Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен) (10) - Хранилище свитков - Гет и Джен - Форум

Армия Запретного леса

Четверг, 23.02.2017, 16:52
Приветствую Вас Заблудившийся


Вход в замок

Регистрация

Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 10 из 10«128910
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен) (миди-макси, скорее джен)
Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен)
kraaДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:34 | Сообщение # 271
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Глава 16.

Что за тайна заключена в золотом яйце Рону раскрыть не помог никто и он до последнего маялся в догадках. Близнецы, если и догадывались о чем-то, молчали и с братом-чемпионом не делились. Таких озабоченных и молчаливых никто, кто хоть однажды видел Фреда и Джорджа „в действии”, их не узнавал. Для всех, кто учился в Хогвартсе, они до недавно были еще теми затейниками, балагурами и приколистами, наследники первых Мародеров, от которых близнецы старались не отставать ни на шаг.
Что-то с ними случилось после исчезновения сестренки и оно навсегда стёрло веселье в глазах парней. Смерть Чарли их сломала.
Но то, что их угнетало, было не столько горе от потери сестры и брата, сколько некая обреченность и примирение, так несвойственно их огненных натур. Фред и Джордж перестали дразнить собеседников, в шутливой манере перебрасывать друг другу реплики, от чего ставили в ступор и друзей, и преподавателей, и недругов.
То и дело, они изолировали себя от друзей в самом укромном уголке гостиной, где и перешептывались о чем-то настолько секретном, что окружали себя заклинанием Муфлиатто. Их сокурсник и общий друг Ли Джордан тонул в догадках – таких он близнецов еще не видел, но списывал их поведение на траур и не стал мешать им пережить горе.
Иногда, поздним вечером, когда все расходились и в гостиной Гриффиндора не оставал никого, Фред вытаскивал из кармана мантии порядком потертый пергамент и снова, и снова перечитывал его вслух, чтобы Джордж слушал вместе с ним то письмо отца, которое он прислал их сестре Джинни, пока та была еще среди них.

Милая доченька, - писал Артур Уизли, - на твоих плечах лежит тяжелая ноша – спасти нас от клички „Предателей крови”. Тебе нужно привлечь внимания молодого наследника лорда Люциуса Малфоя – Драко, и настолько серьёзно, чтобы он в тебя влюбился и сделал тебе предложение руки и сердца.
Нам сердце молодого Драко никчему, нам нужна его рука, т.е. чтобы ты стала следующей леди Малфой. Чтобы помочь тебе в твоей нелегкой задачи, я дарю тебе наследственную вещь твоей бабушки Цедреллы, которую она принесла из своего в наш дом, когда выходила за дедушку Септимуса. Это золотая брошь, да не простая она, а волшебная. Матушка, передавая ее мне, назвала ее Брошью Медеи. Девушка или женщина, которая владеет эту вещью, становится Хранительницей семьи. Внешне она меняется, превращаясь в прелестницу и все мужчины стараются ей понравиться, чтобы она их выбрала в партнеры или в мужья. Чтобы брошка стала твоей, надо об неё уколоться и дать ей свою кровь.
Но не только тебе достанутся красота и везение, ими ты порадуешь и всех своих братьев, популярность которых среди девушек сразу подскочит до небес. Они быстро должны найти себе пару, чтобы создать наследников, потому что, доченька моя, все имеет свою цену.
А цена будет тяжела.
Сразу, как твой Драко сделает тебе предложение, с братьями начнут случаться несчастья, которые будут стоить им жизни. Все они должны умереть из-за проклятия нашего предка, только так кличка „Предателей крови” сотрется с нашей фамилии, вместе со смертью всех нас, мужчин Уизли.
Джинни, я знаю, ты умница и красавица, и примешь правильное решение. Только у тебя есть возможность освободить от клеймящего пятна семьи. Но, даже если ничего с Драко не получиться, не горюй. Однажды твоей дочери, м.б., повезет со следующим Малфоем и у нее не будет братьев на убой. Решение у тебя в руках. Я поддержу любой твой выбор.
Приказываю тебе, храни брошку ото всех, доченька. Ни в коим случае к ней не допускай своих братьев, потому что она уколет любого, кто коснется ее. Если дотронулся мужчина/парень, с ним произойдет страшная метаморфоза. Тот Упырь на чердаке в Норе, это мой старший брат, Рэджинальд. Береги братьев, потому что есть судьба страшнее смерти!
Если броши коснется девушка/женщина, брошь становится ее брошью и вместе с брошью от нас снова, уйдет везение и удача и твои братья, скорее всего, так же погибнут.
Люблю тебя. Отец.”


После очередного прочтения письма, близнецы долго удрученно молчат, бледные, испуганные. Потому что их сестра потерялась, ее тела не нашли, а это указывало только на то, что роковая Брошь Медеи ускользнула из семьи Уизли.
Но в чьи руки попала волшебная брошка?

***
Гермиона ждала предложений со стороны родственников по поводу золотой вещицы, спрятанной в стеклянном футлярчике, в руках и под пристальным вниманием, настоящий момент, четы Малфой.
Люциус не смел приближаться к опасному артефакту, услышав от племянницы все подробности о нем, в основном, ту ее часть, в которой говорилось что произойдет с неосторожным мужчиной, бравшим в руки все, что блестит.
Зато Нарцисса проявляла заметный интерес.
- Говоришь, что всем, кто с тобой связан кровью – т.е. моему мужу и сыну, жизнь станет легче и счастливей, им будет везти неправдоподобно и они станут красивей? – спросила пытливо волшебница постарше с некоторым подозрением. – Хэтти, я не знаю, будет ли красота наших мужчин нам в счастье.
И она впилась взглядом в лицо Люциуса, чтобы поискать любые изменения в том направлении в нем. Хм, лицо как лицо, он всегда был жгучим блондином, на котором липли взгляды представительниц волшебного мира от пяти до стопятилетнего возраста. Леди Малфой вздернула плечами, не заботясь о вещах, над которыми она перестала трепаться, после стольких лет супружеской жизни в любви и верности с самым привлекательным мужчиной магмира.
- Цисси, не надо, милая, - ухоженная рука Люциуса ложится на колено жены и он всматривается в ее потревоженные глаза. – Я тебя люблю, мы поженились магическим браком, нас никто и ничто не разделит. Подумай о Драко. Он будет счастлив, его жена будет обожать его, у них родятся много детей, наш род разрастётся и возвысится, наша племянница в любви с другим нашим племянником. Что еще тебе нужно для полного счастья?
- Чтобы та статуя в подземельях взорвалась к чертовой бабушке! – со всего сердца бросила Нарцисса. Все трое рассмеялись ее необычной вспышки.
Когда отсмеялись, на лицах троих опустилось выражение глубокой задумчивости и тишина легла в кабинете хозяина Малфой-мэнора. Гермиона первая нарушила ее, со вздохом вставила:
- Будем думать, Нарси. Будем и дальше думать.

***
Заместитель директора школы Хогвартса, с чувством вины рылась в столе своего друга и наставника, с Рождественского бала пребывающего в Св. Мунго на лечении. После вчерашнего визита в специальном отделении в больнице, она застала его выздоровевшим и бодрым, но врачи его не отпускали, оправдывая своего решения тем, что профессор Дамблдор весьма пожилой и ему нужен покой, чтобы восстановиться насовсем.
Увидев Минерву МакГонагалл, престарелый директор обрадовался, как маленький ребенок своей матушки.
- Минерва, ты принесла мои лимонные дольки? – спросил он сразу, как увидел ее у двери комнаты.
- Какие дольки, Альбус? Ты забыл, что на входе в твой кабинет стоит пароль? Как мне в него войти? – удивилась она неожиданному вопросу директора.
- А? Разве не помнишь, что пароль Клюквенные леденцы?
- Нееет! Когда удосужился поменять старый на этот? – губы старой преподавательницы утончились неодобрительно в линию, но ее глаза повеселели. Он был таким всегда, Альбус Дамблдор – добрый веселый дедушка. Напридумывает такое, что сама не понимаешь: вырос ли он с возраста десятилетнего мальчика.

И вот, сейчас, она роется, чтобы найти в ящиках рабочего стола, те специальные лимонные дольки, которые изготавливают на заказ в известной только Дамблдору, немецкой кондитерской, с начинкой, смешанной с зельями, поддерживающие здоровье и ясность ума старому директору.
Картонная коробка с надписью „ЛИМДЭЖ” * нашлась в самом нижнем ящике, а под ней лежала папка красного цвета с огромными буквами на ней – „ГДжП”.
Взяв коробку, Минерва закрыла ящик и сделала два шага в направлении двери, но за время, что она сделала эти два шага, шестеренки в ее голове сами завертелись и перевели на понятный язык аббревиатуру на папке – Гарри Джеймс Поттер.
Минерва застыла на месте.
Подумала.
В ее голове все перемешалось, мысли и отрывки событий завертелись в неведомом танце, водимые своей внутренней логикой. Она не пыталась вмешиваться, а пустила все на самотек. Не в первые с ней такое случалось, когда логика уходила покурить в сторонку, а ее водила чистейшая интуиция.
Стала оформляться какая-то идея, что-то связанно с тем несчастным мальчиком, сынишки ее учеников, Джеймса и Лили Поттеров. Зачем Дамблдор все еще думает о маленьком ... стоп! Уже не маленький, если он живой, Гарри Поттере? Знал ли директор что-то, что могло пролить свет на странное исчезновение Надежды волшебного мира? Возможно, очень, даже, возможно. Ну, почему бы не посмотреть, что в той папке собрал Альбус?
Достиг до этого сакрального вопроса, Минерва не стала медлить, а повернулась назад, открыла заветный ящик и, вытащив красную папку на стол, присела на кресло Дамблдора и углубилась в чтение.
Часом позже, познакомившись со всеми документами, актом о рождении Гарри, завещаниями его родителей и их родителей, с письмами из Гринготтса, с записками Петунии Дурсль, сестры Лили Поттер и с теми, подписанными некоей А. Фигг, с выписками из школьных дневников маггловской школы, где учился Гарри до поступления, хотя он и не поступил реально, в Хогвартс и прочие, и прочие, заместительница директора выглядела довольно разгневанной и раздраженной.
Взмахом палочки она скопировала все документы из папки, которые собрала в другую, пустую, найденную среди прочих бумаг на столе Дамблдора.
С уменьшенной папкой в кармане и коробкой в руках, она шагнула в зеленое пламя зажженного камина директорского кабинета.
Вышла из камина в приемной Св. Мунго.

- Минерва, ты принесла мне лимонные дольки, те, которых я тебя указал? – встретил ее появление лежащий на больничной кровати белобородый колдун.
Профессор МакГонагалл бросила ему на одеяло коробку со сладостями, которые загребущие костлявые руки Дамблдора схватили на лету и сразу вытащили горстью пахнущих лимонами желейные полумесяцы и он стал заталкивать их в свой рот, не заботясь о манерах.
Посмотрев на это безобразие минуту, Минерва прокашлялась и ледяным голосом заявила:
- Альбус, нам надо поговорить!
Но Альбус Дамблдор не стал обращать внимание своей заместительнице, а поев свои обработанные эликсиром жизни дольки и ощутив прилив энергии в жилах, вскочил с палочкой в руках, трансфигурировал свои больничные одежды в длинную красную мантию, уверенным шагом, отстранив ошарашенную Минерву со своего пути и вышел из палаты.
Она нашла его десяти минут спустя в директорском кабинете, заглядывающим в тот ящик, где пребывала папка с документами, повествующими о жизни Гарри Поттера в маггловском мире.
Увидев выходящую из камина Минерву, директор напрямую встретил ее словами в упор:
- Будь готовой, чтобы призвать молодого мистера Лонгботтома ко мне вечером перед вторым испытанием.
- Но, Альбус, Августа нам этого не простит! – воскликнула пожилая волшебница.
- А мы найдем ей задание вне школы, чтобы она узнала постфактум, - сказал Дамблдор, думая, что этим успокоит свою заместительницу.
Но только раздул ее сомнения.
- Она нас – нет, она тебя за это убьет.
- Пусть убьет, но я так решил.
Сказав эти слова, больше не обращая внимание Минервы, Дамблдор удалился в свои комнаты приготовиться к выполнению экстренного плана победы. Надо было тепло одеться, потому что ему предстоял длинный, с несколькими аппарациями, и неизвестно в плане продолжительности переезд в Литлл Хенглтон.
В дом Гонтов.
--------------------------------------------------------
ЛИМДЭЖ * - ЛИМонные Дольки с Элексиром Жизни.



Без паника!!!
 
kraaДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:37 | Сообщение # 272
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Глава 17.

Альбус Дамблдор
Я знаю, что Бог - Судьба или, как там его, Злой рок, быть может, сводит счеты и все выровняет. За долгую больше чем век жизнь я понял, что любое неравновесие создает в Мироздании потоки, которые его уничтожат. Поэтому всю свою сознательную жизнь стремился к всеобщему благу магов и магглов. Но ни те, ни другие меня не понимали, и всеми силами мешали моим стремлениям к лучшей участи. Каждый из них имел в голове собственные представления о личном счастье. Зубами и ногтями боролся только о себе любимом, не видя Общей картины. Своими ничтожными мозгами обыватели Магмира никак не осознают, что любой их успех однажды возвратится камнем в их собственный огороде. Что говорить о магглах, которые в том направлении ничего не смыслят, и надо их, как овец, направлять, чтобы они не упали в ловушку собственных иллюзий.
Целый век я стремлюсь ухаживать за всеми, забыв о личном, устраивать им легкую и беззаботную жизнь. И что получаю я, когда нуждаюсь в помощи? Упреки. Бессмысленные попытки устраивать мир под эгоистичными стремлениями к личному и семейному благополучию.
Ничтожества! Букашки! Да что в сравнении с Общим Благом их муравьиные закидоны возвысить муравейник? Кто я и, кто они? Где я, а где они?
Сравнивать орла с червяком, да ни за что!
Устрою я им феерическую ловушку, все окажутся у меня в кармане. Будут прыгать в моем блошином цирке, как миленькие.
Так-так, а вот и тайник Тома. Фу-у-у, как фонит от него!
Вокруг защита устроена по учебнику, все тут так, как надо. И как мне распотрошить все это, если я не парсельмаут, скажите?
Правильно, моей любимицей – Старшей палочкой, с таким виртуозным финтом выигранной у Геллерта.
Взмах! Как жжет зарраза, силен, силен был парень, должен признать. Все-таки, происхождение не водичка. Таких должно уничтожать, чтобы не угрожали лучшую участь обычных, добрых людей, вроде Артур и Молли, Мунгундуса, Северуса ... Ань, нет. Насчет Северуса загнул палку, его тоже нужно уничтожить, когда его полезность выдохнется.
Эх! Том! Том! Куда тебя, черт тебя подери, занесло? Где пропадал ты последние два года?
А! Наконец-то, вот шкатулка, в которой он спрятал кольцо предков. Кольцо Перевеллов. Хех, быть настолько одаренным, настолько талантливым, красивым и так легко поддаться уговорам испоганить семейное достояние. Сделать из Дара самой Смерти крестраж, ей на зло. Мерлин и Моргана, насколько удачно и вовремя я выбрал себе карьеру! Быть преподавателем, добрым и уступчивым в глазах маленьких гаденышей - это означает владеть Миром! Кто не видит картину будущего, тот сам себе дурак.
Министерские, те же имбецилы, как и сидящие в зале Визенгамота пустоголовые выскочки. Правильно предвидел я возможность однажды пасть им в руки и снизил уровень обучения и осведомленности в Волшебном мире. Хехе, Непреложный обет, который меня заставили дать им, касается только учеников Хогвартса! На-на-на-на-на-на! Все остальные, однако, так и остались на моих охотничьих полях.
Последняя защита, та, которая на шкатулке, жалит как бешенная оса, но терпимо. Цель оправдывает средства, потерплю.
Гомункулус давно готов и ждет свое наполнение, крестража надо забрать любой ценой. Ауч!
Вот и он, перстень Смерти! О, какой он неприглядный, ни камушек драгоценный, ни ободок золотой. Ну, хоть бы серебряный, но нет. А как тянет поставить на палец, как манит ...
Может быть, хоть на минуточку, посидит у меня на, да хоть на безымянном пальце, согреть его и он изменится во что-то другое? Попробуем, попробуем.
Аааааа, да что это такое, что за ... черт, черт, черт! Что за черные пятна появляются на руке из гребанного кольца? Снять, снять его!
Почему, почему мне стало так не везти, Господи?

***
Десять минут после того, как директор вышел из камина собственного кабинета, сигнализация входной двери оповестила, что кто-то из его подчиненных будет капать ему в мозги о чем-то, что в данный момент, он не был готов выслушать. Но права на выбор у него не было, потому что, сразу после стука, дверь открылась и внутрь, без спроса и разрешения, вошла его заместитель, Минерва МакГонагалл в сопровождении смутно знакомого взрослого мужчины.
- Альбус, - начала без вступлением Минерва, - к нам пожаловал мистер Браун и настаивает на объяснении, угрожая, что подаст иск в суд на школу за пренебрежение здоровьем его ребенка.
Нападение деканши Гриффиндора с места в карьер застала директора врасплох. Из её скудных, объяснений, он не понял, о чем таком ужасном идёт речь, чтобы сразу подавать иск в Суд, и он стал подслеповато мигать из-за очков-половинок, ничего не соображая. Вкупе к этому, у него страшно болела рука. Пульсации острой боли шли от кольца на безымянном пальце правой руки и постепенно двигались вверх к локтевому суставу. Альбус не смел себе представить, что визуальная картина почернения точно повторяла те жалящие ощущения.
- Минерва, позови сначала Северуса, - простонал директор и упал назад на свое кресло за рабочим столом. – Быстро!
- Но мистер Браун ... – начала возражать заместитель МакГонагалл, но ее вопли прервал глухой голос начальника:
- Мистер Браун подождет.
Мистер Браун аж подскочил, услышав эти слова, весь покрывшись алыми пятнами гнева.
- Как Вы смеете, директор Дамблдор, пренебрегать моей единственной дочерью. Моя Лаванда попала в Св. Мунго из-за вашего недосмотра, вашего и вашей заместительницы, которая, так же и декан моей доченьки.
Голос мужчины оказался зычным и мощным, к нему вплелись дикие вихри магии и возмущения - стекла окон и буфетов взорвались и рассыпались в мелкую крошку на полу.
- Репарро! – на автомате сказала Минерва МакГонагалл, мельком проследив восстановление стекол. – Как я могла бы уследить такой незначительный инцидент, мистер Браун? Приворотное льется в Хогвартсе, сами знаете, как тыквенный сок во время пищи.
- Мадам, я хорошо это помню. Но тот факт не из моих любимых воспоминаниях, потому что Приворотным пробовались увести мою Селестину не единожды. Но дозу, в четверо превышающей предельную, никогда. Сегодняшние ученики одни придурки! За чем вы следите? Если не за теми „Три О”, как нам говорили - Образованием, Обучением и Осведомленностью, а? Мадам? Что вы на это ответите?
Декан Грифиндора сначала покрылась красными пятнами возмущения, затем, к концу выступления мужчины, лицо ее резко побледнело, и она начала судорожно глотать воздух и держаться за сердце.
Все еще сидящий в своем кресле директор Хогвартса, с отсутствующим видом, убаюкивал свою правую руку, и он тихо стонал, очевидно, ничего не замечая из разыгравшейся ссоры.
Мистера Брауна не интересовало ни бесчувствие к его горю директора, ни показные приступы недомогания заместительницы. Он хотел узнать правду об инциденте с дочерью и, если на том пути кто-то умрет, пусть и умрет.
- Кто, кто дал Лаванде Приворотное? – наставив палочку на Минерву взревел он. – Не молчите, а то прокляну к чертовой бабушке, вас обоих!
- Мистер Браун, убавьте свой гнев, надо понять парня. Он хотел так, как лучше. Это просто случайная ошибка ... – подал слабым голосом директор.
Его жестко прервали. Мужчина неожиданным прыжком оказался на корточках поверх стола Дамблдора, схватив того за длинную пушистую бороду и стал трясти его голову в такт своих слов:
- Слушайте сюда, мистер Дамблдор! – глядя в помутневшие от встряски глаза старика, отчеканил мистер Браун. – Лаванда моя единственная дочь и, к сожалению, такой и останется после тех семи лет регулярного отравления всевозможной бурдой в Хогвартсе. Если она не поправится и не придет в себя, если я не увижу ее такой же адекватной, какой я вам её вручил обучать на первом курсе, я вас двоих уничтожу. Я два месяца ждал, чтобы она поправилась и пришла в норму, но – нет! Она так же плоха, как ее в Мунго и доставили – воет белугой и просит о каком-то „Во-Вона”. Кто он, чтобы я ему оторвал все хозяйство с потрохами? Убью его! Вас – тоже! На хрен! И меня никто в этом обвинять не будет. Кто. Дал. Моей. Дочке. Приворотное.
Сзади Минерва подала дрожащим голосом:
- Ммммистер Ууууизззли ...
Не оборачиваясь, все еще сжимая в руках директорскую бороду, мужчина процедил сквозь зубы:
- Кто именно из всего тараканьего гнезда?
- Младшший. – ответила ему деканша Гриффиндора.
- Рональд? – одним глазом уперся в дрожащую женщину мистер Браун, слегка повернувший свою голову, Минерва чуть присела от хлынувшей на неё ненависти бывшего ученика. – Тот, который оправдал своим поведением наименование своего дома?
Нижняя губа Минервы мелко-мелко затрепетала, а в ее, слегка-навыкате серых глазах, появились слезы. Не могла вынести осуждение отца своей ученицы, она только кивнула, и быстро отстранилась с его пути, когда он энергично прыгнул со стола и в два шага скрылся за дверью директорского кабинета.
- Альбус, мне надо идти, чтобы предотвратить самосуд над мистером Уизли, - начала она. Но полный страданий стон директора привлек, наконец, ее внимание. – Альбус, что с тобой?
- Позови Северуса, немедленно!

***
Рональд Уизли
Прыгать в Черное озеро? Зимой?- думал чемпион Хогвартса Рональд Уизли. Как в последние время он начал настаивать, чтобы его так звали друзья – больше никакого Рона, только Рональд, эээх! – Какого х--, пардон, черта, напридумывали организаторы Турнира, пихать их, ЕГО, в почти замерзшею воду, в феврале, доставать что-то или кто-то? Близкого? И что или кто может быть ему, Рональду, настолько близким, чтобы тот, в угрозу себя и своему здоровью, прыгал к русалкам искать его?

Вдруг, перед внутренним взором самого младшего, живого по-настоящему – Уизли, появился образ плачущей сестренки Джинни. Маленькой сестренкой, пяти-шестилетней, а не такой женственной, какой напоследок видел и помнил ее Рон.
Джинни! Ярким светом могущественного Люмоса, в голове, шагающего в сторону башни Гриффиндора парня, представилась гениальная задумка исчезновения его сестры.

Так-так, вот как обстоят у нас дела! – порадовался своим открытием рыжий чемпион Турнира. – Спрятать Джинни, чтобы все начали, и я тоже думать, что с ней случилось плохое, чтобы все о ней страдали и убивались, а в действительности, ее упрятали. И вот, прихожу, т.е., приплыву я, Рональд Уизли – герой и умница, спасаю ее от злостных похитителей, и выставляю глазам родителей. Как будут они благодарны мне!

Жаборосли приятно пригрели тело сквозь ткань штанов.
То, что его застигло, повеселевшего от своих фантазий чемпиона Турнира он так и не понял. Огромного размера кулак ударил его между глаз мощью десяти Авад, разбил его вздернутый нос в лепешку и моментально отправил в море боли и забвения.
Рональд, к его счастью, перестал дальше ощущать удары уже ногами в тяжелой обуви себе в почки, в пах ... в основном, в пах. Его обидчик оставил рыжика еле живого, чтобы не попасть под прицел - нет, не Суда и нет, не его братьев, а собственной гриффиндорской совести.
Нашелся чемпион Хогвартса чуть позже своими же друзьями, которые шли к себе в гостиную красного факультета и отнесли его в Больничное крыло на спасения школьной медиведьмы. Мадам Помфри состояние избитого Рональда порядочно напрягло, но не возмутило. Этого от отца мисс Браун, которая лечится от передозировки Приворотным в Мунго, Поппи ждала. Честно говоря, она бы не удивилась, если Рональда постигла смерть, а не только участь ... Мерлин, Мерлин – евнуха. А завтра 24 февраля, Второе задание – Спасение узника. Надо пострадавшего подлатать, привести в порядок, и к утру выпустить его в своем уме из Больничного крыла.
Ему предстояло спасать Невилла Лонгботтома. Мерлин, Мерлин! Нужно найти Северуса, после завтрашнего поединка профессора Августы против ... хм, в общем, многих, понадобится большое количество лечебных зелий.

***
Малфой мэнор
- Гарри, Драко, Торри! – заповедным голосом наставляла своих друзей Гермиона. – Запрещаю вам появляться в Хогвартс во время проведения Второго задания. Я тоже присутствовать не буду. Появимся там вместе после конца состязания, во время разборки. Дядя Люциус обещал позвонить по сквозному зеркалу и придержать Сириуса не буйствовать и не включаться в поединки.
Глаза парней внезапно и очень некстати заблестели от предвкушения.
- Будут поединки! – мечтательным голосом пискнул белобрысый кузен и оба с Гарри повернулись друг к другу и с задорным визгом начали выполнять правыми руками давно вошедший в биту ритуал постукивания кулаками, скрещивания пальцами, поворачивания запястьями и снова стук-стук кулаками. И это свистя, улюлюкая и похрюкивая от восторга. Дураки, подумали девушки и возвели глаза к потолку, изображая усталость от ребячеств парней.
- Будем только зрителями, а не участниками! – отрезала Гермиона и тряхнула копной прекрасно пахнущих кудряшек.
Астория, невеста Драко, с восхищением проследила за танцем каждой из них и с некоторой завистью вздохнула. Ее длинная каштановая коса перекочевала со спины на грудь девушки и она стала поглаживать свои, сплетенные подобно змее волосы. А ничего, у нее были не меньше красивые волосы. Просто ей не нравилось развевать их свободными, но как только чуть-чуть подрастет, распустит свое украшение свободно и пусть Драко падает в обморок. Девушка улыбнулась своим размышлениям и веселым предчувствиям.
- Я о Сириусе гарантию дать не могу, если в поединки втянут Дамблдора, - засмеялся Гарри и к нему присоединились все остальные ребята.
Им было хорошо вместе: жить, учиться, дружить.
Никогда в своей прежней жизни Гермиона не чувствовала себя настолько завершенной. Все складывалось прекрасно, надо было уже готовиться к концу.
Уничтожить угрозу и зажить счастливо.



Без паника!!!
 
Al123potДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:38 | Сообщение # 273
Черный дракон
Сообщений: 2771
« 697 »
kraa, раз решила перевыложить фик, то удали старые главы:
Глава 8.
Глава 11.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
kraaДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:42 | Сообщение # 274
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Глава 18.

Яички рыжего придурка заметно улучшили состояние Лаванды Браун. Тестостерон, или как там его звали маглы, извлеченный из причиндалов виновника состояния девушки, с чем-то в ней „совокупился” и нейтрализовал жесточайшие ощущения незадоволенности невинной гриффиндорки. На вторые сутки, после доставки ценнейшего ингредиента в Св. Мунго, уставшим и порядочно взбаламоченным отцом Лаванды, она перестала вопить: „Во-Вооон, приди ко мне! Я тебя тааак хочуууу ...” и, наконец, под воздействием зелья Сна без сновидений, позволила тишине воцариться в отделении „Отравления и привороты” волшебной больницы.
Как прошло второе задание Турнира она пропустила видеть воочию, но, вернувшись обратно в Хогвартс, ей пространно и в подробностях о нем рассказали.
Немного погодя после этого к ней заявилась невеста того Блэка, из Дурмстранга, которая снизошла до того, чтобы принести Лаванде думосброс с воспоминаниями о том дне и с подозрительно пылающими местью глазами окунулась вместе с гриффиндоркой в перламутровую жидкость, наполняющую сосуд и обе просмотрели день Спасения узника.
***
День 24-ого февраля был солнечным, но холодным до оцепенения. Ветер дул над поверхностью Черного озера, вода бурлила мутная и темная под мерцающей сетью чар. Чемпионы должны были вот-вот появиться и все зрители на трибунах уже стояли на ногах и всматривались в середину огромного водоема, откуда ожидалось всплытие троих соперников с узниками.
Мисс Браун и девушка, которая представилась ей как Гермиона Дагворт-Стоун, приблизились к только что появившейся порталом группе из четырех школьников Дурмстранга. Чужаки держались парами и около оригинальной Гермионы стоял высокий темноволосый парнишка, обнимающий ее рукой за талию. Ветер колыхал прекрасную копну кудряшек на голове девушки, и парень зарылся носом в ее локоны, мечтательно закрывая глаза. Посмотрев на эту демонстрацию нежных чувств со стороны парня, Лаванда вся обзавидовалась, но, что поделаешь, ей оставалось лишь ждать своего принца. Надеясь, что он не будет рыжим.
Другая пара была чуть позади, но мисс Браун узнала Малфоя младшего в платиновом парне рядом с девочкой, которая строила тому глазки и играла своей длинной тёмно-русой косой. Гриффиндорка впервые встречалась с подобным проявлением привязанности между молодыми людьми, ее сверстниками, и это наполнило ее тоской и надеждой, что и у нее все образуется.
Тем временем, над поверхности воды всплыла чудовищная акулья голова и Лаванда закричала от испуга, но нырнувшая в думосброс кареглазая девушка улыбнулась и спокойно объяснила:
- Успокойся, это наш Виктор. Виктор Крум. У него не получается преобразиться в свою анимагическую форму до конца, но и то, что успел трансформировать, видишь, как помогло. Но, давай не отвлекаемся, а смотрим.
Обе стали дальше рассматривать воспоминания.
Стоящая у самой кромки воды оригинальная Гермиона повернулась к другой девушке – еще совсем девочка, перво- или второкурсница, о которой говорилось среди хогвартских учениц, что являлась невестой наследника семьи Малфой, Драко и громко сказала той:
- Торри, смотри, узницей у Виктора была твоя сестра, Дафна! Она уже пришла в себя и сама держится у него за спиной, чтобы не мешать Вику плыть быстрее.
- Вчера она мне поведала, что ее ответ будет „ДА”, - ответила девушка Малфоя. – Ты не заметила, но мои мама и папа сидят рядом с родственниками Крума.
Парни, темноволосый и светлый, переглядываются и их ладони летят друг к другу, чтобы хлопнуться и поприветствовать себя с удачным пополнением семьи. Лаванде стало чуть обидно и тоскливо, что не будет у ней места среди этих веселых друзей.
Мокрая и посиневшая от холода, слизеринка Дафна Гринграсс, сама вынырнула на берег, где ее подхватили и сразу обернули огромным мохнатым полотенцем, поверх которого набросили теплое одеяло. Виктор Крум, все еще с уродливой рыбьей головой, успел присесть на помост и палочкой начал сам над собой кольдовать, пока не вернул свой обычный внешний вид. Для привыкшей к лошадиноподобным лицам британцев Лаванды, немного диковинный и чужой, но тем и странно привлекательным и по-своему красивым.
Чемпиона Дурмстранга и Дафну увели в, специально подготовленную организаторами Турнира палатку скорой помощи, где их встретила встревоженная медиведьма мадам Помфри.

В последнюю минуту заданного на выполнение второго задания часа, из воды всплыли сразу три головы: две настолько светлые, что казались серебряными и одна намного темнее.
- Это чемпионка Шармбатона, Флер Делакур с сестренкой и твой одноклассиник, Невилл Лонгботтом, - заговорила стоящая рядом Гермиона Лаванде. Другая Гермиона, у берега, чем-то наставляла своих спутников и те, повесив головы, покорно ее слушали. Нырнувшая в думосброс снова заговорила:
– Теперь внимай, начинается представление. Давай приблизимся, чтобы смотреть его в первых рядах.
На помост собралась целая толпа взрослых волшебников, которые все еще сохраняли тишину и ожидали троих пловцов. Внезапно, над притихшей толпой раздался резкий женский голос:
- Альбус, а где мой сын Рональд?
- Молли, откуда мне этого знать? – растерянно, ответил ей Альбус Дамблдор. А потом, чтобы взбодрит женщину, сказал – Давай подождем еще минуточку и во всем разберемся.
Может быть, директор Хогвартса надеялся, что это разбирательство будет спокойным и поверхностным допросом, но не тут-то было. Неожиданно для него, назад в замок вернулась ранее отправленная в Министерство магии профессор Августа Лонгботтом, и появилась на помосте у берега, как раз во время приближения Невилла со стороны озера. Увиденное взвинтило старуху настолько, что она тут же начала кричать:
- Альбус Дамблдор, что делает мой единственный внук в воде Черного озера? – ее громоподобный голос прозвучал как Иерихонская труба и заставил многих присесть от испуга. – Кто позволил тебе, злостный ублюдок, помещать единственного наследника волшебного Рода в угрожающие обстоятельства, не посоветовавшись с его опекуном?
- Августа, ничто не угрожало молодому Невиллу ... – начал свои объяснения директор британской магической школы, но бывшая аврор особым образом повернула кистью и слегка светящийся сгусток то ли энергии, то ли воздуха, отделился с растопыренных пальцев старой женщины и ударил его с силой недюжинного снаряда.
Альбус Дамблдор полетел прямо в направлении озера, раскрыв пустые руки, чтобы поймать кого-то из толпы. Люди не могли поверить своим глазам насколько почерневшей оказалась правая рука оплота Света, когда с неё слетела перчатка телесного цвета.
Игорь Каркаров, случайно оказавшийся на пути его полета, с заинтересованной миной проследил за летящим навстречу коллегой с красиво развевающейся белой бородой, и воспитанно отстранился с его траектории, чтобы не мешать тому показать обывателям свой мастер-класс.
- Убью тебя, Дамблдор! - кричала вслед ему профессор Лонгботтом, - Нет, не убью, оторву и заставлю тебя съесть свои дохлые никчемные причиндалы ! – а потом, уже к внуку: - Невилл, плыви сюда!
Но старому колдуну не позволили пережить унижение, плюхнуться в Черное озеро под носом приплывших уже к помосту подростков. Высокий и статный темнокожий колдун, в алой аврорской мантии, отреагировал молниеносно, и палочкой сбил скорость летящего прямо в морозную воду и быстротечную пневмонию летального исхода, Альбуса Дамблдора. Над самой поверхностью озера он словил его Левиозой и внимательно отпустил того на берег. К директору спустился с нахмуренной миной профессор по Зельеварению в Хогвартсе, Северус Снейп и начал ощупывать и принюхиваться к почерневшей конечности Дамблдора.
Действия Снейпа, почему-то, не понравились объекту осмотра, и тот толкнул зельевара подальше от себя, одновременно дернув рукава мантии вниз, чтобы прикрыть свой недуг.
Та первая женщина, которая кричала и спрашивала о своем сыне Рональде, чемпионе Хогвартса, тоже не унималась и не убавила прыть, набросившись на плывущих уже из последних сил ребят в воде:
- Что с Роном случилось, где он? Почему он не с вами?
Помощники Турнира зря пробовали отвести рыжую толстуху подальше посиневших от холода пловцов, убеждая чуточку подождать, пока те придут в себя.
- Смотрите, кто-то плывет сюда! – крикнул кто-то из толпящихся у самой воды взрослых. – Кого-то несут ... Это русалоид, он машет передней конечностью нам.
Человекоподобная рыба, или рыбоподобный человек, каждому это существо выглядело по-разному, несло одной рукой бледное тело рыжего парня, в котором волшебники узнали третьего чемпиона Турнира, Рональда Уизли. Но с рыжим парнем что-то было не так: его голова болталась туда-сюда, выставляя на показ огромную, зияющую рану на шее, откуда текла кровь, как только она показывалась над водой. Если хогвартский чемпион не был уже мертвым, то был у порога смерти.
Увидев тело сына, рыжая волшебница обмякла и, закатив глаза, грохнулась на мокрые доски.
Доплыв до деревянного помоста, существо сбросило тряпичной куклой тело Рона, чем давало всем понять, что тот не живой, и стало что-то клекотать в направлении доковылявшего до него Дамблдора. На удивлении толпы, тот тоже начал клекотать, давая всем понять, о чём идет разговор, в котором выяснялись подробности трагической развязки второго задания.
Сразу как разговор с русалоидом кончился, и тот скрылся под водой, на директора набросился тощего вида лысеющий мужчина средних лет, схватив за воротник мантии, выставляя этим почерневшую руку колдуна. Это был Артур Уизли, отец погибшего чемпиона Хогвартса. Одним движением он поставил на ноги Дамблдора и крикнул ему в лицо:
- Что, что он вам сказал, Альбус? Говори же! Что случилось с моим сыном?
Бородатый колдун, подслеповато хлопал глазами в очках, и пытался угадать правильно или неправильно будет поведать тому всю правду. Перед всей этой сгорающей от любопытства публикой? Периферийным зрением Дамблдор удостоверился, что его Немезида – Августа Лонгботтом, все еще тут как тут с палочкой наготове и понял, придется сказать все до конца. Ээээх, не все, конечно, но ... И он начал:
- Глава общины русалок поведал мне, что там, внизу, между мистером Уизли и мисс Делакур – мисс Флер Делакур, - уточнил он, - разгорелся спор. Мистер Уизли пробовал увезти заложницу чемпионки Шармбатона, начисто отказываясь спасать своего же заложника, мистера Лонгботтома. В руках мистера Уизли появился нож, в разрез правилам Турнира, а в руках мисс Флер – ее палочка, которой она воспользовалась, чтобы оглушить чемпиона Хогвартса. После того, как она освободила свою сестру от веревок, она принялась за веревки мистера Лонгботтома. Так как под водой заклинания слабеют быстрее, чем в воздухе, мистер Уизли быстрее пришел в себя и, увидев расстановку вещей, с ножом напал на свою соперницу. Та увернулась, схватив обоих заложников за руки, и попыталась уплыть дальше от буянившего мистера Уизли. Тот последовал за троими, чтобы отбить хотя бы своего заложника, но нож был вне договоренностей с русалками и они воспрепятствовали мистеру Уизли ... как могли ...
- Уууууу, - запричитала пришедшая в себя миссис Уизли, - проклятые русалки, они убили моего маленького Рончикаааа ... Альбус, я хочу войну, я хочу кровную месть, я хочу съесть их печень сырой.
- Хм, Молли, - вмешался молчавший до сих пор Людо Бэгман, отвечающий за второе задание Турнира. – Все не так просто. В контракте есть специальное указание, что в руках чемпионов не должно быть человеческого оружие, кроме волшебной палочки и русалки имели право наказывать любого за нарушение договора.
Взгляд рыжей толстухи сфокусировался на, пижонски одетом волшебнике, и она, сквозь зубы, процедила ему в лицо:
- Это. Их. Слова. Что там, в действительности, случилось, никто не знает.
- Как никто? – прозвучал сзади звонкий девичий голос. – Там были все мы – я, моя сест’га и мосью Лонгботтом. П’гавда, Габ’гиель и тот па’гень п’гишли в себя лишь после того как всплыли, но увидели, как Уизли б’госался на ’гусалках ножом. Те только защищались. Попадание копьем в шею Уизли было чистая случайность, он совсем озве’гел к концу. Но я подтве’гждаю слова ’гусалоида, хоть под клятвой.
- Замолчи, дрянная девочка! – рявкнула Молли Уизли. – Да кто тебя спрашивает?
- Миссис Уизли, закройте свой дурно пахнущий рот и слушайте сюда! – неожиданно правильным английским заговорил взрослый француз, под мышкой у которого ютились две обмотанные одеялами платиновые девочки – Флер и ее сестра, Габриель. Очевидно, мужчина был отцом девочек. – Я, конечно, соболезную Вам в связи с утратой сына, но позволить такие грубости в отношении моей дочери я вам не могу. Она довольно внятно объяснила, что даст клятву. Это должно быть вам достаточно.
Слова мужчины, наконец, подействовали на миссис Уизли, как ушат холодной воды и привели ее в нормальное состояние. Посмотрев на разметанные под неестественными углами конечности младшего сына, на склоненного над трупом и плачущего Артура, ее прорвало и она взревела белугой:
- Роон, Джинниии, дети моиии ...
Добрые люди бросились помочь ей, взяли под мышки и увели в сторонку.
Какие-то, одетые во всё черное взрослые волшебники, аппарировали недалеко от мертвого Рональда Уизли и стали шептаться с Артуром. Пять минут спустя, они испарились, унося с собой труп четвёртого чемпиона Хогвартса в Турнире Трех Волшебников.

***
Гермиона указала взглядом Лаванду на шедших кучей директоров трех школ, которые спорили между собой и с Людо Бэгманом.
- Надо узнать, о чем они говорят, - сказала она гриффиндорке, и та согласно кивнула головой, сама сгорающей любопытством.
- Надо провести вторичный выбор чемпионов, - вещал одетый в желтую мантии с черными полосками Бэгман. – Только для Хогвартса. Предстоит третье задание, а у принимающей Турнир школы чемпион скончался. Что скажете, господа? Мадам?
- Но в п’гедидущем Ту’гни’ге вто’гичный выбо’га не было, - возразила огромная по сравнению с мужчинами мадам Максим.
- Олимпия, в предыдущем Турнире все чемпионы сразу и вместе погибли. Кроме того, немало народу в замке тем временем перерезало и поисчезало тоже! – отрезал Игорь Каркаров, директор Дурмстранга. Его немало потрясла смерть молодого гриффиндорца и он боялся за своих учеников, прибывших в Хогвартсе в составе делегации. Он боялся за своего чемпиона, Виктора, как и за тех четырех подростков, которых оберегал пуще зеницы ока.
- Крауч так некстати заболел, а молодой Персиваль еще неопытный, - начал рассуждать вслух шедший в конце процессии Дамблдор.
- Я думаю, что нечего крутить вокруг да около, а надо провести этим вечером новый отбор, - отрезал дальнейшие дебаты Бэгман. – Иду искать Аластора, чтобы тот подготовил и заколдовал Кубок.
Его полосатая мантия развернулась за спиной толстоватого волшебника, как крылья диковиной бабочки-переростка, взмах которых мог создать бурю на другом конце мира.
Настороженные глаза Дамблдора проследили за уходом Бэгмана. Когда тот скрылся из виду за поворотом к главному входу замка, директор остановился, задумался и дал выход своим самым худшим опасениям:
- Надеюсь, Аластор согласится помочь, а то он в последнее время сам не свой. Хм.
- Альбус, что ты сказал? – повернулась назад мадам Максим, и ее лицо так маняще засияло перламутрово-белым цветом, оттеняя угольную тьму ее огромных, красиво вырезанных глаз, что Альбус застопорился на месте.
Время в одно мгновение повернуло вспять свой ход, и он ощутил себя семи-восьми летним мальчиком. Точно такой помнил он свою маму-метиску, маглорожденную дочь белого человека и индианки. К концу зимы ее летний, красноватого оттенка, загар исчезал и она становилась вот такой вот молочно-белой, чуть тронутой румянами богини Авроры. И глаза у нее принимали похожее выражение, светясь изнутри заманчивым огнем.
Тряхнув голову, чтобы освободиться от наваждения и прийти в себя, старый колдун ответил:
- Говорю, что обещаниям бывшего аврора надо верить через раз. Осенью он клялся, что не устроит в Хогвартсе филиал Аврората и с учениками будет ласковее, чем с преступниками, но, после Рождественского бала, он взялся за старое и забыл обещание, данное мне. Не знаю согласится ли он помогать с Кубком.

***
Пришлось трем директорам колдовать над Кубком Огня, чтобы тот произвел вторичные выборы чемпиона Хогвартса. Аластор - Шизоглаз - Грюм начисто отказался иметь что-либо общее с этим дурдомом, устроенным в Британской школе Чародейства.
Во время ужина сообщение о гибели Рональда Уизли не подействовало на учеников так, как директор Дамблдор ожидал. Они не стали грустить, напротив - заметно оживились и начали шумно обсуждать, что будет дальше с Турниром.
Дамблдору стало не по себе от холодности своих студентов, и он удрученно размышлял, что такое могло произойти, в Хогвартсе чтобы те добрые, милые и сострадательные мальчики и девочки могли так ожесточиться? Стоил ли повышенный уровень образования то общее погружение молодежи в темноту? Поймут ли стремление своего директора к Всеобщему Благу или поступят, как свои родители раньше, которые приняли с сомнением свою Лучшую участь?
- Завтра утром, сразу после завтрака, будет произведен новый отбор чемпионов только для учеников Хогвартса - начал профессор Дамблдор свое выступление. - Условия подачи заявок – старые ...
- ... и лживые! – прервал директора кто-то из, полного учеников трех школ и преподавателей зала.
- Как это „лживые”? – вопросительно поднял брови профессор Дамблдор, не понимая степень наглости крикуна.
- А так, - продолжил наглец и выпрямился. Как оказалось, это был ученик Шармбатона.
Хоть не свой,” - подумал Дамблдор.
Француз, тем временем, продолжил:
– В условия указывалось – „Только совершеннолетние имеют право подать заявки”. А кого выбрал Кубок в чемпионы? Четверокурсника Хогвартса. И тот, закономерно, погиб. Надеюсь, на этот раз, поставите по-настоящему мощный барьер, а не ту хлипкую игрушку, которая стояла раньше.
- Monsieur Claude , vous laissez-vous trop grande! (Мистер Клод, вы позволяете себе слишком много. – Гугл-переводчик.) – крикнула мадам Максим своему ученику. Но тот не унимался, а продолжил бы и дальше возражать, но друзья дернули его вниз и он присел, красный, как помидор и очень взволнованный.
- Ужесточим барьер, - сказал директор Хогвартса и поставил точку обсуждений, выходя из Большого зала сквозь дверь за преподавательским столом.

За стеклами высоко расположенных окон Большого зала светилась бледная Луна, единственный свидетель появления заинтересованных в участии в Турнире Трех волшебников, которые не так и многочисленными оказались.
Ночью, к мерцающим занавесом преграды вокруг Кубка пришли только два кандидата на участие в Турнире, бросили внутрь свои заявки и тенями, удалились. Нелепая смерть бывшего чемпиона Хогвартса в Черном озере заметно приубавила энтузиазм кандидатов.

***
Синий огонь Кубка внезапно хлынул выше и сменил окрас на кроваво красный. В Большом зале все замерли в ожидании приговора, так стали воспринимать Турнир молодые волшебники. Среди искр к потолку полетел маленький кусок пергамента, который директор Дамблдор поймал волшебством своей палочки и взял его свободной рукой.
Прочитав про себя написанное там имя, он побелел подобно своей бороде, и начал мучительно глотать воздуха открытым ртом.
- Фредерик Уизли, - сказал он наконец, и его глаза заметались среди голов сидящих за Гриффиндорским столом студентов, чтобы найти нового чемпиона.
Но не успел директор найти его взглядом, тот сам вскочил и завопил:
- Возражаю! Мое имя среди кандидатов оказаться не должно, так как я заявку в Кубок не бросал!
- Но, мистер Уизли ... – начал подниматься со своего места Людо Бэгман.
- Вы меня за сумасшедшего держите? – кричал разъяренный Фред. - После смерти Рональда вчера, Чарльза во время первого задания? После исчезновения сестры? Нет! Я не сторона контракта, нет у меня желания состязаться и умирать, из-за чей-нибудь ошибки! Оте---ь и организаторы, что за х---я и хр------а ... – бросил он наконец, убегая из Большого зала.
Его брат-близнец, Джордж, погнался за ним, но у самой двери остановился и медленно обернулся к уставившегося на нем множество.
- Я узнаю кто устроил ЭТО моему брату и смерть будет ему избавление. Запомните мои слова, объявляю Кровную месть тому ублюдку...
- Мистер Уизли, - крикнула декан Гриффиндора. – Кровная месть запреще...
- А мне плевать министерские запреты, мадам! – рявкнул ей в ответ Джордж. – Мы с братом из этого дурдома отчисляемся, считайте с этого момента. Вам внятно сказали, что мы заявки вторично не подавали, но вы, как заведенные шарманки повторяете и повторяете ... Редукто! – вдруг взревел он в направлении Кубка Огня и из его палочки взлетело настолько мощное заклинание, что перемещение невидимой энергии могло проследить глазами.
Артефакт тысячелетней давности взорвался маленькими щепками, каждая из которых воспламенилась и среди света, огня и искр посыпались сотни и сотни кусочков обгорелого пергамента, старые и не использованные заявки желающих с прошедших Турниров, сохранившиеся внутри Кубка после каждого отбора.
Организаторы теперешнего Турнира схватились за голову.
Как им довести состязание до конца?



Без паника!!!
 
kraaДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:46 | Сообщение # 275
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Глава 19.

Отправив учеников трех школ восвояси, после отмены занятий, директор Дамблдор созвал совещание в своем кабинете, пригласив министра магии Карнелиуса Фаджа, главу Совета попечителей Люциуса Малфой, Людо Бэгман, Персиваля Уизли, с одной стороны посрамленный поведением своих братьев-близнецов, но с другой, нафуфыренный честью присутствовать на высоком собрании. Мадам Максим, следом за ней ее коллега Игорь Каркаров и заместитель директора Хогвартса, профессор МакГонагалл вошли последними в проход за горгулей, и не застали свободные кресла в кабинете Дамблдора.
Каркаров немедленно отправился к холодному камину, прислонился к каменной раме плечом и исподлобья стал наблюдать за развитием разговора.
А разговор велся на высоких тонах, в основном, между хозяином кабинета Альбусом Дамблдором и мистером Фаджем. Министр магии настаивал закрыть Турнир, из-за высокой смертности во время испытаний, как и прочих неприятностей, произошедших в замке в этом году. Он защищал свою точку зрения, мотивируя тем, что Кубок огня уничтожен, контракт с чемпионами разрушен и не за чем продолжать и дальше с затягиванием ненужных заданий, что чревато дальнейшими угрозами над участниками.
Альбус Дамблдор благо улыбался гостям, мерцал глазами, но не отступал ни на дюйм со своей позиции, что Турнир должен продолжаться любой ценой.
- Дамблдор, зачем ты упрямился, как мул и не понимаешь, что все пошло коту под хвост! – воскликнул Фадж и краешком глаза заметил, как покраснела Минерва МакГонагалл. – Турнир закончился, Хогвартс проиграл, потому что его чемпион погиб. Зачтем победу Дурмстрангу, потому что Виктор Крум вернулся с его заложницей первым, отдадим ему приз в тысячу галеонов и проводим гостей обратно в их школы.
- Корнилиус, все не так просто, - начал издалека отмазываться директор Хогвартса. – Над чемпионами висит магический контракт закончить испытания, вне зависимости того, что Кубок уничтожен. Мистер Фредерик Уизли должен выступать на месте чемпиона принимающей школы, здесь нечего рассуждать.
Альбус боялся до чертиков, что, отпустив гостей домой, с ними уплывет его План, как сказал раньше Корнелиус, коту под хвост, что не говорила об этом дорогая Минерва. В Дурмстранг вернется и молодой Блэк, а он нужен здесь, в Британии!
Кроме того, хотя остальные не обратили достаточное внимание на факт появления имя Мальчика-который-выжил во время первого отбора чемпионов, но имя „Гарри Поттер” красным цветом мигало в голове старого колдуна. Более того, стало звенеть и колокольчиком после той анонимки, прилетевшей на лапке школьной совы.
Мальчик маячил где-то здесь, на краю видимости. Альбус чуял его присутствие шестым чувством, и надеялся, чтобы тот как-нибудь объявился, и тогда ловушка захлопнется, закрывая тому путь к отступлению. Турнир должен был продолжаться любой ценой, вплоть до третьего задания. Надо предоставить герою Пророчества все отпущенное этого учебного года время, чтобы совершить, хоть и маленькую, но ошибку и выдать себя.
- Но Фредерик от конкурса отказался, контракт с ним не был заключен! – воскликнул Корнелиус Фадж.
Его крик на грани истерики резко выдернул Дамблдора из глубоких раздумий и он дезориентированно стал оглядываться. Расстановка людей в круглом помещении не изменилась. Каркаров по-прежнему поглядывал волком с места у камина, Минерва столбом стояла у окна, остальные расположились на разбросанных в живописном беспорядке креслах. Длинные ноги Олимпии привлекали взгляд Фаджа и он исподлобья пялился на ее красивые коленки. Альбус закатил глаза с досады, ну как такое возможно, а? Грандиозный План самого выдающегося мага двадцатого века проваливается в тартарары, вместе с Турниром Трех волшебников, а они приглядываются к ножкам женщин, хоть эта женщина и сама директрисса Шармбатона.
- Предлагаю рассмотреть резервный план, - пошел на попятную Дамблдор, лишь бы спасти что-нибудь из задуманного. – Все мы знаем, что на второй отбор пошли лишь двое конкурсантов: мистер Седрик Дигори и мистер Захария Смит ...
- Но мистер Смит учится на четвертом курсе, Альбус! – воскликнула настороженная Минерва Мак Гонагалл и поддалась вперед. – Ты, ведь обещал, что барьер вокруг Кубка включает и возрастное ограничение! Как так получилось, что несовершеннолетний студент и на этот раз смог преодолеть его и опустить свою заявку?
Все присутствующие в директорском кабинете внезапно осознали, что снова получился промах с Турниром и вперили полный любопытством взгляд на Дамблдора. Тот поднял руки в недоумении и начал хлопать невинными глазами.
- Над барьером колдовали все мы: и Олимпия, и Игорь, и я. Не понимаю, как могло такое случиться – стал отбиваться от ответственности директор Хогвартса. – Что ты предлагаешь, Минерва?
- Ничего не предлагаю, я только удивляюсь. Решение насчет Турнира должны принять его организаторы, Вы и Корнилиус.
Все взгляды переместились на внезапно покрасневшего министра магии и тот стал ерзать в своем кресле от нежелании брать на себя ответственность. Но люди ждали его слова и он начал хмыкать:
- Эээээ ... почему я? Что я могу сказать, что? - он почесал редкие волосы на круглом черепе и вдруг его осенила стоящая, по его мнению, идея, которую он сразу озвучил. – Нуу, а почему не спросить мистера Диггори? Может быть, он и впрям захочет участвовать в состязании, как чемпион Хогвартса!
Все начали обсуждать это предложение. Заместитель директора профессор МакГонагалл, отправила Патронус в виде резвой полосатой кошки, чтобы пригласить декана Хафллпаффа, Помону Спраут, вместе с семикурсником Седриком Диггори, в кабинет Дамблдора.

***
Вернулся Седрик в свою гостиную уже в качестве чемпиона своей школы на третьем, последнем задании. Его сокурсники, узнав новость, ее не оценили, а начали сомневаться в правильности решения парня. Но тот заупрямился, и в гостиной барсучьего факультета, впервые за те семь лет, во время которых он учился здесь, разразилась ссора. Чтобы дальше не нагнетать напряжение среди друзей, Седрик ушел из подземелий, населенных учениками факультета Хельги Хафллпаф и до поздней ночи мерил шагами коридоры школы в гордом одиночестве.
Сова, отправленная Седриком домой, чтобы вовремя уведомить родителей о своем выборе, вернулась с прикрепленными к ее ножке гневным письмом от матери и восторженным – от отца.
Таким раздвоенным, какие противоположные по духу и содержанию были письма родителей, чувствовал себя и Седрик. Его разум говорил ему, что у него есть все шансы победить в Турнире, потому что он старше погибшего Рональда из Гриффиндора, но его сердце сжималось в предчувствии неизбежного провала. Парень должен был попытаться, если судьба давала ему второй шанс и его решение было, хоть это было чистое упрямство, не отступать от намеченной цели. Даже если в конце пути маячила одетая в черное и вооруженная косой скелетообразная фигура Смерти.

***
Наступил день третьего задания. С самого утра погода обещала быть прекрасной и солнечной. На трибунах квидичного стадиона быстро собиралась толпа зрителей, честно закупив себе талоны стоимостью один галеон. Далеко вниз, от уровня скамей, своими диковинными извилинами из выросших свыше четырех метров зарослей, простирал необъятный по размеру лабиринт. Над растительностью, ровно подрезанной по ниточки, некоторые из присутствующих волшебников могли видеть сверкающую пленку магического барьера, который гарантировал, что конкурсанты не искушатся полететь на метлах.
Среди публики сидел Корнилиус Фадж в компании своих коллег – болгарского и французского министры магии. Людо Бэгман конферировал начало состязания и щеголял в новой шелковой мантии, черного цвета в желтых крапинках.
Ученики начали прибывать на квидичное поле, куда впервые с зимы их пустили и шумно озвучивали свои впечатления от масштаба залесения ранее ровного поля. За ними медленно прошествовала процессия профессоров, возглавляемая красивой директриссой Шармбатона, Олимпией Максим, рядом с которой шла Минерва МакГонаггал, а не Альбус Дамблдор, как все ожидали.
Но никто не стал задаваться вопросом, почему директор принимающий ТурнирТрех волшебников, отсутствует на последнем задании, потому что все начали пялиться на одетую в спортивный маггловский костюм мисс Делакур. Девушка одетая в брюки, и какая девушка! – для зрителей-мужчин это было слишком заводящее зрелище. Они пускали слюни, разглядывая каждую извилину спереди и сзади француженки. Женщины, увидев бесстыдство Флер, которая посмела появиться на общественное мероприятие в этих ... этих облегающих ... , горели от справедливого гнева.
Но повышение температуры в рядах зрителей нимало не занимало в настоящее время мысли красивой девушки. Она думала о предстоящем состязании. Хотя мадам Максим довольно подробно растолковала ей характер препятствий и предложила способ преодоления каждого из них, Флер боялась. Пережитое на дне Черного озера оставило неизгладимый отпечаток в ее сознании и показал ей, что и самое маленькое пренебрежение к опасностям может стоить ей жизнь.
За французским чемпионом широкими шагами шли Виктор Крум и Седрик Диггори. Они были нахмуренные и задумчивые, с глазами, направленными вниз, а не вперед, где могли бы созерцать картину, гораздо приятней своей обуви, в виде вертящейся попки их соперницы в Турнире.
Зазвучал свист, призывающий зрителей к тишине и вниманию. Людо Бэгман выступил вперед и, наложив на себя Сонорус, объявил:
- Леди и джентльмены, третье и последнее состязание Турнира Трех Волшебников начинается! Разрешите мне напомнить вам турнирное положение участников на сегодняшний день! На первом месте мистер Виктор Крам. Что? – Стоящий за ним директор Дурмстранга толкнул Бэгмана локтем в бок и что-то прошептал тому. Ведущий на заданиях Турнира кивнул головой в знак согласия и продолжил. – Простите, мистера Виктора КРУМА, - подчеркнул он правильное произношение фамилию болгарского чемпиона. – У него восемьдесят пять очков!
Крики, гром аплодисментов болельщиков, возвысились до Запретного леса, и с тревожным гомоном, из своих гнезд в синее утреннее небо, поднялись стаи птиц.
- На втором месте мисс Флер Делакур из французской академии магии Шармбатон с восьмьюдесятью тремя очками! - снова гром аплодисментов последовали сим объявлением. - На третьем месте в лабиринт войдет мистер Седрик Диггори, который выступает от имени школы волшебства и чародейства Хогвартс.
На трибуне миссис Диггори смотрела отчаянными, заплаканными глазами в отличии от своего напыщенного супруга, который сиял и излучал довольство и гордость за своего сына.
- Мистер Крум, по моему свистку начинаете! - сказал Бэгмен. - Три… два… один…
Резкий свист разнесся над притихшей толпой на трибунах, и болгарский чемпион устремился внутрь лабиринта.
Как только высокая, слегка сутуловатая фигура убегающего парня скрылась за живой изгородью, Бэгмен снова дунул в свисток. В лабиринт вошла Флер Делакур, а вскоре за ней по дорожке между зарослями, в преследовании своей цели, побежал и Седрик.
Вдруг, погода резко изменилась. Солнце скрылось за облаками, небо с каждой минутой становилось всё чернее, и в лабиринте тени начали сгущаться.
Трое чемпионов бежали от развилки к очередной развилке, не ведая живы ли соперники и, если они живы, где находятся, впереди или сзади участника.
Дорожки пустовали и усыпляли внимание молодых волшебников, заманивая всех троих к определенному месту, это все они чувствовали себя так, как бы ощущали все время чей-то неведомый интерес.
Вдруг над зарослями раздался дикий девичий крик, зовущий на помощь. Оба парней, каждый на своей дорожке, остановились и прислушались. Ничего! После визга снова опустилась безбрежная тишина, в которой, на грани слышимости кто-то начал шуршать.
Через следующую развилку прошествовала вереница чудовищных жуков-переростков, черных и пугающих. Седрик и Виктор, каждый в отдельности и в независимости друг от друга, вжались среди веток зарослей в попытке изобразить из себя растение. Когда и последний жук скрылся, и оба чемпиона отделились от изгороди с намерением быстро продолжить свой путь дальше, к центру лабиринта, где, согласно регламента, их ожидала награда, вслед за жуками ту развилку пересекли двое одинаковых рыжих парней. Близнецы Уизли находились в зарослях и участвовали в третьей задаче без разрешения, без знания организаторов.
Нелегально и без право находиться в этом месте, в этот час.
Или, раз Фред Уизли пребывал в границах лабиринта, это Седрик Диггори не имел право здесь находиться?
Красивый представитель мужской половины барсучьего факультета, остановился и призадумался. В определенном моменте даже начал на ум что-то пересчитать и загибать пальцы. Казалось, Седрик забыл о Турнире.
Вправду говоря, он о Турнире не мог забыть. Он рассуждал, продолжать ли ему дальше по трассе или вернуться назад. Но тогда он вспомнил предупреждение профессор Мак Гонагалл, сказанное ему еще в Большом зале.

POV Седрика.
- Мистер Диггори, Седрик, - говорила она, поджимая тонкие губы в знак неудовольствие. – Если в рамках лабиринта сочтете, что вам грозит опасность, пустите с палочки красные искры и вас отсюда заберут.
- Кто заберет, профессор Мак Гонагалл, мэм? Авроры? – ехидно спросил молодой волшебник, криво усмехаясь своей преподавательнице.
- Да, авроры, мистер Диггори. И не ехидничайте! Если аврорами работали студенты, вроде вас, над волшебной полицией никто не мог и не стал бы насмехаться. Но в Аврорат уходят работать лишь те, которых нигде больше на работу не приняли, понимаете?
- Да, мэм!
Конец POV Седрика.

Мощный сноп красных искр полетел в устрашающе потемневшее небо, из которого в любой момент обрушился бы катастрофический ливень.
Две минуты спустя за Седриком явились двое авроров, одну из которых он хорошо помнил, это была бывшая выпускница родного факультета Хафллпафф, хохотушка-метаморф Дора Тонкс. Оба схватили за руки смутившегося Седрика и исчезли из лабиринта.

***
Чемпиона Хогвартса встретили нахмурившееся зрители и учители, факт, который Седрику очень не понравился. К нему бросилась школьная медиведьма мадам Помфри, следуемая по пятам за заместителем директора, профессором МакГонагалл. Медиведьма приближалась с воплем:
- Мистер Диггори, с вами все в порядке? Вы ранены? Где?
- Стоп, стоп, стоп! – поднял парень руку ладонью вперед, чтобы остановить устремленную медиведьму. – Со мной все в порядке, мадам Помфри, но я услышал внутри лабиринта крики Флер о помощи. Кто-то должен найти ее и помочь девушке.
- Но сигнал бедствия не был... – начала было прибежавшая профессор Мак Гонагалл, но вдруг спохватилась. – Это весьма пугающе! Попи, иди уведоми Олимпию, пока я тут справлюсь.
Серые, слегка навыкате глаза старой волшебницы, проследили, как удаляется ее подруга, после которого снова посмотрела строгим взглядом на Седрика.
- Если вы не пострадали, мистер Диггори, почему позвали помощь?
- Я не о помощи позвал, мэм, а чтобы уйти от состязания, - ответил ей, неудобно себя ощущаясь, парень.
- Зачем это? – не понимала преподавательница по Трансфигурации.
- Внутри лабиринта я увидел близнецов Уизли, мэм, и задумался имею, ли я право продолжать задание дальше. Простите мои слова, профессор, но я решил, что раз выбранный Кубком, ранее, чем тот был уничтожен, чемпион участвует и находится в месте состязания, мое участие анулируется. Правильно?
Старая волшебница вздохнула и еще теснее поджала губы, но должна была с молодым волшебником согласиться.
- Вы свободны, мистер Диггори.
Родители Седрика встретили его на трибунах каждый, по-своему. На этот раз нахмуренный оказался его отец, а восторженной – мать парня.
- И почему так? – сердито спросил Амос сына.
- Увидел внутри лабиринта близнецов Уизли. А Кубок выбрал Фреда в чемпионы, меня он не выбрал.
Громкий визг привлек к себе внимание всей семьи Диггори и они посмотрели, кто кричит. Миссис Молли Уизли, по всей вероятности, услышала их разговор и теперь ревела, и била кулаками по голове, причитая, не обращая внимания на попытки своего мужа остановить ее:
- Фред, Джордж, идиоты! А еще вчера божились и клялись мне, что в Хогвартс ни одной ногой не ступят, а сегодня в Турнире участвуют. Билл, Биилл, сделай с братьями что хочешь, но верни их немедленно сюда!
Приятный на вид, не настолько рыжеволосый, как остальные Уизли молодой мужчина, сидящий с другой стороны матери, встал и начал оглядываться вокруг, пока не привлек к себе внимание младшего брата, Персиваля, подобострастно подлизывающаяся вокруг Фаджа, чтобы сделать хорошее впечатление.
Заметив прямо стоящего старшего брата, наследника, Персиваль вопросительными жестами изъявил свое недоумение. Билл, одними губами прошептал „Близнецы в лабиринте” и побежал вниз, чтобы забрать Перси и аппарировать с трибун в лабиринт.
Возможно, организаторы Турнира думали о себе, что они обладают выдающейся магической мощью и их барьеры никто не в состоянии нарушить. Но ни запретная возрастная черта вокруг Кубка огня не остановила желающих ее пересечь, ни сегодняшний барьер вокруг лабиринта не был в состоянии воспрепятствовать двоим старшим братьям Уизли броситься в пекло спасать младшеньких близнецов. Как мы знаем, все сыновья Молли, без самого младшего Рона, были только на словах Уизли, но не об этом теперь речь.
К сожалению, попали они точно в пекло в лице пары десятков соплохвостов, жуков-переростков, выведенных профессором Грабли-Планк к Турниру, которые спасаясь или нападая, бросали, так сказать, задним отверстием струю пылающих какашек, которые могли продырявить медный лист толщиной полдюйма*.
Кожа двоих молодых волшебников медной планкой не являлась, поэтому все открытые участки их лица и руки мигом закровоточили, а мантии загорелись.
Битва с гибридными созданиями была короткой и беспощадной. Для магов.
__________________________________________________________
*полдюйм -1,27см



Без паника!!!
 
kraaДата: Воскресенье, 23.11.2014, 02:50 | Сообщение # 276
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Глава 20. Последняя глава

Зелье бурлило и обливало стены огромного котла, воняя дохлыми крысами. Но смрад не останавливала снующего вокруг костра белобородого колдуна, атласная мантия у которого была уже похожа на тряпку вся испачканная сажей и кипятком. Тощие, покрытые синими венами ноги, иногда поглядывали из-за оторванных и висящих кусков дорогой ткани одежды старика.
Альбус Дамблдор спешил, но это нелегко ему давалось.
Действовал он только левой рукой, потому что правая, вся почерневшая и пахнущая дурнее даже варева в котле, висела неподвижно и доставляла своему владельцу немало хлопот и боли. Сучковатая волшебная палочка плохо слушалась в непривычной руке колдуна, но он старался изо всех сил, чтобы довести до конца начатое.
А начатое ревело в сторонке, закутанное в сероватых тканях. Коричневатые ручонки, то и дело, мелькали между складками. На одном из тоненьких скрюченных пальцев виднелось огромное для такой маленькой конечности кольцо.
Старый колдун преобразил палочкой найденную неподалеку ветку в нож и пырнул им свою почерневшую из-за некроза правую ладонь, отрезая ее точно над котлом и она плюхнулась в кипящую муть, создавая небольшой фонтанчик.
- Плоть союзника, добровольно отданную, возроди Тома Ридлла! – проскандировал бородач и подождал, пока черная плоть рассосется в вареве.
Из тряпья донеслись протестующие крики, но на них внимание не обратил.
Палочкой Дамблдор наколдовал Ферула и белые повязки легли поверх почерневшего обрубка руки. Потом он повернулся от надгробия могилы, на котором читалось „Томас Эдвард Ридлл, эсквайер” и махнул палочкой. Давно улегшаяся земля взлетела словно пыль в песчанной буре и оттуда, из середины вихря выскочила длинная белая кость, которая была поймана и медленно отпущена в котел, где она потонула среди воняющих испарений вглубь зелья.
- Кость отца, - прорычал колдун с нечитаемым выражением лица, - забранная без разрешения, возроди своего сына!
- Неееет, - пищало создание в тряпках.
Но старый колдун гнал ритуал дальше, не соображаясь ни с кем другим, кроме с собой и своими намерениями. А намерения директора британской магической школы были предельно ясными – возродить Темного Лорда Волдеморта.
Альбус Дамблдор считал себя прежде всего ученым и исследователем и гордился своим приносом в магической науке. Был знаком и с кое-какими трудами магловских ученых, мало понятными, но весьма занятными с философской точки зрения.
В любой магловской науке признавалось существование двух антагонистических принципов - принцип симметрии и принцип антисиметрии. В согласии с ними, Альбус верил, что воскресив Темного Лорда Волдеморта и отпустив его на свободу, тот, как бешенная собака, найдет героя Пророчества, Гарри Поттера, сам, без подсказки.
Исход встречи Лорда с четырнадцатилетним мальцом, без вмешательства обладателя Старшей палочки, однозначно привел бы к смерти сына Джеймса и Лили. Поэтому, Дамблдор намеревался вовремя вмешаться, в тот решающий момент, когда Волдеморт убьет Гарри. Тогда ему придется встретится на поле боя со своим бывшим преподавателем по Трансфигурации. И погибнет смертью храбрых, хехе.
Но, чтобы этот грандиозный План мог воплотиться в жизни, надо сначала воскресить пугало волшебного мира – Темного Лорда. И выбрал Дамблдор для своей цели ритуал „ Плоть союзника, кость отца, кровь врага”, как самый простой и доступный из всех. Пора было приступать к собиранию крови, и старый колдун, кряхтя, обошел нагробия могилы старого Ридлла.
За ним, кучей, лежали безвольные и оглушенные тела близнецов Уизли. Ножом, ранее наколдованным, Дамблдор надрезал руку одного из парней и его молодая чистая кровь забрызгала в небольшой сосуд, который старик поставил снизу. Взгляд директора остановился на другом из братьев, который оказался в куче-мале битвы ниже и призадумался.
]Если что-то пойдет не так, - думал Альбус, - второй вернется и вскроет мне глотку за то, что я пожертвовал его близнеца. Нет, это недопустимо!”
Нож вонзился в руку и второго Уизли и его кровь так же потекла струей в сосуд.
Когда емкость заполнилась до краев, Дамблдор выпрямился и, оставив все так, как было с парнями, не заботясь о глубоких и смертельных ранах, которых создал сам, он отравился к котлу, уже заметно потухшиму. Вылив в центр гладкой и почти зеркально отражающей поверхности зелья всю кровь братьев, проскандировал:
- Кровь врага, насильно взятая, возроди Тома Ридлла!
Зелье внезапно стало красным, а стенки котла покрылись с внешней стороны инеем. Колдун наклонился вперед, чтобы лучше рассмотреть эту деталь реакции ингредиентов, о которой ничего в тексте не указывалось, но счел, что не стоит о второстепенных эффектах думать. Поэтому, он отправился к свертку и вынул оттуда монстровато выглядящее создание коричневого цвета.
Гомункулусы создавались на основе человеческого д---а, големы – из глины. Делать големов было проще и гигиеничнее, но они не обладали собственным разумом и не могли участвовать в ритуалах воскрешения. Поэтому, Дамблдор создал омерзительное создание – гомункулус, в котором впихнул крестраж Ридлла, поставив на палец кольцо Гонтов.
Вместе с кольцом создание полетело в котел.

***
Вокруг статуи, окаменевшего годы назад Волдеморта, кольцом на голом полу, Гермиона поставила все собранные ей крестражи – чаша Хельги, диадема Ровены, медальон Салазара и меч Гриффиндора, в котором гоблины зимой 1991-ого года впихнули ту часть души Ридлла, которую нашли в шраме Гарри Поттера. Отсутствовал только Воскрешающий камень, но им теперь колдовал Альбус Дамблдор.
Ранее подготовленная и запущенная на кладбище, недалеко от могилы отца Риддла, камера, записывала весь ритуал воскрешения, и на этот раз старому пауку пристукнут доказательствами такой весомости, что раздавят его в лепешку, если тот сможет выжить после сегодняшнего дня.
Вторая камера, уже заколдованная, передавала изображение напрямую в установленном в подземельях думосбросе и над ним парила голографическая картина, которую волшебники, вместе с Гермионой, смотрели с интересом.
Вне круга крестражей образовался второй круг, из волшебников – все Малфои, Сириус, Говард Стоун, Гарри и Гермиона. К ним, в последний момент присоединился и Каркаров, в качестве добровольца, чтобы подстраховать уничтожения самого Темного мага двадцатого столетия ... Альбуса Дамблдора.
Домовик Добби трясся от волнения и ощущения собственной значимости, но насколько важным себя он чувствовал, настолько сильнее к своим хозяевам привязывался он. Так действовала на домовых эльфов связь с волшебниками. Как бы то ни было, он был на седьмом небе от восторга и ждал вышеуказанного момента с не меньшим нетерпением, чем его хозяева.
Голлограмма над думосбросом показала, как директор бросает в кровавый кипяток гомункулуса ...
... над поверхности зелья сформировался человекообразный силуэт из густого темноватого пара, который держался долгих три секунд и, сам по себе, рассеялся ...
... в подземельях запахло тленом и вокруг каменной статуи закружил воняющий вихрь ...
... из каждого предмета, в котором сохранялся якорь души Ридлла, потянулся ответный, черного цвета, дым, который смешался с вонючим воедино. Потусторонний вопль пронесся под низким потолком помещения и все, собранные в одно целое осколки души, втянулись в камень сквозь приоткрытый рот статуи.
Статуя, на мгновение ожила, но домовик Добби тут же вскочил и двумя руками бросил во второй раз эльфийское волшебство окаменения и все вернулось к прежнему положению вещей.
Внимание присутствующих привлек запаниковавший на кладбище Альбус Дамблдор. Он ждал возрождения своего давнишнего ученика достаточно долгий интервал времени, но тот так и не вылез из жидкости в котле. Напротив, на поверхность всплыли отвратительно выглядящие куски д----а, а никак не новый Темный Лорд. Но, видимо, старый колдун что-то, все-таки, почуял. Такое специально заговорщиками устраивалось, чтобы Дамблдор мог легко почувствовать, куда улетел кусок души Ридлла – и аппарировать с кладбища. Среди каменных надгробьях находились ненужные уже останки истекших кровью близнецов Уизли и тот полный беспорядок, который устроил величайший маг столетия, которого в волшебном обществе Британии звали „Оплотом Света” и „Мерлином двадцатого века”.

***
Появился директор Хогвартса в середине круга, сформированный палочками волшебников, настроенных весьма воинственно. Рядом собой он увидел возвышающуюся статую из белого мрамора, совершенно реалистическая статуя, а не те результаты больного воображения современных мастеров художественного оформления камня, стиль, которые те называли невыразимыми заумными словечками, лишь бы скрыть за ними полного отсутствия таланта у себя.
Лицо статуи каменоделец изобразил кричащим, и оно подходило ... Хм, было кому-то довольно похоже, но кому?
- Экспелиармус! – выкрикнул молодой мужской голос и глаза Дамблдора обошли присутствующих, посмотрев сначала на свою опустевшую руку, чтобы увидеть, кто выиграл его Старшую палочку.
Слава богу, это был молодой, а не старший Блэк. Гарольд, а не Сириус. Последний был бы слишком большой угрозой для Плана.
- Браво, Поттер! – рявкнул незнакомый мужчина и обращение к парнишки громом поразило старика. Какой Поттер? Тем временем мужчина продолжил. – Собрал в своих руках все Дары смерти, пора тебе позвать Воскрешающий камень.
Дамблдор подслеповато мигал, ничегошеньки из происходящего не понимая.
- Спасибо за поздравления, мистер Стоун. Мой дедушка Карлус гордился бы мной. Признаюсь, это приносит мне глубокое удовлетворение.
- Тобой бы гордился и твой отец, Гарри, не попади мы в молодости в руках старого паука, - заговорил и высокий темноволосый мужчина, в котором Дамблдор с трудом узнал молодого Сириуса.
Что делает Сириус среди Малфоев, среди Пожирателей? Этот парень, разве он был тот исчезнувший больше четырех лет назад Гарри Поттер, а не известный в магмире сын Регулуса? Дамблдор решил рискнуть.
- Гарри, мой мальчик, я так долго тебя искал, - завел шарманку директор, надеясь обаять парнишку своим елейным голосом.
Но его нагло прервали.
Девушка, которая весь год вертелась вокруг темноволосого парня и мешала старому колдуну привлечь того в своих сетях, резко крикнула:
- Заткнись ты, глупый старый лис!- и подбросила ему в руки какую-то блестящую вещицу, которую Дамблдор врасплох машинально словил, потому что в его голове эхом звучало „ ... старый лис ... старый лис ... старый лис ... „.
Предмет больно задел и поцарапал кожу здоровой руки директора и капелька крови оттенила золото небольшой женской брошки.
Лицо Солнца смотрело в середине венца острых лучей и завораживало взгляд Альбуса, вытягивая из самых глубин сущности неожиданно созвучный ритм. Тон неслыханной раньше мелодии возвышался и принуждал клетки организма петь одновременно эту странную песню и плясать загадочный, пришедший из древности танец.
Волшебники, окружающие статую и дергавшийся неслышным ритмом директор, вытянулись в струнку, в ожидании превращения последнего в чего-то чудовищное. Магия брошки Медеи действовала на мужчин таким вот способом, преобразуя их в монстров.
Действительно, то, что несколько минут спустя стояло и ритмично дергалось, мало чем напоминало человеком. Оно стояло уже не на двух, а на четырех ногах и телом напоминало льва, но с рыжей гривой. Лицо у него продолжано быть лицом Альбуса Дамблдора, но в открытой пасти смотрелись целые три ряда зубов, а глаза были налитыми кровью. Чудовище ревело и размахивало хвостом с длинными шипами и норовило бросится на людей.
- Это мантикора! – рявкнул Люциус и набросил защитный купол над новопоявившейся вблизи его семьи и соратников угрозы в виде ревущего людоеда.
Меч Гриффиндора внезапно материализовался в руках молодого волшебника, Гарри Поттера, и синевато блеснув сталью, развернулся полудугой, разрезал наложенный старшим Малфоем щит и обрушился на шею сказочного создания, отрубив тому голову одним ударом.
Тело дернулось пару раз и упало на пол, брызгая ядовитой кровью, очерчивая границы щита.
В Подземелья Малфой-мэнора воцарилась тишина. Никто не отрывал глаз от трупа в середине помещения, каждый думая о чем-то своем.
Наконец, Нарцисса Малфой, как хозяйка дома и в глазах остальных, самая ответственная женщина в компании, вздохнула с облегчением, рывком бросилась к мужу, поцеловала его, потом, своего сына, Гарри и, наконец – Гермиону и голосом беззаботной девушки сказала:
- Добби, дорогой, не пора ли тебе отпустить уважаемого Лорда Волдеморта в следующее большое приключение?
Под взрывом заливистого смеха присутствующих домовик согласно закивал головой, да так сильно, что его уши стали шлепаться друг к другу, а это вызвало новый взрыв смеха.
Все было прекрасно, потому что закончилось прекрасно.
Плохих парней наказали, невинные и добрые – получили награду по чудесной красивой девушке, чтобы жить припеваючи, не зная забот.

================ Конец. ============



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Воскресенье, 23.11.2014, 02:50
 
DaimonДата: Понедельник, 24.11.2014, 09:47 | Сообщение # 277
Посвященный
Сообщений: 39
« 8 »
Спасибо за отличный фанфик!
Одно только смутило меня - маги что, поголовно педофилы? Просто никак иначе я не могу объяснить то, что когда ДДД первый раз видит Гермиону в Косом переулке, отмечено, что на нее смотрели все встречные мужчины. На тот момент ей должно быть 13 (или почти 14) лет и пристальное внимание со стороны мужчин, которым за 40, вынуждает меня предположить, что не все хорошо в Британском Королевстве. Броши Медеи на тот момент у Герм не было, а как 13-летнюю девочку не одевай, она все равно останется 13 летней девочкой. Хотя если в магической Британии "старые" нравы, когда замуж выходить принято уже в 12 лет (мужу может быть и все 80), а первого ребенка рожать уже в 13-14, то это все объясняет.


Сообщение отредактировал Daimon - Понедельник, 24.11.2014, 09:48
 
kraaДата: Понедельник, 24.11.2014, 12:34 | Сообщение # 278
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Daimon, нет, не все педофилы. Смотреть на красивую девушку можно с интересом, видя ее в качестве невестки для сына.
Я такое имела предвид. Взрослые люди могут быть и совершенно нормальны, знаете ли, а не видеть все сквозь призму извращения. Большинство не задумались бы насчет педофилии, они могут и не знать что это такое, а, если бы и знали, чертыхались бы.
Помолвка, это не брак. Это опция на возможный брак, если все развивается как надо. И, чтобы отдать свою 12-15 летнюю дочь 80-летнему старику, этот старик должен, по меньшей мере, быть королем. Или ты, который бросаешь свое дите в лапах безмощного старца последнее чмо. Или видишь эвентуального зятя в скором времени в деревянном ящике ... Все варианты возможны, но не все достойны отвержения и обругания. Не забывайте и то, что тело стареет, но внутри находится все тот же пацан, который когда-то мечтал, играл, ребячился, шутил, прикалывался с друзьями.
Вещи совершенно неоднозначны и давать мнение надо очень, очень осторожно, а не идти напролом и отрицать.
Понимаете меня? Типа грамматики, слова, стиля речи?



Без паника!!!
 
DaimonДата: Вторник, 25.11.2014, 09:10 | Сообщение # 279
Посвященный
Сообщений: 39
« 8 »
kraa, спасибо за разъяснение. Последнее время столь часто вижу во многих книгах различное д..мо (в жизни, к сожалению, тоже), что автоматически для любой неоднозначной ситуации использую одну из худших трактовок. sad
 
kraaДата: Вторник, 25.11.2014, 16:50 | Сообщение # 280
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Daimon, не надо принимать философию нетрадиционно ориентированных. Они - не полноценны, япошки их называют "испорченными". Я имела в предвид не только в сексуальном плане, а в любом.
Наш творец не эти извращения ожидал от нас, своих творениях, когда создавал нас именно мужчинами и женщинами. История человеческой цивилизации отработала любые варианты отношений и сожительства и постановила, что традиционная семья - самый хороший вариант для любого члена общества. Поэтому, мы выходим замуж/женимся, чтобы вокруг детей было полноценная защитная и воспитательная аура.
Советую равнять свой внутренный мир не по худшим, а по лучшим образцам окружения. Брать надо в пример человек успешный, чистосердечный, который задаст тебе направление внутренного развития, а не деградациеи. Духа надо совершенствовать и возвышать к небесам, к чистому и достойному, а не тотпать его в грязи, в ИХ грязь - так хотят ОНИ, чтобы их ненормальность не казалась исключением, а правилом.

Когда читаете мои тексты, никогда не думайте о худшей трактовке, а о нормальной, человеческой.
Я не исключаю существование инакомыслящих, но пусть они пойдут в другую, а не в мою, степь.



Без паника!!!
 
sergiynorДата: Среда, 26.11.2014, 05:12 | Сообщение # 281
Подросток
Сообщений: 23
« 2 »
Спасибо за работу!
 
кумарДата: Суббота, 18.06.2016, 16:22 | Сообщение # 282
Подросток
Сообщений: 7
« 11 »
Пролистал все страницы. Первые 7 глав не нашел. Как так!?
 
kraaДата: Вторник, 21.06.2016, 22:34 | Сообщение # 283
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
кумар, дааа, так оно и есть. Действительно, было дело - удаляла я эту работу, как и все мои комментарии, но, потом вернулась. Видимо, запуталась с заливкой начала фика. Сейчас попытаюсь что-то сделать.
Нашла свой пост на первой странице - там и выложу первые семь глав.



Без паника!!!
 
kraaДата: Вторник, 21.06.2016, 23:06 | Сообщение # 284
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
кумар, Перестаралась, как оказалось. Фик начинается с 9-ой страницы и выложен уже целиком.
Хотя, я сделала обещанное, хихи. Текст дублируется до 11-ой главы.



Без паника!!!
 
Al123potДата: Вторник, 21.06.2016, 23:36 | Сообщение # 285
Черный дракон
Сообщений: 2771
« 697 »
Цитата кумар ()
Пролистал все страницы. Первые 7 глав не нашел. Как так!?

кумар, хотите весь текст вот пожалуйста: Диалог - третья часть, Брошь Медеи.fb2



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
kraaДата: Среда, 22.06.2016, 19:22 | Сообщение # 286
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2712
« 1580 »
Al123pot, да-да! Переборщила, стараясь помочь. Нуу...


Без паника!!!
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен) (миди-макси, скорее джен)
Страница 10 из 10«128910
Поиск: