаю, что нам лучше найти Алису и успокоить её. Этот придурок довел её до слез.

— Да, — виновато спохватилась Лили и потащила Северуса к выходу. Но тут же добавила. — И не мечтай, что я забуду, как только утешу Алису, мы вернемся к этому разговору.

Северус согласно усмехнулся, решая про себя, сколько поцелуев он потребует с девушки за открытие секрета.

А Нарцисса и Абрахас тем временем продолжали танцевать, ведя очень занимательную беседу…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:11 | Сообщение # 18
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Вечеринка продолжается


Сначала Северус и Лили направились к гостиной Гриффиндора, парень остался у входа, а девушка поднялась в свою спальню и обнаружила там плачущую Алису.

— Что Флинт тебе сказал? — спросила Лили подругу, после того как та, наконец, перестала горько плакать.

— Что я с успехом наставляю рога своему жениху-идиоту, который даже не смог защитить своих подчиненных. Мол, правильно, развлекайся, пока можешь!

— Придурок! — с чувством выругалась Лили. — Алиса, ну зачем ты принимаешь близко к сердцу его слова! Он же назло так сказал, просто чтобы испортить тебе настроение!

— А если и Фрэнк так подумает, когда узнает, что я развлекалась на вечеринке у Слизнорта?

— А Фрэнк знает, вчера он прислал мне письмо с просьбой вытащить тебя куда-нибудь, чтобы отвлечь от мрачных мыслей. Поэтому я так и настаивала, чтобы ты пошла со мной.

— Правда? — недоверчиво спросила Алиса.

— Я когда-нибудь тебе врала? — приняв суровый вид, спросила Лили.

— Ну, ты не сказала мне, что Фрэнк пишет тебе письма, — задумчиво протянула Алиса.

— Это не вранье! — возмутилась Лили. — Фрэнк просил не рассказывать, а просто отвлечь тебя. Так что утри слезы, а этот Флинт у меня еще попляшет! — глаза Лили торжествующе засверкали.

— Не надо, тебя еще накажут, — испуганно сказала Алиса.

— Меня не пугает наказание, Флинт должен ответить за свой поступок! У меня есть одно зелье, мы его с Северусом недавно придумали, то есть у нас получилось совсем не то что мы ожидали, но эффект просто потрясающий. Пара капель в его завтрак и этот Флинт долго будет помнить «свою шутку».

— Не надо, — покачала головой Алиса. — Фрэнк пишет, что нам лучше избегать конфликтов в школе. Забудь о нем! — она обняла Лили. — Спасибо, что пыталась меня отвлечь!

Лили ответила на её объятие, крепко обняв Алису. И потом произнесла:

— Я так горжусь тобой! Ты такая сильная и смелая. В такое время идти работать мракоборцем.

— Нет, на самом деле я отчаянно трушу. Но мы не всегда делаем только то, что хотим. Только ты никому, особенно Фрэнку, не рассказывай о том, что я тебе так сказала. А то он и так не хочет, чтобы я шла учиться на мракоборца. Ладно, я в душ и спать. Сегодня был трудный день. А ты возвращайся, ведь тебя наверняка ждет Северус.

— Да, ждет. Мы с ним сегодня откровенно поговорили. Я рассказала ему всю правду о своих чувствах, — поделилась Лили с подругой.

— И что он ответил? — спросила Алиса.

— Что готов подождать пока мои чувства к нему не изменятся. И мне стало страшно. А вдруг я не смогу забыть Джеймса и зря обнадежила Северуса?

Уже вставшая Алиса снова присела рядом с подругой:

— Не знаю. Но вы с ним кажетесь мне очень красивой, гармоничной парой. Он подходит тебе больше чем взбалмошный Поттер.

— Ты же говорила, что мне лучше простить Джеймса?

— Говорила!— подтвердила Алиса. — Но Северус тоже хороший парень и при этом более ответственный, чем Джеймс. Он так тебя любит. «Тем более что Поттер сегодня глаз не сводил с Нарциссы Блек, даже не обращая внимания на висевшую на его руке Луизу!» — подумала Алиса, но вслух ничего не сказала. Зачем причинять подруге лишнюю боль, особенно если учесть, как решительно та настроена забыть Джеймса.

Алиса отправилась в душ, а Лили вернулась к портрету Полной дамы, к ожидающему её Снейпу.

— Как она? — сразу спросил тот.

— Расстроилась, но я вроде бы смогла её успокоить. Знаешь, Северус, я тут подумала, а может подлить Флинту пару капель того зелья, что у нас получилось при последнем опыте?

— Хочешь отомстить? — поинтересовался тот.

Лили просто кивнула, она знала, что Северус не станет комментировать и подкалывать, а просто поможет ей.

— Ты мне поможешь? — с надеждой спросила она.

— Помочь могу, но ведь это не Флинт главный виновник.

— А кто? — удивилась Лили.

— Малфой, — коротко ответил Снейп.

— Но он наоборот вступился за Алису, я даже удивилась его благородству.

— Вот именно! С чего бы ему так благородно и демонстративно вставать между гриффиндорцем и слизеринцем? Тем более что Флинт его приятель.

— Но зачем он это сделала? — спросила Лили и тут же сама ответила на свой вопрос. — Чтобы произвести впечатление на Нарциссу! Да?

Теперь уже Северус согласно кивнул.

— А она знает? Ты ей расскажешь? — с интересом спросила Лили.

— Думаю, она и сама догадалась, Нарцисса достаточно умна для этого.

— Я тоже умная, — с некоторой долей ревности произнесла Лили. — Но я же не догадалась!

— Ты просто плохо знаешь Малфоя. И слишком привыкла видеть в людях только хорошее, чтобы заподозрить что-то, — примиряющее сказал Северус и притянул Лили к себе. Та прижалась к нему, и Северус с наслаждением вдохнул запах её волос. — Так что подливать Флинту зелье завтра?

— Не надо! Если он всего лишь пешка в руках Малфоя, то не стоит, — руки Лили тем временем заскользили по спине парня.

— Лили, ты меня провоцируешь? — хрипло спросил Северус, забывая о теме разговора.

— Нет, я тебя просто дразню! — насмешливо ответила Лили.

— Может, продолжим, но не в коридоре?

— Продолжим, только ты сначала расскажешь мне, что ты сделал с Нарциссой. Палочка ведь на неё была направлена или я ошибаюсь?

— Одним поцелуем ты у меня не отделаешься! — грозным голосом пошутил Северус и увлек девушку в какой-то кабинет.

Лили, смеясь, последовала за ним, но все же предупредила:

— Только поцелуи, Северус.

— Как получится, — рассмеялся Северус, запирая за ними дверь заклинанием. — Это ведь очень серьезная тайна и она так дорого стоит!

* * *
— Нарцисса, ты такая красивая! — Абрахас смотрел ей прямо в глаза. — Я готов кинуть мир к твоим ногам, только за одну благосклонную улыбку!

«Красиво поет!» — поморщилась про себя Нарцисса, но, уже давно привыкнув к восхищенным взглядам и комплиментам, она не принимала их всерьез. Ведь это всего лишь слова, хоть и красивые.

— Спасибо, — с притворной скромностью ответила она. — Не нужно.

«Все равно весь мир тебе не по карману!» — цинично подумала она.

Они продолжали танцевать, а Абрахас продолжал говорить комплименты. Он не умолкал ни на минуту, говоря комплименты, изысканные и не очень. Причем повторений не было.

«Наверно, книжку выучил!» — усмехнулась про себя Нарцисса. «Вроде той, что я в шутку в прошлом году подарила Регулусу. «Как завоевать девушку. Советы опытного сердцееда». Вон как строчит, даже не прервется».

Увы, комплименты призванные завоевать её расположение, лишь усилили неприязнь девушки, и вдруг она его перебила:

— А глаза мои как звезды, что освещают путь одинокого странника, коим являешься ты! Так?

— Да! — ошарашено подтвердил Абрахас.

— Ты выучил комплименты из той книги, что я подарила брату? — насмешливо спросила Нарцисса.

— Нет! — тут же запротестовал Малфой.

Нарцисса недоверчиво покачала головой и прицыкнула языком:

— Ну ладно, комплименты ты сам придумал! А Флинта зачем подговорил?

— Я его не подговаривал! — возмутился Абрахас.

— Конечно, не подговаривал, ты просто приказал, а он не посмел ослушаться. А почему Алиса?

— Её сейчас можно до слез довести одной фразой, да и Пруэтт горяч, любит нарываться на неприятности.

— Ну да, Анна и Эванс отпадали, ты даже под страхом смерти не стал бы заступаться за магглорожденных! Смысл-то был в том, чтобы меня поразило твое благородное заступничество за беззащитных гриффиндорцев.

— Ну, они не такие уж и беззащитные. Если бы началась драка, неизвестно кто бы победил Флинт или Пруэтт. Оба парни не промах. А что меня выдало?

«То, что я видела, как ты что-то говорил Флинту час назад, а тот покорно кивал головой» — подумала Нарцисса, а вслух ответила:

— Флинт плохой актер, да и ты не смотришься в роли благородного защитника, — с почти физическим наслаждением добавила она, с удовольствием наблюдая за вытянувшимся лицом Малфоя.

Тот нахмурился:

— Ну почему, Нарцисса? Почему ты не отвечаешь на мои чувства? Я из кожи вон лезу, чтобы завоевать тебя. А ты ведешь себя так равнодушно и холодно.

— Абрахас, а тебе не приходило в голову, что ты потому и хочешь меня завоевать, что я единственная девушка, которая после того, как ты обратил на нее свое благосклонное внимание, не завизжала от восторга и не бросилась в твои объятия. Уверяю тебя, если бы я ответила на твои чувства, ты бы быстро потерял ко мне интерес.

— Не потерял бы! — горячо заверил её Малфой.

— Ладно, это бесполезный разговор. Я все равно никогда не буду твоей! Тебе придется с этим смириться и все.

— А если я убью Стивена? — с угрозой в голосе спросил Малфой.

— Значит, мне придется найти себе другого парня, а ты сядешь в Азкабан, — равнодушно ответила девушка, ей уже надоел этот бесполезный разговор.

— Тебя совсем не волнует его судьба? — удивился Малфой.

— О боже, Абрахас, — не выдержала Нарцисса. — А ты чего ждал? Что я упаду к твоим ногам из-за одной только угрозы моему парню?

— Ты мне не веришь?

— Верю! Ты вполне способен хладнокровно избавиться от мешающего тебе человека. Только я не отношусь к людям, позволяющим себя шантажировать. И я не менее хладнокровно расправлюсь с тобой, если ты причинишь боль кому-то из моих близких, — глаза девушки сверкнули, черты лица заледенели, и живое лицо за одно мгновение превратилось в красивую, ледяную маску. Малфою даже показалось, что пахнуло ледяным холодом. — И поверь мне, я не буду связываться с судом или кого-то просить о помощи. Я постараюсь сама с тобой разобраться. Даже если на это уйдет время. Терпение — одна из моих добродетелей.

— А ты та еще штучка! — восхищенно воскликнул Малфой. Тирада Нарциссы не произвела на него впечатления, он был слишком уверен в своей безнаказанности.

— Да, — согласилась Нарцисса, не имея ни малейшего желания убеждать не поверившего в серьезность её заявления, Малфоя.

— Ты поэтому мне и нравишься! Мы с тобой похожи. Оба решительны и упрямы, и пойдем на все, чтобы получить желаемое!

— Ни на все! — хладнокровно заметила девушка. — Я никогда не опущусь до банального шантажа, чтобы завоевать чью-то любовь.

— Я пошутил, — попытался оправдаться Абрахас. Тут песня закончилась, и он предложил. — Потанцуем еще?

— Нет, — ответила Нарцисса. — Ты просил всего один танец. Мы и так уже протанцевали два. Я устала.

Малфой промолчал и отвел её к Стивену.

— Спасибо за танец, — сказал он и, повернувшись, тут же направился к выходу.

Нарцисса спокойно улыбнулась Стивену и совсем не обратила внимание, как вслед за Малфоем, ушла и Лиззи.

В этот момент часы пробили одиннадцать. Нарцисса незаметно осмотрела кабинет и сердце её сжалось, Джеймса и Луизы не было.

«Они так рано ушли! Может они за ширмой?» — с надеждой подумала она и сказала Стивену:

— Я пить хочу! Пойду, принесу.

— Я сам принесу. Я же мужчина, — и Стивен направился за ширму. Нарциссе оставалось только смириться. Тут к ней подошла Анна и Нарцисса, заговорив с ней, не видела, что сделал Стивен.

Зайдя за ширму, он попросил Питера, исполняющего роль бармена.

— Мне один коктейль для девушки и огневиски для меня! Есть?

— У нас есть все! — с гордостью ответил тот. И ловко налил в один бокал коктейль для Нарциссы, а во второй огневиски. — Держи! Отличная вечеринка! — заметил он.

— Да. Вы с Сириусом молодцы и бар и музыку организовали, — ответил Стивен, улыбнувшись. Тут ему повезло, к импровизированной стойке подошла Диана Альдебур и попросила:

— Огневиски!

Питер занялся ей и совсем не обратил внимания, как Стивен быстро отлил в коктейль Нарциссы часть огневиски из своего бокала. У него самого осталось почти на донышке.

Стивен посмотрел по сторонам, Питер как раз подавал Диане бокал с таким же слабым коктейлем, как у Нарциссы.

— Девушкам огневиски не положено, — мягко сказал он.

«Никто не видел» — решил Стивен и пошел к своей девушке.

«Старый и примитивный способ» — подумала Диана, она краем глаза уловила какое-то движение Стивена и, посмотрев назад, увидела, что в бокале парня почти ничего не осталось. Но бежать и предупреждать Нарциссу, Диана не собиралась. Сейчас она была слишком зла на весь белый свет. Её грандиозный план по завоеванию Регулуса с треском провалился. Тот сначала отделывался односложными предложениями, а когда Диана вышла по необходимости, вообще исчез. «Сукин сын!» — внутри Дианы все горело и требовало причинить кому-то такую же боль, что испытывала она. «Теперь еще и одной придется возвращаться!» — со злостью подумала она. «Все слизеринцы уже ушли. Даже Лиззи почему-то не стала её ждать, а просто испарилась. Точь-в-точь, как и Регулус».

— Девушкам огневиски не положено, — повторил Питер, когда Диана, наконец, соизволила обратить на него внимание.

— Это почему? — возмутилась та.

— Оно слишком крепкое для вас.

— Я уже взрослая и сама решаю, что мне можно, а что нельзя! Наливай! — почти приказала она.

Питер отрицательно покачал головой.

— Как тебе праздник? Ах, да, ты же его совсем и не видел. Просидел весь вечер здесь, как слуга! Хорошо же с тобой обращаются твои друзья. Заставили всю вечеринку просидеть в этом идиотском баре. Ты же даже и не танцевал?

— Нет, но не потому, что не было возможности, я просто не умею танцевать, — тут Питер понял, что оправдывается перед Дианой, и замолчал.

— Ага, рассказывай. Знаешь, как тебя все называют? — разозленная девушка, найдя безобидный объект, решила излить на него всю свою злость и разочарование. — Подпевала мародеров. Ты же у них на побегушках, что-то вроде комнатной собачки, бесплатного слуги, подай-принеси. Почему это тебе досталась почетная должность разливать выпивку? Да потому что никто из них не согласился на неё. Что скажешь ни так? Ты просто ничтожество!

— Нет, — спокойно ответил Питер, только желваки на щеках напряглись. — Я сам сюда попросился. А вот ты кажется просто не в настроении? Может тебе лучше пойти спать?

— Что не нравится слушать правду про себя? — усмехнулась Диана.

— Правду, — повторил Питер. — Правду от неудачницы, которая не смогла завоевать богатенького женишка и теперь срывается на беззащитном человеке. Знаешь, Регулус абсолютно прав, что не поддался на твои «чары»! Красивая, но абсолютно пустая кукла. И при этом еще жестокая! Зачем ты кому-то нужна? Только трахнуть по пьяни, как Малфой, а потом выбросить, как использованную тряпку. А кому ты потом, когда твоя красота увянет, будешь нужна? Никому! Вот, и бесишься!

Диана, не ожидавшая от Петтигрю такого отпора, даже рот открыла от удивления. Больше всего её поразило, что этот всегда неприметный, словно мышь, парень знает о Малфое.

— Интересно, откуда ты знаешь про Малфоя? — спросила она, нашаривая палочку, но тут же вспоминая, что в этом платье её некуда было приткнуть, и она оставила волшебную палочку в спальне.

— Я много чего знаю! — усмехнулся Питер. Он уже сожалел, что не сдержался и выдал свои знания.

— И я не уйду отсюда, пока ты мне не расскажешь! — упрямо заявила Диана и, спохватившись, тут же добавила. — И пока ты не извинишься передо мной.

— С чего это мне извиняться за ПРАВДУ? — Питер с наслаждением произнес это слово. — Или тебе не нравится слушать правду про себя? — ехидно передразнил он Диану.

Та пристально смотрела на него, а потом вдруг выплеснула Питеру в лицо коктейль, который даже не успела отпить и убежала.

Питер, грустно усмехнувшись, вытер лицо полотенцем.

«Зря я все же не сдержался! А с другой стороны, чего это я должен молча сносить унижения? Надоело уже». Питеру пришлось признать, что доля правды в словах Дианы есть и очень большая, если не вся. Ведь никому из Мародеров и в голову не пришло заменить его в баре, Сириус понятно, он «работал» ди-джеем. А вот Римус или Джеймс могли бы заменить его хотя бы на полчаса. «А я сейчас сам их попрошу заменить меня». Он выглянул из-за ширмы, но никого из мародеров не обнаружил, только Сириус танцевал с Анной. Да и народу стало гораздо меньше. Посмотрев на часы, Питер обрадовался, время позднее еще часок и можно на боковую. Все-таки Диана была права, сидеть за стойкой одному было скучно.

Через час, когда вечеринка, наконец, закончилась, и все разошлись, Питер вместе с Анной и Сириусом расставили мебель по местам. Ну не руками конечно, а с помощью волшебства. А потом Питер в одиночестве отправился спать, Анна с Сириусом остались «навести окончательный лоск».

Поднявшись по лестнице, Питер свернул с лестницы к портрету Полной дамы и тут же увидел направленную прямо на него волшебную палочку:

— Тебе все-таки придется рассказать, откуда ты знаешь о нас с Малфоем, — холодно усмехнувшись, произнесла Диана.

Питер чуть не расхохотался, а вслух спросил:

— Иначе ты меня убьешь?

— Не убью, но заколдую так, что мало не покажется.

— А зачем тебе это? Главное, что я знаю, — и тут Питер ловким движением на мгновение отклонил палочку девушки в сторону, и когда Диана снова повернула её в сторону Питера, то на неё уже была направлена палочка Питера.

— Теперь мы в равных условиях! И я тоже умею колдовать! — усмехнулся он.

— А ты не так прост, как кажешься! — произнесла девушка и опустила свою волшебную палочку. Питер не торопился последовать её примеру. Но та уже прятала палочку в карман мантии, она успела не только сходить за палочку, но и переодеться в более удобную одежду. — Ты прав, это не имеет значения. Ты давно знаешь?

— Давно, — ответил Питер. Оба замолчали. Несколько минут они просто разглядывали друг друга. Питер увидел красивую девушку, из всех сил пытающуюся сохранить достоинство и не просить его о молчании. А Диана увидела молодого человека, за неприметностью которого скрывался ум и ловкость. Среднего роста, кажущийся полным, Питер всегда казался ей скучным и тупым подпевалой мародеров. И теперь, с удивлением поняв, что это не так, она с интересом рассматривала его.

— Я никому не сказал, и не расскажу. Можешь не волноваться. Я умею молчать, — нарушил молчание Питер.

— Спасибо, — неловко поблагодарила Диана. И также неловко добавила. — Извини, я была не права. Я беру свои слова назад.

— Хорошо, — ответил ей Питер, и оба снова замолчали.

Девушка не выдержала первой:

— А ты разве не хочешь извиниться за свои слова?

Питер коротко рассмеялся, и ответил:

— А если нет? Ты снова наставишь на меня палочку?

— Не наставлю, — ответила Диана.

— Я тоже был не прав, — подмигнул ей Питер. — Пойдем, я тебя провожу до твоего факультета.

— Пойдем, только учти, я просто извинилась, не вздумай влюбляться в меня. И не рассчитывай на что-то большее! — самоуверенно заметила она.

— А я-то уже собрался тебе предложение делать, подсчитывал сроки для помолвки и свадьбы, — пошутил Питер. И оба расхохотались, а потом направились в подземелье. — Кстати, я хотел тебя о том же предупредить, не вздумай в меня влюбляться!



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:12 | Сообщение # 19
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
День рождения Нарциссы и чем он закончился.


Лиззи вышла вслед за Абрахасом. Парень спокойно шел к лестнице. «Сегодня или никогда!» — в очередной раз повторила про себя Элизабет и решительно догнала Малфоя.

— Привет, — поздоровалась она, не зная как начать разговор.

— Виделись уже, — с усмешкой ответила Абрахас.

Лиззи смущенно замолчала, но они неумолимо приближались к Слизерину.

— Мне надо кое-что тебе сказать! — решилась она.

— Говори, — равнодушно обронил Малфой.

— Может, мы зайдем куда-нибудь? — робко предложила девушка. — Вот этот кабинет свободен. Они уже спустились в подземелье и сейчас находились как раз напротив кабинета зельеваренья. Напротив того, как раз находился дополнительный кабинет для зельеварения. Это был обычный кабинет, только гораздо меньше размерами, чем основной кабинет, тот всегда был закрыт по ночам. Там же хранились ингредиенты для зелий. А в этом кроме школьных столов и стульев ничего не было.

Зайдя, оба молчали, Лиззи набиралась храбрости для своего поступка, а Абрахас был слишком занят своими мыслями о Нарциссе. И то, что ему собиралась рассказать Элизабет, его совершенно не интересовало. Минуты три длилось молчание, а потом Малфой повернулся и направился к выходу, он не собирался зря терять время. И только тут Лиззи решилась:

— Я люблю тебя, — выпалила она.

— И что? — равнодушно поинтересовался Абрахас, глядя прямо в глаза Лиззи.

Та, не ожидавшая такой реакции на свое признание, растерялась:

— Я хочу, чтобы ты это знал!

— Я это знаю. Что дальше?

Лизи опустила голову и хотела произнести заранее приготовленную речь, но под равнодушным взглядом Малфоя смешалась и только и смогла пролепетать:

— Я люблю тебя и хочу быть с тобой!

— Замуж что ль хочешь? — насмешливо спросил Абрахас.

— Нет, то есть да! — Лизи совсем запуталась и смогла, наконец, сказать то, что заранее выучила:

— Я согласна стать твоей безо всяких условий. Пусть только сегодня. Я хочу, чтобы ты стал у меня первым. Можешь завтра не обращать на меня внимания. Я обещаю, что это будет только одна ночь, больше я тебя никогда не побеспокою. Не буду писать, настаивать на встрече. Только один раз: здесь и сейчас, без обещаний и обязательств, а потом я исчезну из твоей жизни навсегда. (Сама не зная, Элизабет почти в точности повторила слова Нарциссы, сказанные той месяцем раньше другому парню. Подруги и соседки по комнате прочитали один и тот же женский журнал с романтичной историей любви. И каждая решила последовать примеру главной героини.)

— Без обязательств? — переспросил парень. — То есть не будет обвиняющих или жалостливых воплей, вроде «Я отдала тебе самое дорогое» и прочее?

— Не будет, — прошептала Элизабет, у неё в горле пересохло от страха и какого-то сладкого предвкушения.

— Хорошо! Раздевайся! — приказал парень и снял с себя пиджак.

— Прямо здесь, — удивилась Лиззи.

— А где? Ты сама сказала: здесь и сейчас!

— Да, — Лиззи смешалась, в журнальной истории, парень согласился провести ночь с девушкой, но он отвел её в свою спальню, где, нежно лаская, лишил ту девственности, а утром признался, что всегда любил её. История закончилась счастливой свадьбой. Оправдав любимого тем, что спальня у него общая, да и она сама ему напросилась, Лиззи с любовью посмотрела на парня.

Тот, неправильно поняв её взгляд, ехидно спросил:

— Струсила?

— Нет, просто я не знаю, что мне делать и как себя вести, — доверчиво призналась она.

Абрахас поморщился: «Я научу». И посадил девушку на стол, подол её и так короткого платья он задрал вверх. Потом, расстегнув брюки, приспустил их. Взяв руку Лиззи, он положил её на свой пенис и приказал: «Ласкай его!»

Лизи от страха чуть живая, рукой просто двигала по пенису вверх-вниз, молясь про себя, чтобы он не потребовал взять член в рот. Мысль о такой возможности до смерти испугала девушку, чуть не вызвав в ней приступ тошноты.

Сам Абрахас тем временем попытался стянуть платье с плеч Лиззи, но слишком узкое платье не позволило этого, и он просто разорвал вырез, обнажив грудь девушки. И тут же принялся энергично мять грудь Лиззи. Той было очень больно, но она молча продолжала ласкать пенис Малфоя. «Хватит!» — через минуту застонал он и, придвинув Лиззи к краю стола, со всей силы вонзился в неё. Лиззи пронзила страшная боль, ощущение было такое, будто между ног вонзили раскаленный кол. Она глухо застонала и попыталась оттолкнуть парня, но тот был гораздо сильней её и продолжал энергично двигаться, не обращая внимание на слезы Лиззи, да и вообще ей показалось, что Малфой занимается любовью не с ней, а с кем-то другим. Глаза его были закрыты, волосы Лизи он намотал на пальцы и теперь удовлетворенно стонал, энергично двигаясь. Девушка снова застонала от боли, Абрахас потянулся к её губам, но не поцеловал, а укусил. Еще через минуту Лизи почувствовала, как что-то горячее излилось в неё.

Лизи закрыла глаза, ей вдруг захотелось, чтобы ничего этого не было. Чтобы Абрахас не насиловал её. Когда она открыла глаза, то увидела только спину уходившего парня. Тот слова ей ни сказал и не сделал даже попытки утешить или приласкать изнасилованную им девушку.

«Он просто ушел!» — потрясенно поняла она. «Да ему плевать на меня. Я же получила, что хотела «здесь и сейчас». Лиззи снова разрыдалась, она чувствовала себя грязной, использованной, никакого подъема, счастья и все прочего сопутствующего занятию любовью, о чем она с таким упоением читала в книгах и журналах, не было, только жесткое разочарование и страшный стыд. Лиззи сползла на пол и, свернувшись клубочком, зарыдала еще сильней. Ей было больно, но сильней физической боли была душевная. Тот прекрасный принц, которым ей всегда казался Абрахас, на деле оказался чудовищем, но винить в своем разочаровании было некого, во всем виновата только она сама. И теперь ей хотелось только одного — умереть.

* * *
А Малфой выйдя из кабинета, продолжил свой путь к Слизерину. Мелькнула мысль, как бы поступил в этой ситуации Люциус. Старший брат был для него предметом для восхищения и образцом для подражания. Он бы, пожалуй, не стал бы так грубо обращаться с Элизабет, а скорей заставил бы ту вопить от восторга. Люциус любил женщин и умел с ними обращаться, не показывая и не испытывая при этом слабость и зависимость. Единственный раз, когда Абрахас видел слабость старшего брата, был день гибели Лауры, жены Люциуса. Абрахас никогда не видел брата таким растерянным, тот напоминал маленького потерявшегося ребенка. Слава Мерлину, никто, кроме него и Беллатрисы Блек, не видел брата в таком состоянии. Впрочем, и Беллатриса не видела всего. Зато потом они вместе отомстили за смерть Лауры. Абрахас вспомнил свое первое убийство и ощущение власти, что испытал тогда. Надо признать, ему понравилось убивать, и теперь Абрахас с нетерпением ожидал окончания школы, чтобы вступить в ряды пожирателей. Уж он-то не будет тянуть с «обрядом», как Люциус. Иногда Абрахасу казалось, единственное, что сдерживало тогда брата от выполнения последнего условия, была Лаура. Ну, её убили, и теперь ничто не мешало его брату заниматься своими делами, а также занять подобающее Малфоям место в иерархии Темного лорда. Сам Абрахас надеялся занять место рядом с братом. Или даже выше. А для этого для начала надо было решить проблему со Снейпом. Неделю назад он передал Северусу просьбу Люциуса и получил решительный отказ. Тот попросил передать брату, что его жизненные планы и приоритеты поменялись, и он отказывается «сотрудничать». Абрахас не стал передать Люциусу слова Снейпа: «Зачем? Он еще передумает!» — рассудил Малфой-младший. «Или я его заставлю!» Теперь же увидев, как Снейп смотрит на грязнокровку Эванс, он точно знал, как именно заставит того передумать. «Завтра же» — лениво решил он и с наслаждением завалился спать. Перед сном у него всплыли слова Нарциссы, и мелькнула мысль, как она отреагирует на то, что он сделал с Лиззи. Впрочем, Абрахас ни сколько не сомневался в своей безнаказанности, ведь Элизабет «сама напросилась». Он же не виноват, что ей не понравилось. И парень спокойно уснул.

* * *
С вечеринки Луиза и Джеймс ушли рано, еще и половины одиннадцатого не было. Девушка, ссылаясь на усталость, попросила проводить её. Но как только они вышли за дверь, показную усталость Луизы, как рукой сняло, она весело шутила и смеялась. На шестом этаже Луиза вдруг потянула парня в сторону от лестницы, в глубь этажа.

— Зачем? — удивился Джеймс. — Нам же выше.

— Нет, нет! — таинственно улыбаясь, шептала Луиза. — Нам именно сюда. У меня для тебя сюрприз!

Открыв заклинанием дверь какого-то кабинета, она, продолжая таинственно улыбаться, пригласила парня следовать за ней.

В кабинете Луиза обняла Джеймса и начала целовать, тот не отвечал, но девушка так увлеклась, что даже не замечала этого.

— Завтра рано вставать, — тихо сказал он, когда Луиза, наконец, соизволила от него оторваться. — Пойдем, я хочу спать!

— Сейчас ты захочешь другого! — уверенно заявила Луиза. Она расстегнула и быстро сняла свою и так прозрачную блузку, с гордостью продемонстрировав злополучный бюстгальтер, впрочем, тот не долго оставался на ней. Расстегнув крючок спереди, девушка сняла и его, полностью обнажив красивую полную грудь.

-Это и есть мой сюрприз! — гордо сказала она. — Сегодня я полностью твоя и выполню любое твое желание! — Луиза ожидала, конечно, что Джеймс онемеет. «Такое счастье парню привалило!». Но тот не просто онемел, он еще и окаменел. И вовсе не собирался с восторгом бросаться к ней, чтобы заняться с ней любовью. Он просто стоял и молчал. Когда молчание стало неприлично долгим, Луиза сама подошла к Джеймсу вплотную и, положив руку на ширинку его брюк, снова попыталась поцеловать парня.

— Ну, что же ты! — с упреком прошептала девушка.

— Нет, — Джеймс вырвался из её объятий. — Извини, я не могу.

— Не можешь? — поразилась Луиза. — Почему?

— Потому что люблю другую и не хочу обманывать ни её, ни тебя.

Луиза расхохоталась:

— Джеймс, ты что серьезно, да она сама сейчас с другим трахается, а тут ей верность хранишь!

— С чего ты взяла? Она… — Джеймс вовремя замолчал.

— С того, что Лили ушла вместе со Снейпом или ты наивно полагаешь, что они там зелье варят? Ну же, Джеймс, я так хочу тебя! — она грациозно подошла к нему и, прижавшись голой грудью к его спине, обняла сзади, а рука её снова скользнула к ширинке. — Мы отлично проведем время!

Джеймс перехватил её руку и, повернувшись, твердо сказал:

— Я не могу, Луиза. Прости!

Глаза Луизы расширились от переполнявшей её злости и разочарования. Но она все же предприняла последнюю попытку соблазнить Джеймса. С быстротой молнии она метнулась к парню и впилась ему в губы горячим поцелуем. Одна её рука беспорядочно блуждала по телу Джеймса, а второй она крепко держала его голову, чтобы тот не мог уклониться от её поцелуев.

— Ну, пожалуйста! — шептала она, покрывая лицо парня горячими поцелуями.

А Джемс вдруг рассмеялся холодно и равнодушно:

— Ты не любишь отступать, да, Луиза? Я же сказал — нет! Одевайся, я провожу тебя!

Глаза Луизы вспыхнули теперь уже от злости:

— Ты — идиот! А Лили сделала абсолютно правильно, что выбрала Снейпа! Кому ты нужен, импотент несчастный! — и разъяренная девушка вылетела из кабинета полуголой, подхватив снятую одежду в руку.

Джеймс сел на один стульев. Ему нужно было успокоиться, ведь Луиза почти добилась своего, он чувствовал возбуждение. С тоской посмотрев на бугорок вставшего члена, Джеймс мысленно обругал себя;

«Надо было с ней переспать!» Но тут же вспомнил, чем закончилось его приключение с Линдой. Джеймс каким-то образом чувствовал, что мимолетный секс с Луизой, убьет зародившееся между ним и Нарциссой доверие. А ему очень не хотелось его терять. Но тут Джеймс вспомнил, что Нарцисса осталась там со Стивеном. А Уэсингтон красивый парень. «А вдруг она именно сейчас занимается с ним любовью? А я тут изображаю верного придурка!» Он представил себе Нарциссу в объятиях Стивена и застонал от нахлынувшей на него жгучей ревности. «Что же делать? Пойти спать?» — Джеймс чувствовал, что не уснет, не узнав, что происходит между Нарциссой и Стивеном. Посмотрев на наручные часы, Джеймс увидел, что уже половина двенадцатого ночи. «Скоро все разойдутся! Я дождусь Нарциссу у входа в гостиную Слизерина». Зачем ему это и что он будет делать, если девушка придет со своим парнем, Джеймс не знал, он просто торопился в подземелье, жалея только о том, что у него с собой нет мантии-невидимки. « Без неё обойдусь!» — решил парень и прибавил шагу.

Подойдя к стене, за которой находилась гостиная Слизерина, Джеймс спрятался в нишу, неподалеку. И улыбнувшись, вспомнил, как еще на первом курсе они прятались здесь с Сириусом, ожидая пока Малфой отправится на бал, чтобы порадовать того сюрпризом.

* * *
Когда Стивен вернулся с коктейлем, Нарцисса у которой в горле пересохло от волнения, залпом отпила сразу половину бокала и чуть не поперхнулась. «Не слишком ли крепко?» — мысленно улыбнулась она, но тут по телу прокатилась теплая приятная волна и девушка мгновенно забыла о своих подозрениях.

— Отличный коктейль! — улыбнулась она Стивену. Тот уже почти допил своё огневиски и взмахом палочки заставил исчезнуть пустой бокал. Потом он обнял девушку сзади, та уютно устроилась в его объятиях и вздохнула. — Как хорошо! Спасибо за чудесный праздник! — искренне поблагодарила она и теперь уже мелкими глотками допила свой чудесный коктейль. Ей было так хорошо, она ощутила необычайный прилив сил и энергии, что когда Стивен снова пригласил её танцевать, она с удовольствием закружилась с ним в танце. Правда тут же с удивлением обнаружила, что ноги почти не держат её. Но благодаря сильному и ловкому Стивену этого никто не заметил, тот кружил девушку почти на руках. А в голове у Нарциссы был легкий туман и легкость, которую она еще никогда в жизни не испытывала.

— Стивен, ты такой красивый и я так люблю тебя! — вдруг выдала, а про себя удивилась своей лжи.

А Стивен все кружил девушку и незаметно они оказались уже в коридоре. Тут Нарцисса закрыла глаза на мгновение, а когда открыла, они были уже в красиво обставленной комнате.

— Где мы? — удивилась она.

— Это мой сюрприз! — нежно улыбнулся ей Стивен.

— Но что это за комната? — настойчиво спросила Нарцисса.

— Это место для тайных свиданий в Хогвартсе.

— А разве здесь есть такое? — снова удивилась девушка.

Но тут Стивен начал целовать её и все вопросы мгновенно вылетели из её головы. Его поцелуи обычно такие нежные и робкие, сегодня были страстными и возбуждающими. Он настойчиво ласкал её тело и в какой-то миг Нарциссе показалось, что она теряет сознание и куда-то падает, но оказалось, что она просто мягко упала на большую кровать в углу комнаты. Стивен продолжал целовать её, шепча ласковые слова. И только тут внутренний голос Нарциссы, уже понемногу начинавшей трезветь, завопил: «Осторожней, он собирается переспать с тобой!»

Но Стивен ласкал ее, и девушка чувствовала тепло между ног, в потайном местечке, и страстное желание и какое-то болезненное возбуждение. И поэтому лениво подумала: «А почему бы и нет? Я, наконец, узнаю, что такое секс! Стивен так хорош!»

«А как же Джеймс?» — запротестовал внутренний голос.

«А что Джеймс? Он сегодня вообще с Луизой пришел! И сейчас наверняка занимается с ней тем же! И вообще, отстань! Я его хочу!» — упрямо заявила пьяная Нарцисса сама себе. Голос заткнулся, и Нарцисса полностью отдалась новым ощущениям. Она еще никогда в жизни не испытывала таких волнительных мгновений. «Это великолепно! Восхитительно!» Пьяная девушка не испытывала ни малейшего стыда, все её внутренние ограничения и запреты были заглушены «коктейлем». Стивен уже снял с нею платье и бюстгальтер, сам же он был голым уже до пояса, на нем оставались лишь брюки. Нарцисса потянулась к парню и, ласково мурлыкая, потерлась о его грудь своей. Её руки с удовольствием ласкали торс Стивена, и, ощущая под ладонью гладкую, без единого волоска грудь парня и чувствуя перекатывающиеся мускулы, девушка была в полном восторге и не собиралась отступать. Мысли о том, чтобы остановить это безумие, у неё даже не появилась. И она думала только о продолжении.

— Да, — застонала вслух Нарцисса, и тут Стивен, наконец, взялся за её трусики. Но почему-то отдернул руку. Нарцисса с интересом наблюдала за его действиями, туман и желание все еще блуждали в её голове. Стивен снова протянул руку к её трусикам и решительным жестом попытался их сорвать. И ту раздался его возглас, который смешался с воплем Нарциссы, та вдруг почувствовала сильную резкую боль.

— Что-то не так! — пробормотал растерянный Стивен. В третий раз он уже осторожно коснулся трусиков Нарциссы, и снова почувствовал болезненный удар, гораздо более сильный, чем два предыдущих. Возглас Нарциссы показал, что и она чувствует боль. Приходилось признать очевидный факт, трусы Нарциссы заколдованы и так просто их не снять. Потянувшись за палочкой, Стивен направил её на Нарциссу и произнес «Фините Инкантатем», потом снова попытался снять злополучные трусики. Но теперь удар был такой силы, что Стивен отлетел с кровати в угол, а Нарцисса мгновенно протрезвела.

— Что происходит? — раздался её испуганный голос.

«Откуда я знаю!» — мысленно огрызнулся Стивен, вставая с пола. Он никогда не слышал о подобном заклинании и не знал, как его снять. «Это кто же так постарался, интересно знать?»

Нарцисса почти голая, в одних трусиках, испуганно таращилась на него и на эту странную комнату.

— Что происходит? — настойчиво повторила она.

— Ничего особенного! Мы хотели заняться любовью, но тебя заколдовали.

Нарцисса нахмурилась, вспоминая, как она сюда попала, но так и не вспомнила, её воспоминания заканчивались в кабинете Слизнорта, на празднике, и начинались уже здесь, она не могла вспомнить, как попала сюда и что это за комната.

— Как я сюда попала? И где мы? — удивленно рассматривая обстановку в комнате, спросила она. И только тут она вдруг сообразила, что почти голая и, бросившись к одежде, тут же натянула платье.

— Это специальная комната для исполнения желаний, — глухо ответил Стивен.

— Ага, — автоматически ответила Нарцисса, но сейчас её больше волновал другой вопрос, ответ на который она, увы, не помнила. — А мы не…? Ну, мы не…? — смущенно промямлила она.

— Мы не переспали! — прямо ответил Стивен и с болью увидел облегчение на лице Нарциссы.

«Слава богу!» — подумала та.

— Но почему? Я же помню, что хотела этого? — удивлено спросила она.

— Потому что тебя кто-то заколдовал! — с досадой ответил Стивен.

— Как заколдовал? — удивилась девушка.

— Не знаю, но твои трусы сейчас больше напоминают волшебный вариант «пояса целомудрия». Слышала о таком?

— Только о маггловском варианте! — покачала головой Нарцисса. — Но кто и как?

«Мне бы тоже хотелось это знать!» — мысленно ответил Стивен. «Чтобы отблагодарить его или её». Но почему-то Стивен чувствовал, что это он. «Но кто? Поттер или это Блек побеспокоился о сестре?»

Оба почувствовали себя вдруг неловко, ведь Стивен пытался соблазнить пьяную девушку, а Нарцисса испытывала стыд за свое поведение. Она вспоминала свое бесстыдное поведение, как терлась о Стивена и, самое ужасное, как она его хотела. Правда Нарцисса и не подозревала, что специально подпоили. Она знала только одно, что чуть не изменила Джеймсу.

«Спасибо!» — мысленно поблагодарила Нарцисса неизвестного спасителя.

«Спасибо!» — совсем с другим подтекстом думал Стивен. «Испортил такой план!» — с досадой думал он.

И вдруг Стивен мысленно посмотрел на себя со стороны.

«Красивый подонок! Ни чуть ни лучше Ричарда. Споить девушку, чтобы переспать с ней! Разве это поступок для настоящего мужчины? Что бы сказал дед в такой ситуации? Да он бы первый начал презирать меня! И за дело! До чего я опустился? Я же чуть не стал насильником! И не важно, что я не применял силу. Подлость с коктейлем ничем не лучше! Да и что это бы изменило, если Нарцисса захочет уйти она и так уйдет. Постелью вряд ли её удержишь!» Стивен вдруг стал себе противен. И тут же дал клятву, что больше никогда не будет использовать такие грязные и не достойные методы, чтобы затащить девушку в постель. И тут же с восхищением вспомнил поведение Нарциссы в постели: страстная и смелая, после пары уроков она будет просто великолепной любовницей. И тут же почувствовал, как возбуждение снова поднимается в нем. Вздохнув, он произнес заклинание, снимающее мужское возбуждение, он научился ему в борделе. Иногда проститутки пользовались им, чтобы охладить пыл некоторых, чересчур активных клиентов. И сами того, не понимая, научили Стивена использовать это заклинание.

— Пойдем, я тебя провожу, — хмуро сказал он, продолжая злиться на себя. Но Нарцисса восприняла это так, будто он злился на неё. Она уже встала с кровати и теперь держала в руках бюстгальтер, одеть его, не снимая платья, было невозможно. И хоть Стивен и видел её голой, она не хотела раздеваться перед ним.

Стивен подошел к девушке и, обнял её, Нарцисса по росту была как раз на голову меньше его. И её макушка была как раз под подбородком парня, и он с наслаждение вдохнул запах её волос.

— Прости меня, — прошептал он. — Ты такая красивая и желанная, что я немного увлекся, больше этого не повториться.

— Ничего, — смущенно ответила та. А про себя подумала: «Больше никаких спиртных напитков! Не хватало еще девственности лишиться пьяной и в бессознательном состоянии. Хорошо это еще Стивен был! А если бы на его месте был Малфой? Так легко бы я не отделалась» — девушку аж передернуло от такой перспективы.

Тему того, кто же все-таки заколдовал Нарциссу, оба не стали поднимать. Стивен уже решил про себя, что все равно узнает, кто постарался, а Нарцисса хоть и было интересно кто это, но она понимала, что Стивен находится в таком же неведении.

— Сейчас я выйду, а ты спокойно переоденешься! — ласково прошептал он и поцеловал Нарциссу в макушку.

Через пять минут они уже спускались по лестнице вниз к подземельям. Оказывается, они находились на восьмом этаже, там, напротив гобелена с изображением балетной школы Варнавы Вздрюченного, и находился вход в таинственную комнату. Нарцисса могла поклясться, что раньше не видела здесь никакой двери. Но все домыслы и размышления она благоразумно отложила до утра.

Они продолжали молча идти, в школе стояла полная тишина, и только когда они уже шли по коридору в подземелье, они услышал женский стон и плач.

Нарцисса тут же остановилась:

— Ты слышал?

— Да, это вот отсюда, она кивком указал на дополнительный кабинет зельеварения.

Нарцисса подошла, решительно распахнула дверь и ахнула. Там, прямо на полу свернувшись клубочком, лежала Лиззи. Нарцисса побежала к ней и попыталась поднять, и только тут разглядела то, что платье у Лизи разорвано, а на обнаженной груди виднеются черные пятна очень похожие на синяки. У Нарциссы вырвался возглас ужаса, когда она поняла, что произошло с её подругой…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:13 | Сообщение # 20
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Ночью в подземелье


Нарцисса подошла, решительно распахнула дверь и ахнула. Там, прямо на полу свернувшись клубочком, лежала Лиззи. Нарцисса подбежала к ней и попыталась поднять, и только тут разглядела то, что платье у Лизи разорвано, а на обнаженной груди виднеются черные пятна очень похожие на синяки. У Нарциссы вырвался возглас ужаса, когда она поняла, что произошло с её подругой.

— Лиззи, Лиззи! — она опустилась рядом с подругой на колени и начала тормошить её. Но та смотрела в одну точку, никак не реагируя на призыв Нарциссы. Та перевела беспомощный взгляд на Стивена:

— Что с ней? — растерянно спросила она.

— Кажется, она в шоке! — ответил Стивен и, вытащив волшебную палочку, произнес. — Оживи!

Никакой реакции не последовало, Лиззи продолжала смотреть в одну точку. Нарцисса повернула к себе лицо подруги и ужаснулась, у Лиззи был равнодушный, и самое главное, абсолютно пустой взгляд, который сильно испугал Нарциссу.

Пока она сидела рядом с подругой не зная, что предпринять, Стивен начал действовать. Он трансфигурировал один из столов в мягкий диван. Потом бережно поднял Лиззи на руки и осторожно положил на диван. Нарцисса вскочила с пола и подошла ближе. Стивен как раз начал водить волшебной палочкой над телом Лиззи, шепча при этом заклинания, причем Нарцисса слышала только невнятное бормотание.

— Что ты делаешь? — изумилась она.

— Проверяю степень повреждения, — отрывисто ответил Стивен

— Но откуда ты знаешь, что нужно делать?

— Мой дед целитель и многому меня научил, — ответил парень и строго добавил. — Не мешай мне, Нарцисса. Я потом отвечу на все твои вопросы.

Та удивленно уставилась на него, но тут же вспомнила, что Вильям Уэсингтон действительно считался одним из лучших целителей Англии, и замолчала, с восхищенным интересом наблюдая за дальнейшими действиями парня. А Стивен сосредоточился на Лиззи. Он осторожно поднял подол платья Лизи и направил палочку на тело девушки. Нарцисса увидела, что бедра подруги измазаны засохшей кровью и чем-то белым. Как только она сообразила, что это, её затошнило, и волна брезгливости накатила на Нарциссу. Она торопливо отвернулась, поражаясь хладнокровию Стивена. Тот не обращая внимания на реакцию Нарциссы, продолжал шептать заклинания. Через пять минут, когда Нарцисса все-таки осмелилась повернуть к ним голову, он очистил бедра Лиззи с помощью заклинания и опустил подол.

— На груди синяки не существенны, их можно не трогать, — пробормотал он, больше для себя, чем для Нарциссы. И от следующего заклинания, разорванная ткань на груди Лиззи, срослась прямо на глазах. Теперь внешне Лиззи выглядела также как на вечеринке, только лицо было заплакано, и глаза оставались пустыми.

— Наверно, нужно вызвать мадам Помфри и директора? — робко спросила Нарцисса.

— Мадам Помфри уже ничего не сможет сделать, я сделал все, что было нужно. Её тело здорово, несколько синяков не в счет, — сухо ответил Стивен, продолжая смотреть в глаза Лиззи.

— Но тогда почему она такая? — Нарцисса не могла подобрать правильного определения для состояния Лиззи.

— Она в шоке. Дед показывал мне людей в таком состоянии. Тут нужна помощь совершенно другого рода, — задумчиво сказал Стивен.

Нарциссе показалось, что он что-то решает для себя.

— Но, может быть, она выпьет какое-нибудь зелье и придет в себя? — с надеждой спросила она. — Кто это мог сделать?

— Сейчас это не имеет значения, — ответил ей Стивен. — А зелья ей сейчас не помогут, — и, приняв решение, он произнес. — Нарцисса, думаю тебе пора идти спать. А я останусь с ней. Я слышал о таких случаях и знаю, что нужно делать, когда она очнется. Ты сама дойдешь? — заботливо спросил он.

— Зачем тебе с ней оставаться? — удивилась Нарцисса. — С ней я останусь и дождусь, когда она придет в себя.

Стивен отрицательно покачал головой.

— Ты совсем не разбираешься в колдомедицине! А двоим нам здесь нечего делать, — он настойчиво выпроваживал Нарциссу прочь. — Так ты дойдешь одна? Я бы тебя проводил, но Лиззи лучше не оставлять без присмотра.

— Почему ты, а не я? — упрямо спросила Нарцисса. — Я же могу позвать тебя или просто быть рядом.

— Потому что… Скорей всего, после того как Лизи очнется, она захочет покончить с собой, — прямо ответил он. — У тебя хватит сил её остановить?

— Покончить с собой? — ужаснулась Нарцисса, такая мысль не приходила ей в голову. Она уже подняла голову для следующего возражения, но Стивен добил её следующими словами:

— К тому же она вряд ли захочет тебя видеть! — заметил он, делая акцент на слове «тебя».

— Почему это она не захочет меня видеть?

— Потому что ты её счастливая соперница. Малфой влюблен в тебя, а с ней он вон что сделал!

— Почему ты уверен, что это был Малфой?

«Потому что видел это» — мысленно ответил Стивен, а вслух сказал:

— Она ушла вслед за ним с праздника.

— Но зачем ему понадобилось её насиловать? — поразилась Нарцисса. — Лиззи и так уступила бы ему. Она же с детства его любит. Ему стоило её только пальчиком поманить и она бы сделала все, что он хочет.

— А кто тебе сказал, что он её принудил? — спросил Стивен.

— Ну, её внешний вид и душевное состояние. Видно же, что её изнасиловали.

— Скорей всего дело было так: она призналась Малфою в любви и предложила себя.



— А он взял, как умел! — добавил Стивен.

Нарцисса перевела взгляд с него на лежавшую на диване Лизи, и вспомнила женский журнал, что они с подругами обсуждали в начале сентября. И откуда она взяла идею для признания Джеймсу. «Скорей всего Лиззи поступила также» — подумала Нарцисса. «И это платье откровенное! Все сходится, Стивен прав! Чертов Малфой, что тебе стоило проявить немного нежности!» — и тут же подумала. «А что если бы Джеймс со мной также обошелся бы? Прошла бы моя любовь или нет? Но Джеймс никогда бы так не обошелся ни с одной девушкой! А вот Малфой, он мне за это заплатит!» — глаза Нарциссы сузились.

— Не надо! — негромко заметил Стивен.

— Чего не надо? — удивилась девушка.

— Самостоятельных разбирательств и мести Малфою не надо! Я тебе обещаю, он ответит за все, что сделал!

— Ты ему отомстишь? — с надеждой спросила Нарцисса.

— Жизнь сама ему отомстит, — просто ответил Стивен.

Нарцисса разочаровано посмотрела на него.

«Если бы жизнь сама мстила всем плохим людям, то Волан-де-Морта и других убийц уже не было бы!» — подумала она. «Но Стивен прав, скоропалительная месть ни к чему. Но я все равно что-нибудь придумаю. Иногда жизни нужно помочь!» — с усмешкой решила она. А вслух прямо спросила:

— Почему ты хочешь избавиться от меня? И не надо мне врать! Что ты собираешься с ней делать?

— Я собираюсь узнать, что с ней произошло, а потом стереть ей память. Это будет самое лучшее для нее, — ответил Стивен.

— Не уверена, что это хорошая идея, — упрямо заметила Нарцисса. — Она снова вспомнит о своей любви к Малфою и будет продолжать вздыхать по нему. А если Лиззи решит повторить свой поступок?

Стивен подошел к Нарциссе и обнял её.

— Ты права, дорогая. Но я сотру ей память лишь частично. Ты мне веришь? — он поднял её лицо к своему и теперь смотрел Нарциссе прямо в глаза.

— Да, — ни секунды не колеблясь, ответила та и тоже обняла его. — Спасибо тебе за Лиззи. Ты её так быстро вылечил, я и не подозревала в тебе таких способностей.

Стивен нежно поцеловал её и вдруг прошептал:

— Я так люблю тебя. Не бросай меня, Нарцисса, пожалуйста.

Та вздрогнула от его слов. И только когда неловкое молчание затянулось, ответила:

— Я и не собиралась, — торопливо соврала она. Признаться в такой ситуации, что это правда, у неё язык не повернулся.

— Обещаешь? — настойчиво спросил Стивен.

— Да, — обреченно понимая, что попала в ловушку собственной благодарности, ответила Нарцисса. Но сейчас это не казалось ей таким уж невыполнимым. Стивен был так добр с ней и с Лиззи. «И так сексуален сегодня вечером!» — мелькнула шальная мысль.

— Спасибо, любимая, ты не пожалеешь об этом! — он поцеловал её в висок и повернув к двери подтолкнул. — А теперь тебе пора идти, — мягко, но в тоже время очень настойчиво сказал он. — И еще, Нарцисса, ты не должна никому рассказывать о случившемся. В изнасиловании Малфоя все равно не обвинить, только репутацию Лиззи испортишь.

— Но это он её изнасиловал? Чем же она виновата? — возмутилась Нарцисса.

— Свету все равно, для него главное, что девушка испорченна, после такого скандала она не сможет прилично выйти замуж. Большинство чистокровных семей отвернутся от Лиззи и её семьи.

Нарцисса хотела возмутиться, но вспомнила свою строгую мать и её чопорных подруг и согласно кивнула головой.

« А для Малфоя я все равно что-нибудь придумаю!» — поклялась она сама себе.

Выйдя из кабинета, Нарцисса направилась к своему факультету. Она все еще находилась под впечатлением от действий Стивена.

« Какие еще сюрпризы мне от него ждать!» Надо признаться, Нарциссе понравилась и решительность парня, и его действия. «Ни одного лишнего движения, никакой суетливости! Интересно, чтобы сделал Джеймс в такой ситуации? Избил бы Малфоя, а Лиззи бы отнес в больничное крыло». И тут Нарцисса поймала себя на том, что сравнивает Стивена и Джеймса, и сравнение это не в пользу последнего, девушка тут же постаралась перевести свои мысли на что-то другое.

« Интересно, в какой области специализировался Вильям Уэсингтон? Надо будет спросить у Стив…»

— Джеймс, — испуганно выпалила она, когда перед ней неожиданно вырос Поттер. Все мысли о Стивене тут же вылетели у неё из головы. — Что ты здесь делаешь?

— Тебя жду! — мрачно ответил тот. Джеймс изрядно замерз, дожидаясь Нарциссу, да и на часах было почти два часа ночи. «Чем она там занимается?» — негодовал он, к сожалению отлично понимая, чем могут заниматься парень с девушкой наедине, и из-за этого еще больше приходя в негодование. К тому времени, когда появилась Нарцисса, Джеймс уже был готов на все плюнуть и уйти. — Шутка! Просто мимо проходил! Смотрю, ты одна идешь. Где Стивен? Или у когтевранцев не принято девушек провожать?

— Стивен там …, — Нарцисса вдруг осознала, что произошло и затряслась от ужаса. Была у неё такая особенность, в минуту опасности или какого-либо трудного события, она ничего не боялась, а вот после на неё накатывал запоздалый страх. И она переживала все, что произошло будто заново, но, уже позволяя себе поддаться страху. Так произошло и сейчас. Как только она открыла рот, чтобы объяснить, где Стивен и что произошло, на неё вдруг накатило понимание того, что случилось с её подругой и весь тот ужас, который она испытала при взгляде в пустые глаза Лиззи. И страх, что подруга никогда не будет прежней. И Нарцисса разрыдалась.

Джеймс тут прижал её к себе и обнял и в безопасном кольце его рук, девушка, продолжая плакать, почувствовала себя так спокойно, будто пришла домой.

— Тише, тише, — успокаивал её Джеймс. — А то сейчас затопишь подземелье и придется всем слизеринцам ночевать на улице.

Несмотря на трагизм ситуации, Нарцисса вспомнила своего отца, Джеймс успокаивал ее совсем, как тот в детстве.

— Что произошло? — мягко спросил он, гладя девушку по волосам.

— Стивен… подруга…изнасиловал… там…— бессвязно лепетала девушка сквозь слезы, продолжая плакать, но страх уже начал проходить. А Джеймс, услышав слова «Стивен» и «изнасиловал» сжал зубы и только крепче прижал к себе горько плакавшую девушку. «Убью гада!» — решил он и тут же представил себе сладкую картину мести Стивену. Но сначала нужно было помочь Нарциссе. Он прервал её по-прежнему бессвязные, сбивчатые объяснения словами:

— Не надо, не объясняй, все потом, а сейчас я отнесу тебя в больничное крыло. Не волнуйся, любимая, все будет хорошо. Все забудется! — и осторожно поцеловал Нарциссу в мокрые глаза.

— Зачем в больничное крыло? — всхлипывая, но уже внятно спросила та.

Джеймс смутился, но все же ответил:

— Ну, тебе же больно… Да и не знаю точно, но мне кажется тебе обязательно нужно к мадам Помфри.

— Да зачем? — не понимая Джеймса, снова спросила Нарцисса.

— Ну, после изнасилования девушкам обычно нужна медицинская помощь! — осторожно ответил Джеймс.

Нарцисса подняла голову и объяснила:

— Ты плохо меня понял, Джеймс. Изнасиловали не меня, а Лиззи, мою подругу. Стивен остался там с ней ждать, пока она очнется.

Джеймс почувствовал неимоверное облегчение. «Слава богу, с тобой все в порядке!»

— И как она?

— Плохо! Стивен вылечил её на физическом уровне, но её глаза, — Нарцисса снова вздрогнула при воспоминании о пустых глазах подруги. — Стивен сказал, что поможет ей, — Нарцисса сама не заметила, как при упоминании Стивена выражение её лица наполнилось восхищением и, как показалось Джеймсу, любовью. — Он отлично разбирается в колдомедицине и, за пару минут, вылечил Лиззи. Это сделал Малфой, Стивен пообещал, что отомстит ему, — неизвестно зачем добавила девушка.

Джеймс помрачнел, он все еще сжимал Нарциссу в объятиях, но жгучая ревность, что жгла ему сердце все то время, что ждал её, снова поднималась в нем стремительной волной.

— Ах, Стивен, пообещал! — взгляд Джеймса похолодел. — Ну, если ОН обещал, то я, конечно, вмешиваться не буду! А что драгоценный Стивен сейчас делает, утешает твою подругу? — многозначительно поинтересовался он.

— Да, — но тут до Нарциссы дошло, на что намекает Джеймс, она вспыхнула и тут же вырвалась из его объятий. — Ты идиот, Джеймс Поттер. Это только ты со своей похотливой натурой мог до такого додуматься. Не надо судить о других по себе! — высокомерно добавила она.

— А я думал клин клином вышибают* и Стивен именно для этого и остался с Лиззи, — упрямо добавил Джеймс. Уже произнеся эти слова, он вдруг осознал, что жгучая ревность заставила его сказать явную глупость, но упрямство помешало признать, что он не прав. И Джеймс промолчал.

Нарцисса тоже разозлилась:

— Это только ты со своим «организм требует секса» ведешь себя как похотливый самец. А Стивен…

— А твой Стивен святой и ему секс не нужен? — ехидно спросил Джеймс.

— Нужен, мы с ним сегодня… — запальчиво начала Нарцисса и вдруг осеклась, а потом спросила. — Ты ЭТО сделал?

— Что ЭТО? — агрессивно спросил в ответ Джеймс. Он и сам не ожидал, что его так заденет факт, что Нарцисса сегодня занималась сексом со Стивеном. Её слова Джеймс воспринял именно так. А он-то, идиот, отверг сегодня Луизу.

— Ты отлично знаешь, о чем я! Ты поэтому и караулил меня здесь, хотел убедиться, что твой дурацкий план сработал? Можешь радоваться, твой план удался! Какая же ты сволочь, Поттер, сам с Луизой ушел. Или скажешь, что между вами ничего не было? — Нарцисса сама не замечала, что уже орет на Джеймса.

— Что у меня было с Луизой или не было — не твое дело! Я не собираюсь перед тобой оправдываться! И не смей на меня кричать, — Джеймс повернулся, чтобы уйти.

— Подожди, — окликнула его Нарцисса, тот живо повернулся, а девушка уже протягивала ему снятое колье. — Держи, подаришь Луизе! Мне от тебя ничего не нужно.

Джеймс посмотрел на её ладонь, в которой лежало подаренное утром колье, в его глазах на мгновение мелькнула боль, он вспомнил, как выбирал это украшение, но тут же боль сменилась показным равнодушием.

— Мне не нужно это колье. Это фальшивка — выбрось его! Я пошутил, — и он не сильно ударил девушку по ладони снизу. Пока девушка изумленно наблюдала за полетом колье, Джеймс стремительно удалился.

Когда Джеймс скрылся из виду, Нарцисса снова разрыдалась. Уход парня остудил её злость и заставил задуматься:

« Что я наделала? Видно же было, что Джеймс просто приревновал к Стивену, поэтому и нёс глупости. Да и не он заколдовал меня, это и так было понятно! И зачем он соврал про колье, оно же настоящее!»

Нарцисса зажгла палочкой свет, чтобы было удобней искать, и нашла колье. Подобрав его, она бережно вытерла украшение и про себя решила, что завтра же помирится с Джеймсом и извинится перед ним. «Только он тоже должен извиниться за свои глупости». Но тут же встал вопрос, что же ей делать теперь со Стивеном. «И зачем я пообещала ему, что не расстанусь с ним? Надо было промолчать». Но Нарцисса понимала, что в тот момент своим молчанием она бы сильно обидела Стивена, который только что помог её подруге. «Ладно, посмотрим, что будет дальше. Там по обстоятельствам и решу». В глубине души Нарцисса понимала, что сильно обидела Джеймса. И теперь от него можно было ожидать любой выходки.

В это время Джеймс как вошел в гостиную Гриффиндора. К его удивлению, там находилась Лили Эванс, которая в одиночестве сидела в кресле у горящего камина и смотрела на огонь. Разозленный Джеймс вдруг сказал:

— Лили…

— О, Джеймс, не начинай снова, — перебила его та. — Ты мне уже так надоел!

— Я и не собирался начинать снова! — передразнил он её. — Ты слишком много думаешь о себе, Эванс! Мир вовсе не вертится вокруг тебя. Я как раз хотел сказать, что ты меня больше не интересуешь! Так что можешь больше не напрягаться в моем присутствии. Я теперь люблю и встречаюсь с другой! А тебе желаю счастья с этим сальноволосым придурком. Ты именно такого и заслуживаешь! — одним духом выпалив все это, Джеймс тут же ушел в спальню. «Завтра нужно будет помириться» — подумал он по дороге в спальню. « С Луизой! К черту и Нарциссу, и Эванс!» В том, что девушка легко простит его, Джеймс Поттер не сомневался. «Только почему мне так плохо?»

А в гостиной Лили снова отвернулась к огню, слезы начали беззвучно стекать по её щекам: « Я добилась своего! Джеймс от меня отстал! Только почему мне так плохо?»

* * *
Закрыв за Нарциссой дверь, Стивен тут же запер её на особое заклинание. Подойдя к Лиззи, он усадил её, словно куклу, на диване, сам сел на стул напротив девушки. Стивен закрыл глаза, вспоминая уроки деда, ему предстояло многое сделать, чтобы спасти эту несчастную девушку…

_______________________________________________

* Английский вариант русской пословицы «Клин клином вышибают» звучит так «одна привычка излечивается другой». Но англ.вариант глупо звучит в этом фанфике, поэтому я и оставила русский вариант



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:13 | Сообщение # 21
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Тайна Стивена


Закрыв за Нарциссой дверь, Стивен тут же запер её на особое заклинание. Подойдя к Лиззи, он усадил её, словно куклу, на диване, сам сел на стул напротив девушки. Потом Стивен закрыл глаза, вспоминая уроки деда и собираясь с силами, ему предстояло многое сделать, чтобы спасти эту несчастную девушку.

Его дед Вильям Уэсингтон был известным целителем, но главной его специализацией была легилименция. Он считался одним из лучших легилиментов в Великобритании. Это было в их семье наследственным, детей с детства обучали легилименции и окклюменции. Сам Стивен уже в семь лет с легкостью проникал в разум почти любого человека. Вильям был целителем и направлял свои знания на пользу людям. Отец же, Рудольф Уэсингтон, напротив, наотрез отказался учиться на целителя. С детства владевший легилименцией, он стал циником: «Вот еще, лечить этих жалких людишек! Да им всем место на кладбище! С их-то мыслями и желаниями!» Он стал одним из самых успешных бизнесменов в стране. Ведь его никто не мог обмануть. Власть и умение проникать в разум других людей сыграли с ним злую шутку. Он никогда никому не верил. «Любви нет, настоящей дружбы тоже не существует, есть только удобные люди, удачный и выгодный брак!» Иногда Стивен думал, что отец был бы гораздо счастливей, если бы не владел легилименцией. Мысли Анны, своей жены, Рудольф тоже читал с легкостью. Правда молодая жена узнала о способностях мужа и свекра, только когда сыну исполнилось три года и его начали обучать легилименции. Супруги никогда ни клялись друг другу в вечной любви, они относились друг к другу равнодушно, если не холодно. Анна вышла замуж за Рудольфа по настоянию своих родителей. А Рудольфу было все равно, его в браке интересовали только наследники. Но к его величайшему разочарованию, Стивен был единственным сыном. Младший брат Стивена умер в младенчестве, а больше мать не смогла или не захотела иметь детей. У отца были другие женщины, но ни одна из них никогда не занимала его сердце полностью, ведь он понимал их мысли, и всегда знал о притворстве и лжи. Рудольф учил сына легилименции, но тому не нравились уроки и наставления отца, слишком уж тот был циничен. Вот с дедом у них было гораздо больше общего. Вильям Уэсингтон, в совершенстве владевший легилименцией, был неисправимым оптимистом и очень добрым человеком. «В каждом человеке есть и плохое и хорошее. И надо увидеть это хорошее. А мысли, в том числе и плохие, не есть свидетельство безнадежности человека. Только дела показывают, какой человек на самом деле!» Отец любил спорить с дедом по этому поводу.

И сейчас Стивен должен был помочь этой несчастной девочке, равнодушно глядевшей на него. В её глазах он «прочитал» четкое желание умереть. Да простейшее заклинание «Оживи» могло вернуть Лиззи в сознание, но Стивен предпочел этого не делать. Он обманул Нарциссу, заклинание было произнесено им, но палочка была направлена гораздо выше головы Лиззи. Возвращать девушке сейчас сознание было бы для неё равноценно самоубийству. Таким случаем Стивен еще не занимался самостоятельно. Но зато видел как это делал дед. Последний раз, два года назад за месяц до своей смерти, дед даже разрешил ему поучаствовать, так сказать, в процессе. Он привел его в свое отделение в больнице святого Мунго.

— На глазах у этой женщины убили всю её семью. Её разум не выдержал этого, и женщина превратилась в человеческое существо, не реагирующее на внешние раздражители. Я сейчас буду лечить её с помощью легилименции. А ты смотри и учись. Заодно поможешь мне, — и он подробно рассказал, что и как нужно делать.

И сейчас Стивен вспоминал, чему его научил дед. Он направил волшебную палочку на Лиззи. Обычно, чтобы проникать в чужой разум, ему не нужна была палочка, но сейчас он не собирался читать мысли Лиззи. Стивен собирался изменить ее память, изменить события в сознании Лиззи. Изменить её физические и моральные ощущения о произошедшем. Это было очень сложно сделать, но Стивен верил в свои силы.

Тогда же, в больнице, Стивен спросил деда, почему нельзя просто стереть память несчастной женщины.

— Потому, что человеческая память это не пол, вымыл и забыл. Если стереть ей память она все равно будет пытаться вспомнить, что произошло и рано или поздно вспомнит. Или кто-то расскажет свою версию. Человеческая память — это тонкая «ткань», даже, скорее, кружево из физических и душевных ощущений.

И вот теперь Стивену предстояло заменить некоторые нити кружева памяти Лиззи на другие, более мягкие. Участок памяти, который ему предстояло «обработать» занимал всего минут десять, именно столько времени понадобилось Малфою, чтобы изнасиловать Лиззи и чтобы её сознание, не справившись с потрясением, что прекрасный принц оказался чудовищем, отключилось.

Через час упорной работы Стивен встал и прошелся по кабинету. У него начались сильные головные боли — это была обычная плата за такую «работу», но Стивен не стал обращать на это внимание. Главное, что дело было сделано. Стивен смягчил воспоминания Лиззи о половом акте и заменил её упорное желание умереть на желание попробовать секс с другим мужчиной. Любовь к Абрахасу удалить не удалось, слишком долго Лиззи того любила и после «смягчения» воспоминаний чувства к Малфою постепенно вернутся к прежней стезе. Единственное что изменил Стивен, это воспоминания о половом акте. Теперь Лиззи будет считать Малфоя грубым любовником, не умеющим доставить девушке удовольствие. Впрочем, для многих женщин плохой любовник, значит нелюбимый. Но Стивен сомневался, что Лиззи относится к таковым. Скорее всего, она обвинит в «неудаче» себя и попытается еще раз. А этого нельзя допустить. И Стивен, вернувшись к Лиззи, снова начал менять её воспоминания. Сначала он хотел изменить ощущения от полового акта, на очень болезненные, но это могло повредить Лиззи в будущем, и Стивен, с некоторым злорадством сделал из Малфоя не столько грубого любовника, сколько неумелого, да еще и с таким маленьким членом, что Лизи почти ничего не почувствовала. Причем внушил Лиззи, что она четко осознавала неумелость Малфоя и пыталась помочь любимому, но тот назвал её шлюхой и ушел. Причем кончить Малфой не смог, правда, девственную плеву все-таки порвал, но Лиззи не была в этом точно уверена. Еще через час все было закончено, и Стивен снял с Лиззи блокирующее заклинание. Потом он усадил её на один из столов, а диван вернул в первоначальное состояние.

Через несколько минут Лиззи пришла в себя. И жутко смутилась, обнаружив себя сидящей на столе, тем более что напротив неё стоял Стивен и пристально на неё глядел.

— Что случилось? — смущенно пролепетала она. — Как ты здесь оказался?

— Я Нарциссу провожал и услышал, как Малфой орет. Он тебя не бил? — заботливо осведомился Стивен.

Лиззи покопавшись в своих «воспоминаниях», покачала головой. «Но удовольствия он мне не доставил! И при этом еще и шлюхой назвал, а я всего лишь хотела ему помочь!» — обиженно подумала она. Щеки Лиззи загорелись от стыда при мысли об её первом сексуальном опыте.

Стивен с легкостью понимавший мысли Лиззи, довольно рассмеялся. «У меня получилось! Она не умрет! Дед бы мной гордился!» — тут же подумал он. Зачем ему это понадобилось Стивен и сам не смог бы ответить. Наверно, было в нем что-то от деда Вильяма, тот не мог равнодушно пройти мимо нуждающегося в помощи и всегда соглашался помочь любому, кто нуждался в его помощи. «Можно уходить!» — решил Стивен, но не тут-то было.

— Вы с Нарциссой тоже рано ушли?

«Мерлин, я не учел, сколько времени Лиззи провела в бессознательном состоянии, для неё-то после инцидента с Малфоем прошло всего минут десять. А на часах уже больше трех ночи! Впрочем, плевать, пусть думает, что хочет. Сейчас она пойдет спать, и вряд ли заметит который час, а завтра это будет уже неважно».

Он внимательно посмотрел на Лиззи, у той на губах играла многозначительная улыбка. Стивен виновато отвел взгляд. «Да, до деда мне еще далеко!» — с досадой подумал он. « Я перестарался с установкой на другого мужчину! И кажется она сейчас…»

В этот момент Лиззи подошла к нему вплотную и, прижавшись к нему грудью, предложила:

— Давай отомстим им!

— Кому им? — уточнил Стивен, лихорадочно решая про себя, что ему теперь делать.

— Я — Малфою, этому неудачнику, а ты — Нарциссе, она-то тебя не любит! — прямо заявила Лиззи.

— Хм, — только и смог ответить Стивен на столь откровенное предложение девушки, еще раз подумав, что дед справился бы без этих последствий. Стивен четко понимал, что плохо справился, дав Лиззи прямую установку на секс с первым встречным мужчиной. И что та предложила бы себя любому, кто первым бы оказался на её пути. И если бы она нарвалась на второго Малфоя, все его усилия оказались бы напрасными. И что теперь она не остановится, пока не переспит с кем-нибудь.

Тем временем Лиззи расстегнула его рубашку и теперь рука девушки ласкала его соски, а вторая уже возилась, расстегивая ширинку на брюках. Когда губы Лиззи приникли к его шее, Стивен вдруг подумал: «А почему бы и нет? Ведь она все равно не успокоится, пока не переспит с кем-то». На всякий случай он еще раз проверил мысли девушки. Кроме непреодолимого желания переспать с ним, Лиззи ничего к нему не чувствовала. «Не хватало еще, что бы она в меня влюбилась!» — это была последняя здравая мысль Стивена. И он приник к губам девушки, помогая ей снять с себя рубашку и уже сам, снимая с неё платье. Стивен и Лиззи с головой погрузились в наслаждение. Стол будто сам собой превратился снова в диван. И пара плавно переместилась на него. Стивен медленно ласкал тело девушки, подготавливая ее к своему проникновению. Лиззи с наслаждением и какой-то раскованностью страстно отвечала ему. Установка, данная ей Стивеном, начисто лишила девушку чувства стыда. Да и то, что она не любила его, тоже сыграло свою роль. Она не боялась обидеть Стивена или сделать какое-нибудь неловкое движение, а просто отдалась безудержной страсти. Когда Стивен проник в её тело, Лиззи с радостью прогнулась ему навстречу. Страстный протяжный стон вырвался у девушки, когда она, наконец, почувствовала себя настоящей женщиной.

— Спасибо, — сказала Лиззи, когда все уже было кончено, и они отдыхали, лежа почти в обнимку на тесном для двоих диване.

— Не за что, — только и смог ответить Стивен. А Лиззи успокоено откинулась на грудь парня и сладко засопела.

«Вот так!» — усмехнулся про себя Стивен. « А ведь говорят, что это мужчины засыпают сразу после секса!» И ласково поцеловал Лиззи в макушку. Он не испытывал к Лиззи любви, нет, только нежность и какое-то чувство, которое Стивен опознал как ответственность. Он привык анализировать свои чувства и ощущения и решил, что это от деда. Вильям по возможности наблюдал за своими пациентами, при необходимости оказывая им моральную и даже материальную помощь. «Я в ответе за тех, кому спас жизнь!» — объяснял он сыну свои траты, когда тот пытался возражать. Стивен прислушался к себе, никакого чувства вины перед Нарциссой он не испытывал, может быть, потому что знал, что той все равно, или потому что спас Лиззи от более худшей участи.

«Ты еще героя из себя сделай!» — съехидничала совесть, до поры мирно дремавшая. «Изменил своей девушке и прикрывается «высокими материями»! Нет, дорогой, секс есть секс!»

«Ну, значит, мы теперь с Нарциссой на равных! Я переспал с Лиззи, не любя её, а Нарцисса меня просто не любит и использует, чтобы вызвать ревность Поттера!

И тут же подумал: не стереть ли Лиззи память. Ведь Снейп может и узнать, что они провели ночь вместе и рассказать Нарциссе.

« Он никогда ей не расскажет!» — решил Стивен. «Ведь тогда ему придется признаться, что он легилимент».

Снейп был третьим легилиментом в школе и самым неопытным среди них.

«Ага, самым неопытным, тебя-то он вычислил и вышиб!» — язвительно заметила совесть. « А ведь это второй после деда человек, что смог почувствовать твое присутствие».

Если бы только Стивен знал, что вечером Снейп сумел узнать о его намерениях, да так, что сам Стивен этого не почувствовал, то вряд ли был так спокоен.

« Да!» — согласился Стивен. Приходилось признать, что Снейп делает поразительные успехи в легилименции. Раньше только дед мог почувствовать его присутствие в своей голове. Может быть, и Дамблдор смог бы это почувствовать, но Стивен никогда не обнаруживал своих способностей при директоре. Напротив он тщательно скрывал свои таланты. Так ему посоветовал отец:

— Чем меньше людей знают о твоих способностях, тем лучше, — учил он сына. — Ведь знание того, что ты умеешь, тоже можно использовать против тебя. И особенно Дамблдор! Он конечно, хороший человек и великий волшебник, но чем меньше он знает, тем лучше для нашей семьи. Меня, например, Дамблдор так и не смог раскусить! Думай о будущем, Стивен! Мало ли зачем тебе будет нужно твое умение!

Впрочем, дед искренне восхищался Дамблдором. Когда Стивен расспросил его о директоре, то он рассказал ему все, что знал. По словам деда выходило, что Дамблдор гораздо сильней и Стивена и его отца. А сам Вильям на равных с Дамблдором. И Вильям всегда сомневался, что Рудольфу удалось скрыть от директора свой необычный «талант». Скорей директор просто позволил ему так думать.

Тут мысли уставшего Стивена окончательно смешались и он погрузился с сон…

* * *
Когда Стивен уже засыпал, в кабинете вдруг появилась девушка или точнее молодая женщина, очень красивая и черноволосая. Она возникла прямо из воздуха. В руках она держала толстый свернутый пергамент.

— Элизабет Нортон, 4 часа 30 минут 25 секунд 29 октября 1977 года, должна покончить с собой, бросившись с высокой башни, — прочитала женщина с пергамента и огляделась. — Башни не видно, жертва спит, видимо, этот молодой человек изменил судьбу девушки.

Когда секунда стрелка перепрыгнула на 26 секунд, на пергаменте растворилось имя Лиззи, Смерть, пришедшая забрать душу Лиззи, а это была именно она, приказала пергаменту крутиться дальше. За столько лет «работы» Смерть привыкла к изменениям и уже ничему ни удивлялась, но что всегда доставляло ей удовольствие и интерес, так это наблюдать, как меняется её список, если кто-то остается в живых. Пергамент вертелся и вот оно, первое изменение: из списка сегодняшнего дня исчезло одно имя, мужское.

Смерть мысленно приказала списку вертеться дальше, второе изменение было снова в виде мужского имени, только что появившегося на пергаменте, и еще алеющего ярко-красными буквами и теперь постепенно черневшими.

Пергамент завертелся дальше, пошел 1978 год: январь, …, апрель — добавление в список 4 имен с одинаковой фамилией; май, …, июль, в списке заалели имена еще шести «претендентов»: трех супружеских пар, как определила Смерть и уже собралась смотреть дальше, как вдруг…

— Развлекаешься? — раздался укоризненный женский голос.

— Как умею, так и развлекаюсь! — хмуро ответила Смерть женщине, как две капли воды похожей на неё. Это была её родная сестра — Жизнь. Только волосы у нее были ярко-рыжие.

— Не злись, — миролюбиво ответила сестра. — Мальчик совершил хороший поступок и спас невинную жизнь.

— Спас одну жизнь, но ведь теперь умрут другие! Та, что должна была умереть, изменит реальность, и теперь умрут другие! Зачем это?

— Значит, так было нужно ЕМУ! — Жизнь указала глазами куда-то вверх. — Ты же знаешь, он не просто так это сделал.

— А этот мальчик? Он хотя бы будет вознагражден за свой поступок? — вдруг спросила Смерть. Сестра отвела взгляд в сторону и посмотрела на безмятежно спящую пару.

— Он спас этим поступком не только её, но и других людей, разве это не лучшее вознаграждение для него? — мягко уклонилась она от ответа. Смерть, не дождавшись от сестры прямого ответа, подошла к парню и положила ладонь ему на лоб.

— Отличное вознаграждение вы для него приготовили! — с упреком сказала она. — Не зря же люди говорят: не делай добра — не получишь зла!

Жизнь поморщилась от откровенного цинизма сестры, но спорить с ней не стала.

— Тебе наверно пора? — поинтересовалась она.

— Ты не любишь правду? — усмехнулась Смерть.

— Правду трудно любить, но я не люблю цинизма, — ответила Жизнь. — Но ведь не всегда награда сразу находит героя. Может быть, этот мальчик сделал правильный и осознанный выбор?

— Он просто не знал, что выбирает между своей и её жизнью! Если бы он знал, что за жизнь этой девочки он заплатит собственной душой, то вряд ли бы стал её спасать.

— Я уверена, что он и в таком случае сделал бы тот же выбор! — ответила Жизнь.

— Слово «бы» всегда является камнем преткновения в таких случаях. Никогда нельзя быть уверенным в том, как поступил бы человек, если бы знал, к чему это приведет. Впрочем, мне пора, — Смерть взглянула на свои часы и исчезла также внезапно, как и появилась.

Жизнь тоже подошла к спящей паре и положила ладонь на лоб Лиззи.

— Бедная девочка, — прошептала она, прочитав судьбу девушки.

Иногда Жизнь была согласна с цинизмом своей сестрой, правда она никогда бы ей в этом не призналась.

С легким вздохом Жизнь тоже бесшумно исчезла.

А Стивен с Лиззи продолжали безмятежно спать, не осознавая, что сегодня их жизни навсегда связались невидимой, но прочной нитью, что разорвется только после смерти одного из них.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:14 | Сообщение # 22
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк: Неудачный день.


Как только Нарцисса проснулась, то тут же бросила взгляд на кровать Лиззи, та по-прежнему была пуста. Видимо, Лиззи не возвращалась в спальню. «Но где же она тогда ночевала?» — и, вздохнув, Нарцисса отправилась в ванную.

Когда Нарцисса закончила все утренние процедуры и вернулась в спальню, то Лиззи все еще не было, и девушка отправилась на завтрак. В гостиной на диване полулежал Малфой. Рядом сидели его неизменные спутники Джон Хервей и Мэтью Редман. Они обычно исполняли при Малфое роли охранников. Оба были высокие и сильные, умом не блистали, только Джон был более сообразителен и адекватен. В то время как Редман был тупым исполнителем и беспрекословно подчинялся Малфою, прикажи ему тот убить человека, он исполнил бы это, не раздумывая. Глядя на вальяжно развалившегося Малфоя и, вспоминая пустые глаза так и не появившейся подруги, Нарцисса почувствовала, что начинает задыхаться от бессильной ненависти и злобы.

— Привет, красавица! — беспечно поздоровался с ней Абрахас.

— Пошел ты! Куда подальше! — со злобой выдохнула Нарцисса.

Парни, сидевшие рядом с Малфоем притихли. Никто никогда ни осмеливался разговаривать так с Малфоем. Он был на Слизерине признанным лидером и такого тона просто не потерпел бы.

— Что происходит? Какая муха тебя с утра укусила? — холодно осведомился Малфой.

— Эту муху зовут Малфой и она самая отменная сволочь, что я встречала в жизни, — сквозь зубы бросила Нарцисса и направилась к выходу.

Но Малфой мгновенно подобравшись с неожиданной прытью, оказался перед ней.

— Не так быстро, Блэк, — и схватив её за руку, он под гогочущие вопли приятелей затащил её в ближайший угол. Нарцисса пыталась вырваться, но Малфой был гораздо сильней её. Одной рукой он схватил её за запястья рук, а второй вцепился в горло и легонько сжал:

— Так, а теперь ты скажешь: в чем дело? — снова поинтересовался он. Губы его кривились в улыбки, а глаза оставались холодными и непроницаемыми. Со стороны казалось, что парочка просто дурачится в углу. Ученики же молча проходили рядом, помощи ждать было ни от кого. «Регулус наверно уже на завтраке» — с тоской подумала Нарцисса.

— Ты, сукин сын, изнасиловал Лиззи! — прошептала она в ответ. Рука, сжимавшая ей горло, мешала громко говорить. Она еще раз попыталась вырваться или хотя бы достать волшебную палочку, но безуспешно, Малфой слишком крепко её держал.

— Все произошло по взаимному согласию, — хмыкнул Малфой. — А ты случайно не ревнуешь, дорогая? — он усмехнулся. — С тобой я могу обращаться гораздо нежней.

— Скорей ад замерзнет, чем я стану твоей! — немного пафосно воскликнула Нарцисса. Но пафос был сбит рукой, сжимающей горло, и получился почти жалобный шепот. Но зато взгляд Нарциссы, полный ненависти, целиком соответствовал её словам.

Абрахас Малфой привык иметь лучшее. А лучшим для себя он считал Нарциссу Блэк. Почему? Ни раз задавая себе этот вопрос, он никогда ни находил на него ответ. Она конечно красивая, и умная, и чистокровная. Но все это есть и у других девушек. Пожалуй, все дело было только в желании иметь недосягаемое. Это было на уровне подсознания: "Хочу и все!" И сейчас, почти сжимая в объятиях разъяренную Нарциссу, он почувствовал знакомое возбуждение. Запах девушки дразнил его, кровь бросилась ему в лицо. Малфой, не отпуская рук девушки, вдруг припал губами к её шее. Гладкая, шелковистая кожа еще больше возбудила его, остатки здравомыслия вылетели у него из головы.

«А почему бы и нет?» — лихорадочно подумал он. « Я даже могу жениться, если её родители будут настаивать».

— Все вон! — повернув голову, приказал он.

— Абрахас, нам на завтрак пора! Оставь её, потом разберешься с этой гордячкой! — сделал попытку образумить приятеля Джон Хервей.

— Вон, я сказал! — прорычал Малфой.

Бросив на Нарциссу сочувственный взгляд, Джон покорно направился к выходу.

Нарцисса, чувствуя, что ничем хорошим это для неё не закончится, еще энергичней попыталась вырваться. С ужасом она наблюдала, как ученики, подгоняемые свирепыми взглядами Мэтью, покидали гостиную. В глаза ей никто ни смотрел, все спешили пройти мимо. Справедливости ради нужно заметить, что большей части слизеринцев уже не было в гостиной. Но тот десяток, что оставался, трусливо сбежал и очень скоро они остались одни. Последним ушел Мэтью, хохотнув напоследок, чтобы Малфой красивую «шкурку» ни попортил.

Нарцисса предприняла еще одну безуспешную попытку вырваться. А Малфой снова припал губами к её шее, оставляя на неё засос.

« Словно печать ставит!» — с ненавистью подумала она.

— Немедленно отпусти меня, Малфой! И мы будем считать это глупой шуткой! — почти попросила она.

— А ты меня поумоляй! — осклабился Малфой. — А я подумаю! — и он начал языком ласкать ухо девушки. Нарцисса почувствовала приступ тошноты и замотала головой, пытаясь освободиться от ненавистных ласк.

— Видимо по-хорошему ты не понимаешь! Впрочем, я дам тебе выбор: твоя спальня или моя?

— Отпусти меня, ублюдок! — выдохнула Нарцисса.

— Значит, моя… — начал Малфой и тут его перебил холодный голос.

— Отпусти девушку, Малфой!

Не поворачивая головы, Малфой кинул:

— Шел бы ты, Снейп… завтракать. Не мешай моему счастливому воссоединению с будущей женой. Правда, дорогая? — и, не давая Нарциссе ответить, припал к её губам. И тут же взвыл от боли. Нарцисса почувствовала, что он, наконец, отпустил её руки.

Переведя взгляд на руки Малфоя, она увидела, что они стремительно покрываются волдырями, будто от сильного ожога.

— 100 очков со Слизерина за нападение на девушку, — констатировал Северус.

Нарцисса все еще стоявшая вплотную к Малфою, вдруг со всей силы ударила того коленом между ног. Малфой аж согнулся от боли. Лицо его покрылось капельками пота, кожа на ладонях уже покрылась волдырями, которые тут же начали лопаться.

— Сволочь! — глядя ему прямо в глаза, произнесла Нарцисса. — После … я бы тебя убила!

— Я всего лишь пошутил, — от боли переполнявшей его тело, голос Малфоя звучал глухо. — Но жениться на тебе я все же готов.

— А я не шутила. Я скорей умру, чем выйду за тебя замуж.

— Кто спрашивает женщину? — скривился Малфой. — Все решают родители. И я сегодня же попрошу отца заняться нашей помолвкой. Ты будешь моей!

Кожа с рук Малфоя уже слезала клочьями, но твердый взгляд, хоть и затуманенный болью, внушал Нарциссе настоящий ужас. Она искренне ни понимала, откуда в тщедушном мальчишке такая сила и упрямство. Это вызвало невольное уважение и у Северуса. Он-то отлично понимал, что после такого заклинания боль просто зверская и то, что Малфой упрямо скрывал эту боль и ни отступал, было для него своего рода открытием. Нарцисса же огромным усилием воли сдерживала слезы. Ей не хотелось показывать Малфою, как она его боится. И что его намерения вызывают у неё страх и крупную дрожь.

— Я уже совершеннолетняя и никогда ни выйду замуж против собственной воли, — она твердо отчеканила каждое слово. И отошла к Северусу, который по-прежнему держал в руке волшебную палочку.

— Посмотрим, — процедил сквозь зубы Малфой. — Главное, помни, завтра этого любителя грязнокровок может и не оказаться рядом! — он смерил Снейпа презрительным взглядом. — А ты, Снейп, еще узнаешь всю глубину моей «благодарности»!

— 30 очков за угрозу, высказанную в адрес главного префекта, — хладнокровно ответил ему Северус. Его черные непроницаемые глаза встретились с серыми глазами Малфоя. Минуту длилась безмолвная дуэль. Потом Малфой, сжав зубы, вдруг резко повернулся и направился к выходу. И только выйдя за дверь, он позволил себе застонать.

«Мерлин, надо было учить обезболивающие заклинания» — впрочем, рисоваться уже было не перед кем, и он заспешил в больничное крыло. Мадам Помфри за пару секунд вылечит его ожоги.

«А Снейп мне за все ответит. И теперь я не буду сдерживаться!» — губы Малфоя расплылись в предвкушающей улыбке. «Да и эта гордячка еще попадется мне в руки!»

Как только Малфой покинул гостиную, непроницаемое выражение слетело с лица Северуса:

— Все в порядке? Я успел вовремя?

— Да, — ответила Нарцисса, её начала бить крупная дрожь и Северус, обняв девушку, привлек её к себе.

От этой простой нежности, слезы, сдерживаемые лишь усилием воли, градом полились из глаз Нарциссы.

— Тише, Нарцисса, все в порядке. Он больше ни осмелиться прикоснуться к тебе, — успокаивающе шептал ей Северус.

— На глазах у всех! — всхлипнула та. — И никто не заступился! — пожаловалась она.

— Его бояться. Да и если честно, то не думаю, что Малфой осмелился бы зайти так далеко!

— Осмелился бы! — Нарцисса никак ни могла успокоиться. — Вчера он изнасиловал Лиззи! — и она кратко описала ему события сегодняшней ночи. — … И Лиззи до сих пор не вернулась, — закончила она.

И тут, словно в подтверждение её слов, в гостиную вошла Лиззи. Лицо её было спокойным и непроницаемым.

— Развлекаешься? — хмыкнула она, увидев Нарциссу, стоявшую в обнимку со Снейпом.

— Лиззи, — бросилась к ней Нарцисса. — Как ты? Где ты ночевала? Я так за тебя волновалась!

— Я в полном порядке, — холодно ответила та. — А где я ночевала — не твое дело! Я ни обязана перед тобой отчитываться. И будь добра, передай преподавателям, что я больна и сегодня ни появлюсь на занятиях. И да, мистер Снейп, — она подчеркнуто вежливо обратилась к Северусу. — Сегодня вечером я буду дежурить, как и было запланировано. Думаю, что к вечеру я выздоровею, — выдав эту речь, она направилась к женским спальням, даже не соизволив поинтересоваться, почему Нарцисса вся в слезах, обнимается со Снейпом.

Нарцисса удивленным взглядом проводила подругу.

— Она не очень похожа на несчастную, изнасилованную девушку, — сказал Северус.

— Да, она совсем ни похожа на ту, какой была вчера! Стивен сказал, что сотрет её память, может она просто ничего ни помнит?

— Да, наверно, — согласился с ней Северус, решив при первом же удобном случае выяснить, что за воспоминания таит в себе Лиззи. Он взглянул на часы и добавил. — Мы уже опаздываем. Через минуту начнутся занятия. Ты идешь? — ласково спросил он у Нарциссы.

Та с удовольствием бы осталась и отлежалась бы после переживаний, но при мысли, что она будет весь день находиться наедине с этой новой Лиззи, что откровенно ненавидит её, отказалась от этой мысли.

— Чем я могла вызвать такую ненависть у Лизи? — спросила она вслух, скорей у себя, чем у Северуса. Тот, впрочем, отлично понимал, что ответа от него не ждут и просто пожал плечами.

И они разошлись в разные стороны. Нарцисса спешила на урок по заклинаниям. Войдя в класс, она извиняюще улыбнулась профессору Флитвику. И, пройдя по классу, отметила, что Малфоя еще нет. И тут её вдруг позвала Диана, лицо её раскраснелось, видимо в ожидании шокирующих новостей.

«Кто-то из этих трусов ляпнул!» — с неприязнью подумала Нарцисса и твердо решила ничего ни рассказывать этой сплетнице. Но Диане и не потребовался её рассказ, ей надо было вывалить на Нарциссу свои новости.

— Ты не представляешь, что было сегодня за завтраком! — тут же начала она.

— А что было сегодня за завтраком? — неохотно спросила Нарцисса, уже жалея, что села с Дианой.

— Джеймс Поттер заявился со своей новой пассией. Они устроили в большом зале чуть ли ни любовную оргию! — лихорадочно шептала она Нарциссе, искоса наблюдя её реакцию.

— Так уж и оргию! — выдавила из себя Нарцисса, сердце её сжалось.

— А то нет! Я сама видела, как они целовались, она чуть на него не залезла. Представляешь, даже Макгонагалл пришлось сделать им замечание, чтобы они вели себя прилично. Эта Луиза далеко пойдет! — с завистью в голосе заметила она. — Отхватила одного из лучших парней в школе. Джеймс так красив и богат! — заметила она и, с удовольствием еще раз повернула нож в сердце Нарциссы, добавив. — А Джеймс таким влюбленным взглядом на неё смотрел! Они такая красивая пара! — она с интересом поглядывала на Нарциссу, все же надеясь на реакцию.

Но тут Нарциссе повезло, профессор Флитвик обратил внимание, что только они двое не отрабатывают заклинания и девушки занялись заклинанием.

На следующем уроке, Нарцисса постаралась сесть подальше от «подруги». Диана при каждом удобном случае возвращалась к событиям, произошедшим за завтраком. Нарцисса уже была готова пересказать ей события, произошедшие утром в гостиной Слизерина, только бы ни слышать бесконечные «Джеймс, Луиза» и подробное описание их действий за завтраком. Зачем Диане было причинять ей заведомую боль, она ни понимала. Как не понимала и того, что Диана, обозленная вчерашней неудачей с Регулусом, просто срывала на ней зло и разочарование.

Впрочем, в обед Нарцисса лично убедилась, что Диана не соврала. Джеймс усердно лизался с Луизой. Именно лизался, ибо назвать эту демонстрацию поцелуем, у Нарциссы язык не повернулся. Мгновенно потеряв аппетит, она тихонько исчезла из Большого зала, твердо решив не ходить на послеобеденные занятия.

«У нас в спальне эпидемия!» — мрачно решила она, спускаясь в подземелье.

Но покоя все еще не было. В гостиной она застала Малфоя и Регулуса, стоявших друг против друга с палочками в руках. На лицах обоих уже виднелись следы заклинаний.

« О, боже! Кто-то ему рассказал!»

— Извинись перед ней! — потребовал Регулус.

— Это она должна передо мной извиниться… — заносчиво начал Малфой.

— Регулус, не надо, пусть эта тварь наслаждается собственным величием! Я не хочу его извинений, — перебила она Малфоя.

— Малфой, если ты хочешь остаться моим другом, то ты сейчас же извинишься перед моей сестрой, — тихо, но твердо сказал Регулус. Его черные глаза непроницаемо поблескивали.

— Но… — снова начал Малфой, но, посмотрев в непроницаемые глаза Регулуса, сказал. — Только ради твоей дружбы. Нарцисса, искренне прошу простить меня, я совсем потерял голову из-за твоей неземной красоты и вел, себя как влюбленный идиот. Но предложения пожениться не снимаю, — дурашливо закончил он, умудрившись превратить извинения в дурацкое представление.

— Я принимаю твои извинения, а предложение снова отклоняю, — надменно заметила Нарцисса.

— Что делать? — Малфой развел руками. — Впрочем, согласно дурацкому этикету, настоящая аристократка должна трижды отклонить предложение о браке и только потом согласиться. Еще один раз и ты станешь моей.

Нарцисса не в силах больше выносить издевательств Малфоя, молча отправилась в спальню. И совсем не слышала, что сказал Регулус своему другу детства:

— Если ты посмеешь прикоснуться к моей сестре еще раз, я тебя убью!

— Неужели… — усмехаясь, начал Абрахас, но, посмотрев в черные непроницаемые глаза Блэка, осекся. Глаза младшего Блэка были словно непроницаемый омут. Только в глубине ощущалась огромная сила. Сила способная в гневе своем смести все и вся на своем пути. Малфой понял, что отныне нужно быть повежливей с сестрой Блэка. Но тут же подумал, что когда он женится на Нарциссе, она окажется в его полной власти и никакие Снейпы и братья ему ни помешают. И настроение его снова поднялось.

Нарцисса, войдя в спальню, с удивлением увидела, что Лиззи мирно спит и даже посапывает во сне. Подивившись непробиваемому характеру некоторых девушек, Нарцисса прилегла на свою кровать и закрыла глаза. Но тут же перед глазами встал Джеймс, целующийся с Луизой. Девушка понимала, что Поттер делает это ей назло, но не могла выкинуть его предательство из головы.

« Какое предательство!» — ехидно осведомился внутренний голосок. «После того, что ты устроила ему сегодня ночью, было бы чудом ожидать от Джеймса чего-то другого». Увы, с этим Нарцисса была полностью согласна. Импульсивный Джеймс был предсказуем, словно прочитанная книга. И вполне можно было предугадать, что он постарается вызвать её ревность. «Или не её!» — на миг в сердце закралось сомнение. Но вот только, что ей теперь делать? И не только с Джеймсом, но и, прежде всего, со Стивеном. И лишь тут Нарцисса сообразила, что сегодня вообще ни разу его встретила. Но тут её мысли смешались и она погрузилась в крепкий сон.

Такой крепкий, что даже не слышала, как с занятий вернулась Диана, и как они с Лиззи обсуждали последние новости. Точнее Диана взахлеб их пересказывала, а Лиззи слушала. Только Диана совсем ни замечала, что мысли подруги витают где-то далеко и она только делает вид, что слушает, иногда совсем невпопад вставляя замечания и охи. А потом ближе к десяти вечера, Лиззи собралась и ушла на очередное дежурство, она была старостой факультета. А Нарцисса все еще продолжала крепко спать.

* * *
Ближе к вечеру Северус жутко устал, но нужно было выполнить домашнее задание по трансфигурации, и он покорно потащился в библиотеку.

Лили там не было.

« Сам виноват!» — подумал Северус. «Не надо было откладывать на последний день». Но все же принялся за задание, которое оказалось довольно сложным, но интересным.

Когда он закончил, время уже приближалось к половине одиннадцати вечера.

« А теперь спать!» — решил он, но тут же вспомнил, что сегодня его очередь дежурить от мужской части префектов. Они должны были дежурить вместе с Элизабет Нортон. Но та его терпеть не могла, как и большинство слизеринцев, она одновременно и боялась и презирала его. И когда у них выпадало совместное дежурство, то они обычно условно делили территорию школы и дежурили по отдельности.

Снейп уже спустился вниз, когда какой-то мальчишка, кажется с первого курса Слизерина, подбежал к нему и протянул записку. Отругав мальчика за прогулку в неурочное время, он отправил его спать, предупредив, что в следующий раз снимет очки. Мальчишка убежал, что-то недовольно бурча себе под нос. А Северус развернул записку:

«Северус!

Если ты хочешь увидеть свою грязнокровку живой, то приходи в старый коридор на четвертом этаже.

P.S. Смотри, ни опоздай, мы не будем долго ждать! »

Сердце Северуса сделало скачок, он вспомнил, что мальчишка лепетал что-то о том, что долго его искал. «А если я уже опоздал?» И не раздумывая больше ни секунды, он понесся в указанный коридор. Этим коридором давно никто ни пользовался, там было довольно просторное помещение, которое сейчас пустовало без дела.

Вихрем ворвавшись в коридор, он остановился. Дверь за ним закрылась и он оказался в полной темноте. Достав палочку, он уже хотел зажечь свет, но палочку буквально вырвали у него из рук. И тут же зажглись факелы и он увидел, что в помещении находятся еще трое.

— А где Лили? — спросил он, уже понимая, что попался в элементарную ловушку и надеясь, что любимой все же здесь нет.

— Не знаю, — усмехаясь, ответил Малфой. — Спит, наверно. Мне сегодня нужен только ты! — и поднял свою палочку.

И только через несколько минут Северус понял, что до сих пор никогда в жизни ни испытывал настоящей боли. Боли, что скручивает и убивает, сводит с ума, и ты начинаешь мечтать о смерти, что кажется избавлением от страшных мук. И ничего, кроме этой боли, что наполняет все твое существо, больше в этом мире нет. Только твой безмолвный вопль и желание умереть, а умереть легко тебе никто ни даст…

И уже проваливаясь в черную спасительную темноту, почти сходя с ума от боли переполнявшей его, он услышал:

— А твоей грязнокровкой мы займемся завтра…завтра…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:15 | Сообщение # 23
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
После нападения.


Лиззи стояла в укромном уголке подземелья и ждала, когда слизеринцы уйдут на занятия. Ей не хотелось ни с кем разговаривать, объясняться с подругами. Когда она проснулась утром, то сбежала. Боясь, что ей придется смотреть Стивену в глаза. Вспомнив прошедшую ночь, Лиззи до сих пор не могла поверить, что так вела себя. «Ни иначе как у меня было временное помешательство рассудка. Как я могла так навязываться Стивену! Это совсем на меня не похоже!» И поэтому она торопливо сбежала. Едва одевшись и крадучись, словно вор, Лиззи вышла за дверь. И тут же представила себе свое возращение в спальню. Начнутся расспросы: где, с кем. Нет уж, лучше она переждет здесь, а на все вопросы ответит вечером. Время, чтобы придумать правдоподобный ответ у неё было. Но мысли её невольно возвращались к Стивену и прошедшей ночи.

« А вдруг он в меня влюбился? «

« С чего это ему в тебя влюбляться?» — удивился внутренний голос.

« Потому что нам было так хорошо вместе. Просто невозможно, чтобы он ничего ко мне не чувствовал. И как мне теперь поступить?»

«А ты тоже в него влюбилась?» — ехидно осведомился внутренний голос.

«Нет!» — с досадой ответила ему Лиззи. «Мне было с ним очень хорошо. Гораздо лучше, чем с Абрахасом. Но люблю-то я по-прежнему Абрахаса. Он не виноват, что у него маленький член. Из-за этого ему было неловко, и поэтому я не получила удовольствия!» — убедительно отвечала себе Лиззи, понимая, что, несмотря на оправдания, что она придумала для Абрахаса, его образ как-то сильно потускнел в её глазах. Будто кто-то снял с неё розовые очки и заставил увидеть истинного Малфоя.

«Идиотка!» — подтвердил ей внутренний голос. «Между прочим, в журналах пишут, что от размера члена мужчины не зависит удовольствие женщины. Малфой и не собирался доставлять тебе удовольствие, а просто воспользовался тобой, чтобы «разрядиться». Но суть не в этом. Следуя твоей логике, Стивен должен быть в тебя влюблен или влюбиться. Но ты-то в него не влюблена! Так с чего ему в тебя влюбляться?»

Как только Лиззи высказала сама себе эту мысль, то тут же скривилась. Одно дело представлять себе, что кто-то (пусть он ей и не нужен) по уши влюблен в неё и совсем другое, что Стивен тоже просто утешался.

«Интересно, почему Стивен провел ночь с ней, а не с Нарциссой?»

При мысли о Нарциссе настроение Лиззи испортилось окончательно.

«И почему в неё вечно все влюбляются? Да, она красива! Но и только! Я тоже красива и даже гораздо красивей её!»

« Ну, положим не все, а только Абрахас и Стивен!» — возразил внутренний голос.

«Да, но именно те, кто нравится мне самой!»

«Так тебе нравится Стивен?» — обрадовался внутренний голос.

«Немного», — призналась честно Лиззи.

Посмотрев на часы, Лиззи обнаружила, что до занятий осталось минут пять. Можно спокойно возвращаться в спальню.

Войдя в гостиную Слизерина, Лиззи обнаружила там Нарциссу, обнимающуюся со Снейпом.

— Развлекаешься? — хмыкнула она. «Еще один поклонник!» — неприязненно подумала Лиззи, испытывая по отношению к Нарциссе зависть, злость и какую-то вину.

— Лиззи, — бросилась к ней Нарцисса. — Как ты? Где ты ночевала? Я так за тебя волновалась!

— Я в полном порядке, — холодно ответила та. — А где я ночевала — не твое дело! Я ни обязана перед тобой отчитываться. И будь добра, передай преподавателям, что я больна и сегодня не появлюсь на занятиях. И да, мистер Снейп, — она подчеркнуто вежливо обратилась к Северусу. — Сегодня вечером я буду дежурить, как и было запланировано. Думаю, что к вечеру я поправлюсь, — выдав эту речь, Лиззи направилась к женским спальням, желая только одного, чтобы Нарцисса навсегда исчезла из её жизни.

«Интересно, Нарцисса рассталась со Стивеном? Он вчера ничего ни говорил. Или она просто морочит голову обоим?»

С наслаждением приняв душ, девушка нырнула в постель и погрузилась в крепкий сон.

Вечером, в десять, с трудом избавившись от болтливой Дианы, она отправилась на очередное дежурство. Она любила Диану, но сегодня и та раздражала Лиззи. Ей хотелось остаться одной, чтобы еще раз обдумать все произошедшее.

Она должна была дежурить в паре со Снейпом, но Лиззи всегда старалась избегать его. Она искренне не понимала, почему именно Снейп стал главным префектом.

«Вот бы назначили Стивена!» — при мысли о Стивене щеки Лиззи загорелись. Ей одновременно хотелось и увидеть его, и никогда не встречаться.

Лиззи привычно начала обход с Большого зала, постепенно продвигаясь к Главной лестнице и осматривая коридор за коридором рядом с ним.

Выходя из очередного коридорчика, она вдруг наткнулась на того, о ком думала весь вечер.

— Привет,— просто сказал Стивен. — Как дела?

— Привет, — автоматически ответила Лиззи и только после смутилась.— Нормально, а ты?

— Я тоже нормально. А почему тебя не было сегодня на обеде и ужине?

— Да так! — Лиззи окончательно растерялась. Не признаваться же в том, что она себе напридумывала.

— Ты боялась встречаться со мной? — спросил Стивен.

— Да! Нет! Не знаю, — Лиззи смущенно замолчала, не зная как ответить.

— Я старше тебя и поэтому скажу первым, — Стивен говорил тихо и уверенно, глядя ей прямо в глаза. — Прошедшая ночь была прекрасна, но я все же люблю Нарциссу, она моя девушка и мы по-прежнему вместе. Поэтому я прошу тебя простить меня за «соблазнение». Мне не следовало пользоваться твоим «рассеянным состоянием».

При первых словах Стивена Лиззи напряглась, потом даже немного обиделась, а в конце рассмеялась.

Стивен тоже улыбнулся, а Лиззи пояснила:

— Я боялась, что ты признаешься, что влюблен в меня, а я люблю другого. И мне не хотелось причинять тебе боль.

— Ты разочарована, что я в тебя не влюблен?

— Немного, — честно ответила Лиззи. — Это конечно принесло бы нам кучу проблем, но…— она не закончила, но Стивен и так понял, что она хотела ему сказать.

— Ты очень красивая, Лиззи, и мне было хорошо с тобой. Если бы я узнал тебя раньше Нарциссы, то…

Они снова улыбнулись друг другу и, каждый с горечью подумал, насколько бы проще была их жизнь, если бы они любили друг друга, а не других. Тех, кому не нужны.

— Но Абрахас совсем не тот мужчина, что сделает тебя счастливой! — мягко заметил Стивен.

— А Нарцисса ни сделает счастливым тебя, — обиженно парировала Лиззи. — Кстати, сегодня утром я видела, как она обнималась со Снейпом.

— Со Снейпом? — удивился Стивен, но больше ничего не сказал.

Лиззи почувствовала себя неловко: « И зачем я только это рассказала?» Получалось, что с удовольствием донесла на Нарциссу, причинив Стивену лишнюю боль.

— Спасибо, что сказала! — произнес Стивен, будто догадавшись, что девушка жалеет о произнесенных словах. — Но они со Снейпом просто друзья. Тот любит Эванс.

— Ты тоже любишь Нарциссу, однако вчера это тебе не помешало! — ляпнула Лиззи, прежде чем успела подумать.

Лицо Стивена окаменело, но он промолчал.

— Извини, я не хотела тебя обидеть, — тут же спохватилась Лиззи. — Ты конечно прав, вряд ли Нарцисса будет изменять тебе со Снейпом, — с презрением добавила она.

— А ты случайно не знаешь, в кого Нарцисса была влюблена раньше? — вдруг спросил Стивен.

— До того, как начала встречаться с тобой? — уточнила Лиззи, стараясь протянуть время, решая сказать Стивену правду или соврать, что не знает. Потому что одно Лиззи понимала четко: Нарцисса до сих пор любит Поттера. А это может причинить Стивену настоящую боль.

— Да, ты же знаешь кто это! — Стивен уже не спрашивал, он утверждал, ожидая прямого ответа.

— Это Джеймс Поттер,— сказала Лиззи правду. — Но он сейчас встречается с Луизой Гордон. Кажется у них все очень серьезно, — неловко добавила она, ощущая себя заядлой сплетницей. — Диана мне рассказывала, что они вытворяли за завтраком и обедом…

« А за ужином Нарциссы не было и Поттер уже не изображал влюбленного идиота!» — усмехнулся Стивен. И тут же мелькнула мысль, а не Поттеру ли он обязан защитным заклинанием Нарциссы. « А что? Заклинание старинное (это Стивен выяснил сегодня в библиотеке), семья Поттеров тоже и наверняка имеет отличную библиотеку собранную несколькими поколениями магов. Только зачем Поттеру изучать столь специфическое заклинание?» — у Стивена была куча вопросов и ни одного ответа. «И у Поттера не узнаешь!» — с досадой подумал он. Он уже знал, что все мародеры имеют странную ментальную защиту, которая сильней всего у Люпина. Стивен все собирался выяснить, что это за защита. «Теперь уже просто необходимо выяснить, что это за защита! И можно ли её сломать!»

Лиззи уже замолчала, поняв, что Стивен её не слушает, и теперь внимательно рассматривала его. Светло-карие глаза, правильные строгие черты лица, красиво очерченные губы и упрямый подбородок.

« Как он красив!» — подумала она, но тут же спохватилась. « Мой Абрахас конечно гораздо красивей, но Стивен тоже хорош!» — и тут же покраснела, вспомнив, как ночью бесстыдно ласкала гладкую грудь Стивена и как сладко было отдаваться этому парню.

Помотав головой, чтобы прогнать непрошенные воспоминания, она спросила:

— А зачем тебе это знать? Ну, про Поттера?

— Просто так, — неопределенно ответил Стивен.

Лиззи недоверчиво хмыкнула про себя и вдруг выдала:

— Было бы просто отлично, если бы мы влюбились друг в друга! — и смущенно пояснила. — Тогда бы нам не пришлось бы страдать, переживая муки неразделенной любви!

— У меня с Нарциссой вполне взаимная любовь! — вспыхнул Стивен.

Лиззи хмыкнула уже вслух:

— Кому ты врешь? Себе или мне? Стивен, почему бы тебе не расстаться с Нарциссой? Ты очень красивый парень, умный, богатый. За тобой куча девчонок бегает. Зачем тебе Нарцисса? Она что, какая-то особенная? — высказавшись, Лиззи испугалась, что Стивен просто разозлится на неё за то, что она лезет не в свое дело.

Но Стивен спокойно ответил:

— Особенная! — задумался он. — Да нет, Нарцисса самая обычная девушка, только очень красивая. Но дело не в красоте или не только в ней. Я и сам не могу объяснить, почему я так поступаю. Знаю только, что любовь к Нарциссе у меня уже в крови и любить её я смогу перестать только после смерти. Это и наваждение, и страсть, и безумие! И если ты думаешь, что я обманываю себя, считая, что моя любовь взаимна, то… Не взаимна, но это пока. Я всегда добиваюсь поставленной цели. И этой добьюсь. Нарцисса обязательно полюбит меня. Не сегодня, так завтра. Я умею терпеливо ждать! И я обязательно добьюсь своего! — глаза Стивена разгорелись, когда он повторил последнюю фразу.

Лиззи стало его жалко.

«Любовь это не состояние, которое можно заработать усердным трудом и прилежанием!» — хотела сказать она, но промолчала. «Разве я умней Стивена в этом вопросе? Влюблена в Абрахаса, который чихать на меня хотел. Я даже неудачно переспала с ним, разочаровалась в нем, как в любовнике, но все равно продолжаю мечтать, что в один прекрасный день он признается мне в любви, и мы будем счастливы!» — Лиззи почувствовала невыносимую горечь, словно увидев в Стивене свое отражение. И бесплодные мечты, так похожие на её собственные, что никогда не сбудутся. Она была с детства знакома с Нарциссой и знала, что та потрясающе упряма. И если хочет чего-то, то всегда получает это. Лиззи невесело усмехнулась, Нарцисса по характеру, точь-в-точь, как Стивен. «Интересно, чье же упрямство победит?»

— Я верю, что ты умеешь добиваться поставленной цели, — только и сказала Лиззи, умолчав о своих невеселых мыслях. — И, кстати, если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, то только скажи.

— Спасибо, — поблагодарил Стивен.

— Ох, — спохватилась Лиззи. — Мое дежурство, уже двенадцать ночи, мне пора идти дальше! А ты специально меня ждал, да?

— Да, боялся, что ты больше не захочешь иметь дело с коварным соблазнителем!

Лиззи рассмеялась:

— Скорей это я была коварной соблазнительницей! — и она решительно продолжила. — Я хотела сказать тебе спасибо за все, что ты сделал для меня.

— Я почти ничего ни сделал, — возразил Стивен.

— Сделал! — упрямо заявила Лиззи. — Ты вернул мне веру в мужчин. И пусть мой первый мужчина оказался никчемным мальчишкой, зато теперь, я знаю, что есть и другие мужчины. Ты показал мне, что такое любовь, нежность и страсть, пусть даже мы и не любим друг друга. За это тебе и спасибо. А теперь мне пора идти.

Они попрощались и Лиззи пошла дальше в сторону Главной лестницы. Стивен проводил её взглядом и уже повернулся, чтобы возвращаться к себе, как вдруг услышал вскрик Лиззи. Стивен тут же бросился к ней, на ходу доставая волшебную палочку.

Лиззи стояла под лестницей, как раз под одним из пролетов рядом с какой-то кучей одежды и только подойдя ближе, Стивен понял, что это не куча одежды, а живой человек. Это был Северус Снейп. Глядя на его неестественно вывернутые руки и ноги, Стивен сначала решил, что он мертв. Лиззи растерянно переводила взгляд со Стивена на Снейпа. Стивен подошел почти вплотную к Снейпу и произнес заклинание: «Оживи!»

И услышал протяжный тяжелый стон. Потом Стивен произнес заклинание, определяющее степень повреждения и поразился: палочку, казалось, зашкалило. Впервые Стивен сталкивался с такими обширными повреждениями. Проще было назвать, что осталось целым.

— Надо перенести его в Больничное крыло! — испуганно сказала Лиззи.

— Нет, — Стивен покачал головой. — Мы можем еще больше повредить его. Иди к профессору Дамблдору и расскажи ему, а я подожду здесь. Он сам вызовет мадам Помфри.

Лиззи, кивнув, убежала, Стивен автоматически посмотрел на часы, двенадцать часов ночи. Снейп продолжал лежать, но уже не стонал. Лежал он прямо под пролетом лестницы. Если бы Лиззи специально не зашла бы в этот закуток, то Снейпа вряд ли нашли до утра. Да и завтра не сразу бы обнаружили.

« Первое впечатление, что он просто упал с лестницы!» — но Стивен никогда ни верил первым впечатлениям. Да и с этих лестниц вообще редко кто падал. За последние сто лет вообще не было ни одного случая. Лестницы были заколдованы, и упасть с них случайно было невозможно. Стивен понимал и другое то, что, просто упав с лестницы, нельзя получить столь обширные и тяжелые повреждения. Стивен еще раз произнес заклинание, то же самое: переломаны даже пальцы на руках или не переломаны? Присмотревшись, Стивен понял, что они не переломаны, а раздавлены.

« В школе становится интересней с каждым днем! Что же это за заклинание такое со столь необычным эффектом?» — В том, что это не обычное заклинание Стивен был уверен. « Если только Снейпу на каждую часть тела не сел слон!»

Шагов директора еще не было слышно, и Стивен попытался проникнуть в разум Снейпа. Тот был в бессознательно состоянии, и Стивену без труда удалось выяснить, что же произошло час назад.

« И здесь Малфой! Ни дня без гадости, похоже, становится девизом Малфоя!»

Но тут подошли Дамблдор и Лиззи, следом прибежала мадам Помфри. Пока они с Дамблдором осматривали Снейпа, Стивен скромно стоял и ждал, пока его отпустят. Помочь Снейпу он все равно не смог бы, его знаний на это точно не хватило бы.

Через несколько минут Снейпа с величайшей осторожностью перенесли в Больничное крыло и мадам Помфри принялась колдовать над ним. А Дамблдор, узнав от Лиззи и Стивена все, что им известно, отправил обоих спать.

А утром вся школа обсуждала, что главный префект умудрился свалиться с Главной лестницы и весь в переломах лежит в Больничном крыле.

* * *
Нарцисса придвинулась ближе к двери. Лили уничижительно глядела на неё:

— Неужели ты будешь подслушивать, Блэк? — презрительно спросила она.

— Заткнись, Эванс. Ты мне мешаешь! — отмахнулась Нарцисса.

Лили упрямо открыла рот, чтобы еще что-то добавить, и Нарцисса, чтобы Эванс ей не мешала, заколдовала её Силенцио. Теперь Лили лишь смешно разевала рот, ни издавая, к счастью, ни звука и Нарцисса, наконец, сосредоточилась на подслушиваемом разговоре.

…— Что это за заклинание, Поппи?

Поппи Помфри, тридцатилетняя пухленькая женщина с добродушным лицом, ответила:

— I m pugnus!*. Я не помню точного произношения заклинания. Но результат именно такой, как и у нашего больного. Руки, ноги, да почти все тело, кроме головы, будто побывали под многотонным прессом. Огромные повреждения привели к многочисленным внутренним кровотечениям.

— И он еще жив? — задумчиво заметил Дамблдор.

— Да, организм молодой борется, да и нашли его вовремя, еще час-другой и ему было бы невозможно помочь.

— Поппи, он выживет?

— Не знаю! Все зависит только от стойкости его организма. Я сделаю все возможное, чтобы помочь ему. Но прогнозировать точно, можно будет только через день-два. Когда мы полностью восстановим работу всех внутренних органов. В больницу святого Мунго…

И тут Нарцисса каким-то внутренним чутьем почувствовала опасность, резко обернувшись, она увидела, что в неё летит какое-то заклинание.

— Протего! — мгновенно выставила девушка защиту, заклинание ушло в стену. — Эванс, ты с ума сошла?

Зеленые глаза Лили сверкали:

— Ты посмела меня заколдовать?

— Экспеллиармус, — произнесла Нарцисса, но Эванс крепко держа волшебную палочку, отклонилась, и заклинание ушло в пустоту. — Остынь, Эванс. Я извиняюсь! — добавила она примирительным тоном.

— Чтобы подслушать! — продолжала возмущаться Эванс.

— Да что с тобой, Эванс! Подслушивая можно узнать немало интересного и поучительно! Запомни это на будущее!

— Я никогда не опущусь до унизительного подслушивания! — гордо ответила ей Лили.

«Ну и дура!» — чуть не слетело с губ Нарциссы, но она решила не злить зря эту «принципиальную» идиотку.

— Зато теперь я знаю, в чем дело! — заметила Нарцисса. — Знаю то, что не расскажет нам ни Дамблдор, ни мадам Помфри.

— Они расскажут мне правду! — подчеркнула Эванс.

— Ты, правда, так думаешь? — озадаченно спросила Нарцисса, уже, не понимая то ли Эванс действительно такая правильная и наивная, то ли просто идиотка.

— Дамблдор расскажет! — убедительным тоном повторила Эванс.

— Хм. Не буду спорить, — согласилась Нарцисса. — Но потом не спрашивай меня, что я узнала.

И тут из дверей палаты вышел Дамблдор.

— Девушки, вы так громко выясняете отношения, что мешаете нам лечить нашего больного. Он вас услышал и переволновался. Северус хочет видеть вас, — Дамблдор пристально смотрел на Нарциссу, но Лили приняла все на свой счет и шагнула к двери. — Нет, мисс Эванс. Он хочет видеть мисс Блэк.

Лили ошарашено уставилась на него, а потом перевела взгляд на Нарциссу. В ее глаза сверкнули растерянность и обида. Нарцисса тоже была удивлена, но долго удивляться Дамблдор ей не дал, легонько подтолкнув девушку к дверям.

Нарцисса стремительно влетела в палату. Северус лежал на одной из дальних кроватей. Приближаясь к нему, Нарцисса видела, что тот очень бледен, а все тело в бинтах, даже пальцы на руках забинтованы. Мадам Помфри как раз пыталась напоить Северуса каким-то зельем, но тот упрямо сжимал губы.

— Мисс Блэк, он отказывается пить зелье, пока не поговорит с вами.

Нарцисса остановилась почти вплотную к кровати, с тревогой глядя на друга. Она выжидательно смотрела в его глаза, но Северус смотрел на мадам Помфри.

— Вы не могли бы оставить нас наедине? — вежливо попросила Нарцисса, поняв, что при целительнице Северус говорить не будет.

— Только ненадолго и потом вы, Северус, выпьете это зелье до дна, — и, поставив стакан на тумбочку рядом с кроватью, мадам Помфри удалилась к себе.

Нарцисса пристально смотрела на Северуса, лицо, которого было искажено болью.

« Ему, что ни дали обезболивающее зелье?» — она перевела взгляд на стакан с зельем. «Дали, но он отказался его пить!» — она взяла стакан и поднесла его к губам Северуса, стараясь осторожно придерживать его голову.

Но тот с усилием произнес:

— Лили…

— Да, да, Лили тоже здесь, — ответила Нарцисса, недоумевая, зачем её позвали первой. — Я сейчас её позову.

— Лили… ей грозит опасность, — снова с нечеловеческим усилием прошептал Северус. Нарцисса чувствовала, что каждое слово дается парню с огромным трудом.

— Опасность? От кого?

— Малфой … он … помоги!!! — последнее слово далось Северусу так тяжело, что он закрыл глаза, переводя дух.

— Я скажу Дамблдору, — ответила Нарцисса, не зная, что сказать и только догадываясь, чего Северус ждет от неё.

— Нет… сама помоги… я верю только тебе, — Северус совсем обессилил, вновь закрывая глаза.

— Но … — начала Нарцисса и осеклась, не время спорить с Северусом. Но, не понимая почему Северус не хочет воспользоваться помощью директора, одно слово Дамблдора и Малфоя выгонят из школы. — Хорошо! — добавила она.

— Обещай … мне, — говорил Северус с величайшим трудом, но черные глаза смотрели требовательно.

— Обещаю! — с некоторой досадой сказала Нарцисса. — Только из меня охранник такой! Самой вон защитник нужен. А теперь выпей! — и она снова поднесла стакан к губам Северуса. Тот больше не сопротивлялся и покорно выпил зелье.

« При тебе он не осмелиться к ней подойти!» — с надеждой подумал Северус, сказать это вслух уже не оставалось сил. «Одно дело — затащить тебя в постель, а потом жениться, и совсем другое убить!» — Северус снова закрыл глаза, почему-то свет резал глаза.

— Я сейчас позову Лили. А ты обязательно выздоровеешь, Северус, — Нарцисса тепло улыбнулась ему. Северус попытался улыбнуться, но у него вышла лишь страдальческая гримаса.

Нарцисса вышла в коридор, Эванс о чем-то разговаривала с Дамблдором:

— Лили, он хочет тебя видеть! — та тут же скрылась за дверью и Нарцисса осталась наедине с директором.

— А вы, мисс Блэк, можете мне что-то сообщить? Как вы думаете, кто это сделал?

Нарцисса сделала «наивные» глаза:

— А разве Северус не упал с лестницы?

— Не упал! — сухо ответил Дамблдор. — И вам это отлично известно, вы подслушали наш разговор с Поппи.

«Вот болтушка!» — выругалась про себя Нарцисса.

— Не знаю, профессор Дамблдор. Единственный открытый враг Северуса — Джеймс Поттер. Но он не способен на такое, хоть и ненавидит Северуса. Вот избить кулаками или сыграть идиотскую шутку! А поступить вот так! Это слишком подло для Джеймса. Да еще выдать все за несчастный случай!

— Я тоже думаю, что Поттер здесь не при чем! Я спрашиваю вас о другом! У Северуса не было конфликтов с кем-нибудь из учеников? Может, кто-то захотел ему отомстить? ( В голове у Нарциссы возникли события вчерашнего утра) Заклинание Рugnus довольно древнее. И только чистокровные волшебники хранят его в своих архивах. Даже в современных учебниках его нет.

Нарцисса отрицательно покачала головой. Обвинения против Малфоя все равно не доказать. И если сам Северус ничего не рассказал директору, то и она не станет.

И тут Лили, очень бледная, без кровинки в лице, вышла из палаты.

— Профессор Дамблдор, почему Северусу не дадут обезболивающее зелье? — спросила она.

— Пока нельзя, — мягко ответил Дамблдор. — Обезболивающее зелье сильно ослабит воздействие восстанавливающих зелий. Когда они подействуют, то мы и сможем напоить больного более сильным обезболивающим зельем.

— А сейчас он будет терпеть? — не выдержала Нарцисса.

— Это для его же блага! Иначе он умрет. Мы не сможем долго искусственно поддерживать работу его внутренних органов.

— А если использовать заклинание «легкой заморозки»? — спросила Лили.

— Я не думал об этом, но предложу мадам Помфри этот вариант.

— Но мы же волшебники, неужели ничего нельзя сделать? — с отчаянием спросила Лили.

— Мы делаем, мисс Эванс. Если бы мистер Снейп находился в маггловской больнице, он бы уже умер, — прямо ответил Дамблдор. — У него повреждены почти все внутренние органы, не считая переломанных костей.

Лили в ужасе прижала руку к губам, её большие глаза с ужасом смотрели на директора. Нарцисса, находившаяся уже в курсе происходящего, ничем ни выдала своих чувств, только глаза сузились от переполнявшей её ненависти.

— Но я прошу вас молчать о произошедшем! А теперь идите отдыхать, вы здесь с утра. Будет плохо, если и вы обе заболеете, — и Дамблдор вернулся в палату.

Девушки посмотрели друг на друга. Каждая вдруг почувствовала бессилие и боль, из-за того, что ничем не может помочь Северусу.

Они молча пошли к лестнице. Лили, погруженная в свои мысли, не сразу поняла, что Нарцисса идет следом за ней.

— Блэк, а ты чего к себе не идешь? Ты ведь тоже устала.

— Хочу Сириуса увидеть, он спрашивал меня про Северуса.

Лили поджала губы, в такую тяжелую минуту сплетничать, но промолчала.

Ужин уже закончился, ученики как раз расходились по свои гостиным.

Девушки молча поднялись по лестнице и уже у самого порога, Нарцисса вдруг развернулась, сказав:

— Ты права, Лили, я так устала, завтра расскажу. До свидания, — вежливо попрощавшись, она вернулась к лестнице.

Лили пожала плечами: «Странная она какая-то!» — и вошла в гостиную Гриффиндора.

Когда Нарцисса достигла своей гостиной, там было полно учеников. Ни с кем не разговаривая, Нарцисса направилась сразу в свою спальню.

— Блэк, — вдруг окликнул её Малфой, он сидел на своем любимом диване, пристально глядя на неё.

— Малфой, — ответила она в тон парню.

— Нарцисса, — сменил тон Малфой. — Что там с нашим многострадальным префектом?

Девушка, стремительно развернувшись, пошла прямо на парня. На какое-то мгновение тому показалось, что сейчас она достанет волшебную палочку и выпалит смертельное заклинание.

Нарцисса шла прямо на Малфоя, в ушах стучали слова: « Руки, ноги… все тело будто побывали под многотонным прессом» … «многочисленные внутренние кровотечения» … «все зависит только от стойкости его организма»… Усилием воли девушка взяла себя в руки.

Подойдя близко, почти вплотную, Нарцисса остановилась:

— А что конкретно тебя интересует? — холодно осведомилась она.

— Его драгоценное здоровье конечно! — ехидно ответил Малфой.

— Мадам Помфри сказала, что он выживет! — почти соврала Нарцисса. Пусть эта тварь не радуется, что его план удался.

— Выживет! — это известие неприятно удивило Малфоя, но и обрадовало тоже. Люциус приказал, чтобы убийств в школе не было. Ведь если Снейп умрет, то присутствия мракоборцев в школе не избежать. Что удивило Малфоя, так это отсутствие вызова к Дамблдору. Снейп уже должен был рассказать, кто на него напал. И если Дамблдор до сих пор не вызвал его к себе, то это значит только одно, Снейп промолчал. А это вселяло в Малфоя определенные надежды. Он почти не сомневался, что выживший Снейп будет бояться его. И станет послушной марионеткой в его руках.

— Нарцисса, а ты меня простила? — спросил он.

— За что? — удивленно спросила та, за сегодняшними событиями, вчерашние уже казались мелочью.

— За глупую шутку вчера утром! — напомнил Малфой.

Нарцисса усмехнулась:

— Простила, но не до конца. Девушки, особенно такие, как я, так легко не прощают.

И Нарцисса грациозной походкой пошла в свою спальню.

«Любуйся, Малфой тем, что тебе никогда не достанется» — со злостью подумала она.

А потом забыла о нем, размышляя, как же ей выполнить просьбу Северуса.

____________________________________________________________

* I m pugnus! — Удар кулака (лат.) — заклинание, имеющее огромную физическую силу. Придумано автором, в дальнейшем о нем будет рассказано более подробно.



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:15 | Сообщение # 24
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
В Хогсмиде


Сидя следующим утром за завтраком, Нарцисса пыталась зевать незаметно и, главное, проснуться. Вчера ночью она долго не могла уснуть, решая проблему под названием «Лили Эванс».

«Интересно, как Северус представлял себе эту охрану?» Воображение Нарциссы нарисовало парочку мрачных мракоборцев с палочками наготове, а совсем не одну хрупкую девушку, вроде неё самой.

«Можно подумать, что у Северуса была возможность думать. Он и так еле говорил» — справедливо заметил внутренний голос.

И тут Эванс, закончив завтрак, встала и направилась к выходу из Большого зала.

Нарцисса, с тоской посмотрев на свой недоеденный завтрак, вскочила и отправилась следом. Похоже, та направлялась в больничное крыло, и Нарцисса догнала девушку, пора было приступать к первому пункту плана. Увы, первому и единственному на сегодняшний момент.

— Лили, привет! — поздоровалась Нарцисса, приветливо улыбнувшись Эванс.

— Здравствуй, Блэк! — холодно ответствовала Лили.

— Подожди минуту, Лили. Я хочу кое-что тебе сказать, — Эванс остановилась и теперь выжидательно смотрела на неё, скрестив руки на груди. — Я извиняюсь перед тобой за свое отвратительное поведение. Просто я вчера волновалась о Северусе и поэтому повела себя немного… неадекватно. Я хочу стать твоим другом. Прости меня, пожалуйста, — закончив извинение, Нарцисса мило улыбнулась Лили. На ту смотрели наивно распахнутые голубые глаза Нарциссы, да и весь облик слизеринки прямо источал радушие и приветливость. Но Лили хорошо помнила вчерашние холодные глаза Нарциссы и её презрение.

— А если я не хочу с тобой дружить? — прямо спросила Лили.

«Тогда у меня серьезная проблема!» — подумала Нарцисса, а вслух смиренно сказала:

— Мне очень жаль, что из-за маленького недоразумения мы не сможем стать подругами!

— Маленького недоразумения? — возмутилась Лили. — Ты заколдовала меня, чтобы спокойно подслушивать!

— Это было всего-навсего Силенцио! — примиряющим тоном объяснила Нарцисса и добавила. — А ты, зато, рассказала Дамблдору, что я подслушивала!

— Я не рассказывала! — твердо заявила Лили.

— Но он же… — начала Нарцисса и осеклась. — Наверно, он услышал, из-за чего мы ругаемся, и сам все понял, — предположила она. — Ну ладно, не будем об этом.

В этот момент девушки достигли палаты Северуса. Но мадам Помфри тут же их выпроводила, заявив, что Северус спит и будить его нельзя. Выслушав от неё порцию нравоучений и, самое главное, достаточно благоприятные прогнозы для Северуса, девушки покинули больничное крыло.

— Лили, а что ты делаешь сегодня? — вежливо поинтересовалась Нарцисса, с досадой подумав, что звучит это как начальная фраза банального приглашения на свидание.

— У меня много всяких дел, да и домашние задания никто не отменял, — осторожно ответила Лили, не понимая чего этой Блэк от неё надо. Только врожденная вежливость помешала её отшить любопытную девушку.

Нарцисса же незаметно возвела к небу глаза: «Будто меня интересуют твои уроки. Просто убеди меня, что будешь сидеть в башне Гриффиндора и не пойдешь сегодня в Хогсмид или в библиотеку!» Но она четко понимала, что Эванс вряд ли будет её отчитываться в своих намерениях. Мелькнула мысль, рассказать Эванс об опасности и словах Северуса, и забыть об его идиотской просьбе. Но, вспомнив, что она обещала помочь, Нарцисса спросила прямо о том, что её интересовало:

— А ты не собираешься сегодня в Хосмид?

— Да, нужно купить кое-какие книги в «Флориш и Блоттс».

«А библиотеки тебе уже мало!» — с досадой подумала Нарцисса.

— Я тоже сегодня иду в Хосмид, — Нарцисса сделала вид, что замялась, но потом все же продолжила. — У меня к тебе будет огромная просьба. Мне просто необходимо выбрать сегодня праздничное платье для … для дня рождения Стивена. А у тебя, Лили, отличный вкус! Пожалуйста, помоги мне! — Нарцисса даже «заныла», тут же приказав себе не переигрывать.

— С каких это пор слизеринки спрашивают у гриффиндорок: как им одеваться и что покупать? — саркастично осведомилась Лили. — У тебя и самой хороший вкус!

— Скажу тебе правду Лили, только не смейся надо мной, пожалуйста! Да и вообще это страшная тайна и я умоляю тебя никому её не рассказывать, — Нарцисса на секунду замолчала, а потом решительно продолжила. — Мой вкус … мягко говоря, он оставляет желать лучшего. Я люблю все яркое и обтягивающее, и чем короче, тем лучше, а все вместе это зачастую выглядит довольно вульгарно. Поэтому мою элегантную одежду мне тщательно подбирает мама, а я просто её ношу. А сейчас мне просто необходимо элегантное платье. У нас со Стивеном праздник: два месяца, как мы встречаемся и я хотела бы выглядеть неотразимо. А Стивен, он такой придирчивый в одежде, — соврала Нарцисса, Эванс вряд ли знает, что Стивен её и в ночной рубашке будет любить.

— Ты же сначала сказала, что у Стивена день рождения? — нахмурилась Лили.

— Ой, Лили, какая ты внимательная! Правильно годовщина совпадает с днем рождения Стивена. Так что у нас двойной праздник, — тут же выкрутилась Нарцисса, надеясь, что Эванс не скоро узнает, что день рождения у Стивена в начале апреля. — Ну, пожалуйста, — еще раз жалобно попросила она.

— Хорошо, я тебе помогу, — улыбнулась её Лили. — Раз ты так нуждаешься в моей помощи!

Нарцисса довольно кивнула:

— Во сколько пойдем в Хогсмид?

— Но мы можем встретиться уже там, в магазине? — предложила Лили.

— Нет-нет. Давай пойдем в Хогсмид вместе? Мы же теперь почти подруги! А потом зайдем в «Флориш и Блоттс» и купим то, что тебе нужно, — Нарцисса мило улыбалась новообретенной подруге, ни минуты не сомневаясь, что они теперь подруги.

Лили оставалось только кивнуть своей новой настойчивой подруге.

— Встретимся после обеда, — предложила она и направилась, было, к башне Гриффиндора. Нарцисса снова пошла за ней. Лили удивленно посмотрела на неё.

— Ну, я же вчера так и поговорила с Сириусом, — улыбаясь, пояснила Нарцисса.

« У меня скоро челюсть начнет сводить от этих «милых» улыбок!» — подумала она, скривившись, как только Лили отвернулась.

Но, только дойдя до портрета Полной дамы, Нарцисса театрально хлопнула себя по лбу:

— Я совсем забыла, сегодня Сириус вместе с Анной с утра в Хосмиде. Встретимся после обеда, Лили, — и, в последний раз мило улыбнувшись, направилась к лестнице.

« В следующий раз придется встретиться с Сириусом! Иначе Лили обязательно что-то заподозрит!» — мельком подумала она. И совсем не обратила на внимательный, изучающий взгляд Эванс, смотрящей ей вслед.

Несколько часов спустя…

«О, боже! Неужели Эванс совсем слепая! Этот оттенок зеленого придает моей коже мертвенную бледность, и я выгляжу как ожившая покойница, красивая, но с зеленоватой кожей!» — размышляла Нарцисса, стоя перед зеркалом в маленьком магазинчике в Хосмиде. Магазин был рассчитан на солидную публику и цены здесь отпугивали большинство покупателей. Так что сейчас в магазине находились только она, Эванс и продавщица, которая на любое платье, примеряемое Нарциссой восторженно вопила: «Как вам идет!».

« Ну, продавщица понятно, ей по статусу положено восторгаться любым клиентом. Но Эванс! Полное отсутствие вкуса и стиля! Но делать нечего, придется покупать это убожество! Иначе Эванс точно что-то заподозрит!» — и Нарцисса еще раз оглядела себя в зеркале. Платье было красивое и элегантное, но этот цвет совершенно не шел Нарциссе. С тоской поглядев на светло-фиолетовое платье, что так выгодно подчеркивало цвет её глаз, Нарцисса произнесла вслух:

— Тебе оно, правда, нравится, Лили?

— Да и оно необычайно тебе идет! — Лили с видимым удовольствием наблюдала за Нарциссой. Казалось, ей доставляло огромное удовольствие выбирать той платье.

— Сколько оно стоит? — сдалась Нарцисса.

— Всего восемьдесят галеонов, — с милой улыбкой ответила продавщица.

— О! — «расстроилась» Нарцисса. — У меня всего шестьдесят с собой. Боюсь у меня не хватит денег его купить. Лили, давай присмотрим что-нибудь другое.

— Ну, что вы, мисс Блэк, вы наша постоянная клиентка, и я просто запишу на ваш счет. Потом оплатите остаток, — прощебетала продавщица, продолжая мило улыбаться.

Нарцисса улыбнулась ей в ответ, в конце концов, она сама в это вляпалась, ей и платить.

Переодевшись в школьную мантию, она вернулась к Лили. Продавщица упаковала платье и Нарцисса достала деньги, чтобы заплатить, как вдруг…

— Девушка, мы передумали, мы возьмем другое платье, светло-фиолетовое, — произнесла Лили.

Продавщица удивленно уставилась на неё, потом перевела взгляд на Нарциссу. Но та смотрела на Лили.

— Тебе больше идет светло-фиолетовое. Зеленое тоже красивое, но ты в нем вылитая русалка, красивая, но немного зеленая, — пояснила Нарциссе Лили.

— А зачем ты тогда чуть не заставила меня купить зеленое платье? — прямо спросила. Нарцисса.

— Признаться честно, я не поверила твоим словам и проверяла, купишь ли то, что я тебе посоветую. Или признаешь, что цвет платья тебе совершенно не идет.

Продавщица с интересом слушала их разговор. «Только бы не ляпнула чего!»— подумала Нарцисса.

— Нисси, упакуйте мне светло-фиолетовое платье, пожалуйста. Сколько оно стоит? — обратилась Нарцисса к продавщице.

— Пятьдесят галеонов! — ответила и принялась упаковывать другое платье.

Расплатившись, девушки вышли на улицу.

— Спасибо за помощь, Лили. Пойдем в «Три метлы». Я обязательно должна тебя чем-то угостить.

— Не обязательно, — смутилась та.

— А я хочу! — заявила Нарцисса и, взяв Лили за руку, потянула ту за собой.

— Хорошо! — сдалась девушка.

Войдя в паб, они осмотрелись, народу было так много, что свободных мест не было.

— А пойдем в «Кабанью голову»? — предложила Нарцисса. — Ученики его почти не посещают. Я там никогда не была! Заодно узнаем, что это за бар такой?

Лили засомневалась:

— Может девушкам неприлично посещать такие места? Это может быть опасно!

— Сейчас еще день и народу в Хосмиде полно. И потом Сириус говорил, что там не так уж и плохо. Мы только посмотрим и тут же уйдем, если нам не понравиться.

Нарцисса умела убеждать, да и Лили было интересно заглянуть в этот бар и девушки направились туда.

— Да, в свинарнике у Хагрида, наверно чище, чем здесь! — констатировала Нарцисса, оглядев бар.

— Пойдем, Нарцисса. Я здесь ничего пить не буду, — брезгливо заметила Лили.

Но Нарцисса, взяв её за руку, уже направилась к дальнему столику, за которым сидели двое: красивая темноволосая девушка и блондин. Только подойдя ближе, Лили разглядела, что это Абрахас Малфой.

— Привет, Белла! — Нарцисса расцеловалась с девушкой, холодно кивнула Малфою. — Что ты здесь делаешь, милая сестричка?

— Заскочила выпить, а то продрогла на этом ветру, — Беллатриса с интересом рассматривала её спутницу.

— Это Лили Эванс! — Нарцисса представила девушек друг другу. — Лили, это моя любимая сестра, Беллатриса Лестрейндж.

Беллатриса и Лили вежливо кивнули друг другу.

— Как твои дела, Белла? — поинтересовалась Нарцисса .

— Нормально! А твои?

Обменявшись привычными вопросами и ответами, сестры почувствовали некий дискомфорт. Нарцисса хотела бы поговорить с сестрой, но не в присутствии Малфоя. А Белле не нравилось присутствие Эванс, да и она не закончила свой разговор с Абрахасом.

Будто почувствовав, что её присутствие нежелательно, Лили попыталась уйти. Но Нарцисса не дала ей уйти одной. Поцеловав сестру еще раз, она попрощалась с ней. Сестры уговорились встретиться через пару недель и спокойно обсудить все свои новости.

Когда они уже выходили из бара, Нарцисса вдруг обернулась и заметила, как сестра и Малфой, наблюдают за их уходом. У Малфоя был не слишком довольный вид. Если бы Нарцисса только знала, о чем они говорят…

* * *

— Моя сестра тебя терпеть не может! — заметила Белла, внимательно наблюдая за уходом Нарциссы и Лили.

— Мы немного поссорились, — осторожно ответил Абрахас.

— Не знала, что попытка изнасилования теперь так называется, — иронично сказала Беллатриса.

— Откуда ты знаешь? — нахмурился Малфой.

— Ты, что действительно считаешь себя моим единственным источником информации в Хогвартсе? И объясни мне, наконец, что произошло с Северусом? Он был готов вступить в наши ряды. Все эти годы он поддерживал наши идеи. А теперь ты просто заявляешь, что он отказался нам помогать? Причем грубо и категорично. Это не похоже на того Северуса, что я знаю.

Малфой путано и долго объяснил, что произошло…

— Там я немного перегнул палку, но думаю все это к лучшему. Выжив, Снейп будет бояться меня и сделает все, что я прикажу. А с этой грязнокровкой Эванс, ты её сейчас видела, я разберусь позже! — гордо закончил Абрахас, ожидая похвалы.

— Идиот!

Малфою показалось, что он ослышался:

— Что?

-Я сказала, что ты идиот, — уже четче повторила Беллатриса. — Ты выбрал самый худший вариант развития событий. Теперь уже Снейп добровольно никогда не будет работать с нами, по крайней мере, с тобой. Когда Темный лорд об этом узнает, вряд ли он тебя похвалит

— Я чуть не убил его! — повторил Малфой, стараясь скрыть дрожь в голосе. — И потом Снейп не такой уж нужный нам человек, чтобы Темный лорд беспокоился из-за него!

— Тебе лучше бы его просто убить. Он никогда не будет на тебя работать. Как только Снейп выйдет из больницы, то отомстит лично тебе за все.

— А как же надо было поступить? — не унимался Малфой.

— Как? — задумалась Беллатриса. — Нужно было, чтобы кто-то из твоих прислужников изнасиловал или убил его любимую грязнокровку. А потом ты великодушно отдал бы этого идиота Снейпу. Тот бы отомстил, убив насильника, и был бы нашим с головой: уже и душой, и телом.

— А если бы Снейп просто сдал бы его мракоборцам или Дамблдору?

По бару разнесся глубокий красивый смех. Немногочисленные посетители с интересом обернулись на смеявшуюся молодую женщину.

— Снейп никогда бы не обратился за помощью к директору или тем более к мракоборцам. Он по натуре своей одиночка. Разве он хоть раз сдавал гриффиндорцев преподавателям? Те с первого курса постоянно издевались над ним. Иначе бы и ты не смог заманить его одного в ловушку.

— И что мне теперь делать?

— Придется избавиться от Снейпа, пока он лежит в больничном крыле. Пошли ему от имени Эванс что-нибудь сладкое, начиненное ядом.

— Он еще в бессознательном состоянии, — пробормотал Абрахас.

— Я не имела в виду сегодня, а как только начнет выздоравливать или подговори эльфа какого-нибудь, тот в еду намешает.

— А Эванс?

— А что Эванс? Теперь ты можешь делать с ней что захочешь. Если хочешь, развлекись с ней сам! — равнодушно добавила Белла.

— Я не увлекаюсь грязнокровками! — презрительно заметил Абрахас.

— Ну, кто-нибудь из твоих «друзей» может это сделать. Она довольно красивая! — спокойно заметила Беллатриса.

— Мне больше нравится твоя сестра! — улыбнулся Малфой. — Я хочу жениться на ней.

— Ты! — удивилась вслух Беллатриса. «Сначала вырасти, молокос!» — презрительно подумала она. Впрочем, идея породниться с Малфоями ей понравилась. Только ни с этим самовлюбленным идиотом, а с Люциусом. Он может стать прекрасным мужем для Нарциссы. «Надо бы подкинуть эту идею Абрахасу-старшему. Только, чтобы Люциус не знал, что это исходит от меня! Все равно Абрахас постоянно говорит о необходимости женитьбы старшего наследника».

Беллатриса знала, что Нарцисса встречается с неким Стивеном Уэсингтоном. Но её мало это интересовало. « У всех бывают какие-то увлечения! Ведь забыла же она Поттера» — Беллатриса помнила, как помогла сестре, написав ложное письмо. Но сестра более не упоминала имени Поттера в письмах. А источник Беллы писал, что у Нарциссы с Уэсингтоном довольно нежные отношения.

Малфой преданно смотрел на Беллатрису, и её это сильно раздражало:

«Идиот! Испортил такого отличного перспективного пожирателя!» — Беллатриса понимала, что, несмотря на актуальность движения против грязнокровок (на чем виртуозно играл Волан-де-Морт), по-настоящему талантливые и умные маги избегают вступать в ряды пожирателей. В основной своей массе, пожиратели были просто глупым стадом, бандой любителей издеваться над слабыми, упиваясь при этом собственной властью. И кнат цена таким пожирателям. Из всех пожирателей сама Белла едва ли могла назвать десятка два по-настоящему умных людей, а остальные были для Беллатрисы, да и для Темного лорда, просто пылью под ногами.

— И не трогай больше мою сестру, — мягко добавила она. Ничего угрожающего в её голосе не было, но Абрахасу почему-то стало холодно. — Не дрожи, я не буду тебе мстить за эту глупую выходку. Но вторую не прощу.

«И ты еще хочешь получить мою любимую сестру! Получишь, как же!» — мстить ему сама Беллатриса, увы, действительно не могла. По крайней мере, явно. Это был единственный младший брат её лучшего друга. Но это не значит, что она и правда спустит ему это с рук. Скорей наоборот, использует ситуацию в свою пользу.

Попрощавшись с Абрахасом, Беллатриса, накинув капюшон, отправилась в платную совиную почту. Там она быстро черкнула одну строчку и отправила сложенный пергамент в Хогвартс.

« Надеюсь, что он все же попадет к Дамблдору. И тот не позволит Снейпу умереть. А когда Снейп избавится от Малфоя-младшего, то я лично прослежу, чтобы Эванс узнала, что он убийца. Вряд ли правильная Эванс станет встречаться с убийцей, и когда она его бросит, Снейп будет наш. Почти идеальный план! А если Абрахас успеет избавиться от грязнокровки, то и это план не испортит! Просто после смерти Малфоя, я лично займусь Снейпом. И он все равно будет наш. А Люциус? ... Люциус переживет потерю брата!» — на мгновение Беллатриса почувствовала угрызения совести, ведь Люциус любил Абрахаса и гордился своим братом. Но тут же отбросила их: Абрахас был для неё такой же пылью под ногами, как и большинство людей.

* * *

— Профессор Дамблдор, — мадам Помфри вбежала в его кабинет, запыхаясь. — Это прислали сейчас Северусу. Мне, кажется, вам это надо прочитать, — и она протянула директору сложенный вчетверо лист пергамента.

— А конверт?

— Там не было конверта, — ответила мадам Помфри смущенно. — Поэтому я и прочла. Я думала это мне.

Развернув лист, Дамблдор внимательно прочитал единственную фразу, написанную красивым каллиграфическим почерком:

«Бойся данайцев, дары приносящих»…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:16 | Сообщение # 25
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Нарцисса Блэк. Стычка.


Нарцисса вздохнула с облегчением, как только Лили скрылась за портретом Полной дамы. Вчерашний день они с Лили провели вместе почти полностью, да и сегодняшний вечер тоже. Нарцисса придумала, что ей необходима помощь по трансфигурации и уговорила Эванс помочь. Та не слишком охотно, но все же согласилась помочь. Слизеринка догадалась «позаимствовать» почти готовое эссе у Брента Стюарта, своего сокурсника, тот учился отвратительно, но зато его эссе подтвердило слова Нарциссы о её несостоятельности. Конечно, было неприятно снова выставлять себя дурой, но Нарцисса отдала должное Эванс. Та так её не назвала, да и вообще была сдержана и мила, хотя Нарцисса за такое эссе только так бы и обозвала Брента. «Доучиться до шестого курса и не знать элементарных основ трансфигурации! Как он только СОВ умудрился сдать?» — возмущенно думала Нарцисса, когда Эванс начала указывать ей на ошибки. Но зато теперь завтра снова есть повод, показать Лили уже её собственное эссе, но тут Нарцисса сообразила, что теперь «уровень её знаний» не позволяет за один день написать такую работу. «Ладно, завтра, что-нибудь придумаю!» — решила слизеринка и повернулась к лестнице, но тут оттуда раздался голос Джеймса. Девушка стремительно залетела за угол

и вовремя, в коридоре показался Джеймс со своей новой пассией. Осторожно выглянув из-за угла, Нарцисса с радостью отметила, что Джеймс не выглядит счастливым. И её подозрения, что все это он делает ей назло, превратились в уверенность. Нарцисса повеселела и тут начала мечтать о том времени, когда они с Джеймсом будут вместе. Но тут Нарцисса вспомнила о Стивене и помрачнела. Она уже не один раз пожалела, что решила использовать именно этого парня. Он вел себя безупречно, не дал ей ни одного повода порвать с ним. И даже в последние дни, когда она всё свое время проводила с Эванс, не упрекал в отсутствии внимания.

«Но с ним все равно придется порвать! И, кажется, в этой ситуации я все же буду выглядеть стервой!» Нарцисса, как истинная женщина, предпочла бы переложить вину за расставание на Стивена или просто расстаться, по взаимному согласию. Но уже понимала, что Стивен сам её никогда не бросит. «Вот если бы он дал мне повод!» — размечталась девушка. «Тогда бы я могла, не испытывая угрызений совести, бросить его!» — еще раз вздохнув, Нарцисса шагнула из своего укрытия, но тут портрет снова открылся и оттуда появилась Лили.

«Куда это она?» — удивилась Нарцисса. «Время уже позднее, а она…» — не закончив мысль, девушка осторожно отправилась за гриффиндоркой. Лили пару раз обернулась, но Нарцисса каждый раз успевала присесть на лестнице, и та её вроде не увидела.

Лили спустилась до пятого этажа и повернула в глубь этажа. Нарцисса продолжила осторожно красться за ней. Время уже перевалило за одиннадцать, и коридоры были пусты. Миновав первый длинный коридор, Нарцисса, прежде чем идти дальше, осторожно выглянула из-за угла.

«Есть!» — выдохнула она про себя. Поодаль, почти в конце коридора, стояла Лили в окружении троицы: Малфоя со своими неизменными спутниками.

«Догулялась, дура!» — выругалась про себя Нарцисса. «Что же мне теперь делать?» Вопрос повис в воздухе. Если честно, то Нарцисса и не предполагала, что опасения Северуса сбудутся. И никак не подготовилась к этой ситуации. И сейчас прислонившись к стене, она лихорадочно решала, что же ей теперь делать. Первым порывом было выйти и кинуться к ним, но Нарцисса слишком хорошо помнила, чем закончилась её «ссора» с Малфоем. Девушка вспомнила холодные глаза Малфоя, и внутренний голос предательский зашептал ей: «Иди в спальню! Зачем тебе это?»

«Но Лили нужна помощь!» — слабо возразила Нарцисса.

«Ей, прежде всего, нужна хорошая встряска! Вот она её и получит. Да не бойся ты за неё, Малфой не осмелиться её убить».

« Да, они всего лишь попугают её, это в лучшем случае, а в худшем…» — Нарцисса повернулась и прижалась лбом к холодной стене.

«А в худшем, с ней произойдет то же, что и с Лиззи. Но для тебя будет лучше, если они её убьют!» — хладнокровно рассуждал внутренний голос.

« Нет! Чем это будет для меня лучше?» — возразила Нарцисса.

«Джеймс» — лаконично констатировал внутренний голос. « Она никогда не будет на него претендовать. Мертвые не отбивают мужчин, они мирно спят!»

«Ты хочешь убедить меня, что смерть Лили будет для меня благом?»

«А разве нет?» — спросил голос. «Да и для неё самой тоже, вспомни Лиззи! В каком состоянии вы её нашли? А тут их трое!»

Нарцисса снова осторожно выглянула из-за угла, Лили держала волшебную палочку, направив её на Малфоя. Тот усмехнулся, шевельнул рукой, и палочка Лили, выскользнув из её руки, отлетела в сторону. Парни довольно рассмеялись.

Нарцисса вернулась на место, перестав подсматривать.

«Надо решать, что делать!»

«Что тут решать? Уходи! Северусу расскажешь всю правду: ходила следом, доводила до факультета. А куда она пошла после, об этом ты и не знаешь! Уходи!» — приказал ей внутренний голос.

Нарцисса вновь прижалась лбом к стене. В голове стучало, в горле пересохло, страшно хотелось пить… и сбежать. Да, именно сбежать! Занятая мыслями о поручении Северуса и «изменой» Джеймса, Нарцисса старательно не вспоминала о своих страхах и впечатлениях в то страшное утро. Но сейчас все её страхи снова нахлынули на неё. Вспоминая холодные глаза Малфоя, его жёсткие руки, шарившие по её телу, Нарцисса сжалась от страха, что все может повториться. «Главное, помни, завтра этого любителя грязнокровок может и не оказаться рядом!» — зазвучало в её голове.

« Я уйду! Она сама виновата! Зачем Эванс пришла сюда?» — приняв решение, Нарцисса сделала шаг к выходу, потом второй. И тут раздался вскрик Лили, который тут же оборвался на полуслове.

Девушка замерла на месте и обреченно повернула назад:

«Я не могу просто уйти!»

«Хорошо!» — согласился внутренний голос. «Беги за кем-нибудь из преподавателей!»

Но Нарцисса не двигалась с места. Достав волшебную палочку, она крепко сжала её в руке и глубоко вздохнула, словно набирала воздуха перед нырком в глубокую воду. Страх внезапно отступил, точнее Нарцисса спрятала его глубоко, перестав ему подчиняться. И девушка решительно вышла из-за угла. Прежде чем остальные успели её заметить, она уже была почти около них. И только последние шаги Нарцисса преодолевала под их удивленными взглядами.

— Привет, Абрахас! Джон! Мэтью! Гуляете перед сном? — как ни в чем не бывало, спросила она.

Руку державшую палочку, она крепко прижала к мантии, в складках которой её не было видно. Лили держал в захвате, крепко к ней прижимаясь, Мэттью.

— Вот ты где, Лили! — весело добавила она. — А мы тебя уже заждались!

— Где заждались? — лениво усмехнулся Малфой. Нарцисса с приторной улыбкой взглянула на него и нежным голосом ответила:

— В кабинете на шестом этаже. Там много народа: Сириус, Джеймс и другие. У нас небольшая вечеринка. Ждем только Лили, — Нарцисса настойчиво убеждала, что их с Лили ждут гриффиндорцы.

— А Лили не хочет идти с тобой! Правда, цыпочка? — ухмыльнулся Малфой.

— Неправда! — отрезала Лили, пытаясь вырваться из крепких объятий Редмана.

— Малфой, ты не перегибаешь палку? — мягко спросила Нарцисса. — А то, как бы снова прощения не пришлось просить! — не сдержалась она.

Хервей и Редман изумлено уставились на неё. Редман даже выпучил глаза, пытаясь понять, что же Нарцисса такого сказала.

— Я могу и еще раз попросить, только на этот раз будет за что! — отрезал Малфой.

Он боялся Беллатрисы больше всех на свете, кроме Темного лорда. Но отступить сейчас после угрозы Блэк, означало бы показать, что он испугался пустых угроз девчонки и уронить собственный престиж в их глазах. Эти двое не были важными людьми, но Малфой четко понимал, что об этом, учитывая болтливость Редмана, завтра будут знать все слизеринцы.

«Сотрем им память!» — решил он. «Обеим! И Белла никогда об этом не узнает!»

И уже поднял волшебную палочку, как вдруг…

— Лили! Нарцисса! Вы где? — громогласно вопрошая, влетел в коридор Питер Петтигрю. — Меня вас искать отправили. Все ждут, — последние слова Питер сказал уже нормальным голосом.

— А вы чем здесь занимаетесь? — удивленно спросил он, глядя на Эванс, находившуюся в захвате рук Редмана, и казавшихся, со стороны, обнимающейся парой, и напряженную Нарциссу, стоявшую рядом.

— Здравствуй, Малфой! — вежливо поздоровался он. — Какие-то проблемы? — поинтересовался он, демонстративно доставая волшебную палочку.

Малфой небрежно кивнул в ответ, решая про себя:

«Один этот придурок мало что может! Но он здесь! А значит Блэк не соврала, остальные где-то рядом! Придется дождаться следующего удобного случая!» — и, приняв решение, бросил Редману:

— Отпусти Эванс! Пошутили и хватит! Да, Эванс?

— Нет, — потирая освобожденные руки, резко ответила та. — Я и не собиралась с вами шутить! Ответь, зачем вы меня позвали?

— Мы тебя не звали! — искренним тоном сказал Малфой. — Мы просто гуляли, смотрим одинокая красотка! Хотели с тобой пошутить! Кто же виноват, Эванс, что ты шуток не понимаешь? — слова были игривые, а тон холодный, от пронизывающего взгляда Малфоя, Лили вздрогнула.

— Пошли, Лили, — прервала их «милую» беседу Нарцисса. — Нас уже заждались.

И решительно взяв ту за руку, Нарцисса потянула её за собой.

Питер продолжал стоять, ожидая, пока девушки достигнут поворота. А потом повернулся, чтобы уйти и тут Малфой бросил ему:

— Я умею «благодарить» людей, особенно тех, кто ищет работу на предприятиях моего отца!

Питер даже не повернулся, спокойно продолжая свой путь. Но Нарцисса, снова осторожно наблюдающая из-за угла, слышала эти странные слова.

Выйдя на лестницу, трио устремилось на седьмой этаж. Нарцисса почти силой тащила за собой Эванс, кипя от злости на неё. И только на седьмом этаже перед портретом Полной дамы, она остановилась:

— Какого дьявола, Эванс, ты к нему поперлась? — выплеснула она.

— Нужно было, вот и пошла! — ощетинилась та.

— Нужно было! — со злостью повторила Нарцисса. — Ты идиотка! Знаешь, что они с тобой, с нами, — поправилась она, — сделали бы? Или тебе подробно описать?

— Догадываюсь! — высокомерно ответила Лили. — Но тебя никто не просил о помощи! — добавила она. — Шла бы себе дальше. Я бы сама справилась!

— Ах, так! — от злости Нарцисса чуть не задохнулась. — Вот значит как! Спасибо за совет! В следующий раз я так и сделаю! И больше не буду рисковать собой ради особы, вроде тебя!

— Тише, девушки! Вы всех перебудите своими криками! — и Питер утащил их в коридор, в котором ранее пряталась Нарцисса.

— А теперь объясните мне что происходит?

— Да-да. И мне заодно объясни: зачем ты, изображая идиотку, таскалась за мной последние три дня? — поддержала его Эванс.

— Ничего я не буду тебе объяснять, — огрызнулась на Эванс Нарцисса. — Иди спать, Эванс! Завтра ты снова можешь понадобиться Малфою, и меня рядом уже не будет. Я больше не намерена «изображать идиотку», — передразнила она Лили.

Эванс повернулась и пошла к портрету Полной даме, но Нарцисса не дала ей уйти, её страх, превратившийся в ярость, требовал выхода. Налетев на девушку, она силой повернула ту к себе и выпалила:

— Скажи, Эванс, если ты подозревала, что все не так просто, зачем ты пошла к ним в ловушку?

Лили молчала, Нарцисса попыталась её встряхнуть, чтобы заставить ответить.

— За тем, что в записке мне пообещали рассказать, что произошло с Северусом и почему ты притворяешься моей подругой!

— Они бы тебе скорей показали, что с ним произошло, — не выдержала Нарцисса. Лили вырвавшись, отодвинулась от Нарциссы. — А у тебя самой-то есть какие-то предположения, Эванс?

— Есть, кажется, ты пыталась меня защитить! — неохотно признала Лили.

— Кажется! — рассмеялась Нарцисса и обратилась к Питеру. — Представляешь, ей кажется, что я хотела её защитить! Малфой и тот догадался на чем сыграть! А тебе это только кажется.

Питер молча смотрел на ругающихся девушек, а потом сказал:

— Вы подождите меня здесь, сейчас я приведу ребят, и мы проводим Нарциссу до её факультета. Или тебе слишком опасно туда возвращаться?

— Не знаю, надеюсь, что нет. Все же не я цель Малфоя, — пожала плечами та.

— Лили, ты действительно не права, — обратился Питер к Эванс. — Ты очень глупо поступила, отправившись туда! Представь, что они бы с тобой могли сделать, если бы не мы?

— Они бы не осмелились! — упрямо возразила Лили.

Нарцисса хмыкнула и обратилась к Питеру:

— Питер, большое спасибо за помощь. Я в отличие от некоторых, четко осознаю, что ты спас нас. По меньшей мере, нашу «девичью честь», — и Нарцисса, подойдя к Питеру, расцеловала его в обе щеки. — А по большей, и жизнь! Я …

Но тут её перебила Эванс:

— Я все отлично понимаю, Блэк! Спасибо тебе, Питер! — и тоже поцеловала парня.

Тот улыбнулся:

— Стоило рискнуть, чтобы тебя поцеловали две самые красивые девушки школы! Эх, жаль никто не видит, а то мой статус бы в школе резко вырос!

— Я могу и завтра при всех тебя поцеловать, — предложила Нарцисса.

— Не надо, я пошутил, — отказался парень. — Ну ладно, девушки, вы пока разберитесь между собой, я за друзьями!

После его ухода повисло тяжелое молчание. Нарцисса скрестила руки на груди:

« Я не заговорю первой!» — упрямо решила она. «Да и вообще, Эванс теперь в курсе, а я спокойно могу заняться собственными делами!»

Но Лили первая нарушила молчание:

— Прости меня, Нарцисса. Ты права, я была слишком самоуверенна! Действительно если бы не вы с Питером, неизвестно, что могло бы случиться. Ты отличная подруга и я предлагаю тебе свою дружбу! Уже по-настоящему, — она протянула Нарциссе свою руку.

Но Нарцисса не спешила её пожимать.

— Я вовсе не такая уж хорошая, — неожиданно призналась она. — Я чуть не бросила тебя там, с ними!

— Ну, ты же не бросила меня! — возразила Лили.

— Только потому, что я обещала Северусу, — честно созналась Нарцисса.

Но Лили покачала головой:

— Ты все равно отличный друг. Я же никогда не вызывала у тебя симпатию, а ты все равно мне помогла. Или ты не хочешь быть моим другом? — прямо спросила она.

— Хочу, — вырвалось у Нарциссы. И только сказав это, она осознала, что сказала правду. Эванс действительно нравилась ей, как человек. Она была упрямой, но доброй и искренней. И узнав её ближе, Нарцисса поняла, что нашли в ней Джеймс и Северус. Это была не только доброта, но и какая-то чистота, которую Лили не выпячивала. Прекрасные рыжие волосы, правильные черты лица, глубокие выразительные глаза поразительного зеленого оттенка. Но Эванс была красива не только внешне, прекрасна была и её душа. Может быть, Нарцисса еще плохо знала её, но в Лили совсем не чувствовалось зависти и злобы. Она стремилась помочь любому ученику, попавшему в беду. А первокурсники просто обожали её: добрая, всегда готовая помочь или разъяснить что-то непонятное.

— Это хорошо! Извини, что назвала тебя идиоткой! Я вспыльчива, — призналась Лили.

— Я тоже, и ты меня прости, — сказала Нарцисса, испытывая сожаление, что жизнь сделала их с Лили соперницами в любви.

— Нарцисса, Лили! — возглас Римуса прервал их беседу. — С вами все в порядке?

Вместе с Питером и Римусом пришел и Джеймс. Взгляд его был направлен на Нарциссу. Она улыбнулась ему, показывая, что все в порядке, и он с облегчением вздохнул.

— С этого дня, девушки, мы берем вас под свою защиту! Теперь кто-то из нас постоянно будет находиться рядом с вами, — объявил он. — А с Малфоем мы обязательно разберемся.

— Мне не нужна твоя охрана, — холодно ответила Лили.

— А я думаю, нужна, — с улыбкой возразил ей Джеймс.

— А что скажет твоя Луиза, если ты будешь постоянно торчать возле нас?

— Ничего не скажет! — спокойно ответил тот. — Мы сегодня расстались! Видишь ли, Лили, я, наконец, понял, что меня больше не интересует случайный секс, я хочу любви определенной девушки и намерен добиться своего! Правда, пока она встречается с другим парнем, но это не надолго!

— И ты легко готов разрушить счастье этих двоих ради минутной прихоти?

Джеймс нахмурился:

— Я уверен, что она любит меня.

— Какая самоуверенность! Я люблю Северуса! И буду с ним! — добавила Лили.

— А я разве говорил о тебе, Лили? — торжествующе улыбнулся Джеймс. — Ты можешь не беспокоиться за свое счастье с Нюнчиком! Это точно не ты!

Лили недоверчиво хмыкнула и, повернувшись к Нарциссе, сказала:

— Я, наверно, не пойду тебя провожать, Нарцисса, — та согласно кивнула. — До завтра, — попрощавшись, она направилась в гостиную Гриффиндора.

Джеймс, проводив её взглядом, протянул Нарциссе руку, пальцы их переплелись и они направились к лестнице.

Римус, недоумевающее смотрел на них: странное поведение Джеймса с Луизой, слова Джеймса…! Смутные догадки возникли у него в голове, словно головоломка складывалась, и тут Нарцисса повернулась к нему, глаза её сияли от счастья:

— Римус, ты идешь?

Сияющая улыбка Нарциссы превратила его догадку в твердую уверенность, сердце сжалось от боли и ревности. Но, справившись с собой, он молча пошел за ними…

Джеймс, весело насвистывая, ступил на лестницу с площадки третьего этажа. Все складывалось просто замечательно, проводив Нарциссу, они возвращались в свою гостиную. Конечно присутствие друзей, помешало окончательному объяснению с Нарциссой. « Но у нас еще все впереди! Завтра я обязательно с ней все выясню!» Но сияющие глаза девушки свидетельствовали, что его пассаж был понят правильно. А то, что всю дорогу до Слизерина их пальцы оставались переплетенными, означало, что Нарцисса не сердится на его глупую выходку с Луизой. Но вот любит ли он её?

— Что ты творишь, Джеймс? — в тон его мыслям, вдруг раздалось позади него.

Джеймс с удивлением повернулся к Римусу:

— Не понял?

— Все ты понял! Зачем тебе Нарцисса? Чтобы поразвлечься с ней? — выдохнул Римус.

— У меня все серьезно… — начал Джеймс.

— Серьезно?! У тебя?! — чеканя каждое слова, проговорил Римус. — Да ты играешь девушками, мимоходом портя им жизнь: Линда, Луиза, Лили… Еще недавно ты громогласно твердил о своей любви к ней! Быстро же твоя любовь прошла! — с ненавистью выдохнул Люпин. Ревность затмила ему разум, и он стремился побольней ударить счастливого соперника.

— Это уже не твое дело! — тоже вспылил Джеймс. — Я не собираюсь оправдываться перед тобой!

— Конечно! Разве Великий и Великолепный Поттер будет оправдываться перед жалким оборотнем! — с горечью воскликнул Римус.

— Твои комплексы мне уже надоели! — резко ответил Джеймс. — Придумал себе отличную отмазку, чтобы ничего делать! Ах, я оборотень! Меня девушки не могут любить! Если ты любил Нарциссу, то почему не добивался её? Сразу сложил ручки и сдался! А теперь, когда я ей заинтересовался, ты тут же «проснулся»! Тебе не кажется, что поздно ты спохватился?

— Да, я люблю Нарциссу и уже давно! И был бы рад, если бы она обрела счастье с кем-нибудь. Только такой бабник, как ты, не сделает её счастливой! Для тебя же это просто новая игрушка! А что будет потом? Эх, да что с тобой говорить? Ты же слышишь только себя! — и Римус, не глядя, сделал шаг назад, стремясь остаться на площадке третьего этажа. Но лестница уже начала свой путь наверх и Люпин, провалившись в пустоту, с громким криком упал вниз. Через долгую секунду оттуда раздался отвратительный стук тела, ударившегося об пол…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:17 | Сообщение # 26
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Джеймс Поттер и Стивен Уэсингтон: Вечер одного дня.


Стивен вернулся в спальню и, не раздеваясь, лег на свою кровать. Нарцисса снова была занята с Лили Эванс. Он подозревал, что внезапная дружба девушек связана с нападением на Снейпа, но пока не стал настаивать на свиданиях с ней. Стивен чувствовал, что сейчас опасно давить на неё. Их отношения и так держались только на любви самого Стивена и симпатии Нарциссы к нему.

Ричард уже расположился на своей кровати, рядом с ним сидели трое сокурсников, все они занимались своим любимым делом: обсуждали свои победы над девушками, в большинстве своем выдуманные. Стивен, с легкостью считывающий их мысли, отлично это знал. Как только он вошел в спальню, их разговор умолк, но потом Ричард произнес:

— А вот я всегда защищаю свою девушку! Никому не позволю её обидеть! Как бы крут он не был! Я бы этому Малфою руки бы вырвал, если бы он к моей женщине их протянул, — говоря все это, Ричард скосил взгляд хитрых глаз в сторону Стивена, но тот спокойно лежал, никак не реагируя на его слова. И даже не воспринимая их на свой счет. Этого Ричард стерпеть не смог. Знание тайны последние три дня, словно жгло ему руки. И не в силах больше терпеть, он вскочил с кровати и подошел к Стивену.

— Стивен, что ты думаешь о трусах, не умеющих защитить свою женщину? Мало того, даже не пожелавших отомстить за неё?

— Это действительно называется трусостью, но обстоятельства бывают разные! — ответил тот, внимательно глядя на него.

Ричард повернулся к приятелям и демонстративно развел руками:

— Видите, он признает, что трус, — и снова повернувшись к Стивену, презрительно спросил. — Малфой слишком крут для тебя, да? Поэтому ты простил ему Нарциссу?

— Что-о-о? — Стивен медленно поднялся со своей кровати.

— О! Мы делаем вид, что не знали? Это очень удобно! Ничего делать не надо! Или Нарцисса не рассказала тебе о том, что Малфой зажал её прямо в гостиной? Интересно, он добился своего? А может, ей понравилось, поэтому она тебе и не рассказала?

— Что не рассказала? — напряженным тоном спросил Стивен.

Но Ричард этого не заметил и с удовольствием поведал о том, что ему рассказала одна из слизеринок.

— То есть все слизеринцы просто ушли, и никто не попытался остановить эту сволочь? — уточнил Стивен.

— Да! — пожал плечами Ричард. — Среди них желающих возразить Малфою, нет! Тот любому, кто пойдет против, устроит «шикарную» жизнь. А ты действительно не знал? — ехидно спросил он.

Стивен покачал головой и быстро пошел к выходу из спальни:

— Ричард, спасибо, что сообщил. Я это запомню!

Тот недоверчиво хмыкнул и вернулся на свою кровать.

— Думаешь, он и, правда, не знал? — спросил один из когтевранцев.

— Может. И если это так, то вряд ли они с Нарциссой долго будут вместе! Если девушка не ищет защиты у своего парня… — Ричард не закончил фразу.

— Думаешь, Малфой добился своего? — живо спросил другой приятель.

— Мария сказала, что Нарцисса была на первой паре и почти не опоздала, зато Малфоя не было, но его видели идущим из Больничного крыла в то утро. Похоже, кто-то все-таки пришел ей на помощь!

— А почему ты не сказал этого Стивену?

— Перебьётся! — отрезал Ричард. — Пускай помучается, а еще лучше Нарциссу расспросит. Хотел бы я посмотреть, как Малфой эту гордячку обламывает!

— Ты бы ей помог? — с усмешкой спросил один из приятелей.

— Я, что дурак, с Малфоем связываться! Я бы её после утешил! — рассмеялся Ричард. — Показал бы, что такое настоящий мужчина, — и добавил. — Интересно, кто из них выиграет: Стив или Абрахас?

— А ты за кого?

— За себя! — отрезал Ричард. — Но я бы с удовольствием понаблюдал бы, как Уэсингтону кто-нибудь «рога пообломал» или что похуже, — с надеждой добавил он.

Стивен бежал, буквально несся по коридорам Хогвартса. Им овладела громадная всепоглощающая ярость, которая настойчиво требовала немедленного выхода. И только поднявшись на самую высокую башню школы, он остановился. Ноябрьский ветер чуть не сбил его с ног, но Стивен был только рад, когда ночной холод мгновенно остудил горевшее лицо. Он остановился, только подойдя к самому краю башни. Над ним было звездное небо, ветер продолжал свистеть, но Стивен этого не замечал.

«Как она могла?» — стучало у него в голове. «Почему не рассказала мне?»

— Почему ты мне не сказала? — ветер унес его отчаянный вопль куда-то далеко.

Вопросы, одни вопросы на которые был только один ответ. Это начало конца их отношений!... Отношений, которые по-настоящему дороги только ему одному. А Нарцисса? Она предпочла сама справиться со своими проблемами. Стивен, прочел в мыслях Ричарда то, что тот не договорил. Был кто-то, кто остановил Малфоя. И скорей всего, это был Снейп, учитывая нападение на него тем же вечером.

Стивен вдруг ясно ощутил всю шаткость его отношений с Нарциссой. Словно внезапно очнулся посреди пропасти, стоя на тоненькой доске. На том конце пропасти была Нарцисса и счастливая жизнь с ней, внизу глубокая пропасть, а позади не было ничего. Стивен чувствовал, что выхода у него всего два: или счастье с Нарциссой, или пропасть. И чтобы не упасть в эту пропасть, нужно двигаться вперед с предельной осторожностью. Именно поэтому он сейчас и здесь, а не выясняет отношения с Нарциссой. Стивен понимал, что обвини он её в скрытности или в том, что она не рассказала о Малфое, может начаться ссора, которую девушка немедленно использует, чтобы порвать с ним навсегда. А ему нельзя давать ей даже малейший повод, хватит и ночи, проведенной с Лизи.

«Ох, уж эта ночь!» — Стивен почти сожалел, что поддался искушению, ведь именно чувство вины последние три дня не позволяло ему полноценно общаться с Нарциссой. «К дьяволу эту вину! Нужно забыть о ней! И завтра же заняться Нарциссой. Если она не желает расставаться с Эванс, это её право. Но я тоже буду с ними. Нарциссе придется напомнить, что я все еще её парень!... Что можно сделать еще?... Поттер! Он столько лет сходит с ума по Эванс, полшколы об этом знает. Почему бы не помочь ему завоевать её любовь? Это заставит его навсегда забыть о моей Нарциссе!»

Размышляя, как можно это сделать, Стивен даже на миг не задумался о чувствах Поттера, Эванс или Нарциссы. Он поставил перед собой четкую цель: любовь Нарциссы. И верил, что если Поттер не будет мешаться под ногами, то та полюбит его. Ведь уже сейчас она испытывает к нему большую симпатию, и даже страсть. Той ночью, когда им помешало это проклятое заклятие, она была согласна стать его любовницей. И с нетерпением ожидала этого. Стивен даже ощущал гордость из-за того, что он первый пробудил в Нарциссе страсть и желание отдаться мужчине. А Поттер? Это просто детское желание Нарциссы получить недосягаемое. Если бы она действительно любила Джеймса, то не отдавалась бы Стивену так страстно. Единственное, что им тогда помешало переспать, было это дурацкое заклятие. Стивен решил сделать все возможное и невозможное, что бы Поттер воссоединился с Эванс, потом мысли Стивена обратились к Малфою.

«Мальчик зарвался! Пора обрезать крылышки этому «черному ангелу»!»

Перебрав в уме несколько способов мести, Стивен остановился на самом эффективном.

«Сделать это будет непросто! Но попробовать можно. А если не получится?» — Стивен мрачно усмехнулся. «То Малфой умрет! После такого не выживают или выживают, но сходят с ума! Главное, чтобы никто не заподозрил меня! Девис и те трое знают! Хотя, что они знают? Они всего лишь рассказали мне о выходке Малфоя. Но никакой реакции от меня не последовало. Пусть не сомневаются, что я струсил и не стал связываться с Малфоем. Так будет лучше всего! Оптимальный мститель Малфою — это Снейп! Ведь именно его тот чуть не убил. И все подозрения надо будет перевести на него. Ведь Снейп тоже легилимент! Завтра я подготовлю почву, а потом, когда Снейп выйдет из больницы, нанесу окончательный удар! Или можно этого не делать! Если все пройдет, как задумано, то в дальнейшем малейшее вмешательство сведет Малфоя с ума! И Дамблдор будет подозревать только одного известного ему легилимента в школе. Только нужно будет, чтобы директор узнал, что Снейп легилимент. Если он еще об этом не знает!»

Очнувшись, наконец, от раздумий, Стивен ощутил, как он смертельно замерз. Осенний воздух был наполнен легким морозцем, что уже с удовольствием пощипывал щеки парня. Стивен повернулся, чтобы уйти, и тут тишину разрезал какой-то странный громкий звук, в котором он четко уловил слова:

— Ученик свалился с лестницы! Ученик свалился с лестницы!

Стивен понял, что это древняя сигнализация школы, о которой он только читал в «Истории Хогвартса», но никогда не слышал.

«Надо же, какой-то идиот умудрился свалиться с лестницы!» — Стивен пошел к люку, было слишком холодно, да и не к чему больше оставаться на башне.

* * *
Джеймс смотрел прямо в глаза директора.

— Никто не виноват, профессор Дамблдор, Римус сам случайно оступился и упал.

— Я вам верю, мистер Поттер. Я позвал вас к себе не для того, чтобы обвинить в чем-то, а просто поговорить.

— Мы бы предпочли находиться в Больничном крыле рядом с Римусом.

— Вы сейчас ничем не можете ему помочь. Сломанные кости миссис Помфри быстро срастит и завтра мистер Люпин сможет покинуть Больничное крыло.

— Но он же упал с третьего этажа? — удивился Питер.

— Мистер Люпин повезло, что он не сломал при падении шею, а остальные переломы колдомедицина легко способна вылечить. Но я не только об этом хотел с вами поговорить. Вы оба ничего не хотите мне рассказать? Например, что вы делали поздней ночью на лестнице?

Джеймс переглянулся с Питером, тот одобрительно кивнул и гриффиндорец рассказал директору об инциденте с Малфоем.

Все некоторое время молчали.

— Профессор, вы должны наказать Малфоя: исключите его из школы! — предложил Джеймс.

— Должен по человеческим понятиям, но по закону я ничего не могу сделать. Единственное, за что можно его наказать, это за нарушения правил школы. Но и мисс Эванс, и мисс Блэк тоже нарушили эти правила.

— Но они пытались напасть на них! Угрожали им!

— Вы слышали эти угрозы?

— Не было угроз, — признал Питер.

— Может, ты просто их не слышал? — спросил Джеймс.

Директор покачал головой:

— Даже если бы они и были, то адвокат Малфоев без труда доказал бы, что это всего лишь шутка. Ведь никаких повреждений девушкам не было нанесено.

— А! То есть, если бы они их все же изнасиловали, то вы бы имели право выгнать Малфоя из школы и отдать его в Азкабан. А так как этого не произошло, вы с успехом сделаете вид, что ничего не произошло. А эта сволочь будет и дальше запугивать наших девушек? — Джеймс злился все сильней.

— Мне придется, мистер Поттер. Я бессилен перед законом. Все, что я могу, это держать девушек под личным наблюдением. И я это сделаю! Тем более, что мисс Блэк вторично чуть не подверглась нападению!

— Вторично? — недоверчиво спросил Джеймс.

— А вы не знали? В пятницу мисс Блэк уже подверглась нападению со стороны Малфоя. Но мистер Снейп вовремя вмешался.

— А откуда вы знаете об этом? — подозрительно спросил Питер.

— Знаю, мистер Петтигрю, а откуда, это мой личный секрет.

— Вот значит, почему Ню… Снейп сейчас в больнице! — протянул Джеймс. — Но если девушки и не пострадали, то он-то точно пострадал и достаточно серьезно! За это-то можно отправить Малфоя в Азкабан!

— Нельзя, — ответил директор. — Во-первых, Снейп сказал, что сам упал с лестницы. Во-вторых, еще до того, как пострадавший смог разговаривать, десяток слизеринцев подтвердили, что Малфой находился вместе с ними в спальне Слизерина и никуда не отлучался в тот вечер.

— И вы им верите? — презрительно спросил Джеймс.

— Верю или не верю, это не имеет никакого значения, мистер Поттер. Главное то, что мне не в чем обвинить Малфоя. И только это имеет значение.

— Отец считает вас самым величайшим волшебником в нашем веке! А вы не можете ничего сделать с этим зарвавшимся мальчишкой! — с горечью заметил Джеймс.

— Как волшебник, я могу одним движением пальца избавиться от него. Но вам не кажется, что остальные назовут это «избиением младенца»?

— Но если вы не можете законно наказать Малфоя, тогда мы с удовольствием возьмем эту миссию на себя, — твердо сказал Джеймс.

— Этого я вам разрешить не могу, но и запретить тоже! — ответил директор, глаза его блеснули. — И я надеюсь, вы не оставите вниманием мисс Блэк, ей не приходится рассчитывать на помощь своих сокурсников.

— Не оставим, — пробурчал Джеймс.

Гриффиндорцы поднялись и отправились в свою спальню. Там они все рассказали Сириусу и Гидеону, терпеливо ожидавшим их возвращения.

Сириус, узнав о происшествии с сестрой, порывался тут же кинуться к Малфою, чтобы разобраться с ним. Но его уговорили все сначала обдумать.

— Ну, набьешь ты ему морду, как простой маггл, и что дальше? Нужно по-настоящему наказать его, чтобы он даже думать боялся про наших девушек, — рассудительно заметил Питер. И именно его слова убедили Сириуса.

— А что вы предлагаете?

— Завтра я вызову его на магическую дуэль! — сказал Джеймс.

— Ты думаешь, этот трус согласится? — презрительно спросил Сириус.

— А если не согласится, то мы воспользуемся моим планом, — улыбнулся Питер.

Гриффиндорцы дружно склонились к нему, выслушивая его план.

— Этот план мне нравится больше, он похож на мой! — объявил Сириус в конце. — Молодец, Хвост, хоть чему-то твои сводные братья-магглы тебя научили.

Хвост улыбнулся, и никто не заметил горечи в этой улыбке.

Потом все улеглись спать, единственный, кто долго не мог уснуть в ту ночь, был Джеймс.

Бесконечно вертясь на кровати, он вспоминал слова Римуса: «Для тебя же это просто новая игрушка! А что будет потом?»

Джеймс и сам признавал за собой некоторую легкомысленность, но Нарцисса, она же действительно нравится ему.

«А Лили? Я сколько лет сходил по ней с ума! А теперь? Куда ушла любовь к ней? А если её никогда и не было? Может и с Нарциссой будет также?»

«А люблю ли я её?» — честно спросил себя Джеймс. Любил он всего один раз в жизни, и теперь ему даже думать о Лили не хотелось! А Нарцисса? При мысли о ней Джеймс почувствовал, что мгновенно возбудился, и это ему совсем не понравилось. Может, то единственное, что влечет его к девушке — это всего лишь похоть? Сравнивая свои чувства к Нарциссе с чувствами к Лили, Джеймс ясно понимал, что они совершенно разные. К Лили он всегда относился, как к богине, боготворя её. А Нарцисса? Ему хотелось крепко сжать девушку в объятиях, погрузить руки в её прекрасные длинные волосы, медленно ласкать её и, наконец, заняться с ней любовью. Долго, неспешно наслаждаясь ею, как прекрасным, выдержанным вином. Но разве это любовь? Это страсть, похоть, но только не любовь. А она? Вспоминая, как девушка предлагала ему заняться любовью, Джеймс понимал, что она не будет против и с радостью отдастся ему. Но вот может ли он обмануть её чувства? А как же Сириус и Римус? Его лучшие друзья вряд ли смогут простить ему, если он просто использует Нарциссу, а потом расстанется с ней. Но он может с ней не расставаться, мелькнула спасительная мыслишка. «А если я скоро действительно кого-то полюблю? Что тогда я скажу Нарциссе, Сириусу, Римусу? Простите, так получилось!»

«Нет!» — твердо решил Джеймс, ворочаясь на кровати. «Нужно держаться подальше от Нарциссы. Хорошо, что я не успел все ей сегодня рассказать! Пусть все остается, как есть! Она со Стивеном, а я буду ждать свою настоящую любовь!» Приняв это решение, Джеймс почувствовал огромное разочарование, радостное возбуждение от молчаливого разговора с Нарциссой исчезло окончательно. Да и последующая встреча с ней больше не радовала. Единственная радость, которая ждала его теперь, это возможность разобраться с Малфоем. « Это слизняк у меня поплатится!» Остаток ночи Джеймс провел, мысленно вспоминая все заклинания, которые когда-то учил и, выбирая те, что могут принести наибольший вред этой слизеринской сволочи.

Утром мародеры остановились перед входом в Большой зал, ожидая Малфоя. Тот вскоре появился, неспешно двигаясь на завтрак.

— Малфой! — окликнул его Джеймс. — Подойди сюда.

— Может, ты сам подойдешь, Поттер! — презрительно чеканя слова, ответил тот.

Сириус оскалился и сделал шаг в его сторону, Джеймс остановил его движением руки.

— Я сам! — и спокойно пошел к слизеринцу. Со стороны казалось, Джеймс абсолютно спокоен, но Сириус видел напрягшиеся желваки на его щеках и напряженный блеск в глазах.

Джеймс остановился прямо перед слизеринцем.

— Что? — презрительно спросил тот.

Поттер размахнулся и со всей силы отвесил Малфою пощечину:

— Я, Джеймс Поттер, вызываю тебя, Абрахас Малфой, на магическую дуэль!

Слизеринец на мгновение опешил, потом его глаза сузились, и он ответил:

— Я, Абрахас Малфой, принимаю вызов Джеймса Поттера!

— Сегодня вечером в десять я буду ждать тебя в Зале Наград, Абрахас Малфой!

Всем присутствующим показалось, что раздалось громыхание молния, и тут же Поттера и Малфоя на мгновение окутало серебристое свечение, которое быстро рассеялось. Это означало, что магическая дуэль теперь обязана состояться.

— А что будет, если один из них не явится? — тихо спросил Питер Сириуса и Гидеона, выросший в семье, где чистокровной волшебницей была только мать, он плохо разбирался в таких нюансах.

— Этого не произойдет, только смерть может помешать магической дуэли состояться! — мрачно пошутил Гидеон.

— А если он победит Джеймса? — задумчиво спросил Питер.

— Тогда мы используем твой план, чтобы наказать Малфоя. А Джеймсу придется начать учиться драться! Да ладно, не трусь! — покровительственно добавил он. — Поттер знает кучу заклинаний и главное, он отлично владеет защитными. Если бы я в нем хоть чуть-чуть сомневался, тогда бы я сам вызвал Малфоя.

Когда Джеймс вновь подошел к ним, они дружно отправились на завтрак.

* * *
Абрахас Малфой неспешным шагом направлялся к залу Наград, время было всего половина десятого. Джон и Мэтью как сговорившись, кинулись куда-то. Абрахас подозревал, что в туалет, оба постоянно что-то жевали, не в силах насытить свои бездонные желудки. Но Абрахас не беспокоился все равно, если гриффиндорцы захотят напасть на них, толку от этих двоих будет мало. «Сила есть — ума не надо!» — эта пословица отлично характеризовала их обоих. Малфой держал их при себе, как усиливающий его власть в школе эффект. Если на большинство учеников это конечно и действовало, то на эту шайку гриффиндорцев вряд ли.

И тут из темноты прямо перед ним выступила тень:

— Привет, Абрахас, — вежливо поздоровался Стивен.

— Привет, Уэсингтон! — равнодушно ответил Малфой и хотел пройти мимо.

— Ты торопишься?

— Немного, — кинув взгляд на часы, ответил слизеринец.

— Тебе все-таки придется задержаться, мне нужно поговорить с тобой. Ты догадываешься о чем?

— О Нарциссе, наверно.

— О ней, — подтвердил Стивен. — Ты ничего не хочешь мне сказать, извиниться к примеру?

— Извиниться? — искренне удивился Малфой. — Ну хорошо, извини, что у меня так стоит на твою девку, что просто голову сносит. Особенно когда я вижу её шикарные сиськи и попку! Ни на одну девчонку у меня так никогда не стоял. А уж когда она оказывается рядом, у меня только одна мысль в голове: где бы её завалить? Вот и не сдержался. Хотя, что я тебе рассказываю, ты же её парень, значит и сам должен понимать, что к чему! Слушай, Стив, продай мне её? Хотя бы на одну ночь?

— Ты считаешь, у меня мало денег?

— Не за деньги, у нашей семьи полно отличных артефактов. Что тебе стоит, Уэсингтон? У неё от одной ночи ничего не сотрется! Бабы они знаешь, какие выносливые бывают?

— Ты, кажется, даже не понимаешь, что говоришь, — с обманчивой мягкостью заметил Стивен.

— Почему не понимаю! Ты хоть и богатый, но слабак против меня. Что ты можешь мне сделать? Кроме, как беспомощно блеять, твердя о порядочности и чести!

— А эти слова для тебя ничего не значат?

— Нет, значение имеют только мои желания, а я страстно хочу Нарциссу, и она будет моей рано или поздно!

— Нарцисса никогда не будет твоей!

Но Абрахас, покачав головой, повернулся, чтобы уйти и вдруг почувствовал рывок, словно портал уносит его куда-то. Через мгновение он оказался в полной темноте.

Тут же вытащив волшебную палочку, Абрахас зажег ею свет и поднял высоко вверх, чтобы осмотреться. И с ужасом сначала услышал шипение, а потом увидел при свете палочки, что он в пещере, настолько наполненной змеями, что и стены и пол были почти черными из-за них, пустым был только маленький участок, на котором он и стоял. Абрахас снова внимательно осмотрелся, отказываясь верить собственным глазам, и ногой потрогал это змеиное море. Нога почувствовала что-то твердое, а змея, которую он задел, подняла голову и зашипела. Малфой начал лихорадочно вспоминать заклинания против змей и уже поднял палочку, намереваясь произнести одно из них, как вдруг раздался треск, и палочка сама собой вдруг разломилась. Свет потух, и Абрахас с ужасом понял, что остался абсолютно беззащитным против полчища змей — своего самого смертельного страха в жизни.

И тут вспыхнул яркий свет, где-то под потолком, Абрахас не понимал откуда он. Уже и так встревоженные его присутствием и светом палочки змеи окончательно проснулись и зашевелились все разом.

Абрахас с ужасом понял, что понимает их шипение, хотя никогда не был змееустом.

— Чуж-ж-жак! Чуж-ж-жак! — шипели они.

И вот первая змея подползла к нему и начала обвиваться вокруг его, постепенно поднимая маленькую головку к его лицу. Он с ужасом услышал её шипение:

— Он те-е-еплый!!! Он нас с-с-согреет!

Собрав все свои силы, Малфой оторвал от себя эту змею и с силой откинул прямо на стену. Но змея все лишь ударилась о своих соплеменниц, и вся эта масса змей, висевших на той стене, свалилась на пол. И, что самое ужасное, дружно поползла к нему.

— Те-е-епло!!! — шипели они. — Горячая кров-в-вь!!! Мы хотим ес-с-с-ть!

И через секунду Малфой почувствовал, как десятки змей скользнули по его телу, прямо под брюки, их холодные длинные туловища, словно холодные веревки, начали обвивать его тело.

— Позовите х-х-хозяина! — вдруг прошипела одна из змей. — Мы раз-з-зделим с ним нашу трапез-з-зу!

Хозяина пока не было видно, но ужас Абрахаса достиг своего апогея, он чувствовал, что начинает сходить с ума. И каждая новая змея, устраивающаяся на его теле, могла стать последней каплей. Единственное, что он еще четко понимал: если упадет на пол, то уже никогда не встанет, а просто исчезнет под этим полчищем змей, больших и маленьких…

Стивен по-прежнему стоял в коридоре, перед ним на полу лежал Малфой, но сознание слизеринца находилось в выдуманных Уэсингтоном воспоминаниях. Эту идею Стивен позаимствовал у Волан-де-Морта. Ходили слухи, что именно так он сводил с ума людей, которым хотел отомстить. И вдруг Малфой исчез, просто пропал, словно, действительно сработал портал. Вместе с ним исчезла и его волшебная палочка, которая абсолютно целая находилась в левой руке Стивена.

— Интересно, куда Малфой шел? — спросил себя когтевранец. Хоть он и был легилиментом, но читать чужие мысли, это вовсе не то же самое, что с легкостью читать книгу. А в мыслях Абрахаса его сегодня интересовал только самый тщательно скрываемый страх слизеринца. На остальное просто не хватило времени за обедом.

«Впрочем, я все равно собирался выдергивать его оттуда! Дело сделано — Малфой на грани сумасшествия! Малейшее потрясение или умственное вмешательство и он вечный пациент Святого Мунго!»

И вдруг вспомнил слова Малфоя: «Что ты можешь сделать мне, слабак?»

«Оказалось, что очень многое. Малфою нужно было научиться правильно оценивать людей. Именно было, ведь сейчас он конченый человек, можно считать, что он уже мертв. Осталось только поставить точку в слове «умер»».

Стивен повернулся и отправился к себе в спальню, завтра нужно будет тщательно продумать план по воссоединению Поттера с его ненаглядной Эванс.

* * *
Поттер стоял в зале наград, рядом находился Сириус, Питер и, как не странно, Римус. Он уже покинул больничное крыло, будучи вполне здоровым, пока они с Джеймсом не сказали друг другу не слова. Люпин просто игнорировал его, и завтра Джеймс собирался серьезно поговорить с ним и рассказать о своем решении.

Тем временем часы показывали без двух минут десять.

Редман и Хервей тоже недоуменно посмотрели на часы. Малфой ушел из гостиной гораздо раньше их, и они не понимали, почему его до сих пор нет.

— Что струсил ваш «слизеринский принц»? — ехидно спросил Сириус. — Но мы все равно доберемся до него.

В эту минуту часы пробили десять, и с последним ударом часов на полу очутился Малфой, рядом свалилась его волшебная палочка. Но в каком он был состоянии?!

Глаза, наполненные ужасом, словно ничего не видели, он исступленно шептал:

— Не надо, пожалуйста!!! Отпустите меня!!! Не надо, снимете их!!! Снимете!!!

Гриффиндорцы с интересом и удивлением наблюдали за ним, а Хервей склонился к Малфою:

— Абрахас, что происходит?

Тот не реагировал, тогда Хервей направил на него свою палочку:

— Оживи!

К Малфою медленно возвращалось сознание, он неожиданно ощутил, что в комнате тепло, змей больше нет, а него удивленно смотрят гриффиндорцы и Редман с Хервеем.

— С тобой все в порядке, Абрахас? — спросил он, жалость на мгновение мелькнула в его глазах.

— Да, — слабым голосом ответил тот. Он с ужасом вспомнил о предстоящей магической дуэли. И понял, что не может, да и палочка его сломалась. — Моя палочка, она сломалась!

Но Джон протянул ему его палочку и Абрахас увидел, что та абсолютно целая. Взяв её в руку, он почувствовал привычное тепло и только тут поверил, что действительно в безопасности. Что змей нет, да и были ли они? Ведь палочка цела.

Поттер тем временем близко подошел к нему:

— Малфой, ты будешь драться или нет?

Абрахас с еще большим ужасом понял, что все приготовленные сегодня заклинания забыл. Но магическая дуэль, словно непреложный обет, должна исполниться.

Он встал, все еще ощущая страшную слабость в ногах, и отошел на уже очерченное для него место. Через минуту дуэль началась…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:17 | Сообщение # 27
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
Дуэль и её последствия


Джеймс направил волшебную палочку на Малфоя:

— Экспеллиармус!

Палочка слизеринца отлетела в сторону. Все опешили от неожиданности. Абрахас, кажется, даже не понял, что лишился палочки, покачиваясь, он с трудом пытался удержать равновесие. Никто из присутствующих не понимал в чем дело, Малфой продолжал качаться из стороны в сторону.

Джеймс уже собрался выпалить следующее заклинание, но вид у Малфоя был не то, что жалкий, а скорей полубезумный.

«Одно дело дуэль, совсем другое продолжать драться с Малфоем в его состоянии!» — подумал он, опуская волшебную палочку.

« А разве то, что он напал на Нарциссу честно?» — возразил ему внутренний голос. «Продолжай дуэль, выдай этому слизняку все, что приготовил для него!»

Джеймс, вспомнив о Нарциссе, вновь начал поднимать палочку. Но Малфой продолжал молча стоять, никак не реагируя на удивленный шепот своих друзей и даже не пытаясь уклониться или сделать что-то еще. Пару секунд Поттер еще пытался заставить себя произнести следующее заклинание, но не смог колдовать. Глаза Малфоя, всегда смотревшие нагло и презрительно, были сейчас совсем другие. Они вдруг напомнили глаза избитого до смерти животного, которое даже не понимает, что сейчас его снова будут бить.

— Малфой, ты сдаешься? — резко спросил Джеймс.

Тот молчал, и Поттер вновь начал поднимать волшебную палочку, но тут произошло то, чего никто не ожидал: Малфой, потеряв сознание, рухнул на пол.

Хервей и Редман бросились к нему, но их не пропустил невидимый купол, созданный магией.

— Ему надо в Больничное крыло, — сказал Хервей, нерешительно поглядывая на Поттера.

Тот вместо ответа начертил в воздухе огненный зигзаг, произнеся:

— Я удовлетворен исходом дуэли! — легкое сияние окутало его и лежавшего Малфоя, потом купол пропал.

Редман легко подхватил Малфоя на руки и понес к выходу, Хервей шел сзади, вид у обоих слизеринцев был ошеломленный.

Мародеры остались одни.

— И что это было? — резко спросил Сириус. — С чего это ты вздумал жалеть эту сволочь? Он бы в такой ситуации тебя бы не пожалел!

— Я просто не смог уподобиться ему. Если бы я поступил также, то чем я лучше его?

Сириус, злой как собака, стремительно вылетел из Зала наград, ничего не ответив.

— Вы тоже считаете, что я поступил глупо? — прямо спросил Джеймс у оставшихся мародеров.

— Нет, — не колеблясь ни минуты, ответил Римус. — Малфой, похоже, действительно болен. Он, конечно, сволочь, но ты поступил благородно.

— Наверно, — пожал плечами Питер. — Это твое решение и, вообще, какой смысл теперь это обсуждать? Дело сделано.

Джеймс задумчиво смотрел на них. Он и сам не понимал, что именно побудило его прекратить дуэль. Жалости к Малфою он не испытывал, но что-то все же помешало ему. Он вдруг понял, что не может, да и не хочет уподобляться тому же самому Малфою.

«А Нюнчик?» — ехидно поинтересовался внутренний голос. «Сколько раз ты унижал или бил его, иногда это были не совсем честные методы!»

«Нюнчик никогда не был так слаб и равнодушен, даже когда он висел вниз головой, в его глазах светились презрение и ненависть! А Малфой сегодня вечером был похож на живой труп! В глазах даже искорки понимания не мелькнуло».

В это время Люпин повернулся, чтобы уйти.

— Останься, Римус! Нам надо поговорить, — попросил Джеймс.

Тот нерешительно остановился.

— Я решил оставить Нарциссу в покое. Ты прав, не стоит портить девушке жизнь из-за минутной страсти! — выпалил Джеймс.

— Что, уже надоела?

— Она не могла мне надоесть! — резче, чем следовало, ответил Поттер. — Мы еще с ней не встречались. Но ты прав, это несерьезно с моей стороны, мне же она просто нравится. Не думаю, что из этого может вырасти что-то действительно серьезное.

— Но она тебя любит! — с горечью признал Римус.

— Значит, разлюбит! Зато потом страдать не будет. Римус, я не хочу, чтобы наша долгая дружба закончилась вот так!

— Если ты отказался от Нарциссы только из-за нашей дружбы, то абсолютно зря! — бросил ему Римус.

— Я так не думаю! Ты очень много значишь для меня, Римус! И я не хочу просто так зачеркнуть долгие годы нашей дружбы. Ты просто подумай над моими словами, — сказал Джеймс и пошел к выходу.

Люпин смотрел ему вслед и думал:

«Но она-то тебя любит!»

Он совершенно не ожидал того, что Джеймс так легко откажется от Нарциссы. Тот всегда казался ему избалованным и даже немного эгоистичным. Нет, они были лучшими друзьями, но Римус отлично видел и понимал, как достоинства, так и недостатки своего друга. И уже сейчас, после слов Поттера, Римус впервые задумался, а правильно ли он поступил, вмешавшись в отношения Нарциссы и Джеймса. Та любит Поттера с 1 курса и вряд ли с такой же легкостью сможет от него отказаться. Даже несмотря на то, что она по-прежнему считается девушкой Уэсингтона. Впрочем, у Римуса было впечатление, что это недолго будет продолжаться. Слишком уж сияли глаза у Нарциссы вчера вечером.

— А ты что думаешь, Питер? — спросил он Хвоста, молчаливо стоявшего рядом.

— Я думаю, что Блэки никогда не отступают, и Нарцисса добьется своего: они будут вместе.

— Но он же бабник!

— Тебе хочется так думать, но Джеймс это не Дэвис! Он будет верен, если его любовь будет взаимна, — тихо сказал Питер. — И самое обидное, Римус, что тебе Нарцисса не достанется никогда. Это будет или Джеймс, или Уэсингтон, но, увы, не ты! И не потому, что ты хуже их, а просто потому, что так распорядилась судьба! И мне очень жаль, Римус, что это правда, — Хвост повернулся и тоже пошел к выходу.

Люпин смотрел ему вслед, с горечью понимая, что тот сказал чистую правду.

* * *
Джеймс уныло ковырял вилкой завтрак. Вокруг него было пустое пространство: Сириус при виде него поднялся и молча ушел, остальные друзья тоже куда-то делись, а прочие сторонились его. Вокруг слышались шепот и обсуждения, сегодня утром школа каким-то образом узнала о ночной дуэли и теперь сплетня, обрастая все новыми и новыми подробностями, передавалась из уст в уста. Одна маленькая девочка даже назвала Джеймса убийцей, правда тут же увидев его рядом, испуганно ойкнула и убежала.

Рядом с ним кто-то сел.

— Привет, Джеймс, — мягко улыбнулась ему Нарцисса. — Как ты?

— Для убийцы нормально, видишь, даже аппетит почти не потерял, — немного резко ответил ей тот.

— Перестань, Джеймс, я ни в чем не собираюсь тебя обвинять. Это же просто сплетни. На самом деле никто не знает, что действительно там произошло, вот и строят каждый свои предположения.

— Извини, просто с утра все эти взгляды… — Джеймс не закончил.

— Что произошло вчера ночью, Джеймс?

Тот, вертя вилку в руках, рассказал о несостоявшейся дуэли:

— … А теперь все считают, что я замучил Малфоя до полусмерти. Он же до сих пор в Больничном крыле.

Оба замолчали, а потом Джеймс задал мучивший его вопрос:

— Ты тоже считаешь, что я слабак?

— Нет, ты поступил абсолютно правильно. Бить беззащитного человека это подло. Ты же не Малфой! Он бы не упустил такой возможности.

— Сириус тоже так считает насчет Малфоя, — вздохнул Джеймс.

— Он был в бешенстве, что ты его отпустил? — догадалась Нарцисса.

— Я и сам теперь не понимаю, правильно ли я поступил, — сказал Джеймс.

— Ты поступил абсолютно правильно, я полностью тебя поддерживаю… — начала Нарцисса и тут её перебили:

— И я тоже. Малфой давно напрашивался на драку. Вот и получил по заслугам. Ты молодец, Поттер.

Оба одновременно повернули головы к стоявшему в проходе Стивену.

— Привет, любимая, — тот наклонился и поцеловал Нарциссу в щеку. — Здравствуй, Джеймс.

Глаза Стивена были спокойны и безмятежны, он продолжил:

— Не казни себя, ты правильно сделал, что «надрал ему задницу»!

— Я ничего не сделал, — резко ответил Джеймс, даже не понимая, на что он больше злится. На то, что Уэсингтон считает его виноватым в том, что Малфой в больнице, или на то, что Стивен по-хозяйски обнял ЕГО Нарциссу, сев рядом с ней.

«Она не твоя!» — ехидно заметил внутренний голос. «Тебя это больше не должно волновать!»

Джеймс, вспомнив о своем решении, помрачнел и поднялся из-за стола.

— До встречи. Спасибо за поддержку, — он улыбнулся одной Нарциссе, а Стивену кивнул.

Нарцисса осталась сидеть рядом со Стивеном:

— Я так соскучился, — прошептал он ей на ухо. — Ты совсем меня забросила с этими уроками. Сильно вас нагружают?

— Да нет. То есть сильно, но я уже привыкаю. Все-таки шестой курс! Пойдем Стивен, а то опоздаем. У тебя, что первым уроком?

— У меня его нет. Я встал пораньше, чтобы увидеть тебя. И пригласить вечером на романтическое свидание.

У Нарциссы сжалось сердце, ей совсем не хотелось снова очутиться со Стивеном в той таинственной спальне. Второй раз она не допустит подобной глупости.

— Мы сегодня с девчонками собирались вечером устроить посиделки. Посплетничать, вас, мужчин, обсудить. Но если ты так хочешь, — протянула она нехотя, — то я скажу девочкам, чтобы собирались без меня.

— Я был бы счастлив, если бы ты так поступила, но, если тебе очень хочется посплетничать с девчонками, то я совсем не против перенести наш романтический вечер на субботу.

«На субботу!» — пронеслось в голове девушки. « И никакого ухода под предлогом того, что завтра рано вставать!»

— Ты меня убедил! Зачем переносить удовольствие на субботу? Во сколько ты за мной зайдешь? — улыбнулась она.

— В восемь, — Стивен тоже ласково улыбнулся ей, глаза его сияли такой радостью, что Нарциссу охватила злость на себя за то, что она обманывает его.

«Скоро это закончится!» — вновь пообещала она себе. «Как только я наберусь смелости сказать ему правду!»

Торопливо чмокнув его на прощание, она убежала на занятия.

* * *
Сразу после ужина Нарцисса нашла Сириуса и потянула за собой:

— Нам надо поговорить.

Они вышли через холл на улицу, уже почти стемнело, на улице было очень свежо, почти холодно. И тут, прямо перед выходом, остановилась карета. Из неё вышли Малфои.

— Здравствуйте, — вежливо поздоровалась с ними Нарцисса. Те скользнули по ним с Сириусом взглядом и прошли внутрь. Лица у обоих были мрачными, а взгляды тяжелыми.

Брат с сестрой медленно пошли по лужайке.

— Что ты хотела мне сказать? — подозрительно спросил Сириус.

— То, что произошло вчера…— начала Нарцисса.

Сириус усмехнулся:

— Что, Поттер уже нажаловался, что я с ним не разговариваю? Анна видела вас утром. Милое трио из вас получается!

— Почему ты злишься?

— Потому что он имел все возможности размазать Малфоя по стенке. А вместо этого проявил ненужное благородство!

— Благородство не бывает не нужным! — тихо возразила Нарцисса. — Оно или есть в человеке, или его нет! Нельзя в одной ситуации поступить благородно, а в другой совершить подлость, и считаться при этом по-настоящему благородным человеком.

— Ты его защищаешь? А то, что Малфой пытался сделать с тобой, это благородно и честно?

— Нет, но именно этим они с Джеймсом и отличаются. И я-то люблю Поттера, а Малфоя искренне презираю.

Сириус недоверчиво хмыкнул.

— Весь день сегодня школа обсуждает Джеймса. Почти все считают, что он довел Малфоя до полусмерти. А теперь представь, что он продолжил бы дуэль, стараясь «размазать Малфоя по стенке»? Ты бы не перестал его уважать?

— Нет, я бы уважал его еще больше.

— Вряд ли, — покачала Нарцисса головой. — Почему ты всегда стараешься выглядеть хуже, чем ты есть на самом деле, Сириус?

— Жалеть Малфоя я бы не стал точно!

— А Джеймс и не жалел его, он просто не стал драться с беспомощным человеком.

— А еще он принял «благородное желание» оставить тебя в покое! — не мог успокоиться Сириус.

— Он тебе сам сказал? — спросила Нарцисса.

— Не мне, Римусу. Тот беспокоится о тебе, вдруг для Джеймса ты просто очередная игрушка?

— Пусть лучше побеспокоится о себе, — разозлилась Нарцисса. — Почему все считают, что они лучше знают, что мне нужно.

— А ты бы согласилась встречаться бы с Поттером, даже зная, что это всего на пару дней или ночей?

— Я и согласилась, то есть сама предлагала ему такой вариант, — призналась Нарцисса.

Сириус потрясенно молчал, а потом выдавил из себя сиплым голосом:

— А он?

— А он отказался, сказал, что слишком любит Лили и тебя, чтобы просто воспользоваться мной.

У Сириуса отлегло от сердца:

— Надеюсь, ты больше не будешь предлагать никому такой глупости?

— Никому не буду, — покорно согласилась Нарцисса. — А ему буду. Я люблю его, Сириус. И даже, если это будет просто одна ночь, я буду счастлива.

— Тебе положительно требуется серьезная порка, — мрачно сказал брат.

— Я уже выросла, Сириус, — улыбнулась ему Нарцисса.

— Анна тоже считает, что Джеймс был прав, мы сегодня немного поссорились из-за этого. Мне велено к ней не подходить, пока я не помирюсь с Джеймсом.

— Она у тебя молодец! — рассмеялась Нарцисса.

— Обложили со всех сторон, — пробурчал Сириус. — Придется смириться с вашими капризами. Не могу же я поссориться еще и с двумя моими самыми любимыми женщинами!

— Так ты с ним помиришься? — спросила Нарцисса.

— Конечно, помирюсь. Хоть Поттер и благородный дурак, но все же он мой лучший друг! Куда я без него? Это все равно, что отрезать себе правую руку.

— А мы? Как ты считаешь, у меня с ним есть будущее?

— Да, как выяснилось, ты понимаешь его даже лучше, чем я. Но с ним будет не просто. Несмотря на свой благородный характер, иногда он способен на безрассудство!

И кстати, ты оказывается тоже! — усмехнулся Сириус.— Пойдем, я тебя провожу до вашей гостиной.

— Сириус, ты должен пообещать мне, что не расскажешь Джеймсу о нашем разговоре!

— Ты не хочешь, чтобы он узнал, что ты его защищаешь?

— Он может расценить это, как мое давление на тебя. А ведь ты сам передумал? — улыбаясь, спросила Нарцисса.

— Передумал, — рассмеялся Сириус. — С вами иначе нельзя. Завтра с утра пойду мириться с Анной. Или сегодня еще не поздно?

— Можно и сегодня. У меня сейчас свидание со Стивеном, — зачем-то сообщила Нарцисса.

— Ты считаешь это правильным: продолжать морочить ему голову? — прямо спросил брат.

— Нет, но я никак не могу набраться смелости и порвать с ним. У него такие глаза счастливые были утром, когда я согласилась на это свидание! Что мне делать с ним, Сириус? Как сказать ему, что я ошиблась и хочу расстаться с ним?

— Может так же, как ты мне сейчас сказала? — неловко предложил Сириус.

— Я несколько раз уже намекала и даже начинала этот разговор, но он все время переводит его на другую тему.

— Может он все понимает и пытается тебя удержать таким образом? — задумчиво спросил Сириус.

— Наверно, но мне от этого не легче. Я так запуталась, Сириус. С одной стороны, Джеймс, которого я давно люблю, а с другой Стивен. Он хороший: любящий, ласковый, заботливый, но я уже чувствую, что начинаю задыхаться от этой заботы и любви. Парень меня любит по-настоящему, а я только и мечтаю, что расстаться с ним! Я стерва?

— Нет, ну или чуть-чуть, — успокоил её Сириус.

Нарцисса рассмеялась:

— Чуть-чуть стервами не бывают, Сириус. Ладно, пошли, а то мне еще на свидание надо переодеться.

— А ты не переодевайся, если ты будешь в школьной мантии, он поймет, что ты не настроена на романтичный вечер.

— Это вряд ли его остановит, он приготовил мне какой-то сюрприз.

И брат с сестрой направились к входу в школу, перед которым по-прежнему стояла карета Малфоев.

* * *
— Мистер Поттер, дайте мне вашу палочку, пожалуйста, — попросил Дамблдор.

В кабинете директора, кроме него самого, находились еще Люциус, Абрахас-старший, Макгонагалл, Слизнорт, Хервей, Редман и Джеймс Поттер.

Джеймс спокойно протянул палочку директору.

— Приори Инкантатем!

Из палочки начали выплывать одно за другим легкие, дымчатые следы от заклинаний, что использовались последними. Некоторые были бытовые, да и не так много их было за сегодня, очень скоро выплыл след от Экспеллиармуса, но директор продолжал держать палочку. Через десять минут, директор сказал:

— Видите, мистер Малфой, никаких запрещенных заклинаний! Присутствующие на дуэли также подтверждают, что Поттером было использовано только обезоруживающее заклинание.

— Он мог воспользоваться невербальным способом.

— Мог, но не воспользовался. Да и мадам Помфри вместе с Редманом и Хервеем подтверждают, что в Больничном крыле ваш сын пришел в себя, был очень слаб, но вполне адекватен. Он же разговаривал с вами? — обратился Дамблдор к слизеринцам. Те согласно кивнули.

— Тогда объясните мне, что же все-таки произошло с моим сыном? — процедил Абрахас.

— Не могу, — мягко ответил директор. — Я и сам не понимаю, что произошло с вашим сыном. Ночью я тоже был в Больничном крыле, расспросил его о дуэли, он подтвердил, что Поттер использовал только одно заклинание «Экспеллиармус». Но не смог толком объяснить, где находился до дуэли. И он был слишком слаб, чтобы продолжать настойчивые расспросы, а рано утром Редман и Хервей первыми обнаружили его в таком состоянии, как сейчас.

— Кто находился с ним ночью в палате?

— Никто, мадам Помфри спала в комнате рядом. У мистера Снейпа отдельная палата. И он до сих пор в слишком плохом состоянии, чтобы бродить по школе.

— Хорошо. Вы разрешите нам самим поговорить с некоторыми учениками? — спросил Люциус Малфой.

— Пожалуйста, — согласился директор.

— Мы увозим сына с собой. Мадам Помфри сможет сопроводить нас до Лондона? — спросил Абрахас.

— Думаю, она сочтет это своей прямой обязанностью, — заверил его директор.

Когда Малфои и слизеринцы вышли, Слизнорт отправился с ними.

Макгонагалл тут же раздраженно спросила:

— Поттер, зачем вы затеяли эту глупую дуэль? Да еще и магическую?

— По личным причинам, профессор Макгонагалл, — коротко ответил Джеймс.

— Поведать которые вы нам, наверняка, откажетесь? — осведомился директор

— Да, сэр, — ответил Джеймс.

— Вы можете идти, мистер Поттер, — отпустил ученика тот.

— Ты его даже не накажешь, Альбус? — удивилась Минерва, когда Поттер уже ушел.

— Нет, не вижу причин. Любой маг может вызвать другого на магическую дуэль, а Поттер не использовал ни одного запрещенного заклинания. За что его наказывать?

— Если спустить ему это так, то завтра все ученики начнут вызывать друг друга на магические дуэли!

— Может быть, — задумчиво согласился с ней директор. — Я добавлю в правила школы запрет на магические дуэли в стенах школы. Только как бы запрет не сработал в обратную сторону, детям нравится нарушать правила.

— А Малфой? Мне кажется, что ты, Альбус, знаешь больше, чем рассказал!

Голубые глаза директора удивленно посмотрели на неё:

— Что ты, Минерва, я ничего лишнего от тебя не скрываю!

— А важного? — не унималась та.

— И важного тоже, — успокоил её Альбус.

Его заместитель недоверчиво посмотрела на него, но больше ничего не сказала.

— Что с ним будет, Альбус? — спросила она перед уходом.

Директор сразу понял, о ком она спрашивает:

— Вряд ли что-то сможет измениться, я уже видел таких, как он. Это необратимый процесс! Абрахас Малфой проведет остаток жизни в больнице имени Святого Мунго.

Когда Альбус Дамблдор остался один, то глаза его остановились на маленькой фигурке феникса, стоявшей на его столе. Со стороны казалось, что он её внимательно рассматривает, но на самом деле директор вспоминал события сегодняшнего утра. Когда он совершил один из самых бесчестных, но все же правильных поступков в своей жизни…



 
DarkFaceДата: Понедельник, 16.12.2013, 23:18 | Сообщение # 28
Let it be
Сообщений: 1391
« 161 »
День после дуэли. Часть 1.


Надеюсь, вам понравится новая глава, и я как всегда жду ваших впечатлений=)))

За идею с Родольфусом спасибо Лили. Отличная пара получается)))

На следующий день после дуэли.

Альбус Дамблдор проснулся рано утром со странным ощущением. Это было какое-то напряжение, которое всю ночь мешало ему спать. У него было чувство, что в его школе происходит что-то непонятное и не слишком хорошее. Он прислушался к своим ощущениям: мерзкое чувство гадливости не проходило с того момента, когда он понял, что именно сделали с младшим Малфоем. Он не оправдывал слизеринца, тот успел сделать достаточно гадостей за свою короткую жизнь, но право и он не заслужил такой жестокости. Жестокости настоящей, почти сведшей его с ума.

«Это всего лишь подросток!» — подумал он, но внутренний голос тут же возразил:

«Этот «подросток» уже убивал! Ты же сам узнал это из его мыслей! Еще когда он вернулся с каникул в прошлом году! И ты ничего не смог доказать в министерстве! И сейчас ты жалеешь, что кто-то поступил с мальчишкой так же, как он поступал с другими! Перестань лицемерить, Альбус! Хотя бы себе не лги!»

«Это не ложь, а милосердие! Любой человек может одуматься и осознать насколько плохо он поступает!»

«Твоя наивная вера в добро когда-нибудь обернется против тебя! Помни: ради всеобщего блага!»

«Это девиз Грин-де-Вальда!»

«Когда-то он был и твоим девизом» — мягко заметил внутренний голос. «Или ты предпочитаешь забыть об этом времени?»

Дамблдор не ответил и встал с постели. Быстро одевшись, он направился в Больничное крыло. Ночью он не смог понять точно, что же произошло с Малфоем и, самое главное, кто это сделал. И сейчас спешил в его палату, чтобы попытаться еще раз.

«Самое главное действовать очень осторожно. Психика Малфоя уже на грани, малейшее вмешательство и он окончательно сойдет с ума!»

Но, войдя в палату, Дамблдор понял, что опоздал.

На полу скорчился Абрахас, а Редман ожесточенно бил Северуса Снейпа, прямо так, кулаками, Хервей в это время попытался приблизиться к Малфою, но тот лишь закрывал лицо руками, тихо повторяя: «Нет, нет, нет!»

— Что здесь происходит? Мадам Помфри! — громко позвал, но медсестра не отозвалась, наверно, ушла куда-то.

Взмахом палочки, Дамблдор остановил драку или точнее избиение Снейпа.

— Что здесь происходит? — повторил он свой вопрос.

— Мы зашли в палату, а он, — Хервей кивком указал на окровавленного Снейпа, скорчившегося на полу, — колдует над Абрахасом. Профессор, он что-то сделал с ним! Посмотрите, как странно Абрахас ведет себя, вчера было почти также, но теперь даже «Оживи» не действует. Он словно сошел с ума, — почти жалобно добавил слизеринец.

Хервей ничего не сказал, лишь злобно сверкал глазами в сторону Снейпа. Чувствовалась, что он еще не все «сказал» тому.

Альбус подошел к Абрахасу, тот беспомощно скрючился на полу.

— Тише, никто не собирается тебя обидеть, — ласково прошептал директор.

Но Малфой, казалось, даже не понял смысла его слов и лишь ласковая, тихая интонация его немного успокоила. Он доверчиво, словно маленький ребенок, прижался к директору.

— Тише, выйдите все! Вы, — директор кивком указал на Редмана и Хервея, — подождите меня за дверью. А вы, мистер Снейп, отправляйтесь в свою палату. Я пришлю к вам мадам Помфри позже, а пока вам придется потерпеть, — директор продолжал говорить тихим голосом с ласковыми интонациями.

Редман хотел что-то возразить, но Хервей почти силой утащил его из палаты. Снейп с трудом поднялся с пола:

— Я не знаю, как это произошло, профессор Дамблдор!

— Идите в свою палату, я потом с вами поговорю! — тихо приказал директор и остался наедине с Малфоем.

Тот продолжал доверчиво прижиматься к нему, словно ища защиты от злого окружающего мира.

— Бедный мальчик! — директор погладил слизеринца по белым волосам. — Кто же сделал ЭТО с тобой? Кто из учеников оказался способен на такую жестокость?

То, что это не Снейп, директор уже понял. Северус лишь оказался последней каплей. Не очень опытный легилимент, он не смог удержаться от того, чтобы не попытаться узнать, как его враг оказался в больнице, и это оказалось последней каплей для разума Малфоя. Но как объяснить это тем двум слизеринцам, что теперь с пеной у рта будут обвинять в произошедшем Снейпа. И их свидетельств будет предостаточно, чтобы Снейп провел остаток жизни в Азкабане.

«Если Малфои не убьют его раньше!» — хладнокровно добавил внутренний голос. «Ты обязан помочь мальчику! И ты знаешь, как это можно сделать!»

«Это преступление!» — возразил Дамблдор сам себе.

«Это спасение этого мальчика! Или он окончит свои дни в Азкабане! Уж Малфои-то об этом позаботятся! И он уже сделал выбор, когда отказался помогать Малфою-младшему! Теперь твоя очередь сделать выбор!»

В этот момент в дверь вошла мадам Помфри:

— Что здесь произошло? — бросилась она к директору.

— Он окончательно сошел с ума, — с жалостью в голосе заметил тот. — Поппи, вы не должны покидать больного пока я не вернусь. Мне нужно кое-что сделать.

Дамблдор помог женщине уложить Малфоя на кровать, страх с лица слизеринца уже пропал, теперь его взгляд был безмятежным.

— Вы уверены, что ему уже не помочь? — шепотом спросила мадам Помфри, когда директор был уже почти на пороге.

— Увы, — покачал тот головой и вышел.

— Бедный мальчик, — прошептала Поппи с жалостью смотря на лежавшего слизеринца.

* * *
— Итак, вы начните первым, мистер Редман, что же все-таки произошло в палате, — Дамблдор сцепил пальцы на руках, внимательно рассматривая сидевших перед ним слизеринцев.

— Джон вам уже все рассказал, — злобно ощетившись, ответил тот. — Или вам пять раз повторить, чтобы вы поняли, что ваш любимчик Снейп виноват в произошедшем!

— Почему же любимчик? — удивился директор.

— А за какие такие заслуги вы назначали его старостой школы? Он же полное дерьмо! Всегда говорил Абрахасу, что этот полукровка нас подведет.

Директор спокойно рассматривал злобствующего слизеринца.

«Другого выхода действительно нет!» — решил он.

— Oris m spoor!* — неожиданно для слизеринцев воскликнул он, направив палочку на многочисленные портреты, висевшие на стенах, и на двух живых людей.

Последнее, что почувствовал Хервей, перед тем, как погрузиться в глубокий, крепкий сон, было удивление, что портреты на стенах тоже поддаются заклинаниям.

Через минуту Дамблдор удовлетворенно оглядел свой кабинет. Все спали: и слизеринцы и портреты. Объясняться перед бывшими директорами, что и зачем он делает, Дамблдор не собирался. А портреты бывших директоров, имея возможность свободно перемещаться по своим картинам, могли случайно и проболтаться о его странном поступке. Поэтому Дамблдор использовал уловку со сном, которой уже давно научил его директор Диппет. Сделал он не только потому, что не доверял портретам, но еще и потому что портреты, как и люди, имели каждый свой характер и личное мнение. А сокрытие «преступления» вряд ли входит в прямые обязанности директора. Поэтому проще было «усыпить» портреты, чем потом приказывать молчать, выслушивая при этом неодобрение или советы. Потому что приказать скрывать тайну портретам директор мог, а не высказывать свое личное мнение, увы, нет.

Через пятнадцать минут все было кончено, директор изменил память обоих подростков. Теперь их воспоминания ограничивались тем, что, войдя утром в палату, они увидели младшего Малфоя, катающимся по полу. Рядом с ним никого не было, слизеринцы попытались ему помочь, но безуспешно, а через несколько минут в палату вошел Дамблдор, который вскоре и увел их в свой кабинет.

Единственный пробел был во времени, но Дамблдор рассчитывал, что слизеринцы вряд ли придадут значению количеству времени, проведенному в его кабинете. Действие заклинания было рассчитано на полчаса, и ни минутой раньше или позже.

Одновременно со слизеринцами проснулись и портреты. Дамблдор продолжил, словно прерванный разговор:

— …И рядом с мистером Малфоем никого не было?

— Нет, — ответил Редман. — Там никого не было и в коридоре мы тоже никого не встретили по дороге.

— Хорошо, вы можете идти, — отпустил учеников директор.

Редман и Хервей встали, в глазах Редмана что-то промелькнуло, и он спросил:

— А Абрахас, что будет с ним?

— Не знаю, мистер Редман, я немедленно сообщу его семье о случившемся, скорей всего его отправят для дальнейшего лечения в больницу имени Святого Мунго.

— Мы можем его навестить?

— Нет, — покачал головой директор. — Не стоит беспокоить его, он вряд ли способен сейчас осознать вашу поддержку.

Когда Редман и Хервей ушли, Дамблдор устало откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза.

«Ты правильно пост