Армия Запретного леса

Вторник, 13.11.2018, 02:24
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Модератор форума: Азриль, Сакердос  
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен) (миди-макси, скорее джен)
Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен)
ЭНЦДата: Пятница, 25.04.2014, 16:40 | Сообщение # 61
Демон теней
Сообщений: 222
« 131 »
Почему в изначальним развитии событий Артур не начал ликвидацию своих сыновей, а наоборот занялся увеличениев количества внуков? И Джинни так активно за Малфоя не сватали.


 
DaimonДата: Суббота, 26.04.2014, 09:26 | Сообщение # 62
Посвященный
Сообщений: 39
« 8 »
Не понимаю, почему Уизли (такие, какими они описаны в фике) еще живы: с учетом того, что отпрыски их семьи уводят дочерей из сильных семей, их давно должны были истребить просто из заботы о безопасности собственных детей. Даже если прямое убийство невозможно (например, проклятье на семью убившего перейдет), то можно нанять убийц-камикадзе с континента или подослать под "империо" (или организовать несчастный случай, эпидемию драконьей оспы и т.д.).
 
POLKI0017Дата: Суббота, 26.04.2014, 12:10 | Сообщение # 63
Друид жизни
Сообщений: 186
« 92 »
Поддержу Daimonа , отношение родителей к СВОИМ же детям , тем более наследникам/наследницам рода как к чему то чужому и непонятному.
Ну подумаешь мозги промоют или зельями напичкают (((
Как Малфои с одним то ребёнком в течении нескольких то поколений не вымерли то же непонятно , случайно упал с лестницы в Хоге шею сломал и всё смерть всего рода (((
Или непростительные что применять умеют только аристократы с кристально чистой совестью ???

В общем мир у РО получился очень не правдоподобный и крайне мутный.
 
DaimonДата: Суббота, 26.04.2014, 13:50 | Сообщение # 64
Посвященный
Сообщений: 39
« 8 »
Цитата POLKI0017 ()
В общем мир у РО получился очень не правдоподобный и крайне мутный.

Как раз таки к "тетушке РО" по поводу Уизли у меня вопросов нету. В каноне не говорится о связи (с проклятиями) между Малфоями и Уизли. Уизли называют "предателями крови", но опять таки без уточнений. Там Уизли - просто многочисленное небогатое семейство со своей "придурью".
В "Диалогах" уважаемой kraa Уизли - проклятый род. Потомкам Уизли для того, чтобы завести семью, нужно опаивать зельями своих избранников (при этом выбирают себе супругов из сильных семей), или чтобы те не знали "кто есть кто в магической Англии", или чтобы не имели надежды на нахождение других избранников. И если первое-второе поколение проклятых Уизли были просто курьезом магической Англии, то уже к третьему поколению Уизли умные главы Родов должны были обеспокоится будущим своих потомков, чтобы те не попали в "сети к Уизли". И даже если истребление Уизли заденет Малфоев, то тех же Блеков это бы не остановило - свои дети и потомки важнее.


Сообщение отредактировал Daimon - Суббота, 26.04.2014, 13:51
 
POLKI0017Дата: Суббота, 26.04.2014, 19:31 | Сообщение # 65
Друид жизни
Сообщений: 186
« 92 »
Меня просто напрягает факт того что перед тем как отдать своего отпрыска(наследника) в школу родители не проверяют ВЕСЬ проф состав школы на факт наличие клятв и обетов при которых смерть любого ребёнка в школе не станет смертью всего этого проф состава.

А по поводу Уизли они СЛИИИШКОМ не зажиточны и ладно если бы выходцы из этой семейки отличались силой и дарами магическими , а то мясо мясом , ну и естественно им не нравится правящая аристократия и они хотят всё поделить , им же терять нечего (((
 
BanzayyyyДата: Суббота, 26.04.2014, 19:43 | Сообщение # 66
Подросток
Сообщений: 9
« 0 »
Цитата POLKI0017 ()
Меня просто напрягает факт того что перед тем как отдать своего отпрыска(наследника) в школу родители не проверяют ВЕСЬ проф состав школы на факт наличие клятв и обетов при которых смерть любого ребёнка в школе не станет смертью всего этого проф состава.
- присоединюсь к негодованию.
Мир - магический, ребенка отправить в Хог для многих Родов - обязанность. При этом никого не напрягает внезапное изменение поведения ребенка (Сириуса после попадания на Гриф я лично бы и к менталистам, и к зельеварам, и просто перевел бы на домашнее обучение).
Контроль со стороны Родов за школой абсолютно отсутствует. Это очень странно. Тут в реале иногда родители то карманы у ребенка проверят, то к врачу отведут или еще как либо получают информацию о текущем состоянии и изменении характера. А в магической части - инструментов влияния на ребенка море, а никто не стремится защитить и проконтролировать.



 
SvetaRДата: Четверг, 01.05.2014, 23:39 | Сообщение # 67
Высший друид
Сообщений: 840
« 220 »
У тети Ро столько несоответствий и непоняток в каноне, если начать присматриваться.
Вот то же Предатели крови. Кто они по тете Ро? Маглолюбы, имеющие дело с маглами. И за это их называют Предателями крови.
Тогда вопрос: почему Предателями крови не называют Министра магии или Кингсли Шеклболта? Они же напрямую работают с премьер-министром маглов и его сотрудниками.
А у kraa свое обоснованное понимание.
kraa, спасибо, только сейчас наткнулась на третью часть! И муркаю. ))))



Свет лишь оттеняет тьму. Тьма лишь подчеркивает свет.



Сообщение отредактировал SvetaR - Четверг, 01.05.2014, 23:41
 
smertДата: Пятница, 02.05.2014, 01:16 | Сообщение # 68
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
Цитата Banzayyyy ()
Контроль со стороны Родов за школой абсолютно отсутствует

Попечительский совет
 
EylinДата: Пятница, 02.05.2014, 20:22 | Сообщение # 69
Leka-splushka
Сообщений: 1207
« 1207 »
kraa, великолепно!
Мне нравится решительно все. Чудесные экскурсы в прошлое, история броши - восхитительно!

Гермиону многие считают старше психологически Гарри? Она и раньше была им как мамочка, чуть не носы вытирать приходилось. А теперь, после возврата в прошлое, думаю сама помоложе стала психологически, отбросила некоторые рамки и границы.
Что взрослые женщины в молодых влюбляются, да еще как, примеров масса: от книжной старухи Изергиль до реальной Аллы Пугачевой.
Что мужчина, если он настоящий, может стать главой семьи и в 11 лет, а если подкаблучник и инфантил, то ему что 11 лет, что 111 - только маразм будет прогрессировать, - это тоже все знают, думаю.
И если Герм что-то нашла в Поттере, значит что-то в нем есть.

Вообще, все отлично с обоснуем и интригой. Только от жадности, как обычно, хочется проды, да побольше happy



— Ты убивал магов? — помолчав, спросила девушка.
— Да.
— И как?
— Чуть сложнее, чем обычных людей. Но проще, чем черных морян.(с)

Я на «Книге фанфиков»
 
ЭНЦДата: Суббота, 03.05.2014, 19:32 | Сообщение # 70
Демон теней
Сообщений: 222
« 131 »
Молли в курсе таких "гениальных" планов мужа по уничтожению ЕЁ детей? Или она не понимала что её муж не конченный дурак спокойно смотрящий на её загулы и чужих детей.


 
POLKI0017Дата: Суббота, 03.05.2014, 21:35 | Сообщение # 71
Друид жизни
Сообщений: 186
« 92 »
А потом бац и выяснится что и 7мая тоже не его дочь , вот будет весело )))
 
smertДата: Воскресенье, 04.05.2014, 00:23 | Сообщение # 72
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
Проду и по больше! :
 
mmpДата: Воскресенье, 04.05.2014, 00:32 | Сообщение # 73
Подросток
Сообщений: 13
« 10 »
ну вот и продолжение, очень интересно, продолжайте автор продолжайте.
 
EylinДата: Воскресенье, 04.05.2014, 01:29 | Сообщение # 74
Leka-splushka
Сообщений: 1207
« 1207 »
kraa, спасибо!
Бедный Виктор! Потеряет голову наподобие Ясона cry
Такую страшную вещицу, как брошь, надо уничтожать в адском пламени, вместе с крестражами. Или Медее отправить ее пропажу wink



— Ты убивал магов? — помолчав, спросила девушка.
— Да.
— И как?
— Чуть сложнее, чем обычных людей. Но проще, чем черных морян.(с)

Я на «Книге фанфиков»
 
ИнквизиторДата: Воскресенье, 04.05.2014, 02:53 | Сообщение # 75
Ночной стрелок
Сообщений: 88
« 5 »
Немного смутило отсутствующее выражение лица миссис Малфой. Это как - слюни изо рта и взгляд в никуда?


Пришли Вы на Донбасс повзводно и поротно,
Серёжи, Коли, Димы, танкисты и десант.
Зароют вместе вас, сложив в траншеях плотно,
Под именем единым – «российский оккупант»!
 
ЭНЦДата: Воскресенье, 04.05.2014, 09:13 | Сообщение # 76
Демон теней
Сообщений: 222
« 131 »
Хвосторогу кормим Уизлятиной? Новое блюдо в Хоге, жаркое из Рональда Уизли.


 
PPh3Дата: Понедельник, 05.05.2014, 12:17 | Сообщение # 77
Высший друид
Сообщений: 786
« 211 »
kraa, большое спасибо за продолжение! Сразу две главы ))

Особенно было интересно почитать о том, как близнецы подставили Рональда - им старильное зелье удалось в этот раз лучше, чем в каноне? Или Дамби специально ослабил на ночь защиту вокруг кубка, надеясь, что один шалун непременно кинет в него записку?

И, кстати, когда вылетела записка с именем "Гарри Поттер" - это так преобразовалась записка "Гарольд Регулюс Блэк"? Не заставят ли Гарольда участвовать в турнире, например, если магия покажет идентификацию их личностей?

Рональд, в каноне, помнится, жутко сам хотел попасть с турнир и потому рассорился с Гарри, когда кубок выбрал его. Чего же он в этот раз так офигевает? Или рядом не было героя, которого можно было бы подначивать на всякие глупости и потом завидовать ему?

Джинни определенно положила глаз на Виктора, и пойдет он на бал, видимо, уже не с Грейнджер. Но не положит ли теперь Джинни глаз на Гарольда, например, после того, как они такой шикарной делегацией появились в Хоге? Ведь у нее есть теперь супер-читерский артефакт. Или Гарольда защищает помолвка?

И, кстати, у меня сложилось впечатление, что брошь, видимо, сама по себе какая-то острая, что ее нельзя надеть на себя, не уколовшись.

Ждем проды...
 
Victor_DukoffДата: Понедельник, 05.05.2014, 16:12 | Сообщение # 78
Снайпер
Сообщений: 143
« 55 »
kraa, Чего то брошь какая то читерская выходит - невзрачная плюгавенькая Джинни выглядит почти как вейла...
Не надо нас так пугать, а то и так канон мягко говоря неоднозначен . Поломайте бяку, ну пожалуйста!



Я на «Книге фанфиков»
 
Al123potДата: Понедельник, 05.05.2014, 21:06 | Сообщение # 79
Черный дракон
Сообщений: 2789
« 709 »
Цитата Victor_Dukoff ()
Поломайте бяку, ну пожалуйста!
Victor_Dukoff, Вы подождите дальнейшего развития событий она чуть дальше сыграет свою роль в данном произведении.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
kraaДата: Понедельник, 05.05.2014, 21:31 | Сообщение # 80
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2760
« 1616 »
Глава 7.

Малфой-мэнор, конец августа 1991 года.

- Игорь, я прошу тебя, переведи мою племянницу Гермиону на ускоренный курс обучения и не спрашивай зачем, я настаиваю на этом.
Люциус Малфой, в тот ранний час выглядел, как всегда, лощенным и ухоженным, вроде ничего особенного вчера вечером и не случилось. Его гость впивается взглядом в лицо приятеля, пробуя разглядеть что-то дополнительное в его выражении. Но, нет! Блондинистый мужчина похож на айсберг – волосы блестят и отражают солнечный свет, серые глаза скрывают его мысли, гладко выбритые щеки очерчивают его холодную северную красоту – счастливчик он, зарраза!
- Я понял, что твоя племянница необычная девчонка, но и у твоего племянника секретов хоть отбавляй. Кто он такой, Люк? Не верю я, что это просто внебрачный ребенок Регулуса, уж очень загадочный Дар у него открылся в его-то годы. Скажешь кто он или я должен гадать? – Каркаров внимательно следил за любыми изменениями на лице хозяина поместья, боясь перешагнуть границу приличия.
В серых глазах Люциуса мелькает какая-то настороженность, которую быстро заменяет тонкая ирония. Видимо, он тоже у границы дипломатического терпения, но с другой ее стороны и ждет следующего вопроса гостя, не роняя ни слова.
- Не принуждай меня озвучивать свои подозрения, Люк, - не унимается гость, по-прежнему гарцуя у черты. – Просто ответь, есть ли основания чего-то бояться? Пойми меня, на моих руках лежит ответственность за несколько сотен чужих детей, я должен быть максимально предупредительным.
Старший Малфой отводит взгляд в направлении двери и задает встречный вопрос:
- А стоит ли тебе чего-то остерегаться, после того нового имиджа? Тебя освободили от рабского клейма, Игорь, не забывай об этом!
- Как могу забыть, Люк? Но забудут ли наши ... друзья, скажем так, обо мне?
- Не морочь голову, приятель, стоит показать им свое чистое предплечье и все они заползают у твоих ног, как миленькие, прося криками помочь им тоже освободиться от метки. Будь оптимистом и помни, ты обязан двоим детям, так что, не угадывай, не утруждай себя вопросами, которые тебя не касаются. В следующем году к тебе придет учиться племянник моей прекрасной жены, Гарольд Регулус, лорд Блэк, и никто другой.
- Но его глаза ...
- А что глаза? У маглов уже продаются великолепные цветные линзы, которые вставляются поверх глаз, надо только подходяще заколдовать их, и никто не узнает какой у пацана истинный цвет.
Каркаров прихлебывает ароматный кофе из красивой фарфоровой чашки и с облегчением вздыхает. В кабинете устанавливается удобная обеим тишина. У двоих мужчин, вроде все расставлено по полочкам, но какая-то мысль гложет сознания гостя и он, стараясь не звучать слишком заинтересованно, спрашивает:
- Я заметил, у твоих племянников непростые отношения, мне кажется.
- Почему спрашиваешь?
- Потому что я не слепой, - продолжает излагать свою идею гость. – Заметил, как они пребывают в коконе очень близкой связи. Люк, ты их уже поженил?
Малфой упирается взглядом в Каркарова и думает стоит ли обсуждать с ним характер отношений детей. Потом решает, что директор Дурмстранга нужен ему в союзники и отвечает:
- Они помолвлены. У них объявилась душевная связь, ты должен принимать правильные решения, связанные с ними, отчитывая эту подробность.
- Но почему отправляешь ко мне только девочку? – наконец, вопрос Каркарова ставит точку над i.
Люциус медлит с ответом, пока обдумывает что из вещей озвучить перед гостем, а что умолчать. Наконец, он вздыхает и говорит:
- Гарольд младше необходимого возраста, он на год младше ее и рос в неблагоприятных условиях, среди маглов. Его нужно подлечить, дать ему соответствующее его статуса воспитание, потренировать, дать ему свободное время поиграть, если надо быть точным. Он должен подрасти, чтобы отправить его учиться в магическую школу.
Снова тишина спускается в ярко освещенном утренним солнцем кабинете. Двое мужчин молча отпивают свой кофе и каждый думает о своем. Через несколько минут Каркаров поднимается с удобного кресла и cтряхнув крошки сахара, которым он обильно подсластил напиток, говорит:
- Люк, спасибо тебе за щедрость ко мне, я не ожидал, что избавлюсь когда-то от чертово надоевшей метки. Передай мои благодарности за гостеприимство твоей красивой жене, детям – тоже. Меня зовет долг, надо возвращаться в Дурмстранг, дела ждут.
Протянув руку для прощального рукопожатия, он внезапно спрашивает:
- А почему не Хогвартс, Люк?
- Ты шутишь?
Моргнув несколько раз, Каркаров поглаживает ухоженную черную бороду и коротко соглашается.
- Ммдааа, понимаю.

***

1993 год.
Появление в стенах замка без предупреждения для Председателя Попечительского совета Хогвартса, мистера Малфоя, было обычным делом, поэтому никому из живущих в замке не могло прийти в голову, во что обернется сегодняшний его визит. Кружащие вокруг защитного купола дементоры, прибавляли к настроению отца Драко искрящую радость, что ни его чадо, ни племянники не учатся и не исполняют в этой обители Дамблдоровских экспериментов роли лабораторных крыс. Какое облегчение, что в жизни семьи Малфой появилась ранее неизвестная, но так любимая уже племянница Гермиона. И Гарольд вместе с ней.
Отправить единственного сына далеко за пределы Британских островов одним, как ему, Люциусу, хотелось раньше, даже под защиту старого „друга”, было невозможно из-за горьких слез и переживаний Нарциссы. Но, отправить его в сопровождении кузины, которая только внешне выглядела сверстницей Драко, но в действительности была сверстницей его, Люциуса, было совершенно другое дело.
Для бедных родителей уверенность, что сын будет расти под зорким взглядом умной „девочки”, которая будет помогать и оберегать его, принесло чете Малфой огромное спокойствие и семейное счастье.
Когда на следующий год к отбывающим в Дурмстранг детям присоединился изрядно подросший, натасканный знаниями о магическом обществе и повеселевший Гарри, у Драко появился школьный друг, которого сам он стал оберегать и опекать, а это сильно изменило характер младшего Малфоя в лучшею сторону.
Драко уже учился на третьем курсе, а Гарри был на втором. Гермиону в Дурмстранге считали чудо-ребенком, потому что за два года обучения она успела закончить шестой курс и в этом году уже была выпускницей. Чету Малфой этот факт успеваемости племянницы не удивлял, потому что в первой жизни у их племянницы был диплом Магического университета и специальность „Чары и Трансфигурация”, защищенный на „превосходно”. Как, с такой выдающейся квалификацией, и тем незаурядным умом и замечающейся даже в сегодняшнем молодом возрасте красотой, она позволила себе упасть так низко, чтобы жениться на последнем отпрыске Уизли и подчиняться ему во всем, ни Нарциссе, ни Люциусу, ни даже удочерившему девочку Говарду Стоуну, понятно не было. Сколько не перечитывали записки взрослого Драко из прежнего мира, сколько не слушали рассказы самой Гермионы о ее бывшей жизни, все равно, они не то что не верили – верили ей, но сравнение с сегодняшней молодой ведьмой не прибавляло достоверности этим фактам. Хоть эти факты и были правдивы, но им они казались небылицами.
Драко и Гарри относились к Гермионе каждый по-своему – первый, как к старшей сестре, а второй, о нем нечего было и говорить. Он был околдован ею. Смотрел на нее, как на снизошедшее к нему небесное создание, которое появилось по повелению богов, чтобы спасти его и принимал ее слова, как вердикт последней инстанции. Надо было признаться, что и обратное имело силу. Девочка тоже любила мальчиков, но по-разному - Драко был ее любимый брат, а Гарри – он был ее любимым.
Хорошо, что их сокурсники в болгарской школе быстро сориентировались в характере взаимоотношений иностранцев и приняли их такими, какими они есть, не создавая проблем, не комментируя их.
Дурмстранг оказался лучшим выбором школы для детей Малфоев.

***
Как обычно в таких случаях, Люциус Малфой появился в Большом зале раньше появления толп голодных детей и юношей, в то время, когда за преподавательским столом уже сидели в ожидании сервировки обеда только некоторые из профессоров. Среди рано проголодавшихся были только двое из троих ветеранш-преподавательниц.
Гризельда Марчбэнкс, наклонив голову к преподавательницы Истории магии, Батилде Бэгшот, что-то ей говорила, а она просто кивала головой. Увидев красивого мужчину, обе расцвели в улыбках и Люциус, зная, что женщина до конца жизни остается женщиной и хочет мужского внимания, приступил к ним и галантно поцеловал обеим ручки, говоря им комплементы.
После светского расшаркивания, трое приняли уже более серьёзное выражение, мадам Марчбэнкс спросила напрямую:
- Мистер Малфой, по каким вопросом пожаловали сегодня в Хогвартсе?
- Леди’с, только смотрите! Подготовьтесь, заранее приняв Успокоительное! – игриво ответил волшебник, поигрывая бровями.
- О! Обещайте, что будет забавно, - играючи, тоже двинула брови бабушка Бэгшот, как называли полюбившие ее студенты.
- А то! – воскликнул Малфой и уселся за столом в пустом кресле до ней.
Входная дверь Большого зала открылась и внутри стали прибывать кучами студенты из всех факультетов и курсов и быстро присаживались за своими столами.
Люциус следил за заполнением зала уголком глаза, пока орава шумных гриффиндорцев-третьекурсников, во главе с младшим сыном Артура Уизли – рыжий, как и все его дети, не ворвалась внутрь, шумно обсуждая занятие по Уходу за магическими тварями. Увидев их, мужчина сразу подтянулся и слегка наклонился вперед, чтобы проследить за действиями ребят. Сидящие до него профессорши заметили это его пристальное внимание и даже перестали есть, чтобы не пропустить шоу.
Серые глаза гостя школы неуклонно следили, как рыжик, присев за столом, вытащил из кармана испачканной мантии облезлую крысу, которую оглядел со всех сторон, погладил по голове, поцеловал в мордочку и осторожно поставил на поверхность стола, между тарелками и посудой с пищей.
Старушки-преподавательницы заразились интересом мистера Малфоя к происходящему за гриффиндорским столом и с повышенным вниманием стали наблюдать, что там происходит. Пока ничего нового не случилось, но это было только их мнение. Посмотрев на белобрысого соседа, они остолбенели – он стал похож на натянутую пружину, на охотничьего пса. Его глаза вцепились в манипуляций Рональда с его любимой крысой и он был готов вскочить в любой момент.
Этот момент наступил, когда директор Дамблдор прошествовал между факультетскими столами и поровнялся с тем местом, где принимали пищу соседи Рональда. Люциус прыгнул с места с направленной в сторону рыжика палочкой, которую он одним движением вытащил из трости и крикнул:
- Ступефай! Ревелио верум*!
Крыса, до этого момента грызущая кусок сыра, внезапно замерла и стала меняться. Несколько секунд она просто увеличивалась в размере, а затем превратилась в толстого мужчину, низкого роста и совершенно голого.
Тишину нарушили громкие крики девушек, маты парней и вопли учителей.
Дамблдор стоял, как истукан, застигнутый врасплох, с таким растерянным выражением, что Люциус даже поверил на секунду, что к присутствию в школе незаконного волшебника-анимага в роли любимца ученика, директор отношении не имел.
Вошедшая сразу после Дамблдора в Большой зал Августа Лонгботтом на выявление анимага среагировала, как действующий, а не в отставке, аврор, рявкнув:
- Инканцерро, Петрификус Тоталус!
Глядя на спеленатого с головы до ног волшебника на поверхности стола, Люциус внутренне усмехнулся. Дело сделано, но зачем? Зачем, черт возьми, они с Августой орали заклятия, а не колдовали их невербально?
- Потому что крик пугает врагов, молодой человек, - скрипучим старческим голосом ответила сидящая справа старушка Бэгшот и Люциус опешил. Что, разве он вслух сам себя спрашивал или она была не просто бабушкой, а реально незаурядной и опасной ведьмой?

***
К Рождеству Сириус Блэк был освобожден Визенгамотом и с пополненным в несколько сот тысяч галеонов, изъятых из сейфов виновных в его неправомерном осуждении, бюджетом. Вместе с детьми, к праздникам, в Малфой-мэнор должен был приехать, и директор Дурмстранга, Игорь Каркаров. Люциус намеревался показать обоим взрослым волшебникам, которые в прошлом были – врагами друг другу, а в настоящем – его гости, содержание одного из подвальных помещений в своем замке.
Каменная статуя, в которую превратился Темный Лорд при помощи эльфийской магии домовика Добби, который после этого одолжения своим хозяевам разгуливал в шелковой с вязаньем наволочке, все еще оставалась каменной и уже изрядно похолодела. Недавно, старший Малфой, напоив своего бывалого дружка, Яксли, в ходе разговора попросил его показать ему свою метку и удивился насколько бледной и слившейся с чистой кожей на предплечье бывшего пожирателя выглядела она. И Люциус поверил уверениям своего домовика, что Волдеморт, хоть и этим извращенным способом, добился в конце концов бессмертия.
Малфой хотел посмотреть на реакции Сириуса с Каркаровым, показывая им двоим каменную фигуру Лорда Волдеморта. Но, сначала, надо заставить их дать Непреложный обет молчания, чтобы нечаянно не проболтались об увиденном.
*Ревелио верум – раскрой свою природу.

Глава 8.

Несколько раз за то время, после поселения племянников в мэноре, там приглашали детей из круга семей, с которыми общались старшие Малфои. Иногда они ходили к ним в гости. Сначала, Гермиона и Гарри сторонились Винса, Грега, Панси, Дафну и Астории, но, постепенно, совместные игры, прогулки на воздухе, непринуденные разговоры растопили лед и отношение к будущими слизеринцам стало заметно более теплым.
В Малфой-мэноре детям можно было колдовать из-за защитного купола, накрывающего обширную територию, окружающую замок. Поэтому, Гермиона многому научила мальчиков. К концу августа был выучен весь материал первого курса обеими мальчиками.
Малфои следили за ребятами, но, зная кто Гермиона в действительности, в их занятия не вмешивались, только боялись, что что-то можно пойти не так и разрушит всю красивую конструкцию, созданную и расписанную их же сыном в его взрослой жизни в другой реальности. Той, из которой прибыла сюда племянница Гермиона, глава рода Малфой, факт, которым она не кичилась и им не парадировала.
Хорошая девчонка и родственница.
Так прошел месяц август.
„Мерлин, пусть все пойдет так, как надо! Пусть никто больше не умрет, чтобы стать платой за новую жизнь детей!” – думала леди Нарцисса, провожая Драко с кузиной в Дурмстранг и тайно от мужа скрещивала пальцы, чтобы не призвать зло домой.

***

Рождество, 1993 год. Малфой-мэнор


- Куда идем, Малфой? – наконец, не выдержав молчания спросил, у хозяина дома Каркаров, после двадцатиминутной ходьбы по коридорам мэнора, преимущественно вниз.
За двоими, покачиваясь из-за большого количества выпитого вина, шатался и третий участник похода в подвалах, Сириус Блэк.
Сириус чувствовал себя не в себе, а как-то отстраненно, после взбучки, устроенной ему невестой Гарри, когда он попробовался прилюдно оповестить, что сей темноволосый парень, которого представили ему, как сына родного брата и главой рода Блэк, по совместительству, никак сыном Регулуса быть не может. Конечно, всё это он выплюнул после того, как, на него наложили невербальное Силенцио, вытащили из столовой и затащили в кабинет белобрысой моли, Люциуса, где ему и упомянатую взбучку устроили. Тем временем, Гермиона ехидным голосом дала знать, что о смерти несчастного сынишки Регулуса известно и, тем не менее, пришлось разбудить ребенка, забрав его именя, чтобы спасти другого ребенка, о котором Сириус был должен, но не позаботился, – о своем крестнике, Гарри Поттере.
И немедленно заставила его дать ей Непреложный обет неразглашения, напугав его, что поставит СМИ в известность, что он, взрослый тридцати с лишним лет от рождения маг, находится под властью своего „племянника, лорда Гарольда Блэка”.
Сириусу пришлось отпустить всю свою гордыню и сдаться на всех фронтах.
Теперь его вели туда, не, знаю, куда, чтобы показывать ему то, не знаю, что.
- Увидишь, как только доберемся, - не стал распространяться светловолосый хозяин поместья и продолжил уверенно шагать дальше.
Вокруг уже простирались проходы, расположенные глубоко под поверхностью земли, потому что по каменным стенам потеками блестела при свете факелов влага. Кроме лишайников, не было никакой прочей жизни в этих туннелях, даже крысы не смели тут появляться.
В конце пугающе длинного коридора их встретила большая, солидно выглядевшая дверь из какого-то темного, почти черного, дерева с металлическим, не проржавевшим оковом и замок, без скважины для ключа, только с ручкой.
Малфой странными движениями пальцев ощупал змеиную голову трости, с которой не расставался, и изнутри появился длинный острый стилет.
- Малфой, я всегда думал, что ты внутри трости носишь вторую палочку! – воскликнул Каркаров.
- Ха-ха! – лающим смехом озвучил свое отношение с сему факту Сириус, которому было до лампочки, что скрывает Люциус в трости.
Ничего не выражающими глазами хозяин посмотрел на гостей, ничего, ни слова, им не ответил, только, так же молча, пырнул по ладони. Полилась кровь. Этой окровавленной рукой, скривившись, Люциус схватился за ручку двери. Красный свет обвил кисть и ручка щелкнула, открывая дверь вовнутрь.
Каркаров, пристыженный за свое ребяческое высказывание, переглянулся с непонятно почему повеселевшим Сириусом и оба, веревочкой, последовали за широкой спиной хозяина поместья, ничего не могли увидеть впереди из-за близости стен нового коридора.
К счастью, тот оказался коротким, и они снова столкнулись с дверью, которой Малфой открыл той же порезанной рукой.
За ней была маленькая комнатка, почти каморка, посередине которой, связанная короткой, тускло светящейся цепью, возвышалась статуя Темного Лорда. Статуя была настолько реалистичной, что выглядела живой.
Посмотрев на нее, новоприбывшие замерли. Каркаров потрогал, на всякий случай, руку статуи, чтобы убедиться настоящая она или ему просто мерещится. Глаза третьего волшебника, Блэка, блестели как звезды. Он стал судорожно бегать вокруг каменной фигуры и мелко поскуливая, незаметно для себя, превратился в свою анимагическую форму – огромную лохматую черную собаку.
Каркаров это зрелище не выдержал и, побледнев, грохнулся на пол без сознания. Люциус Малфой, растерялся и стал накладывать на своего гостя одно за другим медицинские заклинания и поливать его водой из палочки. После третьего Энервейта полностью мокрый Игорь пришел в себе, и, еле собрав силы, спросил:
- Люк, а Люк! Хочешь меня убить, показывая каменную статую Лорда? И этого лохматого придурка-анимага, в придаток, – прохрипел он, покачиваясь туда-сюда. Перед глазами все шаталось, в ушах звенело ... – Похоже у тебя родственники все чудаки?
Старший Малфой выглядел холодным и каменным наподобие фигуры Волдеморта.
- Хм, Игорь, разве ты не усек, что это не статуя. Посмотри поподробнее, подумай, зачем мне держать статую глубоко под землей, под защитным уровнем поместья? Под тюремной защитой, за заколдованной кровными чарами дверью?
Каркаров забыл как дышать, только перемещал взгляд выпученных глаз, то на неподвижную фигуру Лорда, то на такую же неподвижную фигуру Люциуса. Скачущая фигура собаки внезапно замерла напротив, высунув длинный влажный язык наружу.
- Хочешь сказать?... – выдавил он, наконец.
- Да, - отсек светловолосый.
- Как?
- Хм, не буду углубляться в подробности.
- Почему?
- Потому.
Внезапно Каркаров взбесился и рявкнул:
- Да прекрати же, Блэк, играть в дурака! Верни свою человеческую форму, мало мне окаменевшего Волдеморта!
- Аууууууу! ....

***

Нора. Сентябрь, 1994

Молли Уизли, толстенькая домохозяйка, живущая в Норе, убежище многочисленной семьи Артура Уизли, сидела одна за столом в своей большой, заполненной старой, давно пережившей свои лучшие времена, меблировкой.
Темнеющий буфет, со сломленным и никем не починенным стеклом, на одной из витринной дверки, содержал ее сокровище, матово белеющий на полке праздничный комплект из фарфоровой посуды. Поверх буфета были установлены еще в те времена, когда ее братья-близнецы, Фабиан и Гидеон, были живыми, ими же, странные, на первый взгляд, часы. Множество стрелок, на каждой из которой было написано каллиграфическим почерком имя членов клана Уизли.
На данном моменте, четыре стрелки, с именами близнецов Фреда и Джорджа, Рона и Джинни указывали на Хогвартс. Две стрелки, Артура и Перси, указывали на Министерство Магии, стрелка Уильяма, старшего из сыновей – Гринготтс, Чарли – Румыния, а ее стрелка – дома.
Все выглядело по-обычному и не было видимой причиной быть Молли такой неспокойной и дерганной.
Директор Дамблдор не сумел перебороть и принудить холенного аристократа, Люциуса Малфой, вернуть своего отпрыска обратно в Британию доучиваться в Хогвартсе. Вернуть-то он его не вернул, но в ходе обмена новостями выяснилось, что сына Драко он уже скрепил узами магической помолвкой с меньшей из дочерей Гринграссов. Как будто бы он и вправду знал насколько важно было для далеких и бедных родственников его мальчик и лишил их преднамеренно надежды на спасение.
Молли так надеялась, что ее дочка, ее сокровище Джинивера, понравится мелкой бледной моли, Драко, и, наконец, исполнится заветная мечта семьи Уизли избавиться от прилипшей к ним всем клички „Предатели крови”. Осуществиться этому браку семье Артура было позарез необходимо, так как настоящее поколение детей Уизли оказалось, то роковое восьмое поколение, после которого проклятие далекого предка входило в действие и делало внуков, в самом лучшем случае, сквибами.
Рожденная в хорошей семье, Молли Уизли, в девичестве Прюэтт, с самим детством была правильно обучена и отличалась метким глазом к прекрасному. Ей было больно смотреть на несовершенства Джиниверы. К большому сожалению и разочарованию своих родителей, дочка так же, как и все ее братья, родилась рыжей и веснушчатой.
Быть рыжей и веснушчатой в Волшебном мире старого континента не было какой-нибудь редкостью и диковинкой, но у маленькой девочки все это было чересчур. Но самое плохое было то, что характер Джиневеры был еще тот. Она, как только подросла настолько, чтобы сориентироваться в отношений между членами своей семьи, сразу почуяла свою особую, центральную роль в кадриле матушки Молли. Дергать ниточки, связывающие благополучие и собственное процветание с заботой родителей к остальным детям в семье, Джинни научилась рано и дергала эти ниточки безжалостно и бессовестно.
Выросла Джинивера на редкостью неприятной даже для своих братьев и родителей. Хныкала без какого-нибудь повода и выпрашивала у всех полюбившиеся ей вещи и прочие удовольствия, не заботясь ни о чем или о ком из близких.
К членам групп, подчиненных девочки, неожидано для семьи и для него самого, оказался и сам директор Хогвартса – частый гость в семье Уизли в их, державшемся лишь на магии, доме - Норе. Появлялся он с приглашением, а часто и без него, потому что Молли отлично готовила.
Поняв из разговоров взрослых, что ее „суженный” из мира магии исчез в никому неизвестном направлении, Джинни переключила свой жгучий интерес на остальных мальчиков-сокурсников своих старших братьев.
Джинивера с нетерпением ждала свой первый год в Хогвартсе, чтобы встретиться с намеченным быть новой – как говорил директор Дамблдор, „истинной” надеждой магического мира в борьбе против Того-чьё-имя-не-называем, Невилла Лонгботтома.
Но получилась неожиданная осечка матримониальных планов ведьмочки-подростка, бабушка нового Героя волшебного мира, который никакой герой не оказался, стала профессором в Хогвартсе. Почуяв давление директора на ее единственного внука в направлении сближения с девочкой из семьи Предателей крови, появилась в Большом зале с этой своей походкой старой женщины и показала всем желающим, что неспроста ее зовут Железной леди.

Хогвартс, Большой зал. 1992 год.

Вторгаясь, подобно снежному торнадо в Большой зал, размахивая и тростью, и палочкой, она сразу припечатала всех учеников к скамьям за столами, чтобы не вмешивались в разборку и громким, басовитым голосом рявкнула:
- Дамблдор, хочешь чтобы я тебя прокляла и выгнала, как провинившегося щенка из удобного кресла директора Хогвартса?
- Августа, дорогая ... – вскочил из-за своего места профессор Дамблдор, изображая высшей степенью удовольствия видеть бабушку Невилла.
- Каким образом, я тебя „дорогая”, Альбус, если ты ко мне в молодости интерес не проявил, куда тебе сейчас, когда я еле хожу? – прервала его бешенная дама. – Я тебя предупреждаю, как способствовала твоему назначению на этот пост, так могу тебя и уничтожить! И меня ни чуточки не интересует останешься ли ты в памяти людей как Мерлин двадцатого века или тебя низвергнут и втопчут в грязь.
Августа Лонгботтом стояла, опираясь на свою трость, сверкая бешенными темными глазами, напротив директора школы, который на глазах учеников белел, затем стал зеленеть от злости.
- Что от меня хочешь, Августа, - сказал он сквозь зубы, с трудом сдерживая дрожь в руках.
- Августой ты мог бы и вправду звать меня, когда-то, но перед учениками обращайся согласно уставу школы. Ты и твои маленькие заигрывания отняли у меня единственного сына и невестку, а теперь посягаешь на самое сокровенное – на внука. Вздумалось тебе, делать из него героя и центральную пешку в твоей партии. Даже не надейся! Обещаю тебе быструю и неожиданную смерть, как только узнаю, что впутываешь Невилла в какую-нибудь несанкционированную мной игру. Не позволяю тебе и сводить наследника рода Лонгботтом с этой ... девочкой Уизли. Не позволяю тебе вмешиваться в мои семейные дела и брак внука.
- Но ... – начал профессор Дамблдор, но его резко прервали рычащим голосом.
- Молчи, Дамблдор, а то, прокляну я тебя на глазах твоего королевства!
С неожиданной прытью женщина повернулась на сто восемьдесят градусов и отправилась к входной дверьи. Когда поровнялась с обомлевшем от ее поведения Невиллом, она крикнула:
- Невилл, следуй за мной! Нас ожидает твой дедушка Элджернон в Гринготтсе.
У самого выхода зала она повернулась к так же, как и хаффльпаффец Невил, обомлевшим слушателям за факультетскими столами и объявила:
- Сегодня мои занятия отменяются. Всем прочесть следующую главу и написать конспект.

***
Нора. Сентябрь, 1994год.

Молли Уизли сидела в одиночестве, опустив руки, и думала. Ей в голове мерещилась какая-то мелкая деталь, которая давно сидела притаившись в ее памяти, ожидая своего часа, но утруждённая заботами женщина все не могла вспомнить, о чем эта деталь была. Помнилось ей, что была связана с кровавой жертвой ... Кровавой ... жертвой... Что это было? Где это встречалось и что такое с этой кровавой жертвой было связано, что Молли начисто про ней позабыла?
Новый учебный год детей уже начался месяц назад и Джинни написала матери, что в Хогвартс состоится Тримагический Турнир. Директор Дамблдор объявил всем студентам и профессорам, что надо ужесточить занятия по танцам и этикету, чтобы не ударить лицо в грязь перед гостями из Шармбаттона и Дурмстранга.
Что делать, что делать ...
Надо вечером посоветоваться с Артуром, но какой с него толк? Он только и закрывается в своей мастерской, которую соорудил в сарайчике за курятником и, дай ему порыться среди магловского хлама.

***
- Артур, дорогой, наша дочка написала, что в Хогвартсе проведут в этом году Тримудрый Турнир, слышал об этом? – осторожно зондирует почву заботливая домохозяйка Молли.
Средних лет рыжий мужчина поблескивает в направлении достопочтенной супруги очками и утвердительно хмыкает, поглощая зачетную похлебку.
- Знаешь, дорогой, я тут подумала, не пора ли продвигать наши планы насчет Джинни? Пора думать об ее замужестве, искать ей достойнейшего мужа. Не принарядить ли нам девочку?
- Ни о чем не думай, Молли, я о всем позабочусь, дорогая.
Съев последнюю ложку, Артур поднимается из-за стола и ковыряя ногтём между зубами, медленно шаркая шлепанцами, отправился в свою святую святых – мастерскую.
Там его вялость как ветром сдувает и он быстро скрывается за грудами картонных коробок.
На задней стене сарая есть, собственоручно сооруженный и под защитой многочисленных чар, небольшой тайник, в котором ждала свое время шкатулка его матери.

***

Цедреллу Блэк, как и саму Молли Прюэтт, сразу после брака с мужьями Уизли, выгнали из рода, отрезав от родовой магии, отказав обеим в приданном. Но шустрая матушка Артура, убегая из своего родного дома за своим любимым Септимусом, сумела утащить кое-что с собой. Кроме кошелька с золотом, она забрала из родного дома шкатулку с несколькими ценными реликвиями и артефактами, весьма темномагического свойства, рода Блэк.
Умирая, его матушка призвала Артура на уединенный, тет-а-тет, разговор, отдала ему шкатулку, указывая на небольшую золотую брошь.
- Сын мой, - сказала умирающая. – Я знаю, что в жизни сделала немало ошибок, в том числе, выбрав в мужья Предатель Крови. Но, Артур, ты должен все устроить правильно, чтобы избавиться от этой клички. Помнишь семейное предание?
Удрученный близкой потери матери, молодой тогда Артур еле сдерживал хлынувшие из глаз слезы, но утвердительно кивнул ей головой, ответив:
- То ли, в которое говорится, что дочь из наших должна выйти за сына из ... Малфоев? – сквозь зубы процедил он имя злостного врага. – Но я еще не женат, мама! И кто из девушек выйдет за меня, бедного и обездоленного?
- А зелья, мой мальчик, на что? – возражает ему больная мать. – Твой отец меня так же обворожил, за что и поплатился.
- Матушка!
- Что „матушка”? Подло приворожить меня, девушку из знатной семьи и заставить пережить такое, позже попробовать украсть мое личное богатство – содержание этой шкатулки – и отдать его на войну с Гриндевальдом, навязать мне свое семейное Проклятье, из-за которое мой первенец, мой прекрасный Рэджи, превратился в жалкого упыря и воет ночью на чердаке ....Оооо, ааааа...
- Мама, - мог только вымолвить напуганный исповедью Цедреллы Артур.
- Тебя ждет то же самое, сын. Твоего первенца покусает какая-нибудь тварь и он превратится в ужасное чудовище. Чтобы избавиться от этой участи, тебе надо родить девочку, посвататься с Малфоями и смотреть как у тебя на глазах умирают твои мальчики.
- Нет ли спасения, мамочка? – заплакал уже в серьезному рыжий парень, увесив голову на груди матери.
- Есть. Только, не знаю, пойдешь ты ли на это, - слова звучат уже совсем немощно из уст старухи. – Твоя жена должна рожать, но не твоих сыновей. Твоя должна быть только девочка и она должна быть седьмой в твоей семье ребенок.
- Как это?
- Да так. Жена нагуляет на стороне – ты всех усыновляешь. А, когда придет время, дай дочке эту брошь, пусть она ею уколется. Тогда она будет привлекательной для всех настоящих мужчин, и они все до единого, даже отпрыск Малфоев, упадут ей в ноги просить, чтобы она вышла за них замуж. То, что ее братья умрут, тебя не касается. Они, ведь, не твои будут. А, если старшего что-нибудь покусает и будет коротать свой век в компании Рэджинальда, пусть. За то твои внуки сквибами не будут.
Артур Уизли берет из рук умирающей женщины резную деревянную коробочку и сокрушенно обещает матушке сделать все, как надо.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Вторник, 21.06.2016, 23:02
 
smertДата: Понедельник, 05.05.2014, 21:59 | Сообщение # 81
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
biggrin biggrin biggrin P.S. кувалда с легкостью решит проблему броши!
 
PSih2097Дата: Понедельник, 05.05.2014, 23:07 | Сообщение # 82
Подросток
Сообщений: 13
« 16 »
Цитата smert ()
P.S. кувалда с легкостью решит проблему броши!

оглушалка (как вариант подойдет империо или уж если сильно припрет авада)... Но с киянкой в пару килограмм согласен wacko



Почему Поттер у Роулинг не свалил за границу, в тот же Салем, Шармбатон или в Дурмстанг вместе с Гермионой после второго курса? Да потому что у нее он - тряпка, мудак и долбодятел! И это было бы концом не начавшейся истории... (с) Не моё, я только добавил своё видение Поттерианы.

Сообщение отредактировал PSih2097 - Вторник, 06.05.2014, 01:25
 
smertДата: Вторник, 06.05.2014, 00:44 | Сообщение # 83
Демон теней
Сообщений: 308
« 138 »
после кувалды нечего будет мародерничать biggrin biggrin biggrin biggrin
 
POLKI0017Дата: Вторник, 06.05.2014, 02:54 | Сообщение # 84
Друид жизни
Сообщений: 186
« 92 »
Такие вещи лучше сразу уничтожать , уж больно много на них крови.
 
kraaДата: Вторник, 06.05.2014, 03:38 | Сообщение # 85
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2760
« 1616 »
Глава 9.

Увидеть снова гордую осанку замка под именем Хогвартс было неожиданно сокрушительным воздействием для ее чувств. Гермиона смотрела сквозь иллюминатор и замирала от восторга – стены здания величественно возвышались, бойницы на Астрономической башни напоминали зубы тролля, от всего замка веяло историей и загадочным волшебством. Она снова почувствовала себя маленькой первоклашкой, плывшей на шаткой лодочке в фиалковом сумраке раннего вечера, пока холодные глубины Черного озера мерцают мириадами светящимися созданиями и обещают ей настоящую сказку.
Оттряхнув от себя наваждение воспоминания, она повернулась к так же, как и она, завороженному видом Хогвартса Гарри и пожала его теплую ладонь.
- Красиво выглядит, тебе не кажется? - с мягкой улыбкой сказала она. Высокий и стройный парень с очень темными, почти черными волосами и прозрачно синими глазами, вернул ей улыбку, только кивнув головой.
- Каково это, вернуться в гнездо ос?
Прагматизма у него не отнять. Принадлежность Гарри к зодиакальному знаку Льва хлестало из всех пор его существа. В прошлой жизни Гермиона его не знала с той стороны - быть внешне веселым и беспечным подростком, а внутри – холодным и трезво рассуждающим мужчиной. Иногда она пугалась его точными, режущими наподобие стального острия, высказываниями насчет их окружения. Он мог в несколько метко высказанных слов разоблачить и самых завуалированных поступок людей и выбрать единственно правильное решение. Мог быть одновременно до боли деликатным и чутким с ней и чудовищно бесчувственным, даже грубоватым, к чужим людям, но мастерски скрывая свое к ним отношение, пуская пыль в глаза, быть очаровашкой. Только Львы могут все это, не смущаясь, не парадирая, только хитро ухмыляясь над своими выходками, Гарри справлялся с этим лучше всех. За те его качества, бесконечно благодаря судьбу и того Драко Малфоя, из другого мира, который позволил ей купаться в этом счастье – иметь Гарри Поттера только для себя Гермиона и любить его до самой глубины души.
- Знаешь, сегодня я ощущаю себя двояко; меня радует возвращение в старую школу, но попасть в паутину паука Дамблдора так не хочется ... - задумчиво, роясь в своих переживаниях, ответила ему девушка, теребя свою длинную, ниже пояса, каштановую косу, заканчивающую вьющимся локоном, с которым Гарри, в период расслабленности, любил играть, обертывая его вокруг пальцев. – Но нам не надо расслабляться, а нужно незаметно добраться до диадемы, чего бы это не стоило.
- А где Драко с Асторией? – задал вопрос Гарри и повернулся назад к звуку открывающейся двери. Двое подростков, белобрысый кузен и его маленькая, двенадцатилетняя невестушка, только что вошли в помещение, занимаемое ими с Гермионой. Астория выглядела испуганной и бледной, она с большим усилием сдерживала выступающие слезы. Видимо, Драко, наконец раскрыл ей план на пребывания в Хогвартс.
- Хэтти, почему, почему Гарри с Драко должны идти на этот чертов Турнир? – заскулила младшая девушка. – А если Кубок выберет их, и они будут вынуждены участвовать в испытаниях? Разве не боишься за них?
Гермиона положила руку на плечо Астории и успокаивающе потеребила воротник ее тёмно-синей, форменной для ее направления обучения в Дурмстранге, мантии.
- Торри, нечего боятся, мы, сразу по открытию корабля, отбываем домой, в Малфой-мэнор. Даже не коснемся ногой пристани, а в Хогвартс появимся лишь после отбора чемпионов, уже с дядей Люком договорились об этом. Дамблдору, до момента нашего прибытия, не будет известен состав нашей делегации ...
- Обещай, что все время ты будешь вместе с нами в этом замке, Хэтти, - умоляюще посмотрела на старшую девушку Астория. – Пусть директор Каркаров скроет, что ты уже не ученица, а зачислена в Магический Университет ... О! Все улажено с ним? Ладно, тогда не буду больше бояться. Драко, пошли собираться!
И светловолосый парень, сдержанно вздохнув, кивнув кузенам, последовал за невестушкой, чтобы заранее приготовиться и вовремя добраться до точки аппарации корабля, находящейся на мостике.
Гарри, обняв свою Хэтти, уменьшает палочкой несколько саквояжей до размера маленькой коробочки, рассеянно призывает их к себе, укладывает их в карман такой же тёмно-синей, как у Астории Гринграсс, мантии и вдвоем направляются к мостику.
Вечером в Малфой-мэноре, предстоит званный ужин, но Корнелиус Фадж, Министр Магии уже там, чтобы засвидетельствовать час появление ребят. Вечером намечался званный ужин, на котором должны прибыть чета Гринграссов, и приемный отец Гермионы, Мистер Говард Стоун. Люциус Малфой не особо уважает Фаджа, но сегодня он нужен и его присутствие полезно всем. Если что, никто в Хогвартсе не сможет провернуть трюк с подставой, якобы изъявленном желании участия в Тримудром Турнире никого из мальчиков. А то, мало ли что может закрутить Альбус Дамблдор.
***
Утром того же дня, Большой зал
Крылья сов захлопали над головами студентов, когда директор взмахом палочки открыл окна Большого зала, и они стаей влетели внутри к своим хозяевам или адресатам.
Настороженные глаза раскрасневшейся Джинни Уизли с трепетом и удивлением проследили как небольшая крикливая совка закружила над ней, а не над любым из ее старших братьев. Это был Эрол, почтовая сова ее семьи и сегодня она несла письмо ей.
Мальчики Уизли, близнецы Фред и Джордж, и их младший брат, четверокурсник Рон, с удивлением наблюдали, как маленькая совочка с писком приземлилась у тарелки Джинни и подала ей правую ножку, на которой был повязан маленький сверток. Рон даже забыл есть, а с некоторой доли алчности следил глазами за действий сестренки и забыв закрыть рот, сгорал от любопытства.
Рыжая девочка дрожащими пальцами отвязала и открыла пакетик, откуда вытащила свернутый в трубочку кусок пергамента и небольшую сверкающую вещицу. Письмо, написанное не матерью, а отцом, вкратце давало представление, что за вещь доверяется в руки дочери, и как ею пользоваться не только в своей, но и в выгоде семьи.
Вещица в пакетике была брошкой, сделанная в виде солнца с десятью лучиками, из чистого золота и, увидев ее, Джинни тихо пискнула от восторга. Рон, занимающий место рядом с ней, протянул испачканную едой руку, чтобы вырвать приглянувшуюся вещь из дрожащих пальцев сестры, но та толкнула его, крикнув:
- Рональд, убери лапы, это прислали мне, а не тебе. Ты что, хочешь напялить женскую брошь на мантию и разгуливать вокруг, изображая девчонку?
Покрасневший, как варенный рак парень отстранился от бушующей сестры и стал что-то бормотать с полным ртом. Джиневра, выбрав подходящее место для броши, принялась закалывать ее на своем галстуке, но иголка болезненно кольнула и капля крови выступила на пальчике у нее, быстро впитываясь в золото украшения. Боль внезапно пронзила девушку в самое сердце и она охнула от неожиданности, но не стала обращать внимания на такую мелочь. После того, как приколола брошь на выбранное место, не заметив, что кровь все еще течет, Джинни залюбовалась маленькому золотому солнышку и порадовалась тому, как оно классно смотрится на красно-золотой гриффиндорский галстук.
***
Студенты Шармбатона уже приземлились и выходили из огромной синей кареты, запряженной дюжиной крылатых золотых коней. Пока разогретые от длинного полета кони трясли, головы, развевая роскошные белые гривы и таращились на встречающих огромными огненно-красными глазами, французские ребята, один за другим выходящие наружу, задрожали от холода и стали укутываться в теплые шарфы.
Студенты Хогвартса, построенные шеренгой для встречи гостей, впечатляло, как внешность и величие коней, так и карета с размером башни. Но, когда появилась похожей своим ростом инвентарю сама директриса Шармбатона, мадам Максим, они все ахнули. Женщина была выше всех людей, виденными ими, но, тем не менее, она двигалась неожиданной грацией. Спрыгнув с последней ступеньки лестницы она отправилась к широко улыбающемуся навстречу ей директору Хогвартса.
Грудным голосом с сильным акцентом, она громоподобно заговорила, поздоровавшись с ним:
- Дамбл-до'г?, надеюсь, вы находитесь в добром зд'гавии?
Не обращая внимании ни на чего, Альбус ответил ей, глядя на свою коллегу снизу-вверх:
- Спасибо, мадам Максим, я в лучшей форме.
- Ка'г-ка'гов уже приехал? – спросила огромная женщина и укуталась поплотнее в свою красивую мантию из черного атласа со звёздами. - Как холодно у вас тут, лучше пойдем в замок. Только вот кони... – она посмотрела на скорбную мину Дамблдора и успокоительно положила свою руку, в черной перчатке, украшенной сверкающими драгоценностями, на плечо своего коллеги, - не беспокойся, Дамблядурь, их отпустят домой. Вернут их обратно, когда придет время возвращаться во Ф'ганцию.
- Нет, еще не приехали, но прибудут, - уверил ее белобородый директор Хогвартса. А, потом, позвав рукой стоящую недалеко от них Минерву МакГонагалл, свою заместительницу, продолжил. – Вижу, вы не ожидали такую непогоду, поэтому, последуйте за моей дрожайшей заместительницей внутрь замка, а мы тут подождем Игоря.
Двое женщин поздоровавшись, отправились к входу в замок, а за ними зашагали странной подпрыгивающей поступью из-за холода колонна из двадцати, одетых в голубые шелковые мантии, шармбатонских студентов.
***
Наконец, со стороны Черного озера послышалось погромыхивание, всасывающее хлюпанье и гладь воды покрылась мелкой, а затем и крупной рябью. Среди завихрений и пузырей глинистой жижи, в самом центре воронке поднялся высокий черный шест.
За ним из воды выплыл величественный корабль и, покачиваясь, заскользил к берегу.

- Смотрите, это самый Виктор Крум! – восторженно закричал Рональд Уизли указывая своему однокласснику, Симусу Финигану, рукой ловца Болгарской сборной по квиддичу. – Но почему он здоровается только со слизеринцами?
Русоволосый гриффиндорец сопричастно покивал головой, как бы говоря: „Все хорошее достается одним лишь слизеринцам”.
- Крум один из сильнейших в мире ловцов, Симус, но о том, что он еще школьник, я понятия не имел. Если он будет соревноваться от своей школы, всем остальным чемпионам – крышка.
Стоящая за спиной брата третьекурсница Джинни заинтересованными глазами проследила приближение группы, здоровенных на вид, студентов из Дурмстранга, среди которых были и несколько, такие же девушки, среди которых она не могла рассмотреть блондинистого сына Люциуса Малфоя. Были ли среди болгарской делегации его кузены – того Гарольда, который лорд Блэк и девушка, на которой он был помолвлен, рыжая девушка не знала и не интересовалась. О том, что роковой отпрыск Малфоев не был среди прибывших, она должна была написать отцу. Но не сразу же, могла бы поглазеть и полюбоваться на остальных парней.
Среди Дурмстранговцев, привлек ее внимание тот Виктор Крум, ловец, который еще летом, на Квидичном турнире пленил ее своим неподражаемым способом летать за сничем, подобно охотящемуся ястребу. Девочка несознательно потрогала золотую брошь, воткнутую в красно-золотой галстук ее факультета. Кривая, пугающая улыбочка, растянула тонкие губки ее рта.
***
Дурмстрангцы сразу отправились к столу слизеринцев, не посмотрев даже мельком в сторону остальных факультетов, студенты Шармбатона уже расселись за столом Рейвенкло.
Преподаватели из всех трех школ заняли свои места по обе стороны от Дамблдора.
После богатого угощения, в честь прибывших делегаций, когда золотые тарелки опустели, директор Хогвартса встал и громким голосом возвестил:
... - Настал торжественный миг – объявляю Турнир Трех Волшебников открытым! – Подождав, пока стихнут аплодисменты, он с энтузиазмом продолжил. – Представляю всем мистера Бартемиуса Крауча, главу Департамента международного магического сотрудничества и мистера Бэгмена, начальника Департамента магических игр и спорта.
Щедрыми были аплодисменты в честь Бэгмена и жиденькие, в честь Крауча. Тем временем Дамблдор продолжал свою речь:
- Эти господа участвовали в организации Турнира и станут участниками состава жюри, которое будет судит состязания. Филч, - крикнул он в направлении хмурого старого мужчины, завхоза Хогвартса, как объяснили новозачисленным слизеринцам их сокурсники. – Можешь принести ларец с Кубком.
Старинный деревянный ларец был установлен на особой поставке напротив преподавательского стола и приковал к себе внимания всех студентов.
- Все для Турнира уже подготовлено и проверено, задания будут три и основаны исключительно на школьной программе. Так, как Турнир называется Тримагическим, в нем участвуют три чемпиона, по одному из каждой школы-участниц. Победителем Турнира считается чемпион, набравший больше всех баллов. Кубок огня, - белая борода директора колыхнулась в направлении ларца, - будет отбирать из школьных команд чемпионов.
Дамблдор стукнул своей палочкой по крышке ларца три раза, и он открылся, одновременно разваливаясь в четырех направлений, выставляя на всеобщее обозрение грубо оттесанный из темного дерева кубок, полный пляшущим синим пламенем.
- К участию Турнира будут допущены лишь совершеннолетние ученики. Чтобы младшим не позволять поддаться искушению попробовать свои силы, вокруг Кубка очерчу возрастную линию запрета. Всем желающим, кому разрешается участвовать в конкурсе, дается сутки на размышление. Заявки участия подаются путем написания собственноручно своего имени и названия своей школы на куске пергамента и опущенного в Кубок. Завтра, после ужина, из огня будут выброшены имена достойнейших представителей трех школ. Они и будут чемпионами Тримагического турнира в Хогвартсе.
Громкие аплодисменты прервали выступления Дамблдора, под которые он, довольным собой и своей затеей с Турниром, занял свое место за преподавательским столом.
Мистер Бартемиус Крауч встал и прокашлялся, чтобы привлечь внимание галдящих между собой учеников.
- Дорогие кандидаты, должен предупредить вас, что, бросив свое имя в Кубок, обратного хода нет, так как этим своим действом вы заключаете с ним магический контракт, нарушить которого нельзя. Если ваше имя выйдет из Кубка, вы должны пройти конкурс до конца, каким бы он ни был. Хорошенько подумайте, прежде чем опустить пергамент с именем в Кубке.
Чтобы прекратить дальнейшие обсуждения в Большом зале, Дамблдор объявил:
- Теперь, пора отправиться по своим гостиным. Занятия завтра отменяются. Доброй ночи всем. ...

Глава 10.

Ночью, вокруг Кубка Огня синим светом засияла запретная возрастная линия, но, когда через неё переступали старшекурсники из трех школ, она никак не реагировала и не воспрепятствовала доступу к мягко пылающему Кубку. Директрисса Шармбатона, мадам Максим, изначально, не допустила в состав делегации подопечной ей школы несовершеннолетних волшебников, а Игорь Каркаров, каким был, таким и остался - скрытным и о составе своего отбора не распространялся. На расспросы Альбуса Дамблдора отвечал многозначительным хмыканьем и саркастическими улыбочками.
Всю ночь, пока младшие курсы спали (или притворялись глубоко спящими), дверь Большого зала открылась, и внутрь на цыпочках входили молчаливые старшекурсники, бросали в Кубок свое имя и уходили, не обронив ни одного словечка, даже если происходила случайная встреча.
В кромешной тьме часа Быка, к Кубку огня приблизились двое, которые отличались от остальных претендентов необычайно побелевшими волосами и короткими, такими же белыми, бородами. У самой черты запрета сутуловатые фигуры остановились и глубоко вдохнув воздух, одновременно шагнули вперед, пересекая ее.
Не почувствовав со стороны барьера, возведенного самим Альбусом Дамблдором, никакого сопротивления, они, кряхтя, ринулись вперед и, бросив в Кубок куски пергамента, повернулись и, наутек, семенящей старческой походкой, покинули Большой зал.
Перед большой картиной с натюрмортом они остановились и, еле дыша, пощекотав грушу на холсте, вошли в открывшийся освещенный коридор. Он вел к большому кухонному помещению, в котором вовсю кипела работа, несмотря на поздний (или ранний, смотря как) час ночи. Сотня домовых эльфов сновали там и сям, готовили пищу: пекли хлеб и булочки, резали овощи, варили суп в огромных котлах, на вертелах жарились большие куски мяса.
На вошедших обратил внимания только одно из маленьких созданий и то только, чтобы отдать им в руки заранее заполненную снедью корзину и две склянки с желтоватой жидкостью.
Двое, выпив сразу зелье из склянок, стали меняться: космы бород втянулись в кожу лиц, среди белых волос перемешались рыжеватые пряди, которые увеличивались с каждой секундой, пока головы не покрылись красноватой шевелюрой. Сутуловатось исчезла, спины и плечи выпрямились и стало видно, что это были одинаковые на вид, очевидно близнецы-старшекурсники.
Закончив с этим, они переглянулись, заржали как кони и ударили друг друга ладонями.
- Что это было, Дред? – выкрикнул один из парней.
- Мы поимели Кубок, Фордж! И подставили Ронникинса! – продолжая ржать, ответил другой.
Потом, обнявшись за плечи руками, забрали корзину и отбыли в направлении к факультетской гостиной Гриффиндора, шепотом подпевая смешную песенку, состроили танцевальное па по коридорам спящего замка.
***
- Корнилиус, у меня к тебе есть просьба.
Толстенький мужчина не поверил своим ушам. После того зашифрованного разговора во время ужина между владельцем самой значимой адвокатской конторы, Говардом Стоуном и владельцем замка, и хозяином вечеринки, Люциусом Малфоем, после всех маленьких подсказок среди брошенных реплик теперь и это! О чем могла быть просьба белобрысого нахала? Не будет ли, часом, о пересмотре приговора сестре его жены, Беллатриссы Лестрэйндж?
Министр Магии, после оправдания Сириуса Блэка, считавшегося на долгие годы правой рукой В...хм, Того-самого, уже ничему не удивлялся. Год назад развернувшийся феерически пересмотр, как оказалось, никогда несостоявшегося процесса над волшебником, которого обвиняли в предательстве друзей и убийстве маглов, закончился полным посрамлением Визенгамота вместе с Министерством и СМИ. Корнилиус Фадж побоялся представить себе, даже угадывать не осмелился, что за козырь прячет в рукаве скользкий блондинистый удав, раз просит у самого министра магии. Но продолжение высказывания Люциуса оставило Фаджа надолго в тупик.
- Жду от директора Хогвартса любого, даже самого мерзкого подвоха, Корнилиус. Прошу тебя, закрой комнаты Драко и Гарольда своей палочкой, чтобы ни какими выкрутасами наш бородатый друг, Альбус Дамблдор, втянуть их в Тримагический Турнир не успел.
Что за? ... Сперва, Фадж не понял во что его впутывают, так быстро случился переход с Суда на Хогвартс и подростки Малфоя.
- Но почему? – недоумевал министр. Каждый молодой волшебник мечтал быть чемпионом своей школы в Турнире, почему Люциус думал, что его мальчики этого не захотят? – Разве не порадуешься, если парни поучаствовали в таком выдающемся турнире. Знаешь, это принесет им послабление на то время, когда им придется искать работу.
- Какая работа, Корнилиус? Мы говорим о моем сыне и о лорде Блэке, на кой им поблажки?
- Да, да! Ты прав, я не сообразил, извини меня. Но, Люциус, парни, может быть, захотят повыпендриваться перед ведьмочками ... – сказав это, Фадж тут же вспомнил, что и Драко, и тот выскочивший, как заяц из шляпы маггловского фокусника, мальчик, Блэк, уже помолвлены и невесты сидят у женихов на коленях неподалеку от взрослых. С досадой, он злостно ударил себя по лбу и подумал, какой он сегодня придурок.
Парнишки, белобрысый и черноволосый, виновато посмотрели на своих невест и пожав плечами, со снисхождением кивнули в направлении министра магии. Фадж заметил это и был благодарен им, хоть за то, что пальцем не повертели у виска в его же адрес.
- Но они входят в состав делегации своей школы, ведь так?
- Да, но это формально, потому что оба они несовершеннолетние. Драко этой весной исполнилось четырнадцать лет, а Гарольду зимой будет тринадцать. Им участвовать в соревнованиях запрещено Правилами Турнира. А я, в качестве отца и опекуна, запрещаю им появляться на территории Хогвартса до того времени пока не пройдут выборы чемпионов. Да будет так! – резко взмахнув тростью, из вершиной которой отделилось золотистое свечение магии, он запечатал свой запрет. - Так, что, будь добр, закрой их в комнатах, а завтра, на отборе чемпионов, мы все тебя поддержим.
Корнилиус Фадж ошарашенно таращился на руку старшего Малфоя, в которой матово сияла черная, украшенная серебряным набалдашником, трость.
- Люциус, я думал ты в трости прячешь кинжал, оказывается, там есть и палочка.
Блондинистый мужчина ухмыльнулся удивлению своего гостя и помедлив немножко, решился открыть тому глаза:
- Она и есть моя палочка, Корнилиус, но больше подробностей не ищи!
***
После ужина, когда, наконец, золотые праздничные тарелки опустели, зал зашумел в ожидании следующего события – отбора чемпионов. Дамблдор, пошептавшись с директорами Шармбатона и Дурмстранга, поднялся с места и объявил:
- Кубок огня должен уже начать выбор, друзья. Каждого, кого он выберет, прошу зайти в комнату, примыкающую к залу. – Палочкой он указал на открытую дверь за преподавательским столом. - Там мистер Бартемиус Крауч проинструктирует их о первом туре состязаний.
Упоминаемый министерский работник, бывший Глава Аврората, но сидящий теперь за преподавательским столом с потрепанными крыльями, так и не оправился после показательного процесса и последующего полного оправдания Сириуса Блэка. Сегодня мистер Крауч, с повисшими плечами и безучастным видом, смотрел на свою пустую тарелку и молчал.
Дамблдор махнул узловатой палочкой и все свечи в зале погасли. Кубок огня остался единственным источником света и его синеватое сияние делало лица присутствующих смертельно бледными. Вдруг, синие языки пламени вспыхнули и ослепили прикованные к нему глаза зрителей.
- Еще секунда и-и-и-и ... – объявил Дамблдор.
Пламя налилось красным, снопом искр вместе с кусочком пергамента взлетели к потолку. Зал замер в ожидании. Отбросив бороду за плечо, Дамблдор протянул руку и подхватил листочек и на свете снова посиневшего пламя Кубка, высоко прочитал:
- Чемпион Дурмстранга – Виктор Крум.
Зал содрогнулся аплодисментами. Все восхищались молодому ловцу болгарской сборной по квидичу и выбор его в чемпионы никого не удивил.
Высокий, но сутуловатый парень, поднялся со своего места за слизеринским столом и слегка пружинистой походкой отправился к задней комнате. Его шаги сопутствовали громкие крики одобрения всего зала.
Кубок снова изрыгнул красное пламя, искр и новый листочек. Прочитав его, Дамблдор объявил на во всеуслышание:
- Чемпион Шармбатона – Флер Делакур!
Светловолосая девушка невиданной красоты встала с места на столе Рейвенкло и танцующей походкой, собрав восхищенные взгляды мужской части и ненавистные – женской части публики, прошествовала за Крумом. Одинокие аплодисменты рейвенкловцев и расстроенное молчание остальных шармбатонцев, среди которых были и несколько спортивно выглядевших парней, указывали на то, что выбор Кубка всех ошеломил.
Зал опять утих в ожидании имени чемпиона принимающей Турнир школы, Хогвартса.
Все опять повторилось – красное пламя, искры и третий кусок пергамента вылетел из пылающего жерла Кубка.
- Чемпион Хогвартса – Рональд Уизли! – севшим от удивления голосом прочитал Дамблдор и зал, услышав имя, затравленно смолк.
Все уставились на ошарашенного рыжего парня из Гриффиндора, а некоторые из школьников принимающей Турнира школы, зная из первых рук возможности рыжего мальчика, стали биться головами об столы и стонать от отчаяния.
Взмахом палочки Альбус зажег свечи, чтобы снова прочитать имя на пергаменте: да, действительно, там стояло имя младшего из сыновей Артура и Молли Уизли. Ничего не понимая, директор Хогвартса стоял с отвисшей челюстью и впился взглядом в покрасневшего от внимания всех присутствующих в зале Рона, который сидел замерший на своем месте и никак не реагировал на тычки близнецов.
Наконец Джинни, его, за ночь похорошевшая сестра – третьекурсница, крикнула ему в ухо:
- Рон, Рональд Уизли! Чего спишь, иди, давай, тебя в чемпионы выбрали!
На автомате ее брат поднялся и обернулся к входной двери Большого зала, не понимая, что это с ним случается, что от него хотят и, самое главное, кто во всем виноват.
- Не туда, а туда! – указала ему Джини направление, повернув его к задней комнате, куда ушли двое других чемпионов.
- Но я не ... – начал парень возражать, потом настоящее его настигло и захлестнуло шквалом эмоций. Его коленки стали подгибаться и, увидев это, близнецы вскочили и придержали младшего брата с обеих сторон, что-то ему зашептали в уши, объясняя ему как он должен правильно отвечать, а тот закивал как болванчик головой, соглашаясь с ними.
Кое-как собравшись, Рон побрел шаткими шагами к преподавательскому столу. Шел целую вечность, пока не посмотрел в глаза Дамблдора и не увидел в них ужас и непонимание. Рону стало не по себе. Как ему быть, если даже директор не в состоянии понять случившееся и не хочет поддержать его.
Но, вот, белая борода колыхнулась в сторону задней комнаты, давая знать парню куда он должен зайти и Рон, как во сне, последовал в указанном направлении.
- Рональд, ты наш царь! – к крикам близнецов присоединяется весь стол Гриффиндора и сердце парня замерло от радости. Наконец, наконец ему одному из всей семьи предстоит что-то волшебное.
Мадам Максим и Игорь Каркаров последовали за мелко дрожащем и шатающемся чемпионом Хогвартса. У самой двери директриса французской школы повернулась, чтобы позвать Дамблдора, но он отрешенно стоял и взирал на Кубок, какбы ожидая новой красной вспышки.
Но такая не последовала, напротив, синеватое сияние постепенно угасло и Кубок стал выглядеть как простая, оттесанная деревенским столяром чаша – пыльная, некрасивая, слегка отталкивающая.
Уже дойдя до самой двери комнаты, в которой его ожидали чемпионы Тримагического Турнира, вместе с директорами других двух школ, профессорами Хогвартса и судьи, за спиной Дамблдора вспыхнуло красное свечение и он, на автомате повернулся и сумел словить парящий среди искр обгоревший листочек пергамента.
Наконец! Все-таки ожидания Альбуса увенчались успехом, и он развернул кусочка, чтобы прочесть имя Гарольда Регулуса Блэка, но там, незнакомым почерком, стояло совсем другое имя.
Прочитав его, ноги у старого волшебника подогнулись от страха и ужаса. „Ф” померещилось перед глазами красным светом.
На листочке он прочитал „Гарри Поттер”.
Пока директор принимающей Турнир школы дрожал и держался рукой за дверной косяк, чтобы не упасть, дверь Большого зала открылась и внутрь прошествовала группа людей, впереди которых, красуясь новой полосатой мантией и подпрыгивая из-за избытка эмоций, шел сам министр магии, Корнелиус Фадж.
За ним, между двумя прекрасными девушками-шатенками, плыла как лебедь на воде леди Малфой, с отсутствующим выражением лица, не смотря ни на кого. Шествие заканчивала троица джентльменов: посередине бодро шагал лорд Малфой, с левой стороны присутствующие в зале заметили младшею копию Люциуса – такой же блондинистый подросток, с правой – не отставая, пружинистой походкой шел парень, появление которого дурмстранговская делегация встретила бурными рукоплесканиями и криками.
Дойдя до середине Большого зала, молодые люди отделились от взрослых и отправились к покрытому зеленой скатертью столу факультета Слизерина, помахав на прощанье чете Малфой.
Им освободили места в самую гуще дурмстрангцев и, когда четверо расселись среди друзей, все начали им рассказывать, как прошел отбор чемпионов. Пока новоприбывшие слушали подробности, министр и чета Малфой скрылись в комнате чемпионов, куда отправился и чем-то удрученный Альбус Дамблдор.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Вторник, 21.06.2016, 22:58
 
Al123potДата: Вторник, 06.05.2014, 03:57 | Сообщение # 86
Черный дракон
Сообщений: 2789
« 709 »
Цитата kraa ()
Сколько смертей до сих пор было, кто-то считал? Что-то слишком мягкая я стала, надо кого-то убить. Но кого и когда? Двенадцатая глава отправлена на правку!
А что в двенадцатой начнутся убийства? Я ещё присланную главу не смотрел сейчас читаю Четвёртый дар смерти от drago23.



"Плохо выглядишь" - это когда к тебе приходит смерть и, увидев тебя, судорожно начинает косить траву...
Я не злопамятен просто у меня память хорошая.
****************************************
fb2.txt
*****************************************
http://www.playcast.ru/uploads/2015/03/23/12793939.swf
 
PPh3Дата: Вторник, 06.05.2014, 12:36 | Сообщение # 87
Высший друид
Сообщений: 786
« 211 »
kraa, спасибо за новую главу ))

Ребята, конечно, молодцы, что догадались о зловещей природы броши, и что надо валить, да вот только с подводной лодки далеко не убежишь. Взять хотя бы то, что за их уходом из большого зала набдюдала вся публика, в т.ч. Рон и Джин-Джин. А ведь нашей четверке надо еще немало времени провести в Хоге (как минимум, до того момента, пока они не найдут диадему, пусть даже и знают уже, где она), так что жди неприятностей, особенно если они и дальше так палиться будут. Тут и Дамби может вмешаться.

А вот сам момент с обнаружением ауры броши... Я могла бы понять, если б у Гермионы проснулся какой-то дар в результате проведенных ею ритуалов, а тут... не замечает она броши, ее природы, просто заметила сам ее факт существования у рыжей Уизлетты - как люк, на котором сидел Пушок на 1-м курсе. Зато Драко, который, непохоже, чтобы этот дар особо развивал, сразу обратил внимание на маг. природу броши, а Гермиона выдала лишь чуть более точные результаты ("дела совсем плохи (( Валим!"), и то, с помощью артефакта Малфоев и за большее время.

Я понимаю, что нельзя быть гениальной во всем, но пусть тогда Гермиона оставит Малфою Малфоево, как говорится, а у себя прокачивает те способности, которые у нее самой есть изначально. А то какой толк в этом умении якобы видеть ауры, если: 1) Гермиона сама ничего не заметит, пока ей не скажут; 2) если она это может делать все равно лишь с помощью спец. артефакта?
 
POLKI0017Дата: Вторник, 06.05.2014, 14:24 | Сообщение # 88
Друид жизни
Сообщений: 186
« 92 »
А что сложного оглушить третикурсницу , сломать брошь и уйти по тихому.

А если есть желание кого то убить то Уизли много их надолго хватит )))
 
ИнквизиторДата: Вторник, 06.05.2014, 17:59 | Сообщение # 89
Ночной стрелок
Сообщений: 88
« 5 »
Повторите красную свадьбу.


Пришли Вы на Донбасс повзводно и поротно,
Серёжи, Коли, Димы, танкисты и десант.
Зароют вместе вас, сложив в траншеях плотно,
Под именем единым – «российский оккупант»!
 
kraaДата: Вторник, 06.05.2014, 19:03 | Сообщение # 90
Матриарх эльфов тьмы
Сообщений: 2760
« 1616 »
Al123pot, я Четвертого дара смерти уже прочитала- 7 по десетобальной системе.
Не трогай пока главу, я сделаю маленькое изменение в ключевой момент - тебе понравится. Пару-тройку предложения, но сам увидишь, что все изменится к лучшему. Позже отправлю тебе измененную главу.
PPh3, так и будет. Малфоеву вернется к Малфоям, как был уговор между прошлыми Драко и Герми. И, как всегда, правильно заметили, что быть экспертом во все направления невозможно, она включает Родовой перстень Малфоев лишь тогда, когда ей Драко укажет, потому что у него это на инстинктивном уровне получается. Если кто-то еще не заметил.
POLKI0017, убивать будем в необходимом, заранее придуманном порядке.
Инквизитор, я что-то туплю и не понимаю о какой красной свадьбе идет речь. :(

Глава 11.

А внутри разгорался недюжинный спор.
- Но это пти гарсон, мадам Максим! Он не может состязаться с нами! – восклицала красивая француженка Флер. –И как он п'гошел че'гта зап'гета? Он сказал, что учиться на четве'гтом ку'гсе!
- Успокойся, Фле'г, он выб'ган Кубком, значит, от чемпьон, - успокаивающе бубнила высокая директрисса Шармбатона.

Стоявшие в куче у горящего камина профессора Хогвартса тоже громогласно обсуждали случившееся, а среди остальных выделялся голос профессора Лонгботтом:
- Почему никто не уведомляет Молли Уизли? Минерва, мальчик с твоего факультета, чего ты медлишь?

Минерва МакГонагалл, как всегда, прибывала в ожидании распоряжений, и, как всегда, от своего кумира, Альбуса Дамблдора.

Со своей стороны, ее кумир на данный момент пребывал в полной отключке, потому что в его голове не могло уложиться то, что с его затеей получилось. Он хотел попробовать заставить рокового подростка Блэка прожить хоть один год в Британии, путем его участия в Тримагическом Турнире. Но Кубок выбрал не парня Блэк, а снова, пугающим звоном колокола в голове он осознавал имя выбранного – Гарри Поттер.

Пока Виктор Крум, сдвинув брови еще больше нахмурившись, пробовался на внятном английском высказаться насчет Рональда Уизли:
- Это ошиб-ка, он маленький и не можи соревнуется! - в комнату вошли Малфои в своем качестве попечителей Хогвартса, а за ним и министр магии Корнелиус Фадж.
Увидев трясущегося у двери Дамблдора, Фадж обратил внимание, что тот держит кусок пергамента с именем еще одного чемпиона Турнира.
- Альбус, разве Кубок выплюнул имя четвертого участника? – спросил он, повеселев, не понимая какой взрыв произойдет в следующий момент. Дернув пергамент из ослабевшей руки старого директора, он прочитал вслух: - Гарри Поттер. Какой еще Поттер, Альбус?

Взгляды всех присутствующих скрещиваются на неспособном ничего ответить директоре Хогвартса. Тот стоял окаменевший и не соображающий, пока министр магии продолжал наседать на него:
- Дамблдор, ты обезумел? Почему имя Гарри Поттера выпало из Кубка, как оно там, вообще, появилось? Люциус, что ты по этому поводу думаешь?

Внезапно похолодевший от осознания происходящего, старший Малфой, встрепенулся и ошалевшими глазами посмотрел на Фаджа. Тот его о чем-то спрашивал, нужно было ответить, но что, Люциус не знал, такой пустой бывала его голова.
- Ты, о чем, Корнилиус? – сглотнув судорожно, спросил он, чтобы выиграть время собраться и что-нибудь придумать.
- Люциус, разве не понимаешь, кто-то умудрился бросить имя Мальчика-который-выжил, в Кубок. Понимаешь или нет, но мы говорим о мальчике, который исчез из Волшебного мира в тот самый день, когда впервые после десятилетнего отсутствия, в нём появился. И Кубок его выбрал в чемпионы.
- Которой из школ?- замогильным голосом выдавил Малфой.
- Какое имеет значения, Люциус, важен факт, что Гарри Поттер исчез, и никто не знает живой он или нет! – удивление Фаджа непонимания старшего Малфоя зашкаливало. – Никто не знает.
- Думаю, что кто-то, все-таки, знает, Корнилиус, - вдруг объявляет блондинистый волшебник внезапно повеселел и, в шутку бросает: - Может быть, его опекун, Альбус Дамблдор, держит мальчика невольником где-то в Хогвартсе ...
- Нет-нет, это неправда! – расшевеливается старый колдун и рывком делает два шага внутрь комнаты, внезапно осознавая, что внимание всех присутствующих сосредоточенно на нём. – Я не знаю где Гарри, я не о нем думал, а ... Я ничего не понимаю ...
- Это означает, что, если кто-то бросил листок с именем Гарри Поттера, чтобы подставить его, или директора Дамблдора, или Турнир, должен отвечать по всей строгости закона! – включилась в разборки, и старая профессорша по Артефакторике, бывшая Министерская служащая, Гризельда Марчбэнкс. – В истории Тримагического Турнира есть упоминания о других подобных случаях, когда Кубок заставлял того, кто бросал чужое имя, самого участвовать вместо того, кого он хотел подставить.

Дамблдор начал выдергивать из бороды целые клочья белых волос.
Никто не замечал сидящего позади всех, на кресле у окна, отставного аврора, Аластора Грюма, который дрожал, как осиновый лист, и лишь открывал, и закрывал, как рыба на берегу, изуродованный шрамом рот.

Тем временем присутствующие уставились на эксперта по Турниру Мистера Крауча, ожидая от него подтверждение или отрицание слов мадам Марчбэнкс. Не задумываясь и на минуту, тот кивнул утвердительно и обреченным голосом говорит, что – да, уважаемая Гризельда, права.

Услышав это, силы покидают старого директора, и он начинает сгибаться, падая вниз. Его падению воспрепятствует бросившийся на помощь профессор Снейп, декан Слизерина.
На кресле у окна теряет сознание Аластор Грюм, профессор Защиты от Темных Искусств в Хогвартсе с этого года, но этого никто не замечает.

Люди начали галдеть и давать каждый свое предложения, как справиться с инцидентом, пока растерявшийся сильнее всех преподавателей, и местных, и гостящих, директор Дурмстранга, не смог перекричать всех:
- Я, в качестве директора и временного опекуна студентов Дурмстранга, разрываю контракт Между Кубком огня и любым моим студентом с именем Гарри, Гарольд или Гаррет, которого этой заявкой или любой другой подставили участвовать в Тримагическом Турнире. Да будет так!

Из поднятой палочки Каркарова вспыхнул сноп искр, подтверждающие, что слова приняты. В ответ, из Кубка вылетает еще один лист пергамента и сгорает во вновь вспыхнувшем пламени. Большой зал смотрел на представление, трепеща от любопытство, но сохраняя звенящюю тишину, чтобы кто-то из взрослым не пришло на ум, что студенты должны уже отправится в свои помещения.
Мадам Максим, не мешкая, повторяет клятву-разрывание своего коллеги, а за ней, удрученный Дамблдор произносит те же слова, чтобы люди не сомневались в его непричастности.

***
Оседая, наконец, на кресло у самого огня камина, чтобы согреться и прийти побыстрее в себя, несколько минут позже он поднимает затравленный взгляд на свою заместительницу и упавшим голосом спрашивает ее:
- Минерва, как такое могло случиться, что мистер Уизли успел бросить свое имя в Кубок?
- Не спрашивай меня, Альбус, я ни причем, - дернув подбородок с независимым видом ответила ему профессор МакГонагалл.

Корнелиус Фадж сверкнул глазами – тут, один за другим, с неба падали сюрпризы Турнира.
- Альбус, ты возрастной барьер поставил? – с неверием спросил министр.
- Корнилиус, не сомневайся, конечно же, поставил! – воскликнул старый колдун. Все директора поучаствовали в укреплении барьера.
- Скажи, тогда, как четверокурсник смог преодолеть его. Настолько слабым создали вы барьер или парень настолько силён магически?
- Ни одно, ни другое, мне кажется, - призадумался отвечая Дамблдор. – Но, давайте спросим у мистера Уизли, как он справился с защитой Кубка. Мистер Уизли, Рон, как ты успел добраться до Кубка огня, мой мальчик?

Рон заерзал на месте, пряча глаза от всех. Весь покраснев, он не знал, что ответить. Признаться, им, что он свое имя в Кубок не бросал, и сказать „Прощай” будущей славе и богатству? Нет уж. Надо, в кои-то веки, впервые воспользоваться советом близнецов.
- А я никакое сопротивление со стороны черты запрета не почувствовал, профессор Дамблдор.
Ведь все так и было, но случилось это не с ним, а теми оторвами, близнецами.
- Правду говоришь, парень? – сдвинув бровь высокомерно, спросил лорд Малфой.
Рон мог только кивнуть головой.
- Да, я бросил свое имя в Кубок огня и, раз меня выбрали, я буду чемпионом Хогвартса.
Вокруг рыжего мальчика вспыхнул красноватый свет и Контракт заключился.

В помещении ворвался еще один парень Уизли – Персиваль, который, с осени, работал в Министерстве Магии помощником и секретарем мистера Бартемиуса Крауча. Он одним рывком схватил своего младшего брата за плечи и тряхнул его так сильно, что последний, с перепугу, поднял глаза посмотреть и, ответить ударом в нос за такое грубое отношение к себе, но, увидев Перси, стушевался.
- Рон, откажись от этой затеи! – крикнул Перси брату. – Если с тобой что-то случится, мама мне голову оторвет и сотрет в порошок.
Людо Бэгмен вытер лицо рукавом мантии и начал уж возражать, но его перебил мистер Крауч, который, брюзгливым тоном заговорил:
- Боюсь, молодой Уэзерби, что мы должны следовать правилам Турнира. Раз имя вашего брата выпало из Кубка, и он подтвердил свое участие в Турнире, значит он участвует в состязаниях. Контракт с Кубком действительный, он не простой, а магический. Если чемпион откажется от состязаний, расплачивается магией.

Братья Уизли повесили головы, Дамблдор продолжал выглядеть потерянным, как маленький ребенок, который ожидал, но не получил конфету.

***

Вечером на корабле, куда вернулись студенты Дурмстранга, в комнате Гарольда с Гермионой состоялось обсуждение.

- Увидел их? – спросила она парня, слегка дотрагиваясь до его руки. – И как они тебе?

С ее стороны, первое впечатление от рыжиков оказалось неожиданно приятное. Они сидели не высовываясь со своих мест, не ерзали, не кричали, не выпендривались. Их веснушчатые лица не показались ей отталкивающими как в прошлой жизни, ее не стошнило при виде Рональда, которого, как оказалось, Кубок выбрал в чемпионы Хогвартса.

- На галстуке девочки я рассмотрел зачетный артефакт, который глушил по-настоящему отрицательные черты всей семейки. – Задумавшись, ответил ей Гарольд и поднял глаза к лицу сидящей напротив девушки. – Разве ты не посмотрела своим особым взглядом, Хэтти? Такая оплошность! Завтра приготовься вглядеться, чтобы поподробнее узнать, что за заколка у нее на одежде, чтобы мы могли подготовится к любому их действию.

***

Утром, четверо уселись за слизеринским столом так, что могли смотреть, не оборачиваясь, на гриффиндорцев. Джиневра Уизли появилась к середине завтрака, сияя белизной кожи лица, золотистыми отливами шелковых волос и белозубой улыбкой. Ее приход не остался незамеченным, напротив, сразу привлек внимание завтракающих студентов. Она, ощутив на себя восторженных взглядов парней четырех факультетов, еще больше засияла и пританцовывая, прошагала до свое место и плюхнулась рядом со своими братьями-близнецами, которые вовсю флиртовали с француженками из Шармбатона.

Посмотрев, что делают близнецы, Джинни первоначально вся зарумянилась от смущения, но видя каких успехов добиваются ее братья, сразу стала оглядываться с кем бы, и она сама попробовала поиграть в глядельки.

Точно, напротив нее, на столе скользких слизеринцев, сидели те четверо, которые прибыли вчера вместе с министром магии. Это были студенты из состава делегации Дурмстранга, двое девочек и два парня. Не обращая внимание на то, что пялиться на незнакомцев можно растолковать, не как дерзость, а как наглость, она стала щепетильно их разглядывать.

Первое, что заметила Джинни, было то, что они моложе осталных болгарских студентов.
Старше всех ей показалась шатенка с буйными, до пояса, кудряшками на голове и большими карими глазами. Но она, вряд ли, была старше пятнадцати-шестнадцати лет, хотя выглядела достаточно женственной и за слизеринским столом была в почете.
Другая из гостей была еще маленькая, второкурсница, наверное. Девочка разговаривала с Холодной королевой Слизерина, Дафной Гринграсс и была с ней в самом близком знакомстве так, как они что-то обсуждали и посмеивались, и темой разговора явно была не учеба, а что-то злободневное.

Вдоволь рассмотрев мантий девушек и навешанные на них украшения, по всей вероятности, какие-то артефакты, не меньше того, Джинни переключила внимание на парней и ахнула от неожиданного открытия, один из них был тот роковой Драко Малфой, за которого она должна была выйти замуж. Он сидел слева от второй девицы и сиял.

Джинни аж захлебнулась от волны эмоций. Драко был блондинистый, как и его отец, но не такой светлый. Его глаза с места гриффиндорки выглядели темноватыми и таинственными. Тёмно-зелёная мантия контрастировала с бледным цветом его лица и растягивалась в ширину в плечах, указывая на его мужественность. Парень был до боли привлекательным и Джинни стала ерзать на место, бесстыдно пялясь на него.

Мельком посмотрела она и на второго парня, который смотрел на шатенку с восхищением и Джинни подумала, что тот ей не нравится.

***

- Смотри, Драко, у тебя появилась поклонница с Гриффиндора, - толкнула острым локтем своего жениха Астория Гринграсс.
Ее замечание привлекло внимание всех соседей четверки, и рыжая девушка приковала к себе взгляды всей компании.

Гермиона, с ненавистью посмотрев однажды в ее направление, снова продолжила с овсянкой, осведомляя друзей:
- Джиннивера Молли Уизли, третий курс, седьмой ребенок в семье Предателей крови, единственная сестра шести братьев. Опасность ХХХХХ. Приближаться к ней нежелательно, кусает. Ядовитая.

Слизеринцы уставились на Гермиону, не веря, что она так широко осведомлена о студентах не из своей школы. Сестра Астории, Дафна, красивейшая девушка Хогвартса, с любопытством спрашивает:
- А что скажешь, Хэтти, о двух близнецах Уизли? Смотри, смотри! Они сегодня очень популярны среди француженек, хотя, до вчерашнего, никто из девушек не рассматривал их в романтическом плане. Все они, рыжики, сегодня в ударе и внимание к себе недюжинное привлекли.
- О-о, - сказал Драко, - когда у рыжих нищебродов радость, кому-то будет пакость.
- Точное замечание, кузен, - ответила ему Гермиона.
- Посмотрим кто кого, - решил поставить точку в обсуждении Гарольд, погладил побледневшую щеку невесты, преданно посмотрел ей в глаза и, но когда не увидел в них восстановления обычной ей уравновешенности, продолжил, успокаивая ее. – Ничего не бойся, Хэти, они просчитались, думая, что мы не начеку.

Сидящий с другой стороны своей кузины Драко придвинулся к ним и стал шептать:
- Хэтти, посмотри на ауру украшения девушки Уизли. Мне кажется, на ней закреплен какой-то приворот. Может быть, ты сможешь увидеть еще что-то?

Гермиона скрыла под столом обе руки, чтобы никто не мог рассмотреть ее манипуляций и повернула родовое кольцо Малфоев на безымянном пальце, резко сжав ладонь в кулак настолько сильно, что острый край разрезал ей кожу.

Боль укола ударила током в сердцевину солнечного сплетения и глухо запульсировала в затылке, но она не позволила даже тени промелькнуть на её красивом лице. Веки упали над побелевшие глаза девушки, и она вошла в транс, прощупывая внутренним взором вихрящиеся вокруг странной вещицы Джиниверы магические волокна.

Три-четыре минуты стояла она как статуя, пока Гарольд и Драко, отвлекая внимания слизеринцев на себя, шумно разговаривали между собой, пока не вышла из транса и резко рявкнула пугающе пискливым голосом:
- Мы на тропе войны, они вышли на охоту, всем нам – и вам тоже, - обратилась она к знакомым слизеринцам, - следует остерегаться.

Тихий голосок Астории Гринграсс, невесты Малфоя, привлек внимания троих к себе:
- Джиневра нацелилась на Драко, Хэти, я заметила, как она вся загорелась и завелась, глядя на моего жениха. Она не ведает характера наших помолвок, но стоит опасаться, раз ты предупреждаешь. Скажи, что за брошь у нее?
- Не знаю, как это обозначить, Торри, но она сильна, очень сильна. Еще вчера Гарри нас предупреждал, но я не верила, что все так плохо. Надо держаться подальше от этой девушки и, если понадобиться, отправим парней обратно в Дурмстранг.

Гарольд, как обычно происходило раньше в их компаний, поставил точку в обсуждении.
- Уходим! – сказал он командным голосом и четверо, как один, встали с мест и собравшись попарно, быстро удалились.

Их внезапный уход не остался незамеченным, передвижение молоденьких студентов из Дурмстранга следило множество глаз. Из факультета отважных и храбрых за ними смотрели все рыжие дети Артура и Молли Уизли, а из преподавательского стола – с цепким интересом – директор школы, Альбус Дамблдор.

За ним поднялись и быстро догнали группу Малфоя их давнишные знакомые Панси, Крэб и Гойл.
Закрыв за собой дверь зала, прежде чем растаться, они обменялись последними впечатлениями:
- Но почему не только Джинни Уизли, но и все ее присутствующие братья внезапно так изменились, как думаете? Вы заметили как заглядывались на них девушки? – замогильным голосом заговорил Грегори Гойл, до сего момента молчавший.
- Мы еще Рональда не видели, - сказала Панси Паркинсон. – Зуб даю, что и со старшими что-то такое могло бы случиться.
- Присматривать будем и за ними тоже, - подвел итоги Драко и, прощаясь с друзьями из зеленого факультета, вчетвером отправились на корабль Дурмстранга.



Без паника!!!

Сообщение отредактировал kraa - Вторник, 21.06.2016, 22:59
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » Диалог – третья часть « Брошь Медеи»(Закончен) (миди-макси, скорее джен)
Поиск: