Армия Запретного леса

Среда, 22.11.2017, 17:46
Приветствую Вас Заблудившийся





Регистрация


Expelliarmus

Уважаемые гости! Пользователям, зарегистрировавшимся на нашем форуме, реклама почти не докучает! Регистрация не отнимет у вас много времени.

Добро пожаловать, уважаемые пользователи и гости форума!
Всех пользователей прошу сообщать администратору о спаме и посторонней рекламе в темах.

[ Совятня · Волшебники · Свод Законов · Accio · Отметить прочитанными ]
Страница 2 из 9«123489»
Модератор форума: Азриль, Сакердос 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » "С чистого листа" (Фанфик по ГП: ГП/ГГ, ДМ/ДУ, Дамбигад)
"С чистого листа"
kp487021Дата: Суббота, 21.03.2015, 21:46 | Сообщение # 31
Посвященный
Сообщений: 56
« 14 »
Да начхать какой там выброс! Главное не вздумай забросить! Дай Музе взятку, чтобы не оставила нас неудовлетворенных...
 
aavdeeДата: Суббота, 21.03.2015, 22:04 | Сообщение # 32
Демон теней
Сообщений: 344
« 549 »
Цитата angel812 ()
Долохов смог создать неконтролируемый выброс магии


да, так лучше.

Frau_Irene, не обижайтесь, но Ваш вариант мне не нравится.
 
Frau_IreneДата: Суббота, 21.03.2015, 22:19 | Сообщение # 33
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата aavdee ()
не обижайтесь, но Ваш вариант мне не нравится.

Да на здоровье - Автор всегда прав.



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
ShtAlДата: Воскресенье, 22.03.2015, 05:01 | Сообщение # 34
Химера
Сообщений: 554
« 123 »
Что тут подразумевается - Долохов совершил нечто что не умел делать вообще или же просто ударил сырой магией, не придавая форму и направление?
В первом случае - под влиянием стресса выдал всплеск магии
Во втором - смог создать направленный выброс
 
angel812Дата: Воскресенье, 22.03.2015, 14:17 | Сообщение # 35
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Окончательный вариант с этим магическим выбросом: "Долохову удалось вызвать неконтролируемый выброс магии".
Под этой фразой я подразумевала, что энергия просто вырвалась наружу, не имея ни формы, ни направления, но, вместе с тем, играла на руку Пожирателю. Почему изначально я употребила слово "спонтанный"? Дело в том, что у детей магия просыпается именно так, из-за большого желания. Вместе с тем, они ненамеренно чинят разбитую посуду, левитируют книжки, запрыгивают на крыши школы или надувают тетушек. Они не знают результата этого всплеска, однако магия помогает им. То же сделал и Долохов, когда понял, что появился призрачный шанс сбежать - просто очень сильно этого захотел.
Цитата kp487021 ()
Главное не вздумай забросить!

Пока и в мыслях нет)) Мне самой интересно, что выйдет из каши,которую я заварила))



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
angel812Дата: Воскресенье, 22.03.2015, 14:46 | Сообщение # 36
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Глава 5

— Что-о?! — обиделся, удивился, даже разозлился на заявление Поттер. — Между прочим, Драко никогда не считался моим другом, я бы даже сказал, он враг номер один после сдохшего Волдеморта!
— Эй, постой, не кипятись. Ну, ладно, согласен, шутка неудачной вышла, но дерзость замысла... В твоём стиле!
— Ха! В моём стиле! Это у преступников почерки и стили, а я ещё вроде бы законопослушный гражданин.
— Это-то да, это-то да, — засмеялся Кингсли, — только позавчера висели плакаты с твоим фото и подписью «Нежелательное лицо номер один», а ещё кто-то совсем недавно банк ограбил, магловский магазин разнес. Так в нашем мире поступают самые законопослушные граждане.
— А министры магии в нашем мире, нарушая статус секретности, над магловским Лондоном на метлах летают, — в тон ему ответил Гарри. — Вы лучше скажите, долго мне ещё сидеть на этом так называемом празднике и когда вы придёте забрать воспоминания?
— Отвечаю по порядку: как захочешь, так и уходи. Вот допей чай и домой, по каминной сети. А воспоминания попроси своего домовика мне в кабинет отнести, на стол положить. Я их завтра с утра там заберу. Ну, мне пора, до встречи.
— До встречи, — ответил Гарри, а министр встал из-за стола и затерялся среди танцующих.
Получив разрешение уйти с вечеринки, Поттер поскорее допил чай, взял возле камина летучий порох и исчез в зеленом пламени. Он удачно проделал путешествие по трубопроводам Лондона и вышел в столовой Особняка Блэков. Перед ним сразу материализовался Кикимер:
— Здравствуйте, хозяин. Кикимер рад видеть Лорда Блэка и готов произвести отчёт о проделанной работе.
— Привет, Кикимер. Я не сомневаюсь, что ты выполнил всё отлично. Скажи только, как чувствует себя наш гость и готов ли он разговаривать.
— Теперь может, хозяин. Но Кикимеру пришлось истратить на него пять пачек шоколада и две порции укрепляющего зелья, чтобы он восстановил здоровье. Гость явно напуган, хоть и пытается скрыть это.
— Спасибо, Кикимер. Ты очень хорошо потрудился. А теперь, пожалуйста, отнеси пробирки с воспоминаниями, которые я готовил вчера, в кабинет министра магии. Я же пока поговорю с Драко.
— Сию минуту, сэр. Кикимер с удовольствием выполнит просьбу хозяина. — Эльф исчез. А Гарри пошёл в комнату Регулуса Блэка, в которой находился младший Малфой. Открыв дверь, Поттер застал блондина сидящим в кресле и читающим «Ежедневный пророк». Драко поднял глаза и не смог скрыть явного удивления от появления недруга.
— Здравствуй, Малфой, — начал Гарри. — Наверно, меня ты ожидал увидеть меньше всего, но так получилось, и именно я теперь стою перед тобой. Думаю, нам нужно обсудить некоторые моменты, поэтому прошу ненадолго забыть о наших ссорах. Ну, во-первых, спасибо тебе за то что спас от самоубийства и за то, что не выдал Пожирателям в своём фамильном особняке.
Пока Гарри произносил это, стоя в дверях, Драко встал с кресла и подошёл к гриффиндорцу. Вместо «Спасибо» или каких-то других слов благодарности блондин ударил Поттера кулаком в челюсть, а затем, обессилев от нагрузки на измотанный организм, упал на пол, произнося, словно в бреду: «Зачем, зачем опять мучить меня, Поттер? Зачем строить из себя благородного, спасать врага и прочее, если никто тебя об этом не просил?! Я хотел умереть, зная, что с ней всё хорошо, что она счастлива, что хоть она счастлива! Но нет, ты всегда и всё делаешь наоборот! Всегда и все! Почему тебе доставляет удовольствие мучить меня? Ты мучаешь больнее круциатуса, потому что причиняешь душевную боль!»
Он говорил с надрывом и задыхаясь, прерывая фразы долгими стонами, будто его действительно пытали. Забыв об ударе, Гарри поднял его и довел до кресла. Тот не сопротивлялся, делал все машинально. Но не успев сесть, он вдруг вскочил и заговорил с новой силой, уже не сбивчиво, словно про себя, но обращаясь к Поттеру: «Лишь только она переступила порог Хогвартся, я знал, что не смогу более жить спокойно, я уже знал, что она моя жизнь и погибель. Жизнь, потому что человек может жить только тогда, когда он любит, а погибель, потому что я никогда её не интересовал. Она восхищалась Мальчиком-который-выжил с того момента, как узнала его историю. Она попала на тот же факультет, постоянно видела его и не замечала восторженных взглядов с моей стороны. Шло время, а ничего не менялось: да, она встречалась с другими, но ее сердце принадлежало Гарри Поттеру, который в свою очередь, совсем не замечал ее. Наконец, я понял, что безответная любовь с каждой минутой всё тягостнее и тягостнее для меня, поэтому стал искать способ облегчить муки. И я нашёл его, этот спасительный способ: любить тихо, радуясь её радости, печалясь её печали. Это помогло: для того, чтобы ощущать себя счастливым, мне хватало лишь знания о том, что с ней все хорошо. Я не ревновал ее ни к кому, а просто считал минуты, когда не мог увидеть её. Я твёрдо знаю, что готов на все ради неё, даже на убийство. Может, тебе смешно и ты не веришь в это, потому что видел, как я струсил, пытаясь убить Дамблдора. Но это так, я уверен. Почему я встречался с Паркинсон, зачем согласился на брачный контракт? Потому что семья должна быть у каждого человека, а есть ли в браке любовь — это другое дело. Вот и я отключился от чувств, стал искать утешение в страсти, хоть и знал, что смогу прожить и так, любя «тихо».
После этих слов он замолчал, будто обдумывал сказанное. Гарри решил прояснить:
— Значит... значит ты любишь Гермиону? Но зачем было унижать её, называть грязнокровкой?
— Зачем мне твоя заучка Грейнджер? — Драко переменил тон на привычный — сухой. Но уже следующая его фраза была сказана живо, с чувством:
— Я и называл-то её грязнокровкой исключительно потому, что твоё внимание всегда было обращено к ней, а не к Джинни.
— Джи-инни? Ты любишь Джинни? — ещё больше удивился Поттер, выделяя имя Уизли, чтобы самому осознать смысл услышанного.
— Да, именно Джинни, которую ты, Поттер, сегодня бросил!
— Что? Мы не встречаемся уже год! Да и откуда ты это взял?!
— На вот, почитай! — воскликнул блондин, протягивая Гарри сегодняшний выпуск «Пророка». Поттер опустился в кресло напротив слизеринца, открыл газету: на первой странице виднелся крупный заголовок «Гарри Поттер: самый завидный жених магического мира». «Что за чёрт?!» — выругался гриффиндорец и стал читать.
Статья за авторством Лаванды Браун, главной сплетницы-болтуньи Хогвартса, призывала молодых девушек обратить внимание на «богатого героя, спортсмена и просто красавца». Также она писала, что Победитель Волдеморта пока «свободен от оков женского обаяния, потому что не далее как вчера, разорвал все отношения со своей девушкой, Джиневрой Уизли».
— Какой бред! — возмутился Поттер, ища камин, чтобы по привычке выкинуть в него отвратительную газетенку. От того, что в комнате камина не оказалось, Гарри разозлился ещё больше:
— Надо же выдумать такую нелепицу! И только для того, чтоб тираж поднять! Лаванде вечно что-то такое придумать надо! И откуда она про наш разговор пронюхала? Или не про него она писала, а так... интригу создать?
Его мысли вслух прервал Драко, который за это время окончательно пришёл в себя:
— Может быть, ты всё-таки скажешь, что между вами произошло? — тон слизеринца был совершенно новым для Поттера, в нем не было заносчивости, высокомерия, он просто с живым интересом хотел узнать подробно о том, что произошло с любимой.
Непонятно почему, грифиндорцу захотелось ответить искренне, словно другу. Откровенная исповедь Драко открыла перед Гарри нового человека, который долгое время вынужден был носить маску подлеца и злодея, но сохранил и пронес через все трудности чистую и настоящую любовь.
— Вчера ко мне приходила Джинни. Она хотела возобновить наши отношения, прерванные на год войной. Тогда я попросил её отдалиться от меня, чтобы обезопасить от Волдеморта. Она согласилась, а вчера хотела вновь начать встречаться. Не знаю, что нашло на меня в тот момент, но я почувствовал, что не могу. Мне показалось, что в моём сердце лёд и пустота. Я был твёрдо уверен, что сейчас не время, что это станет ошибкой. Именно поэтому я попросил её подождать. Но она устала жить ожиданием, обиделась на мои слова и, приревновав к Гермионе, убежала. Не оправдываю себя: я поступил низко и подло, но не мог иначе, мне не хотелось и не хочется обманывать себя. Ударь меня ещё раз, пожалуйста.
— Нет, я не вижу причин для этого: ты как всегда поступал честно, так, как подсказывало тебе сердце. И пусть Джинни обиделась, потом она осознает, что ты был прав. Но, согласись, что и её слова небезосновательны, Гермиона действительно та, которую ты любишь. Нет, не та, которую ты готов только безостановочно трахать, а та, за чью слезинку ты готов растереть в порошок.
— Слезинку? Ты сказал слезинку?
— Да, а что? — не понял Драко.
— Нет, ничего. Просто я буквально вчера говорил Кикимеру о том, что убью любого, кто вызовет у нее слезу. Но мне и в голову не могло придти, что это любовь.
— Не буду тебя разуверять, потому что друга потерять проще, чем любимого человека. Но я видел, как ты пытался броситься за ней, я видел твой взгляд и узнал его: в зеркале я множество раз видел это отчаяние, когда в очередной раз осознавал, что для меня она потеряна. В том, что я люблю Джинни, я уверен, хотя и не могу доказать этого. Странная штука — любовь: ради неё ты спасаешь недруга от самоубийства, теша себя призрачной надеждой, что с ним она будет счастлива. Теперь-то ты понял, Поттер, почему я спас тебя на мосту? Почему не выдал Белле с дружками? Почему называл Грейнджер «грязнокровкой»? Почему с тобой вечно дрался? Почему я скрыл всё под маску высокомерия и надменного безразличия? Понял? Я вижу, что понял. Остаётся только первый курс, когда она ещё не появилась. Что ж, Поттер, и этому есть объяснение: маленький мальчик знал о том, что вместе с ним будет учиться герой (пусть в моей семье и не считали Гарри Поттера таковым). И ребёнку непременно хотелось с ним подружиться. Но он не умел, его не учили. Он всегда рос один, в строгости и без душевного тепла. Единственным человеком, которого видел мальчик, был его отец, общающийся со всеми холодно и свысока. Другого примера у одинокого ребёнка не было, он во всем подражал папе. Поэтому подружиться с героем, который оказался добрым, у него не получилось. Это обозлило и расстроило мальчика. Он стал размышлять, наблюдать за другими детьми и понял, что дружба это невыгодный контракт. Между тем, он попал в общество таких же озлобленных и чёрствых детей, каким воспитывали и его самого. Меняться, унижаться значило для него быть раздавленным и слабым. А стать посмешищем мальчик побоялся. С тех пор он будто раздвоился: выращивая из себя подлеца, он мечтал о тепле, дружбе и любви. Но уже в следующем учебном году любовь стала его роком.
Всё это Драко рассказывал и эмоционально, и отстранено одновременно, делая в рассказе долгие паузы. И Поттер, слушая эту часть исповеди, ощущал, что теперь и без того треснувшая стена вражды с каждым новым предложением рушится.
Драко замолчал, отвернувшись лицом к стене. В этот момент Поттер подошёл к нему и протянул правую руку:
— Когда-то, семь лет назад, я отверг твою дружбу, но теперь сожалею об этом поступке. Пожмём друг другу руки в знак примирения и, я надеюсь, будущей дружбы. Пусть общество осудит меня за то, что я спас от казни Пожирателя, но мне всё равно: я выручил не преступника, а человека, который ошибся, у которого должен быть второй шанс. Теперь все наладится: мы придумаем, что сделаем дальше.
Драко тоже протянул руку Поттеру и крепко пожал ее:
— Спасибо тебе за этот «второй шанс», за твоё доверие к моим словам. Я рад, что могу попробовать стать твоим другом, Гарри Поттер.
Может быть, эта сцена со стороны казалась пафосной или театральной, но оба юноши говорили искренне, забывая о прежней вражде. Для обоих это примирение значило многое.
— Что ж, завтра начнём жизнь с чистого листа, а пока ложись спать, отдохни. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответил слизеринец.
Гарри уже почти вышел из комнаты, когда кое-что вспомнил. Он остановился на пороге, достал из бисерной сумочки палочку Малфоя и протянул ему:
— На, возьми, забыл вернуть.
— А, спасибо, — равнодушно проговорил Драко. Но Гарри видел, что блондин рад был её получить.
Выйдя из комнаты Регулуса, Поттер направился в библиотеку. Было только около восьми часов — ложиться спать рано. Более того, учебный план, который Гарри себе назначил, так и остался невыполненным. С досадой Поттер отметил, что он сильно устал для занятий по беспалочковой магии или для заучивания заклинаний, а про оклюменцию можно было вообще не думать. Поэтому Поттер просто взял потрепанную книжку со стеллажа. На ней хранились абсолютно «чёрные» фолианты. Но теперь Гарри этого не гнушался и открыл книгу. В ней оказались описания ритуалов. Юноша стал листать книгу: его взгляд упал на обряд феноменальной памяти. Несложный сам по себе, ритуал позволял человеку увеличить объём получаемой информации, запоминая при этом всё прочитанное, написанное, услышанное или сказанное слово в слово. Кажется, Гарри нашёл то, что ему было нужно: теперь зельеварение станет ему доступно в виде творчества, а заклинания будут заучиваться сами собой.
Не теряя более ни минуты, Поттер стал готовиться к проведению ритуала, позвав на помощь Кикимера. Домовик показал Поттеру специальный зал, где Вальпурга Блэк любила проводить обряды. Там Гарри нашёл все необходимые инструменты: нож, несколько чаш и пр. Далее в течение часа юноша делал все необходимое, чтобы улучшить память.
После этого он ощутил сильнейшую усталость, еле добрёл до кровати, машинально переодевшись, мгновенно заснул. Этот до крайности длинный день закончился. Уже под утро, когда фаза глубокого сна перешла в легкую дремоту, Гарри приснилось, что он сидит в беседке: вокруг красивый сад, где цветут самые разные цветы, бьет родник, покрытая гравием дорожка ведет куда-то, а по ней идет, улыбаясь ему, Гермиона. Как и в прошлый раз она начала незатейливый диалог:
— Привет, Гарри.
- Здравствуй, Гермиона, очень рад тебя видеть, - ответил юноша.
— Я тоже.Ты уже догадался, почему я не умерла для тебя?
— Можно сказать и так. Сегодня Драко доказал мне, что я люблю тебя не просто как подругу, а больше и гораздо сильнее. И теперь я осознаю: это именно так. Ты — самое дорогое, что есть у меня.
— Почему же ты не ставишь глаголы в прошедшее время?
— Просто потому, что я не верю в твою смерть, не принимаю ее, буду бороться и верну тебя.
— Вот, в сущности, ты и ответил на вопрос, который сам задал мне в прошлый раз. Только не брал во внимание тот факт, что ты волшебник и что твои мысли, желания, чувства обладают способностью становится правдой. Пусть не для всех, но я действительно жива. Неосознанно ты призвал самую сильную, древнюю магию — магию любви. С её помощью, в твоём сердце возник «светлый крестраж»: частичка моей души теперь живёт в тебе. В последнюю минуту своей жизни я подумала о тебе, а ты — обо мне. Это и позволило мне остаться в живых. То, что случилось, сильнее брачных уз, сильнее любого магического контракта: всю твою оставшуюся жизнь я буду её частью, неотъемлемой составляющей твоего существования.
— Ты даже не представляешь, как это здорово, Гермиона!- воскликнул Гарри. -Знаешь, я узнал о возникновении новых магических родов и был удивлён красотой ритуала. Тогда же я подумал о Малфоях, Блэках, Лестрейнджах: значит, родоначальники их родов могли и умели любить. Но теперь меня это не удивляет, потому что рассказ Драко открыл мне глаза: нельзя судить человека по внешним делам, нужно понять, что им движет, почему он поступает именно так…
— Да, Гарри, это правда. Боюсь, что твоя жизнь принесёт немало сюрпризов, открывая перед тобой истинные лица людей, срывая маски и называя истинные роли.
— Откуда ты знаешь?
— Теперь я много чего знаю и вижу, но далеко не все могу рассказать тебе. Вот, например, рассказ о «светлом крестраже» не показался тебе неправдой. Почему же ты просто не поверишь в мои слова о будущем? Но даже если ты не поверишь, со временем все будет так.
— Я верю, Гермиона. Каждому твоему слову. Но мне страшно от сознания того, что в своей жизни я допустил ошибки, не разобравшись в людях, слепо им доверяя.
— Этого не стоит бояться: главное, что ты осознал важную истину! Пойдём, погуляем по этой тропинке? — предложила Гермиона.
— Пойдём. А куда она ведёт?
— Никуда. Она оборвется тогда, когда ты проснешься.
— А ты? Куда исчезнешь ты?
— Я не исчезну, а буду ждать тебя. Но это не важно, ты не сможешь понять того, как живут мёртвые и как живёт часть моей души.
Они замолчали и, взявшись за руки, пошли по покрытой гравием дорожке. Несколько минут они просто шли, любуясь красотой окружающего их пейзажа. Наконец, Гарри спросил:
— Я собираюсь похоронить твоё тело. Где я должен его похоронить?
— Я хочу, чтобы оно лежало там, где счастье для меня было ближе всего.
— Где это?
— Прочитай мой личный дневник. В нём я написала об этом месте. Хотя, думаю, ты и сам догадываешься о нем.
— Это...
— Тсс! — перебила его Гермиона. — Не надо говорить, это лишнее. Знаешь, не зови много людей. Не делай ничего шикарного, ведь мы расстаемся на время.
— Хорошо, не буду. А Рон? Ты не хочешь его видеть? Бросив, он сильно обидел тебя?
— Нет, дело не в этом: мы оба видели конец наших отношений намного раньше дня официального расставания. Очень скоро ты поймешь, почему я не хочу видеть его на похоронах, а пока просто выполни мою просьбу.
Гарри кивнул в знак согласия:
— Я хотел спросить тебя ещё кое о чем: ты не будешь против, если я верну память твоим родителям?
— Как ты это сделаешь? Неужели ты нашёл способ вернуть память? Я думала, что вполне обезопасила их от Волан-де-морта.
— Пойми, я не знаю, как сделать это при помощи магии, но рассказать им о тебе я могу. Мне кажется, что у них есть право знать о тебе и гордиться. Согласись: так будет правильно?
— Возможно, ты прав: расскажи им обо мне. Мне интересно, поймут ли они мой поступок или нет. Ну, а теперь пора прощаться, — сказала она, целуя Гарри в щеку. До встречи, Гарри.
— До встречи, Гермиона, - в этот момент юноша проснулся.



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Воскресенье, 22.03.2015, 14:56
 
footballfanДата: Воскресенье, 22.03.2015, 20:45 | Сообщение # 37
Друид жизни
Сообщений: 153
« 24 »
Хорошая глава, спасибо. Сегодня день печальный-стало на одного автора, пишущего "гармонию" меньше( Кто читает fanfiction.net, тот в курсе-сегодня умерла broomstick flyer sad


All in all it's just another brick in the wall.©
 
angel812Дата: Воскресенье, 22.03.2015, 22:31 | Сообщение # 38
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата footballfan ()
Сегодня день печальный-стало на одного автора, пишущего "гармонию" меньше( Кто читает fanfiction.net, тот в курсе-сегодня умерла broomstick flyer


Боже, как грустно!((



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
angel812Дата: Понедельник, 23.03.2015, 15:43 | Сообщение # 39
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Глава 6

Было только семь утра. Драко ещё спал. Умывшись, одевшись и кое-как уложив непослушные валосы, Гарри пошёл в столовую, где Кикимер его уже ждал:
-Доброе утро, хозяин. Кикимер приготовил вам завтрак и желает приятного аппетита.
-Спасибо, Кикимер.
-И еще: сэру Гарри Поттеру пришло много посылок и письмо. Кикимер положил все в кабинет хозяина, но вчера вечером забыл сказать об этом. Совсем старым и глупым стал Кикимер! Пора отрубить голову плохому эльфу!
-Ты неправ, Кикимер. Ты отлично служишь, и я очень доволен твоей работой. Даже не знаю, что бы я без тебя делал. Знаешь, я позавтракаю чуть позже, а пока пойду разберу посылки, прочту письмо.
Эльф согласно склонил голову и исчез. А Гарри пошёл в "свой" кабинет, точнее в комнату с большим письменным столом, множеством сейфов, секретеров, книжных шкафов. Раньше здесь работал отец Сириуса, а теперь, когда Гарри стал новым хозяином, Кикимер стал именовать эту комнату Гарриным кабинетом.
На столе действительно лежали свёртки с покупками и конверт. Распечатав письмо с эмблемой Хогвартса, Поттер прочёл следующее:
"Дорогой мистер Поттер!
Получив ваше письмо, где вы изъявляете желание продолжить обучение в магической школе, считаю себя обязанной удовлетворить похвальную просьбу: вы зачислены на седьмой курс в Хогвартс, на факультет Гриффиндор. Также, спешу сообщить, что педагогический совет назначил вас старостой школы вместе с Джиневрой Уизли. Все ещё оставаясь деканом Гриффиндора, я предлагаю вам занять место капитана команды по квиддичу. Оба значка приложены к письму. Конечно, эти должности занимать не обязательно, но желательно. Рада вашему неожиданному интересу к учёбе, надеюсь на улучшение вашей успеваемости. Список необходимых учебных принадлежностей будет прислан вам в августе.
P.S. В случае отказа от должности или должностей, напишите ответ.
С уважением,
директор школы чародейства и волшебства,
Минерва Макгонагалл."
Гарри сложил письмо, и вынул из конверта два значка - старосты и капитана. Он решил не оказываться ни от какой из должностей, поэтому ответ писать не стал. Разобрав покупки, Поттер вынул из сумочки, которую постоянно носил с собой, тетрадь в бархатном переплете, и попробовал открыть. Но это оказалось не так просто!
"Как же я мог не догадаться о защите?! - подумал Поттер. - Это же Гермиона, в конце концов!"
Прямо на бархате возникли слова (такие же чары были на карте Мародеров): "Я откроюсь только тогда, когда ты назовешь самое дорогое для меня"
"Что это?!- бешено застучало в мозгу Гарри, не давая сосредоточиться.- Книги? Нет. Это было бы слишком очевидно, и неправда - Гермиона более глубокий человек, чтобы считать фолианты лучшим в жизни. Родители? - нет. Она лишила их памяти, ради нас с Роном. Нет! Ради меня! Ради одного меня! Мерлин, неужели?! - Да! - подсказало сознание"
Затем дополнило уверенность обрывочными фразами из сна и их прежних разговоров: "В последнюю минуту своей жизни я подумала о тебе...", "Я пойду с тобой!" - ее фраза перед тем, как он ушёл в запретный лес, ее взгляды, объятия... Как их можно было не замечать?!
-Гарри Поттер... - прошептал юноша, даже не замечая, что дневник сам собой открылся, предварительно написав: "Да, он действительно для меня дороже всех."
***
Гарри не замечал, сколько времени прошло с того момента, как он открыл дневник Гермионы, но, дочитав, увидел, что часы показывают десять. Больше откладывать завтрак было нельзя, чтобы не обижать Кикимера. Тем более, Драко, наверное, уже проснулся.
Малфой действительно встал, уже сидел за столом и ел тост с сыром.
-Доброе утро, Поттер, - весело поприветствовал недавнего недруга слизеринец.
-Да, привет, - ответил Гарри, садясь за стол и беря тост.
-Ты какой-то грустный сегодня. Не выспался? - спросил Драко, видя, что Поттер задумчив и несколько отрешён от действительности.
-Нет, я не хочу спать, просто узнал кое-что.
-Не расскажешь?
-В принципе, могу, но не уверен, что тебе это будет интересно.
Драко ничего не ответил, но его вид говорил: "Мне сейчас интересно все!"
Немного помолчав, Поттер заговорил:
-Дело в том, что я прочитал дневник Гермионы... Она сама мне разрешила... Во сне... Ладно, это неважно. Короче, она пишет, что в день битвы разбавила воду зельем удачи и дала мне. Это был какой-то особый рецепт, действующий в течение суток (с утра второго июня, до утра третьего)... Дала мне стакан перед ограблением банка. Закончилось действие зелья где-то в момент ее смерти.Ты понимаешь, что это значит?! Она спасла меня! В тот день я мог умереть тысячу и один раз! А умерла она! - Гарри, после минутной эмоциональной вспышки, замолчал, и не говорил долго. Драко, оторвавшись от еды, внимательно следил за Поттером. Взгляд слизеринца выражал жалость, сострадание, понимание, чего никто и никогда не мог ожидать увидеть от жестокого Малфоя. Затем Гарри продолжил спокойным тихим тоном, словно эти слова касались кого-то другого, не его, словно сказанное не причиняло ему душевную боль, не сыпалось солью на свежую рану.
-Она поняла, что любит меня, она мечтала и хотела, чтобы я поцеловал ее тогда. Но я не смог. Я струсил, оправдываясь тем, что она встречается с Роном. Хотя я видел ее глаза, видел, что они с Роном постоянно ссорятся... Как будто что-то залепляло мне разум. "Я не знаю, может быть в моей жизни будет много счастливых событий, но сегодня, танцуя с Гарри, я ощутила, что счастье так близко - только преодолей пять сантиметров между губами, и улетишь далеко, закончатся все проблемы... Я вся горела. Медленный танец казался мне бешеной пляской - так стучало моё сердце! Что-то безумное охватило меня: я готова была отдаться ему вся... Моя душа и до этого всегда, да, я не побоюсь сказать этого! - всегда принадлежала ему, а сегодня... Я пыталась намекнуть ему: даже свитер сняла, но он слишком правильный, чтобы перешагнуть эту черту. Он любит Джинни, и даже не допускает мысли, что его лучшая подруга может желать нарушить гармонию их отношений. Что ж, мне будет достаточно роли подруги, которая пойдёт с ним рядом до конца. Я не ревную Джинни к нему - они достойны быть вместе. Наверное, это даже судьба, ведь он недаром спас ее от Волдеморта на втором курсе. Я знаю одно: никогда раньше я не была так беспредельно счастлива! Конечно, между нами ничего не было: я первая отстранилась от поцелуя, который мог вот-вот быть, и убежала в лес, плача. Как мне хочется, чтобы Гарри списал это на чувства к Рону, подумал... что угодно бы он подумал, но не догадался о буре в моей душе! Впредь я не допущу такого опасного балансирования на грани дружеских и любовных отношений, стану избегать разговора об этом, самом счастливом, дне моей жизни. Я поняла самое главное: для меня нет большего счастья, чем быть полезной и нужной Гарри."
Эмоции переполнили Поттера: он даже не обратил внимания и не порадовался тому, что ритуал феноменальной памяти прошёл правильно, и он запомнил дословно текст из дневника.Больше он не мог говорить спокойно:
-Ты понимаешь, что я делал?! - Я мучил ее своим присутствием, неблагодарно пользовался ее помощью, эгоистично не замечая ее чувств! Я настоящая скотина, если позволял так страдать из-за себя и своих проблем. А она простила, оправдала и забыла все то дурное, что я сделал. Я...
-Постой, - перебил его Драко, вставая со своего места и подходя к Гарри. - самобичеванием ты ничего не добьешься, и дойдешь, разве что, до сумасшествия. Тебе срочно нужно найти новую цель в жизни. И чем более масштабной она будет - тем лучше. Помнишь, Гермиона боролась за права домовых эльфов? - Ты можешь продолжить дело П.У.К.Н.И. Конечно, это ребячество и глупость, более того, каждый раз будет напоминать о ней, поэтому нет: нужно будет найти другую цель. Я знаю: ты не стремишься к славе, но, став всемирно известным игроком в квиддич, ты отвлечешься от... Хотя ладно, кого я обманывают? - это не цель и не выход. Отоблевейтить себя? - тебе последние семь лет полностью стереть придётся. Я не знаю, чем ты сможешь теперь жить, но одно скажу точно - суицид и сумасшествие не выход, пусть и приходят первыми на ум в списке возможных действий.
Живое сочувствие Малфоя поразило Гарри: именно сейчас его отца осуждают на смерть, а он утешает врага, буквально вытаскивая из ямы отчаяния. Поттер успокоился, по крайней мере внешне он казался таким, и заговорил уже твёрдо:
-У меня есть цель в жизни. Пока я не готов ее сформулировать, но знаю, что должен жить дальше. Спасибо тебе за сопереживание и помощь. Мне нужно стать менее эмоциональным, и я добьюсь этого. Но откуда ты знаешь про П.У.К.Н.И.? - неожиданно сменил тему Поттер.
-О-о! Я много чего знаю!- неопределенно отозвался блондин. - И П.У.К.Н.И. не исключение. Знаешь, если бы Волдеморт (он произнёс это имя и не вздрогнул) больше интересовался моей скромной персоной, а я бы хотел ему что-то сказать, ход истории мог бы круто измениться. Меня спасло одно: Тёмный Лорд не пытался проникать сквозь мои ментальные блоки, считая меня достаточно запуганным и откровенным.
-Мен...Ментальные блоки? - запинаясь, спросил Гарри. -Ты владеешь оклюменцией?
-Я не профессионал, скажу откровенно, но азы мне даны.
-Северус Снейп пытался обучить меня чему-то, но у него ничего не вышло, вернее, я так ничему и не научился.
-Если ты хочешь, я могу объяснить что-то, а заодно сделаю свою ментальную защиту более прочной.
-Да, пожалуй. Всё-таки одному освоить такую магию слишком сложно.
-Не стоит откладывать дело в долгий ящик. Предлагаю начать в ближайшее время. Приступим, как только перестану ощущать слабость от соседства с дементорами. Гадкие все-таки твари. Прости, что подтрунивал над тобой на третьем курсе.
-Ладно, забыли, - примирительное сказал Гарри. - А чему ещё ты можешь меня научить?
Ну... - задумался блондин. - Честно сказать, немногому. В основном меня штудировали по Непростительным и этикету. Уже с меньшим усердием учили математике, и то на таком уровне, чтобы я мог деньги считать. Крестный варил со мной зелья, но достаточно редко, когда позволял его плотный график. Вот, собственно, и все, что я знаю сверх школьной программы.
-Не густо, - заключил Поттер. - Но знание этикета мне все же не помешает. Тем более, что с недавних пор я стал Лордом.
-Да, тогда тебе действительно стоит знать этикет. Это намного проще обучения оклюменции, поэтому я могу рассказать что-нибудь сразу после завтрака.
-Отлично! - подытожил Гарри. - Кикимер! - позвал он домовика.
-Кикимер слушает. - материализовался эльф. - Что угодно Лорду Блэку?
-Ты можешь появляться в любом месте Хогвартса?
-Так точно, сэр.
-Тогда будь добр, перенесись на восьмой этаж к портрету Варнавы Вздрюченного. Пройдись трижды вдоль стены, думая о комнате с мраморным гробом, в котором лежит Гермиона. Я не знаю, может твоя магия работает по-другому, но попробуй попасть в Выручай комнату. Там ты найдешь тело мисс Грейнджер. Приготовь, пожалуйста его для погребения. Справишься?
-Конечно, хозяин! - заверил Кикимер и испарился.
— Ты нашёл ее? — поинтересовался Драко. Гарри кивнул, но Малфой понял, что говорить на эту тему Поттер не хочет, вернее, не может. До конца завтрака они молчали. Доев последний тост, Поттер сказал: «Пойдём!» Затем встал из-за стола и направился в кабинет. Драко допил остатки чая и пошёл за Поттером. Оба молодых мага расселись в креслах, и урок начался. Малфой говорил неспешно, вспомнив свою манеру растягивать слова, будто повествуя давно известную всем историю, а не новый параграф. Он сидел вальяжно положив ногу на ногу и покачивая рукой в такт рассказу. Это напомнило Гарри прежнего высокомерного слизеринца. Он подавил улыбку и, сев поглубже в мягкое сидение, стал слушать. Драко говорил интересно:
— Не знаю, имел ли ты представление о магловском этикете, воспитываясь у родственников, но магический этикет подразумевает не только знание хороших манер из области «Как вести себя за столом», хотя и это, конечно, тоже, но самое главное — знание магических порядков, и если не хочешь соблюдать их, то хотя бы не нарушай. Я говорю о Дуэльном кодексе, Кодексе Магической Чести, Родовом кодексе и нескольких других. Каждый уважающий себя маг обязан прочесть их и знать основы. Я думаю, ты справишься с этим сам, а пока изучим так называемый «придворный этикет». Он подразумевает титулованное обращение к волшебнику. Например, к Лорду или Леди обращение мага с таким же титулом будет «милорд», наследников и второстепенных членов рода, к которому принадлежит Лорд или Леди «Мой Лорд», наследники и второстепенные члены других родов имеют право обращаться «Лорд такой-то».
На удивленный взгляд Гарри, Драко ответил:
— Я слышал, как твой домовик называет тебя «Лордом Блэком», при этом каждому понятно, что ты и Лорд Поттер тоже. Остаётся выбрать из этих двух родов древнейший и благороднейший. В твоём случае, это род Поттеров. Я мало что знаю о нём, потому что мне задавали изучение «тёмных» семей. Но, когда однажды я наткнулся на том «Самые древнейшие и благороднейшие рода магической Британии», я был потрясен, узнав, что Поттер стоят выше Блэков, Малфоев, и Лестрейнджей. А теперь делюсь этой информацией. Кстати, ещё один момент: домовики, если хотят назвать титул хозяина, то называют тот, к дому которого они принадлежат. Так что Кикимер, называет тебя Лордом Блэком не потому, что этот род ему больше нравится, а потому что только такой титул и имеет право называть. Ну, что ещё? А, общие обращения: «сэр», «мэм», «мистер», «миссис» и «мисс». Они употребляются в двух случаях: во-первых, когда титул неизвестен, а во-вторых, когда титула нет. Ну, употребление этих обращений тебе известно. Ладно, я заболтался, и у тебя, наверное, есть дела?
— Да, и я хотел спросить тебя, не знаешь ли, где можно найти скульптора, готового сделать надгробный памятник?
— Поищи в Лютом. Там всегда есть такие мастера.
— Что ж, так и сделаю. А пока библиотека, Кикимер, лаборатория и вообще весь дом в полном твоём распоряжении.
— С твоей стороны неосмотрительно доверять все своё добро школьному врагу, пусть и бывшему, — не удержался от язвительности Драко.
— А ещё неосмотрительнее было спасать твою задницу и отдавать палочку, рискуя гораздо большим, чем одним из домов, — парировал Поттер.
— Ну, ладно, я, собственно, не против такого быстрого налаживания контакта.
— Я тоже, — отозвался Гарри.
«Пока!» — бросил он Малфою и трансгрессировал. Драко, оставшись один, сел в кресло в кабинете Гарри и задумался. Ему с трудом верилось в то, что многолетняя вражда так незаметно растаяла. Прошлое казалось страшным неправдоподобным сном, от которого только сейчас удалось очнуться. Драко видел искренность и какое-то детское наивное доверие во всех поступках Гарри, и ему хотелось отвечать тем же. Научить Поттера этикету было его сердечным желанием. Всегда окруженный толпой холодных, жестоких людей, Драко разучился проявлять душевные порывы. А здесь в течение пятнадцати часов нехитрых дум и разговоров, Малфой увидел свет. И пусть впереди жизнь не давала просветов: он сбежавший преступник, влюбленный в девушку, которая никогда не обращала на него внимания, Драко ни секунды не сомневался: жить стоило! Зачем? Как? Почему? Его не интересовало, он не лелеял себя несбыточными надеждами на оправдание и взаимность. Просто был свет новой дружбы, о которой он давно мечтал. Одна детская исполнившаяся мечта грела таким ярким теплом, что Драко ощущал себя счастливым.
Гарри очутился в Лютом переулке. Это мрачное место нисколько не изменилось с тех пор, как они с Роном и Гермионой были здесь в последний раз: чёрные люди без цели шатались по грязной улице, кидая на всех недобрые взгляды или пряча своё лицо в складках оборванных мантий. Несмотря на то, что где-то скрипели двери, ворчали прохожие, шаркали ноги, улица была словно мертва, а то движение, которое всё же существовало, напоминало жизнь инферналов. Пусть и одетый в чёрное, Поттер явно выделялся из этой амёбоподобной массы. Его появление привлекло всеобщее внимание: со всех сторон его стали обступать оборванные старики и старухи, злобно сверкая потухшими глазами:
— Ты, видимо, заблудился, молокосос, — грубо окрикнул его сзади один из прохожих. Поттер оглянулся: перед ним стоял оборванный волшебник, скалящийся беззубым ртом, и явно желавший поживиться чем-нибудь. Этот человек сказал только одну фразу, но и она уже зародила в Гарри такую злобу ко всем этим ничтожным пьяницам, ворам и просто бездельникам! «И ради них умирала Гермиона?! Что они сделали в своей жалкой жизни?! Почему они, эти отвратительные людишки, живут, в то время как достойные люди погибают? Ничего их не волнует и не интересует! А они живы! Гермиона могла сделать так много, но она не успела! Из-за меня! Пусть я был неблагодарным и не увидел огонёк ее чувств, но теперь, когда иду отдать ей последний долг, они мешаются под ногами, одёргивают, оскорбляют. Нет, не меня. Что мне? Они оскорбляют её!» — стали мелькать сумбурные мысли. «Levіcorpuѕ!» — про себя произнёс Гарри. То ли от раздражения, то ли ещё от чего-то, но у Гарри получилось невербальное заклинание, и грубый старик повис в воздухе вверх ногами. Толпа от этого неожиданного действия подалась назад.
— Не думаю, что вам стоит вмешиваться в мои дела! — гневно заметил Поттер. — Какое вам вообще дело до того, что, где и как я делаю?! Вас не интересовало дело победы! Вам плевать на то, кто погиб из-за вас! Так дайте мне помнить это! И не мешайте! Слышите?! Не мешайте! — Беспричинная вспышка поразила толпу: узнав во вспыльчивом юноше Гарри Поттера, волшебники стали расходиться, подчеркнуто вежливо кланяясь при этом. С презрением Гарри отметил лицемерие этих людей. Но былого раздражения уже не было. Он винил себя за несдержанность, глупость, понимая, что гнев его был нелеп. «Liberacorpuѕ!» — отменил действие своего заклинания Поттер. И не заботясь о том, насколько мягко приземлился на мостовую несчастный волшебник, пошёл по грязному переулку вдоль мрачных силуэтов, витрин и домов. Он шёл достаточно долго, но никакого намека на мастерскую скульптора не было: лишь неприметные заброшенные лавочки с сомнительным товаром и без названий. Это уже порядком надоело нетерпеливому Поттеру, и слова слизеринца начинала казаться ему розыгрышем, когда в переулке показалось здание с вывеской "Охотник на боггартов, гномов и других вредных существ". Впереди были развешаны около десяти названий магазинов, что вселило в Гарри небольшую надежду на то, что этот визит не окажется напрасными. Пройдя ещё несколько лавок, он увидел то, что искал: «мастерская Оливера Фрайтона: изготовление памятников». Юноша вошёл в ветхую дверь, которая ужасно заскрипела и чуть не слетела с петель и очутился в небольшом захламленном помещении среди множества бюстов, статуй и статуэток. Хозяина нигде не было видно, поэтому Гарри пришлось объявить о своём присутствии: «Мистер Фрайтон? Могу ли я заказать у вас памятник?» В соседнем помещение послышалось недовольное ворчание, шарканье и скрип пословиц. В дверном проёме показался старик с редкими растрепанными седыми волосами, щетиной и в полинявшей мантии странного серого цвета. «Вот принесла нелёгкая кого-то в такую рань!» — (а было уже около часа дня)донеслось до Гарри бормотание старика, явно не предназначенное для его ушей. Вдруг мастер вспомнил, что к нечастому заказчику нужно относиться с радушием, поэтому уже в следующий момент скульптор улыбался во все четыре зуба. Его улыбка скорее походила на оскал, чем на знак приветствия, но Гарри понял, что его пытаются принять хорошо:
— Рад видеть вас, молодой человек. Что желаете заказать? — дальше его вежливая фраза превратилась в ворчание. — А, чёрт, любопытный молокосос, не имеющий ни кната за душой... Прогнать бы его без церемоний в шею, и дело с концом! — Гарри смог разобрать последний слова, хотя они и были сказаны тихо под нос, поэтому поспешил объявить о цели своего визита скорее, чем старик приведёт в исполнение желание выставить его. Искать другую мастерскую совсем не хотелось:
— Мистер Фрайтон, я бы хотел заказать надгробный статую в виде девушки, желательно с портретным сходством, из белого мрамора. А также гроб из этого же материала.
— Кхм... А деньги у вас есть, молодой человек? — грубо поинтересовался мастер, но сразу исправился. — Я только хотел спросить: своевременной ли будет оплата?
— Да, я полностью оплачу заказ, когда он будет готов, а аванс внесу сейчас, предварительно обговорив детали.
— Хорошо-хорошо, - сразу оживился старик. - Вы говорите, должно быть портретное сходство, а сам портрет где?
— Минуту, я сейчас достану. — ответил Поттер, вытаскивая из бисерной сумочки фотоальбом, когда-то подаренный Хагридом. Он листал страницы, выбирая колдографию Гермионы. Наконец он нашёл то, что искал: небольшой магический снимок, сделанный Колином Криви во время занятий в АД. На ней была изображена подруга, выпустившая свой первый Патронус. Она улыбается, глядя на белую дымку, выпущенную ею. На этой колдографии Гермиона была одета в обычную гриффиндорскую форму с палочкой на изготовку: ничего особенного, необычного. Но Гарри и не искал этого, ему нравилась простота их прощания: никакого роскошного церемониала, вычурности и вместе с тем искусственности — временная разлука, не более. Юноша протянул снимок скульптору, говоря:
— Вот какую скульптуру я хочу заказать, мистер Фрайтон. Можете ли вы изготовить это?
— В принципе, ничего сложного нет. — отозвался мастер. — Дело остаётся за оплатой: чем выше цена, тем качественнее и быстрее будет выполнено изделие.
— Сколько будет стоить работа, если мне нужны готовая статуя и гроб к пяти часам вечера?
— Тысячу галеонов! — Поттер осознавал, что скульптор немало завысил цену, но торговаться ему не хотелось: для Гермионы ему ничего не было жалко.
— Хорошо, я согласен. Пятьсот галеонов вы получите сейчас, остальное по окончании работы. — С этими словами юноша вытащил из невидимого кошелька галеоны. Отсчитав положенные пятьсот монет (все-таки магловские банкноты в этом плане удобнее металлических денег!), попрощался со скульптором и вышел. До пяти часов у него было предостаточно времени, чтобы изучить то, что он запланировал. Гарри трансгрессировал на Гримо, где его дожидался Драко. Слизеринец читал какой-то журнал по квидиччу, который приходил сюда каждый месяц, потому что Рон выписал его для друга. Вспомнив о том, что неплохо бы стать анимагом (в одиночку это сделать во много раз сложнее, чем с компанией), Поттер предложил Драко:
— Как тебе идея научиться превращаться в животное?
— Стать анимагом? — меланхолично переспросил блондин. — Ты серьёзно, Поттер? Зачем? — а потом, немного помолчав, сказал. — Хотя, может, ты и прав: кроме как в зверином облике мне нельзя появляться на людях. По крайней мере, в магическом мире.
— То есть ты не против? — уточнил Гарри.
— Пожалуй, не против: все равно делать больше нечего. А ты хоть представляешь, как это делать.
— Ну-у, как тебе сказать? Я читал книжку из запретной секции в Хогвартсе. Но этого мало: нужно поискать что-то и здесь.
— Тогда пошли. — не особенно охотно согласился Малфой. Походив вдоль стеллажей минут пять, они достали несколько книг: «Как стать анимагом?» (такую же Гарри читал перед похоронами), «Будущий анимаг» и несколько других, похожих. Открыв «Будущего анимага», где пошагово были прописаны необходимые действия, Гарри увидел на полях множество карандашных пометок, а на первом форзаце подпись владельцев: «Собственность Мародеров».
«Мерлин! По этой книге учились папа и Сириус!» —понял Гарри, даже не вспомнив про Питера, и стал внимательно читать главу с названием «Шаг 1» Написано было на удивление просто, поэтому Поттер не долго читал инструкцию. При этом юношу сильно интересовали пометки на полях. Вернее, это были не пометки, потому что к анимагии они не имели никакого отношения: «кипятительная таблетка», «мусс для нюниусовых волос «Голубая принцесса»», «Левикорпус»: отомстить слюньтяю его же монетой (и грязные трусы стянуть!)», «подарить Эванс цветы, а потом отнять, чтобы согласилась пойти на свидание: иначе, мол, не верну лилии...» и т.п. Много труда не составило догадаться, чем параллельно занималсиь предыдущие владельцы книги... Эти «научные записи» Гарри читал с большим интересом. Но неожиданно его отвлёк Малфой, так и не выбравший из оставшихся книг ту, которая заслуживает его внимания: «Так что там написано?» — «Где? —не понял Гарри.— А, ну для начала... Здесь дан тест, формулы и данные, которые помогут определить анимагическую форму. Давай узнаем, кто мы?»
Получив утвердительный кивок в ответ, Поттер пошёл в кабинет, сел за стол, призвал пергаменты, перья и чернила, после чего приступил к работе. Драко последовал его примеру, и молодые волшебники записали пол, рост, вес, цвет глаз, цвет волос, магическую составляющую волшебных палочек, анимагическую форму родителей (если есть) и проч., и проч. На это ушло порядка сорока минут (что очень утомило Гарри, как ни странно), и, наконец, они готовы были сказать друг другу результаты:
— Эм,—произнес Драко.—Я не знаю, кто я: вероятность того, что я стану котом - пятьдесят процентов, но с такой же вероятностью я могу стать снежным барсом.
—Ага. У меня тоже самое. Посмотри: я на пятьдесят процентов лев, и на столько же лебедь.
—Может быть, мы ошиблись в расчетах?—предположил Малфой.
—Я проверял дважды: ошибок нет, но случай странный: такую вероятность никто не предусмотрел: девяносто и десять, восемьдесят и двадцать, сто и ноль…всё. Больше вариантов здесь не дано.
—Может быть, у нас нет способностей к этому?
—Это исключено, потому что отец мог превращаться в оленя. Я думаю, нам стоит рискнуть несмотря ни на что. Как думаешь?
—Ты, Поттер, как всегда в своей манере: "Всё-не-как-у-других". Даже я заразился!—шутливо обиженно ответил Драко. —Куда я денусь? Раз уж тебе втемяшилось что-то в голову, мало кто может переубедить.
—Вернее уже никто,—добавил Гарри, на минуту погрустнев.
—Так что делать дальше?—напомнил блондин.
—Всё. Пока ничего.«Шаг 1» выполнен. Предлагаю продолжить завтра, а пока вспомнить зельеварение.
—Нет-нет, спасибо. Не очень люблю этот предмет: резать наипротивнейшие ингредиенты и при этом не терять внимания... Я уж лучше про квиддич почитаю. Там про Германскую сборную пишут. Сильная команда, не поспоришь! Ладно, удачи тебе - грызи гранит науки, а я пойду. Когда обед-то?
—Не знаю, в три, наверное.
— Понятно, недолго осталось.—заключил слизеринец и вышел. Гарри достал книгу Салазара Слизерина по зельям и стал читать. Но запомнить ему удалось только три страницы с ингредиентами, после этого на него навалилась какая-то неестественная усталость, а голова стала раскалываться от резкой боли. В начале юноше показалось, что шрам вновь заболел, но боль была другой. Гарри пытался не обращать на неё внимания и запоминать свойства растений, однако боль только усиливалась, не давая сосредоточиться. Это вынудило молодого мага оставить занятия и принять обезболивающие зелье, которое абсолютно не помогло. Отчаявшись унять боль и не имея аппетита, Гарри некоторое время бесцельно ходил по особняку. В три часа звавший хозяина обедать, Кикимер получил отказ. Наконец боль ушла, и Гарри не ощущал ни слабости, ни каких-либо других последствий недомогания, словно ничего не было. Случившееся, конечно, немало удивило Поттера, но он посчитал излишним обращать на это внимание. Без пяти минут пять молодой волшебник трансгрессировал к мастерской в Лютом, чтобы забрать заказ. Мистер Фрайтон встретил заказчика любезным оскалом, тщетно пытаясь изобразить искреннее радушие. Однако Поттера не волновало как к нему относится скульптор: у него была конкретная цель, достижению которой не мешала искусственная любезность:
— Здравствуйте ещё раз, мистер Фрайтон. Как вы, наверное, помните, я пришёл оплатить и получить мраморные скульптуру и гроб. Надеюсь, вы их изготовили?
—Разумеется,—заверил скульптор.—Вот здесь, за этим бюстом, ваш заказ. Оцените.
Посмотрев в указанном направлении, Гарри обнаружил скульптуру из белого мрамора:точь-в-точь Гермиона, такая, какой он знал и постоянно видел её. Конечно, не было живых карих глаз, пушистых кудрей медового цвета и вообще это была только копия,хорошая, но неживая копия. Рядом стоял небольшой белый, накрытый крышкой гроб, который явственно напоминал, для чего приготовлена эта скульптура.
—Спасибо, я доволен выполнением заказа.— заключил Поттер.—Возьмите, пожалуйста, оплату. Отсчитав нужное количество галеонов, Гарри уменьшил заказ до размера спичечного коробка и вышел из мастерской, не слушая глухое ворчание скульптора. Теперь предстояло преодолеть путь в Хогвартс до Выручай-комнаты, причём, желательно, без лишних встреч. Под «лишними» он подразумевал любые столкновения с волшебниками. Как наиболее удобный способ проникнуть в школу, юноша посчитал проход через Дракучую иву (на этом пути была наибольшая вероятность никого не встретить) и, недолго думая, трансгрессировал к Визжащей хижине. Как можно скорее пройдя через небольшую избу и подземный ход, чтобы меньше вспоминать моменты, связанные с этим местом, Гарри очутился под своевольным деревом, которое непременно ударило бы мага огромной веткой, если бы Поттер вовремя не заблокировал его. Надев для верности мантию-невидимку, Гарри быстро преодолел расстояние до дверей школы, поднялся по знакомым коридорам до восьмого этажа, прошёл вдоль зачарованной стены три раза, сосредоточенно думая о месте с мраморным гробом. Комната без лишних проблем открылась. Там ничего не изменилось: стены из серого камня и одинокая мраморная гробница с телом подруги. Гермиона лежала так, словно и не умерла, а тихо и безмятежно спала. Сняв мантию-невидимку, Гарри взял на руки хрупкое тело подруги и незамеченным вернулся в Визжащую хижину, откуда трансгрессировал к месту незабываемой стоянки, где от них ушёл Рон и они были ближе всего к счастью, но испугались его. Самому рыть могилу, как для Добби, у молодого волшебника просто не было моральных сил. Именно поэтому он применил заклинание лопаты. Затем вытащил из бисерной сумочки памятник и гроб, придав им исходный размер. Потом он поднял тело Гермионы с земли, куда он положил его во время приготовлений, и опустил в мраморную постель, где она будет ждать его возвращения. После этого Поттер опустился на колени около подруги, нет, около любимой девушки, и заговорил:
—Прости, родная, за всю боль, которую я причинил тебе, не замечая очевидного. Я не допущу такого снова. Поверь, своё обещание стать умным и сильным я непременно выполню. Солнышко, мы расстаемся ненадолго: я вернусь за тобой! Тем более, для меня ты живее всех живых! Гермиона... —юноша не смог сдержать слез,—ты и без слов всё это знаешь, а мне больно смотреть на твоё бездыханное тело. Я не могу больше. Прощай! Точнее не так… До встречи, любимая!—и Гарри с помощью палочки отлеветировал крышку гроба, пряча от самого себя невыносимо болезненную картину. Затем он опустил гробницу в яму и засыпал её землёй, а памятник поставил возле могилы. Направив палочку на статую, Гарри вывел золотыми буквами на постаменте: «Гермиона Джин Грейнджер (1980-1998г.г.) Память о тебе будет жить в моём сердце вечно! Спи спокойно, родная, пусть твой сон никто не тревожит!» Потом он наложил некоторые защитные чары. Бросив последний взгляд на могилу любимой, да, именно любимой, юноша как можно быстрее трансгрессировал, чтобы навернувшиеся на глаза слёзы предательски не брызнули. Очутившись в столовой особняка Блэков, где, по счастью, не было Драко, Поттер дал волю слезам. Их ничего не могло остановить: ни вера в то, что их разлука не вечна, ни сознание, что Малфой может увидеть его таким жалким. В эту минуту Гарри просто оплакивал своё горе: "Драко оказался прав, говоря, что с потерей любимого человека смириться тяжелее, чем с какой бы то ни было другой. Да что там тяжелее? Просто невозможно!"
***
Поттер не помнил, как и когда лег спать вчера, но проснулся он в своей кровати около 4-х утра. Усталости он не ощущал совершенно, поэтому пошёл умываться, ругая себя за то, что его угораздило подняться ни свет ни заря. И тут его осенило: он хотел полететь в Австралию искать родителей Гермионы и вернуть им память. Учитывая эти обстоятельства, он встал как раз вовремя. Уже через час юноша был полностью готов: трансфигурированная спортивная сумка вместила несколько комплектов магловской одежды, сумочку Гермионы, карту Мародёров, волшебную палочку, мантию-невидимку и бутылку воды. Кикимер получил распоряжение относительно Драко, которого в отсутствие хозяина необходимо было слушаться. Также эльф должен был объяснить Малфою, что хозяин ненадолго уехал по личным делам (всё же полная искренность была неуместна). Затем Гарри вышел из дома на Гримо и поймал чёрное такси, попросив довести его до аэропорта. Поездка прошла против обыкновения без приключений, поэтому в 5:30 утра юноша стоял в зале аэровокзала, глядя на расписание рейсов. Видимо, везение на самом деле иногда ему сопутствовало, потому что самолёт Лондон-Сидней вылетал через полчаса, а сейчас как раз шла регистрация. И тут он осознал одну очень простую вещь: магловские документы так и остались у Дурслей, которые поселились в неизвестном для него месте.
«Неужели я упущу такую возможность?»— застучал в мозгу вопрос.
«Гарри, ты великий волшебник!»—ответило голосом Гермионы давнее воспоминание с первого курса.
«Подделать?!»— ужаснулся своим мыслям Поттер.
«А ещё кто-то совсем недавно банк ограбил, магловский магазин разнёс. Так в нашем мире поступают самые законопослушные граждане». —совсем не вовремя напомнило сознание ироничную фразу Кингсли.
«Что ж, пополним список своих преступлений»—решил Гарри и пошёл прямо к регистрационной стойке, где стояли пассажиры, улетающие рейсом Лондон-Сидней. То, что необходимо было сделать сразу всплыло в сознании: в первую очередь, Гарри наложил отвлекающие чары, что в данном случае было удобнее мантии-невидимки, затем, направив палочку на документы, которые невысокий черноволосый человек протягивал сотруднице аэропорта, произнёс «Magіc copy». Это необычное заклинание он не раз слышал от Гермионы, которая таким образом копировала бесконечные страницы фолиантов.
Уже в следующее мгновение в руках Гарри оказались копии паспорта, визы и билета на имя некого Дениела Олдена. Копия получилась отлично: человек, не владеющий магией, не нашел бы ни одного видимого отличия. Конечно, заклинание сработало, но этого было недостаточно: Гарри не был похож на этого Остина как минимум тем, что имел растрепанную черную шевелюру вместо лысины. Более того, юноше едва можно было дать восемнадцать, а г-ну Олдену было сорок пять. Чтобы исправить эти явные несовпадения, Гарри завернул в небольшой переход, ведущий к двери с табличкой "Служебное помещение".



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Понедельник, 23.03.2015, 17:13
 
angel812Дата: Понедельник, 23.03.2015, 16:40 | Сообщение # 40
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Очень хочу услышать отзывы))


— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
Frau_IreneДата: Понедельник, 23.03.2015, 16:48 | Сообщение # 41
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата angel812 ()
Гермиона Джейн Грейнджер

Джин - как и её маму))

Цитата angel812 ()
Очень хочу услышать отзывы))

Своеобразно...
Лишь бы обратный ход всё исправил.



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
angel812Дата: Понедельник, 23.03.2015, 17:08 | Сообщение # 42
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата Frau_Irene ()

Джин - как и её маму))


Учту и исправлю) Спасибо)) Вот только насчет имени мамы: я сочла возможным назвать ее по-другому. И об этом целая история в следующих главах))

Цитата Frau_Irene ()
Лишь бы обратный ход всё исправил

Не очень поняла, что вы имеете в виду(. Поясните, пожалуйста))



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Понедельник, 23.03.2015, 17:09
 
Frau_IreneДата: Понедельник, 23.03.2015, 17:19 | Сообщение # 43
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата angel812 ()
Вот только насчет имени мамы: я сочла возможным назвать ее по-другому.


Ваше право. Просто обычно вторым именем идёт имя одного из родителей - у девочек имя матери, у мальчиков - соответственно - имя отца.
А имя Грейнджер - Гермиона Джин - так в завещание Дамблдора было указано. Я от
этого танцевала.
Цитата angel812 ()
Не очень поняла, что вы имеете в виду

разве у Вас не будет таймтревела?
Прошу простить, если неправильно поняла.



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
angel812Дата: Понедельник, 23.03.2015, 17:54 | Сообщение # 44
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата Frau_Irene ()
разве у Вас не будет таймтревела?
допустит ошибок, совершенных в этой реальности.

Будет тайм-тревел)) будет) И, естественно, Гарри там не допустит ошибок, совершенных в этой реальности)) Более того... Ой, нет, я не буду кидать спойлеров)



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
footballfanДата: Понедельник, 23.03.2015, 18:18 | Сообщение # 45
Друид жизни
Сообщений: 153
« 24 »
Цитата angel812 ()
Очень хочу услышать отзывы))

а вот даже не знаю, что сказать-все нравится, жду развития событий, все же до самого тайм-тревела эти главы скорее как аперитив перед основным блюдом. Так что ждем, что дальше smile happy



All in all it's just another brick in the wall.©
 
angel812Дата: Вторник, 24.03.2015, 14:09 | Сообщение # 46
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата footballfan ()
все нравится, жду развития событий


Спасибо за приятный отзыв)) Вот выкладываю новую главу, надеюсь, сюжетный поворот вам понравиться)))



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
angel812Дата: Вторник, 24.03.2015, 14:12 | Сообщение # 47
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Глава 7-8. (на самом деле глава одна, но из-за большого объема и проблемы с логичным разграничением текста применила такую нумерацию)
В безлюдном месте аэропорта, молодой волшебник наложил единственные иллюзионные чары, какие знал до этого момента. Если бы предметы проходили магическую проверку, то жалкая копия была бы сразу распознана, но документы должны были видеть маглы, что значительно упрощало дело. Теперь «Гарри Джеймс Поттер», родившийся «31.07.1979» (настоящий год его рождения -1980), проживающий по адресу «Соединенное королевство Великобритания, г. Литтл-Уингинг, Тисовая ул.,4» и выглядящий как семнадцатилетний юноша, торопился к регистрационному пункту.
На досмотре не возникло никаких нареканий, несмотря на то, что в багаже была бездонная сумочка и мощнейший магический артефакт – Бузинная палочка. За пять минут до вылета, Поттер сидел в кресле у иллюминатора и терзался одной-единственной мыслью: «Почему мне так необходимо туда лететь? – Нет, я знаю, что должен вернуть память родителям Гермионы, но что мне мешало найти Дурслей, взять у них настоящий паспорт, заранее купить билет, оформить визу? Разве время не ждет? Зачем эта неясная поспешность?»
Гарри так и не нашел ответы на свои вопросы, когда в проходе появилась молоденькая стюардесса, объяснявшая правила безопасности в самолетах. Юноша заинтересованно стал ее слушать: все-таки летать на этом маггловском транспорте ему еще не приходилось. На метлах летал, на фестралах тоже, даже на летающем мотоцикле, на фордике и Клювокрыле он разрезал толщу неба, а вот в самолете еще не разу. Поттер любил летать. Захватывающее чувство полета он оценил с первого курса. Это ведь так прекрасно – чувствовать себя в воздухе, ощущать на себе порывы ветра, тонуть в неизмеримом воздушном просторе…
Загоревшаяся надпись «Пожалуйста, пристегните ремни. Наш самолет взлетает!» вернула его в действительность. Он выполнил указание как раз тогда, когда воздушный корабль, разогнавшись, оторвался от земли. Вопреки ожиданиям, полет не приносил особого удовольствия. Скорее, даже наоборот: возникло неприятное ощущение, заложило уши и заболела голова. Постепенно дискомфорт прошел, но Гарри ясно осознал, что привычные магические средства перемещения его устраивают гораздо больше.
Как выяснилось, лететь предстояло 16 часов. Устроившись поудобнее в кресле, Гарри достал книгу Салазара Слизерина и начал читать. Но не прошло и трех часов беспрерывного запоминания (ведь ритуал подразумевал автоматическое сохранение информации в мозговых «папках»), как голову пронзила резкая давящая боль, совсем такая же, как и днем раннее.
«Что это за проклятие? – сквозь болезненные спазмы думал Поттер. – А ведь и в прошлый раз я читал именно эту книгу!» - пришла догадка. Юноша положил фолиант в сумку и попробовал задремать. Но боль не позволила этого сделать: в течение часа Гарри испытывал непонятную слабость, не позволяющую размышлять. Складывалось неприятное ощущение, будто в голове абсолютная пустота и нет ничего, кроме пронизывающей насквозь резкой боли.
Спустя час (если бы Поттер засек время, то понял бы, что прошел именно час и ни минутой больше), голова прошла, словно ничего и не было.
Между тем, по телевизору стали показывать фильм. Гарри решил его посмотреть, потому что название заинтересовало – «Назад в будущее – 2». Ну и что, что первую часть он не смотрел: сейчас все равно делать нечего.
«Мерлин всемогущий! – подумал Поттер, когда на экране замелькали титры. - Время! Наверное, это самое загадочное явление, которое кто-либо когда-либо мог себе представить: человек может его измерять столетиями, годами, месяцами, минутами и даже секундами, но не в силах познать его законов. Еще никто не постиг стихию времени, и магловская фантастика только доказывает это. Маги, конечно, знают больше – ранее существовали даже маховики времени, но теперь они все уничтожены… А если бы можно было вернуться назад в прошлое и предотвратить смерть Гермионы, Фреда, Добби, Люпинов, Колина, Сириуса и …родителей… о чем это я? Не стоит тешить себя призрачной и глупой надеждой!» - после этого волна грусти накатила на юношу, и он впал в задумчивую дремоту.
Но мысли о времени не покидали Гарри. В голове крутились обрывочные фразы из воображаемых разговоров с Гермионой и Сириусом (а как еще назвать беседы с умершими). Юноша вспомнил, что выбрал между прошлым и будущим последнее и, кажется, стал догадываться, с чем связан его выбор. Но существовала «маленькая» преграда, которую Гарри не мог не замечать – как он сможет вернуть время вспять, если никто до него не смог? Ни сам Мерлин? Ни Основатели? Что о себе возомнил этот жалкий придурок, который сам же вместе с друзьями уничтожил, пусть и не специально, единственное средство – маховик времени?! И новый вопрос: «Помог бы сейчас маховик времени, ведь, по сути, он не дает возможности менять ход истории? Более того, вряд ли хватит магической мощи этого артефакта перемотать ленту времени более чем на 48 часов назад…
Что делать? – волна безотчетного отчаяния нахлынула на юношу. Это было так явно, что на лице изобразилась гримаса боли. Сидящий рядом пассажир сочувственно поинтересовался:
- Молодой человек, вам плохо? Позвать стюардессу?
- Нет – нет, спасибо. Не стоит, – очнулся Поттер. – Я просто, эм, ну, задумался немного. Не обращайте внимание. Извините. - Оправдание было явно глупым, но Гарри это мало интересовало.
До конца путешествия юноша старался не думать о будущем и о настоящем, кстати, тоже. Он окунулся в свои воспоминания и не заметил, как уснул. Проснулся он за час до приземления (это надо же – проспать восемь часов!). Между тем, самолет начал посадку: неприятное закладывание ушей – и приземление.
В зале прибытия Поттер был на двести процентов уверен, что никогда больше не воспользуется «комфортным» магловским способом передвижения: во-первых, до сих пор были заложены уши, во-вторых, кругом сновали огромные толпы народа. Этого было достаточно, чтобы предпочесть порталы, к которым юноша уже успел привыкнуть.
Когда Гарри выходил из здания аэровокзала, то столкнулся с семейной парой - мужчиной, женщиной и маленькой девочкой на руках. Юноша хотел попросить извинения за свою неуклюжесть, но не смог: перед ним стояла Гермиона, только старше лет на двадцать и с голубыми глазами. Гарри не мог произнести ни слова, хотя, именно разговор с этой семьёй и был целью путешествия.
Между тем, миссис Грейнджер (а это действительно было она) не торопилась обходить незадачливого юношу. Вместо этого она спросила:
- Скажите, пожалуйста, молодой человек, я не могла вас видеть раньше?
- Да, вы видели меня, мэм, - замявшись, ответил юноша. - Только я не думал, что вы помните. Впервые это было более семи лет назад.
Ретроспектива:
Окончен первый год обучения в Хогвартсе. Уже подружившееся "Золотое трио" выбегает из поезда на платформу 9 и 3/4. Двенадцатилетняя девочка с копной непослушных каштановых волос просит двух одноклассников познакомиться с ее родителями:
- Гарри, Рон, познакомьтесь, пожалуйста, с моими родителями. Они будут очень рады, когда узнают, что у меня появились друзья.
Темноволосый мальчик с удовольствием соглашается - ему хочется отдалить неизбежную встречу с Дурслями, а рыжий идет неохотно - как он ни любил маглов, общаться до этого с ними не приходилось. И все-таки друзья подходят к семейной паре, улыбающейся при виде любимой дочки. Девочка бросается обнимать родителей:
- Мама! Папа! Как я рада вас видеть! Познакомьтесь: это мои друзья Гарри Поттер, - она указала на брюнета, - и Рон Уизли, - представила рыжего. - Мы учимся на одном факультете и стали друзьями.
- Здравствуйте, - хором поздоровались мальчики.
- Привет, Герми, мы тоже скучали по тебе и очень рады узнать, что у тебя появились друзья, - ответила за себя и мужа миссис Грейнджер. - Меня зовут Элен, а это мой муж – Бренден, - обратилась она к смущенным ребятам.
- Очень приятно, - снова вместе ответили Гарри и Рон.
Молодая женщина засмеялась:
- Вы всегда вместе говорите?
- Нет, мам, разве не видно, что они стесняются? – ответила за друзей девочка. – Я позвала их познакомиться с вами, но им пора.
- Так скоро? – неподдельно огорчился мистер Грейнджер. – Я хотел с вашей помощью узнать больше о школе и вашем мире.
- В следующий раз – обязательно! - заверила девочка. – А сейчас я вам сама все расскажу. Пойдемте! До встречи, мальчики! Постарайтесь не попасть в какую-нибудь историю.
Гермиона помахала рукой и в сопровождении родителей скрылась в толпе. Рон тоже поспешил к матери, а Гарри безо всякого удовольствия направился к Дурслям.
Конец ретроспективы.
Эта сцена семилетней давности за несколько секунд промелькнула перед глазами Поттера. Он не смог сформулировать что-то более внятное, чем:
- Нас познакомила ваша дочь, которую вы, к сожалению, не помните.
Что должна была сделать женщина, услышав подобный ответ? Наверное, покрутить у виска и пройти мимо, но реакция миссис Грейнджер была странной: она сильно побледнела и обратилась к мужу:
- Значит это правда, дорогой.
Стоявший чуть поодаль мужчина, явно понял, о чем идет речь, поэтому обратился с вопросом к Гарри:
- Вы действительно готовы нам рассказать, что случилось с нашей старшей дочерью?
Этот вопрос поверг Поттера в замешательство: «Как они могут помнить что-то, ведь Гермиона наложила на них «Obliviate»?» - пронеслось в мозгу юноши.
-Д-д-а, - после небольшой паузы ответил Гарри, - собственно, за этим я и приехал сюда.
Муж с женой снова переглянулись. Глядя на них, можно было подумать, что они понимают друг друга без слов. А следующая фраза миссис Грейнджер лишь убедила в этом Поттера:
- Нам, действительно, нечего там больше делать: тайну, которую мы хотели узнать в Лондоне, можем услышим здесь. А, положа руку на сердце, отсюда совсем не хочется уезжать.
Мистер Грейнджер кивком подтвердил слова супруги, после чего обратился к Гарри:
- Насколько мы поняли, вы приехали сюда исключительно для того, чтобы рассказать нам о дочери?
- Да, сэр. – Согласился юноша. А про себя подумал "Вот для чего мне нужно было торопиться сюда: чтобы успеть увидеть родителей подруги до того, как они бы уехали"
- В таком случае, мы хотим пригласить вас в гости. У нас есть небольшой коттедж. Там мы сможем узнать все.
-Хорошо, но вы же собирались улетать, не так ли?
- Да, собирались, только теперь в этом нет необходимости. Вы ведь объясните нам, что случилось?
- Конечно, - подтвердил Поттер. – Только не говорите мне «вы». В сущности, мне не так много лет.
- Если тебе так приятнее – без проблем, - заверил юношу мистер Грейнджер. – Пойдем?
Уже в следующую минуту такси везло их по улицам австралийской столицы. Между тем разговор продолжился:
- Мы так и не представились друг другу, - вспомнила миссис Грейнджер. – Меня зовут Элен.
- Я Бренден, - сказал отец Гермионы.
- А я Гарри, Гарри Поттер. Мы уже знакомились с вами, только, к сожалению, вы не помните этого.
- Подожди… Гарри Поттер… я что-то припоминаю, - задумалась миссис Грейнджер.
- Вы когда-то подходили к нам с рыжим мальчиком? Около семи лет назад? – уточнил ее муж.
- Да, - ответил юноша, - только мы были не одни. С нами была Гермиона.
- Так зовут нашу дочь? – спросила Элен.
- Скорее всего да, - высказал свои мысли Бренден, - Тебе всегда нравилось это имя греческой принцессы.
- Вы правы: Гермиона Грейнджер – имя вашей дочери.
- Расскажи о ней все, что знаешь! –умоляюще попросила миссис Грейнджер.
- Где она сейчас? Почему мы о ней забыли? Почему она не приехала вместе с тобой? Она за что-то обиделась на нас? – взволнованно спрашивал мистер Грейнджер.
- Н-нет, - запнувшись, ответил Гарри. - Простите... - больше он не мог выговорить ни слова: знакомый комок подступил к горлу, и юноша отвернулся.
Родители поняли, что все не так просто, как им показалось с первого взгляда. Мистер Грейнджер знаком показал жене, чтобы она не беспокоила парня, хотя и сам испытывал сильное желание поскорее узнать правду.Между тем такси подъехало к небольшому двухэтажному домику, где и жили родители Гермионы. Расплатившись с водителем, мистер и миссис Грейнджер вошли в дом. Гарри машинально пошёл за ними.
Тут он понял, как грубо вел себя с этими добрыми и доверчивыми маглами, которые даже не усомнились в его словах, хотя могли принять за ненормального (как его "любимые" родственники). Пусть он и переживает смерть подруги, но это не значит, что Грейнджерам на это плевать. В конце концов, он летел сюда шестнадцать часов именно для того, чтобы рассказать о судьбе Гермионы, а не оплакивать ее смерть! В это время миссис Грейнджер заговорила:
- Вот здесь мы живём уже около года. Я предлагаю поселиться тебе в гостевой спальне на втором этаже. Можешь пройти туда и посмотреть, а мы пока закажем еду и организуем ужин.
- Хорошо, миссис Грейнджер, спасибо, - только и смог сказать Поттер, про себя благодаря мать Гермионы за такт в общении и понимание.
Пройдя в предложенную комнату, юноша обнаружил простую, но уютную спальню, выполненную в бежевом цвете. Окно из спальни выходил в красивый ухоженный сад, который держали Грейнджеры.
Спустя полчаса ужин был накрыт, и Элен позвала Гарри к столу. Разрезав пиццу, все приступили к еде. Но Поттер ощущал, что от него ждут рассказа, поэтому, собравшись с мыслями, начал:
- Должен сказать вам одну вещь, - взгляды Элен и Брендена устремились в сторону юноши. - Дело в том, что Гермиона необычная девушка. Она волшебница.
Вместо удивления или недоверия, на лицах мистера и миссис Грейнджер проступила печаль.
- Мы поняли, что не могли забыть ее просто так, - пояснил свою реакцию отец Гермионы. - Продолжай, пожалуйста.
- Я совсем немного знаю о ее жизни до одиннадцати лет. Только то, что она родилась 19 сентября 1980 года, училась в магл... ой, в обычной школе, где ее недолюбливали одноклассники за то, что она много знала и получала хорошие оценки. А потом ей пришло письмо из школы чародейства и волшебства Хогвартс, куда зачисляют только волшебников. Там мы и познакомились. Так получилось, что Гермиона, Рон (рыжий мальчик, о котором вы вспомнили) и я попали на один и тот же факультет, стали друзьями...- Гарри без лишних подробностей пересказал их жизнь до седьмого курса. Эта заняло много времени, но мистер и миссис Грейнджер внимательно слушали рассказ юноши.
В это время из соседней комнаты донесся плач маленького ребёнка.
- Мерлин! Я совсем забыла про Изи!- проговорила Элен, вставая из-за стола. - Гарри, пожалуйста, не рассказывай про Гермиону в моё отсутствие.
- Хорошо, не буду, - заверил ее Поттер.
Когда молодая женщина ушла, Гарри обратился с вопросом к Брендену:
- А разве магл.. люди тоже говорят "Мерлин"? Я раньше не замечал этого. Чаще приходилось слышать "чёрт" или "о, боже".
- Нет, маглы (не бойся говорить это слово - мы знаем его значение) не обращаются к Мерлину, как волшебники. Просто мы с Элен не полностью относимся к тем, кто не знает о магии. И дело не в том, что наши дочери - волшебницы. Это, скорее, следствие. Я не буду тебе ничего рассказывать, пока не получу согласие жены. Но, думаю, она не будет против.
- А ведь вы так спокойно отреагировали на то, что я сказал о волшебстве и забытой дочери именно потому, что знали о магии?
- Да, - коротко ответил мистер Грейнджер.- Ты поможешь мне убрать со стола? Просто Элен вряд ли скоро придет: малышка Изи требует много внимания. Тем более уже слишком поздно или слишком рано, чтобы продолжать разговор.
- Конечно, мистер Грейнджер, - согласился Гарри и стал собирать тарелки.
***
Проснулся Гарри поздно: яркие лучи австралийского солнца наполняли небольшую уютную спальню. Обстановка было такой тёплой и домашней, что юноша ощущал себя бодрым, несмотря на то, что лег спать он в половину четвёртого. Быстро умывшись и одевшись, Поттер спустился в столовую, где его ждала семья Грейнджеров. Молодая женщина держала на руках маленькую девочку, а Бренден готовил яичницу.
- Доброе утро, - поздоровался Гарри. - Вам помочь?
-Нет, не надо, я сам, - ответил мистер Грейнджер. - Ты лучше садись и дорасскажи нам историю нашей дочери. Может быть, мы сегодня наконец узнаем, почему мы ее забыли и где она сейчас.
Конечно, для отца естественно желание знать, где его дочь и все ли с ней хорошо, но для Поттера это было раной в сердце - свежей и глубокой. Невероятным усилием воли, Гарри не дал слезам хлынуть из глаз, но боль и страдания на лице ему скрыть не удалось. Элен заметила эти изменения, и улыбка, играющая на ее лице, пропала, уступив место явному беспокойству:
- Скажи, что с ней случилось, - в ее интонациях сочетались просьба, сочувствие, желание знать правду.
Гарри ответил не сразу: о событиях последнего года он говорил, но не в связи с именем подруги. По этому поводу он больше молчал. Теперь настало время перешагнуть через это и открыть правду о Героине войны ее родителям.
- Я прервал свой рассказ на том, что директора Хогвартса, Альбуса Дамблдора, убил другой профессор - Северус Снейп. Так вот, после похорон первого, все ученики отправились домой. Гермиона, по обыкновению поехала к вам. Но она испугалась - за вас, не за себя: ей хотелось оградить близких от Волдеморта, который мог напасть на любых маглов, а вас, как родителей волшебницы, и подавно. Ничего другого она не смогла придумать, как увезти вас далеко. Сама же решила бороться, поэтому уехать в безопасное место вместе с вами считала неприемлемым. Гермиона сделала очень решительный шаг: ради вашей безопасности, она применила заклинание забвения, не имеющее контрзаклятия. Так вы забыли о ней. С помощью заклинания подвластия, внушила вам необходимость переезда в Австралию. Позже, - Гарри запнулся, - оно само по себе спало. Это и вызвало ваше желание вернуться в Лондон. Между тем Гермиона приехала к Рону в гости, не сказав ничего про добровольное одиночество. Только два месяца им удалось прожить спокойно, потому что тридцать первого июля они прикрывали мой переезд из дома родственников в Нору. Во время этой операции на нас напали приспешники Волдеморта...
Гарри рассказывал долго, возможно, неосознанно хотел оттянуть момент, когда придётся говорить о смерти подруги, а, возможно и потому, что события были еще слишком свежи в его памяти. Но как бы то ни было, к полудню он завершил свой печальный рассказ.
- Спасибо за правду! - были первые слова, сказанные родителями Гермионы, а именно Бренденом, после окончания сбивчивого, но искреннего повествования. - Знаешь, о смерти обычно не рассказывают - умалчивают. В нашем случае, можно сказать, было бы даже логично: мол, они все равно ее не помнят, зачем им вообще это знать... Но так считать неверно, поэтому я и благодарю тебя за правильный поступок. Конечно, судьба Гермионы горькая и нам тяжело будет осознавать, что мы потеряли дочь... потеряли дважды… однако знание того, что с ней случилось легче постоянного чувства, будто из твоей жизни изъят кусок.
Во всех интонациях Брендена сквозила отчаянная печаль, скорбь и искренность. Гарри явственно ощутил, что отец подруги проникся сложной и несчастной участью своей дочери (это при условии, что Гарри не упоминал душевных терзаний Гермионы, считая это той тайной, которую пока рано раскрывать). Элен же не могла говорить практически ничего: она плакала. Сквозь слёзы Гарри смог расслышать только одну фразу - "моя девочка не могла поступить иначе..."
- Милая, успокоился, пожалуйста, - Бренден склонился над женой. - Гермиона, конечно, могла поступить иначе, но она решила поступить правильно.
- Нет, Ден, ее любовь не позволяет выбирать. Ты знаешь, о какой любви я говорю... Проклятье рода де Брилльи исполнилось!
Бренден вздрогнул, услышав фамилию:
- Т-ты ещё ни разу не произносила имя рода после... после ты знаешь чего.
Молодая женщина словно не слышала слов супруга:
- Я не верила, не могла поверить, что она на такое способна! Ден, это мы убили свою дочь!
- Что ты такое говоришь?! - возмутился мистер Бренден. - То, что случилось, было неотвратимо... Наша ошибка состоит в другом: мы не предупредили Гермиону о том, что ей нельзя было влюбляться... Мы просто опоздали!
Гарри смотрел на происходящее с недоумением: маглы, проклятие, нельзя влюбляться, "ты знаешь что"... В голове явно не сочеталась такая волшебная таинственность и образ врачей-стоматологов. Но спрашивать что-то сейчас было бы непростительно стыдно, поэтому Поттеру ничего не оставалось делать, как молча наблюдать.
В этот момент проснулась и заплакала маленькая Изи. Мистер Бренден взял ее у жёны и попытался успокоить, но девочка не переставала. Гарри подошёл к Брендену:
- Разрешите мне подержать ее.
- Да, хорошо. Бери. Аккуратнее. - быстро согласился мужчина, - А я успокою Элен. Она слишком сильно разволновалась.
Юноша бережно взял сверток с малышкой и вышел из комнаты, а мистер Грейнджер подошёл к жене, обнял ее и начал говорить что-то успокаивающее. Но Гарри ничего уже не слышал: он держал на руках маленькую беспомощную жизнь, у которой впереди ещё много нового. Конечно, самому Поттеру было чуть меньше восемнадцати, но это не мешало ему видеть в жизни бесценный дар.
Изабелла как-то быстро успокоилась и уснула. Когда Гарри принёс ее в столовую, чтобы отдать Брендену, то увидел, что Элен успокоилась и пусть печально, но все же улыбается.
- Спасибо, Гарри. Она теперь ещё не скоро проснется: в ее возрасте дети спят долго, - сказал Бренден, забирая у Гарри дочь. - Теперь мы, наконец, сможем спокойно позавтракать. И упрощает все тот факт, что ты можешь подогреть все быстро и без микроволновки.
- Да, конечно, - подтвердил Гарри, но знания Брендена о согревающих чарах озадачивали его намного больше, чем обращение Элен к Мерлину.
Юноша вынул из кармана Бузинную палочку и направил на тарелки с яичницей, произнося магическую формулу. После этого все трое (Изи уже лежала в кроватке) сели за стол. Но молчание длилось недолго:
- Мы решили, что должны рассказать тебе свою историю, - заговорила Элен. - И подумали, что это было бы тебе интересно.
- Я с удовольствием послушаю, - ответил Гарри.
- Начать нужно с того, что мы тоже когда-то были волшебниками, чистокровными волшебниками из древних и благородных родов. Жили во Франции. В десять лет поступили в Шармбатон. Это был 1970 год. Мы вместе учились, дружили и уже на пятом году учёбы признались друг другу в чувствах. Но было одно, точнее два, обстоятельства, стоящие между нами и счастьем - два магических брачных контракта, обязательные к исполнению. При этом, наши семьи враждовали между собой, не желая разделять влияние в обществе. Я была из рода Де Брилльи, Бренден - из Д`Агатте. И имена у нас были другие: Эвелина и Бонифас. Однако об этом после. Некоторое время мы встречались тайно, но на последнем курсе все открылось. Наши родственники были в ярости, настаивали на срочном и насильственном исполнении контрактов, но мы не могли этого допустить: чувства были сильны и взаимны. Не окончив учёбу, мы убежали из магического мира Франции. У нас не было ничего: ни дома, ни еды, ни средств к существованию... Тогда нас буквально спасла одна моя подруга (тоже волшебница). Она предложила бежать в Англию к родственникам ее парня, у которых был огромный замок. Мы, отчаявшиеся, но настроенные крайне решительно, ухватились за этот вариант, как за последнюю соломинку. По почте мы получили портал и с его помощью перенеслись в старинный мэнор. Там нас очень радушно встретили миссис Рози и мистер Альфред. Видимо Лили (так звали мою подругу) предупредила их о том, что с нами случилось, так как приняли нас, как родных детей. Около двух недель мы жили спокойно в радости и счастье, но потом пришло письмо, в котором моя мать писала, что если я не вернусь и не исполню своего супружеского долга, то она проклянет моего первенца и он будет несчастен от большой и взаимной любви. Мы так сильно испугались, что теперь нас смогут найти! Побежали к мистеру Альфреду и попросили помочь. Он сказал, что ничего нельзя сделать без последствий для собственной магии. Это повергло нас в ещё больший ужас: мы не мыслили жизни без волшебства. А новые письма приходили регулярно... На каникулы приехали Лили с Джеймсом (так звали ее парня), - Гарри вздрогнул, но Элен ничего не заметила и продолжала, - они приняли самое деятельное участие в решении наших проблем. К тому моменту мы уже осознавали, что должны проститься с умением колдовать и решали, как лучше это сделать. Гениальную идею (по крайней мере, самую лучшую из тех, которые мы могли представить) высказал Джеймс. Его друг, к сожалению, я забыла его имя, вычитал где-то про тёмный ритуал феноменальной памяти. С его помощью мы должны были запомнить всю программу маггловской школы. Правда, там был один побочный эффект: слишком большие объёмы информации вызывали головную боль, но, тем не менее, мы провели ритуал и стали учиться. Нам удалось пройти все за 5 месяцев. После этого, по плану Джеймса, шёл следующий ритуал, который переворачивал нашу жизнь - венчание. Именно из-за него мы должны были потерять магию и стать счастливыми одновременно. Мистер Альфред обвенчал нас на Пасхальных каникулах, поэтому и Лили, и Джеймс были на нашей свадьбе. Но уже на следующий день прилетели громовещатели мне и Брендену... Мать кричала о том, что она прокляла моего будущего ребёнка, а отец Дена заявил, что лишил сына наследства. Перед нами возникла новая проблема: даже если тогда мы детей не планировали, в перспективе они должны были быть. Не сразу, но выход нашёлся: ещё один ритуал должен был отрезать от прошлой жизни. С его помощью у нас менялись именя... Мы стали Элен и Бренденом Грейнджерами - близнецы, до тех пор, пока не проведем магловскую церемонию. Но, видимо, тогда никто не учел, что мы стали магллами и для нас ритуал мог действовать иначе. Видимо, родовое проклятье таким образом не снялось... Но на тот момент мы думали иначе: письма перестали приходить, наши друзья принесли нам документы об окончании какой-то маггловской школы и паспорта. Сейчас я несколько сомневаюсь в законности получения этих документов, однако тогда нас подобное волновало в последнюю очередь. Затем отправили сдавать экзамены в колледж. Мы решили стать дантистами, благополучно поступили. Но висеть на шее друзей мы больше не могли: они бы, конечно, не отказали, но нам стало слишком неудобно жить за их счёт. Более того, жизненный путь указали нам они... После долгих уговоров мы ушли. Стали работать. Правда жили мы в их небольшом коттедже в какой-то маго-маггловской деревне. Когда Джеймс и Лили выпустились из Хогвартса, то сразу обвенчались.
В сентябре мы пошли в колледж, Лили поступила на колдомедика, а Джеймс - на Аврора. Все было хорошо: учась, работая, мы отдалялись от волшебного мира. А тот факт, что нас поселили в общежитии, ускорил этот процесс: новые знакомые, вечеринки, дискотеки, кино, театр привлекали нас. Мы окунулись в водоворот маггловской жизни и постепенно стали обычными людьми, которые сказали "Мерлин" два раза за семнадцать лет, и то в последние 24 часа. Из магического мира к нам тянулась только одна ниточка - переписка с Лили. Именно благодаря ей, мы узнавали, что творится в волшебном мире. А там разжигалась война. Тот самый волшебник, о котором ты рассказывал, собирал свою армию и грозил изменить магический мир Британии. Чтобы этого не допустить, Лили с Джеймсом вступили в какую-то организацию, борющуюся с ним. Потом, в январе, она писала о том, что ждёт ребёнка, что Джеймс носит ее на руках, заставил бросить колдомедицинское училище и просит никогда не волноваться: отнимает газеты, чтобы та "не прочитала очередную гадость"... У неё родился мальчик, а спустя полгода, она написала, что ждёт ещё одного... Но мы отвлеклись: в феврале 1980 я поняла, что беременна, но бросить колледж я не могла. Приходилось нелегко, однако мы справились: я родила Гермиону. После этого ходил учиться и работать только Дэн, а я читала его конспекты и сдавала экзамены. Все было хорошо. Но однажды, из письма Лили мы узнали, что мистера Альфреда и миссис Рози отравили на каком-то министерском приёме, виновных найти не удалось... Чуть позже письма от Лили вдруг перестали приходить. Я писала ей в течение полугода и ни разу не получила ответа. Так последняя ниточка, связывающая нас с чем-то магическим, пресеклась. Но уже очень скоро мы ощутили, что Гермиона – волшебница. Не удивляйся: после твоего рассказа наша память восстанавливает то, что мы забыли. Однако, я о другом: со временем все стало на свои места: мы закончили колледж, поженились, стали снимать квартиру в Лондоне. Можно, конечно, рассказывать и дальше, но главное ты уже слышал.
Гарри ответил не сразу: столько нового он услышал, но боялся поверить в реальность этого:
- Миссис Грейнджер, сказанное вами объясняет, почему вы не восприняли меня за сумасшедшего, когда я сказал вам о дочери, объясняет, почему вы говорите "Мерлин" и знаете о разных чарах... Мне действительно было интересно узнать все это. Но можно спросить вас ещё о нескольких вещах?
- Да, конечно, - ответила молодая женщина не совсем уверенно.
- Вы не знаете, можно ли было снять проклятие непосредственно с Гермионы? И.. не помните ли вы фамилию своих друзей - Лили и Джеймса?
- Фамилия? Какая же у них фамилия? - обратилась Элен к мужу.
Тот явно вспомнил, потому что с удивлением смотрел на Гарри, и только спустя полминуты заговорил параллельно с женой:
- Этого не может быть!
- Значит, ты их сын?!
- Да, и как вы понимаете из моего рассказа, их больше нет, - еле выговорил Поттер, опуская глаза.- Они погибли в той войне... Их убил Волдеморт на Хэллоуин 1981 года.
Мистер и миссис Грейнджер молчали. Да и что тут можно было сказать?
Прошло несколько минут напряженного молчания, прежде чем Бренден заговорил:
- Ты спрашивал, можно ли было с Гермионы снять проклятье? Мой ответ - нет, потому что условие, при котором чары падут невыполнимы: она должна умереть, но при этом остаться живой… и только тогда, по словам матери Элен, "независимо от времени и пространства, она будет любима взаимно и счастлива от этого".
- Вы уверены, что это подразумевалось именно как проклятье, а не как пророчество?
- Моя мать обладала даром предвидения, но никогда не думала, что подобное заявление можно считать пророчеством, - вмешалась в разговор миссис Грейнджер. - Ты же видишь, что это абсурдно!
- Не совсем, мэм, - ответил Гарри, - Дело в том, что именно такое и произошло в момент ее смерти: частичка ее души откололась и попала в моё сердце, поэтому она умерла не в полной мере... Не знаю, как вам это объяснить, но проклятье спало, и новая жизнь вашей дочери будет намного счастливее. Я обещаю!
- Это невозможно! - возразил поначалу Бренден, но что-то в виде юноши подсказало ему, что тот не лжет. - Хорошо бы было, если сказанное тобой - правда, - заключил он.
- Ты любил ее? - спросила Элен. Она давно хотела узнать об этом, но все не решалась спросить.
- Да, миссис Грейнджер, я любил Гермиону, люблю и, поверьте, буду любить, но, у сожалению, еще никогда ей об этом не говорил.

***
Гарри жил у Грейнджеров четыре дня, посещая вместе с ними музеи, галереи и театр Сиднея. Ему было интересно проводить подобным образов время, но вместе с тем уже хотелось домой. Поэтому он попрощался с Элен и Бренденом, а потом отправился на самолёте в Лондон. Неприятное путешествие, как и в прошлый раз длилось шестнадцать часов. Ничего примечательного с ним, как ни странно, не произошло, и уже в 9 вечера 10 июня, Поттер был в Аэропорте Хитроу. Затем он трансгрессировал на Гримо, чтобы Драко рассказал ему последние новости. Гарри нашёл Малфоя в столовой, где тот ел жаркое.
- Привет, - поздоровался Поттер. - Приятного аппетита.
Для слизеринца появление Гарри было явно неожиданным, потому что он, вздрогнув, обернулся и одновременно выхватил из кармана брюк волшебную палочку.
- А, это ты,- с облегчением сказал блондин, - привет. Что-то ты давно не появлялся, - как бы невзначай произнёс он, хотя узнать, где был Поттер, ему хотелось.
- Были дела в Австралии, - неопределенно заметил Гарри. - Я потом расскажу. А сейчас я слишком проголодался и хочу узнать новости. Кикимер, будь добр, положи мне порцию жаркого.
- Хорошо, лорд Блэк, Кикимер выполнит все поручения. Он рад, возвращению хозяина, и очень переживал во время его отсутствия.
Уже через две минуты ужин был накрыт, и Поттер присоединился к трапезе Драко.
- Ты почему так поздно ужинаешь?
- Не поверишь: от нечего делать, я зашёл в магловский театр. И вот, теперь хожу каждый вечер, соответственно, поздно возвращаюсь.
Поттер удивленно усмехнулся.
- А где ты берешь деньги?
- Не переживай, тебя не обкрадываю, - заверил слизеринец, - в конце концов, я тоже имею сейф в Гринготтсе, и гоблинам абсолютно все равно, преступник я или нет.
- Я не заметил такого, когда приходил в банк в сейф Лестрейнджей.
- Тогда была совсем иная история: им заплатили за ваше задержание, и в ваших намерениях было ограбление банка, что, естественно, не может понравиться. А сейчас им не запрещали обслуживать такого клиента, как Драко Малфой, чем я и пользуюсь последние пять дней.
- Во время ограбления банка, я не заметил дружелюбия по отношению к Гермионе, которая была в образе Беллатриссы Лейстрейндж. При условии, что они знали, кто под оборотным зельем.
- Я не думаю, что гоблины знали о вашей авантюре. А недружелюбие этих существ объясняется малым количеством клиентов, которые не ходят в банк из-за войны, т.е. и из-за Беллы в частности.
- Если честно, не очень убедительно, но это не важно. Расскажи, что случилось за время моего отсутствия в магической Британии.
- Много чего: во-первых, меня чуть было не поймали, во-вторых, я получил за тебя орден Мерлина I степени, в-третьих, Рон тебя явно избегает и, четвертое, случилось сегодня. Про последнее написано в выпуске "Пророка".
- И именно из-за этих приключений тебе скучно? - иронично поинтересовался Поттер.
- Ну не совсем: все, кроме последнего, случилось в первые два дня твоего отсутствия, а последние три я, умирая от скуки, таскался в театр. Хотя, там довольно интересно.
- Видимо, рассказывать о том, как все случилось, ты не хочешь?
- Почему? Просто рассказывать особо нечего: ты уехал, я этого не знал, в два часа дня я пошёл посмотреть, где ты. Как только я зашёл к тебе, естественно, никого не обнаружив, услышал, что в столовую через камин кто-то прилетел. Я не ошибся: "Гарри, ты где? У меня к тебе дело, а ты сквозное зеркало не берешь", - кричал нынешний министр магии, поднимаясь по лестнице к той комнате, в которой был я. Не знаю, что было бы, если не счастливая случайность: на комоде лежало два пузырька оборотного зелья. Когда Бруствер вошёл (без стука, кстати сказать), я изображал, что только проснулся. Благо, твои дурацкие волосы создают такую иллюзию без лишних проблем.
- Ну спасибо за то, что выставил меня заспанным идиотом, - не удержавшись, обиделся Гарри.
- Всегда пожалуйста, - ухмыльнулся слизеринец. - Так вот, дальше я, в смысле ты, услышал замечания по поводу безделья или чего-то похожего, а затем узнал, что завтра с утра пройдет церемония награждения и тебе вручат орден Мерлина. После этого, я понял, что влип. К следующему утру я не придумал ничего более приемлемого, как получить награду за тебя. Одним словом я пошёл на церемонию, получил орден, который сейчас лежит на столе твоего кабинета. Все было как обычно чопорно, пафосно и глупо, но более всего меня поразил один момент: Рон явно стеснялся тебя, избегал. Я не стал навязывать ему своё общество, чтобы нечаянно не выдать себя, но сам факт того, что он тебя боится, меня поразил. Хотя постепенно возникла догадка, и статья сегодняшнего "Пророка" только подтверждает ее.
- Этой информацией ты, видимо, делиться не хочешь? - уточнил Поттер.
- На, держи, сам почитай, - сказал Драко, протягивая Гарри газету. - Если ты умеешь видеть в статьях то рациональное зерно, на базе которого пишется ерунда, показывающаяся простым смертным, то ты поймешь, о чем я говорю.
"Союз двух любящих сердец: может ли быть что-то лучше?" - гласил заголовок.
Гарри продолжил читать статью, и с каждым новым предложением, на его лице все явственнее проступали признаки ярости. Как только гриффиндорец прочитал статью, газета сразу же полетела в камин.
- Как он посмел?! - закричал Поттер, выхватывая из кармана волшебную палочку и направляясь к камину. - На девятый день смерти Гермионы?! - параллельно с гневными восклицаниями, Герой Магич



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Вторник, 24.03.2015, 15:25
 
footballfanДата: Вторник, 24.03.2015, 15:14 | Сообщение # 48
Друид жизни
Сообщений: 153
« 24 »
Эх...не до конца глава...на полуслове да еще на самом интересно месте закончилась...


All in all it's just another brick in the wall.©
 
Frau_IreneДата: Вторник, 24.03.2015, 15:26 | Сообщение # 49
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата footballfan ()
на полуслове да

Да, не получилось всю главу ввести.
Наверно.



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
angel812Дата: Вторник, 24.03.2015, 15:29 | Сообщение # 50
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата footballfan ()
Эх...не до конца глава...

Да уж, почему-то на полуслове обрезалась( Попробовала вставить недостающий кусок - все равно обрезается(( Так что окончание главы здесь:
Герой Магического Мира бросил в камин летучего пороха. - "Нора"!
Как только зелёное пламя унесло взбешенного Гарри к его рыжему другу, Драко произнёс в пустоту:
- Мда, не хотел бы я оказаться сейчас на месте Рональда Уизли.


Цитата footballfan ()
на полуслове да еще на самом интересно месте закончилась...

Это сделано по закону жанра)) Но ждать недолго - до завтра)



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Вторник, 24.03.2015, 17:14
 
Frau_IreneДата: Вторник, 24.03.2015, 15:34 | Сообщение # 51
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Главу можно было разбить от пробуждения Гарри)))
Цитата angel812 ()
Герой Магического Мира бросил в камин летучего пороха. - "Нора", спальня Рональда Уизли!

Вообще-то - камин - бывает только один, подключённый к Сети. Обычно в гостиной.
Не этично врываться в спальню к кому-либо



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н


Сообщение отредактировал Frau_Irene - Вторник, 24.03.2015, 15:35
 
angel812Дата: Вторник, 24.03.2015, 15:47 | Сообщение # 52
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата Frau_Irene ()
Вообще-то - камин - бывает только один, подключённый к Сети. Обычно в гостиной.
Не этично врываться в спальню к кому-либо


Согласна, абсолютно неэтично. Вот только поступок Рона тоже совсем неэтичен по отношению к Герми (об этом в следующей главе).
Что касается каминов, то я нигде не встречалась с таким условиями подключения. Скорее всего, вы правы, вот только на месте обитателей Норы я бы подключила, как минимум, два камина, ведь в этом доме так много народу живет. В случае "аварийной эвакуации", просто необходимы дополнительные "пути отступления". Гарри, как друг семьи, мог знать об этой особенности. Но если вы настаиваете, я могу что-то исправить. Нужно это или нет?



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок


Сообщение отредактировал angel812 - Вторник, 24.03.2015, 15:55
 
Frau_IreneДата: Вторник, 24.03.2015, 15:54 | Сообщение # 53
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата angel812 ()
Что касается каминов, то я нигде не встречалась с таким условиями подключения. Скорее всего, вы правы, вот только на месте обитателей Норы я бы подключила, как минимум, два камина, ведь в этом доме так много народу живет.

Это ведь не от желания зависит. В Норе действующий камин был на кухне)))
Про другие и речи не шло.
Больше каминов с перемещением - больше опасности чужого проникновения.
Ведь каминная Сеть находилась в ведении Министерства Магии.



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
angel812Дата: Вторник, 24.03.2015, 17:14 | Сообщение # 54
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата Frau_Irene ()

Больше каминов с перемещением - больше опасности чужого проникновения.
Ведь каминная Сеть находилась в ведении Министерства Магии.

Хорошо, убедили) Гарри переместится на кухню Норы.



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
angel812Дата: Среда, 25.03.2015, 12:16 | Сообщение # 55
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Глава 9
Из кухни, куда Поттер перенесся с помощью камина, Гарри побежал по лестнице, ведущей на второй этаж. Затем без стука ворвался в небольшую неопрятную комнату, где жил его друг. Против ожиданий, Уизли был не один, а с Лавандой. Причем их было не столько видно, сколько слышно: из-под ходящего ходуном одеяла, доносились громкие стоны Браун и частое дыхание младшего из братьев Уизли.
- О да, милый, да! Ещё! Не останавливайся! - прерывисто выкрикивала Лаванда, причем после ее слов кровать начинала шататься сильнее, а хрип Рона учащался.
К чувству крайнего бешенства у Гарри прибавилось презрение, смешанное с отвращением:
- Прекрати, сволочь! - зарычал Поттер. - Где, чёрт возьми, ты потерял своё достоинство, Рон?!
Слова друга будто окатили рыжего холодной водой: активное движение в кровати прекратилось, и из-под одеяла высунулось раскрасневшееся лицо Рона и голая испуганная Лаванда. Гарри отвернулся от них:
- Оденься, мне нужно с тобой поговорить, - как можно спокойнее приказал незваный гость.
- Почему это я должен тебя слушаться? - неожиданно начал атаковать Уизли, - я не приглашал тебя и не просил командовать!
- Да мне, в общем-то, и дела не было до предателя, который бросил меня в один из самых тяжёлых моментов! Я пытался не думать, что ты бросил ещё и свою девушку! Я считал, что твой поступок - ошибка горячего и не разобравшегося подростка! Но нет! Видимо в этой ситуации тебя все устраивает! Ты же, я надеюсь, помнишь, какой сегодня день?!
- Да, помню, - небрежно бросил рыжий. - Сегодня день моей помолвки. Я только одного не понимаю: какое тебе дело до этого? Обидно, что узнаешь такие новости как все? Из газет? Или тебе просто завидно, что тебя семейное счастье не ждёт?
- Семейным счастьем ты называешь глупый перепихон? Тогда не нужно мне такого!
- Конечно же, идеалист Поттер видит все иначе: в розовых тонах и солнечном свете! Нет, Гарри, реальность в том, что люди трахаются. И если ты не хочешь знать об этом, то не понимаю, зачем пришёл к человеку почти в полночь, когда он только сегодня заявил о своем желании устроить свадьбу…
- Ответ прост, Рон: сегодня ещё и девятый день со смерти твоей девушки и моей подруги - Гермионы Грейнджер. Я не могу понять, как можно забыть ее так быстро и залезть под юбку Лаванде!
- Как же я мог забыть?! - голос Рона сквозил неприкрытым презрением. - Но знаешь, мне все равно: она изменила мне, была постоянно недовольна тем, что я делаю! Угадай почему, Поттер?! Она всегда любила тебя - это было понятно каждому, кроме тебя... ВСЕ И ВСЕГДА ДОСТАВАЛОСЬ ТЕБЕ: деньги, слава, любовь девушек! А У МЕНЯ ВСЕ ВСЕГДА БЫЛО ВТОРОСОРТНЫМ! Ты даже не представляешь, как это унизительно - осознавать подобное. Но мне нужно было быть твоим другом, хотя и не сильно этого хотелось... Несколько раз я срывался: на четвёртом курсе и во время странного путешествия вместо прошлого учебного года.
- Зачем тебе нужно было быть со мной дружить, если тебе этого не хотелось?!
- Альбусу Дамблдору, видишь ли, нужно было контролировать Мальчика-Который-Выжил, если ты сам не мог догадаться за семь лет! Последний год я не был ограничен инструкциями директора, поэтому счел возможным пойти играть в квиддич в составе команды "Пушки Педдл", а не бродить по лесам.
- Ты хочешь сказать, что был поставлен ко мне, как... как подлый шпион?!
- Считай как хочешь - мне все равно! Тут дело в другом: ты - наивный идиот, верящий в "доброго" дедушку, который постоянно недоговаривает, а если и скажет что-то, то только полуправду.
- Сейчас неважно, как ко мне относился Дамблдор и ты. Меня интересует, почему ни в чем неповинная Гермиона для тебя не девушка, которую ты любишь, не подруга, а какое-то бревно?!
- Твои моральные принципы не выдержат этого! И именно поэтому слушай: не все, что я делал, диктовал мне Дамблдор! На четвертом курсе я увидел, что могу тебе насолить, причем настолько сильно, да так, что ты погибнешь! Я хорошо изучил тебя, поэтому не мог не увидеть твоей симпатии к Грейнджер! Только действовать было еще рано - ты сам не разобрался в своих чувствах. Но план у меня созрел. На пятом курсе я тоже не мог привести его в исполнение, зато увидел, что могу покалечить судьбу и Гермионе, которая сильно ревновала тебя к Чжоу - Гарри сжал кулаки и стиснул зубы, чтобы не убить "друга" раньше времени.
Между тем, Рон продолжал:
- Я-то заметил, как она наигранно радуется за тебя, постоянно сжимая губы при упоминании о Чанг. Зато после боя в министерстве, время настало: ты чуть не умер с горя, когда ее ранили, а она чуть не потеряла рассудок, когда поняла, как ты переживаешь из-за погибшего Сириуса. Два зелья стали работать как нельзя лучше: первым я заставлял вас отторгать мысль о любви друг к другу, а вторым "направлял" вас к тем, кто должен был стать вашей "второй половинкой". Кстати, зельем навязывания пришлось поить и Джинни, чтобы она забыла о своих бойфрендах и "вспомнила" о своей детской и самой сильной, "настоящей" привязанности – к Мальчику-который-выжил. Ты не понимаешь, как этим можно тебя погубить? Я поясню! Не было смысла поить вас зельями всю жизнь: когда бы ты женился на Джинни, у вас были бы дети, а я бросил бы «любящую» меня Гермиону, должна была открыться истина! Вы осознали бы, что, связав жизни с Уизли, совершили роковую ошибку! Но окажется поздно, слишком поздно, чтобы что-то менять. Твои глупые моральные принципы не позволили бы тебе бросить жену и детей, а у Грейнджер хватило бы ума разорвать с тобой отношения, чтобы не мучиться самой! И тогда твое семейное счастье не спасли бы ни слава, ни деньги, ни даже взаимная любовь. Жаль только, что хорошо продуманная шахматная партия была недоиграна: фигуры скинули с доски.
- Мразь! – не выдержал Поттер.
Гарри подошел к вальяжно развалившемуся Рону и со всей силы ударил его в челюсть, отчего рыжий слетел с кровати.
- Большей сволочи я не видел никогда в жизни! Ты ничтожный завистник! Я готов тебя убить голыми руками, дрянь! Как я мог верить тебе?! - кричал Поттер, сопровождая свои слова ударами по лицу. Однако младший Уизли не собирался просто так терпеть побои: он ударил Гарри ногой в живот. Брюнет согнулся пополам от боли, а Рон решил раскрыть все карты:
- Вы с Гермионой недооценили бедного рыжего дурачка из большой семьи, который учится плохо, думает только о квиддиче и еде. Но вы забыли, что я еще и играю в шахматы, а значит, могу просчитывать, кто и как поступит. Ты считаешь, что я просто так обозвал Грейнджер занудной всезнайкой на первом курсе? – договорить ему не дал удар кулака в кадык. Уизли закашлялся, но замахнулся «другу» в грудь. Гарри увернулся и свалил Рона на пол. Тут Лаванда, о которой оба волшебника забыли, отчаянно завизжала и, завернувшись в простыню, побежала к камину. В следующую минуту в комнате остались только Рон и Гарри.
- Я знал, что ты пойдешь ее спасать и встретишь там тролля! Кстати, позволь сообщить: приводя свой план по разрушению твоего счастья в действие, я встречался не только с Грейнджер, но и с Лавандой.
Новый удар, новый синяк, новое падение… бывшие друзья не на шутку били друг друга, в «смертельной схватке» сцепившись и катаясь по полу. Они ударялись об углы тумбы, шкафа и кровати, не замечали падающих предметов, которые сваливались на голову, царапин, ссадин и крови из носов. Не вспоминали они и про волшебные палочки, которые валялись где-то в другой части комнаты, но четко осознавали, что не помирятся.
Неожиданно дверь в комнату распахнулась и стоящая на пороге Джинни Уизли произнесла:
- Инкарцеро! – опутали дерущихся веревки. – Мне не нужно объяснять, что произошло – все слышала. Скажите спасибо, что я наложила на дверь заглушающие чары, иначе бы тебе, Рон, пришлось рассказывать маме, почему ты спишь голым, а Гарри – зачем пришел. Итак, я развяжу вас, вы сядете в разные углы комнаты и как можно спокойнее объяснитесь. Я буду следить, чтобы вы ничего больше себе не разбили. Фините Инкантатем.
Гарри и Рону ничего не оставалось делать, как послушаться рыжеволосую девушку, тем более она была в какой-то мере права. Уизли залез в кровать, вытирая рукой сочащуюся кровь, а Поттер, подобрав Бузинную палочку, сел на стул в углу.
- Значит, так, - начала Джинни, - больше всего меня волнует история с зельями. Расскажи, Рон, что ты сделал!
- Говоришь, что слышала – огрызнулся тот, - если это правда, зачем переспрашивать?
- Чтобы, узнать какие зелья, и как ты их подливал! Если не скажешь, мама узнает, что ты делал сегодня ночью с Лавандой!
- Зелье отторжения мысли и зелье навязчивой мысли, - перечислил Рон. – Поттер и Грейнджер не могли подумать о том, что любят друг друга, зато четко знали, что ты – любовь всей жизни у Мальчика-который-выжил, а я – мечта грязнокровой заучки, кстати, твои чувства к нему, - рыжий указал на Гарри, - фальшивка. Попросить домовика разбавлять тыквенный сок «витаминным» зельем раз в три месяца не сложно, тем более, если на это есть разрешение директора!
Гарри дернулся было вновь как следует отлупить подлеца, но сдержал себя.
- Ублюдок! – все же вырвалось у него.
- Следующий вопрос, - продолжила между тем девушка, - что ты делал для Дамблдора?
- Дружил с этим знаменитым уродом! – был ответ.
Видимо, Джинни выяснила то, что ее интересовало, поэтому она бросила в него «Ступефай» и обратилась к Поттеру:
- Думаю, ссориться больше не имеет смысла: мы выяснили причину непонимания между нами. Видимо, действие зелья для тебя закончилось раньше, а я подвергалась его действию чуть дольше. Кстати, буквально на следующий день после того разговора, я поняла, что ничего по отношению к тебе не чувствую…
- Извини меня, я тогда сорвался, - ответил Гарри, - не стоило так реагировать. Я знаю, что это будет непросто нам обоим. И все же… давай останемся друзьями? У меня их не так много, а сегодня стало на одного меньше.
- Хорошо, Гарри, - согласилась Уизли. – Знаешь, я не думаю, что остаться друзьями будет сложно: я больше ничего не чувствую, да и ты, наверное, тоже.
- Ты права, и была права в тот раз: я действительно люблю Гермиону.
- Это было написано в твоем взгляде, объятиях и заботе о ней еще со второго курса. Просто многие обстоятельства не позволяли вам замечать очевидного. Но я бы никогда не поверила, что мой брат может оказаться таким… негодяем! Хуже Малфоя…
- Ты веришь в то, что он шпионил для Дамблдора?
- Не уверена, но все возможно: я никогда не могла понять директора – он слишком скрытен. Ладно, теперь не имеет значения, что он делал – нельзя о покойниках говорить плохо.
- Согласен. Знаешь, уже слишком поздно, а я только что с самолета. Поэтому мне пора домой.
- Ладно, пока, - попрощалась Джинни, протягивая Гарри руку для рукопожатия.
Тот ответил на этот жест и улетел из Норы через камин. А Джинни, бросив «Фините» в сторону Рона, ушла к себе в комнату. Молодая ведьма чувствовала себя гадко, будто на нее вылили ушат грязи. Сознание того, что Гарри пригрел у сердца змею, которая оказалась ее братом – не лучшая колыбельная. Более того, говоря Поттеру о Дамблдоре, как о темной лошадке, она лукавила: кому как не ей было знать, что уважаемый директор очень часто «просил» ее родителей «правильно» обращаться с «бедным мальчиком», платя им за это немалые суммы. Почему, черт возьми, она не рассказала ему раньше?! Боялась, что узнав о предательстве почти всей рыжей семейки, Мальчик- который-выжил перестанет с ней общаться и бросит? Наверное, нет, просто верить в это так не хотелось. В конце концов она решил выяснить правду у матери. Однако это она сделает завтра: незачем сейчас ее будить.
Между тем, Гарри Поттер сидел в столовой и размышлял. О чем? – Он не знал и сам. Мысли путались, тело ныло от только что полученных синяков и ссадин. Чтобы как-то заглушить физическую, но, в основном, душевную боль, юноша вынул из бара магловское виски и, налив себе стакан, стал пить. После второго стакана алкоголь ощутимо ударил в голову, а после третьего, Гарри уже не помнил, что его тревожило и где у него что-то болело.

***
Утром Малфой нашел на кухне пьяного в стельку Поттера. Разодранные джинсы, синяки и кровоподтеки сразу объясняли, что произошло в Норе. Оставалось только гадать: убил ли Гарри Рона или ограничился обморочным состоянием. Ответ мог дать только сам участник драки, поэтому блондин попросил Кикимера достать хоть из-под земли пузырек опохмельного зелья. Старый эльф быстро справился с поручением, и уже в следующую минуту приходящий в себя Поттер смотрел на Драко почти не стеклянными глазами:
- Что случилось? – послышались первые слова Гари.
- Нам тоже хотелось бы это выяснить, - ответил слизеринец. – Видимо, визит к другу не доставил тебе радости. Не вспомнишь, случайно, зачем ты пошел к Уизли?
- К Рону? – переспросил Поттер и замолчал: картины вчерашних событий все четче всплывали в памяти…
- Я пришел узнать, как он мог забыть Гермиону, спустя лишь девять дней с ее смерти, но выяснил, что этот гад поил нас обоих зельями, а сам не расставался с Лавандой! Джинни поил тоже, она все слышала, поняла, остановила драку и сказала, что не обижается на меня, - несвязно рассказал Поттер, но Драко понял его, более того, о большей части происшедшего догадывался.
- Все понятно, - подытожил Малфой, - Ничем не могу помочь, кроме, пожалуй, того, что напомню: ты хотел жить, а виски в подобном намерении – плохой помощник. Возьми себя в руки, Гарри!
«Как странно! – подумал Поттер, - за последние девять дней все так перевернулось: бывший враг зовет по имени, пытается помочь, а друг мечтал сломать жизнь. Нелюбимый профессор не раз спасал жизнь, а роль любимого наставника так и не ясна до конца. Вот Сириус, например, извинялся за то, что «не уберег от козней директора». В тот момент я не сомневался: крестный до сих пор не простил детских обид Снейпу, поэтому хотел защищать меня от него. Но сейчас, например, я склонен думать, что Бродяга подозревал в чем-то Альбуса Дамблдора или, как минимум, не сильно ему доверял».
- Ты прав, Драко. Нужно идти учиться быть анимагами. Пойдешь?
- А как насчет позавтракать? – предложил Малфой, но был уверен, что прием пищи откладывается.
Слова Гарри это подтвердили:
- Потом. Я не хочу есть.
- Так и знал! – излишне картинно согласился слизеринец. – Куда ты торопишься?
- Не знаю, - честно ответил брюнет, - если я тебе скажу, ты сочтешь меня сумасшедшим, не поверишь, что такое возможно. Я и сам не верю.
- Тебе будет легче, если ты кому-нибудь расскажешь. Вместе проблему решать намного легче. Разве не это доказывала Гермиона, когда придумывала выход из самой сложной ситуации, а ты приводил его в жизнь?
- Все-таки Распределяющая шляпа знала, куда тебя направляет: умеешь же говорить такие слова, что не сказать после них свою тайну будет сложно. Ладно, слушай. Я тороплюсь вернуть жизнь любимой. И это возможно, поскольку частичка ее души живет во мне. Не знаю, как и когда смогу это сделать, но прежде всего я должен стать умным и сильным. Именно поэтому я и тороплюсь: чем больше и быстрее выучу, тем раньше верну Гермиону. Ты знаешь теперь, почему самоубийство для меня не выход. Более того, поехав в Австралию, я не только вернул память мистеру и миссис Грейнджер, но и узнал о том, что существует пророчество, где говориться о нашем взаимном счастье после ее смерти.
- Скажи, Поттер, у тебя все не так как у людей? – спросил Драко, выслушав сбивчивый рассказ. – Похоже, в твоем случае даже Магия работает иначе – беспрецедентно, так сказать. Ладно, если ты сам веришь в то, что сказал, значит, шансы исполнить пророчество и вернуть твою ненаглядную Грейнджер возрастают. Ладно, пойдем котами становиться. А то, не дай Мерлин, ты не успеешь научиться всему, чему нужно до сорока лет, и разница в возрасте станет слишком большой. И кстати, кроме шуток, спасибо за то, что смог рассказать мне это. Я знаю, что у тебя нет повода сильно мне доверять и буквально вчера ты больно ударился о предательство Рона… и все же. Не списывай все на хитрость: Распределяющая шляпа, пока мне ее одевали, сказала «боишься идти на Гриффиндор, пусть будет СЛИЗЕРИН» - последнее слово она прокричала на весь зал. Только позже я узнал, что шляпу так на меня до конца и не одели, и у всех сложилось ощущение, что другого факультета у меня и быть не может.
- Не говори мне про Рона, пожалуйста. Я, скорее всего, убил бы его вчера, если бы Джинни не догадалась разнять нас.
Между тем, Гарри открыл «мародерскую» книжку на главе «шаг 2» и начал читать:
- «Ключевым умением для анимага, бесспорно, можно назвать концентрацию мыслей (поэтому окклюменты осваивают навык превращения намного быстрее)».
- Так, стоп, – прервал сам себя Поттер. Видимо, от оклюменции мне никуда не деться. Придется вначале ее осваивать, а потом к зверям возвращаться. Пойдем искать самоучитель по оклюменции? – обратился Гарри к блондину.
- Я думаю, что быстрее будет, если я тебе расскажу азы, которые сам знаю, а уже потом расширять, дополнять и углублять можно будет с помощью книг.
- Не знал, что ты окклюмент, - сказал Гарри, не скрывая удивления, - вернее, ты уже говорил мне, но я не сильно поверил.
- Очень многие аристократические семьи приветствуют изучение оклюменции в домашних условиях. Правда, сейчас эта практика сходит на нет, потому, что такие тупоголовые гориллы, как Кребб и Гойл не способны научится и половине того, что необходимо. Я, если честно, тоже знаю немного – только азы, как я уже сказал, но поделиться знаниями могу.
- Внимательно слушаю, - заверил слизеринца Поттер.
- Для постановки самого простого щита нужно больше всего усилий, упрочнять блок будет легче, - начал слизеринец. - В первую очередь, нужно отключиться от внешнего воздействия. Можно представить себя где-нибудь на необитаемом острове или что-то подобное. Я буду отвлекать тебя, но ты не должен на это реагировать. Попробуешь?
Гарри кивнул. Он представил себе тот сад, в котором он гулял когда-то во сне с Гермионой: беседку, цветы, тропинку. Картина настолько живо всплыла в сознании, что Поттеру даже не нужно было закрывать глаз, чтобы видеть перед собой пейзаж, а не Малфоя, говорящему что-то, вероятно зовущего самого Гарри. Как ни странно, но то, что на занятиях с Северусом Снейпом совершенно не получалось – сосредоточиться - с Драко получилось с первого раза.
- Хорошо, - продолжил Малфой. - Это лучший способ отключиться от действительности, но щит таким образом не создать: ментальные атаки очень быстро разобьют воображаемую реальность. Прежде, чем создавать сам щит, необходимо "навести порядок" в мыслях: поместить на отдельные "полки" сознания те знания, воспоминания, мысли или ощущения, которые наполняют тебя. Например, на "полку" 1998 года ты сложишь воспоминание о битве с Волан-де-мортом, а на полку знаний по ЗОТИ ты "запишешь" как вызывать Патронус. Я понимаю, что за пять минут ты этой работы не сделаешь, поэтому, думаю, отложить следующий шаг до послезавтра. Согласен?
- Ладно, до послезавтра. Спасибо. Знаешь, твой способ изучения окклюменции кардинально отличаются от объяснений Северуса Снейпа.
- Я тебе уже говорил, что именно он и учил меня этой науке, когда мне было десять лет. Видимо, крестный посчитал, что предварительная работа для тебя не обязательна или... что ж греха таить, может быть, не хотел ничему выучить, а занимался для галочки. Думаю, что последнее более вероятно. Ты, конечно, можешь не верить, но этот человек любил тебя намного больше, чем ненавидел. Только показать это считал слабостью.
- Я напоминал ему своего отца, с которым он враждовал ещё в Хогвартсе.
- И с каждым годом находил все большую разницу между вами, - договорил блондин. - Знаешь, крестный был единственным человеком, кому я безоговорочно доверял и поручал свои тайны. Он один помогал мне и понимал. Можно сказать, мы вдвоём стояли между двух огней – Волан-де-мортом и Дамблдором - не готовые присоединиться никуда. Но теперь это совсем неважно.
- Почему? – спросил Поттер.
- Потому что пора завтракать, - отшутился блондин. – Ты же не против?
- Нет. Пойдем, - согласился Гари, после чего они спустились в столовую, где исполнительный Кикимер уже накрыл стол.



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
footballfanДата: Среда, 25.03.2015, 12:39 | Сообщение # 56
Друид жизни
Сообщений: 153
« 24 »
Мне кажется слишком легко Рон все выболтал, да и учитывая дружеские отношения Гарри с Кингсли-будут ли у Рончика проблемы? не верен, то такие зелья не являются ограниченными, а сварить их самому у рыжего ни ума ни способностей не хватит.


All in all it's just another brick in the wall.©
 
angel812Дата: Среда, 25.03.2015, 13:02 | Сообщение # 57
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата footballfan ()
Мне кажется слишком легко Рон все выболтал


Знаете, мне так не кажется: Рон хотел похвастаться перед другом своим "умом" и просто ничего не скрывал. Теперь из этого не стоило делать тайну, а для Гарри даже такие слова будут тяжелым ударом.

Цитата footballfan ()
да и учитывая дружеские отношения Гарри с Кингсли-будут ли у Рончика проблемы?


Нет, проблем у Рона не будет по двум причинам: во-первых, Гарри не станет никому жаловаться, поскольку это выше его моральных принципов, так горячо презираемых Уизли, а, во-вторых, с Кингсли не все так однозначно, как вам кажется. Однако, об этом позже... (главе в 16)

Цитата footballfan ()
не верен, то такие зелья не являются ограниченными, а сварить их самому у рыжего ни ума ни способностей не хватит.


Да, действительно, сам Рон сварить зелья не смог бы даже если бы о-о-чень сильно постарался, но у него есть мамочка, которая с зельями, особенно незаконными, на "ты" отлично общается. Более того, Рон "случайно" сказал о разрешении директора...



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
footballfanДата: Среда, 25.03.2015, 13:25 | Сообщение # 58
Друид жизни
Сообщений: 153
« 24 »
Цитата angel812 ()
Более того, Рон "случайно" сказал о разрешении директора...

Видимо в голове при чтении не отложилось, извиняюсь... ох в какой же гадюшник Гарри получается попадет, когда во времени вернется.
PS Я так понимаю он с собой в прошлое Малфоя утащит? А то и дух Гермионы тоже?



All in all it's just another brick in the wall.©

Сообщение отредактировал footballfan - Среда, 25.03.2015, 13:25
 
angel812Дата: Среда, 25.03.2015, 13:31 | Сообщение # 59
Снайпер
Сообщений: 108
« 66 »
Цитата footballfan ()

PS Я так понимаю он с собой в прошлое Малфоя утащит? А то и дух Гермионы тоже?


КАК ВЫ ЭТО ПОНЯЛИ?? Просто ответьте мне на этот вопрос. Похоже, вы умеете читать мысли и предсказывать события) Малфой действительно перенесется вместе с Поттером, а вот дух Гермионы... Куда же Гарри его денет? Из сердца кусок души не выкинешь))
А что касается гадючника, то... завязки еще, как таковой, не было, и все самое интересное впереди))



— Все жизни кончаются, все сердца разбиваются. Неравнодушие – это не преимущество.

© Шерлок
 
Frau_IreneДата: Среда, 25.03.2015, 13:32 | Сообщение # 60
Патриарх эльфов тьмы
Сообщений: 1263
« 354 »
Цитата footballfan ()
А то и дух Гермионы тоже?

Зачем ему там дух? Там сама Гермиона будет)))
А вот Малфой.. да. Он его с Джинни будет сводить?



- Щёлкните по сноске, пожалуйста.
Не все то, что можно делать безнаказанно, следует делать.Жан Бати́ст Раси́н
 
Форум » Хранилище свитков » Гет и Джен » "С чистого листа" (Фанфик по ГП: ГП/ГГ, ДМ/ДУ, Дамбигад)
Страница 2 из 9«123489»
Поиск: